Питкевич Александра(Samum)

Звёзды стертой эпохи

Питкевич Александра(Samum). Звёзды стертой эпохи

Работа курьером полна неожиданностей. Интересные товары, новые знакомства и путешествия в разные концы вселенной. Но есть и риски. Что если новый груз будоражит интерес существ, обличенных властью? Что делать маленькой женщине, которая считает крохи кредитов и случайно попадает в водоворот событий, который может изменить историю всей вселенной? Или стоить жизни ей самой. А может, и то, и другое?

Глава 1

Если бы не дрянной сепаратор. Меня выкинуло из гиперпрыжка где-то на полпути, едва не расплющив стенки от перегрузки. Летун так трясло, что казалось, сейчас весь хвост отвалится. Я минут пятнадцать выкручивала штурвал, чтобы хоть как-то успокоить вибрацию и не дать разорвать мой любимый корабль на две части.

А все этот дрянной сепаратор. Хотела поменять еще на Нидее, но пожалела лишний жетон. Думала, дотяну.

Шипя сквозь зубы, кое-как уравновесив судно, снова щёлкнула автопилот. Нужно было посмотреть, может ещё не всё потеряно. Хоть до ближайшей станции дотянуть.

Скатившись вниз по лестнице, только и успела, что натянуть очки и схватить тряпку, прежде чем полезть в топливный отсек. Выдернув одну из панелей пола, которая противно загрохотала по металлу, ползком двинулась в нужную часть корабля. Это не на лайнере работать. У меня все компактненько. Без фантазии не доберешься.

Сидя на корточках под горячей трубой, осторожно оттянула поршень, выставив руку с тряпкой.

Против ожидания в лицо ничего не брызнуло, когда я повернула топливный клапан. Универсальный ключ едва протискивался в узком пространстве.

— Нужно было завести дроида.

Убрав тряпку посмотрела на черный, как уголь, цилиндр сепаратора. То ли мне на последней заправке залили совсем не того, то ли в баке защитный слой начал крошиться. И будет совсем фантастика, если второе. На такие суммы попаду, что потом пару месяцев летать за бесплатно придется. Нужно проверить, сидит ли еще старик Керду на своей свалке. Может, пригодится.

Перекрыв основной топливный насос, медленно попробовала снять сепаратор. Если заменить часть наполнителя, фильтр может дотянуть до ремонта.

Не имя достаточно места для нормального поворота ключа, несколько раз несильно стукнула по закрепленному инструменту, надеясь, что этого хватит и резьба сдвинется. Не так давно я смотрела. Не должно было еще намертво прикипеть.

Стукнув последний раз, я все же удачно отвинтила сам фильтр, вытряхнув на пол кусок слизкого содержимого, когда-то бывшего мембраной. Порывшись в карманах комбеза, вытянула небольшую прокладку. Ячейки у нее были немного крупнее, но если положить в несколько слоев, должно прокатить. Хоть до станции. На место сепаратор стал куда бодрее, практически не нагнетая и без того неустойчивую нервную систему. Проверив, все ли герметично, запустила топливо по каналу, наблюдая, как жидкость заполняет сепаратор. Нужно было еще стравить воздух из системы, чтобы потом и с этим не застрять. Но пока это самая малая из насущных неприятностей.

Осторожно подняв тряпкой остатки прежнего внутреннего содержимого фильтра, начала обратный путь по такой удобной система корабля. Были бы жетоны, давно бы все перестроила, сделав открытый доступ, как на современных летучках, а так приходится из себя ящерицу изображать. Иногда даже жаль, что я гуманоид, а не какой-нибудь тунур. Хотя, этим тоже не просто. При такой влажности, что им требуется — либо постоянные инъекции, либо никакого металла, а только керамика. Да и то, говорят, сложностей хватает. Не удивительно, что их не принимают в смешанные команды без особых причин.

— Им-12, что у нас там ближайшее? — вытирая руки, и шипя от жжения в обожженном трубой плече, обернулась к бортовому компьютеру. Ии (искусственный интеллект) нового поколения — одна из двух действительно хороших и новых составляющих моего Летуна.

— Гомона-305. На малых оборотах семь часов. На средних — четыре с половиной часа..

— Да, да. Все понятно, — раздраженно перебила, пытаясь посчитать, сколько же это времени мы потеряем из-за моей жадности и поломки. — На малых оборотах. Посмотри в листе контактов, кто там есть знакомый. Не помню что-то. Глянь за одно и вторую ветку. Может, знакомые знакомых имеются. Нам срочно требуются запчасти.

До поселения на небольшой серой планетке мы добирались никак не семь, а целых десять часов. Мое ноу-хау не вынесло потока, убеждая в том, что именно внутренний слой топливного бака стал рушиться. А это едва ли не смертельно дорого. Почти натурально кусая локти и собирая конфетку из того железа, что имелось под рукой, я все прокручивала и прокручивала в голове, где взять еще жетонов.

— Им-12, что у нас в листе заявок еще есть?

— Три доставки с Хиры–94, габаритные. Одна с Цикона. С термальными ограничениями. Восемь отклоненных. Зачитывать?

— Если я их отклонила, мозг ты без извилин, на что мне их перечислять? — изгваздавшись в смазке по самые кончики заостренных ушей, прошипела я. Никак не получалось соединить две детали. В принципе, они не предназначались для того, к чему я их желала приспособить, но когда это останавливало более-менее сносного механика? Я, конечно, не гений, но кое-чему за время этой работы все же научилась.

— Появилась заявка с Гамеи-008. Но пометка красная.

— И что там? — красная пометка — это конечно, не «супер» как хорошо, но с другой стороны, за них и выплачивали обычно в пять-шесть раз выше, чем за обычный груз.

— Малогабаритный. Не термальный. Подходит только для судов с классом низкой вибрации.

— Опять какую-то энергетическую ерунду перевозят. Что обещают?

— Восемь тысяч.

— Что?! — уронив деталь на ногу, обутую в тонкие сапожки, заменяющие мне на Летуне "комнатную" обувь, выругалась сквозь зубы, попав на мизинец, но это все меркло по сравнению с озвученной суммой. Если это так, то жетонов мне хватит на половину оставшегося кредита. Стоило рискнуть. По крайней мере, просмотреть заявку подробнее. — Карту мне.

Старенький голограф раскинул над панелью управления карту небесных тел, демонстрируя пунктиром точку отправления. В целом, не так и далеко. Если починиться, скинуть текущий груз, то можно за дней пять там оказаться.

— Сроки заявки?

— Восемь дней.

— Доп требования? — прогоняя рукой сияющие огоньки планет, я проследила конечный пункт доставки. Довольно далеко, если на моих двигателях, но не смертельно, и за такую сумму можно пренебречь парой заказов.

— Класс вибрации М, экипаж не более трех единиц, один сопровождающий, параметрические крепления.

— Высший пилотаж! — последний пункт не часто встречался на таких старых кораблях, а я как раз не так давно поставила эту ерунду, едва не жмурясь от внутреннего протеста, когда выкладывала требуемую сумму. — Кто сопровождающий? Указанно?

— Хингу, — гуманоиды, имеющие общие корни с людьми, не требующие особых условий пребывания.

— Отлично. Подтверждай. Через пять дней, — и уже совсем с другим настроением взявшись за свой «конструктор», я с первой попытки собрала то, что запланировала. Через полчаса выяснилось, что устройство не работает так, как нужно, но даже это не сумело испортить мне настроение. В конце тоннеля, пропавшего мазутом и ракетным топливом, вновь зажглись огни.

Сориентировавшись по картам, посадила Летуна прямо у свалки, рассчитывая хоть немного сэкономить, если поставлю детали сама, а не с помощью местных механиков. Кроме того, на свалках всегда можно урвать что-нибудь интересное, если внимательно смотреть.

Заглушив почти все двигателя, оставив только на продув воздуховоды, вышла на песчаную поверхность. Да, пейзаж довольно унылый, как и на большей части подобных планет. Серое пространство вокруг, чуть впереди низкий, такой же серый город, а по правую руку горы хлама на любой вкус.

Пройдясь немного по широкой дуге вдоль наваленного металлолома в направлении яркого пятна, развивающегося на самодельном флагштоке, отыскала хозяина сокровищницы. Длинный, страшно тонкий и большеглазые курианец меня несколько озадачил. Обычно они плохо работали и с железом, и с электроникой, больше занимаясь интеллектуальным трудом.

— Старый у тебя Летун, но состояние хорошее. Продай, — без предисловий начал курианец, рассматривая проекцию моего корабля, видно, сделанную дроидом когда мы подлетели.

Больше похожий на блоху, не самый аэродинамичный и совершенно не экономичный, мой кораблик обычно мало кого интересовал.

— Прости, он мне самой нужен.

— Жаль. Я бы за такой раритет новенький флиппер отдал. Подумай

— Нет. На что мне твой флиппер? Я не гонщик, а доставщик. И не самый поганый.

— Знаю. Ты "сурианский цветок" доставила на родину, когда другие отказались.

— Это было не трудно. Просто не у всякого судна с малой вибрацией есть пилот-женщина. К тому же, являющаяся единственным членом экипажа.

— Это так, — курианец кивнул, от чего длинная голубоватая грива плавно заколыхалась. — Что ты ищешь?

— Новый сепаратор на моего красавца и, вероятно, топливный бак. Как здесь с заправкой? Можно сюда доставить?

— Да, когда скажешь — цистерну пригоним. Много не возьмём. Пошли, глянем, что у меня может быть.

Порывшись в груде самых разных фильтров, смогла выбрать два, несколько отличных по конструкции, но с первого взгляда, все же пригодных. Если тут заменить крепление, или вставить переходник…

— Пока эти два возьму, — кидая детали на грави-платформу, зависшую позади меня, кивнула курианцу. — Гляну, что ближе подойдет.

Ещё поплутав по лабиринту свалки, нашла и сменный бак. Заменить, конечно, будет не просто, но хозяин сокровищницы обещал выдать дроида в помощь за дополнительных пол-жетона.

— Не знаешь, что там на Гамее-008? Сегодняшняя красная заявка, — барахольщики обычно обсуждали последние новости в своей закрытой сети.

— Пока ничего толком. Никто не знает. Словно под большой секретностью. Но груз не больше головы Дафны.

Дафны, крупные травоядные животные с Курии, я таких знала. Значит, посылка примерно 70 на 70. Маловато для энергоблоков.

— Если что узнаешь — поделись, будь добр.

Курианец кивнул, скептически выгнув бровь.

— Хочешь попробовать? Карта у тебя, конечно, хорошая, без нареканий почти, но ты представляешь, какая там будет кровавая драка за этот груз? На ваш тип кораблей не так часто выпадают столь заманчивые предложения.

— Знаю. Но вдруг повезет.

Доставив груз к кораблю, раскатала кусок плотной ткани под брюхом Летуна, раскидав инструменты. Сейчас можно было добраться до всех деталей с внешней стороны, так что стоило пользоваться возможностью.

Обещанный дроид прибыл через два часа. Мелкий, юркий, со множеством подвижных сочленений, он помог почти сразу снять топливный бак, предварительно просветив внутренности. К огромному моему сожалению, догадка оказалась верной: защитный слой внутри бака начал крошиться, хлопьями отваливаясь от стенок и забивая систему.

Ремонт занял почти два дня, но я была довольна, сторговавшись с курианцем на минимальную цену, приложив к оплате лакомство, оставшееся после одного из последних рейсов и получив за это приличную, почти новую накладку на кресло пилота.

Как и планировалось, скинув еще за день предыдущий заказ, рванула на максимальных скоростях за новой заявкой.

Курианец был прав. Посадочные причалы были под завязку набиты небольшими перевозчиками. Каждый уважающий себя курьер, имеющий подходящее судно, был сегодня здесь. С трудом отыскав свободное место, втиснулась между двух знакомых кораблей. Оставив шлюз открытым, только включив силовой щит, вышла в сырой, влажный воздух Гамеи-008.

— Ба, кто посетил наше честное собрание! — весёлый низкий голос, хорошо знакомый ещё с первых моих попыток подработать курьером, раздался сразу, стоило мне только шагнуть в отдел заявок.

— Рама! Рада видеть, — обернувшись, с широкой улыбкой хлопнула по плечу крепкого, розовокожего фликана. Его большие, темны глаза, равномерно затянутые синим, внимательно осматривали меня сверху вниз.

— Давно не виделись, Кира. Отлично выглядишь. Слышал, у тебя теперь вполне приличная карта.

— Стараюсь.

— Решила попробовать? — понимающе оскалился фликан, показывая неровный ряд острых акульих зубов.

— Конечно. Такой барыш. Мало ли.

— Барыш хорош, да конкуренция страшная. Я видел и Паранка и этого тощего нумия, с диким именем.

— И все равно мы оба здесь.

– Да. Мало ли, — вновь улыбнулся Рама, вынудив какого-то впечатлительного малого, оказавшегося рядом, отшатнуться. Легко шлепнув меня по спине, старый знакомый указал головой на терминал.

— Иди регистрируйся. Говорят, этот заказчик и на время может посмотреть. Хотя никто толком ничего и не знает.

Этот порт считался не маленьким, даже здесь, в зале было целых три регистрационных терминала. Воткнув свою карту в ячейку, подождала, пока устройство примет данные, запустив процедуру регистрации пилота.

— Кира? Никак и ты решила к нам присоединиться, — а вот этого слышать мне совсем не хотелось.

— Паранк, иди, куда шел. Я тебя не трогала, так что будь добр, не порть воздух. И так рыбой воняет, — сырой воздух на самом деле отдавал протухшей селедкой, но это не имела отношения к моему собеседнику.

Имея немалый опыт, отличное чутье и доведенный до идеала корабль, Паранк был самым нелюбимым доставщиком во всех уголках вселенной. Именно потому, что мог одновременно брать по пять-шесть заказов, оставляя других с носом.

— Детка, не трать свое время. Здесь для тебя ничего нет, — растягивая слова и противно причмокивая губами произнес Паранк, все же отходя от меня подальше. Я бы не рискнула выстрелить в него энергопушкой в зале регистраций, но в нос дать могла. При всех остальных недостатках, мой скелет и мышцы были куда более удачной комбинацией, что от природы досталась этому тощему существу.

Глава 2

Закончив вносить данные, порадовавшись, что здесь не у многих есть параметрические крепления на борту, вышла из зала. Пока передышка в ожидании решения заказчика, можно пообщаться с коллегами и узнать последние новости. Обойдя чуть дальше за здание порта, заглянула в такое знакомое, темное и шумное помещение таверны.

На всех планетах и базах они были почти одинаковы. Кем бы ни был хозяин, каким-то непостижимым образом получалось, что каждая такая таверна была калькой на любую другую. Низкие потолки, полумрак, запах масла, более явный, чем в мастерских. И группы посетителей, всегда шепотом обсуждающие свои темные дела.

— Кира, давай к нам, — Рама помахал в воздухе розовой пухлой ладонью, привлекая внимание. Кивнув, я взяла за баром порцию местного пойла, не самого противного во вселенной, но лишенного особых изысков и присоединилась к столику в углу. — Помнишь парней? Братья с Шальфы.

— Помню. Кажется, вам достался договор на голубые водоросли. Неплохой заказ был.

— Не сказали бы. Эта погань в один момент вдруг стала расти, хотя мы все температурные параметры держали, и едва не сломала нам корабль. Редкая дрянь. Пришлось потом на дезинфекцию становиться. Почти бесплатно слетали, считай, — покачал головой один шальфаров, от чего чешуя на лице заиграла бликами. Они были довольно сильно пхожи на ящеров даже в своей хламидо-подобной одежде. Даже такое изобилие складок не могло скрыть особенности скелета.

— Да? Не подумала бы. Я даже какое-то время на вас была в обиде. Вы тот заказ у меня из под самого носа выдернули.

— Но тебе достался "сурианский цветок".

— Это да.

— Гладко все прошло?

— Ну я же женщина, — доставить одну из дочерей этой расы на родину было делом не сложным, если на тебя не действуют их особые феромоны. — Какие новости ближе к Центру?

Пять основных планет, образовавших союз в первые годы космической экспансии, оказывали сейчас не большое влияние на остальные планеты, пока там не происходило ничего глобального. Большинство колоний уже давно получили возможность на самоуправление, а если и нет, то находились достаточно далеко от Центра, чтобы интересовать основные политические силы.

— Король Тираби женился.

— Это в который раз?

— Двенадцатый, кажется. На этот раз на дочери канцлера.

— М-да. Очередной торговый союз для расширения карманов. Что канцлер получил взамен?

— Пока не ясно. Поговаривают о Пегасе.

Я едва не подавилась своим напитком. Пегас, транспортный гигант, обслуживающий всю элиту Центра был не просто монополистом, а сокровищем в плане финансов.

— Целиком, что ли?

— Что ты. Десять процентов. Ни одна дочь не может стоить столько, сколько составляет даже половина активов Пегаса.

— Это уж точно. Даже один процент Пегаса — это, наверное, суммарная стоимость всех кораблей, что сейчас на причале в этой дыре.

— Мелко берешь. Мы тут слыхали, что это будет даже и не пол процента от…

— Гляньте, — Рама легко толкнул меня в плечо, привлекая внимание. В нашу скромную, мрачную и дешевую обитель заявился тот еще экспонат. — Хальп собственной персоны.

— Никогда их не видела вживую, — высокий, средней спортивной комплекции, он весьма походил на мой род, не сильно выделяясь цветом кожи или другим числом конечностей. Я бы, наверное, и вовсе не заметила разницы, не будь его волосы особым образом заплетены в длинную косу от самого лба.

Виски оставались выбриты и с одной стороны поблескивал вживленный чип. Про них ходили странные слухи, словно большая часть тела этих мужчин была заменена механикой, что само по себе не сильно удивляло, мало ли таких несчастных в галактике. Интересен был материал, из которого собирали части хальпийцев. Поговаривали, что он мало того, что обладал невероятной крепостью, так еще и глушил магнитные и иные виды излучения. Этих ребят использовали обычно в качестве высококлассных телохранителей или охранников для важных персон.

— Я однажды видел. Такой экспонат за две минуты половину народу в баре вынес, — с волнением произнес Рама, начиная плавно двигаться в сторону выхода.

— Думаешь, сейчас тот же случай? — чутью фликана я предпочитала верить, ненавязчиво поднявшись и двинувшись за ним.

— Без понятия. Только рисковать не хочу. Что-то я уже напился. Приглашаю вас к себе, если хотите. А здесь мне как-то совсем неуютно стало.

Стараясь сильно не привлекать внимания и двигаться в обычном темпе, я отставила кружку и, обходя немного по дуге, направилась к двери. До выхода оставалось едва ли пара шагов, как хальп неожиданно повернулся в мою сторону, смерив внимательным, изучающим взглядом. Если бы я не знала, что мозг у него живой, решила бы, что сейчас внутри вспыхнула проекция моего тела со всеми параметрами и копией карты курьера в придачу.

Ждать решения пришлось еще два дня, попутно ковыряясь в Потоке и выискивая альтернативы, если мне все же не повезет. Как назло, ни одной подходящей заявки не было, словно клиенты и сами ждали, когда решится вопрос с красной заявкой. А может быть кто-то намеренно придерживал данные, чтобы не будоражить рой из курьеров, что как пчелы носились по причалу, обсуждая неизвестный груз и даже местами делая ставки.

— Кира, — голограф выдал слегка размытую фигуру Рамы, что стоял внизу, у силового поля, закрывающего вход в мой кораблик. Фликан, зная что я его вижу, потряс планшетом, привлекая внимание к доске. — Будешь участвовать?

— И какие у нас сейчас доли? — чаще всего я отказывалась от ставок, так как кредитов едва хватало на насущные нужды, но даже мне стало интересно, что к чему в этот раз.

— Паранак в лидерах, как всегда. — Фликан сплюнул под ноги, скривившись, — Но если рискнешь на кого-то из мелких поставить, шансы вполне себе. На тебя, к примеру, выходит двенадцать к одному.

— Спасибо, Рама, — я тихо хохотнула, продолжая ковырять ножиком решетку воздуховода. Хорошо бы и ее заменить, да пока нечем. — Это мне, конечно, льстит, но пока воздержусь.

— Ну, смотри, ушастая, время до вечера.

— Помню. Еще раз спасибо.

Покачав головой, отключила голограф. Рама не дурак, знает, что скорее всего, в пролете но на ставках уже явно отбил оплату стоянки. Иначе не приставал бы.

— Им-12, когда объявят решение? — часть решетки, которая погнулась от вибрации, когда меня вынесло из гиперпрыжка, удалось поправить, так что день обещал быть не плохим.

– Через два часа, восемнадцать минут, Кира.

— Что-то Рама припозднился. Видно, успел что-то вызнать, раз так активно берет ставки. Вот будет умора, если я все же выиграю…

— Заказ отдадут другому, — я едва не упала со стального короба, который использовала для хранения особо ценных жидкостей, когда за спиной раздался низкий, безэмоциональный голос.

Развернувшись на одной ноге, чудом уцепившись за край какой-то панели, выставила перед собой ножик, сожалея, что энергопушка осталась в спальном отсеке.

— Как ты сюда попал?! — скосив глаза на приборную панель, отметила, что сигнал силового поля все еще горит зеленым. Нужно будет перетряхнуть ИИ. Если хальп даст мне такой шанс.

На меня смотрели с таким выражением, что я вновь почувствовала себя под лучами рентгена, как в тот первый раз, в баре.

— Силовое поле еще на месте. Как ты попал в мой корабль? — не дождавшись ответа и начиная чувствовать себя неуютно, сердито повторила вопрос, медленно опуская нож.

Против такого существа мое примитивное оружие не поможет, так что стараясь не привлекать внимания к другой рук, я выровнялась на своей подставке, щелкнув за спиной браслет. По телу прошла легкая волна холода, ставшая через мгновении равномерным слабым зудом.

Глаза хальпа немного расширились, и это было единственным признаком того, что он меня вообще воспринимает.

— Да, поле на месте, — моргнув, словно отмер, произнес хальп, — но оно недостаточно мощное, чтобы меня удержать. Да и вообще, кого угодно с более-менее сносными технологиями.

— Что ты тогда забыл тут? Раз тебе не по вкусу мои «технологии», — страх прошел, и я легко спрыгнула с куба. Расстояние между нами было всего-то с четыре шага, большего мой капитанский мостик просто не позволял.

— Я пришел предложить работу. Ты Кира?

— Да. Но я жду заказ.

— Его получит другой курьер. А для тебя есть работа, — спокойно, словно речь шла о завтрашней погоде, а не о самом выгодном деле на ближайшие три парсека, произнес хальп.

— Откуда такие сведения? Хочешь, чтобы я отозвала карту и освободила кому-то дорогу?

Кажется, хальп на мгновение подвис, как старый компьютер. Чуть склонив голову, от чего косички упали на плечо, этот незваный гость продолжал меня внимательно рассматривать.

«Уровень угрозы — желтый. Степень агрессии — нулевая»

Я чуть дернула головой от неожиданности. Слишком сосредоточившись на хальпе, занимавшем едва ли не половину отсека, я почти забыла о том, что Им-12 сейчас подключен напрямую.

«Бесполезная ты железка. Не мог предупредить? Сожгу матрицу ко всем наатшо»

— Ты курьер? — отмер хальп.

— Нет, поломойка, — несколько резко отозвалась, чувствуя, что напряжение от присутствия этого существа начинает перевешивать все остальное.

— Ты Кира. Ты курьер, — словно ИИ с подпорченной программой повторил хальп. — У меня для тебя заказ.

Набрав побольше воздуха, чтобы возразить, я почти тут же им и подавилась когда перед моим носом, новенький, качественный гологроф развернул данные.

_______________________________________

Наатшо — бесы, демоны

Парсек- единица измерения расстояния, приблизительно составляет 20 триллионов (20 000 000 000 000) миль, 31 триллион километров (примерно, так как она по сути внесистемная) Много, в общем.

Глава 3

Скосив на мгновение глаза в сторону хальпа, я всмотрелась в классификацию заказа. И была вынуждена признать, что этот странный, подвисающий, и несомненно, опасный субъект, сумел заинтересовать.

— Ладно, — видя, что на лице проступает нечто похожее на самодовольство, я подняла руку, — я готова пока только выслушать. Есть моменты, которые весьма смущают. Так что начинай.

Хальп хлопнул светлыми ресницами, видно опять на мгновение утратив связь с реальностью, и проследил за тем, как я опустилась в кресло пилота, развернув его в сторону гостя. Присесть я этому полукиборгу не предлагала, так как второе кресло сейчас болталось, сложенное, где-то в грузовом отсеке.

— Ну? — страх перед хальпом прошел совсем, да и печать внизу развернутой классификации очень походила на настоящую, значит груз, как минимум, зарегистрирован в системе. — Что это? Куда доставить? В чем подвох? И почему я?

Загибая пальцы, перечислила самые основные, из вспыхнувших в голове вопросов поражаясь, как вообще такому существу могли доверить хоть сколько-нибудь важное задание. А в том, что дело не простое сомневаться не приходилось. Уж очень сумма внизу стола интересная. Не настолько, как в том заказе, оглашение которого ожидали через пару часов, но весьма серьезная для такого курьера, как я.

Хальп, переработав часть информации, поднял первый палец:

— Груз представляет собой артефакт, имеющий исключительно историческую ценность, вверх поднялся второй палец. — Привезти его необходимо на Мелер-11. Там забрать еще один фрагмент и доставить уже оба по следующему пункту.

Я резко вскинула руку. Пока все было вполне гладко. Для древних ценностей мой тихоход с обновленными креплениями подходил великолепно, так как на скоростных летучках все никак не удавалось компенсировать некоторые из показателей даже в герметичных контейнерах. Но вот пункт «забрать еще один фрагмент» настораживал.

— Нет. Я не возьмусь за заказ, который не имеет четко указанной конечной цели. Если речь идет об этом грузе и за указанную сумму, то его доставка может обсуждаться только до Мелер-11. Дальше, если нас устроит сотрудничество, может, мы решим заключить новый договор.

Хальп скрипнул зубами, и в глазах, совсем уж в данный момент напоминающих искусственные, заплясали огоньки.

— Это приемлемо, — выдал гений скоростной мысли, кивнув. Я же удивленно вскинула бровь, поправив выбившиеся из хвоста волосы так, чтобы прикрывали уши.

Вверх поднялся третий палец:

— Подвох в грузе отсутствует, — вот это уже было чем-то новым. То ли у кого-то на самом деле отсутствовала пара извилин, либо мне достался просто особый образчик остроумия. Кивнув, словно так и предполагала, я уже с немалым интересом ждала ответа на последний из вопросов, хотя и предполагала, каким он будет.

— Ты доставляла «сурианский цветок». Наш груз не менее ценный и требующий особых условий, которые ты, как мы уверены, способна выполнить на протяжении всего полета.

Тишина после тих слов показалась немного гулкой, но я была уверена, что это все от дыхания хальпа, настолько непривычным было нахождение столь крупного существа в моих владениях.

— Если я соглашусь, — поймав своим проектором данные заказа, я увеличила поочередно некоторые из пунктов, рассматривая условия транспортировки и требования по внутренней концентрации газов на корабле. В целом все было приемлемо, но груз, скорее всего, хранился в вязкой жидкости, глушащей вибрацию, значит придется поднять влажность. Не критично, но для такого старого корыта, как мой летун, долго так летать может быть вредно.

— Если я соглашусь, — повторила, просчитав в уме всю прибыль, с учетом того, что тащиться предстоит довольно далеко, — ты будешь сопровождением?

— Да. В течение всего полета я не могу удаляться от капсулы дальше, чем на два десятка шагов.

Теперь стала ясна еще одна причина, почему выбор пал на меня. Длинные современные суда не позволили бы хальпу выполнит этот пункт.

— Лады, — поднимаясь и хлопая по бедрам, заявила я. — Оружие остается под замком в сейфе, ты надеваешь браслет Юны, переводишь мне половину указанной суммы и мы можем вылетать через восемь часов.

Хальп нахмурился, сворачивая голограмму. Потратив на размышления еще пару минут, он кивнул:

— Я надену браслет Юны и гружу артефакт. Через час мы вылетаем и тогда ты получишь на свой счет треть суммы.

— Половина суммы сейчас. И вылет через полтора часа, раз тебе так уж нужно ускориться. Это мое последнее слово.

— Отзывай карту и подписывай договор, — кивнул хальп, протягивая в мою сторону широкое запястье.

Тонкий браслет защелкнулся с громким шипением, показывая, что все присоски коснулись кожи и теперь хальп, даже при сильном желании не сможет причинить мне вреда.

Нажатием пары кнопок отозвав карту курьера, я поставила электронную подпись под всплывшим по закрытому каналу договором, запустив проверку персонального счета. Пока мы не стартонули, нужно было отыскать еще парочку мелочей, чтобы потом не так мучительно было путешествовать с хальпом.

— Да. О пропитании на срок всего полета ты заботишься сам, — слыша, как мой незваный гость, а ныне наниматель двинулся в сторону выхода, произнесла я. Кто их знает, чем питаются подобные существа.

Ответом мне стало недоуменное молчание, но это было не моей проблемой, что не могло не радовать.

* * *

Колба из довольно упругого, он все же пластичного вещества, вынутая из твердой оболочки, идеально стала в крепления с первой же попытки. Параметрические лапы, сверкающие новизной и без единого лишнего скрипа, мягко, даже почти нежно, с шести сторон поймали колбу, тут же накинув со всех сторон тонкое поле, гасящее вибрацию и внешнее воздействие.

— Смотри сюда, ЦунХиТан, — я поманила пальцем хальпа, который хмурясь и все что-то перепроверяя, кружил вокруг своей ценной колбы. Когда мой временный сосед и наниматель подошел к панели на стене, показала ему цифры. — Я поправила влажность и температуру, теперь оболочка будет более стабильна, но настоятельно не рекомендую заходить в грузовой отсек лишний раз. Каждое твое посещение будет нарушать параметры.

Хальп покачал головой, сверившись со своими данными.

– У меня визуальная проверка груза каждые восемь часов. Так что тут нет других вариантов. Можем поставить какую-то завесу, чтобы не было таких потерь?

— Только с внешней стороны, — проверив, надежно ли закрепились лапы держателя, нет ли в отсеке еще чего-то, что могло бы нарушить конструкция, я активировала дополнительный щит, заставив хальпа восхищенно выдохнуть.

А то. Без этих выкрутасов мне бы не наработать такой хорошей карты.

— У тебя есть чем восстановить часть оболочки, если что-то случится? Какие указания на случай внештатных происшествий? — я предпочитала точно знать, что делать в экстренных ситуациях с грузом. Который перевожу. Даже если к нему прилагался сопровождающий.

— Да, можно будет восстановить часть оболочки, но она и так дана с запасом. В крайнем же случае, если будет угроза попадания содержимого под воздействие внешних условий, нужно произвести копирование данных и параметров. На закрытый блок.

— Копирование данных? — Я скосила глаза на непрозрачную, голубую емкость, внутри которой могло находиться все, что угодно, и представила, как буду действовать, если это какие-то образцы тканей, или того хуже, целое животное, к примеру, замороженное на одной из крайних планет сектора К миллиарды лет назад. — Ладно, допустим. И куда и потом доставить?

— Все по тому же адресу. Когда мы можем отправляться?

Я жестом попросила хальпа покинуть грузовой отсек, заблокировав дверь и запустив внешний экран с внешней стороны. Он был старый, слега потертый и не очень четкий, но все же позволял лишний раз удостовериться, что груз на месте и в порядке.

Вытянув из вороха очень нужного хлама, которого всегда много на таких старых кораблях, кусок брезента, я кинула его в руки ЦунХиТана.

— Как только я закреплю эту штуку над дверью. Мне, знаешь, тоже не хочется, чтобы внутренности Летуна стали ржаветь из-за чрезмерной влажности

— А мы можем это сделать уже в пути? — сощурив свои почти механические глаза, очень спокойно, но настойчиво спросил хальп.

Это вызвало небольшой всплеск подозрительности, но я предпочитала лишний раз не задавать провокационных вопросов, так что только кивнула, запихав плотную ткань обратно в ту дыру, из которой ее выудила.

— Ты решил вопрос с пропитание?

Хальп только кивнул, подхватив второе кресло и довольно споро направляясь в сторону рулевого отсека.

— Только не вздумай ставить сам! — крикнула я вслед, немного отставая из-за довольно громоздкого ящика с инструментами.

Поставить кресло на место и подключить к системе — дело всего-то пары минут, но для этого требовался едва ли не десяток разных ключей и зажимов. Я давно уже обещала себе, что куплю при первой возможности универсальный инструмент, но всегда находилось что-то, что двигало этот пункт в списке покупок едва ли не на самый низ. И так каждый раз.

— Держи ровнее. На меня больше наклони, — командовала я хальпом, подключая последнюю пару проводов. Оставалось только поставить само кресло в подвижный паз и закрепить.

— Зачем ты вообще его снимаешь? — немыслимо изогнувшись, так, чтобы видеть мое лицо, спросил хальп, все еще удерживая кресло на месте. В тени, падающей от кресла, мне и правда показалось, что на дне глаз у него и правда какие-то особо хитрые фотоэлементы.

– Я здесь живу. И каждый клочок свободного пространства — это как возможность дышать. Ясно? — без особой надежды спросила я. Но видя полное непонимание в глазах собеседника, грустно вздохнула. — Перестановку делала. Кресло мешало.

Удовлетворенно кивнув, хальп поднялся.

— Теперь ме-едленно. Вот и все, — с тихим щелчком кресло заняло свое законное место, тут же мигнув несколькими огнями, словно наконец проснулось. — Отлично. Сейчас прогреемся — и можем стартовать. Я пока как ра сгоняю на рынок. Забыло купить кое-чего.

Вытирая руки о грязную тряпку, от чего они, кажется еще больше запачкались синей смазкой, я скинула инструменты в ящик. Давно нужно было почистить, но последний перелет был так богат на поломки, что и речи об этом не было.

— Я бы рекомендовал тебе отложить покупки на более подходящее время, — произнес хальп, усаживаясь в кресло и защелкивая ремни. Звук этот прозвучал настолько громко, что я даже вздрогнула, уронив крышку ящика с инструментами едва ли не на пальцы.

— Не думаю, что ты можешь мне что-то рекомендовать. Тем более, для твоего же груза будет лучше, если Летун прогреется медленно.

— Для нас всех будет лучше, если ты сядешь в свое кресло, запустишь двигатель и заблокируешь, в конце концов, основной шлюз, Тихая Кира.

Реагировав больше на свое прозвище, чем на остальные слова, я подняла голову, глянув туда, куда указывал хальп. На причале, в самом начале доков, собралась какая-то компания весьма однозначного вида. Много оружия, сразу три вида коммуникаторов, и крайне кривые рожи с перебитыми носами.

— Только не говори, что это за нами, — тихо выдохнула, все же давая Им-12 команду запустить двигателя на быстрый прогрев.

Летун чуть вздрогнул и тихо загудел где-то в глубине. С шипением внизу закрылся шлюз, отрезая нас от шума и ароматов Гамеи-008.

— Никогда не любила планеты этого сектора, — ворча, я уселась в свое кресло, запуская последнюю проверку. — Само название, «сектор Г» навевает какие-то особенно характерные ассоциации.

Компания, вызывавшая тревогу у моего нанимателя, пока не слишком торопилась, явно не зная, какое именно судно искать, но это не предвещало ничего хорошего. Обычно корабли наемников были несколько быстрее моего Летуна, так что основной задачей было привлечь как можно меньше внимания.

— Им-12, сколько времени до объявления результатов на красную заявку?

— Сорок и три минуты ровно, — механически отрапортовал ИИ по громкой связи, следуя протоколу.

— Эти красавцы, — я ткнула пальцем в сторону наемников, что зацепились за кого-то из пилотов, явно провоцируя драку, — знают, где тебя искать? Наш договор открытый?

— Нет. Сугубо внутренняя подпись до завершения, — покачал головой хальп, вдруг взявшись что-то крутить у себя на височном чипе.

— Тогда я настоятельно рекомендую подождать еще сорок три минуты.

— Зачем, — ЦунХиТан вдруг повернулся, и я едва сдержалась, чтобы не произнести громкое «фе» вслух.

Часть лица со стороны чипа отошла, и под идеальным покрытием стали видны кости и мышцы, вперемешку с механикой и проводами. В районе уха по шее вдруг поползла прозрачная жидкость, заменяющая, видно, в этом месте кровь.

— Закрой пожалуйста, — выставив руку, чтобы не видеть столь интимной вещи, попросила я. — тебе не говорили, что проводить подобнее процедуры нужно в одиночестве?

— Зачем? — произнес хальп, слегка нагнув голову, от чего скула отошла еще больше, уже не умещая за моей ладонью.

— Что значит «зачем»? Я же перед тобой не раздеваюсь. И не снимаю кожу, — недовольно произнесла, поежившись.

— Зачем ждать сорок три минуты?

Хальп наконец отвернулся, и я смогла немного выдохнуть. Никогда не приходилось видеть киборгов столь открытым миру.

— Как только объявят победителя по заявке, большая часть курьеров начнет стартовать. Здесь больше нечего делать. Останутся только те, кто делал ставки или успел поймать сторонний заказ. Лучше, если мы отправимся в общем потоке, не привлекая постороннего внимания. И я очень, настоятельно не хочу знать, что именно в моем багажном отсеке. И сколько оно стоит. И кому еще может вдруг понадобиться. Это понятно? — последние слова я произнесла тихо и без эмоций, но хальп вдруг захлопнул свою голову с тихимщелчком и как-то очень ровно сел в кресле.

— Как скажешь, Тихая Кира.

И мне вдруг стало очень любопытно, в связи с какой именно историей хальп узнал это прозвище.

Глава 4

Три дня прошли вполне спокойно, если не считать того, что хальп никак не хотел помещаться в гамак который я ему, по доброте душевной, выделила в качестве спального места. Его бесконечно длинные ноги постоянно торчали из сетки, словно я перевозила там труп, а никак не живого пассажира. Решив, что киборг достаточно выспался, я оттянула гамак в сторону, а затем отпустила, глядя на то, как хальпа впечатало в переборку с глухим звуком

— Не проще ли позвать меня по имени? — совершенно бодрым голосом спросил этот непробиваемый субъект, вызывая восхищение своей флегматичностью и некоторой заторможенностью.

— Нет. Так веселее.

— Ты же понимаешь, что таким образом наносишь вред и мне и собственному кораблю? — свесив ноги и появившись растрепанной головой над гамаком, вопросительно произнес хальп, демонстративно потирая плечо.

— Перестань, я знаю, что там у тебя не может болеть.

— Ты не права. Неорганическая у меня другая рука. Но даже там есть мягкие ткани, снабженные нервными окончаниями, — довольно безразлично произнес халп, не давая и шанса поверить, что ему на самом деле было больно.

— Упс, ошибочка, — подняла я перед собой ладони, совершенно не чувствуя вины. Повернувшись в сторону рубки, поманила его с собой. — Идем, есть дело.

Стоя перед экраном я показала пассажиру на один из цветных столбцов, что демонстрировали состояние Летуна.

— Этот твой груз куда быстрее пожирает мои запасы имеющейся жидкости, чем я могла даже подумать. Видишь?

ЦунХиТан, поправляя свои сбившиеся косички, кивнул. Развернув олограф, вновь вызвав приступ зависти, хальп быстро сверился с кое-какими из исходных данных, и, кажется, остался явно недоволен результатом.

— Если даже позволить оболочке сохнуть, я могу растянуть ее только на пару дней, а этого не хватит. Можешь что-нибудь предложить?

— Есть мысли, но мне бы этого не хотелось делать.

— Сперва скажи, потом обсудим, — попросил хальп, занимая кресло второго пилота.

Щелкнув встроенный гологроф, скривившись от мутности изображаемых фигур, я сдвинула карту небесных тел и запустила маршрут пунктирной линией тут же обозначившийся на проекции.

— Мы сейчас здесь, — желтая точка в темной массе, сдобренной жемчужными искрами звезд и разноразмерными планетами чуть дрогнула, когда я ткнула в нее. — Сам видишь, лететь еще прилично, даже если не огибать пояс астероидов. По хорошему выйдет еще на три дня больше. И того почти двадцать шесть. Но при том расходе жидкости, что показывает мой ИИ, мы иссохнем где-то через восемь. Есть вариант пополниться тут.

Небольшое небесное тело, давно обжитой спутник, на котором добывали какие-то редкие кристаллы, вполне мог бы дать нам требуемую воду. Только тут не свет выползало одно «но», настолько огромное, что игнорировать его было просто глупо.

— Но? — явно споткнувшись о него же, хотя пока и не видя преграды, спросил хальп, нахмурив брови.

— Но если кто-то знает, куда именно ты везешь свою редкость, и если у него есть список кораблей, что стартонули с Гамеи-008, мы можем огрести весьма крупные проблемы. И с этого места есть два вопроса: насколько твой груз ценен? И насколько сильно он нужен тем, кто нанял колоритных ребят, что мы видели в порту?

— «Очень» на оба твоих вопроса, Кира, — не мигая глядя на меня, произнес ЦунХиТан, заставив вспомнить все нехудожественные выражения, которыми так славились грузовые зоня космопортов.

Всмотревшись в усыпанное искрами пространство впереди, я на мгновение прикрыла глаза. Ничего, это не самая паршивая ситуация в жизни. И пока ничего страшного даже не случилось. Груз бывает всякий.

— Есть еще один путь. Я могу вернуть жесткую оболочку на твою колбу, это придержит распад массф. Но тогда мы рискуем с вибрацией. Крепления не смогут ее так хорошо гасить.

Потерев виски, от чего волосы выбились из прически, упав на лицо, я посмотрела на хальпа.

— Или можем заблокировать влажность и дождаться того момента, как оболочка распадется. Сколько времени груз протянет без защиты?

Хальп, нахмурившись, все смотрел на меня, словно видел впервые.

— Никто не знает, как груз отреагирует на потерю защитного слоя. Будем пополнять запасы воды в указанной тобой точке.

— Это окончательное решение?

— Да.

— Тогда внеси соответствующую правку в договор. У меня нет желания потом разбираться с нарушениями.

— Хорошо, Кира, — и без перехода продолжил. — Ты не нацоя. Уши не природные. Ты ташва? Операцию делала на Вальгии-19-11?

Я обернулась так резко, что пряди хлестнули по лицу. С трудом сдерживая рычание, я и не заметила, как приставила к шее хальпа энергопушку. Звенящая вызывающая дрожь тишина нарушалась только тихим гулом двигателя.

— Ты кто такой? Что тебе нужно? — я не могла и подумать, что мой ИИ, Им-12 сможет пропустить кого-то из охотников за головами. Да и их уже давно не было видно на горизонте

Хальп сидел неподвижно, даже не мигая своими странными глазами.

— Отвечай, — приказ прозвучал едва слышно, но ЦунХиТан вздрогнул как от удара.

— Я всего лишь сопровождающий. Ничего больше. Все вокруг говорят, что Тихая Кира — нацоя. У тебя острые уши и подходящие темные глаза. Но это не так.

— И ты узнал это, глядя на мои уши? — чем дальше, тем тише становился мой голос, тем сильнее ствол энергопушки давил на челюсть хальпа, угрожая прострелить голову до самой макушки и спалить все содержимое раз и на всегда.

— Есть небольшой след. Но это не главное. Ты двигаешься не так легко, как нацои. Твои кости тяжелее, крепче, пластичнее. Если не видеть этого, можно очень просто ошибиться. Убери пушку. На мне браслет Юны. Я ничего не сумею тебе сделать.

— Да, — прошептала я, еще сильнее вдавливая оружие в кожу киборга, оставляя след на мягких тканях. — Но это только пока мы на Летуне.

— Могу дать клятву, — быстро и как-то уж слишком легко произнес ЦунХиТан, словно только и ждал, чтобы это предложить.

— Что мне твоя клятва, — фыркнула я уже нормальным голосом, падая в свое кресло.

Вернув свою компактную, но мощную игрушку на место в кобуру на бедре, я печально выдохнула. Этот странный субъект оказался первым, кто за столько лет сумел раскусить мое происхождение. С тех пор как родители поправили мои уши прошло уже лет двадцать пять, так что я даже уже почти забыла, как они выглядели изначально.

И теперь почти случайный попутчик на четвертый день постигает суть того, о чем стоило забыть.

— Честное слово? — на вскидку предложил хальп.

– Серьезно? Это еще как-то котируется в нашей вселенной? — сдержать иронию было выше моих сил.

— Ты что-нибудь знаешь о кодексе хальпов?

— На самом деле нет, — после вспышки гнева я как-то расслабилась, закинув ногу на ногу и глядя в бескрайние дали перед собой. — Знаю только, что вас нанимают на особо сложные задания, типа устранения соперников или вот как сейчас, доставки сложных грузов. Ну, или в качестве личной охраны.

— Бывает и такой. Но чаще всего мы все же работаем в зачистке. В том числе, в зачистке Ташвы.

Я безразлично глянула на собеседника. Вот сейчас, по прошествии стольких лет, мне было уже глубоко наплевать, был ли ЦунХиТан на Ташве в тот день или нет, так что я только пожала плечом.

— В тебе нет гнева, — в голосе хальпа промелькнуло удивление, словно он и правда ожидал от меня истерики.

— Ну правда, мне все равно, что тогда произошло. Моя жизнь пошла по вполне хорошему пути и я люблю своих родителей, так что избавь меня от раскаяния. Это не ко мне.

— Я и не раскаиваюсь. В тот день я был еще только учеником и не присутствовал на Ташве. Но и речь не об этом. Речь о силе данного хальпом обещания.

— Ну, хорошо: что стоит твое слово?

— Я дал слово оберегать информацию, что хранится в твоем грузовом отсеке. И отдам за это жизнь, если потребуется. И это заложено не только в моем воспитании, но и в программном коде. Примерно по тому же принципу, с внесением в программный код, я могу пообещать, что при возникновении вопроса, буду классифицировать тебя, как нацою.

— Это будет весьма мило с твоей стороны, — произнесла я, мысленно прося Им-12 активировать запрос на продление страховки. На всякий случай. Чем дальше Летун удалялся от Гамеи-008, тем сильнее становилось ощущение, то помощь Агента мне все же пригодится. И скорее рано, чем поздно.

Глава 5

— Сколько тебе надо?

— По крышечку, — оглядывая пыльный, серый поселок старателей, махнула я рукой. Местный люд был привычен к труду, но такие вот гости у них бывали редко, так что и вопросов избежать не получалось.

— Далеко, говоришь? — нацой, весьма похожий на моего отца, только ниже и толще, да с кривыми зубами, жевал какую-то соломинку. При чем, кажется, она не менялась последние лет десять.

— Не близко, — кивнула, наблюдая за тем, как большой кар, раза в два крупнее моего Летуна, вытягивает из гигантской воронки в земле кусок породы. — Почему на месте не дробите? Не проще разве мелочь вытягивать?

— Транспортер один остался, — нацой сплюнул на серый песок. — Пыль такая въедливая, что вся техника из строя выходит, а на детали финансирования нет. Пока мастер что-то наколдует — пара дней пройдет. Видишь, какая завеса стоит?

Я подняла голову, пытаясь рассмотреть звезды, но нацой, бригадир местных рабочих, конечно, был прав. Небо тут, наверное, уже лет двадцать с поверхности никто увидеть не мог.

— Давно вы тут?

— Да уже лет десять. Работа-то прибыльная. Семья хоть в достатке, хотя и видимся редко, — нацой вновь сплюнул на землю, видно хоть так стараясь избавиться от пыли, что мгновенно оседала во рту. Я провела на этой планетке не больше часа, пока договаривалась о воде и меняла место стоянки, но уже чувствовала себя так, словно наелась песка по самые кончики ушей.

— Ты бы шахту закрыла, — бригадир ткнул узловатым пальцем в стороны небольших закрылок, что оставались развернуты только на 20 процентов.

— Они только на выход, — нахмурившись, заметила я, думая, что все же мужик прав, стоило бы запереть.

— Все равно налетает. Лучше потом продуешь, чем чистить систему.

Прижав небольшой браслет, что туго охватывал плечо под одеждой, отдала приказ.

«Им-12? Запереть малые шахты. Фильтры на внутренний перегон»

Закрылки дрогнули, и через мгновение с тихим шипением стали закрываться.

— Хм, — нацой посмотрел с уважением, даже на мгновение вынув свою соломинку, — вроде не новый корабль у тебя, а все же на удаленном управлении стоит.

— Я же курьер. Мало ли что, — кивнула мужчине, глянув на панель индикатора в его руках.

— Немного осталось, пара минут всего. Вода у нас не самая лучшая, но все же дороговато выйдет. Тебя предупредили?

— Да, пять кредитов за все, — я не смогла не скривиться, так как сумма на самом деле была внушительной, но условия тут ставила не я.

— Как своей, отдам за четыре, — подумав, решил бригадир. — За начальство не переживай, сговоримся.

— Давай так, — я еще раз кинула взгляд на Летуна и на клубящуюся пыль, — я даю шесть, и если кто-то вдруг станет интересоваться курьером на такой вот «блохе», твои ребята скажут, что я направлялась в сектор К.

— Это я понял, что ты ждешь неприятностей. Но сектор К уж сильно подозрительно звучит. Не так просто поверить, что ты в такую дыру заказ взяла. Если кто спросит, парни скажут, что направлялась к сектору Л. А лишние кредиты себе оставь. Сказал четыре, так оно и будет.

— Спасибо.

— Не благодари, — бригадир махнул рукой, и я на мгновение почувствовала себя приставучей, но все же почти племянницей, приехавшей к дяде. Щелкнув несколько тумблеров на пульте, нацой махнул рукой двум молодцам, что сидели на бочках чуть в стороне, ожидая, когда закончит поступать вода в баки корабля. — Все, полна под завязку. Только через пару дней фильтры проверь. Вытряхнуть нужно будет.

Работники метнулись к Летуну, с громким шипением и брызнувшими каплями отсоединив толстый шланг от клапана. Почти тут же разъем на теле корабля закрылся, а я передала пару жетонов бригадиру. Электронная оплата чаще всего была предпочтительнее, но не таких захудалых планетках, как эта.

Кивнув парням, что скручивали огромный шланг в кольца, я вернулась к Летуну, с тоской отметив, что весь корпус присыпан пылью. Не просто будет от такого избавиться.

— Можем тебя сбрызнуть, — задумчиво крикнул вслед бригадир, вернув соломинку на ее законное место, — но только грязь развезем. Еще хуже может стать.

Я только покачала головой, подняв на прощание ладонь и открывая шлюз. Хорошо было бы попасть под дождь, но это явно не вопрос ближайшего времени.

— Ну как? — халп сидел в своем кресле, наблюдая за показателями корабля. Выходить я ему запретила, чтобы как можно меньше глаз могло потом сопоставить этого киборга со мной.

— Сейчас работники отойдут — и можем стартовать, — я пристегнула ремни, помня, что притяжение здесь выше, чем на многих планетах и трясти будет изрядно. — Пока я выставлю норму, но как только выйдем с орбиты, нужно будет уравновесить влажность.

— Хорошо. Тогда можно будет поставить и твердую оболочку на колбу, чтобы меньше уходила, — согласился хальп, просматривая данные. — И тебе даже не интересно, что там?

— О, нет! — быстро проговорила я, запуская первые двигатели. — Я всякое возила, и опыт показывает, что не всегда стоит знать детали. В договоре указанная исторически ценный неэнергоемкий артефакт — этого мне довольно. Готов?

Щелкнув тумблеры, запустив основные потоки, я дернула штурвал на себя тут же вадвленная в кресло перегрузками.

— Почем ты рулишь сама, а не используешь ИИ? У тебя здесь стоит вполне сносная версия, — превозмогая перегрузки, как-то слишком легко спросил хальп.

Мне же хотелось его чем-то пристукнуть, но пока я держала штурвал, эту мысль пришлось не на долго отложить.

Только выровняв полет уже за пределами орбиты, не попадая под силу притяжения планеты, я глянула на своего нанимателя:

— ИИ у меня не плох, в этом ты прав, но я все же предпочитаю сама выполнять подобные маневры. Тем более, что для Им-12 есть куда более важные задачи.

Несколько дней прошло с виду спокойно, но ожидание неприятностей все же зудело где-то в затылке, не позволяя расслабиться.

— Кира, мне кажется, ты слишком себя накручиваешь, — весьма меланхолично произнес ЦунХиТан, пока я сидела возле оголенной стены, поправляя обмотку на одном из стыков тепловой трубы.

От такой фразы и момента, у меня обмотка выпала из рук. Конечно, пеной было бы быстрее, но на таком кораблике, как мой Летун это было чревато. Можно неделями снимат пену, но потом никогда не отыскать протечку при повторной поломке.

— Да ты никак шутишь? — переспросила я, подняв обмотку и закрепив конец. Все встало на свои места, и была надежда, что стык продержится еще пару месяцев. Или лет. Иногда примитивные меры оказывались дественнее новинок.

— Нет, я вполне серьезен. За последние дни мы не видели на этом маршруте ни единой посудины, так что твои нервы все же неоправданно накалены. Я еще раз предлагаю сделать тебе расслабляющий массаж, дабы снизить напряжение.

— «Дабы»? — поймав разводной ключ, мой любимый и самый незаменимый инструмент на корабле, я медленно поднялась. И пусть я едва доставала хальпу до подбородка, что-то в моем взгляде заставило его все же попятиться. Или так действовал ключ в моей руке. — «Дабы»? Я тебе еще два дня назад сказала не приближаться ко мне с подобными предложениями. По-твоему что-то успело измениться?

— Я не имею виду ничего предосудительного. Только лишь массаж, — хальп выставил вперед ладони, видно пытаясь защититься.

— И не надейся, киборг. Я тебя к своей спине и близко не подпущу, даже если…

— Два корабля на сто шестьдесят два градуса, — механический голос ИИ заставил резко замолчать. Так и не выпустив ключ из рук, я рванула в рубку, слушая как позади топает хальп.

— Сто шестьдесят два — это как?

— Примерно как на пять часов, — вспомнив классическое деление циферблата, которое использовали в некоторых секторах, отозвалась я.

— Показывай, — потребовала, коснувшись браслета под одеждой. Последние пару дней, чувствуя, как зудят пятки, я предпочитала даже спать с ним. И не снимая комбинезона. Было не очень комфортно, но чуть более спокойно.

— Идут быстро, если продолжим тем же курсом, — механически отвечал ИИ, демонстрируя проекции направлений на карте, — то будем в общей точке через три часа.

— Кира, это могут быть просто случайные корабли, — подтягивая зачем-то кобуру, в которой сейчас не было оружия, попытался меня успокоить хальп. Но вот я отчего-то сегодня была абсолютно уверенна, что это именно за нами.

— Ты умеешь работать малой лазерной пушкой? — такая штучка, пусть и не очень мощная, у меня все же имелась. При дальней стрельбе она была куда удобнее чем классические корабельные пулеметы.

— Любым видом оружия, — кивнул хальп.

— Вот тогда двигай на башню, и посмотри, не приржавела ли гашетка от такой влажности. Только не вздумай стрелять, пока не будем уверены, что нам угрожают!

— А ты что будешь делать? — хальп стоял уже на выходе из отсека, с непониманием глядя на то, как я рассматриваю карту небесных тел.

— А я буду тихой-тихой, — почти неслышно произнесла, все же найдя подходящую точку. Ткнув пальцем в указанный участок, обратилась к ИИ. — Какие варианты?

— Если очень поторопиться и спалить часть тех запасов, что ты не велела трогать… можем успеть. А там пусть ищут, как хотят.

— Ну, так приступай! Хальп, крепись по штормовому!

— Что? — голос киборга донесся приглушенно, но это уже было не важно, так как двигатели загудели и Летун дернулся вперед по скорректированному курсу. Из задней части моего небольшого корабля донесся грохот, сменившийся руганью, но это не имело значения. Важно было только то, как быстро Летун сможет добраться до нужной точки и успею ли я накинуть маскировку.

Глава 6

Последний отрывок пути корабль еле протянул, дергаясь, как припадочный и с трудом удерживая показатели. Кажется, пыль с последней остановки все же попала в систему, забив какие-то фильтры. Но так как я изо всех сил пыталась составить маневры, рассматривая карту того небесного тела, куда мы стремились, то заниматься прочисткой системы было просто некогда.

— Им-12, наши координаты отправлены?

— Да, Кира, — отозвался ИИ, одновременно показывая на карте несколько природных пещер в той ледяной глыбе, которую меня угораздило выбрать. Но так как планета обладала сильной рельефностью, а это было вполне хорошо для наших целей. — Сбрасывать ли спасательный модуль?

— Пока подожди. Мы не уверены, что эти кораблики летят за нами, — покачала я головой, рассматривая карту «неба».

— Вот видишь, только зря дополнительное топливо спалили, — флегматично отозвался хальп, все еще прижимая холодный компресс к огромной шишке на «живой» стороне лица. А потому, что нужно было держаться, если капитан, то есть я, приказал. И нечего на меня косить своими неживыми глазками!

— Это было не просто топливо. Там столько ценных веществ намешано, что мне придется выставить тебе дополнительные расходы, когда выберемся.

— Если выберемся, Кира, — комментарий Им-12 мне не понравился. Резко выпрямившись в кресле, я немного уменьшила кратность, чтобы видеть больший участок неба. На самой границе восприятия моих приборов появилось две ярких точки. И приближались они не в пример быстрее, чем полукруглый бок ледяной планеты.

— Твою ж систему!

Дернув штурвал, я заложила вираж, надеясь подойти к планете с темной стороны, укрывшись от радаров на тот момент, пока войдем в атмосферу.

— Им, какие показатели? Озвучить, — дернув небольшую нишу в стене, пока Летун мог двигаться самостоятельно по новому курсу, я вытянула два экстренных блока, кинув один хальпу.

— Дышать можно. Температура освещенной стороны: минус девять, температура теневой стороны минус девяносто три. Продолжительность суток четырнадцать часов. Относительная влажность от шестидесяти до сорока процентов, что обусловлено восходящими потоками в точке, указанной как конечная.

— ЦунХиТан, у меня нет особых надежд, что мы сможем отбиться, если нас все же обнаружат, так что самым верным будет подготовиться, — я раскрыла бокс, вынимая на свет довольно тонкий и не самый новый, но очень хороший, для своего поколения, комплект. На первый взгляд комбинезон внешнего использования казался невероятно огромным, но система была так хорошо отлажена, что я не сомневалась в ее функционале. — Им-12, подготовить модуль к сбросу. Подготовиться к полному переносу ИИ на а капитанский носитель. Подготовиться к аварийному сбросу данных.

— Полный сброс? — я почувствовала, как нагрелся браслет на плече, принимая поток информации. Стало даже немного больно, но я не просто так отдала за эту штуку стоимость двух заказов, чтобы сейчас кривиться. Лучше я замерзну вместе с ним на этой круглой глыбе льда, чем позволю каким-то недоумкам воспользоваться своими кредитами или кораблем. Нет, без ИИ, они, конечно, может и поднимут Летуна в воздух, но это потребует столько сил, что никто не захочет подобным заниматься.

— Да, полный перенос. Сколько до входа в атмосферу? — перед мониторами появилась темная, глыба теневой части планеты.

Застегнув комбинезон до самого конца, я прогнала по системе содержимое спасательного модуля. Для такой планеты и для двоих этого, конечно, маловато, но это было единственное, что я сейчас могла. Модуль мне требовался за все годы только раз, и совсем в иных условиях.

— Четыре минуты.

— ЦунХиТан, ты готов?

— Да, Кира. Но должен предупредить, что согласно протоколу, если грузу будет грозить реальная опасность, мне приказано нарушить оболочку и уничтожить его. Но пунктом выше стоит попытка сохранения данных. Как киборг со встроенными модулями, которые можно извлечь, я не имею права запоминать эти данные.

— Объясни нормально, — такая многословность хальпа, обычно чуть заторможенного и расслабленного, оказалась неожиданной. Никак, у кого-то включились режимы повышенной активности мозга.

— Если будет реальная угроза, тебе придется запомнить данные.

Я, на мгновение оторвавшись от штурвала, посмотрела на хальпа с удивлением.

— Там информационный носитель? В колбе?

— Бумажный носитель с координатами. С первой их частью. Тебе придется их запомнить, прежде чем я уничтожу артефакт.

— Бумажный носитель, — повторила я, настолько шокированная, что едва не пропустила первый торос, высотой с три моих «блохи»*, успев вывернуться только в последний момент. Когда мозг немного переработал информацию, я тряхнула головой, чтобы хоть так вытряхнуть из нее лишнее. Все же, бумажные носители не использовались нигде всю Третью Эпоху Звездных Путей. Значит, артефакт был не просто ценным, а на самом деле древним. — И с чего я должна запоминать эти данные? Хочешь, чтобы за мной тоже началась охота?

— Нет, никто не знает, что ты ташва. Вполне можешь выжить и закончить задание. А если понадобится ремонт твоему Летуну — это тоже возьмут на себя. Только доставь данные, — хальп на мгновение замолчал, подтягивая широкие рукава комбинезона и запуская процесс формирования, который подтянул защитную одежду строго по фигуре. Вот только в молчании было что-то такое, от чего мне хотелось непременно стукнуть этого киборга. — Кроме того, в договоре это указанно.

— Что?!

Я едва не захлебнулась кислородом, услышав эти слова. Вот подлец!

— Им-12!Проверить последний договор на скрытые данные, — голос опять сел, став едва слышным шипением.

— Скрытых данные нет, — тут же отозвался ИИ.

— Посмотри мелким шрифтом в пункте «безопасность груза», — флегматично посоветовал хальп. — И Кира, мы кажется, сейчас впечатаемся в эту скалу.

В последний момент вывернув штурвал, я одним глазом, в котором вспыхнула встроенная линза, просматривала договор, выискивая нужный пункт.

— Им-12, найти, выделить и показать! — опасаясь, что вновь могу упустить на пути что-то важное и опасное, наконец решила я. Даже если и так, договор уже подписан, и я обязана сохранить груз, чтобы не испортить карту курьера и не потерять лицензию. А так как умирать я не собиралась — сохранить лицензию было важно. Да и киборг был прав, этого не так просто добиться, как может показаться.

— Точка сброса модуля будет достигнута через десять…девять..

— Сброс автоматически, — рыкнула я, совсем не желая слушать этот отсчет. Уж с такой мелочью мой ИИ вполне мог справиться.

Послышался тихий щелчок, и громкое шипение, с которым спасательный модуль отсоединился.

— Отключить сигнал у модуля, отметить точку падения. Расстояние до места посадки от ожидаемой точки падения модуля?

— Тридцать два километра, — отозвался ИИ.

С первого взгляда расстояние не казалось большим, но если придется по этой ледяной глыбе двигаться пешком, да еще и в не лучшем состоянии…

— ИИ, скинуть «попрыгунчик»

— Кира? — мне показалось, что даже Им-12 не ожидал такого приказа.

Но ощущение надвигающейся беды, давящее на затылок, заставило зажмуриться.

— Делай. Сейчас, — снижая скорость, надеясь, что «попрыгунчик» переживет падение без последствий, подтвердила приказ.

На приборной панели вспыхнул огонек открытия отсека, и я зажмурилась. «Попрыгунчик» был старый, но все же, нежно любимый.

— Выгрузка выполнена, — если бы голос ИИ мог быть печальным, он был бы именно таким, как сейчас у Им-12.

— Заглушить тепловые двигатели. Идем на внутренней тяге. Подготовиться к маневрам, — дождавшись, когда след сгоревшего топлива за хвостом Летуна окончательно растает, я крутанула штурвал и заложила резкий вираж, уводя «блоху» с прямой траектории и ныряя под своды ледяной пещеры. Боясь двигаться слишком глубоко, видя, как сужается пространство внутри, медленно опустила корабли на лед, с трепетом вслушиваясь в то, как где-то треснул сталактит, как сверху с устрашающим грохотом посыпалась мелкая, искрящаяся крошка.

— Придется все отключить, так как в этом ледяном аду нас может выдать даже температура двигателей.

— Делай как надо, Кира. Ты курьер, — кивнул хальп.

— Но это значит, что и в грузовой отсек перестанет поступать вода.

ЦунХиТан перевел на меня свой немигающий взгляд, прежде чем щелкнуть голограф, просматривая данные.

— Колба продержится около восьми часов. Потом ее придется вскрыть.

— Главное, чтобы мы сумели продержаться эти восемь часов. И чтобы нашим преследователям надоела тут рыскать.

______________

Блоха* — тип корабля по внешнему виду

Глава 7

Оставив только самый простой из радаров, чтобы иметь возможность хоть как-то контролировать происходящее вокруг, я с раздражением начала вытягивать на пол из ящиков оружие и прочую крайне необходимую ерунду.

— Мое мне вернешь? — проверяя, как сидит шлем прошлого поколения, спросил хальп.

— Погоди. Нужно сперва собрать кое-что, — вытаскивая самую большую деталь, пыхтя, отозвалась я. Не будь я Кира. Если позволю просто так кому-то забраться в мой корабль.

— Как ты проверки проходишь? — присев рядом, с нескрываемым удивлением спросил хальп, с каким-то трепетом касаясь длинного, плоского ствола лучевого пулемета.

— Я их разбираю, видишь же. А в таком виде главное в правильном месте поставить, — хлопнувшись на попу, я принялась ставить ствол на место, собирая старенькое, почти что легендарное оружие, которое теперь можно было отыскать разве что на блошином рынке в какой-нибудь дальней части галактики. В том же секторе К, например.

— И зачем тебе такие игрушки? — мне вдруг показалось, что хальп опять понизил скорость работы процессора до привычной, чуть-заторможенной.

— На досуге мне бывает скучно, и я играю в конструктор, — не удержавшись, слегка нервно ответила.

— Правда что ли? Но есть же наборы для взрослых, — вполне натурально вскинул брови киборг, вынудив меня даже повернуться и посмотреть на это чудо мысли.

— ЦунХиТан, ты издеваешься? — прямо спросила, на мгновение отложив свой «конструктор» для взрослых и самостоятельных.

— Иногда мне недоступны выверты твоего мозга, Кира. И я не всегда улавливаю иронию, но в данный момент чувствую, что она тут должна быть. Я прав?

С громким щелчком ствол стал на место, затем я пристегнула рычаг, а в последнюю очередь энергоблок, который хранился в виде запасного генератора в грузовом отсеке. Получилось весьма громоздкое, медленно нагревающееся, но довольно мощное оружие прошлого столетия.

— У меня бывали нестандартные ситуации, если можно так выразиться, ЦунХиТан. Так что с недавних пор я предпочитаю иметь под рукой что-нибудь в качестве оборонительного элемента.

— Чем тебя не устраивает оружие, встроенное в «блоху»?

— Тем, что оно снаружи, — фыркнула я, поправляя последний элемент. — И не всегда работает. Вот как сейчас, например.

— Я пронял.

— Справишься? Для меня он немного тяжеловат, — фыркнула я, с удовлетворением рассматривая то, что получилось. Повернувшись к хальпу, я в первый раз почувствовала серьезную тревогу. — Если они смогут пробраться сюда, нам будет очень туго.

— Знаю. Потому предлагаю установить эту прекрасную старинную игрушку на крыше. У тебя есть верхний люк?

— Конечно, — открыв сейф, вполне себе нормальный такой, привычный ящик, я подала хальпу его привычное оружие. — Можем попробовать. Если заранее выставить ружье, то может и получиться.

Вынув тонкое термальное покрывало чтобы было чем прикрыть оружие, кивнув ЦунХиТану, чтобы взял ружье, я дернула вниз ручку на потолке. С грохотом опустилась металлическая лестница, ведущая к внешнему люку. Плоская крыша «блохи» вполне позволяла установить оружие так, чтобы защитить подходы к кораблю сверху.

На какое-то время.

Порывшись в сотне карманов пояса, который я повесила поверх защитного комбинезона, я протянула хальпу небольшой микрофон с наушником. Круглая присоска, что реагировала на вибрацию гортани, передавала сигнал не очень далеко, но вполне должна была справиться с нашими нуждами.

Обувь не скользила даже по тонкой корке, что успела схватиться на быстро остывающей обшивке корабля. Закрепив ружье, прикрыв его тонкой, блестящей тканью, я невольно поежилась, оглядывая светлую, голубую пещеру изо льда, что нас окружала.

Все вокруг казалось настолько незыблемо спокойным, что даже само это ощущение пугало. Оглушающую тишину вдруг нарушил гул, и рядом, разлетевшись на мелкие осколки от удара о корпус корабля, упала весьма большая глыба льда, заставив отскочить.

Витиевато выругавшись, я кивнула хальпу, спускаясь вниз и оставляя люк открытым, чтобы киборг имел возможность вернуться внутрь корабля, если все станет совсем плохо.

— Кира, — голов прозвучал немного глухо, все же у меня вся аппаратура была такой же старой, как сам Летун, — если они прорвутся во внутрь, ты должна будешь вскрыть колбу.

— Я помню, — активируя ловушку на шлюзе, рыкнула я. Никто не войдет в мой кораблю просто так, если я того не желаю.

«Зафиксировано две тепловые точки. В двух и в пяти километрах от нас»

Голос Им-12 с явным поскрипыванием раздался в голове, заставляя леденеть руки. Никто не любит неприятности.

— Опаздываешь, — фыркнула вслух, делая импровизированный щит в паре шагов от шлюза. Встреча с пиратами, произошедшая пару лет назад меня все же кое-чему научила, пусть и выбралась я только благодаря другим ребятам, следующим тем же маршрутом.

«Сигнал блокируют, капитан»

— Ладно-ладно. Где они?

ИИ не успел ответить, как в корпус корабля с силой ударил энерго-луч. Расчет был видно на то, чтобы сжечь мою электронику, но это не могло подействовать, когда все и так отключено. Сверху раздались глухие щелчки — это заработало ружье хальпа. И почти тут же я щелкнула большой тумблер под пилотским штурвалом. Конечно, были опасения, что они могут выстрелить лучом еще раз, но риск был оправдан.

Запасной генератор загудел, запускаясь, и через несколько долгих мгновений, наполненных треском и шумом, остались только щелчки ружья. Щит включился.

— Это не надолго, — передала я ЦунХиТану, чувствуя, как все подрагивает внутри.

В голове внезапно что-то щелкнуло.

— Им-12, где кираса*? — эту штуковину, подаренную мне кем-то из воздыхателей, я не использовала еще ни разу, потому и не вспомнила о ее наличии.

«Не могу знать капитан»

Где может быть совершенно ненужная вещь? Там где и прочий хлам.

Слыша, что треск за пределами корабля становится все громче, чаще и чаще попадая в корпус и заставляя вздрагивать, я нервно напевала себе под нос, роясь среди мотков канатов, дополнительных деталей и тех инструментов, которые давно можно было сдать в утиль.

— Лай-лай, не зевай… — мелодия сбивалась, голос начинал проседать, но я упорно искала кирасу. Если я по чистой случайности не поймаю пулю в лоб, шанс выжить с такой вещицей становился почти стопроцентным. — Ага!

Прямоугольная пластинка толщиной с палец у меня пару раз заменяла подставку или распорку, так и не открытая и не примеренная. Быстро расстегнув комбинезон, от чего он опять провис со всех сторон, как парашют, я прижала пластинку к груди. Держа щиток напротив сердца, я одновременно щелкнула две боковые кнопки. В нос ударил запах озона, и через мгновение кираса, поймав меня словно паутиной, растянувшись от шеи до самой талии, плотно укутав как в корсет куртизанок с Порто-дэ-Лямои.

Не в состоянии глубоко вздохнуть, стянутая со всех сторон, я медленно натянула комбинезон, запустив систему регулирования. Защитная одежда, издав шипение, села на место и в этот момент раздался взрыв. Кто-то попытался войти через шлюз.

Едва дыша, я скатилась по лестнице, замерев за импровизированным щитом. Облако дыма все еще не рассеялось, так что пришлось практически лечь на пол, чтобы не задохнуться и хоть что-то видеть. Единственный дыхательный баллон я предпочитала оставить на крайний случай.

— Кира! Они внутри? — голос хальпа звучал еще глуше, но все еще бодро.

— Пока нет. Но уже скоро, — тихо отозвалась я, крепче сжимая оружие.

Отборная ругань сразу на нескольких зыках, и в проеме показалась большая голова с чешуей по щекам. Хорошенько прицелившись, я выпустила первый залп в шею вошедшего. Убить это не могло, но вот на какой-то время отключить — вполне себе. Чешуйчатый рухнул на пол, словной получил бревном по голове а из-за его спины послышался новый виток брани, а в мой щит сразу полетела очередь. Судя по звуку, от которого закладывало уши, оружие было огнестрельным, а не силовым, как у меня, так что предпочтительно под такое не попадать. Дырки даже у меня в шкуре будут зарастать довольно долго.

Съежившись за куском металла, я ждала, пока невидимы противник закончит пальбу, надеясь успеет снять кого-то еще, прежде чем они прорвут оборону.

— Кира, иди, вскрой капсулу! — неожиданно оказавшись рядом и почти что выталкивая меня к себе за спину, прошипел хальп. — Потом выползай через верхний люк.

— Но…

— Кира, — хальп, встряхнул свое оружие удобнее устраиваясь за щитом, — два корабля, по шесть в каждом. Это не для тебя. А вот данные еще можно спасти.

Несколько ударов в железо прошлись как раз на уровне моей головы, от чего нехорошо защемило сердце. Хальп ответил парой выстрелов почти наугад, но последовавшая ругань и шипение, вперемешку со стонами, подтвердили, что кому-то сегодня не повезло.

Тихо рыкнув, понимая, что ЦунХиТан прав, я дернулась, чтобы пройти к лестнице, но киборг в последний момент поймал меня за руку, заглянув в глаза.

— Кира, важны только координаты.

Кивнув, дождавшись, когда хальп вновь откроет огонь, я метнулась к лестнице.

Разблокировка грузового отсека заняла долгих две минуты, и стоило двери открыться, как в лицо пахнуло сыростью и немного едким ароматом разложение пластичной оболочки. Не смотря на все предосторожности, колба уже порядком просела, заставляя мои прекрасные, дорогущие параметрические крепления сжиматься все сильнее.

Вздрагивая от каждого щелчка, доносящегося от главного шлюза, я отключила «лапы» крепления, быстро, но аккуратно их разогнув. Дыхания не хватало. То ли от едкого запаха, то ли от кирасы, что сжимала грудь, воздух проникал в легкие с трудом.

Плюхнувшись на пол, некстати вспомнив папину любимую присказку в адрес моей это привычки, что змеи и ходят лежа, я попыталась разорвать пластичную оболочку. Но та оказалась на удивление плотной, просто пружиня под руками. Замирая от ужаса, что могу испортить артефакт до того, как сумею полностью вскрыть оболочку, я срезала край небольшим лазерным ножом, что нашелся среди мелочей в поясе.

Срезая по куску, в какой-то момент я зацепила край плотной прозрачной упаковки, и уже куда осторожнее потянула за край, разрывая колбу изнутри. На колени мне упал небольшой запаянный и мутный, довольно упругий конверт.

— Кира, ускорься и убирайся уже оттуда! — голос хальпа прозвучал и в ухе и как эхо со стороны лестницы.

Желтый, с одной стороны обгорелый, а с другой явно вырванный, лист с тихим шуршанием, едва слышным сквозь грохот, выпал из срезанной оболочки. Он оказался куда легче, чем я представляла. И тоньше. А еще он тихо хрустнул и сломался, стоило только коснуться его пальцами. И буквы, мелкие, на неизвестном языке, не увеличивались, если по ним провести пальцами.

Это казалось странным, глупым и неправильным, словно файл повредился при переносе. Материал оказался теплым, немного шершавым, как замша. А еще от него весьма интересно пахло. Вроде бы пылью, а в то же время и какой-то пряностью, и от этого запаха в груди что-то расцветало.

Тряхнула головой, прогоняя странное оцепенение и трепет перед необычной, невероятно старой вещицей. Нужно было и правда поторопиться.

Глава 8

Особого пиетета перед артефактами древности я как-то не испытывала. Правда, раньше ни один из них ко мне в руки не попадал, так что это все же было не показательно, но сейчас ладони дрожали, заставляя упругий, но очень хрупкий лист немного вибрировать.

Несколько раз быстро моргнув, стараясь поймать содержимое страницы в фокус, я наконец сумела рассмотреть буквы. Только это не помогло совершенно. Закорючки, какие-то плавне, совсем не похожие на нормальные известные мне символы, словно перетекали один в другой, нагнетая панику. Запомнить весь этот калейдоскоп было просто невозможно.

Пришлось пробежать по ровным, но явно не печатным строчкам несколько раз, чтобы зацепиться за символы, отдаленно напоминающие цифры. Они выделались из общей массы, хотя и не были похожи на координаты, о которых упоминал хальп.

Ряды кривых, непохожих на привычные мне, цифр словно начинают двигаться, принимая более четкие контуры. Они записаны в самой нижней части страницы, так что не удивительно, что я упустила их с первой попытки. Две цифры почти затерты, кромка листа раскрошена то ли от старости, толи о того, что дрожат мои руки, комкая край. Но я пытаюсь запомнить то, что могу прочесть, прокручивая в голове раз за разом.

— Кира! — в вопле хальпа эмоции, от которых мне становиться немного дурно. Роняя на пол лист, я судорожно вытираю взмокшие ладони о комбинезон. Перчатки все еще в одном из карманов. — Убирайся оттуда!

Меня начинает трясти. Даже то, что это не первая подобная ситуация не помогает моей нервной системе справиться.

Едва не теряя связь с реальностью, я, на мгновение зажмурившись, отрываю кусок листа, на котором указаны цифры. С треском, который, кажется, перекрывает звуки выстрелов и стоны с нижнего этажа, лист рвется. Чувствуя, как в венках вспыхивает адреналин, я подскакиваю и несусь к люку на крышу. Это единственный оставшийся вариант.

Лестница трясется под моими шагами и гремит. Толкнув незапертый люк, я выползаю на обледенелую поверхность. Здесь, как оплавленные куски стекла, видны следы хальпа, прошедшего до того, как корпус окончательно замерз и покрылся коркой.

Лицо тут же опалило холодом, кусая щеки. Натягивая на стремительно замерзающие пальцы перчатки, я едва не выпустила из рук тонкую полоску с координатами. Остатки листа начали вдруг рассыпаться, оседая сероватой пылью на темной ткани комбинезона. И я не уверена, что успела запомнить все правильно.

Дрожа от холода и всего происходящего, я едва не пропустила вспышку. Успев в последний момент пригнуться, я проследила за тем, как луч прошел всего в ладони над головой опалив волосы. Оцепенение слетело, хотя в голове вместо привычных мыслей крутились цифры, которые станут бесполезны, если я не выберусь.

«Им-12, наши координаты?..»

«Данные отосланы при последнем запуске генератора. Постарайся выжить, Кира»

Механический голос моего ИИ, обошедшегося в целое состояние, немного взбодрил. Все будет хорошо. Главное, чтобы не попали в голову. Остальное поправимо.

Двинувшись в сторону люка, я заглянула вниз. В темном пространстве то и дело слышались вскрики и сверкали вспышки. Хальп еще был жив. И я очень надеялась, что он справится.

Потянув тяжелую крышку, я закрыла люк, для надежности воткнув во внешний поворотный механизм свой разводной ключ. Теперь снизу ко мне не подобраться. А это уже что-то.

Встать было невозможно, так что к ружью я двигалась ползком, едва не скатившись в какой-то момент с крыши Летуна. В последний момент успев ухватиться за стойку оружия выровняв положение, я щелкнула тумблер. Надеясь, там осталось еще хоть что-то из зарядов, я максимально опустила ствол, ожидая, когда огонек вспыхнет зеленым.

Дальше все произошло так быстро, что я и потом не могла сообразить, что именно упустила.

Дернуть гашетку я успела только два раза, целясь в один из припаркованных чуть в сторону быстрых кораблей. Расстояние было велико, да и мощность у ружья не так велика, чтобы сильно повредить обшивку, но я летала достаточно давно, чтобы знать, куда целиться.

Первый выстрел пришелся слишком высоко из-за того, что я не могла подняться и нормально прицелиться, стреляя практически наугад. В ответ на яркую вспышку, сопровождающуюся основательным грохотом, с земли раздались крики, и в мою сторону полетели выстрелы. Одну руку обожгло, но защитный скафандр погасил удар, пришедшийся по касательной.

Порадовавшись, что это только энергетическая пушка, а не тот лазер, что я видела чуть раньше, я упрямо продолжила корректировать настройку прицела. Пусть это не сильно поможет мне, если наемники сумеют добраться, но внутреннее упрямство требовало именно этого.

Дернув гашетку, я с предвкушением, видя почти идеальную траекторию, проследила за тем, как снаряд ушел в сторону корабля. В этот же момент судно чуть приподнялось, пытаясь избежать выстрела, но только успело вскинуть брюхо, от чего все вышло еще лучше. Луч угодил в одну из немногих точек, что не следовало подставлять. От грохота заложило уши, а с потолка ледяной пещеры посыпалась ледяная крошка.

В какой-то момент мне по плечу даже ударила приличная глыба, напомнив, что шлем остался где-то внутри корабля. Зажмурившись от яркой вспышки, сцепив зуба от боли в плече, я не сразу поняла, что начинаю скользить по гладкому, обледенелому боку корабля, головой вниз.

Судорожно взмахивая руками стараясь уцепиться за стойку оружия, кое-как извернувшись, я все же сжала пальцы на какой-то опоре. И в этот момент, в наступившей на несколько мгновений оглушающей тиши не раздался выстрел. Глухой хлопок, после которого обожгло правый бок.

Еще один выстрел пришелся правее, обдав щеку жаром и ледяной крошкой. Но это было уже не важно. Руку стремительно немела, по правому бедру текло что-то горячее, от чего комбинезон тут же противно прилипал к телу. И жгло. Жгло в боку.

Я перестала чувствовать пальцы, и только тогда, когда меня потянуло вниз по покатому боку Летуна, поняла, что падаю. Ветер вдруг взвыл в ушах, пред глазам на мгновение мелькнул голубой, ледяной потолок пещеры, в глаза полезли волосы, не давая больше нормально вздохнуть или что-то рассмотреть.

А потом был удар.

Без боли. Только какой-то громкий хруст в ушах и застилающий все, жар в теле. И совершенно никакой возможности вдохнуть. Я открывала рот, почти ничего не видя перед собой, пыталась глотнуть хоть каплю воздуха, но в горле что-то противно булькало, заставляя тело спазматично выгибаться от нехватки кислорода.

Перед глазами то что-то вспыхивало, то снова гасло. И все горело, горело внутри. И я чувствовала влагу что бежала по боку, теперь струйкой затекая под спину.

Кажется, сквозь бульканье во рту, мне удалось глотнуть немного воздуха, так как голова перестало так сильно дергаться, и я смогла разглядеть лицо над собой. Но лучше бы я э

Того не делала.

— Какая жалось, Кира, — казалось, на розовом лице и правда проступило сожаление, хотя за острыми зубами это было сложно рассмотреть.

Прищелкнув языком, фликан покачал головой.

— И чего тебе просто не леталось, девочка?

— Рама, — еще один знакомый голос, и рядом с фликаном появился один из чешуйчатых шальфов.

То ли от отвращения, то ли от того, что горло опять наполнилось жидкостью, меня вновь выгнуло. Жар внутри, не менее обжигающий холод под спиной и невозможность дышать сейчас были куда важнее предательства Рамы.

— Рама, хальпа нейтрализовали, но он успел добить Тану и Саванарику.

— Обычные риски. Все знали, куда идут, — безразлично пожал покаты плечом фликан. — Нашли артефакт?

— Да, — шальф поднял лист, обратно вложенный в прозрачную оболочку. — Я успел сделать копию, так как этот странный материал рассыпается на глазах. Надеюсь, этого будет довольно.

— Нам сказано привезти информацию с носителя, так что да. Условия мы соблюли.

— Рама, я закоротил генератор, хотя у этой развалины и так топливо на нуле… — на несколько мгновений, меня скрутило так сильно, что я не могла не видеть ни слышать. В горле булькало что-то противное. От очередного спазма голова откинулась вбок, от чего жидкость потекла по щеке, давая возможность глотнуть хоть каплю кислорода.

Мне удалось сделать всего-то пару вдохов, как перед глазами мелькнул темный сапог. Мою голову повернули и перед глазами опять возник Рама, закрывая все вокруг.

— Мне искренне жаль, Кира. Ты была хорошей девочкой, — подняв голову, фликан приказал уже совсем иным тоном. — Загружайтесь. Мы как раз уместимся теперь в один корабль, благодаря стараниям наших друзей.

— Как же тела?

— Меньше народу — больше барыш. Или ты хочешь потратиться на похороны? — темные глаза Рамы сверкнули злостью. — Бегом.

— А как же она? — шалф с отвращением посмотрел на меня, придерживая свободной рукой пробитое плечо.

— Я не убийц, — нагнувшись ко мне почти в плотную, прошептал фликан. И уже шальфу, распрямившись, — Легкие в труху, через пару часов когда опустится ночь, холод доделает все остальное. Вперед, на…

Дальше я уже не слышала, то погружаясь в обжигающий холод, то падая в леденящий жар, от которого никак невозможно было скрыться….

Глава 9

Руш

Именно этот контракт брать мне не хотелось, но остальные Агенты были заняты на постоянных своих участках, так что вариантов просто не было. Мой самый давний и прибыльный клиент несколько дней назад отправился к предкам по естественным причинам, вследствие чего я получил весьма впечатляющий «утешительный» гонорар, так что объективных причин не брать заявку от ташвы не было.

Но совсем не хотелось.

Практически вырезанная в результате геноцида раса, оставшаяся в виде вот таких ошметков, спрятанных по доброте душевной кем-то из менее интересных обитателей вселенной, обещала множество проблем. Просто потому, что так всегда и происходило. Любое отклонение от обыденности притягивало неприятности, как магнит. Таков закон вселенной.

Когда прошел первый месяц после подписания договора, я даже выдохнул. Значит, ташва доставила свой особый груз. Сурианцы требовательный к соблюдению некоторых законов, среди которых было и обязательно наличие страховки груза и самого курьера. Я даже не много удивился, когда понял, что ташва не просто справилась с заданием, а смогла сделать это без влипания в неприятности. Это давало надежду, что договор так и останется не распечатанным. Благо, дел у меня и так хватало.

Сверившись с данными в системе, с удовлетворением отметив, что у меня имеется пять заявок на работу, и я делал ставку на то, что первым помощь понадобиться все же торговцу с Хадии-337, уж очень он нагло повел себя со своими последними компаньонами. Тогда последующие заявки сдвинутся, перейдя к другому Агенту. В том числе и договор с ташвой. Впрочем, до его истечения и так оставалось не более тридцати суток, а так долго торговец не сумеет прятаться от компаньонов без моей помощи.

Вернувшись с работы, получив даже некоторое удовлетворение от спасения шкуры хадийца и от игры в прятки, растянувшиеся едва ли не на половину галактики, я с некоторым удивлением отметил, что ташва не только не закрыла контракт, продлив его еще а сорок суток, но и потратила уйму жетонов, добавив новые опции.

— Вот же, мелкая наатшо*! — я выругался, откладывая маску в сторону, на край стола.

Курьер явно влезла куда-то, куда не стоило. В противном случае, ни одно существо во вселенной не стало бы тратить такую сумму, если не рассчитывало воспользоваться услугой.

— Последние координаты? — я потянулся, разминая мышцы. Тело требовало полноценной тренировки, после нескольких дней, проведенных большей частью на быстром, но все же не столь комфортном челноке. В отличие от Сердца, базы где квартировались все Агенты, размяться там можно было только весьма посредственно.

Сделав несколько быстрых движений, для проверки реакции, я скривился. Нет, так дела не делают.

Оставив бесполезное занятие, я подошел к тонкому экрану, где отобразилась часть вселенной, мне практически не знакомая.

— Это где?

По кромке экрана побежала срока ответа, заставив присвистнуть.

— Ничего себе, ее занесло. Мне туда добираться только дня четыре на всех скоростях, — прикинув в уме, что все равно придется отрабатывать контракт, я только взъерошил волосы. Нужно было бы уже подстричься, но времени опять на это не было. Придется сделать выбор.

— Запустить дезинфекцию челнока и подготовку к вылету, — система приняла голосовой приказ, и почти тут же из транспортно блока посыпались уточняющие вопросы и заявки, требующие подписи.

Пробежав глазами список, только прищелкнул языком. С этим курьером я даже не мог предугадать, какая работа предстоит.

— Загружайте полный комплект. Да, я подумал, — старший техник, обслуживающий мой челнок, запустил вызов, вынуждая взять со стола зеркальную маску.

Стоило мягкой материи коснуться лба, как на мгновение возникло ощущение нахождения под водой. Лица словно залило вязкой, жидкой массой. Но через миг все вернулось к норме, добавив по периферии зрения тонкую темную рамку и ряды стандартных показателей.

— Руш, ты серьезно? — техник, круглый как шарик и невысокий, но самый талантливый из всех, кого мне доводилось встречать, недовольно хмурил свои косматые брови над водянистыми светлыми глазами. — Это лишняя дополнительная масса килограмм в триста.

— Я уверен в твоем мастерстве, мой друг, — ровный, измененный маской голос не позволял передавать эмоции, так что в разговорах с некоторыми из коллег я предпочитал добавлять обращений, помогающие выразить мое персональное отношение. Хотя это и не приветствовалось.

— Мое мастерство тут не при дулах. Сам знаешь, что при излишней массе челнок начинает вилять. А при тех скоростях, на которых ты обычно летаешь… Ну нет, я просто не пропущу тебе эту заявку. И не прости, — техник, за спиной которого виднелся огромный ангар, в центре которого и стоял мой транспорт, сложил руки на груди, недовольно пыхтя.

Характер я его знал достаточно хорошо, что бы и не пытаться настаивать.

— Ладно, — пальцы нетерпеливо постучали по столу. Хотелось все же успеть на тренировку до отлета. Тем более, что время было вполне подходящее, и там можно было все же застать кого-то из коллег подходящего ранга, — можешь отменить тяжелое оружие и эвакуационные тросы. Они, как я помню, весят невозможно много. Так тебя устроит?

— Другой разговор, Руш. У тебя часа три, пока мои прошуршат челнок.

Кивнув, так чтобы техник сумел увидеть движение головы под гладкой, как яйцо, зеркальной маской, я отключил связь.

Заявка в тренировочный зал была принята почти мгновенно, так что я едва ли не бегом отправился в тренировочный павильон.

Здание, стоящее немного особняком, больше похожее на облако, оно занимало площадь едва ли не большую, чем транспортный ангар. Первые годы обучения Агентов проходили по большей части именно здесь, так как упор делался на развитие тела и мозга. И уже потом, если ученик проходил первые уровни, ему позволяли двигаться дальше и вручали первую маску.

— Руш? Рад видеть, — на маске Дефы все еще была видна глубокая царапина, оставшаяся после задания полугодовой давности. Материя затягивалась, но видно травма оказалась слишком серьезной, чтобы справиться с ней быстро.

— Взаимно. Готов немного потанцевать? У меня сводит все тело от безделья, — признался, скидывая верхнюю накидку для удобства. Плотная, с высоким воротником-стойкой, она была незаменима в любых погодных условиях, подстраиваясь под состояние тела, но не сейчас, когда следовало просто размять мышцы.

— Ты так говоришь, словно уже год не занимался ничем, кроме пилотирования челнока, — фыркнул приятель, лица которого я не видел, кажется, никогда. Сняв свою накидки и оставшись в белых штанах, кофте и перчатках, покачал головой Деф.

Я был уверен, что на его губах играет усмешка, но даже не зная к какой расе принадлежит собеседник, только кивнул.

— Почти так и есть. Не слишком много веселья, — обсуждать задания в деталях нам не разрешалась, и это все, что я мог сказать, разминая холодные мышцы.

— Ничего, сейчас я немного разбавлю твою скуку, — подойдя к стене с инвентарем, Деф, по старой привычке, выбрал короткую палку, тонбон, с которой управлялся мастерски. Я же предпочел шест.

Церемонно поклонившись, соблюдая старые традиции уважение соперника, каждый из нас принял начальную стойку.

Взмокший, довольный, с гудящими мышцами, я вернулся в жилой корпус, успевая еще принять душ и сменить одежду. Выбрав черный комплект, чувствуя, как нижний слой плотно охватывает тело, я с удовлетворением потянулся. Приятное ощущения легкой боли делало тело живым.

Проверив список личных вещей, которые уже были доставлены на челнок, я повернул голову на громкий сигнал.

На весь экран, занимающий едва ли всю стену в моих апартаментах, светился номер заявки. Приоритетно, экстренно. Весело.

Интуиция меня не подвела. Впрочем, такого еще и не случалось, чтобы я был не прав относительно контрактов.

Ташва попала в неприятности. И мне придется ее выручать.

— Челнок готов? — застегивая последнюю кнопку на шее и поправляя накидку, отправил я запрос своему технику. Получив подтверждение, я подтвердил принятый заказ и вышел из комнаты.

Пришла пора познакомиться с этой невезучей ташвой.

Глава 10

Три дня перелета на самой высокой скорости, но я все равно чувствовал, что опаздываю. Нехорошее стойкое ощущение, что все произошло без меня, и не меня падет задача разгребать последствия, не отпускало даже во время короткого сна. Внутреннее возбуждение, странно будоражащее кровь, сильное и непривычное, не давало как следует расслабиться.

Бледно- голубая, кое-где с грязными подпалинами на льду, глыба показалась мне до омерзения неприветливой. Сверившись в последний раз с координатами, покачал головой, скривившись. Если произошло что-то серьезное, может быть уже поздно что-то предпринимать со своей стороны. Все же, прошло уже три дня.

Заложив крутой вираж, я пустил челнок ниже, входя в атмосферу. Оболочка планеты пропустила мягко, словно ее и вовсе не было, видно, воздух здесь все же чуть больше разряжен, чем на других объектах. Хотя ледяной шар классифицировался системой как вполне пригодный для жизни и дыхания.

Зависнув над координатной точкой, я несколько долгих мгновений вглядывался в светлую, без каких-либо следов поверхность. Запустив сканер, почти сразу нашедший пещеру скрытую подо льдом, только крепче сжал штурвал. Ничего хорошего ждать не приходилось, а за прошедшие дни я даже немного свыкся с мыслью, что придется провести какое-то время бок о бок с потомком истребленной расы.

Не поднимая совсем скорость, я медленно вывернул штурвал, выискивая путь под лед. Пришлось изрядно вывернуться, чтобы мои широкие крылья смогли протиснуться в довольно большой, но все же не совсем подходящий зев пещеры. В этом месте их было даже не подогнуть как полагается.

Все же зацепив одним концом какую-то ледяную сосульку, я прислушался к грохоту разлетающегося на осколки льда. В замерзшей тишине пещеры звук отразился несколько раз от стен, еще долго не затихая.

Радуясь, что полость пещеры оказалась больше, чем сам проход, совершив несколько поворотов, я заставил челнок зависнуть на месте.

Не будь в договоре указанно, что моя ташва работает курьером, решил бы, что она член контрабандистского картеля, настолько впечатляющим был вид.

С одной стороны, там, где была вполне приличная и ровная посадочная площадка, валялись ошметки не так давно еще летавшего шаттла. Черные подпалины выгоревшего топлива поднимались по оплавленным ледяным стенам на десяток метров. С друго стороны пещеры, в наиболее удачном месте стояла «блоха». Старенькая и не очень быстрая, но все же весьма надежная, сейчас она напоминала решето. Казалось, кто-то прошелся по ней из крупнокалиберного корабельного оружия, не зная, что корабли такого типа имеют вполне недурную обшивку. Но не смотря на это, переднее стекло скалилось острыми краями, а вмятин было столько, что ни один мастер не возьмется это все выравнивать. Ну разве что на спор.

Но это не сильно интересовало. Куда занимательнее были кровавые пятна и тела, разбросанные вокруг «блохи». Вот это уде напоминало мне не самые приятные из заданий, когда приходилось вытаскивать клиента из глубокой черной дыры, оставляя позади похожее месиво. Но ни единого Агента в этом секторе не было, а значит это и правда были разборки.

Вот только вызов все еще шел, и точка, отмеченная на экране, была совсем рядом.

Найдя подходящую площадку для посадки, я отключил двигатель. Нужно было найти ташву, а там уже разбираться по ходу дела. Вот сейчас ее принадлежность к практически вырезанному виду была нам обоим на руку.

Лед тихо хрустнул под жесткой подошвой моих ботинок. В первое мгновение холод обжег глотку, но маска, как и одежда, довольно быстро подстроились под смену температуры. Не просто так наше обмундирование считалось одним из лучших среди существующих. Прислушиваясь, просматривая параметры, что транслировались на внутреннюю стенку маски, я не мог отыскать никаких признаков жизни, кроме ночных следов местных хищников, что растащили несколько тел. Но ящеров не тронули. Странно, как твари на разных планетах угадывают, кого именно не нужно есть.

Подойдя в плотную к месту бойни, только качнул головой. Линия огня прослеживалась настолько четко, что не приходилось и сомневаться: блоху защищал кто-то весьма умелый. Но помогло ли это?

Большое кровавое пятно в пяти шагах от самого корабля, и подтаявший, а затем застывший лед в контурах женского тела — это то, что бросалось в глаза. Кровь, ярко красная, словно только что коснулась льды заставила крепче сжать зубы. Среди изобилия зеленых и серовато-бурых пятен крови шальфов и ребят с Савеи, красная кровь ташвы смотрелась слишком ярко.

Сжав кулаки, я сосредоточился на следах. Подняв голову, разглядел кровавые пятна на боку «блохи», примерно над тем местом, куда ташва упала. Высота была не очень большой, но не сгруппировавшись рухнуть на лед и избежать травм, не смог бы и я. Тем более, на спину.

Если я прав, у моего клиента должен быть разрыв внутренних органов и пара переломов в спине. Или ребрах. Смотря куда пришелся удар. Но это не имело особого значения, если сердце ташвы выдержало те три дня, что мне потребовалось, чтобы добраться.

Сперва нужно было ее отыскать.

Вновь посмотрев на карту следов, я даже чуть улыбнулся. Пусть крови и было много на первый взгляд, она не успела просочиться глубоко в лед, значт холод вместе с природными особенностями организма все же помог остановить кровопотерю. А дальше, видно, кто-то ей помог.

Рядом виднелись рыжеватые пятна, больше похожие на механическую смазку, чем на кровь. И следы, словно по льду тащили что-то тяжелое.

Еще раз оглядевшись, чтобы уж точно не упустить важного, я пошел по этим следам в сторону Блохи.

Развороченный, выжженный лучевым и огнестрельным зев когда-то бывший шлюзом, встретил темнотой и тишиной. Автоматически скорректированные настройки маски позволили почти рассмотреть тот бардак, что здесь учинили. Я бы не удивился, встретив что-то подобное после военного налета, но с работой курьера связать подобное было не просто.

В тишине, только изредка нарушаемой звуком моих шагов или поскрипыванием льда, раздался судорожный вздох. Маска тут же начала поиск живого существа, но кроме давно замерзшей крови ничего обнаружить не удалось. Все же «блоха» отлично перебивала мой радар.

Осторожно двигаясь среди обломанных, сбитых и опаленных кусков корабля, я остановился у подъемной двери спального отсека. Она тоже была вся изрешечена пулями и местами оплавлена, но судя по покосившимся планкам и зазору внизу, ее все же кто-то открывал уже после того, как все случилось. Да и следы, по которым я сюда шел, вели именно в эту часть корабля.

Активировав защиту, от чего по черной ткани прошла едва заметная рябь, я дернул дверь-роллету вверх. От грохота на мгновение заложило уши, но это было ожидаемо. А вот то, что я увидел внутри, все же заставило удивленно вскинуть бровь.

Из темного пространства, весьма небольшого, надо признать, на меня смотрел один желтых механический глаз. Огонек не мигал, хотя я видел, как сократилась искусственная мышца вокруг глаза, которая должна была опустить веко. Если бы оно было. Впрочем, как и многого другого.

Киборг, хальп. Более чем основательно потрепанный, но все еще живой. По крайней мере, грудина, немного искривленная, все еще поднималась и опускалась, снабжая кровью живые ткани тела. Опустив взгляд ниже, я только сжал крепче челюсть. Хальпу придется заменять одну руку почти полностью, впрочем, как и некоторые нижние ребра. Попадание было не совсем точным, но тот кто это сделал, явно надеялся на летальный исход. Вот только хальпа не так просто убить. Одного желания мало, нужны знания.

Сосредоточившись на нанесенном уроне, я обратил внимание на целую руку только тогда, когда в воздухе разлилось тихое гудение.

— Не стоит, — посмотрев на желтый огонек, что сейчас заменял киборгу зрение, тихо предупредил. Хальп никак не отреагировал на мои слова, но на курок не нажал, что было уже хорошо. Осталось разобраться, какое у него отношение к моему нанимателю.

И в этот момент откуда-то сбоку раздался сиплый, судорожный вздох. Система смогла выловить только небольшой источник тепла, и лишь в тот момент, когда я прямо посмотрел на черную массу у стены.

Я сделал полшага в том направлении, когда хальп все же выстрелил. Заряд несильной энергопушки тут же был поглощен накидкой, и я несколькими быстрыми движениями выдернул оружие из рук киборга. Вредить ему еще сильнее мне не хотелось, так что вместо привычной тактики, я воткнул ему в грудину небольшой блок парализатора, рассчитанный именно на таких ребят.

Хальпа на мгновение закоротило, что все же было не очень хорошо, но через миг желтый огонек все же зажегся.

Но пока было не до того. Если у хальпа работают резервы, разобраться моно будет позже. А вот другие вещи требовали немедленного внимания.

Сдернув черную ткань, я наконец смог понять, почему не увидел ее сразу. Ташва была закутана в тонкое блестящее покрывало. Ткань не пропускала тепло. Это было хорошо. Как и то, что мой наниматель была все еще жива. Мне совсем не улыбалось скакать по уголкам вселенной выискивая, кто же именно так подпортил мне контракт. С девушкой на руках решить вопросы по дополнительным опциям будет куда проще.

Хальп, превозмогая действия парализатора, дернулся. Удивительная сила воли, чтобы так игнорировать мои игрушки. С неподдельным уважением хмыкнув, я чуть усилил заряд.

И сдернул серебристую ткань с тела ташвы. А после этого стало уже не до улыбок и расшаркиваний. Дырень в боку была едва ли не больше той, которой щеголял хальп. Но это не было самым страшным. Больше всего накаляла тонкие кровавые струйки, бегущие от уголка губ виз. Они давно уже подсохли, но само наличие крови на губах, как и сиплое прерывистое дыхание, не радовало.

Не стремясь действовать опрометчиво, я отступил, вернув тонкое. Но все же эффективное покрывало на место и осмотрел общую картину еще раз.

Выходило, что ташва на самом деле упала с корабля на лед там, где я видел красную кровь. И потом уже добраться в безопасное место она самостоятельно не смогла. Теперь все становилось куда понятнее, кроме одного пункта: где хальп взял столько сил в израненном теле и практически уничтоженных механизмах, чтобы дотянуть ташву до укрытия?

Но выходило, что он по крайней мере на ее стороне. И пытался только что ее защитить и от меня. Что весьма умилило бы, не навались на меня сразу таким внушительным ворохом проблем.

Окинув взглядом хальпа, я все же решил для начала немного прояснить ситуацию:

— Я страховой Агент. Прибыл сразу, как получил вызов от нанимателя. Ты с ней? — почти полностью отключив парализатор, я ждал, что хальп хоть кивнет головой, но киборг не двигался. Только через несколько долгих секунд рука, из которой я до этого выбил оружие, слабо дернулась.

Ладно, это можно попробовать принять за подтверждение.

— Знаешь, кто такие страховые Агенты? — еще одно слабое движение. Отлично, уже хоть что-то.

О, да это начинает походить на диалог.

— Ты успел ей что-то вколоть, пока тебя не заклинило? — это был один из самых важных вопросов.

Превозмогая себя хальп чуть повернул израненную голову, направляя взгляд куда-то вниз. Присев, порывшись в полумраке в вывернутой аптечке, я отыскал два пустых инъекционных шприца. На внутренней панели маски тут же побежали ряды данных.

— Отлично, — я выпрямился, все еще с опаской поглядывая на ташву, замотанную в ткань. Тревожить ее в подобном состоянии было просто глупо, но из открытого проходя так сильно тянуло холодом, что становилось ясно — до темноты осталось совсем немного времени. И не стоит нам оставаться вне моего челнока, когда местное солнце закатиться за горизонт.

Оглянувшись кругом, понимая, что даже с хальпом мне будет не просто, я едва слышно выругался.

— Я могу подключить тебя к сети? Нужно убедиться, что ты не причинишь вреда моему клиенту.

Хальп чуть дернулся, и механическая мышца на щеке, не скрытая сейчас кожей, растянулась, пытаясь изобразить оскал. Рука дрогнула, а потом повернулась, показывая мен браслет Юны. Только теперь, когда ИИ «блохи» был отключен, эта игрушка совершенно ничего не гарантировала. Но говорила в пользу предусмотрительности ташвы.

— Я забираю девушку, а потом вернусь за тобой. Но ты будешь в блокировке, пока не пояснишь ваших взаимоотношений, — мое терпение подошло к концу, настолько сильную тревогу вызывало состояние ташвы. Можно было вернуться в челнок за нормальными носилками, но мысль оставить ее хоть на мгновение здесь, вызывала протест. Не для того я добирался так далеко, чтобы позволить ташве умереть от холода или травмы в последний миг.

Потянув кусок железки на котором покоилась девушка, порадовался, что не придется перекладывать ее в столь опасном состоянии. До проведения диагностики это было весьма нежелательно. Я только перехватил импровизированные носилки получше, как на черную перчатку легла измазанная в крови и системной жидкости, местами покореженная рука хальпа.

— Что еще?

— Тш…ф… — звук шел не изо рта, а прямо из шеи, словно и там что-то было переломано.

— Испортишь механику — могу и я не починить. Помолчал бы лучше, — я попытался скинуть руку хальпа, но три все еще активных пальца сжались, с трудом, но все же цепляясь за ткань. Подняв голову, я посмотрел в единственный светящийся глаз. — Ну?

— Тш…ф… а. Тшфа…

— Ташва? Да, я знаю кто она. Без этого не подписать контракт. И поверь, я знаю, что с ней делать дальше, — я сбросил окончательно ослабевшую конечность киборга, и вытянул носилки на боле-мене свободное пространство внутри корабля.

Невысокая, темноволосая, и вся израненная, девушка выглядела моложе, чем я ожидал из данных карты. И кажется, ее начинало трясти от моих действий и низких температур.

Расстегнув накидку, что доходила мне до колен, я набросил ткань на скрюченное тело. Хоть немного, но это должно было защитить от наползающего холода.

Подняв голову, я поймал на себе желтый немигающий огонек хальпа. Было немного даже интересно, о чем думает киборг, когда я захлопывал роллету.

Оставив эту мысль на потом, я отыскал провод, свисающий с потолка, достаточно длинный и крепкий, чтобы можно было тянуть ташву по льду, и выдрал из системы. Все равно, это сильной погоды не сделает — в «блохе» придется ремонтировать все, если ташва захочет этим заняться. Так что без лишних угрызения совести привязав провод к железу через пару дырок, оставленных выстрелами, я перекинул его через грудь, и двинулся в сторону челнока.

Не смотря на то, что я старался действовать максимально аккуратно, железные «волокуши» то и дело подскакивали на льду, заставляя сильнее сжимать челюсти. И вот теперь у меня были все основания радоваться, что девушка именно ташва. Любую другую уже можно было бы оставить в объятиях вечного покоя.

Открыв грузовой люк, чувствуя, как по спине пробегают толпой марашки, я прикрыл на пару мгновений глаза. Как бы не хотелось, но теперь ее неприятности стали моими. И судя по всему, это на долго.

Глава 11

Затянув железку с девушкой на платформу, я удаленно запустил медицинский блок, сетуя, что на челноке нет полноценной капсулы. Но она слишком громоздка, и это был первый случай в моей работе, когда она на самом деле требовалась.

Для начала следовало выяснить, что именно поломано у девушки и как правильно действовать. Навредить еще больше в такой ситуации было делом одного мгновения.

Сняв с полки диагноста, я подвесил его в воздухе прямо над ташвой, все еще лежащей на куске железа. Диагност выпустил несколько тонких голубых лучей, просканировав все тело девушки, и через несколько мгновений я получил полную проекцию тела своего нанимателя. Вот теперь хотелось выругаться основательно и вслух.

Я только успел нацепить на палец ташвы контролер сердцебиения, как система корабля издала аварийный писк. Включив внешние камеры, я увидел три огромных существа. Покрытые серо-белым мехом, они практически сливались с окружающим пространством, теряясь в сумерках. Если бы не тепловые сенсоры, я бы потратил куда больше времени на поиски такой угрозы.

Надеясь, что ташва не успеет окончательно оттаять до моего возвращения, я прихватил накидку, нормальные носилки и почти бегом отправился за хальпом. Какие бы отношения у них с ташвой ни были, этот малый пытался из последних сил защитить девчонку. И, скорее всего, только благодаря ему она все еще жива. В противном случае, при таких местных обитателях, что сейчас довольно быстро двигались в сторону «блохи», ее бы разодрали в первую же ночь. Или добил бы холод, весьма жгучий в ночное время на этой глыбе льда.

Я успел добраться до корабля первым, но обратный путь не обещал быть таким же простым. Если бы было чуть больше места, можно было бы подогнать челнок к "блохе". А теперь придется каким-то образом не дать этим мохнатым зверушкам сожрать хальпа. Мно-то они бы подавились, а вот киборг, в его неподвижном состоянии, сейчас походил на экзотическую закуску.

Дернув ролету вверх, убедившись, что и сердце, и центральный процессор все еще работают, я раскинул носилки. Небольшая гравии-платформа с тихим шипением зависла в метре над полом, усыпанным осколками.

— Нужно поторопиться. Если можешь, отключи болевые сенсоры, — посоветовал я, куда более внимательно осматривая тело киборга. И если с первого взгляда все выглядело совсем паршиво, то теперь становилось ясно, что все же частично починить хальпа я смогу даже на своем челноке.

Почти полностью забравшись в спальный бокс, я приподнял киборга, чувствуя, что его мышечная система отключилась. Голова, которая и так была похожа на жуткую смесь бионического и механического мусора, безвольно откинулась. Из гортани вырвался судорожный хрип. Кажется, это действие перекрыло доступ кислорода, но пока самым важным было перенести хальпа на носилки. Пару минут без дыхания можно пережить вполне спокойно.

Пристегнув киборга ремнями, не сразу обратив внимание, что внутри «блохи» уже совсем ничего не разглядеть без специальных приборов, я повернулся на тихое потрескивание льда снаружи. Кажется, зверушки, как и предполагалось, оказались достаточно быстрыми.

Убедившись, что киборг может дышать, проверив, как вынимается оружие из перевязи, я шагнул к шлюзу. Что-то длинное дернулось на полу, задетое моей ногой. Наклонившись, я хмыкнул. Кому-то сегодня определенно везет. Механическая рука киборга, которую оторвало то ли выстрелом, то ли при помощи слишком усердного противника, теперь имела все шансы вернуться на свое законное место. Поместив ее под ремни на платформу, я вернулся к выходу.

Темнота на краткий миг стала непроницаемой, а затем разложилась на все оттенки серого. Одна мохнатая тварь скребла лед в паре десятков метров от «блохи», пытаясь что-то откопать под плотной коркой. Другая с трудом, но все же угадывалась на крутом обрыве на дальней стороне пещеры. А вот третей видно не было. И я не особенно тешил себя надеждой, что она ушла.

Проверив, могу ли запрограммировать носилки так, чтобы они самостоятельно добрались до челнока с такого расстояния, я сделал первый шаг из развороченного корабля.

Не смотря на наступившую темноту и резкое понижение температуры, пространство вокруг словно ожило. Пещера наполнилась звуками и существами. Мелкие, похожие на грызунов создания шуршащие в обломках. Кто-то с крыльями, промелькнул у самого потолка пещеры, и эти мохнатые громадины, что пока не обращали на меня внимания.

Проследив за тем, как носилки выплыли из нутра «блохи», я махнул рукой в сторону челнока. Платформа понеслась довольно быстро, огибая преграды. Стараясь не терять бдительности, я побежал следом, радуясь, что обувь не скользит по корке льда. Громогласное рычание раздалось за миг до того, как внутри маски красным вспыхнул сигнал тревоги.

Мохнатое существо, почти полтора метра в холке, с более длинными передними и короткими задними лапами, снабженными внушительными когтями, проскочило мимо, щелкнув зубами в полуметре от вильнувшей платформы.

Не замедляя скорости, я выдернул из кобуры малую пушку, надеясь, что удастся просто отогнать голодного зверя. Как бы некоторые не считали, что Агенты бессердечные существа, я не любил напрасных смертей. Особенно среди животных.

Затормозив в пяти метрах от той точки, где пытался поймать платформу, зверь развернулся, оскалившись. Второй рывок был куда точнее, но платформа ушла уже достаточно далеко, практически достигнув открывающегося грузового шлюза челнока. Да и я был готов.

Толкнув платформу ногой, так, чтобы она быстрее вышла из опасной точки, я повернулся к мохнатому зверю. Не снижая скорости, существо разинуло пасть кажется только сейчас обратив внимание на мое присутствие. Стоя ровно по траектории движения зверя, я сбавил силу заряда в пушке*, чтобы не убить животное. Плавно шагнув в сторону в последний момент, почти в упор выстрелил в черный нос. Не смотря на защиту маски, меня обдало смрадом из распахнутой пасти, а в следующий миг оглушило диким воем. Видно, выстрел оказался весьма болезненным.

Не дожидаясь, пока мохнатый придет в себя, или пока его родня явится на помощь, я приказал запустить двигатель на полную, за два десятка шагов оказавшись в челноке. Маске потребовалось несколько секунд, чтобы перестроиться и не ослепить меня контрастами, а через миг челнок уже оторвался от ледяной поверхности, зависнув в паре метров. На большее с медленно закрывающимся грузовым отсеком, автопилот был не способен. Напомнив себе в который раз перепрошить операционку корабля, чтобы избавиться от таких багов*, я бросился к штурвалу.

Система то и дело сбрасывала данные, требуя убраться подальше от агрессивно настроенной фауны, пока я бежал по узким коридорам, надеясь, что хальп пристегнут хорошо, а ташва все еще вне критического состояния.

Я уже коснулся спинки кресла, когда челнок вдруг повело резко вниз. Только то, что пальцы автоматически сжались на кресте, спасло от потери опоры под ногами. Подтянувшись и извернувшись, я все же занял место первого пилота, бросив быстрый взгляд на экран.

На одном из крыльев, видно спрыгнув с уступа на ближайшего ляданого уступа на стене, сидел мой лохматый «друг», уцепившись одной лапой за закрылку, а второй методично пытаясь разодрать обшивку. Дернув штурвал, выравнивая челнок, я повел корабль вон из пещеры. Хотелось крутануть пару раз вокруг своей оси, чтобы скинуть незваного гостя, но сдерживало опасение, что мои не слишком целые пассажиры от этого пострадают еще сильнее.

— Выпустить дроида, — экран согласно мигнул, принимая приказ, а я старался держаться ближе к поверхности, чтобы про падении мохнатый не разбился.

На крыло, довольно споро передвигаясь, выбрался плоский как блин, ремонтник. Скользя на магнитный колесах по поверхности крыла, дроид добрался до «гостя», и вытянув тонкий щуп, выпустил внушительный электрический разряд. Возмущенный рык, полный боли, обшивка заглушила полностью, а я смогу поднять челнок выше, стараясь быстрее выйти в открытое пространство. Нужно было срочно заняться ташвой, но делать это хотелось в более безопасном месте.

Стоило только покинуть зону притяжения планеты и накинуть курс, передавая управление автоматике, как я бросился в отсек, проверять ташву.

Прищепка на пальце передавала ровный ритм сердцебиения, что не могло не радовать. Предстояло очень много работы, и мне совсем не хотелось, чтобы во время починки у курьера остановилось сердце.

Бросив накидку на откидной стул, прежде чем приступить к правке ташвы, я, прихватив кое-какие инструменты, отправился в грузовой отсек. Киборга следовало проверить тоже, да и какую-то механику я мог оставить тому же дроиду на починку. С этим он справился бы даже лучше меня. Так что опустив носилки ниже и закрепив их, чтобы не виляли, я включил диагноста, дав соответствующую команду системе корабля.

Желтый глаз мигнул, показывая, что киборг все еще в сознании.

— Я тебя оставлю своему ремонтнику, — надеясь, что хальп понимает, решил пояснить. — Он поможет с какими-то мелочами, пока я занят ташвой. Ей хуже. И да, я нашел твою руку.

Не удержавшись, я помахал перед желтым огоньком оторванной механической конечностью, у которой частично сгорела оболочка и полностью был разворочен плечевой сустав.

— Не знаю, сможем ли сразу приделать, но постараемся. С бионикой придется потерпеть, у меня таких материалов на челноке нет. Обезболить надо?

Мне еще не доводилось работать с киборгами в таком состоянии, так что я и не знал, насколько у него заблокированы рецепторы.

Желтый огонек мигнул, но внятного ответа я так и не получил. Решив, что могу оставить этот вопрос на дроида, я вернулся к ташве.

Сменив перчатки на стерильные, накинув поверх привычной одежды халат, я осторожно поднял девушку вместе с железкой, на которой она лежала, поместив все это на выдвинувшийся стол. Двигать ее в текущем состоянии я все еще не мог.

Откинув тонкое покрывало, прошелся руками по доступным частям тела. Пусть проекция, сделанная диагностом и выдавала, что у девушки не на месте несколько позвонков и ребра не правильной формы, тело ташвы уже начало восстанавливаться. Вот только кости срастались так, как лежали сейчас. А это значило, что придется ломать, как бы мне не хотелось.

Девушка лежала на боку, изрядно скрючившись, что еще больше затрудняло работу. Взяв высокочувствительный лазерный скальпель, настроив инструмент так, чтобы он не резал мягкую кожу ташвы, я коснулся ткани комбинезона, начиная с плеча.

Ткань, оплавляясь в месте разреза, расходилась в стороны. В обнаженное, светлое плечо тут же воткнулась тонкая игла инъектора. По тонкой, плоской и прозрачной трубке, прикрепленно к коже, прошла светлая жидкость, выдав дозу спазмолитиков

Я же двинул стол на себя, чтобы иметь возможность обойти девушку. Мне нужно было увидеть спину, прежде чем заняться ребрами и воспалившейся дырой в боку.

Ткань быстро расходилась до того момента как я спустился чуть ниже шеи. Дальше скальпель словно скользил по закаленному стеклу, разрезав только первый слой одежды, но так и не тронув ту ткань, что была внизу. Потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить в чем дело. Умная девочка, ташва успела нацепить кирасу. Модель довольна старая, но скорее всего именно это уберегло ее от коллапса легких, хотя ткани внутренних органов все же пострадали от падения.

Пришлось отложить скальпель, и извернувшись, искать блок кирасы. Спазмолитик дал возможность отодвинуть руку ташвы и добраться до нужной точки. Кираса снялась почти сразу, втянув тонкие прозрачные нити в пластину.

Все тело девушки тут же обмякло, словно потеряло опору, а система взвыла, оповещая о нарушении сердечного ритма.

Выругавшись в голос, я сдернул маску, которая теперь мешала, настроив скальпель на совсем иные параметры. Теперь было не важно, в каком состоянии спина, если я не поправлю то ребро, что уперлось в легкое.

Первым делом поставив к хребту девушки гибкую шину, которая тут же пробив одежду вцепилась в позвоночник тонки иглами, я выдернул из под обмякшего тела щит, служивший до этого носилками. Перевернув ташву на спину и надеясь, что позвонки не сместятся сильно и не повредят нейронные связи спинного мозга, распорол оставшуюся одежду на груди.

Зрелище было еще то. Светлая кожа представляла собой один сплошной фиолетово-синий рисунок, разбавленный более светлыми полосками там, где тело сжимала кираса. Сощурившись я в очередной раз сверился с проекцией, изменившей положение в соответствии с телом девушки, и сделал разрез на боку, над искривленным ребром. Подцепив пинцетом кость, я потянул ее на себя. Вот только подчиняясь особенностям организма этой расы, кость уже успела сцепиться отломками.

Пришлось увеличить разрез и практически выламывать ребро заново. Поправив кривой срез со стороны ближе к грудине, убедившись, что ташва опять может нормально дышать, а все вокруг не рябит сигналами тревоги, подкидывающими мою нервную систему, я вернул кость на место. Тонкие, похожие на проволоку нити, которые должны будут раствориться суток через восемьдесят, плотно обхватили место соединения, фиксируя кость в нужном положении.

Склеив место разреза, прищелкнув языком от того, как жутко сейчас выглядел мой наниматель, я скинул грязные перчатки, вынув чисту\ю пару из бокса. Нужно было выдохнуть и заняться раной в боку и спиной.

Когда я повернулся к столу, на котором лежала девушка, вдруг оказался под прицелом внимательных темно-карих глаз. Ташва смотрела так, словно и не валялась без чувств последние три дня. Ясно, спокойно и с полным пониманием происходящего

Чувствуя, как по телу проходит волна дрожи, не в силах отвести взгляд от живого существа, увидевшего меня без маски впервые лет за пятнадцать, я тихо приказал:

— Усыпить.

По тонкой трубке пробежала малиновая жидкость, через подключенный инъектор попадая сразу в тело девушки. Прошло еще несколько долгих мгновений, за который по спине промчалась целая толпа мурашек, прежде чем девушка медленно закрыла глаза, погружаясь в медикаментозный сон.

_________________________________

Баг — програмная ошибка.

энергопушка (не пистолет) — по классике жанра Quake (кто играл) и космической фантастики. Думаю, потому, что выпускает один концентрированный заряд, по аналогии с ядром.

Глава 12

Сознание возвращалось вспышками. Глаза, пусть и открывались, но почти не видели ничего вокруг, кроме ярких пятен. Тело ощущалось одной нескончаемой волной тупой, разъедающей боли. Тело одновременно и горело, и казалось напрочь замерзшей глыбой, так что не было и речи, что я сумею пошевелиться. А что-то надо было делать. Только я не могла сообразить, что именно.

Следующий приступ осознания окружающего был связан с какими-то уж слишком сильными вспышками боли.

С трудом разлепив глаза, чувствуя, как все распухло во рту, как там противно от крови, я уставилась на чудовище. Ошметки плоти, какие-то искры, и желтый, немигающий огонек там, где у людей были глаза. Существо хрипело и пыталась ухватить меня за бедро и куда-то дернуть. Не в силах даже испугаться, я, сипло заорав, потеряла сознание от дикой боли.

Дальше все походило на какое-то помешательство. Тело почти не чувствовалось, скорее доставляя только какой-то внешний дискомфорт, но это пугало куда меньше, чем мысли, которые не удавалось собрать воедино. Дикая смесь из ярких картинок и вспышек, полное отсутствие возможности зацепиться хоть за какую-то мысль. Мне казалось, что еще немного, и мозг просто расплавится как материнская плата, не вынеся слишком резких перепадов напряжения.

Все закончилось внезапно, словно кто-то просто дернул рубильник.

Следующее мое пробуждение было настолько спокойным и неожиданным, что я едва не застонала от удовольствия.

Не было боли. Не было напряжения и холода в каждой клеточке. Тело расслабилось, позволяя нормально и медленно дышать. Даже корки крови, налипшие на губах, не так сильно мешали, создавая совсем незначительный дискомфорт в сравнении с тем, что еще было так свежо в памяти.

Сосредоточившись на тихом писке, доносившемся откуда-то из-за головы слева, я постаралась приоткрыть глаза. Светлое, небольшое помещение, обшитое чем-то мягким. В нос, словно обоняние включилось вместе со зрением, ударил резкий неприятный запах железа и чего-то паленого. Легкий флер антисептика, который обычно использовали на больших станциях тоже присутствовал, и даже немного успокоил. Опасность не могла пахнуть так привычно.

Голова начинала соображать, анализируя все, что произошло ранее.

Выходило, что меня все же почти убили. Но вот это маленькое «почти» оказалось ключевым моментом. Если бы Рама…

Рама.

В горле, из которого и так дыхание вырывалось с сипом, что-то сжалось спазмом.

Нет, Кира. Это не сейчас.

От печальных мыслей отвлек шум со стороны.

Скосив глаза, я уставилась на довольно молодого мужчину. Светлый, белокожий до голубизны, с торчащими во все стороны, русыми волосами. Поверх темной одежды был накинут голубоватый полупрозрачный медицинский халат, скрадывая фигуру, но мужчина, стоящий ко мне боком, был высок и явно не принебригал тренировками.

Словно почувствовав взгляд, этот странный экземпляр, виновный в том, что я выжила, резко повернул голову. На живом, подвижном лице мелькнуло удивление, непонимание, и какая-то тень досады. Мне в жизни не доводилось видеть такой быстрой и открытой смены эмоций. Светлые, с зеленым отливом глаза, сощурились, между бровей пролегла глубокая складка задумчивость, и тонкие губы обронили:

— Усыпить.

Темнота и тепло накрыли мгновенно, словно кто-то выдернул провод питания.

* * *

Ташва пришла в себя.

Это не просто удивило, а немного шокировало. Хорошо, что спазмалитик шел весьма сильной дозой, которая должна была заблокировать болевые рецепторы, в противном случае, это пробуждение было бы совсем не таким радужным. И хорошо, что она потом не вспомнит того, что видела.

— Дыхательная трубка, — если я планировал поставить на место ее спину следовало позаботиться о том, чтобы девушка могла дышать, когда я ее переверну.

Закрепив дыхательную маску так, чтобы не сдвинулась, я принялся дальше срезать одежду с израненного тела. Если бы не необходимость экстренно освободить легкое от давления, давно бы уже с этим закончил. Стоило скальпелю добраться до второй руки, как что-то протестующе скрипнуло, не поддаваясь силе лазера. Осторожно разведя рукав, я тихо присвистнул.

А девочка продолжает удивлять!

Помимо кирасы, у моего курьера на руке была еще одна довольно интересная игрушка. И куда более современная.

Неширокий браслет чуть выше бицепса, так плотно сжимался на руке между слоями одежды что на коже под этим всем определенно должен был остаться след. Но это было не важно. Удивляло то, что ташва захватила собой искусственный интеллект, работающий на ее «блохе». Видно, разработка была достаточно дорогой, если судить по браслету. И, кажется, только благодаря ему я сумел отыскать эту невезучую особу. Жаль, что у меня не было возможности забраться в данные, что хранятся на носителе.

Оставив пока браслет с ИИ, я обошел девушку, откидывая темные, изгвазданные в крови волосы, с ушей и лба. Пряди кое-где прилипли к коже, но это пока не было важно. Просмотрев оба уха я все же нашел, где именно крепился коммуникатор, благодаря которому курьер взаимодействовала с ИИ.

Подумав с мгновение, сверившись с проекцией тела девушки, на которой эти девайсы не были отмечены, решил пока ничего не трогать. Повредить лечению они не должны, а если ташва проснется без моего ведома, о будет иметь хоть какую-то возможность узнать, где она. Лишняя паника у клиента меня была не нужно. Тем более, при ее нынешнем состоянии.

Срезав остатки одежды, до которых мог добраться, с трудом вынув нижний комбез из-под плотно прижатого браслета, я скинул всю гору тряпок прямо в бак с отходами. Все равно, кроме какого-то пояса с мелочью и инструментами, здесь нельзя было больше ничего спасти.

Подавив все эмоции, я теперь уже визуально проанализировал состояние тела ташвы.

Вид был ужасен.

Синяки, перемежаясь мелкими ссадинами и порезами, были везде. На ребрах, на широких округлых бедрах. На плечах.

Ташва представляла собой один сплошной кровоподтек.

Вынув из бокса со стерильными полотенцами тонкую ткань, я смочил ее в растворе. Когда спина станет на место, двигать девушку будет уже нежелательно. Раствор должен был ускорить заживление ран и продезинфицировать мелкие царапины. Кроме того, мне казалось просто неправильным оставлять ее в таком виде, когда можно было добавить хоть немного комфорта.

Ткань немного цеплялась на костяные наросты на ключицах. Чуть темнее, чем остальная кожа, они походили на хитиновые пластинки. Осмотрев руки девушки, я не нашел таких же на локтях, хотя они и должны были быть. Если только ташва не полукровка, что тоже возможно.

Сделав все, что было возможно, разведя руки ташвы в стороны, я накинул на ребра плотную ткань, что потом заменит корсет, а уже на нее уложил более тонкое покрывало. Потом был каркас, который должен позволить мне заняться ее спиной.

Проверив показатели, я вызвал изображение камеры грузового отсека, надеясь, что дроид оправдал надежу и смог выправить хоть часть поломок хальпа.

Маленький плоский робот колдовал над оторванной конечностью, а в плече киборга блестел новый поворотный элемент. Кивнув собственным мыслям, порадовавшись, что хоть там пока все идет по плану, я перевернул зафиксированную ташву вниз головой. Осталось самое сложное и опасное. Если где-то что-то пойдет не так, не уверен, что курьер сможет нормально ходить. Своими ногами.

Скидывая в бак с отходами те остатки одежды, что не получилось убрать раньше, я думал, что такое невезение все же должно где-то компенсироваться законами бытия. Или нет? Вселенная не слишком богата на справедливость.

Совершенно ясно, что девушка попала в ситуацию случайно. Но при этом огребла в полной мере. Да и жива осталась только потому, что никто не признал в ней ташву. Да и я бы не узнал, не будь раса вписана в договор. Кое-кто научился весьма умело прятаться под другой личиной.

Перекатывая в голове эти мысли, я одновременно крепил над каждым позвонком по датчику, злясь, что от тепла над хребтом начал разрастаться отек. Небольшие наросты, что должны были защищать позвоночник, сейчас скорее мешали но убирать их было нельзя. Из всего, что я успел изучить об этой расе, пока добраться до нанимателя, выходило, что именно вот эти участки кожи, такие немного невзрачные и твердые дают ташве возможность так быстро восстанавливаться. И стоит срезать хоть одну такую пластину, как вероятность сепсиса становится куда выше. Не говоря уже о том, что неизвестно, сможет ли организм восстановить пластину на прежнем месте.

Когда все датчики стали на место, фиксируя импульсы в спинном мозге, я еще раз сверился с проекцией, и выдохнул. Отломков не было, но два позвонка явно темнели трещинами, сдавленные во время падения. Подготовив фиксирующий состав, положив одну ладонь на поясницу ташвы, фиксируя таз, я медленно потянул другой рукой за основание шеи. Сопротивление было не сильным, но действовать следовало очень осторожно. Стоит хоть немного перестараться…

Через несколько минут вытягивания, позвонки стали на свои места. Дав команду системе зафиксировать тел в нужном положении, я отступил на шаг, встряхнув кистями. В пальцах собралось неожиданное напряжение. Впрочем, такие процедуры я делала раньше только на симуляторе во время обучения, в повседневной работе больше практикуясь в заклеивании ран и лечении лучевых ожогов.

Почувствовав, как пальцы расслабились, я вернулся к ташве. Следовало еще закрепить позвонки. Даже при ее талантах лечить такую травму будет не просто.

Тонкая, очень длинная игла инъектора с трудом прошла между двумя пластинами на спине, все же попав точно туда, куда мне было необходимо. Белая, вязкая жидкость медленно заполняла трещины, постепенно твердея и создавая каркас, который должен помочь в восстановлении.

Отложив инъектор, отсоединив практически все датчики и продезинфицировав все проколы, поставив на спину новую шину, уже без соединения ее с мягкими тканями, я начал бинтовать ташву. Тонкая, полупрозрачная как кокон шелкопряда или как паутина в несколько слоев, материя цеплялась за себя саму, стоило наложить один слой на другой. Плотно прижатая шине не даст девушке случайно навредить самой себе, а «паутинка» придержит на месте ребра. Да и для дырки в боку, пусть заклеенной и обработанной, но весьма жуткой, которая скорее всего останется некрасивым, грубым шрамом, это будет не лишним. Ткань пропитана такими концентрированными составами, что с ней заживление пойдет гораздо лучше. Плотная, но пластичная, эта ткано так же позволит ташве нормально дышать.

Сбрызнув ткань активатором, глядя, как она резко меняет цвет, становясь почти рыжей, я позволил себе расслабить плечи. Теперь девушка будет в порядке.

Убедившись, что все сделано как надо, проверив показатели, я вернул ташву в нормальное положение, и не снимая креплений, прикрыл сверху еще одним слоем ткани. Пусть все тело от талии и до самых подмышек было укутано в «паутинку», само ощущение незащищенности, после всего перенесенного, скорее всего, будет довольно острым.

Глава 13

Оставив девушку восстанавливаться, перепроверив маршрут, я направился в грузовой отсек. Нужно было привести в порядок еще и хальпа. И было бы совсем уж хорошо, суметь с ним переговорить и выяснить более подробно, что произошло на той ледяной глыбе, с которой я их обоих так своевременно выдернул.

В грузовом отсеке мой маленький дроид-ремонтник устроил настоящую разборку. Детали лежали по всему полу, в каком-то определенном, но не самом очевидном порядке. Плоский и низкий, дроид перемещался среди этого конструктора, поднимая то один, то другой предмет. Как я понял, маленький робот пытался отыскать альтернативные детали на место тех, которые киборг потерял во время перестрелки. Пускай. В этом вопросе я доверял ремонтнику больше, чем себе.

Присев перед хальпом, с удовольствием отметив, что огонек искусственного глаза горит ровно, я разложил рядом и свои медицинские инструменты. Нужно было что-то делать с обожженной кожей, пока та не стала скручиваться по краям. Если плоть совсем придет в негодность, хальпу потом придется перенести массу процедур по замене всего кожного покрова. А он все-таки в значительно степени биологическая особь, чтобы можно было вынести это без осложнений и боли.

— Ты меня слышишь? — первым делом я принялся срезать одежду там, где этого не сделал дроид, только пришлось сменить настройки скальпеля, чтобы ненароком не повредить тонкую электронику, если где-то она лишилась защитного покрытия.

— Да, — звук вышел сиплый, не очень внятный, но это все же был ответ.

Присмотревшись к частично оголенной гортани, где механика жутковато перемежалась с мышечной тканью, я с удовлетворением прищелкнул языком. Это могло пролить свет на ситуацию.

— Должен сказать, что тебе весьма повезло, — покачал я головой, рассматривая россыпь дыр в теле, тем не менее, достаточно поверхностную. У киборга, кажется, имелся дополнительный слой плотных клеток, что оберегали внутренности. Что-то типа той же кирасы, что нашла себе ташва. — Из серьезных повреждений у тебя только конечности пострадали. Ну и кожный покров. Что с твоей системой?

— Запасной… — все же, говорить ему было пока не просто, но желтый огонек не мигал, а показатели живого сердца оставались стабильными.

— На запасном источнике питания. Тут я тебе не особо помогу, у меня просто нет необходимой аппаратуры. Все что можно, дроид попытается восстановить, хотя бы до условной нормы, пока мы не доберемся до станции.

— Куда? — киборг конвульсивно дернулся, словно один из проводов закоротило. Подъехавший тут же дорид что-то повернул в районе виска хальпа, представляющего сейчас отсоединенную пластинку и целый ворох цветных и прозрачных нитей внутри.

— Туда, где тебя смогут починить и помочь ташве.

— Кира?.. Жива?

— Кира? Это имя ташвы? В моем договоре не указаны имена заказчиков, — пояснил я, видя, как дернулась мышца над бровью на живой части лица, отекшей настолько, что глаз даже не открывался. — Не все наниматели хотят, чтобы их личности были раскрыты с этой стороны.

Желтый огонек прошелся по мне, оценив наряд и вернувшись к зеркальной маске. Кажется, кто-то начинал соображать, отвлекаясь от собственного состояния.

— Страховой агент.

— Совершенно верно. Агент, весьма предусмотрительно нанятый ташвой. Кирой.

Мне показалось, что живая сторона лица чуть дрогнула. Пытаясь изобразить улыбку. Что ж, этот хальп и без того показал себя с положительной стороны, пытаясь защитить девушку от меня. Теперь же не оставалось сомнения, что он для нее не угроза.

— Девушка жива, хотя и пострадала довольно сильно. Особенности ташвы, твоя помощь, и, конечно, кираса, помогли ей дождаться моего прилета, — я принялся обрабатывать рваные и обугленные края кожи хальпа жирным составом, срезав мертвые участки, чтобы потом можно было просто прирастить к ней новую плоть.

Предстояло еще завернуть его в ту же «паутинку», что досталась ташве. Чтобы какая-нибудь зараза из внешней среды не повредила открытые мышца и сухожилия. Одно дело, когда вокруг непроходящие минусовые температуры, не дающие роста бактерий, и совсем другая песня даже тут, на моем челноке. Стоит одной мелкой заразе попасть в тело хальпа — и есть вероятность, что он станет полностью механическим. А этого, насколько я знал, старались максимально избежать все киборги. Все же, есть разница, быть хоть частично живым, или превратиться в машину полностью.

— Что у вас произошло? Конфликт из-за грузов? — мне было важно знать, что случилось, чтобы иметь представление, с кем и чем потом предстоит разбираться.

— Да, — коротко отозвался хальп, практически не реагируя на мои касания. Кажется, блокировка болевых рецепторов все еще действовала.

— Груз украден? — это так же входило в зону моей ответственности перед ташвой, по ее расширенному договору. Предстояло сделать все, чтобы вернуть товар заказчику, и восстановить доброе имя ташвы, как курьера.

— Кира — груз, — тихо, словно боялся сам это признать, произнес хальп, не мигающее, прямо глада на меня.

— Ташва — курьер, — покачал я головой, принимаясь за очередной участок израненной плоти. Нужно было как можно скорее закрыть горло с его тонкой механикой и множеством разных мышечных соединений.

— Кира — груз, — с нажимом повторил киборг, заставив меня остановиться и посмотреть в желтый, немигающий глаз. Превозмогая слабость и сопротивление мышц, хальп произнес куда более весомо. — Кира — объект охраны.

— Ташва имеет что-то, что сделало ее объектом твоей охраны? Отлично. Тогда у нас, надеюсь, не будет конфликта. Потому, как в моем приоритете ее благополучие в решение возникшей ситуации. Но меня все еще интересует, почему ты выбрал именно ее. Среди сотен курьеров, с куда более сложной системой защиты на кораблях, более быстрыми судами, ты выбрал ташву на ее «блохе». Почему?

— Неболтливый курьер. Сурианский цветок. Не хотел привлекать внимание. Не предполагал сложностей. Хороший заказ… — хальп скривился, словно сожалел о произошедшем.

— И как же так получилось, что вы все же попали под раздачу? — видя, что киборг не намерен отвечать, я напомнил.

— Мне предстоит с этим работать. И ты это прекрасно понимаешь, если хоть немного знаешь об Агентах.

— Утечка информации. Потеря данных, — нехотя, все же признался хальп.

А это уже что-то. С этим можно будет что-то делать. Как только удастся починить моих пассажиров. Осталось выяснить совсем немного. Приподняв голову хальпа так, чтобы иметь возможность замотать шею «паутинкой», я уточнил, чтобы лучше планировать дальнейшие действия:

— Значит, гнаться за кем-то и отбирать груз, необходимости пока нет? Это не может не радовать, — сбрызнув тонкую ткань особым составом, наблюдая за тем, как она стремительно желтеет и становится плотнее, кивнул своим собственным мыслям, получив подтверждающий жест от хальпа. — Отлично. Тогда сосредоточимся на вашем восстановлении.

Завершив обработку ран киборга и оставив его на попечение дроида, который пытался вернуть на законное место руку и восстановить ее функциональность, я вернулся к штурвалу. Предстояло решить, на какую конкретно станцию везти этих двоих красавцев. И если ташва вполне могла восстановиться на моем челноке, после чего ей потом потребуется только небольшой корсет, прежде, чем девушка сможет ходить, то хальпа поправить полностью я не мог.

Выбрав весьма большую станцию, где появление одного потрепанного киборга не должно было стать важным или неожиданным событием, направил челнок туда.

Ближе к вечеру дроид сообщил, что закончил свою работу с киборгом, так что оставив управление на автопилот и прихватив чистую одежду, я отправился посмотреть, как мой неожиданный пассажир себя чувствует.

Куборг сидел на носилках, частично прикрывшись медицинским покрывалом, что я ему оставил. Живая часть тела была почти полностью закутана рыжей «паутинкой», придавая ему сходство с каким-то жителем водных планет, отличающихся особой яркостью. Вычищенная от грязи, восстановленная на прежнем месте рука, смотрелась немного чужеродно в этом изобилии рыжего.

Так же почти вся биологическая часть лица была затянута медицинским гелем, в надежде, что отек и синяки пройдут чуть быстрее.

— Ты в норме? — замерев в паре шагов от хальпа, уточнил я.

— Частично. У тебя водный душ на челноке? — сжав и расслабив пальцы восстановленной руки, уточнил киборг.

— Есть и сухой режим, — кивнул я, понимая, что под воду с открытой механикой лезть не стоит.

— Шикуешь, — фыркнул хальп, стараясь не улыбаться. Было видно, что длительная блокировка болевых рецепторов далась ему нелегко, и теперь кое-кого накрывает откатом.

— Уж как есть. Идем, покажу, где что.

Кивнув, хальп медленно, неуверенно поднялся. Из-под ткани мелькнула открытая механика колена, явно тоже только восстановленная дроидом из того, что было. Обернув тонкое покрывало вокруг бедер, хальп почти тут же навалился на стену, с трудом держась на ногах.

— Что тебе еще надо?

— Пара инъекций. Порция кроветворительных. Что-то, чтобы прикрыть механику. Эта рука обошлась мне куда как дорого, так что не хотелось бы ее менять из-за попадания космической пыли, — с трудом передвигаясь вдоль стен, отозвался киборг.

Я бы, конечно, мог ему помочь, но проведя столько лет в должности Агента, видел не раз, что в подобной ситуации этого делать не стоит. Пока мужичина, пусть и частично механический, может передвигаться сам, посторонняя помощь будет уязвлять его гордость.

— Дам тебе один и своих костюмов. Он достаточно плотный и вполне подойдет тебе по размеру, — кивнул я, отодвигая дверь в санитарную зону.

Отсек был весьма просторным для такого маленького челнока, но не раз столкнувшись с тем, что приходится использовать его не совсем по назначению, я предпочитал иметь достаточно места, чтобы развернуться. Даже в ущерб другим зонам.

— Кстати, меня зовут Руш, — укладывая стопкой рабочий комбинезон на откидной табурет, представился я.

— ЦунХиТан, — склонил голову киборг согласно манере, принятый в Центре. Выпрямившись, дыша с трудом от утомительного перехода, хальп внимательно посмотрел на меня. — Ты постоянно носишь маску?

— Правила, — пожал я плечом. — Ее допустимо снимать, когда я один или когда не выполняю работу страхового Агента. Но так как я большую часть времени на контракте… Скажи, какие инъекции тебе нужны.

Подучив перечень лекарственных веществ, которые должны были помочь хальпу восстановить бионику, настроив кабину на сухую очистку, я оставил киборга одного. Нужно было проверить ташву. И готовиться к активной работе.

Глава 14

Болела голова. Так, словно вчера я перебрала на гулянке со старым знакомым, встреченным на одной из станций впервые за три года. Мерзкий привкус во рту подтверждал эту мысль, как и невероятная тяжесть во всем теле. Кажется, я вчера не только напилась, но и умудрилась изрядно подраться с кем-то. Горло чесалось где-то глубоко внутри, вызывая нестерпимое желание просунуть пальцы сквозь кожу и добраться до источника этого противного ощущения.

Пытаясь перевернуться, чтобы хоть немного ослабить давление на спину, я поняла, что не могу этого сделать. Дернув рукой раз, другой, с трудом подавила панику, медленно вдохнув и выдохнув.

Погоди, Кира. Сейчас разберемся.

Еще раз медленно вдохнув, сосредоточившись на возникшем небольшом жжении в груди, я попыталась открыть глаза. Это было сделать не просто. Ощущение было такое, словно ресницы слились, покрывшись какой-то коркой. Чувствуя, как паника все же немного нарастает внутри, я дернулась снова.

— Погоди, погоди. Я сейчас помогу, — голос раздался неожиданно, заставив замереть на месте. Пока не было понятно, насколько сильная угроза идет от того, кто стоял где-то рядом. И почему я не слышала его шагов или дыхания. — Я должен был зафиксировать тебя, чтобы ты случайно не испортила всю работу. Знаешь, я основательно потрудился, пока все вернул на нужное место. Можешь открыть глаза? Можешь разговаривать?

Со стороны послышалось какое-то шуршание, тихий плеск, а затем едва различимые сквозь шум моего дыхания, шаги. Плечо обдало слабым потоком теплого воздуха, и уже совсем рядом голос повторил вопрос, правда значительно тише:

— Глаза можешь открыть?

Я попыталась еще раз, но ресницы, кажется, даже переплелись между собой рядами, не желая расставаться.

— Нет, — вышло сипло, глухо. В горле тут же усилился зуд, но это хоть немного успокоило. — Ресницы слиплись.

— Сейчас, я помогу, — глаз коснулась прохладная, влажная ткань, осторожно пройдясь к носу. Один раз, другой. — У тебя было совсем не хорошее состояние, когда я прибыл. Ты уже пару дней тут у меня восстанавливаешься.

— Кто… ты? — пауза между двух коротких слов получилась большой, так как пересохшее горло нещадно скребло, но я все же смогла произнести то, что хотела.

— Руш. Твой страховой Агент, — влажная ткань осторожно коснулась второго глаза, а в голове вдруг, словно вспыхнули огни.

Перестрелка, лед, падение. Хальп!

Дернувшись так, что крепления не плечах и тали скрипнули, я тут же обессилено рухнула назад. Большие, теплые ладони прижали плечи, не давая двинуться еще раз, хотя я была и не в силах.

— Если будешь так дергаться, не развяжу. Не хватало…

— Хальп… — сипло выдохнула, превозмогая резко навалившуюся слабость.

— Да жив твой киборг, жив. Потрепало его изрядно, но живой. И уже почти что починен. Успокоилась? — дождавшись моего кивка, невидимы Руш убрал ладони. — Я могу освободить твою руку, если обещаешь не дергаться.

— Хорошо.

Я почувствовала, как правую руку освобождают из мягкого, но все же плотного захвата, и пальцев касается сырая ткань.

— Протри глаза, как тебе надо. Думаю, ты справишься лучше, — мое запястье обхватили крепкие пальцыв перчатках, помогая согнуть ослабевшую конечность и дотянуться до лица.

С трудом управляя мышцами, я довольно интенсивно стала тереть глаза, стараясь смыть все корки с ресниц. Покончив с глазами, провела тканью и по остальному лицу, почувствовав невероятное облегчение от этого простого ощущения свежести на коже. В конце рука просто упала на кушетку, подрагивая от напряжения, словно я меняла часть двигателя в своей «блохе», а не протирала лицо.

Мокрую ткань забрали из ослабевших пальцев, на мгновение задержавшись на запястье.

— Попробуй теперь открыть глаза, — это был не приказ, а скорее просьба. В голосе появились совсем другие нотки.

Влажные ресницы все же немного цеплялись друг за друга, но больше не было этого противного ощущения корки. Первое мгновение, мне показалось, что что-то случилось и с самими глазами. После такого падения это не было бы удивительно. Но стоило пару раз моргнуть, как муть разошлась, оставшись только где-то в уголках.

— Нормально видишь? — голова словно весила на порядок больше, повернулась на голос с трудом.

Не сдержавшись, я скривилась. Эта зеркальная маска страшно нервировала. Тем более, что я отлично помнила, что за ней прячется очень живое и богатое на эмоции лицо.

— Кира?

— Немного плывет. Нормально. Сними это, — я чуть дернула пальцем, пытаясь показать на маску, но рука едва-едва шевельнулась.

Руш покачал головой, подходя вплотную и поправляя какую-то трубку в моем плече.

— Запрещено. Иногда у нас бывают заказчики, которые конфликтуют с прежними нанимателями. В таких случаях цвет глаз или структура лица, даже измененные маскировкой, могут выдать Агента. А этого начальство предпочитает избегать. Безликий Агент привлекает меньше внимания, чем тот, у которого есть конкретное лицо, — мужчина махнул рукой надо мной, и сверху возникла проекция, кажется, моего же тела.

Некоторые участки светились желтым, другие голубым, но мне было не разобраться в этом изобилии цветов так сразу.

— Вставать пока не рекомендуется, но в целом все хорошо. Я бы даже сказал, превосходно, учитывая первоначальный вид.

Зеркальная маска повернулась ко мне, и на какое-то мгновение мне показалось, что она стала прозрачной. Через чуть мутноватую поверхность я могла рассмотреть светлую улыбку и лучики морщинок у глаз.

Моргнув, опасаясь, что это все еще остатки снотворного и спазмолитиков, я выдохнула, когда маска стала вновь непроницаемой.

— Так как ты ташва, все восстанавливается значительно быстрее. Я бы советовал, конечно не ходить без корсета, так как твоя спина жутко пострадала, но это все не сегодня. Да и мелочь, на самом деле. Будь ты нацоя, мне было бы некому помогать.

— Остальное тело освободишь? — я с трудом, но все же подняла руку, с остервенением почесав голову. Почему-то зуд оказался самым сильным из ощущений. Что в горле, что в волосах. Боль была, но глухая, не сильная, а вот ощущение раздражения выводило из себя.

— Да. Если обещаешь не делать глупостей, — кивнул Агент, и не дожидаясь ответа, принялся отщелкивать крепления. Дышать легче не стало, ребра все еще стягивало чем-то плотным, но само ощущение свободы позволило немного расслабиться. Пока не стало очевидно, что под тонким медицинским покрывалом я раздета. Вот совсем. Помимо тех бинтов, что стягивали ребра от талии до самых подмышек, на мне не оказалось даже белья.

— Ты меня раздел, — сведя брови, констатировала очевидное.

Почему-то именно сейчас я чувствовала невероятную неловкость, словно до этого никогда не бывала в медицинских центрах. Кажется, мне немного нравился этот Руш, и совсем не по вкусу было то, что мужчина видел меня в столь неприглядном виде.

В маске отразилось мое пунцовое лицо, а через миг я вновь увидела чуть мутное стекло и вздернутую в недоумении бровь за ним.

— Верно. Но ты трактуешь этот факт как-то неправильно. В этом имелась острая необходимость. Когда ты немного придешь в себя, поймешь, что я прав. Более того, я предполагаю, что какое-то время мне предстоит помогать тебе с купанием. Так что относись к этому, как к составляющей лечения. Я — твой страховой Агент, и забота о здоровье клиента входит в список моих обязанностей. Вопросы?

— Где тут туалет? — позывы тела показались очень своевременными, так что я предпочла сменить тему, пока щеки вновь не вспыхнули.

Это все последствия травмы.

— Я принесу медицинскую утку, — кивнул Руш, отступая к дальней стене.

— Нет! — Ну, уж на это я совсем была не согласна, вдруг почувствовав, как мышцы наливаются силой. Я была готова ползти в санитарную зону, если потребуется.

— Кира, это вполне нормальная физиологическая…

— Нет! Да я лучше лопну, — понимая, что это звучит как каприз, все же уверенно посмотрела на Руша. Точнее на себя же в отражении его маски.

Агент вернулся, вновь непорадовав меня бледным отражением лохматой ташвы, и только покачал головой.

— Тогда я ставлю корсет. И ты меня слушаешься. Во всем. Никакой самостоятельности, сверх необходимости, — Дождавшись моего кивка, Руш, на мгновение появившись за стеклом, поджал губы и отошел к стене. — Ох уж эта девичья скромность. Откуда у такого активного и общительного существа столько неоправданной скромности?

Да мне и самой было бы интересно узнать. Никогда раньше подобным не страдала. Ну, разве что в совсем юношеские годы.

Вернувшись с какими-то серыми пластинами и белыми тряпками, мужчина осторожно опустил все это на мои ноги, а потом откинул покрывало до бедер. Скосив глаза, теперь я сумела рассмотреть, что до самой талии завернута в «паутинку». Вполне привычное средство, только у меня на корабле после активации оно становилось бледно-голубым.

— Сейчас поставлю корсет. Может, он тебе немного не по размеру, но хальп обещал достать новый. Мы решили, что нам обоим лучше лишний раз не светиться даже на такой большой станции.

— Мы на станции? — я как-то даже забыла спросить, куда именно мы летим или где находимся

— Да. Твой приятель изрядно пострадал и нужно было срочно восстановить некоторые детали и кожный покров. Пока не стало поздно. Я не планировал работать с киборгом, так что на челноке не оказалось ничего подходящего. Сейчас будет немного больно.

Ребра стянуло кольцом, отпустив через десяток долги мгновений. Потом по пояснице, вверх прошла волна холода, завершившись у самой шеи. Хотелось потянуться, почесаться, дернуться, но об этом нечего было и думать.

— Теперь можно сесть, — Руш помог мне принять другое положение, от чего сильно закружилась голова, и пространство вокруг пошло рябью. Прислонив голову к мужской груди, затянутой шершавой необычной тканью, на пару мгновений прикрыла глаза. К горлу подкатывала тошнота и страшно хотелось прополоскать рот. И глотнуть воды.

— Я сейчас подниму тебя вместе с покрывалом и отнесу в уборную, — предупредил Агент, осторожно просовывая одну ладонь под колени и одновременно утягивая туда часть тонкой ткани, которой я была укрыта. Белая ткань, что Руш принес вместе с корсетом, при этом оказалась у меня на ногах.

Утратив ощущение привычной опоры когда меня подняли на руки, вся напряглась, тут же поплатившись за это резкой вспышкой боли.

— Не делай так, — немного ворчливо произнес мужчина, сжимая объятия сильнее. — И не стоит бояться. Я не уроню.

Я толком не успела осмотреть помещение, как мы боком вышли в узкий светлый коридор. Один раз повернув, Руш остановился у двери, дожидаясь пока та отъедет в сторону. Вполне привычный глазу судовой гальюн с обеих сторон словно сжимали поручни, оказавшиеся здесь весьма кстати.

Поимо прочего здесь находился непривычно большой душ и пара встроенных полок, сейчас закрытых.

Проследив за моим взглядом, глянув на поручни у унитаза, Руш качнул логовой, я и была уверена, что под маской он улыбается.

— Пару раз и я был не в лучшей форме после работы, так что пришлось слегка модернизировать устройство санитарной зоны. Если бы тебе было можно нормально сидеть, выдал бы и гравитационное кресло.

Я только округлила глаза, даже не представляя, какой именно должна была быть работа, чтобы заставить Агента оказаться в инвалидном кресле. Пусть и на короткое время.

— Кира. Кира! — видя, что я не слушаю, более настойчиво позвал Руш. — Я тебя оставляю, пока ты делаешь, что нужно, но двери не закрываю до конца. Да, да, подожду с той стороны. Можешь ничего не говорить даже сейчас, слушать не стану. Как все сделаешь — позови. И не вздумай вставать сама!

Дождавшись, когда меня посадят на нужное место и помогут частично прибрать покрывало, я махнула рукой, чтобы Агент поскорее убирался из помещения. Еще немного, и я была готова лопнуть.

Пробормотав напоследок что-то типа: «еще немного испытаний для девичьей скромности», Руш прикрыл за собой дверь, оставив небольшую щель. С той стороны почти сразу послышались голоса. Кажется, агент разговаривал с хальпом по связи, но я за это не могла поручиться. Было совсем не до того.

А еще страшно хотелось вымыть голову.

Глава 15

Ташва провалялась несколько дней практически не приходя в себя. Первые две попытки очнуться я пресек лично, опасаясь, что от боли она просто взвоет, а потом уже ждал самостоятельных реакций организма.

За это время хальп сумел поправить некоторые настройки в своем процессоре и запустил основной модуль, но иногда бедняга подвисал, что говорило о необходимости срочного ремонта. Выслушав уже всю историю от пришедшего в относительную норму киборга, я так и не сменил пункт назначения, решив сперва подлатать хальпа. Вопросов было много, состояние ташвы пока не радовало, а время, кажется, нас не сильно поджимало.

Большая, сияющая огнями и вывесками станция, встретила нас шумом и изобилием предложений на любой вкус. Посоветовавшись и решив, что в официальную мастерскую ЦунХиТану являться не стоит, мало ли кто еще ищет этих двоих, я отправил киборга к одному из своих знакомых. Субъект был не то, чтобы надежный, но в чужие интересы предпочитал не встревать. И что не маловажно, считался высококлассным мастером в ремонте киборгов

Закинув в Поток пару наводок и крючков, которые могли бы мне потом помочь отыскать обидчиков ташвы, я сосредоточился на пополнении запасов челнока, с учетом потраченных медикоментов и наличия на борту хальпа. Мысль избавиться от него при первой возможности была отметена тогда, когда я окончательно убедился — Кира объект его охраны. А с учетом особенностей той ямы, в которую ташва угодила, его помощь может оказаться полезной.

Сигнал об изменении сердцебиения ташвы пришел через полчаса, как хальпу начали восстанавливать кожный покров. Поправив маску, я отправился в медотсек, чтобы не давать девушке поводов для паники. Еще более бледная на фоне медицинских простыней, девушка едва заметно двигалась под креплениями. Кажется, она пока не могла сориентироваться, где именно находится и что с ней приключилось.

Немного растерянная, уязвимая и хрупкая, ташва вызывала во мне странное желание защитить. И это, как ни странно, было вызвано не контрактом. Просто такая душевная сила, внутренний стержень в этом маленьком, по сути, очень хрупком создании, затронул что-то внутри.

Стоило ее темным глазам раскрыться, как я невольно улыбнулся. Видно, что воспоминания еще не вернулись полностью и девушке немного страшно, но взгляд прямой и строгий, словно это я чем-то провинился перед ташвой.

И этот ее румянец, совершенно неожиданный, но невероятно очаровательный. Мне казалось что подобные дамы, общаясь с огромным числом коллег и заказчиков, не самых деликатных людей, теряют способность краснеть где-то на седьмой минуте работы курьером.

Как оказалось, тут я был не совсем прав. Девушка отчаянно краснела и смущалась, стараясь при этом сохранить выражение невозмутимости на лице. Особенно позабавил момент с уборной. Это она еще не представляет, как ей придется мыться. А то, что кого-то желательно уже сегодня затянуть в душ, чтобы нормально смыть с кожи грязь и те мази, которые я наносил, девушка и не догадывается.

Оставив на пару минут ташву в относительном уединении, я связался с хальпом. Киборгу закончили наносить кожный покров на руку, поправив в механике то, с чем не смогу справиться мой дроид. Попросив киборга прикупить кое-что из одежды, так чтобы данные моего челнока не мелькали в заказе, постучал по приоткрытой двери уборной.

— Можно?

— Да, — хрипло отозвалась девушка.

Медленно, чтобы еще сильнее не пугать эту смелую девушку, я вошел в санитарную зону. Щеки ташвы пылали, словно я застукал ее за чем-то постыдным, вызывая невольную улыбку на лице и не самые целомудренные мысли. Как проказливому мальчишке, мне хотелось узнать, какие еще действия могут заставить ташву покраснеть.

— Обхвати мою шею, — убрав один из поручней, подхватывая ташу, кое-как завернувшуюся в покрывало, под колени, я остановился, повернувшись в сторону душевой кабины. — Помыться хочешь?

Ответом мне стал громкий мученический стон умирающего от жажды в двух шагах от источника.

— Надо бы, — задумчиво произнес я, рассматривая смену эмоций на лице девушки. Такой тоски и душеной боли, кажется, я еще не видел. — Я помогу. Если ты справишься с собой.

— А просто посадить меня под душ разве нельзя? — с тоской уточнила ташва, отводя взгляд.

— И поставить под угрозу все мои труды? Нет, такого варианта нет. Не переживай, ты по пояс замотана в паутинку. А ниже я обещаю не смотреть, если тебя это беспокоит.

— Ладно, — прикрыв на мгновение глаза, шепотом, но весьма решительно произнесла девушка.

— Вот и славно, — захлопнув дверь, я на мгновение остановился перед душевой. — Хватайся за шею, я буду опускать твои ноги. Не бойся, я держу.

Ташва обняла меня, но в руках чувствовался недостаток сил. Удерживая ее одной рукой, второй медленно опустил ее ноги, позволяя им повиснуть вдоль тела. Тонкое медицинское покрывало, зажатое между нами, плавно стекло на пол.

Кира, сведя брови, пыталась рассмотреть мое лицо сквозь зеркальную маску, словно это помогло бы справиться со смущением и неловкостью. Я же считал наоборот. Присутствие безликого помощника наоборот должно было снизить напряжение.

— Держись и ничего не бойся, — я шагнул в душевую зону, одной рукой открыв воду. Мягкий, теплый, поток заставил ташву вздрогнуть всем телом. Прикрыв глаза, девушка начала мелко подрагивать в моих руках. — Горячая?

Я вдруг засомневался, что через одежду могу точно определить температуру воды. Пусть на мне был и не самый плотный из костюмов, даже он мог искажать восприятие.

— Нет. Все хорошо, — выдохнула девушка, успокаиваясь. — Немного колет, но думаю, тут дело скорее во мне.

— Так может быть. Ну что? Промоем твои волосы?

— И как это возможно? — ташва усмехнулась. Кажется, теперь ее происходящее забавляло.

— Очень просто. Я тебя сейчас немного опущу, так, чтобы ты только касалась пола и чувствовала себя устойчивее, и приступи к помывке. Договорились?

— Договорились, — на лице Киры появилась светлая, настоящая улыбка. Мои губы растянулась в ответной, хотя видеть ее девушка и не могла.

Медленно спустив Киру по ткани комбинезона так, чтобы она коснулась пола, я протянул ладонь в сторону дозатора. На руку, с тихим шипением, вылилась порция пены. Следя за сменой выражения лица девушки, я не мог перестать улыбаться. До чего же смелая, решительная, и в то же время, такая хрупкая. Сплошное противоречие.

— Глаза прикрой, — тихо попросил, ощущая какую-то интимность момента.

Длинные влажные ресницы дрогнули, пряча от меня эти темные, внимательные глаза, которые, кажется, пытались заглянуть за зеркальный слой моей маски. Одной рукой, стараясь не делать лишних движений и не доставлять чрезмерного беспокойства, я принялся осторожно распределять пену по волосам. Перчатка страшно мешала, и, пользуясь тем, что формально Кира не может меня видеть, я стянул ее зубами, откинув в сторону.

— Что с моим кораблем?

Либо кто-то пытался таким образом отвлечься от ситуации, либо кому-то не хватало острых ощущений.

— Ответ нужен честный или щадящий? — голос сам по себе стал ниже, откинув ту снисходительно-ироничную манеру, в которой я разговаривал с Кирой до того.

— Честный, — тихо выдохнула ташва, осторожно поворачивая голову и словно подставляя разные участки кожи под мою ладонь. И, кажется, она сама не осознавала этих действий.

— Из того, что я успел выяснить, починить можно, и даже не сильно дорого. Если переправить на какую-нибудь станцию рядом с приличной свалкой.

— А сам… — голос Киры немного сорвался. Нужно было заканчивать эти водные процедуры. То, что ей значительно лучше вовсе не означает, что она уже здорова.

— Сам не полетит. Разве что привезти туда новое стекло и чем-то залатать те полсотни дыр, что в нем появились. Голову выше, глаза не открывать, — скомандовав, я сделал сильнее напор воды, рукой стягивая пену с волос девушки и промывая пряди.

Закончив с этим, отключил душ и приподнял ташву выше, делая два шага назад. Темные глаза распахнулись, вопросительно уставившись на меня.

— На сегодня достаточно. Если показатели будут хорошие, через день-два попробуем ходить.

Тряхнув головой, так, чтобы остатки капель скатились с маски, я потянулся к встроенному шкафу, выуживая оттуда свежее полотенце. Тонкое и большое, оно могло обернуть ташву до самых колен раза два.

— Держись, я сейчас, — на мгновение расправив ткань за спиной девушки, я протянул один конец полотенца между нами. С моей одежды вода скатывалась, так что не нужно было опасаться того, что полотенце быстро промокнет. Кое-как оберну ташву в сухое, надеясь, что и «паутинка» успела в достаточной степени напитаться влагой, чтобы не потерять упругость, я поднял девушку на руки.

— Так и быть, — видя, что ташва вновь начинает мучиться неловкостью решил, что пора заканчивать со все этим, — переоденем тебя уже в медблоке.

Кира только кивнула, отведя взгляд.

Глава 16

Это было то еще испытание. Если бы я не увидела лица Руша, может, все воспринималось немного проще. А так я чувствовала невероятную неловкость из-за собственной слабости и немощности. Предпочитая все решать и делать самой, я никак не могла свыкнуться с мыслью, что теперь вынуждена полагаться на помощь Агента.

Вернувшись обратно в медблок, Руш осторожно усадил меня на кушетку, на которой, кажется, сменилось белье. Проворно поправив на моих коленях полотенце, которое то и дело норовило сползти, мужчина, продолжая придерживать одной рукой за плечи, второй попытался расправить какую-то светлую длину футболку.

— Представь, что это такое платье, — найдя горловину, хмыкнул Руш. — Все равно пока ничего другого нет. Точнее нет того, что я мог бы на тебя надеть. Давай, о-па!.

Накинув футболку мне на голову, осторожно вытянув сырые волосы из-под ткани, Агент помог мне продеть вовнутрь руки.

— Ткань немного промокнет, так как «паутинка» сырая, но не переживай, если станет совсем некомфортно, скажешь. У меня есть еще дна. Или две.

Я только кивнула, рассматривая бледную, почти что голубую кожу на руке, которая вдруг оказалась без перчатки. Крепкие, чуть заостренные ногти, томного, почти черного цвета вызывали в голове какую-то ассоциацию, но я никак не могла вспомнить, к какому конкретно виду относится эта особенность. Что-то не стыковалось в голове.

Словно почувствовав мой взгляд, Руш вдруг сдал пальцы в кулак, медленно убирая руку с моих колен.

— Приляг, а я пока промокну твои волосы, — голос не дрогнул, не мне показалось, что Ангент не доволен этим небольшим упущением с собственной стороны.

Опираясь на му3жску руку, затянутую в перчатку, я медленно опустилась на постель, напряженно вглядываясь в зеркальную маску. Мелькнула мысль, что было бы хорошо сейчас рассмотреть выражение его лица, но этого не произошло. На меня смотрела только я сама.

Не желая видеть себя такой немощной и бледной, я прикрыла глаза, чувствуя, как Руш приподнимает мою голову, оборачивая ее полотенцем и осторожно промакивая волосы. Это все казалось странным, каким-то неправильным. И не никак не удавалось смириться с новым положением. Даже если других вариантов пока не было.

— О, твой полумеханический приятель теперь в порядке, — с вернувшимся ироничным тоном, который присутствовал все время до момента с перчаткой, произнес Руш, заставив меня распахнуть глаза. Вот теперь из-за маски на меня смотрели его глаза, с лучиками мелких морщинок вокруг.

На короткое мгновение повисла тишина, и вдруг выражения лица Агента стали резко меняться. Никогда мне не доводилось видеть столь открытых и ярких эмоций.

Мелькнуло неверие, недоумение, какое-то сомнение, а затем брови сошлись над переносицей, образовав глубокую складку.

— Ты можешь видеть мое лицо? — голос был хриплый, тихий, словно Руш сам не верил в то, что произносил.

Сглотнув ком, внезапно образовавшийся в горле, я почувствовала, как вновь вспыхивают щеки, словно меня застукали за подглядыванием в раздевалке. Открыв и закрыв рот, стараясь справиться с сухостью, от которой язык словно прилип к небу, я все же выдавила:

— Иногда, — и словно в ответ на это признание, которой почему-то казалось очень важным для мужчины, маска потеряла всю прозрачность, лишая меня возможности видеть реакцию.

Чувствуя, что произошло что-то важное, но не в состоянии понять значения события, я невольно закашлялась, пытаясь повернуться на бок. Легкие от спазма прострелило болью, но кашель никак не удавалось унять. Казалось, еще немного, и я просто выплюну остатки легких, так сильно жгло в груди.

— Спокойнее, — уверенно и решительно произнес Руш, словно это и права могло мне помочь.

Но Агент, кажется, и сам не верил, что слова будет достаточно. Меня осторожно посадили, помогая немного нагнуться вперед, а через мгновение в плечо, прямо через футболку, ткнулся инъектор. Легкий укол, несколько судорожных ударов сердца, и я смогла почти нормально вздохнуть.

Одна рука, та, что была без перчатки, осторожно удерживала меня чуть ниже шеи, чтобы я не повалилась лицом на постель, вторая же медленно поглаживала по спине, вызывая толпу приятных мурашек даже сквозь ткань одежду и паутинку. Хорошо, что кое-где ладонь прерывалась о планки корсета. В противном случае, я кажется, могла бы тихо замурлыкать, от контраста той боли, что была миг назад и тех ощущений, что вызывали теперь касания Агента.

— Лучше?

Не то слово. Вот только не останавливайся. Моя кожа, кажется, совсем изголодалась по прикосновениям. Теперь, когда я была относительно одета, этими ощущениями можно было просто наслаждаться.

— Да, спасибо, — чувствуя, как тело расслабляется, я вдруг широко зевнула.

— Сейчас я принесу тебе что-нибудь питательное, и сможешь еще немного отдохнуть. Вечером попробуем тебя нормально покормить. И, Кира?

— Да? — я подняла взгляд, пытаясь рассмотреть выражение глаз за зеркалом, но сейчас маска оставалась непроницаемой.

— Пока, пожалуйста, не занимайся рабочими вопросами, — Агент легонько стукнул по браслету на моей руке. — Подожди хоть день, пока немного оклемаешься.

Скривившись, сетуя, что с меня требуют такое обещание, я только кивнула. Пусть Руш и был прав, такая работа требует значительных затрат энергии, мне хотелось бы переговорит со своим ИИ и выяснить, что произошло за время моего отсутствия. И какие сведения появились в Потоке касательно моего исчезновения. Это просто не могло пройти бесследно. Какое-то эхо все же должно было бы быть.

— Ладно, — прикрыв от усталости глаза, я медленно, все еще опираясь на руку мужчина, опустилась на подушки.

— Вот и хорошо. Не засыпай пока, — ладонь коснулась плеча, привлекая мое внимание и вынуждая открыть глаза. — Мне нужно тебя хоть немного подкормить

— Ладно, — опять повторила я, совсем не уверенная, что смогу удержать в теле хоть немного бодрости.

Словно в подтверждения, стоило Рушу выйти из медблока, как за его спиной с тихим шипением закрылись двери, веки стали настолько тяжелыми, что не могло быть и речи о том, чтобы держать глаза открытыми.

Как Агент вернулся, я уже не слышала.

* * *

Девушка уснула, кажется, практически мгновенно, стоило мне только выйти в пищевую зону за ее питательным коктейлем. Правду говорят, для женщины иногда куда важнее комфорт тела, чем еда.

Стараясь действовать осторожно и не потревожить Киру, я вытянул сырое полотенце из-под ее тела, поправив футболку и укрыв девушку. Пусть отдохнет, с остальным можно будет разобраться позже. С той скоростью, с которой ее тело восстанавливалось, уже через дней десять останется только слабость в мышцах и небольшие приступы боли. Даже читая про ташв и готовясь к работе по этом у заказу, я не рассчитывал на подобное.

Пока девушка спала, а хальп бродил по станции, занимаясь покупками, у меня было немного времени проверить свое оборудование. Никогда еще не происходило такого, чтобы моя маска выходила из строя. Признаться самому себе, что в первый момент я испытал легкий шок, было не так и просто.

Не малого труда мне стоило произнести сам вопрос, когда я осознал, что девушка смотрит прямо мне в глаза. Такого просто не могло быть, но четкий прямой взгляд, без привычного блуждания по зеркальной поверхности…

Закрывшись в отсеке пилотирования, я одним движением снял маску. Первый вздох, как всегда, вызывал неприятные ощущения в горле, словно я вдруг оказался в пустыне. Многолетний опыт позволял быстро адаптироваться к этим, пусть и вполне привычным, но неприятным ощущениям. Отложив маску в сторону, я откинулся на спинку кресла.

— Мы закрыты от внешнего воздействия?

— Да, Руш, — ИИ отозвался привычным тихим женским голосом. Достаточно низким, чтобы меня не нервировать даже после самых тяжелых контрактов.

Как и многие, я предпочитал, чтобы ИИ обращался ко мне по имени, несколько снижая давление одиночества в долгих перелетах.

— Подготовить глубокую диагностику маски.

— Какие нарушения следует искать?

— Все, — тихо отозвался, укладывая самую сложную и ценную деталь моего обмундирования на специальное ложе, появившееся над панелью.

— Подготовить передачу сведений об ошибках в Сердце?

— Нет. Запретить любую передачу данных до специального разрешения.

Если в центральном офисе узнают, что что-то случилось с моей маской, могут отозвать лицензию до выяснения. И назначить ташве нового Агента. А мне, не смотря на первые реакции на этот контракт, совсем сейчас не хотелась передавать это дело кому-то другому. Даже не знаю, почему.

По монитору побежали ряды цифр и шкал, с одной стороны отмечая проверенные параметры. Пока все шло, как полагается. Никаких посторонних вирусов или нарушений в маске обнаружено не было. Я же прогонял в голове все идеи относительно того, что могло вызвать подобный сбой. Ни низкие температуры, ни какое-то биологической присутствие не могли повлиять на эту материю.

Маска выдавалась Агенту один раз, в самом начале обучении, изначально представляя собой просто особое стекло, со встроенными элементарными программными модулями. Но со временем она наполнялась таким числом функций и эхом носителя, что переставала быть просто предметом. Особый материал впитывал часть образа носителя, подстраиваясь под него, перенимая какие-то черты и манеру действий. Можно было сказать, что маска в какой-то степени становилась живой.

Ярким примером подобного взаимодействия служила маска моего коллеги Дефа. Как я помнил, маску повредили еще два контракта назад, когда Агент с трудом, и едав живой, вернулся на базу. Сам Деф восстановился довольно быстро, но материя только-только начала активно затягивать порез, реагируя на состояние носителя.

Но я не помнил ситуаций, чтобы зеркало вело себя подобным образом.

— Анализ завершен. Нарушений протоколов или вирусного присутствия не выявлено, — тихий ответ ИИ должен был меня порадовать, но напротив вызвал более сильное беспокойство. Если не решить этот вопрос, непонятно, как я дальше смогу работать.

— Файл отчета скрыть, — приказал я, опасаясь, что информация может дойти до руководства раньше времени. Но пока в голове не возникало никаких идей, было можно сосредоточиться на другом. — Запустить Поток. Поиск по тегам: пропажа курьера, сурианский цветок, Кира.

Информационная ветка раскрылась довольно быстро, но пока ничего интересного не было. Видно, еще не прошло достаточно времени, чтобы кто-то поднимал панику. И это так же было нам на руку.

Глава 17

Как только хальп, обмазанный едва ли не с ног до головы заживляющим кремом, вернулся на челнок, я решил покинуть станцию. Кто знает, какие именно силы участвуют в этой игре и какое из наших действий может привлечь постороннее внимание.

— Ты, надеюсь, не связывался со своим хозяином? — если киборг успел передать сообщение настоящему владельцу пропавшего артефакта, то и его могли перехватить.

Хатьп покачал головой.

— Я помню, о чем ты просил. Тем более, что я до сих пор не знаю, как много, из нужного мне, успела запомнить Кира. А без этого все может оказаться бесполезно. Ты ее не спрашивал? — ЦунХиТан поднес руку к лицу, испытывая, должно быть, ощутимый зуд там, где восстанавливалась кожа, но удержался. Сжав пальцы, не касаясь щеки, хальп выдохнул сквозь зубы.

— Я не могу спрашивать ее о том, чего не знаю. Тем более, если информация считается настолько ценной, не разумно передавать ее кому-то еще.

— Точно, — мне показалось, что хальп немного сожалеет о собственном вопросе, но к подобному за пару дней я привык.

Посчитав меня не опасным, и поставив в ряд то ли коллег, то ли приятелей, киборг иногда забывался. Даже удивительно, что такого, по сути доброго и немного наивного субъекта могли отправить на подобное задание.

— Но я бы хотел знать, кто именно твой хозяин и чем конкретно его интерес угрожает Кире.

— Пока не могу сказать его имени. Вот когда мы достигнем указанной точки, где сможем проверить точность данных, что девушка запомнила, это может быть опасным. Для всех нас.

— Ладно, — я предпочел не настаивать, выводя челнок на маршрут. Та точка, куда ташва должна была изначально доставить груз, была весьма далека, но я перестраховывался, выставляя кривую траекторию, что увеличивало наше путешествие еще на несколько дней.

Впрочем, учитывая состояние ташвы, это было просто необходимо. Если вдруг понадобиться экстренно уносить ноги от хозяина ЦунХиТана, лучше, чтобы Кира мгла уверенно ходить. Кто знает, как именно это существо, явно наделенное властью, попытается обезопасить собственные интересы.

— Успел узнать что-то интересное?

— Слухов много, но про Киру ни слова. В основном болтают, что Пегас выкупил права на половину курьерских лицензий за пределами Центра. Не знаю, сколько в этом правды, но те несколько перевозчиков, которых я встретил, заметно нервничали, — хальп пожал плечом, морщась от того, как одежда раздражала кожу. Ничего, через пару часов ему будет можно сходить в душ тогда неприятные ощущения должны отступить.

— Пегас? А я все думал, когда они начнут тянуть свои щупальца к остальным секторам. Уверен, что большая часть заправочных станций в тихую уже скуплено этими монополистами. Осталось прибрать курьеров, обрядив их в общую форму, тогда никто не сможет с ними тягаться.

— У Пегаса, точнее у его дочерних компаний, под управлением производство семидесяти пяти процентов всего топлива в открытых секторах. Во всех, от А до М, — угрюмым и каким-то непривычно серьезным тоном отозвался хальп, вынудив меня оторваться от карт и глянуть на киборга. — На самом деле никто не может с ними тягаться уже лет восемь. Просто пока это еще не так очевидно.

— Я не знал этого, — пришлось признать, что даже среди той информации, что мы получали по работе, надо сказать, часто не общедоступной, этого не упоминалось.

— Это мало кто знает. Пока. Но, думаю, долго замалчивать они не смогут. Раз уже взялись за курьеров. Подмять под себя свободную гильдию… они должны был сильно прижать профсоюзы, чтобы этого добиться.

— Откуда это известно тебе? — легкая искорка сомнения и подозрительности вспыхнула где-то в затылке, но хальп, вдруг, нагнулся ко мне, замерев буквально на расстоянии в полторы ладони.

— Слушай, а как ты через нее ешь?

Закусив губу, стараясь не расхохотаться, я вдруг расслабился. Это не могло быть напускным, такое искреннее недоумение, больше характерное для ребенка, сейчас красовалось на лице киборга.

И это существо считалось одним из самых опасных гуманоидов во вселенной? Мне показалось, что с него станется еще и просить прощения, стоит кого-то убить по долгу службы. Картина вспыхнувшая в голове была такой яркой, что я едва не хрюкнул от смеха, представив себе хальпа, замершего посреди бойни, с выражением искреннего сожалений подходящего к каждому из поверженных противников и произносящего «мои глубочайшие извинения».

— Так как же? — оказалось, киборг все еще ждал ответа, пока я тренировал воображение.

— Она снимается, ЦунХиТан, — справившись с собой, вполне спокойно ответил я.

— Правда? — вполне обычные глаза, за которыми прятался желтый огонек, вполне натурально распахнулись в удивлении. — А я был уверен, что это тоже вживленная механика, типа моей.

— Не совсем. Маска имеет и бионическую составляющую, и связана с носителем, но она съемная. Если…

Меня прервал сигнал из медотсека, оповещающий, что одна несгибаемая, во всех смыслах, девушка, решила проснуться.

— Кира, — пояснил я, одним взглядом проверяя автопилот, и вставая из кресла.

— Я с тобой, — довольно резко и решительно произнес киборг, вскакивая. До этого заглянуть к ташве я пустил его только раз, чтобы дать убедиться, что девушка и правда жива. Но больше этот фокус с хальпом, кажется, не пройдет. Да и смысла я не видел. Девушку, скорее всего, уже можно будет перевезти в одну из нормальных комнат.

— Ладно. Только помни, что она еще совсем слаба, — напомнил я, глядя на улыбку, расцветающую на лице киборга. И в самом деле, ЦунХиТан казался мне слишком светлым существом для своей работы.

* * *

Я только успела запустить ИИ, даже не дождавшись нормального отклика Им-12, как двери отсека отошли в сторону, впуская моих попутчиков. Первым шел Руш, одетый сегодня, для разнообразия, во все белое. Мне даже стало интересно, есть ли в его гардеробе еще цвета, или только две крайности: черное и белое. Но спросить я не решилась. Он все еще вызывал во мне некоторое смятение, хотя и надеялась избавиться от этого ощущения в ближайшее время.

А вот позади шел мой, ставший уже почти родным, ЦунХиТан. Половина лица киборга была измазана чем-то бежевым, да так густо, что черты терялись под этим слоем, но он был цел. Больше не было того пугающего вида открытых мышц и механизмов, что я все же запомнила из множества разрозненных вспышек сознания.

— Кира! — хальп улыбнулся, замирая в шаге от моей койки, с каким-то сомнением протягивая руки. На его лице, сменив радость, теперь явно читалось сожаление и глубокое чувство вины. — Прости меня.

— За что? — мне было неудобно разговаривать лежа, толком не одетой и растрепанной.

— За то, что все так обернулось. Ты едва не погибла, — последнюю фразу хальп произнес шепотом, распахнув глаза во всю ширь, так что мне показалось — еще немного, и они выкатятся из глазниц.

— Ты знал, что так будет? Предполагал такой исход? — так же тихо, но очень спокойно спросила хальпа. Я уже успела немного обдумать ситуацию, так что для меня все было предельно ясно. И чувство вины ЦунХиТана вовсе не было тем, что требовалось или могло бы порадовать.

Подтверждая мои собственные мысли, киборг покачал головой.

— Тогда не стоит об этом говорить. Надо решать, что делать дальше. Как доставить груз, оформить компенсацию. Обеспечить себе безопасность… — последняя фраза, и мелькнувшее в голове лицо Рамы заставили поежиться.

— Простите, что вклиниваюсь в ваш столь интимный разговор, — голос Руша был насмешлив, но мне показалось, что Агент немного зол. И мне не было понятно, что именно могло его рассердить, — но смею напомнить, что для решения именно этих задач я сейчас нахожусь рядом с вами.

На короткое мгновение в отсеке повисла гулкая тишина. По сути, не произнеся ничего грозного или обвинительного, Руш как-то умудрился щелкнуть нас с хальпом по носу.

— А теперь, если вы закончили с объявлением виновных, или не виновных, мы могли бы приступить к делам куда более прозаичным, но более важным в данный момент?

— Что? — первым отмер хальп, почему-то внимательно осмотрев себя, словно искал эти самые «прозаичные дела» на восстановленном теле.

— ЦунХиТан, отправляйся в пищеблок, подогрей, пожалуйста, Кире обед, — видя, что киборг не совсем в состоянии разобраться в таких сложных словесных конструкциях, попросил-приказал Руш, прежде чем повернуться ко мне, — а мы пока сменим корсет и. справимся с некоторыми мелочами. Будем минут через пятнадцать.

Хальп кивнул, подарил мне напоследок одну из своих мальчишеских улыбок, и довольно бодрым ровным шагом, вышел вон.

— Он в порядке? — дождавшись, когда дверь вернется на место, спросила я.

— Если не считать какой-то не свойственной этим существам наивности, то да, — Руш кивнул, уже стоя ко мне спиной и вынимая что-то из встроенного шкафа. — Не знаю, насколько это его обычное состояние, так что выводы о исправности процессоров или мозга делать не могу.

— Он всегда такой, — призналась, не в силах сдержать улыбку. — Первое время, я думала, что он издевается, и была готова открутит ему голову. А потом почти привыкла.

Руш вернулся, неся новый корсет и какие-то темные ткани.

— Не думала, что хальпы могут быть такими. Курьеры про них много разных ужасов рассказывают, — призналась, чтобы хоть что-то сказать, когда Руш осторожно спустил покрывало мне до бедер, намереваясь снять прежний корсет.

— Я знаком с несколькими, — низким голосом отозвался Агент, осторожно убирая подушку из-под головы, и помогая мне лечь ровно, — и могу тебе сказать, что те ужасы, что ты слышала, скорее всего, правда. Хальпы могут быть очень опасны. Но и наш приятель не исключение. Не смотря на все его особенности характера. Одно то, что вы оба живы, а нападавшие смогли уйти далеко не все, говорит о нем весьма конкретно.

Руш что-то повернул на корсете, и я почувствовала, как пропадает ощущение жестких планок по бокам и на ребрах со всех сторон, словно поддерживающие пластинки они куда-то втянулись.

— Но вот такая психологическая составляющая на самом деле редкость. Стать хальпом не просто, и обычно эту процедуру выносят не все бойцы, прошедшую хорошую подготовку. А о простых парнях и речи нет.

— Ты знаешь, как становятся хальпами? — это казалось мне важным, так что я даже немного приподнялась, от чего тут же получила болезненный прострел в спину.

— Не шевелись! — строгий голос Руша меня не пугал, но вот суровый, внимательный взгляд и правда заставил замереть. Такого выражения лица у Агента я еще не видела.

С обеих сторон к ребрам приложили две тонких металлических пластины, которые почти тут же стали охватывать тело тонкими планками.

— Глубокий вдох и замри, — Руш прижал пластины руками, ожидая, пока они примут нужную форму. — Хальпом обычно становится солдат, получивший значительны повреждения в ходе каких-либо военных действий. Когда повреждения обширны и их невозможно компенсировать доступным лечением без внедрения механики. Но сама процедура очень, баснословна дорога, так, что ни один простой вояка не может себе подобного позволить. Выдох, и жди пять секунд.

Впустив весь воздух, я почувствовала, как корсет начинает сжиматься. Это явно была куда более новая модель, чем та, что на меня одевали первой. И стоить подобная должна была весьма прилично.

— Когда совпадают все условия, обычно кто-то из владельцев крупных корпораций предлагает солдату спонсировать операцию. В замен на служение.

— Работу? — мне не было знакомо это слово, но я была уверена, что правильно поняла смысл.

— Это уже не работа, — Агент покачал головой, и мне на миг удалось разглядеть горечь на его лице, прежде чем маска стала зеркальной, — Это скорее безвозмездное владение на длительный срок. Как я слышал, срок зависит от стоимости всей процедуры, но в среднем составляет лет тридцать. Не каждый на подобное соглашается, сама понимаешь. И не каждому предлагают. Обычно выбирают военных со стажем. С определенным типажом психики. А ЦунХиТан… он совсем не похож на тех, кого я знаю и о ком слышал.

Руш еще раз пробежался пальцами по моим ребрам, проверяя положение корсета, и явно довольный, отступил на шаг.

— Все. Теперь тебе можно сидеть. Не долго, и немного откинувшись, но уже что-то. В уборную?

Чувствуя, как от очередного приступа неловкости вспыхнули щеки, я кивнула.

Глава 18

Вынужденная полагаться пока на помощь Руша в повседневных делах, я, кажется, даже привыкла к его присутствию рядом, хотя меня основательно раздражали перчатки. От Агента шел легкий, едва ощутимый аромат свежести и чего-то терпкого, от чего первое время щекотало нос, а потом даже стало доставлять удовольствие.

Спустя несколько дней мне разрешили ходить, хотя Руш и выдал что-то похожее на подпорки, запретив передвигаться без них. Не большой челнок, разделенный на отсеки, оказался куда более комфортным для проживания, чем моя «блоха». В нем все было устроено с умом, и весьма компактно, что заставляло меня иногда завистливо вздыхать.

Но «блоху» было все равно очень жаль, так что я даже один раз едва не сорвалась на слезы, пытаясь придумать, как выдрать ее из той глыбы льда, где она застряла, и как обеспечить ремонт кораблю. По словам того же Руша выходило, что проще и дешевле будет оставить все кК есть, и купить новый корабль, но пока у меня не было жетонов ни на ремонт, ни на покупку нового корабля.

— Не стой в дверях, — тихо произнес Руш, сидя за штурвалом и наблюдая за работой автопилота. Пока Челнок шел заданны маршрутом спокойно, не требуя внесения корректировок, но Агент все равно предпочитал на долго не оставлять управление. Они с хальпом дежурили по очереди, оградив от этой обязанности меня, не смотря на настоятельные требования. Сама попытка высказаться на тему, что в порядке и вполне могу присмотреть за направлением, потерпела крах с первых же слов.

Пройдя в отсек, я нажала на кнопку, присмагничивая ножки ходуль к полу и медленно опустилась во второе кресло. Механизм тут же запустился, следуя приказам Руша, и меня перевело в полулежачее положение, снимая напряжение со спины.

— Как самочувствие? — этот вопрос стал дежурным при каждой нашей встрече, так что я даже слегка поморщилась. Чувствовать себя больной и немощной порядком надоело.

— Все нормально, — я попыталась отмахнуться, но за стеклом маски одна бровь сперва взлетела вверх, выражая неверие, а затем на лбу обозначилась морщинка.

— Кира, твое состояние находится сейчас на самой верхней строке моей ответственности. Не ставь нас обоих в неловкое положение, вынуждая нести тебя в медотсек и все проверять лично.

Руш отчитывал как маленькую, а мне, признаться, от чего-то еще больше хотелось вредничать и вести себя совсем неразумно. И да, ставить кого-то в неловкие положения. А еще лучше, добиться хоть какой-то не такой спокойной реакции. После того, как Руш единожды продемонстрировал нам свое явное недовольство, пусть и прикрытое сарказмом, Агент являл собой просто образец сдержанности. А меня это страшно бесило.

Вот и сейчас, сидя в соседнем кресле, я чувствовала невероятный зуд в пальцах, желая в прямом смысле доколупаться до того, что пряталось под этим белым, до отвращения сияющим, нарядом. Наверное, я слишком долго летала одна.

— Кира? Ты меня слышишь?

— Да, да, да, — ворчливо, кипя внутри от какого-то странного переизбытка эмоций, отозвалась я. Пусть Руш и был прав, но когда это могло меня остановить? — Я на самом деле себя чувствую вполне сносно. Спина почти не болит, немного сводит мышцы в боку, и гудят ноги. На этом все.

— Уже не плохо. Было бы хорошо сделать тебе массаж, раз ноги в таком состоянии. Одной электростимуляции, видно, не хватает.

— Уволь. Меня от твоих перчаток просто потряхивает, — не в состоянии сдержать реакцию, я и правда все передернулась.

На какое-то мгновение в отсеке наступила тишина. Руш отвернулся к экранам, вглядываясь в разноцветное, усыпанное звездами, пространство за бортом корабля.

— А если я сниму перчатки? — мне показалось, что произнести это Агенту было не очень просто. Но фраза все же прозвучала. И сказана она была достаточно громко и четко, чтобы не вызвать сомнений.

— Разве это допустимо? — я не хотела признаваться в собственных ощущениях, но внутри что-то сладко сжалось. Кто-то и правда, слишком давно летает один.

— При определенных условиях. Ношение перчаток скорее рекомендация, чем обязательное требование.

Руш говорил теперь совершенно спокойно, словно уверился в правильности решения. Я же напротив, испытывала такие противоречивые эмоции, что никак не могла подобрать ответ. С одной стороны это казалось правильным, раз уж ноги не хотят работать в полной мере, а спину то и дело клинит. С другой же немного озадачивали и пугали собственные реакции на этого ужчину.

— Ладно, — решив, что я ничего не теряю, а вдруг мне еще и понравиться, слегка качнула головой, — кК-нибудь можно попробовать. Вдруг на самом деле станет легче.

— Идем, — Руш так резко поднялся из кресла, что я вздрогнула.

— К-куда? — слегка растерявшись от такой стремительности действий, запнулась.

— Делать тебе массаж.

— Ну так не сейчас же? — искренне возмутилась решив, что это как-то слишком скоро.

— О, а у тебя немного другие планы на ближайшие полчаса? — вот теперь ирония сочилась из каждой произнесенной буквы. Протянув мне ладонь, Руш чуть склонив голову набок. Только сейчас мне не удавалось рассмотреть выражение его лица. — Идем. Все равно нужно снять паутинку и проверить, как себя чувствует твой бок.

— Вчера же проверяли на аппаратуре, — ворчливо отозвалась, все же принимая помощь и поднимаясь с кресла.

– Может и так. Но паутинку все равно пришло время снимать.

Горестно вздохнув, но чувствуя при этом какое-то внутреннее возбуждение, я двинулась в сторону медотсека, опираясь на свои ходули. Остановившись на первом шаге в коридоре, чуть повернула голову на Агента, идущего позади.

— А ничего, что ты оставишь маршрут без присмотра?

— Хальп придет через минут двадцать. Да и пока не предполагается каких-то сложностей. — Я кивнула и сделала еще полшага вперед, как почувствовала, что Руш подошел вплотную. Голос, кажется, в этот раз немного другой, словно маска его больше не искажала, прозвучал у самого уха: — И мы же не собираемся заниматься чем-то таким, что в случае необходимости, я не мог бы вернуться за штурвал. Так ведь, Кира?

От какого-то внутреннего трепета перехватило на миг дыхание, а откуда-то, из нижней части живота стало подниматься тепло. Резко расправив плечи, от чего даже скрипнул корсет, я двинулась дальше, так и не ответив. Мне в спину донесся только тихий смешок.

И что же между нами такое происходит? Отрицать, что все вышло за какие-то привычные рамки, смысла не было, но пока я не понимала, что все это может значить. Само присутствие Руша рядом делало меня спокойнее, мягче, и в то же время вытягивало на поверхность какие-то проказливые нотки, о которых я давно позабыла.

— Ставь свое транспортное средство в углу и заползай на кушетку, на живот. Сможешь сама? — Как только двери медотсека закрылись, Руш направился к одному из шкафов, вынув пару флаконов и стопку тонки медицинских полотенец.

С сомнением глянув на кушетку, которая была прилично выше моей постели в каюте, Я отставила я сторону свои подпорки и попробовала закинуть ногу наверх. Но конечность просто не могла так высоко подняться, вспышкой боли в каком-то зажатом нерве напомнив, что я все еще не здорова. Выругавшись сквозь зубы, я опустила ногу, оперевшись на кушетку руками и тяжело дыша. Боль отступала, но не очень быстро, отдаваясь и в боку.

— Не надо, — тихо шепнул Руш, опять оказываясь за моей спиной. — Я помогу.

Сделав шаг вбок, Агент подхватил меня на руки, осторожно опустив спиной на кушетку.

— Переворачивайся. Только осторожно, — поставив руки с обеих сторон от меняна кушетку, словно боясь, что я и правда могу упасть, мужчина почти обнял меня, дожидаясь пока я медленно и неловко смогу перевернутся на живот.

Кряхтя, как старый, забитый двигатель, я медленно повернулась, пару раз зацепив руки Агента. И каждый раз это заставляло сердце замереть.

— Попробуй расслабиться, пока я буду снимать повязку, — все так же тихо произнес Руш, подтягивая повыше мою футболку и приспуская пояс спортивных штанов. Это был пока самый удобный наряд из того, что Хальп купил на станции. — Сейчас ослаблю корсет, не пугайся.

По телу прошла легкая вибрация, и ощущение немного давящей поддержки на ребрах пропало. В первый момент стало немного страшно, что сейчас вернется боль, но один глубокий вдох, второй, и я смогла расслабиться.

— Нормально?

— Да. Кажется, — небольшое опасение все еще присутствовало, но если резко не двигаться, все, кажется, было в порядке.

— Вот и хорошо. Положи руки под голову и не двигайся.

футболка поползла выше, оказавшись практически на уровне шеи, а затем между лопаток легла теплая, чуть шершавая ладонь.

Руш снял перчатки.

По спине прошла толпа мурашек, заставив поежиться.

— Кира, пожалуйста, не дергайся, — с какими-то хриплыми нотками произнес Агент.

И, конечно, это вот прямо идеально способствовало моему успокоению. Просто со всех сторон. И, нет конечно, никаких романтических образов в моей дурной и слегка пришибленной голове не возникало от этого хриплого шепота и осторожного касания. Вот просто ни единой мысли.

Глубоко вздохнув, я поняла, что массаж, даже если это будет именно «медицинский массаж», который по идее довольно болезненный, спокойно выдержать его мне будет не просто. Руш же, не зная, что именно происходит со мной, все тем же спокойным голосом продолжал.

— Сейчас нужно выдохнуть и не шевелиться. Не хотелось бы тебя обжечь.

— Будешь срезать «паутинку»?

— Да. Я, конечно, поправил настройки, но все равно может быть горячо. Давай на три. Раз, два…

Правой лопатки коснулось плечо, и кожа, сперва опаляясь жаром, потом вдруг резко холодела, когда края «паутинки» начинали расходиться.

— Я уже почти, — тихо произнес Руш, словно я не чувствовала, что скальпель дошел практически до талии. Последний ряд переплетенных нитей тихо лопнул. — Давай посмотрим, как затянулся твой бок.

Мужчина осторожно и медленно стал поднимать ткань, потерявшую первоначальную пластичность и сейчас скорее напоминающую тонкий хитин.

— Спина выглядит вполне неплохо, — прокомментировал Руш, проведя ладонью по позвоночнику, вновь вынуждая ежиться от контраста ощущений на практически бесчувственных пластинах, идущих по хребту, и на нежно коже, что провела под «паутинкой» несколько дней. — Гематомы хорошо расходятся.

Руш отогнул второй край тихо скрипнувшей материи, и присел рядом на какой-то табурет, внимательно рассматривая бок. Чуть повернув голову, я могла рассмотреть хмурое выражение лица, чуть размытое из-за маски.

— Ну что там? — не выдержав долгого молчания, с легким испугом спросила.

— Не скажу, что плохо, но и не так, как хотелось бы. — Руш поднялся и отошел к встроенному шкафу. — Будем обрабатывать, так как корка не везде сухая. И Кира, шрам будет нешуточный. Потом, конечно, можно будет попробовать свести, но не очень скоро.

Я вдруг фыркнула, понимая, что эта не самая моя большая проблема. Да и этому шраму сильно одиноко не будет. Все же, работая механиком, сложно не пораниться. Скорее, даже невозможно.

— Массаж на сегодня отложим, рано пока тебя мучить, — задумчиво проговорил мужчина, накладывая на рану, которая вдруг стала нестерпимо чесаться, прохладную мазь.

Я тихонько вздохнула. Пусть прикосновения Руша меня волновали и немного будоражили, мне все же хотелось почувствовать их. Кто- то слишком давно летает один.

Дверь отсека с тихим шипением отошла в сторону.

— Ого, — восхищенный голос ЦунХиТан заставил поморщиться. Хальп половину нашего совместного путешествия упрашивал показать ему гребни на спине.

— Тебе трогать запрещаю, Тан, — тут же заявила я, испытывая к этому весьма своеобразному существу чувства как к младшему брату, которого у меня никогда не было.

— Но Кира! Когда мне еще удастся встретить ташву? — в голосе киборга мелькнуло что-то похожее на обиду.

— Не вздумай даже, — для убедительности подняла указательный палец вверх, чтобы как-то придать словам увесистости. Сложно выглядеть внушительно, лежа на животе полуголой, да еще и на медицинской койке.

— Ты какая-то недобрая сегодня, — печально вздохнул ЦунХиТан.

— Говоришь так, словно первый день ее знаешь, — фыркнул Руш, закрывая рану большим пластырем. — Помоги мне, Тан. Я ее чуть приподниму, а ты вытянешь паутинку. Кира, ты не двигаешься и не напрягаешься. Поняла?

— Да, да, да, — ворчливо отозвалась, чувствуя, как одна ладонь Руша скользнула под тазовые кости, а вторая оказалась под плечами.

Меня медленно приподняли над кушеткой на каких-то полпальца, но это позволило вытянуть рыжую паутинку из-под ребер, не переворачивая.

— Ты просто мимо проходил? — возвращая на место корсет, который теперь ощущался более грубым, спросил Руш у киборга.

— А, нет, — ЦунХиТан нахмурил брови. — Нужно подкорректировать маршрут.

— Мы сбились?

— Нет. Просто то место, где нас ждет заказчик, не указано на международных картах.

Во теперь мне стало по-настоящему холодно. И голая спина, стянутая ребрами корсета, была тут вовсе не причем.

Глава 19

Небольшой корабль прятался между голых скал, сливаясь с местностью. Заранее включив коротковолновую передачу сигналов, Руш последний час ориентировался только на него, и признаться, без этого шансов отыскать что-то в этих горах у нас не было.

Над всем малым космическим телом висел плотный туман, рассеиваясь только в сотне метров от земли. Нам пришлось спуститься ниже уровня мглы, рискуя впечататься в какой-нибудь склон, если электроника подведет, чтобы отыскать место встречи.

— Какие показатели? — медленно опускаясь на поверхность планеты, потребовал отчета у ИИ.

— Атмосфера для дыхания непригодна. Вода отсутствует. Показатели силы притяжения слишком низкие. Рекомендовано искусственное усиление гравитации.

— Воды нет, — задумчиво произнесла я, разглядывая туман над кораблем, закрывающий вершины гор и создающий плотную тень на поверхности. — Из чего тогда облако?

— Газовая смесь…

— Не надо, — перебила я, на самом деле не желая слушать процентный состав того, что закрывало доступ лучей местного солнца к поверхности. Совершенно ненужная информация. Смесь не относится к легковоспламеняемым — и это было единственным, что на самом деле интересовало.

— Мы должны перейти на тот корабль, — произнес Тан, как только двигатели челнока заглохли.

— Я против. Тем более Кире будет неудобно ходить в скафандре, — покачал головой Руш. — Пусть твой хозяин явится к нам. Хочет — с охраной, но не более двух человек. В противном случае, встречу придется перенести.

— Ты очень категоричен, — попыталась осадить я Агента, но тот только поднял ладонь, прося меня не встревать.

— Вы можете со мной не соглашаться, но по договору между нами, — Руш кивнул мне, — я отвечаю за тебя до тех пор, пока вопрос не будет решен. Даже если кто-то этим недоволен. Кира?

— Я в курсе, — пришлось кивнуть, Договора со страховыми агентами были весьма строгих формулировок. Как я понимала, так делали намеренно, чтобы не позволить клиенту самому навредить себе, подставить тем самым Агента под удар.

— Ладно, — ЦунХиТан прикрыл на мгновение глаза, и система челнока зафиксировала передачу данных.

Я даже не представляла себе, что можно это сделать таким образом, не запуская обычных систем. Заметив недоумение в моих глазах, Руш тихо пояснил:

— Такая связь предполагается между хальпом и его владельцем. Или главой подразделения, если речь идет о военном времени. Весьма редкое умение. И не самое безопасное.

— Если не доверять тому, кто с той стороны, — добавил киборг, открывая глаза. — Они будут минут через двадцать.

Руш кивнул, а я в очередной раз передернула плечами.

Что, если данные, что хранились в моей голове, не те, что надо? Как это повлияет на ситуацию?

Мы ждали гостей в столовой-каюткомпании. Небольшое помещение показалось вдруг невероятно тесным, стоило троим гуманоидам в скафандрах войти вовнутрь. И даже то, что это были новые модели, а не те громоздкие гробы с аквариумами на головах, что использовались еще лет двести назад, ситуацию не спасало.

— Рад видеть вас живыми, — чуть впереди стоял мужчина со светлой кожей и раскосыми темными глазами. Темные волосы, причудливо заплетенные в косы на затылке и морщинки в уголках глаз. Узкий, весьма изящный подбородок и вздернутая бровь вызывали доверие, делая лицо приятным и каким-то знакомым. — После того, что ходит по сети, я уже сомневался, что мы приняли верное решение действовать именно так.

— Валес Хадан? — громко спросил Руш, рассматривая гостя. В голосе мужчины слышалось удивление.

— Совершенно верно, Агент. Я Валес Хадан. Владелец транспортной компании «Звездные каракатицы». И счастливый отец этого непутевого парня, — мужчина с нежностью во взгляде посмотрел на ЦунХиТана, раскинув руки.

Киборг, словно этого и ждал, шагнул вперед, огибая Руша, и крепко обнял гостя. Я же, сидя и наблюдая за всем словно со стороны, не могла сопоставить услышанное.

— Это многое объясняет, — кивнул Руш, словно на самом деле понял происходящее.

— А мне нет. Я совсем ничего не поняла, — тихо отозвалась, сообразив хотя бы о том, где могла видеть лицо Хадама.

— Папа? — ЦунХиТан вопросительно глянул на отца, отступив на шаг.

— Да, теперь можно все рассказать. Вне зависимости от того, удастся наша затея или нет, эта девушка имеет право знать, — за спиной Хадана послышалось тихое покашливание, и мужчина вдруг широко усмехнулся, глянув на сына с лукавством. — Почти забыл. У меня для тебя тоже сюрприз, сын.

— Нееет, — тихо, почти мученически застонал киборг, глянув на миниатюрную фигурку в скафандре.

— Да, сын. И я ничего не мог поделать, — явно забавляясь, произнес Хадан, спокойноусаживаяссь за стол рядом со мной.

Девушка в скафандре нажала на кнопку у основания шеи, и разошедшийся шлем отрыл нам вид на весьма миловидную, миниатюрную нацою. Смуглая, с облаком пружинок-кучеряшек вокруг головы и огромными голубыми глазами, девушка смотрела на хальпа так, что мне стало немного неловко. Восторг, непомерное счастье, и океан любви светились в этой голубизне с такой силой, что я невольно отвела глаза в смущении, словно подглядывала за чем-то очень личным.

— Цун! — не обращая внимания ни на кого, девушка бросилась к киборгу, поймав его за талию и ткнувшись носом в грудь хальпа.

ЦунХиТан растерянно попытался оттолкнуть девушку, затем коротко развел руками, и, тяжело вздохнув, положил одну ладонь на эти смешные кучеряшки, второй поглаживая между лопаток.

— Дядя сказал, что ты едва не погиб. Опять! — голос был хриплый, доносясь словно из коробки, так как девушка и не думала отпускать киборга из объятий.

— Это преувеличение, Лалана. Так что можешь меня отпустить, — щеки ЦунХиТана порозовели, и киборг с со смущением оглянулся вокруг. Ему явно было неудобно за такое поведение девушки, но у нацои имелись возражения.

— Нет! — еще крепче сцепив руки на талии хальпа, Лалана вздрогнула, словно пыталась подавить рыдания.

— Лалана, пусти. Мне неудобно перед остальными.

— И что? Я имею право тебя обнимать! — почти что переходя на истерику, выдала девушка, прижимаясь к хальпу еще теснее. — Я твоя невеста!

— Ты была ею раньше. Вспомни, мы уже обсуждали, — киборг старался говорить мягко, чтобы достучаться до сознания девушки, но та только покачала головой, так и не оторвав ее от груди хальпа.

— И я тебе сказала, что мне все равною. Будь ты хот полностью из металла. Ты мой! Мой ЦунХиТан!

— Лалана..

— Сын, не обижай ее. Лала сама может решить, как для нее лучше, — не менее мягко вклинился в этот разговор Хадан. Коротко кивнув Рушу, мужчина повернулся ко мне. — А у нас есть более важные, на данный момент, вопросы. Как твое здоровье, Кира? Должен сказать, что я очень сожалею, что все так произошло.

Я кивнула, сглотнув слюну. Почему-то я верила Хадану, хотя знала про этого крупного транспортного владельца совсем не много. Возможно, та сцена приветствия, которой я стала невольно свидетельницей, повлияла. А может мысль о том, что такого открытого и простого парня, как ЦунХиТан не мог воспитать кто-то подлый, но я верила в искренность того, кто сидел рядом.

— Кажется, я задолжал тебе небольшое пояснение, раз все случилось подобным образом, — глядя на меня спокойно и серьезно, продолжил Хадан. — Когда мы планировали все это с сыном, думали, что наши действия достаточно тайные, чтобы никто не обращал на них внимание. Тем более, что сын мой числится погибшим, и я пока не планировал это менять, чтобы не привлекать излишнего внимания.

Глянув в сторону киборга, я поймала невероятно лучистую улыбку, словно хальп даже гордился своим особым положением.

— Присутствие на службе хальпа вызывает куда меньше интереса, чем наследник, восставший из мертвых, — пояснил киборг, неосознанно продолжая поглаживать кудряшки на голове затихшей Лалы.

— На это и был расчет, — кивнул Хадан. — Но мы не учли того, что «Пегас», этот транспортный гигант и мой прямой конкурент, начнет действовать так быстро.

— Ставки шли на то, что в запасе еще есть полгода, и что за это время мы успеем выяснить нужное нам, — нахмурил брови хальп, поддерживая отца. Я же с некоторым удивлением слушала ровную, и весьма разумную речь ЦунХиТана, переставшего подвисать.

— Но «Пегас» вдруг стал скупать права на выдачу лицензий курьерам, подминая под себя не только Центр, но и все остальные сектора, — задумчиво произнес Руш, явно знающий больше чем я. Мне стало даже немного стыдно от того, что я так мало интересовалась политикой, больше заботясь о том, как бы поправить систему по очистке воды в «блохе» и где бы взять еще жетонов на новый выхлопной коллектор.

— Именно так, — продолжал Хадан. — Их действия не очень аккуратны, словно «Пегас» не успел подготовиться. А если вспомнить про то, что король Тираби так поспешно женился на дочери канцлера, поступившись даже частью своих активов, то мы имеем весьма серьезный альянс сил Центра, противопоставить которому нам нечего.

— Почти нечего, — поправил хальп.

— Только в том случае, если твои изыскания окажутся верны. В противном варианте, через пару лет и наши «Звездные каракатицы» окажутся под крыльями «Пегаса».

— И я до сих пор уверен, что мы правы, — несколько упрямо покачал головой хальп.

– Вот и проверите, — не пожелал продолжать спор Хадан.

— В чем задача Киры? — довольно резко спросил Руш, устав ждать.

— Если девочка запомнила то, что надо, то ее обязательства на этом завершены. Но я осмелюсь просить о большем, — отец хальпа внимательно посмотрел на меня. — Я прошу тебя отправиться с ЦунХиТаном и проверить, можем ли мы на самом деле что-то противопоставить монополии «Пегаса» или это все только мечты.

Я уже была готова отказать, но Хадан поднял ладонь, и улыбнувшись, закончил:

— А я в это время решу вопрос с восстановлением твоей «блохи». Вне общей суммы компенсации, и в качестве моего извинения за произошедшее.

Я весьма резво захлопнула рот, лязгнув зубами. Тут было над чем подумать. Даже имея кругленькую сумму на счету, я сама потрачу массу сил на ремонт и транспортировку Летуна, в то время, как Хадан предлагал все решить самостоятельно, пока я сопровождаю Тана неизвестно куда.

— Зачем вам это? — вопрос показался мне уместным и от ответа на него зависело, какое именно решения я могу принять.

— Мне будет спокойнее, если ты отправишься вместе с Таном. Да и присутствие Агента, который, как я понимаю, еще довольно долго будет с тобой, позволит мне ночами спать без кошмаров.

— Для начала, мне бы хотелось все же знать, куда именно мы, предположительно, должны направиться.

— Вся индустрия космических перевозок стоит на двух китах: технологии и топливо. Все остальное можно заменить. Пилотов, если задаться целью, можно обучить буквально за пару месяцев, полностью перестроив структуру. То же самое касается механиков и всей обслуги. Неизменны только два основных пункта, — над столом вспыхнуло изображение из голографа хальпа. Небольшой энергоблок, светящийся зеленым и двигатель, что на этом самом топливе работал.

Я внимательно смотрела на обе проекции, словно не видела подобных тысячи раз. Было что-то, что Киборг пытался до нас донести, но что пока ускользало.

— Не смотря на то, что изначально направления развития у различных видов в разных концах галактики отличались, сейчас мы все летаем на двигателях одного и того же типа. И используем только два вида топлива, словно все остальное стерли из истории.

— Твердое углеродное топливо малоэффективно. И опасно, — напомнила я общеизвестные факты из истории.

— Это так, — кивнул хальп, все еще не выпуская из объятий Лалу, — но мы забыли о том, что во вторую эпоху космической экспансии, согласно легендам, между звезд летали корабли на топливе созданном из забытого газа.

— Если ты про керилизит*, то это просто сказки, — фыркнул Руш, до этого слушающий молча.

— И вовсе нет, — Лала вывернулась из объятий киборга, и пылко посмотрела на Агента, но тут же скривилась, поймав в маске собственное отражение. — Мы, как только поняли, что надо искать, нашли массу информации об этом веществе. И судя по всему, мы просто утратили технологии, как изменить агрегатное состояние некоторых смесей, чтобы получить искомое топливо.

— Даже если так, что это вам даст? Наши двигатели не способны летать на чем-то подобном, — я покачала головой, вспоминая сказки о древних кораблях Второй эпохи. — И даже если вы сможете разобраться с самим топливом, на разработку нового типа двигателя уйдет сколько? Пять лет? Десять? Это просто не разумно.

— Только в том случае если у нас не будет прототипа, — едва слышно проговорил хальп, заставив меня подавиться следующей фразой.

— Прототип? — Руш оперся ладонями о стол, нарушая целостность голограммы. Агент внимательно всматривался в лицо киборга, словно сомневался в его разумности.

— Да, — кивнул Хадан, привлекая внимание к себе. — Мы почти уверены, что можем отыскать прототип корабля Второй эпохи с помощью тех координат, что запомнила Кира.

— Ну, — неуверенно нала я, — для начала, координаты — это все же не один параметр. Да и я не уверена, что сумею перестроить те цифры в метрическую систему.

— Для этого есть я, — гордо вскинула нос Лалана, от чего кудряшки смешно подпрыгнули. — Я потратила почти три года на то, чтобы по крупицам собрать информацию о старых системах координат и разобраться, как с ними быть. Озвучишь?

Я покачала головой, прикрыв на мгновение глаза. Брови сами собой ссохлись над переносицей.

— Не думаю, что знаю, как можно произнести вслух все, что я прочла на том клочке. Многие символы совсем не похожи на наши цифры.

— Тогда напиши, — Лала щелкнула по запястью, и на поверхности стола появилась панель для записей.

Глубоко вздохнув, я прикрыла глаза, вспоминая, как именно выглядели те символы, что могли оказаться значимыми настолько, что с их помощью было бы реально перевернуть чашу весов власти.

Медленно, стараясь не нарушить ни единой загагулинки или линии, я выводила координаты, тут же считываемые компьютером Лалы.

— Мне кажется, все понятно, — неуверенно произнес хальп, рассматривая то, что в итоге получилось. Вот теперь он был больше похож на себя прежнего. Даже выражение лица стало таким же потерянно-удивленным, как было в самом начале нашей поездки.

— Нет, — покачала головой Лалана, рассматривая то, что получилось. — Вот эти два символа немного размыты, так что я и не могу точно сказать, какая именно это цифра.

— В любом случае, это только половина координат, — повторила я то, что уже было сказано. — Никто не может пролететь всю вселенную по этой прямой, проверяя каждое небесное тело по пути, в надежде отыскать древний корабль.

— Это верно, — Лала внимательно посмотрела на меня, и вдруг широко, радостно улыбнулась. — Но мы знаем, что искомое спрятано по линии Велесы, а это делает квадрат поиска значительно, значительно меньше.

Тихий писк заставил нас всех повернуться к Хадану. Прикрыв глаза и прислушиваясь к передаваемому сообщению, мужчина нахмурился и покачал головой. Когда послание было получено полностью, отец киборга и владелец крупной транспортной компании, поднялся.

— Вот и займитесь этим вопросом. А мне пора, если не хотим привлечь к себе еще больше внимания. Мое отсутствие в Центре, наконец, заметили. Кира? Ты принимаешь мое предложение?

— Да, — я кивнула, начиная ощущать, как болит спина, и понимая, что пока это саое разумное решщение.

— Спасибо, — Хадан склонил на мгновение голову. — Тогда в течение пары часов тебе на счет переведут сумму за первый контракт, и деньги на лишние расходы. А я пока распоряжусь по поводу твоей «блохи». Есть пожелания по ремонту?

Я вдруг смутилась, не зная, что именно сказать. То, что вся топливная система состоит из заплат и просто взорвется, если к ней подключить нормальный насос? Или то, что система охлаждения — моя собственная разработка, собранная из хлама, что удалось купить на свалке?

— Пап, — вмешался халшьп, широко улыбаясь, — скажи мастерам, пусть делаюст все, как надо. Там та еще мозаика.

— Эй, — возмутилась я, почувствовав себя оскорбленной, — Летун — прекрасный корабль!

— Это да, но ты же не откажешься от новых деталей? Правда? — хальп так лукаво изогнул бровь, что я не нашлась что ответить. Новые детали — большая роскошь для любого курьера. Но это не сравниться с капремонтом за чужой счет.

Так что подумав, я кивнула.

— Делайте, как считаете нужным. Только мои параметрические крепления… если их можно поправить, я была бы рада. Они совсем-совсем новые.

— Хорошо. Тогда удачи вам. И до новой встречи,

Хадан вышел из каюткомпании, щелкнув забрало шлема. Несколько мгновений висела тишина. Каждый раздумывал о том, что только что произошло, пока снаружи не раздалось шипение и по корпусу челнока не прошла легкой волной вибрация. Вот тогда хальп отмер, судорожно дернувшись.

— Отец, ты забыл Лалу!

От волнения киборг произнес сообщение вслух, на что девушка отреагировала сразу. Повернувшись к хальпу, она широко улыбнулась:

— Никто меня не забывал. Я остаюсь с тобой.

— Нет! — таким разъяренным я Тана еще не видела, даже немного испугавшись. Словно почувствовав мое состояние, Руш шагнул ближе, частично прикрывая меня от хальпа. — Тебе нельзя тут быть!

— Но я знаю это дело. Мы вместе все это исследовали, — чуть не всхлипнула нацоя.

— Ты не можешь быть здесь! Убирайся!

— Но я твоя невеста, Цун, — тихо, не замечая слез, прошептала Лала.

— Это уже давно не так! Ты мне не нужна! — Резко развернувшись, киборг вылетел из помещения, оставив шокированную меня и заплаканную Лалу на попечение Руша.

___________________________

керилизит — выдуманный элемент. Будет что-то на подобии урана, только помощнее в плане энергии и менее радиоактивен.

Глава 20

— Лалана? — мне было больно смотреть на девушку, тыльной стороной ладони вытирающую слезы. Но и поведение ЦунХиТана казалось мне вполне понятным. — Он не со зла.

— Знаю, — повернувшись ко мне, нацоя широко улыбнулась. — Просто переживает за меня. С тех пор, как его шаттл тогда взорвался, Цун переживает, что я не буду с ним счастлива. Но он не прав.

— Когда это случилось? — я от чего-то боялась задавать этот вопрос киборгу, а вот кучерявая и искренне влюбленная в него Лалана казалась мне подходящим собеседником.

— Погодите, дамы, — Руш приподнял руку, останавливая диалог. — Для начала давайте разместим вас обеих и отправиться дальше. Поговорить вы успеете и по дороге. Кира, как спина?

Словно в ответ на этот вопрос, в пояснице прострелило болью, заставив зажмуриться.

– Так и знал, — не обращая внимания на нацою, Руш осторожно поднял меня на руки, полностью игнорируя протесты. Выходя из каюткомпании, Агент чуть склонил голову, и я смогла через мутноватое стекло рассмотреть тревогу в его глазах. Глядя на меня, хмуря брови, Руш обратился к Лалане. — Тот небольшой бокс — все твои вещи?

— Да, — Лала шла за нами, с интересом рассматривая небольшой челнок.

— Это хорошо, так как каюты у меня совсем небольшие. И если нужно будет кого-то еще прибавить к этой экспедиции — ему придется спать в грузовом отсеке.

Руш остановился перед одной из уских дверей, которая по команде отъехала в сторону. За ней было узкое помещение каюты, состоящей из койки у стены, ниши шкафа и откидного столика. Полшага между стеной и койкой были единственным свободным пространством, а свет шел из искусственного окна напротив.

— Санитарная зона общая. Душ пока не чаще одного раза в три дня, так как вода нужна Кире для лечения. Кухню ты уже видела. Доступ в грузовой отсек и медблок запрещен. Располагайся. Я устрою Киру и вылетаем. Думаю, минут через десять.

— Спасибо, — несколько растерянно оглядывая узкое пространство новой комнаты, с запинкой произнесла Лалана.

Да, я бы тоже удивилась. На том корабле, с которого она только что сошла, явно комнатки побольше. Мне же было вполне комфортно и в такой, после «блохи».

Руш сделал несколько шагов дальше по коридору, и я не вытерпела, когда дверь в куюту Лалы закрылась:

— Я могу дойти сама.

— Не сомневаюсь, — тихо, улыбаясь за стеклом маски, произнес Агент. — Но мне нравиться носить тебя на руках.

— Я же тяжелая! — тихий вскрик возмущения потонул в шипении открывающейся двери. Щеки затопило смущение от этого нелепого признания.

— Явно полегче дафны* будешь, — фыркнула Руш, боком занося меня в комнату и осторожно опуская на пушистое голубое покрывало.

Возмущенно фыркнув, не представляя даже, куда нас заведут эти несерьезные перепалки с налетом какой-то романтики, я легонько стукнула Руша кулаком по плечу. Мой жест возмущения не остался незамеченным, но Агент промолчал, медленно вытягивая ладони из под моего тела.

Смена положения вызвала очередной приступ боли, хотя еще утром я была уверенна, что уже почти здорова. Руш придержал голову, которая стала вдруг неподъемной, и опустился на край койки.

— Слишком долго сидела. Придется теперь до вечера пролежать здесь. Хочешь, могу дать спазмолитик. Станет легче, — с грустью в голосе, произнес этот таинственный мужчина, чье лицо опять скрылось за зеркалом.

Я только покачала головой. Не хотелось никаких уколов. Только бы снять эту маску и посмотреть на Руша без этих теней и размытостей по краям.

Потянувшись, я попыталась вытянуть покрывало из под себя, чтобы укрыться, так как чувствовала некоторую уязвимость. Сейчас, когда лицо Руша было от меня спрятано, я ощущала себя почти голой перед ним. Ткань застряла где-то под попой, и у меня никак не хватало сил ее вынуть.

Заметив мои попытки, Руш поднялся, и отобрал край покрывала из рук.

— Ты неугомонная женщина. Тебе говоришь лежать, а ты ерзаешь словно на углях, — мне показалось, что возмущение напускное, но не видя лица, я не могла сказать с уверенностью

— Мне холодно и дискомфортно, — тихо ответила, все еще не избавившись от ощущения уязвимости.

— Не обязательно пояснять, — Руш аккуратно потянул ткань, нагнувшись надо мной. — Я все вижу в твоих глазах.

Мягкая ткань укрыла меня от кончиков мягких туфель без каблука, что заменяла мне здесь привычные военные ботинки, до подбородка.

— Я в некотором замешательстве, — прикрыв глаза, честно призналась, не в состоянии избавиться от чувства неловкости.

— Не стоит. Я вижу, что тебя озадачивает, и, кажется, немного пугает то, что происходит между нами, но не стоит. Не переживай об этом, — голос мягкий, уговаривающий был не похож на обычный тон Руша, а от этого становилось еще больше не по себе.

— Перестань. У нас есть дело, и ничего такого я не… — серая стена показалась в этот момент мне куда более интересной, чем собственное смущенно-растерянное выражение лица, отразившееся в маске Агента. Договорить я не успела, так как в середине фразы к моим губам прижался теплый, шершавый палец. Кто-то сам снял перчатки.

— Не вздумай сказать, что ничего не заметила, ташва, — и какая-то угроза, смешанная с обещанием, от которой внизу живота вдруг все сладко скрутило.

— Что я не заметила? — и такая проказливость детская проснулась внутри, что я сама себя не узнавала.

— Что звезды сместились, — фыркнул Руш. — Помолчи пожалуйста, Кира. И не вставай пока, взлетать будем.

— Но… — желание получить все ответы сейчас стало непреодолимым, только Агент с ним согласиться не пожелал.

— Тш, — шершавый палец вернулся к моим губам, прошел к скуле, и поднялся к виску, ласка кожу. — Тебе отдыхать нужно. Закрывай глаза.

— Я не устала, — попытка возразить исключительно из упрямства провалилась, даже не начавшись. Ладонь, что только что убирала прядь за ухо, легла мне на глаза, закрывая обзор. Дернувшись, и недовольно фыркнув, я вдруг вся одеревенела, когда щеки коснулись сухие губы.

— Я знаю, что ты сильная, но не заставляй тебя привязывать к постели, — легкое дыхание на щеке, шепот в самое ухо. Не знаю, что выбило меня из равновесия окончательно, понимание, что Руш снял маску, или сам факт, пусть и целомудренного, но поцелуя, но я просто не могла вдохнуть, чувствуя, как сердце бешено колотиться в груди. — Или может тебе понравится, если я тебя свяжу? Нравится, когда не нужно все на свете контролировать?

И столько лукавства в голосе, что меня всю передернуло.

— У, какая страстная ташва, — все еще не давая мне открыть глаза, прошептал мужчина, вновь касаясь губами щеки. Несколько мгновений стояла тишина, нарушаемая только моим судорожным дыханием. Затем Руш отступил. Все еще удерживая свою руку на моих глазах, мужчина стделал шаг в сторону двери. — Не переживай, все, что захочешь будет. И обсудим все, что захочешь. Но позже. Выздоравливай, Кира.

С тихим шуршанием дверь отошла в сторону, и Руш вышел вон. Я успела рассмотреть только развернутые плечи и светлую шевелюру на затылке, что почти тут же скрылась под темным задником маски.

__________________________

Дафны, крупные травоядные животные с Курии. Инопланетная корова, короче говоря

Глава 21

У меня была пара дней, чтобы разобраться с маской. Перебирая в голове вариант за вариантом, так и не найдя ничего нужного, я, следуя интуиции, открыл файлы особых инструкций. Обычно меня здесь интересовали ситуации с нарушением договора со стороны клиента или конфликта интересов, так что некоторые пункты, прочтя всего-то только раз, в самом начале карьеры, я больше и не открывал. Но, видно, пришло время.

Открыв раздел, скрытый за дополнительной серией паролей, я открыл файлы, связанные с маской. Искомая информация нашлась ближе к концу, и обозначалась как «соответствие ритмов».

Из прочитанного следовало, что маска, та ее часть, что фиксирует состояние Агента, улавливает особенности, связанные с появлением романтического объекта. И учитывает в этом случае не только изменение в сердечном ритме, но и химическую составляющую крови. В том случае, когда несколько параметров совместимости совпадает, маска может начать «подталкивать» хозяина и потенциальный романтический объект друг к другу.

Однако, это не объясняло, какой конкретно результат ожидался в случает «столкновения».

Агенты — не целомудренные создания, а вполне активнее мужчины, и для снятия напряжения определенного рода как на базе, так и на Порто-дэ-Лямои, лучшем борделе во вселенной, имелись свои услуги. Но здесь речь шла не столько о физическом удовольствии, сколько об идеальной совместимости по всем пунктам.

— И как ты это определяешь? — пользуясь тем, что Кира отдыхает, а киборг занят изучением военной оснастки челнока, я запросил панель параметров маски. — покажи не карту моих состоянии, когда рядом Кира.

На многослойном графике отобразились пики цветных кривых, заставляя основательно задуматься. То, что ташва мне понравилась, и не столько внешне, сколько своей целеустремленностью и характером, было ясно и без графика. Но я никак не ожидал увидеть такие выбросы эндорфина и окситоцина в кровь в моменты, в момент общения с Кирой. Это объясняло то неясное стремление проводить с девушкой куда больше времени, чем требовалось по работе.

— Ладно. Твои причины я понял. Программа все же. Но что дальше?

«Подтвердить запрос на объявление совместимости»

Я только фыркнул, покачав головой. Прежде чем подавать какой-то «объявление», следовало разобраться в последствиях и причинах. Иш, какие быстрые.

— Не подтверждаю. Показать протокол по данному пункту.

Документ, развернувшийся по запросу, был ничуть не меньше, чем сама инструкция «соответствия ритмов». Печально вздохнув, понимая, что предстоит разбираться в этом весьма тщательно, я приступил к чтению.

Из текста следовало, что ситуация все же не однозначная и вариативная. Никто не требовал мгновенного принятия решений. Но задуматься было о чем. И в первую очередь о собственной реакции на ташву и моем настоящем, к ней, отношении.

На следующий день, встретившись в отцом киборга, с удивлением узнав в заказчике Киры одного из крупнейших транспортных владельцев во вселенной, я понял, что дело принимает куда более серьезный оборот. Хадан с киборгом задумали на самом деле сломать монополию «Пегаса». И в этом было много интересного, в том числе для страховых Агентов.

Наша гильдия пока была вне власти «Пегаса», но с каждым годом степень зависимости от решений, что принимало правление этого гиганта, становилась все больше. А это не могло радовать руководство. Это мешало работе.

И, кроме прочего, экспедиция давала мне время, так необходимое в том, чтобы разобраться в своем отношении к Кире. Отрицать первичную симпатию было глупо, но когда я, увидев злость Тана на присутствие Лаланы, на автомате закрыл девушку собой, в голове словно что-то щелкнуло. Хальп не мог причинить ей вреда, но ноги двигались самостоятельно, а это было уже куда более показательно для меня, чем даже графики с уровнем гормонов в крови.

Устроив обеих девушек, я уселся за штурвал, готовясь к взлету, когда в кабину заглянул хальп.

— Ты один? — киборг выглядел расстроенным и немного сердитым, что было для него совсем не свойственною

— Да. Девушки отдыхают. Проходи, поможешь с координатами, — я кивнул на свободное кресло, куда с печальным вздохом рухнул Тан.

Плавно оторвавшись от поверхность планеты, пройдя слой плотных облаков, я повернулся к киборгу.

— Почему ты так на нее рассердился? — мне показалось, что хальп вполне расположен поговорить. В противном случае, Тан бы остался в каюте, а не пришел ко мне.

— Лала очень упрямая и не слушает того, что я ей говорю, — сердито ответил киборг, сжимая и разжимая кулак механической руки. Кажется, еще не все нервные окончания вернулись в норму.

— И в чем же выражается ее упрямство? Не в том ли, что она не согласна разорвать с тобой помолвку?

Тан так резко и яростно повернулся ко мне, что я даже стал переживать за здоровье его шеи.

— Она думает, что все это шутки!

— Мне так не показалось, — мягко возразил, поправляя маршрут. — Девушка вполне разумна, чтобы понимать, что делает. Другое дело, если твои аргументы кажутся для нее несущественными. Погоди, не перебивай.

Я поднял руку, прося Тана подождать с гневными возражениями, так как примерно понял его проблему.

— Лалана тебя любит, и это видно. Как и то, что твой отец в полной мере одобряет ее кандидатуру. Да и чего лукавить, — я пожал плечом, — ты сам к ней неровно дышишь. Разве не так?

— Я люблю ее, — просто и печально произнес хальп. — Мы вместе росли после того как Лала потеряла родителей. А после того, как я вернулся с учебы, объявили о помолвке. Но это было до того, как я стал таким!

— Каким? — было важно, чтобы Тан сам озвучил проблему, как он ее видит, прежде чем услышать постороннее мнение.

— Ты издеваешься? — брови киборга сошлись над переносицей, словно он и правда подозревал подобное.

— Ничуть. Просто хочу услышать, что именно ты скажешь.

— Я наполовину робот. И это совсем не то же, что выйти замуж за нормального мужчину.

— Разве Лалана этого не знает?

— Знает, конечно! Но она не понимает, что это совсем другое. Я другой!

— Что-то мне подсказывает, что и твоя невеста немного изменилась в сравнении с тем, какой была в детстве. И она не показалась мне дурой, чтобы не понимать, кто ты.

— Хальпы не имеют жен, — упрямо повторил Тан, глядя на звезды, раскинувшиеся перед нами, стоило покинуть орбиту.

— Ну, давай на чистоту. Из тебя получился весьма хреновый хальп. Не очень уж ты похож на киборга-убийцу, спасенного каким-нибудь богатеем из Центра ради грязной работенки, — я не смог сдержаться, и громко хмыкнул. Тан тоже улыбнулся, соглашаясь со мной.

— Это да. Если бы отец не подправил мои данные, никто бы не взялся за процедуру.

— Ну так с чего общепринятые нормы должны распространяться на тебя? Или на Лалану? Как я понимаю, при удачном исходе, со временем ты примешь на себя управление «Звездными каракатицами», а хальпы не делают и этого.

— Тут совсем другое. Мой мозг почти не пострадал при взрыве, как и характер. Но тело…

— И что? — я с интересом просматривал характеристики небесных тел в нужном нам квадранте. Выходило что проверить надо всего-то пять или шесть объектов, а это было куда меньше, чем предполагалось изначально. — Вон у ташвы вся спина покрыта пластинами. А там где их нет — сплошные шрамы теперь. И по твоему мнению Кира не заслуживает того, чтобы ее кто-то любил?

— Тут другое, — упрямо гнул свое хальп.

— Да, ты в полосочку, а она в линеечку, — вспомнил я старую поговорку со времен учебы. — Ты придаешь слишком много значения мелочам. Как давно с тобой это произошло?

— Три года. Чуть больше, — хальп скривился, словно вспомнил ту боль, что перенес когда-то.

— И по твоему за три года Лалана не смогла бы найти кого-то более подходящего, если бы захотела? Прекрати жалеть себя и отталкивать такую замечательную девушку. Вы любите друг друга, а это уже не мало. Оглянись.

Я провел рукой, пытаясь охватить жестом как можно больше звезд.

— В этом безграничном пространстве тебе удалось найти что-то свое. Не всем так везет. Не будь идиотом, отталкивая свою удачу. В какой-то момент можно толкнуть достаточно сильно, чтобы она не вернулась.

— Ты так говоришь, словно сам пережил подобное, — хальп внимательно посмотрел на меня, и в этот момент я был искренне рад, что маска не позволяет видеть лица.

— Я не всегда служил страховым Агентом. И Киру я не отпущу, — последняя фраза вырвалась сама собой.

Я ждал вопросов, но Тан только кивнул, словно другого и не ожидал. Все же, в некоторых вопросах этот малый был весьма проницательным. Если они не касались его самого.

Глава 22

Последующие дни Кира пыталась меня избегать, что смотрелось весьма забавно, с учетом размеров челнока. Стоило мне появиться в каюткомпании, как ташва тут же вскакивала, и со всей возможной скоростью покидала помещение. И даже недоумевающий взгляд Лаланы ее не останавливал.

Я смотрел на все это с усмешкой, предоставив девушке немного свободного пространства для раздумий. Тем более, за прошедшие дни, когда она была вынуждена практически полностью зависеть от моей помощи, Кира могла просто устать от постоянного постороннего присутствия рядом.

Но и мое терпение оказалось не безграничным. Видя, что Тан так и не переменил отношение к Лале, предпочтя оставить все как есть, по крайней мере пока, я постучал в дверь каюты ташвы. Бездействие меня больше не устраивало.

— Да? — в голосе присутствовала неуверенность, слово Кира наперед знала, кто именно к ней решил заявиться. Впрочем, мой стук наверняка отличался от того, которым пользовалась Лалана.

Чуть толкнув дверь, от чего она отошла в сторону, я вошел в маленькую каюту.

Кира сидела на койке, скрестив ноги и нагнувшись над гологрофом, читая какие-то документы. Подняв на меня взгляд, ташва тут же его отвела в сторону, словно боялась, что я сумею опять что-то прочесть. Впрочем, даже не видя ее глаз, я точно знал, что девушка чувствует себя немного неуютно в моем присутствии. Даж, более некомфортно, чем во время купания что мне приходилось ей пару раз устраивать, пока спина не оправилась в достаточно степени.

— Можно?

— Да, — не очень уверенно, садясь ровнее и потягиваясь, произнесла ташва, указывая рукой на край койки.

— Что изучаешь?

— Последние данные, что успел зафиксировать мой ИИ. Ты просил не выходить пока в Поток под своим именем вот я и читаю то, что уже есть в системе.

— Если тебе надо, я могу предоставить доступ со своего имени, — я кивнул на неровные картинки и буквы, что выдавал голографа Киры. Модель была явно древней, и с трудом справлялась с тем, что пытался демонстрировать мощный ИИ ташвы. — Но я все же вынужден настаивать, что пока важно сохранить в тайне твое присутствие среди живых.

— Да, я помню, — девушка чуть скривилась, отключая программу. И выражение лица почти тут же сменилось на некую задумчивость, словно ташва не могла придумать, о чем еще со мной поговорить, чтобы избежать волнующих тем.

Я же молча сидел, наблюдая за девушкой. Эмоции на ее лице не были явными, и те движения губ и бровей, что у кого-то другого можно было бы интерпретировать как гнев, у нее скорее означали замешательство. И тем не менее, мне было достаточно заглянут в ее глаза, чтобы точно сказать, что именно твориться в этой милой и весьма разумной голове.

После нескольких минут молчания, заставляющих Киру нервно потирать запястья, глаза ташвы вдруг блеснули. В них отразилось предвкушение и какой-то почти детский азарт:

— У тебя есть же подробный план челнока? Я имею ввиду, этого челнока, — для убедительности, девушка хлопнула ладонью по поверхности койки.

— Конечно. Но поверь, я не прячу в стенах других пассажиров или какого-нибудь дикого зверя, — ташва чуть скривилась, но угодки губ все же дрогнули, выдавая, что шутку оценили.

— Речь не о том. Я хочу посмотреть, как устроена система фильтрации у тебя. Думаю, что корабли этого поколения, сильно отличаются от моей «блохи».

— Как я понял, отец нашего полумеханического приятеля обещался взять все заботы о твоем кораблике на себя. Для чего тебе эти хлопоты? — мне было на самом деле интересно, с чего вдруг Кира стала просить именно это, хотя на челноке имелась приличная файлотека совершенно разной направленности и степени развлекательности.

Но вместо того, чтобы прямо ответить, Кира вдруг склонила голову набок, внимательно рассматривая меня. Лицо ее стало весьма серьезным, словно ташва изучала сложный механизм, а не разговаривала со своим страховым агентом. Да и вопрос, прозвучавший после, показался мне неожиданным. Прочесть его в темных глазах заранее я не сумел бы никак.

— Ты используешь такие слова, которые в обычной жизни мало кто произносит. И фразы строишь совсем иначе. Почему? — и в голосе ни озорства, ни того веселья, что только что было, словно ответ на этот вопрос был куда важнее всего остального.

Задумавшись, я внимательно рассматривал черты лица девушки, словно видел ее в первый раз. И опять, не смотря на всю проницательность и умение определять характеры людей, я удивился такой гармоничной комбинации силы и хрупкости, составляющих суть девушки, сидящей напротив.

Кира ждала ответ. Кивнув собственным мыслям, я потянулся одной рукой к затылку:

— Обучение у нас весьма строгое и имеет свои особенности. И последствия. Мы не показываем лица не потому, что это категорически запрещено, а потому, что так предпочтительнее. Примерно то же относится и к речи, в том числе к употребляемой терминологии или диалекту. Это наиболее привычно и приемлемо в повседневной работе.

Маска с тихим шуршанием и мгновенно возникшей сухостью в горле, отошла от лица. Словно я стянул влажную и плотную пленку и глотнул горячего песка. На несколько мгновений замолкнув. дождался, пока неприятное ощущение пропадет. Сердце билось в груди с бешенной силой ударяя о ребра. С одной стороны мне казалось, что я тороплюсь, но ощущение, что еще немного и я могу вовсе не успеть, было сильнее.

— Мы можем пользоваться массой фокусов и разными языками, но когда в этом нет надобности, привычки берут свое. Почему ты не смотришь? — девушка сидела, прикрыв глаза руками. Неподвижная, и замершая, словно добыча перед хищником.

— Зачем ты ее снял?

— В ней теперь нет надобности. Ты и так видела мое лицо, — я осторожно отложил маску в сторону, пытаясь считать все эмоции ташвы исходя из ее позы. — Тебе не стоит бояться. В этом нет угрозы для тебя.

— А для тебя? — голос звучал приглушенно, словно девушка находилась далеко.

— И для меня. Больше нет. Или я тебе так сильно не нравлюсь?

Набольшие изящные ладошки, так не соответствующие работе механика, мгновенно упали на колени, открыв мне сердитое, почти злое лицо девушки. Не сдержавшись, я хмыкнул. Кто-то весьма легко ведется на провокации.

Несколько мгновений лицо Киры так и оставалось сердитым, но постепенно я заметил, как ее щеки начинает заливать румянец. Все еще держа брови недовольно сведенными, ташва тихо потребовала:

— Не смотри на меня так, — сказано было тихо и вроде бы уверенно, но от этих слов, и от того, как именно девушка их произнесла, губы сами собой растянулись в довольной ухмылке.

— Как именно? — мне, неожиданно, очень понравилась эта игра. И то, как реагировала на мое близкое нахождение Кира.

— Словно я самый вкусный пирог во вселенной, — не выдержав, отведя взгляд на стену, почти прошептала девушка.

– А если так оно и есть?

Вот тут уж я сдержаться никак не мог. Кира глянула на меня с таким сомнением и подозрительностью, что хотелось тут же обнять и со всем усердием показать, насколько именно «вкусной» я ее вижу. Но что-то в глубине темных глаз не позволило поступить так, как требовали инстинкты.

Кира опасалась меня. Боялась того, что происходило между нами. Приглушив все веселье и задор, что бурлили в крови до этого, я внимательно рассматривал смену эмоций на лице Киры.

— Кто-то тебя обидел? Почему ты мне не доверяешь?

* * *

Руш не выпускал меня из поля своего зрения. Каждый момент, стоило нам оказаться в одном помещении, я чувствовала на себе внимательный, ласкающий взгляд, который не могла перебить даже эта маска. Страдая от переменчивых ощущений, от стойкого желания нервно передернуть плечами или наоборот, необходимости почувствовать на коже касание его рук, я пыталась избегать Агента.

Все то, что столь явно кружило в воздухе, не делало меня спокойнее, и вовсе не входило в планы. Простое, естественное желание, которое обычно пахнет мускусом и чем-то терпким, похожим на цветы с Тигамы-19, не имело почти ничего общего с тем, что происходило сейчас. Мне казалось, что с каждым днем Руш пытается заглянуть все глубже, добраться до самой моей сути, до тех тонких и чувствительных струн, что прятались где-то за сердцем. Но я вовсе не была намеренно его туда пускать.

— Кира? — Руш попытался поймать меня за руку, но сегодня я чувствовала себя настолько хорошо, что могла разгуливать по челноку без дополнительной опоры, хотя еще в корсете. Отскочив к стене, я быстро шмыгнула мимо, прикрываясь Таном, что в этот момент заходил в каюткомпанию.

— Осторожнее, — придержав меня от столкновения со стеной, с ненапускной заботой проворчал киборг.

— Спасибо, — растянув губы в короткой улыбке, я быстрым шагом направилась к себе надеясь, что Агент не станет заводить разговоры на ненужную мне тему при хальпе.

Тихо ворча под нос, чувствуя, как в теле, не смотря на уговоры, начинают бунтовать гормоны, реагируя на интерес приятного мне мужчины, я не очень осторожно плюхнулась на койку, заложив руки за голову.

Если бы это было просто желание, насколько все могло бы оказаться проще. Агент видел мое израненное, покрытое, как узорами, десятками шрамов, тело. И с ним не нужно было опасаться, скрывая пластины на спине и ключицах, отговариваясь стеснительностью. Руш определенно относился к сильны и выносливым мужчинам. И был достаточно внимателен, чтобы знать, как именно действовать, чтобы доставить мне удовольствие.

Я бы согласилась. Или сама соблазнила. Уж очень давно, и редко, в моей жизни выпадали подобные возможности.

Но только все это становилось неважно, когда на поверхность выползало чрезмерное желание защитить и что-то совсем иное, глубокое и пугающее своей масштабностью.

С трудом отогнав печальные, пугающие мысли прочь, я раскинула голограф, надеясь отвлечься чем-то более приземленным и понятным. Рассматривая последние показатели, что ИИ сумел вынести с корабля, я все прогоняла в голове, раз за разом, можно ли было уйти от преследования. Чувство вины и ощущение, что все вышло совсем не так, как могло бы, никак не хотело покидать, стоило боли в теле стать не такой сильной.

Я заканчивала анализировать третий блок данных, понимая, что больше всего меня подвели именно технические характеристики Летуна, когда в дверь постучали.

Размеренный, четкий стук. Я знала, кто именно может так оповещать о своем присутствии. Но внутри все равно, все сладко и немного тревожно сжалось, стоило Рушу появиться в узком дверном проеме.

Глава 23

Это неожиданное, но сильное ощущение, что я "самый вкусный пирог во вселенной» не хотело меня отпускать еще очень долго. С одной стороны приятное, трепетное, с другой, оно немного пугало. Не то, совсем не то, что мне было надо сейчас, когда вся жизнь с невероятной скоростью, с фейерверками и флажками, бодро летела в черную дыру.

Большую часть времени мне удавалось как-то заглушить эмоции, неуклюже убеждая саму себя, что все не так и плохо, что все поправимо. Но чувство потери контроля, и наложившееся сверху ощущение, что я по ходу падения измазалась в варенье и мазуте, было слишком сильным. Кажется, все события с момента принятия последнего заказа, на самом деле отдавали ароматом ягод и космического топлива. Дикая смесь.

Этот внимательный, изучающий взгляд Руша был совсем не к месту. И совершенно не ко времени был тот трепет, что вспыхивал в теле, откликаясь на этот интерес.

С трудом выпроводив Руша из каюты, чувствуя, что Агент так просто не отстанет со своими расспросами, я никак не могла прогнать волну воспоминаний. Пусть сейчас не было никаких предпосылок, чтобы ждать чего-то подобного от конкретно этого мужчины, но осадок, и привычная схема действий были слишком сильны даже по прошествии стольких лет.

Быть ташвой в современном мире не безопасно. Я выучила это достаточно хорошо.

Когда практически весь твой род вырезали во время геноцида, проще, да и правильнее оставаться нацоей. Как приемные родители, что чудом уберегли маленькую девочку. Это сейчас в Потоке, да и в данных официальной истории, ташв обвиняют в злоупотреблении собственными способностями. Мол, потомки одной из «ящеровых»* рас, пользуясь способностью организма к восстановлению и умением взаимодействовать с операционными системами, решили захватить власть в своем секторе, за что и поплатились.

Согласно истории, объединенные силы Центра с трудом справились с угрозой, исходящей от ташв. Но я помнила кое-какие моменты, которые вовсе не помогали принять эти слова. Я не помнила лиц своих биологических родителей, только мутный, темно-синий силуэт платья мамы на фоне лилового неба, и широкую спину отца. Но еще я помнила взволнованный голос. Это был частый гость, чей голос, низкий и хриплый, иногда всплывал в воспоминаниях, особенно по ночам, раз за разом повторяя:

«Они не сумели найти вещество. Корпорация сердится»

«Они не смогли выделить»

«Они требуют больше сырья»

Я помнила себя, сидящую под столом, скрытую скатертью, и ноги гостей. Небольшой дом, всего-то пара комнат, становился тесным от такого числа присутствующих, но я уже не могла выбраться. В голове, среди вороха воспоминаний билась мысль, что меня не должны увидеть, иначе мама рассердится.

И я помнила голоса. Гневные, резкие. Целый рой голосов. Кто-то предлагал отказать. Не давать того, что от нас хотела «Корпорация». Другие, женские, тихие и испуганные, умоляли согласиться. Говорили, что у нас не хватит сил. Но резкие голоса не слушали. Мужчины были готовы бороться до самого конца.

И они добились своего. Не помню, сколько именно дней прошло, на в один из мирных, теплых и тихих вечеров мой мир превратился в пылающий ад. Из тех воспоминаний в голове остались только грохот собственного сердца в ушах и дикий жар, что лизал кожу. И яркие, слепящие всполохи огня вокруг. Мир в тот ден утратил все краски, став желто-оранжевым. Слепящим и удушающе жарким.

А потом была темнота, осторожные руки моей второй мамы, которая мягко смазывала ожоги, укутывала и прятала меня в дальних помещениях какого-то корабля. Большой ящик, в котором я спала, свернувшись среди какого-то мелкого медицинского оборудования и тряпок. Много дней. Или недель. Темные, встревоженные глаза отца, и их первые споры о том, что «нельзя» и «последствия».

Но мама, моя мягкая и добрая мама, которая после никогда не спорила с отцом, стояла на своем. Ее не испугали ни угрозы, ни возможное наказание. Она так решила, и не могла передумать. Не передумала.

И мне казалось, что не смотря ни на что, не глядя на те сложности, что выпали на ее долю после с таким сложны и травмированным подростком, каким росла я, она так ни разу и не пожалела о своем решении.

Даже тогда, когда все оказалось на грани краха. По моей вине.

Никто не мог предсказать, какое именно наказание ждало бы родителей, если бы кто-то случайно узнал. Они оба давно оставили работу на военный блок, но за подобные действия, если я хоть что-то понимала, ответственность сохранялась навсегда. Если бы кто-то узнал…

Понимая, что ташва — это практически смертные приговор, я всегда вела себя предельно аккуратно. Никто и не подозревал, хотя маме с каждым годом было все труднее подделывать медицинские документы в школе, а затем и исправлять их для колледжа. Но мы справлялись. Пока на моем пути не встала любовь.

Странное тянущее внизу живота ощущение, которое становилось только сильнее от головокружения и сухости во рте, стоило Дитлану появиться в одном со мной помещении. Резкие и умные слова вдруг разом вылетали из головы, стоило увидеть его улыбку. А в тот первый раз, когда он взял меня за руку ладошки вдруг взмокли, и мир перевернулся, сменив привычный центр на блеск этих светлых, таких красивых глаз, что смотрели на меня по особенному.

А потом были свидания, прогулки под светом двух лун.

И поцелуи.

Это сейчас мне было немного смешно вспоминать, а тогда… тогда в этом всем, казалось, была заключена целая вселенная. Яркая и бесконечно прекрасная.

— Останешься немного? — он мне нравился. В отличие от остальных ухажеров, Дитлан никогда меня не торопил, а терпеливо ждал, кивая на все мои нелепые отговорки и оправдания. Но сегодня я почти решила. Занятия в колледже закончились раньше, так что родители не станут волноваться. И времени у нас предостаточно. Для всего.

— Да, — едва переводя дыхание от волнения, шепнула я.

— Правда? — светлые, чистые глаза шальфара, обрамленные россыпью мелких чешуек, блеснули.

Глава 23

Это неожиданное, но сильное ощущение, что я "самый вкусный пирог во вселенной» не хотело меня отпускать еще очень долго. С одной стороны приятное, трепетное, с другой, оно немного пугало. Не то, совсем не то, что мне было надо сейчас, когда вся жизнь с невероятной скоростью, с фейерверками и флажками, бодро летела в черную дыру.

Большую часть времени мне удавалось как-то заглушить эмоции, неуклюже убеждая саму себя, что все не так и плохо, что все поправимо. Но чувство потери контроля, и наложившееся сверху ощущение, что я по ходу падения измазалась в варенье и мазуте, было слишком сильным. Кажется, все события с момента принятия последнего заказа, на самом деле отдавали ароматом ягод и космического топлива. Дикая смесь.

Этот внимательный, изучающий взгляд Руша был совсем не к месту. И совершенно не ко времени был тот трепет, что вспыхивал в теле, откликаясь на этот интерес.

С трудом выпроводив Руша из каюты, чувствуя, что Агент так просто не отстанет со своими расспросами, я никак не могла прогнать волну воспоминаний. Пусть сейчас не было никаких предпосылок, чтобы ждать чего-то подобного от конкретно этого мужчины, но осадок, и привычная схема действий были слишком сильны даже по прошествии стольких лет.

Быть ташвой в современном мире не безопасно. Я выучила это достаточно хорошо.

Когда практически весь твой род вырезали во время геноцида, проще, да и правильнее оставаться нацоей. Как приемные родители, что чудом уберегли маленькую девочку. Это сейчас в Потоке, да и в данных официальной истории, ташв обвиняют в злоупотреблении собственными способностями. Мол, потомки одной из «ящеровых»* рас, пользуясь способностью организма к восстановлению и умением взаимодействовать с операционными системами, решили захватить власть в своем секторе, за что и поплатились.

Согласно истории, объединенные силы Центра с трудом справились с угрозой, исходящей от ташв. Но я помнила кое-какие моменты, которые вовсе не помогали принять эти слова. Я не помнила лиц своих биологических родителей, только мутный, темно-синий силуэт платья мамы на фоне лилового неба, и широкую спину отца. Но еще я помнила взволнованный голос. Это был частый гость, чей голос, низкий и хриплый, иногда всплывал в воспоминаниях, особенно по ночам, раз за разом повторяя:

«Они не сумели найти вещество. Корпорация сердится»

«Они не смогли выделить»

«Они требуют больше сырья»

Я помнила себя, сидящую под столом, скрытую скатертью, и ноги гостей. Небольшой дом, всего-то пара комнат, становился тесным от такого числа присутствующих, но я уже не могла выбраться. В голове, среди вороха воспоминаний билась мысль, что меня не должны увидеть, иначе мама рассердится.

И я помнила голоса. Гневные, резкие. Целый рой голосов. Кто-то предлагал отказать. Не давать того, что от нас хотела «Корпорация». Другие, женские, тихие и испуганные, умоляли согласиться. Говорили, что у нас не хватит сил. Но резкие голоса не слушали. Мужчины были готовы бороться до самого конца.

И они добились своего. Не помню, сколько именно дней прошло, на в один из мирных, теплых и тихих вечеров мой мир превратился в пылающий ад. Из тех воспоминаний в голове остались только грохот собственного сердца в ушах и дикий жар, что лизал кожу. И яркие, слепящие всполохи огня вокруг. Мир в тот ден утратил все краски, став желто-оранжевым. Слепящим и удушающе жарким.

А потом была темнота, осторожные руки моей второй мамы, которая мягко смазывала ожоги, укутывала и прятала меня в дальних помещениях какого-то корабля. Большой ящик, в котором я спала, свернувшись среди какого-то мелкого медицинского оборудования и тряпок. Много дней. Или недель. Темные, встревоженные глаза отца, и их первые споры о том, что «нельзя» и «последствия».

Но мама, моя мягкая и добрая мама, которая после никогда не спорила с отцом, стояла на своем. Ее не испугали ни угрозы, ни возможное наказание. Она так решила, и не могла передумать. Не передумала.

И мне казалось, что не смотря ни на что, не глядя на те сложности, что выпали на ее долю после с таким сложны и травмированным подростком, каким росла я, она так ни разу и не пожалела о своем решении.

Даже тогда, когда все оказалось на грани краха. По моей вине.

Никто не мог предсказать, какое именно наказание ждало бы родителей, если бы кто-то случайно узнал. Они оба давно оставили работу на военный блок, но за подобные действия, если я хоть что-то понимала, ответственность сохранялась навсегда. Если бы кто-то узнал…

Понимая, что ташва — это практически смертные приговор, я всегда вела себя предельно аккуратно. Никто и не подозревал, хотя маме с каждым годом было все труднее подделывать медицинские документы в школе, а затем и исправлять их для колледжа. Но мы справлялись. Пока на моем пути не встала любовь.

Странное тянущее внизу живота ощущение, которое становилось только сильнее от головокружения и сухости во рте, стоило Дитлану появиться в одном со мной помещении. Резкие и умные слова вдруг разом вылетали из головы, стоило увидеть его улыбку. А в тот первый раз, когда он взял меня за руку ладошки вдруг взмокли, и мир перевернулся, сменив привычный центр на блеск этих светлых, таких красивых глаз, что смотрели на меня по особенному.

А потом были свидания, прогулки под светом двух лун.

И поцелуи.

Это сейчас мне было немного смешно вспоминать, а тогда… тогда в этом всем, казалось, была заключена целая вселенная. Яркая и бесконечно прекрасная.

— Останешься немного? — он мне нравился. В отличие от остальных ухажеров, Дитлан никогда меня не торопил, а терпеливо ждал, кивая на все мои нелепые отговорки и оправдания. Но сегодня я почти решила. Занятия в колледже закончились раньше, так что родители не станут волноваться. И времени у нас предостаточно. Для всего.

— Да, — едва переводя дыхание от волнения, шепнула я.

— Правда? — светлые, чистые глаза шальфара, обрамленные россыпью мелких чешуек, блеснули.

Глава 24

В первое мгновение я не поняла, что именно простирается перед нами. С высоты в пару тысяч, на которой завис наш челнок, можно было бы сказать, что внизу пустыня. Вполне привычная, песчано-золотая и не имеющая конца. Но странная подвижность барханов никак не вязалась с первой догадкой.

— Что это? — Лалана, как оказалось, тоже никак не могла избавиться от ощущения какой-то сюрреалистичности происходящего.

— Вода, — сравнив параметры плотности, отозвался Руш. — Точнее, что-то очень похожее. Пока нет полного состава — сложно сказать.

— И что, искомое нами может храниться там, на дне этого бескрайнего океана мутного непонятно чего??

Даже если я себе не очень представляла, как именно выглядит то, что мы ищем, вообразить, что космическое судно, из чего бы оно ни было создано, сможет пролежать сотни лет на дне и не потерять свою целостность, а значит и ценность для нас, казалось очень маловероятным.

— Сомневаюсь, — честно признался Руш. — Уж очень плотность у жидкости большая. Насколько едкая, сказать не могу, но точно не для длительного хранения тайных знаний. Напомните мне, что именно вы рассчитываете отыскать?

Лалана переглянулась с хльпом.

— В тех сведениях, что мы выудили из множества источников, говорилось о чем-то похожем на место резервной стоянки. Что-то типа перевалочной базы или точки ожидания. Сектор далеко от активных зон, тут и сейчас мало кто бывает, а уж во вторую эпоху и подавно.

— Так вы хотите отыскать не просто один корабль и разобрать его на запчасти, а целую базу? — Руш хмыкнул. — Видимо, я не до конца оценил всю масштабность ваших планов.

— Это только наши надежды. Никто не знает, как все обернется на самом деле, — немного смущенно произнес Тан.

— И все же, — Руш задал несколько команд, и на экране появилась, все время расширяясь, проекция дна. — Жидкость довольно плотная, но сонар проходит, так что давайте облетим здесь все по кругу, а потом уже будем решать, надо ли спускаться.

— Даже если что-то и обнаружим, я думаю, стоит сперва проверить менее труднодоступные места, а не дно этого океана, — кивнула Лалана. — Мы не достаточно уверены в том, как выглядят искомые корабли, чтобы так рисковать. Прошло столько лет, да и данных со второй эпохи осталось мало.

— Согласен. Если что-то обнаружится, просто отметим место. А если на других планетах ничего не отыщем, тогда будет смысл вернуться и перепроверить.

— Я и не собирался нырять на челноке в глубину, — фыркнул Агент на слова киборга. — Конфигурация и оснастка все же не самые подходящие для этого.

Несколько минут, пока челнок парил в сотне метров над желтой мутной жидкостью, в кабине стола тишина. Запустив какой-то дополнительный сканер, Руш повернулся к киборгу, покачав головой.

— Либо тут нет ничего похожего на древние корабли, либо все замело илом, что тоже весьма вероятно.

— Но сканирование все же стоит закончить, — кивнул хальп, хмуря брови.

— Практически завершено.

Несколько разочарованные, мы двинулись дальше по прямой, которая отмечала нашу условную траекторию в космосе. Но и на последующих двух космических объектах не удалось ничего отыскать, кроме голой серой поверхности, изрытой метеоритами, и с давно развеянной атмосферой.

— Осталось всего две, — хмуро рассматривая карту небесных тел, Лалана сверялась с собственными записями. — И обе вовсе не похожи на место, где можно было бы устроить тайную базу для космических кораблей в период войны.

— Согласна, — стараясь игнорировать взгляд Руша, который чувствовала сквозь его маску и собственную одежду, я пролистала доступные показатели планет, на которые нам предстояло попасть. — Если выбирать место, никто в здравом уме не решится оставлять корабли при такой влажностью. Или с такими малым притяжением. Это нужно вгонять штыри на сколько?

— Метров на сорок в глубину, — подсказал Руш, подойдя ближе и остановившись за моим плечом.

— Да, — я пыталась делать вид, что меня не волнует и не будоражит его присутствие так близко, и что я не почувствовала ладонь, оказавшуюся на моей спине, прямо между лопаток, — ни один корабль не способен выпустить якорь с нужной силой. Думаю сюда не стоит и лететь.

— Но тогда остается только этот лес, — неуверенно отозвалась Лала, — поворачивая перед собой проекцию яркого зеленого шара. — Но для кораблей это тоже плохо.

— Не настолько. Если герметичность не нарушена, то нормальный аппарат способен выдержать пару сотен лет. Тем более, если использовать подземные ангары.

— Ты думаешь это возможно? — хальп удивленно вскинул голову от проекции.

— Да. И не понимаю, почему мы не рассматривали этот вариант раньше, — теплая, даже через одежду, ладонь Руша скользнула вниз, а затем вверх, словно мы были одни, а не занимались обсуждением весьма важных вещей в присутствии Лалы и Тана.

— Наверное потому, — задумчиво проговорила Лала, отступив на шаг от стола и пройдясь по каюткомпании, — что мы давно привыкли: нарушать целостность недр и строить подземные здания строго запрещено после того, как Гирон-Ф-8 раскололся из-за работы горняков. Помните это?

— Признаться, нет, — откинувшись к спинке дивана, надеясь, что это заставит Руша остановиться, ответила я. — Про закон союза знаю, но никогда не задумывалась над этим.

— Примерно лет сто пятьдесят назад, — Лала повернулась к нам, — на одной из промышленных планет произошла авария. Бур, который работал не с поверхности планеты, а с орбиты, вызвал такую вибрацию, что небесное тело раскололось на тысячи частиц, выстреливших под давлением. Тогда пострадало не только оборудование, но и погибли почти все работники. С тех пор было принято, что пробираться в недра, за пределы первого слоя оболочки, запрещено. Но многие правительства пошли дальше, и вовсе запретили нарушение целостности поверхности глубже водоносных горизонтов.

— Вот об этом я слыхала, — кивнула я, вспомнив, с каким трудом родители когда-то выбили себе разрешение на скважину, которую надо было бить глубже на двенадцать метров, чем соседскую.

Неугомонная ладонь, выскользнув из узкого пространства между моей спиной и диваном, оказалась на плече, больше не таясь. Пальцы скользнули по шее, поймав тонкую прядку, выбившуюся из хвоста. Стараясь делать вид, что ничего необычного не происходит, я смахнула мужскую руку с шеи, передернув плечами.

Лалана опустила голову, пряча улыбку за кудрями, а я почувствовала, как смущением обжигает щеки. Ладонь, пропав на мгновение, вернулась обратно, поймав шею на затылке, и мягко надавив, от чего по телу прошлась сладкая волна удовольствия. Мышцы, зажатые и задеревенелые после травмы, откликнулись с таким энтузиазмом на это маленькое действо, что я едва не застонала, прикрыв глаза.

— Так вот, — словно ни в чем не бывало, ничуть не изменившимся голосом, продолжил Руш, медленно и весьма чувственно массируя мне шею, — мы не подумали об этой возможности из-за собственных привычек. Но кто сказал, что это невозможно?

— Ты прав, — нарочито игнорируя происходящее, Лала повернула проекцию зелено шара. — Тогда нам стоит присмотреться к этому объекту чуть внимательнее. Верно?

— Именно, — кивнул Тан, который, кажется, и вовсе ничего не видел, кроме данных, раскинутых голографами на столе. Оторвавшись от изучения карт и схем, хальп повернулся к Агенту. — Ну что, идем корректировать курс?

— Давай сам, — голосом, в котором проскользнула усмешка, отозвался Руш. — У меня тут дело возникло.

ЦунХиТан только вскинул бровь, поражаясь такому доверию, когда посмеивающаяся Лалана поймала киборга под локоть, уводя в отсек пилотирования.

— У Киры опять разболелась голова? — вопрос хальпа долетел до нас уже из коридора, после чего дверь с тихим шуршанием закрылась.

— Да ты с ума сошел! — дернувшись в сторону и тут же скривившись от ноющей боли в мышцах, накинулась на смеющегося и снимающего маску Руша.

— Может быть.

Агент отложил зеркальное забрало на стол, от чего изображения голограмм дрогнули, и нагнулся ко мне, опираясь с одной стороны о стол, о другой о стену, практически не давая мне возможности выбраться из этого положения. Видеть Руша без маски было как-то интимно, а ощущение уязвимости и того, что все мои мысли написаны на лбу, становилось с каждым мгновением сильнее.

— Но так же я видел, как ты потираешь шею и передергиваешь плечами с самого пробуждения. И могу сказать, что тебе болит все тело. А ты не даешь мне тебе помочь. А еще, — светлые глаза озорно блеснули, губы растянулись в самодовольной улыбке, — я точно знаю, что тебе доставляют удовольствие мои касания. Нет!

Правая рука метнулась вперед, прижавшись пальцем к моим открывшимся, для возражения, губам.

— Не вздумай ничего говорить. Твой язык не хочет со мной быть честным, Кира. Но я вижу твои глаза. И вот они говорят мне правду.

— И что? — испытывая неловкость и смущение от того, что кто-то так легко и верно определяет мои эмоции, при этом сам обладая невероятно открытой мимикой, я перешла в нападение.

— Так зачем все усложнять, Криа?

— Я не усложняю, — упрямо, сама понимая, что говорю не правду, возразила я. — Мне просто не нравится, когда меня трогают.

— Чш, — Руш опят открыто и широко улыбнулся, — и опять твои глаза говорят о другом. Может, тебе и не нравится, когда кто-то касается твоей кожи, но моим ладоням явно дан особый доступ. Молчи, пожалуйста. Ты можешь вовсе ничего не произносить. Твои глаза мне сказали уже все. Идем, помогу расслабить плечи и спину.

— Не нужно, — отголосок паники пробился и в голос. — Подключи меня к аппаратуре, она сама все сделает.

— И упустить такой шанс? Ни за что, — Руш поймал меня за руку и потянул на себя, другой рукой возвращая на место маску. — Никогда не думал, что ты становишься такой послушной и пластичной, стоит немного надавить. Или это только мне так повезло?

Метнув в сторону Агента разъяренный взгляд, я медленно поднялась, не стараясь особо сильно сопротивляться. Мне самой хотелось посмотреть, что из этого получится и как отреагирует мое тело на совсем другие, явно не с медицинской направленностью, касания этого мужчины.

— Значит, этот только моя привилегия, — тихо фыркнул Руш, пропуская меня вперед к выходу. — Не передать, насколько меня это радует.

— Еще одно слово, и я передумаю, — тихо предупредила, все же двигаясь в сторону медицинского отсека. Это место казалось мне чуть менее опасным в такой компании, чем собственная каюта.

— Боюсь, я не склонен тебе этого позволить, Кира, — держась в шаге позади, спокойно, без усмешки, отозвался Агент, заставив внутри что-то сладко и немного испуганно вздрогнуть.

Решив оставить все мысли о будущем и о последствиях на потом, я открыла дверь медотсека, надеясь получить если ни не хороший массаж, то хоть порцию тактильного удовольствия, чтобы немного усмирить проснувшиеся, не ко времени, гормоны.

Глава 25

С одной стороны, мне вроде бы и не к чему было придраться, лужа на животе на кушетке. Руш разминал каждую мышцу, как полагается, заставляя то и дело вздрагивать от легкой мышечной боли. Но с другой, это все же не очень походило на массаж в его привычном понимании. И всему виной было именно отношение и комментарии мужчины, чьи руки, пусть и весьма целеустремленно, но все же блуждали по моему телу.

— Не зажимайся. Мне нужна шея с этой стороны, — тихо, почти воркуя, настаивал Агент, запуская какие-то невероятно длинные пальцы прямо в самую болючую точку. — Сейчас отпустит.

Чувствуя, как кожа согревается под теплыми руками, как начинает реагировать волнами мурашек по телу, благо все же укрытому покрывалом я уже начинала жалеть, что согласилась на подобную авантюру. Но плечи, которые Руш, тихо посмеиваясь с моих подергиваний, промял первыми, на самом деле чувствовали себя не так зажато.

— Где ты научился такому? — мне казалось, что разговор должен отвлечь нас обоих, и сделать ситуацию не такой интимной.

— Хм, — агент хмыкнул, стянув покрывало чуть ниже поясницы, и положив ладонь на жуткий шрам на боку. Большую часть времени красный, он иногда становился даже синим, пугая меня своим неестественным видом. — Много всего прикладного нужно для нормальной работы. Некоторые заявки требуют мастерства гонщика. Другие, как твоя, кое-каких медицинских знаний. Сейчас немного будет щипать. Посмотрим, что я тут могу.

Несколько пальцев едва ощутимо надавило на кожу вокруг шрама. По телу, то ли реагируя на слова Агента, то ли просто от волнения, прошлась волна легкого покалывания.

— Довольно неплохо, — прокомментировал Руш что-то понятное только ему. Ладони пропали, и Агент отошел к стене. — Сосуды вполне восстановились. При таких повреждениях я ждал меньшего прогресса. Впрочем, с ташвой никогда не знаешь, как пойдет. Правда же?

А в тоне такой намек на что-то совсем не связанное, со способностями моего организма к восстановлению, что я предпочла просто помолчать.

Агент вернулся, выдавив из тюбика на ладонь немного остропахнушей мази.

— Согреем еще немного, пусть восстанавливается. Где тебе спина болит сильнее всего?

Видеть его без маски мне было все еще непривычно и немного неловко, словно я заглянула в комнату к полуголому мужчине. Но, кажется, он это точно знал и испытывал какое-то определенное удовольствие от моих эмоций, стараясь теперь снять маску каждый раз, стоило нам оказаться одним.

— Кир? Слышишь меня? — проворные пальцы метнулись по бокам вверх, пощекотав чувствительную кожу подмышками. Вздрогнув, пискнув и едва не скатившись с койки, я не сразу даже сообразила, что Руш бессовестно ржет, удерживая меня за бока, и не позволяя окончательно упасть.

— Ну ты и … гаденыш, — все еще кипя от возмущение, выдала я.

— Зато ты, наконец, очнулась от своего смущения. Не думал, что т так сильно боишься щекотки. Ревнивая, а? — мою попытку подняться пресекли, весьма основательно надавив на спину между лопатками. — Ладно-ладно, мы еще не все сделали.

— Но я как-то уже сыта, — возразила для виду, все же возвращаясь на место, и пытаясь расслабиться.

— Обещаю намеренно больше не щекотать, — пробежав пальцами, словно краб, от шеи к крестцу, разминая мышцы вдоль позвоночника, вполне серьезно произнес Агент.

— Ну, если только обещаешь, — чувствуя, как мужчина почти вкручивает палец в мышку с левой стороны поясницы, сипло выдохнула и дернула ногой.

— Не удивительно, что тебя крутит. Тут все зажало, Кира. А знаешь, какой еще действенный способ снятия напряжения в теле?

— Физические упражнения? — жмурясь от странной смеси боли и наступившего потом облегчения, выдала наугад.

— Ну какие тебе упражнения сейчас? Кроме растяжки ничего пока не советовал бы, — фыркну Руш, мелкими движениям пальцев, которые казались сейчас тисками, проходясь по закостенелой мышце. Я и не заметила, когда руки сместились, перейдя на левую сторону тела. — Я о другом. Оргазмы, Кира. Очень рекомендую.

И голос такой отвратительно спокойный, словно мы на самом деле обсуждаем перечень упражнений.

А меня через все тело прошибло волной предвкушения и какой-то надежды. И Руш не мог этого не заметить, удерживая ладони на моей же спине.

Стараясь сделать вид, что ничего не произошло, я громко фыркнула.

— Спасибо за рекомендации, Руш. Я подумаю, что с этим можно сделать, — голос не дрожал, а иронии в нем было предостаточно.

— Э, нет, — Агент осторожно, глубоко проминая мышцы, прошелся с обеих сторон вдоль позвоночника. Кажется, такой формат беседы его не просто забавлял, а очень даже привлекал, — я же только что сказал, что никаких физических нагрузок. Как ты слушала, Кира? Только лежать и получать удовольствие.

— Благодарю сердечно, — начиная тихо хихикать, все же не выдерживая напускной серьезности, ответила, — Но, я не могу взвалить на тебя еще больше ответственности и заботы о моем здоровье.

— Кир, ты, кажется не поняла, — вот теперь, когда смешинки напрочь пропали из голоса Руша, когда в нем появилось это непробиваемое спокойствие, я совсем затихла, — я решил принять на себя все виды ответственности за тебя. И намерен сделать все, чтобы убедить тебя с этим согласиться.

— Руш, это все глупости и мимолетное увлечение, — чувствуя себя неуютно, я вся сжалась. Тонкое покрывало вернулось, накрывая меня по самый затылок. Ладонь мужчины легла сверху, между лопаток, словно напоминая — я тут не одна.

— Кира, за кого ты меня принимаешь? Я не настолько глуп, чтобы не понимать происходящего. Как думаешь, что между нами?

— Влечение? — тихо пискнула, словно только перешла в подростковый возраст. Как-то флиртовать с парнями на работе куда проще, чем вести серьезные разговоры с тем, кто провел столько дней бок о бок, видя не только твое тело, но кажется и душу.

— Лучше помолчи немного, маленькая женщина. Не стоит говорить глупостей, в которые сама не веришь. Ты иногда делаешь меня сердитым, пытаясь делать вид, что ничего не понимаешь. Я знаю, что ты мне не доверяешь, хотя не могу понять причины. Но я готов это принять и подождать, пока ты не убедишься во всем сама. Но, Кира, ты не можешь мне говорить, что я слишком переживаю о твоем состоянии, или забочусь о тебе!

— Я не это имела ввиду, — не совсем понимая, чему именно возражаю, попыталась возмутиться. — И не смей на меня повышать голос! Никогда!

— Не стану. Прости, — тут же спустив тональность, мягко произнес Руш. Хотя назвать его прежний тон криком было все же преувеличением с моей стороны. — Больше не повториться.

— Я не люблю, когда на меня кричат, — в очередной раз чувствуя неловкость от всех этих разговоров, тихо добавила я. — И вообще, я не желаю обсуждать с тобой такие глупости.

— Правда? — в голос Руша вернулась ирония. — Вот и хорошо. Осталось разобраться, что о чем идет речь, правда?

— Ты не смеешь меня обвинять в том, что я говорю не правду или намеренно тебя обманываю…

— Кира, лучше не говори ничего, — ладонь пропала с моей спины, и Руш присел рядом, так чтобы наши глаза оказались примерно на одном уровне. — Твой язык не хочет признаваться в том, о чем так откровенно рассказывают глаза. Что именно тебя рассердило? То, что я принимаю решения за двоих? Нет, это не так. То, что я разгадал твои чувства раньше тебя самой?

Мне казалось, что я попала в какую-то параллельную вселенную. Агент перебирал вопросы, не давая мне вставить и слова, и безошибочно угадывал ответы еще до того, как я успевала это сделать.

— Да, но не только. О, тебя это не столько рассердило, сколько расстроило. Почему? — брови мужчины дрогнули, сойдясь над переносицей. Я только успела раскрыть рот для возмущенного ответа, как Руш качнул головой, прося молчать. — Чш! Не утруждай свой рот глупостями. И не закрывай глаза, пожалуйста. Я с ними разговариваю. Ты чувствуешь себя уязвимой рядом со мной. Так? Чувствуешь во мне угрозу.

Поднявшись, Руш отступил на шаг.

— Не стоит, Кира. Ты мой приоритет, и это не изменится. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя спокойной и счастливой. В каждый момент времени. И это моя основная цель.

— Руш, это все… — мне так хотелось скривиться. Все казалось ненастоящим, сделанным из самой тонкой материи. Стоит только дунуть — и все развалиться. — Зачем все это тебе надо? Это глупости. Во вселено столько простых и прекрасных девушек любой расы и любого вида.

— А ты не могла подумать, что я не хочу простую девушку любой расы? В твою милую, перепуганную голову не приходила мысль, что я хочу конкретно тебя? — Вот теперь Руш на самом деле рассердился. Голос все такой же ровный, лицо вдруг разгладилось, утратив всякие эмоции, словно принадлежало кому-то другому. Только все было наоборот. Теперь я словно видела этого мужчину целиком.

Поймав край покрывала, что лежало на моих плечах, не давая ему сползти, я медленно села на кушетке. Поплотнее прикрыв грудь и свесив ноги, чувствуя, как волосы начинают выпадать из хвоста, рассыпаясь по плечам, я все смотрела на Руша, пытаясь понять весь смысл его слов.

— Ты не думала об этом, — тихо, все так же спокойно произнес Агент, дождавшись, когда я усядусь. — А стоит, Кира. Мне нужна ты. Вместе со всей твоей подвижной психикой, с каждым шрамом не спине и с этими великолепными, темными глазами, что не умеют мне лгать. Я не желаю никого другого. Только эту маленькую ташву, что сидит напротив и все еще не верит ни единому слову.

Неожиданно улыбнувшись в конце это тирады, Руш покачал головой.

— Иногда ты умная взрослая женщина. Но бывает, я чувствую, что разговариваю с ребенком, — словно подтверждая только что произнесенные Агентом слова, я покачала ногой, как делала в детстве, если напакостила и ждала взбучки от отца. Руш только шире улыбнулся и вдруг сменил тему. — Хальп признался, что одной из причин, по которой выбрали тебя, помимо безупречной работы, твои навыки механика. И киборг говорит, что они могут нам понадобиться. Так что одевайся и отправляйся отдыхать к себе, пожалуйста. После массажа лучше и вовсе не ходить до получаса, но не уверен, что ты мне позволишь себя сейчас донести.

Словно прочтя что-то в моих глазах, Руш фыркнул, возвращая на место маску.

— Так и думал. Обожаю твои глаза.

Прежде чем потянуться за футболкой, я дождалась, когда дверь за Рушем закроется. И только тогда поймала себя на мысли, что глупо и широко улыбаюсь.

Глава 26

Ощущение растерянности и какой-то эйфории от игры гормонов в теле прошло довольно быстро, сменившись возмущением. Такие резкие попытки Руша вклиниться в мою жизнь, и занять в ней столь весомое место, даже не интересуясь собственно, моим же мнением, никак не желали приниматься.

Даже тот факт, что Руш мне и правда нравился, не давал Агнету права решать что-то за меня. Если легкая интрижка еще как-то казалось м не уместной, так как с Рушем не возникли бы вопросы о моей расе и особенностях тела, то по поводу чего-то более серьезного, я была против.

Сидя на койке в собственной каюте, я недовольно фыркала, думая, как бы свернуть с этой дороги, на которую меня так уверенно и даже уперто пытаются вытолкнуть. Никаких мирных путей в решении задачи почему-то в голове не возникало. Какой бы вариант я не выбрала, мне казалось, что пространство вокруг, следуя из характера Руша, будет не просто искрить, а буквально трещать от молний.

— Ох, Кира, — потерев глаза и рухнув спиной на койку, я уставилась в потолок, — ты же хотела восхищения и любви к тебе такой, какая есть? Вот теперь получи и поставь галочку.

Это было бы куда более удачно, будь Руш парнем попроще. Не таким целеустремленным, не таким бесстрашным…

Но стоило все же признаться себе что в противном случае, он не сумел бы привлечь моего внимания так легко. Вокруг всегда множество мужчин. Коллег, заказчиков, знакомых, но как-то сердце давно не трепетало в груди, как при виде этого. Даже если мне хотелось обозвать его нахалом и самоуверенным кретином, это опять же говорило в его пользу.

— Кира, мы прибыли. Выйди к нам, — сообщение прозвучало по громкой связи, заставив вздрогнуть от неожиданности. Уж слишком сильно я погрузилась в собственные переживания.

Резко подскочив, скривившись и выругавшись я, сделала первые пару шагов. Так долго болеть было мне в новинку и вовсе не по вкусу. И даже мысль, что кто-то другой в подобной ситуации уже кормил бы червей, никак не успокаивало.

Через пару шагов спазм прошел, и я смогла войти в рулевой отсек во вполне при личном виде.

— Ну что у вас тут? — наша пестрая компания так напряженно вглядывалась в экраны, что еще немного, и в пространстве моно было бы вешать предметы, опираясь на растрачиваемую энергию.

— Да ничего хорошего, — Руш запустил еще какой-то анализатор, но проекция небесного тела, сплошь покрытого яркой зеленью, почти не изменилась. — Сигнал не проходит в толщу глубже, чем на полметра. Здесь лидо магнитит в породе, либо какой-то еще металл.

— Разве магнетит не должен быть сплошной глыбой? На нем не смог бы вырасти такой сад, — задумчиво отозвался Тан, вызывая легкий приступ умиления. Этот парень, смелый до безрассудства и верный до самой смерти иногда казался сущим ребенком.

— Скорее всего, магнетит, или что-то близкое по свойствам, перетерт до фракций размером с песок, — спокойно и вполне привычно пояснила Лала. — Но мне не понятно другое. Если у этого элемента такие особенности, не помешало бы это держать здесь тайную базу? Как работать приборам в подобной обстановке?

— Мы можем подлететь ближе, — предложил Руш, сканируя систему челнока на предмет каких-то сбоев. — Пока все в штатном режиме. В противном случае, мы можем попробовать осмотреть территорию и на местности. Хотя, этого бы не очень хотелось.

— Даже не представляю, кто тут может водиться, — тихо согласилась я, представив, какого размера могут быть травоядные, и каково может быть строение челюстей у местных хищников. При такой буйной растительности. Кормовая база впечатляет.

— Здесь притяжение чуть меньше стандартного, и атмосфера более плотная. Влажность почти восемьдесят шесть процентов, — Руш повернулся к нам, заставив челнок зависнуть так, чтобы зеленый шар висел в видимости корабля. — Так что готов согласиться с Кирой: водится здесь много всякого, и наверняка, довольно крупных размеров. Что делать будем?

— Для начала, предлагаю провести более тщательный визуальный осмотр планеты, — предложила Лала, наблюдая за тем, как медленно поворачивается зеленый шар перед нами. — А уже исходя из того, что нам удастся рассмотреть можно будет делать выводы. Просто так улетать я не согласна, если у меня есть право так говорить.

— Да уж говори, что хочешь, — махнул рукой Руш. — Если мы с Кирой впряглись в ваши поиски, то следует сделать все возможное, чтобы добиться успеха. Тем более, что остальные мои дела пока не могут быть решены. Рама все еще прячется по норам.

Сердце грохнуло о грудную клетку, заставив вздрогнуть.

— Ты ищешь Раму? — вопрос прозвучал почти шепотом, и я сейчас очень сожалела, что не могу увидеть лица Агента, чтобы понять, о чем он думает.

— Не очень активно. Все равно мы пока немного заняты. Но, ты же не думала, что можно оставить этот вопрос не решенным? Ну уж нет. Я просто не смогу закрыть контракт, пока этот фликан, и его компаньоны представляют угрозу для твоего здоровья и жизни.

— Но это не хорошо…

— Кира, ты можешь не спорить? — киборг неожиданно стал на сторону Агента, сурово сведя брови. — Не хорошо было пытаться тебя убить. А это вполне естественно и очень логично.

Я иронично вскинула бровь. Хальп разглагольствующий про логику казался мне чем-то карикатурным. Это было из той же серии, если бы я начала рассуждать о кружевах и лентах.

— И не надо кривиться. Мы все уже обсудили. Пока Рама жив — он считается угрозой. А значит, его следует устранить, — никак не отреагировав на мои ужимки, строго продолжил хальп. — И это не вопрос твоего желания или вежливости, а острая необходимость.

— И все же…

— А давайте животрепещущий вопрос о сохранении жизни предателям мы обсудим чуть позже, — Лала нетерпеливо потерла ладошками друг о друга. — Время идет, а мы тут висим, посреди вселенной, и еще даже не продвинулись никуда.

— Если ты рассматриваешь наш результат как «никуда не продвинулись», то я даже не знаю, чем тебя порадовать, — немного ворчливо отозвался Тан, из-под полуприкрытых век рассматривая маленькую курчавую женщину.

Лалана вдруг смутилась, опустив глаза. Все же, мы просканировали почти все космические объекты, что подходили под нужные параметры, так что работы было проделано не мало. Даже если нужный результат пока еще не достигнут. Но если вспомнить, что он может и вовсе оказаться несбыточно мечтой, все это переставало иметь значение.

— Я не это имела ввиду вовсе. Я говорю о том, что не стоит тратить время на глупые споры о том, в чем вы все равно не сможете договориться.

— Мы тебя поняли, Лала. И ты права. Только формулировка, все же, несколько обидная, должен признаться, — Руш повернулся обратно к штурвалу и большой панели, сияющей огоньками и светящейся тумблерами. Переключив рычаг, Агент отключил автопилот. — Займите свои места и пристегнитесь. Раз уж решили, стоит посмотреть на эту планету вблизи.

Заняв втрое пилотское кресло, так как на дополнительных местах на откидных я со своей спиной пока сидеть не могла, щелкнула контроллер безопасности. Тело прижало к сиденью, зафиксировав ремнями. Немного поерзав, чтобы не позволить системе уж слишком сильно меня придавить и получить хоть немного пространства для движения, я уставилась в экран, глядя как мы стремительно приближаемся к зеленому шару. Точнее сейчас казалось, что именно эта глыба невероятно яркой, до рези в глазах, растительности, несется на челнок и грозит сделать из незадачливых исследователей такую плотную металлическую лепешку с мясной начинкой.

Войдя в атмосферу, Руш почти сразу сбросил скорость, давая нам возможность просматривать не только данные системы, но и визуально оценить пространство внизу. Теперь, когда мы оказались значительно ближе, стало ясно, что растительность вовсе и не зеленая. Тут была смесь из синих и желтых листьев, достаточно плотная, чтобы сверху казаться зеленой. При чем желтые листья, огромные и плотные, составляли подлесок, почти полностью укрывая землю внизу и не позволяя рассмотреть пространство под ними.

— Ничего себе, листочки, — тихо со смесью восхищения и удивления выдохнула Лала. — Под одним таким можно укрыть целый челнок.

— Уверен, что это не самый нижний яру леса, — покачал головой Руш. — Под такими огромными опахалами точно должны развиваться грибы, или какая-то подобная структура, предпочитающая темные влажные пространства. И насекомые, наверняка, очень даже жалуют подобный климат.

— Да, эти твари где угодно разводятся, — кивнула, вспомнив, как один раз попала с доставкой, взяв какой-то особо редкий сорт древесины. Из нее, как говорил заказчик, можно вырезать статую, которая будет как живая.

Может так-то оно и так, но когда бревно, занявшее почти весь мой грузовой отсек выгрузили, на полу нашли пару сброшенных надкрыльев жуков. Не очень больших, с ноготь. А через три дня, когда тварюги, видимо, поняли, что еды больше нет, пришлось ставить свою «блоху», на сан обработку, так как жуки стали ползать под ногами не таясь.

То, сколько их потом вытряхнули из внутренностей корабля, меня почти напугало. Даже удивительно, как они не успели сожрать всю проводку. В тот раз мне просто повезло. Но я как-то видела потом в потоке новости про одного скульптора по дереву, чей дом сожрали насекомые. Очень похожие насекомые. Жаль, скульптора было уже не опознать но я от чего-то была уверена, что это был именно мой заказчик.

— Системы начинают сбоить, — выругался Руш, вдруг вцепившись одной рукой в штурвал, а другой щелкая, кажется, все кнопки подряд. — Мой ИИ теряет связь с челноком.

— Из-за чего? — взволнованно спросил Тан, подавшись немного вперед, словно мог разглядеть, как работает матрица ИИ через защитное покрытие панели управления.

— Наверное, все тот же магнетит. Или что там. Но система идет только на честном слове и инерции.

— Дай мне подключиться, — вдруг тихо, но довольно уверенно произнесла.

— Ты ничего не сможешь сделать, — недовольно фыркнул Агент, вытягивая штурвал уже обеими руками и стараясь не дать кораблю уйти в пике.

— Я и не буду. Сделает мой ИИ.

— Кира, у меня не плохая системам, нет смысла так рисковать и все отключать, чтобы….

— Руш, — голос сел, став едва слышим, перед глазами от злости вдруг все почернело, — дай мне подключить своего ИИ к системе, пока мы не рухнули.

— Оу, — Тан вернулся к спинке своего кресал, подтянув на место ремни, — а вот и Тихая Кира. На твоем месте я бы ее послушал, Руш. Она, видимо, что-то знает.

Агент на мгновение повернул голову в мою сторону, и за зеркальной маской мелькнули зеленые глаза.

— Ладно. Подключайся на три. Раз, два…

Я едва успела вынуть модуль из слота в браслете, что привычно держался под одеждой на предплечье, когда Руш выдернул носитель для своего ИИ. Двигатели на мгновение замолкли, потеряв сигнал головного компьютера, но почти тут же включились вновь, запускаясь на чистой механике.

И тогда я вставила свой модуль.

— И что же у вас тут за бардак, — голос Им-12 был несколько другим, нежели я привыкла, но огни на панели вспыхнули разом и исправною. Потом, словно светомузыка на дешевой дискотеке, стали включаться и гаснуть волной. Им-12 анализировал систему. — И как с этим работать?

— Не жужжи, — видя, что Рушу несколько легче держать челнок ровно, строго приказала своей говорливой системе. Может, все же не стоило давать ему столько дополнительных черт? Но в момент покупки это казалось маленьким бонусом к баснословной сумме счета, что затребовал гений электроники. — Нужно поправить систему. Что-то сбивает баланс. Сможешь?

— Да, Кира, — ИИ ответил серьезнее, и по экрану побежали рядами цифры и команды. Прошло не более десяти секунд, как все пропало, и Им-12 выдал вердикт. — Предлагаю отключить часть систем, для предотвращения блок-аута*

— Делай, что должно, — тихо приказала я, ни на миг не сомневаясь в воем ИИ.

— Кира, это не разумно. Если он вырубит все.

— Это система первого класса, — призналась, чуть скривившись. — Как на лучших военных кораблях Центра. Контрабандная, конечно, но сама лучшая, что сейчас есть. Им-12 обошелся мне в целое состояние, но свою стоимость оправдывает.

— Спасибо, Кира. Пилот, держите чуть выше нуля, тяги меньше необходимой. Сейчас будет аварийный сброс напряжения. Что у вас за ИИ? Лишнего газа и ненужных файлов…

— Им-12, матрицу сожгу, ко всем наашто, — тихо предупредила, чувствуя, как тихо зверею. Не смотря на все преимущества, чрезмерная говорливость ИИ меня всего нервировала.

— Прошу прощения, Кира.

Несколько минут стояла тишина, только двигатели как-то непривычно фыркали, делая движения челнока какими-то урывочными.

— При сложившихся обстоятельствах, имеется два варианта решения сложившейся ситуации. Можно выйти в открытое пространство и попробовать прочистить и перезапустить систему, которая сбоит. Либо надо спускаться на поверхность, — спокойно и сдержанно произнес ИИ, выводя данные на экран.

— Риски и предпочтения? — чувствуя, то ждет нас дальше что-то интересное, потребовала ответа, зная, что Им-12 не станет юлит в такой момент

— В открытом пространстве космоса может возникнуть ситуации блокировки воздуховодных систем.

— Великолепно, — тихо выдохнул Руш. — Тогда ищем место для приземления.

— Им-12, проведи анализ предстоящих работ, пока все не заглохло, — вспомнив, что существует угроза работать потом вслепую, попросила я.

— Слушаюсь, Кира.

— Кажется, мы уже налетались, — побормотала Лала, но в тишине ее голос прозвучал как-то уж слишком громко. По телу пробежали волной мурашки.

Определенно, эта планетка не была самым лучшим местом для отдыха.

________________________________________________________--

Блок-аут* — термин, обозначающий полное отключение основных систем судна. Включая руль, тормозную систему. В общем, когда все клинануло и вырубило. (знаю, что используется у моряков, значит и в космосе должен работать)

Глава 27

— Приемлемое место посадки через две минуты, — в тишине механически голос ИИ звучал слишком уж громко, заставляя сердце биться еще сильнее. На этот ковер из густой листвы челнок не смог бы посадить даже самый лучший пилотов.

— Надеюсь, мы не застрянем среди ветвей. Тогда выбраться будет куда сложнее, — озвучил общее мнение Руш, с трудом удерживая вибрирующий штурвал.

— Главное, чтобы двигатель не отключился раньше времени. Тогда все к наашто спалим так, что даже я не возьмусь чинить, — тихо добавила, следя за показателями системы. Количество ошибок выдавало уже такое, что волосы на затылке сами собой зашевелились.

Предпочитая думать о том, как справляться с возможными последствиями, я уже перебирала в голове, с чего стоит начинать. Оставалось надеться, что у Агента в грузовом отсеке есть хотя бы часть того, что мне может понадобиться.

— Система навигации отключается. Визуальный контроль, — пропадая, с заминками предупредил Им-12 за несколько секунд до того, как все показатели просто погасли. — Держать ку…

Последние слова потонули в неясном бульканье, заставив вцепиться в подлокотники и во все глаза смотреть вперед, выискивая ту точку, которую ИИ выбрал в качестве «приемлемого» места.

— Там! Левее! — Киборг, кажется, подскочил в своем кресле, пытаясь показать нам чуть более темное пространство в этом месиве синего и желтого.

— Вижу, — сквозь зубы отозвался Руш. Штурвал дрожал так, что мог в любой момент вырваться из рук. Мышцы на плечах мужичины вздулись, заметные даже под его неизменным комбинезоном. — Держитесь, посадка мягкой не будет.

Последние метры прошли только по инерции, цепляя верхушки деревьев и срезая листву.

Площадка выглядела на самом деле почти чистой в сравнении с окружающим пространством, но это было несколько обманчивым впечатлением. Не смотря на то, что Руш в ручном режиме вывел тормозные закрылки в нужную позицию, челнок все же два раза подскочил, почти полностью зарывшись под огромные листья, частично сминая их собственным весом.

Корабль еще несколько минут подрагивал и гудел, прежде чем нас накрыла оглушительная тишина. Мы так и сидели, стараясь перевести дыхание и осознать весь масштаб произошедшего.

— М-да, — нарушил тишину ЦунХиТан, отщелкивая ремни безопасности. — Добро пожаловать, так сказать.

— Это уж точно, — фыркнул Руш как-то почти беззаботно и потянулся, разминая уставшие мышцы.

— И, — несколько растерянно спросила Лала, оглядывая отсек, словно впервые тут оказалась.

— Ну ты же хотела исследовать эту планету? Вот у тебя теперь появится такая возможность, — Руш, прежде чем встать с пилотского кресла, вынул модуль моего ИИ из слота. — Думаю, можно подключить его к автономной системе для восстановления работы челнока. Хотя, я пока не очень представляю, как мы сможем взлететь без приборов.

— У меня есть мысли на этот счет, — призналась, забирая модуль с ИИ и возвращая его в браслет. — Думаю, что смогу что-нибудь с этим сделать. Но на это надо немало времени.

— Временем мы не сильно стеснены. Запасов хватит на пару месяцев, если не злоупотреблять и удастся включить аварийный генератор.

— И что же, все у нас в порядке? — как-то недоверчиво спросила Лала, поднимаясь с кресла на слегка подрагивающих ногах.

— При всех прочих возможных вариантах? Абсолютно точно да, — хмыкнул Руш, помогая мне подняться. В отсеке слабо светилось только пара длинные тонких огней, встроенных на уровне пола и потолка в качестве дополнительно подсветки, так что тени казались особенно длинными и растянутыми по стенам.

— Но если мы не сможем запустить генератор, или кто-то заболеет. Или что-то случится с вентиляционной системой. А если нас заблокирует внутри челнока, и мы не сможем выйти! — Мне показалось, что на Лалу напала паника. Это было так неожиданно и не соответствовало жизнерадостному характеру девушки, что я слегка растерялась.

Но был тот, кто точно знал, что происходит. Хальп, выругавшись сквозь зубы, чего с ним практически никогда не бывало, подошел к девушке и сгреб ее в объятия, крепко прижимая к себе. Несколько мгновений они простояли неподвижно, а потом, когда Лалану чуть расслабилась, стал медленно поглаживать ее по курчавой голове.

— Ты никогда больше не останешься в запертом помещении, Лала. И здесь с нами ничего не может случиться. Челнок цел, а Кира прекрасный механик. И ты же видела, какой у нее ИИ. Да и если что-то произойдет, отец всегда знает, где нас искать.

— Мои ребята доберутся быстрее, — мягким голосом добавил Руш. — Я уже проверил, маяки работают исправно. Сигнал немного искажен, но если будет надобность, то нас заберут в течение двух местных суток. Нет причин для паники. Так что давайте займемся делами, чтобы наше времяпрепровождение было тут максимально комфортным и продуктивным. Кира?

— Мне нужно забраться в сердце челнока и посмотреть на сети напрямую. И схемы корабля нужны. Но сперва давай посмотрим генератор. Думаю, там стоит просто отключить контроллер, который сбивается это магнитной сетью планеты, тогда и ошибки выпадать не будут. Жаль, что с основной системой такое не пройдет.

— Хорошо, — Руш кивнул, что-то щелкая на всплывшем окне своего голографа. — Тогда мы с тобой займемся пока этим.

Просмотрев последние данные о планете, что система успела отсканировать перед отключением, Агент поднял скрытое маской лицо на хальпа с Лаланой, которая едва заметно улыбалась, кутаясь в объятия хмурого киборга.

— Я так понимаю, у Лалы сложности с замкнутыми пространствами?

— Да. Пока система не будет функционировать хотя бы относительно нормально, ей может быть немного сложно, — с явной тревогой в голосе, сжав кольцо рук вокруг девушки еще сильнее, ответил Тан.

— Тогда было бы неплохо, если бы вы двое пока занялись чрезмерной растительностью снаружи. Нам повезло найти относительно чистую площадку без высоких деревьев, но все эти лианы и листья хотелось бы подрезать чтобы иметь хоть какой-то обзор.

— И избежать внезапного нападения местных обитателей, — кивнул Тан, явно лучше понимая Агента в этих вопросах, чем я.

— Верно, — Руш подошел к двери и переключив небольшой тумблер на ручное управление, с видимым усилием отодвинул ее в строну. — Вот видишь, Лаална, ничего не заблокировалось. Идем-то, найдем вам инструменты и попробуем пройти герметизационный шлюз без потерь кислорода.

— Думаю, что стоит сперва все же запустить генератор. Мы не сможем провести фильтрацию без этого, — напомнила я, включая дополнительное освещение на голографе. Совсем не хотелось сейчас зацепиться за что-то на полу, а света в коридоре было на порядок меньше, чем в рулевом отсеке.

— Тоже верно, — Руш кивнул, и обернулся на меня, словно проверяя все ли в порядке. Удостоверившись, что я вполне хорошо вижу, мужчина пошел дальше, попутно открывая все двери. Словно почувствовав невысказанный вопрос Лаланы, Агент пояснил: — Даже если что-то произойдет в системе, и двери заблокирует, теперь они не смогут закрыться и тебе будет спокойнее. Мне кажется, в нашей ситуации легче спать при открытой двери, чем запертым внутри.

— Определенно, — выдохнула Лала, идущая позади меня и не выпускающая ладонь киборга из своих пальцев.

— Тогда Тан, вы идете переодеваться в комбинезоны, пока мы с Кирой пробуем запускать генератор. Не смотря на то, что система определили атмосферу, как приемлемую, я бы не рисковал. Мало ли какие примеси в ней еще есть.

— Как и всегда, — кивнул Хальп, потянув Лалу в ее комнату, чтобы девушка могла сменить повседневную одежду на более плотный комбинезон для выхода на планету.

— Кира, — тихо, пройдя еще немного вперед, позвал Руш.

— Что?

— Ты в порядке?

— Если ты спрашиваешь о том, как я переношу возникшую ситуацию, то я в норме, — честно призналась.

После вполне удачного приземления в моей голове выстраивался список необходимых задач, а не перечень причин, чтобы бояться. Было вовсе не до такой ерунды. Тем более, когда для обеспечения безопасности рядом были Руш и Тан. Как ни крути, а я довольно сильно доверяла обоим мужчинам и достаточно высоко ценила способности обоих, чтобы не забивать себе голову лишним.

— Все же, ты удивительная, ташва, — фыркнул Руш.

Грузовой отсек удалось открыть не сразу, так как дверь тут была тяжелее. Как я поняла, в случае аварии в хвостовой части, основной модуль можно было отделить от грузового.

— Странное у тебя расположение, — призналась, проходя в помещение вслед за Агентом. — Аварийный генератор в том отсеке, который может отвалиться. Это не кажется мне практичным.

— На челноке два аварийных. Но тот что здесь — больше. И более ранней модели. На порядок меньше электроники, — Руш отодвинул одну из панелей в стене, и отступил в сторону, освобождая мне место.

Не маленький цилиндр с рядами лопастей, не прикрытых даже мембраной, с целым канатом проводов, уходящих в стену, генератор выглядел не просто старым, а практически древним.

— М-да, — фыркнула я, бегло осмотрев сей агрегат. — Мне нужен нормальный фонарик, ящик с инструментами. И где у тебя топливо на этого старичка?

— Блок запасных «батареек» должен быть где-то тут.

Ожидая, пока Руш принесет нужные инструменты, я в слабом свете голографа рассматривала генератор, насколько позволяло узкое пространство. Выдвинуть полозья, к которым генератор крепился, чтобы рассмотреть его поближе, пока было нельзя.

Над головой вспыхнул яркий прожектор, на миг ослепляя и вынуждая зажмуриться.

— Извини, не подумал, — тут же отведя фонарь в сторону, произнес Агент. — маска хорошо регулирует, и я просто забыл, что свет может оказаться слишком ярким.

— Нормально, — махнула рукой, вытирая слезинку.

Нагнувшись над ящиком с инструментами, завистливо присвистнув, я начала выискивать то, что могло пригодиться первым делом. Разводной ключ, попавшийся на глаза, был новее и куда удобнее того, к которому я привыкла на «блохе», но я вс е же испытала острый приступ тоски, чувствуя, как совсем иначе лежит в руке инструмент.

Извлеченная батарейка оказалась черной, а не светло-голубой, с бледным свечением, как принято у генераторов такого плана. Видно, ее все же выжгло во время перепадов напряжения. Оставалось надеяться, что все остальное в целости. Впрочем, этого вполне можно было ожидать. Конструкция проста, как игральная кость.

Сунув руку в нишу за отключенный генератор едва ли не по локоть, я пыталась найти то место, где блокируются полозья. Кажется, не смотря на хорошее состояние челнока, кто-то все же не проверял их довольно давно.

— Нашла, — выдохнула с облегчением, нащупав место, в котором полозья заклякли*.— Кажется, тут что-то расплавилось, склеив их.

Вытянув руку из ниши, посмотрела на темные следы смазки то тут, то там.

— Или что-то вытекло и засохло, — под ногтями, которыми я колупала место спайки, остался рыжий осадок. — В любом случае, я бы пренебрегли целостностью полозьев, и занялась генератором. Это пока важнее.

— Делай, как считаешь нужным.

— Тогда позови Тана. Эта деталька слишком тяжела, чтобы я могла ее сама вынуть.

Я уже почти отделила одно из полозьев от основания ниши, когда вся наша компания собралась в отсеке.

— Что делать? — хальп замер напротив меня, с интересом следя за моими колупаньями.

— Я сейчас отсоединю провода, — буркнула, почти сунув руку под генератор по плечо. И вслепую выискивая пальцами нужный разъем, — а потом вам нужно будет просто выдернуть его из ниши. Полозье держится на честном слове, так что должно получиться. Но он тяжелый!

— Мы это знаем, Кира, — фыркнул Руш, подставляя перед нише гравиплатформу и опуская ее до нужного уровня, чтобы генератор не рухнул на пол, если крепления не выдержат.

— Вот и умнички, — недовольно проворчала я, чувствуя некоторую неловкость и отходя в сторону, чтобы дать Агенту больше места. Я вообще не привыкла кому-то объяснять, что делать, больше полагаясь на саму себя.

— Не злись, — мне показалось, что Руш под маской улыбается. — Сейчас мы достанем твой конструктор, и все будет хорошо.

Тихо ворча под нос, я наблюдала со стороны за тем, как мужчины дернули генератор один раз, второй. Внутри что-то заскрипело, треснуло, и с четвертой попытки генератор, скрипя искореженными полозьями, вытянули на дрогнувшую гравиплатформу.

— Что-то еще?

— Отойдите и не мешайте, — чувствуя, как зудят кончики пальцев, попросила я. Оказывается, я даже на физическом уровне соскучилась по перебиранию железа.

______________________________________

Заклякли- заржавели, залипли, застыли. (слово разговорное, но оно, в отличае от синонимов, может быть характеристикой сразу для всех этих ситуаций).

Глава 28

Полчаса времени и вскрытие показали, что генератор цел, если не считать пары контактов. Отодвинув особо хитро устроенный здесь лепесток, с которым соединялась «батарейка», я поманила пальцем Руша, указывая на темное место.

— Видишь? Вот тут замкнуло, когда система начала сбоить. Потому-то он и не запустился. Точнее, я предполагаю, что он все же запустился, а потом просто перегорел.

— Как быстро починишь? — Заглянув за плечо Руша, спросил хальп.

— То есть, вопроса, смогу ли я это починить, у тебя не возникает вовсе? — я хмыкнула, посмотрев на киборга. Лицо Тана удивленно вытянулось, словно он и правда не рассмматривал этот вариант. Покачав головой, поражаясь слепой вере в мои таланты, махнула мужчинам, чтобы отошли. Запустив в узкое пространство щуп, подцепила испорченный элемент, потянув наружу. — Минут десять, если это все, что следует исправлять. Вы бы пока нашли запасные «батарейки».

— Искать не нужно, — Ответил Руш, отходя куда-то в дальнюю часть грузового отсека.

Пока я ставила на место новую деталь, Агент принес яркую колбу, которая содержала в себе топливо для генератора.

— Почти, — чувствуя, как спина буквально горит под чужими внимательными взглядами, пробормотала, пытаясь попасть в разъем. С тихим щелчком деталь встала на правильное место, дав мне возможность распрямить уставшую спину.

— Пробуем ставить батарейку? — Руш ждал моего разрешение, не пытаясь сам сунуться, что говорило в его пользу.

— Нэть, сперва подключим. Иначе я не смогу контролировать поток подачи энергии. Не уверена, что нам удастся безболезненно его отключить прежде, чем «батарейка» полностью разрядится. Не на этой планете с ее выкрутасами.

Вытянув из ниши целый канат проводов, проверив, чтобы ни на одном не было разбитых оболочек, я подсоединила генератор. А затем перепроверила все еще раз. На всякий случай. На один только предохранитель посмотрела раза три, чтобы убедиться — сигнал об ошибке на него не попадет.

— Вот теперь давайте топливо.

Мне в ладонь легла теплая, слабо светящаяся колба. Вставив цилиндр в гнездо, повернула до щелчка и глубоко вдохнула.

Теперь, если все собрано правильно, генератор включится сразу, как только я выну защитный диск между двух контактов.

— Лучше отступите. Мало ли что я не учла, — было не просто признаваться в е возможной несостоятельности, но этот челнок сильно отличался от моей «блохи», так что вариантов что-то не учесть была куда больше, чем хотелось.

— Запускай, — тихо попросил Руш, положив руку на плечо. Мужчина явно чувствовал мое опасение, но сам излучал абсолютную уверенность. Такая поддержка за спиной меня немного успокоила.

Дернув защитный диск, позволяя контактам замкнуться, я отступила на полшага, стукнувшись о грудь Руша. Хотела тут же отойти, но одна ладонь обила талию, прижимая к твердому телу.

— Не дергайся. Ждем, — в тишине, голос Агента прозвучал довольно громко, так что я не стала вырываться. Тем более что момент на самом дела был решающий.

Прошла, наверное, одна минута. Затем вторая. И когда я уже практически отчаялась, думая вынуть батарейки и проверить все еще раз, лопасти вдруг с тихим гудением, двинулись.

Ноги ослабели от облегчения и я, вполне вероятно, упала бы, если бы не крепкая рука Руша на талии.

Лопасти крутились все быстрее, гул нарастал, а через мгновение в отсеке вспыхнул свет, заставив резко зажмуриться.

— Вот и отлично, — прокомментировал все хальп, потирая ладони. — Теперь можем отправляться наружу. Вы с нами?

— Нет, — я покачала головой, не отрывая взгляда от генератора. — Нужно определить. С какой скоростью расходуется батарейка, и какие системы забирают больше всего энергии. От этого зависит, как распределятся наши ресурсы.

* * *

Мне удалось так настроить системы при помощи Руша и ИИ, что мы могли растянуть одну батарейку дня на три. Если не повышать температуру воды в зоне очистки и не запускать аппаратуру в пищеблоке чаще трех раз за сутки. Все остальное, при выключенном двигателе оказалось не сильно энергозатратным.

Снизив интенсивность освещения, я смогла сделать так, чтобы на экране отображалась проекция забортного пространства. Направленного сигнала на это хватало. А вместе с особенностями ландшафта, мы могли наблюдать за тем, где и чем заняты Тан с Лалой.

— Думаешь, услышат? — Руш, сняв маску, пытался как-то настроить передатчики, чтобы сигнал не искажался, и можно было общаться.

— Попробуй еще немного сменить частоту. Волна будет короче, но не так подвержена воздействию? — я следила за тем, как Агент почти ювелирно настраивает волны. С передатчика слетели все настройки, и теперь, в режиме ручной регулировки, это было не так-то просто сделать.

— Кажется, примерно так, — склонив голову набок, решил Руш, рассматривая шкалу.

Щелкнув тумблер, мужчина запустил передачу, и в тишину рулевого отсека ворвались шипение, скрип и шелест.

— Тан? Меня слышно?

— Руш? — уровень помех был практически запредельный, но разобрать слова все же получалось.

Агент покрутил что-то еще, пытаясь снизить шумовое сопровождение, и немного скорректировал сигнал.

— Руш, здесь просто целый лес. Твой лазер, конечно, справляется, — голос хальпа стал четче, и уже можно было разобрать какие-то характерные только для него моменты. — Слышишь?

— Слышу нормально. Говори медленнее, тогда сигнал не искажается. Лала, ты с нами?

— Да, я в диалоге, — немного глухо отозвалась девушка, подтверждая, что ее так же удалось подключить к общему каналу.

— Отлично. Тан что у тебя?

— Твой резак начинает нагреваться. Стволы несколько плотнее, чем казалось. Лазер словно застревает в содержимом, так что быстро площадку мы не очистим. Не думаю, что справимся дотемна, судя по объему работы.

Отключив внутренний микрофон, я посмотрела на Руша

— Мы можем выйти и помочь. Сейчас Им-12 удаленно подключен и сможет проконтролировать систему. Даже если шлюз заклинит.

Агент откинулся на спинку кресла, в задумчивости барабаня по панели перед собой.

— Тогда может закрыть только внутренний шлюз, а внешний не блокировать. Чтобы в случае необходимости иметь возможность открыться руками.

— Так и поступим, — я щелкнула тумблер, возобновляя связь со второй парой.

— Мы выйдем вам помогать.

— Кто останется контролировать систему, — вновь прерываемый помехами, спросил киборг.

— Мой ИИ пока присмотрит. Даже если часть работы выполним — уже хорошо.

— Ладно, — Тан, наудивление, не возражал. Видно, его сильно впечатлил мой Им -12.

Перепроверив дополнительно все подключения и то, как работает ИИ, я повернулась к Рушу.

На лице мужчины было столь задумчивое выражение, что я напряглась. Кто-то будет пытаться возражать. Но о том, чтобы выпустить его туда одного, не могло быть и речи. Сам же с хальпом об этом спорил, пока я генератор чинила. Киборгу примерно так же не хотелось брать Лалану в потенциально более опасное место, чем внутренности челнока.

Но тут свою роль сыграла боязнь девушки замкнутых пространств. Я же подобных проблем не имела, но отпускать Агента, без прикрытия и поддержки, одного, не планировала.

— Даже не думай.

— Твоя спина все еще не в порядке, — надев маску, спокойно произнес Руш, словно этого было довольно, чтобы меня убедить.

— Практически да. И кроме того, моей единственной задаче будет следить за тем, чтобы тебя внезапно не сожрали, пока ты режешь листья. А в этом деле спина почти неважно. Лишь бы глаза нормально видели.

— И все же..

— Либо мы идем вместе, либо никак. Ты не хуже моего, а скорее всего, даже лучше, знаешь, какими бывают высадки на новые планеты. Никто тут гостей с улыбкой и рисом не ждет.

— Ладно, — и в этот момент я точно знала, каким бы было выражение его лица, если бы маска стала вдруг прозрачной. — Всегда знал, что ты очень упрямая женщина, Кира.

— Я? — добавив удивления в возглас, даже не пытаясь скрыть улыбку, я шла за Агентом в сторону жилых комнат.

— Именно. Стоило мне увидеть твою заявку, как я уже точно знал, что у меня будет поблем по самые уши. Только не думал, что они будут подобного плана. Впрочем, — Руш на миг обернулся, и мне показалось в полумраке, что я все же вижу его улыбку, — Я предполагал, что кто-то все же захочет убить ташву. Такой соблазн.

— Никому из медицинских корпораций уже давно не нужны наши гены. После тех событий, материала было предостаточно, — скривилась, не зная, что больше меня опечаливает: участие во всем этом Рамы, или сам факт, что я — ташва.

— Это ты так думаешь, — мужчина отступил в сторону, пропуская меня в едва освещенную каюту. — До сих пор на черном рынке иногда мелькают пластины ташв. И цена, должен сказать, вовсе не маленькая. Я даже удивлен, что твой приятель-фликан не решился подзаработать и на этом. Никак, в качестве личного проявления уважения к тебе.

— Всегда мечтала, — недовольно фыркнула, быстро скидывая «домашнюю» одежду и выдергивая с полки тонкий комбинезон.

— Ты очень красива, Кира, — тихо, мгновенно вгоняя в краску, произнес Руш.

Я же, на миг замерев, быстрее начала натягивать одежду, повернувшись к Агенту боком, чтобы не выглядеть такой вызывающей с другого ракурса.

— Подсматривать невежливо, — не поднимая головы, попыталась укорить мужчину.

Но тот, кажется, был совсем не в настроении укоряться.

— Конечно, — с явной слышимой иронией, отозвался Руш. — Покажи мне того, кто на это осмелится, и я честно набью ему морду.

Не зная, хохотать или все же рассердиться, я так и выпрямилась, натянув комбез только до талии. Сложи руки под грудью, весьма выразительно посмотрела на наглого страхового Агента. За время, проведенное на челноке, я, кажется, все же привыкла к его постоянному присутствию, так что даже не задумалась, снимая футболку.

— А ты сейчас конкретно чем занимаешься, позволь узнать?

Руш только фыркнул, демонстративно обведя рукой мою маленькую каюту:

— Не выпускаю из зоны контроля подохранный объект в ситуации, которая может представлять опасность.

— Сам придумал?

— Не поверишь, цитата из инструкции, — фыркнул мужчина, продолжая подпирать косяк.

— Ну да, — покивала, застегиваясь под самое горло. Осталось пристегнуть легкий шлем.

Еще раз перепроверив, как работает связь с ИИ, осмотрев комнату, и на всякий случай повесив на бедра пояс с инструментами, часть которых все же осталась на той глыбе льда, что и «блоха», я посмотрела на Руша.

— А ты не будешь переодеваться?

— Мне нужна только накидка, — пожал плечом Руш. — Ткань, из которой делают форму — сама по себе уже почти тайная технология. А с тем, что потом добавляют техники, мне даже в открытом космосе можно пару часов болтаться без дополнительного оборудования.

— И ничего не будет? Ни внутренне давление, ни объем легких? Ничего не пострадает? — мне не верилось, что такая, простая на вид, одежда, может выполнять столь сложную задачу.

— Практически ничего, — Агент отступил в коридор, пропуская меня теперь вперед.

А я в очередной раз с интересом глянула на собеседника. Уж очень плотным был налет тайн на самих страховых агентах, чтобы мое любопытство могло это все молча вытерпеть.

Глава 29

У самого шлюза челнока начинался ковер. Даже скорее не совсем ковер, а целый матрац из листьев и примятых стеблей.

Если ближайшие растения, больше всего похожие на гигантские монстеры желтоватого оттенка, были срезаны крыльями, то остальные, скошенные Таном, валялись как попало, цепляясь друг за друга и создавая вокруг настоящий хаос.

— Их придется либо совсем выжигать, либо крошить мельче. Иначе мы рискуем просто засыпать сами себя. Не многим лучше, чем оставить все как есть, — задумчиво произнес Руш, вытягивая из шлюз второй лазер.

Длинный, весьма тяжелый, прибор делал Агента несколько медлительным, сковывая движения даже в таком виде. А стоит включить резак, так Руш станет мишенью для любого, кто сможет обойти его со спины.

Развернув свой голограф и настроив анализ окружающего пространства, я недовольно фыркнула. Аппаратура пробивала не больше, чем на пару метров вглубь этих зарослей.

— Что там? — Раш, занятый настройкой лазера и установкой щита, не мог отвлекаться.

— Плотность большая. Совсем не пробивает. Им-12, ты тут? — включив передатчик, я ждала ответа от ИИ, надеясь, что он сможет проконтролировать ситуацию лучше.

«Да, Кира. Я вас вижу. И вторую пару тоже. Но сигнал нечеткий»

— Я слепа дальше чем на пару метров. Присмотри, чтобы нас не сожрали, — тихо попросила, чувствуя, как спина взмокла. Комбинезон вполне справлялся с регулировкой температуры извне, но вот с внезапно накатившим страхом поделать ничего не мог.

«Хорошо, Кира»

— Вы с нами? — голос хальпа был слышен лучше, чем в челноке. Видно, сама обшивка корабля сильнее искажала передачу, и так не самую лучшую на этой планете.

— Да, — Агент выставил прозрачный щит вокруг сопла лазера, и повесил отрегулированное оружие на плечо. При выставленной сейчас мощности инструмент выдавал тонкую волну длинной с полтора метра устойчивого колебания, а не как в пространстве открытого космоса — ряд коротких, прерывистых залпов на неограниченное расстояние.

— Мы пойдем со стороны носа. Не делай пока просеку шире пары метров, иначе не справимся с контуром.

— Так и думал, — я огляделась, пытаясь найти, где именно работают Тан и Лалой, но вокруг было так все завалено, что рассмотреть вторую пару не мог даже голограф. Но вдруг в метрах пятнадцати от нас на землю с громким шелестом повалилась пара гигантских листьев. Хальп и его кучерявая нацоя медленно двигались по кругу

— Не нравится мне плотность этих растений, — в голосе Лаланы явно слышалось недовольство. — В ботанике я особо не сильна, но, кажется, с ними что-то не так.

— Просто высокая трава, — почти безразлично отозвался киборг. Задумываться о таких мелочах было явно не в его стиле.

— Очень надеюсь, — тихий ответ Лалы все же удалось разобрать, несмотря на помехи.

— Идем? — небольшое расстояние между мной и Рушем делало связь куда лучше.

Поудобнее перехватив небольшую пушку, еще раз проверив голограф, я шагнула за Агентом в сторону зарослей.

Ближайшие листья были примяты и пружинили под ногами.

— Внимательно ставь ноги, — посоветовал Руш, сам тщательно выискивая опору. Кое-где на поломанных участках растений выделилась желтоватая слизь, отчего ботинки норовили соскользнуть.

— У тебя есть анализатор? Хотелось бы на самом деле проверить состав этих растений. Если мы вздумаем их выжигать…

— Рискованно, — я видела, как Агент покачал головой. Расставив ноги более устойчиво, Руш повел плечами. — Если что-то не учтем, вполне можем задохнуться от угарного газа и незнакомых примесей. И я не уверен, что при наших нынешних возможностях мы сумеем контролировать пламя. И правда, плотная структура.

Лазер работал почти бесшумно, издавая только тихое шипение, когда жидкость из растений начинала испаряться под высокой температурой, но даже широкая белая накидка на плечах Агента не скрывала того, с каким напряжением идет работа.

Мужчина первым делом срезал те стволы, что повалились и не давали пройти к основной массе зарослей, но это было куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Огромные листья, больше похоже на целые шатры, падая, закрывали под собой пространство на два-три метра вокруг.

Руш выругался, успев выскочить из-под одного такого в самый последний момент.

— Надеюсь, когда мы пройдем этот хаотичный участок, дальше получится укладывать их хоть по какой-то системе.

— Если срезать наискось, от левого плеча, тогда они укладываются нормально, придавливая друг друга. Тогда следующий ствол почти без помех можно достать, — голос Тана звучал совсем глухо, но слова разобрать было можно.

«Кира, движение на 10 от носа челнока в вашу строну. Скорость высокая»

— Руш, слышал? — я всматривалась в пространство впереди, но ничего, кроме желтых листьев, частично закрывающих белое небо, не видела.

— Да. Отходим к челноку, — Агент отключил лазер, удобнее перекинув громоздкий инструмент за спину, и отступил ко мне.

Подав руку, помогая удерживать равновесие на скользких стеблях и листьях, мужчина потянул меня вперед к светлому боку корабля.

— ЦунХиТан, возвращайтесь немедленно.

«Кира, тридцать метров. Приближается. Две минуты до контакта»

— Мелкие наашто черных дыр, — Руш осторожно подтолкнул меня к боку корабля, развернувшись в сторону зарослей.

В этом месте вычищенный участок был довольно большим, метров пять от бока челнока, так что хоть какой-то обзор имелся.

— Тан, вы где?!

— Здесь, — киборг, резко и с силой опуская ноги, практически вбивая их в месиво листвы для устойчивости, тянул за собой Лалану.

Толкнув девушку ко мне, проследив, чтобы нацоя все же не упала, хальп перекинул вперед свой лазер, вскочив пушку на боевой режим.

— Мы не успеваем открыть шлюз?

— Никак. Нам надо не меньше…

Руш недоговорил, так как со стороны леса донесся треск. Это было похоже на механический скрежет, с которым гусеницы вездехода перекатываются по камням, а поверх всего наложилось шуршание листьев, вынуждая ежиться.

Я невольно сильнее сжала оружие, плотнее прижимаясь к боку челнока.

Первыми появились жвала с парой длинных усов на плоской морде.

— Твою ж систему, — едва слышно выдал хальп, оценив размеры, когда гигантская многоножка легко переставила несколько передних конечностей, просто переступив листья двухметровой высоты. Похожие на колья, разделенные на сегменты, они втыкались в зеленую массу, разбрызгивая кругом желтоватый сок.

По спине темными пластинами, размером с дверь нашего шлюза, раскинулся панцирь. Именно касание разных частей хитина создавало этот механический, скрипящий звук.

— Может, попробовать открыть шлюз? — мне вовсе не хотелось находиться тут, если многоножка обратит на нас свой интерес. Я насекомых не любила вовсе, а к таким испытывала просто непередаваемый трепет, замешанный на страхе и отвращении.

Размером эта тварь была не сильно меньше, чем наш челнок.

— Лучше не дергайтесь. Есть надежда, что она просто проходила мимо, — едва слышно прошипел Руш.

И в этот же момент многоножка повернула в нашу сторону свою огромную голову, хищно щелкнув жвалами.

Я в ужасе смотрела на это чудище, тень от которого закрывала половину рукотворной поляны, и не могла нормально дышать. Никогда не любила насекомых, но при встрече с этим мое чувство неприятия, кажется, достигло апогея. И было пока не понятно, от переизбытка ощущений меня сейчас вырвет или я просто потеряю сознание.

Рядом, шумно дыша, так что было слышно даже через коммуникатор, дрожала всем телом Лала.

— Девушки, сейчас вы очень медленно, без резких движений начинаете двигаться к грузовому отсеку. Пусть ИИ откроет для вас ту дверь.

— Будет разгерметизация, — тихо ответил я, словно эта тварь с плоской башкой, украшенной жвалами, могла нас слышать.

— Лучше потратить половину заряда генератора на фильтрацию кислорода, чем рисковать вами. Прикажи ИИ заблокировать пока грузовой отсек, чтобы были меньше потери, и давайте двигайте отсюда.

— Может… — Лалана нервно сглотнула, решив, судя по тону, возразить Рушу, — мы могли бы помочь? У нас есть оружие.

— Плохая идея, — хальп, стараясь двигаться практически незаметно, что-то щелкнул на своем лазере. — Не думаю, что тварь будет представлять серьезную угрозу, но в противном случае, нам придется все время следить за вами, так что…

Киборг не успел закончить фразу, как ситуация в одно мгновение изменилась. Многоножка, резко согнув передние конечности, практически упала на землю, щелкнув челюстью в том месте, где секунду назад был Руш. Агент каким-то невероятным по скорости, размытым движением оказался совсем с другой стороны. В его руках больше не было тяжелого лазера, а только небольшой лазерный клинок, светящийся каким-то мрачным цветом на грани между белым и черным. Мне даже показалось, что свет идет не наружу, а наоборот, поглощается этим оружием.

— Идите! — ЦунХиТан дернул гашетку, и в многоножку полетела серия сверкающих зарядов, заставив тварь громко затрещать, и неровной шуршащей волной хитиновых панцирей, откатиться немного назад.

— Кира! Не отвлекайте! — Голос Руша был совсем немного напряженнее обычного, но мне показалось, что я получила подзатыльник.

Вздрогнув всем телом, ухватив Лалу за руку, со всей возможной скоростью бросилась к хвосту челнока, командуя Им-12 блокировать грузовой отсек.

— И выкачай оттуда весь кислород. Можешь?

«Могу попробовать, но гарантий нет»

— Делай, — вдруг прямо передо мной, едва не попав по ноге, в подушку из листвы, с силой опустилась сегментированная нога-копье. Замерев, словно меня парализовало, с трудом устояв, когда в спину на скорости врезалась Лала, я подняла глаза.

Сердце колотилось в горле, легкие жгло от ужаса, не дающего пошевелиться. За спиной тихо поскуливала Лала, явно испытывая схожие трудности.

Многоножка, видно, приняв нас за наиболее интересный вариант добычи, выдернув конечность из подлеска, поднялась на несколько метров вверх, зависнув на месте. Вот теперь было видно, что опасность не только в жвалах, что ходили ходуном, но и в передней паре ног. Они были длиннее остальных, и более плоскими. Как кухонные ножи моей мамы. Только несколько крупнее.

— Кира, не спать! — Руш появился между нами и многоножкой, выставив свой «темный» клинок. Из-за спины прямо в голову насекомому понеслось несколько ярких вспышек, вынуждая чудовище дернуть головой. — Ушли отсюда!

Невероятным усилием я заставила себя двинуться вперед, и почти тут же голова многоножки дернулась к нам, встретив на своем пути клинок Руша. Как ни удивительно, жвала выдержали удар Агента, удиви не только нас, но и самого мужчину.

— Тан, хитин не пробить, пробуй по глазам, — извернувшись, чтобы отвлечь многоножку от нас и увлечь ее немного в сторону, проговорил Агент, вовсе не запыхавшись.

— Тебя могу зацепить, — выстрелы все еще летели со стороны киборга, но их целью скорее было просто отвлечь внимание, так как вреда эта тварь не получала никакого.

— Кира, вы где? — мы резко вильнули за бок челнока, тут же попав в грузовой отсек, шлюз которого начал медленно закрываться.

— На месте, — дрожащим голосом выдала, пытаясь дождаться, пока закроется дверь.

— Наконец-то, — в голосе звучало явное облегчение, и тут же все стихло. Кажется, нас отключили от канала связи.

— Им-12, подключи нас к диалогу! — покинуть грузовой блок и попасть в рулевой отсек мы не могли до тех пор, пока из этой части челнока не выкачает весь планетарный газ. Придется так и стоять, дыша через фильтры скафандров, пока процесс не завершится.

«Закрытый канал»

— Матрицу выжгу! — подойдя к двери, что вела в следующий отсек, я в бессилии стукнула кулаком по ее поверхности. Вокруг гудели вентиляционные фильтры, еще больше нагнетая нервную систему, а я ничего не могла ни увидеть, ни услышать.

Оглянувшись на странный звук, увидела Лалану, осевшую на пол и обнимающую колени. Девушка медленно раскачивалась и тихо подвывала от страха.

— Лала? Что с тобой?

— Кира, я так за него боюсь! — Тихо отозвалась девушка, подняв на меня заплаканное лицо. Ее шлем даже начал запотевать от влажности, делая черты лица немного размытыми. — Он на самом деле такой неловкий иногда, такой рассеянный!

— Поверь, — я присела рядом и положила руку на плечо нацои, пытаясь успокоить. Наша паника никак не могла помочь мужчинам, — это двое прекрасно справятся с какой-то мелкой многоножкой.

Лала скептически вскинула бровь, но хоть выть перестала, что не могло не радовать.

— Ладно, не такой уж мелкой, — пошла на небольшие уступки я. — Но все же Руш слишком быстр для этой твари, а Тана она просто не прожует с его металлическими вставками.

Нацоя нервно хихикнула, возвращаясь в относительную норму.

— Но в любом случае тебе бы стоило чуть больше верить в ЦунХиТана, если ты его на самом деле любишь. Он куда сильнее, чем был когда-то.

— Но я слышала, в каком состоянии его нашел Руш! Тан был едва живой!

— Не едва, а вполне себе даже очень, — немного приврала я, радуясь, что сама не видела, как выглядел тогда хальп. — И это после того, как раскидал две группы нападавших. Так что отнесись к нему с большим доверием. Может, это позволит и ему пересмотреть ваши отношения.

— Ладно, — Лала мгновенно стала серьезной, стоило упомянуть попытки киборга отдалиться.

Я подумывала добавить еще пару фраз в том же духе, чтобы отвлечь Лалу от текущего состояния дел еще больше, но с тихим шипением внутренняя дверь грузового отсека отошла в сторону.

— Наконец-то! — Подскочив на ноги, не обращая больше ни на что внимания, я рванула в рулевой отсек, стаскивая шлем и командуя на ходу. — Термальную проекцию забортного пространства на экран!

—Неоправданные энергетические затраты, — Им-12 отвечал через внутреннюю связь корабля, так что его было слышно куда лучше, чем чрез коммуникатор.

— Это приказ! Выполняй!

— И чего мы так кричим? — основной шлюз открылся в тот момент, когда я пробегала мимо, едва не влетев в Руша, снимающего себя заляпанную чем-то едко-желтым накидку.

— Вы?… — и я, и бегущая позади Лала резко затормозили, с трудом удержавшись на ослабевших ногах. Голос осип. Как бы я ни говорила, что все хорошо, волнение все равно было достаточно сильным. — Вы целы?

— Знаешь, приятель, — Агент повернулся к киборгу, снимающему шлем. В голосе было полно легкой насмешки и напускного сожаления, — кажется, нас почти похоронили здесь. А мы так старались.

— Я не… — щеки опалило жаром. Странно было слышать обвинения в том, в чем сама только что укоряла Лалу.

— Не переживай, ташва, еще не все потеряно. — Тон Руша сменился. Теперь там было что-то глубокое, горькое. — Когда-нибудь меня все же убьют.

— Я не это имела в виду, — тихий лепет мало походил на слова, но мужчина уже не слушал. Похлопав по плечу киборга, Руш прошел мимо нас в свою каюты, поставив точку звуком закрывающейся двери. Растерянная, я обернулась к хальпу, надеясь услышать хоть что-то вразумительное от него. — Что я не так сказала?

— Чего ты его пинаешь, Кир? Парень же старается, — хальп выглядел уставшим. Видно, «косить» местные растения, а потом еще и сражаться с многоножкой оказалось не так просто.

Но не это было странным. Меня несколько шокировали слова киборга.

— Шутишь? Я его вообще не трогаю, — оглянувшись за поддержкой к Лале, выставила перед собой руки.

— Ой, а могла бы уже немного и потрогать. А то и самой хочется, а не даешь, и ему ничего не позволяешь. Руш вон уже не знает, с какой стороны к тебе подступиться, чтобы хуже не сделать.

И столько эмоций в голосе, словно я его, а не Агента за нос вожу.

Глубоко вздохнув, чувствуя, как внутри поднимается злость, я сложила руки под грудью, уставившись на хальпа.

— Знаешь, Тан, вот кто бы уже говорил. Лала тут чуть с ума не сошла, пока вас не было, а ты словно ее не видишь. Так что не тебе меня упрекать.

— Это другое, Кира, — мне показалось, что вот теперь хальп на самом деле рассердился. Глаза превратились в узкие щелки, а из ноздрей разве что пар не шел.

— И в каком месте другое? Не хочешь рассказать? — Чувствуя, что еще немного, и мы просто начнем друг на друга орать, как подростки, я громко фыркнула и сделала несколько шагов прочь, в сторону собственной каюты.

Не дойдя до распахнутой двери шагов пять, остановилась, не слыша движения за спиной. Чувство тревоги все еще сидело где-то внутри.

— Вы ее прогнали или прибили?

— Голову оторвали, — также тихо и уже совершенно спокойно отозвался хальп. — Передохнем немного, и надо будет куда подальше оттащить, пока падальщики не набежали.

— Предупредишь, как пойдете. Посмеете сами туда сунуться — слабительное в ужин подсыплю, так и знай.

Ответом мне стал довольный смешок Тана. Ему тоже не нравилось быть в ссоре.

— Слышал меня? — скорее проверяя, насколько мы вернулись к нормальному общению, понизила голос я.

— Слышал-слышал, Тихая Кира. Иди уже. И не забудь потом к Рушу заглянуть. Когда мы видеть не будем

— Тан! — Лала, молчавшая до сих пор, не удержалась от возмущенного вскрика.

— Что? Они как два подростка, кругами ходят, — необычайно откровенно выдал киборг. И уже куда тише, обращаясь к нацое: — Ты правда так сильно переживала? Или просто не веришь в мои силы.

— Это не так…

Глава 30

Тварь двигалась по высокой траве достаточно небрежно, чтобы не быть услышанной даже без подсказок ИИ, но лишними комментарии Им-12 все же не были. Звук искажался из-за растительности, и с точным определением направления могли возникнуть сложности.

Когда огромная голова появилась над зарослями, я немного выдохнул. Подобных тварей я встречал, так что представлял, что тут можно сделать. Вот только Кира и Лала…

— Девушки, сейчас вы очень медленно, без резких движений начинаете двигаться к грузовому отсеку. Пусть ИИ откроет для вас ту дверь.

Попытки возразить оказались весьма слабыми. Обе наши красавицы горели желанием убраться подальше от этой твари, особенно когда многоножка дернулась вниз, совсем немного не дотянувшись до Киры. Я успел заблокировать жвала в самый последний момент. Но по какой-то причине, клинок не сумел отсечь ту часть, с которой соприкоснулся. Это было необычно и весьма ново.

И неприятно.

Если мое привычное оружие не может повредить эту броню, то у нас с Таном намечаются проблемы.

— Кира, вы где? — Я не слишком активно отмахивался от многоножки, сделав знак киборгу немного придержать залпы. Пока девушки не оказались в безопасности, не стоило переходить к активным действиям.

— На месте, — голос Киры немного дрожал, но это было неважно, если ташва была в безопасности.

— Наконец-то, — не сдержавшись, выдохнул вслух, и тут же перекрыл общий доступ к диалогу, оставив на канале только нас с хальпом. — Бей над головой. Мне нужно, чтобы тварь опустилась!

Киборг, будучи весьма неплохо обучен в обращении со стрелковым оружием, дал пару залпов по самой макушке твари, вынуждая ту опустить голову. Попытка ухватиться за один из усов ничего не дала. Перчатки скользили по гладкому хитину, только чуть притормаживая на сочленениях.

Многоножка тряхнула головой, отчего я потерял опору, окончательно выпуская из рук ус. В последний момент успев вернуть равновесие, ушел от прямого удара длинной и острой конечности, что с силой опустилась на то место, где я должен был приземлиться.

— Юркая. И крепкая, — с недовольством произнес Тан, продолжая короткими залпами корректировать положение многоножки. Выстрелы не могли повредить твердый панцирь, то и без внимания их оставить никак не получалось. Только как долго этот способ будет действенным?

— Не без этого, — я намеренно почти подставился, позволяя многоножке щелкнуть жвалами у самого плеча. Только результата и это действие не дало. Даже если ткнуть клинком прямо в пасть, многоножка сильно не пострадает. Только разъяриться еще больше.

Оставался единственный вариант, к которому совершенно не хотелось прибегать.

Сделав несколько обманных выпадов, заставляя насекомое поворачивать голову то в одну, то в другую сторону, я откатился к корпусу корабля, позволив себе выделить мгновение на раздумья. Без подготовки на такой риск не стоило идти.

— Тан, брюхо такое же? — мы все трое замерли на несколько мгновений, переводя дух. Кажется, что даже многоножка предчувствовала — следующий выпад может стать решающим.

— Еще темнее, — недовольно отозвался хальп. — Там плотнее хитин.

Я глухо выругался, перекидывая клинок в другую руку. Если уж поступать так, то правая мне будет нужнее.

Многоножка кинулась внезапно, заставляя отскочить от челнока. Пробегая под ее брюхом, я все же ударил по одному из сочленений ног, но попал в крепкое навершие, закрывающее сегмент. Клинок отскочил, словно был из металла.

— Тан, есть мысль, но тебе не понравится.

— Я догадываюсь, — тихо отозвался хальп, выпуская короткие залпы в голову чудовища и не позволяя сороконожке поймать меня под собственным брюхом.

Пользуясь моментом, я выскочил с другой стороны, разогнувшись. Теперь многоножка находилась между мной и киборгом, яростно переступая ногами и превращая листья внизу в скользкое месиво, удержаться на котором с каждым мгновением было все труднее.

— Мне надо подставиться.

— Прекрасный вариант, — Тан не так часто использовал иронию в речи, чтобы ее можно было пропустить мимо ушей. — И это лучшее, что ты придумал? Я бы предложил отсидеться, вот только…

— Вот только девочки, — фыркнул я, кругом обходя многоножку, утопая в желтой жиже почти по щиколотку. — Лале надо искать ее корабли, а Кира до дрожи боится насекомых. Так?

— Именно, — короткий выстрел, и многоножка трясет головой, так и не ухватив меня последним рывком.

— Тогда делаем так, как я скажу.

— Кира меня потом по полу раскатает, — несколько уныло отозвался хальп, но я видел, как он шире расставляет ноги, принимая более устойчивую позу.

— Не думаю, — в голос сама собой пробралась горечь. Все шло совсем не так, как планировал. С этой ташвой все было не так.

Руку сжало челюстями так, что в глазах на миг потемнело, но защита сделала свое дело. Многоножка не могла ни переломить кость, ни даже нанести серьезный урон, так хорошо сработала моя привычная одежда.

— Давай! — сжав челюсти, чтобы не дать боли затмить сознание, я дождался нескольких залпов Тана. Выстрелы, точные и короткие, заставили Многоножку вскинуть голову, но не разжать челюсти, на что я и рассчитывал.

Оказавшись в верхней точке, от рывка перелетев за голову твари едва не рыча от боли в руке, я, изогнувшись, все же вогнал клинок в маленький, темный глаз-бусину насекомого.

Челюсть тут же разжалась, многоножка зашипела и затрясла головой, но я уже оказался на первом сегменте спины, сразу за головой. Теперь дело было за малым — удержаться хоть на пару секунд.

— Тан, стоп! — залпы тут же стихли, а я, отключив клинок и позволив ему повиснуть на петле темляка, крепче сжал зубы и ухватился за выступ на панцире впереди. Рука немного скользила, но в таком положении я удерживался и ногами, так что у многоножки не было шансов скинуть неожиданного наездника.

В зажатую руку возвращалась чувствительность, пальцы изрядно кололо. Но это было слишком, слишком медленно.

Понимая, что рука просто не успеет окончательно восстановиться за такой короткий срок, я все же рискнул. Многоножка тоже приходила в себя, а это становилось уже по-настоящему опасно.

Отпустив нарост на панцире, надеясь, что силы ног хватит, я перехватил рукоять клинка обеими руками, прижав к месту соединения головы и второго сегмента. И включил.

С тихим шипением лазерное лезвие прошло вглубь тела многоножки, отчего насекомое заверещало, тонко и громко.

Не дожидаясь, пока меня сбросят и затопчут, превращая в фарш в оболочке, я потянул лезвие вниз, рассекая мышцы и мягкую плоть, скрытую между частями панциря, как головку сыра.

Многоножка верещала и крутила головой. Брыкалась всем телом, но я сжал ноги до онемения, не позволяя себе отвлекаться. Второго шанса она мне не даст.

В обратную сторону клинок пошел быстрее, и после нескольких конвульсивных движений, насекомое рухнуло на месиво из травы и желтой слизи, едва не придавив и меня своим весом.

Успев соскочить со спины многоножки в последний момент, я в очередной раз тряхнул рукой, стараясь вернуть чувствительность пальцам.

— Лихо ты, — подходя по большой дуге, прищелкнул языком хальп. Его оружие дымилось, явно плохо реагируя на местную атмосферу, но сам Тан был довольно весел и бодр. — Но маневр был рисковый.

— Да, но ничего более подходящего в голову не пришло, признался, осматривая комбинезон на руке. Ткань даже не смялась, не то чтобы где-то порвалась, но конечность под ней ныла изрядно. — Слишком местность неудобная. Ни опор, ни деревьев. С такой тварью особо не повоюешь на ее территории.

– Панцирь уж больно плотный, — кивнул киборг, подойдя ближе к многоножке и стукнув по хитиновому наросту. — Лучше силового щита будет. Видал, как по нему выстрелы соскальзывали?

— Да. И мне кажется, было бы неплохо часть этих пластин отколупать. Кто знает, сколько нам еще на этой планете сидеть. И кто тут обитает.

— Верно. Но сперва стоит успокоить наших девушек. Думаю, они там себе места не находят.

— Сомневаюсь, что Кира так уж обеспокоена. Если бы не состояние челнока, ташва была бы рада, что я не вернусь.

— Не наговаривай, — хальп покачал головой подходя к основному шлюзу корабля. — Кира довольно дикая, но не бессердечная.

— Уверен, что это правдиво и в ее отношении ко мне? Я не сделал ничего такого, чтобы она равняла меня со всеми, ставя на тот же уровень, на котором этот фликан, Рама. И все же, ко мне нет ни доверия, ни улыбки.

— Но сердце-то екает, — растопырив руки и дожидаясь, пока нас обработает дезинфицирующий состав, заметил Тан.

Пользуясь тем, что аппаратура слишком громко шипела, и меня было бы не слышно, я только покачал головой, пробормотав под нос:

— И что в этом толку, если она его загнала в самый дальний угол и не позволяет подать голос.

Внутренняя дверь с тихим шипением открылась.

— Это приказ! Выполняй! — Кира, несясь мимо резко махнула рукой, едва не зарядив ладонью мне по маске

— И чего мы так кричим? — Я расстегнул накидку, стараясь не смотреть на ташву. От боли в руке я был не в состоянии поддерживать позитивный нейтральный диалог.

— Вы?… — глаза Киры распахнулись во всю ширь, ресницы как-то недоверчиво-удивленно затрепетали. — Вы целы?

— Знаешь, приятель, — это было словно подтверждением моих слов, сказанных хальпу снаружи. Кира не доверяла. Она позволяла ее лечить, помогать, даже купать. Но при этом не верила в меня ни капли, — кажется, нас почти похоронили здесь. А мы так старались.

— Я не… — ташва как-то стушевалась, оглядываясь за поддержкой к Лалае, но я больше не мог терпеть. Кажется, нижний слой одежды слишком уж сильно вдавило в руку челюстями многоножки. В любом случае, мне нужно было посмотреть и обезболить травму.

— Не переживай, ташва, еще не все потеряно, — не справившись с эмоциями, почти зло произнес. — Когда-нибудь меня все же убьют.

Глава 31

Я так и стояла в коридоре, пока Лала и Тан не ушли в рулевой отсек. Киборг непременно хотелось проверить, как ИИ фиксировал происходящее снаружи.

Я же никак не могла понять мотивов такого поведения Руша, совершенно ему не свойственного. Агент до сих пор не позволял себе столь резко высказываться или переносить на кого-то своё недовольство. Во всем этом было столько абсурда, что хотелось его пару раз пристукнуть, как подвисающую аппаратуру.

Но вместо этого я медленно подошла к двери его каюты, сама пока не зная, что же стану делать. Но так оставлять все было просто недопустимо.

Остановившись, не зная, с чего все же начинать, я заметила небольшую щель в пол ладони. Отрезанная от подачи электричества, дверь не закрылась до конца. Склонив голову и сощурившись, я заглянула в каюту Руша.

В полумраке сидя на кушетке, в помещении едва ли большем, чем моя собственная каюта, светловолосый и растрёпанный, Агент ругался сквозь зубы. Мне было плохо видно, так как мужчина сидел спиной к двери, но напряженные мускулы, весьма впечатляющие, надо заметить, перекатывались в напряжении по белой кожей.

— Насекомые, женщины, тайны, — Агент бормотал сквозь зубы, перемежаясь слова ругательствами.

И вдруг, словно что-то почувствовав, мужчина повернулся ко мне, безошибочно поймав мой взгляд.

— Долго там стоять планируешь? Заходи и помоги, если уж решилась прийти.

— Я не решалась, — больше из упрямства возразила я, все же входя в каюту и уже более тщательно прикрывая дверь. И только когда та со щелчком захлопнулась, я поняла, что по сути впервые оказалась в комнате полуголым Агентом. Как-то до этого момента обычно я была неодетой.

То ли от нервов, то ли от всего произошедшего за этот день мне вдруг стало невероятно смешно. Уже не опасаясь, как именно Руш может на это отреагировать, я вдруг рассмеялась. В этом был какой-то процент истерики, так как остановиться я уже не могла. Меня накрывало с такой силой, что начало сводить живот, а потом и стрелять в свину.

— Я понимаю, что все это очень забавно, — Руш поднялся с узкой кровати, и подойдя ближе осторожно погладил меня по спине между лопаток, пытаясь успокоить. Мне даже показалось, что Агент больше не сердится, как всего мгновение назади, но я все ещё вздрагивала от смеха, не в состоянии угомониться.

— Ты в порядке? — кажется моя реакция ненашутку встревожила Руша.

Я только покачала головой, пытаясь выравнять дыхание после такого странного и несвоевременного приступа.

— Не думаю. Это все слишком для моей неокрепшие психики. То друзья начинают стрелять, то гигантские сороконожки. Нет, как-то это все за пределами моих мечтаний. Первым делом, как только выберемся из этой «экспедиции» отправлюсь на како-нибудь курорт. На десять дней. Нет, — я покачала головой, подняв решительный взгляд на Руша, — на пятнадцать.

— Давай на двадцать, — как-то провокационно предложил мужчина, поведя плечом.

— Э, нет. Так простой я не могу себе позволить. Слишком дорого. Даже не знаю, во сколько это может обойтись.

— Ты можешь хоть немного не думать о прибыли или работе? — Руш приподнял бровь, уперев руки в бока, отчего мускулы на груди обозначились гораздо чётче, вдруг затмив все остальное.

— А? — глупо переспросила, чувствует что потеряла нить разговора.

Облизнув внезапно пересохшие губы, кое-как все же умудрилась оторваться от торса мужчины. Уж очень все там было рельефно и скульптурно.

В глазах Руша блеснуло что-то лукавое, словно все мои мысли были уже прочтены.

— Помоги меню, раз уж пришла, — Агент отошёл к кушетке, на которой я только сейчас заметила небольшой бокс. Руш сел рядом, вытянув вперёд левую руку. И только теперь я смогла рассмотреть темную насыщенную гематому, кольцом опоясывающую все конечность чуть ниже локтевого сустава.

— Это что? — я подошла ближе, с ужасом рассматривая этот контраст белой, почти снежно кожи и синего, насыщенного до черноты, с красными вкраплениями, синька.

— Это последствия осознанной глупости. Я могу и сам все сделать, но… — Руш замолчал склонив голову набок и наблюдая за мной из-под ресниц, — но очень надеюсь на твои руки. Ты же не откажешь?

— Нет конечно! — мысль, что можно сейчас уйти и не выполнить просьбу мужчины, оставив его одного, даже не промелькнула в моей голове. Не после всего, что он сделал для меня.

Обогнув Агента, я заглянула в бокс с медицинскими мелочами. Меня немного озадачило, что Руш не отправился в медотсек, а принялся лечить себя сам и в каюте, но это пока меньше озадачивало, чем набор юного медика.

— Я даже не знаю, восхититься мне тому, что я вижу или все же изобразить обморок, — честно призналась, вынимая за ручку тонкий ножик с косым лезвием. — Это что? Вскрывать капсулы?

— Думаю, ты уже и сама поняла, что это просто скальпель, — Руш вытянул небольшой аэрозоль, упаковку узкой паутинки и активатор. — Лазерный скальпель не всегда подходит. Иногда приходится орудовать чем-то более простым, но надежным. Как механик, ты должна это понять.

Мне оставалось только кивнуть, прежде чем приступить к обработке руки Агента. Заматываю последний слой паутинки и готовя активатор, я обратила внимание на множество тонких, ещё более белых, чем кожа, шрамов на теле мужчины.

— Откуда это все?

— Но ты же не думала, что у тебя монополия на подобные украшения? — Агент смеялся, но за словами пряталась очень много всего.

Решив не заострять на этом внимания, я только кивнула, возвращая медпрепараты на место.

— Не уходи, — вдруг тихо попросил Руш, пока я складывала паутинку в бокс. — Побудь немного со мной.

Жалобные нотки не должны были меня задевать. Я прекрасно знала, что мужчина привык переносить и не такую боль, а сам синяк никакой опасности не представлял, обработанный вовремя. Но внутри что-то все же замерло.

— Ты пользуешься моей добротой и жалостью, — тихо прокомментировала происходящее, не поднимая головы. Упоминать, что мне и самой хочется тут остаться я посчитала все же лишним.

— Да, — Руш поймал мою ладонь, переплетясь пальцами, — и даже не думаю этого скрывать. Если тебе тяжело решиться или сделать шаг, оставь это мне. Побудь со мной немного.

— Агрх, — тихо выдохнула. Терзаемая муками нерешительности, не зная как принять «правильное» решение и что потом с ним делать, я так и стояла на месте, чувствуя, как пальцы мужчины сладко обжигают кожу.

— Останешься?

— Ненадолго, — выдохнула я, понимая, что просто не могу сейчас уйти. И вовсе не из-за того, что Руш пострадал. Я просто этого не хотела.

* * *

Плюнув на все на свете, на все предрассудки и сомнения, я убрала бокс с медикаментами на небольшой стол напротив кровати Руша, да так и замерла, не зная, как быть дальше. Койка за спиной тихо скрипнула и на плечи мягко легли большие ладони.

— Ты даже не переоделась, — тихо шепнул Руш куда-то в затылок, заставив волоски шевельнуться а по коже волной пробежаться мурашкам.

— Не успела. Очень волновалась, что вас там сожрут одних, — легкоее волнение в голове все же угадывалось, несмотря на все попытки держать себя в руках.

— О, да. Мне даже сложно придумать, что ещё нужно сделать, чтобы ты посчитала меня достаточно сильным, чтобы справиться с каким-то насекомым, — фыркнул Агент и коснулся горячими губами шеи.

От одного этого легкого и довольно невинного поцелуя все тело встрепенулось. Тут же, подтверждая, что моя реакция не осталась незамеченной, раздалось тихое мурчание, будоража чувствительную кожу ещё сильнее.

— Ответишь мне на один вопрос? — Руш почти шептал, при этом и не думая отстраняться. Ладони с плеч скользнули по рукам, как-то совершенно неожиданно для меня оказавшись на талии и довольно чувствительно ее сжав.

И мне это понравилось до дрожи.

— Спрашивай, — так же тихо отозвалась, словно нас кто-то мог подслушивать.

— Хм, но ты не обещаешь ответить, — ладони скользнули по груди, даже через плотную ткань комбинезона вызывая непроизвольную реакцию тела. Тихо щелкнул первый клапан у горла, заставив вздрогнуть от предвкушения, стоило Рушу его резко дернуть.

— Не обещаю, — чувствуя, как начинаю мелко подрагивать уже всем телом, сипло отозвалась.

Тело, словно получив долгожданную свободу, вело себя совершенно не так как обычно, реагируя очень остро и откровенно на самые легкие касания.

— Вредная, вредная Кира, — спускаясь ниже по шее, медленно расстегивая молнию на груди, пробормотал Руш, прихватывая тонкую кожу губами. — Но пусть будет так, если хочешь.

— Хочу, — резко выдохнула, кажется, совсем утратив тему беседы.

Как подтверждение этому, мужчина за моей спиной тихо хмыкнул, и неожиданно толкнул меня чуть вперёд, вынуждая прижаться бёдрами к краю стола. Теперь между нами совсем не оставалось свободного пространства.

— Скажи мне, маленькая вредная ташва, когда тебя последний раз касался мужчина?

Почувствовав, как все тело вмиг похолодело, дёрнулась, стараясь вырваться из захвата. Только Руш это предвидел, крепко обняв со спины и прижав мои руки к телу. — Тише, тише. Можешь не отвечать, только злиться зачем? Тш, Кира. Больше не буду спрашивать об этом.

Руки медленно ослабили захват. Одна скользнула к волосам, медленно пройдясь по шее к затылку, другая вернулась к молнии, одним резким движением расстегнув комбинезон до талии.

— Ты так остро реагируешь сегодня на каждое мое касание, что я готов ещё раз подставиться этой многоножке, только бы закрепить эффект.

— Не смейся надо мной, — тих попросила, чувствуя себя невероятно уязвимой и какой-то слишком уж чувствительной.

— И не думал даже. Я знаю, что ты смелая и сильная, и потому для меня ещё более ценна твоя реакция сейчас. Расслабься и доверься мне.

Руш отступил на полшага, давая мне немного свободы, но вместо облегчения я почувствовала какую-то внутреннюю пустоту и желание вернуться в эти крепкие, такие смелые, без тени сомнения, объятия.

Но мужчина и не думал останавливаться. Скользнув руками к вороту комбинезона, Руш потянул жесткую ткань вниз, обнажая мои плечи. Тут же захотелось поежиться от внезапного холода и неловкости, но мне не дали и мгновения на то, чтобы погрузиться в свои мысли.

Стянув ткань, Руш тут же повернул меня к себе, внимательно вглядываясь в глаза, словно там и правда были написаны все мои самые сокровенные мысли.

— Ты так красива сегодня. Просто невероятно прекрасна, — слова были произнесены просто и спокойно, но я вдруг почувствовала себя и правда прекрасной, словно не было растрепанных волос и жуткого шрама на весь бок. И все же внутренний протест не дал промолчать.

— Ты наверное плохо видишь без своей маски, — горькая ирония просочилась наружу, как я не пыталась ее загнать поглубже.

Я только открыла рот, чтобы продолжить, как губ коснулся палец, заставляя забыть все слова, что готовы были сорваться с языка.

Руш улыбнулся мягко и тепло, покачав головой.

— Не говори мне того, что придумала, Кира. Сегодня ты так прекрасна, что мне просто больно тебя не касаться, — отступив на шаг, Агент опустился на койку, рассматривая меня с каким-то невероятным восхищением. Присев, Руш продолжал удерживать меня за талию, не давая ускользнуть.

Я смотрела на светловолосого, сильного и умного мужчину напротив и никак не могла справиться с водоворотом мыслей и эмоций, что всколыхнулись внутри. Это было так не похоже на то вожделение или обычный телесный голод, что мне доставался обычно, что я и правда не произнесла больше ни слова.

Руш, не отводя глаз от моего лица, потянул комбинезон вниз по бёдрам, прихватив пальцами и нижнее белье. Ощущение незащищенности достигло апогея, но я все для себя уже решила, и только вскинула руки, неловко прикрыв рот ладонью, словно это могло помочь чувствовать себя увереннее.

Как-то прежний мой опыт был не до такой степени волнительным, больше представляясь мне каким-то изощренным спортом для восстановления расшатавшегося гормонального баланса.

Сейчас же каждое касание словно доставало до самого сокровенного уголка души. Каждый взгляд заставлял кожу вспыхивать в сладком огне, от которого начинала кружиться голова.

— Такая красивая, така смелая и решительная. И в то же время настолько чувственная, что трудно поверить, — тихо бормотал Руш, и неожиданно прижался губами к моему животу, заставив шокировано вскрикнуть и от неожиданности, и от остроты ощущений. Тёплая ладонь скользнула по пояснице, другая прошлась по задней стороне бёдра, делая с моим телом что-то невероятное.

Меня всю трясло, когда жадные губы, оставляя дорожку прохладных поцелуев, двинулись ниже, а жадные ладони ухватились за бёдра, не давая отстраниться. Я пропустила момент, когда пропала верхняя часть моего белья, и едва не задохнулась, когда поцелуи вдруг пошли выше, показывая, что и эта часть моего тела сегодня тоже куда более чувствительная, чем думалось раньше.

Руш словно знал, где и как именно коснуться моего тела, чтобы мне было не просто приятно, а я начинала терять связь с реальностью. Легкие, нежные поцелуи перемежались такой страстью и силой касаний, что я в какой-то момент едва не упала. Ослабевшие ноги вдруг подогнулись, так что пришлось опереться на широкие плечи мужчины. А через мгновение все же пришлось опуститься на кровать, чтобы не упасть. Впрочем, Руш держал так крепко, что у меня не было и шанса.

— Как ты любишь? — неожиданно спросил этот несносный мужчина, одной фразой выдергивая меня из состояния близкого к эйфории.

— Не задавай глупых вопросов, — тихо шикнула, не открывая глаз.

— Это не глупый вопрос. Со спины? По классике? Кира?

Я вдруг зажмурилась изо всех сил, чувствуя, как возвращается ощущение неловкости и уязвимости. Резко дёрнувшись, попыталась сбросить с себя эти вездесущие руки, начиная корить себя за легкомыслие.

— Пусти, — тихо потребовала, пытаясь вывернуться.

— Из-за того, что ты не можешь мне ответить? И не подумаю, — тихо возразил Руш, сжимая в объятиях ещё крепче и возвращаясь с поцелуями к шее, а затем и к невероятно чувствительной груди. — Можешь молчать об этом, если тебе неловко.

Я вздрогнула всем телом. Все ещё немного шокировало то, как ему удаётся считывать мои эмоции и ощущения, не получая в ответ ни слова.

Вдруг Руш остановился, так что я даже испугалась, что меня на самом деле отпустят. Быстро поднявшись, Агент скинул остатки одежды, заставив нервно сглотнуть, и протянул мне ладонь.

— Встань на мгновение, прекрасная Кира.

Не очень понимая, что именно происходит, но не в состоянии, да и не желая сопротивляться, я выполнила просьбу.

Руш, оставаясь серьезным, протянул руку к датчику на стене, уменьшив интенсивность освещения и улёгся обратно на койку, так и не выпустив мою ладонь из рук.

— Ты начинаешь нервничать теряя контроль. Так давай оставим его тебе. На это раз. Забирайся, Кира. Все в твоих руках, — и в глазах Агента сверкнуло что-то такое порочное и глубокое, что я невольно зарделась всем телом. — Можешь делать то, что тебе хочется, маленькая сильная ташва, раз уж боишься об этом говорить. Иди сюда. Нравится, когда я обнимаю тебя?

— Да, — тихо выдохнула, чувствуя, как губы растягиваются сами собой в улыбке.

Это бережное и острожное отношение, смешанное с неприкрытым восхищением и желанием, с одной стороны умиляло, а с другой придавало уверенность, который сейчас мне так не хватало.

— Вот и иди ко мне, — поддерживая меня, мужчина помог устроить коленями по обе стороны от его бедер, и вернул ладони на мою талию, проведя, с усилием, по чувствительной коже вверх.

А дальше все превратилось в чистое удовольствие, наполненное нежностью и такой будоражащей чувственностью, что я просто теряла сама себя в ощущениях.

Руш крепко обнимал, прижимал к себе. Жадные, горячие губы скользили по телу, прихватывая кожу и вызывая волны мурашек от макушки до самых кончиков пальцев.

Медленно, глубоко и так нежно, что, казалось, вздрагивала сама душа.

Глава 32

Когда тело вернулось в норму, перестав вздрагивать и искриться, я глубоко вздохнула и попыталась скатиться с Руша. Чуть взмокшая, утомленная, я на самом деле не хотела шевелить ни единым мускулом, но надо было уходить. Не в моих правилах докучать лишними разговорами и обнимашками. Ни к чему хорошему это никогда не приводило.

Вдруг, словно в очередной раз прочтя мои мысли, на попу решительно улеглась большая ладонь, прижимая к горячему телу и не давая ускользнуть.

— Куда-то собралась, ташва?

— К себе. Это было великолепно, большое спасибо за… за… — я никак не могла подобрать слов. Все выхолило либо слишком пошло, либо вовсе нелепо.

— За что именно ты меня сейчас пытаешься поблагодарить? Осторожнее, Кира. Пока у тебя выходить как-то даже оскорбительно, — в тоне мужчины проскользнуло что-то жесткое, напряжённое, не позволяя мне продолжить так неудачно начатую фразу.

Другая ладонь легла на лопатки, медленно скользнув по наростам на спине вниз и вверх.

— Ты прекрасная молодая женщина. И не должна благодарить меня за то, что произошло, — мягко и спокойно, как с неразумной, продолжил Руш, и вдруг прижал меня к себе ещё теснее, не давая пошевелиться, — Но если ты воспринимаешь произошедшее как сиюминутный порыв тел, вызванный стрессом и влечением, то крупно ошибаешься.

— Я вовсе не думаю ни о чем таком, — попыталась возразить, в то же время тайно наслаждаясь ощущением мужских рук на своей коже.

Сейчас, после всего произошедшего, меня вовсе не смущали слова Руша, так как я была уверена — это не в последний раз. Слишком уж хорошо Агент улавливал мои реакции. Слишком тонко чувствовал, где и как коснуться.

Но рассматривать его как долгосрочный вариант я даже не думала. Очень уж много нюансов и препон, чтобы просто даже размышлять об этом. Мы были как два астероида из разных вселенных, чья траектория случайно сошлась на короткое время. Но скоро все вернётся на круги своя.

— Ты очень упрямая особа, Кира. Но это не повод наступать на горло нам обоим и создавать преграды там, где их нет.

— Руш, — я скривилась, не жалуя больше слушать эти рассуждения. В моем понимании ничего серьезного и толкового в них не было. Даже если нам обоим было хорошо вместе — это ещё не повод строить какие-то планы.

— Не надо, — мужские ладони двинулись вверх, вызывая волну трепетной дрожи во всем теле, — не будем пока об этом, раз ты настроена столь категорично. Начнём с того, в чем у нас наметился хоть какой-то прогресс. Ты мне так и не рассказала, как тебе нравится. Со спины? Может, на боку? Быстро и сильно? Долго и нежно? Или все же под настроение?

Чувствуя, как смущение заливает щеки, я уткнулась носом в крепкую мужскую грудь, лишая Руша возможности видеть мое лицо. Чуть шершавые пальцы продолжали скользить по телу разжигая едва утихшее пламя.

— Кира, если ты мне расскажешь, как тебе больше по вкусу, нам обоим будет комфортнее, — мягко увещевал Руш. И все же я слышала легкую улыбку в словах. Кто-то забавлялся и явно получал удовольствие смущая меня. — Кира? Меня слышно?

Неугомонные пальцы вдруг легко ущипнули чувствительную кожу на задней стороне бёдра, заставив вскрикнуть и подскочишь, чуть не свалившись нас пол.

— Слышу, слышу, — сердито засопела, пытаясь дотянуться и растереть ногу. Пусть было скоре неожиданно, чем больно, но все же очень хотелось треснуть Руша по рукам за такое.

— Ну раз слышишь, ответь уже на мой вопрос, — мужчина улыбался, а я не знала куда деть глаза, чувствуя себя неловко.

— У меня нет ответа.

— Почему же? Это вполне естественны вещи и я хочу чтобы нам обоим было хорошо. Чтобы тебе было хорошо.

— У меня нет ответа потому, что я не знаю.

— Не знаешь, что именно тебе нравится? — Руш чуть сместился так, чтобы видеть мое лицо. Поправив подушку, удерживая меня одной рукой от падения, Агент с сомнением пытаться заглянуть в глаза. — Поясни. Я знаю, что опыт у тебя довольно скромный, но что-то то ты же хотела бы повторить или попробовать. Не может быть такого, чтобы у тебя не было предпочтений в столь важном деле. Тебе нравится…

Следующие несколько фраз заставили меня отчаянно покраснеть. Эти слова я знала только в теории, в чем сейчас было отчего-то очень стыдно признаться. Все же, мне давно не двадцать. И ухажёры у меня были. Только как-то все это было не совсем так, как представлял себе Руш.

— Я все ещё жду, — напомнил он, став вдруг очень серьезным.

— Я не могу сказать, какие фрукты мне нравятся больше всего, если пробовала только яблоко и виноград. Вдруг окажется, что я терпеть не могу папайу и обожаю киви? Но для этого нужно сперва попробовать оба, — тихо, сгорая от смущения, произнесла глядя в стенку.

Руш какое-то время молчал и даже его вездесущие ладони перестали двигаться по моей спине. А потом мне достался коротки «чмок» в макушку и лёгкое похлопывание пониже спины.

— Я понял твою мысль. И пусть я даже этому немного рад, у меня возникает один резонный вопрос: что с тобой делали твои мужчины? Очень хотелось бы взглянуть в глаза столь примитивным созданиям и немного рассказать им о женском удовольствии. И об элементарной порядочности и уважении к даме.

— Ты же понимаешь, что для ташвы важно сохранять тайну. А это накладывает определенные ограничения… — и опять мне стало неловко, словно я не просто ошибалась в выборе, а сделал что-то предосудительное.

Только закончить Руш мне не дал. Иногда мне казалось, что ему самому не по вкусу, если я начинаю оправдываться. Легко коснувшись моих губ пальцем, Агент заставил умолкнуть с помощью этого простого мягкого жеста.

— Тш. Я все понял. Не надо. Это вовсе не твоя вина, чтобы чтобы говорить. Да и на самом деле это не столь важно, как оно было раньше. Просто помимо прочего, сейчас у нас появилась ещё одна весьма серьезна работёнка: нужно разобраться, какие же фрукты ты любишь. Вот с этого и начнём.

Руш завозился, намереваясь сменить положение, но вдруг из комуникатора в шлеме, что остался на столе возле медицинского бокса, раздался голос Тана:

— Если ты свободен, хотим кое что показать. Вам обоим вообще-то. Мы с Лалой в рулевом отсеке. Вам будет интересно.

Я вдруг тихо застонала, уткнувшись лицом в тёплую грудь Руша. Меньше всего хотела бы сейчас встречаться с хальпом. На таком маленьком судне не было и шанса что-то скрыть от остальных, но увидеться с киборгом — значит признать свою неправоту. А это раздражало.

— И все же Тан на удивление проницательный парень, — фыркнул Руш. — Давай быстро в душ и смотреть, что там произошло. Пока эти двое не нашли наш тайный ангар сами. Пока мы тут фрукты дегустируем.

С опаской выглянув в коридор, надеясь что удастся избежать неприятных встреча, я почти бегом бросилась в душ. Были свои неудобства жизни на таком маленьком корабле. С одной стороны я понимала, что на челноке просто нет места для душевой в каждой каюте, да и кто мог предположить, что у меня тут так неожиданно появится личная жизнь? А с другой все же было до крайности неуютно.

Особенно остро я это ощутила, когда за мной, след в след, вышел Руш, завёрнутый только в одно полотенце на бёдрах. Так и не дойдя до душевой два шага, я во все глаза смотрела на мужчину, чьи глаза ярко и озорно сверкали.

Поравнявшись со мной, Страховой Агент толкнул меня руками пониже спины направляя в сторону санитарной зоны.

— Давай, ташва. Надо поторопиться. Не хотелось бы, чтобы остальные видели меня без маски, — и столько смешинок в голосе, что даже напускной серьезный тон никак не мог их перекрыть.

— И без штанов. — тихо уточнила, все же входя в помещение.

— Это не столь важно, — сделав суровое выражение лица, ответил Руш, заставив меня громко фыркнуть. Воображение тут же услужливо выдало картинку, на которой Руш расслабленно опирается о стену, будучи одетым только в одну маску.

Заметив, как мужчина закрывает дверь за собой, тоже входя в санитарную зону, возмущённо сложила руки под грудью.

— Это что ещё такое? Я прекрасно могу справиться с душем сама. Моя спина почти полностью здорова.

— В этом я не сомневаюсь, — Агент откинул полотенце и потянувшись к шкафу, вынул стопку свежих, — но с учетом нашей ситуации, я переживаю за экономию воды и энергоресурсы. Так что, нечего там стоять, Кира. Давай раздевайся и присоединяйся.

— Да ты просто бесстыдник, — тихо выдохнула, расстегивая комбинезон.

— И вовсе нет, — строго покачал головой Руш. — Я говорю вполне серьезно. Так что не вздумай ко мне приставать. Нас и без того ждут уже давно.

И словно бы рядом со мной стоял один человек, а говорил другой, большие ладони ухватили за бёдра, втягивая под тёплые струи воды.

И все же мы не задержались, прекрасно оба понимая, что вопрос воды и энергии довольно серьезный в нашей ситуации. Быстро вернувшись к себе и переодевшись в чистую «домашнюю» одежду, дождавшись Руша, даже самой себе не признаваясь, что чувствую смущение перед Таном и Лаланой, направилась в рулевой отсек уже в компании мужчины.

При нашем появлении хальп вскочил с кресла, весьма возбужденно потирая руки.

— Ну вы и долго. Словно мы на крейсере находимся, а не на челноке, — фыркнул киборг, жестом подзывая нас ближе.

Я уже было открыла рот, чтобы как-то оправдаться, но Руш легко коснулся плеча, останавливая, и прошёл вперёд.

— Что вы тут обнаружили? — Агент внимательно вглядывайся в экран, изображение на котором было невозможно понять, столько в нем переплелось противоречащие ярких пятен и размытых плям. — И что это?

— Лала предложила переключить систему. Мы провели спектральный анализ окружающего пространства насколько хватило мощности излучателей. По ее теории, этот вид волн не так искажается местным полем. Даже если часть не пропустит, основная масса должна дойти.

— Вижу, что сработало, но от пояснений не откажусь. Как-то все слишком уж нечетко.

— Погоди, — хальп начал что-то вводить в на понели, меняя параметры. Изображение зарябило, а потом приобрело все же какую-то четкость. Киборг указал на темное пятно по центру картины, — это наш челнок. Тут и так все ясно. Дальше поляна, на которую мы высадились.

— Это темное звено, — Руш провёл ладонью по искривлённой линии коричневого цвета, что тянулась от самого бока корабля, — многоножка?

— Верно. Структура ее панциря достаточно плотная, как мы уже знаем, так что и вид соответствующий. Но не это важно. Смотрите сюда.

Хальп ещё немного уменьшил изображение, и довольно близко от корабля обозначилась пара четких точек, по цвету соответствующих обшивке челнока. Среди ярко-красных и ядовито-зеленых пятен, отмечающих местную флору и одного весьма сильно затемнённого участка, на снимке эти две точки смотрелись неожиданно чужеродно.

— Металлические конструкции, — задумчиво произнёс Руш, уменьшая изображение ещё сильнее. — Насколько далеко от нас?

— Сложно сказать, так как искажение все же есть, — подключилась Лала, — но не думаю, что дальше пары километров. По местным джунглям это конечно не близко, но и не на другой стороне планеты. Даже удивительно, как нам так повезло их отыскать в первый же день.

Даже мне было видно, как Лала взволнованна. Девушка нетерпеливо притопывала ногой и едева ли не подпрыгивала на месте.

— И не думай, — строго, не оборачиваясь произнёс киборг, увеличивая участок над большим затемнённым пятном.

— Что? — возмущённо взвилась девушка, тут же уперев руки в бока.

— Сегодня никаких вылазок. Это очень серьезное дело, которое требует основательной подготовки, — сурово произнёс ЦунХиТан, сложив руки под грудью и всем своим видом выражая полнейшую неприступность.

— Но там может оказаться что-то стОящее, — Лала едва ли не подпрыгивала на месте от нетерпения и возмущения. — Столько лет работы. Исследования, опасности, и ты можешь все так оставить?

— Никто не собирается все оставлять. Но Тан прав, — Руш покрутил изображение в разные стороны, несколько раз увеличил и уменьшил, высматривая доступные нюансы. А затем указал на длинную, едва различимую в свете ярких пятен, полосу. — Помимо непроходимых джунглей здесь есть ещё масса интересных обитателей. Как думаешь, что обознчает вот эта темная линия?

— Скорее всего ручей. Или старое русло, — задумчиво отозвалась Лала. Спорить с Агентом в том же ключе, как она это проделывала с Таном, девушка явно не решалась.

— А я вот уверен, что это вполне может быть родственница той многоножки, что мы сегодня обезглавили. И это не беря в расчёт тех тварей, что мы ещё не видели.

Руш немного помолчал, высматривая какие-то дополнительные показатели, что ему по запросу выдал ИИ, и отошел от экрана, опустившись в кресло и потирая повреждённую руку.

— Нет, Лалана. Сегодня экспедиции не будет точно. Да и до сумерек не так и много времени осталось. Впрочем, завтра мы тоже не сможем выйти. Это дело требует куда более тщательной подготовки, чем кажется. Нужно продумать все возможные экстренные ситуации, как и то, к какой из точек двинуться первой, каким составом и так далее. Мы не станем действовать наобум и рисковать собственными жизнями. Ты верно сказала: ваши исследования заняли несколько лет, так разве у тебя не хватит сил подождать пару дней, пока нам станет более понятно, с чем именно мы имеем дело на этой планете.

— Тем более Рушу надо вернуться в форму. Как рука? — Киборг вопросительно глянул на Агента, думаю, больше планируя повлиять таким образом на Лалу. Девушка тут же утратив боевой запал, с тревогой перевела глядя сперва на одного, затем на другого.

— Все нормально, — махнул рукой Руш, для наглядности похлопав по поврежденному предплечью. — Дня через два все пройдёт.

— Вот и отлично. За это время мы как раз успеем подготовиться к вылазке.

Строго глянув на нацою, хальп дождался утвердительного кивка. Уж слишком хорошо он знал свою невесту, чтобы найти способ на неё повлиять. Чтобы там они оба не говорили нам, друг другу или сами себе.

Глава 33

Подготовка, на самом деле, оказалось нешуточной и заняла почти все отведенное время. ЦунХиТан и Руш, долго обсуждая какие-то не совсем очевидные для нас с Лалой вещи, пришли к выводу, что помимо оружия и элементарного исследовательского оборудования стоит все же прихватить собой дополнительные кислородные системы и гравипталформу, чем повергли меня в состояние легкого шока.

— И куда вы ее, позвольте узнать, потащите по этим джунглям? Здесь своими ногами пройти непросто, а уж с такой конструкцией и подавно.

— Если что-то случится с кем-то из нас, а такая вероятность есть, будет куда затруднительнее тащить пострадавшего на корабль, на своих руках, чем расчищать путь перед гравиплатформой, — спокойно, но непреклонно возразил Руш, продолжая что-то настраивать в лазерной пушке.

— Зачем ожидать, что что-то пойдет не так? Может, проще тогда отправить на разведку твоего дроида-ремонтника? — несколько раздраженно, чувствуя, как внутри нарастает напряжение, предложила.

Отложив в сторону оружие, Агент внимательно посмотрел на меня сквозь ставшую полупрозрачной, маску.

— Мне кажется, тебя вовсе не платформа тревожит, — задумчиво прокомментировал мужчина. — Если так тянуть лямки комбинезона, тот ты просо вырвешь крепления. И произойдет это буквально через пару минут, судя по всему.

Разжав пальцы, я позволила лямкам свободно повиснуть и немного истерично взмахнула руками.

— Может и так, — не стала лукавить, отвечая на незаданный вопрос. Чувство тревоги с каждым мгновением становилось все сильнее, холодом расползаясь откуда-то от самых лодыжек.

— А если бы пришла ко мне ночью, или позволила прийти мне, — тихо и вкрадчиво произнес Руш, — твое эмоциональное состояние было бы куда стабильнее.

— Чш! — резко фыркнула, едва не запустив в Агента первым попавшимся инструментом из тех, что решила взять с собой.

— О, да. Это очень страшная, в главное никому не известная тайна, — пытаясь, кажется, довести меня до вспышки ярости, никак не успокаивался Руш. И вдруг куда более серьезно, утратив в один миг все веселье, добавил: —Уж Тана и Лалу могла бы не опасаться. Эти двое, если что и знают, не станут сунуть нос в чужие дела, а скорее просто тихо порадуются, что ночами тебе будет теплее спать. Или не спать.

— Вы готовы? — решительно распахивая дверь, киборг бросил на пол медицинский бокс.

— Почти, — Руш опят притянул к себе оружие, быстро вставляя на место какие-то регуляторы. — Сейчас доправлю и можем отправляться.

— Все успели посетить санитарную зону? — строго, как воспитатель в младшей школе, Тан оглядел нас всех, отчего Лала хихикнула. Видно, не одну меня тревожила эта вылазка.

— Не смешно, Лала. Тебе не понравится, если придется это делать в лесу, полном прекрасных насекомых, размером с этот корабль. И я бы вам еще раз предложил остаться….

— Нет, — Лалана вскинула руку, нахмурив брови. — Даже не вздумай, ЦунХиТан. Даже если у нас с Кирой нет опыта подобных прогулок, вас одних мы не отпустим. Шансы найти что-то, а потом и выбраться с этой планеты, у нас есть только в случае, если мы будем действовать сообща. Запереть нас в челноке, и надеяться, что таким образом мы успеем сделать больше или продвинутся дальше в исследования — не самый разумный вариант.

Это разговор повторялся уже в четвертый или в пятый раз, практически не меняясь содержанием, но хальп не оставлял надежды все же переубедить нас обеих.

— Хватит. Это уже обговорено и решено, — глубоко вздохнув и взяв себя в руки, я активировала шлем, проверяя, горит ли маленький огонек связи с кораблем. — Им-12, ты здесь?

«Да, Кира. Пока все рОвно и я контролирую все четыре сигнала».

Голос, все еще непривычный из-за другой технической начинки челнока, раздался практически сразу, показывая, что ИИ ни на минуту не оставлял нас, проверяя все возможные варианты.

— Постарайся, чтобы так оно и было.

«Работаю на всех частотах. Если даже потеряется нормальная связь, все равно ориентиры направлений сохранятся»

— Хорошо, — я вскинула на спину небольшой бокс с запасным кислородным оборудованием, проверила флягу с водой, и обернулась к остальной команде

Киборг уже закончил крепить медицинское оборудование, Лала проводила финальную проверку своих анализаторов, рассчитывая засечь любое несоответствие в рельефе и окружающем пространства, а Руш, наконец, закончил настраивать лазер.

— Мы готовы? — немного нервно спросила у остальных, прекрасно видя, что все в порядке.

— Да, — Руш вышел вперед, положив на мгновение ладонь на мое плечо. — Все будет хорошо, Кира. И я, и Тан не в первый раз гуляем по недружелюбным планетам.

— Это я знаю, только мне это не помогает меньше нервничать, — медленно кивнула. Голос потонул в шуме откачиваемого из отсека воздуха, так что последних слов, как я надеялась, никто не слышал.

Многоножка, которую так и не сумели сдвинуть с места, сейчас, по прошествии пары дней, представляла собой практически пустой остов из колец плотного хитина с раскиданными во все стороны конечностями. Руш идущий первым, не произнес ни слова, а вот Тан, замыкающий процессию и следящий за гравиплатформой, смолчать не сумел, озвучив нашу общую мысль:

— Что-то мне подсказывает, что с наступлением темноты нам бы лучше быть внутри челнока.

От воспоминаний о тихом скрежете и не стихающем шуме прошлой ночью, что доносился даже сквозь обшивку челнока, меня всю передернуло. Очень не хватало привычного гула двигателя и тех фоновых звуков, которыми обычно полны подобные корабли и на которые не обращаешь внимания, пока все работает как должно.

— Не нагнетай, — спокойно попросил Руш, подходя к высоким зарослям, среди которых сейчас явно виднелись какие-то ходы и тропки. — На обратную дорогу мы оставим две трети времени. Даже если что-то и произойдет непредвиденного, этого будет предостаточно. А сейчас постарайтесь не шуметь. Кто знает, кто иенно ходит этими коридорами.

И Агент решительно шагнул под сень огромных листьев, внимательно оглядываясь по сторонам.

Чувствуя себя как перед прыжком в ледяную воду, я двинулась следом, едва не оглохнув от собственного судорожного дыхания. Ощущение, что в любую секунда из-за толстого ствола на нас может выпрыгнуть нечто, способное одним движением перекусить на две половины, оказалось невероятно сильным.

33.

Страшное напряжение не покидало тело еще около часа, а потом, когда мы шагнули под тень более высоких деревьев, так и не повстречав на своем пути никого ужасного и кровожадного, неожиданно схлынуло. Здесь подлесок был не таким густым и нам удавалось даже рассмотреть пространство на десяток метров вокруг. Правда, и в этой ситуации было достаточно вариантов, где могли бы прятаться змеи, хищники или просто ядовитые растения.

Но дышать стало как-то свободнее.

— Смотрите под ноги, здесь немного другая земля, — предупредил Руш через сотню метров после того, как мы оказались в лесу.

Опустив глаза, отвлекаясь от окружающего пространства, за которым я старалась наблюдать очень внимательно, поняла, что мы идем по весьма влажному лесу. Под ногами не хлюпало, но земля казалась черной от перегноя, и поблескивала пожухлой, сырой листвой внизу. Ноги немного скользили по этой массе, но пока наша привычная обувь справлялась со своей задачей.

Несколько раз мы мельком, среди деревьев, видели кого-то большого и темного, похожего на холм с ногами, но Руш вовремя заметил насекомое, и мы замерли, стараясь не привлекать к себе внимания движением.

Спину начинало ломить. Ноги устали, хотя мы провели в дороге всего-то пару часов. Но скользкий подлесок, высокая влажность и переплетения множества корней и стеблей вынуждали тратить куда больше сил на преодоление местности. Я начинала уставать.

Лес сделался темнее, возникло ощущение, что мы куда-то спускаемся, хотя уклон и не ощущался. Большую часть времени мы шли молча, пытаясь сберечь дыхание или просто не отвлекать друг друга. То и дело Рушу приходилось прорезать путь через переплетения лиан, так плотно связавшихся друг с другом, что иногда не видно было и просвета.

Чувствуя, что еще немного, и просто упаду, обессиленная, я включила коммуникатор:

— Сколько нам еще до контрольной точки?

— Почти добрались до первой отметки, — тут же отозвался Агент, контролирующий направление по приборам. Сейчас карта была активирована у Руша и Лалы, чтобы распределить затраты энергии и оставить на всякий случай заряд у меня и Тана. На обратную дорогу, если придется задержаться.

Стараясь не обращать внимания на дрожь в ногах, я медленно переставляла конечности, злясь на собственную слабость. После происшествия на ледяной глыбе, тело потеряло, кажется, процентов семьдесят от прежних сил. И это притом, что особой мощью я никогда не отличалась.

Когда двигаться дальше казалось уже просто невозможным, Руш разрезал очередную порцию сплетенных канатов-лиан, и мы вышли на чуть более открытое пространство. Нет, ни светила над головой, ни просвета меду деревьев не было, но на участке метров в пять не было высокой растительности или травы. Только ползучие тонкие лианы, похожие на плющ, закрывшие все пространство под ногами и вытянувшиеся вверх на пару метров над землей.

— Судя по координатам, мы пришли, — оповестил Агент, сверяясь с картой.

Не желая ни смотреть, ни слушать дальше, я, мученически застонав, опустилась прямо на ковер из зеленой листвы.

— Устала? — тут же обратил на меня свое внимание Руш. Пытаться изображать из себя героя с ним было бесполезно, так что я только скривилась и кивнула.

— Есть такое. Немного передохну, и все будет в порядке, не стоит переживать.

— На обратном пути будем делать привалы, — решительно произнес ЦунХиТарн, останавливая гравиплатформу, сложенную до трети обычного размера, на краю этой своеобразной поляны. Оглядевшись кругом, примечая какие-то моменты, на которые с первого взгляда не обращаешь внимание, киборг повернулся к Лале. — И что мы тут должны искать в первую очередь?

Девушка, видно также не привыкшая к таким активным прогулкам, присела рядом.

— Так как обычные сигналы все еще не работают нормально, думаю, стоит провести термальный и спектральный анализ для начала. А там уже будем исходить из полученных данных.

— Как скажешь. Ты у нас специалист в этой области, — согласно кивнул Руш, внимательно оглядывая поляну. Мне показалось, что Агент в любое мгновение ожидает нападения. Может, я бы тоже волновалась, но ноги дрожали от слабости, а спину клинило так, что все остальное меркло на этом фоне.

Лала разложила свою аппаратуру, тут же запустив приборы. Тихое гудение оповестило о начале анализа.

Прошло минут пятнадцать, и анализатор с тихим «пилип», сообщил, что завершил работу.

— Это оно. Под слоем растительности угадывается металлическая конструкция, — Лала отложила прибор и подошла к оплетенному столбу. Потянув за одну из лиан, девушка попыталась снять ее с металлического предмета, что прятался внутри, но растение слишком давно и очень уж плотно обвило конструкцию.

— Давай я, — попросил хальп, запуская лазер. Провернув кое-какие настройки, отчего цвет излучения немного сменился, стал темнее, киборг шагнул ближе, медленно проведя по растениям. Скукоживаясь в месте среза от высоких температур, лианы стали падать на ковер из травы под ногами.

— Осторожно, — вытянув руки вперед, словно собиралась, если что, остановить ими лазер, Лала не отрывала глаз от происходящего. Мне тоже было интересно, но скорее с точки зрения прогресса в наших поисках и того пункта, как скоро я получу обратно свой Летун. Такого невероятного азарта, как нацоя, я, конечно, не испытывала.

— Лазер будет резать только мягкую материю, с низким сопротивлением, — спокойно, как маленькой, пояснил киборг. И видя, что еще немного, и Лала на самом деле может кинуться вперед, выключил оборудование. — Я не буду продолжать, пока ты не отступишь шагов на пять, туда, где сидит Кира. Давай.

Вскинув бровь, хальп всем своим видом демонстрировал непреклонность и решительность, так что у Лаланы, какое бы нетерпение ее ни снедало, не осталось вариантов, как подчиниться.

Не в силах стоять рядом, нацоя то постукивала ногой, то делала по паре шагов в одну и в другую сторону, дожидаясь, пока киборг расправится с растениями. Когда большая часть была очищена, Тан отступил на пару шагов, сделав приглашающий жест своей "не невесте".

Судорожно вздохнув, Лала медленно подошла к открывшейся конструкции.

Подталкиваемая любопытством, я, кряхтя, встала, и пошла за ней.

Лианы так плотно оплели все это, что контуры, которые угадывались совсем не походили на действительность. Больше всего конструкция напоминала какой-то щуп. Каменное, гладкое основание, из которого торчала труба с шаром наверху. Некоторые сочленения и стыки проржавели, но часть материалов не поддалась внешнему воздействию.

— Ух, — шокировано выдохнула девушка, несмело касаясь находки. Руки нацои дрожали. — Если это не часть того, что мы ищем, то я и представить себе не могу, что тогда.

– Это явно рукотворный объект, — присоединившись к Лале, отметила пусть и разъеденные и несколько непривычные, но все же весьма определяемы сварочные швы. — Похоже на маяк, или что-то подобное.

— Можно попробовать снять верхнюю часть для изучения, — предложил киборг, кивнув на шар размером с мой кулак. — Вдруг это поможет.

— Если система на привычных нам источниках энергии, то все изъедено и забито грязью много лет назад, — осматривая строение более внимательно, покачала головой. — Если же речь идет о чем-то ином, мы запросто можем спровоцировать какую-нибудь неправильную, или даже опасную реакцию. Не думаю, что на данном этапе наших скромных исследований стоит это делать. Я бы пока оставила все, как есть.

— Тут очень много кислорода в атмосфере, — заметил Руш, краем глаза окинув конструкцию, и вернувшись к контролю за периметром.

— И? — не успел поймать мысль хальп.

— Огромные растения, гигантские насекомые, — перешел к пояснению Агент. — Кажется, резкий рост уровня кислорода здесь случился не так давно, думаю, где-то как раз на исходе Второй эпохи. Больше кислорода, быстрее рост клеток, быстрее процессы окисления. Думаю, если Лала сумеет выделить вещество, получившееся в результате химических реакций, и настроит на него поисковые системы, мы сумеем гораздо быстрее отыскать другие признаки цивилизации.

— Сможешь? — я повернулась к Лале, которая снимала проекцию конструкции.

— Конечно. Нужно взять только пару крупиц материала. И все же, — сравнивая изображения с голографа и оригинал, немного удивленно произнесла нацоя, — я никак не могу понять, почему нам не осталось практически никаких сведений об этой цивилизации?

— Они проиграли войну, Лала, — Руш вадруг включил свое оружие, отступив на шаг от почти непроглядной массы деревьев. — А победители могут делать с побежденными все, что им вздумается. Вторая эпоха. Как мы знаем, из нее вышли потомки только трех высоких цивилизаций, и те были отброшены на несколько столетий назад в развитии, так что потребовался ни один десяток лет, чтобы выйти в космос вновь.

— Но разве это возможно, скрыть сведения о целой расе? Высокоразвитой и шедшей по альтернативному пути.

— А разве не именно это и случилось? — Руш все всматривался в пространство перед собой, и вдруг поднял кулак. Его голос изменился, став напряженным и низким. — Лала заканчивай очень быстро, Кира возьми себя в руки и готовься бежать. Если надо, вколи анестетик.

ЦунХиТан тут же оказался между нами и Рушем, вглядываясь в заросли.

— Видишь? — тихо, словно наши голоса, неразличимые без коммуникатора мог кто-то уловить, спросил Агент, чуть склоняя голову набок.

Киборг немного помолчал, и мне показалось, что в стекле его шлема отразился желтый блик.

— Вижу. Но агрессия пока невысокая.

— Сомневаюсь, что так и будет. Лала, ты все?

— Да, я закончила, — быстро запаковывая оборудование, отозвалась девушка. Посмотрев на напряженные позы обоих мужчин, я глубоко вздохнула, и все же воткнула иглу инъектора, который Руш засунул мне в отделение с инструментами на поясе перед самым выходом. В плече тут же почувствовался сильный зуд, но теплая волна, пошедшая следом по телу, приносила облегчение.

— Тогда развернулись, и быстро, но без резких движений шуруйте по той тропе, по которой мы пришли.

— Но, — мне показалось, что у Лалы иногда просто из вредности просыпается желание возразить. Может, в чем-то и я была такой же, но время для капризов старалась подбирать более тщательно.

Поймав нацою за руку, я потянула ее прочь, краем глаза замечая, как Руш и Тан отступают за нами, все еще целясь в строну зарослей. Мы успели сделать всего-то с десяток шагов по вырубленному в растительности тоннелю, когда в ушах раздался резкий крик Агента, заставивший сердце рухнуть в пятки, а кровь с силой ударить по вискам.

— Бегите!

Глава 34

Я бежала, стараясь чуть выше поднимать ноги, чтобы не зацепиться за корни и лианы. Но тело, и без того утомленное, плохо слушалось. Еще немного, и я просто рухну в это месиво листвы и корней. Впереди, успевая нервно озираться по сторонам, бежала Лала. Ее комбинезон то и дело мелькал между стволов растений там, где наша рукотворная тропа поворачивала или изгибалась.

— Девушки, быстрее! — раздался в коммуникаторе голос Руша.

Позади можно было расслышать только звук шагов обоих мужчин, но я не сомневалась, без причины Агент не заставил бы нас совершать подобный марш-бросок.

В очередной раз повернув, огибая ствол большого дерева, я краем глаза обратила внимание, что тропа стала уже, словно успела частично затянуться за те полчаса, что нас не было.

От вопля Лаланы я едва не оглохла. Раздавшийся через коммуникатор крик заставил сердце подскочить к горлу. Я и без того почти задыхалась от усталости и паники, а грохочущее сердце и кровь, стучащая в висках, почти ослепляли.

— Лала! Что с тобой?! — голос Тана с трудом пробивался сквозь грохот в ушах.

— Кира, что там? — это уже Руш, но голос как-то отдалился, словно нас отделял какой-то заслон, еще больше приглушая сигнал. Я не могла собраться воедино, чтобы ответить.

И тут под ногами исчезла земля.

Подошва скользнула по листьям, и меня резво потянуло куда-то вниз. Судорожно взмахивая руками, почти ничего не видя из-за бьющей по шлему растительности, я скользила вниз на боку. В какой-то момент, больно ударившись о корягу или камень, меня перевернуло и потянуло как грязевой ком, перекатывая и переворачивая. Попытавшись хоть как-то сгруппироваться, чтобы не переломать конечности, я надеялась, что защитный комбинезон справится с остальным.

— Кира! Кира! — в ушах грохотал пульс, слышались далекие крики Руша, перемежаемые ругательствами, но я была словно заперта в какой-то капсуле, что катилась вниз со склона и все остальное меня не касалось. Только бы скорее добраться до дна и остановиться.

Тело больше не болело, я его просто не чувствовала. Кроме бледных вспышек света ничего не было видно. Что-то шелестело то ли подо мной, то ли все же в голове. Я полностью потерялась в происходящем.

И вдруг случился глухой удар обо что-то жесткое, тут же треснувшее с громким «крак», и, рухнув еще на пару метров вниз, я, наконец, остановилась, чувствуя себя взбитым яйцом в покрытой трещитнами скорлупе.

Перед глазами все померкло окончательно, и как я не пыталась ухватиться за ускользающее сознание, меня все же накрыла темнота.

* * *

Руш

Лес был опасен. Пока мы шли к первой точке, моя маска определила с десяток токсичных растений и множество мелких существ, что были незаметны без специальной аппаратуры. Идти было непросто, времени на это уходило больше, чем предполагалось, и я прогонял варианты, при которых можно сократить обратный путь. Выходило, что на сами исследования у нас будет не больше часа.

Выйдя к нужной точке, с облегчением выдохнул. Кира устала, и двигаться дальше было бы просто неразумно, а теперь у ташвы есть шанс немного передохнуть перед обратной дорогой, пока Лала займется своими изысканиями.

Все время, пока девушки изучали найденный маяк, я ощущал на себе чужой взгляд. В нем не чувствовалось враждебности, но неприятное ощущение зуда, то поднимающееся, то опускающее по позвоночнику, не позволяло расслабиться.

Потребовалось довольно много времени, чтобы даже маска сумела различить очертания зверя в зарослях. Слишком густая шерсть, практически полное отсутствие потерь тепла. Только когда хищник двинулся, я зафиксировал контуры тела.

Не очень большое, гибкое и подвижное, оно походило на тела млекопитающих. Особенности скелета должны были позволить этому зверю довольно быстро двигаться по этим джунглям и хоршо прыгать. А это не радовало.

Практически кожей чувствуя, как растет к нам интерес этого существа, я крепче ухватил оружие. Могло получиться так, что действовать придется молниеносно. Лучше быть готовым.

— Лала, заканчивай очень быстро, Кира возьми себя в руки и готовься бежать. Если надо, вколи анестетик, — тихо поторопил я девушек.

Больше всего волновало состояние ташвы. При любом раскладе, если угроза станет чрезмерной, я всегда успею пристрелить хищника, но это было бы крайне нежелательно. Запах крови и паленой плоти однозначно вызовет интерес кого-то еще. В таких местах всегда полно падальщиков, которые явятся сразу, стоит только почувствовать наживу.

За спиной, прикрывая девушек, появился киборг. Его измененное зрение тоже должно было справиться с поиском угрозы.

— Видишь?

Несколько мгновений всматриваясь в густые заросли, пытаясь рассмотреть хоть какие-то очертания среди буйной растительности, хальп все же кивнул, уловив легкое движение крупной головы, снабженной весьма приличным набором зубов, которые частично торчали даже при закрытой пасти.

— Вижу, — отчитался ЦунХиТан. У киборга были свои умения, помогающие в работе, так что другого я и не ждал. — Но агрессия пока невысокая.

— Сомневаюсь, что так и будет. Лала, ты все? — хотелось убрать девушек с открытого места как можно скорее.

— Да, я закончила.

Приказав обеим уходить обратно по той же тропе, мы с Таном, выждав несколько минут, чтобы увеличить разрыв, медленно последовали за ними.

Зверь, кажется, даже сперва не среагировал на наши маневры, но стоило мне шагнуть под сень более густой листвы, как раздался тихий рык, и хищник бросился вперед, довольно легко двигаясь среди лиан и зарослей.

— Бегите! — Я очень надеялся, что Лала с Кирой успели уйти хоть за один поворот, чтобы иметь фору.

Дернув приготовленный заранее снаряд, я активировал дымовую завесу. Быстро растущее на поляне облако едкого дыма предположительно должно было либо задержать зверя, либо вынудить свернуть. Органы чувств у хищников обычно куда более восприимчивы к такого рода вещам.

Зная, что хальп быстро нагонит девушек и присмотрит за ними, я немного притормаживал, следя за тоннелем. Не зная, к какому конкретно виду относится зверь, я даже примерно не мог сказать, насколько он азартен и станет ли преследовать, несмотря на препятствия.

И тут впереди раздался вопль Лалы.

Ругнувшись, понимая, что хищник не мог так быстро сделать крюк и наброситься на девушек с другой стороны, я рванул вперед. Не хватало еще, чтобы кто-то пострадал из-за моей непредусмотрительности.

Почти тут же следом раздался тихий вскрик Киры и девушка перестала отвечать на позывные, а маска передавала мне сведения о чрезмерно подскочившем пульсе.

Впереди, за несколькими поворотами, огибающими толстые стволы, следы вдруг вильнули в сторону, куда-то прочь от тропы. Вспомнив еще пару особо заковыристых ругательств, я метнулся туда же, через пару шагов едва не налетев на хальпа, одной рукой держащегося за лиану. Успев затормозить в последний миг, я уцепился за соседний ствол, почти повиснув на нем.

Впереди, резко уводя тропу вниз, начинался весьма крутой склон, на котором явно виднелось две дорожки из примятых листьев.

— Лала не туда свернула, — хмуро, почти зло произнес Тан. Мне показалось, что тревога за девушку сделала киборга на порядок опаснее, чем он был еще пару мгновений назад. — Не заметила склон и рухнула вниз. А за ней и Кира. Где зверь?

Тан повернулся в мою сторону, отводя взгляд от примятой листвы под ногами.

— Либо отстал, либо скоро явится. Но не думаю, что он сунется за нами вниз. Ты по какой? — спросил я, найдя опору для ног и перекинув оружие за спину.

Не задумываясь, киборг указал на след, идущий впереди.

— Лала легче и шла первой, так что наверняка успела сделать на несколько шагов больше.

Я согласно кивнул, пошевелив плечами и размяв шею. Разбиться я не боялся, так как при моем уровне подготовки спуститься по такому склону, тем более сейчас, не выскочив неожиданно, а успев подготовиться, было не слишком сложно. Много труднее было унять тревогу за маленькую невезучую ташву и заставить сердце биться ровно.

— Увидимся на корабле, — спокойно произнес я, и, отклонив корпус сильно назад, сделал первый шаг, тут же заскользив по примятым листьям.

— Позаботься о Кире, — тихо произнес вслед киборг, перекидывая свое оружие за спину.

Позади щелкнул карабин. Хальп пристегнул трос к дереву, видно настроив автоматическое отсоединение, и начал спуск по соседнему следу.

Только бы девушки были живы.

В сознание я вернулась довольно быстро. Тело даже не успело закоченеть в неудобной позе. Голова кружилась, перед глазами в полумраке сверкали искры, не давая толком ничего разглядеть. Медленно, стараясь не двигаться резко, я пошевелила по очереди всеми конечностями. Вколотый анальгетик явно сработал, и теперь меня не крючило от боли, но это вовсе не означало, что тело в порядке.

Чуть приподнявшись на руках, я перевернулась на спину, чтобы иметь возможность вдеть хоть что-то еще, кроме ковра пожухлых листьев и каких-то глиняных черепков, что валялись вокруг.

Сперва мне показалось, что я оказалась в какой-то глубокой шахте, наподобие горняцких штолен, но когда глаза немного привыкли к полумраку, рассмотрела место падения. В паре метров надо мной, в глиняной корке, неровной и бугристой, была весьма внушительная дыра, окруженная трещинами.

В просвете виднелись деревья этого странного леса, переплетения лиан, из-за которых не было видно ни клочка неба, а я все никак не могла сообразить, что вызывает то щекочущее чувство где-то в глубине горла. Я что-то упускала, но сосредоточиться не получалось.

Ровно до тех пор, пока ушей не достиг тихий равномерный треск. Звук был очень похож на стрекот кузнечиков в ботаническом саду, куда мы любили ходить с мамой по выходным. На нашей, не самой зеленой планете, это было одним из самых удивительных мест.

Вот только сейчас этот звук вызывал не теплые ассоциации, а желание втянуть голову в плечи. Только сделать это никак не удавалось.

— Им-12? Ты здесь? — попробовала навскидку позвать ИИ, в глубине души не сильно надеясь, что и без того слабый сигнал сможет дойти до корабля теперь.

Ответом мне стала полная тишина в эфире. И усилившийся стрекот.

Нужно было попытаться встать и найти оружие, если его не вынесло из креплений при падении. Нехорошее предчувствие было слишком ярким, чтобы его игнорировать.

Медленно, опять же неуклюже, как жирная неповоротливая гусеница, я перевернулась на живот. С усмешкой подумав, что еще немного и вытру собой все, что на дне этого колодца, медленно подняла голову, всматриваясь в темноту.

Это был тоннель с несколькими ответвлениями. Круглый, гладкий, словно облепленный изнутри. По всей видимой длине тоннеля сверху имелись небольшие отверстия, впускающие немого рассеянного света с поверхности. Второй тоннель, что уходило вбок, было темным, практически непроглядно черным. И именно с той стороны доносился этот устрашающий треск.

Опираясь на руки, я кое-как сумела сесть, чувствуя, что голова пытается подтянуть меня обратно в земле. Надеясь, что все же не упаду, я оторвала одну ладонь от сырой подстилки, которая смягчила удар, и прошлась по бедру, где должен был быть прикреплен бластер. Оружие не самое мощное, особенно против местных насекомых, но куда лучше, чем с пустыми руками.

К моей радости, бластер был на месте, и даже ствол оказался забит не так сильно листвой и всяким мелким мусором. Сняв предохранитель, проверила, как идет импульс и направила в сторону тоннеля. Внутри была какая-то пугающая уверенность, что встать и подняться наверх до встречи с тем, кто там стрекочет, я просто не успею.

За спиной что-то мягко упало на землю, заставив сердце подскочить к горлу от ужаса. Резко разворачиваясь, отчего тут же защемило шею, я вскинула бластер и выпустила два заряда в темную тень у стены. Силуэт метнулся в сторону, и упал на пол плашмя.

— Кира, стой! — голос я узнала, но никак не могла остановиться. Все, что удалось сделать — это поднять дрожащие ладони выше, чтобы случайно не пристрелить Агента.

Еще один выстрел ушел в потолок, обдав нас градом глиняной крошки, а потом у бластер вырвали из моих непослушных рук.

— Тихо, тихо, ташва, — Руш сгреб меня в объятия, пытаясь успокоить. Сердце бешено колотилось, руки дрожали. Кажется, происшествие на ледяной планете сделало мою нервную систему еще более нервной.

– Я хочу на свой корабль, — тихо пискнула, чувствуя, что еще немного, и мы можем получить истерику.

— Обязательно. Я тебя верну на корабль, — тихо пообещал мужчина, чуть отстраняясь. — Ты в порядке? Ничего не сломано?

— Нет. Может только пара ушибов, а так нормально, — стараясь взять себя в руки, и сожалея, что нельзя почесать нос через шлем, ответила я.

— Вот и отлично. Предлагаю тогда убираться вон из этих лабиринтов, пока…

Но «пока» уже случилось. За спиной раздалось несколько громких шаркающих звуков, от которых кровь похолодела.

— Я тебе говорил, что не люблю насекомых? — Тихо уточнил Агент, медленно поднимаясь и помогая встать мне.

— Нет, — мне совершенно не хотелось оборачиваться. Как-то смотреть в полупрозрачную маску Руша было приятнее.

Но вдруг, словно почувствовав мое настроение, маска сделалась зеркальной, и оттуда на меня, тараща жвалы, уставилось отражение какого-то гигантского муравья.

— Иииии! — тихо взвыла, понимая, что муравьи не живут по одному, вцепившись в накидку Руша.

— Вот так и держись, — вполне спокойно, даже как-то флегматично произнес Агент, оборачивая одну ладонь вокруг моей талии, а вторую вскидывая наверх. — Надеюсь, ты не против, если сегодня я не стану убивать монстра ради прекрасной дамы?

— Что?

Вверх выстрелил тонкий трос, скрывшись в дырявой «крыше» этого лабиринта, и, с тихим жужжанием нас стало поднимать вверх. Довольно медленно, по моим меркам.

— Он не кинется? — практически чувствуя, как кто-то пытается ухватиться за мои ноги, тихо спросила я.

— Не должен. Не чувствую такой уж агрессии. Либо это не его муравейник, а заброшенные лабиринты, либо он из рабочих, которые не должна нападать.

— Надеюсь, он знает об этом, — передернув плечами, я почувствовала, как по шлему стучит глиняная кроша.

Нас вытянуло наружу, и, найдя опору для ног, Агент отцепил трос.

— Что дальше? — подняв голову наверх, я поняла, что никаким способом не доберусь туда, откуда свалилась. Даже если здесь будет лестница. Ни по этим скользким и прелым листьям.

— Погоди, — Руш отстегнул что-то от пояса и бросил вниз, в дыру из которой мы только что выбрались.

— Бомба? — тихо уточнила, представив, как сейчас вся эта масса рухнет под моими ногами.

— Нет, — Агент рассмеялся, — наниты. Хочу, чтобы они исследовали этот лабиринт. Мало ли что удастся выяснить. Идем.

— Куда? — Мне казалось, что взбитый падением мозг просто неспособен сейчас работать. И на всякий случай предупредила: — Я наверх не поднимусь.

— И не нужно. Идем пока по этой корке, — мужчина указал на рыжую глину под ногами, на которой ничего не росло. Поверхность муравейника уходила вниз несколькими ступенями и исчезала среди растительности.

— Думаешь, это большой лабиринт? — я жалась к краю дороги, держась за лианы. Вовсе не хотелось, чтобы под ногами все это безобразие еще раз треснуло.

— Уверен. Судя по диаметру тоннелей.

— Ох, — потирая бок, тихо заныла я. Все эти приключения по джунглям перестали радовать еще в момент встречи с многоножкой, а теперь-то и говорить не стоило.

— Больно?

— Анальгетик перестает действовать, — призналась, практически пьянея от избытка ощущений. Тело, кажется пыталось мне показать все места, которым досталось при падении.

— Тогда ускоримся. Твоя нервная система и без того реагирует не совсем привычно, так что давать еще одну дозу я бы поостерегся.

— Ты уверен, что так мы доберемся до челнока?

— Пока направление верное. Кроме того, я очень рассчитываю встретить по дороге Тана и Лалу.

Глава 35

Мы шли совсем недолго, когда склон по левую руку стал немного меняться. Менее крутой, он был куда сильнее затянут лианами, и на мой взгляд казался много проходимее.

— Что думаешь? — оглянувшись на Руша, придерживая бок, которым треснулась о корягу, спросила Агента.

— Можно попробовать, если ты себя сносно чувствуешь, — кивнул мужчина.

— В любом случае надо подниматься как-то, — стараясь удержать нейтральное выражение лица, чтобы еще больше не беспокоить Руша. Тем более что моя нервная система немного успокоилась, перестав так подкидывать адреналин в кровь.

— Верно, мы ниже нужного уровня почти на двадцать пять метров. Да и сигнал там должен быть лучше. Здесь все глушит. Напрочь.

Перекинув оружие за спину, Руш внимательно осмотрел окружающее пространство. Ни мне, ни ему, не хотелось, чтобы кто-то напал из-за ближайшего дерева, пока мы будем подниматься.

— Подойди, — махнул рукой Агент. — Я запущу канат, для дополнительной страховки, но предпочитаю, чтобы ты тоже была ко мне пристегнута.

— Глупо, — тут же не согласилась, понимая, что со мной на привязи мужчине будет двигаться куда сложнее. — Лучше сперва поднимись сам, а потом уже меня подтянешь.

— Ты можешь быть несогласна, Кира, но я не оставлю тебя больше тут одну ни на мгновение. При твоем везение в последнее время, есть вероятность, что собирать придется по частям. Так что не спорь.

Меня, не слишком вслушиваясь ворчание, пристегнули коротким карабином к поясу, тут же запустив трос куда-то вверх. Первая попытка оказалась неудачной, так что мы немного пождали, пока сплетенный из прочных нитей гибкий канат смотается обратно, прежде чем повторить выстрел.

— Когда начнем подниматься, отклони корпус назад. Тогда мы не пропашем носом землю. Думаю, тебе на сегодня довольно катаний по листве, — усмехнулся Агент, кивнув на мой изгвазданный комбинезон.

Несмотря на кажущуюся простоту и помощь Руша, я все взмокла, пока мы добрались до верха. Пришлось несколько раз перецеплять трос, так как заростли не позволяли сделать прямой выстрел достаточно высоко, но и эти короткие передышки, когда я сидела у основания кого-нибудь дерева, держась за переплетение лиан, пока Агент готовил «дорогу», я чувствовала, что силы просто утекают из моего тела.

Достигнув ровной площадки, которая появилась внезапно, как срезанная верхушка конуса, я тут же рухнула на землю, потянув за собой и Руша.

— Хей, осторожнее, ташва! Мне не хочется проделывать этот путь еще раз, — с усмешкой укорил меня Агент, расцепляя нас. Дождавшись, пока трос полностью скатается, мужчина опустился рядом на одно колено, положив руку мне не плечо. — Сильно устала?

Хотелось улыбнуться и покачать головой, но это никак не получалось сделать. Потерпев полное фиаско в борьбе с собственными эмоциями, я только кивнула. Мне больше никуда не хотелось двигаться, а только лежать вот тут. Ну, может чуть откатиться от края, чтобы ненароком не упасть снова.

— Мне жаль, но надо идти. Мы потеряли очень много времени, и чтобы успеть добраться до челнока к сумеркам, стоит поторопиться. Нам обоим не понравится, если придется двигаться по этим зарослям в темноте.

— Я знаю, — тихо произнесла, — но совсем не могу встать. Просто никак. Может, хоть минуточку?

— Минуточка тебя не спасет. А в челноке есть горячий душ и вкусная еда, — провокационно вскинул бровь Руш, зная, чем меня соблазнить.

Словно в ответ на озвученное предложение, желудок издал громкий жалобный вой, заставив смущенно покраснеть. Руш же на это тепло и немного самодовольно улыбнулся, протягивая мне ладонь.

— Идем, моя упрямая и стойкая ташва. Судя по координатам, нам осталось не так и далеко.

Руш оказался прав, как всегда. Через минут пятнадцать нам удалось выйти на ту тропу, что утром мы же и проложили, и Агент почти сразу разглядел следы хальпа, ведущие в сторону челнока.

— И? А где следы Лалы? Он же не мог ее бросить? — я немного переживала за это, но скорее по инерции, чем всерьез. Даже сама мысль, что Тан мог бросить девушку казалась мне нелепой.

— Зная нашего приятеля, могу с уверенностью сказать, что она с ним. Глянь, — Руш присел, указывая на особо четкий след большой ноги, вдавленный в месиво листвы, — куда глубже проседает. Думаю, хальп нес Лалау на руках. Ну-ка, попробуем. Тан? Ты нас слышишь?

Ответом стало тихое шипение, а через несколько мгновений раздался ответ от ИИ.

«Киборг занят в медотсеке»

— Лала пострадала? — чувствуя, что сердце в который раз за день готово выпрыгнуть из груди, спросила я с тревогой.

«Судя по данным системы, имеется единичный перелом руки и несколько серьезных ушибов»

— Не очень страшно. С учетом того, с какой высоты вы обе летели, мы все отделались легким испугом. Идем, надо и тебя привести в порядок, — легко поднимаясь и поворачивая меня в сторону челнока, довольно спокойно произнес Руш.

Мы почти добрались до поляны, я видела просвет, когда Агент, недовольно ругнулся.

— Что? — зная, что этот мужчина не станет просто так прибегать к столь эмоциональной речи, я притормозила, оборачиваясь.

— Не останавливайся, Кира. А если можешь, давай бегом, — и уже совсем другим тоном по другому каналу: — ИИ, открыть шлюз! Проверить окружающее пространство на предмет постороннего движения.

— Ты что-то видишь? — чувствуя жжение в легких и дрожь в ногах, испуганно спросила я, несясь по тропе к очищенному пространству.

— Пока нет, но ощущение такое же, как тогда, у маяка. Не хотелось бы мне встретиться с тем зверем еще раз.

«Засек движение. Две сотни метров. Быстро приближается. При вашей нынешней скорости, контакт с объектом будет раньше, чем достигнете челнока»

— Передай Тану, чтобы встретил нас. Кира, пропусти меня вперед, — поймав меня за предплечье, Руш перехватил ладонь и побежал, практически таща меня на буксире. — Постарайся не споткнуться, ташва.

Мы выскочили на рукотворную поляну и бежать стало легче. У открытого шлюза, с оружием на изготовку, стоял хальп. Киборг даже не успел нацепить шлем, выхватив только небольшую маску, кислорода в которой должно хватить минут на тридцать.

— Рад, что вы живы, — усмехнувшись, но глядя не на нас, а высматривая пространство позади, фыркнул Тан.

— А ты сомневался? — успевая перекидываться колкостями на бегу, фыркнул Руш.

— Да не особо. Только удивлен, что вы притащили гостей. Нашей компании уже не достаточно? О, а вот и он. Какой красивый. Не думал, что тут водится что-то подобное, — хальп выдал короткий залп, и из-за нашей спины раздался недовольный рык.

Ноги ступила на рифленый металл пола, и я, наконец, позволила себе упасть на колени. Позади, ожидая, пока закроется шлюз, стояли ЦунХиТан и Руш.

— Ты в него попал?

— Нет, в землю целился. Жаль такую красоту. Думаю, он и сам уйдет скоро. Не похоже, что мы его как добыча интересуем.

Чувствуя, как поверх паники расцветает любопытство, я обернулась. В просвете между мужскими ногами была хорошо различима поляна, а на ней, недовольно ворча, туда-обратно ходил темный, крупный зверь, очень похожий на небольшого медведя. Только как-то изящнее, пластичнее. Никогда не видала подобных существ.

Створки шлюза закрылись, и я позволила себе окончательно расслабиться.

Вокруг зашумели фильтры, вытягивая прочь токсичный воздух, и плавно отошла внутренняя дверь.

— Идем, Кира, — Руш протянул мне ладонь, чтобы помочь подняться, но я только покачала головой.

— Я пока тут полежу. Немножечко. До завтра. Хорошо?

— Все? — понимающе уточнил Руш, предавая оружие ЦунХиТану.

— Ага, — честно призналась, не чувствуя ни крупицы силы в мышцах. — На сегодня Кира закончилась.

— Ладно. Ты и без того умница.

Отстегнув верхнюю накидку, тоже всю измазанную листьями и соком местных растений, Руш бросил ее на пол, и повернулся к киборгу.

— Как Лала?

— Ничего. Спит пока. Болевой шок получила от перелома. Потому я вас ждать и не стал. Без обид. Хотел потом выйти навстречу, как закончу с Лаланой.

— Все в порядке. Ты верно поступил, — Руш подошел ближе, и не слушая мой слабый протест, подхватил на руки. — Не дергайся, ташва. Не можешь ходить — не ходи.

И уже покидая отсек, повернулся к Тану опять.

— Ты к Лале?

— Да, нужно остальное просканировать, пока она спит.

— Тогда достань из холодной камеры третий бокс, пусть разблокируется.

— Психотропы?

— Не только, но в основном. У Киры начинаются панические атаки после событий на ледяной планете.

— Неправда, — возмущенно взвизгнула я, пытаясь вырваться из рук Агента. Такой клеветы я была не готова терпеть.

— Не ерзай, — чуть повысил голос Руш, направляясь в сторону санитарной зоны. — Никто тебя ни в чем не обвиняет. Но у меня есть серьезные опасения, что не все нейронные связи восстановились полностью после тех событий.

— Я не хочу лечить голову! Я не истеричка! — Недовольно заерзала на руках, чувствуя себя неловко и крайне уязвимо.

— Я этого и не говорил. Но мне показалось, что реагируешь ты куда более бурно и эмоционально, чем раньше. Поправь меня, если я не рав. Только подумай сперва хорошо. А пока мы будем мыться.

— В костюмах?

— Неуверенно уточнила, стоило Рушу поставить меня в душ.

— Конечно. Я не уверен, что на них не осталось ничего токсичного, после нашей прогулки. Так что начнем с первичной очистки. Держись за поручни, — я послушно отвернулась от Агента, ухватившись за два ручки, выступивших из стены.

Сперва довольно слабый, постепенно усиливающийся поток газа ударил по плечам. Потом меня обдало пеной и окатило водой.

— Подними голову, под шлемом пена, — подсказал Руш, запуская еще раз систему.

Последним был очередной поток воздуха, сбивающий капли с одежды.

— Все, выходи, только осторожно. Я тебе не помогу, так как сам весь в грязи.

Пока я снимала очищенный от инопланетной грязи комбинезон, Руш очистил свою одежду. Вывернув и повесив вещи в камеру дополнительно очистки, чтобы убрать следы пота и частички кожи, я вернулась в душевую, надеясь хоть на короткий душ.

— Если бы я думал, что ты послушаешься, Кира я бы с удовольствием запер тебя на челноке и больше никогда не выпускал наружу, — в голосе Руша было что-то такое грозное, что я даже заволновалась. Проследив за хмурым взглядом Агента, Невольно застонала. Весь бок, на котором только-только затянулась глубокая рана, от самых ребер до середины бедра, представлял собой прекрасную имитацию космического неба. Розово-фиолетовые, с точками звезд, синяки россыпью тянулись и по всему остальному телу.

Руку Лаланы закатали в жесткий каркас, и девушка недовольно кривилась, сидя за столом. Я, в таком же расположении духа, обмазанная заживляющим практически с ног до головы и завернутая в паутинку, сидела рядом.

— Думаю, что в следующий раз вам все же придется остаться на корабле, — спокойно, никак не реагируя на наше сердитое шипение, подвел итог «прогулки» Руш, ставя передо мной ужин.

— Даже не обсуждается, — кивнул хальп подавая тарелку Лале, и присаживаясь рядом.

— Ты не можешь заставить меня остаться. Вдруг вы пропустите что-то важное, — недовольно возразила Лала, выдергивая вилку из рук киборга и не позволяя себя кормить.

— Вот потому-то вы и останетесь. Будете настраивать приемники и изучать те материалы, что мы достали сегодня. И те, что добудем завтра.

Пусть тон Руша и был спокойным, я не сомневалась — спорить просто бесполезно. Особенно теперь, когда мы обе показали себя столь удручающе.

Проведя анализ состояния моих нейронных связей, Руш вкатил целый комплекс препаратов, после которых еще с полчаса кружилась голова. И, судя по данным приборов, подобная программа восстановления мне показана еще дня четыре, дважды в сутки. Что там у Лалы я не знала, но предполагала, что немногим лучше.

— Они правы, — как бы мне ни хотелось изображать из себя сильную и могучую, мы обе доставляли только неприятности мужчинам, задерживая и сами исследования, и ставя всех под угрозу. — Без нас они доберутся до второй точки куда быстрее. И вернуться без осложнений.

— Но… — я видела, что нацоя это понимает, но внутренний протест и нежелание позволить кому-то заниматься ее исследованием, были слишком сильны.

Глубоко вздохнув, непроизвольно поглаживая поломанную руку, которая наверняка ощутимо ныла даже под анальгетиками, Лалана кивнула.

— Ладно, пусть так. Но пока я не вижу смысла двигаться ко второй точке. Стоит разобраться с тем, что мы уже нашли.

— Я думаю, что все же смысл есть, — не согласился Руш, чуть толкнув тарелку в мою сторону, привлекая к ней внимание. — Такие маяки обычно должны определять какой-то участок. Или хотя бы линейные координаты. А если мы определим, куда ведет маяк, то вероятность отыскать ваши артефакты Второй эпохи становится куда выше.

— Если во время Второй войны и правда удалось спрятать хоть один корабль, он должен быть здесь. И, как и сказал Руш, к нему должна вести дорога, — кивнул Хальп.

Лала хмурилась, игнорируя ужин, я же медленно жевала, пытаясь осознать сказанное. На планете могли находиться как и корабли, так и просто старые хранилища. А могло не быть и ничего. Так что сидеть здесь всем четверым и пытаться разобрать состав ржавчины, снятой со старого маяка — вовсе не разумно. Не для того мы сюда летели.

— Пусть идут, — решительно произнесла, посмотрев на Лалану, — мы останемся и попробуем составить все возможные варианты на основе полученных данных, а они попытаются найти еще маяки или другие следы. Если ты сумеешь выделить состав металла, и нам удастся настроить на него приемники, возможно, отыщем идентичные материалы в земле.

В наступившей тишине мы все смотрели на девушку, ожидая ее решения. Сейчас, в столь уязвимой и спорной ситуации, важно было получить общее согласие, и, кажется, все это понимали.

— Хорошо, — отбросив вилку, решительно произнесла Лала, — но сегодня вы никуда не двинетесь. Завтра. И только до второй точки. Иначе я просто сойду с ума от волнения.

— Договорились, — просиял хальп, подбирая столовый прибор и подхватывая кусочек сублимированного мяса, — а теперь я тебя немного покормлю.

Лала сердито сверкнула глазами, но послушно открыла рот. Из-под длинных темных ресниц глаза девушки поблескивали явным торжеством, словно она выиграла куда больше, уступив в этом споре. Впрочем, я могла ее понять, поэтому, пряча улыбку, отвернулась.

Усталые и разбитые, не берясь за серьезные дела, мы только загрузили образцы для анализов, прежде чем отправиться спать. Это день стоил нам значительных усилий.

— Попробуйте запросить у ИИ дополнительную проверку территории, — посоветовал Руш, собираясь с Таном уйти в грузовой отсек. — Мы пока выставим защиту по периметру челнока.

— У нас разве есть что-то, чтобы поставить купол? — с сомнением вскинула бровь, поглядывая на Агента. Если не работает стнадартнгая аппаратура, то и энергетический щит не может быть стабильным, а затраты энергии окажутся просто колоссальными.

— Нет, на купол у нас нет ресурсов. Да и я сомневаюсь в его необходимости, — покачал головой Руш. — А вот проволока, весьма плотная, по которой можно пустить довольно сильный импульс, имеется. Попробуем с хальпом сделать контур.

— Только не переусердствуйте, — проворчала я вслед мужчине, — если энергии соберется слишком много, а над этой планетой разразится гроза, то мы станем замечательным громоотводом.

— Ну что? — Лала сидела в кресле рулевого отсека, баюкая поломанную руку. — Сильно болит?

— Нет, скорее ноет. Это больше для самоуспокоения. Знаешь, эдакое внутреннее ощущение хрупкости и разбитости, в прямом смысле. Странное чувство, — отметила девушка, и широко зевнула. — Отвратительный день.

— Не скажи. При всех вариантах, мы отделались малым испугом, — заметила я, тоже садясь напротив мониторов. — О чем задумалась?

— О том, что обсуждали за ужином. Маяки не могут быть просто разбросаны в пространстве. Должна быть логика. Вот я и смотрю, и кажется, что что-то упускаю. Что-то очень простое и настолько очевидное, что потом буду рвать волосы от досады.

Я тоже посмотрела на карту. Снимок был подкрашен яркими цветами, отмечая разные высоты и плотность растительность. Некоторые точки оставались белыми, куда не доходил сигнал, другие же наоборот, темнели пятнами. Как та часть, где был глиняный муравейник, в который я сегодня угодила. А еще две черные точки маяков и наш челнок по центру.

Присмотревшись, я ощутила то же странное чувство, о котором говорил Лала: ответ здесь, перед нами, и он очевиден. Но мы не знаем, что искать, потому слепы.

— Им-12? Ты здесь?

— Да, Кира, — с легким скрипом отозвался голос ИИ.

— Ты можешь провести повторную картографию местности, с учетом тех данных о смене высот, что записаны на моем голографе?

— Это возможно, — после короткой паузы отозвался компьютер.

— Это даст преимущества?

— Есть шанс, что карта станет четче, так как у меня будут ориентиры не только аэросъемки, но и изогипсы. Да, я сумею подправить карту на основе данных.

— Изогипсы? — немного удивленно переспросила Лала.

— Старое понятие, — пояснила я, сама когда-то введя эту терминологию для ИИ, — линии одинаковых высот. Позволяют довольно точно выстроить рельеф местности. Один недостаток — при такой густой растительности, нужны полевые данные.

— Полевые? Где ты набралась этих древних понятий?

— У меня была хорошая обучающая программа по исследованию новых планет, одна из первых версий, потому очень простая и внятная.

— Почему сразу не сказала, что вы с ИИ так умеете? Поправить рельеф местности, вычистив его от «шума» для нас очень важно. Может, если бы мы знали раньше, то не скатились по тому склону, — мне показалось, что нацоя даже в какой-то степени рассердилась на меня, выдавая эту тираду.

— Не сказала потому, что только что вспомнила о такой возможности. Я — механик, а не ученый, Лалана — устав за этот день не меньше, отозвалась я и встала с кресла. — Кроме того, если бы мы не «скатились по тому склону», как ты выразилась, ИИ не смог бы ничего сделать, так как опорных точек было бы недостаточно. Им-12!

— Да, Кира?

— Запроси данные по сегодняшним перемещениям у всех четырех голографов. И попробуй выправить карту. Спокойной ночи, Лалана,

Если бы у меня была возможность, я бы самозабвенно хлопнула дверью, так рассердили меня претензии Лалы. Ведь если бы кто-то не ошибся на повороте, мы тоже вполне могли бы избежать падения. Но я оставила эту мысль при себе, хотя она вполне себе ощутимо висела в воздухе.

Сердито фыркая, я забралась в койку, накрывшись двумя покрывалами. От паутинки и изобилия заживляющих мазей было почему-то холодно.

Слабый свет не давал теням в углах принять устрашающие формы, и я спокойно закрыла глаза, утомленная всем, что случилось за этот долгий день. Но стоило мне только погрузиться в сон, как в комнате что-то зажужжало, заставив встрепенуться.

Дернувшись, сев в постели, я сонно моргала, не сразу узнав Руша без его вездесущей маски.

— Спи, это я, — шепнул Агент, с усилием пропихнув гравиплатформу между стеной и моей койкой и выравняв ее до нужной высоты. С тихим шипением опустились опоры и жужжание исчезло.

— Что ты делаешь? — глядя на это безобразие, сквозь зевок спросила у Агента.

— Создаю комфорт, — туманно отозвался Руш, с удовлетворением осмотрев результат.

— Не поняла?

Поверх платформы раскатали тюфяк, бросили пару подушек, а затем, довольно вздохнув, на нее забрался сам Руш.

— Это что? — все еще не очень понимая происходящее, я указала на все сразу: на подушки, одеяло и самого Агента, вольготно расположившегося на платформе.

— Моя постель, — весьма довольно отозвался мужчина, скидывая футболку и поворачиваясь ко мне. — Ты же не думала, что мы поместимся вот на этом вдвоем?

Презрительный тычок в мою койку должен был все пояснить, но я никак не могла собрать мысли воедино.

— Нет. Я вообще не думала об этом. Как и о том, где ты будешь спать.

— Вот видишь как хорошо, что об этом подумал я, — и так светло улыбнулся, что я сама невольно растянула губы в улыбке.

— Так что ты здесь все же делаешь? Мы о таком не договаривались, — окончательно проснувшись, напомнила я.

— Знаю. Но мы о многом не договаривались, Кира. А день был тяжелый, мы оба устали, взволнованы. А ты еще и разбита со всех сторон. Можешь ворчать, но я не намерен оставлять тебя сегодня одну. Как и ютиться на этой койке, — утратив серьезный тон, Руш завалился на подушку и высоко поднял одну руку, явно предлагая мне нырнуть в объятия.

Потратив несколько долгих мгновений на раздумья, оценив площадь грудной клетки Руша, я подползла ближе, прижав прохладные ладони к теплой коже.

— Только потому, что я замерзла, — зевнув и закрыв глаза, вынесла вердикт.

— Я так все и понял, — хмыкнул Агент, укрывая меня одеялом и подтаскивая еще ближе.

Глава 36

Не знаю, что именно подействовало, но спала я так крепко и спокойно, как не доводилось уже давно. Может, дело было в лекарствах, что мне назначили для восстановления нервной системы. А может в том, что всю ночь меня обнимал сильный и надежный мужчина, способный свернуть многоножке голову парой движений, но при этом едва ощутимыми невесомыми касаниями проверяющий, не сползло ли мое одеяло.

— Доброе утро, — тихо, перемежая слова поцелуями в шею, поздоровался Руш.

Я проснулась чуть раньше, когда любопытные ладони стали медленно двигаться по телу, будоража рецепторы даже через паутинку. Ощущения были странными, более яркими, словно ограниченная этим защитным покровом, кожа пыталась получить максимум удовольствия, упиваясь реакциями.

— Как себя чувствуешь?

— Я бы еще поспала, — честно призналась, прижимаясь ближе к теплому боку.

— К сожалению. Скоро сменится режим освещения, и в любом случае придется вставать.

— Но еще же не сменился, — немного капризно проворчала, подставляя под ласку бедро, которое не было затянуто паутинкой. — Это мое законное личное время на отдых.

— Ну тогда спи, конечно, — фыркнул Руш вдруг отстранился, оставив меня отвратительно бодрой и недовольной.

— Эй! Так нечестно, — вынесла вердикт переползая ближе под теплый бок. — Ты меня разбудил, так что бери на себя ответственность.

— Что-нибудь еще? — с усмешкой уточнил Агент, распахивая объятия.

— Да. Сколько там до смены освещения?

Киборг и Руш ушли через час после завтрака, оставив нас с Лалой анализировать данные и с волнением следить за ними на мониторах. Согласно правкам, что внес в карту ИИ, дорога мужчинам предстояла не такая долгая, как вчера, но это ничего не значило. В этих высоких зарослях и непроходимом переплетении лиан, все могло измениться в момент из-за одного неверного шага, как мы уже проверили вчера.

— Нам бы узнать, что здесь, — Лала рассматривала карту, где в одном месте обозначилась четкая линия, очень похожая на ступеньку.

— Там заросли смотри какие, — покачала я головой. — И спуск резкий. Если бы у нас хоть один дрон летал — еще был бы шанс, а самим туда лезть не стоит.

Лала только покивала, в целом соглашаясь, но я видела, что этот нетипичный для местности рельеф ей не дает покоя.

— Процесс выделения наиболее активных веществ завершен, — выдал Им-12 нарушая повисшею тишину.

— И что там? Есть чем удивить? — нацоя продвинулась к экрану, всматриваясь в ряды цифр и обозначения среди сотни которых я узнавала от силы три. Химия никогда не входила в перечень моих интересов или талантов. А вот Лала, кажется, вполне неплохо разбиралась во всем этом. — Подсвети аномальные показатели для планеты, так сложно разобраться.

Тут же несколько строчек вспыхнули желтым. Я даже не пыталась вникнуть в смысл, разглядывая больше карту, на которой прямая линия на самом деле смотрелась чужеродно, словно кто-то срезал, а потом просто склеил файлы съемки. Но этого не могло быть, Им-12 несколько раз перепроверил те данные, что были получены во время посадки. А значит эта "ступенька" действиетельно существовала.

— Ты можешь отыскать излучения, соответствующие девятому пункту? — голос нацои немного охрип, глаза взволнованно сверкали, словно она стояла у дверей, ведущих к нужным нам ответам.

— На небольшой радиус. И если излучение выходит на поверхность, а не скрыто растительностью. Успех маловероятен. Челнок не имеет достаточной исследовательской мощи.

Мне показалось, что после слов ИИ Лалана как-то потухла. Но тряхнув головой, девушка быстро взяла себя в руки.

— Делай все, что возможно, — решительно приказала она, распрямив спину, как перед боем. Я была в целом за такой настрой, но после хорошего сна, объятий Руша и комплекса полученных препаратов смотрела на ситуацию немного под другим углом.

— Только не нарушай протоколы по затратам энергии, — флегматично напомнила, тут же поймав на себе гневный взгляд Лала. — И не надо так смотреть. Нет смысла переводить всю активность на исследование, которое заведомо окажется малорезультативным.

— Это еще не известно, — начала распаляться Лала, но тут на экране ярко замигала красный огонек, а вслед за ним подключилась серена. ИИ полностью переработал систему сигналов на челноке в привычную нам обоим манеру.

— Пояснения, — потребовала я, выискивая на карте точки Руша и Тана. На первый взгляд все было в порядке, мужчины только немного отклонились по курсу. Но ИМ-12 не стал бы запускать тревогу просто так.

— Живой объект в непосредственной близости от челнока. В двух десятках метров от силового периметра.

— Мало ли что там, — пытаясь скрыть дрожь в голосе, отозвалась Лала. — Мы все равно внутри, а оно так, мимо проходило.

— Угроза?

— Расстояние пока слишком велико. Но контуры объекта имеются в памяти.

— Когда была первая фиксация? Время контакта

— Вчера, за три часа до затемнения*, когда вы вернулись на челнок. Объект в десятке метров. Есть визуальный контакт.

— Покажи, — потребовала я.

Сперва немного мутно, а потом все более четко на экране появилось изображение поляны. Ракурс был кривой, словно один и внешних датчиков не работал, но в нашей ситуации, где половина оборудования работала кое-как, а приборы чудили — это уже было хорошо.

На поляну, медленно и осторожно переставляя большие лапы, вышел вчерашний «не медведь». Мягкие плавные движения, небольшие круглые ушки и темная шерсть с серебристыми вкраплениями вызывали какое-то странное желание запустить руки в эту блестящую шкуру.

— Опять пришел, — зверь двигался медленно, с какой-то опаской. Присмотревшись к не самому четкому изображению, я даже потерла переносицу, удивляясь, как не сообразила вчера. Со страху видно. Теперь же было очевидно. — Да это же щенок!

— Котенок, — поправила Лала, с не меньшим восхищением глядя на то, как зверь вдруг одним плавным, чуть неуклюжим движением плюхнулся на спину и принялся играть с собственным хвостом.

— Кто?

— Котенок, — повторила Лалана, что-то щелкая на голографе, — весьма крупный, надо сказать, и немного непривычного экстерьера, чуть короче по хребту, но определенно, кот.

Нацоя вывела изображения из памяти своего устройства, показав мне очень похожего зверя, только много светлее окрасом и с более плоской мордой.

— Удивительно, что он здесь оказался, — Лала закрыла изображение, и мы вернулись к наблюдению за нашим гостем. — Мне, конечно, не увидеть всей ветви развития местной фауны, но я бы не поверила, скажи мне кто-то, что они здесь водятся.

— Почему?

— Руш, скорее всего прав и здесь случился значительный скачок уровня кислорода, что и привело к такой буйной растительности и росту насекомых. Но у кошек несколько иная структура клеток. Они не смогли бы развиться до нужного уровня к моменту кислородного выброса. По крайней мере, такого раньше не было.

— А если этот зверь — потомок инопланетного вида? — эволюция была мне интересна только как обывателю, в плане вот таких вот необычных ситуаций, когда существовало что-то, чего быть не могло. Но на каждой планете хватает разных биологических аномалий, так что играть в угадайку можно было долго.

И все же, это было веселее, чем ругаться из-за того, кто виноват в наших вчерашних травмах.

— И откуда бы ему тут взяться, — покачала головой нацоя, гладя, как котенок ростом мне до середины бедра, встал на все четыре лапы и двинулся к контуру, натянутому вчера Рушем и ЦунХиТАном.

— Если исходить из того, что здесь все же была какая-то база, то такое возможно?

— Маловероятно, — покачала головой Лала, а затем едва не выпрыгнула с кресла. — Куда ты лезешь?! ИИ, снизить напряжение в контуре!

В кабине раздался щелчок, а затем громкий обиженный «мряу» с последовавшим шипением, и наш гость отлетел от контура на пару метров, усиленно тряся головой и потирая нос лапой.

— Вот дурость мелкая, — недовольно шепнула нацоя, падая обратно на свое место. — Повезло, что мы тут все видим. При его массе вполне могло и убить.

В динамике, из-за увеличившегося расстояния, было слышно только недовольное тихое урчание.

— Забавный зверь. Но думаю, лучше бы ему уйти, пока Руш с Таном не вернулись. Или пока его родичи не нагрянули.

— Точнее, мама. Если тут хоть какие-то условия развития сохранились, как на других планетах, то ждать нам стоит маму. С острыми когтями и крепкими клыками, — задумчиво произнесла Лала.

* * *

К нашему удивлению, котенок сидел на поляне еще довольно долго, несмотря на обожженный нос. Только ближе к полудню, это чудо ушло в заросли, прячась от яркого солнца. Признаться, мы с Лалой облегченно выдохнули. Насколько бы интересно ни было наблюдать за зверем, никто не хотел его еще одной встречи с ЦунХиТаном и Рушем, которые судя по карте уже двинулись в сторону челнока.

Напряженные, измазанные в соке местных растений, мужчины вернулись во второй половине дня. Пройдя очистку, чтобы ненароком не занести лишней заразы на наш корабль, они присоединились к нам в кают-компании.

— Ну? — Нетерпеливо потребовала Лала, перегибаясь над столом.

Руш включил голограф, демонстрируя копию того маяка, что мы видели днем раньше. Только состояние его было на порядок хуже.

— Оу, — разочарованно выдохнула нацоя, явно рассчитывая, что аппаратура будет более пригодной для изучения, и она сумеет уговорить мужчин проводить ее к этому месту. — Ничего значит, не узнали толком.

— Не совсем, — не согласился Агент. — Мы выяснили немного интересного о самой поверхности. Оба маяка стоят на одинаковой высоте, и я попросил ИИ составить схемы, чтобы мы могли попытаться отыскать остальные. Что-то мне подсказывает, что это самый быстрый путь к успеху.

— И? — Лала едва ли не подскакивала на месте.

— Ждем результатов, — подал плечом хальп, берясь за еду. Руш же, взяв свою порцию, направился вон из комнаты.

Подумав с минуту, кивнув киборгу и девушке, вышла вслед за Агентом. Мне было жизненно важно знать, что в этот раз обошлось без травм.

Сидя на койке в своей комнате, завернув ноги, Руш медленно, с наслаждением ел. Раньше я его за этим процессом не видела.

Вскинув голову при моем появлении, мужчина несколько растерянно оглянулся по сторонам, словно сомневался, как именно ему поступить.

— Не помешаю? — уточнила, чувствуя его и собственную неловкость, тихо спросила.

— Да, конечно, — Руш сделал приглашающий жест, но так и продолжал ковырять еду вилкой.

Сделав шаг в каюту и прикрыв дверь, я какое-то время еще стояла, ощущая напряженное молчание между нами, но надолго моего терпения не хватило.

— Если мешаю, тогда зайду потом, — уже разворачиваясь к двери, решительно произнесла я.

— Стой, Кира! — Руш тяжело вздохнул, словно я на самом деле чего-то не поняла. — Присядь, пожалуйста. Я рад твоему приходу. Правда. Просто за последние полжизни я не ел в присутствии кого-то.

С удивлением повернувшись к Агенту, я все же рассмотрела легкий румянец смущения, который мужчина пытался компенсировать суровым выражением лица, с котрым он глядел в тарелку.

— Совсем?

— По правде говоря, да. Я довольно давно служу Агентом, и у нас строгие правила на этот счет. Младшие мальчишки начинают носить маски через полгода после поступления. Лет в восемь-десять. Потом все становится строже, пока не вырабатывается стойкая привычка.

Руш, замолчал, принявшись интенсивно жевать. Кажется, ему удалось справиться с собственными эмоциями довольно легко. Мне бы такие таланты.

Покончив с едой, мужчина отставил тарелку на стол, и распахнул объятия. Мне не нравилась ткань его одежды, сейчас черная и гладкая, но я, кажется, соскучилась по ощущению его крепких рук, так что скользнула ближе, утыкаясь носом куда-то в ключицу. Недовольно фыркнув, позволяя себе сегодня чуть больше, раз уж такое несвоевременно вторжение сошло мне с рук, потянула клапан на шее, желая добраться до теплой белой кожи.

Руш тихо хмыкнул, помогая мне с застежкой, и когда я довольно засопела, уловив тонкий аромат гигиенических средств, смешанный с запахом мужчины. Обняв меня крепче, Агент потянул нас обоих назад, и мы упали на подушку.

— Знаешь, на гравиплатформе все же не очень удобно спать, — хмыкнул мужчина, намного поерзав и устроившись удобнее. — Но места куда больше, чем здесь.

Я только хмыкнула, соглашаясь, а потом попыталась вернуть разговор в интересующее меня русло.

— Ты рассказывал о годах обучения. Как ты попал в Агенты? — хотелось узнать о нем как можно больше, раз уж у кого-то есть настроение поделиться прошлым.

— Ничего любопытного. У семьи был очень тяжелый период. Жетонов не было вовсе. Мы почти голодали, когда маме предложили продать меня в рабство. Не дрожи, она отказала, — погладив меня по плечу, с улыбкой и какой-то гордостью пояснил Руш. — Только тот, кто пытался выкупить дешевую рабочую силу, был очень настойчив и приходил еще три раза. Он же надавил на работодателя отца, и тому срезали зарплату. А после меня пытались просто украсть.

Агент немного помолчал, прежде чем продолжить. Теперь в его голосе звучал гнев:

— Я рос крепки мальчиком, жилистым, несмотря на нехватку питания, и мы прекрасно понимали, что просто так нашу семью не оставят в покое. Переговорив с кем-то из старших коллег, отец узнал про Страховых Агентов. Про то, как их обучают и кем они потом могут стать. Шанс был мизерный, очень уж далеко наша родная планета от Центра и от базы Агентов. Но отец рискнул. Потратил последние сбережения на отправку заявки, не очень надеясь на результат.

Я завороженно слушала, боясь даже вдохнуть. Моя собственная история не была похожа на сказку, и я отлично понимала, какие эмоции мог испытывать мальчик в те дни.

— Агенты прилетели через три дня, которые меня прятали. Не помню, что это было за место, но перед глазами всплывет что-то напоминающее бочку. Помню, как со скрежетом отодвинули круглую крышку, и как в проеме показалось лицо в маске. Я испугался, но поднял железный прут, чтобы не сдаться просто так, — мужчина усмехнулся. — Тот Агент ничего не сказал, только отодвинулся, пропуская внутрь маму. А через два часа, после нескольких тестов и осмотра, меня забрали из дома навсегда.

— Ты не жалеешь? — мне было интересно и немного страшно услышать ответ. Я никогда не имела возможности вновь встретиться со своими родителями, а вот семья Руша еще могла быть жива.

— Ни капли, — решительно отозвался мужчина. — Ты знаешь, что кадетам платят стипендию? С самого первого дня, обучая таким образом распоряжаться кредитами. Мне потребовалось всего четыре стандарт-месяца и доступ к Потоку, чтобы родители смогли переехать. С те, что им оставил мой Агент-куратор в качестве выкупной суммы и тем, что я сумел анонимно перевести, родители смогли изменить свою жизнь.

— Но ты никогда не виделся больше с ними? — мое сердце взволнованно стучало в груди в ожидании ответа.

Руш помолчал, словно не решив, может ли мне сказать правду.

— Я летал к ним несколько раз, — тихо признался он. — Тайно наблюдал издалека. Это запрещено, так как дает рычаги давления, но я знаю, что кураторы смотрят на это сквозь пальцы, если действуешь аккуратно. Когда-то я спросил своего, почему он помог с переводом и переселением семи. Знаешь, что он мне ответил?

— Что? — свистящим, взволнованным шепотом спросила я.

— Он сказал, что, пока нам есть за кого искренне переживать — мы не потеряем своей целостности и души.

— Но ты не боишься, что тебя могут забыть?

— Я думал об этом. И пару лет назад, после очередного задания решил что все, с меня хватит. Взял свой челнок, и не таясь отправился к колонии, где живут родители.

— И? — паузы в повествовании меня просо убивали. Кажется, я переживала за Руша сильнее, чем за саму себя.

— Праздник «Ваналати». День, когда заблудшие6 души могут вернуться домой. Знаешь, что я увидел на окне дома? — мужчина повернулся, заглянув мне в глаза. Его лицо светилось радостью и теплом, когда он продолжил. — Огнями было выложено мое имя. Мое, Кира. Чтобы я мог отыскать дорогу. Эй, зачем?

Я тихо всхлипнула, чувствуя, как в горле собирается комок. Руш протянул палец, поймав слезу, что скатилась по щеке, а я ничего не могла поделать, так сильно меня зацепило это простое проявление любви, без требования чего-то взамен.

Глава 37

Кира уснула, а мне предстояло разобраться с кое-какими делами. Разговор о прошлом помог расставить многие моменты по своим местам и принять давно вызревшие решения.

Я два года искал вескую причину, чтобы завершить службу и сменить роль полевого Агента на должность куратора или свободного консультанта. Подтирать за чужими косяками не всегда было весело и безопасно. Но пока не было достаточного основания все это прекратить, я работал.

Теперь же все иначе. Сейчас самая веская причина во вселенной мирно сопит в моей каюте, кажется, все еще не веря, что у меня серьезные намерения на ее счет.

— Им-12, —заходя в рулевой отсек, повал я.

— Слушаю, Руш, — эта система определенно была наделена хорошей способностью к обучению и самостоятельному принятию решений.

— Открой графу контактов.

— У меня нет доступа, — ага, значит я был прав, и ИИ успел прошерстить все, до чего добрался своими виртуальными ручками.

— Я дам, — приложив голограф к модулю, ответил.

— Кого мне искать? — на экране тут же отразилось несколько тысяч имен и названий.

— Ищи вкладку «куратор». Закрытый канал.

— Есть. Требует ручного ввода пароля, — выкидывая диалоговое окно на экран, прокомментировал ИИ. Быстро набрав нужные цифры, я ждал, когда система разрешит доступ. — Готов к записи сообщения.

— Пиши. Лаим, друг мой, можешь провести для меня анализ личного дела? И подготовь документы на отчуждение. Я решил. И протокол на объявление совместимости. Но пока не афишируй. Конец сообщения. Сможешь отправить так, чтобы не узнала Кира? Не стоит ее волновать, — мне было интересно, как именно ИИ станет исполнять данное указание

— Могу не сообщать ей, так как это не несет угрозы, — медленно, словно ему требовалось время на раздумья, ответил ИИ. — Но если Кира задаст прямой вопрос — отвечу. И мне нужно будет сменить формат файла, так как связь с внешними каналами очень слаба и искажена.

— Меня устраивает, — усаживаясь в кресло, согласился на озвученные условия.

По экрану побежала графа отправки. Когда сообщение поменяло цвет, почти мгновенно скрывшись из новостной строки, я потянулся:

— А теперь давай займемся делами насущными. Карта готова?

Радиус, где могли находиться следующие маяки, оказался довольно велик. В одном месте участок цеплял обрыв, к другому же вели такие плотные заросли, что я не был уверен, успеем ли мы пройти туда-обратно за световой день.

— Это что? — ЦунХиТан опустился в соседнее кресло, потирая плечо. Одна из лиан сегодня довольно ощутимо щелкнула хальпа по руке, стоило ее разрезать, освобождая дорогу.

— Предполагаемые позиции нахождения остальных маяков.

— Не самые удачные точки, должен заметить, — киборг с одного взгляда оценил всю сложность предстоящей задачи. — Трудновато будет.

— Согласен. Но это пока отложим. Хочу завтра сходить за нанитами.

— Уверен, что они вернулись к точке сброса? Если то, что ты мне рассказал — правда, муравейник должен быть просто необъятных размеров.

— И все же, лучше так, чем искать маяк над пропастью. Да и я, признаться, очень рассчитываю именно на размеры этого гнезда. Если и дальше придерживаться мысли, что искомое нами место под землей, то муравьи сделали за нас часть работы, изучив недра.

Хальп задумался, поскреб бровь, а потом согласно кивнул.

— Ладно, что-то в этом есть. Да и дороги тут не больше, чем на полчаса в одну сторону. Быстро обернемся, если что.

— Тан, — позвал я приятеля совсем другим тоном, отвлекая его от мыслей о завтрашнем походе.

Киборг, тут же посерьезнев, повернулся ко мне, вглядываясь в маску.

— Говори, — кивнул хальп, показывая, что слушает внимательно.

— Если мы ничего не найдем в течение пяти дней, я буду настаивать на том, чтобы покинуть это место, — предупредил я, чтобы потом избежать непонимания и взаимных обид.

— Причина?

— Наши запасы не столь обширны, как хотелось бы и расход энергии идет быстрее. Кроме того, нахождение на планете не самым лучшим образом сказывается на здоровье Киры, а это уже совсем другая категория.

— Ее тело плохо восстанавливается? — Я знал, что ЦунХиТан искренне переживает за ташву, потому решил рассказать.

— Нет, раны затянулись хорошо. Проблемы с нервной системой. Она находится в постоянном возбуждении и даже во сне у Киры бывают приступы паники. Я ей не говорил, но мне не нравится результат.

— Хорошо. Пять дней — это небольшой срок, да и возможности у нас весьма ограничены. Думаю, этого будет достаточно, чтобы обобщить собранные данные и уже потом, вместе с отцом решать, что делать дальше. Я соглашусь с твоим решением.

— В тебе я не сомневаюсь, — не сдержавшись, я усмехнулся. Тан — разумный малый, с которым было просто разговаривать. Но был кое-кто еще. — Меня больше пугает возможная реакция Лаланы на подобное заявления.

— О, да, — киборг хмыкнул. — Что ж, я постараюсь удержать эту вредную нацою, но обещать не могу.

Мы немного посидели молча, размышляя каждый о своем, когда на экране замигал красный огонек.

— Смотри-ка, наш приятель вернулся, — на поляну, сердито рыча, так что даже с такого расстояния система улавливала звук, выскочил лесной кот.

— Еще один объект. Движется на большой скорости, — отрапортовал ИИ, а через несколько мгновений из зарослей выбрался внушительных размеров жук невероятно яркой расцветки.

— Ставлю свой ужин на то, что эта тварь ядовита, — с отвращением произнес хальп, рассматривая неоновый окрас.

— Скорее всего, — был вынужден согласиться, наблюдая за тем, как лесной кот начал медленно отступать в сторону челнока. — Почему этот дуралей не убегает? На открытом пространстве у него нет шансов.

— Думаю, он просто не знает, что сейчас лучше бежать. Или ему некуда, — задумчиво произнес хальп, наблюдая за немного неуклюжими, подростковыми движениями кота. — На нашей планете такие сами еще не ходят. Должна быть мама.

Я сердито выругался, поднимаясь с кресла.

— Куда?

— Помнишь, в двухстах метрах от второго маяка была какая-то нора, которую мы быстро прошли?

— Там, где валялось множество костей, похожих на птичьи? — Тан кивнул, припоминая.

— Теперь мне кажется, что я видел там большую, полуразложившуюся тушу похожего окраса. Вывести запись последней прогулки на экран.

Изъятые из памяти маски на мониторе тут же заплясали изображения всего, что попало на камеру.

— Стоп. Возврат. Еще. Стоп кадр, — я повернулся к киборгу, ожидая его решения. Изображение было нечетким, так как в зарослях повсюду лежали темные тени, но очертания позволяли уловить некоторое сходство.

— Можешь очистить от шумов? — попросил хальп у ИИ. По изображению прошла рябь, делая кадр светлее и четче. Сомнений не оставалось.

ЦунХиТан выругался.

— Значит, у него нет мамы.

— Боюсь, что так.

Мученически застонав, переведя взгляд туда, где огромный жук щелкал челюстями в десятке шагов от прижавшего голову, но все еще замахивающегося лапой кота, киборг встал из кресла.

— Надеюсь, нас не сожрут, но мне просто не по вкусу, когда кто-то обижает маленьких.

— Смотри только, чтобы жук не начал плеваться. Я частенько слышал о таком финте эволюции, — подхватывая накидку и застегивая ее на плечах, посоветовал киборгу, идущему впереди. Тану еще было необходимо надеть защитный костюм, прежде чем мы сможем выйти наружу.

* * *

— Вот же… — выругался Тан, стоило шлюзу открыться.

За те нескольтко минут, что мы потратили на дорогу от рулевого отсека до шлюза и на переодевание, кртина сильно изменилась.

Кот тихо рычал с подвыванем, пытаясь вжаться в месиво листвы под ногами. В нескольких местах темная, с серебристыми вкраплениями шкура дымилась, на носу явно виднелась кровь. Лесной кот, пытался грозно мяукать и махать лапой, прижимался почти к самой силовой ограде, но жуку до этого не было дела.

Не слишком большой, всего в полтора раза крупнее кота, яркий до рези в глазах, нападающий оказался весьма проворным. Щелкая челюстями и быстро перебирая шестью лапами, пытаясь подобраться к коту с незащищенной стороны, он был нешуточной угрозой для такой молодой особи.

Приготовившись, Тан выстрелил, помня нашу встречу с многоножкой и целясь в не защищенные хитином части. В ответ жук выдал струю кипятка, от которой масса листьев под ногами тут же почернела.

— Ах ты…! — киборг отскочил в шлюз в последний момент, я же бросился в другую сторону, параллельно приказав ИИ отключить силовой периметр. Не хватало самим напороться на контур. Тогда никакие препараты в медблоке не спасут.

Обогнув жука с другой стороны, я попытался поймать его на мушку, но насекомое, явно разобравшись, что мы будем поопаснее кота, подставлял только хитиновый бок, который наше оружие не могло пробить. Лучи соскальзывали, как вода по стеклу, не оставляя даже царапин.

— Тан, что с котом? — выстрелив пару раз, я отвлек внимание жука на себя, давая возможность киборгу подобраться ближе к лесному зверю.

— Живой, но его сильно обожгло, — отозвался хальп. — Совсем малой еще, только глаза таращит. Что делать?

— Вот девчонки порадуются, — фыркнул я под нос, представив, какой эффект этот посетитель может произвести на наших дам. — Тащи его в грузовой отсек. Там посмотрим. Жалко, если эта тварь его сожрет. Твою ж… — увернуться от струи кипятка я сумел в самый последний момент, отвлекшись на действия ЦунХиТана.

Подхватив лесного кота на руки, киборг быстро завернул за корпус челнока, скрываясь от внимания жука, полностью предоставленного мне. Понимая, что смысла с ним бороться больше нет, я метнулся в сторону от очередного залпа.

Насекомое, обернувшись вокруг своей оси, стало вдруг недовольно стрекотать, приподняв надкрылья. Это не предвещало ничего хорошего, так что выдав пару залпов практически наугад желая только отвлечь опасного соперника от своей персоны, я бросился к открытому шлюзу. Бежать к грузовым воротам я сейчас бы не решился, так как для этого пришлось бы пройти под самым носом у этой неоновой громады.

— ИИ, закрывай! — приказал я, когда до челнока было еще восемь шагов.

— Критическое расстояние, — недовольно проворчал Им-12 сквозь помехи.

— Закрывай! — если шлюз не успеет закрыться сразу за моей спиной, я очень рискую свариться, не смотря на степень защиты моего комбинезона. Все же, пока не очень понятно, какой именно кислотой плюется эта тварь.

Двери стали сходиться, когда мне оставалось околотрех шагов, так что я вполне успел проскользнуть вовнутрь и скрыться за одной из створок, на случай, если залп еще будет. Но жук только недовольно стрекотал и топтался по поляне.

— Кажется, у этого вида только пять залпов, — весьма флегматично прокомментировал ИИ.

— Как своевременно, — не мог не порадоваться я, восстанавливая дыхание. — Что там у Тана?

— Киборг пытается пристроить кота, но тот не желает пристраиваться. Я бы предположил, что зверю больно.

Дождавшись, когда внутренние створки разойдутся, я заглянул в медотсек, прихватив анализатор и некоторые препараты прежде чем двинуться в грузовой блок.

— Что у тебя?

Киборг так и стоял, держа на руках дымящегося кота.

— Не могу его положить, — как-то печально-обреченно произнес халп, демонстрируя мне как зверь, выпучив глаза, всеми конечностями обвил руки киборга.

— Поздравляю, ты теперь его мама, — хохотнул я, запуская гравиплатформу и активируя на ней щадящую систему поддержки. — Попробуй сюда.

После третьей совместной попытки снять кота с рук Тана, было решено, что это может подождать, и кису вполне можно осмотреть и так. Предложив киборгу присесть на платформу и положить кота на колени, я достал приборы.

Стараясь ласково разговаривать с животным, чтобы как-то снизить уровень стресса, я провел анализатором над дымящимися ранами. Кажется, плотная шерсть вполне хорошо защитила от действия кислоты, но реакция продолжалась, и это стоило учесть. К тому же, зверя весьма сильно приложило о землю. Видимо, жук его изрядно бодрнул и кому-то очень повезло не попасть на силовой контур.

Еще одним положительным моментом стало то, что зверь вполне мог дышать корабельным воздухом. Через несколько часов нужно будет повторить проверку, но пока это давало возможность заняться лечением.

— Сейчас я вас обоих обработаю раствором, который должен нейтрализовать кислоту, так что не дергайтесь, — предупредил, вынимая из медицинского бокса небольшой баллон.

— Серьезно? И как «мы» должны это сделать? — заворчал Тан, но на всякий случай крепче прижал к себе кота. Тихо заурчав, словно предчувствуя неприятности, зверь легко ухватил хальпа за пальцы. Через перчатку он бы не прокусил, да и кажется, не сильно старался, но киборг недовольно скривился, кивнув мне.

Тряхнув баллоном несколько раз, я выпустил первую порцию белой пены, которая при соприкосновении с кислотой, тут же начала темнеть и стекать на пол водой. Кот, вздрогнувший в первый момент и попытавшийся сбежать, почти мгновенно затих, тихо заурчав. Видно, кое-где кислота все же добралась до кожи, а теперь боль отступала.

— Хорошая киса, — заворковал хальп, подтверждая мою первую мысль. Кто-то определенно знает, как обращаться с этими животными.

— Такое чувство, что у тебя дома есть кот, — заметил я, уже другим средством обрабатывая нос животного.

— Два. Покрупнее чем эта мелочь, — почесав за круглым ухом, ответил киборг, — и не такие напуганные, но тоже любят обнимашки.

— Думаешь, и правда потомок тех животных, что прибыли с кораблями?

— Они прекрасно ловят корабельных грызунов, если система не предполагает использования отравы, — задумчиво ответил Хальп. — Хорошо переносят замкнутые пространства и перелеты, так что вероятность очень большая. Но точно можно будет сказать только после того, как проведем анализ ДНК. Если в нем есть примесь существ с другой планеты, мы это сразу узнаем. Да и неплохо бы выяснить, что там по доминантам*. Не думаю, что в нем много генов агрессии, но хотелось бы знать наверняка.

— Руш? Что у вас тут происходит? — в отсек, взволнованно хмуря брови, заглянули Лала и Кира. Глубоко вздохнув, мысленно готовясь к восторженным вздохам и сочувственным ахам, я отошел в сторону, открывая девушкам вид на нашего перепуганного гостя.

— Бедный котенок! — прижав ладони к щекам, тихо воскликнула Лалана.

__________________________

*речь идет о "генах доброты", так называемы общие характеристики, выявляемые у домашних животных. (к примеру, у тех же лабрадоров от очень высок)

Глава 38

Кот, весьма благосклонно принявший внимание девушек и стойко вытерпевший лечение, провел в грузовом отсеке ночь. Оградив часть помещения крепкой такелажной сеткой и налив зверю воды, мы оставили его немного отдохнуть, решив выпустить на волю утром.

Позавтракав, еще раз обсудив маршрут и время, которое планировалось затратить на дорогу, мы с Таном открыли грузовой шлюз, выпуская кота вперед. Вот только наш новый знакомый не слишком сильно жаждал вернуться в лоно природы, нерешительно перебирая лапами у входа.

— Идем, прогуляемся, — легко хлопнув зверя по бедру, весело произнес хальп. Скорее от неожиданности, чем от боли, кот выскочил наружу, негодующе ворча. — И не бухти там.

Тихо посмеиваясь, я вышел следом, приказав ИИ запереть шлюз.

Дорога на самом деле напоминала в этот раз прогулку. Наличие хорошей карты и готовой тропы позволили лучше сосредоточиться на местности и возможных встречах. Закрепив тросы над местом с самым пологим склоном, мы довольно быстро спустились к муравейнику.

— Нормальная такая громадина, — фыркнул Тан, оценивая ту часть, что можно было рассмотреть сверху. — Теперь я понимаю, почему ты так настаивал на том, чтобы забрать нанитов.

— Именно. Глазами мы этого не увидим, и даже если вернется только половина — это уже должно расширить наши знания о планете. Было бы просто глупо потерять такую возможность. Тьфу! — я в последнюю секунду успел вскинуть оружие, уводя с цели, когда сверху немного неуклюже, глядя распахнутыми большими глазами, свалился наш кот. — Ты бы как-то аккуратнее, зверюга. Мог же и пристрелить.

Зверь только тихо рыкнул, прячась за ноги киборга.

— Да, конечно. Оно само так получилось, — передразнил я кота, разворачиваясь в нужную сторону. — И что же нам с тобой делать теперь? Есть у меня стойкое ощущение, что придется брать за тебя ответственность, морда ты мохнатая.

Кот, кажется, почувствовав себя значительно лучше, то вырывался вперед, высоко прыгая на мягких лапах, то пытался охотиться на гигантских бабочек. Поймав одну, вернулся к нам через полчаса, весь перемазанные какими-то сухими красками и с парой крыльев, торчащих из пасти. Весьма довольный собой.

— Поймал-таки, — глядя на эту довольную морду, невозможно было не умилиться. — Тан, как ты относишься к охоте на бабочек?

— Смотря что ты имеешь в виду, — флегматично отозвался идущий позади хальп. Мне показалось, что присутствие кота довольно положительно повлияло на нас всех, успокаивая. Слишком высокое нервное напряжение никому не шло на пользу, а такое медленное продвижение поисков способно было свести с ума и более подготовленных личностей, чем наши девушки.

— Да так, просчитываю варианты.

— Если ты думаешь, как взять на борт этого мохнатого, то ему надо в среднем три-четыре таких бабочки на день. Перелет около шести дней. Накладно. Нужно придумать что-то еще.

— Тогда будем решать ближе к делу. Вдруг наш приятель так, временно к нам привязался.

— Сомневаюсь. Все же, он корабельный кот, и даже несколько столетий эволюции не смогли бы вытеснить весь результат генетической селекции из хромосом.

— Это-то меня и пугает. Домашних животных у меня на корабле еще не было и я слабо представляю себе, как это все может выглядеть. Пришли.

Спустив на тросе небольшой высокочастотный манок в пролом, так искусно проделанный ташвой при падении, мы с ЦунХиТаном стали ждать. Нанитам требовалось какое-то время, чтобы среагировать на зов и вернуться в исходную точку.

Через два часа на голограф пришли первые данные заставив отвлечься от созерцания местной природы с котом в главной роли. Надеясь получить хоть что-то полезное от этих мелких роботов, я тут же запустил анализ данных, а когда первый результат открылся на панели, не смог сдержать удивленного возгласа.

— Что там?

— Лала будет в бешенстве. И в восторге. Попеременно, — повернув изображение к киборгу, весьма уверенно произнес. Хальп несколько мгновений рассматривал часть схемы, а потом хмыкнул, словно чего-то подобного и ожидал.

— Определенно.

— Ждем еще часа полтора, в зависимости от результатов, а потом возвращаемся.

— Только если ты обещаешь сдерживать свою нацою от опрометчивых поступков. Мне что-то подсказывает, что Лалана рванет на поиски входа тут же, не дожидаясь утра.

— Тогда, — Хальп посмотрел на местную звезду, которая уже прошла точку зенита и медленно возвращалась к горизонту, — имеет смысл сказать, что данные требуют обработки и отложить все до утра. Не уверен, что моего влияния будет достаточно для того, чтобы удержать ее теперь.

— Тогда так и поступим. У меня нет ни малейшего желания ходить по этому лабиринту в ночное время.

ЦунХиТан согласно кивнул, устраиваясь поудобнее на прогретой корке муравейника.

— Покажи еще раз. Просто не верится.

* * *

Дождавшись, когда к манку вернулось почти семьдесят процентов нанитов, понимая, что откладывать возвращение дальше может быть просто опасно, мы двинулись в обратный путь. В лесу сумерки навалились быстро, и тени становились с каждой минутой длиннее, выползая из-под кустов и высоких деревьев. Как и предчувствие, что кто-то всматривается мне в спину с не самыми добрыми намерениями.

— Тан, тебе затылок не жжет? — тихо обратился к киборгу, заметив что тот вдруг ускорился.

— А я все думал, когда же ты спросишь, — невесело фыркнул хальп. — Скоро мозги вскипят, если не поторопимся. И кот пропал.

— Он дома, сумеет спрятаться, а вот мы — пара экзотических консервов. Весьма лакомых, кажется, — не удержался я, запуская систему кругового поиска. Долго эта функция в маске работать не могла, но и до Челнока оставалось совсем немного, чтобы рисковать идти вслепую.

— Несколько объектов на четыре часа. Чуть крупнее нашего кошака и держатся на высоте около двух метров. Не могу определить контуры тела, слишком высока теплоотдача листьев, все смазывает, — получив результаты, поделился с хальпом.

— Дай-ка я попробую, — киборг остановился на пару мгновений, обернувшись в указанном направлении. В глубине глаз мелькнул желтый огонек. — Могу выделить пятерых, но да, общие характеристики скрыты.

— Тогда давай не тратить время на знакомство. Им-12, есть связь?

«Слышу… тко»

Сквозь помехи, словно с наступлением сумерек, искажающие сигнал волны становились сильнее отозвался ИИ.

— Подготовить шлюз. Повторяю, подготовить шлюз к экстренному закрытию. Ожидаем преследования.

«Принят…будет готов»

Несколько минут мы с киборгом продолжали двигаться быстрым шагом, не желая провоцировать наблюдателей резкой сменой скорости и стимулировать охотничьи инстинкты, но стоило вынырнуть на поляну, которой так и не удалось заняться во второй раз, как раздался резкий механически голос ИИ.

* * *

«Фиксирую резкий скачок движения. Шесть. Нет, семь особей с высокой скоростью. Столкновение через двенадцать, одиннадцать …»

Выругавшись, мы с хальпом рванули к открытому, подсвеченному зеву шлюза, надеясь, что бегаем достаточно быстро, чтобы избежать встречи с местными обитателями. Но, кажется, кому-то очень уж хотелось попробовать нас на зуб.

«Критическое расстояние»

— Не останавливайтесь! — в общую частоту ворвался резкий голос Киры. Негромкий, но с такой жесткостью, что я невольно ускорился, вспомнив прозвище ташвы. — Давай!

Едва не ослепнув от вспыхнувших в полумраке прожекторов, склонив голову, чтобы как-то приглушить яркость, пока маска и глаза настроятся к неожиданной смене освещения, я невольно рыкнул, когда по ушам жахнул вой сирены. И не думал, что на челноке настолько громкая система оповещения.

— У вас дополнительных несколько секунд, может больше, но я бы не расслаблялась. Что-то вы задержались, — все так же спокойно произнесла Кира, словно мы опоздали на совместный ужин, а не притащили «на хвосте» полдюжины опасных существ.

Вбежав в шлюз, я быстрее обернулся, чтобы иметь возможность встретить противника лицом и оружием, и невольно сглотнул. Из темноты зарослей на нас пялились десятки кроваво-красных глаз, укомплектованные острыми зубами.

— Вот же наашто, — выругался я, когда самый крупный самец, мохнатый, размером мне по грудь, но от этого ничуть не менее опасный, резко закричал, перебивая даже сирену.

Вместе с ним активно запрыгали на месте остальные пангиды*, демонстрируя нам внушительные клыки и огненный нрав.

Двери шлюза стали медленно закрываться, когда вожак сделал шаг на поляну, опасливо ставя лапу на освещенный участок.

— Мне кажется, с каждым днем мы привлекаем все больше внимания местных обитателей, — заметил Тан, на всякий случай вскидывая оружие.

— Согласен. Без поддержки тут делать нечего. Завтра проверим нашу находку и будем решать, каким способом лучше убраться с этой планеты.

Зазор между створками оставался не более полуметра, когда откуда-то со стороны, из неосвещенного участка к нам метнулась темная тень. Кошак, отчаянно рыкнув, влетел в шлюз в последнюю секунду.

— Едва успел, — заметил Тан невесело, когда возмущенные пангиды опять заорали, заставляя стыть в жилах кровь.

— Периметр на полную мощность, освещение не выключать, — голос Киры разнесся по кораблю, позволяя с облегчением опуститься на пол. Выстоять против стаи агрессивных тварей было бы несколько сложнее, чем справиться с одной сороконожкой.

— Вам не кажется, что вы слегка загулялись? — когда гудение фильтров смолкло, внутренние двери распахнулись, и перед нами появилась сердитая Лалана.

— Лала, милая, как твоя рука? — изображая всем своим видом тревогу о состоянии девушки и восторг от встречи, ласково спросил хальп. Но кажется нацоя была не в настроении поддаваться на лесть, так явно билась у нее на виске синяя жилка.

— Даже не надейся, ЦунХиТан, — грозно сведя брови, покачала головой девушка. — Сегодня тебе ничто не поможет.

Понимая, что нас скорее всего ожидает грандиозный скандал, я осторожно потрепал по шее кошака, который практически безразлично успел растянуться на полу, и медленно поднялся. Кажется, вариантов, кроме как ходить с козырей, просто не оставалось.

— Лалана, а мы тебе такие новости принесли, что ты просто не поверишь, пока не посмотришь сама.

— И что же это? Вы смогли вычислить точное местоположение очередного маяка? — даже не повернув голову в мою сторону, язвительно спросила девушка.

Усмехнувшись, отдав маске команду фиксировать и записывать смену выражения лица Лала, я ответил:

— Нет, в этот раз ты не угадала. Мы принесли тебе карту лабиринта, который ведет в твой вожделенный бункер или ангар, как ты его называла. И самое замечательно в этом всем, что наш челнок сейчас стоит ровненько на ее крыше, как на единственном месте, где не растут высокие деревья.

Лалана несколько мгновений стояла неподвижно, затем плавно взмахнула ресницами, и резко села на пол. Подскочивший Тан поймал ее за плечи, опасаясь, что девушка может потерять сознание окончательно и удариться головой.

— Здесь? — нацоя медленно подняла руку, и неуверенно ткнула пальцем в пол. — Прямо тут?

— Судя по всему, именно в этом месте, — испытывая некоторое чувство вины, кивнул я. Не думал, что девушка отреагирует слишком резко, но это было все же лучше, чем крики и попытка придушить нас из-за того, что мы припозднились.

— Вот тут, да? — Лала неверяще перевела взгляд на киборга, уронив руку на пол и медленно проведя по металу.

Поднявшись на лапы, к нацое приблизился встревоженный сменой общего настроения, кот. Ткнувшись девушке в плечо, зверь недовольно рыкнул, кажется, пытаясь ее успокоить. Незадумываясь обняв темную мохнатую шею, Лала вдруг всхлипнула.

— Я вам уши откручу, если это такая шутка, — тихо и как-то жалобно произнесла девушка, утыкаясь носом в шкуру присевшего рядом кота.

* * *

Потребовалось время, чтобы Лалана смогла немного успокоиться. Оставив ее на попечение киборга, я успел отвести кота в его временное пристанище и вернуть на место оружие, прежде чем мы смогли собраться в рулевом отсеке.

За пультом сидела задумчивая Кира, наблюдая за пространством снаружи.

— Что у тебя?

— Много голодных тварей. И весьма агрессивных, — отозвалась ташва, щелкнув пару кнопок и вызвав на экран повтор записи. Один из пангидов, осмелев, дошел до середины поляны, оскалил внушительные клыки и резко вернулся обратно. — Думаю, что к середине ночи они вполне могут добраться до контура. А там, если кто-нибудь сообразит перепрыгнуть леску, и до корпуса. Предлагаю запечатать челнок, пока нам не оторвали антенны или камеры. Не хотелось бы остаться слепыми и глухими в этом месте.

— Я согласен, Хальп помог Лалае устроиться в кресле, и внимательно посмотрел на экран. — Мы про них ничего не знаем, но доверия эти морды не внушают.

______________________________________

Пангиды — когда-то выделяемое семейство человекообразных обезьян. В данном случае вывод сделан исходя из внешнего вида. Самый близкий аналог в нашем случае — Мандрилы. Очень агрессивны, живут стаями от 20 особей.

* * *

Руш

Передав данные ИИ для обработки и компоновки, мы с напряжением следили за поведением пангидов. В рабочем состоянии осталось только две камеры, расположенные так, что хищные создания не смогли бы до них добраться, все остальное перевели в режим взаимодействия с агрессивным окружением.

— Предлагаю отправить сигнал Валесу Хадану, для того чтобы высылал группу исследователей и охраны, — постукивая пальцами по спинке занятого мной кресла, произнес Руш.

— Мне кажется, еще рано, — хмуро возразила Лала, наблюдая за шкалой обработки данных. Оставалось еще около шестидесяти процентов, что страшно нервировало нацою.

— Людям отца лететь не менее четырех суток. Три дня — это самый крайний срок, если они расположились где-то ближе.

— Из Центра будет все десять дней, — заметила я, также не испытывая особого желания находиться тут дольше необходимого.

— Не думаю, что отец станет держать группу так близко под носом у «Пегаса», — покачал головой киборг. — Внимание и так чрезмерное.

— Но с другой стороны, многое лучше видится на расстоянии, так что и такой вариант возможен.

ЦунХиТан задумчиво кивнул на мои слова, но было видно, что в целом хальп несогласен.

— Ну наконец! — нетерпеливо дернулась вперед Лала, когда Им-12 начал разворачивать трехмерное изображение. Огромный извилистый лабиринт тянулся на сотни километров в разные стороны. Но интересно нам было совсем иное.

В двух местах переходы муравейника прерывались так резко, что не обратить на это внимание было невозможно. Плавные изгибы вдруг сменялись резким поворотом, и все линии лабиринта становились в одной плоскости, словно утыкались в стену, идущую на десятки метров вглубь рельефа. Затем некоторые из тоннелей поворачивали, давая нам возможность увидеть часть еще одной стены. А вместе с теми данными, что мы собрали с поверхности, перед нами вдруг оказалась проекция усеченной пирамиды, на вершине которой и пристроился челнок.

— Выходит, маяки не идут линией, а скорее всего расположены по углам площадки, — предположила Лала, проведя над экраном, словно дорисовывая картинку. Ее голос больше не дрожал от волнения, а в глазах светился азарт ученого, которому удалось-таки найти свое сокровище, от которого отделяло теперь только пара шагов.

— Очень вероятно. Но мы пока не можем определить, где вход в это подземное сооружение, — заметил я, рассматривая контуры, которые теперь обозначились много четче, стоило старым и новым частям карты наложиться одна на одну.

— Я могу провести дополнительные исследования, согласно новым сведениям, — подключился в наш разговор ИИ. — Следуя полученным данным, в границах тоннеля есть некоторые искажения. Возможно, какие-то из них указывают на смену толщины стен или другой материал.

— Сколько тебе надо времени на изучение?

— К утру справлюсь. Блок данных не слишком велик.

— Тогда разработай еще и маршруты к тем местам, которые вызывают наибольший интерес с точки зрения наших целей.

— Да, Кира.

— И пригляди за этими пангидами, — тихо попросил я, глядя на небольшое диалоговое окно на самом верху монитора. Пока все рассматривали карту, кажется, мы немного забыли, что у нас тут незваные гости. Я был уверен, что такие любопытные и агрессивные создания все же решатся и подойдут ближе к челноку. Уж очень легкой добычей мы им представлялись в сравнении с остальными местными обитателями. — Только не буди нас, если серьезной угрозы не будет.

— Разрешено ли мне повысить напряжение в защитном контуре при необходимости? — запустив в фоновом режиме углубленное исследование карты, уточнил Им-12

— Да, если будет непосредственная угроза, — прикрыв зевок рукой, позволила Кира, поднимаясь с кресла. — А нам, думаю, пора спать. Раз уж завтра предстоит такой интересный и неблизкий поход.

— Кира, — мне не хотелось ругаться, но сама мысль, что девушки решат отправиться с нами, заставляла сердце неприятно и болезненно сжаться.

— И не думай, — покачала головой ташва, направляясь к выходу. — Мы тоже имеем право поучаствовать в этой экспедиции, раз уж так все сложилось.

* * *

Кира

Утро выдалось суетливым. Разбуженная поцелуями и вездесущими руками Руша, который и не думал возвращаться в свою каюту, я какое-то время никак не могла сосредоточиться на реальности, плавая где-то между дремой и эйфорией от нежных касаний. Только когда от внутреннего напряжения, накатившего внезапно и завершившегося яркой вспышкой удовольствия, все внутри судорожно сжалось, я сумела окончательно проснуться.

— Ты сегодня удивительно чувственная, — легко касаясь ключицы губами, заметил Агент. Мне же не хотелось произносить ни единого слова, но освещение сменилось уже минут двадцать назад, и времени разлеживаться, если мы хотели все успеть, не оставалось совсем.

— Может быть. Это было как-то совсем иначе, словно бы во сне, — призналась, широко зевая.

— С учетом того, что ты на самом деле почти спала во время всего процесса, доля истины в этом есть, — фыркнул мужчина, заставив меня слегка покраснеть.

— Мог и разбудить, если было надо, — ощущая неловкость, недовольно пробурчала.

— Ну нет, мне весьма понравилось, — резко притягивая меня к себе, пробормотал Руш. — Когда ты не пытаешься контролировать всех и вся, в том числе себя саму — это что-то удивительное.

— Пф, — легко выкручиваясь из нежных объятий, не удержалась от шпильки, — это была разовая акция. Не рассчитывай не частое повторение.

— Да уж догадался, — хмыкнул мужчина, потянув руку за маской, лежащей на столе.

За ночь пангиды несколько раз подходили к кораблю и не успокоились, пока пара особей не получили достаточно серьезные удары током, чтобы больше не двинуться с места. Мы опять собрались перед монитором в рулевом отсеке, рассматривая карту, составленную за ночь ИИ, и пытаясь выяснить, свободна ли дорога к муравейнику.

— Агрессивные особи отступили за пределы видимого пространства, — отчитался Им-12. — Приборы фиксируют еще один объект, но он достаточно далек и медлителен, чтобы представлять собой угрозу.

— Какова длина маршрута внутри лабиринта до той точки, что ты обозначил? — уточнила, чувствуя легкую внутреннюю дрожь оттого, что придется лезть вглубь этого гнезда.

— Около восьми километров. В среднем на продвижение в одну сторону расчетное время составит два с половиной — три часа. Но это без учета возможных препятствий.

— А такие уже имеются? — сам лабиринт меня не пугал. Проведя полжизни на кораблях, я привыкла к подобному, но вот возможные встречи с местными обитателями никак не могли радовать.

— На третьем километре, на глубине примерно в двенадцать метров, пространство резко сужается, но наниты не смогли определить причину, считав только сами контуры тоннеля. Примерно такая же ситуация и на пятом километре. — Отрапортовал Им-12, подсветив указанные части.

— Вы все еще не передумали? — осторожно уточнил Руш, поглядывая то на меня, то на Лалу, которая осторожно шевелила практически зажившей рукой, в которой еще сохранялся небольшой отек.

— И не надейся, — решительно отозвалась нацоя, прикладывая на место фиксирующую пластину, чтобы уберечь конечность от чрезмерных нагрузок. — Если я хоть что-то понимаю, без нас двоих у вас не так много шансов открыть двери, если мы до них доберемся. Тан хорошо разбирается в электронике, но думаю, что за прошедшие годы там как минимум не осталось ни малейшего заряда. Так что без Киры не войти. А без меня не удастся избежать ошибок. Уверена, что сумею разобрать надписи, если надо. А в подобных местах всегда оставляют инструкйии для тех, кто явится после.

— Я согласна с Лалой. Тем более, придется тащить собой довольно много оборудования. Мне понадобятся как резаки и скальпели, так и пара «батареек», группа проводов и, скорее всего, кодер. И если уж совсем серьезно, я предлагаю перенести нашу прогулку на завтра, — отвернув кресло от экрана, так чтобы видеть всех, тихо произнесла.

— Почему? — Лалане явно не понравилась моя идея.

— Потому, что сегодня нам нужно заняться подготовкой. Не все оборудование готово к транспортировке. Так же есть стойкая мысль, что надо разработать какие-то заслоны, чтобы никто не мог пробраться к нам со спины. Оружие требует чистки и подзарядки, если я хоть что-то понимаю в этом. А у корпуса челнока валяется две крупных туши, который в скором времени привлекут к на еще больше внимания хищников.

— И нам надо подготовить сообщение для отца, иначе мы не сможем даже подняться с поверхности планеты, — напомнил Киборг.

— Тогда на этом и порешим. Сегодня займемся подготовкой. Кира, тебе помогать? — стряхнув с рукава несуществующую пылинку, спросил Агент, не желлая потакать недовольству Лалы.

— Да, надо кое-что подержать, пока я буду переделывать инструменты. Им-12, в тоннеле пройдет гравиплатформа?

— Настоятельно рекомендую уменьшить параметры на пятнадцать процентов по ширине и на двадцать по длине, если не хочешь, чтобы она застряла на поворотах.

— Это мы можем? — вопросительно глянув на Руша, уточнила я.

— Да. Ту, что мы брали к первому маяку вполне можно уместить в эти параметры. ИИ, выведи нам оптимальные размеры и отправь на голограф Кире. Идем, ташва. Пока ЦунХиТан будет писать письма отцу, мы успеем что-нибудь сделать.

На обиженное сопение Лаланы мы не обращали внимания намеренно. Открытие открытием, а сунуться в гнездо без подготовки было непросто глупо, а могло считаться верхом безумия.

— Тан, я потом жду тебя снаружи. Будем разделывать мясо, — выходя за мной из рулевого блока, произнес напоследок Агент.

Выпустив кота и вытянув часть приборов из челнока, я разложила их на большой гравиплатформе. Нужно было посмотреть, как атмосфера планеты влияет на горелку и некоторые другие показатели. Меньше всего хотелось оказаться в нужном месте с неисправным или неверно настроенным оборудованием

Глава 39

Руш шел первым, за ним Лала и графиплатформа, на которой покоилось, закрепленное такелажной сеткой, кое-какое оборудование. Замыкали нашу небольшую колонну мы с Таном. В этот раз, используя более длинный канат, который мы не стали потом отцеплять, спуститься удалось довольно легко и без травм. Остальной путь до дыры, проделанный по поверхности муравейника и вовсе походил на увеселительную прогулку. Несмотря на то, что оба мужчины то и дело с тревогой сканировали пространство вокруг, чтобы избежать ненужных встреч, я чувствовала только волнение по поводу самого результата нашего путешествия. Видно, сказывалось то безоговорочное доверие, которое я испытывала к Тану и Рушу.

— Вот и оно, — останавливаясь у пролома, тихо заметил Руш, словно нуждался в подтверждении. Ему, как я знала, все еще не по вкусу был тот факт, что мы с Лалой не остались на челноке, но поделать ничего с этим было нельзя.

— Давайте немного передохнем, — предложил киборг. Необходимость постоянно контролировать окружение и нас с нацоей, кажется изрядно выматывала, а мы собирались ступить на еще более опасные территории, так что мысль была здравой.

— Поддерживаю, — кивнул Руш, опускаясь на теплую глиняную оболочку лабиринта.

— А где наш кот? Где Крон?

— Крон? — переспросил Агент, поправляя перевязь с оружием.

— Да, мы решили, что котейка очень похож по цвету на спутник Цикона, — пояснила я, пытаясь как-то поудобнее перевесить рюкзак, который все время норовил сползти с плеча.

Видя мое мучение, Руш подошел ближе, поправив неудобную лямку и зафиксировав ее на месте.

— Может и так, но имя мне не кажется подходящим для животинки такого размера. Крона — крохотное небесное тело, а этот кошак должен вырасти до весьма приличных габаритов, — неосторожно заметил ЦунХиТан, замолкнув только тогда, когда поймал наши с Лалой гневные взгляды.

— Вас не было, — тихо и строго произнесла я, получая молчаливый кивок нацои в качестве поддержки, — нам было волнительно и грустно. Так что кота теперь зовут Крон.

Киборг вскинул ладони, показывая, что больше не намерен спорить, мы же только фыркнули, считая, что правы со всех сторон. А если и нет, то ничего страшного. Мужчины привыкнут. И кот привыкнет.

Немного передохнув, убедившись, что Крон не сунется за нами в лабиринты, отправившись куда-то по своим кошачьим делам, мы стали спускаться в муравейник. Рассеянно вспыхнул свет на шлемах, разгоняя темноту и высвечивая длинный, практически прямой коридор с одной стороны.

Когда ноги коснулись пола, вернув телу равновесие, на какой-то миг удерживаемая от падения Рушем, я быстрее отстегнула веревку и отступила к платформе, которая на самом деле вполне неплохо вписывалась в размеры тоннеля. Следующей спустилась Лала, а затем и Тан, оставив висеть канат так, чтобы мы могли подняться тем же путем при необходимости. Но чем дольше я смотрела вглубь освещенного коридора, тем сильнее сомневалась, что нам придется вернуться сюда же.

— Заблокируем? — сверяясь с картой, уточнил Тан, кивнув в сторону разветвляемого коридора с той стороны, что мы не планировали сегодня исследовать.

— У нас есть чем? — с интересом спросила я, проверяя, не сместилось ли что-то из инструментов, во время спуска платформы.

— А ты думаешь, мы вчера только мясом занимались, Кира? Нет, мы придумали вполне себе интересный вариант решения вопроса. Никому не хотелось бы, чтобы по пятам двигались местные жители, испытывающие гастрономический интерес в наш адрес, — фыркнул киборг.

— Думаю, что стоит пройти хотя бы до первого большого перекрестка. Иначе зарядов может не хватить, — сверяясь с картой, заметил Руш, выпуская вперед нанитов, которые множеством подвижных блестящих полусфер, разбежались в разные стороны.

— Зачем тебе они опять? — явно нервничая, уточнила Лала.

— Всегда есть вероятность, что что-то упустили. Ну, — Агент осмотрел каждого из нас, словно проверяя степень готовности, — двинулись?

Коридор все время был примерно одного размера. Круглый, словно прогрызенный огромным червем, в большинстве своем он оставался сухим и практически чистым. Изредка попадались мелкие сухие веточки, но в остальном тоннель выглядел так, будто его вымели за пару дней до нашего визита. Четыре наших фонаря давали достаточно света, чтобы не чувствовать себя совсем уж зажатыми, а приличные размеры тоннеля позволяли двигаться в полный рост даже мужчинам.

Несколько раз повернув, сверяясь с картой на каждом ответвлении и оставляя на стене какие-то метки, Руш, идущий впереди, вскинул руку, вынуждая нас остановиться. Ощущение, что мы спускаемся вниз, почти отсутствовало, уклон не ощущался, но карта говорила о другом. Сейчас, после получаса блужданий, мы были уже на добрых пять метров ниже того места, через которое вошли в лабиринт.

— Впереди большой перекресток. Будьте внимательны, — предупредил Руш, медленно скрываясь за поворотом. Прошло несколько мгновений в тишине, когда Агент позвал: — Лалана, можешь идти.

Нацоя, гулко сглотнув и прижав к себе крепче оружие, нерешительно шагнула за Рушем. Следом, продвигая перед собой платформу и следя чтобы она не зацепилась за углы, двинулась я. И едва не задохнулась, когда сердце усиленно загрохотало о ребра.

Это был не совсем перекресток, а круглый, выточенный в камне и глине зал, в который вело не менее шести тоннелей. Мне даже не нужно было закрывать глаза, чтобы представить, как на каждого из них на нас несутся сотни муравьев с острыми и крепкими жвалами.

— Ёечки, — тихо, прижимая оружие, словно это была мягкая игрушка, способная успокоить нервы, выдохнула Лалана.

— Именно, — тихо, внимательно оглядываясь по сторонам, согласился Руш. Эти тоннели могли тянуться до самого сердца муравейника. — Только не шумите. Малейший звук способен нарушить нашу спокойную прогулку.

Я нервно пробежала руками по своим инструментам, проверяя, не съехали ли крепления. Никому бы не хотелось встречи с хозяевами муравейника. Пусть он и выглядел заброшенным, но это ничего не значило. Муравьи вполне могли просто переместиться в дальние его части. Да и не редки были случаи, когда заброшенные гнезда оккупировали потом менее способные, но не менее опасные особи.

— Идемте, — рыкнул Тан, явно разделяя общее волнение.

— Придется немного подождать. Карта не хочет центрироваться относительно смены нашего положения и я не знаю, какой проход нам нужен. Мы слишком глубоко, — напряженно выдохнул Руш, старательно отмечая проход из которого мы только что вынырнули.

Пятнадцать минут и несколько раз перевернуть карту потребовалось Рушу, чтобы разобраться с направлением дальнейшего движения. Перепроверив маршрут, попросив то же самое сделать и Тана, Агент в итоге кивнул, показывая, что мы можем двигаться дальше.

Тоннель не стал уже, но какое-то тревожное ощущение, что за нами наблюдают, никак не давало успокоиться. Впрочем, у меня были довольно серьезные основания думать, что расслабиться теперь я смогу только попав обратно на челнок.

— Предлагаю поставить заслонку, — по внутренней связи тихо произнес Тан, стоило нам пройти не более десятка шагов по новому тоннелю.

— Согласен. Из того зала могут набежать в любой момент. Не думаю, что такой удобный лабиринт может быть незаселен, — согласился Руш, останавливаясь.

Мы с Лалой отступили чуть вперед, наблюдая за действиями киборга. Вынув из кобуры на бедре какой-то непривычной конструкции пистолет, хальп прицелился и сделал последовательно три выстрела в потолок. Три капсулы размером с мой кулак, врезавшись в глинистую поверхность, несколько мгновений висели неподвижно. Раздался щелчок, и во все стороны, как нити выброшенной с невероятной скоростью сети, разрослась паутина.

С удивлением и непониманием глядя на это чудо, я подошла ближе, всматриваясь в материю.

— Это «паутинка» что ли? — масса начинала темнеть и твердеть на глазах, приклеиваясь к стенкам тоннеля и создавая довольно плотный заслон.

— Да, — кивнул Тан, также рассматривая результат своей работы. — Пришлось ее немного модифицировать, все же она для медицинских целей, но получилось очень похоже на то, с чем я имел дело во время переподготовки. После того как стал хальпом.

— Думаете. Она удержит? — с тревогой спросила Лалана. Мне показалось, что нацоя хуже всех переносила это маленькое, но очень волнительное приключение.

— Какое-то время точно выдержит. Да и в большинстве своем насекомые стараются найти альтернативный ход, если дорога закрыта, — заметил Руш, кажется, вполне довольный результатом. Чуть повернув голову на киборга, Агент продолжил — И мне кажется, что достаточно двух выстрелов на такой диаметр тоннеля.

— Да, думаю, должно. Идем?

Мы двинулись дальше, очень надеясь, что паутинке все же не придется «выдерживать» и «сдерживать».

То, что тоннель изменился, мы заметили не сразу. Только тогда, когда под ногами стало потрескивать больше мелких камней, и звук шагов стал каким-то гулким, словно мы двигались поверх пустой трубы, внутри которой то и дело гуляло эхо.

Замедлившись, Агент сдвинулся от центра прохода, надеясь, что звук станет не таким громогласным, но это практически не помогало. Недовольно выругавшись, понимая, что этот гул непременно привлечет всех существ, что прячутся в глубине муравейника, Руш передернул плечами.

— Предлагаю ускориться и быстрее пройти этот участок, пока мы можем себе это позволить, — произнес он, тут же перейдя едва ли не на бег трусцой.

Толкнув платформу, ускоряя ее в ручном режиме, я двинулась вслед за мужчиной, понимая, что это постоянное ожидание нападения начинает не слишком хорошо сказываться на работе нервной системы. Тени, темные и четкие из-за света наших фонарей, выглядели слишком подвижными. Мелкие камни, перекатывающиеся под ногами, трещали, заставляя вздрагивать. Больше это не было интересно и весело.

Мы двигались быстро, надеясь, что этот гулкий тоннель скоро кончится, и вдруг что-то отчетливо треснуло, словно сухой лед под ногами. Не успев сообразить, где и что именно это может быть, я только почувствовала, как пропадает опора. Попытавшись в последний момент ухватиться за гравиплатформу, но поймав в кулак только воздух, я упала куда-то вниз, на несколько мгновений потеряв ориентацию в пространстве из-за резкого движения фонаря и грохота в ушах.

— Кира! Лала! — пришлось тряхнуть головой несколько раз, чтобы прийти в себя. Луч света дернулся, помогая сориентироваться.

Подняв голову, я увидела в проломе знакомые головы Руша и Тана. перегнувшись через неровный край ямы, мужчины с тревогой глядели вниз. Где-то рядом послышалось движение и тихий стон. Повернув голову, я увидела Лалану, держащуюся за плечо.

— Ты как? — поинтересовалась я, стараясь не слепить нацою своим фонарем.

— Нормально. Мы не очень высоко упали, — девушка была права. Если встать на ноги, то скорее всего удастся даже достать до ладоней Руша, если тот их протянет. Впрочем, Агент уже разматывал веревку, а Тана видно не было.

— Девочки, встать можете? — уточнил Агент, глядя на нас.

— Да, — я мелено перевернулась на колени, нащупывая опору на неровной поверхности. Ветки, наваленные кучей, зашуршали и застучали под ногами, пытаясь выкатиться куда-то прочь или поймать мои конечности в ловушку, зажав между собой. — Что-то тут все такое неудобное.

— Только вниз не смотрите, — тихо предупредил Руш. Но лучше бы он этого не делал.

Лалана, которой тоже никак не удавалось подняться в полный рост, решила все же осмотреться, проведя световым лучом в разные стороны. Гулко сглотнув, предчувствуя, что сейчас будет, я медленно закрыла глаза, сожалея о том, что не могу то же самое проделать с ушами.

После мгновения тишины по внутренней связи прозвучал оглушающий вопль нацои.

— Вытаскивайте меня отсюда! — Лалана дергала ногами, отчего костяная гора под нами начала шевелиться и сдвигаться.

— Лала, прекрати, — тихо, чувствуя, как опора становится все более неустойчивой, и понимая, что еще не много, и нас просто может скатить с этой горы и накрыть всем этим великолепием сверху, потребовала я.

— Ты что, не видишь?! — к моему удивления, нацоя даже услышала мои слова, но истерику не прекратила, продолжая дергаться, словно стояла на углях.

— Я вижу. Но еще немного, и ты вполне можешь добиться того, то мы останемся тут навсегда, в этой не самой веселой компании, — я хотела добавить что-то еще, столь же веское, но сквозь стекло шлема нацои на меня смотрели с таким всепоглощающим ужасом, что расстегнув карман на поясе, в котором хранились инъекции, я вынула одну из четырех экстренных ампул и всадила нацое в плечо через клапан.

— Ау! — вскрикнула девушка, но через несколько секунд задышала медленнее. А еще через полминуты подняла на меня вполне адекватный взгляд, и медленно кивнула. — Спасибо.

— Бывает, — приняла я благодарность, прекрасно понимая, что Лала просто куда более домашний цветочек, чем некоторые. — А теперь давай выбираться отсюда. Соседство на самом деле не лучшее.

Пока Руш и Тан медленно вытягивали Лалу, стараясь еще больше не повредить край пролома, я медленно осмотрела место, куда попала. Это было похоже на какую-то кладовую, или нечто подобное, почти под завязку набитую костями. Луч фонаря выхватил из полумрака желтоватый череп с большими клыками и вытянутой мордой. Те самые твари, что пытались сожрать Тана с Рушем в конце их последней вылазки.

Чувствуя, как по спине ползут толпой мурашки, я невольно сделала полшага назад, едва не потеряв опору под ногами.

— Кира, ты как? — голос Руша звучал немного взволнованно и как-то отдаленно.

— Не очень, — честно призналась, на в силах отвести взгляд от единственного входа в этот карман. Черный провал вовсе не внушал ни спокойствия, ни безопасности. — Мое самообладание тает с невероятной скоростью, так что поторопитесь немного. У меня больше нет седативных.

— Спокойно, ташва, сейчас все будет, — голос прозвучал ближе, и мне практически на плечо, вызвав очередной всплеск адреналина, упала веревка. — Цепляйся.

Дальше мы двигались намного аккуратнее, не желая повторно провалиться куда-то. Очередная заминка случилась, как и предупреждал Им-12, довольно скоро и представляла собой резкое сужение прохода. Часть тоннеля обвалилась, засыпав горкой песка и камней тоннель с одной стороны. Пробраться было возможно, но нагруженная гравиплатформа бы не прошла, так что посовещавшись, понимая, что без инструментов и кое-каких иных важных приспособлений можно возвращаться обратно, мы принялись снимать оборудование с платформы.

Первым на ту сторону перебрался Руш, за ним я, прижимаясь к стене и переползая на животе по завалу, который уже давно спрессовался во что-то нерушимое и практически однородное. Двигаясь в узком пространстве, я с замиранием и волнением прислушивалась к тому, как песчинки сыплются на шлем. В одном месте плечи, увеличенные за счет защиты, едва не встряли, но немного извернувшись, я сумела все же пролезть. Радовало, что завал оказался на слишком длинным. Протянув руки, Агент помог мне медленно и осторожно спуститься, чтобы не повредить скафандр о какой-нибудь из торчащих здесь в изобилии, камней.

— Присматривай за остальным тоннелем, пока мы занимаемся, — попросил мужчина, подавая мне свое оружие. Громоздкое и увесистое, оно определенно замедлило бы процесс перетягивания инструментов с той стороны. Вглядываясь в коридор, полный темных пятен и ответвлений, я сглотнула. Горло пересохло, но использовать жидкость из системы комбинезона не хотелось. Ее и так оставалось немного, так что я позволила себе сделать только один маленький глоток, исключительно для того, чтоб смочить губы.

На все про все ушло еще около часа. Несмотря на то, что оборудования было немного, протолкнуть гравиплатформу на другую сторону оказалось не так и просто. Она то и дело норовила застрять, цепляясь краями за стены тоннеля, осыпая Руша песком.

— Наконец-то — выдохнул с облегчением Агент, когда все оборудование оказалось опять закреплено на подвижной поверхности и Лалана перебралась к нам. Оставалось только дождаться киборга, чей шлем уже был виден в проеме, когда мне показалось какое-то быстрое движение в темной части тоннеля, куда не мог пробиться свет моего фонаря.

— Ребята, — тихо позвала, поудобнее перехватывая оружие.

— Что? Мы уже почти, — отозвался Руш, помогая киборгу не встрять в самом узком месте и сберечь комбинезон.

— Вы бы все же немного поторопились, — поймав краем глаза еще какое-то движение, все еще не определенное и скрытое в тенях, я взвела курок. — Я почти уверена, что к нам пожаловали гости.

Руш оказался рядом мгновенно, выхватив из моих рук оружие и внимательно вглядываясь в пространство впереди.

— Лала, помоги Тану. Кира, ты готова?

— К чему? — в голосе, несмотря на все попытки сдержать себя, пробилась какая-то паника.

— Вещи закреплены хорошо? — спокойно, словно речь шла о погоде на завтра, как-то невпопад спросил Руш.

— Да, — нервно дергая за крепления на сетке, отозвалась я.

— Тогда если что-то произойдет, переворачиваешь платформу набок, как баррикаду, и с Лалой сидите там. Тан?

— Я здесь. Что у нас? — хальп, разминая плечи встал рядом с Рушем, вскинув оружие.

— Кто-то весьма похожий на паука. Пока фиксирую только один объект, но к сожалению, он в том тоннеле, который нужен нам.

— Тогда придется вынудить его отступить. Можешь провести анализ противника?

Со стороны тоннеля, из темноты послышалось четкое и громкое стрекотание, смешанное с шипением, от которого по спине пробежала струйка холодного пота. А через мгновение все вокруг полыхнуло. От ярких вспышек и грохота, с которым с потолка стали осыпаться песок и мелкие камни, показалось, что сейчас сам тоннель обвалится и рухнет на головой.

— Кира, платиформу, — резко, в перерыве между грохотим падающих камней и высоки длинными залпами лазера, напомнил Руш.

Тряхнув головой, отрываясь от темной тени, что метнулась в одну сторону, а затем и в другую, не делая особой разницы между стенами и потолком, я ухватилась за край платформы, стараясь ее перекинуть набок.

— Лала, помогай, — нацоя, бледная до зелени, бросилась ко мне, помогая нарушить равновесие в платформе. Стоило нам перевернуть парящую поверхность, как я тут же отключила гравитационную систему, позволяя платформе рухнуть боком на пол. Укрывшись за ней как за невысокой стеной, мы обе вытянули свои небольшие пушки, очень надеясь, что применять их не придется.

Невозможно было что-то понять в том мельтешении огней, вспышек и темных пятен, что смешались в тоннеле. Возможно, особенности зрения Тана и маска Руша давали им возможность во всем разобраться, но я только щурилась, так и не определив, насколько реальна та угроза, что появилась из темноты.

— Все, — вдруг веско произнес Тан, щелчком предохранителя оповещая о конце пальбы. — Их было в итоге сколько? Три?

— По моим данным да, — кивнул Руш, также блокируя оружие. — Но это не означает, что проход полностью безопасен.

— Это само собой, но и здесь ничуть не более удачное место. Так что у нас просто не остается вариантов, как двигаться вперед.

— Девушки, подождите здесь, — кинув в нашу сторону короткий взгляд, приказал Руш, двинувшись вперед по тоннелю. Рядом тихо заскулила Лала. Звук был короткий, высокий, очень похожий на скрип корпуса о край стыковочного ангара.

— Выдохни, — тихо посоветовала я, не отрывая взгляда от мужских спин, продвигающихся в сторону тоннеля. — Сейчас мы больше ничего не можем сделать. Не знаю, почему нельзя было дождаться нормальную исследовательскую команду, сидя в челноке, но теперь эта мысль может считаться запоздалой.

— Я в порядке, — тихо всхлипнула девушка, пытаясь взять себя в руки. Мое сердце тоже грохотало в груди от ужоса и всплеска адреналина, но я все же была чуть более подготовлена к происходящему. Только девушке стоило хоть попытаться взять себя руки, раз уж именно она так сильно настаивала на сохранении секретности и еще вчера была против того, чтобы вызвать подмогу.

— Это радует, — кивнула, не глядя на нацою. — Руш, что у вас?

Мужские силуэты скрылись за поворотом, и мне становилось не по себе оттого, что мы с Лаланой одни в этой части темного коридора.

— Все в порядке. Сейчас попробуем сдвинуть пауков в один из боковых проходов и двинемся дальше. Отдыхайте пока.

Распоряжение было весьма интересным, но сложно выполнимым. Несмотря на усталость, которая начинала проявляться, кажется, во всем теле, просто расслабить мышцы не удавалось никак.

Мужчины вернулись довольно быстро. Подняв платформу, окинув нас оценивающим взглядом, оба, как один, покачали головами, явно сожалея, что поддались на наши уговоры.

— Мы в порядке, — решительно и спокойно произнесла Лала, поправляя на спине рюкзак и разворачивая плечи.

Киборг только хмыкнул в ответ, то ли не соглашаясь, то ли наоборот оценив смелость и упорство своей «не невесты». Сделав приглашающий жест рукой, Тан предложил нам выстроиться в привычном порядке и следовать за Рушем.

Продвигаясь по тоннелю, я невольно все же повернула голову в боковой проход, внутренне все сжавшись от вида множества собранных над темным брюшком ног. Пауки не выглядели слишком уж большими, если сравнивать с многоножкой, но от одного их вида все внутри вздрагивало. А особенно весело стало тогда, когда на полу и стенах стали появляться тонкие, бликующие в свете фонарей, нити. Паучий шелк укладывался все плотнее, пока не превратился в тонкий, но сплошной чулок, что укрывал тоннель со всех сторон.

— Ждите здесь, — велел Руш, и пригнувшись, так чтобы шлемом не касаться чуть провисающей паутины, двинулся вперед.

Вернувшись через минут десять томительного и напряженного ожидания, Агент стряхнул с накидки липкий шелк, который почему-то легко соскользнул с этой его темной материи, и сообщил:

— Основная паутина уходит в боковой тоннель метров через двадцать. Предлагаю его сперва заблокировать, чтобы избежать встреч с остальными пауками, а уже тогда можно будет двигаться дальше.

Пропустив вперед Тана и выждав несколько минут, Агент вынул из одного из креплений на поясе лазерный клинок, коснувшись шелка на потолке. Тонкие нити вспыхивали по краями, и оплавляясь, падали с потолка.

— Не уверен, что паутина полностью безопасна. Это было бы огромным упущением для эволюции этой планеты, так что предпочтительно ее все же касаться как можно меньше, — пояснил Руш, глядя на то, как полотно скручивается, скатываясь по стенам с обеих сторон. — Не думаю, что какое-либо вещество в ее составе могло бы повредить обувь, но ткань на ваших комбинезонах слишком тонкая, чтобы рисковать.

Раздалось несколько глухих хлопков, и через пару минут к нам вернулся киборг, сверкая в полумраке шлема желтыми глазами. На время, пока Тан ходил в темноту, он отключил свой фонарь, предпочитая полагаться на какие-то другие свои способности.

— Можем двигаться дальше, — Решил Руш, выступая вперед и рассекая паутину над головой.

Тот тоннель, который заблокировал Тан, на самом деле походил уже не на тонкий шелковый чулок, а скорее на полноценный кокон, настолько плотной стала паутина в этом месте.

40

Радуясь, что нам не в ту сторону, где так плотно лежала паутина, мы пошли чуть быстрее, желая пройти этот опасный участок без лишних встреч. После происшествия с пауками, внутри появилась какая-то уверенность, что все будет хорошо. Казалось бы, должно быть наоборот, но и Лала, и все остальные шли теперь спокойнее, словно маршрут булл не только нам заранее известен, но и проверен.

И вот когда примерно через полчаса ходьбы одна из стен вдруг сменил а свои покатые очертания на ровный темный срез, а потом и матово блеснула серым, я не выдержала, шагнув к ней ближе. Прохладная поверхность обработанного металла не могла быть спутана ни с чем. Пусть стена была грязной, но ее до сих пор не тронули ни ржавчина, ни другие виды коррозии, что вызывало внутри куда больше трепета и волнения, чем все произошедшее раньше.

— Это оно, — тихо выдохнула Лалана, касаясь стены рядом.

— Девушки, я понимаю, что вы в восторге, но если мы поторопимся, то успеем все же добраться до нужного места до наступления планетарных сумерек. Что-то мне подсказывает, что это весьма важно, — тихо фыркнул Руш, стоя к нам спиной и следя за тоннелем.

— А я лично не уверен, что нам не придется освобождать двери или шлюз от лишней земли, — заметил Тан. — Кто бы ни строил этот тоннель, не думаю, что он озаботился доступностью запасного выхода для таких, как мы.

— И это тоже.

— Мы разве не можем немного передохнуть? — тихо спросила, чувствуя, как гудят ноги. Мы прошли не так и много по километражу, но из-за совокупности факторов тело ощущалось так, словно я пробежала полумарафон, забыв снять с себя скафандр старого образца, из тех, что весят по тридцать килограмм.

— Не думаю, что стоит, Кира. Тан прав, и как бы нам вовсе ни пришлось возвращаться на поверхность сегодня, — тихо, но веско произнес Руш, давая понять всю серьезность ситуации. Я почему-то даже не рассматривала подобный вариант, уверившись, кажется как и Лала, что дверь будет непременно. И мы ее обязательно откроем.

Теперь же, словно скала из-под воды во время отлива, перед нами открылась и эта реальность.

— Я очень надеюсь, что ты пошутил так неудачно, — тряхнув головой, словно отгоняя москитов, произнесла нацоя. Не дожидаясь ответа от Агента, девушка ахнула в сторону нужного тоннеля: — Идемте.

Еще примерно с полчаса прогулки, большую часть времени которой нам была видна стольная обшивка искомого здания, и мы вынырнули в большой зал с купольной крышей и арочными конструкциями из металла, удерживающими какой-то темный, мрачно поблескивающий материал, совсем непохожий на знакомые мне варианты.

— Это не выглядит как часть лабиринта, — заметил Тан, подходя к одному из креплений. — Скорее, как нижний грузовой шлюз. Но тогда совсем непонятно, как все здание оказалось под таким слоем земли.

— Я бы предположил, что мы поняли все не верно, — рассматривая стену, переходящую из металла в глину и обратно, включился обсуждение Руш. — Кажется, этот бункер вовсе не засыпало, а просто муравейник выстроили рядом со зданием. Не знаю, насколько это возможно, но с этого места выглядит именно так, словно тоннели начинали пристраивать, а не прокапывать. Именно по этой причине они так хорошо сохранились.

— Как пчелы? — Лала взглянула на окружение по-другому, и кивнула, соглашаясь, — Вполне вероятно. Уж очень структура у материала зернистая, непохожая на привычную почву.

— Даже спорить не буду, — пробормотала я под нос, пройдя дальше, к следующему тоннелю. В биологии я была не настолько сильна, чтобы рассуждать на сложную тему муравьи или пчелы, рыли или строили. Я могла проявить себя в совсем иных вещах. — Ребята, я бы посоветовала заблокировать тот ход, из которого мы явились, на всякий случай, и заняться делом. Не уверена, что мы сможем закончить с этим быстро.

Я смотрела в коридор, который резко поворачивал под прямым углом. Видно это был тот самый угловой участок, что отметили наниты. Но важно было другое.

В ровной металлической стене явно виднелся шов, уходящий в материал самого тоннеля, чем бы он ни был. И на самом стыке, практически скрытый тем, что мы приняли за глину, виднелся весьма характерный кодовый замок.

— Кажется, я отыскала запасной вход, — повернувшись к подошедшему Рушу, указала на находку. — Вот только он частично замурован, как вы с Таном и обещали. Напомни-ка, мы взяли с собой лопаты?

Удалять материал со стен оказалось не так и сложно. Куски откалывались, словно куски не запеченной керамики, и их вполне можно было оттаскивать в сторону на освобожденной гравиплатформе, благо размеры зала позволяли выделить под это часть пространства. Сложности начались тогда когда стало понятно, что часть двери уходит под «землю». Вот тут копать оказалось много сложнее, но промучавшись с полчаса, мы все же нашли наиболее оптимальный способ, разрушая глину сперва лазером, создавая сеть мелких трещин, и уже затем выгребая породу из-под основания запасного входа.

— Лала, эти, которые во вторую эпоху жали, они были гуманоиды, — пытаясь отвлечься от резей в голодном животе, спросила я.

— Конечно, — пыхтя и работая, кажется, на одном энтузиазме отозвалась нацоя. — В известной нам истории гуманоидным видам все же удавалось быстрее развиваться за счет взаимодействия между разными планетами. Схожесть костной структуры, близкое внутреннее строение и много другое позволили интегрировать прогресс одной расы в развитие других. Та же медицина. Нацои и фликаны очень хорошо работали в этой сфере еще три сотни лет назад. А теперь-то и вовсе у нас общие медкапсулы теперь почти на представителей двенадцати разных рас, что не может не говорить о преимуществе подобного.

Я тихо усмехнулась. Кажется, девушка окунулась в свою стихию, рассказывая нам о развитии разных народов.

— Все это очень познавательно, перебил Руш из коридора, в котором они орудовали с Таном, пока мы перевозили платформу с удаленной породой, — но мне кажется, вам будет интересно на это посмотреть.

Переглянувшись, мы бросились к мужчинам, словно нас звали к столу обедать.

Дверь полностью показалась. Не широкая, но непривычно длинная, она тянулась вверх едва ли не на два с половиной метра. Но не было ни ручек, ни механического ключа, который бы позволял попасть внутрь при отключении электроники. Только небольшая коробочка, с усилием открыв которую мы обнаружили восемь кнопок с неизвестными символами и темный индикатор.

— Бр, — тихо и недовольно выдал Тан, рассматривая это все, — если не подать ток, ничего не выйдет. Но тут такая система, что можно повредить все, только попытавшись вскрыть панель. Да и крепления у нее странные.

Я присмотрелась к тому, на что указывал хальп и была вынуждена кивнуть. Болты, или что там удерживало саму панель на стене, были вовсе не похожи на привычные нам крепления с углублением для ключа. Это больше походило на полукруглые заклепки, на которые сверху, зачем-то были нанесены Х-образные надсечки.

— И все же, я предлагаю пробовать со всех сторон, — роясь в десятке карманов на поясе, высказала свое мнение. Найдя тонкий стек, с плоским наконечником, я попробовала приставить его к крестообразной заклепке и повернуть.

Ничего не вышло.

Заклепка со странной надсечкой сидела как влитая. Но я все же сомневалась, что ее можно было бы просто отщелкнуть. За три эпохи покорения космоса никто еще не придумал более подходящего метода крепления подобных приборов, неждали на винтовой основе.

— Попробуй в другую сторону, — посоветовал Тан, внимательно наблюдая за моими манипуляциями. Стек, словно не желал держаться в пазу, Ю то и дело соскальзывал.

— Никто не закручивает винт в ту сторону, — ворчливо отозвалась я, чувствуя себя немного дурой, неспособной справиться со столь простой задачей. Заклепка не выглядела ни приржавевшей, ни просто хоть немного поврежденной временем. Она просто не хотела выкручиваться, как нормальный винт.

— Кира, погоди, — попросил Руш, поймав меня за руку. Наверное, я выглядела настолько решительно, что это немного пугало. — Ты хотела предложить действовать со всех сторон, но так и не высказалась до конца. Что ты имела в виду?

— А, — присев на край ямы, которую вырыли мужчины, я в который раз пожалела, что не могу протереть лицо. Все же снимать шлем на такой глубине без веской причины было немного рискованно, — я хотела попробовать расширить зазор. Если внутри не сработала консервация с полной блокировкой, то вполне можно попробовать расцепить замок и так.

— Ну тогда давай оставим Тану заниматься электроникой, раз уж он ближе к этому, чем мы с тобой, а сами займемся твоим способом.

Голос Руша звучал мягко, но я все же сумела услышать в нем легкий укор. Да, мы все устали, но не стоило лезть не в свою сферу. Те более, что второй вариант вполне себе был жизнеспособен.

Этот металл резался очень плохо. Чтобы сделать небольшую выемку лазером между стеной и дверью и просунуть туда тонкую трубку помпы, нам потребовалась просто уйма времени. ЦунХиТан уже давно отвинтил панель от стены, оказавшись правым в том, что просто нужно было поворачивать в другую сторону, и вовсю «игрался» с проводами, а я только-только сумела достаточно глубоко просунуть сопло.

— Что у вас? — устроив себе небольшую передышку после нелегкого этапа, каждым внутренним ограном сейчас, как никогда, ощущая, что у нас нет пути назад, спросила я.

— Пытаюсь подсоединить батарею, чтобы дать хоть каплю питания замку. Кажется, он заблокирован, так что без этого мы не сумеем открыть дверь. Но вот если я смогу запустить его на время, достаточное для работы кодера, то вместе с твоей помпой, нам удастся попасть вовнутрь. Если за столько лет дверь не вросла в стену, конечно.

— Этого я бы не опасался, — покачал головой Руш, рассматривая какое-то месиво из цветных нитей, тянущихся в стену от электронного ключа. Кажется, мужчины даже что-то понимали в этом, когда как у меня просто рябило в глазах от непривычного способа соединения и передачи энергии. Все выглядело настолько нелепо и непрактично, что больше напоминало детский конструктор. — Объект военный, так что скорее всего материалы высшего качества. Думаю, если бы сумели найти главный вход, то и попасть туда было бы много проще. Обычно на них стоят всякие дополнительные уровни поддержки рабочего состояния. А эта дверь больше похожа даже не на черный вход, а на какой-то шлюз, для технических работ.

— И что это нам дает? — даже не пытаясь поймать сложную мысль Агент, уточнил Тан, рассматривая переплетение проводов.

— То, что все должно быть весьма примитивно.

— Ну да. Подскажи мне, как именно подсоединит «батарейку» к ключу, и я открою дверь, — фыркнул киборг.

— А что ты именно ты пытаешься сделать?

А дальше пошло такое изобилие технических терминов, что я только отвернулась, уставившись на свой компрессор. По-хорошему, желательно было проделать еще одну дыру, чтобы в случае необходимости, выдавить дверь не с одной точки. Но у меня уже ощутимо подрагивали руки и темнело перед глазами, так что я только и могла, что смотреть.

Кажется, я даже слегка задремала, так как очнулась из состояния какой-то потерянности от громкого восторженного вопля. Растерянно озираясь, пробегая глазами по широким спинам мужчин, я вдруг замерла, распахнув от удивления рот.

На старой панели электронного ключа бледно светился красный огонек.

С одной стороны к блоку тянулся привычный прозрачный провод, ведущий к батарейке, а с другой тихо щелкал подсоединенный к оголенной медной проволоке, кодер.

— Да вы живодеры, — заметила я, рассматривая столь варварское, хотя и действенное, соединение.

— Главное, что это сработало, — не отрываясь от кодера, ответил Тан. Несколько мгновений в тоннеле висела напряженная тишина, нарушаемая только треском аппаратуры, а потом на кодере загорелся первый желтый огонек, показывая, что система сумела отыскать первое совпадение.

— Сколько символов у этого ключа? — тихо, едва дыша спросила я, подползая к своей помпе и не в силах отвести глаз от слабого свечения.

— Не имею представления, — также сипло отозвался киборг. — Однако, у меня есть основание полагать, что у нас будет очень мало времени, чтобы попытаться открыть эту дверь, после того как система примет ключ.

— Почему?

— Потому что старые провода просто не выдерживают того напряжения, что выдает наша «батарейка». И мы ничего не можем с этим поделать, — ответил уже Руш, следящий за кодером с другой стороны от хальпа. — Так что Кира, лучше тебе быть готовой.

Последняя фраза плеснула адреналина в кровь, так что я подорвалась с места, прогоняя остатки дремы и пытаясь перебороть усталость. Нужно было перепроверить, все ли верно подключено к компрессору, как стоят трубки и достаточно ли давление в системе. Прибор был совсем небольшим, и я, признаться, вовсе не рассчитывала на то, что он может пригодиться, но все оказалось немного иначе, чем мы могли представить.

— Лала, подойди, — просмотрев все трубки от аппарата до самой двери, нервно позвала нацою. В одном месте мне показалось, что крепления недостаточно надежные.

Девушка нервничала ничуть не меньше меня, но молча взяла поданный инструмент, удерживая его поверх стыка.

— Если при включении воздух начнет вырываться с этой стороны, сжимай сильнее, — предупредила Лалу. Я не была уверенна, что успею перепроверить и заменить все, что могло вызвать сомнения. Все же, в нормальной ситуации у механика бывает чуть больше одной попытки.

— Кира, кодер подбирает последний символ, так что… — Тан недоговорил.

Внутри дверей раздался тихий щелчок, а затем наступила гулкая, напряженная тишина. Мысленно отсчитывая в голове секунды, я держала руку на тумблере, дожидаясь и надеясь на подходящий момент.

После нескольких томительных минут до нас донеслось какое-то глубинное жужжание, переходящее в скрип металла о металл. И я знала, что это за звук.

— Штыри затвора выходят, — тихо выдохнула, вся обратившись вслух, чтобы не упустить тот короткий и очень важный момент, когда нужно будет включить помпу. Если сделать это слишком рано, то толстые металлические «пальцы», что запирают дверь, просто не успеют выйти из пазов в стене, так что это будет бесполезно. Как и в том случае, если сделать это слишком поздно. Когда механизм отключится, подвинуть дверь будет почти невозможно этим способом.

— Что, если…?

— Тихо! — мое шипение заставило Лалану замолчать, видно в голосе было достаточно напряжения, как и во всем теле.

Практически прижавшись стеклом шлема к двери, положив одну ладонь на гладкую поверхность, чтобы чувствовать вибрацию, я ждала. Ждала с замиранием сердца.

И едва не пропустила момент, щелкнув тумблер в последнюю секунду.

Компрессор зашипел, нагнетая по трубкам воздух под давления, а я с замиранием сердца следила, как расширяется «подушка» в месте стыка двери со стеной. Первые несколько минут ничего больше не происходило, и мне казалось, что у аппарата просто не хватит мощности, чтобы открыть дверь, стоящую неподвижно всю третью эпоху. Но в тот момент, когда в голове уже стали мелькать идеи о снятии всего дверного блока, с резким щелчком толстая створка отошла от стены на сантиметр. Компрессор взвыл из-за смены давления, но толщины «подушки не хватало, чтобы расширить проем.

Только это было уже не нужно, так что я с облегчением отключила компрессор, с трудом распрямившись от напряжения, сковавшего все тело.

— Отлично, — Руш, перегнувшись через меня, вытянул ненужные теперь опавшие трубки, и ковырнул зазор. — Теперь можно по старинке. Кира, пустишь нас?

— Да уж, пожалуйста, — отойдя от ямы перед дверью, с облегчением махнула рукой. Свою часть я сделала.

Пересмотрев имеющееся оборудование, Тан в итоге выдернул стальную ножку от гравиплатформы, которая обычно была сложена, и попробовал протолкнуть ее в зазор. Получилось не сразу, но после четырех попыток, ножка стала на место.

Стоило Рушу с Таном вместе надавить на рычаг, как дверь медленно, скрипя по глинистому полу, двинулась, открываясь. Остановившись на несколько мгновений чтобы отдышаться, мужчины поправили ножку гравиплатформы, и навалились еще раз. Прошло несколько минут, как в нашу сторону, с шипением, вырвалось облако газа, изрядно напугав. Но голограф тут же успокоили, сообщив, что в нем нет ничего опасного и фильтры скафандров с этим справятся.

Когда муть немного развеялась, нам открылась черная, без единого отблеска, щель, ведущая в прошлое.

Толщина полотна оказалась почти в десять сантиметров, так что открыть дверь удалось совсем немного, но и этих сорока сантиметров должно было бы хватить, если бы не оборудование.

— может, оставим все здесь, а потом вернемся? — тихо предложила Лала, кажется, поймала ту же мысль, что и я.

— Не думаю, что это возможно, — покачал головой Агент. — Во-первых, я уверен, что база достаточно большая, чтобы это было нам проблематично. Во-вторых, я бы предпочел прикрыть дверь. Да и никто не знает, что именно ждет нас внутри и какие из инструментов могут понадобиться.

— Но это опять сгружать, перетаскивать и выгружать, — тихо заныла нацоя.

— Копать местную глину, чтобы расширить проем, будет дольше, — спокойно заметил Тан, отстегивая такелажную сетку от платформы. — И чем дольше мы тут стоим, тем позже ты сумеешь увидеть свои находки.

Кажется, это замечание подействовало значительно лучше, чем все остальные возможные.

* * *

Мы шли по темному коридору, очень похожему на те, что до сих пор имелись на старых станциях. Большая часть проводов и труб была выведена поверх стены что бы облегчить ремонтные работы и контроль за состоянием базы. Не считая изредка попадающейся паутины нормальных размеров, такой, что помещалась только по углам, в остальном здание выгледяло вполне обычно. Только потолки уж как-то слишком высоко стояли над головой.

— Может так быть, что те паучки, Ю которых мы видели, тоже прибыли сюда с кораблями? — задумчиво спросила я, в который раз наткнувшись на хилую паутинку, под которой лежала пара скрюченных паучьих телец не больше моего ногтя.

— Вероятность есть, но никто точно не скажет, — кивнул Руш, открывая очередную дверь и с опаской проходя дальше.

После того как мы оказались внутри, возникло ощущение, что мы переместились во времени. Во внутренних помещениях помимо электронных замков были механические затворы, которые без особых сложностей позволяли пройти дальше, стоило только повернуть рычаг.

— Интересная система, — не смог не обратить на это внимание киборг, — внешние двери выглядят так, словно вся база под куполом, а внутри вполне можно перемещаться и без электричества.

— Система должна быть автономна, — покачал головой Руш. — Если даже внешние двери заблокирует, во все времена должна была сохраняться возможность перемещения по станции. И должен быть генератор, который сумеет эту станцию обеспечить достаточным количеством энергии. Так что нам первым делом стоит отыскать именно генератор. Сердце этого бункера.

— Для начала, — едва передвигая ноги и то и дело опираясь на гравиплатформу, недовольно пробормотала я, — нам бы где-то передохнуть хоть пару часов и нормально поесть. Иначе будете добираться до своего «сердца» сами.

Усталость и эта гонка без конца сделали меня раздражительной, но сил не осталось вовсе, так что я и не пыталась быть милой. Мне было даже страшно посмотреть на голограф, чтобы узнать, как долго мы уже блуждаем по этим лабиринтам. Да, то, что база нашлась и мы даже смогли попасть внутрь — невероятный прогресс, но я больше не намеревалась двигаться без отдыха.

Как только эта мысль окончательно оформилась в голове, я просто опустилась на пол посреди того коридора, по которому мы блуждали. Меня не волновало, что нам пока не встретилось ни единого бокового помещения, ни одного зала или ангара. Я просто хотела спать и есть. Или наоборот.

— Но Кира, мы так близко, — с каким-то признаком безумия шепнула Лала, которая сама едва стояла на ногах.

— Нет, — покачав головой, я подползла к стене, оперевшись на нее, и запуская анализатор местного воздуха, пытаясь узнать, сколько я могу безопасно находиться без шлема и успею ли за это время поесть, — мы можем блуждать тут до четвертой эпохи. Пускай. Но я буду это делать только после того, как поем и посплю.

Мне показалось, что мой протест останется без ответа, но как-то все восприняли его довольно спокойно. Видро, даже неутомимые Руш и ЦунХиТан все же немного устали.

Вернувшись в начало коридора, киборг заблокировал дверь, через которую мы только что вошли, а Руш прошелся немного вперед, проверяя насколько безопасно пространство впереди и не ждет ли нас какая-то неожиданность. Я же сидела на полу, и все ждала, когда голограф выдаст мне результат анализа.

— Двенадцать минут! — результат показался мне настолько великолепным, что я, не задумываясь, вытянула из рюкзака пакет с сублимированным питанием. Бросив один небольшой кубик в специальный контейнер и отмеряв туда порцию воды, я несколько раз сильно тряхнула, ожидая, когда пойдет реакция. Контейнер начал разбухать почти сразу, а рот наполнился слюной только от одного предвкушения.

— Кто-то еще будет лапшу с тайнафой*? — уточнила, прежде чем спрятать пакетик с кубиками.

— Да, — утомленно присаживаясь рядом и вынимая из своих запасов пищевой контейнер и воду, выдохнула Лала.

У нас было в запасе достаточно питания, но в тоннеле мы опасались, что сильный запах еды может привлечь насекомых. Теперь же, закрытые со всех сторон стальными дверьми, имея двенадцать минут безопасного времени на дыхание без скафандров, мы могли нормально поесть и передохнуть.

_______________________

тайнафа* — какая-то фыдуманная, предположительно мясная, фигня. Очень полкезная и питательная, разумеется.

**

Проснувшись резко как от толчка, я несколько минут всматривалась в полумрак. Фонари на шлемах были отключены, чтобы не тратить напрасно заряд, только посреди самого коридора светился неяркий огонек, рассеивающий тьму.

Оглянувшись кругом, поймала на себе взгляд Тана. Киборг сидел у стены, медленно поглаживая по плечу спящую Лалу.

— Сколько? — мне пришлось откашляться и глотнуть воды из системы, чтобы голос так не сипел. — Сколько я спала?

— Часа четыре, — киборг сверился с данными на слабо засветившемся голографе. — Да, еще буквально пара минут, и будем все просыпаться.

— Ты сам-то хоть успел передохнуть? — я медленно встала, чувствуя тело так, словно оно заклякло, как старая аппаратура, простоявшая под дождем с десяток лет. В спине что-то скрипнуло, руки-ноги едва слушались.

— Да. Первым дежурил Руш. Мы поделились по два часа, — продолжая отрешенно водить по плечу нацои, кивнул хальп.

— Думаю нам все же пора, — скрипучий со сна голос Руша тихо включился в диалог. Агент дремал сидя в углу, сложив руки на груди. — Все равно нормально выспаться в таких условиях не получится. Мы только слабеем от необходимости постоянно находиться в таком напряжении и скафандрах.

— И что же делать? — я и правда чувствовала что телу все труднее реагировать на команды, а энергии, даже после сна, было совсем не так много, как хотелось бы.

— Нужно отыскать центр управления и попробовать запустить систему. На подобных станциях обычно все сделано так, чтобы даже через пару сотен лет система функционировала нормально, а для нас пока больше всего важны фильтры и возможность выбраться на поверхность, — Руш поднялся, поведя плечами. — Тан, буди Лалану, все равно не выспится.

Мы медленно продвигались дальше по коридорам, заглядывая в каждую из боковых дверей, которых стало значительно больше. В основном хозяйственные помещения, практически пустые кладовые и какие-то спальные блоки, в которых можно было только и разглядеть, что длинные койки со следами истлевших покрывал и подушек.

— Кажется, я нашел что-то интересное, — после проверки очередного помещения, в коридор выглянул Руш, поманив нас рукой.

Это уже явно был нежилой блок, а скорее какой-то и отделов управления, так как на стене угадывались панели экранов, а вместо стола явно располагался какой-то пульт. Подойдя ближе, я несколько раз щелкнула тумблером, впрочем и не надеясь на результат.

— Сюда, — Агенут поманил в сторону, осветив какое-то изображение на стене. — Кажется, это карта яруса. И мне думается, я знаю, как нам попасть к главному энергоблоку.

Подойдя ближе, я была вынуждена согласиться. Эта схема, пусть и наполненная непонятными символами, не могла быть ничем иным. Присмотревшись, я узнала и тот коридор, по которому мы бродили последние часы, и ту дверь, через которую попали в само здание.

Пробежавшись по схеме, я удивленно вскрикнула и ткнула пальцем в пересечение линий, привлекая внимание Руша к одному месту на изображении:

— Или меня подводят глаза, или тут есть более короткий путь. Посмотри, — я провела рукой в перчатке через несколько помещений, сократив дорогу почти в два раза. Выходило, что если дверь, изображенную на схеме можно будет открыть, мы сумеем добраться до пульта управления куда проще.

— Может быть, — кивнул мужчина, делая копию карты на голограф и тут же помечая маршрут. — Надеюсь, так оно и получится, так как это путешествие становится немного утомительным для вас с Лалой.

Спустя полтора часа блужданий и один неверный поворот, который стоил нам некоторой заминки, мы все же добрались до пульта управления, правда, не сразу опознав этот отсек. К нашей радости, система здесь была не совсем такая, как использовали на нынешних станциях, уповая только на электронику. В блок управления на стенах висели схемы, понятные любому. Подойдя к одному из рисунков, я тихо хмыкнула, найдя знакомые линии, пусть не идеально соответствующие тому, что я видела раньше, но определенно узнаваемые.

— Местный генератор примерно того же принципа, как и Фликанские двигателя. Только клапана под другим углом и кольцевая не так проведена, — я рассматривала рисунок, пока остальные пытались отыскать еще что-нибудь полезное.

— Сможешь запустить? — Тан копался в ящиках стола, но помимо истлевших и изъеденные, рассыпающихся в руках,

листов а которых ничего нельзя было разобрать, ничего не было.

— Если ничего критично не сломано. Впрочем. У этой конструкции, если я правильно поняла, есть возможность сегментарного запуска.

— Если бы я знал, что именно это должно означать, определенно восхитился бы, — фыркнул киборг, подойдя к дальней стене, и отогонув в сторону какой-то кусок тряпки, закрывающий едва ли не всю поверхность. — Ого!

Дернув ткань, отчего она с тихим треском оторвалась и упала на пол, подняв облако пыли, Тан прильнул к огромному окну, сквозь мутное стекло вглядываясь в соседнее помещение.

— Это означает, что я могу запустить один из блоков, даже если остальные в нерабочем состоянии, — пояснила киборгу, подходя ближе к стеклу, как и Лала с Рушем.

— Влот сразу и проверим, насколько хорошо эта твоя система с сегментарным запуском хороша.

Свет фонарей выхватывал за стеклом огромный зал высотой в несколько этажей, по центру которого и находился центральный генератор.

— Интересное решение, — заметила я, пытаясь отыскать дно зала, чтобы понять истинные размеры конструкции. — У нас никто не ставит генератор рядом с пультом управления.

— Думаю, это вполне возможно, если система работает на керилизите, — с благоговением выдохнула Лала, прижавшись обеими ладонями к стеклу. — Реакции можно загасить практически мгновенно и шансов ля взрыва или неконтролируемого выброса нет.

— Звучит как фантастика, — фыркнула я.

— Так оно и есть. Но даже если в этом только часть правды, мы сумеем подвинуть «Пегас» с его монополией на топливо и перевозки.

— Тогда, может посмотрим уже, что у нас там за чудо инженерии, — потирая ладони, я оглядела помещение в поисках двери, ведущей к генератору.

* * *

Немного шаткая, дребезжащая лестница вела вниз, в темноту, к самому основанию генератора. Все инструменты, кроме самых необходимых и привычно умещающихся на поясе, пришлось оставить наверху, в комнате управления, где дежурили Лала и Тан.

Несколько промежуточных переходов, разбивающий лестницу на части, с две сотни ступеней, и мои ноги коснулись ровного и устойчивого пола.

— Тан, связь есть? — были некоторые опасения, что на такой глубине мы не сможем общаться, но в ушах сперва раздалось тихое шипение, а затем, пусть и с запозданием, голос хальпа.

— Да. Слышу не четко, но разборчиво.

— Отлично. Приступаем к осмотру генератора, — обернувшись к громаде, от одного вида которой что-то тревожно и восторженно замерло в груди, я резко выдохнула, собираясь с силами.

— С чего начнем? — Руш скинул свою накидку, чтобы та не мешала, и с интересом осветил генератор снизу вверх. Из темноты выплыли лестницы, клапана, множество трубок и креплений.

— Отыщем топливный бак и посмотрим фильтры. Если этот титан на самом деле работает на керилизите, стоит проверить, есть ли у нас хоть капля этого вещества и в каком оно состоянии по прошествии целой эпохи.

— Керилизит устойчив к изменениям в течение нескольких тысяч лет, если нет критической смены давления, — голос Лалы стало слышно лучше, когда мы поднялись на первый ярус генератора.

— Хорошо бы. Не представляю, где мы тут будем искать его, если топлива нет в самом баке, — фыркнула я, довольно быстро разобравшись в направлении трубок и шлангов.

Примерно час проползав по генератору, заглянув в каждую щели и к каждому клапану, я, не выдержав неудобства, скинула шлем, на время взяв легкий дыхательный баллон и стянув перчатки. Если в целом состояние генератора было просто великолепным, учитывая время простоя, то некоторые винты следовало подтянуть, а трубки зажать, чтобы не получить сложностей на пустом месте. Но больше всего вопросов вызывало все же топливо.

В который раз открыв бак, я несколько мгновений смотрела на светлый, переливающийся порошок.

— Лалана, ты уверена, что он должно именно так выглядеть? Меня не слишком смущает этот блеск, но ты уверена?

— Определенно. Сухое, рассыпчатое вещество с глянцевым блеском, — словно из учебного пособия процитировала нацоя.

— Ну, как скажешь. Руш, придержи здесь, — изогнувшись змеей, чувствуя, что еще немного, и я сниму и этот плотный комбинезон, крутанула ключ, затягивая гайку. Как и в электронном ключе на входной двери, крутить нужно было в сторону, противоположную привычной, да и некоторые из инструментов пришлось доработать на ходу, но так как я к этому была готова, все шло довольно бодро.

Еще немного поколдовав над оборудованием, вызывающим восхищение и благоговение, я махнула Агенту, чтоб спускался вниз и сама поползла к лестнице, чудом не застряв среди переплетения трубок.

— И все же, мне очень интересно из какого материала у них тут трубки. За прошедший срок все, что известно мне, рассыпалось бы в труху, — возвращая на голову шлем, задумчиво произнесла я, пытаясь попутно придумать, куда бросить инструменты, пока мы будем запускать эту громадину.

— На это я не отвечу, — тут же отозвалась Лалана, — но некоторые ученые считают, что у ребят были реальные шансы победить в той войне, если бы не какай-то внутренняя эпидемия. Данных очень мало, но из того, что мы находили, получается, что все корабли просто массово пропали с радаров. А вместе с ними исчезла и возможность изучить систему работы их судов. И, как следствие, материалов из которых те строились.

— Если здесь будет хоть один корабль, вы все обязаны мне пообещать, что права на разработку материала, из которого эти трубки — мои, — чувствуя, что это весьма толковая мысль, решила я.

— И где же ты собралась производить его? — ЦунХитТан фыркнул, до этого не вступая в диалог. — Давай договоримся на процент, тогда, вероятно, я смогу уговорить отца выделить часть производства на это. Если дело покажется стоящим.

— М, — я практически чувствовала, как внутри меня просыпается жадность, когтчми скребя по ребрам изнутри и не позволяя так легко принять эти условия, — я согласна отдать тебе пять процентов. Думаю, я заслужила.

— Кажется, кто-то планирует неплохо обогатиться на этом, — подталкивая меня к лестнице, хохотнул Руш.

— И ты не представляешь, насколько. Трубки, которые приходят в негодность от космической пыли, влажности, перепадов температур и давление едва ли не самая затратная часть обслуживания кораблей. А этот материал, это же просто… — не найдя подходящих слов, я тихо застонала, пытаясь передать эмоции. — Я даже готова отказаться от доли в производстве новых двигателей, если мне отдадут патент на эти трубки.

— Не торопись. Даже пол процента от прибыли с производства двигателей на керилизите способны обеспечить безоблачную старость тебе и твоим детям, — непривычно спокойно и рассудительно выдал хальп. — Но так и быть, за все, что ты перенесла и за оказанную помощь, я думаю мы можем передать тебе львиную долю прав на эти твои трубки.

— Ю-ху! Ой! — от моего радостного вскрика, настроенного на внешнюю связь и усиленного эхом, на голову посыпалась какая-то пыль, заставив вжать голову в плечи.

— Давай мы сперва доберемся до твердой поверхности, — посмеиваясь предложил Руш, который поднимался по той же лестнице позади меня.

— Да-да. Отличная идея, — немного смущенно согласилась. Кажется, близость этого гиганта делала меня немного безумной.

Запустить генератор из комнаты управления нам не удалось. При повороте ключа не появилось ни малейшей искры, что на какое-то время повергло наше настроение в состояние упадка, все же мы надеялись. Но долго тосковать не получилось. Цель была слишком близка, чтобы позволить себе подобную слабость, так что быстро перекусив, мы с Рушем совершили еще один марш-бросок вниз решив попробовать запустить титана в ручном режиме.

— Ты уверена, что это безопасно? — в который раз настойчиво спросил Агент, которому эта идея явно была не по душе.

— Однозначно. Если там имеется щит, тот полукруг из плотной стали, к которой ведет основная ветка проводов, значит это определенно безопасно. Тем более, Лала обещала, что этот порошочек не взрывается.

— Это не «порошочек»! — Нас тут же догнал гневный голос нацои, заставив усмехнуться. — Ты ничего не понимаешь! Это одна из величайших разработок за весь период космической экспансии!

— Да-да, про него я и говорю, — согласилась, чувствуя, как в кровь все же ударил адреналин.

Еще полчаса блужданий вокруг генератора позволили отыскать минимальную поломку в виде провода, выпавшего из гнезда. Надеясь, что это единственная неучтенная неполадка, я поманила Руша за щит, выставленный перед самим оборудованием.

Ключ, вполне себе привычного вида поворотный тумблер и небольшой темный сейчас, экран — все что имелось на маленьком пульте, спрятанном за шитом, но это в каком-то смысле было и верно. Если что-то случится с генератором, с этой точки имеет смысл только экстренно его отключить в ручном режиме, не более того. Все остальные регулировки должны проводиться от главного блока управление, что на верхнем ярусе.

— Готов? — сердце замирало от ужаса и восторга, когда пальцы обхватили тумблер. В этом чувствовалось что-то глобальное, словно я сейчас своими маленькими, с пятнами смазки, которую я обновляла на генераторе, руками, вершила историю.

— Только если ты готова, — тихо отозвался Руш, подходя ближе, и обнимая меня за талию со спины. И только теперь я поняла, как дрожит мое тело от волнения.

— Да уж, — тихо фыркнула под нос и повернула ключ.

С тихим щелчком тумблер встал в паз, но ничего не произошло. Меня начало потряхивать сильнее, но я молча и терпеливо ждала.

— Давай еще раз, — предложил Агент, не выпуская меня из объятий.

— Нет, нужно подождать. Если где-то нарушена связь, место пробьет замыканием, и я смогу быстрее найти поломке.

— Но если искры не будет, то и замыкания не случится. Давай еще раз.

Медленно вернув тумблер в исходное положение, я прикрыла на миг глаза.

Все получится. Эта технология позволила покорить половину космоса и не может так просто перестать работать.

Задержав дыхание, я повернула тумблер еще раз, с замиранием сердца ожидая щелчка.

После характерного звука несколько мгновений вокруг висела оглушительная тишина, а затем ее нарушило тихое шипение и мерный, медленный стук. Один из блоков запустился. На панели желтым вспыхнула какая-то шкала, не позволяя пока даже догадаться о показанных значениях, а за полукруглым щитком, что отделяла нас от генератора, все быстрее и быстрее стучали клапана, сбрасывая давление, которое пока не хотело выравниваться.

— Почему он трясется? — Руш с опаской высунулся из-за щитка, глядя на то, как громадина генератора нервно подергивается на платформе крепления.

— Скорее всего, где-то скопились остатки старого топлива, «нагары» и «осадки». По-хорошему, все надо было бы разобрать и промыть, но на этой ушло бы месяца три. Вот только подобная система устроена так, что должна самоочищаться. Так, что либо сейчас все установится как надо, либо…

— Либо что?

— Мы доломаем его окончательно, — тихо закончила свою мысль, наблюдая за те как вверх, через несколько небольших клапанов, то и дело вырывается газ.

— Замечательно, — фыркнул Агент, обнимая меня крепче. Это было приятно, но спокойнее пока не становилось. Ровно до тех пор, пока звук из нервного и прерывистого не превратился в довольно тихое гудение, сопровождаемое периодическими щелчками клапана.

Выдохнув с облегчением, я прикрыла на мгновение глаза. Это было похоже на музыку. Немного грубую и резкую, но все же что-то мелодичное в этом всем определенно имелось.

— Кажется, взрыва не будет, — заметил Руш, и тут же опустил голову, так как над нашими головами, тихо загудев, вспыхнули лампы.

Зажмурившись, чувствуя, как по телу разливается радость оттого, что больше не нужно сидеть в этой темноте, едва разбиваемой лучами фонарей на шлемах, я вдохнула. Теперь все будет намного проще. Даже если в системе имеются какие-то сбои, того, что выдает даже один блок, будет довольно для поиска кораблей, что так нужны Лале.

Но даже если мы не отыщем космические шаттлы и истребители, самого генератора будет довольно для того, чтобы разобраться в принципах получения энергии из керилизита.

— Что дальше? — Руш с интересом рассматривал агрегат, переставший фыркать и дребезжать, и перешедший к нормальной работе.

— Нам нужно наверх. Если я правильно понимаю хоть что-то, там должны быть данные об общем уровне мощностей. И через основной пульт можно запустить фильтры и систему водоснабжения. Если река или недра, из которых брали воду, все еще доступы.

Все примерно так и оказалось, за исключением водоснабжения. Мне не сразу удалось разобраться в схемах, вспыхнувших на экране, но тут помогла нацоя, сумевшая перевести некоторые из простейших слов. Получалось, что в резервуарах станции, в двух шахтах из пяти, герметично запертых, сохранилась вода. И, суда по зеленым огням, ее очищенный состав все еще подходил для использования. Остальные же светились красным, и на карте, ярусами изображающей саму станцию, самые нижние уровни выглядели недоступными.

— Кажется, за время отсутствия обитателей, один из резервуаров прорвало и затопило два нижних уровня, а так как система все еще была включена, то местный компьютер просто отрезал этажи, заблокировав к ним и доступ энергии и просто лишив возможности туда попасть, — разглядывая многоярусную схему, предположи я.

Система отличалась от тех вариантов, что использовались на современных кораблях или жилых базах, так что я толком не могла даже найти, как запустить проверку всего комплекса.

Управление было совершено непривычным. Вместо голосовой системы, или принципа, принятого на космических кораблях, где на главном экране на постоянной основе вынесены данные всех систем, с прямым доступом, здесь приходилось продираться через какие-то непонятные символы, чтобы отыскать нужное.

— Погодите, — стоявший до этого в стороне Тан, только наблюдавший за происходящим, шагнул ближе, — кажется, тут все немного не так. Дайте мне.

Еще раз осмотрев панель, словно могу видеть что-то недоступное простому глазу, киборг вдруг откинул серую плоскую крышку на панели, которую мы не решались пока трогать. Большой, с кулак, голубоватый шар, наполовину утопленный в панель, слабо светился.

Осторожно, с опаской положив крупную ладонь на шар, киборг медленно крутанул его. На большом экране, непривычно контрастном, тут же дернулась черная точка.

— Ничего себе. Зачем на такой панели столь странное управление, — Лала недоуменно рассматривала движение метки, которая послушно переползла со столбиков цифр и букв на схему самой базы. — Куда быстрее и практичнее сделать прямой переход на нужную опцию, чем вот это ползание по экрану.

— Не скажи, — вдруг возразил ЦунХиТан, от действий которого вся схема базы вдруг вспыхнула и увеличилась, разошись на весь экран. Еще немного покрутив шар, хальп приблизил тот блок, где четырьмя красными фигурами отмечалось наше присутствие. — Думаю, такой подход тоже имел свои преимущества. Смотри, что я могу.

Несколько движений, и перед нами раскинулась увеличенная и выделенная яркими цветами вся проводка базы. И тут в голове что-то щелкнуло.

— А ну-ка, вернусь на прежний уровень, — если я была права, то нам вовсе и не надо было искать где управление вентсистемой. — Да. А теперь на вот этот вентилятор. Если я хоть что-то понимаю, это центральный узел воздуховода.

— Сюда? — киборг крутанул шар так, чтобы метка вышла на указанный иной участок, отмеченный красными знаками и линиями.

— Да, — я нагнулась ближе, чтобы ничего не пропустить. Перед нами появилось увеличенная схема воздушного компрессора, и тут же вспыхнуло множество каких-то дополнительных ячеек и запросов. — Лала, тут нам без тебя никак. Нужно найти кнопку «запуск».

Через десять минут изучения нацоя уверенно ткнула пальцем в один из информационных блоков на экране.

— Не совсем запуск, скорее «активность», но думаю, из всего это самый близкий вариант.

Тан осторожно приблизил черную круглую метку к указанному месту, а через мгновение нас едва не оглушило гулом. Помещение заволокло облаком пыли, с силой повалившей из бокового вентканала, но длилось это не долго. Буквально через десяток вдохов, радуясь, что так и не сняли шлемы, мы один за одним получили оповещение от голографов, что воздух пригоден для дыхания.

— И все же, система неудобна, — упрямо вынесла вердикт Лала, наблюдая за тем, как Тан выводит для нас расширенную схему водопровода, намереваясь рискнуть и запустить и ее. Все же, после столь длительной прогулки очень хотелось уединиться в работающем санузле.

— Почему?

— Пока доберешься до нужного отдела, можно забыть, что именно хотел найти.

— Думаю, — хальпу, кажется наоборот подобная система нравилась все больше, — тут имеются и более быстрые и прямые переходы, просто мы не знаем, как ими пользоваться. Все же нация, покорившая половину космоса, не могла пользоваться программным обеспечением, которое не соответствовало бы их нуждам. Надеюсь, нас не смоет.

Высказав последнее пожелание, Тан запустил водопровод, каким-то образом сумев выделить только ту зону, где сейчас находились мы. Не убирая руки от панелей, киборг ждал.

Сперва что-то загудело в стенах, на схеме пустые трубы окрасились в голубой, показывая, как вода движется из второго резервуара.

Отыскав на схеме огромные помещения в дальней части подземного бункера и пометив для себя путь наверх, мы решили, что пока довольно, сняв шлемы, с удовольствием дыша пусть не самым свежим, но все же пригодным воздухом, устроились на ночлег. Пусть время не совсем соответствовало, но силы как-то стремительно таяли, стоило перекусить и воспользоваться благами цивилизации в виде туалета.

Было решено что лучше всего не покидать блок управления, чтобы в случае непредвиденной ситуации не попасть в ловушку, так что устроившись не на самом удобном полу, мы все дружно уснули. Пусть азарт от новых открытий и соприкосновения с прошлым исчезнувшей цивилизации все еще бурлил в крови, но мне просто хотелось сделать небольшой перерыв и провести ночь в нормальной постели, сняв в себя это неудобный скафандр и приняв полноценный душ.

Глава 41

— Сперва корабли, — упрямо стояла на своем Лала, даже не пытаясь делать вид, что готова согласиться хоть на какой-то компромисс.

— Нет, — не менее гневно возражала я, чувствуя, что еще немного, и комбез просто прирастет к моей коже. Под ним и так все начинало чесаться, — сперва мы проверим выход на поверхность, тем более, согласно схеме, один из них ведет прямо к челноку, а уж потом будем изучать древние летательные аппараты. Тем более что даже если тут ничего и нет, то генератор работающий на этом твоей чудо-порошке, мы уже отыскали. Будет с чем работать.

— Я не для того столько терпела, чтобы бросить все на полпути, — бледная, похожая на привидение, нацоя и не думала отступать, практически топая ногами. Мне даже показалось, что делает она это не столько от злости, сколько из-за общей усталости. Все же последние дни оказались очень утомительными.

— А если там ничего нет? Если там нет кораблей?

— Мы этого не знаем, — стояла на своем Лала, не желая прислушаться к доводам разума.

— Мы идем на поверхность, — спокойно, не поворачиваясь в нашу сторону, возвестил Руш, запоминая схему. — И на это есть много причин, Лала. Во-первых, нам всем не мешало бы пройти проверку анализатором, так как общее состояние указывает на моральное истощение. Да и баланс микроэлементов явно нарушен. И как сказала Кира, всем нам нужно нормально помыться и выспаться.

— Но…

— Если я не сменю одежду сегодня, тебе придется иметь дело с моим скверным характером, а этого бы очень хотелось избежать, — на первый взгляд без угрозы, но все же пугающе произнес Агент. — Так что все обсуждения отменяются, и тебе придется на какое-то время унять свой исследовательский энтузиазм. Тем более что даже по этой схеме нам предстоит двигаться не меньше пяти часов. Пользоваться лифтами в такой ситуации не стоит, а лестниц здесь столько, что ты сама взвоешь к середине пути.

Лалана, видя, что в этот раз на решение ей никак не повлиять, только сильнее насупилась, пока мужчин были заняты экраном, всматриваясь в схемы.

— Мы можем открыть дверь с этой стороны? Чтобы потом не застрять в шаге от поверхности.

— Можно попробовать, но кто знает, нет ли на ней таймера или чего-то подобного. Я бы предложил, конечно, кого-то оставить здесь на всякий случай, но… — киборг покачал головой, а меня всю передернуло от этой «блестящей» идеи.

— Не в нашем случае, — закидывая на плечи рюкзак и чувствуя, как тело просто гудит от потребности в гигиенических процедурах, резко произнесла, поворачиваясь к мужчинам. — Вот когда большая группа техников прибудет, когда они наладят работу дверей и нормальное функционирование туалета — тогда и будем обсуждать это.

— Еще раз: я не знал, что так получится, — виновато повторил Тан в который раз. Он на самом деле не мог предвидеть, что одну из старых водопроводных труб прорвет и часть вод хлынет на нижние ярусы. Хорошо, что система работала исправно, пусть и на одну пятую мощности, но этого хватило, чтобы предотвратить катастрофу.

— Я ни в чем тебя не обвиняю. Просто напоминаю, что здесь нужно что-что большее, что наша компания. Вы готовы?

— Да, — хальп отступил от схемы, что-то пометив в своем голографе. — Это все, что я могу пока. Никакой гарантии, что дверь открылась, к сожалению, нет, но схема говорит, что все должно было получиться.

Как и предсказывал Руш, дорога оказалась непростой. Узкие шахты лестниц вынудили нас оставить большую часть оборудования на этаже с пультом управления, так как тащить все это на себе было просто невозможно.

Несколько раз пришлось пересекать этажи едва ли не по всей длине, чтобы выйти к другой лестнице, так как в шахте встречались провалы, через которые так просто не удавалось перебраться. В общей сложности, устроив себе всего пару остановок и не сильно отвлекаясь на встречные комнаты, чтобы не застрять еще дольше, мы провели в пути почти восемь часов.

— Еще немного, и мои ноги откажут, — честно предупредила, перестав радоваться даже тому, что большая часть коридоров была освещена и нам не попалось ни единого насекомого размером с дафну, способного сожрать нас четверых и даже не поперхнуться.

— Если схема верна, а у меня нет оснований в этом сомневаться, — останавливаясь и давай нам короткую передышку, отозвался Руш, — то дверь будет примерно через триста метров.

— И куда она нас выведет? Если нужно еще полдня бродить по джунглям — лучше я останусь тут, — тихо, опускаясь на пол и закрывая глаза, призналась Лала. В чем-то я была с ней согласно. Бегать от гигантских многоножек вовсе не хотелось.

— Мы должны выйти совсем рядом с челноком. Я бы рискнул открыть большие ворота, но, кажется, наш корабль стоит прямо над ними, так что это рискованно, — киборг опустился рядом с нацоей, притягивая девушку ближе. — Да и там столько растительности успело появиться, что не уверен, справится ли система. Если мощностей не хватит, чтобы разорвать переплетения лиан, то мы просто можем испортить дверь.

— Мне все равно, — тихо, устраиваясь поудобнее на коленях у хальпа, практически сворачиваясь калачиком, проворчала Лала. — Я ближайшие полчаса никуда не встану, так и знайте.

— Лала, мы почти пришли, — попытался воззвать к разуму Руш, но нацоя только демонстративно засопела.

И вдруг за поворотом коридора раздался весьма громкий звук удара, заставивший нас подскочить на ноги и вскинуть оружие. Время, проведенное в безопасности бункера позволило нам немного расслабиться и не так сильно концентрироваться на окружающем. Да и усталость сказывалась.

После удара, шаги того, кто приближался, были почти не слышны, только легкое, едва различимое поскрябывание говорило о том, что мы и правда тут не одни.

Довольная усатая морда, почему-то вся перепачканная в местной зелени, вынырнула из-за поворота даже не снижая скорость. Крон, скользя лапами по металлическому полу, несся на нас восторженной темной массой, перепугав едва ли не до икоты.

— Ах ты морда лесная! — откинув за спину оружие, я вытянула вперед руки, обрадованная присутствию кота даже больше, чем скорому выходу. Это непросто давало надежду выбраться, а гарантировало, что мы сумеем выйти наружу уже сегодня, не бодаясь с дверью.

— Ну, ты нас и напугал, — тихо, сползая по стене, пробормотала Лала. Кажется, нацоя были и правда на грани срыва, хотя сама этого еще не понимала.

— Очень рад видеть твою морду, — сунув руки в мягкую шерсть, глядя спину крутящегося зверя, поделился Тан.

— Думаю, тогда мы должны немного ускориться. Не знаю, как этот зверь нашел вход, но это уже значит немало.

— Сколько времени до темноты? — поправляя сползшие лямки рюкзака, уточнила я, когда смесь страха и восторга от встречи немного поутихли.

— Часа четыре, — сверившись с кивером, отозвался Агент, пока ЦунХиТан помогал Лале подняться на ноги, пихаемый под колени Кроном.

— Тогда и правда стоит поторопиться. Мы не знаем, сколько еще добираться до челнока от того выхода, — чувствуя, как от пережитых приключений начинает кружиться голова, стараясь сосредоточиться на простых действиях, кивнула я.

Не знаю, что именно подействовало лучше всего, то ли близость выхода придала нам сил, то ли восторг кота, который забегал вперед, а потом возвращался, ластясь к ногам, но до люка мы добрались меньше чем за час, на какое-то время застряв в узком коридоре, через который никак не удавалось пройти из-за заклинившей двери.

Но стоило разобраться с этим моментом, как за следующим поворотом перед нами показалось светлое, круглое пятно на полу.

С возросшим энтузиазмом подойдя к откинутому люку, имея возможность впервые за несколько дней разглядеть небо, мы даже не сразу заметили, что лестница обломана и использовать ее не получится. Но в сравнении со всем что уже пришлось преодолеть, это казалось нелепым и даже смешным препятствием.

Руш, забравшись на плечи ЦунХиТана, довольно быстро выбрался на поверхность, а через пару минут к нам спустили веревку.

— Мы буквально в паре сотен метров, — заметил Агент, после того, помог Лале выбраться на поверхность. — Мы с Таном «гуляли» здесь.

Потом была моя очередь. Опершись на ногу хальпа, я осторожно забралась на широкие плечи киборга, чувствуя себя невероятно неловко в подобном положении. Удерживаясь за веревку, которую сверху тянул Руш, я попробовала медленно встать, уперевшись сперва коленом, как это делала Лала. Только выглядело это все куда проще, чем было в действительности. Равновесие то и дело пыталось ускользнуть, позволив мне встретится с полом.

— Не торопись, я придерживаю, — ухватившись за бедро, Тан позволил мне подняться. А через несколько долгих мгновений, когда я уже могла ухватиться за край люка, меня подхватили другие руки, вытягивая наверх.

— Все в порядке? — участливо спросил Агент, помогая восстановить равновесия.

— Да. Все хорошо. Но я поняла, что эквилибристика — не мое.

Мужчина тихо выркнул, и повернулся к люку, скидывая туда веревку.

— Выползай.

— А как же Крон? Он-то по веревке не выберется, — взволнованно произнесла Лала, сидя на траве в паре шагов от люка. — Вы же не собираетесь его бросить там?

— Нет. Зверь заслужил наилучшее отношение, — покачал головой киборг, легко выбираясь на поверхность. Мне даже показалось в этот миг что мужчины вовсе не устали от этой «прогулки», в отличае от нас обеих.

— Тогда, что мы будем делать? — нацоя медленно, пыхтя как старуха, поднялась, подойдя к люку. Внизу, тихо мяукая, метался кот.

— Сейчас все сделаем, а вы пока отвлеките его. Не хватало, чтоб зверь ушел вглубь здания.

Через несколько минут Руш с Таном спустили в люк довольно толстый ствол дерева, поставив его наискось. Не слишком довольная таким решением, Лала возмущенно наворачивала круги вокруг люка.

— Нельзя было что-то более практичное придумать? Это не совсем удобно.

— Лала, он — кот. Уж по дереву точно умеет взбираться, — фыркнул Тан, явно теряя терпение из-за этих всех задержек и неоправданного ворчания девушки, но все еще сдерживаясь.

Не обращая больше внимания на слова и мельтешение нацои, киборг перегнулся над люком, и ласково позвал Крона, рассчитывая на инстинкты животного. Вариант сработал и через пару минут кошак, довольно задрав хвост, припустил в заросли.

— Эй! Ты куда!

— В той стороне наш челнок, — кинув короткий взгляд в нужном направлении пояснил Руш, пока они с таном пытались вытащить бревно.

— Может, его можно оставить? — мне нетерпелось вернуться в такие родные и уютнее стены корабля.

— Если мы так поступим, Ю то наши зубастые друзья, что стаям и живут на деревьях, могут решить что генератор — их игрушка. В коридорах сейчас настолько силен наш запах, что пангиды непременно бросятся туда в поисках добычи.

Умом понимая, что Агент все же прав, я с обреченным вздохом устроилась позади, Ю тоже ухватившись а ствол.

Осторожно прикрыв люк, вставив небольшой клин, чтобы избежать автоматического запирания двери, мы разместили сверху срубленное бревно, и повернулись в сторону челнока. На лес медленно наползали сумерки, а у нас было не так много сил, чтоб в темноте отбиваться от стаи пангидов.

«Я уже решил, что придется направлять в это подземелье не спасательно-исследовательскую операцию, а группу по возврату тел»

Я тихо фыркнула, услышав чуть искаженное, но довольно четкое сообщение от Им-12. ИИ сканировал территорию не переставая, не желая пропустить наше появление или что-то важное.

«Полагаю, что будет нелишним напомнить, что запасы воды у нас ограниченны. Не стоит слишком злоупотреблять этим» — не пытаясь скрыть иронию, добавил ИИ, открывая для нас шлюз.

Пока мы обходили покатый бок челнока, выйдя с противоположной стороны, взгляд сам собой цеплялся за царапины и потертости на корпусе, которых ранее не было. Видно, не только наши дни были богаты событиями.

— Им-12, —скидывая шлем и чувствуя, словно меня разом придавила усталость прошедших дней, позвала я, когда в отсеке выровнялся кислород и открылись внешние двери.

— Да, Кира, — мне было приятно слышать голос ИИ вот так, через громкую связь корабля, пусть он звучал и не так как на моем Летуне. Это лучше всего остального показывало, что теперь я в безопасности и можно позволить себе немного расслабиться.

— Подогрей нам завтрак, — попросила, понимая, что нормальной еды хочу сейчас намного больше, чем всего остального.

— Слушаюсь, Кира. Только это все же поздний ужин.

Я лишь скривилась. Голова отказывалась работать, Ю получив пусть и условную команду, что можно расслабиться.

— Тогда мы сперва в душ, — едва переставляя ноги, махнула рукой Лала. Ее веселые кудряшки слиплись от пота под шлемом, лицо было откровенно серым, так что никто и не подумал возразить. Только Тан удивленно вскинул бровью

— Мы?

— Да не собираюсь я на тебя покушаться! — С каким-то отчаяньем воскликнула девушка. И добавила уже куда тише: — У меня просто руки дрожат и я сама это все не промою.

Ладонь, которую и правда ощутимо потряхивало, коснулась волос. Милое, обычно такое задорное личико нацои скривилось. Но уже через миг выражение лица стало умоляюще-просительнм.

— Ты же мне поможешь? Правда?

У Тана не было и шанса отказать.

Глава 42

После душа, несмотря на жгучее желание упасть там же, где стоишь, пришлось все же двинуться вместе с Рушем в медотсек, для проверки. Непробиваемое упрямство Агента мне было понятно, но нервировало страшно. Ноги еле передвигались, глаза просто отказывались открываться, так что я двигалась практически на ощупь, едва не впечатавшись в какую-то аппаратуру, которую Руш выдвинул на середину комнаты.

— Эй! — потирая ушибленное бедро, возмущенно вскрикнула, все же открыв глаза. — Смерти моей хочешь?

— Не стоит спать на ходу, — довольно флегматично отозвался Агент, тоже поминутно зевая, но прямо запуская анализатор и помогая мне забраться на койку и лечь.

— Вот тут я согласна, — едва не вывихнув челюсть в зевке, кивнула я, — отпусти меня спать в нормальном положении, тиран.

— Как только проверю, можно ли. Многие процессы и нарушения в организме видны с отсрочкой. Я не уверен, что мы ничем не надышались в этих подземельях, а что касается дефицита микроэлементов — за это могу поручиться и без всяких анализов. Вот что и следовало доказать.

Мужчина, хмурясь, рассматривал отчет аппаратуры.

— Ты непросто истощена. Это все можно поправить парой витаминных коктейлей, но состояние твоей спины совсем меня не устраивает. Признаться есть вариант, что тебя вновь придется закатать в корсет.

— Нет, — тихо застонала, вспоминая, насколько это была неудобная и ограничивающая конструкция. Пусть спина и ныла постоянно, начиная с того момента, как мы попали в лабиринт, это было не так критично, как после перелома.

— Мне бы и самому не хотелось, но нагрузка на мышцы распределяется неверно. Перевернись.

Медленно перевернувшись, я вздрогнула, когда длинные пальцы Агента принялись ощупывать мышцы возле позвоночника прямо через футболку. Напряженные, твердые, нескольких местах ткани ощущались каким-то воспаленным и.

— не делай так! Это больно, — пытаясь вывернуться, возмутилась я, но крепкая ладонь уместилась между лопаток, не давая подняться.

— потерпи, я пытаюсь определить, можно ли обойтись паутинкой и парой уколов.

— Может, мазьку? — робко предложила, особо не надеясь на успех.

Но Руш усмехнулся.

— Может.

По итогу, вновь плотно укутанная, измазанная со всех сторон согревающими гелями и по самые уши напичканная витаминами, я почти уснула на койке, пока Руш делал инъекцию себе. Оказалось, что ему-то нужно всеголишь вывести из организма токсин, который все же просочился в тело, но и тот был в столь малой концентрации, что к утру все должно было стать к норме.

— Это не честно, — Пытаясь удержаться в сознании, возмутилась я, когда мужчина вынес меня из медотсека. Поужинавшие Тан и Лала только что явились на проверку. Я не была уверена, не слишком доверяя собственным глазам сейчас, но мне показалось, что щеки девушки пылали ярче обычного, а глаза довольно поблескивали.

— Что именно? — открывая дверь в мою каюту, уточнил Руш. Здесь все еще стояла гравиплатформа, занимая практически все пространство комнаты.

— почему мне так много всего?

— Потому, Кира, что ты нежное и хрупкое созданье. Даже если сама с этим не всегда согласна.

— Это все враки, — позволяя себя уложить на подушки и укрыть покрывалом, сонно пробормотала подражая детскому голосу. — Я лицензированный курьер высокого класса, а не цветочек.

— С колючками, но все же…

Дальше я уже не слышала, провалившись в уютную, теплую темноту. Только в полудрему почувствовала, как рука обвивает талию, притягивая к жесткому телу Агента.

* * *

Как выяснилось утром, наш хитрый кошак нашел отклик в эфемерном сердце ИИ и совершенно спокойно ночевал внутри челнока. Им-12 впускал его с наступлением сумерек, а утром открывал шлюз, позволяя зверю прогуляться. Судя по следам из цветной яркой пыли и ошметками крыльев, голодать нашему питомцу также не приходилось, а вот поголовье гигантских бабочек слегка сократилось.

Пока ИИ загружал с наших голографов данные, рассчитывая составить карты пройденного пути, Руш рассматривал полученные документы.

Из файлов выходило, что группа, посланная нам на помощь от Валеса Хадана, должна прибыть к точке со дня на день. Это радовало, так как спускаться таким малым отрядом мне больше не хотелось, а Лалану сдерживала только усталость, слегка сбившая энтузиазм. Но это не должно было продлиться долго. Корабли, ради которых было проделано столько работы, так и не нашлись.

Одним глазом следя за тем, как Им-12 выстраивает карту, сопоставляя данные и выводя трехмерную схему, я параллельно пыталась подглядывать и за Рушем, изучающим какой-то сложный многоуровневый документ, снабженный сразу несколькими уровнями защиты.

— Это что такое, — видя, как сошлись недовольно брови Агента, спросила я. Руш дернулся, словно его застукали за чем-то неприличным, а потом усмехнулся.

— Документы из агентства. Я подал заявку на смену статуса.

— Ничего не понятно, — фыркнула я, рассчитывая получить свои пояснения.

— Мой друг-куратор подал от моего имени заявку на отчуждение. Агенты моего уровня могут попросить об этом, когда у них будет достаточно высокий уровень заслуг. На данный момент мое обучение окупилось уже раза в четыре, а число успешно закрытых договоров давно перевалило за нужную отметку.

— И зачем тебе эти глупости? Хорошо же работаешь, интересно, — фыркнула я, следя за тем, какИм-12 выстраивает сразу несколько ярусов идущих от генератора. На этой карте, содержащей и данные с изображения на стенах бункера, все было куда понятнее и правильнее, чем казалось изнутри. Если бы можно было пользоваться лифтами, то подобное расположение шахт и коридоров выглядело оптимальным.

— Ты правда мне задаешь это вопрос? — в голосе мужчины проскользнуло искреннее удивление, так что я даже повернула голову, отвлекаясь от наблюдения за работой ИИ.

— А что тот такого? Ты отличный специалист. А про то, сколько стоит контракт с тобой, я даже говорить не желаю, — скривившись от одной мысли, что пришлось заплатить баснословную сумму, я передернула плечами. И пусть теперь я почти богата, даже если мы не найдем ни единого корабля, старые привычки так быстро пропадать не желали.

— Тогда я тебе скажу кое-что еще, — мне показалось, что Руш даже обрадовался мои словам, но не меня саму это действовало неправильно. Как-то пугающе.

Поерзав в кресле, пытаясь устроиться поудобнее, я вопросительно уставилась на Агента.

— Одновременно я подал заявку на проверку соответствия ритмов. Наших с тобой. И ответ пришел весьма интересный.

— И? — у меня вдруг сел голос. Пусть я не до конца понимала нюансы сказанного, но это звучало довольно основательно.

— «И», — передразнил Руш, хмыкнув. Но видя мое напряжение, мужчина быстро взял себя в руки, став серьезным. — Мы подходим друг другу так, как это почти никогда не бывает. Я был и без этого уверен, что ты почти идеальна для меня, но все же не ожидал таких цифр.

— И что? — горло почему-то пересохло, словно я бежала до этого кросс по пустыне.

— Я хочу на тебе жениться. Со временем. Погоди! — Руш вскинул руку4, вынуждая меня замолчать и пока не вываливать все имеющиеся протесты. — Дай мне договорить. Я примерно представляю, что именно ты собираешься сказать, так что не трать зря силы.

Я только выразительно вздернула бровь, показывая всей доступной мимикой, что внимательно слушаю.

— Да, ты ташва, преследуемая всему, кому не лень, травмированная. Как физически, так и морально. Вредная. Умная и невероятно красивая. Но все это меня более чем устраивает вовсе не пугает. Мне нравится твой решительный и смелый характер. Твое упорство и настойчивость. Я люблю твое тело больше, чем ты сама.

Я только фыркнула, и невольно погладила бок, на котором теперь красовался огромный уродливый шрам, пока прикрытый паутинкой.

— Да, — поймав взглядом этот жест, уверенно повторил Руш, — каждый шрам, каждую пластинку на спине. И эти вредные, выразительные глаза.

— Я вовсе не собираюсь замуж, — не найдя, что ответить на эти странные комплименты, резко отозвалась я, удивленно вслушиваясь в собственный севший неожиданно голос.

— Ну и пусть, — кивнул Руш. — Я и не говорил, что потребую от тебя завтра отправить подпись для регистрации. Или что стану к чему-то принуждать. Но я хочу быть с тобой. Каждый момент твоей жизни. Хочу заботиться о тебе, путешествовать вместе. И любить тебя ночами. Или днями.

Я фыркнула и отвела глаза, чувствуя некоторое смущение.

— И было бы очень желательно, чтобы при этом меня не пытались убить каждую минуту или навесить какой-нибудь не самый удобный заказ.

— И ты планируешь перестать работать? — мне было не до конца понятно, какой именно статус получит Руш, если его заявку на отчуждение одобрят.

— Почему же? У нас масса консультативных должностей, которые не предполагают полевой работы, сопряженной с риском. Моя квалификация вполне это позволяет. Гонорары в этом случае несколько меньше, но с тем, что уже звенит на моем счету, это не будет иметь значения. Если ты переживаешь за финансовую сторону вопроса, то я способен тебя обеспечить на несколько жизней вперед. Уважаемые читатели, так как все чистится, я могу только тут. Добавляйтесь в группу к моих контактах и там можно все обсудить. и не потерять друг друга. не подставляйте меня

— Пф, — чувствуя себя как-то странно, словно парю в паре метров над полом, но все еще будучи неуверенной в самом умении летать, попыталась отмахнуться от сказанного, — я, между прочим, теперь весьма завидная невеста. У меня патент на самые лучшие топливные трубки во вселенной. А это будут просто космические суммы, как только выйдем на межпланетный рынок.

— Я в тебе ни минуты не сомневаюсь, — поднимаясь с кресла, проворковал Руш. Подойдя ближе, Агент протянул руки, осторожно принявшись массировать плечи. — Скажи, тебе со мной плохо?

— Нет. С чего ты взял? — не решилась соврать я.

— Тогда почему ты мне не доверяешь? Только честно, Кира.

Немного помолчала, прислушиваясь к ощущениям, к тому, как тело медленно расслабляется под этими умелыми руками.

— Потому что все предают.

— И твои родители?

— Нет, я не про них, — быстро возразила, не желая даже не словах в чем-то обвинять ту нежно любимую пару, что взяла меня на воспитание и любила вне зависимости от обстоятельств.

— А про кого? — вкрадчиво, не желая отступать, продолжил допытываться мужчина.

— Про коллег. Мужчин. Друзей. Про всех.

— Но разве я — все? Думаю, тебе пора научиться немного верить окружающим. Или ты думаешь, что тебя может предать Тан?

— Но… — я не успела закончить фразу, так как в рулевой отсек ворваться сонный и встрепанный киборг.

— Отец на связи. Его крейсер на орбите и они через полчаса будут готовы спускать исследовательскую группу.

— Наконец-то, — с облегчением выдохнула я. Покя я не чувствовала, что готова продолжать столь сложный и какой-то судьбоносный разговор с Рушем.

— Мы еще не закончили, — в очередной раз угадав мои эмоции, коварно шепнул мужчина мне на ухо, прежде чем повернуться к экрану, по которому уже бежали данные входящего сообщения.

* * *

Довольная усатая морда, почему-то вся перепачканная в местной зелени, вынырнула из-за поворота даже не снижая скорость. Крон, скользя лапами по металлическому полу, несся на нас восторженной темной массой, перепугав едва ли не до икоты.

— Ах ты морда лесная! — откинув за спину оружие, я вытянула вперед руки, обрадованная присутствию кота даже больше, чем скорому выходу. Это непросто давало надежду выбраться, а гарантировало, что мы сумеем выйти наружу уже сегодня, не бодаясь с дверью.

— Ну, ты нас и напугал, — тихо, сползая по стене, пробормотала Лала. Кажется, нацоя были и правда на грани срыва, хотя сама этого еще не понимала.

— Очень рад видеть твою морду, — сунув руки в мягкую шерсть, глядя спину крутящегося зверя, поделился Тан.

— Думаю, тогда мы должны немного ускориться. Не знаю, как этот зверь нашел вход, но это уже значит немало.

— Сколько времени до темноты? — поправляя сползшие лямки рюкзака, уточнила я, когда смесь страха и восторга от встречи немного поутихли.

— Часа четыре, — сверившись с кивером, отозвался Агент, пока ЦунХиТан помогал Лале подняться на ноги, пихаемый под колени Кроном.

— Тогда и правда стоит поторопиться. Мы не знаем, сколько еще добираться до челнока от того выхода, — чувствуя, как от пережитых приключений начинает кружиться голова, стараясь сосредоточиться на простых действиях, кивнула я.

Не знаю, что именно подействовало лучше всего, то ли близость выхода придала нам сил, то ли восторг кота, который забегал вперед, а потом возвращался, ластясь к ногам, но до люка мы добрались меньше чем за час, на какое-то время застряв в узком коридоре, через который никак не удавалось пройти из-за заклинившей двери.

Но стоило разобраться с этим моментом, как за следующим поворотом перед нами показалось светлое, круглое пятно на полу.

С возросшим энтузиазмом подойдя к откинутому люку, имея возможность впервые за несколько дней разглядеть небо, мы даже не сразу заметили, что лестница обломана и использовать ее не получится. Но в сравнении со всем что уже пришлось преодолеть, это казалось нелепым и даже смешным препятствием.

Руш, забравшись на плечи ЦунХиТана, довольно быстро выбрался на поверхность, а через пару минут к нам спустили веревку.

— Мы буквально в паре сотен метров, — заметил Агент, после того, помог Лале выбраться на поверхность. — Мы с Таном «гуляли» здесь.

Потом была моя очередь. Опершись на ногу хальпа, я осторожно забралась на широкие плечи киборга, чувствуя себя невероятно неловко в подобном положении. Удерживаясь за веревку, которую сверху тянул Руш, я попробовала медленно встать, уперевшись сперва коленом, как это делала Лала. Только выглядело это все куда проще, чем было в действительности. Равновесие то и дело пыталось ускользнуть, позволив мне встретится с полом.

— Не торопись, я придерживаю, — ухватившись за бедро, Тан позволил мне подняться. А через несколько долгих мгновений, когда я уже могла ухватиться за край люка, меня подхватили другие руки, вытягивая наверх.

— Все в порядке? — участливо спросил Агент, помогая восстановить равновесия.

— Да. Все хорошо. Но я поняла, что эквилибристика — не мое.

Мужчина тихо выркнул, и повернулся к люку, скидывая туда веревку.

— Выползай.

— А как же Крон? Он-то по веревке не выберется, — взволнованно произнесла Лала, сидя на траве в паре шагов от люка. — Вы же не собираетесь его бросить там?

— Нет. Зверь заслужил наилучшее отношение, — покачал головой киборг, легко выбираясь на поверхность. Мне даже показалось в этот миг что мужчины вовсе не устали от этой «прогулки», в отличае от нас обеих.

— Тогда, что мы будем делать? — нацоя медленно, пыхтя как старуха, поднялась, подойдя к люку. Внизу, тихо мяукая, метался кот.

— Сейчас все сделаем, а вы пока отвлеките его. Не хватало, чтоб зверь ушел вглубь здания.

Через несколько минут Руш с Таном спустили в люк довольно толстый ствол дерева, поставив его наискось. Не слишком довольная таким решением, Лала возмущенно наворачивала круги вокруг люка.

— Нельзя было что-то более практичное придумать? Это не совсем удобно.

— Лала, он — кот. Уж по дереву точно умеет взбираться, — фыркнул Тан, явно теряя терпение из-за этих всех задержек и неоправданного ворчания девушки, но все еще сдерживаясь.

Не обращая больше внимания на слова и мельтешение нацои, киборг перегнулся над люком, и ласково позвал Крона, рассчитывая на инстинкты животного. Вариант сработал и через пару минут кошак, довольно задрав хвост, припустил в заросли.

— Эй! Ты куда!

— В той стороне наш челнок, — кинув короткий взгляд в нужном направлении пояснил Руш, пока они с таном пытались вытащить бревно.

— Может, его можно оставить? — мне нетерпелось вернуться в такие родные и уютнее стены корабля.

— Если мы так поступим, то наши зубастые друзья, что стаям и живут на деревьях, могут решить что генератор — их игрушка. В коридорах сейчас настолько силен наш запах, что пангиды непременно бросятся туда в поисках добычи.

Умом понимая, что Агент все же прав, я с обреченным вздохом устроилась позади, тоже ухватившись а ствол.

Осторожно прикрыв люк, вставив небольшой клин, чтобы избежать автоматического запирания двери, мы разместили сверху срубленное бревно, и повернулись в сторону челнока. На лес медленно наползали сумерки, а у нас было не так много сил, чтоб в темноте отбиваться от стаи пангидов.

«Я уже решил, что придется направлять в это подземелье не спасательно-исследовательскую операцию, а группу по возврату тел»

Я тихо фыркнула, услышав чуть искаженное, но довольно четкое сообщение от Им-12. ИИ сканировал территорию не переставая, не желая пропустить наше появление или что-то важное.

«Полагаю, что будет нелишним напомнить, что запасы воды у нас ограниченны. Не стоит слишком злоупотреблять этим» — не пытаясь скрыть иронию, добавил ИИ, открывая для нас шлюз.

Пока мы обходили покатый бок челнока, выйдя с противоположной стороны, взгляд сам собой цеплялся за царапины и потертости на корпусе, которых ранее не было. Видно, не только наши дни были богаты событиями.

— Им-12, —скидывая шлем и чувствуя, словно меня разом придавила усталость прошедших дней, позвала я, когда в отсеке выровнялся кислород и открылись внешние двери.

— Да, Кира, — мне было приятно слышать голос ИИ вот так, через громкую связь корабля, пусть он звучал и не так как на моем Летуне. Это лучше всего остального показывало, что теперь я в безопасности и можно позволить себе немного расслабиться.

— Подогрей нам завтрак, — попросила, понимая, что нормальной еды хочу сейчас намного больше, чем всего остального.

— Слушаюсь, Кира. Только это все же поздний ужин.

Я лишь скривилась. Голова отказывалась работать, получив пусть и условную команду, что можно расслабиться.

— Тогда мы сперва в душ, — едва переставляя ноги, махнула рукой Лала. Ее веселые кудряшки слиплись от пота под шлемом, лицо было откровенно серым, так что никто и не подумал возразить. Только Тан удивленно вскинул бровью

— Мы?

— Да не собираюсь я на тебя покушаться! — С каким-то отчаяньем воскликнула девушка. И добавила уже куда тише: — У меня просто руки дрожат и я сама это все не промою.

Ладонь, которую и правда ощутимо потряхивало, коснулась волос. Милое, обычно такое задорное личико нацои скривилось. Но уже через миг выражение лица стало умоляюще-просительнм.

— Ты же мне поможешь? Правда?

У Тана не было и шанса отказать.

* * *

Гулкое темное пространство впереди и пугало, и притягивало. В глубине помещения играли блики, но зал был настолько огромен, что фонари не могли выхватить ничего определенного.

— Я могу попытаться включить здесь освещение в обход основной системы, — предложил один из помощников Лагрета. — «Батарейка» у нас небольшая, но затраты тут не должны быть слишком уж велики.

— Включай, — сдержанно кивнул пожилой нацой и положил руку на плечо Лаланы. — Девочка, погоди немного. Не стоит переться в темноту. На базе мы не встретили никакой опасности на данный момент, но это не означает, что все так и продолжится.

— Да, я знаю.

Мы все ждали, пока «батарейку» подсоединят к основной сети, а через несколько долгих мгновений зажмурились от вспыхнувшего голубоватого света.

Большой зал с полозьями на полу определенно был транспортным ангаром. Здесь спокойно могли бы поместиться до восьми истребителей или три приличных челнока, но к нашему огромному сожалению…

— Тут ничего нет! — шагнув вовнутрь, отчаянно воскликнула нацоя. — Даже самого маленького захудалого батискафчика!

— Лала, мы были к этому готовы, — попытался усмирить разошедшуюся девушки киборг, но, кажется, у Лаланы были совершенно иные планы.

— Нет, не были! — вскричала девушка, бросившись в середину зала. Размахивая руками, она крутанулась на месте, а потом раздраженно пнула какой-то небольшой инструмент, попавший под ноги. — Тут должно было что-то быть! Тут должны быть мои корабли! Я знаю!

Я понимала, насколько это задевало Лалану, но в то же время не ожидала, что девушка окончательно потеряет самообладание. Мне казалось, еще немного, и нацоя просто разрыдается. Слишком много надежд на то, чего могло вовсе и не существовать в этой вселенной. Слишком много времени прошло, почти целая эпоха. В такой ситуации не стоило надеяться на абсолютный успех.

И все же…

— Лала, мы осмотрели еще не все. Возьми себя в руки, — за дни, проведенные вместе, я достаточно хорошо изучила характер девушки чтобы суметь ее переключить с истерики. Или хотя бы попытаться. — В таких местах не может быть только одного ангара, это просто неправильно.

— Я уже не верю, Кира, — с потухшим взглядом, разом посеревшая, Лала подошла ближе.

Я же только усмехнулась:

— Ну да, так я и поверила в эти твои сказки. Расскажи мне эту историю. Мы словно первый день знакомы.

— Кира, я тут страдаю, — возмущение помогло, отвлекая Лалу от погружения в волну тоски и печали, — а ты насмехаешься?

— И не думала. Просто не старайся убедить меня, что страдаешь больше, чем есть на самом деле. Идем. Меня очень привлекает вон та дверь, — я ткнула пальцем в дальнюю часть ангара, и решительно двинулась туда. Пока мужчины изучали какие-то панели управления с другой стороны. Наверняка это были регулировщики тех самых полозьев, что тянулись у нас под ногами, но без самих кораблей, смотреть на то, как работает транспортер, было совсем не интересно.

Дверь, встроенная в большие ворота, как и все здесь выше привычных нам габаритов, открылась с трудом. Нам пришлось обеим навалиться на нее, чтобы отодвинуть полотно в сторону. Но оно того стоило.

— Вот и скажи, что я была неправа, — сердце пропустило удар, а потом начало биться о ребра с удвоенной силой.

Посреди небольшого помещения, больше всего похожего на ремонтный цех, стоял ярко-голубой, покрытый тонким слоем пыли, кораблик.

Непривычная форма, больше напоминающая птицу, вытянутый нос и сильно вздернутый хвост. Все это вызывало внутренний протест, напоминая, что такие суда должны быть плохо сбалансированы и тяжелоуправляемы. Но… но он стоял здесь. Материальное воплощение того, что развитие космостроения могло идти и по другому направлению.

— И-и-и-и, — тихо завыла Лалана, пытаясь хоть как-то дать выход своему восторгу и исполнившимся мечтам. — Он настоящий? Кира, скажи, что тоже его видишь.

— Вижу, вижу, — поддавшись влиянию девушки, выдохнула я. — А теперь пойду еще и потрогать.

Поймав Лалу за ладонь, я потянула нацою в сторону корабля, надеясь, что это видение из прошлого не исчезнет. Тогда уже даже у меня не останется сил на позитивное мышление.

Вблизи судно выглядело больше, гармоничнее, но все равно возникал какой-то внутренний протест против таких форм. Низкая посадка корпуса, странной формы шасси. Даже сопла для орудий выглядели не такими, как любой из знакомых мне вариантов. Овальные темные зевы вместо полых трубок ствола.

— Лала, а какое оружие использовали эти ребята? — мы медленно обходили корабль кругом. Пытаясь отыскать шлюз, но и его не было на привычном месте.

— Об этом очень мало сведений, — тихо призналась нацоя. — Слишком мало информации дошло до нас. Это одна из причин, почему так важно было отыскать именно корабль, а не просто двигатель. Ты же знаешь…

— Да, мануалы и технология. Смотри, — рычаг отыскался под хвостом, как делали сейчас только в крупных транспортных судах, но никак не в истребителях или малых кораблях.

Осторожно дернув ручку, я услышала щелчок. За прошедшие столетия, благодаря тому что внутри ангара сохранялись стабильные условия, корабль не пострадал. Впрочем, потянув за рычаг, я почувствовала сопротивление, пытаясь вытянуть трап.

— Нужно смазать шарниры. Кажется, за столько лет, все масло высохло и скрошилось. Помоги.

Совместными усилиями мы открыли шлюз, и в лица нам пахнул затхлый, полный пыли воздух.

— Вам не кажется, что прежде чем сунуться вовнутрь, стоило подождать нас? — от испуга, не ожидая, что кто-то стоит за спиной, я едва не упала, услышав голос Руша.

— Мы и не думали сами…

— Конечно, — хмыкнул Агент. — Именно потому мы вас тут застукали при попытке забраться внутрь древнего корабля.

— Но, — мы переглянулись с Лалаой и слаженно хмыкнули. Получалось, что Руш прав. Мы почти оказались внутри, даже не предупредив мужчин. Но только что мы могли поделать, если желание узнать тайны прошлого было слишком сильным?

— Идете с нами? — просительно распахнув глаза, спросила Лала, поглядывая на обоих мужчин.

— Конечно, — фыркнул Тан. — Не можем же мы позволить вам вляпаться в очередную неприятность одним.

Глава 43

И система управление, и расположение рычагов и главного штурвала, сам принцип работы даже с первого взгляда отличался от привычного нам, что это вызывало просто невероятный восторг. Кресло, практически капсула, приспособленная для горизонтального положения пилота, десяток трубок в головы, совершенно иной подход к расположению блока управления.

— Почему все вынесено в хвост? — Тан попытался уместиться в горизонтальном ложе кресла, но его плечи оказались слишком широкими. А вот роста явно недоставало. — Этого никто не делает. Если внешние камеры перестанут работать — пилот окажется просто слеп.

— Но между тем, они практически выиграли свою войну, — возразила Лала, роясь в ящиках и шкафах в поисках мануалов.

— Практически — это ничто в рамках истории, сама это знаешь. Пусть у ребят и были какие-то особенные технологии, но их оказалось недостаточно. Даже самые малые и безобидные сведения об этой расе были стерты из истории. А это никак нельзя классифицировать как победу, — пытаясь выбраться из кресла-капсулы, у которой практически застрял, проворчал киборг.

— пусть так, но ты не можешь говорить, что их технологии плохи или нерезультативны. Тем более сейчас, когда мы оказались в заложниках у «Пегаса», как у монополиста в транспортной и топливной отраслях. Нам нужен новый путь. И здесь, — нацоя постучала по крышке какого-то ящика, который пыталась открыть, согнувшись в три погибели, — мы можем этот путь отыскать.

— С этим я спорить и не собирался. Но все же, места здесь маловато.

Сидя на верхней ступени трапа, разбирая какую-то мелочь, больше всего похожую на аптечку, я кивнула, соглашаясь со словами Тана.

Внутри корабля с трудом помещались двое, и то в весьма некомфортных позициях, что говорило в пользу первой догадки — корабль можно было отнести к истребителя. Пусть он и не походил внешним видом на знакомые нам суда, но кроме как для сил быстрого реагирования и не долгосрочных вылазок его применять было бы накладно.

— Мы нашли, как добраться до двигателя, — Руш подошел ко мне со стороны носа, где в компании помощников Лагрета осматривал корабль с внешней стороны.

— Отлично. Я бы хотела это увидеть. И надеюсь…

Мои слова прервал восторженный возглас Лалы. Нацоя, трясущимися руками вытягивала из открытого ящика стопки светлых листов, переплетенных более темной и твердой обложкой.

— Мануалы? — тихо, со свистом переспросила я.

— Они, — также, едва дыша, отозвалась девушка. — И Кира, я вспомнила, что это за символ.

Осторожно повернув найденный мануал в мою сторону, Лала показала те же изображения, похожие на скопления звезд.

— Это «Безумные сестры», — Лала тряхнула голограф, заставляя тот отобразит нужное созвездие. НО это было не нужно. Теперь и я их узнавала.

Группа из семи очень ярких звезд, прозванная «безумными сестрами» в честь какой-то древней истории, следы которой тянутся чуть ли не в Первую Эпоху. О них мало кто знал и еще реже вспоминал, так как скопление находилось далеко от центра и мало интересовало современных пилотов. Но они были. И их изображение красовалось на инструкции к найденному нами кораблю.

— Почему они взяли этот символ? — я протянула руку, но так и не коснулась ветхого мануала, который Лала держала с таким трепетом.

— Может потому, что в некоторых источниках этих сестер считали матерями богов? Я не знаю, — нацоя осторожно отогнула первый плотный лист, всматривалась в закорючки, понятнее только ей. Глаза девушки восторженно блеснули. — О, с таким ключом мои программы сумею расшифровать весь текст! Погоди, кажется, я могу прочесть название этих звезд, здесь, под символом. Плеиды? Нет, Плеяды.

Дрожа всем телом от восторга, девушка обернулась к киборгу, молча сидящему позади нее на корточках.

— Цун, ты слышал? Плеяды! Мы нашли звезды давно минувшей эпохи!.

— Вернее будет сказать, не минувшей, а стертой. Кто-то очень тщательно пытался убрать любые следы того, чо сама раса существовала, не говоря уже о том, чтоб позволить кому-то воспользоваться ее технологиями, — глядя на Лалу с нежностью, произнес Тан.

Чувствуя себя лишней, я медленно спустилась по трапу, почти сразу попав в объятия Руша.

— Думаю, мы можем возвращаться к своим делам, — заметила я, осматривая освещенный ремонтный ангар. Да, меня тоже впечатляли технологии прошлого и радовало, что теперь «Пегас» потеряет свою исключительность. А еще больше радовал пусть маленький, но весьма многообещающий процент с развития и продажи нового топлива и двигателей на его основе. Но мне больше не хотелось находиться в центре событий.

Все эти путешествия по лабиринтам, полным насекомых, травмы и преследования плохо монтировались с моей психикой и взглядами на жизнь. А раз мы выполнили условия договора со своей стороны, тои нахождение здесь больше не представлялось обязательным.

— Хочешь увидеть двигатель? — буднично спросил Руш, прижимая меня ближе.

— Наверное нет. Думаю, у меня еще будет такая возможность, но на сегодня, да и на ближайшее много дней вперед, я сыта загадками прошлого. Пусть тот, для кого это на самом деле важно, занимается этими звездами стертой эпохи. А я хочу увидеть свою блоху. Проведать родителей. И открутить голову Раме.

При последних словах из горла вырвалось тихое рычание, на которое Агент только хмыкнул.

— Вот с последним могут быть определенные сложности, моя тихая и очень грозная Кира.

— Как это? — я отстранилась, пытаясь заглянуть в лицо Агента, но его маска сейчас не желала выдавать хозяина, оставаясь зеркальной.

— Мой давний друг и куратор вчера прислал сообщение. В качестве подарка на отчуждение из списка полевых Агентов и присвоения мне нового ранга, они с группой приятелей решили этот вопрос. Твой обидчик Рама и его компания живы, но, боюсь, открутить им голову теперь будет проблематично.

— Почему?! — меня всю распирало изнутри от гнева. Пусть чрезмерной мстительностью я никогда не страдала, но в этой ситуации чувствовала себя в своем праве.

— Потому что их поймали и отправили на Кваду-906. А на той ледяной глыбе, как ты знаешь, действует только постоянная прописка.

— Они в тюрьме? — все еще чувствуя некоторое сомнение, уточнила я.

— Да. В самом недружелюбном из мест, условно пригодных для жизни. И без права на амнистию. Также мне передали данные на заказчика того нападения, но это немного иной уровень. Здесь нам нужно будет подключить Валеса Хадана. Впрочем, я другого и не ждал, так что с отцом нашего киборга уже переговорил.

— И все у меня за спиной?! — мне страшно хотелось укусить Агента, теперь, кажется, уже бывшего, и сдерживал только шлем.

— Почему же? Ты сидела рядом, пока я переписывался, — фыркнул Руш.

— Но это!..

— Эй, хватит ссориться. Для этого есть постель, — смеясь, прервал нашу перебранку ЦунХиТан, хлопая Руша по плечу. — Лалана предлагает сделать снимок на память, пока мы все здесь и умельцы не разобрали корабль. Все же, эти были веселые приключения.

— Ну не знаю, — все еще недовольно ворчала я, все же становясь рядом с друзьями. Лагрет поднял голограф, отступив к самой стене, чтобы кораблю влез целиком. — Мне как-то было большую часть времени больше страшно, чем весело.

— Это ты пытаешься набить себе так процент? И не думай, — фыркнул Тан, обнимая Лалу за талию. Кажется, кто-то все же смирился с мыслью, что рядом с ним девушке безопаснее, чем на расстоянии. И однозначно счастливее. — Ты получишь ровно столько, Ю сколько указанно в договоре. Между прочим, у тебя еще и эксклюзивный патент на твои трубки, а это вовсе вне…

— Замолчали и улыбнулись, — прикрикнул на нас Лагрет, видя, что этот разговор может продолжаться бесконечно.

Нацой поднял голограф, махнув своим людям выйти из кадра, а затем вновь опустил, покачав гловой.

— Так не пойдет. Снимайте свои шлемы. Иначе кроме бликующего стекла ничего не будет видно. Все же, это исторически важное фото.

Хмыкнув, так и не решив, согласны мы с этим утверждением или нет, мы дружно щелкнули кнопки на вороте скафандров. С тихим шипением шлемы свернулись. Воздух пах пылью, чем-то горьким и да, исторически важным.

Но для меня сейчас куда весомее ыло другое. Руш медленно отстегнул маску, пристроив зеркальный девайс на локте, и подмигнув шокированным Тану и Лале. Да, кто-то перестал быть страховым Агентом, м это меня немного пугало.

Со стороны Лагрета раздался хлопок и довольный хмык.

— Получилось очень живое и красочное изображение, — пояснил нацой, перекидывая нам копи. — Но хочу напомнить, что ближайшие полгода оно не должно попасть в Поток. Развитие нового направления будет вестись тайно, если мы не хотим, чтобы «Пегас» нам все перебил на корню.

— Это только нам на память, дядя, — улыбнулась Лала. Ее настроение сейчас было совсем иным. Спокойная и сдержанная, нацоя смотрела на нас с Рушем. — Вы улетаете?

— Утром, — кивнул мужчина, возвращая на место маску. — Больше нет смысла нам здесь оставаться, а для здоровья Киры это большая нагрузка.

— Эй, — я возмущенно сложила руки на груди, стараясь не покраснеть от удовольствия от проявления такой заботы, — на нужно на меня все скидывать! Я прекрасно себя чувствую! И вовсе это не твое дело.

— Смирись, — просто отозвался Руш, даже не пытаясь вникнуть в смысл моей тирады. Он повернулся к Тану. — Позаботитесь о коте? Вы лучше знаете, как обращаться с такими животными, а сам он тут не выживет, скорее всего.

— Конечно. На большом корабле всегда найдется местечко для одной хвостатой зверюги. Вечером прощальный ужин?

— Да, это хорошая идея. Только не думаю, что мы прощаемся так уж и надолго. Нам же нужно будет следить за тем, как выполняются обязательства по нашим активам и ведется разработка новых типов двигателей, — фыркнул Руш. — Но ты прав, пока мы двинемся в обратный путь. Тем более Лагрет говорит, что его ребята сумели починить лифты в этой зоне. Надо воспользоваться, пока еще есть такая возможность.

Эпилог.

— И все же нужно было сперва написать, — я тихо фыркнула, поправив воротник Рушевой накидки.

Помимо того, что жизнь Руша изменилась за последнее время, сама ситуация его весьма сильно волновала. Это было вполне ожидаемо, несмотря на всю силу духа и несгибаемость бывшего полевого Агента, а теперь консультанта. Но я была непреклонна.

После нескольких недель, проведенных в спокойствии на отдаленной туристической планете, пока завершали ремонт «блохи», по сути полностью переделывая мой кораблик, пока приходили в порядок мои нервы, я много думала над этим делом. И если во многом была готова согласиться с мнением Руша, за исключением тех моментов, когда хотела его пристукнуть, то в этом вопросе вариантов не видела.

— Они будут рады, — мягко произнесла, зная, что мужчина в глубине души согласен.

— Кира, — Руш тяжело вздохнул, поймав мою ладонь и прижав ее к собственной груди, — я не спорю, но думаю, что лучше было бы предупредить заранее. Такое вторжение, после стольких лет…

— Это отговорки, — отступив на шаг и уперев руки в бока, я упрямо вздернула нос. — Если ты хочешь, чтобы я соглашалась с твоими условиями, а мне, между прочим, все еще не нравится вариант покупки какого-то дома, пока я могу летать на своей красивой, работающей без запинок, «блохе», то услышь меня.

— Говоря «услышь», ты имеешь в виду — делай, как я сказала? Иногда меня удивляет, как ты могла так долго водить за нос коллег и друзей, — меня легко щелкнули по носу, показывая таким образом, что грозный вид не имеет никакого влияния на этого мужчину. — Стоит глянуть на твои повадки, как сразу ясно — ни о какой нацое тут и речи нет. Очевидно же, что ты ташва.

— Только маме моей не говори, — проворчала я, подходя ближе и без стеснения вкручиваясь в объятия, к которым привыкла почти как к собственной коже, — она потратила массу сил и времени на то, чтобы обучить меня нужным повадкам и манерам.

Мы немного помолчали, глядя на мониторы.

В темном пространстве космоса, медленно поворачиваясь, висела небольшая зелено-голубая планета. Сосредоточение спокойной жизни и надежды.

— Руш, праздник скоро закончится, — тихо напомнила, постучав по ладони, что обнимала меня. Как он там называется?

— «Ваналати». День, когда заблудшие души могут вернуться домой, — таким же шепотом отозвался мужчина.

— Ну так давай сделаем его настоящим? Не просто так же я нацепила это? — мой праздничный наряд состоял всего-то из светлых брюк и легкой блузки, но в сравнении с повседневным рабочим комбинезоном, это могло считаться чуть ли не бальным платьем.

— О да, — фыркнул бывший Агент, — так и скажем, что все дело в твоем наряде. Им-12?

— Слушаю, Руш, — механический голос отозвался с легким смешком, явно с трудом сдерживая своевольный норов чтобы не включиться в разговор.

— Давай приземляться. Твоя хозяйка мне не простит, если мы этого не сделаем.

— Именно, — исключительно ради того, чтоб последнее слово осталось за мной, кивнула я.

Небольшой городок, светлый и словно сошедший с картинки. Полукруглые крыши, стены цвета охры и большие окна, в каждом из которого светились огни. Низкие деревья и цветочные кусты, от аромата которых кружилась голова. А может того, что здесь было чуть другой состав воздуха? Я не знала, но открытый двухместный спидер почти не нарушал гармонии.

— Здесь, — Руш плавно затормозил, кивнув на домик, практически неотличимый от остальных. Мужчина тяжело вздохнул, посмотрев на меня с вопросом. — Уверена?

— Конечно, — у меня самой все трепетало внутри, а руки ощутимо дрожали, но ради всего того, что Руш сделала для меня, ради той внимательности и нежности, что я ощущала, можно было постараться. Широко улыбнувшись, надеясь, что мое волнение предпочтут проигнорировать, я кивнула. — Самое большее — тебя просто не узнают. Тогда мы извинимся и уйдем. Зато потом не будем сожалеть, что не попробовали.

— Кира…

— Как давно тебя забрали на обучение? — я перебила, не позволяя мужчине произнести ничего, что сможет сбить меня.

— Очень давно, — консультант страхового агентства покачал головой, впадая все в большую задумчивость. Этого стоило не допустить.

— Вот и ладно, — решительно отстегнув ремни, я ступила на теплое покрытие. Сумерки сгущались все сильнее, и вдоль улиц вспыхивали мягкие золотистые огни, предавая окружающему пространству какое-то ощущение уюта. Через несколько дворов перед домом играли дети, а вдалеке можно было рассмотреть веселую компанию постарше. Но в основном все сидели дома, как говорил Руш в большинстве поддерживая традицию праздника.

Решительно развернув плечи, я посмотрела на дом впереди. Сложно было представить, что смогу когда-то согласиться жить в подобном, несмотря на все спокойствие, которым буквально был пропитан воздух вокруг.

— Ты идешь? Без тебя это будет совершенно бесполез… ой! — я, кажется, даже подпрыгнула, когда Руш коснулся моего плеча. Засмотревшись на огни в окне, не заметила, как он подошел.

— Идем. Ты права, если не попробую — буду потом сожалеть. Ты взяла печенье?

— Ой! — встрепенувшись, нагнулась к спидеру, вытягивая красивую коробку с выпечкой. Традиция казалась странной, но на этой части Руш настаивал особенно. — Я чуть не забыла!

— Это было бы фиаско, — тихо посмеиваясь с того, что ветер то и дело бросал в лицо мне волосы, а я не могла их убрать, держа обеими руками коробку, заметил консультант.

— Думаю, никто бы и не заметил, — не согласилась я. Сердце стучало все сильнее, словно это я, а не мужчина стоящий рядом не видела родню десятки лет. А что если, и правда, не узнают?

Эта мысль, как въедливое насекомое, вцепилось в голову, вызывая горький привкус во рту.

— Идем? — теперь уже Руш торопился, а меня практически накрывала паника.

И все же губы удалось растянуть в улыбке.

— Конечно.

Пара десятков шагов, и мы замерли перед дверью, пытаясь собраться с силами. Ища, на что отвлечься, я с удивлением уставилась в окно. Светящаяся лента, тонкая, золотистая, складывалась в знакомые буквы. Почти.

— Ривелеш? — повернувшись, я все же успела поймать тень сомнения не светлом лице своего мужчины.

— Так меня звали дома. До того…

— Ты мне не говорил, — внутри вдруг начала собираться обида, но я усилием затолкала ее обратно, вспомнив, что на самом деле все еще многого не знаю о том, с кем стою рядом.

— Не было случая, — просто пожал плечом консультант.

— Надеюсь, в скором времени такой случай представится и ты расскажешь мне все, что стоит знать, — голос сам собой сел, превратившись в тихое шипение, как я не старалась этого не допустить.

Виска коснулся легкий поцелуй, сопровождающийся тихим хмыком.

— Как скажешь, моя Тихая Кира.

Протянув ладонь над моим плечом, Руш решительно постучал.

Светлая дверь открылась почти сразу. На нас пахнуло теплом и ароматом вкусной еды, домашнего уюта. Молодой парень, совсем подросток, вопросительно смотрел на нас светлыми, очень знакомыми глазами.

— Я вас слушаю? — молчание затянулось. Из дома доносились радостные голоса, смех, и все это как-то оглушало.

— Простите, — Руш, замерший на несколько мгновений, сильнее сжал руку на моей талии, прежде чем продолжить, — нам нужна Дилана Хатинон. Она проживает здесь?

— Да. Одну минуту, — обернувшись, не потрудившись прикрыть дверь, юноша громко крикнул через весь дом. — Мама! Тут к тебе!

Рука на моей талии мелко задрожала и сжалась почти до боли. Я, пытаясь хоть как-то выказать поддержку, отступила на полшага назад, практически прижимаясь к жесткому телу мужчины.

Внутри дома послышались быстрые шаги, а потом к нам вышла невысокая женщина с неожиданно смуглой кожей и темными глазами. Я шокировано смотрела на черты ее лица, на уши. На ключицы, которые не были скрыты платьем, и в голове, со щелчком, складывались кусочки.

— Я вас слушаю, — остановившись рядом с младшим сыном и вежливо склонив голову, мягко произнесла эта женщина.

Но ответом ей стала тишина. Руш не мог произнести ни единого слова, а я не знала, что сказать. Пребывая в каком-то замешательстве, эта особа с большой примесью крови ташвы, моей крови, несколько раз моргнула, хмуря брови и рассматривая нас уже куда внимательнее.

— Это моя мама. Дирлана Хатинон, — так знакомо хмуря брови на более смуглом и еще немного детском лице, вступил в разговор юноша открывший дверь, — вы ее спрашивали.

Не найдя в ее глазах и капли узнавания, понимая, что наше молчание начинает казаться подозрительным, а сам ситуация все больше ранит мужчину, что стоит за мной, я откашлялась, пытаясь натянуть улыбку на лицо.

— Кира, пойдем отсюда, — тихий голос, едва различимый, раздался над ухом. Рука на талии дрогнула, и медленно потянула в сторону. Но я еще была не готова.

— Здравствуйте. Да, мы искали именно вас. Нас просили передать вот это в честь праздника Ва…Ва… — я никак не могла вспомнить это дурацкое название, а от неловкости уже подергивался глаз, который только вошел в норму после отпуска.

— «Ваналати», — осипшим голосом подсказал Руш, привлекая к себе внимание женщины.

— Да, — стараясь выглядеть еще счастливее, кивнула я, практически толкая коробку в руки Диланы, не оставляя ей и шанса отказаться. — Один наш знакомый очень просил передать вам. Вот мы и выполнили просьбу. Очень рады. Поздравляем. И всего хорошего.

Развернувшись, я поймала ладонь Руша, и мы довольно быстро двинулись в сторону спидера. Внутри поднималось что-то большое и тяжелое, наполненное тоской и печалью. Не булла уверена, что сумею сегодня сдержать слезы. Да и не хотелось. Эта ситуация стоила того, чтобы разрыдаться.

За спиной что-то упало, раздался женский вскрик.

— Ривелеш? Сынок?! Это ты?!

Я думала, что пристукну этого умника! Какая глупость!

— Почему ты мне не сказал?! — когда все вопли восторга, все слезы иссякли, когда Дилана торжественно, под охи и ахи неожиданно большой семьи сняла с окна золотистые огоньки, мне наконец-то дали возможность выплеснуть часть собственного гнева.

— Как-то случая не было, — почти равнодушно отозвался Руш. Кажется, та откровенная радость, с которой его приветствовали, то, что даже его племянники, дети сестры заочно знали его — все это довольно сильно шокировало моего страхового консультанта.

— Случая не было? Не было случая сказать, что ты на половину ташв? — мое шипение почти невозможно было расслышать за гулом счастливых голосов.

— На четверть. Мама — полукровка.

— Почему нет пластин? Почему нет шрамов? Почему ты такой белый?! — меня всю мелко потряхивало от возмущения, зато теперь становилось понятно, почему его все же взяли в агенты. И почему черты лица, какие-то мелкие детали казались мне такими знакомыми.

— Не шипи, Кира, — меня, к громкому восторгу детей, что сидели перед нами полукругом на полу во что-то играя, подтянули ближе и крепко обняли. — Это все из-за обучения. Мне нельзя было иметь столько отличительных черт, а малая доля вашей крови позволила почти безопасно удалить все пластины. Их было совсем немного, не как у тебя или у мамы. Скорее как у брата.

На последнем слове Руш слегка споткнулся, но все же закончил фразу. Я посмотрела на юношу, открывшего нам дверь. В нем явно было больше крови нацоев крови отца, чем материнских генов. Обычные уши, более светлая кожа. И едва заметная пара наростов на позвоночнике, выступающая под одеждой.

— И все же, ты мог сказать, — успокаиваясь проворчала я.

— Но ты не спрашивала, — чуть сощурившись, возразил мужчина, заставив меня мысленно пролистать тот список вопросов, что стоит задать при первой возможности. Как только представится случай. Может, сегодня ночью.

— Но как твоя семья избежала резни? — этот вопрос казался самым насущным, так как косвенно касался и моего прошлого. Может, если бы я знала как…

— Семья переехала сюда за несколько лет до тех событий. Были готовы новее документы, новые истории. И мама не чистокровная. К тому времени соседи привыкли и не обращали на это внимания. Да и мало кого здесь волновало, что происходит на другом конце вселенной.

— И все же, ты мог мне сказать, — скорее изображая обиду, проворчала я.

Настроение было совсем не тем, чтобы дуться всерьез.

Видя, что дети начинают зевать, а взрослым никак не удается отправить их спать, Руш поднялся.

— Вы же останетесь на ночь? — Дилана подошла к нам, в волнении сжимая руки. Ее седой полноватый супруг, нацой, с нежностью смотрел на жену, что за несколько мгновений, кажется помолодела на десяток лет.

— Нет, — покачал головой Руш. Несмотря на радость, ему было непросто находиться в центре всеобщего внимания. Без маски, без привычной одежды он все еще чувствовал себя несколько уязвимо. — Но мы можем прийти завтра, если хочешь.

— Я буду рада, — тихо ответила ташва, с трудом сдерживая вновь собирающиеся слезы.

Между ними все еще чувствовалась неловкость, но это было почти не важно. Мне казалось, что даже если Руш больше никогда не увидится с матерью, в сердцах обоих эта встреча поселит покой.

— Тогда мы придем, — решительно кивнула я, понимая, что могу повлиять на происходящее.

Спидер домчал нас до «блохи» за считаные минуты. Грузовой отсек распахнулся и транспорт плавно стал в крепления в чреве корабля.

— И все же, ты должен был мне сказать, что твоя внешность так сильно изменилась. И что твоя мать — ташва, — скидывая неудобную блузку, проворчала я.

— Да, Кира, — поймав меня со спины и поцелуем опалив шею, фыркнула Руш.

— А еще мог предупредить, что у тебя такая прорва племянников. Мне было неловко! Мы пришли с пустыми руками! — поцелую, отвлекая от мыслей и мешая ругаться, спустились ниже, к лопаткам, будоража кожу.

— Да, Кира.

— И мог сказать, что ты мне никакой не муж… — мысли разбегались и я никак не могла их собрать. Когда мы оказались в спальном отсеке, светлом и комфортном, с огромной кроватью я как-то упустила.

— Да, Кира, — уже почти смеясь, целуя спину и скользя руками по коже, продолжал этот несносный полукровка.

— И хватит «дакать»! — срываясь с шипения на тихие стоны, не вытерпела я.

— Хорошо, Кира…

Конец

.

Content

Питкевич Александра(Samum) Звёзды стертой эпохи

Питкевич Александра(Samum). Звёзды стертой эпохи

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Эпилог.