Анча Баранова, Мария Кардакова

Что мы знаем (и не знаем) о еде. Научные факты, которые перевернут ваши представления о питании

Информация от издательства

Научные рецензенты: Ольга Косникова, Дарья Карташева-Эберц, Алексей Москалев, Михаил Батин

Издательство благодарит Елизавету Игоревну Плис за идеи иллюстраций

Баранова, Анча

Что мы знаем (и не знаем) о еде. Научные факты, которые перевернут ваши представления о питании / Анча Баранова, Мария Кардакова. — М.: Манн, Иванов и Фербер, 2022.: ил. — (Питание и здоровье. Научный подход).

ISBN 978-5-00169-573-8

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Анча Баранова, Мария Кардакова, 2022

© Оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2022

Введение

Диета для каждого и лично для вас

Здоровое питание — то, которое сбалансировано по всем показателям и подходит вам лично. Единая здоровая диета для всех — не более чем миф. Однако современные рекомендации по питанию составлены так, чтобы разработанный рацион подходил и приносил максимум пользы для здоровья абсолютному большинству. Сбалансированное питание придумала вовсе не Всемирная организация здравоохранения и уж тем более не авторы этой книги, но оно все же существует.

С чего же начинается наука о еде?

Каждая молекула, попавшая в вашу тарелку, — будь то глюкоза, которой принято бояться, или витамин С, который многие воспринимают как лекарство от всех болезней, — находится в поле внимания ученых из всех уголков мира.

Ничто от них не скроется. Во-первых, молекулы изучают в лабораториях, ученые исследуют природу их уникальных свойств. Взаимодействие каждой молекулы с клетками человеческого организма сначала наблюдают в специально выращенных тканевых культурах, а затем — в моделях, имитирующих пищеварительную систему человека. Иными словами, на каждом этапе своего путешествия по организму молекула попадает под микроскоп. Во-вторых, специалисты изучают состав самих пищевых продуктов — источников активных молекул. Как глюкоза ведет себя в сочетании с другими молекулярными вкусностями? Насколько по-разному витамин С усваивается ребенком и взрослым? Что будет, если принимать богатую витаминами пищу не каждый день, а раз в месяц?[1]

Вдобавок для каждой молекулы доказательства важности ученые собирают и из каждодневных экспериментов в реальной жизни. Достаточно ли люди ее получают — как каждый гражданин, так и население в целом? В норме ли их показатели здоровья или, может, то среднее значение, что мы вывели из наблюдений за популяцией, — всего лишь отражение общей нехватки какой-нибудь редкой, но чрезвычайно необходимой нам «полезняшки»? Чем масштабнее охват такого обзора, тем четче понимание, кому и сколько разных продуктов употреблять полезно или вредно. Вот так ученые и узнают, как дефицит или переизбыток каждого вещества может привести к проблемам со здоровьем и что с этим делать.

Как же систематизируется информация о питательных элементах?

Как только данных об изучаемом веществе накапливается достаточно, ученые публикуют так называемые систематические обзоры и метаисследования — суммируют исследования со всех уголков мира, принимая во внимание как положительные, так и негативные результаты. Затем специальные национальные комитеты по питанию смотрят на предоставленные им факты и обновляют рекомендации для населения. Или не обновляют, предлагая изучать проблему дальше. Хороший пример такого сборника данных о еде — Европейское агентство пищевой безопасности (EFSA). На их сайте можно найти последние данные о каждом веществе, попадающем на тарелку человека, а также о материалах, соприкасающихся с пищей во время готовки, хранения и употребления, — пластике, металлах, стекле. Финализированные рекомендации читают врачи, специалисты в сфере лабораторной диагностики, нутрициологи и диетологи, которым важно скорректировать возможный дефицит каких-то компонентов питания у конкретного человека. Для нас же с вами — тех, кто ходит в магазин каждый день, кому нужно быстро приготовить что-то вкусное на всю семью, — ученые публикуют общие рекомендации по пищевым группам продуктов и их желательному сочетанию в ежедневной диете. Если у вас нет проблем со здоровьем, рекомендации будут довольно абстрактными, не более чем очерчивающими концепт того, что должно оказаться в вашей тарелке в течение дня. Например, в России за публикацию таких рекомендаций отвечает Роспотребнадзор, в Англии — система национального здравоохранения Public Health England, а в США — Министерство сельского хозяйства, USDA (United States Department of Agriculture).

Общие принципы подхода к здоровому питанию совпадают везде: больше овощей и фруктов и меньше сладостей и булочек — это знают даже дети!

Почему рекомендации по питанию постоянно меняются?

Тому есть несколько причин. Во-первых, новое понимание эпидемиологии, которая наконец-то стала наукой мирного времени и начала разбираться с проблемами, ранее меркнувшими на фоне более масштабных. Например, когда врачи искали способы снизить смертность женщин во время родов или от туберкулеза, проблемы с их послеродовым эмоциональным состоянием и даже депрессией почти не изучались. К счастью, то время прошло.

Во-вторых, с каждым годом растут как объем данных по каждому содержащемуся в пище веществу, так и достоверность сделанных заключений. Например, о том, что витамин D необходим для усвоения кальция и может помочь детям первого года жизни избежать рахита, мы знаем, что называется, с пеленок. А вот то, что он помогает работе иммунной системы и его дефицит увеличивает риск тяжелого течения целого ряда заболеваний, мы обнаружили лишь недавно — благодаря новым технологиям и все более масштабным исследованиям.

Лет десять назад ряд исследований шведских ученых указал на тотальный дефицит этого витамина в рационе людей. Он образовался из-за резкого изменения нашего образа жизни. Теперь мы существенно меньше времени проводим на свежем воздухе, а значит, наша кожа не получает достаточно солнечного света, необходимого для восполнения запасов этого важного элемента естественным путем. Именно поэтому рекомендации по нормам потребления витамина D и были переработаны.

Но случались и другие истории, и не всегда перемены рекомендаций попадали в десятку.

Пожалуй, самый известный такой конфуз произошел в Америке. Когда в результате роста популярности фастфуда жители этого континента начали на глазах поправляться, проблему быстренько окрестили эпидемией XX века. В конце 1960-х, в результате неверной интерпретации данных масштабного исследования Американской кардиологической ассоциации (American Heart Association), врачи посадили всю нацию на диету, призвав отказаться не только от жирного мяса и масла, но и от полноценных молочных продуктов, яичного желтка. Трендом тут же стала обезжиренная пища. На душу населения снижение потребления жиров было колоссальным, но темпы роста доли граждан, страдающих от ожирения и сердечно-сосудистых заболеваний, ничуть не замедлились.

Вдобавок программа всеобщего обезжиривания привела к резкому росту заболеваемости диабетом второго типа. И не без причины. В обезжиренные продукты часто добавляют углеводы и простые сахара, например крахмалы как стабилизаторы. Ведь если мы убираем из продукта жир, мы должны положить что-то взамен. У таких продуктов нередко выше калорийность, человек получает ударную дозу сахаров в добавление к привычному рациону, и так уже перегруженному углеводами, что и приводит к росту заболеваемости диабетом второго типа.

Научность «обезжиренной» теории опровергли довольно быстро, но неправильные рекомендации сохранялись в законах аж до конца восьмидесятых, а где-то и до сих пор по привычке считаются актуальными. Да и склонность к перекусу сладкими снеками преодолеть нелегко.

Но отнесемся к такому фейспалму нутрициологии снисходительно. Ей как науке нет еще и ста лет, и глобальные провалы на ранних этапах вполне объяснимы. На данный момент к исследованиям проблем питания, помимо нутрициологов, подключились эпидемиологи, микробиологи, врачи, генетики и биоинформатики. Каждая новая рекомендация, связанная с рационом людей, сейчас намного более обоснованна и научна, чем ее предшествующая версия, в частности благодаря инновационным подходам в исследованиях, а также возможности обрабатывать большие объемы данных — а значит, и намного точнее устанавливать причинно-следственные связи между различными факторами.

Еще каких-то пятьдесят лет назад, чтобы доказать эффективность методики похудения перед коллегами, достаточно было продемонстрировать эффект на десяти пациентах, показав таблицу из двух колонок — до и после. Такие методики вспыхивали, как кометы, и быстро гасли, поскольку не приводили к успеху в испытаниях реальной жизнью. В нутрициологии исследования-однодневки хоть и публикуются, но быстро забываются — либо из-за невозможности воспроизвести подход вне клинических условий и масштабировать успех, либо из-за других, не научных, а скорее человеческих факторов. Например, неверной интерпретации данных, в лучшем случае по недомыслию, а то и вследствие заинтересованности автора в собственном, в том числе коммерческом успехе, прямо-таки застилающей глаза. Мы называем это конфликтом интересов.

В наше время к рекомендациям в медицинском сообществе принято относиться намного более осторожно. Чтобы уверенно заявлять об успешности методики похудения (или любого другого эксперимента со здоровьем человека), необходимо не только собрать крупные массивы данных по очень разным группам людей, но и верно их интерпретировать, а также показать, что исследователи не имели коммерческой заинтересованности в положительном результате.

Случай с обезжиренным питанием многое преподал научному сообществу. За тем, чтобы результаты исследования, спонсированного коммерческими компаниями и проведенного учеными, кровно заинтересованными в положительном результате, были проанализированы корректно, следят этические комитеты. Например, эксперименты для подтверждения полезности применения тех или иных пищевых добавок должны быть проведены научно-исследовательским институтом за счет гранта или фонда, не имеющего отношения к производству. Особенно если в статье в качестве основного вывода авторы предлагают эти самые добавки включить в рацион всей страны. Ведь масштабы такой рекомендации колоссальны, а конфликт интересов налицо.

В начале 2020 года ученые Имперского колледжа Лондона опубликовали статью, разоблачающую слишком частое назначение молочных смесей для кормления маленьких детей. Умело прописанные на упаковках обещания вроде «снижает риск развития аллергии на коровье молоко», «способствует развитию интеллекта» или «облегчает колики и улучшает пищеварение», как оказалось, не опираются на научные данные, однако распространены повсеместно. Пошедшие на поводу у такой рекламы мамы могут без причины перевести новорожденных с грудного вскармливания на искусственное. Выяснилось, что авторы 81% научных работ, подтвердивших пользу от таких смесей и давших зеленый свет размещению на упаковке далеко идущих обещаний, имели общие интересы с производителями[2]. Сейчас команда исследователей настаивает на том, чтобы детские смеси назначались врачом и имели белую этикетку — свободную от любой продающей броской информации.

Этот пример говорит о том, что интерпретация научных данных не такое уж простое занятие. Прочитав выводы авторов научной статьи, не нужно бросаться в полымя новейшей диеты, ведь на практике заявленного чуда может и не случиться. А именно этим нередко грешат неквалифицированные интерпретаторы, транслирующие новинки науки в массы. Ссылаясь на одно лишь исследование, они уверяют читателей, что методика безопасна для всех. Нет-нет. Напоминаем: чтобы сделать предварительные выводы, исследование должно быть проведено несколько раз, причем разными научными командами, а по возможности и в различных этнических популяциях. Затем идут метаисследования — суммарная интерпретация всех полученных данных, а уже за ними — собственно рекомендации по питанию. Невозможно перескочить эти этапы и сразу заявить: черника дает человеку соколиный глаз, а от ягод годжи вы похудеете (спойлер: нет).

Не надо воспринимать как Священное Писание и нашу книгу. В ней мы постарались рассказать о еде не только полезное, но и занимательное, а также удивительное и просто ошеломительное. Помните, что книга — повод к размышлению, а не универсальное руководство. Не претендуя на построение общей теории всего, авторы поведали вам не только истины, проверенные поколениями, но и новости с переднего края науки нутрициологии. А вот попадут ли эти новости в национальные рекомендации — покажет время.

Наука и практика — в чем разница?

Знания-то у нас, ученых, есть. Но вот применение их на практике, передача в интересном и доступном виде населению — весьма непростая задача. Еще труднее отойти от шаблона навязчивой общей рекомендации — досужих советов хорошо питаться, делать зарядку, подольше спать и, что особенно бесит одного из авторов этой книги, не нервничать.

Что может быть проще, чем есть овощи и фрукты? Это надежный, доказанный метод профилактики целого спектра заболеваний — диабета, болезней сердца, рака прямой кишки и других, — а также верный способ приблизиться к здоровому весу в случае его переизбытка. Однако с задачей съедать пять порций овощей и фруктов в день (400 г) справляются только около 10% подростков одиннадцати-восемнадцати лет и не более 30% следящих за своим здоровьем взрослых. Зато выскакивающие в соцсетях баннеры «уникальных», «инновационных» трехдневных методик похудения вызывают желание немедленно жать на кнопку, несмотря на то что чудо нам обещают в виде либо пустышки-плацебо, либо небезопасной таблетки с неизвестным составом. Нажав на кнопку, похудев кошельком, но так и не встретившись с чудесным, человек опускает руки и надолго разочаровывается в силе науки и пользе от здорового питания.

Стандартные рекомендации по питанию кажутся людям скучными и сложно применимыми в реальной жизни. Врачи призывают есть побольше овощей и фруктов, но в магазинах — куда ни посмотри — акции не на сезонную зелень, орехи и помидоры, а на килограммовые мешки конфет.

«Уж сколько раз твердили миру»: рекомендации по питанию должны быть намного ближе к людям и конкретным проблемам, с которыми они сталкиваются ежедневно.

В теории ответственность за создание таких рекомендаций должны разделить не только ученые и врачи, но и государство, а также частные компании, поставляющие продукты питания людям: магазины, супермаркеты, производители. В реальности же она ложится исключительно на потребителя. В свободное от работы время он должен прочесть умные блоги или книги о еде — вроде той, что вы держите сейчас в руках, — а потом устоять перед соблазном купить три пачки конфет по цене двух и, конечно же, положить в тележку побольше овощей и фруктов, а также недешевую рыбу; вздохнуть у кассы, прийти домой — желательно пешочком, так сказать для фитнеса, потом приготовить все это по сложному ЗОЖ-рецепту (которому тоже пришлось учиться самому, ведь мало кто из нас может похвастаться врожденным навыком готовки трех овощей в двадцати разных видах). Поесть, прогуляться по парку («чтобы жирок не завязался»), лечь в постель и сразу уснуть крепко, по возможности не нервничая.

Поддержки при этом вы получите крайне мало, и это несправедливо. Ведь на самом деле и производство продуктов питания, и их распределение по магазинам, и вся остальная связанная с этим индустрия от сковородок до газовых плит — огромный бизнес, и прибыль в нем получает отнюдь не потребитель.

Но как бы то ни было, о своем здоровом питании лучше всех позаботитесь вы сами. Начнем с иммунитета.

Глава 1. Иммунная система, аллергены и продукты-помощники

Так называемый пониженный иммунитет — одна из самых часто встречающихся неприятностей со здоровьем. Вам кажется, что в простудный сезон к вам прилипает каждый микроб? Понижен иммунитет! После гриппа вы почти выздоровели, но не совсем? Виноват низкий иммунитет! Температура нормальная, но вот уже три недели продолжается кашель? Опять он, низкий иммунитет? Все не так просто.

По-настоящему низкий иммунитет — неприятность посерьезнее насморка, и проявляется она не только в сезон простудных заболеваний. Это состояние требует постоянной медикаментозной поддержки и наблюдается у людей, проходящих лечение от рака или живущих с ВИЧ. Основным же виновником чуткой реакции на малейшие чужеродные раздражители вроде сезонных вирусов становится вовсе не сбой иммунной системы, а образ жизни, в том числе плохое питание. Недостаток физической активности, сидячий образ жизни, постоянный стресс и отсутствие сна вместе с некачественным, скудным рационом не дают организму возможность заработать на полную катушку и быстро вернуться в строй после встречи с заразившими его неприятелями.

Никакие отдельные продукты и микроэлементы не могут «улучшить», «запустить» и тем более «поднять» ваш иммунитет. Однако они способны обеспечить его нормальную работу.

Вооружившись знаниями, мы можем добавить в наши тарелки волшебные ингредиенты и получить ощутимый результат. Если ребенок из детского сада принес простуду с температурой, это еще не значит, что вы обязательно заразитесь и заболеете. Помочь организму сбалансированным питанием, которое позволит ему работать в оптимальном режиме, никогда не поздно. Например, стоит подключить побольше продуктов растительного происхождения — ведь они содержат не только клетчатку, необходимую для поддержания жизни и разнообразия нашей кишечной микрофлоры, но и различные природные вещества-защитники, действующие как натуральные антибиотики и уменьшающие вероятность развития воспалительных процессов в организме. Некоторые из этих веществ временно переведут нашу иммунную систему на «повышенную передачу», другие снизят интенсивность симптомов у тех, кто, несмотря на профилактику, все же заболел.

Но для начала мы поговорим не о том, как усилить иммунитет, а о том, как работает наша иммунная система и что будет, если она ошибется и примет за опасного микроба собственную клетку организма.

Свои и чужие

Призвание нашей иммунной системы — различать свое и чужое. Ее клетки «ощупывают» все, что попадается на пути, уничтожая не понравившиеся им элементы — молекулы, вирусы, бактерии и даже собственные клетки, не угодившие строгому контролеру. Молекулы, узнаваемые иммунной системой, называют антигенами. За последние тридцать лет это слово ввело в заблуждение немало читателей как популярной, так и научной литературы, наводя их на неправильную мысль о каких-то генах, которым антигены зачем-то противостоят. На самом деле слово «антиген» было придумано задолго до открытия роли ДНК, оно даже старше слова «ген»!

Антиген — сокращение от слов antibody-generator, «производитель антител», придуманное Паулем Эрлихом в конце XIX века. Этот гениальный немец прославился большим количеством открытий, многие из которых серьезно опередили свое время. Среди широкой публики он стал знаменитым после создания «Вещества 606» — сальварсана, первого в мире средства таргетной терапии, избавившего Европу от свирепствовавшего в те времена сифилиса.

Так вот, еще задолго до сальварсана Пауль Эрлих придумал теорию: клетки со всех сторон «облеплены» чем-то, что активно «выуживает» из крови антигены. Более того, он объяснил специфичность таких взаимодействий, предложив красивую (и точную!) метафору, что «антитела» и «антигены» подходят друг к другу, как ключи к замкам: каждый ключик открывает только свой замок, и никакой другой. Теперь-то мы знаем, что клетки действительно имеют белковые рецепторы, реагирующие с разнообразными биомолекулами — как свободно плавающими, так и прикрепленными к другим клеткам, — а потому гипотеза «ключ/замок» стала общепринятой теорией. Для позапрошлого же века идеи Эрлиха оказались настолько прорывными, что в 1908 году принесли ему Нобелевскую премию.

Предположение Эрлиха подразумевает, что в нашем организме одновременно происходят десятки тысяч всевозможных молекулярных взаимодействий и существуют тысячи и тысячи замочков. Не вдаваясь в подробности, скажем: природа придумала, как это организовать, создав систему приобретенного иммунитета, которая работает сразу и просто, и хитро. При встрече с каждым новым «ключиком»-антигеном — вирусом, микробным белком или токсином — она под заказ, но при непосредственном участии врожденной иммунной системы вырабатывает «замочки»-антитела, способные нейтрализовать опасный «ключик».

Следует заметить, что система производства «замочков» требует времени на разогрев. Именно поэтому после первого знакомства с «ключиком»-антигеном иммунный ответ наберет полную силу недели за две. Нередко к этому моменту спускового «ключика»-крючочка уже давно и в помине нет. А вот если встреча произошла повторно, то есть антиген посмел появиться еще раз — тут уже ему не дадут спуску: вражеский антиген облепят антителами со всех сторон и почти сразу нейтрализуют.

Аллергические реакции

Клетки иммунной системы — лимфоциты — плавают в густом супе из всевозможных молекул-«ключиков». Большинство из них произведены нашими собственными клетками и потому совершенно не опасны. Если бы лимфоциты на каждый «ключик»-антиген реагировали с нуля, им ежесекундно пришлось бы решать непростую задачу о том, как среди миллионов законопослушных граждан не пропустить опасного врага. Так что запоминание недруга в лицо — вполне логичное решение. Оно позволяет сократить время на размышления при каждой следующей встрече. Однако это решение не отменяет самой важной проблемы: как отличить вредную молекулу от собственной, белой и пушистой. Достигается такое различение путем обучения иммунной системы.

Наша иммунная система формируется внутриутробно, параллельно со всеми другими тканями и органами плода. Маленький организм будущего ребенка производит множество клеток иммунной системы, создавая пул, как бы на вcякий случай. Однако все эти клетки находятся под строгим внутриутробным контролем. Если какая-то из них среагирует на имеющиеся в кровотоке плода молекулы, контроль включится и запустит программу клеточной гибели. «Опасная» клетка, почему-то среагировавшая на дружественный антиген своего же организма, будет уничтожена. К моменту рождения, когда внутриутробный контроль отключится, все клетки, реагирующие на собственные антигены, уже истреблены, а иммунная система готова различать свое и чужое.

Первые несколько месяцев иммунная система новорожденного дозревает, но к полугоду постепенно набирает обороты (формируясь полностью только к пяти годам). К этому моменту она уже состоит из сотен миллионов клеток, каждая из которых начинает производить антитела-«замочки» при встрече с «ключиками»-антигенами. В норме ни один из этих «замочков» не подходит к нашим собственным «ключикам». А вот если в организм попадет новый «ключик», незнакомый иммунной системе, — например, антиген, произведенный зловредной бактерией или вирусом, — он будет немедленно связан заранее заготовленным и при этом наиболее точно подходящим к нему антителом-«замочком». После такой встречи антитело получит положительное подкрепление: наш организм разрешит ей размножиться, произведя на свет тысячи клонов-потомков. Каждая новая клетка-«дочка» способна выделять такое же антитело, как и ее «мама». Если зловредный антиген посмеет появиться в кровотоке повторно, на него набросится целая армия клеток-«дочек» и быстро забросает врага снарядами-антителами.

Поясним на практическом примере. Например, попробовал младенец первый раз в жизни куриное яйцо — и ничего. Через три дня попробовал еще — и опять ничего. И через неделю вроде ничего. А через три недели после такого же яйца — бабах! И покрылся сыпью.

Иммунная система отреагировала на антигенный «ключик» — белок яйца — как на врага, причем с первого раза. Однако на развитие иммунного ответа ушло время. Когда же «замочки»-антитела набрали силу, реакция не заставила себя ждать. Множество готовых антител набросились на антигены яйца и образовали с ними нерастворимые комплексы. Те увидели клетки-мастоциты, или «тучные клетки», которых очень много и в коже, и в подкожно-жировой клетчатке. В ответ на антитело-антигенный стимул мастоциты высвобождают гистамин, который вызывает увеличение проницаемости стенок капилляров и отек окружающей их ткани, а также спазм бронхов. В результате мы получаем классическую кожно-легочную реакцию, которая может развиться в ответ на ту или иную еду. Именно такая реакция — в которой участвуют антитела, тучные клетки и гистамин — известна под названием аллергии (не путать с пищевой непереносимостью, при которой организм испытывает сложности именно в усвоении отдельных компонентов пищи).

Нужно понимать, что аллергические реакции чаще развиваются в ответ даже не на продукты питания, а на бытовые факторы: пыльцу, перхоть, шерсть домашних животных, некоторые лекарственные вещества, а также слюну и яды, попадающие в ранку при укусе насекомых, особенно перепончатокрылых — пчел и ос. Среди пищевых аллергенов самыми частыми провокаторами оказываются не красные фрукты и овощи и даже не сладкое, как думают многие, а белки коровьего молока, яиц, креветок и морепродуктов, орехов и арахиса[3], а также рыба и продукты из пшеничной муки.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Некоторые типы пищевых аллергий, однажды развившись, остаются с человеком на всю жизнь, а другие чаще встречаются у детей и с возрастом проходят. Сказанное выше относится к хорошо знакомой нам по американским фильмам, но редко встречающейся в России аллергии на арахис, о которой в деталях мы расскажем ниже, а также к аллергии на яичный белок. Один-два процента маленьких детей не переносит яйца или молочные продукты, но примерно 2/3 из них к пяти годам сами избавляются от этой проблемы

Как часто встречаются аллергические реакции на пищу? Прямо скажем, нередко. Согласно статистике Американской академии аллергологии, астмы и иммунологии, в развитых странах те или иные пищевые аллергии наблюдают у примерно 4% взрослого населения и у 8% детей. При этом доля аллергиков в обществе постепенно увеличивается: так, по данным Центров по контролю и профилактике заболеваний США (Centers for Disease Control and Prevention, CDC), в период с 1997 по 2011 год частота пищевых аллергий у детей выросла в полтора раза.

Диагностика аллергии

Многие из тех, кто сталкивается с непонятной, необъяснимой, острой или слабой реакцией организма на внешние раздражители, привыкли называть все это одним словом — аллергия. Более того, причины ее не любят искать среди факторов окружающей среды, а в первую очередь винят во всем продукты питания, которые едят сами, употребляет ребенок или мама, кормящая малыша грудью. В недавнем исследовании научной группы Имперского колледжа Лондона, в состав которой входил и наш соотечественник — доктор Даниил Мунблит, — было изучено более двенадцати тысяч малышей. Аллергия на коровье молоко выявлена менее чем у 1%. Однако родители 14% детей верили, что у их ребенка она есть. Часто это убеждение ведет к отказу от молочных продуктов и даже к необоснованной отмене грудного вскармливания и переходу на гипоаллергенные детские смеси. Авторы исследования объявили о конфликте интересов с производителями смесей, ведь в восьми из девяти руководств по их применению была выявлена потенциальная заинтересованность коммерческих компаний-производителей. Но гипердиагностика аллергии — это нехорошо[4].

Все покраснения кожных покровов мы еще с советских времен тоже почему-то привыкли связывать со съеденным накануне десертом или апельсином. Однако атопический дерматит в 70% случаев не становится проявлением пищевой аллергии! Экзема — состояние кожи, вызванное спецификой ее структуры и воздействием внешних раздражителей. Одно но: потенциально аллергенные продукты могут стать триггером к усилению симптомов.

Питание матери во время беременности и грудного вскармливания действительно способно повлиять на развитие аллергии у ребенка. Да только рацион мамы нужно не ограничивать, как привыкли делать многие, а максимально разнообразить — помогать иммунной системе ребенка встречаться с как можно большим числом соединений, в частности белков. Не менее важен и период введения прикорма, когда ребенок начинает употреблять разнообразную еду самостоятельно.

Корректировку рациона можно использовать как инструмент для снижения рисков дальнейшего развития атопического дерматита: своевременное введение всевозможных продуктов питания у малышей, пристрастное внимание к продуктам-триггерам (тем, что уже вызывали симптомы ранее) и внимательное наблюдение пищевой аллергии совместно с врачом могут существенно улучшить ситуацию и даже полностью свести проявления атопического дерматита на нет.

Самый простой способ разобраться, действительно ли вы или ваш ребенок реагируете на конкретные продукты, — не вспоминать свое меню за последние две недели, а начать вести дневник питания, записывать симптомы и таким образом удостовериться, что связь точно есть. Например, если вас «обсыпало» на макароны, но реакции на хлеб не было, вероятность аллергии на пшеницу ничтожна. Если же дневник питания укажет на наличие конкретной связи между продуктом и пищевой аллергией — «съел продукт — вот он, симптом», — скорее всего, при обращении к врачу вам предложат исключить потенциальный аллерген. Обычно период исключения длится минимум две недели. Важно проверить, пропадут ли симптомы в этот период. Если реакция острая (например, вы начинаете задыхаться) — повторное пробное включение продукта можно проводить только в присутствии врача.

Анализ крови на иммуноглобулин Е (IgE) укажет на отсутствие или наличие в вашем организме потенциального раздражителя иммунной системы. Если уровень IgE окажется повышенным, вы сможете провести развернутый анализ, чтобы более точно определить аллергены (обычно они или бытовые, или пищевые). Для определения реакции на потенциальный аллерген вам, вероятно, предложат пройти кожный тест (prick test) и после подтверждения точечно исключить тот или иной продукт.

Однако случается и так, что вам жилось, в общем-то, неплохо, но затем вы сделали тест, и он что-то показал. Бывает так, что тест на специфические IgE-антитела назначается «на всякий случай», в порыве любви к анализам. Если непонятно зачем сделанный тест показывает аллергию, например на молочные продукты, а мы легко можем позволить себе съесть булочку, выпить стакан молока или добавить в суп сметаны, от молочных продуктов отказываться не нужно. Нет реальных симптомов аллергии — значит, ограничения ни к чему! Когда мы употребляем эти «теоретически аллергенные» продукты, слаженная работа систем пищеварения и иммунитета обеспечивает организму толерантность. Как только мы перестаем регулярно принимать аллерген — посмотрев на бумажку о сданных анализах, — крошки-лимфоциты, защищавшие нас от именно этой аллергической реакции, остаются без работы. Такое ограничение рациона обязательно приведет к результату, прямо противоположному желаемому: настоящей аллергической реакции на антиген со всеми симптомами. Ведь «опасный» продукт вы не навсегда исключили, а лишь на время убрали из прихоти или излишней осторожности.

Не шутите с исключением еды. Большинство исследований иммунологов, как будет ясно из примера с арахисом, о котором мы расскажем дальше, говорят о необходимости как можно меньше ограничивать набор продуктов. Например, для людей с неспецифической IgE-аллергией на молочные продукты разработан даже метод постепенного их возвращения в рацион под наблюдением врача, начиная с микродоз специальным образом переваренных антигенов, добавляемых в приготовленную пищу. Если ваш врач знает, что такое лестница возвращения молочных продуктов (iMap Milk Ladder), — вам очень повезло со специалистом.

Однако вышесказанное не означает, что при наличии аллергии на продукт вы можете позволить себе его по чуть-чуть, без проявления симптомов. Если все-таки диагноз «аллергия» был поставлен, например на белок казеин, все молочные продукты придется исключить, а взамен добавить в рацион альтернативы, богатые белком и кальцием, — например, соевое молоко или цельнозерновые хлопья для завтрака с надписью «Обогащены кальцием» на упаковке. Кальцием также богаты соевые бобы, тофу, красная и белая фасоль, шпинат, нут, различные семечки, овсянка, тахини и многие другие продукты.

Любая аллергическая реакция — повод внимательнее читать этикетки и готовить блюда иначе. В случае с молоком можно попробовать простые замены, которые не нанесут урон вашему кошельку: омлет заменить скрамблом (безмолочным омлетом), в выпечку добавлять соевое молоко, вместо сметаны в салатах использовать нерафинированное растительное масло, а вместо сливочного масла на хлеб намазать арахисовую пасту.

Аллергия и пищевая чувствительность

Не все методы определения аллергии или пищевой непереносимости одинаково признаны врачебным сообществом. Бывает, что диагностика лишь вводит людей в заблуждение. В число сомнительных методов вошли IgG-тесты на пищевую чувствительность, анализ ДНК на предрасположенность к скрытой аллергии, тест Осипова, метод Фолля и другие системы, обещающие предохранить вас от несуществующих болезней. Они в данное время не признаны ни одной системой здравоохранения, а их положительный результат (встречающийся почти у каждого обратившегося за диагнозом) не может служить показанием к исключению продуктов питания.

Пищевая чувствительность, которую так рьяно пытаются у вас диагностировать все кому не лень, — это не аллергия, поскольку она чаще всего не связана с работой иммунной системы. Неприятные реакции организма на определенные продукты, например вздутие от употребления бобовых или хлебобулочных изделий, чувствительность к молоку — довольно распространенное явление. Они связаны с неспособностью организма усвоить те или иные компоненты пищи в конкретном объеме. Скорость реакции организма в подобной ситуации такая же, как и при аллергии.

В отличие от аллергии, в большинстве случаев пищевой чувствительности мы можем употреблять определенное количество продукта, на который реагирует организм, при этом не ощущая ухудшения самочувствия. При увеличении частоты потребления или количества продукта в организме может образоваться дефицит ферментов для усвоения избытка данного вещества — тогда и возникает пищевая непереносимость с соответствующей реакцией.

Например, аллергическая реакция на молоко — это, скорее всего, непереносимость казеина, молочного белка. А вот пищевая чувствительность к молоку — неспособность организма усваивать лактозу (молочный сахар) из-за недостатка или отсутствия фермента лактазы, расщепляющего лактозу. Количество этого фермента уменьшается с возрастом, именно поэтому чаще проблемы с потреблением молочных продуктов возникают у пожилых людей. Если у вас есть пищевая чувствительность к молоку, вероятно, вы ощутите ее, только если станете употреблять цельное молоко, так как в кисломолочных продуктах (йогуртах, кефире, ряженке, твороге и т. д.) основной объем молочного сахара будет переработан молочными бактериями. Однако если на молоко у вас аллергия, то она проявится и на любой молочный продукт, поскольку белок казеин присутствует в любом из них.

Чувствительность к лактозе тоже можно подтвердить с помощью специального дыхательного теста или анализом крови на сахар после употребления стакана молока. Сахар в крови не поднялся? Значит, ваш организм не сумел расщепить лактозу и получить из нее легкоусвояемую глюкозу. Как и другие тесты на непереносимость, эту проверку имеет смысл проводить лишь после того, как вы выявили связь «съел — вот он, симптом».

Если вы и вправду совсем не переносите лактозу, вам, скорее всего, придется исключить цельное молоко, сливки, масло. Но кисломолочные продукты в вашем рационе останутся — ведь их употребление в некоторых случаях может даже улучшить усвоение лактозы кишечником.

Если вы не можете выпить стакан молока, но вполне бессимптомно перевариваете молоко, добавленное в кофе, — не отказывайтесь от этого продукта. Малые количества лучше, чем ничего.

Война с арахисом

До начала восьмидесятых годов прошлого столетия ни в медицинской, ни в популярной литературе аллергия на арахис почти не упоминалась. Однако уже с середины девяностых она стала поводом для заголовков в газетах, а не только в научных журналах. В США социально активные родители пострадавших детей придали «арахисовой эпидемии» широкую огласку, что привело к принятию ряда общественных мер. Некоторые из них стали законами.

В 1998 году Министерство транспорта США создало специальные зоны, свободные от арахиса, а в 2002-м штат Массачусетс принял постановление о том, что каждый школьный кафетерий должен выделить для арахисовых аллергиков отдельные «столы безопасности». Многие другие штаты и школьные округа последовали этому примеру — вплоть до полного запрета на внос продуктов, сделанных из арахиса, на территорию детских учреждений. Некоторые штаты зашли так далеко, что ввели специальные маркировки не только для сделанных из арахиса продуктов, но и для всех орешков, если их расфасовали в том же заводском цехе, что и опасный арахис.

На первый взгляд эти запреты вполне обоснованны. Реакция на арахис — одна из самых тяжелых пищевых аллергий. Последствиями встречи с данным аллергеном могут стать не только крапивница, кожный зуд, отеки лица и рук и астматический бронхоспазм, но и очень быстро развивающийся анафилактический шок, приводящий к остановке сердца[5]. В отличие от других пищевых аллергий, реакция на арахис не склонна проходить с возрастом. К моменту совершеннолетия примерно 80% детей с непереносимостью молока или яиц уже могут употреблять эти продукты без последствий, а вот для арахиса этот показатель составляет всего лишь 20%. Аллергические реакции на него настолько более ярко выражены, чем на другие продукты, что даже… передаются от донора реципиенту при трансплантации! Кроме шуток: врачи медицинского колледжа в Аризоне описали случай острой аллергической реакции, развившейся у пациентки с пересаженной печенью в ответ на поцелуй ее бойфренда, только что съевшего бутерброд с арахисовым маслом. Поскольку до пересадки пациентка ничего не имела против земляных орехов, врачи заинтересовались историей болезни донора. Оказалось, он страдал выраженной аллергией на арахис. Более того, другой пациент-реципиент, получивший легкие от того же донора-аллергика, поев арахис, и вовсе заработал анафилактический шок![6]

Но давайте сопоставим арахисовую аллергию с другими опасностями, встречающимися в наших тарелках. Ведь если мы принимаем меры по защите от какого-то съедобного врага, по логике вещей мы должны так же активно бороться и с другими опасными продуктами, чей потенциальный вред по масштабу сравним с арахисовым или превышает его. «Разбор полетов» проведем на примере Америки: именно для США учеными-эпидемиологами собрана наиболее убедительная многолетняя статистика по самым разным проблемам, связанным с пищевыми реакциями и отравлениями.

В США аллергия на арахис действительно встречается довольно часто, примерно у каждого сотого жителя, а это около 3,3 миллиона человек. Примерно 6,9 миллиона реагируют на морепродукты плюс еще около двух миллионов страдают другими пищевыми аллергиями. Тем не менее все вместе эти пищевые реакции приводят всего лишь к двум тысячам случаев госпитализаций в год. Это притом что в Америке регистрируется не менее тридцати миллионов ежегодных обращений в стационар. От всех пищевых аллергий, вместе взятых, в год погибают сто пятьдесят человек — детей и взрослых. С другой же стороны, статистика по пищевым отравлениям утверждает: вероятность пострадать от пищи, содержащей бактерии, вирусы или токсины, для жителя США составляет 16% в год и становится причиной ста тридцати семи тысяч госпитализаций, в более чем трех тысячах случаев заканчивающихся гибелью пациента[7]. Как видно из этих цифр, реакция на арахис и другие пищевые аллергены — всего лишь капля в море продуктовых опасностей. Именно поэтому многие американские эпидемиологи, в том числе Миранда Уаггонер из Университета штата Флорида, считают, что самооценка аллергических реакций не всегда отражает медицинскую реальность[8]. Запреты на продукты, содержащие арахис, в стенах школ и медицинских учреждений были введены на основе распространенных среди родителей поверий, что даже запах арахиса или простая близость к продуктам на его основе могут вызвать анафилактический шок. Поскольку слепое плацебо-контролируемое исследование показало, что арахисовые аллергики никак не реагируют на запах арахисового масла, если не видят, что именно им предъявляют, подобные реакции стоит относить скорее к психогенным, нежели к аллергическим[9].

Однако и для детей, реагирующих на арахис, и для их родителей проблема аллергии на земляные орехи стоит весьма остро, да и встречаемость такой пищевой реакции у детей растет, причем не только в США. Что же делать? Недавнее исследование, опубликованное в престижном New England Journal of Medicine, показало: вместо того чтобы стараться уберечь предрасположенного к пищевой аллергии ребенка от возможной опасности, лучше попытаться постепенно приучить его к аллергену-провокатору[10].

В исследовании приняли участие шестьсот сорок грудничков в возрасте от четырех до одиннадцати месяцев, и каждый из них уже на что-то реагировал, причем сильно — например, покрывался сыпью. Всех проверили на арахисовую реакцию с помощью кожной пробы. Оказалось, что у девяноста восьми детей — примерно 15% — иммунная система уже готова наброситься на опасные антигены-«ключики» из земляных орехов. После этого всех младенцев, включая потенциальных аллергиков, случайным образом распределили по двум группам. Родителям детей из первой группы строго-настрого запретили вводить в рацион малышей арахис в любой форме. Тех же, чьи дети попали во вторую группу, наоборот, специально попросили время от времени подкармливать их арахисом, начиная с небольших кусочков. Через пять лет вырисовалась следующая картина. Среди заранее выявленных арахисовых аллергиков, тщательно избегавших встречи с опасностью, чуть более 35% остались аллергиками. По-видимому, они так и понесут чувствительность к арахису с собой по жизни. А вот дети-аллергики, в раннем возрасте прикормленные опасными орешками, по большей части избавились от реакции на этот продукт — в данной группе кожные высыпания на арахис сохранились лишь у 10,6%. Среди детей, никак не реагировавших на арахис во младенчестве, картина была еще интереснее. Почти 14% пятилеток из группы «избегания возможной опасности» среагировали на данный аллерген при первом же его предъявлении, а вот в контрольной группе, время от времени получавшей подкормку этими орешками или маслом, таких случаев было менее 2%. Это означает, что чем больше молодые родители «на всякий случай» опасаются аллергии и потому ограничивают диету младенцев, тем более вероятно развитие поздней аллергической реакции, которую ребенку труднее перерасти. И наоборот, введение в рацион небольших количеств потенциально опасного продукта может помочь избавиться от аллергии — пусть постепенно и не всем, но все же достаточно эффективно.

К такому же выводу пришли исследователи, работавшие с более взрослыми аллергиками. У большинства пациентов с аллергией на арахис в возрасте от двенадцати до тридцати семи лет ежедневное употребление очень медленно увеличивающихся доз арахисового порошка привело к постепенной десенсибилизации. Например, в первый день исследования для развития явной аллергической реакции иммунной системе пациентов в среднем требовалось всего лишь 3,5 мг этого порошка, а через год регулярной терапии пороговая доза выросла почти до грамма[11]. Подобных исследований набралось уже более двух десятков, и каждое из них показало успех десенсибилизации. Однако степень торжества такой терапии и скорость достижения результата для разных групп испытуемых сильно зависели от их возраста. У детей процедура проходит гораздо лучше, а результаты ее намного стабильнее, чем у взрослых. Помогают ускорить выработку толерантности к пищевым антигенам и некоторые лекарственные препараты, например одобренные в России моноклональные антитела к иммуноглобулину Е (омализумаб).

Для тех же, кто по тем или иным причинам не хочет работать с реакциями собственного организма, а предпочитает исключение опасных антигенов из диеты, наука придумала альтернативное биотехнологическое решение. Доктор Мохамед Ахмедна из Северо-Каролинского колледжа сельского хозяйства и механических искусств разработал процесс производства арахиса, полностью свободного от аллергенов. Избавиться от опасных белков помогает ультразвук в сочетании со специальными ферментами, расщепляющими белки. Ни вкус, ни качество продукта при этом не ухудшаются[12].

Этот страшный глютен

Вспомним еще один интересный тип реакции организма. Благодаря медиа и производителям продуктов питания аллергию на белок глютен диагностировали у себя аж 13% жителей Великобритании. Все они думают, что у них целиакия[13] — генетическое аутоиммунное заболевание, вызывающее реакцию иммунной системы при попытке усвоения белка в тонком кишечнике. А на самом-то деле целиакия — реально опасное состояние здоровья, триггером которого становится глютен, — встречается в среднем лишь у одного человека из ста тридцати трех.

Для диагностики целиакии врач предложит скорее не исключить глютен, а продолжить употреблять его в течение двух недель, чтобы однозначно подтвердить, реагирует ли организм на чрезмерное поступление этого белка. Такую диагностику делают с помощью анализа крови, который называется тестом tTG-IgA. Без этого исследования о чувствительности к глютену вы узнаете только на той стадии, когда начнется повреждение стенок кишечника или других участков пищевого тракта — уже по результатам колоноскопии или фиброгастроскопии (ФГС). Как и в случае с аллергией на пшеницу, при диагностированной целиакии глютен придется исключить из рациона совсем, а вместе с ним и крупы вроде булгура, кускуса, макароны и хлеб. Тогда запаситесь терпением и добавьте в вашу тарелку семечки амаранта, подсолнечника, тыквы, гречневую крупу, просо, овсянку (с пометкой «не содержит глютен»), рис разных форм и цветов, сорго, сою, тапиоку, пшенную кашу, киноа и кукурузу.

Целиакию важно не перепутать с обычной пищевой чувствительностью к глютену, которая проявляется в среднем у 5–6% населения из-за недостаточности ферментов для его расщепления. Но она не требует полного исключения глютена из рациона. Употребляйте продукты с ним умеренно — и строгая диета не понадобится. Главное — найти тот объем, с усвоением которого ваш организм успешно справляется.

Диеты без глютена, а особенно в сочетании с диетой без молочных продуктов, придерживаться очень сложно. Наличие симптомов в ответ на обе группы продуктов — невероятная редкость, и без диетолога тут обойтись трудно.

На данный момент доказательств, позволяющих четко сказать, что безмолочная и безглютеновая диета профилактически полезна, недостаточно, а вот риски от такого ограничения рациона вполне ощутимы. В том числе для микрофлоры кишечника, которая с удовольствием питается зерновыми и молочными продуктами. Чаще всего попадают под удар тренда на БКБГ-диету — так ее прозвали в Сети — дети с расстройствами аутистического спектра, ДЦП и другие группы детей, чьи родители отчаялись и ищут очередную соломинку для помощи ребенку. В этом случае и так подверженные избирательности в еде и риску пищевых дефицитов, страдающие от проблем с пищеварением дети остаются без доступа к важным пищевым группам продуктов — источников кальция, клетчатки, лактозы, витамина B12. Их дефицит лишь усилит риски и никак не поможет в решении проблемы. Внимание к ежедневной рутине, расширение рациона, положительная коммуникация и возможность выбирать разнообразные продукты на завтрак, обед, ужин и перекус — вот на чем стоит сфокусироваться не только родителям, но и всем нам, взрослым.

Элиминационная диета

Самым распространенным способом борьбы с настоящей аллергией до сих пор остается элиминационная диета — питание, которое исключает продукты, потенциально связанные с пищевыми реакциями: яйца, молоко, рыбу, арахис и другие. Она рекомендуется только в том случае, когда уже была диагностирована аллергия.

Реакция на пищевой аллерген проявляется даже при употреблении минимального количества продукта — она заметна невооруженным глазом. Появление экземы в ответ на аллерген не зависит от времени года и четко следует в течение от шести до двадцати четырех часов после неудачного обеда. Редко — чуть дольше, но не позже сорока восьми часов.

Чтобы определить, какие продукты способны вызывать реакцию, врач может попросить вас сесть на полную элиминационную диету. Она подразумевает одновременное исключение всех самых вероятных провокаторов на четыре-шесть недель, чтобы дать возможность организму полностью очиститься от аллергена и оценить динамику сокращения проявления внешних симптомов (например, атопического дерматита). Затем наступает период постепенного поочередного введения продуктов обратно в течение такого же срока. Подобный тест позволит ограничить круг подозреваемых и выявить главного пищевого врага — аналогично постепенному введению продуктов в детское меню[14].

Если после добавления в рацион конкретного продукта симптомы ухудшаются, а при исключении улучшаются, возможно, вам навсегда придется выбросить этого хулигана из своей корзины. А вот если симптомы остались без изменений, отказ от продукта совершенно бессмысленен.

Когда на продукты-раздражители реагирует непосредственно кожа, проявления на ней — условно говоря, количество прыщей или покраснения — могут зависеть от съеденного объема продукта или носить сезонный характер. Такую реакцию — как правило, опосредуемую гистамином, — способны вызвать молочные продукты, яйца, глютен, соя, цитрусовые, специи (ваниль, гвоздика, корица), помидоры, орехи.

Возвращение продуктов в рацион может сопровождаться назначаемыми врачом аллергопробами.

Люди, чувствительные к никелю, также часто реагируют на следующие продукты: фасоль, черный чай, колбасы и сосиски, шоколад, чечевицу, орехи, горох, семена, морепродукты, соевые бобы. У людей с чувствительностью к пыльце березы нередко раздражителями выступают зеленые яблоки, морковь, сельдерей, фундук, груши.

Основная задача элиминационной диеты — как можно точнее выявить продукты-триггеры к ухудшению самочувствия. Очень важно не исключать продукты, а тем более целые пищевые группы, опираясь на принцип «чтобы уж наверняка». Как показывают исследования, соблюдение элиминационной диеты в течение длительного времени может привести к потере веса (мышечной массы), дефициту важных микроэлементов и нарушениям в работе пищеварительной системы.

Но пусть у читателя не сложится впечатление, что продукты питания либо нейтральны по отношению к нашей иммунной системе, либо вредны. Некоторые вполне обычные компоненты нашей диеты активно защищают нас от опасных инфекций, помогая противовирусному и противомикробному иммунитету.

Что съесть, чтобы повысить иммунитет

Некоторые любят погорячее!

Хотя принципы улучшения вкусовых качеств с помощью специй известны всем человеческим культурам, некоторые народы прямо-таки засыпают пищу острыми или пряными добавками, а другие отличаются умеренностью. В конце девяностых ученые Дженнифер Биллинг и Пол Шерман из Корнельского университета (США) изучили поваренные книги «традиционных» рецептов, собранных в тридцати шести странах, на предмет того, какие именно специи и в каком количестве местные жители добавляют в мясные блюда[15]. Выписанные из 4578 рецептов ингредиенты были сопоставлены с данными о средней температуре воздуха и осадках в области, где это блюдо стало традиционным, а также с относительной доступностью той или иной специи для деревенского населения и ее антибактериальными свойствами. Оказалось, что чем выше температура воздуха — а значит, и вероятность микробного заражения неохлажденной пищи, — тем выше и доля острых блюд в национальной или местной кухне, и разнообразие используемых приправ, и выбор в пользу тех, что эффективно убивают наибольшее число видов бактерий. Альтернативные гипотезы — что приправы питательны сами по себе, перец и другие острые компоненты отбивают запах немного подпорченной пищи, специи усиливают потоотделение, способствуя охлаждению на жаре, — были также проверены статистически и отвергнуты. Выходит, любовь к острым приправам — не причуда, а необходимое условие для выживания в жарком климате.

Хорошие примеры растительных приправ-антибиотиков — имбирь и его родственница куркума, корневище которой высушивают и перемалывают в ярко-желтый порошок. Именно она окрашивает в характерный желтый цвет и карри, и блюда из риса, весьма популярные у жителей Индии. Кулинары используют три разновидности куркумы: длинную — самую популярную, ароматную — применяемую в основном кондитерами, и так называемый цитварный корень (цедоария), который добавляют в сладкие настойки, сиропы, маринады и пиво.

Корень куркумы буквально напичкан природными биоактивными веществами полифенолами — диметоксикуркумином и бис-диметоксикуркумином. Налив небольшие концентрации этих веществ на чашки Петри, где растут разнообразные болезнетворные микроорганизмы, в большинстве случаев мы увидим выраженный антибактериальный эффект.

Интересно, что добавление куркумина к стандартным антибиотикам позволяет значительно снизить дозу препарата, необходимую для избавления от вредных микробов. Все потому, что куркумин ослабляет клеточную мембрану бактерий и облегчает проникновение лекарства внутрь их клеток. Более того, он способен ослабить, а значит, сделать уязвимым для антибиотиков даже метициллин-устойчивый стафилококк MRSA![16]

Обрадованные ученые бросились лечить куркумином часто встречающиеся бытовые инфекции. В качестве первой мишени были выбраны гастрит и вызывающая его хеликобактерия (Helicobacter pylori). Однако результаты опубликованного в 2010 году исследования, проведенного врачами таиландского госпиталя Уттарандит, показали: всё же антибиотики куркумином не заменишь[17]. В группе, получавшей антибиотиковую терапию, полностью излечились 80% больных, а в группе куркумина — только 5%. Но в обеих врачи наблюдали значительное снижение выраженности симптомов заболевания, а значит, куркумин для больных не совсем бесполезен.

Подумав, ученые решили, что сравнивать куркумин с антибиотиками — то же самое, что проводить состязание велосипеда с автомобилем. Конечно, при простом, сопоставительном анализе, например в шоссейной гонке, автомобиль выиграет в 100% заездов. Но это не значит, что велосипеду не место на дороге. При состязании на пересеченной местности автомобиль вырвется вперед, но лишь до того момента, пока не застрянет в канаве, которую маневренный велосипедик попросту объедет. А уж при гонке по трассе, забитой намертво застрявшими в пробке автомобилями, преимущества велосипеда очевидны!

Представьте себе другой дизайн сравнительного исследования преимуществ автомобиля и велосипеда, при котором рассматривают сочетание этих двух средств передвижения, а не каждое отдельно. Например, зададимся вопросом: кто будет более успешен в доставке важного приказа полевому командиру — военный шофер на простом автомобиле или на машине с велосипедом, закрепленным на багажнике? Если полевая штаб-квартира находится в отдалении от шоссе, сочетание автомобиля с велосипедом точно окажется в выигрыше.

Пользуясь этой логикой, ученые из Мешхедского университета в Иране провели испытания по сочетанию куркумина и антибиотиков на тридцати людях, страдающих язвой желудка; другие тридцать участников (контрольная группа) получили стандартную терапию антибиотиками плюс капсулы плацебо. По результатам дыхательного теста примерно три четверти больных из каждой группы избавились от бактерии. Однако при лечении язвенников истребление желудочной колонии хеликобактерий — далеко не единственная цель. В начале исследования все участники страдали диспепсией: симптомами переполнения, вздутия или болями в желудке после приема пищи. У больных, принимавших не только антибиотики, но и куркумин, выраженность диспепсии уменьшилась гораздо сильнее, чем в группе антибиотиков и плацебо. Более того, у 27% больных, дополнительно получавших куркумин, желудочные симптомы вообще исчезли, а в группе антибиотиков полное облегчение испытали только 7%. Разница для пациентов была, как говорится, налицо[18].

Лучшее же применение куркумину — не лечение уже сформировавшихся инфекций, а предотвращение передачи микроба от человека к человеку и, в случае вирусов, от клетки к клетке. Например, в клеточных моделях эпителия шейки матки куркумин успешно подавлял размножение вирусов герпеса и предотвращал проникновение вируса иммунодефицита человека (ВИЧ) сквозь их слой, а в культуре клеток печени предотвращал слияние их мембраны с оболочкой вируса гепатита С.

А еще куркумин обладает выраженным противовоспалительным и даже противоопухолевым действием не хуже, чем химиотерапевтический препарат; ингибирует моноаминоксидазу, а значит, снижает выраженность симптомов депрессии; подавляет накопление амилоида в тканях мозга, помогает контролировать сахар и препятствует ожирению печени. В общем, просто эликсир здоровья! Казалось бы, надо выделить из куркумы активное вещество, упаковать и выдать обремененным болезнями гражданам в качестве волшебной таблетки от всего.

Однако есть у куркумина и особенность, мешающая его превращению в лекарство: все вышеперечисленные бонусы для здоровья работают, но… в чашке Петри. А не все, что эффективно в лаборатории и для животных, можно и нужно применять сразу на человеке. Высокие дозы куркумина попросту не усвоятся организмом из-за низкой биодоступности. Куркуминоиды почти не всасываются в кишечнике, а те, что всосались, крайне быстро разрушаются и выводятся, поэтому накопления вещества в тканях не происходит. Чтобы обеспечить хорошее усвоение капсульного куркумина, ученым приходится идти на ухищрения, например «заворачивать» куркуминоиды в липосомы или смешивать их с другими биоактивными компонентами, в частности едким пиперином из черного перца. В составе же блюд индийской кухни куркумин усваивается сам по себе — во-первых, потому что пищу с ним поглощают в горячем виде, а во-вторых, из-за его способности растворяться в природных жирах, которыми так богаты индийские соусы. Пока рынок пищевых добавок контролирует качество предложенных препаратов и их заявленные на упаковках свойства недостаточно хорошо. На данный момент готовка с использованием этой специи — действительно самый эффективный способ получить от куркумы пользу.

Антибиотики в кухонном шкафчике

Не все помощники иммунитета относятся к экзотическим для России. Пройдемся по списку продуктов питания, наиболее часто используемых в русской кухне. Начнем с репчатого лука и чеснока.

Лук и чеснок — растения-родственники, содержащие большие количества так называемых фитонцидов. Этот термин для обозначения растительных антимикробных веществ был предложен еще в 1928 году российским ученым Борисом Петровичем Токиным[19]. Упомянутый выше куркумин с точки зрения учения о фитонцидах — именно такое вещество. К сожалению, исследования доктора Токина были знакомы лишь советским ученым и не получили признания на Западе. Корнельские ученые Дженнифер Биллинг и Пол Шерман, как это часто бывает, переоткрыли уже известный феномен, замеченный Токиным. Они обнаружили, что блюда восточной кухни, приготовленные в сомнительных условиях базарного ларька, в разгар лета становятся виновниками кишечных инфекций не так уж часто. Однако именно Токин впервые установил, что приправы предохраняют готовые блюда от порчи, а людей — от заражения[20].

В 1942 году, в разгар Великой Отечественной войны, доктор Токин написал тоненькую брошюрку, где рассказал о своих опытах, указавших на прямое антимикробное действие кашицы из чеснока и лука[21]. К этому времени пенициллин был уже открыт, но массовое производство его отсутствовало, и бойцы погибали в основном от инфекции, а не от ран. Рекомендации Токина — кашицу накладывать на раны, а водные растворы тканевых соков принимать внутрь при тяжелой диарее — широко применялись в советских военных госпиталях и спасли немало жизней. За это в 1950 году доктору Токину вручили Сталинскую премию.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

В шестидесятые и семидесятые годы наука о фитонцидах развивалась весьма активно. Выяснилось, что многие антимикробные растительные вещества летучи, а потому способны действовать и на расстоянии. Особенно славны в этом плане хвойные растения. Аромат соснового бора и можжевеловых зарослей оказался целительным в самом прямом смысле слова. Японские ученые измерили биохимические параметры у четырехсот двадцати туристов, просидевших час под кронами лесных деревьев, да не в одном месте, а в тридцати пяти разных, и сравнили их с параметрами людей, проведших то же время на лавочках в тихих, но все же загрязненных городских парках. Оказалось, что у лесных отдыхающих уровни кортизола снизились больше, чем у городских, в среднем на 12,4%, активность симпатической нервной системы — на 7%, а частота сердцебиений — на 5,8%. Результаты измерений после лесных и парковых прогулок тоже показали, что лес «расслабляет» лучше. Более того, у людей, приехавших в лесной санаторий, на 56% усилилась активность так называемых клеток-киллеров, а значит, и противовирусный иммунитет. Правда, оказалось, что лесным ароматом нельзя надышаться впрок на всю жизнь. Уровень противовирусной активности не получилось удержать надолго, через месяц после возвращения из леса была потеряна половина от полученного преимущества, а затем уровень активности киллеров и вовсе опустился к базовому.

Но вернемся на кухню. Фитонциды лука и чеснока были выделены, очищены и исследованы. Масло чеснока содержит диаллил дисульфид и диаллил трисульфид, а масло лука — тоже сульфиды, но уже дипропила. Механизмы действия этих веществ весьма схожи, микробов они убивают, а активные формы кислорода (АФК) — гасят. Это значит, что, добавляя в салат лук или чеснок, мы предотвращаем преждевременную порчу, одновременно мешая и его заселению микробами, и окислению его порезанных ингредиентов. В настоящее время химически синтезированные аналоги природных фитонцидов лука и чеснока уже используются в пищевой промышленности в качестве альтернативы для бутилированных производных гидроксианизола (BHA) и гидрокситолуола (BHT), в избытке добавляемых практически во все заводские продукты длительного хранения.

А теперь поговорим о… капусте. В отличие от лука и чеснока, она в качестве противомикробного агента обычными домохозяйками не воспринимается. Однако сила ее поистине колоссальна. Порезанная капуста прямо-таки сочится изотиоцианатами, которые образуются в ее соке из неактивных предшественников с помощью фермента мирозиназы, выливающегося из раздавленных клеток растения. Особенно много изотиоцианатов образуется при закваске, поэтому квашеная капуста поможет нормализовать флору кишечника после пролеченных антибиотиками инфекций.

Изотиоцианаты способна образовывать любая капуста — и цветная, и брюссельская, и белокочанная, и даже ее едкая родственница горчица. Механизм антимикробного действия капустных изотиоцианатов поистине уникален. Они не только нарушают проводимость и снижают текучесть бактериальных мембран, как и многие другие анитимикробные вещества растительного происхождения, но и напрямую подавляют способность микробов посылать друг другу важные сигналы о наличии источников питательных веществ и плотности микробного сообщества. В результате «глухонемые» бактерии не могут договориться друг с другом о мирном сосуществовании в составе биопленки, а потому с необычайной легкостью по одной истребляются обычными антибиотиками.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Аллиловые производные изотиоцианатов, которыми просто напичкана зеленая горчица васаби, уже одобрены в качестве антимикробной пищевой добавки в Японии.

Не просто трава для отдушки

Среди травяных приправ первое место в борьбе с микробами разделили тимьян, также известный в России под названием чабрец, и розмарин.

Масло тимьяна содержит сложную смесь биоактивных тритерпенов и сесквитерпенов, главный из которых — карвакрол. Он подавляет размножение целого ряда бактерий, в том числе весьма опасной псевдомонады, колонизирующей легкие людей с ослабленным иммунитетом, например перенесших пересадку какого-либо органа, прошедших курс противоопухолевой терапии, а также больных муковисцидозом или СПИДом. В дополнение к антимикробной активности карвакрол способен справиться с грибком кандидой, а также обладает выраженным противовоспалительным и обезболивающим эффектом. Кроме тимьяна значительные количества карвакрола содержат и листья орегано.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ученые из провинции Аликанте в Испании придумали заворачивать мясо в специальную натуральную пленку, пропитанную маслом тимьяна. Она снижает конденсацию воды внутри герметичного пакета, подавляет размножение портящих мясо дрожжей и отбивает характерный запах.

Масло розмарина — приправы, используемой для многих мясных блюд, — побеждает как обычные патогенные разновидности кишечной палочки, так и пенициллин-устойчивые, и разрушает сложные бактериально-грибковые биопленки. Как и тимьян, оно также содержит различные терпены, в том числе синеол и пинен.

Еще интереснее, чем терпены, — так называемая розмариновая кислота, которая, как нетрудно догадаться, была впервые выделена из розмарина, но встречается и в других растениях. Это вещество способно защитить нас от чрезмерной активности иммунной системы в отношении собственных антигенов. Так, корейские ученые из института BioSpectrum Life Science показали, что масло розмарина может помочь с диатезом (аллергическим дерматитом детей). В других исследованиях, пока на мышах, розмариновая кислота уверенно снижала тяжесть аллергических реакций на пыльцу растений, антигены пылевых клещей и другие белки-провокаторы.

Самые же удивительные свойства розмариновая кислота проявила в терапии так называемой тропической интоксикации сигуатеры, возникающей при поедании рыбы, которая паслась на коралловых рифах, зараженных опасными, выделяющими тихоокеанский сигуатоксин водорослями. Этот яд передается по пищевой цепочке наверх, концентрируясь в тканях хищных рыб. Неудачно позавтракав пораженной токсином рыбой, незадачливый путешественник испытает тяжесть в ногах, головокружение, повышение давления, а потом и затруднения при дыхании, которые могут закончиться печально. Для выживших отравление не проходит бесследно — последствия и обострения остаются заметными спустя десятилетия.

Так вот, одно из народных средств для облечения состояния больных сигуатерой — листья местной разновидности гелиотропа (аргузии серебристой), которые содержат немало розмариновой кислоты. Когда Фанни Росс из Университета Тулузы во Франции проверила эффект этого соединения на обработанных сигуатоксином линиях живых клеток, а также очищенных молекулах натриевого канала, ее радости не было предела[22]. Оказалось, что розмариновая кислота не только связывает тот же участок белковой молекулы канала, что и сигуатоксин, но и защищает отравленные клетки от гибели!

Единственная проблема серебристой аргузии, в изобилии произрастающей на самых разных островах Тихого океана, в том, что в зависимости от места сбора содержание розмариновой кислоты в ее листьях может меняться разительно. А значит, собранному в природе растению нельзя доверять: вырванный кустик может оказаться совершенно бесполезным. Возможно, жителям Океании для лечения сигуатеры стоит завезти на острова наш «северный» розмарин, в котором содержание полезной кислоты от растения к растению почти не меняется.

Растительные дефензины

Верьте или не верьте, но практически все высшие растения имеют собственную иммунную систему, которая не так уж сильно отличается от системы врожденного иммунитета человека и других животных. В ней нет никаких антител-«замочков», реагирующих на антигены-«ключики», о которых мы рассказали в начале главы. «Ключики»-«замочки» характерны только для приобретенного иммунитета, до которого растениям, что называется, еще расти и расти. Но это не значит, что они беспомощны перед врагами-патогенами, главные из которых — различные грибки. Для борьбы с инфекциями растения используют богатые цистеином положительно заряженные пептиды длиной от восемнадцати до сорока пяти аминокислот, весьма схожие по строению с дефензинами животных. Эти пептиды встраиваются в мембрану клеток-патогенов и увеличивают ее проницаемость — попросту образуют в ней дырку. Высокая концентрация дефензина способна превратить мембрану какого-нибудь грибка в решето! Всепобеждающая сила некоторых дефензинов может истреблять как грибковые, так и бактериальные инфекции, что делает их поистине уникальными антибиотиками, к тому же не вызывающими развития устойчивости у микробов. Наибольшие концентрации дефензинов ученые обнаружили в семенах и других генеративных органах растений, ведь именно они нуждаются в защите в первую очередь.

Растительные дефензины не особо разборчивы. Они убивают грибки и бактерии, не заглядывая в определитель микробных разновидностей. Очевидно, их всеядность имеет важный биологический смысл. Какая разница, какая именно бактерия напала на созревающий кукурузный початок? Остановить необходимо любую! Именно благодаря неразборчивости дефензинов, которую агробиологи называют низкой видоспецифичностью, эти молекулы отлично справляются с патогенами, опасными не только для растений, но и для человека. Так, дефензины из японской угловатой фасоли адзуки способны справляться как с бактериями, так и с грибками, атакующими клетки человека[23]. Но и это не все. Из аспарагуса, стручковой фасоли и перца хабанеро были выделены дефензины, способные проделывать дырки в опухолевых клетках человека, обходя при этом нормальные. Неудивительно, что ученые уже обратили внимание на растительные дефензины как на источник идей для разработки новых лекарственных средств[24].

К сожалению, культивируемые разновидности растений вырабатывают гораздо меньше дефензинов, чем их дикорастущие собратья, да и сами «тепличные» дефензины обладают гораздо меньшей «убойной силой».

Цитрусовые и не только: самый знаменитый витамин

Еще в 1747 году главный врач Морского госпиталя Госпорта Джеймс Линд, проведя первое в мире клиническое исследование, доказал, что зелень и цитрусовые способны предотвратить развитие цинги. Вторая слава к витамину С пришла уже в XX веке: дважды лауреат Нобелевской премии Лайнус Полинг, начав принимать витамин С по 3 г в день, настолько проникся этой идеей, что стал пропагандировать аскорбиновую кислоту как лекарство от всех болезней и писать о ней популярные книги[25], что вызывало недовольство американских врачей.

Их можно понять: книга профессора Полинга о лечении простуды витамином С стала бестселлером. Никогда не упускающая случая сэкономить американская публика решила, что перегрузка витамином намного дешевле, чем визит к доктору, особенно в отсутствие страховки. Полинг также полагал, что прием больших доз витамина C и других антиоксидантов помогает бороться с опухолями. Сам ученый, всю жизнь принимавший 3–10 г аскорбиновой кислоты в день, все же скончался от рака простаты. Правда, на тот момент ему было уже девяносто три года.

С высоты науки XXI века очевидно, что с «витаминной» победой над раком многоуважаемый профессор Полинг поторопился. Теперь мы знаем, что профилактика с помощью антиоксидантов, в том числе аскорбиновой кислоты, будет действовать только до момента начала заболевания, пусть даже недиагностированного. В случае же «дремлющих» микроскопических опухолей, которые встречаются гораздо чаще, чем нам хотелось бы в этом себе признаться, снижение уровня активных форм кислорода не поможет: раковые клетки переносят окислительный стресс гораздо лучше, чем обычные. При химиотерапии же, когда организм специально перегружают веществами-окислителями, убивающими быстро делящиеся клетки опухоли, усиление диеты витамином С и вовсе контрпродуктивно.

На смелые заявления Полинга о скорой победе над раком с помощью аскорбиновой кислоты отреагировали европейские медики[26]. Они испугались за жизни онкобольных, которые, поддавшись витаминному ажиотажу, отложат начало лечения до развития метастазов. В конце девяностых в Норвегии и Германии были приняты законы, запрещающие продавать аскорбинку в дозах больше, чем 250 мг, а также рекламу витаминов в качестве лечебных препаратов в отсутствие данных клинических исследований[27]. Организованный вскоре после этого Европейский Союз распространил запрет на публичное обсуждение витаминов в лечебном контексте и на другие европейские страны.

Казалось бы — проведи исследование и лечи витамином С. Однако для большинства натуральных диетических компонентов шансы преодолеть барьер регистрации в качестве лекарственного препарата практически равны нулю. Дело в том, что стоимость клинических испытаний, особенно в области онкологии, поистине чудовищна. Потянуть эти траты могут только крупные фармацевтические компании, да и то лишь в случае, если будут уверены, что вложенные деньги вернутся в виде продаж. Аскорбиновая же кислота широко используется в пищевой промышленности и стоит копейки, дорого продать испытанный лекарственный препарат будет практически невозможно. Именно поэтому препараты витамина С так и не были зарегистрированы как лекарственные средства.

Однако вернемся к утверждениям Полинга о том, что витамин С поможет бороться с простудой. Результаты целого ряда исследований показали, что профилактика с помощью витамина С действительно помогает[28].

Вы спросите: а как же дороговизна исследований? В случае простудных заболеваний на поле выходит весьма сильный игрок — государство, которому невыгодно, чтобы граждане массово прогуливали работу из-за насморка с температурой. Да и дизайн эпидемиологических исследований профилактического действия витаминов по сравнению с клиническими испытаниями лекарственных средств не так уж дорог.

Итак, благодаря государственным испытаниям мы точно знаем следующее: аскорбинка как профилактическое средство при простуде работает! Как показало совместное исследование ученых Британии и Словакии (где, собственно, и проводились эпидемиологические наблюдения за результатами профилактики), сочетание витамина С в дозе 50 мг в день и пробиотических бактерий лактобацилл в группе дошкольников, посещающих детский сад, привело к статистически значимому снижению заболеваемости острыми респираторными заболеваниями (ОРЗ) на 33%, а числа пропущенных по болезни дней на 30%[29]. Все это, конечно, по сравнению с контрольной группой, не получавшей поддержки. Кроме того, за полугодовой период наблюдения число дней, потребовавших назначение антибиотика, жаропонижающего или капель от насморка, тоже снизилось, а для средств от кашля этот тренд достиг значимости.

Кэрол Джонстон из Университета штата Аризона работала со взрослыми мужчинами в разгар простудного сезона. Как водится, участников разделили на две группы — опытную (пятнадцать человек, по 1 г витамина С каждый день) и контрольную (тринадцать человек, не получивших поддержку витамином). В соответствии с так называемым двойным слепым методом ни врач-наблюдатель, ни испытуемые не знали, получают ли они витамин или плацебо. В течение двух месяцев наблюдения из пятнадцати мужчин, поддержанных с помощью витамина С, заболели семь, а из тринадцати участников контрольной группы — одиннадцать[30].

Казалось бы, результат очевиден, но даже с такими показателями вывод едва «переполз» за границу статистической значимости. Вполне стандартная ситуация в научных экспериментах с маленькими группами испытуемых. По-хорошему, профилактическое действие витамина С надо исследовать на сотнях здоровых добровольцев, а лучше — на тысячах. Однако и цена исследования при этом значительно вырастет.

Аризонское исследование выявило и некоторые другие интересные тренды. Во-первых, как и у словацких дошкольников, у взрослых жителей Аризоны, «поддержанных» витамином С, ученые отметили сокращение периода заболевания аж на 59% — больше чем на три дня! К сожалению, из-за небольшого размера группы до пятипроцентной границы ошибки статистическая уверенность в этом выводе так и не дотянула. Во-вторых, ученые обнаружили, что ближе к концу исследования улучшилось и общее самочувствие подпитанных витамином С мужчин, что выразилось в почти сорокапроцентном увеличении их уровня физической активности. Поскольку, несмотря на молодость участников — самому старшему из них было тридцать пять лет, — начальный уровень витамина С в их крови оставлял желать лучшего, этот вывод можно интерпретировать как результат коррекции уровня витамина до оптимального.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Дефицит уровня витамина С в здоровой популяции взрослых людей из развитых стран — нечастое явление, однако он до сих пор весьма распространен в странах развивающихся. Например, в некоторых регионах Индии этим дефицитом страдает более 50% населения, да и в России картина не радужна. В Республике Карелии дефицит витамина С зафиксирован у 79% населения[31].

Итог: аскорбиновая кислота может служить средством профилактики простудных заболеваний, но эффект от приема вряд ли будет значительным. Исследования показывают лишь возможность немного сократить продолжительность проявления симптомов простуды[32]. Рекомендованная дневная дозировка этого витамина составляет около 25–35 мг у детей и подростков и 40–80 мг у взрослых. Ее легко восполнить с помощью достаточного включения в рацион таких продуктов, как брокколи, сладкий перец, зеленый горошек, цитрусовые, картофель, брюссельская капуста, клубника и смородина.

Лучше всего есть эти продукты в свежем виде, однако витамин С неплохо сохраняется и в замороженных продуктах, при приготовлении на пару и — неожиданно — в микроволновке; хуже всего он сохраняется при высоких температурах (во время жарки) и варки в больших объемах воды[33].

Несколько подробнее о витамине С мы расскажем в главе 5.

Сладкое лекарство

Пчелиный мед — наполовину растительный, наполовину животный продукт. Собранный с цветов нектар пчелы частично переваривают в своем зобу, поэтому мед содержит не только углевод — сахарозу, но и высвобожденную из нее фруктозу (38%) и глюкозу (31%), а также небольшие количества витаминов. Кроме того, в меду могут присутствовать и другие активные вещества, в том числе полифенолы-флавоноиды с антиоксидантными свойствами. Однако с медом ни в коем случае нельзя переусердствовать. Это сахар, а о вреде изобильной в меду фруктозы мы еще поговорим отдельно.

Антибактериальные свойства этого продукта хорошо известны среди адептов народной медицины. Однако мед, собранный разными пчелами на разных растениях, тоже неодинаков. Некоторые сорта содержат такие большие количества антибиотикоподобных соединений, в том числе альдегида пировиноградной кислоты (метилглиоксаля), обладающего свойствами сильного окислителя и защитного пептида дефензина-1, что фармакопее некоторых стран ничего не осталось, кроме как отнести эти пищевые продукты к… лекарственным средствам.

Оба зарегистрированных медицинских меда производят в Новой Зеландии, славящейся продуктами пчеловодства. И метилглиоксалевый мед, собранный с цветков мануки, и богатый дефензином-1 мед «Ревамил», а также сделанные из них продукты продают в качестве наружных средств для лечения как сухих, так и инфицированных ран, в том числе диабетических язв. В одном из экспериментов мед «Ревамил» смог расправиться с бактериями Bacillus subtilis, Escherichia coli и Pseudomonas aeruginosa за два часа, а за сутки — и с метициллин-резистентным штаммом золотистого стафилококка[34].

Метилглиоксалевый и дефензиновый механизмы лекарственного действия меда настолько различаются, что взаимно исключают друг друга. Помните, мы упомянули антиоксидантные свойства? Так вот, мед меду рознь! В манука-меде сильнейшего окислителя метилглиоксаля в сорок четыре раза больше, чем в обычном, в том числе «Ревамиле». Его настолько много, что он окисляет… содержащийся в меде дефензин-1, практически полностью уничтожая этот белок-защитник. Из-за обилия метилглиоксаля прием манука-меда внутрь никак нельзя рекомендовать предиабетикам — ведь метилглиоксаль «помогает» глюкозе «портить» другие молекулы нашего организма путем окисления. Однако при наружном применении для лечения язв и ран действие манука-меда направлено прежде всего на бактерии, инфицирующие влажные раневые поверхности, и он с задачей отлично справляется!

Метиглиоксалевую силу меду, собранному с цветков мануки (Leptospermum scoparium), придает его предшественник дигидроксиацетон, которым так богат нектар этого новозеландского растения. Медицинская слава мануки привела к значительному росту медового экспорта Новой Зеландии, достигшего отметки в 350 миллионов долларов в год. Взревновавшая к успехам соседки по Тихому океану Австралия обратилась к собственным ученым-ботаникам. Перепробовав образцы нектара более чем от восьмидесяти австралийских видов лептоспермума, они обнаружили: родственник новозеландской мануки L. polygalifolium содержит такие гигантские количества дигидроксиацетона, что способен затмить своего знаменитого собрата. Похоже, в ближайшее время нам стоит ожидать появления новых разновидностей медицинского меда!

Но плохо, когда мед ставится во главу угла. Им начинают заменять сахар в выпечке, он рекой льется на блины или оладьи каждый день по нескольку раз. Его покупают огромными банками и выдают каждому члену семьи по ложке в качестве профилактики от простуды. Все же мед неспособен излечить от всех болезней, да и подтверждающих его пользу клинических исследований на достаточно больших группах людей не проводилось. А для того чтобы доказать пользу и рекомендовать продукт как необходимый для включения в рацион, такие исследования необходимы.

В существующих рекомендациях мед входит в группу сладких продуктов, его добавление в состав продукта приравнивается к добавлению обычного сахара. С ним не стоит перебарщивать. Однако есть блюда, в которых не обойтись без меда. Например, греческий йогурт с греческим же медом — вкуснее сочетания придумать сложно! Или теплое молоко «как у бабушки» — куда без него темным осенним промозглым вечером? Орешки с медом и чаем или ложечка ароматного кедрового меда к оладьям на завтрак. Умение получать удовольствие и радость от продуктов, которыми щедро делится природа, не менее важно, чем понимание их пользы.

Еврейский пенициллин

Угадайте, какое лекарство животного происхождения настолько популярно, что даже получило прозвище «еврейский пенициллин»? Правильно — куриный бульон. Но не любой, а только приготовленный из цельной курицы, проведшей всю жизнь в свободном выпасе на дворе. Сейчас поймете почему.

Мышцы тренированной курицы содержат значительное количество короткого пептида карнозина (бета-аланил-L-гистидина), открытого российским биохимиком Владимиром Гулевичем, который позже стал ректором Московского университета на Воробьевых горах. Этот пептид имеет свойства буфера, позволяющего мышцам долго не уставать. Впоследствии оказалось, что карнозин — прекрасный антиоксидант, способный тушить активные формы кислорода (АФК). Именно это свойство определяет противовирусные эффекты карнозина, проявляемые им в отношении многих опасных инфекций, в том числе вируса гриппа[35].

Разработанное японскими учеными хелатное соединение карнозина с цинком (полапрецинк) способствует рубцеванию язвы желудка, поскольку подавляет рост хеликобактерий. Как и в случае с куркумином, карнозинат цинка предлагают использовать не вместо антибиотиков, а вместе с ними. Основа действия полапрецинка заключается в защите слизистой оболочки желудка. В одном из двойных слепых исследований действие полапрецинка как помощника антибиотиков сравнили с хорошо известным вспомогательным лекарственным препаратом цетраксатом, понижающим кислотность желудочного сока. Проведенная через восемь недель эндоскопия показала, что карнозинат цинка даже эффективнее, чем это известное фармакопейное средство. Данное исследование позволило добавить долгое время высмеивавшийся медицинским сообществом куриный бульон в раздел «возможно, обладает противовоспалительным эффектом» на сайте Гарвардской медицинской школы[36].

В 100 г куриной грудки содержатся 400 мг карнозина и 1020 мг родственного ему пептида ансерина. Этого количества вполне достаточно для получения дневной лечебной дозы карнитина.

Однако опять мы не увидели исследований на людях, подтверждающих эффект по сравнению с плацебо. С едой в этом плане вообще все непросто: попробуй убедить человека, что он пьет куриный бульон, если это просто кипяток. Но клинические психологи, работающие с разными группами пациентов, утверждают, что эффект плацебо иногда не менее важен в случае плохого самочувствия, чем реальное действие препарата. В случае бульона уже сам факт получения наваристого теплого напитка как проявления заботы может обладать чудодейственным эффектом. Не стоит забывать, что само питье — важный элемент скорейшего восстановления организма, а если добавить немного лука, можно получить еще и порцию пребиотиков, способствующих поддержанию микрофлоры кишечника.

Глава 2. Токсины

С самого рождения и даже до него мы путешествуем по морю разнообразных токсинов, с большинством из которых успешно справляемся.

Полностью избавиться от присутствия вредных компонентов питания невозможно. Средневековый врач Парацельс говорил: «Все есть яд, и ничто не лишено ядовитости; одна лишь доза делает яд незаметным». (Другой популярный вариант перевода: «Все — яд, все — лекарство; то и другое определяет доза»). Великий Парацельс был известным чудаком: он скитался по Европе, сквернословил и много мудрствовал не по делу, чем чрезвычайно раздражал тогдашних ученых. Однако с ядами он попал в точку и уже за одно это оказался удостоен почетного пьедестала в пантеоне мировой науки.

Даже хорошо известные нам витамины в больших дозах могут оказаться губительными. Покорителям Арктики хорошо известно, что печень белого медведя лучше не есть: в ней столько витамина А, что можно досрочно прекратить поход на полюс. Сырая печенка северного гиганта содержит до двадцати тысяч медицинских единиц витамина А в одном грамме — а человеку надо всего 3300–3700 в сутки. Так что даже небольшой кусочек может вызвать тяжелое отравление, а полновесный бифштекс — оказаться последним.

Некоторым людям способны повредить и обычные дозы витамина А, поступающие с пищей. Так, пациенты с болезнью Штаргардта[37] начинают постепенно терять зрение в возрасте семи-двенадцати лет. Заболевание может прогрессировать быстрее или медленнее в зависимости от состава диеты. Проигрывают те, кто потребляет пищу, богатую витамином А: рыбий жир, говяжью печень и морковку.

И даже самая обыкновенная вода убивает при неумеренном потреблении. Почки не справляются. По некоторым оценкам, три-шесть литров воды, потребленной за час (и так целый день), могут привести к катастрофическому нарушению водно-солевого обмена, отеку легких и мозга. Насколько опасно выпивание такого объема жидкости для конкретного человека, будет зависеть от его конституции и медицинской истории[38]. В 2006 году в Калифорнии именно из-за воды был даже принят так называемый закон Мэтта[39]. Он предусматривает серьезные уголовные наказания за так называемый хейзинг, по-русски дедовщину, при вступлении в студенческие клубы. А все потому, что годом раньше погиб студент Калифорнийского государственного университета Чико Мэтт Каррингтон, которого сотоварищи заставили выпить неустановленное количество жидкости в процессе ритуального «посвящения в студенты». Спустя некоторое время, в 2007 году, от воды погибла Дженнифер Стрэндж, принимавшая участие в радиошоу-челлендже, где победителю досталась бы игровая приставка. За три часа Дженнифер выпила почти восемь литров, что, к сожалению, оказалось для нее фатальным…

Однако есть и положительные примеры! Например, ботулинический токсин — смертельный яд, иногда прячущийся под крышкой домашних консервов и вполне пригодный в качестве химического оружия. Кудесники-ученые превратили его в чудодейственные уколы ботокса, которые не только разглаживают морщинки, но и облегчают течение мигрени, снижают гипергидроз (повышенное потоотделение), а также снимают стойкие мышечные спазмы. Конечно, яд применяется в микродозах. В одной единице ботокса содержится десять пикограммов токсина, или четыре миллиарда ядовитых молекул. Укольчик с одной-единственной единицей ботокса имеет неплохой шанс убить мышку. Это потому, что зверек крохотный, у него маленький объем крови. Уколем грызуна в лапку — и токсин просочится в сосуды, разбежится по всему организму, дойдет до сердца и остановит его. Уколем в лобик прекрасную даму — токсин расслабит ненужную мышцу, создающую морщинку, и, конечно, немножко просочится в сосуды. Но даже худенькая дама по сравнению с мышкой немаленькая! Уже в сантиметре от точки укола токсин разбавится кровью до такой степени, что перестанет работать.

Как видно из этих примеров, выраженность признаков отравления зависит не только от самого токсина, но и от человека, на которого яд действует, — унаследованных им генных вариантов, массы тела и других особенностей организма. Но более всего ответ на токсин зависит от интенсивности процессов биотрансформации в печени и других тканях. Наше тело умеет обезвреживать токсины с помощью различных ядоразрушающих ферментов. Помните Парацельса? «Яд определяет доза». Если яда поступит слишком много, система защиты окажется перегруженной и у нас заболит живот или голова.

Так вот: система защиты организма от ядов — самая многоликая система нашего организма. Практика показывает, что на каждого из нас найдется подходящий пищевой токсин, совершенно безопасный для соседа. Кто-то не переваривает молоко, а кто-то креветок. В систему борьбы с токсинами входит не менее сотни генов, каждый из которых представлен несколькими отличающимися по своей активности вариантами. Унаследованная комбинация генных вариантов определяет индивидуальную непереносимость продуктов.

Вы спросите: а почему эволюция за тысячи лет не смогла подобрать оптимальную комбинацию генных вариантов, которая позволила бы нам никогда не страдать от съеденной пищи? К сожалению, потому, что ферменты нередко двурушничают: один из пищевых токсинов фермент обезвреживает, а другой, наоборот, переводит в активную форму. Обладатели сверхактивной формы такого фермента полностью защищены от яда номер один и чрезвычайно чувствительны к яду номер два.

Каждый из нас играет картами, которые при рождении нам дала природа. Жизнь длинная, люди неплохо обучаются. Мамы знают: большинство детей крайне осторожно относятся к новым видам пищевых продуктов. Не надо сердиться на слишком «разборчивого» малыша — его поведение адаптивно и обусловлено генетически. Дети пробуют новую еду понемножку, чтобы убедиться: в привлекательной помидорке не скрывается опасная для них отрава, которую их менее чувствительные родители могут и пропустить. Любое чувство дискомфорта остановит ребенка от дальнейших экспериментов с потенциально опасной едой. Именно так формируются наши пищевые привычки, многие из которых останутся с нами навсегда.

Эти многогранные яды

Ртуть

Ртуть опасна. Помните Безумного Шляпника из «Приключений Алисы в Стране чудес» Льюиса Кэрролла? В английском языке есть пословица mad as a hatter («сумасшедший, как шляпник»), возникшая из-за того, что работники фетровой промышленности были вынуждены вдыхать пары ртути, использовавшейся для выделки валяной шерсти. У шляпников ртутные отравления вызывали профессиональные заболевания: их речь становилась путаной, а зрение искаженным. Нередко работа в шляпной мастерской приводила умельцев к безвременной кончине.

Исаак Ньютон, один из самых авторитетных ученых в истории мировой науки, по крайней мере дважды в своей жизни «сходил с ума», пугая окружающих. Он худел на глазах, страдал от жестокой бессонницы и мании преследования, забывал о важных вещах. Исторические записи свидетельствуют, что причиной временного безумия ученого становилось отравление ртутью из-за частого пребывания в атмосфере ее паров, выделявшихся в процессе экспериментов с металлами и их солями. Более того, ученый неделями спал в комнате, где стояли открытые сосуды со ртутью! К слову, о градусниках: в закрытой комнате среднего объема всего 2 г ртути способны создать концентрацию паров, в тысячи раз превышающую допустимую норму.

Вместе с тем, как ни странно, при приеме внутрь чистая металлическая ртуть нетоксична: она не растворяется в желудочном соке и не усваивается в кишечнике. Зато крайне токсичны ее соединения, особенно метилртуть.

В не таких уж далеких пятидесятых годах минувшего столетия один японский заводик под названием Shin Nichitsu производил уксусный альдегид, а в качестве катализатора использовал соли ртути. Токсичные отходы этого производства сбрасывались прямо в бухту Минамата. Вскоре в поселках, окружавших бухту, стали болеть люди и животные, участились выкидыши, рождались дети с повреждениями мозга и нарушенной координацией движений. Сбросы ртутных отходов продолжались аж с 1932 по 1968 год, в результате 2265 человек оказались отравлены, а 1784 из них преждевременно умерли. Происшествие в бухте Минамата дало название хроническому отравлению метилртутью — болезнь Минамата. Такие случаи массового отравления не редкость. В 1962 году история с точностью повторилась в канадской провинции Онтарио, где пострадали индейцы двух племен оджибва.

Во всех этих случаях причиной отравлений были органические производные ртути, образовавшиеся в результате так называемого биологического метилирования, производимого различными микроорганизмами на дне водоемов и в толще воды. Сначала неорганические ртутные соединения были превращены ими в суперядовитую диметилртуть (CH_3)2Hg, а затем это соединение перешло в водорастворимый ион метилртути HgCH_3+.

Оба токсина поглощаются одноклеточным и многоклеточным планктоном и далее продвигаются наверх по пищевой цепочке к рачкам, моллюскам, а затем и рыбам. Метилированная ртуть практически не выводится из тканей рыб: чем больше отравленных креветок съела мойва, тем больше метилртути накопилось в ее организме. А потом ядовитой мойвой полакомилась треска — и сразу получила огромную дозу отравы. По мере продвижения по биологической цепи питания концентрация метилртути непрерывно растет, и в рыбах-хищниках, которые питаются другими рыбами, — особенно в меч-рыбе, акулах, тунце, королевской скумбрии и марлине — содержание этого вещества может оказаться в тысячи и даже миллионы раз больше, чем в воде, из которой данная рыба выловлена. По-научному этот феномен называется биомагнификацией. Как правило, чем крупнее рыба, тем опаснее она для человека.

Опасность подстерегает и любителей блюд из пресноводных рыб (щуки, судака и окуня), но только если они выловлены из промышленно загрязненных водоемов. В этих рыбах концентрации метилртути могут достигать 1 мг/кг и выше.

Страдают от поедания отравленной рыбы не только люди, но и крупные водные млекопитающие, например кашалоты и тюлени. Из организма тюленей метилртуть выводится вместе с шерстью в период линьки, когда сбрасывается не только волосяной покров, но и верхние слои кожи. Так вот, исследования калифорнийских морских львов показали: во время массовой линьки их шерсть загрязняет воду в районе лежбища настолько, что концентрация ртутьорганических соединений в морской воде становится выше их концентрации в межсезонье аж в семнадцать раз![40] Неудивительно, что промысловые колонии мидий, расположенные неподалеку от котиковых лежбищ, также оказались загрязненными.

А теперь вопрос на миллион. Как узнать, сколько метилртути в рыбе, которую вы только что купили в магазине или у рыбака? Вопрос непрост. Государственные организации, в том числе Санэпиднадзор, следят за содержанием ртути в рыбе. Но вот беда: сколько ртути содержится в конкретной упаковке рыбного филе, узнать невозможно. Одна форель съела много безопасных креветок и весьма полезна для человека, а другая — много мойвы и накопила в сто раз больше метилртути. Каждую рыбку инспектору проверить не под силу. Хорошего выхода из этой ситуации нет. Чтобы надежно измерить содержание металлорганических соединений ртути в образцах, взятых из рыбьих тушек, необходимы высокотемпературная возгонка тканевого материала с полным разрушением всех сложных органических молекул, а затем количественное определение концентрации ртутного газа с помощью атомно-абсорбционной фотометрии. Этот процесс может быть проведен только в лабораторных условиях. Детекторы ртути недешевы и непросты в использовании. Ведутся работы по созданию устройств, приблизительно определяющих опасные концентрации ртути с помощью тест-полосок, но в продаже их пока еще нет.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Что же делать? Отказаться от рыбы? Но ведь она так полезна! Недавно американское Агентство по контролю пищевых продуктов и медицинских препаратов (Food and Drug Administration, FDA) опубликовало новые рекомендации по включению в рацион разных видов рыб. Обычным людям рекомендуют съедать не больше одной порции в неделю (примерно 140 г) мяса акулы, атлантического большеглазого тунца, ерша, королевской макрели, пангасиуса, марлина и рыбы-меч. А вот людям из группы риска — маленьким детям, беременным и кормящим женщинам, а также пожилым — эти разновидности лучше совсем исключить. С другими видами рыбы все чуть поспокойнее. Например, с полосатым (тем, что чаще всего в консервах) и желтоперым тунцами все в порядке, как и с креветками, кальмарами, лососем, окунем, форелью, дорадо, хеком и так далее — их можно включать в рацион один-три раза в неделю.

В рыбе, выращенной в садках, может быть больше — а может и меньше — ртути в зависимости от условий содержания и способов кормления. Это связано с тем, что для выращивания малька могут использовать рыбную муку, а значит, он получит всю ртуть, накопленную предыдущим поколением. Однако корм на фермах контролировать намного реальнее, чем то, что ест океанская рыба, и на большинстве ферм содержание ртути проверяется неплохо. Об этом в деталях написано на сайте Национального управления океанических и атмосферных исследований Аляски — NOAA Fisheries Alaska Region. Посмотреть качество конкретного типа рыбы можно и в приложении Seafood Watch app (.org), правда только на английском языке.

Кроме рыбы ртуть накапливается и в грибах. Особенно «отличились» — в плохом смысле — белые. В среднем килограмм белых грибов содержит 1 мг атомарной ртути, при этом количество токсичной метилртути составляет 0,03 мг. Если придерживаться рекомендаций, что еженедельное количество поступающей в организм с пищей метилртути не должно превышать 0,2 мг, то одна сковородка грибов в неделю не так уж опасна. Но если они выросли в месте промышленного загрязнения, все описанные подсчеты вылетают в трубу! Грибы способны активно собирать ртуть, при этом ее концентрация становится выше, чем в окружающей среде, и в некоторых образцах достигает поистине гигантских размеров. Так что старайтесь собирать или покупать грибы только в экологически чистых районах.

Помните: ртуть из организма человека медленно, но все же выводится. Период полувыведения метилртути, поступившей с рыбой, зависит от индивидуальных особенностей организма и составляет от сорока пяти до семидесяти дней. Диета с высоким содержанием растительных волокон, в том числе овощей и фруктов, способствует выведению ртути из организма. Это достигается за счет поддержки роста кишечных бактерий, детоксифицирующих метилртуть и ускоряющих ее выделение с калом. Выведение может быть ускорено с помощью изотиоцианатов, содержащихся в цветной капусте, редиске, капусте брокколи, хрене и горчице.

Интересно, что люди с высокой долей жировой ткани лучше справляются с метилртутью в крови. Возможно, из-за ее относительно безопасной аккумуляции в клетках, запасающих жир. В случаях же острого отравления метилртутью врачи назначают препараты, содержащие 2, 3-димеркаптопропан-1-сульфоновую кислоту (DMPS) или мезо-2, 3-димеркаптосукцинат (DMSA), которые сами по себе нисколько не полезны.

Свинец

Свинец — природный металл, оказывающий токсическое воздействие на организм человека. Часто упоминаемое в прессе загрязнение свинцом связано с его активным использованием в промышленности, например при производстве труб, припоя, посуды, красок, керамики, батареек и этилированного бензина. Немало свинца и в дыме от сигарет, а также в выхлопных газах автомобилей. Но для некурящих главной опасностью остается свинец, поступающий в организм с продуктами питания.

Исследователи из Университета Авейру (Португалия) изучили содержание свинца в рационе тридцати студентов и преподавателей, попросив каждого из участников в течение нескольких дней заказывать всю еду в двойных порциях — одну для себя, а другую складывать в специальный контейнер для дальнейшего изучения на предмет содержания тяжелых металлов. Оказалось, что 27% участников и при нормальном питании получали дозы свинца, сопровождающиеся негативными последствиями для почек, а 3% доходили до дозы, опасной для сердца и сосудов. Последствия отравления свинцом могут оказаться необратимыми[41]. Тем не менее, как и для любого вещества, для свинца существует порог безопасного потребления. Это миллионные доли (ppm), и в России есть нормативы на содержание свинца в разных группах продуктов, описанные в ТР ТС 021 (Технический регламент Таможенного союза). Перед тем как продукт попадает на полки магазинов, он проходит анализ. Так, в детских смесях норматив по свинцу условно 0,02 мг/кг[42]. Самые частые пути попадания опасного количества свинца в организм ребенка — не пища, а краска и вода в экологически небезопасных районах. Для детей отравление свинцом особенно губительно, поскольку его накопление мешает нормальному развитию мозга и может привести к снижению интеллекта, нарушению внимания и даже антисоциальному поведению.

У людей, длительно контактирующих со свинцом на производстве, этот металл накапливается в костях. В результате активизации метаболизма костной ткани, например при гипертиреозе (повышенной функции щитовидной железы), беременности, кормлении грудью или при наступлении менопаузы, свинец может высвободиться из костного хранилища и поступить в кровь. Копившийся в течение всей жизни человека токсин вызовет достаточно острое, одномоментное отравление, сопровождающееся повышением артериального давления, поражением почек, нарушениями в иммунной системе и анемией.

На вопрос о том, в каких продуктах питания заражение свинцом наиболее сильно, точно ответить нельзя. Все зависит, так сказать, от истории продукта — например, клевала ли деревенская курочка зернышки на задворках или перед домом, там, где нередко проезжают автомобили. Исследования, проведенные в китайском Шэньчжэне, показали, что 42–50% пищевого свинца поступает к жителям этой провинции из яиц; особенно отличились так называемые тысячелетние яйца[43], на второе же место (14–16%) вышли рыба и морепродукты. В другом исследовании виноватым оказался… зеленый чай, в отдельных образцах которого содержание свинца доходило до почти 2 мг на килограмм[44].

А вот грибы, вопреки распространенному мнению, свинец не накапливают. По крайней мере, это относится к наиболее популярным у нас видам. Единственный съедобный гриб, пересекший черту безопасности, — так называемый пестрый зонтик, чрезвычайно популярный в Европе. К счастью, он не в чести у российских любителей тихой охоты. Белые, подберезовики, маслята, грузди, опята и лисички вполне безопасны — за исключением экземпляров, выросших в зоне наибольшего выброса свинца в атмосферу: возле проезжей дороги. В любом случае купленные грибы необходимо помыть, а лучше поскрести чистой губкой. Эта несложная процедура позволит удалить соединения свинца, осевшие на ножках и шляпках.

Эффективность поглощения свинца через желудочно-кишечный тракт увеличивается при сопутствующем дефиците кальция, железа, фосфора или цинка. После поглощения свинец концентрируется в крови, мягких тканях и скелете. Если функция почек в норме, свинец выводится из организма за 60 дней.

Отравление свинцом в последнее время также встречается и среди любителей биологически активных добавок (БАД). Из-за слабого регулирования данного сегмента рынка безопасность БАД для повсеместного использования находится под вопросом[45].

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Баланс элементов в организме подразумевает, что в рацион можно включать любые продукты, но в разумных количествах. С другой же стороны, никакая, даже самая распрекрасная еда не противоядие. В случае серьезного отравления, например свинцом, здоровое питание не поможет! Без врача-токсиколога в этом случае не обойтись.

И все же есть несколько полезных продуктов, способных снизить темпы накопления свинца в организме. Это продукты, богатые кальцием (молоко, сыр, йогурт, тофу и зеленые листовые овощи), железом (нежирное мясо, бобы, обогащенные злаки, арахисовое масло) и с высоким содержанием витамина С (апельсины, грейпфруты, помидоры и зеленый перец). Отлично подойдут и продукты с альгинатом натрия (например, водоросли), который способен связывать тяжелые металлы[46]: вместе с 50 г морской капусты вы получите еще и необходимую суточную порцию йода. Обратите внимание: диета — это не детокс. Никакой магии, рецептов волшебных соков и добавок мы вам предложить не можем.

Цианиды

Растение кассава, также известное как маниок и юкка, обеспечивает 37% калорийности всех продуктов, потребляемых в Африке, и популярно в деревнях Юго-Восточной Азии, а также Центральной и Южной Америки. Неприхотливая кассава плодоносит огромными клубнями весом до десяти килограммов, занимает второе место по урожайности после сахарного тростника и даже годится для переработки в муку.

Но кассаву не так-то легко приготовить! Клубни чистят, растирают в кашицу, а потом либо замачивают в воде на несколько часов, либо долго варят. И все это для того, чтобы успели испариться цианиды, образующиеся при разложении гликозидов линамарина и лотавстралина. Для смертельного отравления синильной кислотой человеку достаточно всего 400 г сырой маниоки так называемого горького сорта. А вот легкое, или хроническое, отравление недоваренной маниокой — нередкое явление, особенно у детей. Ничего удивительного: ведь кассава принадлежит к семейству молочайных, хорошо известному своей ядовитостью. Болезнь проявляется в виде спастических нарушений, например тяжелой кривошеи, и в Африке носит название конзо.

Неполезна кассава и для высших функций головного мозга. Особенно часто случаи конзо встречаются в Конго, где в результате двух конголезских войн населению пришлось упростить технологию приготовления кассавы. Постоянно перемещаясь с места на место, жители страны просто не в состоянии замачивать ее на ночь. Более того, покинув деревни, беженцы оставили и плодородные участки земли, перейдя на выращивание кассавы на скрытых в лесу небольших делянках. Чем хуже условия культивирования кассавы — беднее почва, меньше полив, — тем больше ядовитых веществ она содержит.

Путешествуя по относительно бедным регионам, помните, что кассава содержится почти во всех местных блюдах, особенно в заменяющих хлеб лепешках. Если они приготовлены на скорую руку, ничего хорошего от них не ждите. Особенно чувствительны к цианидам кассавы дети и пожилые люди.

Чтобы кассава стала безопасной, ее сначала чистят, а потом подвергают температурной обработке. Желательно также употреблять ее вместе с продуктами с высоким содержанием белков[47].

Немало цианидов не только в кассаве, но и в льняном семени, а также в горьких косточках миндаля и абрикоса. В последних его, кстати, в двадцать раз больше, чем в кассаве! Эти косточки содержат амигдалин — горькое вещество, которое в организме расщепляется с выделением манделонитрила — он, будучи циангидрином, далее разлагается до бензальдегида и синильной кислоты. Оба эти вещества летучи и обладают очень похожими, чрезвычайно приятными запахами, ассоциирующимися у нас с горьким миндалем.

Итак, синильная кислота имеется в косточках горького миндаля, персика, абрикоса, вишни, яблони и некоторых других растений. Случаи тяжелого отравления взрослых, съевших большое количество горьких, приятно пахнущих косточек абрикоса, не так уж редки и описаны в медицинской литературе. Взрослым не стоит употреблять более одной-двух косточек абрикоса в день[48].

Немало цианидов и в так называемом персипане — кондитерской смеси, производимой из ядер абрикосовых или персиковых косточек, которые были подвергнуты частичному удалению амигдалина. Для получения персипана молотую массу ядер абрикосов или персиков смешивают с сахаром в пропорции 40 к 60. Кондитеры используют эту смесь в качестве замены более дорогого марципана в выпечке и сладостях.

Фармакопеи некоторых стран до сих пор содержат так называемую горько-миндальную воду, приготовляемую путем спиртовой перегонки жмыхов горького миндаля с водяным паром. Такая вода, по каплям выдаваемая детям и взрослым от кашля, содержит примерно 0,1% синильной кислоты. Отравление и даже смерть наступают при приеме внутрь 60–100 мл. Раствор цианида также скрывается под народными названиями лаэтрил и витамин B17. Этот яд иногда, к сожалению, рекламируют как средство от всех болезней.

Сигуатоксин

Про сигуатеру — поражение нервной системы, возникающее после употребления в пищу рыбы с коралловых рифов, — мы уже упоминали в главе 1, где рассказали, что единственное средство облегчить последствия этого отравления — розмариновая кислота. Жирорастворимый сигуатоксин быстро проникает в мозг гурмана и уже через час-другой после трапезы приводит к развитию симптомов острого отравления, которое заканчивается частичным параличом, стойкими нарушениями сердечного ритма и инверсией температурных ощущений (холодное кажется горячим и наоборот). Все эти проблемы вызваны связыванием молекул токсина с натриевыми каналами, расположенными на окончаниях периферийных нервных клеток.

Интенсивность и длительность заболевания зависят от содержания токсина в съеденной рыбе. Нередко симптомы остаются заметными спустя годы после однократного приема в пищу отравленной рыбы.

Помните: сигуатоксин, вырабатываемый микроскопическими водорослями-динофлагеллятами, которые размножаются на поверхности кораллов, не только не имеет ни цвета, ни запаха, но и не разрушается в процессе термической или любой другой обработки. Токсин настолько устойчив, что отравление им даже… передается половым путем, хотя и в легкой форме. Обнаружить его можно лишь в современной лаборатории, способной справиться с анализом этого весьма сложного полициклического соединения. Именно поэтому, прежде чем отправиться на тропическую рыбалку, спросите у местных жителей, не заражен ли сигуатерой приглянувшийся вам атолл.

В результате биомагнификации, о которой мы уже говорили, обсуждая ртуть, наибольшие количества токсина накапливаются в хищных рыбах, в том числе весьма привлекательных для рыболовов групере, морском окуне, сибасе и амберджеке. Опасными считаются все хищные рыбы весом от двух килограммов.

Проблема сигуатеры в Тихом океане не нова. Историки считают, что именно она послужила причиной великой миграции полинезийцев по островам Тихого океана между 1000 и 1400 годами. Именно в то время из-за волны потепления произошло несколько вспышек сигуатеры, сделавшей привычные островитянам рифы непригодными для рыбалки. Сигуатера наиболее частотна в Австралии, на Карибах и островах южной части Тихого океана. В этих регионах ежегодно регистрируют не менее пятидесяти тысяч случаев данного заболевания — или примерно триста случаев на каждые десять тысяч берегового или островного населения в год, что немало. В реальности заболеваемость намного выше: местное население часто не сообщает об отравлении доктору, так как лечения все равно нет, а туристы увозят сигуатеру домой, где доктора никогда не сталкивались с этим редким диагнозом и потому списывают последствия отравления на неврологические заболевания неясного происхождения. Более того, в связи с глобальным потеплением зараженных рифов становится все больше, и находят их все дальше от Тихого океана. Так, случаи «местной» сигуатеры уже были обнаружены на побережье штата Луизиана в Мексиканском заливе и на Канарских островах.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Рыба, купленная в стране, где сигуатера никогда не встречалась, тоже небезопасна: торговля рыбой и рыбопродуктами давно уже стала международным бизнесом. Например, рестораны Нью-Йорка не ездят за рыбой в тропики, а покупают ее на рыбном рынке в районе Квинс. Но это не уберегло ньюйоркцев от сигуатеры — в 2010–2011 годах было зарегистрировано 28 случаев сигуатеры у посетителей, пообедавших барракудой или групером.

Отравление: синдромы и симптомы

Отравившись морепродуктами, можно получить один из четырех непохожих друг на друга диагнозов, отличающихся по своим основным симптомам и последствиям.

Первый из них — диарейный синдром, из названия которого понятно, что главные симптомы — боли в животе и понос, нередко начинающиеся уже через полчаса после неудачного приема пищи. Клиническую картину трудно отличить от инфекционной. Однако, по сути, диарейный синдром — отравление накопленной в тканях моллюсков окадаевой кислотой, которая ингибирует ферменты-фосфатазы нашего организма. Источник токсина — морские водоросли рода Dinophysis, обнаруженные сначала в Японии, а затем в Средиземноморье и Южной Америке. Заболевание носит сезонный характер, поскольку ядовитых динофлагеллят в морской воде то больше, то меньше.

Второй синдром — неврологический, для него характерны тошнота, рвота и, как понятно из названия, поражения нервной системы, напоминающие сигуатеру. Причина — бреветоксин, производимый динофлагеллятами из рода Karenia, по структуре напоминающий сигуатоксин, но не такой зловредный. Заболевание чаще всего встречается после того, как человек полакомился моллюсками, собранными в Мексиканском заливе.

Третья неприятность от отравленных водорослями моллюсков или креветок — паралитический синдром, вызываемый сакситоксином. Состояние ухудшается очень быстро, обычно прямо за столом. Болезнь протекает тяжелее, чем предыдущие две, и может даже закончиться печально. Особенно плоха встреча с этим токсином для детей и тех, у кого по тем или иным причинам нарушена работа иммунной системы. Главные симптомы — тошнота и рвота, а также невнятность речи и разнообразные странные ощущения в руках, ногах и на лице. Интересно, что частое поступление в организм малых количеств этого токсина, например при регулярном употреблении в пищу моллюсков, приводит к развитию толерантности. Разделив с приятелем тарелку отравленных мидий, привыкший к токсину человек ничего не почувствует, а новичок может серьезно пострадать.

Этот тип токсинов вырабатывают многие микроскопические водоросли, в том числе пресноводные. Для того чтобы заболеть, иногда достаточно просто поплавать в океанской или пресной воде в пору ее цветения.

И наконец, гвоздь программы — амнестический синдром, вызываемый домоевой кислотой, которая производится динофлагеллятами родов Nitzschia и Pseudo-nitzschia. У тех, кто поел отравленных этими водорослями моллюсков, страдает прежде всего мозг, что заметно по кратковременным провалам в памяти в сочетании с судорогами и другими признаками повреждения нейронов. К счастью, случаи амнестического синдрома весьма редки — во всем мире пока зарегистрировано лишь чуть более сотни больных, шестеро из которых погибли. В отличие от других токсинов, описанных выше, домоевая кислота часто обнаруживается в северных водах.

Все четыре указанных токсина действуют не только на человека, но и на других животных, в том числе птиц. В августе 1961 года тысячи внезапно «взбесившихся» чаек с разгона влетели в дома, расположенные в поселках Капитола и Санта-Круз в Калифорнии. Эта история заинтересовала Альфреда Хичкока, который даже направил в редакцию местной газеты специальный запрос на сбор всевозможной информации об этом инциденте. Свидетельства очевидцев были использованы режиссером в работе над фильмом «Птицы» (1963) по одноименному роману Дафны дю Морье. По одной из гипотез, калифорнийские птицы, послужившие музой Хичкоку, отравились домоевой кислотой. Конечно, в далеких шестидесятых никто не догадался сохранить несколько тушек погибших пернатых для анализа. Однако в 2006 году, когда прямо на шоссе в ветровое стекло машины влетел коричневый пеликан, калифорнийские ученые не растерялись и сопоставили необычное поведение птицы с результатами анализа прибрежной воды, в которой обнаружилась пресловутая домоевая кислота. Дальнейшие исследования показали, что птицы страдают от интоксикации не так уж редко. Главными симптомами при этом становятся потеря направления полета и другое «нетрезвое» поведение.

Мы же можем обезопасить себя умеренным употреблением даров моря и уверенностью в месте, где мы приобретаем новые для нас продукты.

«Пьяный» мед

«Пьяный» мед изготавливают самые обычные пчелы, по каким-то причинам собравшие нектар или пыльцу с растений, у которых они ядовиты. Такой мед встречается нечасто, поскольку и растения с ядовитым нектаром довольно редки.

Мед, собранный с рододендронов, вызывает головную боль, рвоту, а иногда и обмороки, но еще опаснее культурно-садовые виды дельфиниума (живокости). Отравление дельфиниумным медом приводит к развитию состояния, подобного сильному алкогольному опьянению, которое держится несколько дней. Обе разновидности ядовитых растений декоративные и нередко появляются на дачных участках неожиданно, без ведома ничего не подозревающих пасечников. Именно поэтому случаи отравления «пьяным» медом нередки среди любителей-медогонов, держащих на садовом участке один-два улья.

Помните: в поисках нектара пчелы летают на два-три километра, а при отсутствии хорошего взятка и далее. Чтобы быть уверенным в качестве меда, добросовестный пчеловод должен регулярно проверять окрестности на предмет потенциально опасных растений.

Интересно, что один из случаев массового отравления «пьяным» медом поистине вошел в историю. В своем сочинении «Поход Кира» древнегреческий полководец и писатель Ксенофонт рассказывает, что эллинские воины, поев колхидского меда, заболели классическим «пьяным» синдромом. В течение суток картина военного лагеря напоминала поле боя, усыпанного телами павших, но примерно через двадцать четыре часа солдаты начали приходить в себя, а через три-четыре дня полностью оправились — никто из них не умер.

Современным медикам отравление «пьяным медом» хорошо известно. Например, турецкие ученые Салици и Атайоглу провели сравнительный анализ 1199 случаев. Все они были зафиксированы в одной клинике, и при этом ни одного летального исхода[49]. Однако не в каждом географическом регионе отравление «пьяным медом» заканчивается благоприятно. В Юго-Западном Китае произрастает вьюнок Tripterygium wilfordii — народное средство против артрита. Это средство, известное под названием «лоза громового бога», довольно опасно. Мед, собранный с вьюнка, стал причиной серии случаев отравления, один из которых закончился гибелью больного от почечной недостаточности[50].

Соланины

Соланины — ядовитые родственники стероидов. Их вырабатывают растения семейства пасленовых. Особенно много их в незрелых ягодах паслена черного и во всех частях паслена сладко-горького, также известного в народе под названиями «волчьи ягоды» и «гадючья трава». Соланины вызывают возбуждение, угнетение нервной системы (прямо как алкоголь!), а также разрушение эритроцитов.

У ядовитых пасленов есть окультуренные родственники — хорошо знакомые каждому картошка, помидоры и баклажаны. В зрелых клубнях картофеля содержится до 0,05% соланинов, но такие уровни этих веществ здоровому человеку не страшны. Однако проросшие, позеленевшие клубни уже небезопасны — содержащийся в них соланин способен вызвать настоящее отравление! Именно поэтому в мундире отваривают только молодую картошку.

Интересно, что соланины вырабатываются пасленовыми в ответ на повреждения и инфекцию. Их синтез усиливается под действием солнечного света, что вполне логично: выкопанная картофелина — легкая добыча для грибков, бактерий и насекомых. Ядовиты и ростки, и кожура проросшей картошки, а также клубни растений, которые собраны с полей, пораженных фитофторой. На самой картофелине фитофторы может и не быть, но, стараясь выжить, больное растение усиливает защиту всех своих органов, в том числе и подземных.

Лучший индикатор наличия соланинов — горький вкус. Почувствовав горечь, люди, как правило, откладывают вилку в сторону, не дожидаясь сопутствующих соланиновому отравлению тошноты и поноса. Но это в мирное время, когда еда в изобилии. Во время войны и в голодные годы отравления картофелем нередки. Если ядовитую картошку как следует отварить, горечь будет замаскирована, но соланины останутся. При кипячении разрушатся лишь 1–3% опасных веществ, а при медленном тушении — и того меньше. Именно такой «кулинарный обман» привел к тяжелому отравлению семидесяти восьми школьников Южного Лондона, наделавшему много шума в конце семидесятых. К счастью, дети остались живы. В войну же или в условиях недоедания отравление картофелем может закончиться фатально. Так, во время Корейской войны 1952–1953 годов целые деревни питались одной лишь гнилой картошкой. Достоверно описан случай отравления трехсот восьмидесяти двух человек, проживавших в одном поселке: у двадцати двух из них не выдержало сердце[51]. Кто знает, сколько подобных случаев осталось недиагностированными во время Второй мировой…

Симптомы отравления соланинами наступают в среднем через четыре, а в некоторых случаях и через четырнадцать часов после неудачной трапезы, и напоминают гастроэнтерит. Из-за очевидных трудностей с диагностикой есть основания полагать, что тарелка вареной картошки приводит к печальным для организма последствиям гораздо чаще, чем принято думать.

Личи

Каждое лето в окрестностях индийского города Музаффарпур в провинции Бихар от острого энцефалита, начинающегося судорогами и лихорадкой, а затем приводящего к коматозному состоянию, погибают десятки, а то и сотни детей. Пик их гибели приходится на пору созревания фрукта под названием личи. Вызревшие плоды вполне съедобны, а вот недозрелые смертельно опасны, особенно в жаркую пору и на голодный желудок.

Как зрелые, так и незрелые личи содержат метаболический яд — гипоглицин А, но в неспелых фруктах его на порядок больше. Из гипоглицина А образуется зловреднейший метиленциклопролил-глицин (MCPA). Он подавляет процесс окисления жирных кислот, который необходим для образования глюкозы, позволяющей тканям мозга переносить кратковременные периоды голода. Голодные индийские дети рыщут по окрестностям в поисках еды и собирают недозрелые личи. Яд из плодов останавливает синтез глюкозы, и дети становятся вялыми из-за развившейся гипогликемии, а потом и вовсе впадают в кому. У сытых людей «пищевая» глюкоза компенсирует действие метаболического яда, поэтому пара фруктов личи после обеда никому не вредит, даже если они недозрелые. А вот на фоне общего истощения токсин личи смертелен.

Кроме личи гипоглицин А содержится во фруктах дерева аки — национального растения Ямайки. Поев эти фрукты на голодный желудок, ничего не подозревающий путешественник заболеет ямайской рвотной болезнью. Именно это состояние в шестом сезоне американского сериала «Скорая помощь» успешно диагностировал доктор Малуччи и тем удивил весь госпиталь! По сценарию он получил медицинское образование не в Америке, а на карибском острове Гренада, и потому распознал гипоглициновое отравление, неизвестное старшим товарищам.

Китайская корица

Корица корице рознь. «Настоящая» корица представляет собой измельченную кору дерева, которое так и называется — корица настоящая (Cinnamomum verum). Она растет в Шри-Ланке, Индии и Индонезии. Но бывает и другая корица — китайская, собираемая с растения Cinnamomum cassia в Южном Китае и Вьетнаме. Как нетрудно догадаться, эта самая кассия намного дешевле корицы «настоящей». Она пахнет даже сильнее, но зато содержит кумарин — генотоксичный продукт, особенно разрушительный для клеток печени. Он подавляет как биосинтез, так и действие витамина К, препятствуя образованию сгустков крови. Созданный на основе кумарина лекарственный препарат варфарин применяют для предотвращения образования тромбов.

Из кумарина делают и более сильные ингибиторы витамина К, способные полностью разрушить систему свертывания крови и вызвать летальное внутреннее кровотечение. Эти ингибиторы — 4-гидроксикумарины — продают в хозяйственных магазинах в качестве крысиного яда. Отравленные им грызуны погибают медленной смертью через неделю-другую после встречи с токсином.

Корицей, конечно, так сильно не отравишься. И тем не менее масс-спектрометрические исследования булочек с корицей, выпеченных во вполне благополучной Германии, показали, что они содержат немало кумарина — 20 мг на килограмм теста. Для обычных людей булочки с корицей не представляют угрозы, а вот для людей с полиморфизмом гена CYP2A6, отвечающего за метаболизм ксенобиотиков, существует рекомендованная доза кумарина, безопасно превысить которую можно всего в три раза. Она составляет 0,1 мг на килограмм веса[52]. Простой подсчет показывает, что кушать более одной-двух булочек с корицей в день людям с такими генетическими особенностями не стоит.

Но не все знакомы со спецификой своих генов, и отличным выходом для любителей корицы был бы возврат к «настоящей» разновидности этой пряности, в которой кумарина практически нет. Однако она подороже китайской кассии. На собственной кухне — пожалуйста, но вот на то, что «настоящую» корицу вам предложат в общепите, надеяться не приходится.

Чуть позже мы подробно расскажем о «суперфудах». Этот термин часто используется в коммерческих целях, однако мы подразумеваем под ним обычные натуральные продукты с высоким содержанием полезных для человека компонентов. Одним из них будет корица. Но не кассия, а «настоящая» специя.

Токсины не для всех

Некоторые продукты питания токсичны только для отдельных людей, в то время как большинство населения планеты даже не замечает потенциальной опасности.

Возьмем, например, легкоусвояемый природный углевод сахарозу (дисахарид глюкозы и фруктозы) и немного более сложную трегалозу (грибной сахар). Оба этих углевода в изобилии содержатся в привычных нам дарах природы — ягодах и грибах. Для того чтобы переварить их, нам необходимы специальные ферменты — сахараза-изомальтаза (ген SI) и трегалаза (ген TREH). Так вот, у коренного населения приполярных регионов, тысячелетиями поедавших в основном животную пищу, активности этих ферментов весьма невысоки.

При арктическом типе питания (много белка и жира, мало углеводов) необходимые организму человека простые сахара образуются внутри наших клеток. Внешние источники сахара просто не нужны! Именно поэтому в популяциях арктических зон активности соответствующих ферментов постепенно ослабли за ненадобностью. Грибы, конечно, в Арктике растут, и много, но ни саамы, ни ненцы, ни якуты их не трогают, считая, что это пища для оленей, а не для людей. Такое отношение неудивительно — у каждого десятого представителя северных народов активность трегалазы почти на нуле, а потому грибы вообще не перевариваются, вызывая сильную боль в желудке вместо чувства сытости. Да и сахараза у северян часто не работает.

Переехав в город, коренные жители Севера переходят на типичную «цивилизованную» диету, но их гены не меняются — для этого нужно существенно больше, чем одно-два поколения. По этой причине потомки оленеводов и китобоев испытывают трудности с новой для них пищей, слишком богатой углеводами.

Способность к перевариванию сахарозы и трегалозы также снижена при некоторых заболеваниях желудочно-кишечного тракта, например язвенном колите. Для полной неусвояемости сахарозы необходимо сочетание двух элементов — унаследованного нарушения функции гена SI и значительного дисбаланса микрофлоры кишечника. При язвенном колите происходит именно это: биоразнообразие бактерий в кишечнике снижается, при этом полезных видов становится меньше, а потенциально опасных больше. Обедненное сообщество бактерий вырабатывает слишком мало фермента, расщепляющего сахарозу. Именно поэтому у больных язвенным колитом высокоуглеводная диета вызывает обострения, которые снимаются при возвращении к здоровому для таких людей питанию, максимально исключающему добавленный сахар.

Лакрица (солодка)

Лакричные конфеты производятся из корня солодки, которую часто называют лакричником. Впервые ее распробовали древние греки, в том числе солдаты Александра Македонского, в качестве отличного средства для утоления жажды. Леденцы же из солодки придумали английские аптекари, научившиеся смешивать лакрицу с сахаром и другими компонентами. Совершенно неповторимый вкус быстро завоевал популярность не только как средство от кашля, но и в качестве сладости.

Кроме того, лакрица — известный в народе афродизиак. Эксперименты под руководством чикагского ученого Алана Хирша показали, что для мужчин аромат лакрицы находится на втором месте в списке возбуждающих запахов (а на первое вышел — ни за что не угадаете! — тыквенный пирог)[53].

К великому сожалению, в настоящее время эффект от подобных веществ-афродизиаков доказан лишь в формате плацебо[54]. С другой стороны, если после лакрицы есть 30%-ный шанс (равный эффекту плацебо) улучшения ситуации, почему бы не провести эксперимент с возбуждающими запахами в домашних условиях!

Еще в корнях солодки содержатся глюкоза, фруктоза, сахароза, мальтоза и полисахариды, а также глицирризиновая кислота, благодаря которой лакричные мази, настойки и пилюли стали важным народным средством для заживления язв.

Однако в больших дозах глицирризиновая кислота корней солодки способна вызвать достаточно тяжелые побочные эффекты, напоминающие передозировку гормонов надпочечников, — а именно отеки, снижение уровня калия в крови и резкое повышение артериального давления. Оказалось, что лакрица подавляет активность фермента со сложным названием 11β-гидроксистероид дегидрогеназа второго типа (11βHSD2). Он превращает гормон стресса кортизол в противовоспалительный кортизон. Из-за того, что фермент не работает, кортизол накапливается — поэтому резко растет давление, снижается уровень тестостерона, а в тяжелых случаях начинается распад мышечной ткани.

Чтобы токсические эффекты солодки стали заметными, нужно съесть целую кучу лакричных конфеток. Однако у людей с наследственными мутациями гена 11βHSD2 активность этого фермента и так понижена. Так что лакрица для них — чистый яд! Частота таких мутаций в популяции достаточно велика — около 1%. Если в придачу к дефектному гену у вас имеется и нормальная его копия — а именно такова генетическая ситуация у большинства здоровых носителей, — вам ничто не грозит. Но только если вы не станете объедаться лакрицей.

Бобы обыкновенные

Бобы — отличное, полезное растение, любимое во всем мире. Однако у выходцев из средиземноморских стран и Африки иногда встречается тяжелая реакция на приготовленные бобы и даже на их пыльцу. Это заболевание называют фавизмом, от итальянского fave — «боб». У поевшего бобы человека поднимается высокая температура, его знобит и тошнит, сознание помрачается, а затем нарастает желтуха, увеличиваются печень и селезенка. В тяжелых случаях быстро развивается анемия, сопровождающаяся потемнением мочи из-за продуктов распада эритроцитов.

Фавизм — наследственное заболевание, описанное еще в 1941 году и обусловленное дефектными формами фермента, необходимого для поддержания жизни красных кровяных клеток — эритроцитов. Поскольку ген G6PD расположен на хромосоме X, болеют только мальчики. «Неполноценность» фермента G6PD делает эритроциты сверхчувствительными к некоторым веществам, вырабатываемым растениями. Поев бобов, вместе с полезными веществами мы получаем также небольшие количества двух «вредных» углеводов — вицина и конвицина. Обычному человеку они не страшны, а вот мальчикам, страдающим G6PD-недостаточностью, проглоченный боб грозит гемолизом — разрушением эритроцитов.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

В Сардинии, где больных фавизмом особенно много, об этой болезни знают все. Владельцы овощных магазинов даже закрывают ящики с бобами пленкой, чтобы потенциально больной покупатель не надышался опасными ароматами. Интересно, что носители мутантного гена устойчивы к малярийной инфекции; именно поэтому фавизм и смог так широко распространиться по миру. По подсчетам врачей, носителей неполноценного гена никак не менее 400 миллионов человек!

Кстати, «запустить» процесс гемолиза у больных фавизмом могут не только бобы, но и ягоды: голубика, черника, красная смородина, крыжовник.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

В последнее время все более популярными становятся детокс-программы. Что это? И нужно ли каждому регулярно проходить детокс?

Детоксикация — процесс разрушения и обезвреживания различных токсических веществ с последующим выведением их из организма. Токсины в природе встречаются нередко, и наш организм с ними вполне справляется. Выходит, детокс — естественная функция нашего организма, Ее осуществляют и кожа, и почки, и легкие, и печень. Однако различные детокс-программы, обещающие очистить организм от токсинов, продолжают набирать популярность. Нам предлагают отказ от рафинированного сахара (полезно, но не поэтому), выпивание всевозможных соков, заедание их сельдереем — ну и, конечно, пресловутые кишечные клизмы с последующим переходом на сыроедение. Добавление большого количества БАД в рацион тоже вряд ли поможет очистить печень, лимфу и кишечник от токсинов, паразитов, аллергии, а, скорее, приведет к обратному эффекту[55]. Притом что наш организм прекрасно уживается и сосуществует с триллионами микроорганизмов, он не всегда способен справиться с переизбытком отдельных компонентов пищи — даже, как мы выяснили выше, если это обычная вода. Когда мы увлекаемся отдельной пищевой добавкой или сельдереем, риск такой перегрузки велик. Организм намного более сложен и умен, чем его описания в красочных рекламных роликах, обещающих вечную молодость и сияющую кожу, и все благодаря детокс-программам. Помните: серьезные отравления проявляют себя симптомами, которые трудно не заметить, и поможет с ними справиться врач-токсиколог.

В обычной жизни ставку нужно делать на то, что естественно для нашего организма. Для поддержания нормальной функции иммунной системы важны разнообразное и сбалансированное питание и достаточное поступление в организм всех микроэлементов и жидкости, а для поддержания функций выделения и регенерации костной и мышечной тканей необходимо движение. Требуется также отдыхать, высыпаться и, как это ни странно, сохранять позитивный настрой. Сложно это делать, если постоянно тревожиться из-за того, что оказалось перед тобой на тарелке.

Если же вам захотелось чего-то новенького и «легкости в теле», которую так любят описывать любители детоксов на соках, самое время добавить в рацион больше овощей, заменить пару мясных приемов пищи в неделю на, например, бобовые, а также поэкспериментировать с новыми рецептами, заняться йогой и медитацией, отказаться от телефона во время еды. Все это вполне научно подтвержденные способы почувствовать себя на порядок лучше.

Канцерогены в тарелке

Канцерогены (от лат. cancer — «рак») — факторы окружающей среды, воздействие которых на организм человека или животного повышает вероятность развития онкозаболеваний. Большинство этих факторов имеют химическую природу. Еда, как и все остальное в мире, состоит из набора самых разных молекул, в который, к сожалению, могут затесаться и совершенно несъедобные — канцерогенные.

Основные типы канцерогенов в нашей тарелке перечислены ниже.

Нитраты и нитриты

Нитраты — соли азотной кислоты, которые накапливаются в сельскохозяйственных растениях и воде при избыточном применении азотных удобрений. Сами по себе нитраты не очень страшны, но при встрече с желудочным соком они переходят в гораздо более опасные нитриты, которые затем превращаются в нитрозамины — вещества с широким спектром канцерогенного действия. Связь между количеством применяемых азотных удобрений и смертностью от рака желудка доказана.

Отметим сразу: фруктов и овощей без нитратов не существует, поскольку именно последние служат основным источником азота в питании растений. Дешевая картошка бывает только при высоком урожае — а значит, в почву необходимо вносить минеральные и органические удобрения. В этом смысле приусадебный участок ничем не отличается от совхозных полей. «Экологически чистые» удобрения, например навоз, не спасают от накопления нитратов в выращиваемых на нем овощах. Микроорганизмы почвы разлагают навоз, выделяя нитраты, которые затем накапливаются в растениях.

Важно понимать, что нитраты сами по себе не сильно влияют на наше здоровье. Однако их свойство восстанавливаться до нитритов и затем до нитрозаминов уж точно не полезно. В 1956 году британские ученые Джон Барнс и Питер Маги обнаружили, что у крыс диметилнитрозамин вызывает образование опухолей печени[56]. В семидесятых годах оказалось, что рак печени — часто встречающееся заболевание у сельскохозяйственных животных в Норвегии. Выяснилось, что причина этого в нитритах[57]. Ими в качестве консерванта обрабатывали селедку, которая затем шла в пищу животным. Имевшийся в составе рыбной муки нитрит натрия взаимодействовал с диметиламином, в результате чего получался диметилнитрозамин — соединение, изученное Барнсом и Маги на крысах. Вместе с открытием Барнса и Маги норвежские наблюдения вызвали целую волну исследований самых разных нитрозаминов, и большинство из них оказалось канцерогенами.

Действие нитрозаминов, по предположениям ученых, стало одним из самых важных факторов среды, определяющих возникновение как рака желудка, так и рака пищевода. В частности, обнаружена прямая связь между долей копченостей — колбасы, бекона, сала, рыбы и других деликатесов — в рационе и вероятностью развития этих опухолей. Интересно, что в США и многих европейских странах, но не в России, в последние двадцать лет отмечается явное снижение заболеваемости раком желудка. Эпидемиологи считают, что это произошло благодаря широкому внедрению холодильных установок, сохраняющих еду как в магазине, так и дома. Исключение даже временного хранения при комнатной температуре позволило уменьшить потребность в консервантах и долю копченостей в рационе. Не надо думать, что питание в этих странах стало более здоровым. Замена копченостей на не менее вкусные булочки, сладкие напитки, полуфабрикаты привела к росту случаев ожирения и диабета. Лучше бы замещение пошло в сторону свежих овощей и фруктов. Но с точки зрения онколога результат налицо — случаев рака желудка меньше!

Скорость преобразования нитратов в нитриты, а значит, и их дальнейшего перехода в нитрозамины сильно зависит как от генотипа человека, так и от его кишечной флоры. Нитриты образуются и в наших собственных клетках, и в микробах, которые предпочитают слабощелочную или нейтральную среду. В желудке кишечным бактериям не место. Однако у людей с пониженной кислотностью желудка — а это дети до года и взрослые, больные гастритом и диспепсией, — микрофлора тонкой кишки может проникать в желудок, где усиливает процесс образования опасных нитритов. Именно поэтому важно следить за количеством нитратов в детском питании, а также в рационе больных с пониженной кислотностью желудка.

Диета с высоким содержанием нитратов особенно вредна людям с врожденной особенностью метаболизма, выражающейся в увеличенной активности печеночного фермента СYP2A6. Он превращает нитрозамины в еще более опасные мутагены, нарушающие структуру ДНК, поэтому люди с повышенной активностью CYP2A6 особенно чувствительны к действию нитрозаминов и почти в пять раз более склонны к развитию рака кишечника.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Помните: в небольших количествах опасный нитрит натрия (E250) содержится в мясопродуктах и в копченой рыбе, куда его добавляют в качестве консерванта. В условиях длительного бескислородного хранения, а именно при расфасовке в запаянные пакеты, без него не обойтись: нитриты предотвращают размножение бактерий, вызывающих ботулизм. Кроме того, они придают колбасным изделиям и сосискам привычный розовый цвет. Не обработанная нитритом докторская колбаса такая же серая, как и вареное мясо, а потому на вид гораздо менее привлекательна, чем продукты нитритной обработки.

Добавление к продукту (например, к той же колбасе) аскорбиновой и эриторбовой кислоты, а также их солей предотвращает образование нитрозоаминов, что снижает риски от потребления продукта с Е250. Нужно понимать, что риски ботулизма выше рисков поедания умеренного количества продуктов с нитритом натрия.

Домашние устройства по определению количества нитратов в продуктах питания недостаточно точны для того, чтобы определить, принесет тот или иной продукт вред организму или нет. Усвоение всех продуктов и ингредиентов из них происходит по-разному. В случае с овощами, где польза явно превышает потенциальный вред, результаты, измеренные таким аппаратом, не должны становиться поводом совсем отказаться от зелени и корнеплодов — важнейших элементов нашего рациона. Однако такое простое упражнение, как максимальное исключение из рациона ультраобработанных продуктов вроде плавленых и колбасных сыров, сосисок и других мясных полуфабрикатов и замена их продуктами домашнего производства, однозначно того стоит.

Полициклические ароматические углеводороды и их производные

Полициклические ароматические углеводороды (ПАУ) образуются при неполном сгорании нефтепродуктов, бытового мусора и выхлопных газов, а также высокотемпературном обжаривании мяса и перекаливании растительных масел на сковородке. К ПАУ также относят бензопирены — химические составляющие слегка подгорелого мяса, приготовленного на открытом огне, и дыма сигарет. Некоторые ПАУ, в том числе бензопирен, чрезвычайно канцерогенны и в сотни раз более опасны, чем, скажем, бензол. Однако именно эти вещества и делают жареную пищу такой соблазнительной, ведь их появление неразрывно связано с образованием желанной золотисто-коричневатой корочки. Золотистая корочка на продуктах — результат реакции Маяйра, или реакции меланоидинообразования. Это взаимодействие аминокислот с простыми сахарами под действием температуры. Увы, некоторые продукты реакции Майяра канцерогенны, поэтому рекомендации снижать количество жареной пищи в рационе более чем обоснованны.

Группа ученых из Онкологического центра им. М. Д. Андерсона Техасского университета (Хьюстон) под руководством Зифенг Ву обнаружила, что некоторые варианты генов повышают нашу восприимчивость к веществам, выделяющимся при термической обработке мяса, и тем самым увеличивают риск развития рака мочевого пузыря[58]. Они выяснили, что пациенты с раком мочевого пузыря потребляли много красного и белого мяса, особенно жареного или приготовленного на гриле. У мясоедов, которые обладали геномами с шестью и более вариантами, усиливающими восприимчивость к «канцерогенам сковородки», вероятность развития этого типа опухоли увеличена пятикратно по сравнению с вегетарианцами. Этот пример, кстати, хорошо иллюстрирует концепцию кумулятивного действия многих генных вариантов, эффекты которых, если они встречаются по отдельности, весьма невелики.

Любители шашлыка на диете с высоким содержанием ПАУ склонны к развитию полипов кишечника, а также их перерождению в настоящий колоректальный рак. Некоторые особенности метаболизма ПАУ относятся только к женщинам. Дети, рождающиеся у любительниц жареного, несколько меньше по весу, чем новорожденные не злоупотребляющих жареным дам: это снижение веса прямо пропорционально количеству съеденных за время беременности сковородок с котлетами и степени их обжарки[59].

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Избежать поступления канцерогенов с пищей невозможно. Но ограничение копченого и жареного приведет к снижению онкологических рисков, особенно при достаточном поступлении в организм человека антиоксидантов и разнообразном рационе.

К антиоксидантам относятся витамины А, С и Е (подробнее см. главу 5), а также минералы медь, цинк и селен. Принцип их активного действия — в нейтрализации свободных радикалов и замедлении процессов окисления, накапливающихся в организме в результате внешних воздействий, нервных напряжений, стрессов, недосыпа, хронических болезней.

Антиоксидантные значения перечисленных ниже продуктов выражены в ORAC (Oxygen Radical Absorbance Capacity) — единице измерения содержания антиоксидантов, которая была первоначально разработана Национальным институтом по проблемам старения (National Institute on Aging, NIA) в Национальных институтах здоровья (National Institute of Health, NIH).

Продукты (ORAC)

Гвоздика (314)

Корица (267)

Орегано (160)

Куркума (102)

Какао (горький шоколад) (81)

Тмин (77)

Петрушка (74)

Имбирь (29)

Тимьян (27)

Чуть меньше содержат

Чеснок

Ягоды годжи

Черника

Артишок

Пекан

Фасоль

Брусника

Брокколи

Показано, что потребление высокоантиоксидантных продуктов способно: замедлить признаки старения (в том числе повлиять на состояние кожи, глаз, соединительных/хрящевых тканей, суставов, сердца и мозга), улучшить общее состояние кожи; снизить риск развития раковых заболеваний; помочь организму нейтрализовать постоянно поступающие в него токсины; снизить риск смерти от сердечно-сосудистых заболеваний, в том числе инфарктов и инсультов; предупредить/замедлить динамику развития процессов потери зрения, катаракты, снизить риск развития таких психологических расстройств, как деменция (слабоумие); положительно повлиять на продолжительность жизни[60]. При этом необязательно питаться только экзотическими суперфудами — залежи антиоксидантных продуктов найдутся в любом супермаркете.

Иногда антиоксиданты добавляют к продуктам питания и домашнего хозяйства специально, для предотвращения преждевременного окисления. Например, вкуснейшие зеленые оливки сорта кастельветрано консервируют путем вымачивания в аскорбиновой кислоте. Не стоит забывать и о том, что многие богатые антиоксидантами продукты способны оказывать противовоспалительное действие.

Официальных норм потребления антиоксидантов пока не выработано. По предварительным данным (запущены клинические исследования), добавляя три небольшие порции любых из этих продуктов в день, можно ожидать улучшения общего самочувствия. Так что берем все в свои руки! Употребляем рекомендованные ВОЗ пять порций овощей и фруктов в день и добавляем в меню как можно больше продуктов-антиоксидантов!

Пероксиды

Пероксиды образуются в прогорклых жирах и при сильном нагреве растительных масел. Главный «враг», появляющийся в результате пероксидации, — малонил-альдегид, природный мутаген, способный связывать ДНК и сшивать ее молекулы между собой. Такие мутации перегружают механизмы ремонта ДНК и увеличивают вероятность превращения нормальной клетки в раковую. Малонил-альдегид также замечен в реакциях с внеклеточным белком коллагеном, в котором он тоже вызывает сшивки, снижая эластичность кожи и кровеносных сосудов, а значит, способствуя ускоренному старению как лица, так и сердца.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Вопрос использования масел разной степени нагрева во время готовки — чуть ли не самый популярный в нутрициологической практике. Ограничений же не так много, как кажется на первый взгляд.

В первую очередь стоит снизить риск попадания в организм пероксидов. Для этого вам следует отказаться от еды, приготовленной на перекаленном масле, которое подвергалось нагреванию несколько раз (этим часто грешат ресторанные масла для фритюра), в результате чего образуются опасные для организма человека соединения — трансжиры. Готовка продуктов в емкости, заполненной многократно используемым маслом для жарки, наносит удар нашему здоровью. А ведь именно этот способ применяется в приготовлении многих продуктов быстрого питания, начиная с картофельной соломки и заканчивая рыбой и курятиной в кляре.

В рационе должны преобладать масла первого холодного отжима (extra virgin), нерафинированные, но их не стоит нагревать. Ими нужно заправлять блюда — салаты, гарниры; их можно добавлять в уже приготовленные крупы. Еще полезнее не экономить на хорошей посуде и готовить блюда без масла. Если же при приготовлении какого-то блюда без растительного масла не обойтись, используйте специальные рафинированные масла.

Интересно, что в нашей стране большинство понимает под словосочетанием «растительное масло» исключительно подсолнечное. Но есть еще и оливковое, льняное, кунжутное и, наконец, масла авокадо или виноградной косточки.

Любители ароматного масла семян подсолнечника, помните! В отличие от оливкового масло подсолнечника почти не содержит природных антиоксидантов. Во избежание быстрого прогоркания производителям приходится добавлять в него антиоксиданты — бутилированный гидроксианизол (BHA) — E320, бутилированный гидрокситолуол (BHT) — E321, трет-бутилгидрохинон (TBHQ) — E319. Канцерогенные свойства этих веществ для людей не подтверждены. Эти добавки хорошо изучены, и некоторые из них даже рассматривались как средство борьбы с раком. Канцерогенность для животных, показанная в единичных исследованиях, к которым апеллируют приверженцы натурального, все же не доказывает канцерогенности для человека. Ни одна из трех добавок не входит в списки IARC. При производстве в качестве альтернативы могут применяться антиоксидант витамин Е, токоферол.

Однако, постоянно используя подсолнечное масло, вы в избытке получаете омега-6 жирные кислоты и недополучаете омега-3 и омега-9. Так что бояться этого масла не нужно, а вот разнообразить свой стол стоит. В настоящее время ведутся работы по созданию смесей масла подсолнечника с другими растительными маслами, например маслом гибискуса, где подсолнечный компонент придает вкус, любимый с детства, а гибискус поставляет дополнительные антиоксиданты, также предохраняющие от прогоркания.

В сбалансированном рационе жиры дают нам порядка 30–35% всей дневной энергии. При этом две трети жиров рекомендовано получать с растительными продуктами — орехами, семечками, маслами. Остальную треть жиров животного происхождения мы получаем с нежирным мясом, рыбой, молочными и кисломолочными продуктами.

Лучший источник омега-3 жирных кислот, необходимых нашему организму, — рыба и морепродукты. Также ими богато льняное масло, чуть меньше их в рапсовом и масле грецкого ореха.

Для поджарки и тушения подойдут более термоустойчивые масла — подсолнечное рафинированное, очищенное оливковое, пальмовое, косточковое, кокосовое, масло виноградной косточки и авокадо, а также масла животного происхождения. Для заправки готовых блюд лучше нерафинированные extra virgin подсолнечное и оливковое ароматные масла, а также льняное, конопляное, кунжутное, тыквенное, кукурузное, черного тмина — все те, что добавят блюдам изысканности и внесут свою лепту в разнообразие полифенолов на вашей тарелке.

Афлатоксины

Афлатоксины — смертельно опасные вещества из плесневых грибков нескольких видов рода аспергилл (Aspergillus), которые растут на зернах, семенах и плодах растений с высоким содержанием масла, в том числе фисташках, грецких орехах. Но особенно богаты ими залежалые зерна арахиса. Из всех биологически производимых канцерогенов для клеток печени афлатоксины — самые сильные. Именно они ответственны за так называемое проклятие фараонов, падшее на головы археологов, которые вскрыли древние захоронения: гробницу Тутанхамона в Египте и усыпальницу короля Казимира IV Ягеллончика в краковском замке Вавель. Воздух веками и тысячелетиями не проветривавшихся гробниц буквально кишел спорами аспергилла. Участники этих двух экспедиций заболели, а многие вскоре умерли от пневмомикоза — грибкового поражения легких, сопровождаемого производством афлатоксина прямо в тканях человека. Неприятно обнаружить токсины из древних мумий и в своей тарелке!

Наиболее изучен афлатоксин B1, который вызывает рак печени. Особенно подвержены этому риску носители вируса гепатита В. Другие афлатоксины, вроде М1, который содержится в ферментированных молочных продуктах, приготовленных без соблюдения техники безопасности, могут вносить свой вклад в рак легких и прямой кишки, а в низких концентрациях поддерживают низкоуровневое хроническое воспаление и подавляют иммунитет. У мышей и крыс при регулярном добавлении афлатоксинов в пищу наблюдается значительное повышение уровня важного маркера окислительного стресса 8-оксо-dG, а также активностей ферментов печени аланинаминотрансферазы (ALT) и аспартатаминотрансферазы (AST). Не спешите выбрасывать орешки в помойку. При правильном хранении их заражение грибками практически исключено. Большинство европейских и американских производителей регулярно тестируют партии орехов и выбраковывают потенциально зараженные еще до стадии обжарки. Однако в развивающихся странах такие случаи нередки. Путешественникам следует помнить, что в Африке, например в Кении, а также в Юго-Восточной Азии встречаются случаи как острого токсикоза, так и карциномы печени, развившейся под влиянием содержащего афлатоксины рациона. Отравление афлатоксинами проявляется ярко выраженными симптомами уже в течение получаса после употребления зараженной пищи. Характерные признаки афлатоксинового отравления — головная боль, боль в области печени, судороги, нарушение координации движений и общая слабость.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Избежать встречи с афлатоксинами поможет осмотр орешков. Избегайте пакетиков с залежалым запахом, а также дешевых расфасовок с кусочками и ореховой крошкой. Именно в поврежденных орешках и прорастают споры. Помните: афлатоксины очень устойчивы и сохраняют активность даже после тепловой обработки, поэтому испорченные орехи и сухофрукты не следует промывать горячей водой, обжаривать, кипятить. Нейтрализовать яд таким способом невозможно.

Стоит быть осторожными и с домашним производством кисломолочных продуктов, особенно из непастеризованного молока. Популярная сегодня домашняя ферментация — сквашивание молочных продуктов и молочных альтернатив, ореховых или соевых, — также вызывает беспокойство у организаций, занимающихся безопасностью пищевых продуктов. Доверие к «своему» и «домашнему» у потребителей сейчас растет, а вот за безопасностью каждой партии следить не так просто, особенно небольшим доморощенным бизнесам.

Кстати, ученые из американского Университета Джонса Хопкинса показали, что хлорофилл, содержащийся в зеленых овощах, особенно в шпинате, способен подавлять канцерогенные эффекты афлатоксина[61]. Такими же свойствами обладают и другие природные противоядия из полезных зонтичных растений, например сельдерея, моркови и петрушки. Так что овощи и зелень — наши верные защитники и в этой ситуации.

Пищевые красители

Некоторые пищевые красители, например Е123 (Амарант) (не путать с хорошим растением амарантом) и Е121 (Цитрусовый красный 2), — доказанные канцерогены и запрещены законодательством во многих странах, в том числе США, Европе и России. Например, для Е123 было обнаружено статистически значимое увеличение частоты появления злокачественных опухолей у самцов крыс, которым давали высокую дозу этого красителя, а также деформированных детенышей у самок. Однако этот краситель одобрен самыми придирчивыми органами безопасности продуктов питания Великобритании[62]. Вот такая ирония. Возможно, специалисты Соединенного Королевства ждут подтверждения наличия эффектов в клинических условиях, а до тех пор не спешат выкидывать красные конфеты из разноцветной упаковки.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

В США Е123 запретили после того, как исследователи из Института питания в Москве (в то время еще советской) указали на его канцерогенное действие. Правда, дозы, скормленные крысам в советской работе 1971 года[63], были так велики, что человеку для достижения того же объема потребовалось бы выпивать по 7500 баночек кока-колы в день. В общем, в разное время ученые высказывались и в защиту E123, и против него, но в результате победила осторожность, и FDA навсегда запретило этот краситель.

Канцерогенные свойства красителя Е121 были настолько очевидны, что цитрусовый красный — 2 отнесен ВОЗ к ядовитым химическим веществам, запрещенным к использованию в пищевой промышленности. Но далеко не все страны соблюдают запрет. Отправляясь в дальнее путешествие, помните об этом! Даже в развитых странах вас может подстерегать сюрприз. Например, в американском штате Флорида поставщики апельсинов подкрашивают их кожуру именно Е121. Его используют для придания цитрусовым более насыщенного цвета, повышающего привлекательность товара. Ранее закон обязывал продавцов цитрусовых размещать на каждом подкрашенном апельсине наклейку с надписью «Окрашено». Сейчас данное требование уже упразднено. Так что, если вы оказались во Флориде или присматриваетесь к красиво выглядящим американским цитрусовым на полке супермаркета, помните: корочка под запретом!

И наконец, слегка канцерогенна и широко используемая для подкрашивания сладких напитков, тортов и мороженого добавка «сахарный колер», или «карамельный колер». Особенно подтипы E150c и E150d. В сахарном колере типов c и d в крайне малых количествах есть вещество 4-метилимидазол, которое в высоких дозах (в несколько тысяч раз больше, чем есть в производственной карамели) действительно канцерогенно[64]. К счастью, этих вредных соединений в краске совсем немного — так называемые следовые количества.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Не все «Е» одинаково вредны. Некоторые красители, консерванты и загустители не дают размножаться вредным бактериям и тем самым продлевают срок хранения, улучшают структуру продукта и его цвет, при этом будучи абсолютно безопасными для здоровья. Чаще всего Европейское агентство по безопасности продуктов питания (European Food Safety Authority, EFSA) пересматривает допустимый порог содержания тех или иных добавок. Например, нитритов E249–250 и нитратов E251–252 в мясной продукции, о которых мы говорили выше[65].

В связи с тем, что люди благодаря СМИ научились бояться «E»-маркировок, производители идут на уловки, указывая на этикетке продукта вместо «E» химическое или даже коммерческое название добавки. Например, в составе продукта все чаще упоминают аскорбиновую кислоту, а не Е300 (что одно и то же). Конечно, эту добавку нельзя считать вредной — но для обладателей мутации гемохроматоза она, мягко говоря, неполезна. Существуют и другие, однозначно вредные добавки вроде диоксида титана E171, упоминание которого в составе продукта должно вызвать настороженность в первую очередь не у покупателя, а у производителей, ведь мнение организаций, следящих за безопасностью продуктов, на их счет однозначно: опасна. Такие продукты в принципе уже не должны попадать на полки.

Бисфенол А

Бисфенол А — основа поликарбонатного пластика и эпоксидной смолы, которые используют при создании бутылок, банок и других пищевых контейнеров, в том числе внутренней поверхности консервных банок. Каждый год в мире производится около 2,8 миллиона тонн этого химического вещества.

Пластики образуются в результате реакции полимеризации мономеров. Каждая молекула бисфенола А — кирпичик, из которого полимеризуется прозрачная и твердая стенка бутылки. Реакция встраивания бисфенольных кирпичиков в стенку условно обратима. Это означает, что мономер находится в равновесии с полимером, а полимеризация всегда сопровождается некоторой степенью деполимеризации. Говоря по-простому, полимер немножко «подтаивает», при этом выделяя опасный мономер. Скорость «подтаивания» зависит от степени поврежденности полимерного покрытия, а также температуры. Именно поэтому поликарбонатную пластиковую посуду не рекомендуется нагревать.

Помните: не все пластики одинаково вредны. Бисфенол А содержится только в пластиках, маркированных 7 (07) — поликарбонат (PC), который используется в основном для изготовления пластмассовой посуды и детских бутылочек, и 3 (03) — поливинилхлорид (PVC или ПВХ), чаще всего применяемый для оборачивания мясных и рыбных полуфабрикатов и копченостей. При этом ПВХ может содержать бисфенол А, а может и не содержать, в зависимости от требуемой устойчивости материала к разрыву. В ПВХ бисфенол добавляют для «усиления» (а не в качестве пластификатора, как нередко неверно пишут в интернете), и обычно в немалых количествах. А вот внутренности консервных банок всегда покрыты эпоксидной смолой с высоким содержанием бисфенола А. Привычные же нам сминающиеся бутылки для воды сделаны из более дешевого низкоплотного полиэтилена (LDPE) и бисфенол А не содержат.

Предельно допустимые концентрации бисфенола А в питьевой воде и пищевых соках — 0,01 мг/л. Однако когда ученые Минздрава США исследовали мочу репрезентативной выборки жителей этой страны, оказалось, что более 95% населения регулярно писают бисфенолом, ведь это вещество выводится с мочой[66].

Чем же он опасен? По своей структуре бисфенол А похож на женский половой гормон — эстроген. И он точно так же связывает альфа- и бета-рецепторы эстрогена, нарушая тем самым работу эндокринной системы организма. Многие репродуктивные клиники заметили и сообщили: чем выше содержание бисфенола А в моче, тем ниже способность женщин к зачатию и вынашиванию эмбриона[67].

Перед тем как покинуть наш организм, бисфенол А, как и многие другие несвойственные организму вещества, должен быть разрушен ферментами печени. Жировое перерождение печени, которое так часто сопутствует ожирению и диабету второго типа, заметно снижает способность организма выводить бисфенол, а значит, делает нас более чувствительными к его токсичности. А ведь в развитых странах жирная печень встречается у 20–30% взрослых людей — цифра немаленькая.

Как в эпидемиологических исследованиях, так и в различных модельных экспериментах на животных бисфенол А проявил себя с очень плохой стороны[68]. Чем больше его «прокачивается» через организм, тем выше вероятность развития ишемической болезни сердца, заболевания периферических артерий, гипертонии, сахарного диабета и хронической болезни почек. Из-за вызванного бисфенолом А дисбаланса гормонов страдают ткани мозга, что способствует развитию аутизма у детей. А еще это вещество «помогает» набору лишнего веса у взрослых, снижая интенсивность общего метаболизма, и вносит вклад в онкологическую заболеваемость, причем как у женщин, так и у мужчин.

С одной стороны, руководители стран Европы, Канады, а также многих штатов США давно в курсе, мягко говоря, неполезных свойств бисфенола А, поскольку уже запретили продажу поликарбонатных бутылочек для кормления детей специальным законом. С другой же стороны, EFSA неоднократно выпускало разъяснения, что бисфенолсодержащее внутреннее покрытие емкостей, контактирующих с напитками и продуктами питания, вполне безопасно для здоровья человека.

Где же правда? По-видимому, в том, что на сегодняшний день невозможно изготовить дешевую консервную банку, защищенную от коррозии, но не выстланную бисфенольным лаком. Приходится выбирать — либо низкая доза бисфенола, либо дыра в семейном бюджете. Технологически приемлемые варианты имеются — в Японии бисфенолсодержащие покрытия исключены из производства контейнеров для продуктов питания аж с 1997 года. Правда, консервы подорожали.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Поскольку исключить потребление продуктов, находившихся в контакте с бисфенолом А, не получится, стоит по крайней мере снизить, а лучше полностью убрать из рациона продукты с заведомо высоким содержанием бисфенола — консервы. Нет достаточно данных, чтобы строить предположения об опасности продуктов, которые мы храним в пластмассовых банках и контейнерах. Однако не стоит нагревать еду прямо в тонкой пластиковой упаковке. Старайтесь также не разогревать ее в пластиковом контейнере в микроволновке. Для этого лучше подойдут стекло и керамика.

Интересный факт: использование бисфенола в детских бутылочках и обертках для продуктов питания подвергается заслуженной критике, но на другой, намного более важный источник бисфенольного загрязнения, часто вступающий в контакт с продуктами, мы не обращаем внимания. Ни за что не догадаетесь! Это магазинные чеки, напечатанные на термобумаге, которая содержит до 20 мг (!) бисфенола А на грамм! При термопечати это вещество выделяется и попадает в легко стирающиеся черные буковки чека, который мы берем рукой, храним в кошельке или просто бросаем в пакет с едой, где он так и липнет к тоненькой кожице помидоров и огурцов.

Возможно, вы гордо заявите: «А я ношу с собой специальную баночку со спиртовым гелем и всегда обрабатываю руки после магазина!» Гордиться тут нечем. Бисфенол А — липофильное соединение. Санитарные гели, конечно, убивают бактерии, но при этом усиливают проникновение липофильных соединений под кожу в сто раз!

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Измерения концентрации бисфенола А в крови и моче посетителей супермаркета показали, что люди, перед едой обработавшие руки санитарным гелем, а затем взявшие у сотрудника ресторана быстрого обслуживания чек, чтобы перепрятать его в бумажник, успешно перенесли бисфенол на жареную картошку, которую затем брали теми же пальчиками. С каждого товарного чека опасный бисфенол А поступил в организмы ничего не подозревающих покупателей как через рот, так и через кожу, что привело к резкому увеличению его концентраций — примерно в сто раз[69]. Еще ряд подобных исследований по анализу последствий частого прикосновения к чекам уже среди кассиров[70] привел к тому, что появились рекомендации для работодателей обеспечивать сотрудников санитайзерами, защитными перчатками, а также предупреждать складывать чеки печатной стороной внутрь для избежания дополнительного контакта с термобумагой[71]. Итак, если вам по долгу службы приходится часто трогать термобумагу, надевайте перчатки!

Помните: все пластики — полимеры. Каждый из них состоит из мономеров — химических звеньев, повторяющихся в длинных цепочках. Когда мы говорим о материалах для пластиковых бутылок, то любой мономер вреднее, чем произведенный из него полимерный пластик. Легко сминаемые рукой бутылки сделаны из менее плотного материала, полиэтилентерефталата, подвержены разложению при высоких температурах. Несмотря на то что термическое разложение пластиковых бутылок начинается только при высоких температурах (ощутимо выше 40°C), оставлять пластиковые емкости на солнце и в закрытых машинах тоже не стоит, это иногда приводит к частичному разрушению пластика и проникновению в воду освободившихся мономеров.

Собираясь на пляж, перелейте воду в термостатированную емкость, а прихватив на заправке пару бутылочек воды, не забудьте забрать остатки домой.

Глава 3. Питание и микрофлора кишечника

В нашем теле обитает бесчисленное множество невидимых помощников. Кожу, кишечник и другие потайные уголки тела человека населяют триллионы различных бактерий, и даже внутренние органы, традиционно считающиеся стерильными, например полость матки, весьма далеки от этого.

Наши симбионты и квартиранты вырабатывают в 150 раз больше разных веществ, чем мы сами, и большинство этих веществ обладает той или иной биологической активностью. В процессе длительной совместной жизни микробы подписали между собой сложнейший «общественный договор». Один из них вырабатывает вещество как побочный продукт, а другой без этого вещества жить не может. Почти ни один доступный биосубстрат не работает только в интересах одной разновидности микроорганизмов, а нередко используется и их хозяином — человеком. Каждую доступную «экологическую нишу» в составе нашего организма занимает то или иное сообщество бактерий, меняющихся в течение жизни человека и различающихся от человека к человеку.

Микробы и бактерии

Наши невидимые друзья…

Значение микрофлоры для здоровья трудно переоценить. Например, бактерии поставляют нам часть ферментов, необходимых для переваривания пищи и экстракции из нее витаминов и микроэлементов. Они закодированы в бактериальных генах. Получается, собственного генома человеку не хватает: симбионты-помощники предоставляют страницы своих генетических скрижалей, чтобы добавить нашему организму всякие полезные аксессуары. Покупатели новых автомобилей знают: машина в базовой комплектации доедет в Москву из Владивостока и обратно безо всяких проблем. Но чтобы водитель получил от поездки удовольствие, потребуются и подогрев сидений, и подставочка для кофе. Так же и организм человека. В отсутствие некоторых полезных бактерий мы не погибнем, но самочувствие оставит желать лучшего. И если у вас «то лапы ломит, то хвост отваливается», возможно, дело не в вас самих, а в общем расстройстве сообщества невидимых помощников, почему-то переставшего справляться со своими ежедневными обязанностями.

Возьмем, например, кишечник. Его населяет не менее двух — а по некоторым данным, до десяти — тысяч разновидностей микроорганизмов общей массой от одного до трех килограммов. Интересно, что долгое время изучением кишечной микрофлоры ученые-генетики пренебрегали. Считалось, что у них есть задачи поважнее — например, расшифровка генома человека, подробное описание генных вариантов и мутаций, а также распутывание сети молекулярных взаимодействий внутри человеческих клеток. Бактерии же были оставлены на откуп микробиологам, которые изучали их методами, традиционными для этой научной отрасли: высаживали на чашки с агаром и подсчитывали колонии. Однако лишь малая доля микробов способна расти в чашке Петри. Большинство обитателей нашего кишечника гораздо капризнее. Их можно понять: невкусный агар не сравнить с кулинарным разнообразием, попадающим в наш желудок. Именно поэтому микробиологи смогли научиться узнавать в лицо лишь несколько десятков самых неприхотливых микробов, а остальные долго оставались за кадром.

Изобретение высокопроизводительных секвенаторов ДНК изменило наш взгляд на маленький кишечный народец, помогающий переваривать пищу. Оказалось, что биоразнообразие нашей микрофлоры превосходит самые смелые предположения. Многие ученые удивились настолько, что дальнейшее изучение человека решили проводить вкупе с живущими в его кишечнике микробами и даже назвали все это сообщество единым сверхорганизмом. Такая расширительная трактовка понятия «человек», в представлении авторов, все-таки перебор. Однако интерес к микробному сообществу, в тесноте да не в обиде проживающему на территории нашего организма, велик настолько, что усилия по его изучению уже сравнялись по масштабу со знаменитым проектом «Человеческий геном», главной целью которого было определить последовательность нуклеотидов нашей ДНК и идентифицировать 20–25 тыс. генов.

Большинство бактерий-симбионтов живут в толстой кишке и составляют 35–50% ее содержимого. Чем занимается кишечник? Вы скажете: «Переваривает пищу». Ответ верен лишь наполовину. В верхнем отделе кишечника над каждым кусочком пищи действительно трудятся наши собственные ферменты, а вот в нижнем получившуюся кашицу переваривают уже не продукты наших клеток, а кишечные бактерии, причем для своей же пользы. Сам кишечник всасывает только то, что бактерии расщепили, но не успели утилизировать.

Микробиота кишечника представляет собой своего рода отдельный орган, необходимый для правильного обмена веществ. Микрофлора ферментирует неусваиваемые пищевые остатки, сбраживает углеводы, утилизирует белки, преобразует нужные, но не особо полезные желчные кислоты в продукты, безопасные для выделительной системы, синтезирует необходимые нам короткоцепочечные жирные кислоты, которыми небогата пища, а также производит аминокислоты и витамины для нашего организма.

Каждый вид бактерий специализируется на определенном типе продуктов. Сахаролитические бактерии предпочитают сбраживать углеводы, к ним относятся некоторые представители Bacteroides, Bifidobacterium, Lactobacillus, Eubacterium, Propionibacterium, Escherichia, Enterococcus, Peptostreptococcus, Fusobacteria и др. Протеолитические микроорганизмы получают энергию за счет утилизации аминокислот, образующихся при расщеплении белковой пищи. Они представлены видами родов Streptococcus, Staphylococcus, Proteus и знакомой нам всем Escherichia coli, то есть кишечной палочки. Бактерии-протеолитики, впрочем, не против побаловаться и сахарком.

В кишечнике для бактерий — рай! Там тепло, еда сама с неба валится. В этом прекрасном местечке был бы рад поселиться почти любой вид микроорганизмов, да место занято. Микробы конкурируют между собой и за доступные питательные вещества, и за необходимое пространство. При этом полезная микрофлора подавляет рост патогенов. Для этого у «хороших» микробов все продумано — они взаимодействуют с иммунной и нервной системами, а также холят и лелеют связанную с кишечником систему лимфоузлов, чем способствуют формированию иммунологической памяти.

…и их враги

Каждый курс антибиотиков — неважно, по делу или «на всякий случай» — подвергает нашу микрофлору нечеловеческим страданиям. Некоторые виды микробов сокращаются в численности — а другие, самые редкие, могут вообще исчезнуть! Представим себе ребенка со средненьким видовым разнообразием кишечной флоры, видов эдак в пятьсот. (Как мы уже говорили выше, эта цифра гораздо ниже реальной, потому что о многих видах кишечных бактерий мы знаем только по кусочкам секвенированных из них генов, не совпадающих ни с одним из известных видов.) Мы начнем наш мысленный эксперимент с пятисот видов, для простоты. В результате курса антибиотиков, необходимого в связи с затянувшимся кашлем, микрофлора пострадала, но быстро восстановилась благодаря рекомендованному педиатром курсу пробиотиков — живых спор ацидофильных лактобактерий.

Но ведь это только один из многих видов! В целом микрофлора кишечника восстановилась после атаки, бактерий не стало меньше. Однако пять относительно немногочисленных видов не смогли восполнить свои ряды и оказались полностью истреблены. Теперь у нас уже не пятьсот, а четыреста девяносто пять разновидностей микроорганизмов — биоразнообразие флоры уменьшилось. Скорее всего, отряд не заметит потери этих бойцов, но надежность системы слегка снизится. Десять-двенадцать курсов антибиотиков спустя — а именно столько раз наша микрофлора в среднем подвергается действию противобактериальной артиллерии еще до поступления в университет — и бойцов будет уже не четыреста девяносто пять, а гораздо меньше…

В такой ситуации у несвойственных нашему организму условно вредных бактерий и даже у точно неполезных грибов появляется возможность прокрасться в свободные квартирки и постепенно приучить нормальное сообщество кишечника к своему присутствию. Нередко новые жильцы не вредят напрямую, а просто саботируют привычную работу сообщества, недопоставляя нашему организму необходимые вещества. Результатом может стать недостаточность того или иного витамина, микроэлемента, метаболита…

Кроме того, не приученные к порядку жильцы выделяют в просвет кишечника побочные (или конечные) продукты своего метаболизма, усиливающие общий воспалительный фон организма. Такое воспаление — на то и общее, что затрагивает все части нашего тела, в том числе мозг. Клетки поддерживающей нейроны глии реагируют на воспаление так же, как и лимфоциты: начинают секретировать в окружающую их ткань что ни попадя. От этого воспаление набирает обороты, ускоряется старение всего организма и… болит голова! Вот вам и связь между прошлогодним воспалением легких и сегодняшней мигренью.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Исследовательница из Университета Хельсинки Катри Корпела воспользовалась электронной базой данных, чтобы найти детей, которым были выписаны рецепты на антибиотики[72]. Она разыскала сто сорок два малыша детсадовского возраста и сопоставила микробиомные анализы кала с основными вехами их знакомства с антибиотиками. Важно, что в группе было немало детей, не проходивших антибиотиковой терапии; они стали контрольной группой

Особенно вредили нормальной флоре кишечника макролиды, в том числе азитромицин, нередко назначаемый детям при признаках пневмонии. Даже через полгода после приема макролидов флора не приходила в норму. Бифидобактерии были редкими, у некоторых детей и вовсе отсутствовали, а вот количество Bacteroidetes и вырабатывающих эндотоксин Proteobacteria оказалось повышено. Для нормализации флоры кишечника финским детям потребовался минимум год! И даже через два года после курса макролидов их кишечник все еще носил в себе следы опустошения, произведенного антибиотиками. Исследование закончилось, а биоразнообразие так полностью и не восстановилось. Действие антибиотиков пенициллиновой группы оказалось намного более мягким, после их приема нормальная флора почти не страдала и уже через шесть месяцев была полностью в норме.

Здоровье детей, прошедших многократную терапию макролидами, было далеко от идеала. У детей, подвергнувшихся двум или более курсам такого лечения в первые два года жизни, астма встречалась в шесть раз чаще, чем у детей, незнакомых с этими препаратами. Была замечена и еще одна очень интересная закономерность: чем больше курсов антибиотиков принял ребенок, тем выше был его индекс массы тела (ИМТ). И в случае астмы, и в случае лишнего веса у пострадавших наблюдались вполне ощутимые сдвиги в представленности некоторых бактерий. Эти сдвиги соответствовали состоянию организма: микробиологические профили астматиков и тучных детей существенно различались. Получается, что и наше здоровье, и даже то, как мы выглядим, зависят от того, в каком состоянии наш «внутренний мир».

В последние годы у все большего процента людей наблюдают малую эффективность антибиотиков или полное отсутствие эффекта. При устойчивых инфекциях любой поход к зубному, а тем более госпитализация могут стать угрозой для жизни.

Случаи таких резистентных инфекций нередки как у людей, прошедших многократное курсовое лечение антибиотиками под контролем врача, так и у тех, кто занимался самолечением. Парадоксально, но факт: однажды столкнувшись с резистентной инфекцией, многие граждане закупают антибиотики впрок и не только сами их принимают при малейшем покашливании, но и раздают родным и знакомым. На другом конце спектра — антибиотиконенавистники, которые усиленно «лечатся» гомеопатическими средствами и вообще не доверяют врачам. Примеры бактерий с повсеместно встречающимися устойчивыми разновидностями приведены ниже.

• Neisseria gonorrhoeae (возбудитель гонореи).

• Устойчивые к пенициллину и его производным представители семейства Enterobacteriaceae, в том числе токсинпроизводящие штаммы кишечной палочки.

• Acinetobacter, вызывающий «больничные» инфекции.

• Mycobacterium Tuberculosis (возбудитель туберкулеза).

• Streptococcus Pneumoniae/Aureus (зловредные родственники лактобацилл).

• Enterococcus faecalis (который «подарил» свою систему устойчивости к ванкомицину многим другим патогенным бактериям).

Восстановление после болезни и терапии антибиотиками

Без антибиотиков человечеству не обойтись. При таких угрожающих жизни заболеваниях, как острое воспаление легких, менингит и заражение крови антибиотики были и остаются главным оружием терапевта, который выпишет их по результатам анализов и очного осмотра. При подозрении же на хроническое течение заболевания использование антибиотиков широкого спектра действия должно быть сведено к минимуму, а вместо них использованы лекарственные препараты точного действия, поражающие только тот микроорганизм, на который нацелены.

Эта простая истина известна давно. Но антибиотики широкого спектра пригоршнями раздаются для лечения простудных заболеваний, кашля, боли в ухе и горле — при относительно небольших проблемах, с которыми организмы большинства людей вполне способны справиться самостоятельно!

Когда пройдут симптомы часто встречающихся недомоганий без лечения антибиотиком:

• боль в ухе: 8 дней;

• боль в горле: 7–8 дней;

• синусит: 14–21 день;

• простуда: 14 дней;

• кашель и бронхит: 21 день[73].

Чтобы не развилась диарея, которая нередко сопровождает лечение антибиотиками, могут быть назначены пробиотическая бактериальная смесь Lactobacillus rhamnosus GG (LGG) и Saccharomyces boulardii или другие «живые» бактерии в виде спор.

Включение пробиотического штамма S. boulardii может снизить вероятность распространения инфекции Clostridiodes difficile — частого спутника длительного употребления антибиотиков, берущего на себя 90% всех случаев инфицирования. Оно проявляется жидким стулом, подъемом температуры и болями в животе.

Снизить симптомы дегидратации на фоне диареи может сочетание Bifidobacterium breve и Streptococcus thermophilus[74].

А вот продукты, которые стоит почаще включать в рацион во время инфекций:

• имбирь;

• куркума;

• вишня и другие кислые ягоды;

• сельдерей, кейл, шпинат;

• грецкий орех и масло;

• льняное масло/семечки;

• красная рыба;

• чеснок;

• ферментированные продукты (квашеная капуста, кефир, кимчи).

Исключить стоит продукты, богатые насыщенными жирами и простыми сахарами. И конечно, не забывать включать в рацион достаточное количество жидкости.

Антибиотики — необходимые для выживания медикаменты. На сегодняшний день им нет альтернатив, хотя попытки адаптировать их под конкретный организм предпринимаются уже сейчас. Но их назначение, как и принятие решения о поддерживающей терапии пробиотиками, должен принимать врач.

С молоком матери

Организм человека начинает заселяться бактериями еще до рождения: микрофлору нашли и в плаценте, и в амниотической жидкости, и в пуповинной крови. После рождения микроорганизмы поступают к нам с материнским молоком, которое содержит около одного миллиарда бактерий на литр, а также пребиотики — галакто- и фруктоолигосахариды, способствующие формированию здоровой микрофлоры в кишечнике. Именно поэтому дети на искусственном вскармливании должны получать пребиотики вместе с питательной смесью.

Интересно, что примерно 20% матерей неспособны секретировать пребиотические олигосахариды с фукозиловыми остатками по причине мутации гена FUT2. Об этом подробнее можно прочитать в главе 7: специалисты восхваляли устойчивость носителей этого генного варианта к хеликобактерному гастриту и «кишечному гриппу», вызываемому вирусом Норфолк. Но в части производства молока для выкармливания собственных детей мамы с мутантным FUT2 немного подкачали: их молоко содержит примерно вдвое меньше олигосахаридов, чем у мам со стандартным геном. Поскольку олигосахариды молока человека способствуют росту полезных бифидобактерий и бактероидов, в кишечнике трехлетних детей, вскормленных FUT2-негативными мамами, этих бактерий в результате оказывается меньше, а их место занимают условно вредные виды из рода Prevotella. Вариант гена FUT2 — хороший пример системы сдержек и противовесов, точно так же, как у викингов с гемохроматозом. С одной стороны, мы получаем защиту от поноса и боли в желудке, а с другой — проигрываем, ослабляя кишечное сообщество своего потомства. Проигрыш, кстати, немал. Дети мам с обедненным по составу олигосахаридов молоком более склонны к развитию болезни Крона — весьма неприятного аутоиммунного заболевания кишечника.

А как же дети, вскормленные искусственно? Ведь в баночках с детским питанием микробов уж точно нет? Действительно, нет. Этот фактор объясняет, почему дети, вскормленные грудью, имеют лучший иммунитет по сравнению с выросшими на искусственном питании. Но не будем забывать, что груднички, получающие порошковое молоко из банки, тоже откуда-то набирают полезных бактерий. Загадка? Ответ прост — бактерии вездесущи! Мы завернуты в свой микробиом, как в облако, и постоянно «стряхиваем» его на окружающие предметы. Младенцы облизывают пальцы, игрушки, пеленки и что попало, усваивая микробиом родителей и других проживающих с ними родственников. Предвосхищая вопрос проницательных читателей, ответим: а также микробиомы собак, кошек, попугаев и других домашних животных, разделяющих с нами жилище[75].

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

После получения первой порции молозива грудное вскармливание становится лучшим стартом для ребенка. На данный момент исключительно грудное вскармливание советуют продолжать до шести месяцев и далее — по последним рекомендациям ВОЗ, до двух лет, совмещая с обычной человеческой едой. Только у одной из трехсот женщин есть реальные показания к отмене грудного вскармливания, связанные с состоянием здоровья мамы или малыша или необходимостью приема медпрепаратов, которые невозможно сочетать с грудным вскармливанием. То, что раньше считалось основанием для отмены грудного вскармливания, — колики, аллергия, неподходящая форма сосков, полный рабочий день и прием антибиотиков — в настоящее время уважительными причинами не является. Чтобы успешнее войти в ритм выкармливания ребенка грудью, воспользуйтесь следующими советами.

1. Вовремя обратитесь к грамотному консультанту по грудному вскармливанию или медицинской сестре, которые помогут наладить процесс кормления: подобрать удобную позу и накладки на соски для улучшения захвата, установить режим и, при необходимости, процедуру сцеживания.

2. Проконсультируйтесь у педиатра, особенно если у ребенка наблюдаются неадекватные реакции на кормление грудью, например слишком медленный набор веса или прожилки крови в стуле.

3. Скорректируйте ваш рацион, особенно если ранее была диагностирована непереносимость того или иного продукта.

Настоящие аллергические реакции на еду, которую потребляет мама, — довольно редкое явление. Но большинство родителей винят именно съеденную мамой пищу во всех мыслимых и немыслимых грехах, таких как прыщики на щеках у младенца, опрелости под подгузником, срыгивания и, конечно, пресловутые колики. В подавляющем большинстве случаев такие явления — всего лишь один из вариантов нормального процесса развития детского организма и не требуют коррекции, а тем более ограничения рациона мамы — самого главного человека, ответственного за жизнь и здоровье ребенка. В развитых странах главный упор делается на сохранение в рационе мамы как можно большего спектра продуктов, а при необходимости отмены какой-либо пищевой группы, например молочных продуктов, создаются все условия, чтобы рацион остался полноценным. Например, в меню добавляются богатые или обогащенные кальцием продукты растительного происхождения.

Садясь на диету с исключением общепринятых «аллергенов» вроде курицы, капусты, красных продуктов, шоколада, цитрусовых и зерновых, мама не делает лучше ребенку и уж тем более не улучшает его иммунитет. Чтобы наверняка убедить читательниц во вреде ограничительных диет, приведем в пример исследования, показавшие, что мамы, придерживавшиеся во время беременности и грудного вскармливания разнообразного питания, имеют меньше шансов в дальнейшем заполучить ребенка с аллергией и даже ребенка-малоежку, отвергающего попытки добавить в его рацион новые продукты[76]. Ведь у детей мам, ограничивавших свой рацион, и пищеварительная система, и вкусовые рецепторы не натренированы для восприятия продуктов с новыми вкусами и их усваивания. Ученым предстоит еще точнее разобраться с тем, как именно это работает, но первые данные о важности разнообразия питания мамы уже получены.

Состав грудного молока зависит от типа питания и здоровья мамы. Даже по такому простому параметру, как содержание жира, образцы молока могут различаться на порядок — от 7 до почти 90 г на литр! А ведь жир материнского молока обеспечивает примерно 40% энергозатрат новорожденного.

Состав грудного молока зависит от многих факторов, в том числе питания и самочувствия мамы, времени кормления и объема молока в груди. Однако важнее потребности самого ребенка. Организм матери вырабатывает в точности то, что нужно малышу, а это более двухсот различных типов жирных кислот (жирность грудного молока варьируется в пределах 3,5–4,5%), более двухсот типов олигасахаридов, четыреста типов белковых структур и более восьмисот видов различных бактерий. Все это необходимо для здорового роста и становления микрофлоры кишечника ребенка[77].

Знаете устойчивое выражение «впитать с молоком матери», означающее «усвоить с ранних лет»? Его обычно употребляют по отношению к тем или иным особенностям культуры, передающимся из поколения в поколение. Так вот, свежая работа международного коллектива исследователей под руководством Сеппо Салминен из Университета Турку в Финляндии подтвердила точность этой фразы. Ученые проанализировали молоко семидесяти девяти женщин из Пекина (Азия), Кейптауна (Южная Африка), Хельсинки (север Европы) и Валенсии (Средиземноморское побережье) и показали, что грудные выделения, собранные в различных частях света, уверенно различаются как по составу жирных кислот, так и по передаваемой младенцам микрофлоре[78].

Интересно, что и внутри каждой этнической группы, и в общей массе образцы молока различались и по способу рождения — натурального или с помощью кесарева сечения. Мы воздержимся от советов, какие роды «здоровее», и утверждений, чье молоко «лучше». Такая постановка вопроса с точки зрения науки попросту некорректна — есть множество исследований, подтверждающих фактор природной персонализации многочисленных процессов, происходящих с человеком в течение его жизни. Некоторые из них мы пока можем лишь описать и удивиться: по-видимому, первые часы и далее примерно два-три первых года жизни ребенка действительно накладывают микробный отпечаток на последующее состояние его здоровья!

О пользе грязи

В области изучения микробиома новорожденных финны впереди планеты всей! Много шуму наделала работа финского аспиранта Томми Ватанена, опубликованная в журнале Cell[79]. Вместе со своим научным руководителем Рамником Хавье из Массачусетского технологического института он исследовал причины загадочного роста детских аутоиммунных заболеваний в ближнем северном зарубежье, в том числе Финляндии, но не в Карелии. Частота встречаемости пищевой аллергии и детского аутоиммунного диабета между этими двумя районами отличается примерно в пять-шесть раз! В соседней Эстонии переход от социализма к капитализму сопроводился примерно таким же ростом детской заболеваемости. Раньше советская Эстония напоминала нынешнюю Карелию, а теперь стала совсем как Финляндия. Ученые заинтересовались этой важной проблемой и набрали группу из тысячи новорожденных, из каждой страны треть. С момента рождения и до трех лет каждый ребенок был подробно многократно исследован, при этом образцы стула собирались каждый месяц. Группа получила название DIABIMMUNE.

Для своего исследования Ватанен выбрал результаты анализов не всех детей, а только тех, кто был предрасположен к развитию аллергии и аутоиммунных заболеваний, поскольку унаследовал генные варианты, часто встречающиеся у лиц с такими болезнями. Результаты клинического обследования трехлеток показали, что примерно по 11–12% маленьких финнов и эстонцев хоть и были пока здоровы, но уже имели в крови антитела, указывающие на скрытый аутоиммунный процесс и постепенно разрушающиеся клетки поджелудочной железы. Среди карельских детей такие антитела наблюдали всего лишь в 1,9% случаев. Такая же история произошла и со скрытой аллергией на молоко и яйца: 25–27% у финнов, 15–19% у эстонцев и всего лишь 8% у карельских малышей.

Исследование архивных образцов кала младенцев показало, что в кишечниках финских и эстонских малышей первого года жизни преобладали бактероиды, а вот у карельских детишек эти микробы были немногочисленными. В попытке разобраться, как избыток бактероидов провоцирует аллергию, ученые провели подробный сравнительный анализ метаболизма различных обитателей кишечника. Оказалось, что у бактероидов, как и у хорошо известной нам кишечной палочки E. coli, клеточная стенка состоит из так называемого липополисахарида — комплекса бактериальных жиров и углеводов, всасывающихся в кишечнике и попадающих в кровь. При встрече с лимфоцитами липополисахариды кишечной палочки вызывают сильную воспалительную реакцию, а вот такие же молекулы из оболочки бактероидов просто тихо накапливаются в крови.

На первый взгляд кажется, что кишечная палочка ведет себя плохо, а тихенькие бактероиды — хорошо. Однако у физиологии иммунной системы другая логика. Именно на первом году жизни иммунная система учится различать свое и чужое. Постоянный стресс со стороны липополисахарида кишечной палочки постепенно приучает иммунную систему новорожденного отличать реальную опасность от выдуманной. Привыкнув к опасному липополисахариду E. coli, наши лимфоциты перестают реагировать на слабые антигенные раздражители, зато при встрече с реальной опасностью прямо-таки взвиваются в воздух! А вот иммунная система, взращенная на безопасном липополисахариде бактероидов, по неопытности иногда реагирует на что попало: то на вполне безопасный яичный белок, то на антигены своих же клеток. «Детский» диабет возникает из-за того, что лимфоциты почему-то принимают нужные нам инсулинопроизводящие клетки поджелудочной железы за чужаков.

У более обеспеченных городских детей Скандинавии, первый год своей жизни проводящих в «тепличных» условиях, кишечной палочке взяться практически неоткуда. У карелов же ситуация не такая благополучная, и малыши чаще успевают облизать игрушку или поковырять в носу. Именно поэтому карелы встречаются с кишечной палочкой в первые же месяцы жизни, а финны и эстонцы — только после того, как научатся убегать от мамы. Но тогда уже поздно. Иммунная система созрела, и «тепличные» дети более склонны к аллергиям и аутоиммунным заболеваниям.

Так называемая гигиеническая гипотеза, объясняющая всплеск аллергии и аутоиммунных заболеваний в Европе в конце XX века, была предложена британским эпидемиологом Дэвидом Стречаном в конце восьмидесятых годов прошлого столетия. Однако вплоть до недавнего времени она оставалась умозрительной, поскольку подкреплялась в основном эпидемиологическими данными. Работа теперь уже доктора Томми Ватанена и других участников проекта DIABIMMUNE сделала весьма серьезную заявку в поддержку этой гипотезы. Похоже, от грязи бывает не только вред, но и польза.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Постарайтесь воздержаться от крайностей. Гигиену придумали не зря. Да, раннее знакомство с патогенной флорой действительно защищает от пищевой аллергии и диабета. Однако помните про сдержки и противовесы, так часто встречающиеся в природе. Защита достается дорогой ценой. В условиях «дикого выпаса» дети чаще болеют, иногда довольно серьезно. К семи-пятнадцати годам шансы карельского школьника повстречаться с хеликобактерной инфекцией желудка в пятнадцать раз выше, чем у финского. Для гепатита А эта разница составляет двенадцать раз, а для токсоплазмы — пять. Ничего хорошего эти инфекции с собой не несут. Взвесьте эти факты, прежде чем запустить своего грудничка в вольер с морскими свинками.

Часто попадающих в организм с продуктами питания патогенных бактерий действительно не так уж много. Примеры — хорошо всем известные Listeria, E. coli и Salmonella. Постарайтесь избежать этих «врагов из тарелки». Особенно чувствительны к патогенным бактериям маленькие дети, пожилые, беременные женщины, люди, принимающие иммуносупрессанты, страдающие хроническим дисбиозом, синдромом раздраженного кишечника и, как бы странно это ни звучало, путешественники.

Вспышки заражения такими бактериями происходят регулярно. Каждый раз эпидемиологи тщательно изучают и причины болезни, и варианты, как избежать инфекции. По итогам многолетних работ были созданы рекомендации, доступные на сайте cdc.gov. Их знают все, но придерживается не каждый. Специалисты вовсе не призывают нас к дополнительным «обрядам» вроде вымачивания капусты в воде с солью или содой, обязательному маринованию мяса, тем более мытью овощей и фруктов со специальными средствами. Правила довольно просты: промыть овощи и фрукты под проточной водой, быть аккуратнее с сырым мясом и яйцами, особенно если вы относитесь к одной из групп риска, перечисленных выше.

В походе или на отдыхе мы нередко теряем бдительность, меньше внимания уделяем гигиене рук, мытью зелени, овощей и фруктов и тщательности приготовления продуктов. Многое зависит и от объема съеденного, условий проживания, общей эпидемиологической обстановки и состояния иммунной системы ребенка и взрослого. Выдержит ли иммунная система карельского ребенка встречу с бактериями, оставшимися на немытых перед едой руках после игр с хомячком? А финского? Мы не знаем. Однако нам точно известно, как предотвратить опасность: тщательно помыть руки перед едой.

Устойчивая микрофлора формируется к третьему году жизни и впоследствии остается, за исключением «встрясок» от антибиотиков, довольно стабильной — вплоть до пожилого возраста. Однако в этой стабильности прослеживаются тренды двух типов. Первый — постепенные изменения микрофлоры в связи со старением, а второй — колебания процентного содержания разных видов микробов в зависимости от качества жизни (экологической обстановки, уровня стресса, наличия хронических заболеваний, уровня физической активности и качества сна) и режима питания.

Разнообразие питания и кишечной микрофлоры

Идея о роли кишечного микробиома в процессе старения принадлежит нобелевскому лауреату Илье Ильичу Мечникову, первооткрывателю фагоцитоза. Он предположил, что причиной ускоренного старения курильщиков и мясоедов становится «гнилостная микрофлора», с возрастом разрастающаяся в толстом кишечнике и отравляющая организм. Излюбленным способом продления молодости для Мечникова были йогурты и простокваша. Надежда на содержащиеся в них кисломолочные бактерии оправдала себя лишь отчасти: защитила от кишечных проблем, но не спасла от серии инфарктов, в конце концов подорвавших организм ученого.

Однако во многом Мечников был прав. Согласно исследованиям итальянских ученых из Болонского университета, биоразнообразие кишечной микрофлоры значительно снижается с возрастом. Бактерии-защитники, в том числе клостридии и бифидобактерии, страдают, а освободившееся место постепенно занимают условно патогенные энтеробактерии и грибки, которые «подогревают» не сопровождающийся явной клинической картиной воспалительный процесс. Из-за этого ослабевают и синтез короткоцепочечных органических кислот, необходимых для питания клеток стенки кишечника, и способность микрофлоры перерабатывать сахара, что может способствовать развитию сахарного диабета второго типа и ожирению[80].

Сейчас многие исследователи изучают процессы старения и их связь с микрофлорой кишечника. Однако технологии, которые применяются в науке сегодня, в частности секвенирование генома всех микробов в кишечнике человека для определения состава микрофлоры, стали доступны не так давно. Прогресс в клеточных и молекулярных исследованиях позволил нам четче понять основные механизмы и признаки (например, старение или прогрессирующее ухудшение клеточных и физиологических функций), которые лежат в основе сложных процессов возрастных нарушений иммунной системы, таких как воспаление и нарушение обмена веществ. Эти проблемы действительно могут быть одним из основных факторов риска возрастной предрасположенности к различным хроническим заболеваниям, включая сердечно-сосудистые, инфекции, заболевания кишечника, аутоиммунные заболевания, рак, диабет, ожирение и нейродегенеративные заболевания.

Необычайный прогресс исследований старения за последние годы привел к заметному укреплению лагеря сторонников идеи, что этот процесс можно по крайней мере отчасти «затормозить», поддерживая биохимический и иммунологический гомеостаз.

[81], [82]

Интересный факт выявлен в недавней работе Аннамарии Каттанео из итальянского города Брешиа, которая сейчас работает в Королевском колледже Лондона[83]. Оказалось, что отложения белка амилоида — ключевой признак болезни Альцгеймера — тоже под контролем кишечных бактерий[84]. Изобилие кишечных палочек и шигелл способствует патологическим изменениям тканей мозга, а число эубактерий, производящих противовоспалительную масляную кислоту (бутират), уменьшается. Ускорение возрастного снижения интеллектуальных способностей при наличии тлеющего воспаления не новость. К счастью, работа доктора Каттанео указывает: в конце тоннеля зажглась лампочка. Не исключено, что возрастным отложениям амилоида можно противопоставить контроль состояния микробиоты. Если бутиратпроизводящие бактерии — наши друзья, давайте их… подкормим!

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Противовоспалительные эубактерии особенно любят так называемый трудноусваиваемый (резистентный) крахмал, которого много в зеленых бананах, недоваренном картофеле, зелени, фасоли, кешью, ячмене и чечевице, а также ржаной муке грубого помола; богат им и традиционный для жителей Израиля хумус, основу которого составляет перетертый нут. Пусть название «трудноусваиваемый» не собьет читателя с толку: хоть этот крахмал и не усваивается с помощью наших собственных ферментов, но бактерии с ним справляются. Правда, с образованием не глюкозы, как обычно, а бутирата, которого нам так не хватает.

Эубактерии производят бутират (короткоцепочечную масляную кислоту) в процессе бескислородного брожения пищевых волокон, в том числе и резистентного крахмала. В штате Мичиган испытали его действие на двадцати молодых добровольцах[85]. Целую неделю добровольцы ели по 48 г картофельного крахмала — половину дозы утром и половину вечером. Через неделю количество вожделенного бутирата в стуле участников исследования выросло в среднем в полтора раза! Правда, примерно трети здоровых добровольцев крахмал не помог, что, скорее всего, объясняется отсутствием того или иного ключевого микроба-утилизатора в составе их кишечного сообщества. Так что лучше над собой такие эксперименты не ставить, а сделать ставку на увеличение разнообразия своего рациона, в том числе и доли продуктов, богатых крахмалом.

Для здоровья кишечника также важна пропионовая кислота. И бутират, и пропионат стимулируют клетки слизистой оболочки кишечника произвести побольше пептида YY, который участвует в процессах, регулирующих аппетит. Больше YY — меньше хочется есть. Будучи кислотами, бутират и пропионат также снижают pH содержимого толстого кишечника и способствуют выведению из организма токсичного аммиака, образующегося при разложении аминокислот (усвоении белковой пищи).

О возможных последствиях переедания белковой пищи животного происхождения мы расскажем отдельно, а здесь лишь заметим: высокий уровень микробного производства бутирата снижает вероятность негативного воздействия употребления чрезмерного количества красного мяса. Уже сейчас вы можете включить в рацион бобовые — отличный источник растительного белка, клетчатки и ряда макро- и микроэлементов, таких как цинк, железо. Особенно если в настоящее время они попадают на ваш стол не чаще раза в неделю. Начните с небольшого количества хумуса, который сделан из нута или чечевицы, фасоли. Вероятность того, что такой минимум богатой белком растительной пищи вызовет вздутие, будет меньше, если употреблять их регулярно. В среднем полчашки бобовых в день добавят к вашей диете 2–4 г резистентного крахмала, который, как видим, нам необходим.

Масляная кислота — на все руки мастер. Такое простое вещество, а везде поспевает. В частности, бутират держит в узде экспрессию онкогенов, улучшает метаболизм жиров и снижает выраженность мышечной атрофии при старении. Но главное его свойство — подавление системного воспаления. В экспериментах с животными он продлевал жизнь дрозофилам и мышам, чье старение было ускорено генетически. Крупные исследования здоровых столетних стариков показали, что в их кишечнике уровни противовоспалительных короткоцепочечных жирных кислот, включая бутират, выше, чем у некоторых молодых![86]

Вырабатываемая кишечными бактериями уксусная кислота (ацетат) очень похожа по своей структуре на масляную и пропионовые, но насчет ее свойств — целебных или наоборот — ученые пока не определились. Сначала во множестве однотипных работ было показано, что неблагоприятные метаболические эффекты рациона с высоким содержанием жира можно свести на нет путем одновременного употребления достаточных количеств уксусной кислоты или ее солей, по крайней мере у мышей. А потом в журнале Nature вышла убедительная работа Рейчел Перри из Йельского университета, показавшей, что у крыс производящая ацетат кишечная флора возбуждает парасимпатическую систему и в несколько раз повышает выработку гормона аппетита — грелина, в результате чего подопытные животные быстро набирают вес и перестают справляться с глюкозой. Иными словами, мыши от ацетата худеют, а крысы полнеют[87]. Хотя и те и другие — грызуны.

А как же обстоят дела у человека? Концентрации ацетата в крови у худых и толстых не различаются, но в образцах кала лиц, страдающих ожирением, его почему-то больше. Исследования корреляций уровней уксусной кислоты и продукции возбуждающего аппетит грелина тоже ни к чему не привели. Оказалось, при ожирении уровень этого гормона повышен всегда, хоть до приема ацетата, хоть после него. Вывод простой: люди не мыши, но все же и не крысы. Поиграв с уровнем какой-то одной микробной молекулы, уравнение ожирения у людей не решишь.

Интересно, что у лиц, не страдающих ожирением, выделения гормона аппетита грелина можно добиться и с помощью простого вливания слабого раствора уксусной кислоты в желудок. Теперь вам понятно, почему нам так хочется проглотить заправленный кисло-сладким соусом салатик, маринованный шашлык прыгает в желудок целыми шампурами, а самый популярный вкус картофельных чипсов в Великобритании — с уксусом?

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

И высокий, и, наоборот, пониженный аппетит, а также степень увлеченности разными диетами зависят от множества факторов — начиная с генетической предрасположенности и эпигенетических предпочтений тех или иных продуктов, закладывающихся еще в пренатальный период, и заканчивая текущим настроением, уровнем стресса и состоянием иммунной системы. Как бы нам хотелось представить протекающие в человеческом организме процессы в упрощенном виде, например свести их к выработке или невыработке какого-нибудь гормона! Но, скорее всего, на этом пути нас ждет фиаско. В то же время понимание принципов функционирования нашего организма и его основных биохимических процессов станет отличным инструментом для самодиагностики возможных причин переедания или других разновидностей пищевого неблагополучия. Удивительно, но совет здесь прост: ведите дневник питания, не бойтесь следить за тем, что вы едите и как реагируете на те или иные блюда.

Поэкспериментируйте с салатными заправками. Если вы не любите салаты и овощи, просто заправленные маслом, добавьте немного уксуса. Попробуйте два одинаковых салата с разными по интенсивности заправками. Как ощущения?

Обитатели нашего организма — полезные и вредные

Замени микробов — изменишь судьбу

Калорийность и состав диеты влияют на относительную представленность разных видов микрофлоры. Например, у некоторых граждан всего за несколько дней новогодних праздников достигается 20%-ное увеличение доли гнилостных бактерий группы клостридий по отношению к группе намного более полезных бактероидов. Вот так сказывается усиленное питание оливье. Как именно это происходит, объяснить нетрудно. Бактерий в кишечнике много, размножаются они быстро, поэтому уже через сутки-двое нам, в соответствии с теорией Дарвина, становятся заметны результаты естественного отбора. Бактерии, не получающие привычную им пищу в достаточном количестве, свои ряды сокращают. Их места занимают микробы, способные извлечь из вредных новогодних блюд максимум пользы.

Профессор Л. Давид и его коллеги установили, что переход с вегетарианской диеты к преимущественно животной пище приводит к увеличению доли микроорганизмов, устойчивых к действию желчи[88]. Эти бактерии также обладают отличными способностями к поеданию белка. Некоторые белок-расщепляющие микробы, например Bilophila wadsworthia, способствуют развитию воспалительных заболеваний кишечника, в том числе полипов, которые могут со временем дать начало опухоли.

Поскольку за счет увеличения потребления мяса мы получаем меньше растительной пищи, в кишечнике снижается доля так называемых фирмикут — анаэробных бактерий, обладающих толстой клеточной стенкой и питающихся в основном полисахаридами растений. Переход на диету с высоким содержанием легкоусвояемых углеводов, наоборот, способствует увеличению доли фирмикут. Интересно, что, однажды размножившись, они изо всех сил стараются удержать свой плацдарм, не пуская на него микробов с менее эффективным метаболизмом. Возможно, наши микробы и их вкусовые предпочтения — это одна из причин, почему от диеты с высоким содержанием сахара и процессированной пищи так трудно отвыкнуть.

Для измерения «устойчивости» не совсем здорового метаболизма к вызванным диетой изменениям своего состояния биологи даже выработали специальный термин — отношение фирмикутов к бактероидам. Дело в том, что примерно 90% микроорганизмов кишечника относятся либо к одному, либо к другому из этих крупных типов бактериальной флоры. И у тучных людей, и у лабораторных животных, содержащихся на жирной и сладкой диете, это отношение меняется в пользу фирмикутов.

Как правило, набрать жирок гораздо легче, чем похудеть. Одно из объяснений этого феномена в том, что фирмикуты — гораздо более эффективные поглотители калорий, чем бактероиды. После набора веса пространство уже завоевано ими. Более слабеньким бактероидам труднее оттеснить их обратно.

Эксперименты с мышами, крысами и другими лабораторными животными четко показывают: ожирение заразно. Конечно, воздушно-капельным путем передать свой микробиом соседу трудно. Для мышей ученые разработали методику его «пересадки». Она проста: собираем фекалии, промываем, фильтруем. Твердые непереваренные остатки выбрасываем, а получившуюся светло-коричневую жидкость вводим мышам либо через желудочный, либо через колоноскопический зонд. Пересадка микробиома от жирных мышек худым вызывает у последних набор веса, и наоборот.

Дальше — больше. Можно ведь мышкам пересадить и человеческие микробиомы! Оказалось, что худые мыши, получившие микроорганизмы худых людей, сохраняют свой вес, а те, которым досталась кишечная микрофлора толстяков, поправляются. Если мышек, зараженных двумя типами человеческой микрофлоры, поместить в одну клетку, никакого разделения по массе тела не будет. Зверьки поедают фекалии друг друга и обмениваются микрофлорой. При этом здоровая микрофлора худых грызунов побеждает микрофлору толстяков: обе группы мышей остаются в нормальном весе[89]. Заметьте: при дарвиновской конкурентной борьбе внутри мышки побеждает здоровая флора, а при схватке внутри человека — видимо, нездоровая. Правда, мы и фекалии не едим.

Но можно помочь и людям. Когда встает вопрос жизни и смерти, нос перестают зажимать даже самые чувствительные граждане и гражданки.

Чудодейственная мощь микробиома впервые показала себя в лечении и предупреждении кишечных инфекций, вызываемых бактериями Clostridium difficile, в том числе тяжелого псевдомембранозного энтероколита. Только в Америке эта устойчивая к антибиотикам бактерия ежегодно становится причиной двадцати девяти тысяч смертей[90]. Чаще всего псевдомембранозный колит возникает как осложнение после терапии антибиотиками. И лечили его раньше тоже антибиотиками, причем самыми мощными. По сути, применялась тактика выжженной земли. Неудивительно, что в тяжелых случаях пациенты часто гибли, а выжившим требовалось хирургическое удаление пораженной части кишечника. Данные, полученные на животных, указывали на отличные способности пересаженных фекальных бактерий к восстановлению нормальной микрофлоры кишечника, и врачи решили испытать процедуру на людях.

Первые эксперименты такого рода были проведены еще в 1958 году колорадским хирургом Беном Эйсманом, который вылечил таким образом четверых безнадежных больных. Потом в США об этом эксперименте подзабыли, а вот в Австралии, в Центре заболеваний системы пищеварения, новый способ лечения угрожающих жизни колитов был подхвачен врачами[91]. Он применялся регулярно и с большим успехом. Эффективность метода уже доказана примерно в шести сотнях научных публикаций — в большинстве случаев для выздоровления достаточно одной процедуры внутрижелудочного вливания отфильтрованных каловых масс весом 300–500 г. Доступно лечение с помощью фекального трансплантата и россиянам. Первые пересадки культур нормальной кишечной микрофлоры успешно прошли в новосибирском Академгородке[92].

Поскольку оформленные по всем правилам клинические испытания фекальных трансплантатов начались лишь недавно, к горизонту открывшихся возможностей доктора и ученые еще только подбираются. Пионер технологии фекальных трансплантатов австралийский доктор Бородый, накопивший огромную базу данных по своим пациентам, заметил, что после фекальной пересадки улучшается не только работа кишечника[93]. У многих больных отступили и симптомы сопутствующих заболеваний — болезни Паркинсона, рассеянного склероза, артрита, хронической усталости.

Однако первое, что приходит в голову после изучения экспериментов с худыми и толстыми мышками, — это возможности фекальной коррекции ожирения и метаболического синдрома. Мы нашли результаты лишь нескольких экспериментов такого рода. Голландка Анне Вризе провела клинические испытания трансплантации фекальных масс на восемнадцати больных метаболическим синдромом, перед процедурой подвергшихся промыванию желудка и кишечника раствором полиэтиленгликоля[94]. Половина больных получили микробиом здоровых людей с нормальным весом, а половина — контрольная группа — собственный микробиом, собранный сутками раньше. Поскольку исследование было «двойным слепым», ни добровольцы, ни врачи не знали, кому именно ввели лечебный микробиом, а кому — еще одну порцию своих же микробов. Через шесть недель после однократной процедуры состояние больных, получивших «здоровый» микробиом, было намного лучше, чем в контрольной группе: увеличились скорость метаболизма глюкозы и чувствительность к инсулину, улучшился липидный профиль, выросло производство бутирата. Однако тучные больные не похудели, да и противодиабетический эффект не задержался надолго: уже через двенадцать недель состояние больных вернулось к «нездоровой» норме. Может быть, потому, что за одну процедуру здоровье полностью не поправишь, а может, и из-за значительной разницы индивидуальных ответов на процедуру.

Схожих результатов добилась и группа ученых из Бостона, скормившая двадцати двум здоровым добровольцам-толстякам по тридцать капсул с дистиллированным калом от донора-худышки[95]. Бактерии в капсулах точно оказались жизнеспособными, что отразилось на составе микробных сообществ, населяющих кишечник реципиентов, да и профиль желчных кислот у получивших фекальный трансплант изменился в лучшую сторону. Но вот похудеть добровольцам не удалось.

В настоящее время клинические испытания фекальных трансплантатов для борьбы с ожирением и диабетом ведутся сразу в четырех научных центрах. Госпиталь штата Массачусетс для борьбы с ожирением и диабетом сделал ставку на растворимые капсулы с фильтрованными фекалиями (их можно принимать хоть три раза в день). Именно там и была проделана работа, описанная абзацем выше. Итальянцы намереваются изучить метаболизм глюкозы в течение полугода после пересадки микрофлоры и поддерживающей терапии в виде диеты и физкультуры. Китайские ученые уже пересадили фекальный экстракт тридцати больным диабетом и пронаблюдали изменения их метаболического профиля в течение двух лет, но результаты исследования пока еще не опубликованы. Канадцы же тестируют эффективность трансплантата у больных метаболическим синдромом и жировым перерождением печени.

Акцио, аккермансия!

«Аккермансия!» — Гарри Поттер взмахнул волшебной палочкой, и глупый толстяк Дадли Дурсль превратился в очаровательного молодого человека. Заклинание Гарри «подарило» Дадли бактерию под названием Akkermansia muciniphila, открытую аспиранткой университета нидерландского города Вагенинген Мюриэл Дерриен лет пятнадцать тому назад. Еще лет десять бактерией никто не занимался, пока в 2014 году случайно не выяснилось, что кишечники людей с самыми разными метаболическими заболеваниями, в том числе диабетом, жировым перерождением печени, гипертонией и т. д., содержат намного меньше аккермансии, чем кишечники здоровых. И противодиабетический препарат метформин, и так называемая бариатрическая хирургия, при которой желудок подвергается искусственному уменьшению, приводят к восстановлению популяции аккермансии, а также к улучшению здоровья.

А что, если расфасовать аккермансию в капсулы и выдать их диабетикам? Группа бельгийских ученых под руководством Патрис Кани так и поступила. Тридцать два желающих поправить свое здоровье добровольца три месяца получали либо живые, либо пастеризованные бактериальные клетки, аж по десять миллиардов в день; а те, кому не повезло в лотерее рандомизации, — пустышку-плацебо. Оказалось, что лучшее лекарство — не живая, а пастеризованная бактерия. У принимавших ее добровольцев состояние здоровья заметно улучшилось. Повысилась чувствительность к действию инсулина, а в ответ на это снизились и его концентрация, и уровень холестерина, и биомаркеры воспаления печени. Более того, эти участники исследования похудели в среднем на два килограмма, что было заметно даже при измерении объема бедер, сократившегося аж на 2,5 см[96].

Поскольку мегаполезная аккермансия встречается в природе, а не выращена в пробирке, запатентовать ее невозможно, а значит, ожидать ее превращения в лекарственный препарат не приходится. Никакой фармгигант не станет связываться с продуктом, который в принципе не может принести денег, потому что будет сразу же растиражирован конкурентами, падкими на незащищенные как интеллектуальная собственность научные сенсации.

А что же производители БАДов? Ведь они с успехом продают такие же непатентуемые лактобациллы и бифидобактерии. Авторы этого текста вот уже два года регулярно перелопачивают интернет, чтобы приобрести пробиотики с аккермансией для своей непосредственной пользы. К сожалению, без успеха. Аккермансия не продается — скорее всего, потому, что ее не так-то легко культивировать. Капризная бактерия растет только на среде, содержащей хитозан, и только в отсутствие кислорода, а значит, запуск ее производства потребует немалых усилий. Авторы убеждены: игра стоит свеч, наверняка разработка пробиотика на основе аккермансии где-то уже идет полным ходом, и вскоре мы всё же увидим его на прилавках.

Но обратимся к альтернативным решениям. Ученые обнаружили, что диета с высоким содержанием инулина, фруктанов и жиров приводит к стократному увеличению доли аккермансии в кишечнике грызунов. Конечно, люди не мыши, но некоторые данные уже имеются и для человека. Результаты систематического анализа литературы утверждают: доля аккермансии, скорее всего, подрастет в ответ на экстракт граната, ресвератрол, полидекстрозу, ферментированные дрожжи, бутират натрия, инулин, а также простое ограничение калорий.

Между тем и фармацевтическая отрасль не дремлет. Оказалось, что главная польза аккермансии заключается в одном из ее поверхностных белков, скрывающемся под скучным названием Amuc_1100. Генно-модифицированная версия этого белка способна сама по себе активизировать толл-подобный рецептор 2 (TLR2), архиважный для здоровья кишечника. Нет сомнений, что лет через десять мы увидим рекомбинантный (произведенный отдельно от аккермансии, в совершенно других бактериях) противодиабетический лекарственный препарат на основе Amuc_1100. Правда, ничто рекомбинантное в медицине не бывает дешевым.

Но мы заранее откроем читателям важный секрет. Если еще живую аккермансию слегка нагреть, она из последних сил постарается произвести побольше Amuc_1100. Этот белок не разрушается при пастеризации и придает препарату описанные выше волшебные свойства. Именно поэтому пробиотик из мертвых пастеризованных бактерий действует лучше изготовленного из живых. И принципиальной разницы между дорогим препаратом будущего и пастеризованной аккермансией не будет.

Итак, дело за малым: смелыми бизнесменами, которые наконец-то сделают для нас этот прекрасный продукт.

Мой внутренний мир

Психологи, психиатры и ученые, занимающиеся изучением мозга и поведения, отлично знают, что состояние и настроение человека во многом зависят от простой химии — уровней дофамина, норадреналина, серотонина и других бойцов невидимого фронта, постоянно передающих приветы от одного нейрона другому. А что, если в игру вступят такие же невидимые «перехватчики», которые будут попросту… съедать какой-нибудь важный нейронный сигнал-медиатор? Для кого-то «гормон счастья», а для кого-то — еда как еда. Может, эти диверсанты будут не съедать важное для мозга вещество, а, наоборот, подливать его в систему ведрами, до галлюцинаций? И рассказывай потом в полиции, где был и что видел.

Описанная картинка не так уж далека от истины. Вполне полезные лактобациллы и бифидобактерии способны делать из глутамата гамма-аминомасляную кислоту (ГАМК), главный «тормозной» нейромедиатор, высокая концентрация которого обеспечивает нам спокойствие и собранность. Кишечная палочка и пекарские дрожжи испускают норадреналин, от которого мы с перепугу взвиваемся в воздух. Кандиды, стрептококки и энтерококки производят серотонин, позволяющий не замечать очевидных недостатков бойфренда, а бациллы и серратии — дофамин, нашептывающий о простых радостях жизни. Триптофан поставляет бактерия Bifidobacterium infantis — благодаря ей наблюдается рост толерантности и доброжелательного поведения на фоне уменьшения раздражительности и восприятия окружающих как, в сущности, приятных людей. Это еще не все! Lactobacillus acidophilus штамма NCFM вообще никого не стесняется — напрямую усиливает экспрессию каннабиноидных рецепторов как в стволе мозга, так и на периферии.

Потрясающее открытие сделал студент Северо-Восточного университета Бостона Филип Стрэндвиц. Его научный руководитель Ким Льюис заметил, что многие некультивируемые бактерии можно вырастить на чашке Петри в присутствии микробов-помощников, поставляющих им недостающие метаболиты. Работая с некультивируемыми бактериями, Филип нашел странный микроб под номером KLE1738, растущий только в присутствии Bacteroides fragilis или Dorea longicatena. Очистив вещества, выделяемые бактериями-помощниками, аспирант нашел заветный компонент, которого так не хватало неуловимому микробу: гамма-аминомасляную кислоту! Этот микроб только и делал, что подъедал производимую другими бактериями ГАМК. А ведь у человека нехватка ГАМК вызывает депрессию и тревожность[97]. Как знать, может быть, микроб KLE1738 становится возбудителем заразной паранойи!

Лора Стинберген из Лейденского университета поставила вопрос ребром: можно ли улучшить настроение, «подправив» кишечную флору? Она набрала сорок добровольцев, не страдавших ни перепадами настроения, ни депрессией, ни тревожными состояниями, и, как это заведено при клинических испытаниях, разделила их на две группы: опытную, в течение четырех недель получавшую коктейль из семи видов пробиотических бактерий, и контрольную, которую кормили пустыми пилюльками. Результаты исследования убедительно показали: прием пробиотиков улучшает настроение. Более того, бактериально поддержанные участники стали меньше реагировать на собственное состояние грусти[98]. Дело в том, что в грусти как таковой ничего необычного или нездорового нет, а вот реакция на нее у склонных и не склонных к депрессии граждан значительно различается. При грусти и возвращение к одним и тем же мыслям, и злость на себя и других — признаки развития депрессии. Так вот, по обоим указанным признакам подкормленные пробиотиками добровольцы по шкале депрессии отдалились от опасного рубежа, а с участниками контрольной группы этого не произошло.

Какова же связь между пробиотиками и настроением? Ответ до конца не ясен. Целый ряд исследований показал, что повышенная проницаемость стенок коррелирует с симптомами депрессии. Возможно, пробиотики укрепляют кишечный барьер и тем самым снижают нашу чувствительность к провоцирующим депрессию стрессам и раздражителям. Другая гипотеза еще интереснее: пробиотические бактерии способствуют выработке триптофана и его производных — предшественников серотонина, нашего главного медиатора настроения.

О связи между полноценной, богатой нутриентами диетой и отличной работой мозга известно еще со времен Гиппократа. Правоту этого ученого подтвердило множество современных исследований, показавших: чем качественнее питание, тем меньше шансов скатиться в депрессию или возрастное снижение интеллекта[99]. Однако прямых связей между содержимым кишечника и черепной коробки долго не просматривалось. И только пристальный взгляд на маленький народец, проживающий в недрах нашего тела, расставил все на свои места.

«Эврика!» — вскричали врачи и профессора и открыли множество научных лабораторий и стартапов, занимающихся исследованиями микробиома. В России и остальной Европе такие исследования проводит Atlas Biomed, а также специалисты Университета Гронинген с проектом MiBioGen и ученые Королевского колледжа в Лондоне. В Америке — калифорнийская компания Thryve. Правда, стартапом ее уже не назовешь: с 2016 года она насобирала почти полтора миллиарда долларов инвестиций[100].

Насколько пробиотики помогут нам избавиться от перепадов настроения, пока неизвестно. Но ожидается, что в ближайшее время ученые смогут по анализу стула определить, каких именно питательных веществ недостает лично вам. А через десяток лет на рынке появятся «умные унитазы» со встроенными анализаторами состава микробиоты. По интернету вещей унитаз договорится и с холодильником, и со службой доставки обедов, которые ограничат вам выдачу попкорна и кока-колы, а также позвонят врачу и поставят его в известность о надвигающемся диабете. Так и начнется эпоха открытого царствования микробов. Раньше они управляли исподтишка, через нервные медиаторы, а теперь будут говорить с нами напрямую, грозными сообщениями из туалета!

Блеск и нищета пробиотиков

Пробиотики — препараты живых бактерий и их спор, применяемые как для лечения отдельных заболеваний, так и для снижения рисков развития некоторых вероятных состояний, например связанных с употреблением антибиотиков. Как мы уже говорили, история пробиотиков началась с пионера микробиома Ильи Мечникова, который «продлевал жизнь» простоквашей. Особенно он напирал на так называемую болгарскую палочку, открытую в чашке с йогуртом Стаменом Григоровым еще в 1905 году[101]. Исследование Григорова было лично повторено Мечниковым, подтвердившим его результаты в статье «Несколько слов о кислом молоке»[102], спустя три года вышедшей в ежегодном издании французской Академии наук. Мечников не только до конца жизни налегал на кисломолочные продукты, но и регулярно добавлял в свой рацион раствор чистой культуры Lactobacillus delbrueckii подвида Bulgaricus.

Однако лауреат Нобелевской премии Мечников болгарской палочкой не лечился, а принимал ее для профилактики. Первая методика лечения пробиотиками была разработана в 1917 году и применена на полях Первой мировой. Немецкий профессор Альфред Ниссле удивился, обнаружив солдата, неподвластного свирепствовавшему на фронте поносу от инфекций шигеллы[103]. Из вполне здорового стула счастливчика профессор выделил штамм кишечной палочки Nissle 1917 (EcN), который затем выдавали страдающим различными формами поноса и других кишечных расстройств. Этот штамм используется и по сей день в составе пробиотического препарата «Мутафлор», одобренного в Германии и некоторых других странах Европы. При посадке в одну чашку Петри со зловредными сальмонеллами и шигеллами Nissle 1917 потихоньку вытесняет их из микробного сообщества. Активен штамм профессора Ниссле и по отношению к холерному вибриону, листерии, кандидозу.

Однако использование кишечной палочки как пробиотика — редкость. Большинство пробиотиков-бактерий относятся к трем группам: лактобациллы, молочнокислые кокки и бифидобактерии[104]. Каждый род бактерий включает множество видов, а в составе каждого вида есть различные штаммы. Это не просто варианты; полезные свойства штаммов могут сильно различаться. Один вид или штамм бактерий не может заменить остальные, хотя иногда их свойства перекрываются. Именно поэтому одновременное применение нескольких штаммов часто приводит к более устойчивому результату.

Как ни странно, эффективность применения пробиотиков (препаратов, содержащих полезные микроорганизмы) для оздоровления организма до сих пор не доказана. Во-первых, кому-то пробиотики помогают, а на кого-то с таким же заболеванием не действуют. Ни врачи, ни ученые пока не умеют предсказывать, в каком именно случае их применение будет наиболее эффективно. Более того, в большинстве случаев эффект пробиотиков исчезает, как только вы заканчиваете их принимать. И это неудивительно. Многие пробиотические бактерии вообще неспособны выжить в кишечнике человека. О том, что знаменитая болгарская палочка Мечникова не высевается из кала объевшихся йогурта добровольцев, известно еще с 1920-х.

Вышесказанное не отменяет пользы кисломолочных продуктов. Даже на краю безвременной гибели проглоченная палочка успевает в лучшую сторону повлиять на состав микрофлоры: приструнить условных патогенов и подбодрить кишечных трудяг. Увидевшие такой расклад ученые выдвинули гипотезу: полезный эффект пробиотика будет устойчивее, если культуру микроорганизма все же выделить из кишечника, а не из молока[105]. По этой причине в настоящее время основной пробиотический упор делается на виды лактобацилл, способных выжить в наших желудках: L. rhamnosus, L. casei и L. johnsonii.

Так все же — стоит ли пить пробиотики или это бесполезная трата денег? Принимая решение, взвесьте следующие факты.

Во-первых, вреда от пробиотиков точно нет (а это важно).

Во-вторых, тщательный анализ множества лабораторных исследований и клинических испытаний показал, что дозы меньше пяти миллиардов (5×10^9) КОЕ (колониеобразующих единиц) в день практически бесполезны. Так что в случае необходимости выбирайте высокодозные препараты и принимайте их курсом, а не время от времени.

А в-третьих, помните: организм у вас только один, поэтому хороший эксперимент с контролем все равно провести не получится. Результаты крупных клинических исследований пробиотиков выявили большую разницу индивидуальных ответов на терапию пробиотиками и отсутствие статистически значимого конечного результата. Вот как выглядит типичный результат такого исследования. Из каждой тысячи больных с синдромом раздраженного кишечника для шестисот препарат оказался совершенно бесполезным, а у трехсот эффект наблюдали только во время приема препарата. Из оставшихся ста человек семьдесят два оставались здоровыми по крайней мере полгода после курса лечения, а двадцать восемь — распрощались не только с кишечной проблемой, но и с депрессией, мигренью, хроническим вагинитом и десятью лишними килограммами. В сумме же, поделив на тысячу, — никакого эффекта.

Приведенный выше пример мы взяли из головы, чтобы проиллюстрировать стандартный результат крупных исследований в области пробиотиковой терапии: сочетание случаев «чудесного» исцеления с полным отсутствием результатов. Похоже, пробиотики могут помочь только тем… кому они могут помочь. В большинстве случаев либо дозы недостаточны, либо мы не угадали с бактерией, либо… эх! Быть может, у многих из нас кишечник — такое ужасное место, что у бедняжек-пробиотиков нет ни одного шанса за что-нибудь зацепиться…

Тогда поможет только комплексный подход — сочетание пробиотиков с устойчивыми изменениями диеты и так называемыми пребиотиками. ПРЕбиотики — это вещества, дающие хорошим бактериям ПРЕимущество. А ПРОбиотики — это совсем другая история, ПРО сами бактерии. Главное — не перепутать!

Итак, пребиотики — полезные компоненты пищи, которые не перевариваются и не усваиваются в верхних отделах желудочно-кишечного тракта, зато питают микрофлору толстой кишки, стимулируя рост «хороших» бактерий. Примеры пребиотиков — галакто- и фруктозо-олигосахариды материнского молока, лактулоза («Дюфалак») и инулин, которого так много в цикории и топинамбуре. Про устойчивый к перевариванию крахмал мы уже рассказали выше.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

С точки зрения генетики молекулы ДНК от двух совершенно разных людей отличаются лишь на 0,1%[106]. А вот сопоставление суммарной ДНК, выделенной из их же кишечных микробов, покажет значительную разницу: в зависимости от состояния их кишечника число отличающихся нуклеотидных позиций может в разы превысить число совпадающих! Именно поэтому универсальных методов диагностики и «усовершенствования» здоровой микрофлоры не существует. А потому заниматься сравнением результатов тестирования вашего собственного микробиома с такими же результатами у соседа-немца, отдыхавшего с вами в одном санатории, бесполезно.

В научных работах качество микрофлоры пока не описано формальным определением, а просто отражено весьма условным показателем «разнообразие». Выводы ученых также остаются качественными, а не количественными. Мы знаем, что при большем разнообразии видов бактерий, проживающих в кишечнике, частота простуд, а также риски развития многих хронических заболеваний — от диабета и аллергии до инфаркта и инсульта — ниже, чем при сниженном. Но вот высчитать «формулу здоровья» (что-то вроде «не более пятнадцати клостридий на семьдесят восемь лактобацилл») мы пока коллективно не в состоянии.

Относительно недорогая технология секвенирования так называемого 16S-фрагмента микробной ДНК позволяет оценить разнообразие микробиоты кишечника и проследить ее изменения начиная с момента рождения. Исследований, направленных на выявление факторов, которые способствуют поддержанию разнообразия микрофлоры кишечника, немало. Но еще больше научных работ было направлено, так сказать, на негатив — просто потому, что факторы, снижающие разнообразие микробиоты, изучать логистически проще.

Итак, мы уже знаем, что разнообразие бактерий снижается при плохом психоэмоциональном состоянии (депрессии, тревожности), высокой степени загрязнения воздуха, так называемом ротационном питании, например в домах престарелых, детдомах и тюрьмах (помните советский лозунг: «Четверг — рыбный день!»), высоком содержании жира в диете[107], дефиците витамина D, курении и злоупотреблении алкоголем. Большое количество добавленных сахаров в рационе может стать причиной роста числа патогенных бактерий, поэтому таких продуктов, как конфеты, промышленная выпечка и кондитерские изделия с большим количеством добавленного сахара, стоит избегать. Мед и сиропы, которые принято относить к ЗОЖ-заменам белого сахара, из той же категории, ведь это, по сути, тот же сахар с другим соотношением глюкозы и фруктозы. А ненужные медпрепараты и БАДы вполне могут оказаться контрпродуктивными, поскольку способны нарушить работу микрофлоры, особенно при постоянном приеме[108].

Как же увеличить разнообразие нашей микрофлоры?

Начнем с внешних факторов. Постарайтесь почаще бывать в деревне или хотя бы за городом; заведите собаку, высыпайтесь, добавьте в ваше расписание дня получасовую прогулку, пейте меньше алкоголя и ешьте меньше обработанного мяса.

Одно из самых масштабных исследований состава микрофлоры кишечника большого числа людей разного возраста с образом жизни, питанием и показателями здоровья называется American Gut Project. В его рамках было обнаружено, что у людей, включающих в рацион более тридцати видов растений в неделю, разнообразие микробиоты значительно выше, чем у тех, чей рацион составляет менее десяти различных растений в неделю. Да, это настоящий челлендж: соберите в своем рационе тридцать растительных видов. Его однозначно намного проще пройти летом! В группу растительных продуктов входят овощи, фрукты, зелень, зерновые, бобовые и всевозможные орехи и семечки.

Отдельно можно налегать на продукты с высоким содержанием специального типа клетчатки — пребиотика. Пребиотики особенно любимы нашими «хорошими» бактериями, и больше всего их в помидорах, артишоке, бананах, бобовых, луке, чесноке и зелени.

Исследователь Тим Спектор поделился опытом изучения микробного разнообразия народа хадза в Танзании. У обладателей самого разнообразного кишечного микробиома этот показатель на 40% выше, чем у американца, и на 30% выше, чем у британца. Средний хадза съедает около шестисот видов продуктов в год (в России — в среднем пятьдесят), при этом его питание заметно варьируется в зависимости от сезона[109]. Неслучайно у представителей этого народа почти не бывает «западных» заболеваний, таких как ожирение, аллергия, болезни сердца и рак. Разнообразная, преимущественно растительная пища, приготовленная в соответствии с рецептами кухни народов мира, — прекрасный вариант для придания разнообразия содержимому наших тарелок[110].

Чтобы не запутаться и не сильно включаться в названия разных продуктов, в нутрициологии принято рекомендовать следовать упражнению «Радуга», которое особенно помогает родителям малоежек. Каждый день стоит попробовать продукты хотя бы четырех из пяти разных предложенных цветов: красный, оранжево-желтый, зеленый, сине-фиолетовый и коричневый.

Красный — помидоры и томатная паста, сладкий перец, ягоды или яблоки и так далее.

Желто-оранжевый — цитрусовые, морковь, банан и так далее.

Зеленый — зелень, кабачки, артишоки, авокадо, салаты, капуста и многое другое.

Сине-фиолетовый — баклажаны, темные ягоды, например смородина, свекла, изюм или чернослив и так далее.

Коричневый — грибы, семечки, орехи, белая фасоль, картофель и так далее.

Если удастся съесть все пять цветов в день, то вы молодец!

Растения безусловно полезны благодаря содержащимся в них микроэлементам и клетчатке, о которых многие из нас неплохо осведомлены. Но вдобавок они богаты и другими соединениями, для которых медицинские рекомендации и нормы потребления пока не выпущены, — полифенолами. Полифенолы в продуктах, которые мы едим, удивительным образом модулируют состав микрофлоры, помогая ей сражаться с патогенами. В ответ благодарная за такую помощь микрофлора кишечника расщепляет полифенолы и отправляет сражаться с микровоспалительными процессами, там и тут возникающими в организме. Чтобы обогатить свой рацион полифенолами, не нужно кардинально перестраивать свое меню — начать можно с орехов, семечек, оливкового масла, ягод, кофе, темного шоколада, различных ароматных чаев и морсов.

Большое количество разнообразных бактерий, а также веществ, ими выделяемых, содержится в ферментированных продуктах. Ферментированные, или сквашенные, продукты — кладезь полезных компонентов для нашей кишечной экосистемы. И молочные, и соевые йогурты, и кефиры на закваске или грибе, и квашеная капуста, и другие закатанные в банки овощи, а также любимые в Азии соевые бобы эдамаме или мисо-суп — источники природных пробиотиков.

Не забудьте и продукты, богатые омега-3-жирными кислотами: жирную рыбу — одну-две порции в неделю, грецкие орехи и семена чиа и льна — по одной-две столовых ложки в день будет достаточно — они тоже внесут свой вклад в разнообразие кишечных бактерий.

Интересно, что столько полезного можно найти в самых доступных продуктах. Пока мы продолжаем искать золотую таблетку, каждый день стараемся употребить один и тот же продукт, о пользе которого услышали в интернете, или садимся на жесткие диеты, наука говорит нам о важности разнообразия, сезонности и домашней готовки продуктов. Меньше стресса и суеты в отношении еды — тоже фактор здоровья микрофлоры кишечника.

Алкоголь

Острый алкогольный гепатит — тяжелое поражение печени, которое нередко развивается после тяжелого запоя у больных алкоголизмом. В случае его так называемой фульминантной формы состояние быстро прогрессирует, почти не отвечает на терапию и нередко приводит к гибели больного. В общем, ничего хорошего.

Долгое время считалось, что фульминантный гепатит развивается в результате прямого токсичного действия этилового спирта и его основного производного — уксусного альдегида. Это утверждение, конечно, справедливо, но совсем не объясняет простого факта: большинство алкоголиков хоть и закладывают за воротник ежедневно всю свою не такую уж и короткую жизнь, но до фульминантного гепатита не допиваются. И даже среди тех, у кого развился не менее опасный, но не молниеносный цирроз печени, фульминантный гепатит — все же редкость. Складывается впечатление, что причиной этого ужасного заболевания становится алкоголь не сам по себе, а в сочетании с каким-то еще весьма зловредным фактором.

И вот наконец — научный прорыв! В работе огромного международного коллектива, объединившего ученых из США, Канады, Испании, Британии, Мексики, Бельгии и Франции, убедительно показано, что виноват микроб[111]. Регулярное потребление алкоголя влияет на жизнь бактерий в кишечнике и создает благоприятную среду для размножения Enterococcus faecalis — условно патогенного организма, проживающего в нашем кишечнике. В норме этих бактерий немного, а вот при хроническом отравлении алкоголем их число возрастает. Более того, многие штаммы этих энтерококков производят настоящий токсин — цитолизин, способный образовывать в мембранах наших клеток немалые дыры, через которые попадает наружу их содержимое. То же происходит и при остром поражении печени: целостность гепатоцитов нарушается, и из них выливаются печеночные ферменты, по уровню активности которых в крови и диагностируют гепатит.

Ученые сложили два и два, а затем проверили, сколько бактерий Enterococcus faecalis в кале, собранном от госпитализированных тяжелобольных алкоголиков, по сравнению с такими же образцами от тех, кто пока не загремел в больницу. Бинго! У больных гепатитом этих бактерий оказалось намного больше, и многие из них производили вредоносный цитолизин. Чем больше цитолизин-позитивных бактерий находили ученые, тем мрачнее был прогноз для больного.

Чтобы расставить все точки над «и», исследователи вырастили специальных безмикробных мышей, пересадили им микробные сообщества либо от условно здоровых алкоголиков, либо от больных фульминантным гепатитом, а затем добавили в воду этиловый спирт. Мышки с микробиомом, содержащим цитолизин-продуцирующий Enterococcus faecalis, оказались гораздо более подвержены алкогольному повреждению печени, чем грызуны с микробиомом без этих зловредных бактерий. Более того, ученые научились лечить алкогольный гепатит у мышей. Животные, получившие специальный бактериофаг, размножающийся лишь в цитолин-продуцирующих штаммах энтерококка, оказались защищены от повреждающего действия этилового спирта — не по всем, но по многим параметрам их печени почти не отличались от нормальных. Интересно, что спасительные фаги были выделены… прямо из городской канализации. Клинические испытания противогепатитных препаратов на основе бактериофагов запланированы на ближайшее время.

Глава 4. Таблица Менделеева внутри нас

Одно из основных заблуждений химиков — уверенность в том, что они главнее биологов. (Это, конечно, шутка.) Правда же такова: химики и биологи ведут вечный спор о том, кто из них лучше понимает работу живых организмов.

На заре науки, когда одно за другим совершались великие открытия в области химии, многим казалось, что поддержание правильного химического состава нашего тела — ключ к вечной молодости. Эти ученые не так уж неправы. Биомолекулы нашего тела — химические соединения, хоть и очень сложные, но сделанные из тех же атомов, что и привычные нам простые вещества: поваренная соль, вода, углекислый газ.

Один из способов разобраться в структуре неизвестного сложного химического соединения — сжечь его. При достаточно высокой температуре любое сложное вещество распадется на простые молекулы или даже атомы, каждый из которых можно отдельно «взвесить» на специальном приборе и учесть. Тело челевека (или его небольшой фрагмент) тоже можно сжечь, разложив таким образом на составляющие элементы. Поэкспериментировав с вольтовой дугой и другими способами возгонки, химики определили, что в состав организма человека входит большая часть таблицы Менделеева[112].

Конечно, некоторые элементы оказались намного важнее других — либо по массе, либо по числу атомов. Заметьте, оценивая «количественную важность» элементов, мы пока не принимаем во внимание их функции — о них мы поговорим ниже. Пока же отметим: по общей массе побеждает достаточно тяжелый кислород, который входит в каждую молекулу воды: в нашем организме ее по весу аж 70%. По числу атомов соревнование выигрывает легкий и вездесущий водород — 63% атомов нашего тела имеют всего один протон! Прославленный же в качестве основного кирпичика органической химии углерод, лежащий в основе всех сложных молекул тела, занимает в нем второе место по массе и третье по количеству. Замыкает четверку победителей азот, входящий в состав как аминокислот, так и нуклеотидов. А всего в организме среднестатистического взрослого человека весом 70 кг содержится около 6,7×10^27 разнообразных атомов!

Биологически значимыми считаются элементы, необходимые организму человека для обеспечения нормальной жизнедеятельности. Взглянув на таблицу Менделеева, биолог сразу заметит множество хорошо знакомых ему символов: большинство элементов либо значимы (и должны поступать в наше тело в строго определенных количествах), либо токсичны — и по возможности прибывать не должны. Инертных элементов не так уж много — разве что так называемые благородные газы, которые именуются так потому, что почти ни с какими другими веществами не реагируют.

В нутрициологии микроэлементами считаются все витамины и минералы, макроэлементами — белки, жиры и углеводы[113]. А с точки зрения химии и размера частиц к макроэлементам относятся кальций, фосфор, магний, калий, натрий, хлор и сера, а уже к микроэлементам — железо, медь, цинк, йод, фтор, марганец и др.

Макро- и микроэлементы попадают в организм, как правило, при приеме пищи. Кроме них в наших тарелках также имеются различные биологически активные вещества. Для большинства из них механизмы физиологического действия уже установлены. Многие из этих веществ способствуют поддержанию здоровья, но не незаменимы.

Витамины также относятся к биологически активным веществам, но их потребление с пищей обязательно. Нехватка витаминов непременно приведет к развитию патологических состояний. Наш организм способен синтезировать некоторые из необходимых ему соединений самостоятельно, но в недостаточном количестве, поэтому мы должны обращать особое внимание на поступление нужных веществ вместе с продуктами питания.

Кальций

Кальций — едва ли не самый известный микроэлемент. Почти 1,5% массы нашего тела приходится на кальций. Это неудивительно — наши кости сделаны из композитного материала, в котором белок коллаген «укреплен» соединениями фосфата кальция — гидроксиапатитами. Эти вещества составляют примерно 50% от общей массы костей и 96% эмали зубов. Благодаря своей композитной природе наши кости прочны и отлично сопротивляются разрушению при сжатии. Важен кальций и для проведения нервных импульсов, особенно тех, что заставляют сокращаться наши мышцы.

Адекватное потребление кальция снижает риск многих заболеваний. Однако как пониженное, так и повышенное количество кальция может приводить к отклонениям в состоянии здоровья, поэтому мы рекомендуем ограничить поступление в организм кальция только пищей, а биодобавки с ним принимать лишь по назначению врача.

В крови кальция немного, не более 1% от его общего содержания в организме, причем уровень этого элемента тщательно контролируется. Если количество свободного кальция в крови превысит норму (например, потому что мы запили таблетку глюконата кальция стаканом молока), сразу «включатся» почки и кишечник и выведут излишки за пределы организма. При нехватке кальция в крови организм «займет» его у костей, слегка уменьшив их плотность. Баланс этого элемента в организме поддерживается паратгормоном и витамином D3 (кальцитриолом), которые влияют как на всасывание ионов кальция в кишечнике, так и на образование и резорбцию костной ткани, а также на выведение лишнего кальция с мочой.

Главная проблема, возникающая из-за недостатка кальция в организме, — остеопороз, при котором общая масса костной ткани уменьшается, что ведет к значительному снижению ее плотности и увеличению риска переломов. Хрупкие кости ломаются даже при незначительной травме или простом падении. Нередко остеопороз диагностируют только после уже случившегося перелома; чаще всего страдают позвонки, запястье и шейка бедра[114].

В молодости нам кажется, что перелом — далеко не самое страшное, что может случиться в жизни, например по сравнению с раком. Но взглянем на вещи с позиции статистики. Для женщин риск сломать шейку бедра когда-либо в течение жизни превышает риски развития рака молочной железы, яичников или матки вместе взятых, а для мужчин он выше, чем риск рака предстательной железы. Происходящие на фоне остеопороза переломы долго не заживают и сильно болят. Каждые три секунды где-то в мире происходит перелом, вызванный остеопорозом, и каждый пятый пациент с переломом шейки бедра умирает в течение полугода после неудачного падения. Каждый второй из выживших больных остеопорозом рано или поздно падает еще раз и ломает еще одну кость. После каждого нового перелома риск последующего растет экспоненциально.

При остеопорозе масса кости убывает быстрее, чем организм может ее восстановить. Естественно, при недостатке кальция, когда организму приходится «занимать» его у костной ткани, процесс ускоряется. Лучший способ предотвратить такой перелом — регулярное измерение плотности костей и ее коррекция при необходимости с помощью изменений в диете, а также препаратов кальция.

Наши кости формируются, пока мы находимся в утробе матери, а затем, в детстве и молодости, постепенно растут и укрепляются. Именно в эти периоды, когда закладывается «костный банк», нам особенно необходим кальций: достигнув двадцати пяти лет, мы в основном лишь используем накопленные в костной ткани резервы[115]. Именно поэтому врачи называют остеопороз «детской болезнью, проявляющейся у стариков».

Дефицит потребления кальция не редкость. Особенно страдают от недостатка этого элемента три группы населения. Главная — женщины с диагнозом «аменорея» (отсутствие менструации), а также девушки-подростки с девяти до восемнадцати лет и женщины в период постменопаузы. Следующая группа — веганы, люди с непереносимостью лактозы и аллергики — все, кто избегает молочных продуктов. Ну и, наконец, небогатые люди, которым приходится ограничивать себя в некоторых продуктах питания. Подозреваем, что некоторые читатели узнали себя. Причем необязательно сегодняшнего. Помните: вся костная масса набирается нами до двадцати пяти лет. Пара-тройка подростковых лет, проведенных за интенсивными тренировками, неосознанное увлечение веганством в молодости без особого контроля рациона или голодное студенчество — и кости в опасности.

Здоровые кости — это еще не все. У пожилых людей с адекватным уровнем потребления кальция лучше работает мозг, ниже триглицериды крови, реже возникают возрастные поражения центральной зоны глазного дна, серьезные проблемы с легкими, а также рак кишечника и молочной железы. У молодых же хорошее снабжение организма кальцием снижает в плазме уровень солей мочевой кислоты — уратов, которые опасны тем, что способны откладываться в суставах, вызывая подагру.

Однако не со всеми заболеваниями все так однозначно. С одной стороны, потребление кальция, особенно в составе молочных продуктов, уменьшает риск развития ишемической болезни сердца, а с другой — систематический прием добавок кальция в количестве около 500 мг/день и более повышает риск инфаркта миокарда. Оба риска, естественно, наиболее значимы для людей старше сорока, и это еще один аргумент в пользу своевременных усилий по набору костной массы детьми и подростками: кости, смолоду укрепленные кальцием, поддержат вас в старости.

Во взрослом возрасте с кальцием также важно не переборщить. В медицинской литературе встречаются описания случав образования кальциевых камней в моче пациенток, перестаравшихся на фронте борьбы с остеопорозом.

Уровень потребляемого кальция устанавливается индивидуально, в зависимости от принадлежности к группе населения (дети, беременные и кормящие женщины, люди с пониженной плотностью костной ткани), и не должен превышать 2000 мг/день. Суточная доза кальция, рекомендованная Минздравом для жителей России, составляет 1250 мг. Женщинам в постменопаузе и мужчинам старше шестидесяти пяти Американское общество гериатрии и Национальный фонд остеопороза рекомендуют слегка повышенную дозу кальция (до 1500 мг ежедневно).

Нужно помнить, что развитие костной ткани плода происходит в третьем триместре беременности и требует примерно 30 г кальция. Низкое содержание кальция в рационе беременной женщины увеличивает риск пониженной костной массы у новорожденных. Для усвоения кальция необходимо также снабжение витамином D, недостаточность которого, к сожалению, встречается очень часто. Так, анализ когорты матерей и их детей в британском Саутгемптоне показал, что на поздних сроках беременности у 31% женщин был недостаточный уровень этого витамина в крови (11–20 нг/мл), а у 18% стоял диагноз дефицита активной формы этого витамина (<11 нг/мл). У женщин с низкими концентрациями витамина D в крови минерализация позвоночника и других костей оказалась ниже оптимальной, и даже дети этих женщин имели менее плотные скелеты[116].

Оптимальное потребление кальция в группах риска может быть достигнуто с помощью комбинации правильной диеты и пищевых добавок. Предпочтительнее, чтобы по крайней мере половина суточной нормы кальция поступала из тарелки, ведь с пищей кальций усваивается намного эффективнее. Людям, не входящим в группы риска, кальций стоит получать с питанием, а в пищевых добавках необходимости нет.

Грубый метод оценки потребляемого кальция выглядит как умножение количества порций молочных продуктов за день на 300 мг кальция. Одну порцию составляют 240–280 мл молока, или 30–40 г твердых сыров, или 200–250 г творога или йогурта. Кроме того, мы потребляем кальций и из других, немолочных источников, например зелени, орехов, круп и некоторых сортов хлеба. При сложности усвоения цельного молока можно использовать альтернативы, которые часто обогащены кальцием, например соевое или овсяное молоко. Конечно, овощи и орехи содержат гораздо меньше кальция, чем молочные продукты, однако их тоже можно и нужно включать в рацион[117].

МОЛОЧНЫЕ ПРОДУКТЫ И АЛЬТЕРНАТИВЫ MARY’S ACADEMY

МОЛОЧНЫЕ ПРОДУКТЫ И АЛЬТЕРНАТИВЫ MARY’S ACADEMY

В качестве биодобавок чаще всего используют карбонат и цитрат кальция. Карбонат кальция лучше принимать во время еды, а цитрат — как вместе с пищей, так и натощак. Если кислотность вашего желудка повышена и вам назначены ингибиторы протонной помпы, всасываемость карбоната кальция будет весьма невысока, и его придется заменить более дорогим цитратом. Такую же рекомендацию мы дадим и аллергикам, постоянно принимающим блокаторы H2-гистаминовых рецепторов. Цитрат лучше карбоната и еще по одной причине: природные препараты карбоната кальция делают либо из костной муки, либо из перемолотых раковин устриц. Часто вместе с кальцием в этих препаратах содержится свинец, в котором ничего хорошего нет (см. главу 2).

Кофеин, которого так много в кофе, чае, а особенно в так называемых энергетиках, усиливает потери кальция с мочой и калом. Сочетание этих напитков с обедненной по кальцию диетой ускоряет возрастное ослабление скелета. Однако при умеренном употреблении кофеина (см. главу 6) и включении двух-трех порций продуктов, богатых кальцием, в ежедневный рацион, вы исключаете себя из группы риска[118].

Магний

Магний служит кофактором для ферментов, осуществляющих в наших клетках самые разные биохимические реакции — магнийсодержащих ферментов в нашем теле не менее трехсот! В частности, при недостатке магния невозможны: синтез белка, ДНК, РНК, АТФ, контроль уровня сахара и кровяного давления, а также нервно-мышечная передача. Более того, без магния перестанет биться наше сердце — ведь этот элемент обеспечивает транспорт в клетки ионов калия, которые поддерживают их мембранный потенциал. Именно поэтому недостаточность магния и хорошее состояние здоровья просто несовместимы!

Тело взрослого человека содержит примерно 25 г магния. Большая часть его атомов хранится в костях, остальные — внутри разнообразных клеток, и только 1% свободно плавает в крови, где концентрация магния составляет от 1,7 до 2,1 мг/дл. За нижней границей нормы начинается гипомагнезия — нехватка магния. Верхнюю границу контролируют почки — при превышении концентрации излишки магния будут выведены с мочой.

Поскольку большинство атомов магния находится в костях и тканях, оценка адекватности содержания этого элемента в организме — непростая задача. Наиболее часто применяемые на практике лабораторные тесты на содержание магния в крови не так уж хорошо отражают состояние его общих запасов. Не вдаваясь в подробности, отметим, что и другие, альтернативные способы выявления недостаточности магния, в том числе и так называемый нагрузочный тест, вызывают нарекания у экспертов. У многих больных концентрация магния в крови остается нормальной за счет постепенного высвобождения из костей, но в самих клетках его не хватает. Именно поэтому врачи нередко назначают поддержку препаратами магния без тестов, на основании одних лишь симптомов, в число которых входят потеря аппетита, тошнота, усталость и общая слабость, а также сведение мышц, судороги, нарушения сердечного ритма и даже изменения личности[119].

До серьезных симптомов, однако, люди с дефицитом магния доходят редко. Большинство из нас по магнию всего лишь неадекватны, а это значит, что мы чувствуем себя в целом нормально, но находимся в зоне повышенного риска получить какое-нибудь хроническое заболевание. В США магний недополучают примерно 55% населения, в России ситуация немного лучше — около 30%. При этом женщины страдают чаще, чем мужчины. Но если взглянуть на больных с острым коронарным синдромом, то среди них магниевый дефицит мы найдем уже у 90%.

Как и в случае других макроэлементов, недостаточность магния развивается из-за недополучения его с пищей и питьевой водой. Однако иногда виноваты и постоянно принимаемые медикаменты, в том числе ингибиторы протонной помпы, назначаемые при язвах и гастритах (например, омез), а также тиазидные мочегонные средства (индапамид). Особенно неприятно, что мочегонные средства, призванные снижать давление, косвенно способствуют поддержанию гипертензии, усиливая потерю магния с мочой[120]. Кроме того, избыточному выведению магния из организма способствуют такие состояния, как метаболический ацидоз (закисление крови), гипокалиемия (низкое содержание калия в крови), гиперкальциемия (избыток кальция), злоупотребление алкоголем, хронический стресс и различные нарушения работы желудочно-кишечного тракта. При наличии любого из этих факторов диета должна контролироваться на достаточное включение продуктов, содержащих магний[121].

Результаты многих исследований независимо друг от друга показали, что чем жестче питьевая вода там, где мы проживаем, тем ниже риск смерти от сердечно-сосудистых заболеваний. Этот феномен в основном обусловлен гарантированным отсутствием дефицита по магнию, обогащающим жесткую воду[122]. Достаточное упротребление магния в течение дня поможет снизить частоту и интенсивность приступов мигрени, а также риск сосудистой формы старческой деменции. Диабетикам и страдающим ожирением он поможет повысить чувствительность к инсулину, а алкоголикам — снизить уровень маркера печеночного стресса аланинаминотрансферазы. В какой-то степени магний благоприятен и при остеопорозе — увеличение его потребления хоть и ненамного, на 2–4%, но уплотняет кости.

Главные источники магния — какао, темный шоколад, орехи, шиповник, гречневая крупа и бобовые, особенно соя, фасоль и горох, тыквенные и подсолнечные семечки, а также семена кунжута. В отсутствие активного добавления магния в виде таблетированных препаратов средняя суточная доза потребления этого элемента с пищей должна составлять 300–360 мг.

Кроме традиционного способа попадания в организм магний также отлично всасывается через кожу. Эта особенность прекрасно известна любителям ванн с так называемой эпсомской солью, представляющей собой не что иное, как гидратированный сульфат магния. Годится для магниевых ванн и более привычный для россиян бишофит — хлорид магния.

Фосфор

Химики подсчитали, что в тканях человека среднего веса и роста достаточно фосфора, чтобы сделать две тысячи двести спичек, — а это немало![123] Данный элемент входит в состав всех нуклеотидов, из которых сделаны ДНК и РНК, а также главной энергетической валюты клетки — аденозинтрифосфата (АТФ). Фосфор также служит «меткой», по которой активные формы белков отличаются от неактивных, и придает заряд молекулам фосфолипидов.

Дефицит фосфора нередко сопутствует заболеваниям щитовидной или паращитовидной железы. Это неудивительно: метаболизм фосфора, как и кальция, регулируется гормоном паращитовидной железы (паратгормоном). Обмен кальция и фосфора тесно взаимосвязаны. Рекомендуемое отношение кальция к усваиваемому фосфору — примерно 2:1. Употребление продуктов, богатых фосфором, снижает риск возникновения рака кишечника и легких, а также защищает от повышения артериального давления.

Суточная норма фосфора для жителей России, рекомендованная Минздравом, составляет около 800 мг. Наиболее богаты им молочные и мясные продукты, рыба, орехи, бобовые, крупы. Известно, что из продуктов животного происхождения фосфор усваивается лучше. Гиперфосфатемия (избыток фосфора в крови) наблюдается редко. Выведение фосфора у здоровых людей настолько эффективно, что баланс этого элемента остается в порядке, даже если потребление увеличивается до 4 г в день. Но есть и данные, что избыток фосфора может ускорять износ почек и сердца.

Калий

Калий, как правило, работает в паре с натрием (содержащимся в соли). Вдвоем эти ионы поддерживают так называемый мембранный потенциал, который делает наши клетки «живыми». Снаружи клеточной мембраны — натрий, а внутри — калий (легко запомнить: натрий — наружный, а калий — клеточный). Любой стресс — холодовой, радиационный, окислительный — приводит к снижению мембранного потенциала клетки. Если он по каким-то причинам выровнялся, например мембрана порвалась и калий из клетки-«мешочка» вытек, такую клетку уже нельзя назвать живой. Нормальное функционирование нервной и мышечной ткани требует поддержания мембранного потенциала в точно заданных пределах, а иначе пострадают как проведение нервного импульса, так и сокращения мышечных волокон. Нарушения баланса калия в крови могут вызвать паралич мышц или фатальный сбой сердечного ритма.

Потребление достаточного количества калия снижает риск гипертонической болезни. Калий служит антагонистом натрия. Все мы знаем, что натрий, содержащийся в поваренной соли, повышает давление; именно поэтому гипертоникам нужно придерживаться низкосолевой диеты. Калий уменьшает вред от избытка натрия, помогая сердечно-сосудистой системе поддерживать давление в пределах нормы. А заодно этот элемент снижает риск развития мочекаменной болезни, диабета второго типа и ожирения.

Суточная норма потребления калия для жителей России, в соответствии с рекомендациями Минздрава, составляет 2500 мг. ВОЗ настаивает минимум на 3500 мг в день, а в некоторых европейских странах рекомендация составляет 4000 мг. Больше всего калия содержат овощи, фрукты, орехи и бобовые — растительные продукты. Передозировка калием, поступающим с пищей, практически невозможна: он медленно всасывается и быстро выводится.

Другое дело, если калий поступит в кровь очень быстро и сразу в больших количествах, например с инъекцией. Для поддержания мембранного потенциала почти весь калий должен находиться внутри клеток, а почти весь натрий — снаружи. Если клетки неожиданно окажутся «затоплены» внешним калием, их мембранный потенциал непременно пострадает. Наиболее чувствительны к внешнему калию клетки сердечной мышцы. Нет мембранного потенциала — нет и сердечных сокращений. Именно поэтому быстрое внутривенное вливание нескольких граммов хлорида калия и составляет основу пресловутых летальных инъекций, применяемых для казни преступников в США, Китае и некоторых других странах.

Натрий

Главный источник натрия — его хлорид, также известный нам как пищевая соль. Нашим предкам это вещество помогало запасать продукты на зиму, да и для нас он остается важнейшим консервирующим агентом. Кроме того, соль — природный усилитель вкуса и аромата блюд.

В древности и в Средние века соль была одним из основных товаров. Покупка ее облагалась государственными налогами, большая часть которых шла на покрытие расходов правителей, в основном военных. От латинского названия соли (sal) пошло английское слово salary — «жалование», а также soldier — «солдат». Однако к науке о правильном питании ближе слово «салат», которое пошло от латинского salad (соленый). Римские кухарки ублажали господ, подсаливая свежие овощи перед подачей на стол.

История знает немало случаев соляных бунтов — и во Франции, и в России, и в Новом Свете. Один из самых важных соляных бунтов XX века возглавил Махатма Ганди, который вместе со своими последователями прошел почти четыреста километров до побережья Аравийского моря, где начал выпаривать соль из морской воды, не уплачивая налога. За это Ганди был арестован и брошен в тюрьму, а за ним и еще восемьдесят тысяч самостоятельно добывавших соль индусов. События Соляного похода привлекли внимание мировой общественности, а сатьяграха — кампания гражданского неповиновения империалистам — получила широкую огласку, приведшую к освобождению Ганди.

Концентрацию натрия в крови регулируют почки. Его избыток вызывает жажду, именно поэтому соленую рыбу хочется запить пивом. Поступление жидкости в организм приводит к переполнению мочевого пузыря, походу в туалет и выведению натрия с мочой. Если этого минерала нам не хватает, вода удерживается в организме, предотвращая его дальнейшую потерю, — и возникает отек.

Основной источник натрия — не какие-то конкретные продукты, а соль, которая есть практически в любом приготовленном блюде. Наибольшие ее количества содержит процессированная пища, а именно соления и копчености. Умеренное ограничение потребления соли признано в качестве немедикаментозной терапии гипертонической болезни почти всеми странами. У лиц со средним потреблением натрия менее 1,2 г в день приступы высокого артериального давления почти не встречаются.

Всемирная организация здравоохранения рекомендует не более 5 г соли в день (не более 2000 мг натрия), а гипертоникам, диабетикам и пожилым — и того меньше. Помните: большинство взрослых людей эту дозу перебирает.

Железо

Состояние анемии, в народе известное как малокровие, сопровождается кислородным голоданием тканей и заметным снижением работоспособности из-за падения концентрации гемоглобина в крови. Как правило, при этом уменьшается и концентрация красных клеток крови — эритроцитов. Если железа мало, в красном костном мозге эритроцитов образуется меньше, да и наполняются гемоглобином они уже не «под завязку», что и ведет к анемии. Помните: анемия — не название заболевания, а симптом, который может развиться по ряду причин, требующих тщательного разбора вместе с лечащим врачом. Основных причин снижения эффективности образования эритроцитов две: абсолютный и функциональный железодефициты.

При абсолютном дефиците железа в сыворотке крови снижен уровень запасающего железо белка ферритина. Мало железа и в других «депо» — костном мозге, печени и селезенке. Абсолютный дефицит возникает в результате недостаточного потребления железа с пищей, снижения его всасываемости и/или повышенной потери крови. Все эти причины устранимы. Например, от анемии страдает каждый третий пациент с воспалительным заболеванием кишечника — в этих случаях успешное лечение колита заодно приведет к улучшению кровоснабжения тканей.

При функциональном дефиците железа снижена его биодоступность. Иными словами, «на складе» оно есть, ферритина тоже много, но в эритроциты атомы железа не попадают. Чаще всего это происходит потому, что клетки плохо синтезируют гем — каркас, которым железо прикреплено к белку гемоглобину. Когда его мало, формирование полноценного гемоглобина затруднено и железо недоиспользуется. Причины проблем с биосинтезом гема могут быть унаследованными или приобретенными. С каждым случаем железонасыщенной анемии должен в деталях разбираться врач.

К теме же нашей книги прямое отношение имеет абсолютная железодефицитная анемия, которая наблюдается более чем у четверти населения земного шара. Масштаб трагедии немаленький. Страдают в основном женщины. Они теряют железо как с ежемесячными кровотечениями (от 1 мг и более в день), так и во время беременности, родов и кормления грудью. Каждое прибавление в семействе приводит к потере примерно 3 г железа! Нередко железодефицитная анемия встречается и у детей дошкольного возраста. Скорость ее прогрессирования определяется начальным запасом железа в организме, который, в свою очередь, зависит от возраста, пола, темпов роста, а также баланса между всасыванием железа в кишечнике и его потерей.

Железо поступает в организм из таких продуктов, как красное мясо, темная листовая зелень (в том числе шпинат и листовая капуста), бобовые, гречневая крупа, гранаты, яблоки, морковь, орехи, курага, изюм, хлеб из непросеянной муки. Предполагается, что оно лучше усваивается в присутствии аскорбиновой кислоты, поэтому употребление перечисленных продуктов можно комбинировать с черной смородиной, цитрусовыми, киви, сладким перцем, помидорами и петрушкой, которые особенно богаты этим витамином.

Быстрее всего поможет справиться с анемией железо, уже «привязанное» к гемовому каркасу — мясное, или же кровяное. Кальций из молочных продуктов снижает усвоение гемового железа. Негемовое (свободное двухвалентное) железо, которым богаты некоторые овощи и фрукты, тоже всасывается в кишечнике, особенно в присутствии аскорбиновой кислоты. Могут снизить эффективность усвоения фитиновая кислота (ее содержат отруби, овес, рожь, неферментированные соевые бобы), соевый белок и чайно-кофейные полифенолы.

Пример препаратов гемового железа — знаменитый гематоген, который производится из сухой дезинфицированной крови крупного рогатого скота с добавками сгущенного молока, меда и других веществ, улучшающих его вкусовые качества. Однако «просто так» подкрепляться гематогеновыми батончиками не стоит: избыток гемового железа может вам навредить. Оно стимулирует образование канцерогенных соединений азота и перекисное окисление липидов, которое провоцирует воспаление и даже вызывает мутации в ДНК. Любители говядины с мясом получают именно гемовое железо — ведь коровья плоть окрашена в интенсивно красный цвет благодаря мышечному гемоглобину (миоглобину). Изобилие гема в пище увеличивает риск развития карциномы кишечника у мясоедов. «Капсульные» препараты гемового железа также обладают канцерогенными свойствами и в этом смысле ничем не отличаются от кровяного гематогена, мяса и печени[124]. Ученые сейчас ищут баланс между преимуществами терапии гемовым железом и клиническими рисками, сопровождающими ее.

А вот употребление негемового железа, которого много в овощах и бобовых, снижает риск развития рака пищевода и уменьшает систолическое артериальное давление, не влияя на риск развития сахарного диабета. К сожалению, усваивается оно с трудом: из пищи в наши клетки попадает не более 20% его атомов. Из-за этого и у больных, и у врачей нередко возникает соблазн быстро поправить здоровье с помощью какого-нибудь аптечного препарата или даже инъекций негемового железа, чаще всего двухвалентного.

Однако, как гласит народная мудрость, «быстро хорошо не бывает». В присутствии перекиси водорода, которой в нашей крови не так уж мало, железо подвергается реакции Фентона: двухвалентное железо переходит в трехвалентное, по ходу образуя свободные радикалы, повреждающие выстилку наших сосудов. Особенно опасны препараты железа для людей, ослабленных респираторными инфекциями: в период так называемой реконвалесценции (выздоровления) наша кровь особенно богата перекисью. Более того, реакция Фентона превращает во врага и любимую нами аскорбиновую кислоту, которая быстро переводит трехвалентное железо обратно в двухвалентное, способствуя тем самым новым циклам образования активных форм кислорода.

Что же делать? В России немало носителей мутации гемохроматоза, которые от железодефицитной анемии страдают крайне редко. Если это ваш случай, забудьте о препаратах железа навсегда. Никогда не принимайте их «на всякий случай», а только после консультации с врачом. Для постановки диагноза «железодефицитная анемия» недостаточно низкого уровня гемоглобина. Информативными маркерами будут гемоглобин (Hb), эритроциты (RBC), MCV (средний объем эритроцита), MCH (среднее содержание гемоглобина в эритроците), MCHC (средняя концентрация гемоглобина в эритроците), RDW (показатель анизоцитоза эритроцитов). Все эти страшные буквы вы увидите в бланке обычного общего анализа крови. Однако для определения формы анемии и подбора препаратов он необходим.

Самая распространенная форма препаратов железа — трехвалентная. Пусть она не так хорошо всасывается, зато и свободные радикалы почти не плодит. В составе некоторых препаратов, продающихся в форме жевательных таблеток и сиропов, трехвалентное железо находится в комплексе с молекулами мальтозы, которые помогают его усвоить. Кстати, препараты железа почти всегда окрашивают стул в черный цвет, могут вызывать метеоризм и запоры; это вариант нормы. Однако при возникновении дискомфорта лучше пообщаться с врачом и по возможности попробовать другой препарат.

Цинк

По данным ВОЗ, умеренный дефицит цинка имеется более чем у двух миллиардов населения земного шара.

О биологической значимости цинка впервые узнали только в 1961 году, когда в одной из деревень Ирана был обнаружен бледный молодой человек невысокого роста, непригодный к службе в армии. К 1972 году таких пациентов было описано больше пятидесяти. Анемичные юноши сначала получили отсрочку от призыва, а после курса пиколината цинка были признаны годными. К середине девяностых в необходимости цинка уже никто не сомневался. В начале двухтысячных был открыт ген, кодирующий белок — переносчик цинка, отвечающий за всасывание этого элемента в кишечнике, а затем последовали новые открытия — три сотни ферментов и тысяча (!) ДНК-связывающих белков, содержащих цинк. В молекулярной биологии даже появилось понятие «цинковые пальцы». Этими «пальцами» некоторые белки зацепляются за ДНК и РНК. Неудивительно, что при недостатке цинка страдает здоровье![125]

Однако основные чудеса начались при внимательном изучении роли цинка в здоровой поджелудочной железе. Оказалось, что инсулин секретируется в кровь в виде… белковых кристаллов, для правильного образования которых необходимы ионы цинка. В крови же инсулин постепенно растворяется и доставляется в ткани уже в виде отдельных молекул. Именно поэтому добавление этого элемента в точной пропорции стало основой для первого коммерческого препарата инсулина пролонгированного действия — так называемого протамина Хагедорна.

Оказалось, что, помимо инсулина, в клетках поджелудочной железы синтезируется еще один гормон — амилин. Здоровые люди секретируют его без проблем, а вот у больных сахарным диабетом второго типа амилин откладывается прямо в ткани поджелудочной железы, формируя бляшки, которые сдавливают клетки — производители инсулина и постепенно разрушают их. Цинк помогает амилину растворяться, а значит, снижает скорость истощения поджелудочной железы, которая у цинк-дефицитных диабетиков постепенно «забивается» амилином и выключается. Айалусами Рамамурти и его коллеги из Университета штата Мичиган показали, что каждый атом цинка связывает сразу несколько молекул амилина и предотвращает их «слипание»[126].

Но нет бочки меда без ложки дегтя. Повреждающие ткань поджелудочной железы амилиновые бляшки весьма похожи по структуре на отложения бета-амилоидных пептидов при болезни Альцгеймера. В норме эти пептиды служат нейропротекторами, а при патологии — синдроме Альцгеймера — образуют массивные нерастворимые сгустки, отравляющие соседние с ними нервные клетки. Оказалось, что бета-амилоидные сгустки тоже «координируются» ионами цинка, но только не в сторону растворения, а наоборот. Выходит, превышение дозы цинка может спровоцировать болезнь Альцгеймера!

Исследователи роли цинка в развитии этого недуга образуют два противоположных лагеря — цинконенавистников и цинколюбов. Первые из них указывают на цинкозависимое «слипание» бета-амилоидных пептидов, а вторые — на цинкозависимые протеазы, активно расчищающие амилоидные завалы. «Свободный» цинк вредит, а связанный с активным центром протеазы — помогает.

Выходит, цинка нужно ровно столько, сколько нужно: небольшие количества, поступающие преимущественно с пищей, а не с добавками. Для детей младше двух лет самый простой способ избежать дефицита цинка — грудное вскармливание. Для взрослых жителей России суточная норма цинка — до 12 мг. Содержится он в мясе, орехах и чечевице. Если очень хочется увеличить поступление цинка с пищей, съешьте устрицу. Для суточной нормы цинка достаточно пары моллюсков (11 г). Также бывают и продукты, обогащенные цинком, например хлопья для завтрака и йогурты.

Медь

Без меди нашему организму не обойтись. Этот атом входит в состав активных центров ферментов, отвечающих за нейтрализацию активных форм кислорода. Один из них — супероксиддисмутаза SOD1 — разлагает чрезвычайно зловредный супероксид на кислород и менее опасную перекись водорода. Фермент SOD1 знаменит невероятной быстротой, которую он приобрел в процессе эволюции, постоянно совершенствуясь, чтобы угнаться за опаснейшим короткоживущим супероксид-радикалом, повреждающим все, что попадется на его пути.

Еще один медьсодержащий фермент — тирозиназа — помогает нам синтезировать меланин, делающий кожу темнее после солнечного загара. Однако тирозиназа дана нам не для баловства! Меланин — важнейший антиоксидант, который содержится не только в коже, но и в крови, тканях мозга и жировой ткани, — большинству из нас знаком по способности кожи и волос иметь тот или иной цвет. Но спектр функций этого пигмента намного шире. Например, он есть и во внутреннем ухе — этот чудо-пигмент также защищает чувствительные клетки от гибели под действием громких звуков. Вспомните о меланине, собираясь на рок-концерт![127]

Пищевая норма потребления меди составляет около 400 мкг в день для детей и до 1 г для взрослых. Этим элементом изобилуют морепродукты и съедобные растения — овощи, зерновые, бобовые. Предсказать, сколько меди в конкретном помидоре или яблоке, невозможно: одинаковые по виду плоды могут заметно различаться по концентрации данного элемента из-за его неравномерного распределения в почве. Содержание меди в продуктах также зависит от методов выращивания растений и обработки сельхозпродукции.

Врожденные нарушения метаболизма меди могут выражаться как в недостатке меди (болезни Менкеса), так и в избыточном ее накоплении (болезни Вильсона — Коновалова). Болезнь Менкеса — тяжелое, но, к счастью, редкое генетическое заболевание, приводящее к задержке развития и гибели в возрасте до трех лет из-за медного голодания тканей. Болезнь Вильсона — тоже генетическое нарушение, но проявляется она значительно позже, в подростковом или молодом возрасте, к моменту, когда переполненные медью тканевые «депо», прежде всего печень и отдельные участки мозга, начинают постепенно разрушаться. Как и многие другие генетические заболевания, болезни Менкеса и Вильсона пока не удается вылечить, но можно облегчить состояние больных. В случае болезни Менкеса развитию нервной системы отчасти поможет раннее начало поддерживающей терапии с помощью подкожных и внутривенных инъекций биоусваиваемых соединений меди, а при болезни Вильсона — Коновалова — ограничение поступления меди с пищей, а также прием специальных препаратов, связывающих медь и способствующих ее выведению из организма.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

В 1990-х, когда геном человека еще не был полностью секвенирован, над задачей клонирования гена болезни Вильсона бились сразу несколько сильнейших научных групп, работавших по всему миру. Победа досталась Константину Петрухину из Колумбийского университета (Нью-Йорк, США). В 1993 году этот ученый «вытащил» ген болезни Вильсона ATP7B из участка человеческой хромосомы 13, «зацепившись» за его сходство с уже известным на тот момент геном болезни Менкеса ATP7A. Оказалось, что две болезни, с точки зрения патофизиологии полностью противоположные, вызваны родственными генами, кодирующими два разных белковых насоса, которые транспортируют медь: один из них закачивает этот элемент в клетки, а другой выкачивает! Проблемы с «закачивающим» насосом приводят к дефициту меди, а нарушения выкачки — к переизбытку элемента, его отложению в мягких тканях и отравлению чувствительных к меди клеток печени и нейронов.

Как и другие количественные признаки, эффективность выведения меди из организма зависит от множества генов, главный из которых — открытый Петрухиным ATP7B. Носители одной мутантной копии этого гена хоть и не больны, но выводят медь не так хорошо, как лица со стандартным генотипом. По причине этого концентрация свободной меди в их крови несколько выше, чем в среднем по популяции. Хорошего в этом ничего нет. Генетически обусловленная недостаточность выведения меди, пусть даже и небольшая, вносит вклад в повышение риска инфаркта, а также болезни Альцгеймера[128].

Биодобавки меди, особенно ее двухвалентной разновидности, довольно опасны. Согласно одной из теорий, увеличение частоты встречаемости болезни Альцгеймера, начавшееся в XX веке и продолжающееся по сей день, объясняется не только старением населения, но и широким распространением медных водопроводных труб, с одной стороны надежных и долговечных, а с другой — потихоньку обогащающих нашу воду опасной двухвалентной медью[129].

Фтор

Фтор — весьма неоднозначный микроэлемент. С одной стороны, он жизненно необходим, поскольку входит в состав фторапатита эмали зубов и костей. Тело человека содержит 2,5 г фтора. При недостаточном потреблении фтора — менее 0,5 мг/л питьевой воды — у людей развивается кариес. Это происходит из-за перехода фторапатита в гидроксиапатит и ослабления зубной эмали. Именно поэтому фториды и добавляют в зубную пасту.

C другой же стороны, никаких сомнений в токсичности фтора тоже нет. Острая интоксикация организма может возникнуть при концентрации элемента от 5 мг на 1 кг массы тела и выше. Несмотря на опасность, любители красивых зубов давно поняли: больше фтора — меньше кариеса. Для них ученые придумали «радикальный» способ снижения частоты походов к зубному, а именно фторирование питьевой воды до концентрации 1 мг/л. В США городскую воду начали фторировать в сороковые годы двадцатого века, по завершении исследования состояния зубов у детей, проживающих в местах, где уровень фтора в воде был повышен естественным образом. При относительной дороговизне стоматологической помощи обязательное фторирование привело к отличному косметическому эффекту: за пятнадцать лет эксперимента у школьников пораженность кариесом для постоянных зубов понизилась на 60%, а для молочных — на 30%.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

В США и Канаде практически вся водопроводная вода фторирована, но во многих европейских странах эту практику начали, а потом постепенно прекратили, перейдя на фторсодержащие зубные пасты. Связано это с целым рядом исторических и политических причин. У фторирования воды немало ярых противников, считающих, что и небольшие дозы этого элемента, мягко говоря, неполезны. И в клеточных моделях, и в экспериментах с животными показано, что даже малые концентрации фтора усиливают процессы воспаления, нарушают работу нервной системы и обмен стероидов, а также способствуют проявлению токсичности тяжелых металлов. В России фторирование питьевой воды прекращено в подавляющем большинстве городов, в том числе Москве, по причине экономической нецелесообразности и многочисленных противопоказаний[130].

Первый признак хронического отравления фтором — флюороз: желтые или коричневые пятна на поверхности зубов. Длительное воздействие фтора, особенно у детей, настолько ослабляет эмаль, что зубы могут начать разрушаться. Более того, может деформироваться и скелет, например образоваться экзостоз позвоночника или произойти обызвествление связок и суставов. Дети страдают прежде всего потому, что их масса тела намного меньше, чем у взрослых. Если взрослый зачем-то проглотит содержимое целого тюбика зубной пасты, ничего страшного не произойдет — ведь токсическая доза в 5 мг/кг не будет достигнута. А вот трехлетний ребенок весом 15 кг пострадает значительно: 100 мг фтора поделятся на детский вес, а не взрослый, и пороговая доза токсичности окажется превышенной на 30%.

Йод

Кретин — ругательство, обозначающее человека с ограниченными умственными способностями. Немногие знают, что это слово когда-то было научным термином, но постепенно потеряло клиническую значимость в связи с участившимися случаями «уличного» употребления. «Кретинами» себя называли жители французских Альп. Так уж случилось, что в XVIII веке именно среди этого народа медики обнаружили случаи умственной отсталости в сочетании с характерным зобом на шее. А все потому, что в данной горной местности наблюдался недостаток йода, приводящий к недостаточности щитовидной железы со всеми вытекающими последствиями. Нехватка гормонов щитовидной железы в организме беременных означает, что этих гормонов мало и в тканях плода. Это приводит к карликовости и умственной отсталости у рожденных ими детей. Описывая наблюдаемые случаи такого заболевания, врачи воспользовались диалектным словом «кретин».

История так называемого эндемического зоба — компенсаторного разрастания щитовидной железы, возникающего при хроническом недостатке йода, — уходит корнями значительно глубже XVIII столетия. Например, китайцы умели не только распознавать, но и вылечивать зоб уже полторы тысячи лет назад, используя богатые йодом морские водоросли и ткани щитовидной железы убитых животных. В средневековой Европе зоб считался таким же отличительным признаком человека, как, скажем, родинки или ямочки на щеках. Изображения красавиц с явными признаками зоба нередко встречаются на полотнах больших и малых голландцев. Другое «наследие» йододефицитного прошлого — так называемый кропфбенд: полоска ткани, призванная закрыть увеличенную в размерах щитовидную железу, обязательный элемент мисбахского и зальцбургского вариантов традиционного баварского костюма.

К середине XX века, по крайней мере в развитых странах, случаи эндемического зоба стали редкими. Произошло это благодаря появлению йодированной соли, сначала успешно испытанной в качестве профилактического средства борьбы с эндемическим зобом на пяти тысячах девочек подросткового возраста, проживавших в огайском городе Акроне, а затем, уже на уровне целой страны, повсеместно внедренной в Швейцарии. До эпохи всеобщего йодирования соли каждый тысячный житель горных кантонов этой страны попадал в специальное учреждение для йоддефицитных слабоумных. В результате йодной профилактики к концу 1940-х эти санатории были перепрофилированы или закрыты, а количество лиц, непригодных к воинской службе, снизилось в тридцать раз!

Однако нехватка йода остается одним из самых распространенных недостатков микроэлементов в глобальном масштабе. Дело в том, что йод неравномерно распределен в окружающей среде. Если почва бедна им, тем же свойством будут обладать и собранные на полях растения, а также мясо домашнего скота и птицы, выращенной на местных кормах. Интересно, что самочувствие жителей бедных по йоду районов, равномерно недополучающих этот элемент изо всех доступных им локальных источников пищи, улучшается не только от йодированной соли, но и… в результате глобализации рынка продуктов питания, когда на стол попадают продукты, выращенные недалеко от морских побережий. В океанской воде йод присутствует в изобилии. Этим элементом богаты промысловые виды рыб, креветки, водоросли и другие морепродукты.

Йод необходим для регуляции обмена веществ. Он концентрируется в щитовидной железе, где вступает в ковалентную связь с аминокислотой тирозином и образует гормоны щитовидной железы монойодтиронин, дийодтиронин, трийодтиронин (Т3) и тироксин (Т4). Рецепторы к гормонам щитовидной железы имеются на поверхности практически всех наших клеток. Контакт гормона с ними стимулирует тканевое дыхание и синтез белка, рост костей и работу головного мозга.

Однако помните: щитовидная железа не терпит крайностей, поэтому избыток йода не менее опасен, чем недостаток. «Перекормленную» йодом щитовидную железу заметно лихорадит — она производит то больше гормонов, то меньше, что отражается на нашем организме не лучшим образом. В самом малоприятном случае может развиться так называемая базедова болезнь — с глазами навыкате, тахикардией и потливостью. Именно это заболевание глядит на нас с портретов Надежды Константиновны Крупской.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Некоторые вполне полезные пищевые продукты содержат вещества, подавляющие работу щитовидной железы, — так называемые струмогены (Goitrogens). В больших дозах они способны блокировать включение йода в необходимые гормоны Т3 и Т4. Особенно много струмогенов в растениях семейства крестоцветных, к которым относятся капуста, брюссельская капуста, цветная капуста, брокколи, репа, рапс, хрен и кресс

Про струмогены в продуктах питания в интернете бродит немало страшилок. Авторы книги, которую вы держите сейчас в руках, основательно просмотрели обильную научную литературу на эту тему и постарались отделить зерна от плевел. Получилось, что польза от капусты и ее родственников намного превышает их гипотетический вред. Исследование образцов крови как здоровых, так и йододефицитных добровольцев, получавших либо очищенные струмогены, либо усиленную капустой диету, показали, что типичными блюдами из крестоцветных можно питаться хоть каждый день, причем с огромной пользой для организма. Да, в брокколи или китайской бок-чой немало струмогенов, но одной-двух тарелок этих овощей в день недостаточно для развития хоть сколько-нибудь заметного снижения метаболизма йода. Исключение составляют брюссельская и темно-зеленая листовая капуста, в том числе кейл, особенно его сибирская разновидность с фиолетовыми листьями. Потребление этих растений не должно превышать 1 кг в день — думаем, такое ограничение выдержать нетрудно[131].

Марганец

Марганец входит в состав некоторых важных ферментов, в том числе митохондриальной разновидности супероксиддисмутазы, обезвреживающей кислородные радикалы. Этот элемент также необходим для продукции коллагена и заживления ран.

Марганец попадает в организм человека с растительной и животной пищей. Больше всего его в коричневом рисе, ананасах, яичном желтке, листовой зелени, орехах и корице. Детям в возрасте до года нужно не более 1 мг этого металла, а взрослым, в зависимости от массы тела, — 2–3 мг. Диета, богатая кальцием, фосфором и волокнами, снижает усвоение марганца, а вот при дефиците железа всасывание этого элемента, наоборот, облегчено.

Недостаток марганца встречается редко, а вот его токсичность — явление довольно распространенное. Жители районов, где содержание марганца в воде превышает норму, часто жалуются на закупорку труб в батареях и водогрейном оборудовании и неприятный, вяжущий вкус водопроводной воды. Могут возникнуть проблемы и поважнее: употребление воды, чрезмерно обогащенной марганцем, приводит к заметному снижению интеллектуальных способностей у детей и развитию неврологических симптомов у взрослых. Хроническое отравление марганцем проявляется сонливостью, апатией, повышенной раздражительностью, потерей аппетита и головной болью, а также нарастающим дрожанием конечностей. При этом иногда ошибочно ставится диагноз «болезнь Паркинсона». Острое отравление марганцем тоже случается не так уж редко. Поскольку этот элемент входит в состав многих сплавов железа, страдают от отравления им в основном сварщики и сталевары.

Санитарно-эпидемиологическая норма содержания марганца в российской питьевой воде согласно СанПиН 2010 г. — 0,05 мг/л[132], в Европе аналогично. Но во многих промышленно развитых районах концентрация ионов марганца превышает эти цифры.

Из пищи поглощается лишь небольшой процент содержащегося в ней марганца, но при внутривенном введении этот элемент усваивается полностью. У тяжелобольных людей, в течение длительного времени получающих парентеральное питание, нередко наблюдают симптомы отравления растворенным марганцем. Стандарты изготовления питательных растворов по этому элементу пересмотрели лишь недавно, когда ученые накопили достаточную доказательную базу, обосновавшую необходимость снижения дозировки марганца при парентеральной доставке до 55 мкг в день.

Селен

Свое название селен получил от греческого названия Луны, но никакого отношения к этому небесному телу не имеет. Имя ему дали по контрасту с открытым немного ранее и похожим на него по запаху теллуром, названным в честь Земли — от лат. tellus. «Земной» теллур, однако, на нашей планете встречается крайне редко, для организма человека бесполезен и даже опасен, а вот «лунный» селен оказался незаменимым микроэлементом. Вот такая вышла история.

Селен не только незаменим, но и уникален. В состав белков человека он включается в виде селеноцистеина — двадцать первой (дополнительной) аминокислоты, позиция которой закодирована в ДНК специальной меткой, совсем непохожей на кодоны, означающие все остальные аминокислоты. Каждая из двадцати стандартных аминокислот соответствует одному или нескольким сочетаниям трех нуклеотидов — триплетам, или кодонам. Например, триплет из гуанина, цитозина и аденина (GCA) означает аланин, а триплет из цитозина, тимина и аденина (CTA) — лейцин. Триплетность представляет фундаментальные свойства генетического кода. «Уникальный» селеноцистеин, однако, не подчиняется этому правилу. В отличие от других аминокислот, он включится в состав белка, только если в кодирующем его гене есть стоп-кодон TGA, за которым следует особая, дополнительная последовательность нуклеотидов. Специальные селеноцистеиновые кодоны обнаружены в пятидесяти четырех различных белках человека. В каждом из них при нехватке селена стоп-кодон TGA прочтется как обычный кодон-терминатор аминокислотной цепочки, белок выйдет укороченным и не сможет работать как следует.

Без селенсодержащих белков нашему организму не обойтись. Возьмем для примера семейство глутатионпероксидаз. Эти ферменты защищают клетки от повреждения активными формами кислорода, помогая им избавляться от опасных продуктов перекисного окисления жиров, а также перекиси водорода. Если в клетках мало селена — значит, мало и селеноцистеина. На каждую из новосинтезированных белковых молекул глутатионпероксидазы селеноцистеина не хватит. У ферментов-калек активный центр не работает, поэтому они бесполезны. Получится, что в ответ на пероксидный «вызов» клетка сделала что могла, но пользы мало. Ферменты-защитники произведены, но большинство из них с дефектом. Желаемый результат не достигнут — клетка так и осталась беззащитной.

Еще одна группа ферментов, неспособных обойтись без селена, — дейодиназы, участвующие в процессах синтеза и разрушения гормонов щитовидной железы. Длительные наблюдения за больными тиреоидитом Хашимото, при котором организм вырабатывает антитела к белкам этого эндокринного органа, показали, что адекватное снабжение организма селеном приводит к снижению титра аутоантител и некоторому улучшению качества жизни даже при отсутствии внешней гормональной поддержки[133].

Интересно, что и андиоксидантные селенсодержащие белки, и дейодиназы удивительно древние: они найдены не только в геномах человека и других многоклеточных животных, но и у наших эволюционных предков — бактерий! В течение миллионов лет эволюции так и не вышедшие из океана формы животной жизни продолжали полагаться на селен, постепенно усложняя систему селеноцистеиновых белков. Между тем и пресноводные, и наземные растения произошли от бактерий, не умевших использовать селен для деактивации активных окислителей. Чтобы выжить в атмосфере с уже высоким к тому времени содержанием кислорода, им пришлось постепенно научиться производству других подходящих антиоксидантов: аскорбиновой кислоты, флавоноидов, токоферолов. Ко времени, когда морские животные выбрались на сушу (это произошло примерно пятьсот миллионов лет назад), растения уже хорошо приспособились к кислородной атмосфере. Их съедобные стебли и листья наполнились разнообразными полезными веществами и предоставили новым поселенцам дополнительную антиоксидантную поддержку. Но животные не отказались и от принесенных из недр океана селенсодержащих белков: добавочная линия обороны никогда не бывает лишней.

Поскольку для защиты от активных форм кислорода клетки человека полагаются на множество разнообразных, но схожих по функции биологических молекул, небольшой дефицит селена может быть отчасти компенсирован диетой, богатой растительными антиоксидантами. Однако тяжелый селенодефицит способен привести к нарушению функции скелетных мышц и кардиомиопатии, а также перепадам настроения. У детей и женщин детородного возраста в некоторых районах Китая встречается так называемая болезнь Кешана — эндемическая кардиомиопатия, которая может быть излечена путем добавления селена в пищу.

Надежные источники селена — морепродукты, почки, печень и мясо. А вот в продуктах растительного происхождения содержание этого элемента варьируется, поскольку зависит от его количества в почве. Более-менее богаты селеном редис, капуста и родственные им растения, а также бразильский орех. В них имеется не только поступивший из почвы неорганический селен, но и вполне органический предшественник селеноцистеина — селенометионин, который может быть включен в структуру белков вместо метионина и в таком виде сохранен про запас. При необходимости запасной белок будет разрушен, а селенометионин высвобожден и преобразован в требующийся нашему организму селеноцистеин.

В научной литературе описано немало исследований влияния селена на здоровье добровольцев, которым давали либо дополнительную поддержку селенсодержащими биодобавками, либо плацебо. Результаты этих исследований оказались, мягко говоря, противоречивыми: то селен работал прямо как волшебная пилюля, то вообще не работал, а иногда и ухудшал состояние испытуемых. Здесь мы расскажем только об одной серии таких испытаний — той, где ученым удалось получить вразумительный результат[134].

Еще тридцать лет назад ученые из Университета штата Аризона собрали группу из тысячи трехсот двенадцати пациентов, у которых были успешно удалены те или иные злокачественные опухоли кожи, за исключением меланомы, и случайным образом разделили их на селеноусиленную и контрольную группы[135]. В течение пяти лет обе группы в качестве биодобавки получали таблетки, спрессованные из сухих клеток дрожжей, — только в одном случае дрожжи были выращены в среде, богатой селеном, а в другом — в бедной. Все участники эксперимента периодически обследовались у онколога. Добровольцы, поддержанные с помощью «накачанных» селеном дрожжей, получали диагноз той или иной опухоли заметно реже, чем в контрольной группе. Разница оказалась столь велика, что эксперимент был прекращен досрочно, а всем «контрольным» гражданам выданы селенсодержащие таблетки. Особенно хорошо «селеновые» дрожжи защищали от рака простаты, причем наибольшую пользу из этой биодобавки для себя извлекли добровольцы, у которых начальный уровень селена в крови оставлял желать лучшего.

Узнав о результатах аризонского исследования, онкологи всего мира возрадовались и запустили целый ряд еще более крупных проектов по селенопрофилактике опухолей. Самый крупный из них, SELECT, исследовал эффекты селена у почти тридцати шести тысяч добровольцев. Все эти проекты с треском провалились — аризонское чудо не повторилось[136].

В чем же дело? Тщательные исследования фармакокинетики и фармакодинамики селенсодержащих аминокислот у здоровых добровольцев показали, что селен помогает только лицам с низким уровнем этого элемента в крови. Наибольшая возможная концентрация селенометионина составляет 85 мкг в 1 л сыворотки, а дальше селен пассивно «складируется» путем включения в состав белков крови, в том числе альбумина. Такое хранилище необходимо: растворенный в крови селенометионин расходуется на нужды организма и сразу же восполняется за счет разборки белков-накопителей.

Конечно, запастись селеном в составе сывороточных белков на черный день неплохо. Все равно что иметь в гараже запасную машину, на случай если основное средство передвижения надолго застрянет в ремонте. Однако в отсутствие явного селенодефицита — падения концентрации этого элемента в крови до показателя менее 85 мг/л — усиленное питание селеновыми дрожжами не поможет. Если у человека имеется хоть небольшой запас данного элемента, система селенопротеинов работает на полную, а значит, не может быть оптимизирована. Добавьте десяток-другой миллиграммов белкового селенометионина для увеличения прочности защиты — и все уже в ажуре. Дальнейшее укрепление селеновой брони просто ни к чему.

Противораковая защита аризонских добровольцев при поддержке селеном улучшилась потому, что не менее 20% из них были селенодефицитны. Поскольку запас элемента у этих людей был истощен, их шансы на развитие рака были выше, чем у лиц с нормальным уровнем селена. Получив «селеновые» дрожжи, организмы добровольцев подтянулись к норме, и селеновый компонент предрасположенности к развитию опухолей сошел на нет. Конечно, о полной защите от рака тут не может идти речи — мы говорим лишь об опухолях, развивающихся на фоне селенового дефицита. У жителей Аризоны этот дефицит, обусловленный проживанием в регионе с бедной селеном почвой и низким потреблением морепродуктов, вносит заметный вклад в общую «раковую» статистику, а в других, более благополучных по селену регионах, — не вносит.

Вы спросите: а как же говядина? Ведь она содержит селен, а Аризона известна своими стейками. Конечно, в стейках селена немало, но только если коровы паслись на богатых им лугах. Трава-то растет на бедной этим элементом аризонской почве, и поедающие ее коровы остаются селенодефицитными. В их мясе селена мало, и аризонские стейки не могут восполнить его запас и сколько-нибудь повлиять на риск развития рака. «Усиленные» же селеном дрожжи на это способны.

Общий вывод из вышеописанного очень прост. Исследуйте уровень селена в вашей крови — если он менее 85 мг/л, начинайте принимать селенометионин. А если 85 и более — можете сэкономить на этой биодобавке.

Хром

Хром бывает трехвалентным (черный), четырехвалентным (зеленый) и шестивалентным (красный). Все продукты шестивалентного хрома — генотоксичные канцерогены, особенно опасные при вдыхании: они увеличивают риск злокачественных заболеваний носоглотки и легких, которые особенно уязвимы для паров этого элемента. В США предельно допустимая концентрация шестивалентного хрома в воздухе заводских цехов гальваники составляет 5 мкг/м^3, а в России — втрое ниже. Именно загрязнение шестивалентным хромом легло в основу сюжета нашумевшего в двухтысячных фильма «Эрин Брокович» (2000), за который Джулия Робертс получила «Оскар». Неполезен и четырехвалентный хром, вызывающий мутации ДНК. Проблема с шестивалентной и четырехвалентной формами хрома заключается в их нестабильности. Постоянно превращаясь друг в друга, токсичные высоковалентные формы этого элемента постепенно добираются до стабильного трехвалентного состояния, но в процессе смены валентности повреждают все, что встречается на их пути.

Однако и национальные рекомендации, и вездесущие интернет-ресурсы говорят нам, что без трехвалентного стабильного хрома человеку не обойтись — метаболизм пострадает. По своей популярности у потребителей биодобавок пиколинат хрома обгоняет все остальные минералы, кроме кальция. И для похудения хром рекламируют, и для набора мышечной массы, и для борьбы с диабетом. Однако явный дефицит этого элемента в реальной жизни встречается редко, в основном у лежачих больных на длительном внутривенном питании. У модельных животных — мышей и крыс — от хрома улучшается почти все: и стрессоустойчивость, и скорость восстановления после инсульта, и, конечно, диабет. Однако с людьми все не так однозначно. В зависимости от дизайна исследования поддержка биодобавками с хромом то улучшает степень контроля над уровнем сахара в крови, то не улучшает. Особенно тревожит, что в некоторых исследованиях малые дозы пиколината хрома помогают диабетикам, а чуть более крупные — уже нет[137].

Более того, когда-то давно обнаруженный в дрожжах хромсодержащий фактор переносимости глюкозы GTF, волшебным образом спасающий от диабета не только крыс и мышей, но и людей, так и остался неочищенным экстрактом. Другими словами, ученые показали, что хромсодержащий экстракт дрожжей действительно улучшает метаболизм глюкозы, но вот провести его дальнейшее разделение до молекул не смогли — очистка приводила к разрушению активной субстанции. В отсутствие же очищенного вещества пользу хрома научно обосновать невозможно — может быть, этот элемент действительно входит в состав неуловимого GTF, а может, просто сидит на поверхности настоящего GTF, как наездник на лошади.

В нескольких современных работах уже высказана крамольная мысль, что хром не микроэлемент. Две из трех его часто встречающихся форм чрезвычайно токсичны, а третья инертна. Биодобавки хрома — хороший бизнес, но для здоровья они в лучшем случае бесполезны (вышесказанное не относится к хромсодержащему экстракту дрожжей — видимо, что-то в нем все-таки есть, только ученым пока непонятно, что именно).

Не столь радикальным читателям, неукоснительно придерживающимся давно устоявшихся рекомендаций по здоровому питанию, следует помнить, что жители развитых стран бесперебойно получают свою ежедневную дозу хрома из нержавеющей стали кастрюль и сковородок, немного «подтекающих» этим элементом в процессе жарки и варки. Его пищевые источники — зерна, крупы, фрукты, овощи и мясо, то есть практически любая еда. Биодоступность данного элемента невысока. Почти весь хром, поступающий в организм с пищей, быстро выводится с фекалиями, лишь 1% усваивается в тонкой кишке. В присутствии цинка, железа, антацидных лекарственных препаратов и аспирина усвоение хрома падает почти до нуля. Аскорбиновая кислота, свободные аминокислоты и ниацин, напротив, помогают его всасыванию.

Бор

В список жизненно важных минералов по версии ВОЗ бор не вошел. Однако в ряде научных работ утверждается, что он важен для метаболизма кальция и заживления тканей. Так, по данным исследования, проведенного Министерством сельского хозяйства в США, всего лишь 3 мг бора в день предотвращают вымывание кальция из костей женщин, предрасположенных к остеопорозу, а промакивание глубоких ран раствором 3%-ной борной кислоты значительно сокращает время, проводимое больными в стационаре[138]. Оба эти эффекта неудивительны — ведь бор усиливает работу генов, которые кодируют факторы роста кости и белки, составляющие основу соединительной ткани. А еще этот элемент улучшает психомоторную активность и внимание!

Но еще интереснее, что каким-то пока неясным образом бор влияет на концентрацию и биодоступность стероидных гормонов. В исследовании ученых из Ирана было показано: у мужчин даже однократный прием бора способствует высвобождению тестостерона из связывающего его белка-депо, а значит, и повышению уровня тестостерона в крови. Интересно, что у мужчин, чей тестостероновый обмен был поддержан с помощью бора, при этом наблюдали снижение уровня женских половых гормонов — эстрогенов, а вот пожилым женщинам бор, наоборот, помогал усилить эстрогеновый синтез. Немаловажно, что поддержка обмена половых гормонов бором сопровождалась снижением уровня биомаркеров системного воспаления, в том числе С-реактивного белка[139].

Отличный пищевой источник бора — фруктоборат кальция, содержащийся во многих свежих фруктах и овощах, особенно в авокадо и листьях петрушки. Румынские ученые обнаружили: восьминедельный курс фруктобората кальция (3–6 мг в день) снижает страдания больных остеоартритом настолько, что они даже перестают принимать ибупрофен[140]. Немаловажно, что и в этих исследованиях, никак не связанных с работами по изучению влияния бора на тестостерон, ученые наблюдали заметное снижение маркеров системного воспаления, вносящего весьма ощутимый вклад в развитие многих хронических заболеваний у человека. Возможно, именно снижением воспалительного фона и объясняется показанное во многих работах противораковое действие богатой бором диеты. Содержание бора особенно заметно влияет на заболеваемость раком простаты, шейки матки и легких.

В качестве активного элемента бор входит в состав химиотерапевтического лекарственного препарата бортезомиба, известного под названиями «Велькейд» и «Цитониб». Эти препараты произвели революцию в лечении множественной миеломы и некоторых лимфом.

Рекомендуемое ежедневное потребление бора, по данным Минздрава, составляет 2 мг в день. Большие количества бора — до 12 мг в день — хорошо переносятся, а недостаток — менее 0,23 мг ежедневно — ни к чему хорошему не приводит. У бородефицитных граждан изменяется активность мозговых импульсов — в левой теменной и височной долях дельта-активность понижается, а в лобной доле снижается. Точно такие же изменения активности мозга наблюдают при самых разных когнитивных нарушениях, в том числе потере внимательности. Уникальных продуктов, содержащих бор, нет: те же овощи, фрукты, бобовые и сухофрукты.

Молибден

От избытка молибдена можно всерьез заболеть и даже погибнуть. От недостатка тоже. Именно молибден помогает нам справляться с вредными веществами — сульфитами, регулярно поступающими в наш организм со многими видами консервированной пищи, чаще всего с добавкой Е220. Да и не только консервированной — их добавляют и в ресторанную еду, чтобы удлинить срок хранения частично готовых блюд; ими окуривают склады и овощехранилища, в них вымачивают сухофрукты… Вездесущий Е220 защищает напитки от окисления и порчи бактериями — именно поэтому на винных этикетках есть надпись «содержит сульфиты».

У чувствительных к сульфитам людей встреча с промышленным образом заготовленными продуктами питания может вызвать тяжелые аллергические реакции, в том числе приступы астмы и крапивницу[141]. Для нечувствительных пищевые сульфиты вполне безопасны. Разница же — в активности фермента сульфитоксидазы, требующей для своей работы атом молибдена. При нехватке молибдена ни этот фермент, ни некоторые другие молибденсодержащие ферменты-защитники не смогут образоваться в достаточных количествах, и вот результат — сыпь на коже. Интересно, что опыты на животных не выявили симптомов дефицита молибдена даже на фоне существенного его недостатка — но ведь животные и сульфиты не едят.

Норма молибдена в рационе питания, по данным Минздрава РФ, составляет 45 мкг/день. Усваивается этот элемент достаточно эффективно, в основном из растительных продуктов, особенно бобовых. А вот продукты животноводства, фрукты и овощи содержат мало молибдена.

Слишком много молибдена — тоже нехорошо. У жителей некоторых районов Армении наблюдают так называемую молибденовую подагру, связанную с высоким содержанием этого элемента в местной растительной пище. Кроме того, излишний молибден связывает серу, формируя тетратиомолибдат, который, в свою очередь, захватывает атомы меди, необходимой нашему организму. Но нет худа без добра. Такое свойство молибдена используют для лечения болезни Вильсона — Коновалова (сопровождающейся накоплением меди в тканях), о которой мы уже рассказали выше. Чтобы предотвратить поступление меди с пищей, больным назначают молибденсодержащие лекарственные препараты.

Ванадий

Вот и еще один важный, но отчего-то непопулярный микроэлемент. Ионы ванадия — ванадаты — по структуре напоминают фосфаты и способны участвовать в тех же реакциях. Но ванадаты чуть более стабильны, поэтому часто ингибируют ванадированные ферменты вместо их активации. Именно поэтому препараты ванадия способны на короткое время «исправлять» дефекты углеводного метаболизма, известные под медицинским названием «диабет».

Впервые противодиабетические свойства ванадия были обнаружены в 1985 году в экспериментах на крысах и удивили ученых настолько, что результаты были опубликованы в уважаемом журнале Science и приняты к сведению клиницистами во всем мире. К сожалению, что хорошо для крыс, не так уж подходит людям; долгосрочная токсичность соединений ванадия помешала его внедрению в клиническую практику. А как хороша была идея: у грызунов ванадаты действовали подобно инсулину и помогали им контролировать уровень глюкозы не хуже! Мысль о том, что неорганическое вещество способно заменить белковый гормон, оказалась настолько свежей и смелой, что почти сразу была испытана на диабетиках-добровольцах и привела ко вполне заметному терапевтическому эффекту. Больные ликовали — ведь таблетки гораздо удобнее, чем три, а то и пять инъекций инсулина в день.

Хорошо, что испытания были краткими — всего лишь по нескольку недель. Ведь токсичность ванадия вполне доказана и с накоплением ванадатов в тканях неуклонно растет. Вначале неприятные последствия терапии ощущает желудочно-кишечный тракт, сообщая об этом поносом и повышенным газообразованием, а затем присоединяются печень, почки и даже дегенерация репродуктивной системы, особенно у мужчин.

Очарованные успехом ванадия в девяностых, производители биодобавок запустили целый ряд препаратов с его участием, включая различные мультивитамины. Помните: ванадий действительно эффективен, но не в качестве необходимого микроэлемента, а как медицинский препарат, с помощью которого можно перекрыть период вынужденного отсутствия инсулина.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Некоторые живые организмы специально накапливают ванадий, чтобы стать несъедобными. В наибольших концентрациях он содержится в мухоморах, а также в примитивных позвоночных животных — асцидиях, умеющих фильтровать этот элемент из морской воды, достигая поистине невероятного обогащения: аж в десять миллионов раз!

Литий

Первое медицинское применение литию нашли еще в XIX веке, когда ученые с удивлением обнаружили, что его соединения помогают растворять кристаллы мочевой кислоты, образующиеся в почках и суставах больных подагрой. Однако до реальной пользы дело не дошло: оказалось, что лечебные дозы токсичны. Но медики не сдались: в соответствии с научными теориями того времени избыток мочевой кислоты способствовал не только подагре, но и многим другим заболеваниям, в том числе психиатрическим. Исходя из этих соображений, ученые снизили лечебные концентрации солей лития до более приемлемых и стали лечить ими больных с маниакальными симптомами.

Было это еще до эпохи доказательной медицины, когда медики опирались не на клинические испытания, а на собственный опыт и веяния времени. Когда к началу XX века подагрическая теория психиатрических заболеваний вышла из моды, вышел из нее и литий. В 1949 году в Америке его продажа в аптеках была запрещена из-за нескольких случаев тяжелых отравлений и смерти граждан, попытавшихся заменить солями лития столовую соль — таким оригинальным способом они снижали содержание в диете натрия, спасаясь от гипертонии. Такое впечатление, что в середине XX века медицинская мысль искала хоть какое-то применение литию, «шарахаясь» от одного заболевания к другому.

По иронии судьбы почти тогда же, в 1948 году, австралийский врач Джон Кейд обнаружил, что внутрибрюшинное введение урата лития успокаивает морских свинок[142]. Разобравшись с составом препарата, Кейд понял, что урат ни при чем — помогает литиевый ион! Врач повторил эксперимент на больных из буйной палаты и добился удивительных результатов. Опыт показал, что таблетки и растворы солей лития действительно подавляют проявления острых психозов. Кейд стал «отцом» лекарственных методов лечения психиатрии. Однако мир ему поверил далеко не сразу. Для внедрения литиевых препаратов в других странах потребовались громадные усилия международной команды врачей-энтузиастов и разработка точных методов определения уровня лития в крови больного для предотвращения токсичности препарата. Именно литий стал одним из первых примеров лекарства, применение которого требовало персонализированного подбора дозировки с опорой на биомаркер. В 2004 году статью Джона Кейда о применении солей лития для лечения мании признали наиболее цитируемой работой в истории австралийской медицины.

И это далеко не самый неожиданный эпизод в истории применения лития. Многие знают, что первый рецепт кока-колы включал в состав кокаин — примерно 9 мг на бокал. А вот про секрет 7UP известно немногим. Вплоть до 1948 года этот напиток содержал изрядную дозу цитрата лития и даже рекламировался как успокоительно-прохладительный!

Норма потребления лития для здоровых людей — 1 мг в день, при этом 70–90% потребности в нем восполняется крупами, фруктами и овощами. Некоторое его количество содержится в молочных продуктах и мясе. В малых дозах литий необходим для усвоения витаминов B12 и фолиевой кислоты и поддержания популяции стволовых клеток. Он активирует факторы роста и питания нервов BDNF и NGF, способствующие пластичности и восстановлению нервной ткани.

У японских исследователей есть гипотеза, что чем выше потребление лития с водой и пищей, тем больше продолжительность жизни людей[143], ниже вероятность суицида и лучше настроение, сильнее ощущение счастья и энергичности (конечно, при дозах в границах пищевых рекомендаций)[144]. Добавка малых доз лития в пищу также удлиняет жизнь свободноживущим почвенным нематодам и плодовым мушкам дрозофилам[145].

Мы же с вами в поисках дополнительной порции литиевого счастья лучше подналяжем на цельнозерновые продукты, картошку, капусту и помидоры.

Кремний

Кремния в земной коре полным-полно. Пыль, песок, камни, планетоиды и планеты состоят из соединений кремния почти на 90%. При таком изобилии удивительно, что роль кремния в нашем организме не так уж велика. И тем не менее без него нам не обойтись! Он нужен для синтеза эластина и коллагена, а значит, способствует упрочению связи между клетками костной ткани. Кремний также связывает остеонектин, который входит в состав соединительной ткани и участвует в кальцификации костей. Употребление в пищу кремния помогает нам выводить алюминий, снижая токсическое действие этого металла.

Суточная норма кремния для россиян — 5 мг. Его много в зерновых и зелени. Богатая кремнием пища способствует выведению из организма вредных металлов, особенно алюминия, снижает риск развития болезни Альцгеймера и улучшает состояние поврежденной солнцем кожи, волос и прочность ногтей.

Все эти полезные эффекты кремния проявляются лишь при его попадании в организм с пищей и водой. Вдыхание кремниевой пыли чрезвычайно опасно и приводит к так называемой болезни горняков и шахтеров — силикозу легких, практически не поддающемуся излечению. Причина силикоза — механическая. Частички кремния накапливаются в легких, где их самоотверженно поедают макрофаги-защитники — ровно до тех пор, пока не лопнут. От разрыва макрофагов ничего хорошего ждать не приходится, ведь эти клетки вырабатывают целый ряд активных веществ, которые до поры до времени накапливают в цитоплазме. Гибель макрофагов вызывает образование фибротических изменений, формирование рубцов и узелков, снижающих эластичность ткани легких и приводящих к нарушению дыхания. В тяжелых случаях поврежденные легкие не справляются с нагрузкой, и больной погибает. А все из-за пыли и содержащегося в ней кремния, который хорош в компьютерных процессорах, но никак не в легких!

Кобальт

Кобальт — это микроэлемент, а кобольд — горный дух. Горняки, плавившие серебро, страдали от паров мышьяка и списывали их зловредный эффект на коварного кобольда. Шведский химик Георг Брандт разобрался с мышьяксодержащим минералом, выделил из него новый металл кобальт и выяснил, что именно его атомы помогают стеклу приобрести синий цвет.

Кобальт входит в активный центр коферментов, известных как кобаламины. Главный из них — витамин B12, но о нем мы поговорим отдельно. Неорганический кобальт человеку не нужен, случаев его дефицита в природе пока не встречалось, за исключением некоторых домашних животных, выпасавшихся на скудных вулканических почвах отдельных районов Новой Зеландии и Австралии. Зато токсичность — пожалуйста. В шестидесятых некоторые пивоварни начали добавлять соли кобальта в пиво для стабилизации пены. В результате у самых страстных приверженцев этого напитка развились поражения сердечной мышцы — соли кобальта оказались кардиотоксичными.

Казалось бы, ничего интересного в кобальте нет, но — сюрприз, сюрприз! У этого элемента нашли целый ряд биологических эффектов. Например, он мешает работе кислородного сенсора, как бы чуть-чуть обманывая наши ткани, которые внезапно ощущают недостаток кислорода, хотя оксигенация в полном порядке. Из-за этого ткани начинают вести себя как при кислородном голодании и производить изрядные количества белков, призванных помочь преодолеть недостаток кислорода. С одной стороны, такая ситуация опасна для здоровья, поскольку создает комфортные условия для развития опухолей. А с другой, организм получает немало кратковременной пользы — ведь защищающие от кислородного голодания компенсаторные механизмы помогут клеткам работать на сверхоптимальном уровне. Примерно как и при так называемом кровяном допинге, когда спортсмену перед ответственными состязаниями вливают его собственную, ранее запасенную массу эритроцитов и тем самым кратковременно «повышают гемоглобин». Нечего и говорить, что кобальтовый допинг чрезвычайно опасен. Кстати, порывшись на полочках отечественных аптек, авторы обнаружили ряд растительных экстрактов, извлеченных с помощью соединений кобальта, и удивились!

Глава 5. Витамины

И вот мы плавно перешли к витаминам — биологическим соединениям, которые наш организм в достаточном количестве сам производить не может, а с нормальной жизнью в их отсутствие не справляется. Граница «нормальной жизни» тут, конечно, проведена весьма условно.

От химических элементов витамины отличаются своей органической природой, а от жиров и аминокислот — тем, что не укладываются ни в одну из этих двух категорий. Такое разделение сложилось исторически. Для того чтобы назвать вещество витамином, существует четыре отличительных признака. 1. Оно органическое. 2. Это вещество жизненно необходимо, и без него развивается клиническая картина заболевания. 3. Организм не производит это вещество в нужном количестве или не производит вообще. 4. Вещество требуется в минимальных количествах.

Витаминов у нас сейчас тринадцать. Это число, как и многое другое в науке, постоянно оспаривается. В последнее время вышел ряд статей, описывающих витамин номер 14, не всеми пока признанный в этом качестве, но весьма интересный. Мы о нем тоже расскажем, наряду с остальными тринадцатью.

А сначала немножко истории. Своим названием витамины обязаны небольшому научному заблуждению одного польского биохимика, которого звали Казимир (Казимеж) Функ. Он прочел статью, написанную голландским врачом Христианом Эйкманом, который в начале XX века отправился в джунгли изучать загадочное поражение нервов под названием «бери-бери» и обнаружил, что лабораторные цыплята, питавшиеся остатками риса из солдатской полевой кухни, начали чувствовать себя неважно. Вначале Эйкман не придал этому значения, но помог случай. По настоянию повара цыплят перевели на неполированный рис: конечно, не потому, что заволновались об их здоровье, просто хорошего риса было жалко. И птицы внезапно поправились. Эйкман обрадовался и сделал вывод, что в полированном рисе отсутствует какой-то важный фактор, который он назвал веществом «анти-бери-бери». А дальше начался кропотливый научный труд. Врач по очереди исключал все остальные возможные причины заболевания — температуру воздуха, сезон, заражение крови, — пока сам не свалился с ног, так и не придя к выводу о природе сущности, содержавшейся в неполированном рисе. Но мы не об Эйкмане, который все-таки получил свою Нобелевскую премию за открытие фактора, победившего бери-бери, а о Функе, который премию не получил.

Функ прочел о пользе неполированного риса у Эйкмана и засучил рукава. В качестве моделей были выбраны голуби: на диете из полированного риса у этих птиц тоже возникали проблемы с нервной системой. Начал Функ с отправной гипотезы Эйкмана, считавшего, что в полированном рисе есть паралитический яд, а в оболочках, снимаемых при обработке, — противоядие. Чтобы проверить это, он перевел голубей на другие чистые корма — например, крахмал или сахар. В каждой подопытной группе ученый увидел все тот же загадочный «токсикоз» и сделал вывод, гениальный и простой. Дело не в токсине, а в том, что очищенные продукты не содержат какого-то крайне важного ингредиента, необходимого для поддержания нормального обмена веществ.

Далее Функ подошел к вопросу как химик. Он собрал оболочки рисовых зерен и разделил их на фракции, каждую из которых по отдельности давал голубям. Одна из них оказалась целительной, она спасала голубей от проблем со здоровьем, даже если добавлялась в их рацион в ничтожных количествах. Эту фракцию Функ и назвал витамином — амином, необходимым для жизни. По названию целительной фракции — В1 — свое название получил и тиамин, ее действующее начало.

Почти мгновенно Функ предположил, что витамин организму нужен далеко не один, и уже в следующем 1912 году написал книгу Vitamines, где постулировал существование по меньшей мере четырех витаминных факторов: анти-бери-берина B1, противоцинготного аскорбина, а также противопеллагрических и противорахитных веществ. В науке о питании работа Функа произвела революцию. В первой половине XX века открытия в этой области сыпались как из ведра, но не обошлось и без неожиданностей. Например, подавляющее большинство «классических» витаминов, выделенных и описанных при жизни Функа, оказались вовсе не аминами. Функ мужественно исправил свое заблуждение о природе этих соединений и по совету другого биохимика, Джека Драммонда, стал писать слово «витамин» без буквы «е» на конце. Именно поэтому английское слово vitamin и по сей день пишется именно так.

Всю свою дальнейшую жизнь Казимир Функ посвятил витаминам и лечению заболеваний, возникающих из-за плохого питания, в частности пеллагры, а в 1922 году выпустил на рынок первый в мире комбинированный витаминный препарат «Оскодал», предназначенный для рахитичных детей. Сделан он был из очищенного жира тресковой печени, «закатанного» под сладкую оболочку, и содержал витамины A и D.

Другие ученые тоже не сидели сложа руки. Как только Функ описал первые четыре витамина, они прямо-таки набросились на разработку новой научной жилы. Перечислим результаты их труда. Вот они, по порядку: витамин А, представляющий собой целую группу сходных по своему действию веществ, в том числе полностью трансретинол и его эфиры, а также полностью-транс-бета-каротин и другие каротиноиды, витамин B1 (тиамин), витамин B2 (рибофлавин), витамин B3 (ниацин), витамин B5 (пантотеновая кислота), витамин B6 (пиридоксин), витамин B7 (биотин), витамин B9 (фолиевая кислота, или фолат), витамин B12 (кобаламины), витамин С (аскорбиновая кислота), витамин D и его производные кальциферолы, витамин Е (токоферолы и токотриенолы) и витамин К (хиноны).

Внимательный читатель обнаружит, что в этом алфавите много пропущенных букв. Так вышло потому, что на заре данной науки ученые в погоне за славой приписывали витаминные свойства всему подряд, занимая букву, а затем их детище оказывалось переклассифицированным во что-то еще — в лучшем случае уже известное науке полезное соединение, а в худшем — в не особо нужное и даже вредное. Примеры таких бывших витаминов — парааминобензойная и салициловые кислоты, а также описанный в главе 2 лаэтрил.

С химической точки зрения витамины подразделяют на жирорастворимые (A, D, E и К) и водорастворимые (все остальные). С водорастворимыми все просто: они поступают с пищей, а неусвоенные излишки выводятся с мочой. Измерив их концентрацию в моче пациента, мы получим данные о том, набрал ли он за день свою витаминную норму. С жирорастворимыми витаминами сложнее. И витамин А, и витамин D способны накапливаться в тканях «про запас», а также вызывать острое или хроническое отравление (гипервитаминоз)[146]. Но о них поговорим отдельно.

Для начала обсудим поливитаминные таблетки (их еще называют мультивитаминами). История их — история бизнеса, щедро сдобренного государственными инициативами, а вовсе не науки. Все началось в двадцатых годах прошлого столетия со щедрого вброса на рынок различных дрожжевых экстрактов, призванных витаминизировать стандартную городскую диету, не страдавшую разнообразием и часто приводившую к проблемам со здоровьем. Причем не от бедности: авитаминоз был проблемой успешных домохозяек. В те времена корнем зла считались инфекции, особенно пищевые. Рис и пшено полировали, другие злаки перемалывали в муку, сахар выпаривали, молоко кипятили, чтобы увеличить сроки хранения (ведь продукты в город надо было еще доставить!). В результате бери-бери и пеллагра пришли в города, а цинга — в виде кровоточивости десен, вызванной недостатком витамина С, — в семьи особо чистоплотных дам, настаивающих на глубоком кипячении молока и отваривании всех овощей.

На этом фоне дрожжевые пилюли — хоть и не стандартизированные по содержанию отдельных полезных элементов — оказались спасительными. Затем к ним добавились более очищенные препараты, в том числе уже упомянутый выше «Оскодал», но рынок оставался стихийным, а рекомендации по приему не были привязаны ни к каким нормам потребления. Некоторые таблетки — в основном изготавливаемые тогдашними фармкомпаниями — были поддержаны врачебными организациями, а некоторые — те же дрожжи — наоборот, врачами порицались, хоть и были популярны в народе.

Как это нередко бывает, все расставила по местам Вторая мировая война, причем в Америке. Европейцам тогда было не до очищенных стандартизированных препаратов. В России же стерильность продуктов питания так и не стала основой городской культуры. Поскольку советским солдатам витаминизация требовалась скорее из-за недостаточности общего количества пищи, чем из-за слишком сильной ее обработки, проблема решалась с помощью дешевых растительных экстрактов, например отвара хвои, который прекрасно справлялся с цингой. В Америке же вопрос об открытии Второго фронта стоял не так остро и позволял хорошенько подготовиться, в частности путем проверки здоровья рекрутов. Оказалось, что треть из них к строевой службе непригодны, потому что выросли на бедной диете. «Непорядок», — решил президент Рузвельт и собрал Национальную конференцию по питанию для обороны. Именно на ней в 1941 году были впервые установлены дневные рекомендованные витаминные нормы (Recommended Dietary Allowances, или RDA) для шести витаминов (A, B1, B2, B3, C, и D) и двух минералов — железа и кальция. На их основе и были созданы первые стандартизированные поливитамины, выпущенные в 1943 году, за год до вторжения в Европу. К середине 1950-х на каждом американском столе уже красовались поливитаминные баночки, сбоку от солонки и перечницы. Каждая таблетка содержала примерную дозу на день в соответствии с рекомендациями правительства.

В 1960–1970-х годах в витаминной практике произошла «революция мегадоз». Нобелевский лауреат Лайнус Полинг и некоторые другие ученые обнаружили пользу от многократного превышения доз витаминов с терапевтической целью и запустили в продажу соответствующие препараты, на что FDA ответило попыткой постановки витаминных препаратов под рецептурный контроль. За этим последовали демонстрации, суды и прочие акции, закончившиеся признанием невозможности государственного контроля над витаминами и другими природными веществами, за исключением случаев, когда они явно разрушают здоровье. В результате на рынке появилось множество поливитаминных препаратов — как соответствующих нормам, так и заметно превышающих их.

Так продолжается и по сей день. Чтобы разбить огромный рынок биодобавок на сегменты, поливитамины стали делать «с уклоном» в различные недуги и под запрос отдельных групп населения. Таблетки для женщин и мужчин, молодых и пожилых, детей (в них почти ничего нет, поскольку этот сектор жестко регулируется) и беременных, а также «от нервов», «от усталости» и «для волос». Часто содержание конкретного витамина или минерала в таблетке определяется не научными соображениями, а модой на тот или иной компонент или удобством для таблеткоглотателя. Например, если засунуть дневную дозу кальция и магния в поливитаминную пилюлю, то клиент подавится. Так что пусть добирает свой кальций из молока[147].

В общем, не все однозначно с поливитаминами. Тем более что поливитаминными препаратами с определенным составом их можно назвать только на входе, когда компоненты в соответствии с формулой препарата замешали в таблетку. Соединив в одной емкости тринадцать разных высокоактивных соединений (а то и больше!), нам следует ожидать, что по крайней мере некоторые из них провзаимодействуют с другими — окисляя, восстанавливая, аминируя… Особые проблемы доставляет витамин С. В зависимости от внешних условий он ведет себя то как оксидант, то как антиоксидант, при этом образуя другие химические вещества. А еще витамины бывают жирорастворимые и водорастворимые. Внутри таблетки же — сухо. Попадая в желудок, далеко не каждый витамин и минерал оказывается в оптимальных для всасывания условиях. К тому же некоторые компоненты таблетки могут помешать другим. Например, кальций и железо, попадая в организм одновременно, конкурируют друг с другом за усвоение, а ион кобальта, находящийся в составе витамина B12, разрушает соседние с ним молекулы витамина В6 и B1. И даже простой количественный анализ веществ, находящихся в составе уже «намешанной» таблетки, нельзя назвать легкой задачей — ведь все вещества разные и весьма непростые по структуре. Ни масс-спектрометрия, ни хроматография, ни ядерно-магнитный резонанс пока — увы! — неспособны уверенно разобрать поливитаминную таблетку на составные части. Некоторые компоненты выделить и откалибровать — пожалуйста, а в целом — скорее нет, чем да.

От поливитаминных препаратов польза, несомненно, есть, и немалая — прежде всего для людей, у которых доступ к разнообразной еде по тем или иным причинам ограничен. Для принимающих поливитамины риск получить диагноз дефицитного состояния по тому или иному витамину гораздо ниже, чем для людей, не интересующихся витаминными таблетками, а именно порядка 14% по сравнению с 40%. Эти данные были получены в результате крупного когортного Национального исследования здоровья и питания (National Health and Nutrition Examination Survey, NHANES), в котором приняло участие более пятнадцати тысяч человек от девяти лет и старше.

В России ситуация принципиально не отличается от наблюдаемой в США. Академик Виктор Тутельян, директор Института питания РАМН, сказал одному из авторов этой книги: «Пусть россияне кушают поливитамины. Тогда хоть какие-то витамины в них попадут». Вот такая сермяжная правда в масштабах страны.

А если говорить о рационе отдельно взятого человека (например, себя любимого), то наиболее правильным авторам представляется следующее.

Полноценный рацион призван снизить риски возникновения практически любых дефицитов (исключение — витамин D). Постарайтесь разнообразить свое меню: зерновые (желательно цельнозерновые), орехи и семечки, бобовые, овощи, зелень, ягоды, фрукты, молочные продукты или растительные альтернативы, продукты, богатые белком, — яйца, рыба, мясо, птица.

Подозрение на любой дефицит должно начаться с анализа рациона специалистом и дальнейшей его корректировки. В России этим занимаются диетологи. В некоторых странах есть еще и зарегистрированные нутрициологи, которые помогают сбалансировать рацион здоровых людей так, чтобы снизить риск проявления клинических симптомов дефицита. Чтобы давать подобные советы по питанию, также необходимо высшее образование, а не просто сертификат, полученный в интернете. Такое «образование» тем более не должно быть зеленым светом для назначения биологически активных добавок, регуляция производства, рекламы и продажи которых, как мы отметили выше, очень слаба. Ведь микроэлементы не игрушки и в завышенной дозировке могут натворить бед побольше, чем дефицитные состояния.

Также для каждого витамина, да и для многих минералов давно разработаны биохимические тесты, позволяющие точно узнать их концентрацию как в сыворотке крови, так и в клетках. Если ваш рацион долго был ограничен, лучше всего посоветоваться с врачом, пройти по его рекомендации соответствующий тест и разобраться, какого именно витамина не хватает лично вам. В случае диагностированного дефицита и невозможности восполнить его с помощью рациона (как в случае с веганским стилем питания и нехваткой В12) будет лучше, если именно врач поможет вам подобрать нужную добавку. Ведь бывает и так, что причины дефицита кроются не только в пищевых привычках, но и в генных вариантах или хронических проблемах желудочно-кишечного тракта, влияющих на те или иные аспекты нашего метаболизма.

Итак, поливитаминный подход эффективен в запущенных случаях для некоторых стран, но, по-видимому, бессилен снизить риски часто встречающихся заболеваний, наиболее беспокоящих население: рака, инфаркта, инсульта. Этот вывод был сделан по результатам целого ряда долговременных исследований в крупных когортах, «уравновешенных» по распределению различных факторов риска, которые показали, что поливитамины, к сожалению, сердце не защищают[148] и жизни особенно не прибавляют[149].

Пробежимся по алфавиту от А до K и еще не забудем про парочку новых кандидатов в ряды витаминов — чтобы никто не ушел обиженным.

Витамин А

Витамин А — самый первый, но в истории его открытия много неясностей. На заре XX века по поводу витамина А великие ученые чуть не передрались. Началось с целого ряда наблюдений и экспериментов над людьми и животными, страдавшими от обедненной пищи, и попыток исправить их состояние путем изменений диеты. Так, японский врач Масимичи Мори еще в конце XIX века лечил больных детей печенью трески и утверждал, что их болезнь — не от непонятной инфекции, а от дефицита жира. До выделения витамина тут еще далеко, но главный принцип — коррекция недостаточности конкретным обогащенным продуктом — уже налицо. Слава, конечно, досталась не японцу, а американцу Джонсу Хопкинсу, который экспериментировал с крысами и показал пользу от добавления молока к обедненной диете. Назвав спасительный фактор «дополнительным», он навсегда вошел в анналы науки, наряду с Эйкманом, как первооткрыватель витаминов (а вовсе не Функ, который их на самом деле открыл). В 1913 году, через год после выхода в свет книги Функа, витамин А был еще не выделен, но в деталях описан как жирорастворимая субстанция и уже получил свое название («A») в результате работ сразу двух групп ученых — Томаса Осборна из Йельского университета и Элмера Мак-Коллума из Висконсинского, трудившихся независимо друг от друга[150]. Правда, Мак-Коллум так не считал. По его версии, это он витамин А открыл, а Осборн его открытие просто подтвердил.

Прошло еще двадцать лет, и ученые постепенно разобрались с этим непростым витамином, описав его структуру, биологически активную форму — ретинол, который может быть получен только из животной пищи, и предшественников — каротинов, которых так много в морковке и других цветных овощах. Разобраться-то разобрались, но проблема дефицита витамина А в мире по-прежнему не решена. В беднейших странах примерно треть детей младше пяти лет страдают дефицитом этого витамина, несколько сотен тысяч гибнут, а выжившие часто слепнут. Победа над дефицитом витамина А — одна из целей Организации Объединенных Наций, четвертая по важности. Для ее достижения ученые-биотехнологи создали «золотой рис», о котором мы расскажем позже.

Такие ужасы в основном связаны с первичной недостаточностью витамина А, которая возникает из-за общего недоедания и нехватки овощей и фруктов. Вторичный же дефицит, чаще встречающийся у взрослых, появляется из-за нарушений всасывания липидов, продукции желчных кислот, а также хронического отравления сигаретным дымом и алкоголем. Любое искусственное ограничение содержания жира в пище, часто из лучших побуждений, например для контроля уровня холестерина, приводит к нарушению всасывания витамина А. Вторичный дефицит может возникнуть также из-за недостаточности цинка, который необходим для синтеза белков, транспортирующих каротины в клетки, и конверсии ретинола в его важнейшее производное — ретиналь.

Поскольку ретиналь служит хромофором, с помощью которого мы чувствуем свет, одним из первых физиологических нарушений, возникающих из-за его дефицита, становится куриная слепота — невозможность видеть в темноте. За ней следует ксерофтальмия — сухость, а затем и кератинизация глазного яблока с размягчением роговицы, ведущая к полной слепоте. В дополнение к глазным неприятностям добавляются нарушения иммунитета, общая кератинизация эпителия волосяных фолликулов и слизистых, а также гипоплазия зубной эмали. У женщин, во время беременности употреблявших алкоголь, вызванные им нарушения всасывания витамина А становятся одной из основных составляющих алкогольного синдрома новорожденных.

Но много — тоже нехорошо. При превышении дозы витамин А токсичен. Именно поэтому, как уже говорилось выше, нельзя есть печень белого медведя: она напичкана ретинолом настолько, что половина небольшой сковородки вызовет и галлюцинации, и облезание кожи. Те же проблемы подстерегут и желающих отведать печенку других полярных животных, находящихся на вершине пищевой цепочки, в том числе тюленей, и даже некоторых промысловых рыб.

Вреден витамин А и людям с болезнью Штаргардта — прогрессирующим заболеванием сетчатки, постепенно приводящим к слепоте из-за накопления токсичного метаболита липофусцина в пигментном эпителии глаза. Наблюдения за больными показали, что важнейший фактор, определяющий скорость потери зрения, — содержание витамина А в их диете; и чем больше морковки, тем хуже прогноз. Чтобы не подвергать слабовидящих дополнительной опасности гиповитаминоза, для них разработана специальная, безопасная форма витамина А, названная C20-D(3).

Вывод о вреде растительных каротиноидов и ретинола для зрения при болезни Штаргардта противоречит народной мудрости о пользе, приносимой морковкой как снайперам, так и очкарикам. Порывшись в литературе, авторы обнаружили источник этого убеждения[151]. Оказалось, слух о том, что съевший пятнадцать морковок получает способность видеть в темноте, как сова, был запущен… британскими ВВС во время Второй мировой. Они хотели скрыть от немцев изобретенный ими радар и рассказали байку о том, что британский пилот во много раз превосходит немецкого в ночное время именно благодаря морковной диете.

Итак, витамин А необходим для нормального зрения. Ночная слепота может быть связана с его нехваткой. Но мегадозы этого витамина скорее повредят глазам, чем улучшат зрение. С вычислением дневной потребности в ретиноле, правда, есть трудности. В среднем взрослому мужчине нужно 900 мкг, а женщине 700 мкг витамина A в сутки. Но биодоступность разных его форм различна. Наиболее продвинутой считается система вычисления дозы, предложенная Институтом медицины США в 2001 году. Согласно ей, 1 мкг ретинола соответствует 2 мкг растворенного в жире β-каротина (в виде фармацевтического препарата), или же 12 мкг пищевого β-каротина, или 24 мкг иных природных форм провитаминов A.

Чтобы не запутаться, пляшите не от доз, поступающих с пищей, а от содержания витамина A в плазме крови: если оно меньше 10 мкг/дл, то нужна витаминная поддержка. А если выше, все в порядке. Избыток витамина А хранится в печени и выпускается из нее по мере надобности, что позволяет нам продержаться от одного богатого каротиноидами ужина до другого, даже если их разделяют недели и месяцы.

Кроме витаминного ретинола и его предшественников-каротиноидов в группу витамина А входят и другие биологически активные вещества, которые сами по себе витаминами не являются, так как не поступают из пищи, а образуются в результате действия внутриклеточных ферментов, их производящих. Об одном из них — ретинале — мы уже рассказали выше, когда обсуждали его роль в детекции света. Другой же — ретиноевая кислота — служит сигналом для созревания клеток крови.

Особенно хорошо на ретиноевую кислоту отвечают Т-клетки иммунной системы и клетки эпителия. Именно поэтому в форме лекарственного препарата изотретиноина ее используют для снижения продукции жира сальными железами, что помогает бороться с угревой сыпью. К сожалению, препараты ретиноевой кислоты способны нарушить формирование эмбриона, что мешает ее применению вне строгого медицинского контроля: случайная беременность у лечимой им пациентки, страдающей угревой сыпью, может привести к внутриутробным дефектам плода.

Мегадозы производных ретиноевой кислоты используют для лечения кожной формы Т-клеточной лимфомы и острого промиелоцитарного лейкоза, а небольшие дозы — в экспериментальных исследованиях по профилактике самых разных онкозаболеваний. Не забывайте: эти препараты должен назначать врач.

Витамин B1 (тиамин)

Помните историю про Эйкмана и Функа, открывших витамин B1, нехватка которого приводит к неврологическому заболеванию бери-бери? Так вот, на самом деле все началось с японцев. Еще в 1884 году главный врач японского флота Такаки Канехиро отверг инфекционную теорию бери-бери, улучшил диету моряков и достиг потрясающего результата с полным искоренением этой страшной болезни. К сожалению, руководство флота сочло программу слишком дорогой и закрыло ее, а потому болезнь вернулась на корабли. И только после открытия антибериберийного фактора, в 1905 году, правительство Страны восходящего солнца оценило заслугу Канехиро, даровало ему титул дансяку (барона) и вернуло морякам усиленное питание. Да и выделил витамин B1 тоже японец, Уметаро Судзуки, и даже статью написал про свою абериевую кислоту. В 1910 году ее перевели на английский, но убрали главные выводы. В те годы Нобелевский комитет интересовался в основном европейской наукой, поэтому про японцев при обсуждении премии никто и не вспомнил.

От названия «бери-бери» так и веет экзотикой. Однако россияне и другие европейцы хорошо знают эту болезнь как «синдром Корсакова — Вернике»: для нее характерна фиксационная амнезия, когда невозможно запомнить текущие события при частичном сохранении памяти о прошлом, примерно как в фильме Кристофера Нолана «Помни» (2000). Основу синдрома составляет дефицит витамина B1 либо на фоне хронического алкоголизма, либо по другим причинам. У стариков его нехватка нередко возникает на фоне обедненной диеты и отягощает течение других дегенеративных (атрофических) процессов в тканях мозга, в том числе болезни Альцгеймера. Конечно, при дефиците витамина B1 потерей памяти симптомы не ограничиваются, да и не начинаются с нее — заболевание-то системное и не такое уж драматичное, особенно в пожилом возрасте. Нарушаются чувствительность кожи и мелкая моторика, присоединяются запоры и проблемы с сердцем — в общем, появляется целый букет «стариковских» проблем, который часто списывают на возраст. А проблема-то решаемая, причем легко!

Нормальное протекание процессов углеводного и жирового обмена без витамина B1 невозможно. Активная форма витамина B1 — тиаминпирофосфат, также известный как кокарбоксилаза — служит коферментом для целого ряда ферментов обмена α-кетокислот и α-кетосахаров. Наиболее чувствительна к его нехватке дегидрогеназа α-кетоглутарата: снижение ее активности тормозит цикл Кребса[152] и синтез АТФ. Пируватдегидрогеназный комплекс тоже нуждается в витамине B1, чтобы производить ацетил-КоА, который питает этот основной метаболический цикл. Из-за его нехватки в крови человека накапливаются пировиноградная и молочная кислоты, с которыми связано чувство усталости. Полинейропатия же развивается из-за проблем с работой транскетолазы, продукты которой необходимы для поддержания миелиновых оболочек нервных клеток. Когда миелин поврежден, нервные клетки неспособны эффективно проводить сигнал к его конечной точке, как и провода с неработающей изоляцией.

Бактерии, грибы и растения, а также некоторые простейшие животные вполне справляются с биосинтезом тиамина (витамина B1), а вот люди — нет. Мы получаем его в основном с растительной пищей и хлебом грубого помола. Во многих странах его специально добавляют в муку, чтобы компенсировать потерю тиамина при полировке зерна. Есть он и в мясе, и в дрожжах. Помогут и наши маленькие друзья — бактерии, которые способны синтезировать тиамин прямо в нашем кишечнике. Суточная норма его потребления составляет 1,1–1,2 мг, для мужчин она немного больше, чем для женщин.

Однако усвоению тиамина из пищи может помешать масса обстоятельств. Например, в свежей рыбе и морепродуктах содержится фермент тиаминаза, разрушающий этот витамин, а значит, не стоит включать суши в диету при любых проявлениях бери-бери. Сульфиты, добавляемые в вино и копчености, атакуют метиленовый мостик в структуре тиамина, отрывая пиримидиновое кольцо от тиазолового. Помешают и хлорогенные кислоты из кофе, и танины из чая, окисляющие тиамин и препятствующие всасыванию этого витамина, и биодобавки кверцетина и рутина, часто включаемые в поливитамины.

Регулярность поставки тиамина с пищей особенно важна для новорожденных. В грудном молоке его хватает (конечно, если у матери нет бери-бери), а вот с молочными смесями иногда случаются проблемы. В 2003 году несколько израильских новорожденных попали в больницу из-за выраженной энцефалопатии. Оказалось, что все они находились на искусственном вскармливании соевой смесью Remedia. Проверка выявила… отсутствие тиамина, который «забыли» досыпать. Всего жертвами стали несколько сотен детей, но в разной степени. Из одиннадцати несчастных, что пострадали наиболее сильно, трое умерли, а у выживших надолго сохранились неврологические нарушения[153].

Иногда мешают и предрассудки. Например, в Лаосе подавляющее большинство рожениц придерживаются ритуала «фит кам», заметно ограничивающего их рацион, в течение первых пятнадцати дней после родов до одного лишь травяного чая[154]. В результате их собственный статус по витамину B1 заметно падает, а младенцы получают «дефицитное» молоко.

Витамин B2 (рибофлавин)

Слово «рибофлавин» образовалось от корней «рибо», поскольку в состав витамина входит пятичленный сахар рибозы, и «флавус», что значит желтый. И действительно, раствор рибофлавина настолько желт, что может быть использован в качестве пищевого красителя (E101). Однако для цвета Е101 добавляется в малых дозировках и неспособен покрыть какой-либо дефицит. У него конкретная функция — окрашивать. Получать В2 надо из еды. В России, правда, промышленный рибофлавин в дефиците, а потому его частенько заменяют другими хорошо изученными красителями, например E102 (тартразином) и E110 (желтый «солнечный закат»).

Между тем в производстве витамина B2 нет ничего сложного, его можно синтезировать химически или выделить из культивируемых дрожжеподобных грибков кандид либо из генетически измененных коринебактерий и полезных бацилл. В модифицированном штамме грибка Eremothecium gossypii содержание рибофлавина столь высоко, что его мицелий прямо-таки разрывается от витаминных кристаллов! Почему же рибофлавина так не хватает? Ответ прост — это рынок. Стоимость витамина растет потому, что для него находят всё новые области применения. Так, микробиологический рибофлавин добавляют в корм скоту, другим домашним животным и даже… в индустриальные биореакторы и другие резервуары при проверке их целостности — ведь разведенный раствор рибофлавина светится в ультрафиолете, а потому помогает найти участки потери их герметичности[155].

В клетках человека рибофлавин служит источником для синтеза двух важных коферментов, флавинадениндинуклеотида (FAD) и флавинмононуклеотида (FMN), переносящих электроны при производстве энергии и в многочисленных метаболических процессах в организме, в том числе различных преобразованиях лекарств и токсинов, а также для поддержания фолатного цикла и производства активной формы витамина B3.

В общем, без рибофлавина весь метаболизм встает. Удивительно, что, несмотря на очевидную метаболическую важность рибофлавина, последствия его дефицита не очень-то бросаются в глаза. Именно поэтому рибофлавиновый авитаминоз с трудом поддается прямой клинической диагностике. Мало кто обращает внимание на потрескавшиеся уголки рта и высыпания на коже — а зря. Вызванные недостаточностью B2, они могут указывать на гораздо более серьезные проблемы энергетического обмена, не такие заметные из-за медленного их развития, например хроническую усталость и анемию. Впрочем, они легко решаемы с помощью улучшенного питания или витаминной добавки. Источниками витамина В2 служат пекарские дрожжи, молочные продукты, печень, миндаль и другие орехи, яйца, сыр, шпинат, ржаной хлеб, а также курага и чернослив. Физиологическая потребность в витамине В2 для взрослых составляет 1,8 мг в сутки.

Дефицит рибофлавина наблюдается прежде всего при плохом питании. Казалось бы, он должен встречаться прежде всего в странах с низким уровнем дохода на душу населения (там он действительно нередок), но, к сожалению, не избегают этой участи и жители развитых стран, особенно женщины, принимающие оральные контрацептивы, лица, страдающие различными расстройствами пищеварения и другими хроническими заболеваниями, пожилые люди, а также приверженцы безглютеновой диеты с исключением изделий из муки, которая в развитых странах усилена рибофлавином. Могут также пострадать и дети, пролеченные с помощью фототерапии, которая разрушает рибофлавин прямо в клетках.

В предварительных клинических испытаниях ежедневная поддержка с помощью рибофлавина показала хорошие перспективы в качестве нейропротекторной терапии, снижающей частоту приступов мигрени и интенсивность проявлений болезни Паркинсона. Высокий уровень потребления рибофлавина заметно снижает риск рассеянного склероза у человека и выраженность симптомов этого заболевания у экспериментальных животных.

Витамин B3 (ниацин)

Ниацин отчего-то часто ассоциируют с никотиновой кислотой, хотя по своей химической структуре два вещества абсолютно не похожи. Да и биологическое действие у них совсем разное, в организме человека из никотина получить никотиновую кислоту невозможно: нет у нас для этого фермента. Рассказы о «витаминном действии» табака — полный бред. Именно поэтому никотиновую кислоту и переименовали в ниацин, чтобы народ никотин с ней не путал.

Кстати, помните определение витамина, с которого мы начали эту главу, а также тот факт, что многие новооткрытые витамины были впоследствии в качестве таковых развенчаны? Настоящий витамин не может быть синтезирован в организме человека и должен поступать извне. Так вот, ниацин это правило не совсем выполняет. Наши клетки умеют синтезировать его в рамках многоступенчатого процесса конверсии аминокислоты триптофана. Правда, выход из реакции весьма небольшой, да и у находящихся на бедной диете мы избытка триптофана не ожидаем. Очевидная важность никотиновой кислоты и прямая связь между ее дефицитом и классическим авитаминозом — пеллагрой — помогли открывателям витамина B3 отстоять его особый статус.

Сейчас никотиновая кислота производится в больших объемах с помощью химического преобразования самых разных соединений пиридинового ряда. Во времена блокады Ленинграда, однако, эти химические способы были либо неизвестны, либо предшественников не имелось в наличии. По воспоминаниям начальника химико-технологического отдела Всесоюзного НИИ витаминной промышленности Ленинграда Алексея Дмитриевича Беззубова, рабочие бездействующих табачных фабрик собрали на них табачную пыль, вымели и с чердаков, и из вентиляционных труб. Из пыли выделили никотин, а затем окислили его до никотиновой кислоты — витамина B3. И это, пожалуй, единственный исторический случай, когда табак послужил для поддержки здоровья населения[156].

В организме никотиновая кислота превращается в свою активную форму — никотинамид, который входит в состав коферментов НАД и НАДФ, переносящих водород во всех основных процессах метаболизма. Без него, как и без рибофлавина, никуда. Раньше никотиновой кислоте приписывали еще одно очень важное свойство: способность нормализовать липидный состав крови при приеме больших дозировок. Однако современный анализ данных показал, что ниацин в высоких дозах не снижает общую смертность, смертность от сердечно-сосудистых заболеваний, число инфарктов миокарда, инсультов, но при этом может провоцировать серьезные побочные эффекты. Польза от терапии ниацином в профилактике сердечно-сосудистых заболеваний маловероятна[157]. Еще один повод перестать искать информацию по лечению в интернете, который до сих пор полон неактуальных, но якобы натуральных способов лечения. Обязательно проконсультируйтесь с врачом, если заметили ухудшение самочувствия. Помимо терапии здоровым образом жизни, которую вы можете проводить самостоятельно, статины назначенные — наиболее современный и безопасный метод контроля уровня холестерина липопротеинов низкой плотности (ЛПНП) в крови.

Напоследок обсудим совсем уж сверхъестественные качества никотиновой кислоты. По одной из гипотез, именно от витамина B3 на Земле… произошла жизнь. Результаты изучения состава восьми метеоритов помогли обнаружить в них никотиновую кислоту в концентрации от тридцати до шестисот долей на миллиард. Оказалось, что в космическом льду этот витамин может синтезироваться сам по себе, из более простых органических молекул и углекислого газа, а потом, в условиях Земли, принимать участие и в других химических реакциях, увеличивающих разнообразие доступных биомолекул[158].

Витамин B5 (пантотеновая кислота)

Пантотеновая кислота — соединение аминокислоты β-аланина с пантоевой кислотой. Свое название эта кислота получила от греческого слова «пантотен», которое означает «вездесущий»: она встречается и в животных, и в растительных продуктах, а также синтезируется кишечной флорой. Именно поэтому даже при обедненном рационе заработать пантотеновый авитаминоз крайне сложно, для этого придется голодать. Рекомендуемая для населения РФ дневная доза этого витамина — 5 мг/сутки.

В организм человека витамин В5 поступает в виде предшественника — пантенола, а затем превращается в пантетин — часть самого главного из наших коферментов, KoА, который играет важную роль в процессах окисления и ацетилирования белков, жиров и углеводов. Хотя случаи явного дефицита этого витамина редки, при его физиологической недостаточности снижается продукция гормона надпочечников кортизола, а также усиливаются все виды боли — мышечной, головной, суставной; развиваются бессонница и депрессия, повышается общий уровень воспаления.

Пантенол — частый ингредиент шампуней и кремов для улучшения состояния кожи (в составе он фигурирует как декспантенол). Применяется он и в медицине, в основном как наружное средство для заживления ран, а в таблетках — для борьбы с угревой сыпью. Поскольку витамин B5 полностью безопасен, даже в высоких дозах, поле для его применения постоянно расширяется. В недавнем совместном исследовании ученых из Окленда, что в Новой Зеландии, и британского Манчестера обнаружилось, что у пациентов с болезнью Хантингтона, выражающейся в когнитивных нарушениях и обусловленной генетически (помните Тринадцатую из сериала «Доктор Хаус»?), содержание витамина B5 в тканях мозжечка резко понижено, что говорит о специфическом дефекте его метаболизма в этом органе и более нигде[159]. Возможно, скоро неизлечимую хорею Хантингтона научатся лечить этим простым витамином.

Витамин B6 (пиридоксин)

Витамин B6 представлен тремя основными формами, примерно одинаковыми по своей биологической активности. Вот они: пиридоксин, пиридоксаль и пиридоксамин. Активная форма витамин B6 — пиридоксаль 5’-фосфат — служит коферментом для примерно сотни разных ферментативных реакций и незаменим при синтезе пяти самых важных нейротрансмиттеров: серотонина, допамина, эпинефрина, норэпинефрина и гамма-аминомасляной кислоты, а также образования гемового компонента для гемоглобина и миоглобина, гликогена, витамина B3 и антиоксидантной защиты с помощью селенсодержащих белков. И это лишь краткий перечень, чтобы не утомлять читателя.

Основные пищевые источники витамина — мясо животных, особенно свинина, индюшатина и говядина, рыба, арахис и соевые продукты. В остальных съедобных растениях пиридоксина мало, слегка помогут бананы и бобовые. И в животных, и в растительных продуктах витамин B6 легко разрушается, особенно при температурной обработке и высушивании, а потому примерно от десятой части до трети жителей развитых стран имеют дефицит этого витамина независимо от типа диеты. Однако считается, что, наряду с В12, вегетарианцам необходимо внимательно следить и за статусом витамина B6, ведь именно этой группе населения исправление даже небольшого дефицита пиридоксина дается труднее, чем мясоедам, которые могут поправить дело с помощью розового стейка. Открыв русскоязычную «Википедию», авторы с удивлением прочитали, что «вегетарианцы могут получить пиридоксин из кожицы некоторых овощей, в которых имеются остатки почвы, например картофеля, моркови» и сразу на нескольких уровнях поразились бредовости этого заявления.

Признаки недостатка витамина B6 — себорейная сыпь, повышенная утомляемость и мышечная слабость, онемение конечностей, депрессивное состояние, выпадение волос, трещины в уголках рта. Суточная потребность в витамине B6 для взрослого человека равна 1,1–1,5 мг. В некоторых физиологических ситуациях эта потребность заметно растет, например при беременности и кормлении, терапии противотуберкулезными препаратами, инфекциях, протекающих с высокой температурой, болезни коронарных сосудов сердца, антибиотикотерапии и курении. Однако возможна и передозировка — при дозах от 200 мг в день могут развиться сенсорные нейропатии с онемением конечностей и болевым синдромом.

Витамин B7 (биотин)

Биотин — важный кофактор для биосинтеза жирных кислот и разрушения аминокислот с разветвленной цепью (например, лейцина), также важный и для процесса внутриклеточного синтеза глюкозы. Причины дефицита биотина, если таковой образуется, как правило, генетические, например из-за не таких уж редких мутаций, кодирующих фермент биотинидазу, которая высвобождает биотин, поступающий с пищей в виде белковых комплексов. Биотин содержится почти во всех продуктах, в основном по чуть-чуть, но есть и рекордсмены, например дрожжи и бобовые, а особенно куриная печень. Значительные количества биотина также синтезируются бактериями нашего кишечника — конечно, если он работает как надо.

Поскольку наиболее бросающиеся в глаза симптомы дефицита биотина — редкие тонкие волосы и ломкие ногти, это вещество считается «витамином красоты». На самом деле никаких доказательств того, что его мегадозы улучшают состояние волос и кожи у здоровых людей, просто нет. А вот если так случайно совпало, что волосы у человека выпадают из-за генетического недостатка биотинового метаболизма, мегадоза вполне может вызвать волшебное улучшение их состояния. Целый ряд таких случаев запомнился парикмахерам и косметологам и постепенно сформировал легенду о биотиновых «добавках красоты»[160].

Биотинсодержащих добавок в продаже немало, и некоторые из них содержат просто гигантские дозы этого витамина, в районе 5000% его дневной нормы. Вреда для организма от этого нет. Но вот проблема: аномально высокие уровни биотина в крови у желающих улучшить свой внешний вид мешают правильному определению содержания целого ряда биомаркеров, по которым врачи диагностируют заболевания человека. Дело в том, что усиление сигнала в процессе количественного определения этих самых биомаркеров основано на взаимодействии биотина с белком авидином, одним из самых сильных и специфичных. Избыток биотина в крови конкурирует с биотином-реагентом из набора для измерения уровня биомаркера, что приводит, в зависимости от типа проводимой реакции, к заметному завышению или занижению результата. Так что если вы регулярно употребляете поливитамины «для волос», не удивляйтесь, если вам ставят диагноз то воспаления коленной чашечки, то родильной горячки.

Кстати, авидин был впервые выделен из сырого белка куриных яиц, где он содержится в огромном количестве. Именно поэтому практически единственный способ заработать дефицит биотина — регулярное питание сырыми куриными яйцами: биотин при этом намертво свяжется с авидином, и никакая биотинидаза с ним не справится. В остальном же это витамин неубиваемый, ему не страшны ни термическая обработка пищи, ни ее длительное хранение.

Витамин B9 (фолиевая кислота, или фолаты в целом)

Первые наблюдения, указывающие на важность фолиевой кислоты для здоровья, были сделаны в работах британки Люси Виллс, которая в конце 1920-х путешествовала по Индии, изучая причины развития тяжелой формы анемии у беременных женщин[161]. Она попыталась лечить это заболевание с помощью препаратов печени животных, в том числе очищенных, и выяснила, что цельная печень помогает, а вот чистый экстракт — нет (этот самый экстракт представлял собой другой витамин, впоследствии получивший название B12). По этой причине Виллис и пришла к выводу, что «виноват» дефицит какого-то нового, еще не открытого витамина, которым и оказался фолат. Более того, в экспериментах на крысах и обезьянах она показала, что дефицит может быть исправлен с помощью дешевого дрожжевого экстракта Marmite компании Unilever.

А в 1941 году из листьев шпината выделили и саму фолиевую кислоту (folic значит «из листа»). С тех пор из учебника в учебник кочует поверье, что шпинат особенно богат фолиевой кислотой, хоть это и не так. Чемпион по содержанию фолата из всех продуктов — печень, особенно куриная, а среди растений — семена подсолнечника и арахис, а также бобовые.

История исследования фолатов полна интереснейшими персонажами. Один из них, доктор Виктор Херберт, принявший участие в четырех крупных войнах, от Второй мировой до Войны в заливе, прославился смелым экспериментом, напрямую показавшим связь между фолатом и анемией. В течение четырех месяцев он питался только отваренной в трех водах курятиной, пастилой и желе и за четыре месяца довел себя до кондиции, каждую неделю документируя снижение содержания фолата в своей крови, а потом излечился от анемии с помощью фолата, доказав его необходимость. Впоследствии Херберт возглавил движение за строгость доказательной базы для любых заявлений о пользе витаминов и даже «раздружился» с дважды нобелевским лауреатом Лайнусом Полингом, посчитав, что тот повредился в уме на почве витамина С.

Следующая глава в истории фолата неожиданно открылась совсем в другом медицинском руководстве — не по гематологии, а по неонатологии. В первые послевоенные годы питание рожениц как в Германии, так и в Британии оставляло желать лучшего, но медицинская статистика собиралась исправно. Оказалось, у младенцев, рожденных в конце 1945 — начале 1946 года, пороки развития нервной трубки и расщелины позвоночника встречались значительно чаще, чем в предвоенные годы, а затем, с улучшением диеты, их частота снова снизилась, но далеко не до нуля.

Ученых эти наблюдения заинтересовали, и они высказали ряд гипотез. Одна из них — как читатель наверняка уже догадался, фолатная — подтвердилась в результате клинических испытаний, проведенных по решению Британского медицинского научного совета на женщинах, пытавшихся забеременеть. Их отбирали по принадлежности к группе высокого риска: к тому времени уже было известно, что риск рождения ребенка с дефектом формирования позвоночника и расположенного внутри него спинного мозга выше, если одна из предыдущих беременностей привела к рождению больного ребенка. Таких женщин нашлось почти две тысячи, и каждая из них была случайным образом распределена в одну из групп: поддержки одной лишь фолиевой кислотой, поливитаминами без фолата, поливитаминами с фолатом, совсем без поддержки. Оказалось, что в дозе 4 г в день фолат, что в комплекте с другими витаминами, что без них, действительно защищает плод от этих тяжелых, инвалидизирующих дефектов, снижая их частоту до 30% от исходной. А через год другое исследование, проведенное в Венгрии, показало, что в популяциях, не отягощенных генетическими аномалиями, для значительного снижения риска достаточно и меньших доз фолата, примерно 800 мкг в день[162].

Почти сразу же и в США, и в европейских странах были выпущены рекомендации, предписывающие беременным в дополнение к их обычной диете употреблять не менее 400 мкг таблетированного фолата в день. К сожалению, польза от этой рекомендации была не так велика, как хотелось бы. Дело в том, что нервная трубка полностью закрывается в течение первых двадцати восьми дней развития эмбриона. Это соответствует примерно двум неделям с момента замечаемой женщинами задержки месячных и нередко застает будущих мам врасплох. К концу 1990-х стало ясно, что рекомендации по поддержке фолатом не выполняются или начинают выполняться слишком поздно, не оказывая значительного влияния на частоту рождения детей с тяжелыми пороками развития. Тогда рекомендацию изменили, призвав женщин детородного возраста «усиливать» диету фолатом заранее, еще до беременности. По вполне понятным психологическим причинам это тоже не помогло, и тогда развитые страны перешли к программам принудительного введения фолата в диету путем добавления его в муку. Благодаря этим программам витамин поступал в организм в адекватных количествах и мужчинам, и женщинам вместе с бутербродами, что привело к заметному снижению доли детей, рожденных не только с дефектами нервной трубки, но и с другими пороками развития, в том числе аномальным строением сердца.

К сожалению, в России стандарта обязательного обогащения муки витаминами, в том числе фолиевой кислотой, просто нет, хотя Советский Союз был первой в мире страной, разработавшей его, еще до Великой Отечественной войны. А жаль, ведь в минимальной конфигурации (железо и фолиевая кислота) это обогащение обходится не более чем в сотню рублей за тонну[163].

Верхняя граница дневного потребления фолата установлена на уровне 1000 мг в день, что составляет 1/5 от дозы, при которой наблюдаются «вредные эффекты», на самом деле не имеющие никакого отношения к токсичности витамина. Просто при избытке фолата в крови пациента врач может пропустить случай опасного дефицита по другому витамину группы В, о котором мы расскажем чуть ниже. Интересно, что у многих европейцев ген MTHFR, отвечающий за преобразование фолата в его активную форму, содержит мутацию, которая снижает активность соответствующего фермента. Если мутантными оказываются обе копии данного гена, человек предрасположен к дефициту фолата и некоторым хроническим заболеваниям, в основном связанным с нарушениями выстилки кровеносных сосудов. В этих случаях поддержка с помощью фолата особенно важна.

Однако лица, регулярно принимающие фолат, должны помнить про так называемый фолиевый парадокс. «Ленивый» мутантный фермент перерабатывает фолиевую кислоту очень медленно, что приводит к длительной циркуляции неактивного провитамина в крови. Чтобы войти в клетку, все фолаты — и провитамин, и его активная форма — должны связаться со специальным транспортным белком, который «любит» неактивные фолаты больше активных, активный витамин остается в сторонке и не может выполнять свои функции. Именно поэтому в качестве биодобавки лучше пользоваться 5-метилтетрагидрофолатом (5-МТГФ) — активной формой фолиевой кислоты, которая поступает в фолатный цикл напрямую, в обход активирующего фермента.

Функции фолата настолько многообразны, что жизнь и размножение клеток без него невозможны. Чем быстрее клетки делятся, тем требовательнее они к уровню фолиевой кислоты. Поскольку при дефиците фолата деление раковых клеток замедляется, онкологи придумали специальную антифолатную терапию. Основу ее составляет неметаболизируемый ана-лог фолиевой кислоты — метотрексат, способный связывать дигидрофолат-редуктазу гораздо сильнее, чем обычный фолат, и тем самым препятствовать синтезу активной формы витамина B9, без которого невозможен и синтез ДНК. Конечно, от такой терапии пострадают не только раковые клетки, но и быстроделящиеся нормальные, особенно клетки иммунной системы. Именно поэтому метотрексат также применяют и при аутоиммунных заболеваниях. Но тут уж выбирать не приходится. Естественно, сочетание метотрексата с поливитаминами, в состав которых входит фолат, а также с обогащенной им диетой ослабит действие антифолатной терапии и потому для опухолевых больных рекомендовано быть не может. Да и без метотрексата при уже имеющейся опухоли фолат точно противопоказан[164].

Однако у людей здоровых, безо всяких опухолей, высокий уровень фолата помогает предотвратить их развитие, что было показано в исследованиях ученых из Университета Тафтса и Калифорнийского университета в Беркли[165]. При дефиците фолатов происходит нарушение метилирования ДНК, которое вносит заметный вклад как в образование опухолей, так и в процесс клеточного старения, а восполнение этого дефицита повышает эффективность устранения ее повреждений. Как же быть?

На настоящий момент рекомендации таковы: фолиевую кислоту необходимо получать преимущественно из продуктов питания всем здоровым людям, а женщинам, которые планируют иметь детей, надо принимать ее дополнительно в дозировках, рекомендованных врачом. И мужчинам, и женщинам точно стоит прервать прием дополнительной фолиевой кислоты, если у них обнаружат любые предраковые состояния, в том числе полипы кишечника. Кроме того, эпидемиологические связи между риском, например, возврата полипов и уровнем фолата пока отмечены только для фолиевой кислоты, а не ее активного аналога 5-МТГФ. Пока также нет рекомендаций для ограничения пищевых источников фолиевой кислоты: в среднем мы и так включаем в свой рацион недостаточно продуктов вроде брокколи, брюссельской капусты, листовой зелени, шпината и гороха, нута и фасоли.

В Ирландии совсем недавно была запущена программа по обогащению муки, используемой для выпечки хлеба, фолиевой кислотой для решения вопроса дефицита этого элемента у населения. Как видите, риск пока очень высок и распространен.

Витамин В12 (кобаламины)

Под названием «витамин B12» прячется не только пищевой цианокобаламин, который легко преобразуется в его активные коферментные формы, но и гидроксикобаламин — более устойчивая форма, как правило попадающая в наш организм в виде витаминных добавок.

B12 — самый сложный из известных нам витаминов. Чего только в его структуре не накручено — и корриновое кольцо, напоминающее порфириновый гем, но только с редким атомом кобальта в центре вместе железа, и нуклеотид. Когда в 1972 году ученым удалось осуществить полный химический синтез этого соединения, мир просто ахнул. Именно этот 95-стадийный синтез признали коронным достижением органической химии XX века. Над витамином трудились сразу две группы — из Гарварда и из Цюриха, — работавшие над разными частями молекулы, а потом объединившие их в одну, биологически активную. Никакой практической пользы этот синтез, конечно, не принес — из-за многостадийности и крайне малого выхода, — а так и остался академическим упражнением, доказавшим, что любое природное соединение можно сделать в пробирке независимо от сложности его строения[166].

Неудивительно, что изготовить сложную структуру не так легко и для живой клетки. Ее умеют делать только бактерии и археи, но ни животные, ни растения с корриновым кольцом не справляются. Растения научились обходиться без витамина B12, поэтому единственным существенным его источником осталась пища животного происхождения. В некоторые растения, например в шпинат, чуть-чуть витамина попадает из почвы вместе с органическими удобрениями, но эти количества так малы, что погоды не делают.

Поскольку единственный существенный источник витамина B12 — пища животного происхождения, вегетарианцы и веганы сразу оказываются «на мели». Для них возможными источниками данного витамина остаются только грибы шиитаке и лисички — куда B12, как и в растения, попадает из бактерий, но в гораздо больших количествах, — а также витаминные добавки и даже инъекции. К счастью, витамином B12 можно запастись впрок, поэтому при временном отказе от мяса и рыбы дефицит не грозит в течение по меньшей мере года, а то и двух-трех. А вот серьезным приверженцам растительной диеты, особенно веганам, не употребляющим даже молочные продукты, без добавок этого витамина придется туго. Дефицит B12 у веганов ведет к анемии и неврологическим нарушениям, а также повышенному риску развития заболеваний сердца и осложнений при беременности.

Сразу опровергнем два веганских мифа о B12. Первый прославляет спирулину как его источник. Если как следует наесться спирулиной, уровень определяемого B12 в крови действительно вырастет, и с точки зрения лабораторной науки ваш витаминный статус будет в ажуре. Вот только соединения, получившие название псевдовитамина B12 и содержащиеся в спирулине, не обладают витаминной активностью, не спасут ни от анемии, ни от нейропатии[167]. Более того, наличие псевдовитамина B12 в плазме крови помешает врачу вовремя поставить правильный диагноз и исправить ситуацию инъекциями.

Второй же миф утверждает, что наши собственные бактерии насинтезируют нам достаточно витамина B12, если мы подкормим их растительными волокнами вместо животного жира. К сожалению, этот миф — тоже сказка. Бактерии-то B12 наделают, но только в толстой кишке, где они проживают, а не в тонкой, где этот витамин всасывается. Поскольку тонкий кишечник находится перед толстым, а не после него, в соответствии с законом перистальтики весь микробный витамин попадет в унитаз, а вовсе не в сыворотку крови. Добывать цианокобаламин из бактерий научились лишь некоторые травоядные виды животных. Парнокопытные, например, заимели для этого специальный орган — рубец, где выращивают эти бактерии, а затем вместе с переваренной травяной массой продвигают в тонкий кишечник для всасывания витамина. С другой стороны, кролики, мыши, крысы и некоторые виды обезьян, а также «плюшевый мишка» коала добывают витамин в процессе копрофагии — поедания собственного кала. Кстати, так же поступают и собаки, по настоянию хозяев находящиеся на вегетарианской диете. Отсюда вывод: и самим хозяевам при недостатке витамина B12 придется как-то дополучить его извне, с питьевым раствором или инъекциями.

Дефицит B12 не так уж и редок, и группы населения, им поражаемые, веганами не ограничиваются. Про генные варианты, влияющие на всасывание этого витамина, в частности FUT2, мы уже рассказывали. Поглощение витамина из пищи нарушается и при снижении кислотности желудочного сока, например вызываемой искусственно для лечения гастрита или отрыжки с помощью ингибиторов протонной помпы (омез) или блокаторов каналов H2 (ранитидин), а также на фоне длительной терапии метформином. Мешают и конкуренты. Глисты — тоже животные и нуждаются в цианокобаламине, при этом метаболизм червей «обирает» наш собственный. Иногда вредят и бактерии. При некоторых состояниях дисбиоза они размножаются не только в толстом кишечнике, но и в тонком, где в норме всасываются кобаламины. Бактериальный синтез очень гибок, многие процессы регулируются конечным продуктом. Когда кобаламинов в среде избыток, бактерии отключают гены его биосинтеза и начинают впитывать витамин вместо его выработки.

Витамин С (аскорбиновая кислота)

Витамин С — аскорбиновая кислота — прославился в истории медицины неоднократно. Во-первых, пытаясь победить связанную с недостатком этого витамина болезнь — цингу — у британских матросов, корабельный хирург Джеймс Линд организовал первое клиническое исследование со множеством параллельных экспериментов, послуживших контролями друг для друга. В ходе данной работы доктор Линд неоспоримо доказал, что цингу излечивают лимоны и апельсины, а вовсе не морская вода или серная кислота[168]. И действительно, цитрусовые содержат примерно 50 мг аскорбиновой кислоты на 100 г плода — а это немало!

Кстати, такие величины в растительном мире далеко не рекорд. Например, чрезвычайно кислая барбадосская вишня ацерола, на которую, по его собственному признанию, в тяжелую минуту налегал Брюс Ли, содержит от 1 до 3 г (!) витамина С на 100 г своего веса. Россиянам же ближе шиповник[169] (650 мг / 100 г) и облепиха (200 мг / 100 г). Неплохо нагружены аскорбиновой кислотой болгарский перец, смородина, клубника, укроп и петрушка, а также ягоды годжи.

Что удивительно, не только растения, но и большинство животных вполне способны сами создавать аскорбиновую кислоту, поэтому для них она вовсе не витамин. Однако способность к ее биосинтезу в процессе эволюции пропадала неоднократно. Так произошло с костистыми рыбами, некоторыми птицами, фруктоядными летучими мышами, морскими свинками, обезьянами и человеком. У всех этих видов потребность в аскорбинке удовлетворяется с пищей, причем в количествах, превышающих физиологическую норму. На этом обильном фоне ген оказался не нужен, и естественный отбор перестал заботиться о поддержании его в рабочем состоянии.

«А как же матросы, страдающие от цинги?» — спросите вы. Ведь им аскорбиновый ген пригодился бы. А мы ответим: морские и наземные приключения современного человека с точки зрения эволюции не имеют никакого значения по сравнению с длительной историей относительно спокойного поедания тропических фруктов нашими обезьяньими предками. Конечно, если человечество продолжит упорствовать в переходе на диету, бедную аскорбиновой кислотой, в течение тысячи или более поколений, будьте уверены: ген сам собой починится и заработает, как это уже произошло в нескольких линиях птиц отряда воробьиных, а также у летучих мышей, вернувшихся от исключительно фруктовой диеты к менее витаминной насекомоядной. Пока же этого не случилось, нам придется получать свою норму витамина С (не такую уж маленькую, 90 мг в день) из пищи. А иначе — каюк. Цинга — заболевание не такое уж редкое. Отличные описания страданий, выпадающих на долю больного с дефицитом аскорбиновой кислоты, нам оставили не только моряки-путешественники, но и Эдуард Лимонов, успешно доведший себя до этого состояния, питаясь исключительно макаронами.

Вспомним еще раз профессора Полинга. В семидесятых он создал теорию ортомолекулярной медицины, опирающуюся на необходимость коррекции метаболических дефектов с помощью витаминов и аминокислот, часто назначаемых в мегадозах. Именно Полинг запустил в оборот фразу: «Правильные молекулы в правильных количествах». Витамин С был использован им и его сторонниками лишь как один из примеров однозначно полезных молекул, либо недополучаемых нами от природы, либо снижающих свою концентрацию в организме с возрастом и в результате стрессов, а потому нуждающихся в компенсации. В случае витамина С (в отличие от А и B3), к счастью, даже сверхфизиологические дозы не вызывают серьезных побочных эффектов у здоровых людей. Этим пользуются различные «целители», предлагающие добавлять к рациону БАД с дозировкой до 10 г в день!

Но нужно знать, что в далеком 1936 году, когда отсутствие этических комитетов позволяло ученым проводить эксперименты, сегодня вызывающие остолбенение, действие мегадоз витамина С (до 6 г в день) испытывалось на двадцати девяти новорожденных, девяноста трех дошкольниках и школьниках и двадцати взрослых на протяжении тысячи четырехсот дней (!). В результате аскорбиновый токсикоз все же развился у пяти взрослых и четырех новорожденных. У взрослых его признаками были тошнота, рвота, понос, покраснение лица, головная боль, усталость и нарушения сна, а у новорожденных — высыпания на коже. В общем, домашний эксперимент такого рода проводить все же не стоит: за пределами 1 г в день вы можете получить побочные эффекты.

Еще одна причина не увлекаться витамином С — в нашем организме есть встроенный его ограничитель. Чем выше дневная доза, тем хуже он всасывается. Так, при суточной дозе в 100 мг в наши клетки попадет 80% витамина, при 200 мг — уже 70%, и далее цифры только падают. Съев грамм аскорбиновой кислоты, мы получим лишь 200 мг, а остальное выделится с мочой, окрасив ее в ярко-желтый цвет. У людей с заболеваниями желудочно-кишечного тракта усваиваемость падает еще сильнее. Фруктовые и овощные соки тоже лишь помешают, что полностью противоречит подсказкам интуиции; контрпродуктивна и незаслуженно популярная сегодня вода с высоким pH (щелочная).

Тех, кто продолжит «нажимать» на витамин С, несмотря на оранжевый цвет мочи, постигнет серьезная неприятность — образование оксалатных камней. Всосавшаяся в клетки аскорбинка в конце концов будет переработана в оксалат — соль щавелевой кислоты, склонную к отложению в почечных лоханках в виде камней. При дозе в 1 г аскорбиновой кислоты в день вероятность камнеобразования у мужчин составляет более 60%, а интенсивность процесса — примерно по камню в год. Отложения оксалата в почках крайне трудно растворить медикаментозно, их придется дробить ультразвуком или удалять хирургически. Вот такие у витамина С подводные камни!

Интересно, что камни при мегадозах витамина С образуются все же не у каждого. Это объясняется тем, что оксалат не только образуется в организме, но и поступает к нам с пищей. Пищевой оксалат может быть разрушен специальной анаэробной бактерией Oxalobacter formigenes, проживающей в толстом кишечнике далеко не у каждого, а только у тех, кто чудом смог ее сохранить. Дело в том, что эта бактерия чрезвычайно чувствительна к действию антибиотиков и почти никогда не возвращается к нам, однажды погибнув. К сожалению, большинство горожан рано или поздно утрачивают этого полезного микроба, поэтому становятся особенно подвержены камнеобразованию под влиянием мегадоз аскорбинки — ведь у них все мощности по выведению оксалата уже потрачены на пришедшую с пищей щавелевую кислоту, не разрушенную оксалобактериями. Состояние оксалатного метаболизма легко проверить. Сдайте анализ мочи — если в ней есть оксалатный песок, злоупотребление витамином С точно не для вас, да и от щавелевых щей придется отказаться.

Под конец аскорбиновой лекции еще раз поговорим о раке. Помните, мы рассказывали, как Лайнус Полинг и его жена всю жизнь употребляли по 2 г аскорбинки в день, пропагандируя ее как лекарство от рака? А потом предостерегли читателя от повторения этих опытов? Так вот, все сказанное нами выше относилось лишь к таблетированной форме витамина С.

Судя по данным клинических испытаний, проводимых не где-нибудь, а в Национальном институте здоровья США, фармакологическое действие внутривенной формы этого препарата заметно отличается от его же таблеток. Инъекции аскорбиновой кислоты действуют не как антиоксидант, а наоборот, помогают организму произвести поистине огромные количества короткоживущей перекиси водорода, разрушающей опухолевые клетки, с одновременным усилением процесса деметилирования ДНК, который приводит к пробуждению генов-супрессоров опухолевого роста, отключенных в процессе канцерогенеза[170]. К сожалению, эти противораковые эффекты наблюдают не при физиологических дозах, а лишь при фармакологических, которых невозможно достичь путем поедания витамина — из-за встроенных метаболических ограничителей, о которых мы рассказали вам выше.

Важно отметить, что инъекционная аскорбинка может оказывать положительный эффект на пациентов, проходящих химиотерапию, а не ослаблять ее действие, как оральные антиоксидантные препараты. С открытием молекулярных механизмов противоопухолевого действия внутривенных препаратов аскорбиновой кислоты знамя Лайнуса Полинга перешло к Марку Левину, возглавляющему отдел молекулярного и клинического питания в NIH (National Institutes of Health).

Испытанные на людях противораковые внутривенные дозы поистине огромны — от 1 г на килограмм веса, — но для большинства пациентов вполне безопасны и даже снижают размах побочных эффектов от химиотерапии, применяемой одновременно с курсами аскорбиновой кислоты. Не повезло лишь носителям мутаций глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы, также предрасполагающей к фавизму, о котором рассказано в главе 2. У этих людей, к сожалению, фармакологические дозы аскорбиновой кислоты вызывают гемолиз[171].

Во время эпидемии COVID-19 инъекции высоких доз витамина С также изучались в отношении скорости восстановления пациентов с уже развившейся пневмонией, находящихся в палате интенсивной терапии[172]. На момент написания этой книги мы всё еще ждем результатов этих исследований. Подтверждающих данных о том, что дополнительный прием этого витамина орально поможет защититься от заболеваний или сократить их продолжительность, не получено.

Витамин D

Пожалуй, витамин D можно назвать вторым по популярности после витамина С. И как раз его достаточное употребление имеет большой смысл при пандемии COVID-19. Его дефицит ассоциирован с более тяжелым течением заболевания[173]. Но давайте по порядку.

Метаболизм этого витамина и его действие на наш организм хорошо изучены, что не мешает ему вызывать яростные споры среди ученых и медиков. Научившись исправлять дефицит витамина D, ученые постепенно начали отмечать и другие положительные эффекты его достаточного употребления, помимо победы над рахитом.

Началось все с того, что в первой половине XX века и в Европе, и в Америке свирепствовал детский рахит — состояние повышенной эластичности костей. У рахитичных малышей кости гнулись под собственным весом, что приводило к их искривлению, сохранявшемуся всю жизнь. Впервые разобрался с этим витамином скандальный Элмер Мак-Коллум из штата Висконсин, а уже год спустя, в 1923 году, его бывший ассистент Гарри Стинбок обнаружил, что крысы излечатся от рахита, если их пищу облучить ультрафиолетом. Он сразу же запантентовал новую технологию витаминизации, вложив собственные 300 долларов, а потом создал первый в мире университетский отдел лицензирования, успешно коммерциализировавший его изобретение[174].

Благодаря повсеместно внедренной технологии облучения молока к 1945 году для населения США рахит навсегда ушел в прошлое, но это заболевание до сих пор нередко встречается в странах Азии и Африки. Теперь мы знаем, что причина рахита — дефицит витамина D у беременных. При недостатке витамина страдает всасывание кальция, что мешает формированию крепкого скелета, а решение проблемы — витаминная поддержка матерей и детей, например с помощью знаменитого рыбьего жира, а также регулярное пребывание на солнце.

Окрыленные успехом в борьбе с рахитом, ученые продолжили эксперименты как на клеточных линиях, так и на животных, и показали, что витамин D нам нужен не только для укрепления скелета, но и практически «для всего». Научные журналы полны статей, связывающих недостаток витамина D c повышенной вероятностью развития чуть ли не каждой часто встречающейся хронической патологии: и остеопороза, и рака, и аутоиммунных заболеваний, и даже болезни Альцгеймера[175].

Достаточного подтверждения этих связей научными данными пока нет. Скорее всего, витамин D должен находиться в узких и более индивидуальных границах для присоединения к рациону в виде добавок. И путем относительно грубой игры в поливитаминную угадайку в эти границы попасть сложно, а значит, и положительный эффект проявляется у немногих.

О том, чего мы сами не знаем, а именно спасет ли нас коррекция уровня витамина D хоть от каких-то проблем, мы рассказать вам не сможем. Вероятнее всего, мы поймем больше из данных, полученных во время пандемии COVID-19, когда многие оказались заперты дома, а значит, без доступа к солнечному свету. В этот период было собрано много данных о здоровье большого числа людей, в том числе обнаружена связь существенного дефицита витамина D с тяжелым течением заболевания.

Поговорим о том, откуда берется витамин D, о механизмах его действия и о том, как набрать дневную дозу. Спекуляции же о снижении риска в процентах пока оставим за скобками.

Витамин D представляет собой группу из двух разных предшественников активного витамина — холекальциферола (D3), который может образовываться в коже под действием солнечного света, и эргокальциферола (D2), поступающего только из пищи, — а также ряда промежуточных соединений, отражающих превращение каждого из этих двух веществ в активный витамин кальцитриол. И для D2, и для D3 первая из этих стадий происходит в печени, а вторая в паренхиме почек. Считается, что форма D3, которую промышленно изготавливают из ланолина, восполняет уровень активного витамина немного более эффективно, чем D2, получаемый из дрожжей.

Процесс образования холекальциферола в коже можно смело назвать фотосинтезом, ведь энергию для этой реакции обеспечивают кванты довольно жесткого ультрафиолета полосы В. Естественно, в коже, закрытой одеждой или защищенной противозагарным кремом, а также в тени синтез витамина D3 далеко не так эффективен, как при незащищенной экспозиции. Никто не спорит, что защита от прямых солнечных лучей помогает предупредить развитие кожных опухолей, а также появление преждевременных морщинок, но за все приходится платить. Меньше рака, но меньше и витамина.

Страдают и люди с темной от природы кожей, в которой синтез витамина D3 намного менее эффективен, чем в светлой. Недаром считается, что осветление кожи у европейцев — пример одной из важнейших адаптаций к жизни в северных широтах, помогающей добирать этот важный витамин при его нехватке. Все формы витамина D растворимы в жире, поэтому клетки печени и жировой ткани запасают его летом, а потом в течение года потихоньку выпускают в кровоток, что помогает пережить северную зиму. Жировые клетки собирают витамин D прямо как пылесос, а отдают весьма неохотно, поэтому при наборе «лишнего веса» концентрации витамина D в крови падают прямо пропорционально приобретенным нами килограммам. С другой стороны, дефицит витамина может образоваться и у лиц, страдающих нарушением всасывания липидов, ведь исходником для синтеза холекальциферола в коже служит одно из производных холестерина.

Получить витамин D3 можно и из пищи, но там его не так уж много. Помогут только жирная рыба, например лосось и скумбрия, и, конечно, знаменитая печень трески, из которой делают противный рыбий жир. Небольшие количества витамина можно выжать из говяжьей печени, сыра и яичного желтка. На сегодняшний день можно свободно прикупить молоко и другие продукты питания, обогащенные витамином D путем облучения ультрафиолетом. Единственный существенный источник витамина D, а точнее его формы D2 (эргокальциферола), — грибы, причем в них уровень витамина тоже зависит от экспозиции к лучам солнца. В дикорастущих грибах этого витамина в сотни раз больше, чем в тепличных, тем более подземного произрастания, а чемпион среди них — лисички. Городской лайфхак: с утра выложите магазинные шампиньоны на подоконник открытого окна, и уже к вечеру вы получите отличный витаминизированный продукт — а под ультрафиолетовой лампой и того быстрее.

Логично предположить, что проблемы с добычей витамина D испытывают не только люди, но и другие животные. Слоны с голой кожей отлично синтезируют его на свету, а вот мохнатым и пернатым приходится идти на хитрости, ведь загорать они не могут. Вы когда-нибудь задумывались, почему коты умываются, а птицы чистят перышки? У этих животных предшественник витамина D3 ланолин выделяется специальными кожными железами и смазывает перья и волоски. Точно так же, как и в живых клетках, в ланолиновой смазке происходит процесс ультрафиолетовой конверсии вещества-предшественника в провитамин. Животные слизывают уже готовый D3 с волосков или перьев, обеспечивая себя витаминной поддержкой.

Дефицит витамина D — явление настолько серьезное, что его называют глобальной пандемией. Анализ диеты современного человека показывает, что, как ни старайся, адекватное количество данного витамина с пищей не получишь — если, конечно, не питаться одними лисичками. Без солнечного света или витаминной поддержки не обойтись. Чтобы уберечься от дефицита этого витамина, придется пойти на компромисс со старением и раком кожи: помогут короткие солнечные ванны без солнцезащитного крема (минут по пятнадцать), принимаемые по крайней мере два раза в неделю. В случае уже развившегося умеренного или выраженного дефицита витаминных добавок не избежать.

Определить, нуждаетесь ли в пополнении уровня витамина D лично вы, поможет тест на содержание одного из его метаболитов, 25-гидрокси-холекальциферола, в сыворотке крови. Этот тест хорош тем, что отражает сразу все разновидности витамина: и образующиеся в коже, и поступающие с пищей. Считается, что граница дефицита витамина D — концентрация его метаболита 25(OH)D в 20 нг на миллилитр сыворотки и менее. В границах от 20 до 30 нг дефицита нет, но есть недостаточность. Но это не значит, что при уровнях, близких к 30 нг, витаминизация оптимальна: большинство экспертов серединой нормальной зоны считают 50 нг/мл, а некоторые и 80 мг/нл. Зато достоверно известно, что выше 100 нг/мл лучше не подниматься: за этой границей увеличиваются риски отложения кальция в мягких тканях, в том числе в стенках сосудов.

При выраженном дефиците рассчитывается индивидуальная дозировка витамина D, которая может быть выше профилактической, но обязательно должна быть прописана врачом (с передозировкой витамина D, который, по сути, гормон, шутки плохи, о чем свидетельствуют последние исследования).

«Загрузочная» дозировка витамина D (IU/ME) = 40·(75-D(25)ОН)·m(кг) = суммарное количество витамина D, которое вам нужно получить по итогу окончания терапии, зависящее от вашего веса[176].

Норма по анализам D(25)OH варьируется от одной организации здоровья к другой. EFSA на данный момент принимает концентрацию 50 нмоль/л подходящим целевым значением для всех групп населения. В исследованиях ориентир идет на дозировку 75 нмоль/л[177].

ПРИМЕР

Человек весом 70 кг.

В анализах D(25)OH 10 нмоль/л.

МЕ = 40(75–10)70=182 000 МЕ

Чтобы восполнить этот дефицит в течение трех месяцев, делите полученную цифру на девяносто (дней) — получите ежедневную дозу: 182 000 / 90 = 2022 МЕ/день, что вдвое больше профилактического значения для приема препарата для взрослого человека (в среднем 1000 МЕ), но не превышает допустимого (4000 МЕ).

Хотя восполнение дефицита витамина D путем его ежедневного приема требует немалого времени, риски опасного перегруза весьма реальны. Так что лучше принимать витамин под контролем врача, сдавая кровь на анализ не реже раза в три месяца. Надеемся, любители самолечения призадумаются, узнав, что сочетание мегадозы витамина D с источником кальция используют для истребления крыс и прочих грызунов, через несколько дней после встречи с ядовитой приманкой в муках погибающих от острой почечной недостаточности. По причине этого витамин D не нужно принимать ни в сочетании с кальцием, ни в сочетании с витамином К — нет никаких научных оснований полагать, что это принесет вам больше здоровья[178].

Витамин Е (токоферолы и токотриенолы)

Как и все остальное в этом мире, витамины подвержены моде. Когда-то витамин Е купался в лучах славы, но времена эти прошли. Слава в основном была связана с уникальной способностью этого витамина возвращать репродуктивные способности бесплодным крысам, которых не спасали ни экстракты печени рыб, ни мука, ни дрожжи, а только зеленый салат и проростки пшеницы. Гипотетический витамин был вдохновенно окрещен токоферолом, что в переводе с греческого означает «приносящий потомство». Всего к группе витамина Е принадлежат четыре токоферола и четыре токотриенола. По структуре токотриенолы похожи на токоферолы, но по спектру своей биологической активности несколько от них отличаются.

По своей основной молекулярной функции витамин Е — антиоксидант, и этим напоминает скорее витамин С, чем витамины группы B (коферменты) или витамин D, который скорее гормон, чем витамин. Особенно хорошо витамин Е справляется с защитой клеточных мембран — входящие в них липиды он предохраняет от перекисной деструкции, а белки — от окисления их тиольных групп, между делом не забывая и про витамин А, который тоже подвержен окислению и вне партнерства с витамином Е работает хуже.

В конце XX века препараты с витамином Е, как и другие антиоксиданты, были чрезвычайно модными, особенно у людей, подкованных в медицине. На рубеже столетий этот витамин принимал каждый второй американский врач или медсестра, а уже к 2006 году доля его сторонников среди медиков снизилась до 20%. Произошло это из-за получивших широкую известность эпидемиологических исследований, показавших, что ежедневный прием 400 медицинских единиц витамина Е в течение года и дольше связан… с достоверным увеличением риска смертности[179]. Четкого объяснения этой связи до сих пор нет, да и работы, описывающие полностью противоположный тренд и прославляющие витамин Е, тоже имеются. Однако общественное мнение уже сформировано, и не в пользу когда-то модных токоферолов. Дурную славу витамину Е добавили и недавние расследования причин тяжелых легочных заболеваний у вейперов, в которых единственным общим ингредиентом курительных смесей оказалась ацетилированная форма этого витамина, поступавшая в легкие беспечных курильщиков в поистине гигантских дозах. В общем, снова нам в помощь пищевые источники витамина, благодаря которым получить переизбыток практически невозможно: растительные масла — подсолнечное, сафлоровое и соевое, семена подсолнечника, миндаль, арахис, арахисовое масло, свекла, листовая капуста, уже наверняка полюбившийся вам за время чтения этой книги шпинат, а также тыква, красный перец и спаржа.

Витамин К

Этот витамин обнаружил датчанин Хенрик Дам. Он изучал цыплят, растущих на бесхолестериновой диете, которая приводит к подкожным кровоизлияниям там, где цевки натирались маркировочными кольцами. Спасли цыплят зерна злаков и зелень, а вовсе не холестерин. Поскольку ученый был датчанином, а не англичанином, статью он послал в немецкий журнал и назвал свой витамин тоже по-немецки — Koagulationsvitamin. Сокращенно — витамин К.

Сам витамин был выделен из люцерны и оказался филлохиноном, а вскоре после этого похожее по своему кровоостанавливающему действию, но не по структуре вещество менахинон очистили из перегнившей рыбной муки. Чтобы не запутаться, люцерновый филлохинон назвали витамином К1, а рыбный менахинон — витамином К2. Оказалось, что витамин К2 производится кишечными бактериями, а потому его недостаточность проявляется редко, преимущественно при дисбактериозах. Именно этим недугом и страдали бесхолестериновые цыплята Хенрика Дама, а поскольку витаминные формы К1 и К2 взаимозаменимы, растительный К1 их вполне исцелил. Дальше — больше. На витамине K2 бактерии не останавливаются, часто увеличивая его изопреновую цепь на пару-тройку звеньев. Удлиненные формы менахинонов получили названия от MK-7 до MK-11. Отдельную песню представляет собой витамин K3 (менадион), полученный путем химического синтеза и не встречающийся в природе. Этот витамин вполне справляется с остановкой кровотечения и тем самым заменяет его природные формы, но, к сожалению, ценой некоторой токсичности для печени. Все витамины К растворимы в жире.

Здесь мы расскажем про самого знаменитого члена семейства K — менахинон МK-7. Именно эта форма витамина К в больших количествах содержится в знаменитом японском суперфуде натто, который делают из бобов, под действием сенной палочки сброженных до состояния липкой пасты. Ежедневная поддержка 180 мкг витамина MK-7 показала отличные результаты в клинических испытаниях, направленных на предотвращение потери костной массы с возрастом. Заметьте, MK-7 «работает» намного лучше, чем MK-1, поступающий с зеленью. Это происходит потому, что удлиненная форма MK-7 намного стабильнее: период ее полужизни составляет несколько дней по сравнению с часом-двумя для MK-1. Благодаря стабильности эта форма витамина способна насыщать кровь до такой степени, что проникает не только в печень, где помогает созреванию белков каскада свертывания крови, но и в другие периферические органы, приобретая тем самым дополнительные функции. В частности, МК-7 помогает сохранять плотность костей, одновременно защищая кровеносные сосуды от отложений кальция.

Витамины-кандидаты

На роль новых витаминов сейчас претендуют два основных кандидата — метоксатин, также известный как пиррохинолин хинон (PQQ), и никотинамида рибозид (NR).

Метоксатин был выделен из культуры метилотрофных бактерий, а затем обнаружен во многих животных тканях, и накапливается в молоке. Клетки животных не умеют производить PQQ, а значит, он может быть получен только с пищей. Именно поэтому, когда в 2003 году оказалось, что выращенные без PQQ грызуны растут хуже и размножаются медленнее, чем контрольные, авторы этого открытия — японские ученые Такаоки Касахара и Тадафуми Като — сразу же объявили о его витаминных свойствах. В их заявлении, однако, имелась одна слабая составляющая: доказательства функции вещества в качестве неотъемлемого компонента метаболизма были слегка притянуты за уши. Ученые внимательно изучили мышиный геном и нашли в нем последовательность U26, напоминающую белок, который помогает дрожжам усваивать лизин, а затем приписали этому гипотетическому белку способность использовать PQQ как кофактор всего лишь на основе некоего сходства с другими PQQ-связывающими белками, но уже бактериальными[180].

Гипотеза эта была высказана на основе компьютерного анализа и подлежала экспериментальной проверке, которую пока не прошла. Все, что удалось показать ученым, — несомненное наличие пользы от PQQ для организма в качестве нейропротектора и актиоксиданта, но никак не требование в качестве кофактора для фермента или другую значительную и уникальную роль. А значит, из трех столпов витаминной функции у PQQ по-прежнему одного не хватает. Но ученые не сдаются и продолжают экспериментировать.

Второй кандидат на должность нового витамина — никотинамида рибозид (NR). Он всем хорош, но, к сожалению, не самостоятелен, а представляет собой высокоактивную форму витамина B3.

Глава 6. Наши любимые напитки

Напитки у людей играют двоякую роль: с одной стороны, утолить жажду и получить удовольствие, с другой — это возможность пообщаться за чашечкой или стаканчиком любимого напитка. Чаще всего мы пьем напитки, содержащие кофеин, а в некоторых случаях — алкоголь. Что происходит при этом в организме?

Чай, кофе и какао

И чай, и кофе — а также кола, какао, горячий шоколад и так далее — кофеинсодержащие напитки. Бесспорный лидер среди них — кофе. Одна его условная чашка содержит 90–115 мг кофеина, при этом размеры самой чашечки могут отличаться в разы. Больше всего кофеина (в процентном соотношении) в эспрессо, а ведь чашечка совсем небольшая. Американо же — простой или двойной эспрессо, разбавленный водой. Понятно, что от воды содержание кофеина не уменьшилось, зато распитие кофе растянулось на долгое время. Да и кофе «с собой» удобнее взять в стакане побольше — иначе он остынет быстрее, чем мы добежим до машины.

Кофе из зерен сорта арабика содержит вполовину меньше кофеина, чем кофе из робусты. В 2011 году ученые из одного из университетов Шотландии заглянули в двадцать городских кофеен на «стандартный эспрессо», после чего исследовали содержимое чашечек и стаканчиков с помощью метода жидкостной хроматографии высокого давления. Оказалось, что чашка чашке рознь: содержание кофеина в «стандартном эспрессо» составило от 50 до 300 мг на чашку, разница в шесть раз! В качестве одной из возможных причин заметной разницы ученые назвали разбавление более ароматной, но дорогой арабики дешевой робустой.

В чашке хорошего чая 20–65 мг кофеина, в зеленых сортах содержание выше, чем в черных. Из черных чаев наибольшей концентрацией кофеина отличается прессованный пуэр, который по количеству активных веществ приближается к зеленым чаям. Травяной чай мате содержит 30–40 мг кофеина на чашку. Чем дольше тянется процесс заварки, тем больше кофеина переходит из листьев в раствор.

В стакане какао — от 2 до 20 мг кофеина, причем процент зависит от качества бодрящего напитка. Чем больше в нем натуральных какао-бобов, тем выше и содержание кофеина. Та же история и с горячим, и с плиточным шоколадом. В 100 г горького шоколада 70–90 мг кофеина. Молочный стимулирует не так сильно — в нем нас ожидает 5–60 мг на плитку. В кружке горячего шоколада примерно столько же кофеина, сколько и в плитке молочного.

В баночках кока-колы, пепси и многих других подобных напитков по 30–40 мг кофеина. Еще больше его в энергетиках — 30–90 мг на банку.

Продукты с надписью «без кофеина» не совсем от него свободны. Один-два процента кофеина все равно остаются. Для декофеинизирования необжаренные (зеленые) зерна обрабатывают паром, а затем ненадолго (или надолго) обмакивают в химический раствор, который экстрагирует кофеин, — и так восемь-двенадцать раз. Конечно, убрать его, сохранив другие полезные вещества, а также натуральные ароматизаторы, не так-то легко, поэтому вкусовые качества кофе в процессе декофеинизирования не могут не пострадать.

Но недавно у любителей кофе без кофеина появилась надежда: в Эфиопии были обнаружены три дерева сорта арабика, зерна с которых содержат очень немного кофеина и не требуют длительной обработки. Исследования показали, что у этих растений ген синтетазы кофеина содержит мутацию, поэтому в зернах вместо кофеина накапливается его метаболический предшественник — теобромин. Используя эти деревья в качестве исходного материала, кофейные магнаты планируют вскоре вывести для нас природный бескофеиновый сорт. Интерес к природному бескофеиновому кофе, которого пока нет на рынке, настолько велик, что Бразилия уже запатентовала для него торговое название — Decaffito.

Кофеин как психостимулятор

Триметилксантин — производное пуриновых нуклеотидов (да-да, кофеин в чем-то близок к одному из компонентов ДНК!), «деци» — это 100 мг (0,1 г), а диурез — выделение мочи. Разберемся по порядку.

По своим фармакологическим свойствам кофеин относится к психостимуляторам — группе психотропных препаратов, повышающих умственную и физическую работоспособность и улучшающих способность к восприятию внешних раздражителей (обостряют зрение, слух и др., ускоряют ответные реакции). Эти препараты повышают настроение, снимают усталость, взбадривают и временно снижают потребность во сне.

Казалось бы, отличная штука! Да вот беда: к той же группе, кроме кофеина, относятся и другие вещества, вызывающие сильнейшее привыкание. Конечно, кофеин не так силен, но все же об этом следует помнить.

Чтобы узнать, есть ли у вас зависимость от кофеина, нужно на какое-то время отказаться от кофе и других кофеинсодержащих напитков. При наличии зависимости появятся такие симптомы, как ухудшение настроения, головная боль, сонливость и раздражительность. Помните: привыкание к кофе приводит к снижению пробуждающих эффектов от этого напитка, поэтому вам требуется все большая доза. Чем больше доза, тем сильнее зависимость и тем труднее отказаться от кофе.

В малых дозах (чашечка или две) кофеин оказывает стимулирующее воздействие на нервную систему: ускоряется сердцебиение, поднимается кровяное давление, за счет высвобождения дофамина примерно на сорок минут слегка улучшается настроение. Но через три-шесть часов действие кофеина проходит: мы становимся вялыми, трудоспособность снижается, накапливается усталость…

Частое употребление кофеина в больших дозах — более 1 г в день — вызывает истощение ресурсов нервной системы, а в дозах от 10 г и выше (от восьмидесяти до ста чашек кофе за ограниченный промежуток времени (примерно сутки) — смерть.

Европейское управление по безопасности пищевых продуктов (EFSA) установило, что ежедневная доза кофеина для взрослых не должна превышать 400 мг в день. Российские регулирующие органы более строги и предписывают, что в сутки следует потреблять не более 150–300 мг кофеина[181]. В среднем выходит никак не больше трех чашечек кофе или раза в два больше чая. При выходе за эти пределы могут появиться симптомы передозировки: сердцебиение, общее возбуждение, бессонница.

В клетках под действием кофеина накапливается циклический аденозинмонофосфат (цАМФ), который помогает худеть, мобилизуя запасенный нами жир, что позволяет организму растянуть запасы гликогена на более долгое время, а значит, увеличить продолжительность тренировки или отложить поход к холодильнику. В результате мы теряем в весе немного больше, чем в отсутствие кофеиновой стимуляции.

Но это еще не все. Помните, мы вскользь отметили, что кофеин похож на один из компонентов ДНК? Этот компонент называется аденозин — и он составляет основу одного из четырех нуклеотидов, обозначенного буквой «А». Аденозин связывается со специфическими пуриновыми, или аденозиновыми, рецепторами и затормаживает мозговую деятельность. Так вот, наш друг кофеин настолько похож на аденозин, что прицепляется к тем же рецепторам и блокирует насиженные им места. Тормозу не за что зацепиться, и замещение аденозина кофеином приводит к пробуждению центральной нервной системы.

Однако мозг — от природы ленивый орган, его так просто не обманешь. У кофеманов на клетках появляются новые, дополнительные рецепторы для аденозина, и действие кофеина постепенно сходит на нет. А если кофемашина неожиданно поломалась, аденозин, которому теперь не с кем конкурировать, в мозге кофемана занимает все доступные рецепторы, в том числе дополнительные, и сильно тормозит его. В результате кофеман чувствует утомление, сонливость, депрессию — или «кофейную ломку», к счастью, не такую опасную, как при употреблении психотропных препаратов. Да и проходит она довольно быстро, за несколько дней. Число рецепторов для аденозина постепенно опять снижается до нормы, и организм снова готов ответить на кофейную стимуляцию.

Кофеин, исчезни!

Как и другие вещества с лекарствоподобным действием, чужеродные для нашего организма, кофеин метаболизируется ферментами печени, называемыми цитохромами и часто сокращаемыми до CYP. У людей встречаются разные варианты этих ферментов — «быстрые», «медленные» и «обычные». Как и любой другой ген, каждый CYP представлен в наших клетках в двух экземплярах: от папы и от мамы. Таким образом, для нестандартных цитохромов возможны три варианта — «быстрый/быстрый», «медленный/медленный» и комбинация «быстрый/медленный», которая в среднем дает стандартный метаболизм. Гораздо чаще встречаются комбинации «медленный/стандартный», «быстрый/стандартный» и, конечно, «стандартный/стандартный». За метаболизм кофеина отвечает цитохром CYP1A2 — говоря по-простому, этот фермент выводит кофеин, расщепляя его до неактивных производных.

Так вот, активность CYP1A2 у людей может различаться в 10–200 раз. Люди с комбинацией CYP1A2-генов «медленный/медленный» удерживают кофеин в организме долго-предолго, и им никак нельзя злоупотреблять кофеинсодержащими напитками. Именно в этой группе людей употребление кофе повышает сердечные риски. С другой стороны, примерно 10% популяции составляют «быстрые» метаболизаторы кофеина, которым и 400 мг в день нипочем.

На самом деле на подходе к кофемашине ситуация становится еще более запутанной. Дело в том, что скорость производства ферментов-цитохромов клетками может меняться в зависимости от количеств чужеродных для нашего организма веществ, поступающих извне, в том числе различных лекарственных средств и БАДов. Сеть этих взаимодействий настолько сложна, что лучшим способом определения индивидуальной переносимости кофе остается эксперимент: выпейте чашечку и прислушайтесь к себе. А надо ли еще?

Курение табака, употребление в пищу жареного мяса с хрустящей корочкой из токсичных полиароматических углеводородов, а также кофемания в размере от трех чашечек в день и выше (!) ускоряют разрушение и выведение кофеина. Хронический гепатит усиливает кофейный метаболизм, а вот цирроз — увы! — снижает. Замедлят выведение кофеина стаканчик грейпфрутового сока, имбирь и разные виды капусты.

По конечному результату — скорости выведения кофеина, непосредственно измеренной в лабораторных экспериментах, — азиаты и африканцы проигрывают по сравнению с европейцами, а женщины — по сравнению с мужчинами. Еще более снижается скорость выведения кофеина при приеме гормональных противозачаточных средств и во время беременности. На последнее надо обратить особое внимание: кофеин отлично проникает через плацентарный барьер.

Исследования потребления кофеина беременными вообще рассказали немало интересного. Так, в Норвегии была собрана информация о диете почти шестидесяти тысяч будущих матерей, а также об их новорожденных детях. Оказалось, что на каждые 100 мг кофеина в день вес плода при рождении снижается на 20 г и на пять часов откладываются роды[182].

Авторы исследования удивились: более ранние работы указывали на связи потребления кофеина с преждевременными родами, а не с весом плода. Такой вывод хорошо согласовывался с неоднократными сообщениями о более чем вдвое повышенной частоте спонтанных выкидышей у беременных кофеманок, потребляющих более 200 мг кофеина в день. Казалось бы, ужас!

Однако, как это нередко бывает в науке, более внимательный взгляд на проблему выявил удивительный факт. Оказалось, беременные здоровым плодом, как правило, страдают либо ранним токсикозом, либо, по крайней мере, физиологическим отвращением к интенсивным запахам и вкусам. Так что здоровая беременность сама по себе склоняет будущих мам к снижению доз кофе и чая. Нездоровая же, когда плод развивается недостаточно быстро или неправильно, не может так сильно повлиять на состояние матери, поэтому женщины и не чувствуют внутреннюю потребность в отказе от кофеинсодержащих продуктов. При этом никаких подозрений о неминуемом выкидыше ни у этих женщин, ни у медиков не возникает, а вину привычно списывают на кофеин.

Кофеин и сон

«Не пей кофе (чай) после ужина — ночью не уснешь!» — говорили нам мама и бабушка. И были абсолютно правы. Кофеин мешает заснуть. Из организма человека он выводится довольно долго — период его полувыведения в среднем составляет шесть часов. Это значит, что если вы выпили две чашки кофе (содержащих примерно 200 мг кофеина) в полдень, то к шести часам вечера кофеина в организме останется чашка. А к полночи полчашки — 50 мг. Дадут ли они вам спокойно уснуть? Это зависит от особенностей вашего организма.

Сон чрезвычайно важен. Однако иногда с ним приходится бороться. Людям, работающим в ночную смену, умеренное потребление кофеина может помочь придерживаться активного режима[183]. Также есть данные, что он способен улучшить концентрацию внимания и сократить число производственных травм[184]. Однако это не значит, что работникам ночных смен нужно употреблять больше кофеина, чем трудящимся в дневную смену. Нарушения сна и режима — одна из частых проблем, с которыми приходится сталкиваться имеющим сменный график работы специалистам. Умеренность в употреблении алкоголя и кофеина во время бодрствования, качественный отдых помогут своевременно восстанавливать организм. Однако в среднем худшие показатели здоровья людей, работающих в ночные смены, остаются фактом[185]. Именно поэтому важно уделять физической активности, питанию и гигиене сна особое внимание.

Полифенолы кофе

И кофе, и чай — сложнейшие смеси многочисленных биоактивных веществ, количество и состав которых сильно зависят от места происхождения и качества напитков. О чайных и кофейных полифенолах и прочих антиоксидантах слышали многие (мы о них тоже расскажем), но для начала отделим агнцев от зловредных козлищ, которые тоже прячутся и в кофе, и в чае.

Перед вами на столике ароматная чашечка. И вот она уже в руке, и вот первый небесный глоток. Чувствуете едкую кислинку? Кофе содержит так называемые хлорогеновые кислоты.

Пик действия кофеина — сорок пять минут после употребления. Дальше его действие постепенно ослабевает в течение четырех-шести часов. Несмотря на миф о том, что кофе и чай обезвоживают нас, каждая чашка имеет значение для общего потребления жидкости. Просто снижается мочегонный эффект. В рамках исследования EPIC (European Prospective Investigation into Cancer and Nutrition), включающего 521 330 человек, посмотрели связь с кофе: три-четыре чашки в день могут снизить риск таких заболеваний, как болезнь сердца, рак, диабет второго типа, неалкогольная жировая болезнь печени (в связи с чем кофе заслужил рекомендацию British Liver Trust), фиброз и цирроз[186]. Вдобавок кофе снижает общий риск ранней смерти (EPIC, 2017). Хорошая новость в том, что кофе без кофеина связан с теми же преимуществами с точки зрения снижения риска заболеваний! Плохо от кофеинового кофе? Пейте хороший декофеиновый. Кофе содержит много антиоксидантов (таких как полифенолы и гидроциновые кислоты), что, помимо всего прочего, положительно сказывается на росте численности хороших бактерий в кишечнике.

Наиболее опасен для голодного желудка растворимый кофе — что порошковый, что гранулированный. Неполезна и кофейная гуща — ее лучше отфильтровать. Чай на пустой желудок тоже нехорош, но не из-за повышенной кислотности, а из-за дубильных веществ — танинов. Это еще древние китайцы заметили. Они считали, что чай, хоть он и пьется горячим, относится к охлаждающим напиткам, и говорили: «Холодная природа чая, проникая внутрь, может охладить селезенку и желудок».

Кофе и чай, кстати, возбуждают аппетит — поэтому, если вы решили начать день с хорошего завтрака, самое время выпить кофе. По той же причине лучше отказаться от него вечером: чрезмерный аппетит и проблемы с засыпанием в это время суток нам ни к чему!

Чаем и кофе обычно не рекомендуют запивать лекарства из-за мочегонного эффекта, а также добавки кальция и железа из-за снижения процента всасываемости[187].

Современный кофе в капсулах сегодня может ничем не уступать по качеству молотому кофе в зернах. Но опять же гурманы и любители кофе из турки (например, мама одного из авторов этой книги) могут с этим поспорить.

Хлорогеновые кислоты и другие полифенолы: спасители в шкуре волка

Главный биологически активный компонент кофе — хлорогеновые кислоты. Они относятся к полифенолам, которые обладают неспецифическим антиоксидантным действием. Слово «неспецифическим» означает, что эти вещества взаимодействуют с чем попало, а не с чем-то конкретным. Попадаются же им на пути в основном так называемые свободные радикалы. Если их слишком много, они повреждают белки, жиры, нуклеотиды и другие ценные молекулы наших клеток. Не вдаваясь в подробности, скажем: после встречи с полифенолом свободный радикал оказывается нейтрализованным. Отсюда и вытекает основная важность полифенолов (в частности, хлорогеновых кислот) для организма. Полифенолы бывают разными, мы еще поговорим о них позже. Недобрым словом помянутые выше хлорогеновые кислоты — тоже полифенолы! Причем отличные — эти трудяги не только обладают выдающимися антиоксидантными свойствами, но и подавляют размножение вирусов, бактерий и даже грибков, снижают уровень сахара и холестерина в крови, защищают печень и предохраняют от рака.

Так что если кофе вызывает у вас изжогу или другие неприятные симптомы вроде головной боли, тошноты, проблем со сном, ищите хлорогеновые кислоты в тех продуктах, где они разбавлены разнообразными пищевыми наполнителями: семенах подсолнечника, артишоках, какао, листьях черники, корне цикория, клюкве. Также помните, что хлорогеновые кислоты — только одна из полифенольных групп. Ягоды, зеленые овощи и чайные напитки восполнят антиоксиданты, недополученные от кофе.

Но вернемся к хлорогеновым кислотам. Как и другие полифенолы, они разрушаются под действием высокой температуры. И чем сильнее обжарка, тем менее полезен напиток. Больше всего хлорогеновых кислот в зеленых зернах — аж до 10% по весу. Именно поэтому экстракт зеленого кофе полезен.

Однако, перерыв кучу научной литературы, мы так и не нашли убедительных доказательств широко разрекламированного жиросжигающего эффекта зеленых кофе-бобов. Знаменитая статья 2012 года, в которой ученые Университета города Скрэнтона в Пенсильвании описали чудеса похудения от экстракта зеленых зерен[188], оказалась… отозвана!

Зато мы нашли результаты исследования, где сравнение гипертоников, употреблявших черный и зеленый кофе, показало, что зеленый кофе снижает артериальное давление и уровень гормона стресса — кортизола[189]. Правда, когда мы заглянули в раздел «Материалы и методы», самый важный для понимания любого исследования, оказалось, что авторы сравнили отличный бренд стопроцентной зеленой арабики с ничем не примечательной кофейной смесью из третьеразрядной сети.

Однако два клинических исследования, по всем правилам проведенных в стенах Национального института здоровья США, неожиданно прояснили картину. Ученые давали здоровым добровольцам-мужчинам два вида кофе с одинаковой крепостью, но в три с половиной раза отличавшихся содержанием хлорогеновых кислот, а также пилюли с чистыми хлорогеновыми кислотами без кофеина. Оказалось, что и после кофе, и после бескофеиновой полифенольной таблетки содержание хлорогеновых кислот в крови увеличивается. В каждом из случаев на хроматограмме были четко видны два пика-максимума — через час и через пять часов после приема стакана кофе или препарата. Чем больше хлорогеновых кислот попало в организм, тем выше были пики. У добровольцев также измеряли различные показатели состояния кровяного русла. Так вот, один из самых важных показателей — способность сосуда расширяться при увеличении давления и таким образом мягко его регулировать — менялся в лучшую сторону точно в соответствии с концентрацией хлорогеновых кислот[190]. Другими словами, лабораторные исследования здоровых людей показали: эти кислоты предотвращают развитие атеросклероза прямо пропорционально их количеству, поступающему в организм. В зеленом кофе их больше, чем в черном, значит, зеленый полезнее. И точка.

Катехины, теафлавины и прочие вчашкечаины

Чай, в отличие от кофе, содержит не хлорогеновые кислоты, а катехины — органические вещества из группы флавоноидов, которые тоже принадлежат к полифенолам. Как и их собратья хлорогеновые кислоты, катехины — прекрасные антиоксиданты.

Количество катехинов снижается с «потемнением» чая. Больше всего их в белом чае, немного меньше в зеленом, затем в черном, и, наконец, имеются они и в темном шоколаде. В одной чашке чая растворено 10–40 мг катехинов.

Вообще говоря, катехины в съедобных растениях не редкость. Особенно богаты ими яркие плоды и ягоды — яблоки, абрикосы, персики, сливы, вишни, клубника и земляника, смородина, малина… Немало катехинов и в шпинате, и в брокколи, поэтому овощные и фруктовые соки обладают антиоксидантными свойствами.

Главный чайный катехин — танин, хоть и не самый сильный. А вот эпигаллокатехин (EGC) и эпигаллокатехин-3-галлат (EGCG) — просто удальцы! Они в двадцать пять — сто раз более сильные антиоксиданты, чем витамины C и E.

Различным экспериментам по выявлению пользы от катехинов зеленого чая посвящены тысячи научных статей, большинство из которых написаны — кем бы вы думали? — китайскими и японскими учеными[191]. Они показали, что чай хорош прямо-таки для всего — ни одна болезнь не укрылась от дотошных исследователей. В целом ряде работ, например, продемонстрировано, что регулярное поступление катехинов с пищей продлевает жизнь различным лабораторным животным — мышам, мухам дрозофилам и червям.

Правда, на каждую сотню статей, где обоснована польза от чая, имеется несколько, утверждающих, что реального эффекта — в лонгитюдных исследованиях крупных группах людей, а не крыс, — нет![192]

Больше всего копий зелено-чайными учеными поломано на поле борьбы за всеобщее похудение — мнения по поводу жиросжигающих эффектов зеленого чая расходятся. Внимательное чтение статей позволило раскопать причину: похоже, для некоторых граждан этот напиток весьма эффективен в плане борьбы с килограммами, но вот большинство, к сожалению, не спасает. Оказалось, что эффективность зеленого чая напрямую зависит от степени привыкания к кофеину. Если бескофеиновая дама вдруг начнет пить зеленый чай ведрами, ее объемы вполне могут уменьшиться, как по волшебству. А вот если мы просто добавим зеленый чай к уже имеющейся кофеиновой нагрузке от черного чая, кофе и шоколада, эффекта не будет.

У статистиков все как в аптеке! Сравнив результаты многочисленных экспериментов, они подсчитали: одна чашка зеленого чая (253 мг катехинов плюс 30 мг кофеина) сжигает 5,7 г запасенного жира. Но если мы регулярно хлещем по пять-шесть чашек в день, скорее всего, наш организм давно учел поступающий жиросжигатель и потому нашептывает нам на ушко: «Скушай булочку с маслицем, можно…»

Некоторые свойства чайных катехинов проявляются, только если те поступают в организм вместе с какими-то другими веществами, тоже чайными. На практике это означает, что в составе натурального чая катехины работают лучше, чем в виде «очищенных» биодобавок. Например, сочетание катехинов с теафлавинами, особенно в составе черного чая, нарушает переваривание углеводов. Из пирожного, обильно запитого чаем, в наши клетки попадает примерно 70–75% сахара, а остальное волшебным образом выводится, так и не всосавшись. Кстати, чай мешает и другим веществам: практически любое лекарство, запитое им, будет действовать не так сильно. Как мы и писали выше, по этой причине лекарства чаще всего рекомендуют запивать именно водой и в некоторых случаях выдерживать временной интервал до и после приема пищи.

Теанин — странная чайная аминокислота, вызывающая общее расслабление, но не сонливость. Она помогает катехинам чая оптимизировать работу мозга. По этой причине считается, что пожилые чаевники отлично соображают и в старости, особенно по сравнению с теми, кто чая не пьет.

Надо сказать, что, прочитав столько хорошего про зеленый чай, мы не должны позабыть и про черный. Он тоже полезен, хоть катехинов в нем и поменьше. Но зато оксалатов тоже немного, а они вредны для тех, кто склонен к образованию в почках оксалатных камней. Более того, сравнительные исследования чайных привычек у разных народов показали: «черные» чаевники в день выпивают намного больше напитка, чем «зеленые». А значит, берут количеством.

Ажиотаж вокруг зеленого чая — просто мода, созданная самими учеными. На заре чайных исследований они ухватились за зеленый чай просто потому, что с чего-то надо было начать. Почитали древних китайцев, к которым испытывали большой пиетет, — а там все про зеленый! (Черный, точнее красный, в Китае в те времена был редкостью.) Потом выделили катехины и назвали их катехинами зеленого чая. А дальше пошло по нарастающей: исследования делались с оглядкой на мэтров. Такая уж сложилась традиция. Но, в сущности, важна не степень ферментации, а качество продукта в целом. В общем, плюс-минус туда-сюда оба чая хороши — выбирай на вкус!

Поучительная история попрания и реабилитации кофе

Как понять, вредит ли какой-то продукт здоровью или помогает? Лучший ответ на вопрос — клинические испытания, по возможности крупные (тысячи людей), рандомизированные (когда испытуемые попадают в ту или иную группу в соответствии с цифрой 1 или 0, выпавшей на генераторе случайных чисел), «слепые» (люди не знают, в контрольную или экспериментальную группу они отнесены), «двойные слепые» (врач, проводящий испытания, тоже не знает, дает он больному пилюлю с лекарством или пустышку) или — последняя новинка гонки научных вооружений! — «тройные слепые», когда и статистик не знает, какие именно циферки ему подсунули.

Конечно, так называемые ранние исследования часто страдали теми или иными изъянами. Важна и цена вопроса: крупные клинические испытания очень дороги, поэтому доступные средства в основном направляют на изучение лекарственных препаратов, а не еды. В отношении продуктов питания часто имеет место парадоксальная ситуация: проведено одно-два испытания неправильного дизайна, сделан неверный вывод о пользе (или вреде) продукта, а потом никто уже не возвращается к закрытой теме. Бытует мнение: всем известно, что кофеин (ГMO, сливочное масло…) вредит здоровью, так зачем его изучать?

К счастью, непоседы-ученые время от времени склонны переворачивать устоявшиеся догмы. История попрания и реабилитации кофе как полезного продукта — хорошая тому иллюстрация.

Для начала напомним: кофе пришел в Европу от турок-мусульман, поэтому многими воспринимался как напиток дьявола. Противостояние между Европой и Оттоманской империей в те времена подогревалось католической церковью, которую возглавлял папа Климент VIII. Рука его была тверда, а суждения быстры: он прославился тем, что обратил в католичество Генриха Наваррского и сжег Джордано Бруно. Когда советники папы настоятельно рекомендовали ему проклясть кофе как исчадие мусульманского ада, тот потребовал снятия пробы лично. Запах, вкус и эффект кофе настолько впечатлили стареющего Климента VIII, что тот произнес: «Этот сатанинский напиток настолько прекрасен, что оставить его в исключительном пользовании неверных было бы несправедливо». Так черный кофе получил папское благословение и уверенно зашагал по католической Европе.

Но гугеноты и другие протестанты никак не могли согласиться ни с чем, что исходило от папы. Когда религиозные аргументы поутихли, в ход пошли утверждения о вреде для здоровья. Властители Северной Европы всерьез переживали за своих подданных и старались вразумить кофеманов всеми доступными им способами. В середине XVIII века шведы обложили ввоз кофе и чая такими налогами, что купить их можно было только на черном рынке и в подпольных кофейнях, и даже конфисковывали кофейные кружки как атрибуты порока.

В 1756 году кофе был полностью запрещен! Потом опять разрешен, но под тяжелым налогом. Чередование полного запрета с усиленным налогообложением продолжалось лет пятьдесят, пока на престол не взошел просвещенный в науках монарх Густав III, учредивший Шведскую академию наук и построивший Оперный театр. Поскольку кофе и чай Густав ненавидел еще сильнее, чем его предшественники, а запреты не помогали, король решил продемонстрировать вред от этих напитков путем прямого эксперимента.

Проинспектировав королевские тюрьмы, Густав нашел двух братьев-близнецов, обвиненных в убийстве и подготовленных к смертной казни. Король заменил им повешение пожизненным заключением, но с условием, что один из них будет каждый день до скончания жизни выпивать по три чайника кофе, а другой — по три чайника чая. За соблюдением кофеинового приговора должен был следить специально назначенный врач. Конечно, Густав рассчитывал, что век заключенных будет недолог и погибнут они в ужасных муках, убедительно доказав всему миру дьявольскую природу исследуемых напитков.

Сначала умер приставленный к братьям доктор, а потом убили и самого Густава — выстрелили в спину на бале-маскараде. Братьев унаследовал преемник Густава III, Густав IV Адольф. Спустя какое-то время братья всё же умерли, причем в мир иной первым отправился чаевник. Но поскольку к этому времени ему было восемьдесят три года, смерть нельзя было назвать преждевременной. О точной дате кончины брата-кофемана история умолчала — ко времени его гибели никого из учредителей эксперимента уже не было в живых.

Так гипотеза о явном вреде кофеина была впервые опровергнута. Что удивительно, и Густав III, и его сын Адольф сыграли в науку по-честному — ведь ничто не мешало ни тому ни другому августейшему монарху подсыпать подопытным какой-нибудь яд.

Полный запрет на кофе и чай продержался в Швеции до 1823 года, а тяжелое налогообложение с ограничениями — аж до 1951-го.

Будущие любители чая англичане с самого начала были более снисходительны к кофе, чем суровые шведы. Лондонские кофейни процветают с середины XVII века, их посетители — в основном мужчины. И вот в 1674 году в сторону кофе уже летит первый медицинский булыжник — ни на чем не основанный, но вполне увесистый. Петиция «Женщины против кофе»[193] призывала к закрытию всех кофеен без исключения в связи с замеченным прекрасными дамами снижением «традиционной английской доблести». «Никогда еще мужчины не носили такие широкие штаны, и никогда в их штанах не содержалось так мало…» — говорилось в памфлете.

В Америке кофе был весьма популярен и до, и после Войны за независимость, но в середине XIX века его поставки стали нерегулярными из-за того, что северяне и южане были заняты вооруженной борьбой друг с другом. Поскольку свято место пусто не бывает, популярность приобрели кофезаменители. Производители суррогатов проклинали кофе в своей рекламе, утверждая, что этот напиток не полезнее наркотических веществ, табака, крысиного яда и вообще приводит к слепоте.

К началу XX века ситуация с недопоставками кофе постепенно исправилась, и кофе зашагал по США! Это, разумеется, не могло не вызвать бурные споры. Авторы публикации 1916 года в журнале для домохозяек довольно справедливо сообщают, что кофе вызывает нервозность, сердцебиение и бессонницу, — конечно, без уточнения доз[194].

Потом, как гром с неба, — маленькая заметочка, но в Science[195]. В 1927 году это издание, конечно, еще не было таким влиятельным, как сегодня. Но впечатление эта заметка на треть странички произвела немалое. Ученые провели опрос, сколько молока и сколько кофе старшие школьники выпивают в день, а потом сравнили полученные данные с их успеваемостью. Оказалось, что накофеиненные дети учатся намного хуже, чем те, кто пьют много молока! Еще выяснилось, что дети из бедных кварталов пьют в среднем 1,10 стакана молока и 1,19 стакана кофе в день, а дети из благополучных районов — аж 2,13 стакана молока и всего 0,31 стакана кофе.

Это еще не все. Один из трех ученых, проводивших исследование, — Джон Феттерман — в качестве своей основной аффилиации указал Совет по молочному животноводству города Питтсбурга. В неангажированность исследования верится с трудом.

С высоты современного понимания научного метода за первыми шагами нарождающейся науки следить занимательно и смешно. Однако результаты неправильных выводов могут завести далеко, а инерцию идеи, однажды проникнувшей в умы обывателей, переоценить невозможно.

И вот настоящий медицинский гром. В 1973 году чрезвычайно влиятельный среди врачей New England Journal of Medicine опубликовал работу, свидетельствующую о явном вреде кофеина[196]. Ученые из Бостонской группы надзора за лекарственными средствами проанализировали опросники, заполненные 12 759 госпитализированными больными, из которых четыреста сорок попали в больницу с инфарктом. Оказалось, что у тех, кто пил от одной до пяти чашек кофе в день или больше, инфаркты встречались на 60% чаще, чем у тех, кто кофе не пил. А у тех, кто хлестал кофе по шесть чашек и больше, — аж на 120%. Никакой корреляции между инфарктом и употреблением чая найдено не было.

Внимательно прочтя статью, мы не нашли в ней никаких проблем с дизайном или статистикой, за исключением возможности, что и инфаркты, и потребление кофе могли быть связаны с каким-то третьим, более важным фактором (и не являлись независимыми переменными). Например, отсутствием физической активности, общим уровнем стресса или курением.

Интересно, что одновременно с нашумевшей статьей в NEJM не менее влиятельный журнал JAMA поместил на своих страницах работу, сделанную на материале четырехсот шестидесяти четырех пациентов, наблюдавшихся у врачей консолидированной страховой системы Kaiser Permanente. Выводы работы полностью противоречили описанным выше[197]. Потребление кофе не имеет никакого отношения к инфарктам!

На первый взгляд кажется, что 12 759 пациентов бостонско-го исследования — это намного больше, чем четыреста шестьдесят четыре кайзеровского. Однако сравнения тут неуместны. Схемы исследований не имели нечего общего. В исследовании кайзеровцев все четыреста шестьдесят четыре больных были с инфарктом — но вопросы о кофе и других факторах риска им задавали задолго до него, во время ежегодных медосмотров. И контролей — больных, у которых не имелось инфаркта, — оказалось гораздо больше. В архиве медицинских записей, поддерживаемом системой Kaiser, нашлось аж двести пятьдесят тысяч (!) таких контролей. Анализ контрольной популяции позволил для каждого инфарктника подобрать по два контрольных пациента без инфаркта, и каждый из них точно соответствовал инфарктнику по всем факторам риска, кроме одного: потребления кофе. Другими словами, если инфарктник-кофеман еще и курил, то в пару ему давались два пока не пострадавших от инфаркта курильщика-кофемана, и так далее. Сравнения данных не оставили камня на камне от антикофейной конструкции, возведенной бостонской группой.

Не вдаваясь в детали, заметим: дизайн исследования, проведенного группой Kaiser в 1973 году, был полностью современным! Их статья не вызвала бы никаких сомнений у рецензентов и сегодня. Поражает также и скорость работы кайзеровцев. Бостонская статья вышла в июле, а Kaiser ответил на вызов уже в октябре. Можно себе представить медсестер, бегавших по коридорам Kaiser все лето со стопками историй болезни, — ведь электронных медицинских карт в то время еще не было.

Казалось бы, разобрались. Бостонцы неправы. Но, как часто бывает в жизни, в борьбе за умы победили не точные данные, а жареные факты.

Бостонская история о вреде кофе произвела фурор на радио, телевидении и в газетах. К августу 1973 года каждый знал — от кофе бывает инфаркт! Кайзеровское же исследование с точки зрения журналистов и публики не содержало ничего интересного и потому прошло незамеченным.

Читая о победе кайзеровцев над бостонцами, нужно понимать, что у ученых, ошибочно полагавших, что кофе вреден, не было злого умысла или конфликта интересов. В процессе исследований ученые продвигаются к истине, выдвигая и проверяя гипотезы, нащупывая слабые места в логике своих рассуждений и постепенно внося исправления в построенные ими конструкции.

В чем же ошиблись бостонцы? Во-первых, размер контрольной выборки был недостаточным для исключения влияния курения — это сейчас кофе стал меньше ассоциироваться с сигаретами, а в 1970-е они сливались воедино в составе культурного образа. Помните «Кофе и сигареты» Джима Джармуша (2003)? А во-вторых, в исследовании бостонцев вопросы о кофе и сигаретах задавали ретроспективно — заведомо больным людям, занимавшим койки в госпитале, а в Kaiser — здоровым людям, которые пока не заболели.

Разница между подходами огромная. Как мы уже говорили, в представлении обывателей образ чашечки кофе связан с курением, а значит, чем-то плохим, вредящим здоровью. Более здоровые люди менее склонны скрывать свои привычки, чем больные. Находящиеся же в госпитале подсознательно стараются выглядеть «лучше» в глазах доктора и медсестер. Курение, конечно, не скроешь: больные часто бегают на улицу, держат в тумбочке сигареты, имеют никотиновые отметки на пальцах…

Преуменьшение кофейных привычек — почти единственное, чем можно улучшить свой образ в глазах лечащего врача. Данные о кофейных привычках госпитализированных больных намного менее точны, чем те же данные, собранные на обычном осмотре. Из-за этого статистика вылетает в форточку — и мы получаем тот или иной случайный ответ.

Полученный бостонцами ответ был именно таким — случайным. Об этом говорит и сопоставление процента кофеманов в бостонском исследовании, кайзеровском исследовании и результатов маркетологических обзоров, проведенных в том же году. Судя по цифрам, примерно треть госпитализированных участников недосообщила о своих кофейных привычках! После этого в сторону кофеманов было брошено еще несколько серьезных камней. Так, в январе 1978 года уже известный нам антикофейный New England Journal of Medicine опубликовал работу доктора Дэвида Робертсона и соавторов, испытавших эффект 250 мг кофеина, добавленных в чашки бескофеинового напитка девяти молодым добровольцам, в течение трех недель воздерживавшимся от кофе, чая и колы[198]. Проще говоря, им дали огромную дозу! Три с половиной чашки на пустой желудок! Через час после приема уровень адреналина в их крови был выше нормы в среднем втрое, а артериальное давление увеличилось аж на 14 мм рт. ст. Дыхание тоже участилось.

Казалось бы, ничего нового. Да, кофеин стимулирует. Но восприняты эти результаты были именно в контексте предыдущего исследования бостонцев, показавшего, что кофеин вреден. Логика обвинителей оказалась следующей: гипертония — известный фактор риска для инфаркта, а кофеин повышает давление. Люди с погранично повышенным давлением пьют кофе и переходят в категорию гипертоников, подвергаются опасности инфаркта. Это ничего, что эффект кофеина кратковременен. Представим кофемана, глушащего чашку за чашкой, — и вот вам постоянное повышение давления! Казалось бы, враг найден. Научное обоснование отказа от кофеина перед глазами!

В том же 1978 году, в августе, вышла работа пяти докторов из корпорации IBM. В этой продвинутой компании сотрудники подвергались медицинскому осмотру каждые полгода, при этом заполняя огромный опросник из ста шестидесяти пунктов. Спросили их и про кофе. Анализ медицинских карт 72 101 сотрудника показал полное отсутствие связи между потреблением кофе и параметрами артериального давления![199]

А теперь взглянем на совсем другие цифры. Статья Робертсона была процитирована другими исследователями целых семьсот сорок три раза — огромная цифра для работы 1978 года. А статья ученых из IBM — шестьдесят один. Опять сыграл свою роль пресловутый вау-фактор. Статья Робертсона нашла социально значимые доказательства вреда, а статья сотрудников IBM… ничего! Интуитивно первое из описанных нами исследований важнее, чем второе. Что и отражается в уровне их цитирований.

И понеслось! Кофеин назвали мутагеном, канцерогеном и вообще социальным злом. В девяностых при походе к врачу о кофе и чае было страшно упоминать. Отказ от этих напитков превратился в универсальную медицинскую рекомендацию при любой серьезной болезни.

Сформировавшееся мнение начало разрушаться лишь с наступлением нового тысячелетия, когда накопились результаты множества независимых исследований, а в руках ученых оказался инструмент невиданной мощности — метаанализ. Метааналитическая статистика позволяет объединять результаты множества испытаний, проведенных разными исследовательскими коллективами по разным дизайнам. Каждый результат взвешивается на предмет относительной надежности, а потом все они объединяются с учетом веса каждого компонента. Метаанализ позволяет обрабатывать огромные массивы данных по сотням тысяч индивидуальных «историй болезни».

Но началась кофейная революция… с печенки. К сердцу исследователям прикасаться было страшновато — все же вред кофеина считался доказанным.

Отдельные работы о том, что регулярное употребление кофе защищает от цирроза печени, начали появляться с середины 1990-х[200]. Врачи заметили, что так называемые кофейные алкоголики, известные своей привычкой отправлять вслед за рюмочкой и чашечку кофе, «допиваются» до цирроза печени гораздо реже, чем алкоголики бескофеиновые. Потом оказалось, что то же правило распространяется и на другие группы риска, в том числе больных хроническим гепатитом С, да и на общую популяцию.

Ученые из Университета Саутгемптона под руководством Джули Паркс объединили данные девяти исследований, опубликованных в период с 1990 по 2015 год. В общей сложности в них приняли участие более четырехсот двадцати трех тысяч человек. Оказалось, что «защита» зависит от количества кофе: чем больше, тем крепче ворота. Каждые две дополнительные чашки кофе в день снижают риск развития цирроза печени на 44%, а лучше всего дела обстоят у кофеманов, заливающих в глотку по десять кружек за сутки[201]. На фоне цирроза нередко развивается рак — у кофеманов и вероятность заболевания карциномой печени оказалась ниже, чем у тех, кто не употребляет кофе.

Интересно, что по поводу чая мнения географически разошлись: исследования, проведенные в странах, где традиционно пьют листовой чай высокого качества, показали противоциррозные свойства этого напитка, а вот страны, пробавляющиеся в основном чайной крошкой из пакетиков, не нашли в чае пользы[202].

Заболевания печени не такая уж редкость, они уверенно входят в пятерку причин смертности. Частота фиброза печени — предшественника цирроза — среди трудоспособного населения США составляет 3,5%, а в Италии — 9,5%. Нередко заболевание сопутствует метаболическому синдрому и высоким сердечно-сосудистым рискам. В девяностых тысячи больных получили от доктора универсальный совет завязать с кофеинсодержащими напитками, которые — как мы теперь знаем! — могли бы оказаться для многих из них спасением.

И вот наконец прожектор метаанализа был направлен на заболевания сердца. Первая ласточка в пользу полной реабилитации прилетела в 2012 году — снова из Бостона. Элизабет Мостофски с коллегами сопоставили результаты пяти долговременных проспективных исследований, в которых приняло участие сто сорок тысяч человек, причем у шести с половиной тысячи пациентов впоследствии случился инфаркт[203]. Слово «проспективный» означает, что информация о потреблении кофе собиралась за много лет до того, как человек заболел, а не после. О необходимости именно такого дизайна мы уже говорили выше. Оказалось, что в дозах до четырех чашек в день кофе точно защищает от инфаркта, а про большие дозы ничего уверенно сказать нельзя, но не исключено, что слегка вредит. Согласитесь, этот вывод довольно сильно отличается от заключения, сделанного в семидесятых годах.

Неуверенность насчет высокодозной кофемании была устранена в исследовании 2013 года, собравшем данные 1,2 миллиона человек. Оказалось, умеренное кофепитие (до пяти чашек в день) снижает риск сердечно-сосудистых заболеваний, а неумеренное — не снижает и не повышает[204].

К 2016 году метаанализ практически возвел кофе до уровня панацеи. Оказалось, этот напиток снижает риски метаболического синдрома и диабета, инсульта, деменции, болезни Альцгеймера, рака простаты и эндометрия, да и многих других напастей. Даже риск самоубийства, во всяком случае среди кофеманов-врачей и медсестер, был ниже среднего. Данный феномен был объяснен антидепрессантными свойствами кофеина, усиливающего секрецию основных нейромедиаторов в головном мозге: серотонина, дофамина и норадреналина.

Но немного негатива все же нашлось. Метаанализ показал, что у любителей кофе слегка повышен риск развития опухолей почек и мочевого пузыря. В ответ на вопрос о возможных механизмах этого феномена ученые только пожимают плечами.

Собратья кофеина — теобромин и теофиллин

Кофеин не единственный ксантиноподобный стимулятор, растворенный в кофеинсодержащих напитках. В какао и горячем шоколаде содержится теобромин. В порошке какао его 2–10% — намного больше, чем кофеина! Другие известные нам стимуляторы — гуарана, кола, чайный лист — содержат до 2% этого активного вещества. Но вот на поприще антиаденозиновых, стимулирующих эффектов теобромин, хоть и похож на кофеин, не достиг особых высот. Его основное действие заключается в расслаблении гладкой мускулатуры — малюсеньких мышечных волокон, окружающих сосуды, бронхи и другие важные трубочки нашего тела, по которым осуществляются подвод и отвод воздуха, крови и других биологических жидкостей. Именно поэтому теобромин — отличное средство для прекращения бронхоспазма. В случае полного зомби-апокалипсиса и отсутствия лекарственных средств при нарастающих симптомах астмы или для борьбы с приступом застарелого кашля можно съесть шоколадку. Теобромин снизит сопротивление капиллярной стенки и давление в легких, а также усилит кровоснабжение сердечной мышцы, которая от радости забьется сильнее (что, кстати, может быть опасно для сердечников).

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Теобромин токсичен для многих видов животных, поэтому кошкам, собакам и лошадям от шоколада и какао придется воздержаться. Впрочем, они обычно и не возражают. Однако, рассуждая теоретически, если вам вдруг захочется побаловать соседскую собаку — учтите! Смертельная доза шоколада для среднего размера болонки составляет 2–3 плитки, а для кошки — и того меньше.

Люди с мутацией в гене, отвечающем за синтез печеночного фермента цитохрома Р45°CYP3A4, гиперчувствительны к теобромину — у них злоупотребление этим продуктом может вызвать потоотделение, дрожь в руках и тяжелую головную боль.

Главное действующее вещество чая — не кофеин, хотя его в чае и немало, а теофиллин. Этот брат кофеина похож на теобромин, но в придачу к расслаблению бронхов и сосудов также отлично действует на почечные канальцы и мочеточники. Кроме него, чай содержит некоторые нетрадиционные типы аминокислот (L-тианин), а также танины — дубильные вещества, от которых вяжет во рту. И тианин, и танины замедляют всасывание кофеина. Именно поэтому, выпив чая, мы не ощущаем типичного «кофеинового толчка».

Алкоголь

Что такое алкоголь?

В ходе истории человечества разные этнические группы неоднократно открывали для себя алкоголь, а также обменивались секретами изготовления тех или иных опьяняющих напитков. Однако совершенствование способов их создания в основном происходило в западных странах. Средневековые обитатели Азии вместо вина и пива увлеклись чаем и другими травяными настоями. Обе технологии — восточная, основанная на кипячении, и западная, полагающаяся на стерилизацию с помощью спирта, — помогли развитию цивилизации. В Средние века в воде скрывалось множество опасностей: холера, дизентерийная амеба, патогенные штаммы E. coli. Особенно страшно было пользоваться водой из источников, располагавшихся неподалеку от городов и поселков: как только в городе появлялись один-два больных с поносом, бактерии попадали на землю и с дождем стекали в ближайший ручей или даже колодец.

В те антисанитарные времена алкоголь — особенно вино и пиво — был безопаснее воды: спирт не позволял зловредным микроорганизмам размножаться. Тогда слабоалкогольные напитки, в том числе разбавленное вино, пили практически все. Поскольку содержание алкоголя было достаточно низким, покупатели ценили такие напитки в основном за вкус, что привело сначала к появлению инновационных технологий пивоварения и виноделия, а затем и к развитию сопутствующих культурных привычек. Фактически культура средневековых городов со всеми ее перегибами творилась гражданами, с самого утра пребывавшими в состоянии легкого подпития, и в западных популяциях потихонечку шел естественный отбор, увеличивающий долю генотипов, которые устойчивы к действию алкоголя.

И хотя насаждению виноградников и распространению виноделия в Европе для предотвращения инфекций способствовала христианская церковь, пьянство ею же сурово осуждалось. Кроме оказываемого действия на мозг нужно подумать еще и о том, что спиртное — это, по сути, еда. Калорийность спирта — порядка 7 ккал на грамм. В 100 г чистого спирта — 710 ккал. Следовательно, калорийность водки — 231–250 ккал на 100 г, что, конечно, намного больше, чем у вина, и примерно столько же, как у содержащего растворимые углеводы пива. Калорийность водки высока именно из-за ее крепости. Для простоты представьте себе, что стопка водки соответствует 100 г блинов с маслом или говяжьей тушенки.

Чтобы извлечь из алкоголя энергию, молекулу этанола надо превратить сначала в уксусный альдегид, а затем в уксусную кислоту и другие безвредные продукты, которые потом выводятся из организма. Для этого у нас есть два фермента: алкогольдегидрогеназа (АДГ) и ацетальдегиддегидрогеназа (АлДГ). Важны оба: второй работает с продуктом, поставляемым первым; вместе они составляют ферментативную цепочку.

Все бы хорошо, но промежуточный продукт переваривания алкоголя — уксусный альдегид — гораздо токсичнее этанола и при накоплении вызывает весьма неприятные ощущения. Именно поэтому люди со слишком активной АДГ более подвержены как негативным эффектам алкоголя, очевидным уже в процессе распития, так и похмельному синдрому.

Представьте себе сочетание гиперактивной АДГ и «ленивой» АлДГ. Выпив рюмку, несчастные жертвы этого сочетания ферментов, так и не успев почувствовать опьянение, попадают прямо в состояние похмелья, а затем очень долго не могут из него выйти. Теперь представьте мнимого счастливчика с «медленной» формой АДГ и «быстрой» АлДГ — такие люди легко пьянеют и почти не страдают от похмелья, а следовательно, у них есть серьезные предпосылки для развития зависимости.

Два описанных варианта, конечно, крайние. Большинство европейцев относятся к фенотипу «серединка на половинку», и вот почему. Скорость работы ферментов, нейтрализующих алкоголь, определяется генетически. Каждый из них может быть представлен «быстрой», «медленной» или «стандартной» формой. Поскольку в нашем геноме каждый ген имеется в двух копиях, большинство людей наследуют от папы с мамой две разные формы фермента, которые вместе и определяют «средненькую» его активность.

А вот у коренного населения Юго-Восточной Азии сочетание «быстрых» ферментов первого этапа с «медленными» второго встречается гораздо чаще. Даже бокал вина вызывает у них головокружение, учащение сердцебиения, потоотделение и тошноту. Наиболее заметно со стороны ускорение тока крови в сосудах и покраснение кожи лица, по которому весь комплекс симптомов получил название флаш-реакции.

Заметьте, вышеописанное не значит, что китайцы не переносят алкоголь. Примерно треть обитателей Поднебесной способна выпить не меньше, чем европейцы. Особая устойчивость русских к выпивке тоже не более чем легенда: по частоте генных вариантов, определяющих метаболизм алкоголя, русские ничем не отличаются от других народов Европы.

Кстати, «азиатский» тип реакции на алкоголь может быть не только врожденным, но и спровоцированным извне. Именно такую реакцию вызывают импланты дисульфирама, составляющего медикаментозную основу методов лечения алкоголизма, которые известны в народе под названиями торпедо и эспераль.

Дисульфирам отключает ферменты второго этапа утилизации алкоголя. Даже при минимальной дозе наличие в крови дисульфирама гарантирует почти мгновенное наступление тяжелого, длительного похмелья.

Без сомнения, вино и пиво, а тем более водка не относятся к полезным продуктам. Но многие хотели бы оправдать для себя употребление хотя бы какого-то количества алкоголя — и, поверьте, среди исследований легко найти те, что выступают адвокатами для таких напитков. Давайте посмотрим на медаль с двух сторон. Большинство людей распределяются в соответствии с так называемой кривой гормезиса.

Гормезис — на все руки мастер!

Помните слова Парацельса? «Яд или не яд — это вопрос дозы». Так вот, гормезис — так называемое парадоксальное стимулирование. Малые дозы смертельно опасного вещества бывают благоприятны. Главное — вовремя остановиться.

Наш организм привык к функционированию в режиме частых, но кратковременных встрясок. Едим спокойно свои ягоды-коренья, и вдруг в кустах затрещало! Бежать! Но нет, это не саблезубый тигр… это Вася из соседнего племени пришел на запах костерка. Ничего страшного, просто маленькая, но успешная тренировка всех систем организма: нервной, сердечно-сосудистой, мышечной… Мы в тонусе. Боевая готовность проверена.

Слово «гормезис» греческого происхождения и означает «быстрое движение» или «быстрый ответ на стимуляцию». Концепция гормезиса далеко не общепринятая в мире науки, несмотря на строгую доказательную базу и растущее число сторонников. Связано это с инерцией научной культуры. На заре развития концепции гормезиса, в начале XX века, главными двигателями этой идеи были гомеопаты, впоследствии дискредитировавшие себя в глазах научного сообщества. Однако у гормезиса с гомеопатией нет ничего общего: эта вполне жизнеспособная концепция пострадала, так сказать, по ходу научной дискуссии. Навредили ему и киты химической промышленности, которые использовали идею благоприятного стресса как карт-бланш для беспроблемного загрязнения среды в пределах допустимых концентраций. Теперь постараемся отделить зерна от плевел.

Ключ к пониманию механизма гормезиса лежит в универсальности ответа нашего организма на стрессы. Для каждого стрессора горметические дозы строго индивидуальны. Многие люди настолько чувствительны к кофеину, что им приходится отказываться даже от чая. О полной непереносимости алкоголя многими уроженцами Юго-Восточной Азии ходят легенды. О том, где проходит граница вашей собственной зоны здоровья, нельзя догадаться, рассматривая таблицы статистики в научных работах.

Но что-то сделать можно. Во-первых, протестировать собственные генные варианты, влияющие на метаболизм алкоголя. Во-вторых, если после второй рюмки человек, как правило, чувствует головную боль, значит, больше одной ему нельзя. Самонаблюдение особенно хорошо помогает тому, кто понимает, какие именно физиологические процессы, запускаемые стрессором, происходят в его организме. Оценивать нужно не только степень тяжести от серьезного похмелья, но и самочувствие после небольших доз алкоголя, продуктивность, внимательность и эмоции. Как минимум один из авторов этой книги отказался даже от небольших доз алкоголя, опираясь именно на этот анализ.

Вред и польза спиртного: жюри на совещании

Сравнивая вред и пользу от алкоголя, важно понимать, что, как и в случае любого другого горметина, среднепопуляционную невидимую границу нащупать невозможно. Проведено множество исследований, в сумме указывающих на отсутствие вреда от умеренного потребления алкоголя и чрезвычайно высокий вред от перехода за эту грань, весьма условно определяемую по формуле «один дринк в день».

Однозначный вывод не сделан. Жюри удалилось на совещание лет двадцать назад и так и не вернулось. Видимо, в каждом случае мы должны опираться на состояние и ситуацию конкретного человека. Например, при беременности риски точно превосходят потенциальный выигрыш, поэтому ради здоровья ребенка от алкоголя необходимо отказаться. А в остальных ситуациях изучайте факты и делайте выводы.

Итак, умеренное потребление алкоголя. В зависимости от дизайна исследования, от работы к работе — а их уже далеко за сотню! — мы либо видим снижение риска заболеваний сердца и сосудов (будь то инфаркт, ишемический инсульт, внезапная остановка сердца, а также заболевания периферических сосудов), либо уверенно диагностируем отсутствие вреда[205]. Не зависит «защитный» тренд и от пола, возраста и состояния здоровья.

Связано это с тем, что наблюдаемые эффекты нелинейны, а значит, с трудом вписываются в общепринятую концепцию прямой зависимости эффектов от дозы. Если вещество в небольших количествах может не нанести вреда, а при превышении лимита становится вредным, проблем с его изучением нет. В случае же алкоголя ситуация не так прямолинейна.

Указанные наблюдения относятся строго к категории «один дринк в день», или не более шести в неделю. Определение «дринка» при этом весьма расплывчатое и разнится от исследования к исследованию. Для практического подсчета наиболее часто используют следующие дозировки: 45 мл водки, коньяка, виски или другого сорокаградусного напитка, что считается эквивалентом 150 мл сухого вина (примерно пятая часть бутылки), или 100 мл портвейна, или одна бутылка пива (маленькая, а не большая). Для женщин все эти дозы значительно ниже, примерно на 30%. Никакого сексизма, просто поправка на массу тела[206].

Cпециалисты из Всемирной организации здравоохранения считают, что нет безопасной дозы алкоголя. Большинство крупных когортных исследований указывает на неблагоприятное его воздействие в масштабах каждой отдельной страны на состояние здоровья населения[207].

Были и крупные исследования, проведенные среди американских медсестер, санитаров и других медицинских работников, которые показали, что умеренное потребление алкоголя снижает риск развития диабета второго типа и заболеваний желчного пузыря[208]. Те же исследования продемонстрировали, что при превышении границы, соответствующей примерно 100 г крепкого алкоголя в день, все защитные свойства исчезают, а негативные расцветают пышным цветом[209]. Ученые призывают улучшить дизайн исследований, чтобы не возникало ощущения, будто медперсоналу обязательно нужно пить для здоровья. Все же алкоголизм — одна из серьезнейших проблем среди врачей[210].

Как и в случае других веществ, модифицирующих заболеваемость, для хорошей выраженности действия алкоголя важна… ни за что не угадаете! — регулярность. Доза алкоголя в граммах, или «дринках», раньше рассчитывалась как среднее за неделю. В современных исследованиях учитывается и вариант употребления «много, но редко» и «часто и по чуть-чуть».

По результатам современных систематических обзоров видно, что нет разницы между способами приема алкоголя. Например, от одного из самых частых заболеваний — рака груди — умеренное потребление алкоголя не только не защищает, но и наоборот. Как только его потребление переходит границу 28 г в день (примерно 220 мл вина или две бутылки легкого пива), вероятность развития карциномы молочной железы повышается на 41%. Таковы результаты метаанализа исследований привычек и заболеваемости среди трехсот двадцати тысяч женщин разных национальностей.

Заметьте, эти цифры не значат, что рак разовьется у 40% женщин, выпивающих по полбутылки вина в день. В настоящее время напасть и так поражает примерно тринадцать женщин из ста. Сорокапроцентное увеличение риска означает, что в течение жизни из каждых ста «слегка неумеренных» любительниц алкоголя карциному молочной железы рано или поздно обнаружат не у тринадцати, а у семнадцати-восемнадцати. С одной стороны, статистика четко выявляет тренды на уровне стран и народов, но не может предсказать, разовьется ли рак у конкретного человека; с другой — все уже понимают, что заявления вроде «моя бабушка пила каждый день по стопочке и дожила до девяноста лет» — банальная ошибка выжившего, призывать опираться на которую совершенно бессмысленно.

Вынести окончательный вердикт в определении «безопасной» дозировки мешает невозможность провести правильное, «слепое» клиническое исследование, где испытуемые не знали бы, что именно они пьют, но делали бы это регулярно. Представьте себе десять тысяч добровольцев, которые по воле генератора случайных чисел оказались приписанными либо к контрольной (никакого алкоголя), либо опытной («умеренная» доза) группе. Каждому из них на неделю выдадим по кувшину вина или безалкогольного напитка, не отличающегося от вина ни вкусом, ни запахом, ни опьяняющими свойствами.

Ой! Нужна еще третья группа — «неумеренных» выпивох, у которых тоже не будет свободы выбора. Им выдадим по три кувшина вина в неделю и проследим — пусть они пьют всё до капли! Ой, нет. Не выйдет. Назначенные «выпивохи» догадаются, в какую группу попали, и забеспокоятся о своем здоровье. Значит, нам придется волшебным образом «сконцентрировать» все три кувшина вина в одном, но так, чтобы испытуемые не догадались о крепости напитка.

А что, если в группу «выпивох» попадут люди с «похмельной» комбинацией алкогольперерабатывающих ферментов? Вот они намучаются, бедолаги! Такая модель исследования попадет в категорию неэтичных, и нам придется генотипировать добровольцев, отбирать только устойчивых к «умеренному» потреблению алкоголя. Но ведь склонность к развитию алкоголизма имеется именно у этих граждан, устойчивых к токсичному действию уксусного альдегида. А что, если несчастный, назначенный нами на должность «выпивохи», начнет поглощать не по три кувшина вина в неделю, а по десять? Он пропьет зарплату, а его жена подаст на нас в суд — и будет права: ведь это именно мы, горе-«ученые», споили бедолагу.

В общем, сами понимаете — исследование мы задумали не из легких. Такой дизайн для научной работы не одобрит ни один комитет по этике. Именно поэтому последняя точка в рассказе о последствиях употребления алкоголя будет поставлена еще не скоро[211].

Легенды о красном вине

Надо сказать, что сказанное выше относится к любому алкоголю, то есть, собственно, к этиловому спирту.

С красным вином история отдельная, более запутанная. Кроме этанола и, естественно, воды оно содержит «экстракт» ягод винограда, в который входит около шестисот составляющих. Содержание экстракта в вине зависит от условий его производства и типа лозы. В белых винах его около 22 г/л, в красных — до 30 г/л, а в портвейне и других крепких десертных винах — и того больше.

Интенсивный красный цвет мерло и каберне определяется содержащимися в этих винах флавоноидами — мощными природными антиоксидантами, относящимися к полифенольным соединениям, которые мы упоминали, когда рассказывали о микрофлоре кишечника. Еще один полифенол — знаменитый ресвератрол — также сильный антиоксидант, но в придачу обладающий еще и свойствами эстрогена. В литре красного вина в среднем содержится 3–4 мг ресвератрол-подобных соединений, а в белом только 0,3 мг. Больше всего ресвератрола найдено в красных сортах винограда — каберне, пино и мерло: до 4,4 мг на литр.

Надо заметить, что эстроген эстрогену рознь. В отличие от «классических» женских гормонов эстрадиола и диэтилстильбэстрола, которые ускоряют развитие рака молочных желез и тела матки, ресвератрол, наоборот, подавляет рост опухолевых клеток. В дополнение к этому он снижает риск остеопороза и стимулирует синтез коллагена, омолаживая кожу.

Как только об этих свойствах узнали ученые, за право представить полное клиническое описание действия чистого, выделенного из винограда ресвератрола началась целая гонка. На разных животных и клеточных моделях исследователи показали, что он увеличивает чувствительность к инсулину, защищает сердечную мышцу и даже предотвращает образование в мозге амилоидных бляшек, характерных для болезни Альцгеймера.

Но больше всего шуму наделали работы гарвардского ученого Дэвида Синклера, в то время сотрудничавшего с компанией BIOMOL, которая впоследствии была приобретена группой Enzo. В 2003 году Синклер и его сотрудники показали, что ресвератрол значительно продлевает срок жизни пивных дрожжей, червяков и мух дрозофил[212]. Однако другие исследователи не смогли подтвердить результаты его работ; неверным оказался и механизм действия ресвератрола, предложенный исследователем. А третьи подтвердили некоторую часть выводов Синклера и отвергли другую. В общем, как часто бывает в науке, результаты оказались из серии «то ли дождик, то ли снег».

И вот — новый прорыв, на этот раз в области продления жизни! В 2007 году вышла статья о том, что ресвератрол на 56% увеличивает продолжительность жизни карликовых рыбок, в норме погибающих уже через девять недель после вылупления из икринки[213]. Более того, на ресвератроле престарелые рыбки были активны и сохранили хорошие способности к обучению даже в старости, в то время как рыбки на обычной диете погрустнели и потеряли интерес к жизни.

Синклер показал, что смертность мышей на диете с повышенным содержанием гидрогенизированного кокосового масла и ресвератролом на 30% меньше, чем у животных на такой же вредной жирной диете, но без волшебной добавки. Однако в экспериментах, проведенных в рамках Программы тестирования средств, прерывающих старение (Interventions Testing Program, ITP), Национального института старения, на молодых мышах, содержащихся на стандартной диете, никакого продления жизни исследователи не обнаружили, несмотря на высокие дозы ресвератрола[214].

Опять противоречие? Может, да, а может, и нет. Эти и другие эксперименты показали, что ресвератрол помогает бороться с «ускоренным» старением, снижая его темпы до нормальных, а при обычной скорости его эффекты малозаметны.

А что же с людьми? «Волшебные» свойства ресвератрола вызвали такую бурю энтузиазма, что целый ряд компаний и академических институтов нашли средства для клинических испытаний этого вещества в качестве биодобавки к диете. Приведем лишь несколько примеров.

Хорошие новости от польских ученых: три месяца терапии ресвератролом (1500 мг в день) заметно улучшили гормональное состояние и метаболизм углеводов у женщин с поликистозом яичника[215]. Правда, группа составляла всего тридцать человек.

Вещество бесполезно — так сообщают нам ученые из Маастрихтского университета в Голландии. Дополнительная поддержка с помощью 150 мг ресвератрола в течение тридцати дней не помогла диабетикам в отношении устойчивости к действию инсулина, но состояние митохондрий у них заметно улучшилось[216].

К диете людей с избыточным весом ресвератрол добавляли все кому не лень — уже известны результаты более двадцати таких клинических испытаний. Проанализировав весь массив работ, китайские статистики подтвердили, что принимавшие ресвератрол так и не похудели, но у них улучшился уровень холестерина, снизились давление и уровень глюкозы в крови натощак. Анализ также показал, что шансы увидеть положительную динамику увеличиваются при более высоких дозах ресвератрола — как минимум 300 мг в день[217]. Вроде выглядит интересно, но давайте думать дальше.

Помните, что мы написали выше? В литре красного вина содержится в лучшем случае 4,4 мг ресвератрола. А чтобы увидеть эффекты этого соединения на здоровье, мы должны получать 300 мг или более. Выходит, в день надо пить… примерно 700 л!

Точки над «и» расставило исследование итальянских ученых, которые померили концентрации ресвератрола и его производных в крови двадцати пяти добровольцев, получивших по 600 мл красного вина или натощак, или во время еды (интересно, насколько трудным для ученых был набор испытуемых в такую экспериментальную группу?)[218]. Оказалось, что более чем у половины участников ресвератрол вообще не попал в кровь! А у тех, к кому попал, через три-четыре часа полностью вывелся. У тех, кто получал вино натощак, результаты были несколько лучше, чем у тех, кто закусывал его плотным обедом, но не позволяли сделать вывод о том, что поступивший с вином ресвератрол способен влиять на здоровье. Уж слишком малы были его концентрации.

Последний удар по роли ресвератрола в успехе винно-шоколадной диеты (да-да, и в шоколаде он тоже есть!) нанесла работа Ричарда Сембы из Университета Джонса Хопкинса, вышедшая в журнале JAMA Internal Medicine. Ученые оценили естественную разницу в уровне ресвератрола в рационе и в моче почти восьмисот пожилых людей, проживавших в Италии, в регионе Кьянти, где красное вино к столу подают в изобилии[219]. По уровню продуктов метаболизма ресвератрола в моче участников поделили на четыре группы, а затем в течение девяти лет следили за их самочувствием, время от времени перепроверяя эти уровни. Итальянцы ели и пили все то же, что и всегда, и за здоровьем особенно не следили.

Через девять лет после начала этого не слишком обременительного исследования двести шестьдесят восемь его участников всё же скончались от тех или иных заболеваний. Анализ данных показал, что параметры возрастной заболеваемости у людей, употреблявших в пищу продукты с высоким содержанием ресвератрола, и у тех, кто его получал недостаточно, ничем не различались. Да и на продолжительность их жизни ресвератрол не повлиял.

По-видимому, благоприятный эффект знаменитой французской диеты, изобилующей красным вином, стоит приписать не ресвератролу как таковому, а всему комплексу полифенольных антиоксидантов, присутствующих в красном вине, шкурках винограда или… вообще во всем спектре разнообразных продуктов, входящих в сбалансированный рацион.

А что же ресвератрол? Ведь столько исследований подтвердили его несомненную пользу!

А его никто не отменял. Просто вино тут ни при чем. В промышленных количествах ресвератрол получают из растения горец японский (Polygonum Cuspidatum), в котором его аж 0,2–1,8 мг на 1 г сухого веса, добавляют его куда можно и нельзя и приписывают ему теперь любые полезные свойства — от похудения до увеличения продолжительности жизни. Отличное применение для сорняка, от которого невозможно избавиться.

Сон разума в подпитии

Алкоголь и сон — отдельная история. Поскольку спиртное обладает седативным эффектом, рюмочка перед сном облегчает засыпание, особенно у нервных особ. Однако не все так просто. Заснув, наш организм не перестает метаболизировать алкоголь, а значит, его концентрация в крови с приближением утра постепенно снизится. Но и концентрация «похмельного» альдегида, ответственного за утреннюю несвежесть, также постепенно вырастет. В какой-то момент действие альдегида перевесит седативный эффект алкоголя, и качество сна ухудшится.

У некоторых людей сон так крепок, что они не заметят токсичной нагрузки, но далеко не у всех. С плавным нарастанием токсикоза «невезунчики», которых среди нас большинство, перейдут от крепкого сна к поверхностному, что скажется на общем качестве отдыха; поэтому, пробудившись, они почувствуют себя не слишком уютно. Вроде похмелья нет — голова не болит, но жизнь все равно не в радость из-за недосыпа. Чтобы взбодриться, такой человек приналяжет на кофе, который останется в крови до вечера и снова помешает уснуть. И если для компенсации кофейной бессонницы он опять потянется к рюмке, порочный круг продолжится, а со временем сможет привести к устойчивому нарушению сна. Паттерн «умеренного» потребления алкоголя перед сном наблюдается у примерно 10% европейцев. Ничего хорошего в этом нет, поскольку плохое качество сна сводит на нет всю защиту, предоставленную горметиком.

Чтобы избежать неблагоприятного влияния алкоголя на сон, не стоит принимать его перед тем, как отправиться в спальню.

Похмельное утро

Нужно ли похмелье считать заболеванием? С одной стороны — голова болит, во рту сухо, в желудке муторно, хочется порвать соседей на ленточки. Налицо синдром, проявляющийся целым рядом клинических симптомов. С другой же стороны, никто нам руки не выкручивал и зубы не разжимал: выходит, мы сами себе навредили. А потому страдающий похмельем гражданин далеко не всегда вызывает сочувствие у не поддавшихся искушению сотоварищей.

С точки зрения медицины похмелье — состояние патологическое и представляет собой отравление метаболитами алкоголя, а также содержащимися в недоочищенных напитках зловредными примесями, в частности сивушными маслами. В случаях отравления медицина занимается исключительно вопросом «Что делать?», а не «Кто виноват?», и подходит к похмельному больному так же, как и к поломавшему ногу: не спрашивая, по доброй воле он полез на гору кататься на лыжах или его заставили.

Об одном из компонентов похмелья — уксусном альдегиде — мы уже рассказали выше. Этот метаболит алкоголя — настоящий яд, он токсичнее спирта примерно раз в двадцать-тридцать. Чтобы его обезвредить, клетка использует так называемый окисленный NAD (NAD+), истощая его запасы. Пытаясь их восполнить, клетки обкрадывают процесс биосинтеза глюкозы, необходимой для нормальной работы мозга, поэтому с похмелья голова не работает: болит, плохо соображает и посылает другим частям организма команду полежать, а вовсе не поработать. Еще одно подтверждение опасности алкоголя для организма человека.

Уксусный альдегид образуется из этанола прямо в нашей крови, а вот загрязняющие спирт токсичные сивушные масла поступают вместе с алкоголем, из рюмки. Сивушные масла — смесь весьма ароматных молекул, токсичная, но почему-то приятная на вкус. Именно ими и определяются вкусовые качества конкретных разновидностей крепких алкогольных напитков — виски, бурбона, джина, да и самогона. Чем прозрачнее жидкость, тем она чище. Чем темнее — тем тяжелее похмелье, поэтому с точки зрения предстоящей токсичности водка все же лучше экзотики. Ухудшат похмелье и танины (терпкое вино), и сахар (в том числе в составе кусочка торта).

Еще один элемент похмелья — обезвоживание. Алкоголь стимулирует образование мочи — любители пива хорошо знакомы с этим. В дополнение к потере жидкости с мочой еще некоторое ее количество собирается в тканях, вызывая их отек. Из-за этого снижается объем крови — наступает гиповолемия, усугубляющая состояние отравления. К счастью, у проблемы алкогольного обезвоживания есть простое решение: попить воды, воду с электролитами или любую жидкость — источник солей вроде рассола. А лучше пить воду весь вечер, вместе с алкоголем, а еще лучше — вместо!

Другие решения проблемы похмелья чисто симптоматические. Есть надежда, что аспирин поможет справиться с головной болью, янтарная кислота — поддержит пошатнувшийся цикл Кребса, а аскорбиновая — ускорит разрушение зловредного ацетальдегида (именно поэтому алкоголики, завязавшие методом эспераль, используют мегадозы витамина С, чтобы выйти из-под контроля). Однако все эти методы не более чем биохимическая «косметика». Волшебной пилюли, за считаные минуты избавляющей от похмелья, пока не изобрели.

Ацетат — и друг, и гад

Как говорил Федор Михайлович Достоевский, даже слабое и безвкусное вино может стать превосходным уксусом.

И действительно, конечный продукт метаболизма алкоголя — именно уксус, точнее уксусная кислота, а еще точнее — ее ион ацетат. С одной стороны, он прекрасен тем, что совсем не токсичен и к тому же отлично выводится из организма. Но проблема в том, что выводится-то он далеко не сразу. Примерно через восемь-двенадцать часов после принятия алкоголя концентрации ацетата в наших клетках намного выше, чем до распития.

Само по себе повышение содержания ацетата ничем не опасно, однако для клеток мозга это маркер поведения, причем хорошего. Получив дозу ацетата, нейроны оценивают действия, совершенные нами в предшествовавший этой дозе временной промежуток, как правильные, и запоминают их паттерн. Процесс такого запоминания — не что иное, как ассоциативное обучение.

Механизмы обучения мозга положительному ответу на ацетат были раскрыты в работе ученых Медицинского колледжа имени Альберта Эйнштейна, которые пометили молекулы этанола специальным стабильным изотопом и ввели его в организм мышей, для скорости путем инъекции[220]. Этанол, как и ожидалось, перешел в ацетальдегид, а потом и в ацетат, а вот затем произошло настоящее чудо. Помеченные изотопом ацетат-ионы не просто растворились в крови или даже в клеточной цитоплазме, а быстро проникли в клеточные ядра, где соединились с молекулами белков гистонов, определяющих, насколько открыты для считывания различные участки ДНК. Оказалось, что прием алкоголя — для клеток мозга, по сути, встреча с ацетатом — приводит к заметному изменению уровней двух-трех тысяч (!) разных мРНК. Для нейронов такая волна служит положительным подкреплением и со временем содействует развитию «тяги» к алкогольным напиткам.

Впрочем, точно так же на наши нейроны действуют и салат, заправленный уксусным соусом, и замаринованный шашлычок.

Наши маленькие друзья

Помните Папулю Хогбена из книги Генри Каттнера «Мы Хогбены»? Он обучил своих друзей Ферментов — судя по фамилии, иностранцев — превращать сахар в спирт прямо в его животе и оставаться навеселе сколько угодно.

Оказалось, такое может случиться не только в фантастическом рассказе. Правда, ферменты, принимающие в этом участие, — не человеческие, а дрожжевые. В Японии и в США был описан ряд больных, пострадавших от непрерывного самогоноварения со слишком разросшимися дрожжами. У некоторых из них дрожжи выросли самые что ни на есть обычные, пивные (Saccharomyces cerevisae), а у некоторых — значительно более зловредные дрожжевые грибки рода Candida[221]. И те и другие дрожжи делают алкоголь из сахара, а потому процесс запускается после обильной, богатой углеводами трапезы — пиццы или тортика с кока-колой.

Как правило, больные синдромом, получившим вполне научное название «автопивоварня», догадываются о внутренних самогонщиках только после того, как оказываются задержанными сотрудником ДПС за вождение в пьяном виде. Содержание алкоголя в их крови может достичь внушительных цифр, вплоть до 0,4 промилле. В такой ситуации, даже если задержанный отрицает, что выпил, нельзя не признать, что инспектор прав. Другие, менее явные симптомы «автопивоварни» зависят от генотипа больного, а именно от генных вариантов, определяющих скорость каждой из двух стадий нейтрализации алкоголя, о которых мы говорили выше. Кто-то будет слегка подшофе, а кто-то заметит, что его постоянно подташнивает, голова тяжела, да и кошка отчего-то громко топает по полу.

Чаще всего состояние «автопивоварни» развивается у пациентов с болезнью Крона, а также так называемым синдромом короткого кишечника, то есть у лиц с заведомо нарушенной микрофлорой. Настораживает, что последний из подробно задокументированных случаев «автопивоварни», описанный в недавней работе врачей из Нью-Йорка, развился по окончании интенсивного курса антибиотиков, а значит, что данное состояние — не просто медицинский курьез, а реальность, которая нередко остается недиагностированной[222].

К счастью, диагностика «автопивоварни» довольно проста. Если вы уверены, что ничего не пили, а чувствуете себя как с похмелья, проведите «тортиковый» тест, а затем в течение суток регулярно измеряйте уровень алкоголя в крови с помощью бытового алкодозиметра. Если хотя бы раз в течение двенадцати часов после углеводной нагрузки уровень превысит 0,05 промилле, срочно бегите к специалисту. Врач может назначить дополнительные обследования бактериального состава кишечника или контроля уровня глюкозы. Помимо основного лечения вам могут порекомендовать временно снизить количество углеводов в рационе, а также избегать алкоголя и простых сахаров.

Газированные напитки

Кстати, о простых сахарах. Самый первый по популярности их источник в нашем рационе — сладкие напитки. Вкусные, освежающие, безалкогольные доступные по цене напитки завоевали мир после установки первых торговых автоматов в первой половине XX века. С тех пор их популярность только растет — вместе с размером стакана в руке посетителей кинотеатров и заведений общественного питания.

Кроме того, что напитки с добавленным сахаром — источник жидкости, другой пользы организму человека они не приносят. Более того, их частое включение в рацион ассоциируется, пожалуй, с самым огромным букетом проблем со здоровьем, который только можно представить: от диабета и ожирения до рака желудка[223].

Недавнее исследование, посвященное потреблению сахара и диабету в ста семидесяти пяти странах, показало, что с каждыми дополнительными ста пятьюдесятью килокалориями, поступающими в наш организм вместе с простыми сахарами в день — а это как раз баночка газировки, — риск диабета второго типа увеличивается на 1,1%[224].

Эта проблема вызвала множество недоумений у специалистов общественного здравоохранения: с одной стороны такой дешевый и доступный продукт, а с другой — такое сложное и дорогое в лечении заболевание. Именно поэтому за последние несколько лет многие страны, например Мексика и Великобритания, начали повышать налоги на производство и продажу напитков с добавленным сахаром. Однако производители не сильно горевали и продолжили поставки на полки магазинов все тех же напитков, только сахар заменили бескалорийными подсластителями. Приведет ли это к заметному снижению проблем, связанных с чрезмерным употреблением сахара? Это мы увидим лишь через какое-то время.

О подсластителях, кстати, мы знаем немало, но пока не так много, как о сахаре. В небольших количествах они безопасны, не вызывают рак, болезни сердца или сахарную зависимость, используются чаще как альтернатива для тех, кому нельзя было включать большое количество сахара в рацион. Некоторые подсластители (сорбит, маннит и др.) могут приводить к диарее при количестве более 30 г в сутки. Сорбитол, эритриол, ксилитол, мальтитол (может вызывать подъем сахара), лактитол и т. д. — очень часто встречаются и безопасны в умеренных дозах, даже могут послужить едой хорошим бактериям (например, Bifidobacteria)[225]. Ксилитол, эритринол, сорбитол вообще используются в жвачках и зубных пастах (FDA, EFSA).

А умеренное использование бескалорийных подсластителей в качестве безопасной замены сахара позволяет ограничить потребление энергии и содействует в регулировании уровня глюкозы в крови и веса[226].

Что же пить?

О норме воды в течение дня говорить сложно. Нет шести стаканов в день для детей или восьми для взрослых. Самое главное — пить нужно не забывать! Вот какие критерии можно попробовать.

1. Если не забывать пить за тридцать минут до и после еды, как раз наберется примерно нужное число стаканов. Кстати, этот совет совсем не связан с тем, чтобы не пить во время еды. Тут как раз все индивидуально: запивать еду можно и нужно, если это помогает качественно пережевывать пищу.

2. Не забывать водянистые фрукты, чай — все это источники жидкости для организма, вопреки множеству мифов об уникальности простой воды как источника жидкости.

3. Не бояться употреблять разные напитки, если нет желания пить только воду.

Можно установить приложение вроде WaterBalance: оно напоминает, что нужно попить воды, если ваш организм отказывается вам подсказывать.

ВАЖНО: обезвоживание часто путают с первыми признаками простуды или переутомлением. В такой ситуации было бы неплохо понять, когда вы пили воду последний раз. Хорошо, если у вас всегда есть с собой своя бутылка.

Нормы потребления жидкости у каждого свои, но недавно был опубликован удобный гайдлайн: EFSA и Британская ассоциация питания рекомендуют шесть-восемь стаканов (по 150–200 мл) жидкости в день. Что это может быть?

Вода — хороший выбор в течение дня, потому что насыщает, не обеспечивая дополнительную энергию (калории/килоджоули) или нанося вред зубам. Кто не любит простую воду, можно пить воду с ароматом огурца, апельсина, лимона, мяты — для этого небольшое количество этих продуктов можно положить в кувшин или в бутылку, взять с собой. Также нет ничего плохого в слегка газированной воде — многие пьют ее с большим удовольствием, чем обычную.

Сейчас многие производители ищут способы помочь людям пить больше воды. Особенно это касается групп риска — пожилых и людей с деменцией, тех, кто просто забывает об этом. Оказывается, пить воду с пузырьками может быть приятнее, и риск дегидрации снижается. На данный момент нет доказательств того, что газированная простая вода опасна для вас. Она не вредна для зубов и, скорее всего, не влияет на здоровье костей. Интересно, что газированный напиток может даже улучшить пищеварение, усиливая способность глотать и уменьшая запоры. Газированная вода не станет причиной синдрома раздраженного кишечника, но может усилить симптомы у тех людей, кто страдает от и так частых вздутий. Обязательно проконсультируйтесь с врачом, если такие боли у вас возникают регулярно.

Нет причин отказываться от этого напитка, если он вам нравится. Включение его в рацион может даже улучшить ваше общее состояние здоровья. Этого не скажешь о газированных сладких напитках, о которых мы уже упоминали выше.

Молоко, питьевые кефиры, ряженку или растительные альтернативы молока стоит включать в рацион регулярно.

Молоко — отличный источник питательных веществ, особенно белка, витаминов группы В, йода и кальция. Молочные напитки с добавленными сахарами, такие как молочные коктейли, горячий шоколад и соленые напитки, можно пить реже. Растительные альтернативы, обогащенные кальцием, допустимо включить в рацион вместо коровьего молока или для приготовления смузи.

Фруктовые и овощные соки, компоты и смузи — достаточно раза в день. Независимо от типа отжима, они могут стать источником важных витаминов и минералов, а смузи — еще и клетчатки. Но они также содержат сахара и кислоты, которые вредны для зубов, поэтому рекомендуется ограничивать их одним средним стаканом в день. Смузи может стать одной из пяти порций овощей и фруктов, рекомендованных ежедневно. Соки допустимо разбавлять водой для снижения уровня кислотности и сахаров.

Любимые нами компоты имеют не такую высокую кислотность (лучше варить, не добавляя лишний сахар или совсем чуть-чуть), отлично всасываются и подходят в случае, если вы неважно себя чувствуете и не хотите пить обычную воду.

Чай, горячий шоколад и кофе. Кофеин, естественно, присутствует в этих напитках, делая их не лучшими источниками жидкости. Он безвреден в небольших дозах, но следует избегать больших порций. Детям до четырех лет вообще не стоит их пить, а после четырех не рекомендуется превышать потребление 45 мг. Если появляется желание купить такой напиток, нужно стараться выбирать вариант без кофеина.

Газированные напитки без сахара насыщают организм влагой и не содержат дополнительных сахаров. Однако в них могут быть кислоты, которые негативно сказываются на состоянии зубов, а также кофеин. Если в анамнезе — лишний вес, а в рационе присутствует сладкая газировка, напитки без сахара могут стать временной альтернативой. А лучше вообще перейти на воду или так называемую infused воду — с ягодкой или огурчиком.

Сладкие напитки и газировка. Как мы уже отмечали, это первое, чего стоит избегать, поскольку в них много сахара и нет никаких других питательных веществ. Они также могут содержать кислоты, которые вредны для зубов. Некоторые такие напитки содержат кофеин. По статистике, сладкие напитки — один из основных источников сахара в рационе современного человека, однако именно от него и отказаться проще всего.

Спортивные и энергетические напитки совсем не подходят для питания детей (запрещены к продаже детям до шестнадцати лет в Великобритании), поскольку могут содержать слишком много сахара и кофеина и других стимулирующих веществ даже для активного взрослого.

Глава 7. Гены и диета

Что в нас заложено

С точки зрения генетика, люди в среднем различаются между собой не более чем на полпроцента, еще сильнее (на 0,1%) различаются между собой совершенно не связанные друг с другом люди. Однако мы знаем, что этих небольших отличий достаточно, чтобы сделать нас непохожими друг на друга: по цвету волос и кожи, группе крови и склонности заболеть мигренью или артритом. Большинство этих различий не настоящие мутации, причиняющие вред: голубые глаза ничем не хуже зеленых.

Более того, слово «мутация» неуместно даже в случаях, когда генетическое отличие, которое ученые часто называют генным вариантом или вариантом ДНК, придает организму несколько большую предрасположенность, скажем, к развитию рака молочной железы. Если бы свойства такого генного варианта были явно неудачными, он остался бы очень редким или даже исчез в процессе эволюции. Формально негативные свойства большинства на первый взгляд «нехороших» генных вариантов сбалансированы позитивными, причем выигрыш иногда довольно велик. Например, среднестатистическая вероятность развития неизлечимого рака у человека составляет 23% — безо всякого генетического отягощения.

Наш геном — система сдержек и противовесов, помогающая человечеству функционировать в оптимальном режиме. Добавим в приведенный выше пример немного научных подробностей. Недавно открытый учеными «усиленный» вариант гена ASPM прославился тем, что самым непосредственным образом сделал человека умным, увеличив объем нашего мозга по сравнению с другими приматами. К сожалению, тот же «усиленный» ASPM, выгодно отличающий человека от обезьян, предрасполагает наш вид к развитию опухолей[227]. Это неудивительно. Чтобы «вырастить» больший объем мозга, клетки должны поделиться большее число раз, то есть их природная склонность к делению должна быть выше. Но каждое деление увеличивает вероятность онкогенной мутации и последующего развития опухоли. Генетическая логика неумолима: за новое, весьма полезное свойство мы вынуждены расплачиваться большим риском столкнуться со страшной болезнью.

Что лучше — быть умнее, но иметь больше шансов умереть от рака, или быть не настолько умным, но заметно снизить вероятность канцерогенеза? Этот тяжелый вопрос многих поставил бы в тупик, но выбирать не приходится: мы играем картами, розданными нам при рождении. Однако помните: проигрыш или выигрыш зависит не только от карт, но и от умения игрока. Неосторожный проиграет и с хорошей раздачей, а внимательный и терпеливый может победить и с неважными картами.

Вероятность развития и время начала часто встречающихся заболеваний, таких как ожирение, сахарный диабет второго типа, злокачественные опухоли, инсульт, болезни Альцгеймера и Паркинсона, депрессия, артрит, аутизм и астма, — результат сочетания многих генных вариантов (полученных нами карт) и факторов окружающей среды (стиля игрока). Как и в игре, в жизни мы склонны много раз совершать одни и те же ошибки. Опытные картежники скажут: «Главная ошибка — играть, не глядя на карты».

В жизни розданные нам карты — это генные варианты, а стиль и умение игрока — это его образ жизни, прежде всего диета.

Дискомфорт после приема пищи также может быть связан с наличием генных вариантов, влияющих на переносимость различных продуктов. Чтобы выяснить, действительно ли у вас есть такая непереносимость, можно пройти генетический тест. Возможно, источник дискомфорта — обожаемый вами стакан холодного молока.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Главное — максимально сбалансированный рацион. Если вы сомневаетесь в качестве своего питания и при этом неважно себя чувствуете, а друзья из лучших побуждений рекомендуют вам «попить витаминчики», возможно, стоит сначала все же обратиться к врачу, выявить, какие пробелы есть в вашем рационе, и измерить концентрации в крови всех витаминов, на которые падет подозрение. Правильнее будет попробовать скорректировать выявленный дефицит с помощью баланса рациона. Подключать добавки стоит только по рекомендации врача! Чаще всего они применяются, если необходимо срочное восполнение дефицита или восполнение с помощью рациона невозможно. И вам не придется глотать витамины пригоршнями. Часто достаточно включить в рацион продукт, особенно богатый дефицитным для вас веществом, — ведь из еды витамины усваиваются гораздо лучше!

В ваших клетках могут оказаться генные варианты, понижающие всасывание того или иного витамина в кишечнике. Возьмем, например, витамин В12 (цианокобаламин), необходимый для предотвращения анемии, опухолей, болезней сердца и сосудов, а также возрастных изменений коры головного мозга. Этот витамин поступает в наш организм с мясом, рыбой и молоком. Неудивительно, что у приверженцев вегетарианской диеты его уровень часто снижен. Ситуация осложняется тем, что одни люди хорошо справляются с получением этого витамина даже из вегетарианской пищи, а другие и при мясо-рыбно-молочной диете не могут набрать достаточное его количество. Витамин В12 высвобождается из пищи под действием желудочного сока, а затем всасывается в стенках тонкого кишечника с участием специального белка GIF. Его работе может помешать многое, например инфекции желудочно-кишечного тракта, а также мутации, снижающие связывание транспортного белка с витамином.

Исследования генома показали, что на успешность всасывания витамина B12 влияют не менее тринадцати генов. Самый интересный из них — FUT2 — кодирует фермент фукозилтрансферазу. У некоторых людей FUT2 неспособен высвобождаться из клеток. Казалось бы, дефект налицо! Однако именно эти счастливчики лучше защищены от инфекций желудка вызывающей гастрит бактерией H. pylori, а также зловредным вирусом Норфолк, в народе известным как кишечный грипп. Но это еще не все! Уровень витамина B12 в их крови тоже значительно выше среднего.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Что же делать вегетарианцам или тем, у кого есть генетическая предрасположенность к низкому уровню витамина В12? К счастью, мы живем в XXI веке и можем несколько раз в год сдавать анализ крови для определения уровня этого витамина в организме. В случае недостаточности B12 в рацион рекомендуется включить продукты животного происхождения: мясо, молочные продукты, яйца. Если вы придерживаетесь исключительно растительной диеты, обязательно проконсультируйтесь с врачом о необходимости дополнить свой рацион витамином В12 в виде пищевых добавок. Возможно и назначение этого витамина курсами (внутримышечно, внутривенно или в виде интраназального спрея) при серьезном дефиците. Один из первых симптомов недостаточности В12 в организме — покалывание в кончиках пальцев.

Гены на диване

Теория «бережливых генов» появилась шестьдесят лет назад, во времена, когда современные методы исследования скорости метаболизма еще не были разработаны, да и генетика человека оставалась достаточно абстрактной наукой. В качестве основы своей теории Джеймс Нил использовал довольно разумное на тот момент предположение, что скорость метаболизма в покое (Basic Metabolic Rate, или BMR) у людей, чрезмерно склонных к полноте, заведомо ниже, чем у тех, кто ест и не полнеет. Другими словами, легко полнеющие граждане и более эффективно извлекают энергию из доступных пищевых ресурсов, и меньше сил затрачивают на ежедневное функционирование. Переведя академические статьи Нила на современный язык, мы можем сказать, что толстячки эффективнее.

На самом же деле метаболизм работает не совсем так. Современные исследования показали, что у многих полных людей обмен веществ даже быстрее, чем у стройных. Выходит, метаболизм ни при чем. Сам Нил незадолго до смерти модифицировал свою теорию, переименовав «бережливые гены» в «генетически обусловленные нарушения гомеостаза», подчеркнув, что и так называемый быстрый метаболизм не сможет нас вечно спасать от последствий переедания.

После Нила теория «бережливых генов» не раз подвергалась как критике, так и модификациям. Американские ученые из штата Миссури Ману Чакраварти и Фрэнк Бут расширили теорию Нила, включив в нее действие сил естественного отбора, заставляющих охотников и собирателей поддерживать физическую форму путем ежедневных тренировок[228]. В первобытную эпоху принцип «кто не работает, тот не ест» был всесилен и вездесущ, а потому сидячий образ жизни не способствовал выживанию. Это, в свою очередь, привело к преимущественному наследованию генных вариантов, хорошо работающих при условии высокой физической активности.

В древние времена падение интенсивности физических нагрузок ниже уровня, необходимого для успешной охоты и собирательства, было бы явным признаком заболевания или неблагоприятной пищевой ситуации. То же происходит и сейчас. Мы лежим на диване, и наше тело посылает мозгу сигнал: «Что-то не в порядке! Может, нога сломана? Или засуха наступила?». А мозг отвечает: «Ой! Скушай булочку, пока не поздно! Ведь завтра такому лежебоке, как ты, ее может уже и не перепасть…»

Сейчас многие согласны с гипотезой, что генетическая предрасположенность к ожирению может выражаться ярко — в виде постоянного поиска еды и поглощения ее в больших количествах — или быть скрытой, когда дополнительные калории поглощаются «по возможности». Пример генетической предрасположенности первого типа — весьма редкая врожденная недостаточность лептина, о которой мы еще поговорим чуть позже. А вот латентная предрасположенность к ожирению проявляется при легкой доступности калорийных деликатесов в сочетании с малоподвижным образом жизни (многие из нас сталкиваются с этим почти каждый день).

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Скелетные мышцы — отличный пример человеческой ткани, избыток которой (в разумных пределах) полезен для организма. Наращивание объема мышц способствует ускорению метаболизма, особенно если мышцы привычны к регулярным нагрузкам[229].

Кто виноват и что делать?

Генов, участвующих в процессах как запасания энергии, так и ее расходования, десятки, а то и сотни. Каждый из них представлен в популяции минимум двумя вариантами — «более бережливым» и «менее бережливым». У конкретного человека индивидуальная склонность к полноте определяется общим количеством «бережливых вариантов» и зависит от его генетической «удачи». Частота встречаемости «бережливых вариантов» в популяции зависит от ее истории. Чем меньше народ в прежние времена страдал от голода, тем менее склонны к набору лишних килограммов его современные представители.

Предположим, вы подозреваете, что упрямые килограммы отказываются исчезнуть не просто так, а потому, что ваш генотип предрасполагает к отложению жировых резервов. Что же делать? Прежде всего «врага» надо знать в лицо. Пройдите генетический тест и узнайте, какие карты раздала вам природа. Для преодоления «инерции» кое-каких из этих вариантов наука уже разработала довольно прямые методы, позволяющие эффективно расправиться с лишним жиром. А у некоторых «бережливых» вариантов нашлись важные полезные свойства, от которых вам, возможно, и не захочется отказаться.

Хороший пример такого генного варианта — FTO. Люди, унаследовавшие «бережливый» вариант этого гена, более склонны к отложениям жировой ткани и в среднем весят на полтора, а то и три килограмма больше, чем те, у кого данный генетический фактор отсутствует. Этот генный вариант в наличии у каждого второго жителя Центральной и Средней Европы, в том числе россиянина, а вот в Китае встречается только у каждого пятого[230].

Конечно, наличие «бережливого» варианта FTO не делает человека толстым автоматически. Такие люди всего лишь имеют чуть большую предрасположенность к набору веса, причем, вероятнее всего, из-за усиленного ответа на внешние стимулы. Группа ученых под руководством Джеймса Саржента из Колледжа Дартмут в Нью-Гемпшире провела эксперимент на двухстах десятилетних детях, которые сначала съели обед, а потом посмотрели получасовую телепередачу, где время от времени шла реклама либо еды, либо игрушек[231]. Во время просмотра перед детьми стояли тарелки с разнообразными вкусностями, откуда вполне сытые ребята могли дополнительно подкрепляться. Эксперимент привел к ожидаемому результату: за время передачи дети в среднем съели даже чуть больше, чем за обеденным столом, а реклама пончиков привела к более интенсивному поглощению ненужных калорий, чем реклама деревянных машинок. Интересно другое: дети с «бережливым» геном FTO в ответ на рекламу вкусных плюшек съели больше, чем ребятишки со стандартным, не бережливым вариантом того же гена[232].

Но для носителей «бережливой» версии гена FTO есть и хорошие новости. Первая касается физкультуры. Оказалось, интенсивные физические упражнения заметно снижают влияние этого «бережливого» гена на наши пищевые привычки[233]. Международный коллектив исследователей под руководством англичанки Рут Лус проанализировал колоссальный массив данных, собранных с участием двухсот восемнадцати тысяч взрослых, и показал, что активный образ жизни снижает риск ожирения у носителей этого гена на целых 27%. Согласитесь, не так уж мало[234]. В еще одном крупном исследовании, собравшем результаты тестирования гена FTO со всего мира, было показано, что программы снижения веса эффективны как для лиц со стандартным генотипом, так и для обладателей «бережливого» FTO[235]. Более того, оказалось, что при одинаковой диете «бережливые» граждане теряют в весе больше, чем лица со «стандартным» генотипом!

А вот вторая новость и вовсе удивительна — результаты эпидемиологических исследований указывают, что наличие «бережливого» варианта гена FTO отчасти защищает от депрессии[236]. И это несмотря на то, что увеличение массы тела как таковое, наоборот, способствует изменению настроения не в лучшую сторону!

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Некоторые продукты — натуральные антидепрессанты. Для синтеза серотонина — гормона счастья — необходим триптофан. Эта важная аминокислота содержится в продуктах, богатых белком, в том числе рыбе, мясе индейки, сыре, морепродуктах, бобовых и орехах.

Что же делает ген FTO? Долгое время это оставалось загадкой. Этот белок работает в основном в нейронах мозга и служит одним из важнейших внутренних контролеров по вопросу, когда и что именно нам съесть. Оказалось, этот ген активируется в ответ на повышение уровня аминокислот с разветвленной цепью (BCAA) — лейцина, изолейцина и валина, — используемых бодибилдерами для наращивания мышечной массы. Богаты этими аминокислотами также мясо, яйца и молоко.

По мнению немецкого ученого Бодо Мельника, молоко — вообще враг похудения номер один[237]. Дело в том, что коровы, молоко которых мы потребляем, специально отобраны по признаку высокой молочности. В молоке высокопроизводительной племенной буренки немало не только аминокислот с разветвленной цепью и глютамина, способных стимулировать ген FTO, но и специальных сверхстабильных молекул РНК (miRNA29s), подавляющих производство наших собственных ферментов метилирования и тем самым «разрешающих» гену FTO работать сильнее. Стимулирует ген FTO и пролактин — гормон, нередко используемый для стимуляции образования молока у коров.

Белки-транжиры

Молекулы АТФ — энергетическая валюта клетки, которую вырабатывают митохондрии. Поедаемые нами жиры, белки и углеводы летят в митохондриальную топку, а на выходе получается АТФ — универсальная купюра, подлежащая размену до моно- и дифосфатов с меньшей энергетической емкостью. Интересно, что основная часть энергетических затрат организма уходит на дыхание, питание, охлаждение и поддержание температуры тела.

Неплохой способ согреться — физзарядка, то есть включение мышц. Однако необходимое нам тепло можно получить и другим способом. Наша жировая ткань, которую мы обычно представляем себе в виде бело-желтоватых гроздьев переполненных липидами клеток, также содержит и небольшое количество жировых клеток бурого цвета. Эти специальные клетки могут генерировать тепло сами по себе, без мышечной активности. В мембранах митохондрий бурых жировых клеток находится много так называемых разобщающих белков семейства UCP, которые разрывают цепь выработки АТФ в митохондриях, высвобождая энергию в виде тепла. Именно бурый жир позволяет новорожденным детям и зимующим животным согреваться в холодном климате.

Долгое время считалось, что у взрослых людей бурой жировой ткани нет: по окончании периода раннего детства она постепенно исчезает. Однако врачи, анализировавшие результаты компьютерной томографии раковых больных, стали замечать: если в комнате, где стоит сканер, достаточно холодно, задние поверхности шеи и области возле лопаток начинают «светиться», показывая, что в этих участках происходят интенсивное поглощение и переработка глюкозы. Никаких опухолей в этих участках обнаружено не было, а вот бурая жировая ткань — пожалуйста. Исследования здоровых людей показали, что многие из нас (но не все!) сохраняют способность подогреваться изнутри, даже лежа на диване. И это прекрасно! Ведь при выработке тепла тратятся калории, которые мы проглотили за завтраком.

Правда, «пробудить» тепловую станцию нашего организма не так-то просто. Первое, что приходит в голову, — снизить забортную температуру и немного померзнуть. Но ведь так и простудиться недолго! Немного подтолкнуть митохондриальных растратчиков АТФ к действию помогут некоторые продукты питания, но мы сейчас не об этом. Мы о «бережливых» генах, которые стараются сделать нас немного толще.

Логика тут проста. Если «разобщающие» белки UCP работают спустя рукава, много энергии на обогрев потратить не удастся, зато мы сохраним запасы жиров, за счет которых, собственно, и производится АТФ, на черный день. «Бережливые» варианты генов, кодирующие менее активные формы белков UCP, способствуют накоплению жировых запасов путем снижения энергетических растрат. У человека «бережливые» версии UCP2 и UCP3 встречаются чаще, чем «небережливые». Так что в данном случае обвинять «плохой ген» в ожирении просто глупо. Генетический расклад с «бережливыми» UCP вполне стандартен. Он означает, что вам, к сожалению, не досталось генетического «туза», способствующего быстрому сжиганию запасенного жира.

Интересно, что некоторые биологические вещества растительного происхождения способны стимулировать «разобщающие» белки UCP, побуждая их к более интенсивной работе. К числу таковых относятся уже упоминавшийся нами кофеин, запрещенный эфедрин, вполне доступный экстракт кайенского перца, а также средство японской народной медицины под длинным названием бофу-щу-шосан (Bofu-tsu-shosan)[238].

Не все аминокислоты одинаково полезны

Витамин фолат, о котором уже говорилось в главе о витаминах, необходим делящимся клеткам для синтеза нуклеотидов, а также правильного метилирования различных биомолекул. Для начала биохимикам пришла в голову отличная мысль, что метаболизм фолата можно искусственно «задавить» и тем самым подорвать основу жизнедеятельности раковых клеток, чрезвычайно нуждающихся в нуклеотидах для синтеза собственной ДНК. Так было создано первое «настоящее» химиотерапевтическое средство, аминоптерин, которое применяли при лейкозах, пока не был синтезирован еще более действенный «выключатель» метаболизма фолиевой кислоты — метотрексат, до сих пор остающийся важнейшим средством в арсенале онкологов и не только.

Однако большинству людей — тем, кто не болен раком, — метаболизм фолата нужно, наоборот, «включать»! В шестидесятых годах двадцатого столетия ученые заметили, что у беременных дефицит фолата приводит не только к анемии, но и к повышенной вероятности рождения ребенка с расщеплением позвоночника (spina bifida) и даже с анэнцефалией — грубым пороком развития мозга, при котором у плода недостает головы или верхней ее части[239]. Как только будущим мамам из группы риска стали добавлять в пищу фолиевую кислоту, доля новорожденных с угрожающими их жизни и здоровью проблемами снизилась в несколько раз, а профилактический прием фолиевой кислоты еще до наступления беременности и вовсе свел этот риск на нет.

Чем же так хорош фолат? А вот чем. «Активированная» форма фолиевой кислоты (витамина В9), также известная как метилфолат, необходима для обезвреживания гомоцистеина. Гомоцистеин — аминокислота-«отброс», не участвующая в синтезе белка. Она образуется в организме на фоне избыточного потребления метионина — аминокислоты, в больших количествах содержащейся в красном мясе, молоке, тунце, рисе.

У всех на слуху такие показатели, как «плохой» холестерин (ЛПНП, липопротеины высокой плотности) и триглицериды, превышение которых приводит к серьезным изменениям тканей сердца и сосудов. А про гомоцистеин почему-то забывают даже врачи. Между тем он токсичен для нашего организма. Когда его в крови слишком много, он повреждает выстилку сосудов, провоцируя образование тромбов и атеросклеротических бляшек, и может даже привести к инсульту.

Концентрация гомоцистеина с возрастом постепенно увеличивается. Это один из признаков нашего старения. Уровень гомоцистеина растет при сидячем образе жизни, а также различных витаминодефицитных состояниях.

Существует и генетическая предрасположенность к повышенному уровню гомоцистеина. Наиболее изучен вариант C677Т гена MTHFR, кодирующего «нестабильную» версию фермента метилентетрагидрофолатредуктазы, необходимого для образования активной формы фолиевой кислоты из фолатов, поступающих с пищей. Мутантный фермент «портится» при нагревании, даже наши стандартные тридцать шесть и шесть для него слишком высоки.

Проблемы с метаболизмом фолиевой кислоты имеет примерно половина населения Европы, у каждого десятого они существенны[240]. У обладателей одной копии «Т»-варианта этого гена фермент MTHFR работает только на 70% от нормы. Индивиды с двумя копиями варианта «Т» перерабатывают поступающую с пищей фолиевую кислоту в активный метилфолат всего на 20–30%, а потому предрасположены к повышению концентрации гомоцистеина в крови[241].

Кроме «нестабильного» варианта C677Т гена MTHFR на уровень гомоцистеина влияют и другие генные варианты. Так, ген MTRR кодирует цитоплазматический фермент, отвечающий за превращение вредного гомоцистеина обратно в относительно безопасный метионин. Менее активные варианты фермента способствуют накоплению гомоцистеина, а более активные — его обезвреживанию. Продукт гена CBS превращает гомоцистеин в другой безопасный продукт — цистатион. Для этого необходим витамин В6. «Медленный» вариант CBS способствует накоплению гомоцистеина, но в этом случае ферменту можно помочь, в избытке предоставив витамин B6[242].

Если уровень гомоцистеина в крови более 15 мкмоль/л, это считается превышением. Уровень больше 100 мкмоль/л — очень высокий, значительно увеличивает риск атеросклеротического поражения сосудов, а также развития остеопороза и болезни Альцгеймера[243]. А если уровень гомоцистеина повышается у диабетика, ему грозят осложнения со стороны капилляров, в том числе повреждения почек и глазной сетчатки.

Беременным же коварный гомоцистеин угрожает нарушениями плаценты, что может проявиться как невынашиванием, так и кислородным голоданием плода, а также плохо сказаться на здоровье матери[244]. Важно отметить, что гомоцистеин не только вреден сам по себе. Его накопление может свидетельствовать: в организме что-то не так с процессами метилирования, в норме быстро удаляющими гомоцистеин, не допуская его накопления. Другими словами, высокий уровень гомоцистеина — опасный звоночек, указывающий на недостаточность одного из важнейших биохимических процессов, а именно добавления к биомолекулам метильной группы, состоящей из атома углерода и трех атомов водорода. Аномальное метилирование ведет к нарушениям работы генов во всех человеческих клетках, что, в свою очередь, может запустить как процесс образования опухоли, так и преждевременное старение. По этой причине рост концентрации гомоцистеина в крови ни в коем случае нельзя оставлять без внимания.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Врач может назначить анализ на определение уровня гомоцистеина в случае, если подозревает дефицит витамина B12. Для предотвращения повышения уровня гомоцистеина в ежедневный рацион нужно включить больше овощей темно-зеленого цвета, в том числе салатные листья, спаржу, брокколи, артишоки, брюссельскую капусту и бобовые. Отлично подойдут зеленые овощные смузи, а также разнообразные орехи и семечки. Именно они содержат больше всего фолата (витамина В9). Также стоит следить за достаточным включением в рацион продуктов, богатых B12, особенно группам риска — пожилым и беременным. B12 содержат практически все продукты животного происхождения. Веганам обязательно стоит проконсультироваться с врачом и обсудить полноценность рациона и целесообразность подключения к рациону добавок этого витамина или продуктов, которые им обогащены: хлопья для завтрака, молочные альтернативы.

Усилия по борьбе за снижение уровня гомоцистеина могут быть сведены на нет курением, сидячим образом жизни[245]. Хронический алкоголизм также приводит к повышению этого показателя[246]. Так и получается, что общие рекомендации по ведению здорового образа жизни только звучат скучно, а на самом деле помогают нашему организму в управлении множеством механизмов и поддержании важных показателей в норме.

Пищевая непереносимость, или Почему люди не коалы

Сумчатый медведь коала питается листьями эвкалипта и больше ничем. Листья эти токсичны, низкокалорийны, их трудно переварить, зато у коалы нет конкурентов. Кроме плюшевых мишек, никто эти листья трогать не будет. Коала — пример животного, приспособленного к крайне специализированной диете. У нее не бывает пищевой непереносимости. Коала, который не переносит эвкалипт, — мертвый коала.

Люди — животные всеядные, но разборчивые. Мы способны извлекать энергию и нутриенты из огромного спектра продуктов питания, но стараемся класть на тарелку преимущественно то, вкус чего нам нравится. При этом вкусы у всех разные.

Вася любит молоко, но у него от этого напитка понос. Вася заметил это и перестал пить молоко. Состояние улучшилось, но теперь ему не хватает кальция, и поэтому Вася с удовольствием включил в свой рацион омлет из тофу и стал готовить овощные заправки с темнолистовой зеленью.

У Пети нет проблем с молоком, однако болит живот от белого хлеба, который он, конечно, обожает. Петя обратился к врачу, и ему поставили диагноз «целиакия» — серьезное генетически обусловленное аутоиммунное заболевание. Ему помогла безглютеновая диета, и непременный атрибут чаепития — булка — была заменена шоколадом с орехами. Замена Пете понравилась, и теперь он здоров, но должен внимательно следить за этикетками на продуктах, которые покупает в магазине, а в ресторане настойчиво просить приготовить ему рыбу без панировки.

Примеры случаев волшебного избавления от проблемы при смене диеты не снимают важного вопроса философского характера: почему мы различаемся между собой по спектру пищевых непереносимостей? Не проще ли человечеству было бы в процессе эволюции выработать универсальный оптимизированный генотип, который позволил бы питаться любыми продуктами без разбора?

Давайте проясним этот вопрос.

Помните коал? Так вот, люди совсем не похожи на них. У коал нет пищевых конкурентов, они прекрасно себя чувствуют в зарослях эвкалиптов. Однако если эти растения погибнут вследствие эпидемии эвкалиптовой болезни, то вымрут и коалы, которым будет нечего есть. Пищевой диапазон человека намного шире, чем у коал. Если в лесу заканчивались орехи, люди могли есть ягоды, грибы, пробегающих мимо зайчиков, а при самом плохом раскладе — и невкусную лебеду. Выгода такого типа питания очевидна! Однако участникам экосистемы никакое преимущество не дается без встроенных ограничителей.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Между прочим, модная сегодня крупа киноа — сестра известной нам лебеды — отличный диетический продукт, богатый полноценным растительным белком, клетчаткой и витаминами С и B3 (PP) и вполне пригодный для овощных супов, щей и котлет, а также выпечки хлебных лепешек. Богатая белком лебеда не раз выручала людей в тяжелые времена, спасая от голода и авитаминоза, что описано в произведениях Льва Толстого. В отличие от дикой лебеды, ее садовые формы более пригодны к употреблению в пищу, и теперь их все чаще можно найти в супермаркетах. Сейчас киноа на пару с гречкой помогает составить полноценный рацион людям с целиакией. Как и булгур, рис и пшенку, эти крупы можно есть в виде каш, отваривать на гарнир или добавлять несколько ложек в салаты для сытности и питательности.

Наряду со вкусными и полезными веществами организмы многих растений и животных производят и токсичные компоненты (например, тетродотоксин из рыбы фугу и ее родственников, которые — благодаря Суэцкому каналу — встречаются и в Средиземноморье)[247]. Именно поэтому эвкалипт горек, и только толерантный к его токсинам коала способен пастись в густой кроне этого дерева.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Степень непереносимости молочного сахара (лактозы) бывает разной. Признаки варьируются от легкого кишечного дискомфорта после употребления продуктов из цельного молока до выраженной диареи, метеоризма и болей в нижней части живота. Все зависит от фермента лактазы, участвующего в процессе пищеварения и расщепляющего лактозу. Если обе копии гена лактазы «предковые», непереносимость полная, а если одна из копий все же работает — частичная. Кроме того, на переваривание лактозы влияет и видовой состав бактерий нашего кишечника. Некоторые их разновидности тоже помогают нам справиться с этим трудноперевариваемым сахаром.

При возникновении любого из перечисленных выше симптомов рекомендуем обратиться к врачу и провериться на непереносимость лактозы — сдать анализ крови или сделать дыхательный тест, во время которого ваш врач измерит количество выдыхаемого водорода. Высокая концентрация водорода будет индикатором того, что вы не полностью перевариваете и усваиваете лактозу. Человек, не переносящий лактозу, сможет спокойно употреблять некоторые молочные продукты, например сыр или греческий йогурт, в котором почти нет лактозы. Кисломолочные продукты вроде кефира, ряженки и йогурта усваиваются гораздо легче, чем цельное молоко, так как в них часть лактозы уже расщеплена молочнокислыми бактериями. Как правило, продукты из козьего и овечьего молока переносятся лучше, чем из коровьего, но если у человека есть аллергия именно на казеин — молочный белок, она будет проявляться на все виды молочных продуктов.

Тем, у кого все-таки выявлена непереносимость лактозы, нужно быть начеку. Дело в том, что она может содержаться в самых разных продуктах — например, в колбасе, а также во многих лекарственных препаратах. Так что стоит внимательно изучать этикетки и при необходимости принимать лекарство вместе с капсулой ферментного препарата, который можно купить в аптеке (обязательно предварительно посоветуйтесь с врачом, поставившим вам диагноз «лактазная недостаточность»).

Если вы любите вкус коровьего молока, но не можете его пить, попробуйте перейти на одну из многочисленных альтернатив, например специальное безлактозное молоко, произведенное путем ультрафильтрации, при котором отдельные компоненты молока отделяются с помощью специальной мембраны, а также добавляется фермент лактаза для расщепления молочного сахара. Лактозы в таком молоке в четыреста-пятьсот раз меньше, чем в обычном, а вкус практически такой же. Еще один вид специального молока, низколактозное, получают путем лишь обработки ферментом лактазой, извлеченным из дрожжей или других промышленных микроорганизмов. Низколактозное молоко на вкус чуть слаще обычного. Оба вида молока полностью сохраняют пищевую ценность.

Также прекрасной альтернативой животному молоку может стать растительное — кокосовое, миндальное, соевое или рисовое. Эти продукты называют молоком условно, скорее из-за схожести по виду, чем по составу, но их можно смело добавлять в кашу или кофе.

Потребление молока — неплохой пример того, как благие намерения входят в конфликт с генетическими реалиями. В середине XX века в социалистическом (в то время) Чили правительство Сальвадора Альенде приняло государственную программу «Каждому ребенку — стакан молока в день!». Ее создали прежде всего для детей, оставшихся без родителей и потому проживавших в детских домах. В девяностые такой же административный эксперимент предприняли в Алтайском крае. Намерения были благие, но вот раздача молока без разбора привела к увеличению числа случаев поноса в детских учреждениях. С ним боролись по-разному: когда антибиотиками, а когда и с помощью постепенного «приучения» подростков к молочным продуктам. Естественно, ничего хорошего из этого не вышло.

Гены нельзя «приучить» — они таковы, каковы есть, и если вы совсем не переносите лактозу, нужно исключить молоко и молочные продукты из рациона. Частичная непереносимость молока встречается гораздо чаще — на каждого полного молочного отказника в России приходится несколько граждан, которые стакан молока не осилят, а йогурт или моцареллу съедят с удовольствием. Как правило, у этих людей имеется комбинация «предкового» варианта гена LCT и нового варианта, неспособного отключаться с возрастом. В их организмах вырабатывается лактаза, но не в таких количествах, чтобы осилить большие объемы молока, а вот более «концентрированные», обработанные молочные продукты — йогурт, сметану, кефир и сыры — пожалуйста. Порция йогурта меньше, чем порция молока, да и высвобождается лактоза из густого йогурта медленнее. А в твердых сырах и масле лактозы почти совсем не остается — эти продукты безопасны и для тех, у кого лактаза не вырабатывается совсем.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Даже с учетом всего вышесказанного полностью отказываться от молочных продуктов не стоит. При пищевой непереносимости настоятельно рекомендуем оставлять в рационе хотя бы такое количество продукта, к которому вы остаетесь толерантными. Пучит от стакана молока? А если добавить чайную ложку в чай или кофе? Или оставить сливочное масло? Как отреагируете на стакан кефира? В отличие от пищевой аллергии, когда организм реагирует даже на совсем незначительное количество компонента, для пищевой непереносимости действует правило «чуть-чуть можно». Им однозначно стоит пользоваться! Самый действенный инструмент — дневник питания. А вот если вы откажетесь от молочных продуктов раз и навсегда, то уже совсем скоро начнете реагировать даже на незначительное количество лактозы. По данным EFSA, даже у людей с диагностированной лактазной недостаточностью этот сахар может быть усвоен с помощью молочнокислых бактерий Lactobacillus delbrueckii subsp. bulgaricus и Streptococcus thermophilus, содержащихся в заквасках для приготовления йогуртов и кефиров.

Островок Науру: из грязи в князи и обратно

Возьмем, например, Науру — самое маленькое после Ватикана суверенное государство в мире. Сотни тысяч лет на острове гнездились морские птицы. Они откладывали яйца, выращивали птенцов и, конечно, гадили. Экскременты откладывались многими слоями и окаменевали, а птицы всё плодились и плодились.

Еще до начала нашей эры крохотный островок Науру, площадью всего 21 км^2, был открыт микронезийскими мореплавателями и заселен. Потомки моряков собирали кокосы и ловили рыбу, которые и составляли их небогатый стол. В начале XX века оказалось, что десятки метров окаменевшего птичьего помета — гуано — представляют собой огромное месторождение ценнейших фосфатов, используемых в качестве минерального удобрения.

Это сразу привлекло внимание европейских компаний, которые с помощью нанятых на работу китайцев начали снимать гуано слой за слоем и сваливать в трюмы сухогрузов. Немногочисленные туземцы — всего три тысячи человек! — стали получать компенсацию за каждую вывезенную тонну помета. Поначалу это были небольшие деньги, но затем к делу подключились местные активисты, успешно пролоббировавшие увеличение подушных выплат до вполне приличного уровня. К концу 1970-х маленькая, но гордая своей независимостью страна Науру имела самый высокий в мире уровень доходов на душу населения. Арабские Эмираты отставали от нее в два раза, а США — в четыре. И это при бесплатном образовании и медицине, отсутствии налогов и периодически выдаваемых самолетных билетах на континент. Даже автомобилей на острове было больше, чем островитян!

Конечно, кокосы уже никто не собирал, да и рыбу ловить было незачем. Основой рациона «новых наурцев» стали продукты глубокой переработки — белый рис, макароны, гамбургеры и кока-кола. К девяностым, когда вышла статья Джареда Даймонда, который привел Науру как пример неприспособленности «бережливых генотипов» к условиям пищевого изобилия, 31% населения острова всех возрастов, включая детей, были диабетиками. В группе шестидесятилетних наурцев диабетом болеют примерно 40%, а дольше представители этого островного народа практически и не жили. И это неудивительно: ведь 94,5% наурцев имели лишний вес, а 71,7% были больны ожирением.

Кстати, запасы гуано уже закончились, а специально накопленный стабилизационный фонд, на который наурцы возлагали все свои надежды, разорился. За последние два десятилетия экономическая ситуация на Науру настолько ухудшилась, что островок из самого богатого в мире превратился в один из самых бедных.

Однако в бочке дегтя есть и ложка меда: в недавно выпущенном Глобальном обзоре питания[248], написанном Всемирной организацией по борьбе с незаразными заболеваниями (NCD Alliance), Науру отличился тем, что стал единственной страной мира, сумевшей хоть немножечко открутить всенародный счетчик ожирения назад. Среди мужского населения острова процент лиц с ожирением за период с 2010 по 2014 год сократился на 0,2%. Победа, конечно, невеликая. Поскольку наурцев всего десять тысяч, а мужчин среди них примерно половина, отметка в 0,2% попросту означает, что примерно сто человек перешли из категории «ожирение» в категорию «лишний вес».

В этом наблюдении, кстати, содержится важный урок. Набрать вес нетрудно, а вот попробуй его сбросить! На примере наурцев видно, что это относится не только к отдельным гражданам, но и к целым народам. Уровень жизни резко упал, а лишний вес остался. Причина — в неправильном питании, которое при падении уровня доходов не становится здоровее.

Генетика и рацион

Геномика для желудка

Влияние различных диет и отдельных продуктов питания на людей, генетически непохожих друг на друга, изучает новая наука — нутригеномика. Она рассматривает питательные вещества как сигнальные молекулы, опознаваемые нашими клетками. Каждый сигнал — руководство к действию. Съел тортик — выдели инсулин. Съел сковородку жирной картошки — полежи и поспи. Выпил стакан зеленого смузи — улыбнись и пробеги по эскалатору!

Но самые важные сигналы, поступающие с едой, — «болей!» и «не болей!». Нутригеномика — неотъемлемая часть персонализированной медицины, создающей индивидуальные, профилактические программы по сохранению здоровья людей. Это очень молодая наука, которая еще не закончила период первоначального накопления фактов, поэтому ее предсказания не всегда надежны. Однако с помощью наблюдений и самонаблюдений, проводимых с участием тысяч здоровых людей — каждого из нас, — нутригеномика набирает силу.

В практическом смысле в нутригеномике имеется два подхода. Первый опирается на непосредственное измерение уровня разных питательных веществ и витаминов в крови человека с помощью масс-спектрометрии и других высоких технологий количественного анализа. Этот подход чрезвычайно точен, но, к сожалению, каждый эксперимент способен определить лишь сиюминутное состояние нашего организма — а ведь содержание многих важных метаболитов меняется в зависимости от того, что мы поели с утра. Чтобы хорошенько разобраться со здоровьем, нам придется сдавать анализы неоднократно, желательно чуть ли не ежедневно. Второй подход — тестирование генных вариантов, определяющих врожденные особенности метаболизма. Он оставляет коррекцию приобретенных метаболических недостаточностей, образовавшихся в результате неправильного питания, на долю врача-диетолога, опирающегося в своей работе как на знание генетики, так и на результаты отдельных метаболических тестов, назначаемых по мере необходимости[249].

Нутригеномным тестированием занимается целый ряд компаний-стартапов в разных странах мира. Одни работают с тремя или пятью генными вариантами, другие берутся за масштабные вычисления рисков развития витаминных недостаточностей, выявление пищевых предпочтений, например склонности к частому перекусыванию, и выдачу генетически обоснованных рекомендаций определенных режимов питания. В России нутригеномные тесты выполняют компании «Атлас», «Генотек», «Мой ген» и другие.

Представьте себя в машине, несущейся по горной дороге. Есть ли опасность слететь под откос? Конечно. Но вам помогают дорожные знаки — «крутой поворот», «зона возможного камнепада», «скользкая дорога». И если какой-нибудь зловредный проказник занавесит знаки тряпками, вам вряд ли это понравится.

Результаты генетического теста — система знаков, сигнализирующих об опасности. Не увидев предупреждения о крутом повороте, вы все же, скорее всего, справитесь с управлением и не улетите в пропасть. Однако при виде знака о надвигающейся опасности вы соберетесь и пройдете поворот красивее, без визга тормозов.

Предупрежден — значит вооружен. Это касается любых анализов и систем тестирования. Медицина однозначно движется в сторону все более точного и индивидуального подхода не только к лечению, но и к предупреждению заболеваний.

Однако, как бы красиво ни выглядела диета, основанная на показателях нашего организма, намного важнее начать перестраивать отношения с едой, основываясь на базовых принципах построения сбалансированного рациона. Ведь на выведение строгих порций каждого продукта можно потратить слишком много времени, а будет ли эффект — совершенно неясно. И вот снова еда превратится в повод для тревоги, а не источник возможностей, как случалось не раз с популярными диетами.

Немного о викингах, или Прирожденные вегетарианцы

А теперь пример из жизни викингов. Наследственный гемохроматоз первого типа — наиболее распространенное наследственное заболевание среди европейцев, особенно северных. Каждый двухсотый обитатель Европы — носитель гомозиготной мутации в гене HFE, а патогенный вариант в одной из копий этого гена встречается у каждого девятого. Заболевание проявляется в аномально высокой способности к всасыванию железа из пищи в кровь. «Лишнее» железо затем накапливается в тканях, особенно в печени, сердечной мышце, эндокринных органах, где вызывает образование активных форм кислорода и гибель клеток с замещением их соединительной (фиброзной) тканью. Симптомы гемохроматоза — хроническая усталость, выраженная слабость, пониженное артериальное давление и характерный грифельно-серый цвет лица.

Однако помните про систему сдержек и противовесов! Носители пары «дефектный ген — нормальный ген», или каждый девятый потомок викингов, гораздо легче восстанавливаются после участия в кровопролитных сражениях. После боя гетерозиготные носители мутации гена HFE чаще оказывались среди выживших. Именно поэтому мутантный аллель до сих пор нередок в Европе. Интересно, что лучшее лечение для гомозиготных больных гемохроматозом — носителей двух мутантных копий гена — регулярное кровопускание. В современном обществе для этого необязательно вызывать кого-нибудь на дуэль, достаточно записаться в доноры.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Если генетический тест выявил гемохроматоз или наличие пары «дефектный ген — нормальный ген», ваш врач может порекомендовать вам ограничить источники легкоусвояемого железа, в частности красные сорта мяса и печень. Интересное наблюдение: многие больные гемохроматозом по зову интуиции прекращают есть мясо, даже не догадываясь о наличии у них данного заболевания. Не менее важно ограничить одновременное потребление витамина С с продуктами, богатыми железом. Это сочетание, рекомендуемое для борьбы с анемией, у людей с гемохроматозом будет способствовать чрезмерному накоплению восстановленного двухвалентного железа. Особенно богаты витамином С брокколи, зеленый и красный сладкий перец, плоды шиповника, облепиха, петрушка и ягоды. И уж конечно, при гемохроматозе не стоит злоупотреблять поливитаминами, большинство из которых одновременно содержат и витамин С, и железо. Помните: в отсутствие диетической коррекции данный наследственный дефект может привести к циррозу печени и другим угрожающим жизни заболеваниям.

Некоторые генные варианты придают нам относительную устойчивость к действию определенных токсинов, а другие, наоборот, делают нас чувствительными к неблагоприятным последствиям отравления. Так, определенные варианты гена гемохроматоза, в частности HFE-варианты C282Y и H63D, усиливают последствия попадания в организм свинца. Даже в отсутствие симптомов гемохроматоза носители вариантов C282Y и H63D должны избегать работы с этим токсичным металлом и частых встреч с выхлопными газами автомобилей. Ведь у этой группы людей накопление свинца в организме приводит к раннему, более отчетливо выраженному ухудшению когнитивных функций.

Алкоголиками не рождаются

Народная мудрость гласит: «Не пей, алкоголиком станешь!» И действительно, риск развития алкоголизма для лиц, регулярно закладывающих за воротник, прямо скажем, не нулевой. РИА Новости собрало статистику для России и нам сообщает: до 40% мужчин трудоспособного возраста и 15% женщин — «бытовые пьяницы», они потребляют алкоголь неумеренно, но не страдают физической зависимостью от него[250]. Цифры немаленькие, но не такие уж огромные: в «пивной» Чехии бытовых пьяниц среди мужчин не 40%, а 60%, да и женщины этой страны россиянок перегнали. Настоящих же алкоголиков, которые не в состоянии удержаться при виде стакана, в любой стране значительно меньше, чем простых пьяниц. В России патологическая зависимость от спиртного выявлена у 4–5% населения.

Надо сказать, цифры, отражающие масштаб алкогольной трагедии, в разных странах считают по-разному, что связано с различиями как научных, так и культурных традиций. Надежными мерами для оценки степени привязанности к алкоголю служат вовсе не пресловутые литры на человека в год, а результаты долгосрочных эпидемиологических наблюдений в регионах каждой исследуемой страны. Кстати, эпидемиологи отказались от диагноза «алкоголизм» еще в конце семидесятых и вместо него употребляют выражение «синдром алкогольной зависимости». Для определения бытового же пьянства используют американский стандарт диагностики в психиатрии DSM-IV[251], обращающий внимание на повторяющийся паттерн поведения, при котором человек продолжает регулярно прикладываться к рюмке, несмотря на осознание негативных последствий, причем не только для здоровья.

В соответствии с этой классификацией в 2004–2005 годах 5,3% населения США попадали в категорию бытовых пьяниц, а еще 4,4% страдали синдромом алкогольной зависимости. Поскольку жизнь длинная, риски оказаться в категории либо алкоголиков, либо бытовых пьяниц в течение хотя бы одного календарного года для жителя США гораздо выше. В этом случае «временных» алкоголиков в стране становится уже 12,5%, а бытовых пьяниц — 17,8%. Эти данные появились по результатам подробных опросников, с помощью которых были обследованы более семидесяти тысяч человек. Цифры десятилетней давности — самые свежие из доступных. Государственные программы такого масштаба недешевы и воплощаются в жизнь лишь при наличии соответствующей политической воли. По-видимому, в настоящее время приоритеты США изменились.

Cуществуют ли гены алкоголизма? Такая постановка вопроса в корне неверна. Лучше спросите, найдены ли геномные варианты, предрасполагающие к развитию зависимости от алкоголя или бытовому пьянству. Ответ на этот вопрос давно получен, и он положительный. Как показали результаты исследований идентичных близнецов, примерно 50% нашей склонности к злоупотреблению определяется генами и еще 50% — обстоятельствами жизни. О весомом вкладе генетического фона в социальный феномен пьянства говорят и эксперименты на лабораторных животных: путем подбора пар для скрещивания ученые вывели линии мышей и крыс, как чрезвычайно устойчивых к алкогольному соблазну, так и весьма падких на спиртное[252].

Подчеркнем: «гены алкоголизма» есть, но «гена алкоголизма», который можно было бы протестировать и получить точный ответ, грозит ли нам вытрезвитель, — нет. Все, на что наука способна сейчас, — указать на наличие таких вариантов, а затем пофантазировать на тему, как именно каждый из них повлиял на сложившийся фенотип. Процесс фантазирования ученые называют высказыванием гипотез. Каждый найденный генный вариант — пяток гипотез, а то и десяток. Взаимодействие пары генных вариантов между собой — еще пяток. На поведенческий паттерн потребления алкоголя, а также его метаболизм влияют сотни генных вариантов, и каждый из них взаимодействует с каждым, поэтому гипотез для проверки целое море. Про некоторые из них мы уже рассказали выше, о других напишем ниже[253].

Определить, есть ли склонность к излишней привязанности к алкоголю лично у вас, не так уж трудно и не требует экспериментов с зеленым змием. Генетики знают: для часто встречающихся хронических заболеваний с выраженной генетической компонентой анализ семейной истории работает так же хорошо, как и полигенные формулы вычисления риска. Иными словами, если о хмельных подвигах вашего дедушки до сих пор говорит вся деревня, от чересчур близких отношений с алкоголем вам лучше воздержаться.

Но все же давайте поговорим о генах, вносящих вклад в фенотипы алкогольной зависимости, а также простой невоздержанности. Лучше всего изучены генные варианты, напрямую влияющие на метаболизм алкоголя, в том числе активность уже описанных выше ферментов: алкогольдегидрогеназу (АДГ) и ацетальдегиддегидрогеназу (АлДГ). Так вот, ферменты группы АлДГ в нашем геноме кодируют целых семь генов, и каждый из них представлен двумя копиями, которые могут либо быть идентичными, либо содержать какие-то варианты. Один из них — вариант ALDH2*504K, также известный под названием аллель ALDH2*2 и номером rs671. При наличии даже в единственном экземпляре он определяет азиатскую флаш-реакцию, о которой мы уже говорили выше. Эта весьма неприятная физиологическая ситуация навсегда отвращает большинство носителей этого варианта от рюмки, и они остаются добровольными трезвенниками. Большинство, но не все — упорству человека пределов нет, поэтому среди азиатов время от времени находятся те, кто путем длительных тренировок все же преодолевает флаш-рекцию и допивается до чертиков. Японские ученые убедительно показали, что в период с 1970 по 1992 год население их страны путем регулярной тренировки успешно преодолело встроенные генетические ограничения на потребление алкоголя[254], — а все потому, что в этот период заметно возросло социальное давление, буквально заставлявшее офисных работников расслабляться по выходным в компании руководства. И только для достаточно редких случаев носительства сразу двух подпорченных копий гена ALDH2 вероятность развития алкогольной зависимости равна нулю. После первого же глотка они чувствуют себя ужасно и вынуждены немедленно покинуть банкетный зал.

С генами, кодирующими различные формы алкогольдегидрогеназы (АДГ), тоже не все так просто. Главный из них — ADH1B, фермент (β-ADH), — представлен тремя вариантами: одним стандартным и двумя супербыстрыми, работающими почти молниеносно, в тридцать-сорок раз лучше стандартного. Носителям супербыстрых вариантов приходится пить сразу много, чтобы почувствовать хоть какие-то приятные эффекты. Ведь если они благоразумно пьют по чуть-чуть, их супербыстрый фермент сразу же переводит опьяняющий алкоголь в гадкий ацетальдегид, который ничего, кроме неприятностей, не доставляет. Именно поэтому носительство любого из супербыстрых вариантов ADH1B*48His или ADH1B*37°Cys защищает от привязанности к спиртному. К сожалению, защитный аллель ADH1B*48His среди россиян весьма редок (не более 5%) и встречается в основном среди выходцев из Азии, а его собрат ADH1B*37°Cys и вовсе найден лишь у населения Восточной Африки. В общем, все три описанных выше защитных варианта не играют особой роли в формировании паттернов отношения к алкоголю для большинства европейцев.

Совсем другая история с геномными вариантами, которые, наоборот, способствуют формированию зависимости от алкоголя. Большинство этих вариантов вносят вклад и в другие зависимости — от героиновой до рулеточной. Иными словами, некоторые генотипы способствуют формированию привычек, в том числе пагубных, а некоторые придают их носителям относительную устойчивость в отношении самых разных соблазнов. Большинство из этих вариантов описаны в генах, продукты которых необходимы для правильного функционирования периферической нервной системы и головного мозга.

Вес: лишний или нет?

Сегодня худеют или пытаются сбросить вес очень многие. Кто-то по показаниям врачей, а кто-то — проникнувшись выложенной в соцсеть фотографией кумира.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Сами по себе лишний вес и ожирение — не только и не столько эстетическая проблема (нравится отражение в зеркале или нет), но и комплексное заболевание, нередко приводящее к серьезным осложнениям: повышению артериального давления, метаболическому синдрому (инсулинорезистентности) и сахарному диабету, атеросклерозу и вытекающим отсюда рискам инфарктов и инсультов, бесплодию, импотенции, проблемам с суставами, ожирению печени… Сейчас мы всё чаще говорим не столько о необходимости снизить массу тела, сколько о качественных изменениях в вашем образе жизни, которые помогут снизить эти риски для здоровья без зацикливания на весе.

Не будем забывать и том, что жир человеку необходим. Недостаток жировой массы, или регионарная липодистрофия, тоже считается заболеванием. Разным людям жир нужен в определенных количествах, что хорошо видно на примере метаболизма женских половых гормонов: они образуются и накапливаются не только в яичниках, но и в жировой ткани, причем как у мужчин, так и у женщин. Недостаток и избыток жира в организме неизбежно приведут к гормональному дисбалансу, однако норма у каждого своя. Если основные показатели здоровья в порядке, это лишь повод продолжать заботиться о своем организме, вкладываться в него с помощью превентивных методов: сбалансированный рацион, разнообразие овощей и фруктов, умеренная физическая активность, прогулки, поездки на природу, снижение ежедневного уровня стресса. Причина трудностей с потерей веса в большей степени кроется в наших привычках питания, а в наших генах, набор которых сформировался под действием естественного отбора, лишь отчасти. Отбор поддерживает генные варианты, оптимальные для конкретных условий проживания популяции. Для наших предков слово «популяция» означало небольшую группу людей, составлявших первобытную общину охотников-собирателей, скотоводов или земледельцев. Очевидно, что сама по себе способность к сохранению энергии «про запас» уж точно не вредна, поэтому некоторое количество жировой ткани — признак нормы, а не болезни.

Главная же загадка — почему мы склонны накапливать излишний жир, причем в преизрядных объемах, — до сих пор остается нерешенной.

Наиболее популярной теорией, объясняющей нашу склонность к перееданию и полноте, считается концепция «бережливых генов», предложенная в далеком 1962 году чикагским генетиком Джеймсом Нилом[255]. В соответствии с ней человечеству долгие тысячелетия приходилось жить по принципу «то пусто, то густо».

Во времена вынужденных голодовок граждане, успешно запасшие излишки калорий в виде жира, чувствовали себя намного лучше, чем их более худые соотечественники, поэтому успешнее размножались, передавая «бережливые» гены потомству. Так продолжалось веками и тысячелетиями, до начала современного периода, когда большинство жителей развитых и многих развивающихся стран неожиданно оказались в условиях относительного изобилия. С точки зрения истории человека как вида мы буквально влетели в будущее. Условия стали новыми, а геномы остались прежними. На то, чтобы «забыть» об опасностях голодовки, нашим генам потребуется множество поколений — и то если не произойдет ничего неожиданного!

А пока — что есть, то есть. При виде пищи, особенно той, что мы сочтем вкусной, мы склонны забывать о чувстве меры и наедаться про запас, исходя из древних как мир соображений, что завтра тарелка может оказаться пустой. Несмотря на обилие и разнообразие доступной еды (по крайней мере по сравнению с тем, что было еще сто лет назад), головой мы продолжаем жить в дефиците, любим запасать еду коробками и продолжаем передавать такую привычку из поколения в поколение.

А что дальше? Дальше мы начинаем худеть. И вместо того чтобы поставить под сомнение свои привычки и концептуальные установки в отношениях с едой, мы ищем диету поэффективнее. Вроде раз-два — и вот я снова в стройном теле. Чем жестче диета, тем она эффективнее, — еще один принцип, знакомый нам с детства. Но, может, и его уже стоит поставить под сомнение?

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Возможно, когда диета не срабатывает, мы начинаем думать: что-то не так с едой в целом? О нет! Человек устроен так, что психологически ему комфортнее продолжать винить в своих проблемах с весом «широкую кость», «гормоны», «гены», но никак не свой неправильный образ жизни.

При этом нужно понимать, что даже при наличии наследственной предрасположенности к ожирению лишний вес нельзя считать приговором. Ученые давно доказали, что определяющие факторы в развитии ожирения — все же образ жизни и привычки, передающиеся нам от родителей, а уж никак не ширина кости. И даже имея «наследственную полноту» в сочетании с «неудачной» парой генов, заново войти в здоровый вес более чем реально — изменив образ жизни. Более того, исследование Университета Упсалы, основанное на данных более чем трехсот шестидесяти тысяч людей среднего возраста, показало, что своим образом жизни мы в буквальном смысле можем преодолевать генетику — а значит, нести лучшую версию себя в будущее[256].

Описанная выше концепция впервые получила известность после выхода в свет статьи Джареда Даймонда, профессора физиологии из Медицинской школы Калифорнийского университета, которую он опубликовал на страницах журнала Nature в 1992 году[257]. Даймонд вытащил на белый свет теорию Нила, до этого обсуждавшуюся только в узких академических кругах, и добавил соображение, что у потомков счастливчиков, которые в течение последних нескольких поколений жили в относительном достатке, генетические приспособления, удерживающие от накопления калорий про запас, уже выработались. По этой причине европейские народы менее склонны к набору лишнего веса и развитию диабета, чем, скажем, аборигены Австралии, лишь недавно оказавшиеся вблизи от всегда полной тарелки.

Конечно, случаев развившегося на фоне излишнего веса диабета, а также патологического ожирения немало и в США и не менее благополучной Европе. Однако среди уроженцев небольших островов Микронезии эпидемия ожирения и диабета достигла ужасающих масштабов.

Кофе вместо бутерброда

Слыхали про нью-йоркскую диету? По чашке кофе каждый час — и никакой еды! Прекрасно помогает похудеть, но есть шансы угодить в реанимацию. Шутки шутками, но худеющим кофе действительно помогает — при дозах не более 500 мг чистого кофеина в день.

Кофеин ускоряет обмен веществ, повышает температуру тела и частоту сердечных сокращений, а также подавляет голод, помогая соблюдать диету. А действует он через так называемые адренергические рецепторы — те же, что заставляют нас взвиваться в воздух в ответ на выделившийся адреналин. (Мало ли — может, рука, неожиданно опустившаяся на ваше плечо, принадлежит вампиру?)

У человека целых три вида адренергических рецепторов, которые ученые, чтобы ничего не перепутать, назвали «первым», «вторым» и «третьим». Так вот, этот «третий», обычно прячущийся под сокращением ADRB3, также представлен в наших геномах двумя вариантами — древним «бережливым» Arg64 и более современным Trp64. «Бережливый» вариант предрасполагает его носителей к ожирению и раннему развитию диабета. Особенно заметен этот эффект у выходцев из Восточной Азии, причем от Arg64 страдают даже японцы, национальная диета которых не особенно предрасполагает к полноте. Вредит «бережливый» ген и диабетикам, сидящим на низкокалорийной диете: носителям варианта Arg64 контроль над уровнем сахара дается труднее, чем счастливчикам, у которых обе копии ADRB3 представлены «современным» — «небережливым» — вариантом Trp64.

Есть также данные, что зловредный генный вариант Arg64 способствует и образованию камней в желчном пузыре, и отложениям в суставах солей мочевой кислоты, то есть развитию подагры. Кстати, а знаете, у кого, по данным врачей, подагра и камни встречаются реже? У кофеманов! Ведь кофеин взаимодействует как раз с адренергическими рецепторами, в том числе пресловутым «третьим». И при этом вот уже сто лет врачи зазря рекомендуют страдающим подагрой отказаться от чая и кофе.

Рашель Каглиани и другие популяционные генетики показали, что в настоящее время ген ADRB3 находится под действием естественного отбора![258] Это значит, что от поколения к поколению частота относительно нового, благоприятного варианта Trp64 растет, а «бережливого» Arg64 снижается. Через пару-тройку тысячелетий «бережливый» ген станет совсем редким, а когда-нибудь и вовсе исчезнет из нашего генофонда.

Спасительная диета, или Гены не приговор

Непереносимость молока не такое уж страшное явление, которое, уж конечно, нельзя считать заболеванием. Но некоторые генные варианты далеко не так безобидны. Классический пример — фенилкетонурия: наследственное заболевание, приводящее к слишком высокому уровню поступающей с пищей аминокислоты фенилаланина в крови и клетках. В небольших количествах фенилаланин необходим, а в высоких вызывает общую интоксикацию и нарушает развитие нервной системы. Дети, унаследовавшие от родителей две мутантные копии гена PAH, явно больны. В отсутствие надлежащей диеты, в частности при попытке вскармливания материнским молоком, у них сразу отмечается задержка в развитии и в дальнейшем они становятся умственно отсталыми инвалидами. И все потому, что избыток фенилаланина перегружает систему транспортировки аминокислот в ткани мозга, что, в свою очередь, приводит к недостатку синтеза миелина — белка, изолирующего нервные волокна друг от друга, как провода.

К счастью, диагностический тест на фенилкетонурию, который в нашей стране обязателен для всех новорожденных, с первого же дня после родов позволяет перевести всех детей с данным заболеванием на искусственное вскармливание специальной смесью с пониженным содержанием белка, ограничивающей поступление фенилаланина. В этом случае патологических изменений нервной системы можно полностью избежать — дети, вплоть до университета придерживающиеся строгой малобелковой диеты, университет успешно оканчивают, а вот упрямцы, отказывающиеся ограничивать свой рацион, например устраивающие бунт в подростковом возрасте, из-за нарушений в работе ЦНС таких успехов в учебе, увы, никогда не достигнут.

Заметьте, что оба родителя ребенка с фенилкетонурией тоже имеют мутантный ген PAH. Но у них этот «испорченный» вариант компенсируется наличием нормального, не поврежденного мутацией, и они кажутся вполне обычными людьми. Однако если мы повнимательнее посмотрим на анализы их крови, то увидим, что у обоих родителей больного ребенка концентрация фенилаланина выше нормы, хотя и не достигает границы токсичности.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Здоровым носителям мутантного гена PAH диета, на первый взгляд, не нужна. Однако, поскольку у них уровень фенилаланина в крови выше нормы, употреблять «провоцирующие» продукты им не стоит, особенно во время беременности. Главный фенилаланиновый «провокатор» — подсластитель аспартам, входящий в состав заменителей сахара («Сластилин», «Свитли», «Нутрасвит»), жвачки и многих безалкогольных напитков. При биохимическом разрушении аспартама образуются аспарагиновая кислота и фенилаланин. Поскольку аспартам известен способностью ослаблять плацентарный барьер, не исключено, что у беременных носительниц мутаций в гене PAH его большие дозы могут плохо повлиять на развитие нервной системы плода[259]. Именно поэтому во время беременности стоит избегать включения в рацион большого количества диетической газировки и жвачки — главных источников аспартама.

Бессимптомное носительство дефектного варианта гена PAH встречается часто — не менее чем у 2% жителей умеренных широт. Еще раз отметим: с точки зрения эволюции просто так ничего не бывает. Если мутантный ген так часто встречается в популяции, значит, он приносит его обладателям какую-то пользу. Несколько повышенный уровень фенилаланина в крови позволяет обладателям пары «дефектный ген — нормальный ген» жить и размножаться немного лучше, чем лицам со стандартным генотипом «норма — норма». Именно поэтому дефектный ген и смог распространиться в популяциях человека[260].

Чем именно две нормальные копии гена PAH хуже наличия одной нормальной и одной испорченной копии этого гена, неясно. По одной из гипотез, обладатели генной пары «дефект — норма» по PAH лучше переносят инфекции во время беременности, поэтому менее склонны к потере эмбриона в результате спровоцированного заболеванием выкидыша. Это предположение было высказано еще в 1970-х годах, но до сих пор не подтверждено. Ясно одно: преимущество генной пары «дефект — норма» достаточно велико для того, чтобы перевесить довольно небольшую вероятность стать родителем умственно отсталого ребенка, в отсутствие научно обоснованной диеты неспособного к самостоятельной жизни.

Менее зловещий пример генетически обусловленной пищевой непереносимости — целиакия: заболевание, при котором белок глютен, входящий в состав зерновых, не усваивается организмом. Его избыток повреждает ворсинки тонкой кишки, что приводит к их хроническому вос-палению и нарушению всасывания других питательных веществ. Симптомы целиакии — жидкий стул, похудение, вздутие живота и повышенное газообразование. Причины этого заболевания не совсем ясны. По-видимому, целиакия возникает из-за отсутствия или недостаточности фермента глиадинаминопептидазы, который расщепляет клейковину. Однако его дефекта недостаточно, чтобы заболеть: для полного развития целиакии также требуется генетическая предрасположенность, например наличие некоторых «специальных» вариантов генов иммунного ответа. При неполном расщеплении клейковины образуются пептиды, которые провоцируют окислительный стресс и воспаление, постепенно разрушающее стенку кишечника. Что же делать? Всю жизнь соблюдать безглютеновую диету, что непросто, поскольку приходится исключать все продукты, в состав которых входит мука из злаковых растений, а это не только хлебобулочные изделия из пшеничной и ржаной муки, но и многие крупы, макаронные изделия. При полном исключении глютена из рациона качество жизни пациентов с целиакией улучшается на глазах. Да, вы больше не можете есть булгур, пасту, кускус, но внимание группе, богатой медленными углеводами, придется уделить. Их недостаток может приводить к повышенной усталости, а заодно повышать желание есть больше сладкого. Позаботьтесь о добавлении к рациону риса, гречки (в том числе зеленой), киноа, овсянки с надписью «без глютена», сорго, кукурузы. Не обходите стороной бобовые и картошку.

Также важно включать и продукты, богатые омега-3 жирными кислотами (рыбу, моллюски, семечки), и растительные флавоноиды и каротиноиды, обладающие противовоспалительным и антиоксидантным эффектом, содержащиеся в орехах, маслах, овощах и фруктах. Они способствуют восстановлению барьерной функции стенки кишечника и снижению тяжести заболевания.

Важно отметить, что истинная целиакия встречается не столь часто, как мы привыкли думать. В Европе симптоматическую целиакию наблюдают менее чем у одного из ста взрослых, а стертые, бессимптомные формы, которые можно обнаружить лишь с помощью исследования уровня соответствующих антител, у одного из ста пятидесяти человек[261]. В Азии, правда, цифры немного повыше, особенно у детей.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Для подавляющего большинства соблюдение безглютеновой диеты — скорее дань моде, чем жизненная необходимость. Примерно 13% жителей Великобритании предполагают у себя аллергию или чувствительность к глютену, но на самом деле людей с этим заболеванием менее 1%. Полное исключение злаковых из рациона имеет смысл только после лабораторного подтверждения целиакии или аллергии и консультации с врачом. Даже если генетический тест выявил предрасположенность к непереносимости глютена, это еще не значит, что вы больны. Лишь небольшой процент лиц, предрасположенных к развитию целиакии, ею заболевает. Помимо глютена в злаковых есть и множество других белков, на которые также способны развиться реакции, приводящие к их непереносимости. Именно поэтому иногда по результатам тестов на пищевую непереносимость глютен может остаться в списке разрешенных продуктов, а злаковые растения, содержащие его, например овес и рожь, — попасть под запрет.

Вопрос о влиянии безглютеновой диеты на состояние детей с диагнозом аутизма — в процессе изучения. На данный момент нет исследований, подтверждающих необходимость радикально менять рацион ребенка, исключать или добавлять конкретные продукты. У зарубежных и российских ученых есть единичные данные об улучшениях, наблюдаемых у глютеночувствительных детей с аутизмом в результате перехода на безглютеновую диету. В зависимости от конкретного случая они могут быть более или менее выраженными, а также сильно зависят от того, что в принципе ест ребенок. Как и в случае с обычными детьми, в первую очередь необходимо выявить, действительно ли у ребенка есть чувствительность к этому типу белка, а уже потом ограничивать рацион. Если есть, исключение глютена действительно может улучшить качество жизни малыша и, возможно, положительно повлияет на его поведение. В противном случае сокращать рацион не следует, ведь обычно диета ребенка с аутизмом и так довольно скудна и нуждается скорее в разнообразии, чем в ограничениях.

Наличие предрасполагающих генных вариантов — только один из многих факторов, определяющих развитие целиакии. Именно поэтому ее относят к группе «многофакторных» заболеваний. Другими словами, одних генов тут недостаточно. Для запуска патогенного механизма нужно дополнительное внешнее воздействие — сильный «толчок» со стороны окружающей среды, а точнее длинная цепочка таких «толчков».

Факторы внешней среды, запускающие механизм целиакии, пока точно не выявлены. Вы можете встретиться с ними, а можете и не встретиться. Так что наличие предрасполагающих генных вариантов не приговор. Не надо бежать впереди паровоза и навсегда расставаться с французской булкой из страха, что когда-нибудь от нее у вас заболит живот.

Заключение

Какие рекомендации по питанию актуальны и где их найти?

На данный момент самый удобоваримый из официальных путеводителей по питанию — канадский Food Guide, опубликованный в начале 2019 года.

На момент написания этой книги он сильно отличался от любого другого одобренного государствами путеводителя, например Eat Well Guide, опубликованного British Nutrition Foundation. Почему? В канадском путеводителе, как и во всех остальных, вполне адекватно отражена необходимость овощей и фруктов, а также цельнозерновых продуктов и пищи, богатой белком. Но, в отличие от «здоровых тарелок» и «пирамид здорового питания» других стран, в нем нет граммов и калорий, а основные принципы звучат примерно так.

• Ешьте много овощей и фруктов.

• Ешьте цельнозерновые продукты.

• Ешьте продукты, богатые белком.

• Выбирайте продукты с качественными жирами.

• Снизьте потребление обработанных продуктов.

• Пусть вода будет основным источником жидкости в течение дня.

• Читайте этикетки на продуктах.

• Принимайте в расчет маркетинг.

Также канадцы расширили «белковую» секцию за счет добавления туда всей группы молочных продуктов. Бобовые, мясо, рыба и молочные продукты, в том числе соевые альтернативы, отлично ужились в путеводителе, показывая тем самым, что вполне взаимозаменяемы. Основная инновация канадского путеводителя — простым языком изложенный перечень здоровых пищевых привычек. И это большая победа! Наконец-то людям напомнили, как отличить чувство голода от дискомфорта в желудке, и отмечена важность того, как и где ты ешь.

Но этот канадский путеводитель слишком общий. А нам нужен персонализированный подход!

Персонализированное — а скорее индивидуализированное — питание опирается на уникальные данные о человеке, помогающие сформировать рекомендации, которые подходят именно ему.

Первой попыткой такого подхода можно считать Американские рекомендации по питанию, опубликованные в 2020 году. Американцы просто предложили несколько вариантов калорийности рациона в зависимости от пола, возраста и веса. Но при современном ритме жизни предлагаемый ими подсчет калорий выглядит малореалистично. Среднестатистический человек неспособен, мельком взглянув на тарелку, отличить 1600 ккал от 1800. Для этого ему нужно либо специальное, но неточное приложение, либо расчетная таблица, а может, даже и весы. Для этого американцы разработали систему оценки порций. Найти ее можно на сайте myplate.gov.

Но далеко от необходимости оценки качественного и количественного соотношения продуктов питания в нашем рационе уйти все же не удастся. Персонализированная диета опишет вашу тарелку в динамике. Каждый день ее состав будет разным, призванным скомпенсировать действие постоянно изменяющихся, но взаимодействующих факторов внутренней и внешней среды. Основа рациона будет определена в соответствии с уникальными генетическими вариантами вашей ДНК, а также полом, возрастом, ростом, весом и психоэмоциональными особенностями — если вы ненавидите манную кашу, никто ее вам насильно пихать не будет. А вот если вы переедете из Москвы в Саранск, то тарелка может и измениться. Также диета будет меняться в зависимости от состава микрофлоры кишечника, показателей крови, уровней метаболизма и физической активности и даже настроения.

Такая умная система, классифицирующая компоненты нашего рациона в зависимости от сиюминутных показателей здоровья, невозможна без глубокого исследования как самих питательных веществ, так и физиологии человека.

Что можно сделать уже сейчас?

Словосочетание «персонализированная медицина» (Personalised Medicine) понятно обывателю: это лекарство, которое вылечит от болезни именно вас и подобрано именно по вашим анализам; индивидуальный подход и методика, уникальная для вашего случая. Однако на сегодняшний день ничего на самом деле персонализированного не существует. А методы, позволяющие ученым и медикам год за годом все точнее подбирать методы лечения и лекарства, называются Stratified Medicine — или «медицина дробления групп на всё более узкие группы людей».

Однако уже сейчас на запрос «персонализированное питание» или «индивидуальный рацион» интернет вам предложит десятки способов измерить параметры вашего организма и подобрать те продукты, которые лучше всего подойдут именно вам. Но сначала придется сдать анализы крови или кала, в том числе иногда весьма креативные и со взятыми с потолка референтными значениями, «точечные» ДНК-тесты, раскрывающие секреты вашего спортивного потенциала («ДНК как у олимпийского чемпиона!»), и даже определение микроэлементного состава волос («Токсины! Срочно на детокс!»). Мы уж не говорим о том, что еще до анализов на экране повыскакивают всяческие биодобавки, способные за неделю излечить кого от родильной горячки, а кого и от воспаления коленной чашечки.

Однако если вы все же сдадите предложенную кучу анализов, послав их в три разные компании, вы либо получите три разные рекомендации, нередко диаметрально противоположные, либо в лучшем случае просто пару досужих универсальных советов типа «кушайте больше зелени».

Научные же рекомендации по персонализированным диетам даются в соответствии с текущим состоянием диетологии как науки. Пока индивидуализация не дошла до точного подбора диеты для каждого конкретного человека. Ученые начали с создания отдельных рекомендаций для разных возрастных групп (например, девочек-подростков или активных стариков), потом перешли на подбор питания для лиц с различными заболеваниями и только-только начали подбираться к разбивке населения на группы риска в зависимости от различного рода генетических и поведенческих предрасположенностей. Например, сейчас идут серьезные исследования способов «оттягивания» наступления диабета второго типа у лиц с метаболическим синдромом и снижения скорости образования камней у лиц со слишком кислой мочой.

Вот с этого и стоит начать. В первую очередь спокойно оцените себя и свои проблемы, а если их нет — следуйте рекомендациям, соответствующим вашей возрастной группе. Если же проблема есть, то сначала изучите, что именно о ней думают ученые, а потом встретьтесь с диетологом — лучше не с одним, а с двумя или тремя. Поможет и наша книга. В ней мы постарались наметить пути для будущей персонализации, а также отделили здравые зерна от совсем уж зловредных плевел, заодно показав, как мнения «ведущих собаководов» изменялись в соответствии с духом времени и конъюнктурой рынка. Считайте ее если не дорожной картой, то тропой, по которой можно в крайнем случае сверить обнаруженный в интернете экзотический диетический маршрут.

КСТАТИ, О ПРОДУКТАХ

Стабильный и подходящий человеку набор продуктов, называемый в современных исследованиях local — «местного производства», — безусловно, будет разным в зависимости от климата, страны, времени года и даже социального положения семьи. Во всем мире он долгое время был уникальным для каждого региона. Написано множество работ, подтверждающих, что рацион человека, максимально приближенный к рациону его дальних родственников, будет эффективнее всего работать на нужды организма. Конечно, благодаря современным технологиям и транспортным коммуникациям мы можем получить продукты из любого уголка мира, чем совершенствуем и эффективно дополняем свой базовый рацион

Однако каждый организм уникален и лишь частично может быть адаптирован для новых продуктов благодаря воздействиям внешних факторов, встречающихся в течение жизни: окружающая среда, образ жизни, перенесенные заболевания, гормональные изменения и даже способ появления на свет. Это сейчас подтверждают и исследования микробиоты кишечника, о которых мы рассказали в книге

Ваш рацион в любом случае будет базироваться на основных пищевых группах: зерновые, белковые, бобовые, овощи и фрукты, молочные продукты и альтернативы, а также продукты, богатые жирами, но при этом останется уникальным.

Персонализируй в зависимости от режима

Вы можете варьировать свой день: больше времени уделять качественному отдыху, гулять на природе, чаще покупать свежие продукты и меньше переживать из-за бытовых проблем. На данный момент вероятность того, что все это поможет вам прожить дольше, намного выше, чем если вы купите какую-то конкретную БАД с приписанными ей магическими свойствами, о которой прочли в очередной статье в интернете.

Технологии

Недалек момент, когда технологии помогут подобрать и доставлять нам продукты и даже блюда, которые подходят нам в конкретный момент.

Плохое настроение? Загрустили? Наша привычка подсказала бы съесть стограммовую молочную шоколадку и запить бокалом вина. Здесь у всех свои слабости. В этот момент мы не думаем, что лучше для нас, а действуем по накатанной схеме.

А может, намного лучше на работу различных систем нашего организма повлияет чашечка горячего темного шоколада с листочком свежей мяты? Или кокосовый мусс с зернышками граната? Вы знаете? Мы — нет!

В состоянии апатии мы о них не подумали, но недалек тот день, когда алгоритмы оптимизации подскажут, что именно такое сочетание вкусов мы однажды отметили рейтингом 10 из 10 — оно подняло наш уровень дофамина и серотонина, настроение после него улучшилось, чувство вины не зашкалило и поддержало желание сохранять здоровый вес!

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

На данный момент технологии еще в стадии становления, но развиваются очень быстро. По аналогии с анализами крови на дефицит микроэлементов, которые сейчас доступны не всем и бесплатно проводятся только при наличии специальных показаний, анализы ДНК или микрофлоры кишечника для выдачи более индивидуальных рекомендаций будут назначаться тем, для кого разработаны конкретные методики и алгоритмы действий.

Например, для людей с высоким риском диабета второго типа и метаболическим синдромом такие исследования уже ведутся, а значит, именно они, вероятно, первыми получат в назначении от врача направление на персонализированное питание — сгенерированное в соответствии с потребностями его организма и нуждающееся в оптимизации.

Если в целом у вас нет проблем со здоровьем, попробуйте отметить для себя, что из актуальных на сегодняшний день привычек у вас уже есть и над чем можно поработать.

Уже сегодня есть приложения, позволяющие автоматически генерировать сбалансированное меню и привезти из ближайшего супермаркета продукты для готовки буквально по нажатию одной кнопки. Эдакий карманный нутрициолог, который всегда с тобой, разработанный одним из авторов этой книги. И не надо тратиться на дорогие наборы продуктов или консультации.

Сделай фотографию содержимого тарелки — и мы распознаем, насколько это блюдо подходит твоей микробиоте кишечника. Звучит как фантастика? Нет, уже есть такое приложение от создателей медицинских систем тестирования ДНК и микробиоты кишечника Atlas Biomed.

Важно понимать, что технологии персонализации движутся не в направлении «делать выбор за вас», а призваны рекомендовать наиболее подходящий именно вам вариант в соответствии с вашими целями, основными биомаркерами организма, вкусовыми предпочтениями и даже настроением — здесь и сейчас. Будущее за человеческой индивидуальностью во всем.

Об авторах

Анча Баранова — доктор биологических наук, профессор Школы системной биологии Университета Джорджа Мейсона (США), а также научный сотрудник ФГБУ «Медико-генетический научный центр» РАМН и биомедицинского холдинга ATLAS (Москва). Анча получила кандидатскую степень по молекулярной биологии в МГУ в 1998 году и докторскую степень в области генетики в 2004-м. Эксперт в сфере функциональной геномики и протеомики, специализируется на анализе больших массивов данных. Ею были открыты несколько новых биомаркеров различных хронических заболеваний, включая различные типы рака, неалкогольный стеатогепатит и фиброз печени, а также синтез меланина в жировой ткани. Анча считает, что будущее за медициной персонализированной, которая предотвращает заболевания и отодвигает старость, опираясь на генетику. Анча ведет каналы в YouTube и Telegram.

Мария Кардакова — нутрициолог, специалист в области общественного здравоохранения Великобритании, PGR исследователь университета Surrey, автор научно-познавательного блога о питании MarysStories и создатель популярного приложения для здорового образа жизни Mary’s Recipes

МИФ Здоровый образ жизни

Подписывайтесь на полезные книжные письма со скидками и подарками: mif.to/zd-letter

Все книги по здоровому образу жизни на одной странице: mif.to/health

#mifbooks

Над книгой работали

Руководитель редакционной группы Светлана Мотылькова

Ответственный редактор Юлия Потемкина

Литературный редактор Ольга Свитова

Арт-директор Алексей Богомолов

Дизайн обложки Алексей Галкин

Корректоры Наталья Воробьева, Евлалия Мазаник

ООО «Манн, Иванов и Фербер»

mann-ivanov-ferber.ru

Электронная версия книги подготовлена компанией Webkniga.ru, 2022

Примечания

1

Azizi F, et.al. Prevention of non-communicable disease in a population in nutrition transition: Tehran Lipid and Glucose Study phase II // SpringerLink. 2009. Jan. 25 // link.springer.com/article/10.1186/1745-6215-10-5.

2

Munblit D., et al. Assessment of Evidence About Common Infant Symptoms and Cow’s Milk Allergy // JAMA Pediatr. 2020. Jun. 1. Vol. 174. Pp. 6. Pp. 599–608 // doi: 10.1001/jamapediatrics.2020.0153.

3

Арахис относится к бобовым культурам, поэтому его принято указывать отдельно от орехов. Прим. ред.

4

Sicherer S.H., Sampson H.A. Food allergy: Epidemiology, pathogenesis, diagnosis, and treatment // J. Allergy Clin. Immunol. 2014. Feb. Vol. 133. No. 2. Pp. 291–307// doi.org/10.1016/j.jaci.2013.11.020.

5

Bock S. A., et.al. Fatalities due to anaphylactic reactions to foods // The Journal of allergy and clinical immunology. 2001. Vol. 107. No. 1. P. 191–193 // doi:10.1067/mai.2001.112031 PMID 11150011.

6

Aggarwal A., et.al. Transfer of peanut allergy from donor to recipient after liver transplant // Ann. Hepatol. May-Jun 2019. Vol. 18. No. 3. Pp. 508–513 // doi: 10.1016/j.aohep.2018.10.006. Epub 2019 Apr 15.

7

Tavernise S. F. D. A. Says Importers Must Audit Food Safety // New York Times. 2013. July 26. Retrieved July 27, 2013; Strom S. F. D. A. Offers Sweeping Rules to Fight Food Contamination // New York Times. 2013. January 4. Retrieved January 5, 2013 // https://www.nytimes.com/2013/07/27/health/fda-proposes-rules-to-ensure-safety-of-imported-food.html.

8

Waggoner M. R. Parsing the Peanut Panic: The Social Life of a Contested Food Allergy Epidemic // Social Science & Medicine. 2013. Vol. 90. Pp. 49–55 // doi: 10.1016/j.socscimed.2013.04.031.

9

Michael C. Young. The Peanut Allergy Answer Book: 2nd Edition. Fair Winds Press // 2006. P. 168.

10

Du Toit G., et al. Randomized trial of peanut consumption in infants at risk for peanut allergy // N. Engl. J. Med. 2015. Feb 26. Vol. 372. No. 9. Pp. 803–813 // doi: 10.1056/NEJMoa1414850. Epub 2015 Feb 23.

11

Fleischer D. M., et.al. Consortium of Food Allergy Research (CoFAR). Sublingual immunotherapy for peanut allergy: a randomized, double-blind, placebo-controlled multicenter trial // J. Allergy Clin. Immunol. 2013. Jan. Vol. 131. No. 1. Pp. 119–127 // doi: 10.1016/j.jaci.2012.11.011. PubMed PMID: 23265698; PubMed Central PMCID: PMC3550002.

12

Li H., Yu J, et.al. Reduction of major peanut allergens Ara h 1 and Ara h 2, in roasted peanuts by ultrasound assisted enzymatic treatment // Food Chem. 2013. Nov. 15. Vol. 141. No. 2. Pp. 762–768 // doi: 10.1016/j.foodchem.2013.03.049. PubMed PMID: 23790845.

13

Mayo Clinic Staff. Celiac disease // 2021. August 10 // http://mayoclinic.org/diseases-conditions/celiac-disease/symptoms-causes/syc-20352220.

14

Pelsser L.M., et.al. Effects of a restricted elimination diet on the behavior of children with attention-deficit hyperactivity disorder (INCA study): a randomized controlled trial // Lancet. 2011. February 5. Vol. 377. No. 9764. Pp. 494–503 // doi: 10.1016/S0140-6736(10)62227-1.

15

Billing J., et.al. Antimicrobial functions of spices: why some like it hot // Q. Rev. Biol. 1998. Mar. Vol. 73. No. 1. Pp. 3–49 // doi: 10.1086/420058.

16

Mun S.-H., et al. Curcumin reverse methicillin resistance in Staphylococcus aureus // Molecules. 2014. Nov. 10. Vol. 19. No. 11. Pp. 18283–18295 // doi: 10.3390/molecules191118283.

17

Koosirirat C., et al. Investigation of the anti-inflammatory effect of Curcuma longa in Helicobacter pylori-infected patients // Int. Immunopharmacol. 2010. Jul. Vol. 10. No. 7. Pp. 815–818 // doi: 10.1016/j.intimp.2010.04.021.

18

Abdollahi E., et.al. Therapeutic effects of curcumin in inflammatory and immune-mediated diseases: A nature-made jack-of-all-trades? // J. Cell Physiol. 2018. Feb. Vol. 233. No. 2. Pp. 830–848 // doi: 10.1002/jcp.25778.

19

С. Ф. Фоминых, А.О. Степнов. Томский период жизни профессора Б.П. Токина // Вестник Томского государственного университета. 2015. № 391. стр 148–154 // cyberleninka.ru/article/n/tomskiy-period-zhizni-professora-b-p-tokina.

20

Billing J., et al. Antimicrobial Functions of Spices: Why Some Like it Hot // The Quarterly Review of Biology. 1998. Mar. Vol. 73. No. 1. Pp. 3–49.

21

Tokin B. P. Poslednie gody zhizni i tvorchestva akademika A. A. Zavarzina [The last years of the life and work of academician A. A. Zavarzin]. In: Problemy sovremennoy biologii [Problems of modern biology]. Leningrad: Leningrad State University Publ., 1972, pp. 3–20.

22

Rossi F., et al. Protective effect of Heliotropium foertherianum (Boraginaceae) folk remedy and its active compound, rosmarinic acid, against a Pacific ciguatoxin // J. Ethnopharmacol. 2012. Aug. 30. Vol. 143. No. 1. Pp. 33–40 // doi: 10.1016/j.jep.2012.05.045.

23

Gan-Hong Chen., et al. Cloning and Characterization of a Plant Defensin VaD1 from Azuki Bean // Journal of Agricultural and Food Chemistry. 2005 // pubs.acs.org/doi/abs/10.1021/jf0402227.

24

Guzmán-Rodríguez JJ., et al. Plant antimicrobial peptides as potential anticancer agents // Biomed Res Int. 2015 // doi: 10.1155/2015/735087.

25

Pauling L. Vitamin C and the Common Cold // W. H. Freeman and Company, 1970.

26

Mikkelsen SU., et al. The role of vitamin C in epigenetic cancer therapy // Free Radic Biol Med. 2021, March 28 // doi: 10.1016/j.freeradbiomed.2021.03.017. Berretta M. et al. Multiple Effects of Ascorbic Acid against Chronic Diseases: Updated Evidence from Preclinical and Clinical Studies // Antioxidants (Basel). 2020 Nov 26 // doi: 10.3390/antiox9121182.

27

Медведев Ж. Витаминная афера // Огонек. 2011. № 5. С. 48.

28

Ran L., et al. Vitamin C as a Supplementary Therapy in Relieving Symptoms of the Common Cold: A Meta-Analysis of 10 Randomized Controlled Trials // Biomed Res Int. 2021 Apr 27 // doi: 10.1155/2020/8573742; Hemilä H., et al. Commentary: The Long History of Vitamin C: From Prevention of the Common Cold to Potential Aid in the Treatment of COVID-19 // Front Immunol. 2021 Apr 1 // doi: 10.3389/fimmu.2021.659001; Anderson TW., et al. Vitamin C and the common cold: a double-blind trial // Can Med Assoc J. 1972 Sep 23 // ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC1940935.

29

Garaiova I., et al. Probiotics and vitamin C for the prevention of respiratory tract infections in children attending preschool: a randomised controlled pilot study // Eur. J. Clin. Nutr. 2015. Mar. Vol. 69. No. 3. Pp. 373–379 // doi: 10.1038/ejcn.2014.174.

30

Johnston C. S., et al. Vitamin C supplementation slightly improves physical activity levels and reduces cold incidence in men with marginal vitamin C status: a randomized controlled trial // Nutrients. 2014. Jul. 9. Vol. 6. No. 7. Pp. 2572–2583 // doi: 10.3390/nu6072572.

31

Rowe S., Carr A. C. Global Vitamin C Status and Prevalence of Deficiency: A Cause for Concern? // Nutrients. 2020. Jul. Vol. 12. No. 7. P. 2008 // doi: 10.3390/nu12072008.

32

Hemilä H., et al. Vitamin C for preventing and treating the common cold // Cochrane Database Syst Rev. 2013 Jan 31 // doi: 10.1002/14651858.CD000980.pub4; Mayo Clinic Staff. Cold remedies: What works, what doesn't, what can't hurt // 2022, June 3 // mayoclinic.org/diseases-conditions/common-cold/in-depth/cold-remedies/art-20046403.

33

Lee S., et al. Effect of different cooking methods on the content of vitamins and true retention in selected vegetables // Food Sci Biotechnol. 2017 Dec 12 // doi: 10.1007/s10068-017-0281-1.

34

Kwakman P. H. S., et al. Two major medicinal honeys have different mechanisms of bactericidal activity // PLoS One. 2011. Mar 4. Vol. 6. No. 3. P. e17709 // doi: 10.1371/journal.pone.0017709.

35

Rennard B. O., et al. Chicken soup inhibits neutrophil chemotaxis in vitro // Chest. 2000. Oct. Vol. 118. No. 4. Pp. 1150–1157 // doi: 10.1378/chest.118.4.1150.

36

Handa O., et al. Inhibitory effect of polaprezinc on the inflammatory response to Helicobacter pylori // Can. J. Gastroenterol. 2002. Nov. Vol. 16. No. 11. Pp. 785–789 // doi: 10.1155/2002/631070; Орлова С. В. Хелатные комплексы в нутрициологии и диетологии. М., 3-е изд., перераб. и доп. 2007. С. 72.

37

При болезни Штаргардта в результате мутации клетки фоторецепторов постепенно вырождаются, и пациент полностью теряет зрение.

38

Farrell DJ, Bower L. Fatal water intoxication // J Clin Pathol. 2003 Oct // doi: 10.1136/jcp.56.10.803-a.

39

Matt’s Law // Wikipedia // en.wikipedia.org/wiki/Matt%27s_Law.

40

Sarah H. Peterson, et.al. Marine foraging ecology influences mercury bioaccumulation in deep-diving northern elephant seals // Proceedings of the royal society. 2015, July 7 // royalsocietypublishing.org/doi/full/10.1098/rspb.2015.0710; Danny Lewis. When Seals Molt, They Leave Behind Mercury // Smithsonian magazine. 2015, September 2015 // smithsonianmag.com/smart-news/when-seals-molt-mercury-levels-rise-180956542.

41

Coelho S. D., et al. Lead in duplicate diet samples from an academic community // Sci. Total Environ. 2016 Dec. 15. Vol. 573. Pp. 603–607 // doi: 10.1016/j.scitotenv.2016.08.133.

42

O. W. van Assendelft, Spectrophotometry of Haemoglobin Derivatives, Van Gorcum, 1970

43

Популярное блюдо китайской кухни: яйцо, выдержанное несколько месяцев в специальной смеси без доступа воздуха. Прим. ред.

44

Jin Y., et al. A systematic review on food lead concentration and dietary lead exposure in China // Chin. Med. J. (Engl.). 2014. Vol. 127. No. 15. Pp. 2844–2849 // https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/25146625; Pan L., et al. Dietary exposure to lead of adults in Shenzhen city, China // Food Addit Contam. Part A Chem. Anal. Control Expo Risk Assess. 2016 Jul. Vol. 33. No. 7. Pp. 1200–1206 // doi: 10.1080/19440049.2016.1200750.

45

Lead in Food, Foodwares, and Dietary Supplements // U.S. Food and Drug Administration // fda.gov/food/metals-and-your-food/lead-food-foodwares-and-dietary-supplements.

46

К. Е. Макарова. et al. Альгинаты с различными молекулярными массами как сорбенты ионов кадмия и свинца // Известия Самарского научного центра Российской академии наук // 2013, 25 сентября // cyberleninka.ru/article/n/alginaty-s-razlichnymi-molekulyarnymi-massami-kak-sorbenty-ionov-kadmiya-i-svintsa.

47

Feitosa Teles F. F. Chronic poisoning by hydrogen cyanide in cassava and its prevention in Africa and Latin America // Food Nutr. Bull. 2002. Dec. Vol. 23. No. 4. Pp. 407–412 // doi: 10.1177/156482650202300416.

48

European Food Safety Authority // Apricot kernels pose risk of cyanide poisoning // 2016, April 27 // efsa.europa.eu/en/press/news/160427.

49

Salici S., Atayoglu A. T. Mad honey intoxication: A systematic review on the 1199 cases // Food Chem. Toxicol. 2015. Vol. 86. Pp. 282–290 // https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/26547022/.

50

Zhang Q., et al. Fatal Honey Poisoning Caused by Tripterygium wilfordii Hook F in Southwest China: A Case Series // Wilderness Environ Med. 2016 June 27 // pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/27132027.

51

Solanine poisoning // Br. Med. J. 1979. Dec 8. Vol. 2. No. 6203. Pp. 1458–1459; Smith K. A. Horrific Tales of Potatoes That Caused Mass Sickness and Even Death // smitsonianmag.com. 2013. October 21 // smithsonianmag.com/arts-culture/horrific-tales-of-potatoes-that-caused-mass-sickness-and-even-death-3162870/.

52

Question No EFSA-Q-2008-677. Scientific Opinion of the Panel on Food Additives, Flavourings, Processing Aids and Materials in Contact with Food (AFC) // The EFSA Journal // 2008, July 8 // efsa.onlinelibrary.wiley.com/doi/pdf/10.2903/j.efsa.2008.793.

53

Lee Ann Obringer. How Aphrodisiacs Work // HowStuffWorks.com // science.howstuffworks.com/aphrodisiac5.htm.

54

Anthony J Bella, et al. Traditional Plant Aphrodisiacs and Male Sexual Dysfunction // Phytotherapy research, 2013, October 29 // onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1002/ptr.5074.

55

Мы нашли распространенные методики и «опасности» в социальных сетях различных «специалистов». В их описании механизм действия БАД, травяных настоек, схем “лечения”, диет часто либо упрощающих, либо, наоборот, придумывающих новые сложные функции для нашего организма. Так что обращаться к подобным методам как к способу улучшения работы организма мы совсем не рекомендуем https://www.sciencedirect.com/science/article/abs/pii/S1548559519301430

56

Chen Y. J., et al. Dietary Broccoli Lessens Development of Fatty Liver and Liver Cancer in Mice Given Diethylnitrosamine and Fed a Western or Control Diet // J. Nutr. 2016. Mar. Vol. 146. No. 3. Pp. 542–550 // doi: 10.3945/jn.115.228148.

57

Boye J. I., Arcand Y. Green Technologies in Food Production and Processing. Springer Science & Business Media. 2012. P. 573.

58

Lin J., et al. Intake of red meat and heterocyclic amines, metabolic pathway genes and bladder cancer risk // Int. J. Cancer. 2012. Oct 15. Vol. 131. No. 8. Pp. 1892–1903 // doi: 10.1002/ijc.27437.

59

Lamichhane D. K., et al. Impact of prenatal exposure to polycyclic aromatic hydrocarbons from maternal diet on birth outcomes: a birth cohort study in Korea // Public Health Nutr. 2016. Oct. Voll. 19. No. 14. Pp. 2562–2571.

60

Ahmad Jayed, et al. Dietary Antioxidants, Circulating Antioxidant Concentrations, Total Antioxidant Capacity, and Risk of All-Cause Mortality: A Systematic Review and Dose-Response Meta-Analysis of Prospective Observational Studies // Advances in Nutrition, Volume 9, Issue 6, November 2018, Pages 701–716 // doi: doi.org/10.1093/advances/nmy040; Aune D., et al. Dietary intake and blood concentrations of antioxidants and the risk of cardiovascular disease, total cancer, and all-cause mortality: a systematic review and dose-response meta-analysis of prospective studies // Am J Clin Nutr. 2018 Nov 1 // doi: 10.1093/ajcn/nqy097; Jimi Kim. Antioxidant-Rich Diet, GSTP1 rs1871042 Polymorphism, and Gastric Cancer Risk in a Hospital-Based Case-Control Study // Front. Oncol., 29 January 2021, Sec.Cancer Epidemiology and Prevention // doi.org/10.3389/fonc.2020.596355; Cao L., et al. Dietary Patterns and Risk of Dementia: a Systematic Review and Meta-Analysis of Cohort Studies // Mol Neurobiol. 2016 Nov // doi: 10.1007/s12035-015-9516-4; Davinelli S, et al. Carotenoids and Cognitive Outcomes: A Meta-Analysis of Randomized Intervention Trials // Antioxidants (Basel) // 2021 Feb 2 // doi: 10.3390/antiox10020223.

61

Egner PA, et al. Chlorophyllin intervention reduces aflatoxin-DNA adducts in individuals at high risk for liver cancer // Proc Natl Acad Sci U S A. 2001 Dec 4 // doi: 10.1073/pnas.251536898.

62

Approved additives and E numbers // food.gov.uk/print/pdf/node/847.

63

Omaye S. T. Food and Nutritional Toxicology. CRC Press LLC, 2004. P. 257. ISBN 0-203-48530-0; Why Red M&M’s Disappeared for a Decade // Pricenomics. Retrieved 2016-08-16.

64

Vollmuth TA. Caramel color safety — An update // Food Chem Toxicol // 2018 Jan;111:578–596 // doi: 10.1016/j.fct.2017.12.004.

65

European Food Safety Authority. Re-evaluation of potassium nitrite (E 249) and sodium nitrite (E 250) as food additives // EFSA Journal on the Wiley Online Library // efsa.europa.eu/en/efsajournal/pub/4786.

66

Calafat A. M., et al. Exposure of the U. S. population to bisphenol A and 4-tertiary-octylphenol: 2003–2004. Environ. Health Perspect. 2008. Jan. Vol. 116. No. 1. Pp. 39–44 // doi: 10.1289/ehp.10753.

67

Cantonwine DE, et al. Bisphenol A and Human Reproductive Health // Expert Rev Obstet Gynecol. 2013 Jul 1;8(4):10.1586/17474108.2013.811939 // doi: 10.1586/17474108.2013.811939.

68

Wu W, et al. Bisphenol A and the Risk of Obesity a Systematic Review With Meta-Analysis of the Epidemiological Evidence // Dose Response. 2020 Apr 9 // doi: 10.1177/1559325820916949; Bao W, et al. Association Between Bisphenol A Exposure and Risk of All-Cause and Cause-Specific Mortality in US Adults // JAMA Netw Open. 2020 // doi:10.1001/jamanetworkopen.2020.11620jamanetwork.com/journals/jamanetworkopen/fullarticle/2769313.

69

Hormann AM, et al. Holding thermal receipt paper and eating food after using hand sanitizer results in high serum bioactive and urine total levels of bisphenol A (BPA) // PLoS One. 2014 Oct 22 // doi: 10.1371/journal.pone.0110509.

70

Lee I, et al. Bisphenol A exposure through receipt handling and its association with insulin resistance among female cashiers // Environ Int. 2018 Aug;117: 268–275 // doi: 10.1016/j.envint.2018.05.013.

71

Receipt-handling may boost cashiers’ exposure to hormone-disrupting chemicals: study // safetyandhealthmagazine.com/articles/18042-receipt-handling-may-boost-cashiers-exposure-to-hormone-disrupting-chemicals-study.

72

Korpela, K., et al. Intestinal microbiome is related to lifetime antibiotic use in Finnish pre-school children // Nat Commun 7, 2016, January 26 // doi.org/10.1038/ncomms10410.

73

Treatment for Common Illnesses // Centers for Disease Control and Prevention // cdc.gov/antibiotic-use/community/for-patients/common-illnesses/index.html.

74

Probiotics for Gastrointestinal Conditions: A Summary of the Evidence // Am. Fam. Physician. 2017.

75

Pathare P. P. Gut Microbiome: Next Frontier of Precision Medicine // aacc.org/cln/articles/2020/may/gut-microbiome-next-frontier-of-precision-medicine.

76

Venter C., et al. The maternal diet index in pregnancy is associated with offspring allergic diseases: the Healthy Start study // Wiley Online Library, Allergy, 2021, May 3 // http://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/all.14949; ACAAI 2019: Healthy, Diverse Diet in Pregnancy May Help Stave Off Allergic Disease in Offspring // Respiratory Medicine, 2019, November 14 // http://practiceupdate.com/content/acaai-2019-healthy-diverse-diet-in-pregnancy-may-help-stave-off-allergic-disease-in-offspring/92486; Mennella JA. Ontogeny of taste preferences: basic biology and implications for health // Am J Clin Nutr. 2014 Mar // doi: 10.3945/ajcn.113.067694.

77

Togo A., Dufour J.-C., Lagier J.-C. et al. Repertoire of human breast and milk microbiota: a systematic review // Future Microbiol. 2019. May. Vol. 14. Pp. 623–641 // doi: 10.2217/fmb-2018-0317.

78

Gómez-Gallego C., et al. Human Breast Milk NMR Metabolomic Profile across Specific Geographical Locations and Its Association with the Milk Microbiota // Nutrients. 2018 Sep 21;10(10):1355 // doi: 10.3390/nu10101355.

79

Vatanen T., et al. Variation in Microbiome LPS Immunogenicity Contributes to Autoimmunity in Humans // Cell. 2016. April 28 // cell.com/cell/comments/S0092-8674(16)30398-1.

80

Giuliani C., et al. Genetics of Human Longevity Within an Eco-Evolutionary Nature-Nurture Framework // Circ. Res. 2018. Sep. 14. Vol. 123. No. 7. Pp. 745–772 // doi: 10.1161/CIRCRESAHA.118.312562; Biagi E., Rampelli S., Turroni S. et al. The gut microbiota of centenarians: Signatures of longevity in the gut microbiota profile // Mech. Ageing Dev. 2017. Jul. Vol. 165. Pt. B. Pp. 180–184 // doi: 10.1016/j.mad.2016.12.013.

81

López-Otín C., et al. The hallmarks of aging. Cell. 2013. Jun. 6. Vol. 153. No. 6. Pp. 1194–1217 // doi: 10.1016/j.cell.2013.05.039.

82

Biagi E., Candela M., Fairweather-Tait S. et al. Aging of the human metaorganism: the microbial counterpart // Age (Dordr.). 2012. Feb. Vol. 34. No. 1. Pp. 247–267 // doi: 10.1007/s11357-011-9217-5.

83

Cattaneo A., et al. Association of brain amyloidosis with pro-inflammatory gut bacterial taxa and peripheral inflammation markers in cognitively impaired elderly // Neurobiol. Aging. 2017. Jan. Vol. 49. Pp. 60–68 // doi: 10.1016/j.neurobiolaging.2016.08.019.

84

Toro-Martín J. D., et al. Precision Nutrition: A Review of Personalized Nutritional Approaches for the Prevention and Management of Metabolic Syndrome, Nutrients, 2017.

85

Venkataraman A, et al. Variable responses of human microbiomes to dietary supplementation with resistant starch // Microbiome. 2016 Jun 29;4(1):33 // doi: 10.1186/s40168-016-0178-x.

86

Wu L, et al. A Cross-Sectional Study of Compositional and Functional Profiles of Gut Microbiota in Sardinian Centenarians // mSystems. 2019 Jul 9;4(4):e00325-19 // doi: 10.1128/mSystems.00325-19.

87

Perry R. J., et al. Acetate mediates a microbiome-brain-b-cell axis to promote metabolic syndrome // Nature. 2016. Jun. 9. Vol. 534. No. 7606. Pp. 213–217 // doi: 10.1038/nature18309.

88

David LA, et al. Diet rapidly and reproducibly alters the human gut microbiome. Nature. 2014 Jan 23;505(7484):559-63. doi: 10.1038/nature12820.

89

Vanessa K. Ridaura, et.al. Gut Microbiota from Twins Discordant for Obesity Modulate Metabolism in Mice // Science, 6 Sep 2013 Vol 341, Issue 6150 // doi: 10.1126/science.1241214

90

Lessa F. C., et al. Burden of Clostridium difficile infection in the United States // N. Engl. J. Med. 2015. Vol. 372. Pp. 825–834; Hall A. J., Curns A. T., McDonald L. C. et al. The roles of Clostridium difficile and norovirus among gastroenteritis-associated deaths in the United States, 1999–2007 // Clin. Infect. Dis. 2012. Vol. 55. Pp. 216–223.

91

Eiseman B., et al. Fecal enema as an adjunct in the treatment of pseudomembranous enterocolitis // Surgery. 1958. Vol. 44. Pp. 854–859.

92

Процедура ФКТ https://www.cnmt.ru/novyie-texnologii/vosstanovlenie-kishechnoj-mikrobiotyi (на 2022 год процедура не проводится в связи с с изменениями в законодательстве).

93

Borody TJ, et al. Fecal microbiota transplantation: indications, methods, evidence, and future directions // Curr Gastroenterol Rep. 2013 Aug;15(8):337 // doi: 10.1007/s11894-013-0337-1; Borody TJ, et al. Fecal Microbiota Transplantation: Expanding Horizons for Clostridium difficile Infections and Beyond // Antibiotics (Basel). 2015 Jul 6;4(3):254-66 // doi: 10.3390/antibiotics4030254.

94

Marotz CA, Zarrinpar A. Treating Obesity and Metabolic Syndrome with Fecal Microbiota Transplantation // Yale J Biol Med. 2016 Sep 30;89(3):383–388 // ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC5045147; Vrieze A., Van Nood E., Holleman F. et al. Transfer of intestinal microbiota from lean donors increases insulin sensitivity in individuals with metabolic syndrome // Gastroenterology. 2012. Vol. 143. No. 4. Pp. 913–916.

95

Yu EW, et al. Fecal microbiota transplantation for the improvement of metabolism in obesity: The FMT-TRIM double-blind placebo-controlled pilot trial // PLoS Med. 2020 Mar 9;17(3):e1003051 // doi: 10.1371/journal.pmed.1003051.

96

Ottman N., Reunanen J., Meijerink M. et al. Pili-like proteins of Akkermansia muciniphila modulate host immune responses and gut barrier function // PLoS ONE. 2017. Vol. 12. No. 3. P. e0173004 // doi: 10.1371/journal.pone.0173004.

97

Strandwitz P., et al. GABA Modulating Bacteria — Can Our Bacteria Make Us Depressed? Northeastern University, 2015 // repository.library.northeastern.edu/downloads/neu:m041hd210?datastream_id=content.

98

Steenbergen L., et al. A randomized controlled trial to test the effect of multispecies probiotics on cognitive reactivity to sad mood // Brain Behav. Immun. 2015. Aug. Vol. 48. No. 258–264 // doi: 10.1016/j.bbi.2015.04.003.

99

Gauci S, et al. Dietary patterns in middle age: effects on concurrent neurocognition and risk of age-related cognitive decline. Nutr Rev. 2022 Apr 8;80(5):1129–1159 // doi: 10.1093/nutrit/nuab047; Matison AP, et al. Associations between nutrition and the incidence of depression in middle-aged and older adults: A systematic review and meta-analysis of prospective observational population-based studies // Ageing Res Rev. 2021 Sep;70:101403 // doi: 10.1016/j.arr.2021.101403.

100

Christine Hall. Startups Focused On Gut Microbiome For Health Clues Raised $1B In VC Funding // December 8, 2020 // news.crunchbase.com/news/startups-focused-on-gut-microbiome-for-health-clues-raised-1b-in-vc-funding.

101

Grigoroff S. Étude sur une lait fermenté comestible. Le «Kissélo mléko» de Bulgarie // Revue Médicale de la Suisse Romande. Genéve. Georg&G., Libraires-Éditeurs. Librairie de L’Université. 1905.

102

Metchnikoff E. Quelques remarques sur le lait aigri. E. Rémy, 30 p., 1908.

103

Scaldaferri F., et al. Role and mechanisms of action of Escherichia coli Nissle 1917 in the maintenance of remission in ulcerative colitis patients: An update // World J Gastroenterol. 2016 Jun 28;22(24):5505-11 // doi: 10.3748/wjg.v22.i24.5505.

104

Lactobacillus (лактобактерии или лактобациллы, род бактерий) // Функциональная гастроэнтерология // gastroscan.ru/handbook/118/1906; Bifidobacterium (бифидобактерии, род бактерий) // Функциональная гастроэнтерология // gastroscan.ru/handbook/118/1822.

105

Scaldaferri F., et al. Role and mechanisms of action of Escherichia coli Nissle 1917 in the maintenance of remission in ulcerative colitis patients: An update. World J Gastroenterol. 2016 Jun 28;22(24):5505-11 // doi: 10.3748/wjg.v22.i24.5505.

106

Luis Villazon. Could two people who aren’t twins have the same DNA? // BBC Science Focus Magazine, 16th April, 2017 // sciencefocus.com/the-human-body/could-two-people-who-arent-twins-have-the-same-dna.

107

Maryam Hussain, et al. High dietary fat intake induces a microbiota signature that promotes food allergy // Food Allergy and Gastrointestinal Disease, Vol. 144, issue 1, P157-170.E8, JULY 01, 2019 // DOI:https://doi.org/10.1016/j.jaci.2019.01.043.

108

Valdes A. M., et al. Role of the gut microbiota in nutrition and health // BMJ. 2018. Vol. 361 // doi: 10.1136/bmj.k2179.

109

Tim Spector. I spent three days as a hunter-gatherer to see if it would improve my gut health // The Conversation UK // theconversation.com/i-spent-three-days-as-a-hunter-gatherer-to-see-if-it-would-improve-my-gut-health-78773.

110

Allegretti J. R., et al. Effects of Fecal Microbiota Transplantation With Oral Capsules in Obese Patients // Clin. Gastroenterol. Hepatol. 2020 Apr. Vol. 18. No. 4. Pp. 855–863.e2 // doi: 10.1016/j.cgh.2019.07.006.

111

Duan Y, et.al. Bacteriophage targeting of gut bacterium attenuates alcoholic liver disease // Nature. 2019 Nov;575(7783):505–511 // doi: 10.1038/s41586-019-1742-x.

112

Chemical elements listed by their presence in human body // lenntech.com/periodic-chart-elements/human-body.htm.

113

Уточнение. В биологии классификация макро- и микроэлементов несколько иная. Макроэлементами считаются те, содержание которых в живых организмах составляет больше 0,001% (примерно 0,7 г или более), а микроэлементами — те, которых менее 0,7 г. Кислород, углерод, водород и азот занимают особое положение: никакая жизнь без них невозможна в принципе.

114

Здоровое питание — здоровые кости. Питание и здоровье костей в любом возрасте // http://worldosteoporosisday.org.

115

Namgung R., Tsang R. C. Bone in the pregnant mother and newborn at birth // Clin. Chim. Acta. 2003. Vol. 333. Pp. 1–11.

116

Javaid M. K., Crozier S. R., Harvey N. C. et al, Princess Anne Hospital Study G. Maternal vitamin D status during pregnancy and childhood bone mass at age 9 years: a longitudinal study // Lancet. 2006. Vol. 367. Pp. 36–43.

117

Nicklas T. A., O’Neil C. E., Fulgoni V. L. 3rd. The role of dairy in meeting the recommendations for shortfall nutrients in the American diet // J. Am. Coll. Nutr. 2009. Feb. Vol. 28 Suppl. 1. Pp. 73S–81S.

118

Barrett-Connor E., Chang J. C., Edelstein S. L. Coffee-associated osteoporosis offset by daily milk consumption. The Rancho Bernardo Study // JAMA. 1994. Vol. 271. Pp. 280–283; Hallstrom H., Wolk A., Glynn A., Michaelsson K. Coffee, tea and caffeine consumption in relation to osteoporotic fracture risk in a cohort of Swedish women // Osteoporos. Int. 2006. Vol. 17. Pp. 1055–1064.

119

Недогода С. В. Роль препаратов магния в ведении пациентов терапевтического профиля // Лечащий врач. 2009. № 6.

120

Rosanoff A. Magnesium and hypertension // Clin. Calcium. 2005. Vol. 15. Р. 255–260.

121

Rayssiguier Y., Libako P., Nowacki W. et al. Magnesium deficiency and metabolic syndrome: stress and inflammation may reflect calcium activation // Magnes. Res. 2010. Vol. 23, No. 2. Рp. 154–159.

122

Jiang L., He P., Chen J. et al. Magnesium Levels in Drinking Water and Coronary Heart Disease Mortality Risk: A Meta-Analysis // Nutrients. 2016. Jan. 2. Vol. 8. No. 1.

123

JPierce. Human body: Enough phosphorous for 2200 matches and…// Warm Home Cool Planet by the Cambridge Energy Alliance (CEA) // warmhomecoolplanet.org/human-body-phosphorous-2200-matches.

124

Veronica Fiorito, et.al. The Multifaceted Role of Heme in Cancer // Front. Oncol., 15 January 2020, Sec.Cancer Metabolism// https://doi.org/10.3389/fonc.2019.01540.

125

Prasad A. S., et.al. Zinc metabolism in patients with the syndrome of iron deficiency anemia, hypogonadism and dwarfism // J. Lab. Clin. Med. 1963. Vol. 61. Pp. 537–549.

126

“Security guard” zinc is off-duty in diabetes // news.umich.edu/qsecurity-guardqzinc-is-off-duty-in-diabetes.

127

Tyrosine Hydroxylase Deficiency. Rare Disease Database // rarediseases.org/rare-diseases/tyrosine-hydroxylase-deficiency.

128

Squitti R., et.al. Copper dyshomeostasis in Wilson disease and Alzheimer’s disease as shown by serum and urine copper indicators // J. Trace Elem. Med. Biol. 2018. Jan. Vol. 45. No. 181–188 // doi: 10.1016/j.jtemb.2017.11.005.

129

Brewer G. J. Copper-2 Ingestion, Plus Increased Meat Eating Leading to Increased Copper Absorption, Are Major Factors Behind the Current Epidemic of Alzheimer’s Disease // Nutrients. 2015. Dec. 2. Vol. 7. No. 12. Pp. 10053–10064 // doi: 10.3390/nu7125513; Copper in Drinking Water // ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK225402.

130

Young N., et.al. Community water fluoridation and health outcomes in England: a cross-sectional study // Community Dent. Oral. Epidemiol. 2015. Dec. Vol. 43. No. 6. Pp. 550–559 // doi: 10.1111/cdoe.12180; Malin A. J., Till C. Exposure to fluoridated water and attention deficit hyperactivity disorder prevalence among children and adolescents in the United States: an ecological association // Environ. Health. 2015. Feb. 27. Vol. 14. P. 17 // doi: 10.1186/s12940-015-0003-1.

131

Felker P., et.al. Concentrations of thiocyanate and goitrin in human plasma, their precursor concentrations in brassica vegetables, and associated potential risk for hypothyroidism // Nutr. Rev. 2016. Apr. Vol. 74. No. 4. Pp. 248–258 // doi: 10.1093/nutrit/nuv110.

132

Питьевая вода. Гигиенические требования к качеству воды, расфасованной в емкости. Контроль качества — РТС-тендер // https://www.rts-tender.ru/poisk/sanpin/2-1-4-1116-02.

133

Wichman J., et.al. Selenium Supplementation Significantly Reduces Thyroid Autoantibody Levels in Patients with Chronic Autoimmune Thyroiditis: A Systematic Review and Meta-Analysis // Thyroid. 2016. Dec. Vol. 26. No. 12. Pp. 1681–1692.

134

Marshall J. R., et al. Selenomethionine and methyl selenocysteine: multiple-dose pharmacokinetics in selenium-replete men // Oncotarget. 2017. Apr. 18. Vol. 8. No. 16. Pp. 26312–26322.

135

Clark LC, et.al. Effects of selenium supplementation for cancer prevention in patients with carcinoma of the skin. A randomized controlled trial // Nutritional Prevention of Cancer Study Group. JAMA. 1996 Dec 25;276(24):1957-63 // pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/8971064.

136

Lippman S. M., et al. Effect of selenium and vitamin E on risk of prostate cancer and other cancers: the Selenium and Vitamin E Cancer Prevention Trial (SELECT) // JAMA. 2009. Vol. 301. Pp. 39–51.

137

Vincent J. B., et al. Chromium is not an essential trace element for mammals: effects of a «low-chromium» diet // Journal of Biological Inorganic Chemistry. 2011. March. Vol. 16. No. 3. Pp. 381–390.

138

Blech M. F., et al. Treatment of deep wounds with loss of tissue. Value of a 3 percent boric acid solution // Presse Med. 1990. Jun 2. Vol. 19. No. 22. Pp. 1050–1052.

139

Nielsen F. H., et al. Effect of dietary boron on mineral, estrogen, and testosterone metabolism in postmenopausal women // FASEB J. 1987. Nov. Vol. 1. No. 5. Pp. 394–397; Naghii M. R., et al. Comparative effects of daily and weekly boron supplementation on plasma steroid hormones and proinflammatory cytokines // J. Trace Elem. Med. Biol. 2011. Jan. Vol. 25. No. 1. Pp. 54–58 // doi: 10.1016/j.jtemb.2010.10.001.

140

Miljkovic D., et al. Calcium fructoborate: plant-based dietary boron for human nutrition // J. Diet. Suppl. 2009. Vol. 6. No. 3. Pp. 211–226; Scorei R., et al. A double-blind, placebo-controlled pilot study to evaluate the effect of calcium fructoborate on systemic inflammation and dyslipidemia markers for middle-aged people with primary osteoarthritis // Biol. Trace Elem. Res. 2011. Dec. Vol. 144. No. 1–3. Pp. 253–263.

141

Goodman D. L., et al. Chronic urticaria exacerbated by the antioxidant food preservatives, butylated hydroxyanisole (BHA) and butylated hydroxytoluene (BHT) // J. Allergy Clin. Immunol. 1990. Oct. Vol. 86. No. 4 Pt. 1. Pp. 570–575; Juhlin L. Recurrent urticaria: clinical investigation of 330 patients // Br. J. Dermatol. 1981. Apr. Vol. 104. No. 4. Pp. 369–381.

142

Cade J. F. Lithium Salts in the Treatment of Psychotic Excitement. 1949 // Bull. World Health Organ. 2000. Vol. 78. No. 4. Pp. 518–520.

143

Sugawara N, et al. Lithium in tap water and suicide mortality in Japan // Int J Environ Res Public Health. 2013 Nov 12;10(11):6044-8 // doi: 10.3390/ijerph10116044.

144

Tsuyoshi Kugimiya, et al. Lithium in drinking water and suicide prevention: The largest nationwide epidemiological study from Japan // Bipolar Disorders, 2021 // onlinelibrary.wiley.com/doi/epdf/10.1111/bdi.12983.

145

Zarse K., Terao T., Tian J. et al. Low-dose lithium uptake promotes longevity in humans and metazoans // Eur. J. Nutr. 2011. Aug. Vol. 50. No. 5. Pp. 387–389 // doi: 10.1007/s00394-011-0171-x.

146

Eiff J., et.al. Multicomponent analysis of fat- and water-soluble vitamins and auxiliary substances in multivitamin preparations by qNMR // J. Agric. Food Chem. 2015. Apr. 1. Vol. 63. No. 12. Pp. 3135–3143 // doi: 10.1021/acs.jafc.5b00087.

147

Bird J. K., et.al. Risk of Deficiency in Multiple Concurrent Micronutrients in Children and Adults in the United States // Nutrients. 2017. Jun. 24. Vol. 9. No. 7 // doi: 10.3390/nu9070655.

148

Kim J, et.al. Association of Multivitamin and Mineral Supplementation and Risk of Cardiovascular Disease: A Systematic Review and Meta-Analysis // Circ Cardiovasc Qual Outcomes. 2018 Jul;11(7):e004224 // doi: 10.1161/CIRCOUTCOMES.117.004224.

149

Helen Macpherson, et.al. Multivitamin-multimineral supplementation and mortality: a meta-analysis of randomized controlled trials // The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 97, Issue 2, February 2013, Pages 437–444 // https://doi.org/10.3945/ajcn.112.049304; Save Your Money: Vast Majority Of Dietary Supplements Don’t Improve Heart Health or Put Off Death // hopkinsmedicine.org/news/newsroom/news-releases/save-your-money-vast-majority-of-dietary-supplements-dont-improve-heart-health-or-put-off-death.

150

McClendon J. F., Shuck C. The presence of anti-ophthalmic vitamin and the absence of anti-richitic vitamin in dried spinach. First Published February 1, 1923 // doi.org/10.3181/00379727-20-139; Rosenfeld L. Vitamine-vitamin. The early years of discovery. Clin Chem. 1997 Apr;43(4):680-5 // pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/9105273.

151

Villazon L. Do carrots really help you see in the dark? // Science Focus // sciencefocus.com/the-human-body/do-carrots-really-help-you-see-in-the-dark/.

152

Цикл Кребса состоит из восьми последовательных реакций, в результате которых одна молекула ацетилкофермента А (ацетил-КоА) «сгорает» до воды и углекислого газа. Освобождающаяся энергия сосредоточивается в молекуле АТФ. Прим. ред.

153

Remedia Soy Formula Suspected in Brain Damage // haaretz.com/1.4754916; Mimouni-Bloch A., et al. Thiamine deficiency in infancy: long-term follow-up // Pediatr. Neurol. 2014. Sep. Vol, 51. No. 3. Pp. 311–316 // doi: 10.1016/j.pediatrneurol.2014.05.010.

154

Barennes H, et.al. Postpartum traditions and nutrition practices among urban Lao women and their infants in Vientiane, Lao PDR // Eur J Clin Nutr. 2009 Mar;63(3):323-31 // doi: 10.1038/sj.ejcn.1602928; Donna Kelly. LAOS: What People Cannot Eat is of Great Importance to Women — Part 2 // ipsnews.net/2009/09/laos-what-people-cannot-eat-is-of-great-importance-to-women-part-2.

155

McNulty H., Scott J. M. Intake and status of folate and related B-vitamins: considerations and challenges in achieving optimal status // Br. J. Nutr. 2008. Jun. Vol. 99 Suppl. 3. Pp. S48–S54 // doi: 10.1017/S0007114508006855.

156

Беззубов А. Д. Витамины для блокадного Ленинграда // Химия и жизнь. 1985. № 1.

157

Schandelmaier S, et.al. Niacin for primary and secondary prevention of cardiovascular events // Cochrane Database of Systematic Reviews 2017, Issue 6. Art. No.: CD009744 // DOI: 10.1002/14651858.CD009744.pub2.

158

Smith KE, et.al. Metabolic precursors in astrophysical ice analogs: implications for meteorites and comets // Chem Commun (Camb). 2015 Jul 28;51(59):11787-90 // doi: 10.1039/c5cc03272e; Bill Steigerwald. Vitamin B3 Might Have Been Made in Space, Delivered to Earth by Meteorites // NASA Astrobiology // astrobiology.nasa.gov/news/vitamin-b3-might-have-been-made-in-space-delivered-to-earth-by-meteorites.

159

Patassini S,et.al. Cerebral Vitamin B5 (D-Pantothenic Acid) Deficiency as a Potential Cause of Metabolic Perturbation and Neurodegeneration in Huntington's Disease // Metabolites. 2019 Jun 11;9(6):113 // doi: 10.3390/metabo9060113.

160

Li D., Radulescu A., Shrestha R. T. Association of Biotin Ingestion With Performance of Hormone and Nonhormone Assays in Healthy Adults // JAMA. 2017. Sep. 26. Vol. 318. No. 12. Pp. 1150–1160 // doi: 10.1001/jama.2017.13705.

161

Brian Resnick. Millions of women take folic acid for a healthier pregnancy. Thank Lucy Wills // vox.com/science-and-health/2019/5/10/18563248/lucy-wills-google-doodle-folic-acid-wills-factor.

162

Prevention of neural tube defects: results of the Medical Research Council Vitamin Study. MRC Vitamin Study Research Group // Lancet. 1991. Jul. 20. Vol. 338. No. 8760. Pp. 131–137; Czeizel A. E., et.al. Population-based case control study of folic acid supplementation during pregnancy // Teratology. 1996. Jun. Vol. 53. No. 6. Pp. 345–351 // doi: 10.1002/(SICI)1096-9926(199606)53:6<345::AID-TERA5>3.0.CO;2-Z.

163

Копытов В. С. Обогащение муки и других продуктов переработки зерна витаминными добавками // http://slideshare.net/AltaiFlourMills/ss-16519849.

164

Choi S.-W., Mason J. B. Folate status: effects on pathways of colorectal carcinogenesis // J. Nutr. 2002. Aug. Vol. 132. No. 8 Suppl. Pp. 2413S–2418S // doi: 10.1093/jn/132.8.2413S; Blount B. C., et.al. Folate deficiency causes uracil misincorporation into human DNA and chromosome breakage: implications for cancer and neuronal damage // Proc. Natl. Acad. Sci. USA. 1997. Apr. 1. Vol. 94. No. 7. Pp. 3290–3295 // doi: 10.1073/pnas.94.7.3290.

165

Mason J. B., Tang S. Y. Folate status and colorectal cancer risk: A 2016 update // Mol. Aspects Med. 2017. Feb. Vol. 53. No. 73–79 // doi: 10.1016/j.mam.2016.11.010; Zhao Y., et al. Folate intake, serum folate levels and esophageal cancer risk: an overall and dose-response meta-analysis // Oncotarget. 2017. Feb. 7. Vol. 8. No. 6. Pp. 10458–10469.

166

R.B.WODWARD. THE TOTAL SYNTHESIS OF VITAMIN B12 // Department of Chemistry, HarvardUniversity, Cambridge, Mas.02138, USA// publications.iupac.org/pac/1973/pdf/3301x0145.pdf.

167

Watanabe F, et.al. Pseudovitamin B(12) is the predominant cobamide of an algal health food, spirulina tablets // J Agric Food Chem. 1999 Nov;47(11):4736-41 // doi: 10.1021/jf990541b.

168

Lind J. A Treatise on the Scurvy. Gryphon Editions. Birmingham, AL: Gryphon Editions, 1980. First Edition; First Printing. Hardcover.

169

Ziegler S. J., et.al. Fast and Selective Assay of l-Ascorbic Acid in Rose Hips by RP-HPLC Coupled with Electrochemical and/or Spectrophotometric Detection // Planta Med. 1986. Oct. Vol. 5. Pp. 383–387 // doi: 10.1055/s-2007-969192.

170

Lewis Cantley, Jihye Yun, Intravenous High-Dose Vitamin C in Cancer Therapy, 2020, cancer.gov/research/key-initiatives/ras/ras-central/blog/2020/yun-cantley-vitamin-c.

171

Shenoy N., et.al. Ascorbic Acid in Cancer Treatment: Let the Phoenix Fly // Cancer Cell. 2018. Nov. 12. Vol. 34. No. 5. Pp. 700–706 // doi: 10.1016/j.ccell.2018.07.014.

172

Liu F., et.al. Intravenous high-dose vitamin C for the treatment of severe COVID-19: study protocol for a multicentre randomised controlled trial // BMJ Open. 2020. Jul. 8. Vol. 10. No. 7. P. e039519 // doi: 10.1136/bmjopen-2020-039519.

173

COVID-19 rapid guideline: vitamin D // NICE guideline. 2020. Dec. 17 // nice.org.uk/guidance/ng187.

174

Mowery D. C. Ivory Tower and Industrial Innovation. Stanford University Press, 2004. Pp. 39–40.

175

Bergman GJ, et al. Efficacy of vitamin D3 supplementation in preventing fractures in elderly women: a meta-analysis // Curr Med Res Opin. 2010 May; 26(5):1193-201 // doi: 10.1185/03007991003659814; Wang L, et al. Circulating Vitamin D Levels and Alzheimer's Disease: A Mendelian Randomization Study in the IGAP and UK Biobank // J Alzheimers Dis. 2020;73(2):609–618 // doi: 10.3233/JAD-190713; Bellan M, et al. Pathophysiological Role and Therapeutic Implications of Vitamin D in Autoimmunity: Focus on Chronic Autoimmune Diseases // Nutrients. 2020 Mar 17;12(3):789 // doi: 10.3390/nu12030789.

176

van Groningen L., et al. Cholecalciferol loading dose guideline for vitamin D-deficient adults // Eur. J. Endocrinol. 2010. Apr. Vol. 162. No. 4. Pp. 805–811 // doi: 10.1530/EJE-09-0932.

177

Dietary reference values for vitamin D. 2016 // efsa.onlinelibrary.wiley.com/doi/pdf/10.2903/j.efsa.2016.4547.

178

van Ballegooijen A. J., et al. The Synergistic Interplay between Vitamins D and K for Bone and Cardiovascular Health: A Narrative Review // Int. J. Endocrinol. 2017. Vol. 7454376 // doi: 10.1155/2017/7454376.

179

Tsou P., Wu C.-J. Serum Vitamin E Levels of Adults with Nonalcoholic Fatty Liver Disease: An Inverse Relationship with All-Cause Mortality in Non-Diabetic but Not in Pre-Diabetic or Diabetic Subjects // J. Clin. Med. 2019. Jul. 19. Vol. 8. No. 7. P. 1057 // doi: 10.3390/jcm8071057.

180

Kasahara T., Kato T. Nutritional biochemistry: A new redox-cofactor vitamin for mammals // Nature. 2003. Apr. 24. Vol. 422. No. 6934. P. 832 // doi: 10.1038/422832a.

181

Scientific Opinion on the safety of caffeine // efsa.europa.eu/en/efsajournal/pub/4102.

182

Papadopoulou E., et al. Maternal caffeine intake during pregnancy and childhood growth and overweight: results from a large Norwegian prospective observational cohort study // BMJ Open. 2018. Apr. 23. Vol. 8. No. 3. P. e018895 // doi: 10.1136/bmjopen-2017-018895.

183

Coping Strategies for Shift Work Disorder // sleepfoundation.org/shift-work-disorder/tips/coping-strategies.

184

Ker K, et al. Caffeine for preventing injuries and errors in shift workers // cochrane.org/CD008508/INJ_caffeine-for-preventing-injuries-and-errors-in-shift-workers.

185

The effects of shift work on health, iosh.com/media/1572/the-effects-of-shift-work-on-health-summary-report.pdf

186

Dranoff J. A. Coffee Consumption and Prevention of Cirrhosis: In Support of the Caffeine Hypothesis // Gene Expr. 2018. Mar. 21. Vol. 18. No. 1. Pp. 1–3

187

Сoffee consumption and bone health // coffeeandhealth.org/hcp-resources/factsheet-for-professionals-5/.

188

Vinson J. A., et al. V. Randomized, double-blind, placebo-controlled, linear dose, crossover study to evaluate the efficacy and safety of a green coffee bean extract in overweight subjects // Diabetes Metab. Syndr. Obes. 2012. Vol. 5. Pp. 21–27 // doi: 10.2147/DMSO.S27665.

189

Revuelta-Iniesta R, Al-Dujaili EA. Consumption of green coffee reduces blood pressure and body composition by influencing 11β-HSD1 enzyme activity in healthy individuals: a pilot crossover study using green and black coffee // Biomed Res Int. 2014;2014:482704 // doi: 10.1155/2014/482704.

190

Naylor LH, et al. Acute dose-response effect of coffee-derived chlorogenic acids on the human vasculature in healthy volunteers: a randomized controlled trial // Am J Clin Nutr. 2021 Feb 2;113(2):370–379 // doi: 10.1093/ajcn/nqaa312;

191

Umeda M, et al. Preventive effects of tea and tea catechins against influenza and acute upper respiratory tract infections: a systematic review and meta-analysis // Eur J Nutr. 2021 Dec;60(8):4189–4202 // doi: 10.1007/s00394-021-02681-2; Unno K, Nakamura Y. Green Tea Suppresses Brain Aging // Molecules, 2021 Aug 12;26(16):4897 // doi: 10.3390/molecules26164897; Huang J, et al. The anti-obesity effects of green tea in human intervention and basic molecular studies // Eur J Clin Nutr. 2014 Oct;68(10):1075-87 // doi: 10.1038/ejcn.2014.143; Xu R, et al. Effect of green tea consumption on blood lipids: a systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials // Nutr J. 2020 May 20;19(1):48 // doi: 10.1186/s12937-020-00557-5.

192

Igho-Osagie E, et al. Short-Term Tea Consumption Is Not Associated with a Reduction in Blood Lipids or Pressure: A Systematic Review and Meta-Analysis of Randomized Controlled Trials // J Nutr. 2020 Dec 10;150(12):3269–3279 // doi: 10.1093/jn/nxaa295. PMID: 33188386; Asbaghi O, et al. Effect of green tea on glycemic control in patients with type 2 diabetes mellitus: A systematic review and meta-analysis // Diabetes Metab Syndr. 2021 Jan-Feb;15(1):23–31 // doi: 10.1016/j.dsx.2020.11.004; Filippini T, et al. Green tea (Camellia sinensis) for the prevention of cancer // Cochrane Database Syst Rev. 2020 Mar 2;3(3):CD005004 // doi: 10.1002/14651858.CD005004.pub3; Filippini T, et al. Green tea (Camellia sinensis) for the prevention of cancer // Cochrane Database Syst Rev. 2020 Mar 2;3(3):CD005004 // doi: 10.1002/14651858.CD005004.pub3.

193

The Coffee Revolt of 1674: When Women Campaigned to Prohibit “That Newfangled, Abominable, Heathenish Liquor Called COFFEE” // https://www.openculture.com/2017/04/the-coffee-revolt-of-1674.html

194

Troyer R. J., Markle G. E. Coffee Drinking: An Emerging Social Problem // Social Problems. 1984. Apr. Vol. 31. No. 4. Pp. 403–416 // Oxford University Press // cnn.com/2015/08/14/health/coffee-health/index.html.

195

Coffee Drinking Among Children, 2 Sep 1927, https://www.science.org/doi/10.1126/science.66.1705.xii.t

196

Jick H., et al. Coffee and Myocardial Infarction // N. Engl. J. Med. 1973. July 12. Vol. 289. Pp. 63–67 // doi: 10.1056/NEJM197307122890203.

197

Klatsky A. L., et al. Coffee Drinking Prior to Acute Myocardial Infarction. Results From the Kaiser-Permanente Epidemiologic Study of Myocardial Infarction // JAMA. 1973. Vol. 226. No. 5. Pp. 540–543 // doi:10.1001/jama.1973.03230050018005.

198

Robertson D., et al. Effects of Caffeine on Plasma Renin Activity, Catecholamines and Blood Pressure // N. Engl. J. Med. 1978. Jan. 26. Vol. 298. Pp. 181–186 // DOI: 10.1056/NEJM197801262980403.

199

Heyden S, et al. Coffee consumption and mortality. Total mortality, stroke mortality, and coronary heart disease mortality // Arch Intern Med. 1978 Oct;138(10):1472-5 // pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/708166.

200

Casiglia E, et al. Unexpected effects of coffee consumption on liver enzymes // Eur J Epidemiol. 1993 May;9(3):293-7 // doi: 10.1007/BF00146266; G Corrao et.al., The effect of drinking coffee and smoking cigarettes on the risk of cirrhosis associated with alcohol consumption. A case-control study. Provincial Group for the Study of Chronic Liver Disease, 1994, Eur J Epidemiol., https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/7672043/.

201

Drinking any type of coffee associated with reduced risk of chronic liver disease // University of Southampton, Published: 22 June 2021// southampton.ac.uk/news/2021/06/coffee-reduced-liver-disease.page.

202

Whitfield JB, et al. Genom ALC Consortium. Obesity, Diabetes, Coffee, Tea, and Cannabis Use Alter Risk for Alcohol-Related Cirrhosis in 2 Large Cohorts of High-Risk Drinkers // Am J Gastroenterol. 2021 Jan 1;116(1):106–115 // doi: 10.14309/ajg.0000000000000833; Alferink LJM, et al. Coffee and herbal tea consumption is associated with lower liver stiffness in the general population: The Rotterdam study // J Hepatol. 2017 Aug;67(2):339–348// doi: 10.1016/j.jhep.2017.03.013; Jin X, Zheng RH, Li YM. Green tea consumption and liver disease: a systematic review // Liver Int. 2008 Aug;28(7):990-6 // doi: 10.1111/j.1478–3231.2008.01776.x; Sueoka N, et al. A new function of green tea: prevention of lifestyle-related diseases // Ann N Y Acad Sci. 2001 Apr;928:274-80 // doi: 10.1111/j.1749–6632.2001.tb05656.x; St Pyrek J. Constituents of human meconium-III. Identification of 3,20-dihydroxypregnan-21-oic acids // Steroids, 1987 Apr-May;49(4–5):313-33 // doi: 10.1016/0039-128x(87)90007-9.

203

Mostofsky E., et al. Habitual Coffee Consumption and Risk of Heart Failure: A Dose — Response Meta-Analysis // Circ. Heart Fail. 2012. Jul. 1. Vol. 5. No. 4. Pp. 401–405 // doi: 10.1161/CIRCHEARTFAILURE.112.967299.

204

Ming Ding, et al. Long-Term Coffee Consumption and Risk of Cardiovascular Disease.A Systematic Review and a Dose — Response Meta-Analysis of Prospective Cohort Studies // Circulation. February 11, 2014, Vol 129, Issue 6 // https://doi.org/10.1161/CIRCULATIONAHA.113.005925.

205

Harvard T.H. The Nutrition Source. Alcohol: Balancing Risks and Benefits // hsph.harvard.edu/nutritionsource/healthy-drinks/drinks-to-consume-in-moderation/alcohol-full-story.

206

CDC. Dietary Guidelines for Alcohol // https://www.cdc.gov/alcohol/fact-sheets/moderate-drinking.htm.

207

World Health Organization. Alcohol // who.int/health-topics/alcohol#tab=tab_1.

208

Hinkle SN, et al. Association of Habitual Alcohol Consumption With Long-term Risk of Type 2 Diabetes Among Women With a History of Gestational Diabetes // JAMA Netw Open. 2021 Sep 1;4(9):e2124669 // doi: 10.1001/jamanetworkopen.2021.24669; Figueiredo JC, et al. Sex and ethnic/racial-specific risk factors for gallbladder disease // BMC Gastroenterol. 2017 Dec 8;17(1):153 // doi: 10.1186/s12876-017-0678-6; Kerr WC, et al. Lifetime Alcohol Use Patterns and Risk of Diabetes Onset in the National Alcohol Survey // Alcohol Clin Exp Res. 2019 Feb;43(2):262–269 // doi: 10.1111/acer.13924.

209

Bakhshi S, While AE. Health professionals' alcohol-related professional practices and the relationship between their personal alcohol attitudes and behavior and professional practices: a systematic review // Int J Environ Res Public Health. 2013 Dec 23;11(1):218-48 // doi: 10.3390/ijerph110100218.

210

Joos L, Glazemakers I, Dom G. Alcohol Use and Hazardous Drinking among Medical Specialists // Eur Addict Res 2013;19:89–97 // doi: 10.1159/000341993.

211

Harvard T.H. Alcohol: Balancing Risks and Benefits // hsph.harvard.edu/nutritionsource/healthy-drinks/drinks-to-consume-in-moderation/alcohol-full-story.

212

William J. Cromie. Wine molecule slows aging process: Scientists drink to that // news.harvard.edu/gazette/story/2003/09/wine-molecule-slows-aging-process-2.

213

Terzibasi E., et al. The short-lived fish Nothobranchius furzeri as a new model system for aging studies // Exp. Gerontol. 2007. Vol. 42. Pp. 81–89.

214

Nadon N. L., et al. NIA Interventions Testing Program: Investigating Putative Aging Intervention Agents in a Genetically Heterogeneous Mouse Model. // Lancet. 2017. July 01. Vol. 21. Pp. 3–4.

215

Banaszewska B, et al. Effects of Resveratrol on Polycystic Ovary Syndrome: A Double-blind, Randomized, Placebo-controlled Trial // J Clin Endocrinol Metab. 2016 Nov;101(11):4322–4328 // doi: 10.1210/jc.2016–1858.

216

de Ligt M, Bruls YMH, et al. Resveratrol improves ex vivo mitochondrial function but does not affect insulin sensitivity or brown adipose tissue in first degree relatives of patients with type 2 diabetes // Mol Metab. 2018 Jun;12:39–47 // doi: 10.1016/j.molmet.2018.04.004.

217

Zhu X, et al. Effects of resveratrol on glucose control and insulin sensitivity in subjects with type 2 diabetes: systematic review and meta-analysis // Nutr Metab (Lond). 2017 Sep 22;14:60 // doi: 10.1186/s12986-017-0217-z.

218

Vitaglione P, et al. Bioavailability of trans-resveratrol from red wine in humans // Mol Nutr Food Res. 2005 May;49(5):495–504 // doi: 10.1002/mnfr.200500002.

219

Semba R. D., et al. Resveratrol Levels and All-Cause Mortality in Older Community-Dwelling Adults // JAMA Intern Med. 2014. Vol. 174. No. 7. Pp. 1077–1084 // doi:10.1001/jamainternmed.2014.1582.

220

Mews P, et al. Alcohol metabolism contributes to brain histone acetylation // Nature. 2019 Oct;574(7780):717–721 // doi: 10.1038/s41586-019-1700-7.

221

Painter K, Cordell BJ, Sticco KL. Auto-brewery Syndrome // 2022 May 1. In: StatPearls Publishing; 2022 Jan // pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/30020718/; Akhavan BJ, et al. Drunk Without Drinking: A Case of Auto-Brewery Syndrome // ACG Case Rep J. 2019 Sep 9;6(9):e00208 // doi: 10.14309/crj.0000000000000208; Malik F, Wickremesinghe P, Saverimuttu J. Case report and literature review of auto-brewery syndrome: probably an underdiagnosed medical condition // BMJ Open Gastroenterol. 2019 Aug 5;6(1):e000325 // doi: 10.1136/bmjgast-2019-000325.

222

Malik F., et al. Case report and literature review of auto-brewery syndrome: probably an underdiagnosed medical condition // BMJ Open Gastroenterol. 2019. Vol. 6. No. 1. P. e000325 // doi: 10.1136/bmjgast-2019-000325.

223

Chazelas E., et al. Sugary drink consumption and risk of cancer: results from NutriNet-Santé prospective cohort // BMJ. 2019. Vol. 366 // doi: 10.1136/bmj.l2408.

224

Basu S., et al. The Relationship of Sugar to Population-Level Diabetes Prevalence: An Econometric Analysis of Repeated Cross-Sectional Data // PLoS One. 2013. Vol. 8. No. 2. P. e57873 // doi: 10.1371/journal.pone.0057873.

225

A Bahador, et al. Effect of xylitol on cariogenic and beneficial oral streptococci: a randomized, double-blind crossover trial // Iran J Microbiol. 2012 Jun; 4(2): 75–81 // ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC3434645.

226

Ingrid Toews, et al. Association between intake of non-sugar sweeteners and health outcomes: systematic review and meta-analyses of randomised and non-randomised controlled trials and observational studies // BMJ, 2019 // ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC6313893/; Hongyi Li, et al. Association between intake of sweetened beverages with all-cause and cause-specific mortality: a systematic review and meta-analysis // Journal of Public Health, 09 April 2021 // doi.org/10.1093/pubmed/fdab069; Common Cancer Myths and Misconceptions (NIH 2018), http://cancer.gov/about-cancer/causes-prevention/risk/myths; Brown RJ, et al. Artificial sweeteners: a systematic review of metabolic effects in youth // Int J Pediatr Obes. 2010 Aug;5(4):305-12 // doi: 10.3109/17477160903497027; Rogers PJ, et al. Does low-energy sweetener consumption affect energy intake and body weight? A systematic review, including meta-analyses, of the evidence from human and animal studies // Int J Obes (Lond). 2016 Mar;40(3):381-94 // doi: 10.1038/ijo.2015.177.

227

Williams S. E., et al. ASPM sustains postnatal cerebellar neurogenesis and medulloblastoma growth in mice // Development. 2015. Nov. 15. Vol. 142. No. 22. Pp. 3921–3932 // doi: 10.1242/dev.124271.

228

Chakravarthy MV, Booth FW. Eating, exercise, and "thrifty" genotypes: connecting the dots toward an evolutionary understanding of modern chronic diseases // J Appl Physiol (1985). 2004 Jan;96(1):3-10 // doi: 10.1152/japplphysiol.00757.2003.

229

Mathias Rask-Andersen, et al. Gene-environment interaction study for BMI reveals interactions between genetic factors and physical activity, alcohol consumption and socioeconomic status // PLOS Genetics, 2017; 13 (9): e1006977 // DOI: 10.1371/journal.pgen.1006977.

230

Mao L., et. al. Population differentiation in allele frequencies of obesity-associated SNPs // BMC Genomics. 2017. Nov. 10. Vol. 18. No. 1. P. 861 // doi: 10.1186/s12864-017-4262-9.

231

McClure AC, et al. Receptivity to television fast-food restaurant marketing and obesity among U.S. youth // Am J Prev Med. 2013 Nov;45(5):560-8 // doi: 10.1016/j.amepre.2013.06.011; phttps://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/24139768/.

232

Gilbert-Diamond D., Emond J. A., Lansigan R. K. et al. Television food advertisement exposure and FTO rs9939609 genotype in relation to excess consumption in children // Int. J. Obes. (Lond). 2017. Jan. Vol. 41. No. 1. Pp. 23–29 // doi: 10.1038/ijo.2016.163.

233

Kilpeläinen T. O., et al. Physical activity attenuates the influence of FTO variants on obesity risk: a meta-analysis of 218,166 adults and 19,268 children // PLoS Med. 2011. Nov. Vol. 8. No. 11. P. e1001116 // doi: 10.1371/journal.pmed.1001116; Xiang L., Wu H., Pan A. et al. FTO genotype and weight loss in diet and lifestyle interventions: a systematic review and meta-analysis // Am. J. Clin. Nutr. 2016. Apr. Vol. 103. No. 4. Pp. 1162–1170 // doi: 10.3945/ajcn.115.123448.

234

Graff M., et al. Genome-wide physical activity interactions in adiposity — A meta-analysis of 200,452 adults // PLoS Genet. 2017. Apr. 27. Vol. 13. No. 4. P. e1006528 // doi: 10.1371/journal.pgen.1006528.

235

de Luis D. A., et al. RS9939609 FTO gene variant modified weight loss and insulin resistance after a partial meal-replacement hypocaloric diet // Eur. Rev. Med. Pharmacol. Sci. 2020. May. Vol. 24. No. 10. Pp. 5573–5581 // doi: 10.26355/eurrev_202005_21343.

236

Samaan Z., et al. The protective effect of the obesity-associated rs9939609 A variant in fat mass- and obesity-associated gene on depression // Mol. Psychiatry. 2013. Dec. Vol. 18. No. 12. Pp. 1281–1286 // doi: 10.1038/mp.2012.160; Samaan Z, et al. The protective effect of the obesity-associated rs9939609. A variant in fat mass- and obesity-associated gene on depression // Mol Psychiatry. 2013 Dec;18(12):1281-6 // doi: 10.1038/mp.2012.160; Roetker NS, et al. Multigene interactions and the prediction of depression in the Wisconsin Longitudinal Study // BMJ Open. 2012 Jul 2;2(4):e000944 // doi: 10.1136/bmjopen-2012-000944.

237

Melnik B. C. Milk: an epigenetic amplifier of FTO-mediated transcription? Implications for Western diseases // J. Transl. Med. 2015. Dec. 21. Vol. 13. P. 385 // doi: 10.1186/s12967-015-0746-z; Melnik BC, Schmitz G. Exosomes of pasteurized milk: potential pathogens of Western diseases // J Transl Med. 2019 Jan 3;17(1):3 // doi: 10.1186/s12967-018-1760-8; Melnik BC, John SM, Schmitz G. Adipogenic and insulin resistance-promoting effects of milk consumption // Mol Nutr Food Res. 2014 Jun;58(6):1166-7 // doi: 10.1002/mnfr.201470054.

238

Azushima K., Tamura K., Wakui H. et al. Bofu-tsu-shosan, an oriental herbal medicine, exerts a combinatorial favorable metabolic modulation including antihypertensive effect on a mouse model of human metabolic disorders with visceral obesity // PLoS One. 2013. Oct. 9. Vol. 8. No. 10. P. e75560 // doi: 10.1371/journal.pone.0075560.

239

Hibbard E. D., Smithells R. W. Folic acid metabolism and human embryopathy // Lancet. 1965. Vol. i. P. 1254 // academic.oup.com/ije/article/40/5/1154/660590; Smithells R. W., Shephard S., Schorah C. J. et al. Possible prevention of neural-tube defects by periconceptional vitamin supplementation // Lancet. 1980. Vol. i. Pp. 339–340.

240

Yafei W., Lijun P., Jinfeng W., Xiaoying Z. Is the prevalence of MTHFR C677T polymorphism associated with ultraviolet radiation in Eurasia? // J. Hum. Genet. 2012. Dec. Vol. 57. No. 12. Pp. 780–786 // doi: 10.1038/jhg.2012.113.

241

Abhinand P. A., Shaikh F., Bhakat S. et al. Insights on the structural perturbations in human MTHFR Ala222Val mutant by protein modeling and molecular dynamics // J. Biomol. Struct. Dyn. 2016. Vol. 34. No. 4. Pp. 892–905 // doi: 10.1080/07391102.2015.1057866.

242

Shea Larroque. MTHFR Genetics // medium.com/@sheamatthewfisher/mthfr-genetics-5747d04bb00c.

243

Zuin M., et al. Elevated Blood Homocysteine and Risk of Alzheimer’s Dementia: An Updated Systematic Review and Meta-Analysis Based on Prospective Studies // J. Prev. Alzheimers Dis. 2021. Vol. 8. No. 3. Pp. 329–334 // doi: 10.14283/jpad.2021.7.

244

Chaudhry S. H., et al. The role of maternal homocysteine concentration in placenta-mediated complications: findings from the Ottawa and Kingston birth cohort // BMC Pregnancy Childbirth. 2019. Feb. 19. Vol. 19. No. 1. P. 75 // doi: 10.1186/s12884-019-2219-5.

245

Mouhamed D. H., et al. Effect of cigarette smoking on plasma homocysteine concentrations // Clin. Chem. Lab. Med. 2011. Mar. Vol. 49. No. 3. Pp. 479–483 // doi: 10.1515/CCLM.2011.062; Verhoef P., et al. Contribution of caffeine to the homocysteine-raising effect of coffee: a randomized controlled trial in humans // The American Journal of Clinical Nutrition. 2002. Dec. Vol. 76. No. 6. Pp. 1244–1248 // doi: 10.1093/ajcn/76.6.1244.

246

Robinson J. L., et al. Betaine or folate can equally furnish remethylation to methionine and increase transmethylation in methionine-restricted neonates // J. Nutr. Biochem. 2018. Sep. Vol. 59. Pp. 129–135 // doi: 10.1016/j.jnutbio.2018.06.001; McBreairty L. E., et al. Betaine is as effective as folate at re-synthesizing methionine for protein synthesis during moderate methionine deficiency in piglets // Eur. J. Nutr. 2016. Dec. Vol. 55. No. 8. Pp. 2423–2430 // doi: 10.1007/s00394-015-1049-0.

247

Kosker A. R., Ozogul F., Ayas D. et al. Tetrodotoxin levels of three pufferfish species (Lagocephalus sp.) caught in the North-Eastern Mediterranean sea // Chemosphere. 2019. Mar. Vol. 219. Pp. 95–99 // doi: 10.1016/j.chemosphere.2018.12.010.

248

NCD roadmap report // ncdalliance.org/sites/default/files/resource_files/NCD%20Roadmap%20Report.pdf.

249

De Toro-Martin J., et. al.. Precision Nutrition: A Review of Personalized Nutritional Approaches for the Prevention and Management of Metabolic Syndrome // Nutrients. 2017. Vol. 9. No. 8. P. 913 // doi: 10.3390/nu9080913; Schroeder S. A. We Can Do Better — Improving the Health of the American People // N. Engl. J. Med. 2007. Vol. 357. Pp. 1221–1228 // doi: 10.1056/NEJMsa073350.

250

За здоровье! Как меняется потребление алкоголя в России // http://ria.ru/20190911/1558534727.html.

251

Darrel A. Regier, et.al. DSM-5: Классификация и изменения критериев // psychiatr.ru/files/magazines/2013_06_wpa_648.pdf.

252

Reynolds CA, et.al. Comparative rating measures of health and environmental exposures: how well do twins agree? Twin Res Hum Genet. 2005 Apr;8(2):113-9 // doi: 10.1375/1832427053738791. pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/15901474/; Froehlich JC, et.al. Analysis of heritability of hormonal responses to alcohol in twins: beta-endorphin as a potential biomarker of genetic risk for alcoholism. Alcohol Clin Exp Res. 2000 Mar;24(3):265-77 // pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/10776662.

253

Edenberg H. J., Foroud T. Genetics and alcoholism // Nat. Rev. Gastroenterol. Hepatol. 2013. Aug. Vol. 10. No. 8. Pp. 487–494 // doi: 10.1038/nrgastro.2013.86; Higuchi S. Polymorphisms of ethanol metabolizing enzyme genes and alcoholism // Alcohol. Alcohol. Suppl. 1994. Vol. 2. Pp. 29–34.

254

SUSUMU HIGUCHI. Japan: alcohol today // Addiction, Volume102, Issue12, November 30, 2007, Pages 1849–1862 // https://doi.org/10.1111/j.1360–0443.2007.01902.x.

255

NEEL JV. Diabetes mellitus: a "thrifty" genotype rendered detrimental by "progress"? // Am J Hum Genet. 1962 Dec;14(4):353-62 // pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/13937884.

256

Mathias Rask-Andersen, et.al. Gene-environment interaction study for BMI reveals interactions between genetic factors and physical activity, alcohol consumption and socioeconomic status // PLOS Genetics // doi.org/10.1371/journal.pgen.1006977

257

Diamond J. M. Diabetes Running Wild // Nature. 1992. Vol. 357. Pp. 362–363.

258

Cagliani R, et al. Diverse evolutionary histories for beta-adrenoreceptor genes in humans. Am J Hum Genet. 2009 Jul; 85(1): 64–75 // doi: 10.1016/j.ajhg.2009.06.005.

259

Endres W. Inherited metabolic diseases affecting the carrier // Journal of Inherited Metabolic Disease. 1997. Vol. 20. Pp. 9–20.

260

Krawczak M., Zshocke J. A role for overdominant selection in phenylketonuria? Evidence from molecular data // Hum. Mutat. 2003. Apr. Vol. 21. No. 4. Pp. 394–397 // doi: 10.1002/humu.10205.

261

Prashant Singh. Global Prevalence of Celiac Disease: Systematic Review and Meta-analysis // Systematic reviews and meta-analyses, Volume 16, ISSUE 6, P823-836.e2, June 01, 2018 // doi.org/10.1016/j.cgh.2017.06.037cghjournal.org/article/S1542-3565(17)30783-8/fulltext.

Content

Анча Баранова, Мария Кардакова
Что мы знаем (и не знаем) о еде. Научные факты, которые перевернут ваши представления о питании

Информация от издательства

Введение

Диета для каждого и лично для вас

Почему рекомендации по питанию постоянно меняются?

Наука и практика — в чем разница?

Глава 1. Иммунная система, аллергены и продукты-помощники

Свои и чужие

Аллергические реакции

Диагностика аллергии

Аллергия и пищевая чувствительность

Война с арахисом

Этот страшный глютен

Элиминационная диета

Что съесть, чтобы повысить иммунитет

Некоторые любят погорячее!

Антибиотики в кухонном шкафчике

Не просто трава для отдушки

Растительные дефензины

Цитрусовые и не только: самый знаменитый витамин

Сладкое лекарство

Еврейский пенициллин

Глава 2. Токсины

Эти многогранные яды

Ртуть

Свинец

Цианиды

Сигуатоксин

Отравление: синдромы и симптомы

«Пьяный» мед

Соланины

Личи

Китайская корица

Токсины не для всех

Лакрица (солодка)

Бобы обыкновенные

Канцерогены в тарелке

Нитраты и нитриты

Полициклические ароматические углеводороды и их производные

Пероксиды

Афлатоксины

Пищевые красители

Бисфенол А

Глава 3. Питание и микрофлора кишечника

Микробы и бактерии

Наши невидимые друзья…

…и их враги

Восстановление после болезни и терапии антибиотиками

С молоком матери

О пользе грязи

Разнообразие питания и кишечной микрофлоры

Обитатели нашего организма — полезные и вредные

Замени микробов — изменишь судьбу

Акцио, аккермансия!

Мой внутренний мир

Блеск и нищета пробиотиков

Алкоголь

Глава 4. Таблица Менделеева внутри нас

Кальций

Магний

Фосфор

Калий

Натрий

Железо

Цинк

Медь

Фтор

Йод

Марганец

Селен

Хром

Бор

Молибден

Ванадий

Литий

Кремний

Кобальт

Глава 5. Витамины

Витамин А

Витамин B1 (тиамин)

Витамин B2 (рибофлавин)

Витамин B3 (ниацин)

Витамин B5 (пантотеновая кислота)

Витамин B6 (пиридоксин)

Витамин B7 (биотин)

Витамин B9 (фолиевая кислота, или фолаты в целом)

Витамин В12 (кобаламины)

Витамин С (аскорбиновая кислота)

Витамин D

Витамин Е (токоферолы и токотриенолы)

Витамин К

Витамины-кандидаты

Глава 6. Наши любимые напитки

Чай, кофе и какао

Кофеин как психостимулятор

Кофеин, исчезни!

Кофеин и сон

Полифенолы кофе

Хлорогеновые кислоты и другие полифенолы: спасители в шкуре волка

Катехины, теафлавины и прочие вчашкечаины

Поучительная история попрания и реабилитации кофе

Собратья кофеина — теобромин и теофиллин

Алкоголь

Что такое алкоголь?

Гормезис — на все руки мастер!

Вред и польза спиртного: жюри на совещании

Легенды о красном вине

Сон разума в подпитии

Похмельное утро

Ацетат — и друг, и гад

Наши маленькие друзья

Газированные напитки

Что же пить?

Глава 7. Гены и диета

Что в нас заложено

Гены на диване

Кто виноват и что делать?

Белки-транжиры

Не все аминокислоты одинаково полезны

Пищевая непереносимость, или Почему люди не коалы

Островок Науру: из грязи в князи и обратно

Генетика и рацион

Геномика для желудка

Немного о викингах, или Прирожденные вегетарианцы

Алкоголиками не рождаются

Вес: лишний или нет?

Кофе вместо бутерброда

Спасительная диета, или Гены не приговор

Заключение

Какие рекомендации по питанию актуальны и где их найти?

Что можно сделать уже сейчас?

Персонализируй в зависимости от режима

Технологии

Об авторах

МИФ Здоровый образ жизни

Над книгой работали

Примечания