Огненная Любовь

Вторая невеста Драконьего Лорда 2

Глава 1

Глава 1: Регент наследного принца Королевства Пылающих

— Отбор фактически уже начался, Ваше Светлейшество, но официально об этом объявят только вечером. Однако до меня уже дошли слухи, что в этом мероприятии еще до нашего возвращения стало на одну кандидатку меньше, — с напускным прискорбием сообщил Эртирнар, заложив руки за спину.

Седовласый мужчина тенью стоял за высокой спинкой кресла своего повелителя.

Остальные подконтрольные ему восемь воинов практиковались на мечах у подножья чернокаменного замка, выбрав местом для сражения мелкую пристань с белоснежной беседкой, увитой вьюном с голубыми цветами.

Что Рейтару, что Эртирнару прекрасно была видна и слышна их тренировка через большое, распахнутое настежь окно. Регент наследного принца, сидя в своем кресле в кабинете на третьем этаже, бездумно смотрел на горизонт — на широкую полоску Теплого моря, за которым продолжались бескрайние земли этого мира.

На массивном столе из темного дерева, что стоял у самого окна, лежали списки участниц. Их со всего света за время отсутствия в королевстве Первого Драконьего Лорда собрал Совет Семерых. Давая свое согласие на последнюю попытку отыскать так необходимую для получения зверя искру, Рейтар даже не подозревал, во что на самом деле втянет его старец, представляющий Дом Огня.

Больше того, отправляясь в путешествие на поиски своего похищенного племянника — наследного принца Королевства Пылающих, мужчина даже подумать не мог, что спустя столько лет все же отыщет ту самую искру, ощутив ее в малознакомой избалованной человечке.

Только забирать вожделенную искру Рейтар не торопился. Для того чтобы зверь в нем все же проснулся, было необходимо по всем правилам провести брачный ритуал, а значит, жениться на девушке, которая не вызывала у него ничего, кроме раздражения.

Другое дело, если бы обладательницей искры оказалась старшая сестра Илоны — Амелия. Дракон, что с самого рождения не имел своего зверя, страстно желал эту хрупкую, но такую сильную духом человечку.

Наглая, пробивная, сообразительная, но при этом милая, добрая, нежная. Она таяла в его руках, забывала дышать, когда он ее целовал. Сердце ее словно сходило с ума, когда мужчина находился поблизости. Острый слух позволял Рейтару отмечать эти маленькие, но значительные изменения, придавая ему уверенности.

Даже самоуверенности, а иначе почему он решился на похищение? Впрочем, знай он наперед, чем все это закончится, все равно не изменил бы своих планов. Он просто не представлял, как это — взять и отпустить Амелию на все четыре стороны, потерять ее, больше не встретиться никогда.

Нет, Рейтар хотел, чтобы она находилась рядом с ним, желал иметь возможность беспрепятственно целовать ее, сжимать в своих объятиях, часами на холодных шелковых простынях изучать каждый изгиб ее пленительного тела.

Она нужна была ему как воздух. Ему и его племяннику, который после смерти своих родителей больше ни с кем не шел на контакт, умудряясь выпроваживать из дворца даже самых стойких и опытных нянь. Даже Рейтар не мог совладать с мальчишкой, что легко, без каких-либо трудностей удавалось Амелии. Арскиль вообще не слезал с ее рук, предпочитая девушку любому другому транспорту.

Отчасти свой поступок — пленение девушки — Рейтар оправдывал именно заботой о своем племяннике.

— Кто и каким именно образом пострадал? — сухо спросил регент, беря в руки списки невест.

Каждая кандидатка из этих списков яро горела желанием занять законное место подле Рейтара. Все они хотели примерить на себя роль его супруги, но Совет Семерых ясно дал им понять, что в грядущем отборе выиграть сможет только одна.

Выигрыш гарантировал замужество и титул Первой Драконьей Леди, что целиком и полностью не устраивало регента наследного принца. Отбор для него вообще являлся неожиданностью, потому что раньше для проверки на наличие искры хватало лишь подписания договора, который официально признавал девушку невестой, и короткого поцелуя.

Но теперь все было совершенно не так.

— Пострадала огненная драконица из семьи Бейтора, Ваше Светлейшество. После того как девушка не появилась этим утром на завтраке в общем зале, ее обнаружили в выделенных ей покоях бездыханной. Хранитель Дома Огня в присутствии смотрительницы и двух гвардейцев постановил, что смерть наступила от удушья. В спальне девушки также были найдены спрятанные в шкатулке записки с угрозами. Кто-то требовал, чтобы она отказалась от участия в отборе. Сейчас эти записки изучаются магистром Оутруном — он сверяет почерк преступника с анкетами, которые невесты заполняли собственноручно.

— Я хочу знать о результатах сверки как можно скорее, — скупо процедил Рейтар, вычеркивая погибшую драконицу из списка. Вписав рядом имя Амелии, он дважды подчеркнул его. — Девушек уже опросили? Возможно, кому-то из них также приходили угрозы.

— Я жду только вашего приказа, Ваше Светлейшество.

О, как же сильно Рейтар хотел отдать совершенно другой приказ — разогнать весь этот балаган, но, увы, не мог отказаться от этого отбора, потому что самолично дал карт-бланш хранителю Дома Огня, а тот, в свою очередь, подписал с каждой из кандидаток нерушимый договор.

А все начиналось так невинно.

Магический вестник застал мужчину на корабле уже перед самой швартовкой. Этот способ связи был удобен тем, что письмо приходило не по заданным координатам, а прямиком тому, кому было адресовано, где бы это существо на данный момент ни находилось.

Этим и отличалась драконья магия. Она была более точной. Единственное условие — такие вестники нужно было уметь принимать. Если вовремя не послать магический импульс, то письмо в форме миниатюрного летающего бумажного дракона сгорало прямо в воздухе, опадая серебряным пеплом.

Раскрыв письмо, явно пришедшее от храмовника из Дома Огня — рисунок черной восковой печати говорил об отправителе, — Рейтар остался крайне недоволен прочитанным. Совет Семерых за время отсутствия регента в Королевстве Пылающих собрал во дворце с полсотни девушек со всего света, и все они сейчас дожидались его возвращения для проведения отбора среди невест.

Прикрыв веки, едва сдерживая звериный рык, что рвался из груди, мужчина перевел дыхание. Подобные мероприятия сейчас вообще были не к месту. Ему следовало разобраться с Илоной и найденной у нее искрой, с Амелией и его желанием во что бы то ни стало получить эту девушку, заполучить ее тело и душу.

Да и не было больше смысла в поисках невесты: он нашел ту, что должна была пробудить в нем дракона во время проведения свадебного ритуала, так что отбор можно было смело разгонять, но сама идея с невестами пришлась ему по душе.

В столицу — в самую сердцевину Королевства Пылающих — по закону чужаки никак попасть не могли, но имелось в этом правиле особое исключение: многочисленным невестам Рейтара на время помолвки можно было присутствовать там.

Именно так родилось решение, которое он несмотря ни на что считал самым правильным.

— Плохие новости? — осведомилась Илона, которую на землях ее дяди за необычную, броскую красоту прозвали Жемчужиной Деройского пролива.

Окинув смазливую девушку пустым взглядом, Рейтар вообще не думал о ней в этот момент. Он отлично распознавал все ее взгляды и наигранные ужимки. Его не волновал ее флирт. Мужчину интересовала только искра внутри нее.

— Леди Гаргат, вы станете моей невестой? — спросил мужчина, проигнорировав ее вопрос.

Письмо, сжатое в его кулаке, вспыхнуло огнем и превратилось в пепел.

На мгновение девушка растерялась. Голубые глаза округлились, визуально став еще больше, а пухлые губы приоткрылись от удивления. Рейтару даже показалось, что воспитание сейчас возьмет над ней верх, она покраснеет, потеряет дар речи, смутится, но не тут-то было.

Счастливо взвизгнув, что абсолютно точно не должна позволять себе аристократка, Илона кинулась дракону на шею.

— Да! Я согласна! Я согласна! — закричала она, оглушая мужчину.

С трудом оторвав от себя ее цепкие пальцы, за следующие два десятка минут Рейтар трижды пожалел о своем предложении. Не имея никакой возможности перебить Илону — ему это сделать воспитание не позволяло, — он слушал угрозы в свой адрес, которые девушка, несомненно, считала ближайшими перспективами.

Она рассказывала ему, как и где пройдет их свадьба, как все будет украшено, что подарят гости и прочую чепуху, что совершенно не стоила его внимания.

— А первым у нас родится мальчик. Мы его назовем…

Рейтар не слушал девушку. Заприметив на горизонте малую пристань, он с тревогой всматривался в тех, кто ждал их на берегу, когда к ним подошла Амелия.

Приняв его за преступника из-за стражи, что ожидала у подножия его замка, каким-то неведомым способом узнав об их прибытии, старшая сестра Илоны требовала от него ответа, и он дал ей его, во всеуслышание объявив о том, что теперь они — тоже его невесты.

Более того, Рейтар официально представился, наконец-то раскрыв свою личность, но реакция Амелии его поразила. Вместо того чтобы с трепетом присесть в реверансе, пораженно замолчать или же грохнуться в обморок, она попыталась вооружиться своим стилетом.

В ее нежном голосе неожиданно появилась угроза:

— Немедленно разворачивайте судно! Пусть ваши люди пришвартуют его у главного причала! — потребовала эта фурия, приставив острие стилета к его шее.

Показав жестом своим воинам, чтобы не вмешивались, Рейтар намеревался объясниться, привести ее в чувство, но успел произнести только ее имя, прежде чем девушка камнем рухнула в его объятия, действительно потеряв сознание.

Стилет выпал из ее ослабевших пальцев.

Недоуменно переведя взгляд с нее и пискнувшего в люльке Арскиля на Илону, дракон окончательно лишился дара речи. Миниатюрная блондинка стояла перед ним, вооружившись тяжелой подзорной трубой, словно дубиной, и скалилась в устрашающей улыбке.

— Может, скинем ее за борт?

Эти несколько слов то и дело всплывали в его сознании, пока мужчина спускался по шаткому деревянному трапу на такой же неустойчивый причал. На руках его мирно покачивалась так и не пришедшая в себя Амелия, на животе у которой пристроился Арскиль в своей драконьей и отнюдь не легкой ипостаси, но согнать его на руки к кому-то другому не представлялось возможным.

Никого другого он к себе просто не подпускал.

Выстроившись в два ряда перед причалом, на берегу у подножия замка регента ожидала гвардия, положенная ему и его племяннику Арскилю по статусу. Первый министр — грузный старец, чей круглый живот был обтянут темно-синим мундиром с золотыми пуговицами, — спешно выбежал ему навстречу, радушно раскинув руки в стороны, но Рейтар прошел мимо, не остановившись ни на мгновение.

Пришлось министру бежать за тем, кто исполнял обязанности повелителя, присоединившись к ничуть не отстающей Илоне.

— Ваше Светлейшество, мы так вас ждали! Как дела у дроу? Как прошел праздник?

— Все отлично, — коротко отговорился Рейтар, пересекая берег широкими шагами.

Нырнув между белоснежными колоннами, увитыми вьюном, он начал восхождение по ступеням. Их, выточенных прямо в скале, здесь можно было насчитать больше трех сотен. Конечно, этот путь можно было преодолеть и в экипаже по объездной дороге, но дракон предпочитал скорее оказаться в своем замке и пригласить для Амелии целителя.

Человеки всегда считались слишком хрупкими в сравнении со всеми остальными расами. Кто знает, к чему мог привести этот необдуманный удар по голове? Такого поступка от Илоны он однозначно не ожидал, но он его кое-чему научил. Теперь Рейтар точно знал, что безобидной младшая сестра Амелии не была.

— И у нас все отлично, Ваше Светлейшество! — задыхался первый министр от быстрого подъема. — Все ждут только вас. Мы такой праздник приготовили по случаю вашего возвращения…

Грузный министр говорил еще что-то, но дядя Арскиля пропускал все его слова мимо ушей. Доверие дракона первый министр потерял уже давным-давно из-за частого вранья. Эртирнар как правая рука по приказу своего властителя всегда выяснял все самостоятельно, и эти доклады разительно отличались от предыдущих.

Взять хотя бы смерть огненной драконицы. Ставить Рейтара в известность на этот счет первый министр не собирался, но от воинов и доносчиков, работающих на них, невозможно было что-либо утаить.

Замерев на последней каменной ступеньке, дракон, не имеющий зверя, окинул взглядом свой мрачный замок. Он купил его специально подальше от столицы — на самой окраине, чтобы иметь возможность сбегать от многочисленных придворных и их интриг. Будь его воля, он бы вообще всех их разом разогнал.

— Это ваш дворец? Маленький какой-то… — раздосадованно протянула Илона, о которой он уже успел забыть, но тут же воодушевленно добавила: — Но ничего. Мы его обязательно перестроим. И камень поменяем на желтый.

— Ваше Светлейшество! — воскликнул беловолосый старец Дома Огня, представитель Совета Семерых.

В длинном светло-сером балахоне с капюшоном он торопливо шел навстречу Рейтару от массивных высоких двустворчатых дверей. Вслед за ним, не отставая ни на шаг, семенила чем-то недовольная мейстериса Ортлинай.

При дворе она временно выполняла функции Старшей Дамы и каждый день грозилась бросить все. А после, приложив кончики пальцев к темным, посеребренным временем вискам, сама же сетовала, что дела оставить абсолютно не на кого. Так она непременно подчеркивала собственную важность.

Эти двое яро ненавидели друг друга и становились просто невыносимыми, если проводили рядом больше нескольких минут. Их извечные споры по каждому пустяку длились столько, сколько Рейтар себя помнил. И он искренне считал, что это противостояние никогда не закончится.

— Ваше Светлейшество! — возмущенно окликнула его мейстериса. — Вот скажите: кто из нас должен руководить отбором? Всем же понятно, что за девушками — этими милыми пташками с острыми зубками — должна следить именно я! Да он же даже в спальни к ним зайти в случае чего не сможет!

— При необходимости мне и такое дозволено! — топнул храмовник ногой, отбросив себе за спину длинную белую, будто выцветшую, бороду. — Если хотите знать, служитель Совета Семерых считается существом бесполым и беспристрастным!

— И безмозглым! Вы не сможете решать чисто женские проблемы! Вы…

Рейтар не остановился ни на миг, но и эти двое не отставали, потеснив за спиной мужчины первого министра и Илону. Каждый громко настаивал на своем, пока дракон пересекал пустынный холл и поднимался по лестницам на третий этаж.

Миновав коридор, регент локтем толкнул светлую дверь, за которой находилась спальня, смежная с его покоями. Ранее предполагалось, что эти комнаты будут принадлежать Арскилю.

— Какой отбор? Какие невесты?! — требовала Илона внимания, настойчиво не желая потеряться где-нибудь хотя бы на час. — Лорд, вы обязаны объясниться!

— Великолепный праздник! — продолжал гнуть свою линию первый министр.

— Вы никогда не распознаете женские козни и уловки! — настаивала на своей кандидатуре мейстериса.

— За отбор будет отвечать тот, кто хотя бы на время избавит меня от присутствующей здесь леди, — неожиданно внес предложение регент, укладывая Амелию на кровать прямо поверх покрывала и пристраивая рядом с ней Арскиля. — К слову, обе леди Гаргат — мои невесты. — Ощупав пальцами голову девушки, он пришел к неутешительному выводу: — Министр Эйзер, вызовите сюда придворного целителя.

— Сию минуту, Ваше Светлейшество, — отозвался первый министр и все же приложился накрахмаленным платочком к своему взмокшему лбу прежде, чем покинул спальню.

— Уважаемая леди, не соблаговолили бы вы… — со всем почтением обратился храмовник Дома Огня к Илоне, в то время как мейстериса церемониться не стала.

Со словами: “Я покажу вам свободную спальню в гостевом крыле!” — женщина схватила младшую леди Гаргат за руку и выволокла ее из комнаты. Старшая Дама всегда находила особый подход ко всем, включая Рейтара и его брата: в свое время она являлась их няней наряду с гувернерами, но при этом мейстериса категорически отказывалась быть няней у Арскиля. Иногда регенту даже казалось, что женщина мальчишку молча недолюбливает.

А ведь ее кандидатура в качестве няни решила бы многие вопросы.

— Так нечестно, Ваше Светлейшество! Это я все устроил! Я должен управлять отбором невест для вас! — задыхался от возмущения старец, нервно теребя балахон.

— Отбора не будет, — тихо произнес Рейтар, но мужчина услышал.

— Как не будет?

— Я нашел свою искру. Но об этом пока никто не должен знать.

Они оба посмотрели на Амелию, что никак не приходила в себя, хотя Арскиль очень старался привести ее в чувство, активно ползая вокруг нее. На фоне темного текстиля и мебели девушка выглядела бледной, болезненной. Но только один из двух присутствующих мужчин однозначно сделал неверный вывод.

— Боюсь, вы не представляете, насколько правы, — осторожно проговорил представитель Совета Семерых. — Мы не можем отменить отбор.

— Что за чушь? — Рейтар резко обернулся, чем вынудил храмовника сделать шаг назад.

Кресло, с которым мужчина столкнулся, жалобно скрипнуло.

— Мне жаль, но это действительно так. Дело в том, что мы…

— Прекратите мямлить! В чем дело?

— Как и всегда, мы подписали соглашения с кандидатками в невесты, но на этот раз внесли особые пункты. Эти пункты…

Рейтар слушал храмовника, прикрыв веки, пытаясь усмирить собственное бешенство. Пункты этого соглашения предполагали нахождение девушек на отборе до тех пор, пока они будут показывать лучшие результаты на его этапах. При этом сами этапы отбора были хорошо продуманы и заранее расписаны с указанием того, сколько невест и на каком этапе окажется выдворено.

Тем, кто не дойдет до финала, полагалось небольшое денежное вознаграждение за участие и возможность оставить полученные от жениха подарки, но все менялось в случае, если правила отбора были нарушены самим Рейтаром либо представителями принимающей стороны.

Если регент откажется от участия уже сейчас, то ему всего его состояния не хватит, чтобы расплатиться с невестами. Это особое правило хранитель Дома Огня внес в договор намеренно, хорошо зная своего повелителя и предвосхищая его реакцию, а точнее, его желание отказаться от участия в этом абсурде.

Да, отбор невест для себя Рейтар считал полнейшим абсурдом, но не только потому, что не желал тратить столько времени впустую, а еще и по причине того, что уже нашел искру.

Эта искра, засевшая в Илоне, должна была пробудить его дракона.

— Мы приняли такое решение, проанализировав все предыдущие ваши попытки. Нам показалось, что неудачи случались из-за того, что перед поцелуем вы проводили слишком мало времени с возможными невестами и именно по этой причине не чувствовали в них искру. Мне правда жаль, — совсем тихо, еле слышно произнес хранитель Дома Огня.

Жалость… Рейтар с детства ненавидел жалость. Все вокруг с того самого дня, когда выяснилось, что своего зверя у него нет, считали его ущербным и бесконечно сочувствовали. Мужчине понадобилось слишком много времени, чтобы научиться жить со своим изъяном, игнорируя чужие насмешки и сожаление.

Но он смог.

Отчасти помог его старший брат, который совсем не считал младшего неполноценным. И он подчинился, приложил все усилия, чтобы стать лучше, чем есть, даже смог развить в себе магию, но именно брат снова не дал смириться ему с реальностью. Адри заставил Рейтара искать ответ на вопрос, как получить дракона.

Много времени было утрачено, но они нашли ведьму, которая рассказала им больше, чем они знали. Затем к поискам подключился Совет Семерых, однако каждая новая попытка терпела неудачу. В душе Рейтар точно знал, что эти поиски ни к чему не приведут, но продолжал пробовать искать искру ради брата.

Когда владыка и его супруга погибли, дракон, не имеющий зверя, прервал бессмысленные поиски, занявшись делами более важными. На него свалилось целое королевство с его проблемами и маленький племянник, отказывающийся слушаться.

И вот вожделенная искра наконец-то нашлась. Кто бы мог подумать? Но Рейтара это почему-то не радовало. Наверное, потому, что в его жизни вместе с этой искрой появилось слишком много сложностей. Они добавились к уже имеющимся, ведь мужчине так до сих пор и не удалось выяснить, как погибли его старший брат и его супруга.

В несчастный случай регент наследного принца не верил.

— Ваше Светлейшество, так вы даете разрешение на проведение бесед с невестами? Я бы начал опрашивать их уже сегодня, — окликнул его Эртирнар, вырывая из воспоминаний, возвращая в уютный кабинет, где в камине, несмотря на теплую погоду, тлел огонь.

Это пламя, треск сухих поленьев успокаивали Рейтара. Он мог часами смотреть на танец оранжевых языков и желтых всполохов.

— Да, это сделать необходимо. Еще новости есть?

— Семьи Великих Основателей, как и всегда, вынюхивали причины нашего длительного отсутствия, — нехотя отчитался Эртирнар, позволив себе скривиться, пока повелитель не видел. — Кто-то пустил слух среди подданных, что принца похитили. Позже — что убили и мы старательно замалчиваем его смерть. Так сказать, тянем время. Народ едва не снес крепостную стену, чтобы прорваться в столицу, но натиск был сдержан, драконы — угомонены и успокоены. Надо бы показать им словно невзначай мальчика, чтобы они окончательно убедились в его целостности и здравии.

— Мальчика мы не сможем им показать еще долго. Он не хочет или не может превратиться обратно, а я понятия не имею, как его научить, но сейчас не о том. Эртирнар, всего двое, не считая нашего отряда и меня, знали, куда я на самом деле отправился. Мейстериса и хранитель Дома Огня показали, что доверять им по-прежнему можно, — эта информация так и не выплыла, но…

— Кто-то оповестил первого министра о нашем возвращении, — угрюмо произнес пепельноволосый то, что его повелитель только собирался озвучить.

— И этот кто-то среди нас, ведь даже я сам до последнего не знал, что мы прибудем сегодня. Больше того, я лишь в самый последний момент решил причалить к малой пристани.

— Мне не хочется верить, что в наших рядах предатель, но… — Это решение тоже давалось мужчине с трудом. — Я выясню, откуда министр это узнал. Выясню так, чтобы никто ничего не заподозрил. Будут ли еще какие-то распоряжения?

— Амелия… Ей и Арскилю нужна усиленная охрана. Как минимум до тех пор, пока мы будем вынуждены безвылазно сидеть в столице.

— Только им? — уточнил Эртирнар.

— И Илоне тоже, — с тяжким вздохом согласился Рейтар.

Ведь его искра, к сожалению, существовала лишь в единственном экземпляре. А впрочем, он не завидовал тем, кто захочет причинить ей вред. Не подзорной трубой, так чем-нибудь другим вооружится.

— Хорошо. Насколько мне известно, во дворце охрану уже усилили.

— И будь добр, прямо сейчас проведай Арскиля и Амелию, — как бы между прочим приказал повелитель. — Я хочу знать, что насчет ее травмы думает целитель.

— Ваше Светлейшество, можно это буду не я? — неожиданно взмолился песчаный дракон. — Поручите это важное задание кому-нибудь другому.

Бросив на воина смешливый взгляд, Рейтар искренне удивился:

— Эртирнар, ты что, боишься ее?

Если пепельноволосый и хотел что-то ответить, то не успел. Где-то в коридорах замка раздался громкий, полный ярости крик: “Рейтар!”

Вскинув голову, регент наследного принца отметил появление Амелии на балконе, что располагался ровно напротив окна его кабинета. Увидев его, девушка внезапно схватилась за цветочный горшок, что украшал балкон, и бросила им в сторону окна.

Не долетев, снаряд рухнул вниз, издав предсмертный звук — звук разбившегося стекла. Десятки черепков разлетелись по сторонам.

— Я убью тебя, драконий ты засранец! — схватилась она за второй горшок.

— Кажется, — едва сдерживая смех, предложил песчаный дракон, — охрану лучше усилить и для вас.

Глава 2

Глава 2: Серпентарий открывает свои двери

Тихий, с каждой секундой все больше нарастающий писк вырвал меня из сна. В первое мгновение я даже глаз не открыла, пытаясь понять: это кто-то визжит или же звон происходит только у меня в голове? Но как только сознание окончательно прояснилось, я мигом распахнула веки, чтобы увидеть занимательную картину.

Молоденькая миловидная горничная в смешливом белом чепчике, сером платье и белом же переднике изо всех сил вжималась в один из углов комнаты, в которой я находилась, почему-то занимая собой большую двуспальную кровать.

Причина, по которой служанка попеременно подпрыгивала то на одной ноге, то на другой, трепетно прижимая к себе подобие швабры да время от времени переходя на ультразвук, была прозаична и до невозможности бессовестна. Вооружившись мокрой половой тряпкой, а если точнее, то использовав ее как плащ, дракошка развлекался, делая вид, что нападает на девушку.

Паршивец прыгал перед нею и плевался ей под ноги огнем, при этом активно размахивая лапками и что-то утробно рыча. Мол, смотрите на меня! Я черный плащ! Я ужас, летящий на крыльях ночи!

В общем, запугивал девчушку, засранец. И вот я даже хорошо понимала, кому он сейчас подражает. Я вообще была человеком понимающим.

— Страх всех болотных лягушек, ты чего это разошелся?! — возмущенно усмехнулась я, потому что сделать строгое выражение лица, глядя на Кирюшу, было попросту невозможно.

Услышав мой голос, дракошка замер и ме-е-едленно обернулся. Убедившись в том, что я действительно уже бодрствую и ему не показалось, мальчишка в единый миг спрятал лапками собственный хвостик и пулей добежал до кровати, на которой я сидела.

Под предмет мебели он юркнул раньше, чем я успела что-либо добавить.

— А… — хотела я было обратиться к зашуганной служанке, но она недолго думая проворно сбежала из комнаты.

А ведь я всего лишь намеревалась спросить, где мы сейчас находимся. Судя по окружающему меня пространству, мы были в чьей-то спальне, но меня интересовали более узкие подробности.

Мне срочно нужно было попасть в один из столичных храмов, а если точнее, то приволочь туда Илону, в чем мне безоговорочно отказали, неся какую-то чушь про невест и лордов…

— Уй! — взвыла я, стоило мне свеситься и наклониться, чтобы заглянуть под кровать.

В моем затылке что-то настойчиво кольнуло. Ощупав голову пальцами, шишки я там не нашла, но почему-то была на сто процентов уверена, что она там находиться должна. Более того, я вдруг вспомнила, как получила по этой самой бедовой головушке как раз в тот момент, когда требовала равноправия между мужчинами и женщинами.

В том смысле, что Рейтару угрожала родовым стилетом и настаивала на срочном изменении курса. И вот вопрос: если дракон точно находился передо мной и я даже видела обе его руки, то кто тогда ударил меня по голове?

Ответ был не то чтобы предсказуемым, но злил неимоверно.

— Вот… Илона! Да чтоб у тебя все ногти поочередно ломались и одной длиной никогда не отличались! — от души пожелала я, потирая затылок.

Однако моя злость абсолютно не отменяла насущных вопросов.

— Арскиль, ну-ка, немедленно вылези и объясни мне, где мы! — потребовала я, больше не предпринимая попыток в кромешной тьме подкроватья высмотреть чешуйчатого.

Где-то подо мной что-то негромко прошуршало, но выбираться никто и не подумал. А ничего тут так, готичненько. Обои светлые, но с черным частым рисунком, мебель и полы из темного дерева, текстиль опять же коричневый. Я прямо-таки чувствовала, как из меня всю радость высасывают, ибо принадлежать эта спальня могла разве что какому-нибудь вампиру с неадекватной любовью к темноте.

— Кирюша, вылезай! — уговаривала я дракошку. — Обещаю, ругаться не буду, но хвостик твой немножко пострадает, потому что нельзя пугать людей огнем. Вот скажи мне, разве тебе понравилось бы, если бы кто-то, например, обстреливал тебя водой? Хотя о чем это я? Тебе бы точно понравилось.

Шуршание под кроватью усилилось. Едва сдерживая себя, чтобы не засмеяться вслух, я наблюдала за тем, как из-под кровати появляется чешуйчатая лапка. Эта лапка скромно оставила мне подкуп в виде уже развернутой и надкушенной шоколадной конфетки и тут же скрылась в темноте своей собственной Нарнии.

— Я так понимаю, что это ты мне сейчас свои манеры демонстрируешь, — забрала я свою часть явно бесстыдно наворованного, переложив его на прикроватную тумбу. — Польщена, но не обескуражена. Давай выползай, будем выход отсюда искать.

Спустив ноги на пол, я нигде не нашла свои ботинки, но такая мелочь однозначно не могла меня остановить. Пройдясь по комнате, я отметила резное кресло, небольшой квадратный кофейный столик и отсутствие подпалин там, где Кирюша плевался огнем. Видимо, полы в этом доме были огнеупорными.

Кроме массивной кровати, что занимала внушительную часть комнаты, и парных круглых прикроватных тумб в наличии имелся вытянутый напольный кованый светильник в форме факела. Огонь в нем сейчас не горел, как и в красивом, выложенном темно-серым камнем камине.

Учитывая наличие двух дверей, которые выделялись на фоне общей темноты светлыми пятнами, места для другой мебели здесь оставалось не так уж и много. Ну или кто-то просто зажлобил шкаф.

Решив разведать обстановку, я дернула на себя ту самую дверь, через которую спасалась бегством служанка, но створка, к моему глубочайшему удивлению, не поддалась. Ни тогда, когда я приложила больше силы; ни тогда, когда я раздосадованно пнула ее.

Но у нас все еще оставался вариант номер два — большие двустворчатые двери. Они легко разъехались в стороны от одного моего касания.

Увидев то, что за ними скрывалось, я против воли охнула.

Просто потому, что обнаруженная за створками уборная оказалась раза в два, а то и в три больше спальни, из которой я сюда попала. По центру помещения располагалась просто огромная белоснежная ванна. Ее высокие бортики и мраморные ступени, ведущие к ней, напоминали мокрое полотно, на которое с кисти художника попали капли черной краски.

Прогулявшись по холодным иссиня-черным каменным плитам, отслеживая свое отражение в зеркалах, что занимали обе стены наряду с двойными раковинами, за отдельной дверью я обнаружила туалет, за другой — внушительных размеров полупустую гардеробную, за третьей — миниатюрный шкаф с абсолютно черными полотенцами и разнообразными стеклянными флаконами.

Засунув нос в один такой, я тут же нашла подтверждение своей догадке о том, кому все это добро принадлежит.

Из флакона пахло Рейтаром. Воображение даже подкинуло картинку, где он спускается по мраморным ступеням. Бедра его обернуты полотенцем, а по животу и груди стекают капельки воды…

Резко одернув себя, громко взвыв в голос, я в страхе поставила флакон обратно и закрыла дверцу. Это что еще за приворотное зелье такое?!

“Бух!” — раздалось откуда-то из спальни, и я мигом полетела туда, но остановилась уже в дверях, опершись о створку плечом да сложив руки на груди.

Сидя на своей хвостатой попе рядом с прикроватной тумбой, Кирюша активно прятал под себя фантик от той самой половинки конфеты, которую вроде как презентовал мне. Что любопытно, это был не привычный моему взгляду фантик, а всего лишь фольга, то есть тонкий раскатанный металлический лист.

— Я так понимаю, тебя покормить никто не догадался, да?

— Угу! — активно закивал дракошка своей лобастой головой и снова зачем-то полез под кровать.

Через мгновение из-под кровати был вытолкан поднос с пустыми тарелками, фантиками и чашками. Судя по количеству посуды, предполагалось, что это был обед для нас двоих.

Недооценивают в этом доме ребенка. Ой, недооценивают.

Или не в доме?

Вспомнив последние слова, произнесенные Рейтаром, я схватилась за сердце, но, осознав, что сердце не с той стороны, быстро исправила свою оплошность.

Титул Первого Драконьего Лорда, насколько я помнила, принадлежал одному из высших лордов, то есть тому, кто был облечен властью. Сколько всего этих высших лордов имелось, я не знала — просто не интересовалась, но даже не это было главным.

Этот драконий засранец сказал, что он регент при наследном принце, и… Поставил меня перед фактом, что ни в один из храмов в Королевстве Пылающих я не попаду, но моей сестре будет оказана необходимая помощь.

А я вот даже не знала, как на это реагировать! Искренне хотелось что-нибудь сломать или разбить, но, как разумный и адекватный человек, я себя сдерживала.

Но недолго.

Вернувшись в ванную, я тронула двустворчатые двери, что находились ровно напротив. Стоило им открыться, как я попала в другую — еще более темную спальню, обставленную в темно-серых и черных тонах, но рассматривать мебель или искать личные вещи Рейтара у меня времени не было.

Я сразу отправилась к одинокой двери, что, предположительно, должна была вывести меня в коридор, но и она оказалась заперта.

— Да чтоб у вас у всех совесть резко проснулась в самый неподходящий момент! Чтоб у прохожего перед вами кошелек из кармана выпал, а вы его подняли как раз тогда, когда он обернулся!

На мои вопли и ругательства прибежала служанка. Если бы не дракошка, следующий за мной хвостиком, девушка однозначно пополнила бы свой словарный запас, но мне приходилось тщательно подбирать обороты и выражения.

— Будьте добры, дверь откройте, пожалуйста. Здесь что-то заклинило, — попыталась я быть максимально вежливой.

— Прошу прощения, леди, но мне запрещено выпускать вас до особого распоряжения. Если захотите воздухом подышать, там выход на балкон в уборной есть. Еще раз извините.

Звук чужих удаляющихся шагов в нарастающей тишине я расслышала отчетливо. Правое веко дернулось, но я не стала больше окликать девушку. Это просто не имело смысла. Будь я служанкой, ни за что не нарушила бы приказ своего работодателя: так и место потерять недолго.

Но и отступать было не в моих правилах.

— Рейтар! — прокричала я что было сил, чтобы хоть немного выпустить все нарастающий гнев.

Только попадись мне, Рейтар… Только попадись…

Резкими шагами вернувшись снова в уборную, я подошла к единственному месту, где мог находиться выход на балкон. Порывисто сдвинув в сторону тяжелые иссиня-черные портьеры, распахнула двери и торопливо вышла на прямоугольный выступ.

Но не виды меня интересовали и даже не воздух, которым мне радушно предлагали подышать. Наверное, вместо обеда и ужина.

Меня интересовал тот, кто не слишком хорошо просматривался через открытое настежь окно, что располагалось напротив балкона метрах так в тридцати.

Схватив горшок с дохлым цветком, который вроде как должен был украшать выступ, я размахнулась и бросила его, но до цели так и не докинула.

— Я убью тебя, драконий ты засранец! — схватилась я за второй снаряд, но и эта попытка результата не дала.

Зато мне стало разительно легче. На миг.

Облокотившись о подоконник, эта наглая драконья харя вдруг вознамерился меня учить:

— Правильнее говорить: “Я убью вас, мой светлейший и могущественный владыка!” Ну или на крайний случай: “Ваше Светлейшество!”

— Черта с два я так когда-нибудь скажу! — прорычала я, поднимая на руки Кирюшу, который в поисках приключений тоже выбрался на балкон. — Где моя сестра?!

— Я здесь!

Как говорится, этот крайне недовольный голос я узнаю из тысячи.

Глянув вниз, я обнаружила Илону на балконе этажом ниже, но на противоположной стороне — прямо под окном Рейтара. Сестрица стояла, облаченная в роскошное синее платье, расшитое зелеными блестящими нитками. Волосы ее были забраны в элегантную прическу, что разом накидывало ей лет пять.

— Мы немедленно уходим отсюда! — постановила я, стремительно развернувшись, чтобы покинуть не только балкон, но и свою временную тюрьму.

Как ни странно, именно с этой фразы началось мое увлекательное путешествие, благодаря которому уже через пару-тройку часов я попала в настоящую камеру. Но обо всем по порядку.

Обратно в уборную я вернулась, полная решимости выбраться из заточения. Но прежде, чем переходить к активным действиям, я все-таки попыталась наладить контакт с кем-нибудь по другую сторону комнат.

Но безуспешно.

Не в том смысле, что на мои вопли никто не отреагировал. Наоборот, оказалось, что за дверью малой спальни стоит кто-то из бравых драконьих воинов. Только нам с Кирюшей это не помогло.

Выпускать нас «до особого распоряжения» никто не собирался.

— Ну и ладно! — обиделась я, рассматривая содержимое подноса. — Не очень-то и хотелось!

Дракошка с интересом наблюдал за тем, как я перебираю пустые тарелки, фантики и приборы. Из того, что можно было использовать для побега, на подносе нашелся только тупой нож то ли для масла, то ли для паштета. Он был достаточно тонким, чтобы я могла просунуть его между дверью и косяком в спальне Рейтара, но недостаточно полезным в деле убегания.

Вот тогда-то в ход пошло все, что я только смогла найти. И острые булавки, и запонки, и вообще все, чем можно было попробовать открыть злосчастную створку.

Однако моим потугам она, как назло, не поддавалась.

Устало рухнув на пол прямо под дверью, я тяжко вздохнула, оглядев кучу бесполезного хлама вокруг.

— Как же нам открыть эту дверь? — спросила я вслух, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Ух!

Удивленно глянув на подпрыгнувшего дракошку, я не сразу поняла, чего он от меня хочет. Ему пришлось подпрыгнуть еще несколько раз, активно протягивая лапки в сторону дверной ручки.

— Поднять тебя, что ли? — гадала я.

Вот никогда не любила ребусы или игры по типу «Крокодила», но, как ни странно, попала прямо в точку. Активно закивав, Кирюша дождался, пока я приподниму его тяжелую тушку, и просто вставил свой острый коготь в замок.

Характерный щелчок после нескольких шевелений раздался скорее неожиданно, чем ожидаемо, потому что в успех этого мероприятия я не особо верила.

— А я смотрю, у тебя уже имеется опыт в побегах, — пожурила я чешуйчатого и вдруг отметила, как он смутился.

Никогда не думала, что драконы могут краснеть, но тонкие красные чешуйки на морде Арскиля внезапно порозовели, а сам он вновь спрятал хвостик лапками.

— Спасибо, — поблагодарила я малыша, поднимаясь на ноги вместе с ним. — Но больше так не делай. Если ты от меня сбежишь, мне будет очень страшно, а твой дядя… Он и так на голову… дракон, а так совсем с ума сойдет.

Интересно, а в Королевстве Пылающих есть дома для душевно больных?

Стянув с кровати Рейтара простыню, я наскоро повязала ее через плечо. Кирюша не противился, когда я укладывала его в своеобразную люльку, но лукавым глазом из нее выглядывал, видимо раздираемый любопытством.

Мне тоже было интересно, как на наше появление в коридоре отреагирует охранник.

Беспрепятственно открыв дверь, я сделала глубокий вдох и таки вышла из спальни, попав в довольно мрачный серый коридор, но на то, чтобы осмотреться как следует, времени у меня не было.

Нас сразу заметил один из воинов, что относился к лесным драконам, насколько я помнила. Улыбнувшись ему, я помахала рукой, и он приветственно махнул в ответ, но всего через мгновение до него дошло происходящее.

Глаза мужчины округлились, а сам он рванул с места в карьер. Между нами было не такое большое расстояние, как хотелось бы, — метров пять-шесть от силы, так что нам с дракошкой пришлось брать ноги в руки и мчаться вперед.

Куда это — вперед, я понятия не имела, но улепетывала со всех ног, одной рукой придерживая люльку, а второй учиняя незначительные преграды для своего преследователя.

В числе таких была напольная ваза, высокий столик, горшок с разросшимся растением и даже парочка полновесных доспехов. Я опрокидывала все, что попадалось мне на пути, и активно перепрыгивала через пытающиеся нас схватить зеленые лианы.

Дракон действовал аккуратно, и именно поэтому мы остались непойманными, успешно добравшись до лестницы. Через ступеньки из темного дерева я фактически перепрыгивала, но вместо того, чтобы спуститься на первый этаж и поискать выход, мне пришлось бежать на второй.

Потому что именно там в одной из комнат находилась Илона. И я вот даже сразу могла сказать в какой. У одной из дверей тоже стоял воин, при виде нас схватившийся за меч.

Видимо, для уверенности.

— Подержите-ка! — вручила я ему Кирюшу, пока мужчина не опомнился.

Но даже коснуться дверной ручки не успела, как противные лианы спеленали меня, словно гусеницу в кокон. Не удержавшись на ногах, я рухнула на темно-коричневый ковер и попыталась уползти с места событий.

Уползти не получилось. Гусеницу закинули на плечо.

— Да чтоб от вас одними удобрениями всегда пахло! Да чтоб…

Рот мне заткнули вдруг выросшим на лиане цветочком. От его сладкой пыльцы я отплевывалась все то время, пока нас с дракошкой тащили обратно в комнату. Кирюша при этом веселился. Ему хорошо, его на этих лианах катали, словно на качели.

— А посущественнее у вас что-нибудь есть или здесь пленниц кормить не положено? — прокричала я, когда дверь за бдительным воином закрылась, а лианы, словно змеи, расползлись в спальне Рейтара по кровати, на которую меня положили.

Когда последняя лиана уползала под дверь, то неожиданно изогнулась, принимая еще большую схожесть со змеей, и внезапно погрозила мне своим отростком, словно пальцем. Выглядело это не то чтобы страшно, но дракошка решил, что лучше ему спрятаться за меня.

— Не время прятаться, время действовать! — решительно заявила я и снова сползла с кровати.

У Рейтара кровать была просто огромной, а еще невероятно мягкой, чем Кирюша тут же решил воспользоваться.

Пока он прыгал на перине, приводя в еще больший беспорядок светло-серое одеяло и ворох подушек, я присматривалась к невысокой черной пузатой вазе, что занимала один из двух прикроватных столиков. Взвесив ее в руке, я так и не успела решить, готова ли взять на себя грех до того, как дверь в спальню снова открылась.

Пришлось сначала действовать, а потом думать.

Набросив на вошедшего с подносом дракона из лесных простыню, что играла роль люльки для Арскиля, я ломанулась в коридор. Однако выбраться за пределы спальни у меня не получилось.

Словно натолкнувшись на невидимую стену, я отлетела назад, врезавшись ровно в спину воина. В отличие от нас двоих, он лучше владел собой, так что на ногах устоял и поднос удержал.

Меня же поймал Рейтар. За руки.

В этот момент в меня словно молнией ударило. Я растерялась всего на секунду, отметив, как глаза мужчины изменили цвет на оранжевый, но, моргнув, я уже начала сомневаться в том, что видела.

Ему же этого времени хватило, чтобы отпустить мои руки и оказаться за пределами невидимого барьера. До его крепкой шеи мои дрожащие от нетерпения пальцы уже, к сожалению, не дотягивались.

Мне хотелось сказать ему так много, хотелось накричать, выплеснуть негодование, потребовать, чтобы нас с Илоной немедленно освободили из заточения, но отчего-то я так и не произнесла ни слова.

Наверное, потому, что не ожидала увидеть дикую усталость в глазах Рейтара, а в голосе услышать просьбу:

— Пообедай, пожалуйста, отдохни, приведи себя в порядок с дороги, а после я буду ждать тебя в своем кабинете.

— И ты отпустишь нас с Илоной? — не спросила, потребовала.

— Сделай то, о чем я прошу, Амелия, а после мы поговорим об этом и о многом другом.

Услышав эту короткую просьбу, я даже неожиданно для себя воодушевилась. Какая-то часть меня все еще верила, что нам все удастся решить миром. Это ведь был Рейтар. Тот самый Рейтар, которого я гоняла метлой в доме ведьмы. Тот самый Рейтар, с которым я делила постель, даже если эта постель представляла из себя всего лишь ворох листьев.

Больше всего на свете сейчас я хотела услышать, что мне просто приснился идиотский сон, что мне показалось и мужчина не объявлял нас с Илоной своими невестами. Но вот он стоит передо мной, весь такой безупречный, идеальный, в дорогом черном камзоле, в начищенных сапогах из кожи василиска, а его волосы уложены волосок к волоску.

— Мой лорд… — замаячил в коридоре Эртирнар.

— Увидимся через час.

Я перестала слышать их шаги довольно быстро. Еще через миг спальню покинул бравый воин, который на меня смотрел с осуждением, будто я у него из-под носа последнюю булочку увела и съела. Дверь закрылась, а я…

Хрум-хрум-хрум! Чавк-чавк-чавк!

— Кирюша! — спохватилась я, обернувшись.

Пришлось срочно усаживаться рядом, если я вообще хотела хоть что-нибудь поесть. Да и стоило намекнуть дракошке на элементарные правила приличия. Пусть он и выглядел мило, когда слизывал длинным языком с тарелки нечто, похожее на жидкое овощное пюре, но что-то мне подсказывало, что принц так себя вести не должен.

Принц… Нет, я, конечно, как порядочная девочка, в детстве мечтала о принце на белом коне и неземной любви с первого взгляда, но как-то в моих фантазиях он был постарше, повыше и как минимум умел разговаривать.

Он ведь должен был признаваться мне в чувствах, прежде рухнув на одно колено и взяв меня за руку.

— Да куда ж ты лапами-то лезешь, чудо мое?

— Ом-ном-ном, — активно жевал малыш, по самые уши измазавшись в пюре, которое на вкус оказалось похоже на абрикосовое повидло.

Оно шло в комплекте с мягкими хрустящими булками.

Еще на подносе нашлись две тарелки с бульоном, две с запеченным мясом и одна большая с нарезанными огурцами. Огурцы у Арскиля шли в ход не хуже сладкого пюре. Помнил малыш мои слова, и это было приятно.

Подкрепившись как следует, мы сыто откинулись на подушки, изображая из себя как минимум морских звезд, а как максимум двух бегемотов — побольше и поменьше.

— Нельзя так есть, — пробурчала я, даже не пытаясь двигаться.

— Угу! — поддакнул мой чешуйчатый подельник и вдруг отрыгнул огнем.

И вот тут надо было бы объяснить ему, что делать так некрасиво и вообще не стоит в присутствии дам, но и прикрывать рот лапкой в таком случае было опасно. А если пламя может обжечь своего носителя? Я-то не знала, как там с огнем дела обстоят у нормальных драконов.

С этими странными мыслями я начала проваливаться в дрему, которая даже закрепиться как следует не сумела, потому что дверь спальни без объявления войны неожиданно распахнулась.

На пороге остановились три премиленькие служанки в одинаковых платьях насыщенного черного цвета. Траур у них тут, что ли? По моей совести.

А впрочем, траур действительно мог присутствовать. Рейтар не говорил, когда именно погибли его брат с супругой, а судя по тому, что Кирюше по драконьим меркам всего два, произошла эта трагедия не так давно.

— Вам чего? — осоловело вглядывалась я в бледные моськи девушек.

— Нам приказано помочь вам, — ответила одна из них.

— Помочь с чем?

И вот все-таки умела я правильные вопросы задавать.

Я даже предположить не могла, что драконицы настолько сильные. Когда мне вежливо предложили проследовать в уборную, чтобы принять ванну и расслабиться, я так же вежливо отказалась, хоть необходимость привести себя в порядок после плаванья вполне себе имелась. Просто, во-первых, обозначенный час уже подходил к концу, а значит, меня могли в любой момент пригласить в кабинет Рейтара. А во-вторых, водные процедуры я предпочитала принимать самостоятельно — без помощи посторонних.

Что абсолютно не устроило служанок.

— Нам приказано подготовить вас к встрече с нашим светлейшим и могущественным владыкой, — настаивала предводительница этого кружка по интересам.

Главным их интересом сейчас являлась я.

— Кем приказано? — потребовала я ответа.

— Мейстерисой Ортлинай. Ее приказы не обсуждаются.

Несколько минут безуспешных препирательств привели к тому, что девушки начали медленно окружать нас с дракошкой со всех сторон от кровати. Спрятав сонного Кирюшу себе за спину, я медленно поднималась на ноги, удерживая в руках одеяло.

— А что это вы удумали? — поинтересовалась, глядя на них во все глаза.

Не говоря ни слова, они рванули с места одновременно. Бросив на ближайшую девушку одеяло, я спрыгнула с кровати, таки намереваясь вооружиться вазой, но была подло схвачена за юбку платья.

Тут-то и началась битва не на жизнь, а за чистоту — помыслов и фактическую. Причем отбивалась от служанок не только я. Мне в этом деле активно помогал развеселившийся Кирюша.

Плюясь мелкими огоньками направо и налево, он периодически пытался жевать все, что попадалось ему в пасть. И чужие рукава, и волосы, выступающие из-под чепцов, и даже особо вкусно смотрящийся палец.

Ну это я так думаю, что смотрелся он вкусно, а иначе других причин для попытки его отгрызания мне на ум не приходило.

В тот самый момент, когда мне почти удалось добраться до стула, чтобы, так сказать, вооружиться чем-то посущественнее, дверь в спальню Рейтара снова без стука отворилась.

Прямо не спальня владыки, а проходной двор какой-то!

— Что здесь происходит? — раздался твердый, властный женский голос.

— Воспитательный процесс! — рявкнула я, поскользнувшись на одеяле.

Просто служанки при появлении темноволосой женщины замерли, выпрямились и вообще присели, пряча бесстыжие взгляды, а я еще по инерции защищалась от посягательств на мою гордость.

— Его Светлейшество предупреждал нас о том, что одна из сестер Гаргат имеет скверный, истеричный характер и ни одного намека на воспитание, но я надеялась, что не все так плохо, — тяжко вздохнула драконица, которая мигом перестала мне нравиться. Это я-то истеричная и невоспитанная? — И как он решился оставить с вами племянника? Впрочем, это не мое дело. За то, что вы посмели напасть на чистокровных дракониц, вас следует наказать по всей строгости закона. Решение на ваш счет вынесет владыка, когда вернется. В камеру ее.

Я и опомниться не успела, как меня крепко спеленали по рукам и ногам одеялом, затолкав его уголок мне прямо в рот. Возмущение во мне готово было испепелить любого и каждого, но все, что я могла, — это слабо трепыхаться, пока меня несли прямо по воздуху.

Магией несли, чтоб их всех неожиданно диарея прихватила!

Однако больше всего меня злило даже не то, как со мной обращались в этом доме, так похожем на замок графа Дракулы. Они пытались насильно отодрать от меня Кирюшу, который этим четырем чешуйчатым гарпиям не давался от слова совсем. Он юрко ползал по мне, цепляясь за одеяло когтями, а они вели себя так, словно перед ними не детеныш, а надоедливая букашка.

Собственно, именно в этот момент я и поняла, что Рейтара ждет очень серьезный разговор. Настолько серьезный, что после него выживут далеко не все его нервные клетки. Потому что так себя с напуганным ребенком не ведут, не говоря уже о том, что он принц.

За его моральные травмы я готова была травмировать их физически!

Но пока могла только барахтаться в надежде, что одеяло вот-вот распутается.

Не распуталось. У меня даже возникло подозрение, что его специально магией придерживали, потому что, как только мы оказались в настоящей тюремной камере в мрачном подвале — в пустой холодной комнатке без окон два на два, ткань сползла с моих плеч прямо на каменную кушетку.

Кирюшу от меня вновь попытались оторвать — на этот раз чарами воздуха, но я поймала малыша, крепко ухватив его руками да прижав к себе.

Он же в меня вцепился как в родную.

— Немедленно отпустите принца, — потребовала дамочка, замершая на пороге. — Ему здесь не место!

— Если он вам нужен, подойдите и заберите, — зло усмехнувшись, предложила я. — Только я вам гарантирую, вместо него вы получите синяки.

Однако синяк, как ни странно, заработала именно я. Когда дракошку у меня из рук все-таки вырвали, а меня саму отправили на пол все в том же одеяле. Кроме гордости пострадал еще и копчик. Да так, что аж слезы из глаз брызнули, а на язык так и рвались нехорошие, но емко характеризующие происходящее слова.

Но Кирюша не сдавался. Укусив мейстерису Ортлинай за руку, а я не сомневалась, что это она, он вернулся ко мне, шмыгнув под одеяло.

— Я это так не оставлю! — возмутилась пожеванная женщина, покидая камеру.

И вот парадокс: я думала точно так же.

Глава 3

Глава 3: Невест много не бывает

— Куда вы отправили мою невесту? — не поверив своим ушам, переспросил Рейтар.

Вернувшись обратно в свой замок, он и так не рассчитывал на радушный прием: беседа с Амелией едва ли должна была пройти хорошо, учитывая все то, что он собирался на нее вывалить, но мейстериса Ортлинай умудрилась окончательно уничтожить его и без того шаткие надежды на приемлемый для них обоих исход.

И если бы это была единственная его забота!

Решив не откладывать разговор со старшей сестрой Илоны, регент наследного принца Королевства Пылающих отправился проведать Амелию и своего племянника самостоятельно как раз в тот момент, когда в коридоре третьего этажа появился запыхавшийся Эртирнар.

То, как она на него смотрела…

Досрочно смирившись с тем, что девушка воспримет все его слова и действия в негативном ключе, Рейтар ожидал бури или урагана, когда озвучивал свою просьбу, но Амелия неожиданно отнеслась к нему с пониманием. Не стала перечить, безмолвно согласившись поговорить позднее, что совсем немного, но позволило ему надеяться на ее положительный ответ и в дальнейшем.

Только через час они так и не встретились.

Стоило Рейтару отойти на почтительное расстояние от своей спальни, как Эртирнар поведал ему причину своего внезапного возвращения из дворца. Дракону, что не имел своего зверя, пришлось срочно созывать всех своих воинов, фактически оставляя замок без защиты.

В качестве стражей оставались лишь преданные ему слуги и не менее преданная мейстериса Ортлинай.

— Никого не впускать, никого не выпускать. Девушек держать в комнатах до моего возвращения. На вас остается их подготовка к балу, если я не смогу появиться вовремя.

— Да, Ваше Светлейшество. Будут ли другие указания? — отозвалась женщина, торопливо следующая за ним и его отрядом по лестнице вниз — в холл замка.

— Касаемо одной из леди, — остановившись на половине пути, Рейтар обернулся. — Она хитра, истерична, избалована и требовательна, что вы, несомненно, заметите. Не позволяйте ей обмануть вас и будьте строгой. Для нее в моем замке поблажек нет.

Думая о том, что Илона еще принесет в его и без того беспокойную жизнь проблем, мужчина спешно преодолел остальную часть лестницы, в то время как мейстериса так и осталась стоять на месте. Сомнения глодали ее — это Рейтар видел отчетливо, но задать свой вопрос женщина решилась лишь тогда, когда он почти покинул замок.

Ожидаемый вопрос застал его на пороге.

— Мой лорд, эта правда, что во дворце погибла еще одна девушка?

В своем замке регенту таиться было не от кого, так что ответил он прямо и без прикрас:

— Правда. Менее получаса назад стражники обнаружили ее у подножия башни.

— Это была драконица? — Самообладания леди Ортлинай было не занимать.

Иногда ему даже казалось, что ее сердце настоящая ледышка.

— На этот раз нет.

Путь до замка в экипаже занял бы слишком много времени даже по короткой дороге, а потому мужчины оседлали коней, прежде напоив их зельем, увеличивающим выносливость и скорость. Это зелье Рейтар варил всегда самостоятельно, потому как по большей части оно требовалось именно его лошадям.

Правда, пользоваться этим составом он мог преимущественно лишь на своих территориях. Один из ингредиентов — черный мухомор — был запрещен в человеческих королевствах, а само зелье оставляло слишком сильный магический след, до конца подтереть который не представлялось возможным.

Другие же драконы ничем подобным не пользовались. Они могли добраться до любого места в королевстве на своих крыльях и за гораздо меньшее время. Только не каждому была разрешена посадка за крепостными стенами.

К тому моменту, как они добрались до сердца королевства — дворца, что располагался в центре столицы, вечер уже плотно занял стремительно чернеющее небо. Не тратя время на расшаркивания, мужчина рванул прямиком к подножию северной башни, где, скрытая магией от чужих любопытных взглядов, в зеленой траве лежала светловолосая человеческая девушка.

Увидев ее в первый миг, он едва не отшатнулся. Воображение нарисовало ему совсем другие черты лица, но Амелии здесь просто не могло быть. Присмотревшись, Рейтар вдруг сам удивился, как смог обмануть себя. Девушка абсолютно не походила на старшую сестру Илоны.

У Амелии глаза были насыщенного коричневого цвета — цвета коры Веонского дерева, а эта девушка была обладательницей водянистых серых очей. Да и черты не имели ни намека на такую приятную глазу округлость. Погибшая была худа, как будто ее неделями, а то и месяцами мучили голодом.

Бегло осмотрев кандидатку в невесты, с которой так и не успел познакомиться, Рейтар не нашел ничего, за что мог бы зацепиться. Ни одной стоящей улики, кроме…

— Вы зафиксировали покраснение на ее запястье?

— Так точно, Ваше Светлейшество. Удалось установить, что оно было получено около часа назад. Кожа девушки слишком тонкая и нежная. Вероятно, еще через некоторое время образуется синяк, — предположил магистр Оутрун — подтянутый, но немолодой мужчина.

— Кто-то схватил ее за руку? — Рейтар хотел получить конкретику.

— Это лишь одна из двух версий. Возможно, она ударилась самостоятельно и отметина не имеет отношения к тому, что мы видим.

— А что мы видим? — уточнил регент наследного принца, запрокинув голову.

Окно на четвертом этаже в гостевом крыле было по-прежнему распахнуто.

— На мой взгляд, девушка оказалась здесь по своей воле. Выделенную ей спальню мы уже осмотрели. Ничто не указывает на то, что там находился кто-то второй.

— Кроме синяка… — тихо, словно размышляя, ни к кому особо не обращаясь, произнес Рейтар. — Магистр, вы сравнили записки, найденные в шкатулке погибшей драконицы и анкеты девушек?

— К сожалению, на этот счет мне вас тоже нечем порадовать. Я едва ли успел посмотреть пятую часть.

— Поторопитесь. Во дворец я вернусь через несколько часов. — И без перехода: — Барир, проследи, чтобы освободившиеся комнаты подготовили к приезду других невест. Остальные в охрану. Больше никто не должен погибнуть.

Воины учтиво кивнули и с молчаливого разрешения своего повелителя отправились прямиком во дворец. Рядом с Рейтаром остался только Эртирнар, который в комнате человечки уже побывал — до того, как вернулся в замок с отвратительными новостями.

— Будут еще невесты? — удивился Оутрун, пристально следя за тем, как погибшую накрывают простыней и уносят.

— Именно так. Я должен знать, кто написал записки с угрозами, магистр. Срок вам до утра.

Обратно в мрачный замок на окраине королевства Рейтар возвращался только в компании предводителя своего воинского отряда. Наскоро спешившись, мужчина отправился прямиком в свой кабинет, приказав Эртирнару пригласить к нему Амелию.

До бала, на котором регенту официально должны были представить невест, оставалось слишком мало времени, поэтому для такой важной беседы дорога была каждая минута. Особенно учитывая непредсказуемость девушки и…

Отказ, который на свое более чем щедрое предложение Рейтар уже получал.

Но вместо девушки после короткого стука в дверь на пороге его кабинета неожиданно появилась мейстериса. Женщина смотрела прямо ему в глаза, с вызовом вскинув подбородок, а пальцы ее до побелевших костяшек сминали белый платок, что совсем не походило на первую даму королевства. Твердая, непрогибаемая, каменная — все эти эпитеты подходили, чтобы охарактеризовать эту представительницу прекрасного пола, но, видимо, не сегодня. Сегодня ее отчего-то охватывала нервозность.

Взглянув на женщину лишь на миг, Рейтар вернулся к копиям анкет, которые быстро пролистывал. Он хотел понять, имелось ли что-то общее между погибшими девушками. Увлечения, родственные связи, место проживания — что угодно, что позволило бы утверждать, что их связывало нечто большее, чем просто смерть в один день.

А впрочем, простыми их смерти однозначно не были.

— Мейстериса, если вы что-то хотели сказать, то сейчас самое время. Мне предстоит непростая беседа, к которой я еще должен подготовиться.

— Мой лорд, вы вправе меня казнить. — внезапно проговорила женщина, смиренно опустившись на колени перед ним.

К такой встрече регент наследного принца готов не был абсолютно. Стремительно освободив кресло, забросив анкеты, он помог Старшей Даме подняться, с беспокойством вглядываясь в ее лицо.

Перед его глазами пронеслись тысячи ужасающих картин того, что могло произойти в его отсутствие, в то время, пока замок оставался без надлежащей охраны. Если с Арскилем что-то случилось…

Встряхнув пожилую драконицу за плечи, с трудом удерживая самообладание, он холодно, зло, с тихой нарастающей яростью приказал:

— Что произошло? Немедленно отвечайте.

И вот спустя несколько минут он вновь вернулся за свой стол, но к бумагам так и не прикоснулся. Поначалу идея в воспитательных целях посадить Илону под замок в одной из тюремных камер, которыми не пользовались ни разу с момента покупки замка, показалась Рейтару даже приемлемой.

Это ненадолго охладило бы ее пыл, хотя бы на время сделав блондинку покладистой. Ее капризы и наглость в пути пусть и раздражали, но там на них у мужчины находились лишние минуты. Сейчас же в свете последних событий на то, чтобы с кем-то нянькаться, не было даже лишних секунд.

Регенту предстояло выяснить не только как на самом деле погибли его брат с супругой, а также каким образом, по чьей вине из дворца пропал Арскиль, но и вычислить причастных к смертям драконицы и человечки. В том, что их убили из-за него, Рейтар не сомневался ни на грамм и не собирался давать своим врагам еще один шанс приговорить к смерти кого-то из невест.

Тем более пока среди его невест была Амелия, чьей жизнью он рисковать не мог и не хотел.

Но были и другие причины.

Во-первых, ему не нужен был политический скандал. Смерть огненной драконицы он мог замять при помощи хранителя: она входила в его Дом, а смерти людей не волновали даже их самих: слишком быстро они размножались по сравнению с другими расами. И да, несчастные случаи и смертельные исходы были прописаны в договорах девушек, но если погибнет кто-то из светлых эльфов, дроу или представительниц других рас, то это однозначно вылезет наружу, что может привести к самым разным последствиям.

А во-вторых, сейчас под его крылом находились три персоны, чьи жизни он считал гораздо дороже своей. Первым являлся его племянник — единственный, в ком текла кровь его рода. Второй, как ни странно, Амелия. Он не хотел ее терять, хотя сам себе сей феномен объяснить не мог. Не обладал регент никогда той чертой, что объединяла всех драконов без остатка. Он был мужчиной, да, собственником — а как иначе? — но ни в одних отношениях еще не испытывал жажду обладать кем-то настолько сильно, что готов был обменять на ее свободу целую сокровищницу.

Поймав себя на этой мысли, Рейтар сам себе показался сумасшедшим.

А впрочем, он и был сумасшедшим, раз до сих пор верил, что у него получится и разобраться с отбором, и получить искру, и оставить при этом подле себя Амелию. Псих, не иначе!

Ну и третьей в этом списке являлась Илона. Правда, защита его распространялась на девушку как-то условно и лишь до тех пор, пока в ней горит искра. Не нравилась ему блондинка — он ничего не мог с этим поделать и даже не собирался исправляться, но при этом она была ему нужна.

Если она сумеет передать ему пламя, если это пробудит его зверя, ни у кого не останется ни тени сомнений в том, что он сможет противостоять любому. Семьи Великих Основателей надолго скроются с его глаз, мелкие и крупные подлянки исчезнут, а его племянник наконец-то будет расти в безопасности. Тогда-то и настанет то спокойное время, которого не было с тех пор, как погиб брат Рейтара — истинный правитель Королевства Пылающих.

По сравнению с ним сам Рейтар считал себя подделкой.

— Хорошо. Я навещу младшую леди Гаргат чуть позже и разберусь с ее поведением. Нападение на служанок — это что-то новое, но вполне в ее духе. Но, мейстериса, сейчас мне необходима ваша помощь. Будьте добры, посидите с Арскилем, пока мы со старшей леди Гаргат будем беседовать.

— Так он там, Ваше Светлейшество, — недоуменно ответила женщина, а на лице ее отразилось непонимание.

— Там — это где? — не понял регент.

— В тюремной камере вместе с этой «леди». Ваш племянник отказался покидать эту человечку и даже укусил меня…

Отметив выступившую ярость на лице своего повелителя, первая дама королевства оборвала свою торопливую речь и даже сделала робкий шаг назад.

Медленно освободив кресло, Рейтар скрипя зубами пересек кабинет и стремительно покинул его, чтобы спуститься в сырые подвалы замка. Сырыми по большей части они были потому, что каждый день случались приливы, которые частично подтапливали помещения. Именно по этой причине годились они разве что для тюремных камер.

По дороге он встретил Эртирнара, который воздержался от любых реплик, едва увидев своего властителя, и молча последовал за ним вниз. Ни Амелию, ни тем более Арскиля воин не нашел и, несомненно, считал произошедшее своим упущением, даже учитывая, что о случившемся пока ничего не знал.

Миновав последний лестничный пролет, мужчины были вынуждены резко остановиться. Причиной их незапланированной передышки стали голоса, что едва ли могли быть голосами в их головах. Хотя бы потому, что слышали они одно и то же одновременно.

— Лежу-у-у я в темни-и-ице, драко-о-он молодо-о-ой. Не ко-о-ормлен и бро-о-ошен со свое-е-ею бедо-о-ой. Сраже-е-ен одея-я-ялом, мыша-а-ами гоним, тебе я кричу-у-у: “Дава-а-ай улети-и-им?” Но срок не прише-е-ел, не верну-у-улся гоне-е-ец. Вот дя-я-ядя приде-е-ет — и врагам всем… Эм… — отчего-то запнулась Амелия. — Коне-е-ец. Кирюша их мигом всех съе-е-ест!

— Оу-оу-оу-оу-оу! — подпевали ей, а если еще точнее, то подвывали. Грустно и даже жалостливо.

— А вот еще вспомнила! Где-то на…

Стоило Рейтару вставить ключ в замочную скважину, как только начавшаяся новая песня прервалась на полуслове. Толкая скрипучую дверь, он отлично осознавал, что впереди его ждет самый сложный в его жизни разговор.

Хотел бы он сказать, что мейстериса по глупости или от недопонимания испортила совершенно все, но это было не так. Все испортилось гораздо раньше — в тот миг, когда младшая сестра Амелии имела наглость его поцеловать.

Правда, никто точно не мог сказать, как сложилось бы их общее будущее, не будь того поцелуя. От своих чувств и желаний Рейтар все равно не отступился бы.

* * *

— Но, мой повелитель!.. — ошарашенно, едва ли веря в происходящее, с негодованием воскликнула мейстериса Ортлинай.

— Вы смеете мне перечить? — очень мягко, совсем не повышая голоса, спросил Рейтар, глядя на женщину в упор.

Их борьба взглядами длилась всего миг, буквально несколько секунд, пока та, что отправила нас с Кирюшей в тюремную камеру, не осознала, что мужчина действительно не шутит.

До служанок, что побывали в этом кабинете всего с десяток минут назад, и то быстрее доходило. Они даже перечить не стали. Просто извинились, выслушали свое наказание за самоуправство — ограничительные браслеты, не позволяющие им оборачиваться драконами сроком на неделю, — и отправились восвояси.

Другая служанка — маленькая, худенькая, неказистая и пугливая, та самая, что сбежала сегодня из спальни, когда я проснулась, — принесла нам с дракошкой замороженный ягодный сок в креманках. Наверное, так нас пытались умаслить.

А мы что? А мы ничего. На этом материке даже вечером жарко было, и распахнутое настежь окно в кабинете не спасало, так что от десерта не отказались, расположившись в уютном кресле для посетителей. И пока мейстериса пыжилась, выдавливая такие незнакомые для себя слова, мы с удовольствием скребли ложкой по сорбету.

— Я прошу… простить меня… за поспешные выводы и решения, леди Гаргат. — прилагая просто титанические усилия, все-таки вымолвила женщина, в то время как на ее лице выступили тусклые желтые чешуйки. — Этого больше не повторится.

Я чуть не исправила ее по привычке: все-таки леди из рода Гаргат являлась именно Илона, как законнорожденная, но, натолкнувшись на предупреждающий взгляд Рейтара, быстренько сделала вид, что я очень даже леди. И спину выпрямила, и взгляд спрятала, как и полагается, и… коварно промолчала, не собираясь прощать такое к себе отношение.

И не только к себе.

— Я могу идти, мой лорд? — спросила мейстериса, глядя исключительно на своего повелителя да так задрав голову, что еще немного — и носом до потолка достала бы.

— Прошу прощения, а вы перед принцем извиниться не хотите?

Мой вопрос стал полной неожиданностью не только для женщины, но и для Рейтара. Теперь уже он делал вид, что все идет так, как задумано, я же продолжала изображать леди, ложкой подчищая моську дракошки, который рот открывал широко и нетерпеливо.

— Я… — Глянув на своего повелителя, поддержки в его глазах мейстериса так и не нашла.

Тут уж на помощь ей пришла я, потому что мне было что сказать:

— Не понимаете за что? А я вам объясню. Ребенок и без того был напуган, когда вы меня куда-то поволокли, пытаясь насильно забрать у меня мальчика. Но вам этого показалось мало, и вы решили, что принц в тюремной камере будет смотреться органично.

— Но он же не хотел выходить! — возмутилась женщина, наверняка искренне считая, что я сейчас навожу на нее поклеп.

— А кто позволил вам его вообще туда привести? Ребенка. Принца.

И тут мейстериса Ортлинай как-то странно посмотрела на Рейтара. Я тоже на него посмотрела, но лицо его превратилось в непроницаемую маску. Сказав, что этот разговор еще не закончен, мужчина быстро выпроводил эту драконицу и сам закрыл за ней дверь.

Тут-то я и не выдержала!

— Вы и ранее позволяли себе запирать ребенка в тюремной камере?!

— Все не совсем так, как ты могла подумать, Амелия, — заявил этот бессовестный тип примирительным тоном, выставив вперед себя ладони, стоило мне пересадить Кирюшу со своих колен на кресло и подняться. — Он часто безобразничал и не слушался, вел себя неподобающе. Только по этой причине мне пришлось устроить ему прогулку по казематам, что находятся под дворцом. Я показывал, что происходит с преступниками — с теми, кто не слушался.

— Ну и как? Помогло?

Я прямо-таки негодовала от безголовости некоторых, но вооружиться в качестве метлы чьими-то перьями, что стояли в напольной вазе никак ради украшения, мне не дали. Рвануть-то я к вазе рванула, но у самой цели меня невообразимым образом перехватили.

Да так перехватили, что губы заняли поцелуем. Тем самым поцелуем, от которого все внутренности перевернулись, а руки разом ослабели, так и не дотянувшись до цветастого веника.

Павлины у них тут водятся, что ли?

Замерев, утратив дар речи, неожиданно для самой себя оробев за этот короткий миг, я распахнула веки, глядя на бессовестную морду. С одной стороны, очень сильно хотелось влепить ему пощечину за такое самоуправство после всего, что случилось за этот долгий день, а с другой стороны…

Желание возмутиться, почему поцелуй продлился так мало, огнем горело на кончике языка. А впрочем, нет, пощечину дать хотелось гораздо больше, зачитав какую-нибудь весомую нотацию на тему воспитания ребенка и того, как принято встречать гостей.

Но отчего-то севшим голосом произнесла я совершенно другое:

— У тебя в глазах огонь горит.

— Какой огонь, Амелия? — мягко улыбнулся он, коснувшись ладонью моей щеки в намеке на нежность.

И вот зря он не поверил!

— Да самый настоящий!

Осознание того, что я не шучу, доходило до Рейтара слишком медленно. Нахмурившись, он широкими шагами пересек свой кабинет, остановившись у единственного предмета, который мог заменить ему зеркало, — у окна. Но, вглядевшись в створку, на меня он посмотрел недоуменно.

А все потому, что глаза его снова стали обычными — почти черными, когда на них не падал свет или лучи солнца.

— Да они правда были янтарно-огненными, — подтвердила я свои слова.

Кивнув, мужчина вернулся к своему столу, но было видно, что мне он не поверил. А еще мне показалось, что мои слова его расстроили, потому и не стала больше убеждать.

Кирюша облизывал креманку, мы хранили молчание.

— Мне очень нужна твоя помощь.

— Нам с Илоной срочно необходимо попасть в храм.

Обе эти фразы мы произнесли одновременно. Одновременно же и замолчали, предоставляя право начать разговор первым друг другу. Для того чтобы вообще заговорить с Рейтаром, мне потребовалось отринуть абсолютно все, что происходило сегодня. Все свои обиды, все слова, что ранили сердце, — я не забыла их, но постаралась абстрагироваться, потому что существующие проблемы были куда важнее.

И как оказалось, не только для меня.

— Какая помощь тебе нужна?

— Почему ты так настаиваешь на посещении храма?

И снова мы заговорили одновременно, выждав мгновение, миг, минуты, что тянулись бесконечно. Вернувшись к креслу, я отобрала пустую креманку у дракошки, перенесла его на пол — на ковер — и без разрешения взяла со стола у Рейтара пустые листы бумаги и перо, чтобы занять мальчишку.

Сама же села рядом и взглядом предложила мужчине занять место подле нас.

Отказываться он не стал.

— Так какая помощь тебе нужна? — заговорила я первая, желая предоставить Рейтару шанс облегчить душу.

Было видно, что ему тяжело. А еще что он сомневается. Сегодня я впервые разглядела неуверенность в этом всегда сильном мужчине, и он показался мне гораздо человечнее, ближе.

— Сначала я хотел бы сказать, что не стану извиняться за то, что не представился раньше. Этому сопутствовали весомые причины.

Я молча слушала о том, как Кирюша оказался не просто за пределами дворца, а за пределами королевства. Рассказывая, Рейтар делал акцент на том, что многих деталей исчезновения племянника не знает до сих пор и это лишь его предположения, но мне и этого хватило, чтобы окончательно убедиться в том, в какую глубокую и темную ж… засаду мы попали.

Но, к сожалению, это были не единственные проблемы Рейтара. К моему глубочайшему сожалению.

Объяснив мне, почему нас обеих с Илоной он назвал своими невестами, регент наследного принца ненадолго замолчал, словно собираясь с мыслями. Я же обдумывала в это время его слова о том, что в «Железное Сердце» Королевства Пылающих попасть у нас с сестрицей другого способа просто не было. Не пропускали сюда чужаков, а статус «невесты регента» позволял длительно находиться в столице.

Но как-то ведь полукровки попадали в храмы?

Уточнить этот вопрос я не успела.

— Во дворце меня ждут еще сорок восемь невест, — произнес Рейтар, глядя мне прямо в глаза, вынуждая усмехнуться, а затем и вовсе рассмеяться.

Только ни единый мускул не дрогнул на его лице. На этот раз это до меня слишком медленно доходило, что услышанное мною не шутка. Правый глаз дернулся совершенно оправданно.

— Я даже не знаю, какой вопрос первым задать, — проговорила я максимально сдержанно. — Зачем тебе столько невест? Нет, я, конечно, слышала, что драконам приносят в жертву невинных дев, но в тех историях все больше говорилось о гастрономических особенностях чешуйчатых. Ты лопнуть не боишься?

— Амелия… — мягко попытался прервать мужчина мой бред, но меня уже несло дальше.

— А впрочем, тебе ведь каждый день кушать полагается. В таком случае невест даже маловато.

— Амелия…

— Да вот что сразу Амелия? Как будто это у меня сорок восемь мужиков по комнатам припрятано!

— Амелия, эти невесты — это не мой выбор, но разогнать их по домам я, к сожалению, пока не могу.

И он действительно ничего не мог сделать. Заключенный Советом Семерых договор подразумевал возможность его расторжения, но в таком случае Рейтар оставался без последних штанов и еще был должен. Такое условие храмовники выставили специально, чтобы от отбора регент отказаться не мог. Это была последняя попытка найти невесту, на которую мужчина согласился, лишь бы от него отстали.

— И все же я не понимаю, зачем тебе столько невест? Неужели обязательно устраивать из своего выбора шоу?

— Шоу? — переспросил мужчина, чуть нахмурившись.

— Представление.

— К сожалению, это не представление, Амелия. Мне подойдет не любая невеста, а лишь та, что сможет пробудить во мне дракона. Пока не удалось ни одной, но шанс есть. Мне нужен мой зверь, чтобы в королевстве наконец-то воцарился мир. Арскиль не заслуживает того, чтобы я в свое время передал ему руины, а так и будет, если попытки подорвать мою власть не прекратятся. — Погладив дракошку по лобастой голове, Рейтар едва не остался без пальца.

На миг во мне даже всколыхнулось сожаление. Сожалела я о том, что Кирюше не удалось, но он быстро забыл о своем мимолетном желании. Высунув от усердия язык, мальчишка черкал пером по бумаге, оставляя кляксы от чернил даже на ковре. Такая пусть и мелкая, но все же месть приносила мне удовлетворение.

Потому что этот недодракон мне действительно нравился — трудно забыть все то, что между нами было, просто по желанию. А оттого и больнее оказалось слышать его спокойные рассуждения на тему невест. Так и хотелось сделать что-нибудь вредительное.

— Хорошо. Тебе нужно выбрать невесту — совет да любовь. Как говорится: несите каравай, — подняла я ладони вверх, словно сдаваясь. — Но я-то тут при чем? Какая помощь тебе от меня нужна? Свечку подержать в первую брачную ночь, что ли?

— Только чтобы занять твои беспокойные руки, — улыбнулся он, но шутку я не оценила.

Сверлила прямым взглядом, всем своим видом давая понять, что танго втроем — это не для меня. За такое, между прочим, бьют, и бьют преимущественно ногами.

— Мне нужен твой острый ум, твое умение засунуть свой милый носик везде и всюду. Я понимаю, что прошу слишком много, но мне больше не на кого положиться, Амелия, — проникновенно взглянули мне в глаза. — Только тебе я могу доверить Арскиля. Только на тебя могу полагаться на отборе.

— В каком смысле «полагаться на отборе»?

Его слова звучали все абсурднее. Самым важным и нужным человеком я себя вот вообще не чувствовала, несмотря на его всеобъемлющее желание меня в этом убедить. Красивыми речами меня давно невозможно было купить.

— Только за сегодня еще до начала отбора странным образом погибли сразу две невесты. В комнате первой были найдены записки с угрозами, у второй на запястье обнаружили синяк, как если бы кто-то схватил ее за руку. На этом отборе я наверняка так и не найду ту, что сможет пробудить во мне дракона, но сейчас это уже и неважно. Сейчас главное — избежать скандала, а значит, избежать дальнейших смертей и найти убийцу девушек. И что-то мне подсказывает, что именно это существо ответственно за пропажу Арскиля и смерть моего брата и его супруги. Им выгодно подорвать мою власть любым способом.

— Им — это кому? — уточнила я, ярко ощущая, как меня все больше затягивают в паучьи сети.

— Семьям Великих Основателей.

Я не была так хорошо знакома с историей возникновения драконьего королевства, но прекрасно дружила с логикой, которая подсказывала элементарное: семьи Великих Основателей — это те, кто основал это королевство, а значит, потомки их считают, что имеют на трон не меньше, а может быть, даже больше прав, чем Арскиль.

Не Рейтар и не его невесты на самом деле находились в настоящей опасности, хотя и они тоже. Главной целью заговорщиков являлось устранение Кирюши, но этого мне Рейтар почему-то так и не сказал. Не хотел, чтобы я знала реальное положение дел? Боялся испугать?

— Итак, подведем итог, — тяжко вздохнула я, убирая свою ладонь, не позволяя мужчине взять себя за руку. — Ты просишь меня побыть невестой на отборе, чтобы докладывать тебе обо всех странностях, и при этом я должна умудряться следить за Арскилем. Я верно понимаю?

— Я выпишу тебе достойное жалование, — медленно проговорил мужчина, хоть сам же и сомневался в своих словах, судя по голосу. Глаза мои недобро сузились: — Дело не в жаловании?

Закатив глаза, я отобрала у Кирюши залитый чернилами лист и обменяла его на другой — чистый. Нет, я всегда знала, что мужчины бывают толстолобыми, но чтобы настолько…

— Прежде чем я дам ответ, нам с Илоной необходимо попасть в храм. В любой храм в этом проклятом королевстве.

— Если дело в твоей сестре, то во дворце ей будет оказана необходимая помощь. Для этого вам не обязательно посещать храм.

Именно эти слова я уже слышала сегодня, когда мы находились на корабле. В том, что Рейтар найдет способ помочь сестрице, я не сомневалась ни на грамм, однако моя жизнь в таком случае продлится недолго, о чем мне все-таки пришлось ему поведать.

Правда, я умолчала о деталях, а именно — с кем было заключено столь неравноценное соглашение. Просто сказала, что клятва убьет меня, что являлось чистой правдой.

— Не считая сегодняшнего дня, у меня осталось шесть дней, — произнесла я отстраненно, стараясь не выдать собственного беспокойства. — Теперь ты знаешь.

— Знаю… — тихим эхом отозвался мужчина, словно бы посерев лицом.

А может, так казалось, потому что за окном угасал закат. В комнате становилось все темнее: зола в камине уже еле тлела, не способная освещать даже закуток у стола. Задумавшись об этом, я едва не пропустила мимо ушей то, о чем просто не знала:

— В любой храм Королевства Пылающих не драконам можно попасть лишь в двух случаях, Амелия. Первый — если в тебе есть капля драконьей крови, от которой необходимо избавиться.

— А второй? — спросила я, уже предчувствуя худшее.

— Если ты хочешь посвятить себя служению одному из Домов, но назад в этом случае дороги нет.

— То есть… — ошарашенно прошептала я.

— Если ты ступишь в храм, Амелия, обратно уже не выйдешь. И даже я не смогу тебя оттуда забрать, потому что в стенах храма запирают не драконы, запирает сама магия выбранного Дома. Тебя обманули. Цена твоей жизни — свобода.

Глава 4

Глава 4: Играй, скрипач, гуляй, рванина

Экипаж качнуло в который раз, а я подавила искреннее желание выругаться.

Не знаю, что делали драконы со своими лошадьми, которые заметно отличались и породой, и размерами, но карета мчалась по запыленным пустым дорогам со скоростью, наверное, около ста километров в час. Объятый темнотой лес мелькал за окном смазанными страницами чьей-то истории, врываясь в тесное нутро нашего транспорта не долгожданной прохладой, но все-таки остужающим ветром.

И если у меня дух захватывало и внутренности периодически тесно прижимались друг к другу в желании наябедничать на нелегкую жизнь, то Илона время от времени зеленела и дышала в пустой кожаный мешочек.

Отдышавшись в очередной раз, она опять перешла к требованиям, никак не желая понять, что я не только не ее служанка, но еще и стою теперь на одном с нею уровне, что девушка переживала особенно остро:

— Мне жмет этот корсет! Ослабь завязки! — капризно приказала сестрица, намереваясь повернуться ко мне спиной, чтобы я тут же выполнила поставленную передо мной задачу.

Однако прикасаться к завязкам ее платья я не спешила, напрочь игнорируя как тон Илоны, так и ее истерические настроения, которые, честно говоря, меня забавляли. А все дело в том, что девушку целый день держали в неведении того, как обстоят дела на самом деле. Лишь около часа назад она узнала, что невест у Рейтара не две, а ровно пятьдесят, и для нее эта информация стала чистым ударом.

Роскошная, невероятно красивая, ослепительная, она спустилась в холл первого этажа в блестящем голубом облаке. Искрящееся платье шло ей просто необыкновенно, идеально подходя к ее глазам, но никто по достоинству так и не оценил ее облик.

Рейтар и Эртирнар что-то обсуждали невдалеке от меня, а я была занята Кирюшей, с которым играла в догонялки. Отсутствие внимания со стороны серьезно пошатнуло ее уверенность в себе — это было видно по растерянному выражению лица. Если бы не мейстериса Ортлинай, мы так и не заметили бы появления Илоны, но и дальнейшее не пришлось ей по душе.

Все объяснения на себя взял Рейтар, как мужчина и главный участник происходящего абсурда, но он не сказал сестрице и половины того, что знала я. Для нее мы обе должны были принять участие в отборе как те, кого регент наследного принца назвал своими невестами. Не выиграем — вольны пойти на все четыре стороны вместе с заслуженным приданым, выиграем…

Впрочем, выиграть могла только одна из пятидесяти девушек, о чем сестрице сообщили прямо.

— У вас есть шанс побороться за сердце нашего повелителя, — попыталась утешить ее мейстериса, которой Илона, видимо, была симпатична.

Но я-то знала: любые слова сейчас были бессмысленны. Губы Илоны дрожали, глаза блестели от непролитых слез, а взгляд выражал всю скорбь мира. Именно таким взглядом раньше она добивалась от лорда Гаргата абсолютно всего, чего только хотела, но здесь этот метод не работал.

Осознав, что мужчины непоколебимы, она попробовала пробить мою броню — раньше, когда меня еще не было в этом мире и этом теле, это срабатывало, но лично я на ее счет была черствее, чем самый черствый сухарь, припрятанный и забытый собакой за холодильником.

Правда, одного я не учла. В экипаже нам предстояло ехать вместе, а значит, участь слушать ее нытье выпала именно мне.

И вот лучше бы я это время поиграла с Кирюшей. Он вынужденно проводил свой досуг с дядей в другой карете. Расставаться со мной малыш не хотел ни за какие коврижки, но снятый Рейтаром массивный браслет из черненого серебра да с огненными камушками быстро увлек его интерес.

Я была не в обиде. Маленьких детей купить было слишком легко, в чем я не раз убеждалась на собственном опыте. Когда Машка была совсем маленькой, конфеты решали очень многие проблемы.

И сами становились проблемами, если кто-то плохо прятал фантики.

— Ну, Амелия! — прохныкала девушка, тряхнув своими жемчужными волосами — часть завитых прядей свободно спускались по ее плечам. — Долго нам еще?

Отодвинув плотную бордовую ткань, обнажая вид на сказочный замок, я легко предложила:

— Сама посмотри.

Замок был поистине роскошным. Крупный белый камень при свете луны, казалось, светился потусторонней синевой, сияя ярче далеких звезд. Шпили трех башен возвышались словно над всем королевством, занимая холм — высшую точку материка.

Нам с дороги была видна только верхушка замка, в то время как нижняя часть строения оставалась скрытой за менее величественными домами и желтокаменными крепостными стенами.

Наличие сразу двух стен меня удивляло. Мне казалось, что уж кому-кому, а драконам с их истинными размерами страшиться точно нечего.

Пока Илона восторженно взирала на замок, от нарастающего волнения комкая в пальцах белый веер, расшитый голубыми нитками, я позволила себе ненадолго закрыть веки и отдохнуть перед очередным сражением.

С тех пор как я попала в этот мир, для меня каждый день являлся моей личной битвой. До окончания срока, выделенного Святой Матерью, у меня оставалось всего шесть дней, и, даже зная, что произойдет потом, я не могла позволить себе отдых.

Потому что моя помощь требовалась Рейтару и Арскилю.

И тут уже стали неважными обиды, грусть, печаль и злость, слова, что ранили сердце и взгляды, которые обещали так много.

Впрочем, обещали не только взгляды. Причиной, по которой начало бала задерживалось аж на целый час, являлась наша с Рейтаром беседа. Она продлилась гораздо дольше, чем мужчина на то рассчитывал, и меньше, чем хотелось бы мне.

Обескуражена, раздавлена, вымотана… Наверное, именно такой я и должна была покинуть кабинет регента наследного принца, но, узнав подробности посещения храма, я испытала совершенно другие эмоции.

Я рассмеялась — громко, заливисто, заразительно. Где-то внутри, в душе, кто-то и раньше тихо шептал мне о том, что все не может быть настолько просто; что у меня слишком мало шансов на то, чтобы жить в этом мире долго и счастливо, но я отказывалась слушать этот голос.

И не собиралась слушать его сейчас.

— Дай мне пять дней, — попросил Рейтар, все-таки подкравшись ко мне и взяв меня за руку. — Если способ зайти в храм и беспрепятственно покинуть его для человека все же существует, я обязательно найду его. Совет Семерых должен что-то об этом знать.

— Уважаемые старцы? — уточнила я, мысленно представив толпу в черных балахонах.

— Именно так. Им доступны знания каждого Дома. Мы обязательно что-нибудь отыщем.

— Но взамен я должна тебе помочь, — я не спрашивала, а утверждала.

Реалист во мне жаждал рубить правду-матку. Иногда во мне просыпалась циничность, но обычно я нокаутировала ее обратно в спячку.

— Я прошу тебя помочь мне, Амелия. Я не приказываю.

Глядя в его бездонные глаза, слушая его мягкий голос, чувствуя тепло его руки… О Святая Мать! Именно в такие моменты Рейтар подкупал меня больше всего. Когда открывался, когда был простым и понятным, когда не разбивал мое сердце с особой жестокостью.

Наверное, мне хотелось бы быть твердой, непрогибаемой, как скала, но я смотрела на играющего рядом с нами Кирюшу и понимала, что мне совесть не позволит оставить этого беззащитного малыша среди стервятников и беспринципных ящеров. Но не могла же я его украсть?

Да мне жить оставалось всего ничего, если я не приведу Илону в храм. А если приведу, то никто не разрешит мне взять с собой дракошку. Хотя… Если первое время прятать его под юбкой…

— Так ты согласна? — попытался Рейтар коснуться ладонью моей щеки, но я не позволила: стремительно перехватила его руку и взглянула ему прямо в глаза.

— Пять дней, — произнесла я твердо. — У нас есть пять дней на то, чтобы найти что-то касаемо моей проблемы. За эти пять дней я постараюсь сделать все возможное, чтобы помочь тебе, но послушания от меня не жди. Я не невеста на твоем отборе. Если ничего не получится, на шестой день я вместе с Илоной уйду в храм, и ты не станешь нам препятствовать.

— Пять дней, — повторил он эхом и все же коснулся губами моей руки, обжигая дыханием.

Если бы не мейстериса, решившая напомнить нам о времени, наверное, эти вечерние посиделки на ковре закончились бы поцелуем. Но, к счастью, женщина словно почувствовала, что вот-вот свершится непоправимое, и вовремя затарабанила в дверь, чем заставила скривиться Рейтара.

Мне же оставалось только довольно усмехнуться, но мысленно мне было совсем не до смеха.

Если через пять дней мы так и не найдем лазейку, на шестой день я действительно намеревалась войти в ближайший храм под руку с Илоной. Только оставить храм целым я обещаний никому не давала.

Если перед нами закрывают дверь, мы залезаем в окно.

Вторая крепостная стена давно осталась позади. Вымощенная каменными плитами дорога была освещена уличными фонарями, в которых ярко вспыхивал буйствующий под магическим стеклом огонь.

Лично я представляла себе столицу Королевства Пылающих совершенно не так. Нет, в звездном небе черными птицами на большой и малой высоте летали драконы, как то и полагалось, но дома их, магазины и ювелирные лавки едва ли отличались от тех, что строили в человеческих королевствах.

Двух- и трехэтажные особняки, огороженные коваными заборами, сменялись небольшими зданиями, плотно стоящими друг к другу, парковой площадью, башнями храмов и даже улицей с фонтаном. Немногочисленные в этот час прохожие спешили по домам, а быть может, по делам или в поисках развлечений.

Если бы не рев, что раздавался над «Железным Сердцем» время от времени, я бы и вовсе подумала, что возничий привез нас куда-то не туда. Материком ошибся — не иначе.

Но на беспечные раздумья времени не осталось. Дворец, что казался таким далеким, неожиданно вырос прямо перед нами. Миновав массивные кованые ворота, экипаж преодолел половину круга — дороги, что являлась подъездом к главному входу. Гигантские лошади замерли прямиком у белых ступеней — боком к кровавой ковровой дорожке.

Сделав глубокий вдох, я осталась сидеть на месте.

Я никогда не считала, что обладаю навыками, присущими актерам и актрисам, но именно этого от меня требовали заключенные между мною и Рейтаром договоренности. Чтобы обратить на себя внимание тех, кто так яро желал взобраться на трон, минуя бедного ребенка, я должна была появиться эффектно.

Беседуя в кабинете регента, мы оба пришли к тому, что защищать нас троих: Илону, меня и Кирюшу — верным воинам будет гораздо проще, чем если им придется распыляться на всех невест и маленького принца в придачу.

За другими девушками в таком случае вполне могла следить гвардия, которой Рейтар особо не доверял, но которая была положена ему и Кирюше по статусу.

— Я пошла, — зачем-то предупредила меня Илона и дважды стукнула кулачком по дверце кареты.

Та в свою очередь тут же распахнулась, но не без помощи прислужника. Мужчину в серой ливрее и белоснежной рубашке с пышным платком я увидела лишь мельком.

Дверца за девушкой закрылась. Мне полагалось выждать около десяти минут и лишь потом покидать экипаж.

Несмотря на то, что наше с Илоной родство Рейтар решил не скрывать — да и не смогла бы сестрица держать язык за зубами, в бальном зале появиться мы должны были отдельно друг от друга. Причем мое появление сопровождалось целым спектаклем, большая часть которого станет полнейшей импровизацией.

Будь у нас еще хотя бы час, и я бы куда больше верила в свои силы.

Потому что покорительницей чужих сердец я никогда не была. Но мне очень даже предстояло ею стать.

Мысленно отсчитав десять минут, дважды сбившись, разнервничавшись и психанув, я напрочь забыла от волнения правила этикета и сама себе открыла дверцу, без чьей-либо помощи спустившись вниз.

Ни единый мускул не дрогнул на лицах прислужников. Вот чьей выдержке я могла только позавидовать!

Остановившись, расправив складки не слишком пышной юбки, я сделала шаг, поднимаясь ровно на одну ступеньку наверх. Понятия не имела, где именно Рейтар раздобыл для меня это простое желтое платье, но за отсутствие кружев, рюшей, бантов, камней и блесток я была ему просто сказочно благодарна.

Единственным моим украшением являлся его подарок — стеклянный кулон в форме сердца с трепыхающимся в нем огоньком.

Решительно взбежав по ступенькам, я кивком поблагодарила молчаливых слуг в одинаковых нарядах за то, что так учтиво открыли для меня большие двустворчатые двери.

Где-то глубоко в душе возникло неясное томление. Я не предвкушала первый в своей жизни бал. Что я, в свое время дискотек не видела? Да и имелись у меня здесь дела куда важнее, чем танцы и сказка о принце, который, впрочем, в принципе, скоро должен был отправиться спать. Но что-то такое неясное, волнительное все же тревожило мое сердце.

Однако времени на сомнения не осталось.

— Леди Амелия Гаргат, — тихонько представилась я, миновав наискось большой холл с широкой лестницей, ведущей на второй этаж эдаким двойным разветвлением.

На этот раз я тоже стояла перед высокими тяжелыми двустворчатыми дверями, но в отличие от предыдущих за этими находился бальный зал.

Прислужники в серых ливреях начали медленно открывать двери.

— Подождите! — вдруг взволнованно окликнула я их и сама же своими ладонями надавила на створки, возвращая их обратно в исходное положение. — Я… Эм… Носик припудрить забыла! — сочиняла я на ходу, безбожно краснея.

И вот я же действительно забыла! Только нос мой к этому делу не имел никакого отношения.

Отвернувшись от прислужников, я прикрыла веки, вспоминая зубодробительное словосочетание. “Эйхши Тшихкха” — я должна была произнести прямо перед тем, как соберусь войти в зал. Эртирнар сказал, что это странное то ли заклинание, то ли обзывательство придаст мне небольшой лоск, что в нашем конкретном случае очень даже требовалось.

Только произнеся слова, я ничего необычного не почувствовала. То ли заклинание я все же забыла, то ли отсутствие во мне хоть какой-нибудь магии не позволяло им воспользоваться. В любом случае, когда я повернулась к прислужникам, ничегошеньки во мне не изменилось.

— Открывайте, — щедро позволила я, попытавшись изобразить моську заядлой хищницы.

Судя по тому, как дернулся глаз у стоящего слева от меня слуги, выглядела я как заядлая падальщица. В том смысле, что больше была похожа на нервно ржущую гиену, чем на гордую львицу.

Но не сбегать же, в самом деле? О нет, за порогом меня однозначно ждали приключения. Я же не могла их вот так просто оставить!

Двери беззвучно открылись, а я задержала дыхание, разглядывая невероятных размеров хрустальную люстру, что зависла под потолком, освещая весь зал.

— Леди Амелия Гаргат, — раздался звучный голос церемониймейстера чуть правее и впереди.

И вот стоило всему залу начать медленно с любопытством оборачиваться, а мне сделать первый шаг вперед, как глаза мои заслезились от вспыхнувшего сияния. На миг, всего лишь на мгновение я словно ослепла, но не остановилась, помня слова Рейтара:

— Зал ты должна пересечь с высоко поднятой головой, без единой заминки.

И я не позволила себе ни секунды промедления. Все так же шла, глядя исключительно вперед — на того, кто будто заторможенно освобождал большое массивное кресло на золотых изогнутых ножках.

Чернильный взор Рейтара на миг полыхнул оранжевыми всполохами.

Я не могла посмотреть на свой наряд, но даже краем глаза видела, как сильно изменилось платье. Теперь оно сверкало золотом похлеще, чем у Илоны, почему-то наводя меня на сравнение с елочной игрушкой.

В этом огромном зале, заполненном едва ли на треть, не осталось никого, кто не смотрел бы на меня, кто не заметил бы моего появления, и лишь один взгляд был мне по-настоящему приятен, пусть и являлся на самом деле игрой.

То, как смотрел на меня Рейтар…

Он словно увидел меня впервые. Увидел и безвозвратно влюбился, забыв, как моргать и дышать. Сердце мое неожиданно дало стрекоча, рухнув куда-то в пятки. Мой взгляд принадлежал только Рейтару, его — лишь мне. Невесты, бальный зал, целый мир — все померкло, рухнуло, испарилось. Я ощущала себя Золушкой, чье время убегать совсем скоро придет.

Да что там! Еще немного, и я бы сбежала прямо сейчас, на ходу избавляясь от не очень удобных туфель и совести! Но в отличие от Золушки я бы обязательно оставила губной помадой на каком-нибудь зеркале свой адрес. И шпильки раскидывала бы до самого дома.

А все почему? А потому, что на десять невест по статистике девять женихов — и лишь двое из них нормальные!

— Мой Светлейший Лорд… — произнесла я удивительно громко в этой устрашающей тишине, приседая, я надеялась, в чем-то похожем на реверанс хотя бы издали.

То, как я буду обращаться к Рейтару на глазах у достопочтенной публики, мы не обговаривали заранее, но я отлично помнила его ехидные слова о том, как я должна это делать.

А я что? Тем, кому должна, я все прощаю. Я ведь предупредила: я не его невеста и следовать дурацким правилам точно не буду. Для меня этот мужчина, как ни странно, до сих пор оставался все тем же предводителем воинского отряда, просто Рейтаром, который доводил бедных эльфов до белого каления.

— Поднимитесь, леди, — прозвучал его властный голос, отозвавшийся мурашками на моей коже. — Я рад приветствовать вас в наших землях.

В чьих это — «в наших», задаваться вопросом не приходилось. Меня куда больше интересовало, где эта крылатая жопка сейчас находится. Трон, что являлся абсолютной копией того, который занимал Рейтар, был девственно пуст и чист, хотя черная подушечка на нем возлежала в ожидании чьей-то хвостатой попы.

— Не откажете ли вы мне вместе со мной открыть этот бал в честь начала отбора среди столь достойных невест? — вновь неожиданно обратились ко мне.

Задумавшись о своем, а точнее, о том, что пора как-то выпрямляться, чтобы при этом не заклинило не подготовленную к таким выкрутасам спину, я напрочь прослушала все предложение и теперь пучила глаза, стараясь так намекнуть на свои абсолютные проблемы со слухом.

— Не стоит так испуганно смотреть на меня. Я не кусаюсь, — тихо, едва слышно усмехнулся мужчина, подавая мне свою раскрытую ладонь.

Собственно, только эта ладонь и спасла меня от натужных выдумок. Вложив в нее свои пальцы, я была выпровожена Рейтаром в самый центр зала эдаким сверкающим вихрем. Себе он в одежде точно не изменял. Черным было все, включая вышивку на камзоле и шейный платок.

Засмотревшись на этот блестящий фуляр, я пропустила тот момент, когда вокруг нас образовался вполне себе ощутимый воздушный пузырь. Сплошная стена слегка поблескивала на свету, чем и выдавала свое существование.

— Влюбленный взгляд, Амелия, — напомнили мне, заложив руки за спину и коротко кивнув. — Ты должна сама поверить в то, что влюбилась в меня с первого взгляда, и только тогда тебе поверят другие.

— А по-моему, моя “любовь” и вовсе не обязательна, — вновь присела я, как и подобает, а после позволила Рейтару обнять меня, удерживая пионерское расстояние.

Пальцы правой руки утонули в его горячей ладони.

— А если заговорщики решат, что у меня нет и шанса на твою благосклонность? Тогда они не воспримут наши зарождающиеся отношения всерьез, не увидят в тебе угрозу.

Музыка яростью, мрачной торжественностью ударила по ушам, мгновенно сменившись чем-то задорным, веселым, быстрым, как грибной дождь, образовавшийся из самой черной тучи, чего в природе быть никак не могло.

— В таком случае у нас и вправду проблемы, — ответила я после заминки, стараясь удержать ехидную улыбку.

— Это еще почему?

— Потому что наши заговорщики умнее, чем мы думаем.

Наверное, это было нервное, но я все-таки не смогла сдержаться, отметив, как от недовольства сузились глаза моего кавалера. Запрокинув голову, громко рассмеялась, позволяя мужчине кружить меня по залу. Я отзывалась на каждое его касание, на каждое движение, подобно мелодии, вырывающейся из-под умелых рук музыканта.

Раньше мне очень даже нравилось танцевать. Делая уборку по дому, я часто включала музыку и на несколько часов позволяла себе забыть обо всем, погружаясь в чужие истории, изложенные как в стихах, так и в каждой ноте.

Танец закончился. Музыка угасла, и пары остановились, замерли кто где, вновь обращая все взоры на нас. Кажется, мы привлекли внимания ровно столько, сколько хотели, но на этом Рейтар решил не останавливаться.

Чтобы окончательно добить присутствующих, он взял меня за руку и приподнял мою кисть до уровня своих губ. Я почти ничего не знала об этикете драконов, но почему-то была уверена, что вот этот длительный поцелуй — прикосновение к губами к костяшкам моих пальцев — не есть хорошо.

А ведь мне еще и отвечать на него как-то нужно было! О да, кому-то из нас этикетом полагалось обязательно поблагодарить другого за оказанную честь, что я и сделала, распластавшись в подобии реверанса. Жест, достойный рыцаря, должен был приниматься с достоинством королевы.

— Надеюсь, вам понравится этот вечер, леди, — произнес Рейтар громко, четко, так, чтобы замершие любопытствующие, жадно внимающие нам, точно услышали каждое слово.

— Я уверена, что так и будет, мой лорд, — остановилась я у столика с напитками, куда меня так вежливо проводили.

Глаза мужчины как-то разом потемнели после моих слов, но больше он ничего не сказал. Лично мне. Речь его теперь была обращена к целому морю невест. Их разноцветные платья заполняли зал без остатка, а кавалеры, что находились в явном меньшинстве, почти терялись на их фоне.

Сухо поблагодарив присутствующих за желание связать с ним жизнь и понадеявшись, что этот отбор пройдет без эксцессов, регент наследного принца отправился обратно к своему почетному месту. Я же, ощущая некоторую скованность под чужими любопытными и откровенно враждебными взглядами, искала средь толпы хоть кого-нибудь, в чьем присутствии не чувствовала бы себя так зажато.

И такой кандидат в собеседники быстро нашелся.

У соседних столов с закусками стоял не слишком довольный жизнью Эртирнар, периодически заглядывающий под стол, для чего ему приходилось приподнимать бело-бежевые скатерти.

В теплых бежевых тонах был оформлен весь зал.

Взяв два бокала с бледно-желтыми напитками, я твердым шагом пересекла расстояние между нами. Уже на подходе воин почуял неладное, но сбежать от меня не успел.

— Ну и как вам бал? — полюбопытствовала я, протягивая ему бокал на тонкой ножке.

— Мог бы быть и лучше… Ваше… — последнее слово Эртирнар буквально с шипением выплюнул, неожиданно взглянув куда-то вниз.

Проследив за его взором, я обнаружила на его дорогих, начищенных до блеска сапогах часть закусок со столов. И вот они же совершенно точно не падали с многочисленных многоярусных и самых обыкновенных подносов. Как они там появились, мне мог рассказать маленький темно-красный чешуйчатый хвостик, выглядывающий из-под длинной скатерти, прикрывающей стол до самого пола.

Вручив Эртирнару и второй бокал, я решительно присела на корточки, приподнимая не только юбку платья, но и скатерть.

— Вы куда? — удивился пепельноволосый воин и отчего-то взбледнул, когда я посмотрела на него снизу вверх.

— В Нарнию, — усмехнулась я и таки заползла под стол, потому что сидеть на месте Кирюша не собирался.

Он намеревался подпортить и другие сапоги.

Сколько мы ползали под столом, ума не приложу, но за это время Эртирнар дважды спускал нам подносы с разными закусками на один зуб и один раз ходил к другому столу за графином с соком. А все потому, что, объевшись, скатерть в нашем лице начала громко икать, что, само собой, могло привести к нашему обнаружению, чего лично мне крайне не хотелось бы.

Но, увы, несмотря на мои старания, нас все-таки обнаружили.

Продолжая ползать вслед за дракошкой, которому сидеть на месте было невыносимо скучно, да уговаривая его уже выбраться из-под стола, я вспоминала Машку, для которой строила домики из стульев, одеял и подушек, а еще своих родителей, которые в свое время строили такие домики для меня.

Собственно, воспоминания о былом меня и подвели.

Врезавшись головой в чьи-то ноги, я от неожиданности негромко ойкнула, но слух у драконов, как известно, сильно превосходил человеческий. Скатерть немедленно приподнялась, а мы с незнакомым мне молодым мужчиной встретились взглядами.

И вот я и раньше знала, что представители других рас бывают на редкость привлекательными: всего капля драконьей крови делала из Илоны настоящую красавицу. Которая тем не менее не шла ни в какое сравнение с присевшим рядом мужчиной.

Его длинные черные волосы, наполненные тонкими серебристыми прядями, свободно лежали на широких плечах. Необыкновенно серые глаза, словно кристально чистый лед, приковывали внимание. Не смотреть ему в глаза было попросту невозможно: мужчина будто привораживал одним взглядом, но при этом мне удалось рассмотреть и другие его черты лица: крупный нос, широкие брови, совсем не узкие губы, ямочку на щеке и даже небрежные иголочки наверняка колкой щетины.

Однако вся его красота разом померкла на фоне ошеломляющего бархатного голоса:

— Леди, что вы здесь делаете?

— Я? — уточнила зачем-то, собственно, я, на миг растерявшись. Выдавать дракошку не хотелось. Как-никак он был наследным принцем, а значит, авторитет перед подданными наше все. — А я серьгу потеряла, вот и ищу.

— Обе серьги? — спросил незнакомец, а я по инерции коснулась уха.

Ну да, правдоподобно врать я умела плохо. Кроме кулона, никаких других украшений у меня не было, но они и не требовались. Мое платье сверкало как тысячи огней, за что мне требовалось «поблагодарить» Эртирнара. Знала бы — никогда не произнесла бы те странные слова!

— Обе, — вынужденно согласилась я, продолжая сидеть под столом.

— В таком случае мне просто необходимо вам помочь, — попытался он залезть ко мне, склонившись.

Но я его опередила, протянув ладонь.

— О, не стоит. Я все равно никогда не любила эти сережки. — Выбравшись из-под стола с чужой помощью, я решила представиться: — Амелия.

— Эрмос, — не выпуская моих пальцев, галантно поцеловали мне тыльную сторону ладони.

В отличие от Рейтара, этот мужчина склонился сам. Ответный реверанс получился сам собой, и, что удивительно, у меня даже ноги не тряслись, а спина, по ощущениям, была идеально прямой.

— И часто ли вы прячетесь на балах под столами? — полюбопытствовали у меня, мягко улыбаясь.

— Не люблю шумные мероприятия, — ушла я от ответа, ярко ощущая, как медленно заливаются краской мои щеки.

— Тогда, быть может, прогуляемся по саду?

Мельком бросив взгляд мужчине за спину, почувствовав на себе другой настойчивый взор, я отметила каменное лицо Рейтара. Он по-прежнему занимал свой трон, видимо исчерпав со мной свой сегодняшний лимит на танцы.

Почерневший взгляд его не обещал мне ничего хорошего, что почему-то заставило меня улыбнуться. Довольно улыбнуться и вновь посмотреть на своего собеседника.

— Прошу прощения, но, к моему глубочайшему сожалению, я вынуждена отказать. Боюсь, нашу прогулку могут понять превратно, а мне не хотелось бы…

— Понимаю, — кивнул Эрмос, стоило мне многозначительно замолчать. — Но надеюсь, в следующий раз вы мне не откажете?

Честно говоря, я бы и в этот раз ему не стала отказывать. Причиной моего отрицательного ответа стал совсем не взгляд Рейтара, в котором я откуда-то разглядела ревность. Возможно, эта ревность мне и вовсе показалась: иногда люди выдавали желаемое за действительное даже перед самими собой, но дело действительно было не в нем.

Просто где-то там, под столом, по-прежнему ползал мой дракошка, оставлять одного которого я не собиралась. Эртирнар не только не справлялся с ролью няньки, но и вовсе выглядел беспомощным.

От ответа меня спас, как ни странно, именно воин, появившийся рядом с нами с двумя бокалами, наполненными чем-то прозрачным. Вручив один мне, он скривился, окинув неприятельским взглядом моего собеседника.

— Э-э-эрмос, — протянул Эртирнар, а лицо его исказилось так, будто в бокале его был концентрированный сок лимона.

Сделав глоток из своего, я убедилась в том, что это сладкая газировка. На вкус она чем-то напоминала лимонад в стекле, сделанный на основе полезных трав.

— Эртирнар-р-р, — прорычал незнакомец в ответ, но как-то насмешливо, а после произнес и вовсе невероятное: — Брат мой, я рад, что ты уже вернулся. Матушке показывался?

— Вы братья? — вырвалось у меня совсем невежливо, но я была искренне удивлена.

Мужчины вообще не походили друг на друга. Ни единой чертой.

— Именно так. Родные и рожденные в один день, — сухо ответил пепельноволосый.

— Так вы тоже песчаный дракон? — полюбопытствовала я, с беспокойством поглядывая на скатерть.

Скатерть признаков жизни не подавала.

— К счастью, нет. Мне достался дар нашего покойного отца.

Выставив ладонь над моим бокалом, Эрмос даже ничего не прошептал. Два кубика льда просто упали мне в бокал, словно сотворившись прямо из воздуха. Передо мной стоял ледяной дракон, и никак иначе.

— Отличная демонстрация силы, Эрмос. А теперь оставь леди в покое. Нам требуется поговорить.

Безликое “Леди” и вежливые кивки едва ли были оценены мною по достоинству. Но прежде, чем один брат последовал за другим, освобождая меня от своего внимания, мне все-таки напомнили о моем обещании, которое я вообще не давала.

Ну не соглашалась я на прогулку! Что, впрочем, теперь было абсолютно неважно.

Выдохнув с облегчением, я поставила бокал на стол и медленно приподняла скатерть, с осторожностью поглядывая по сторонам.

Но поглядывать нужно было именно под стол!

Не найдя под скатертью Кирюшу, я сначала глазам своим не поверила, а потом на миг почти ударилась в панику, бегло осматривая бальный зал, где маленького, милого, беззащитного дракончика с бездонным пузиком было не найти из-за обилия разноцветных пышных юбок и постоянного их перемещения.

Однако юркий хвостик мною все же был вычислен: тот, кто гулял с детьми на детских площадках, был способен рассмотреть свой «хвостик» даже среди разноцветных шаров сухого бассейна.

Он мелькнул и сразу скрылся за дверьми, через которые я попала в бальный зал. Вслед за ним я неслась, юрко лавируя между редкими танцующими парочками и одиночками.

Что примечательно, на меня многочисленные девицы по-прежнему смотрели изучающе, а другие с неприкрытым презрением, но чужие взгляды едва ли могли меня остановить. Когда я только попала в этот мир, мне довелось своими глазами впервые увидеть и эльфов, и орков, и драконов, и прочих существ, так что сейчас никакого впечатления они на меня не производили.

Ну подумаешь, уши острые или клыки выступают. Я с утра тоже не красавица. У всех есть свои недостатки.

Прислужники с той стороны очень удивились тому, что я решила предстать перед их очами. Бал еще был в самом разгаре, а потому покидать его никто не спешил.

Кроме нас с Кирюшей. Эта чешуйчатая моська активно взбиралась по ступенькам широкой лестницы, помогая себе передними лапами. Со стороны он выглядел как перекатывающийся с бока на бок колобок, у которого неожиданно отросли конечности.

— А ну, стой! — приглушенно ругалась я, играя в догонялки.

Увидев меня у себя «на хвосте», Арскиль вдруг начал взбираться еще активнее, но я все равно поймала его на середине лестницы, поднимая эту увесистую радость жизни на руки.

— Надо срочно сажать тебя на диету. Я так, не ровен час, надорвусь. — бурчала я и лишь затем увидела оставленное малышом безобразие.

Ковровая дорожка частично имела отметины чужих грязных лапок, а моську свою, измазанную в белом креме, он не специально, но очень удачно обтер о мой рукав.

— Хорошего дракона должно быть много, — ответил мне Рейтар, неожиданно появившийся в просторном холле вслед за нами, а Кирюша согласно кивнул, глядя на меня ну очень осуждающе. — Почему вы покинули бальный зал?

— Я вышла следом за этим расхитителем закусок. В этом замке он стал крайне самостоятельным, — я не ругалась, но на малыша, схватившего свой хвостик, смотрела строго. — Почему он еще не спит в такое время?

— У Эртирнара не получилось его уложить.

Скептично поднятая в моем исполнении бровь стала ответом мужчине. Между «не получилось» и «не пытался» существовала огромная разница. В этом деле требовались заядлое упрямство, хитрость и изворотливость.

— Где находится его комната? — спросила я, поднимаясь еще на ступеньку выше.

— Вас проводят.

— А ты?

Мягкая, немного довольная улыбка коснулась губ мужчины:

— А я покинуть бал пока не могу. Мейстериса Ортлинай представила мне еще не всех невест.

И вот спрашивается, чего он такой довольный? Я бы на его месте уже вовсю страдала. Потому что я видела алчные, любопытные, жаждущие и плотоядные взгляды невест. Если бы не этикет и демонстрация воспитания, Рейтара уже однозначно порвали бы на сувениры.

Передав нас с рук на руки выскользнувшему из бального зала Эртирнару, который, естественно, нас потерял, Рейтар вернулся к своим прямым обязанностям, то есть продолжил поочередно развлекать невест.

Нас же всю дорогу до спальни, что располагалась на третьем этаже в левом крыле, развлекал Кирюша. Икая в очередной раз, он громко заливисто смеялся над собой и никак не хотел идти к воину.

Нравилось ему сидеть у меня на руках, незаметно слизывая крем с рукава. Ну, это он так думал, что незаметно, когда косился на меня шкодливым оранжевым глазом.

— Это спальня наследного принца, — поведал мне пепельноволосый, останавливаясь у абсолютно идентичной двум предыдущим светлой створки. — Если что-то понадобится, я буду за дверью.

— Хорошо, — понятливо кивнула я и толкнула единственную преграду, отделяющую нас с Кирюшей от вожделенной кровати.

— В те дни, когда устраиваются балы, обычно нет ужина, но я могу распорядиться, и при необходимости вам что-нибудь принесут.

— Это было бы замечательно, — вновь кивнула я и попыталась закрыть дверь.

Но только попыталась! Кое-кто чересчур настойчивый просунул в щель между створкой и косяком ногу, посмотрев на меня максимально сурово.

— Не связывайтесь с моим братом, Амелия. Драконы до невозможности ревнивы, даже если не имеют зверя, — тонко намекнул он мне на вероятные проблемы.

А я вот ни о чем таком не спрашивала, между прочим!

— Благодарю за заботу. Я сама разберусь.

— Амелия… — протянул песчаный дракон с предупреждением.

И мне это совсем не понравилось. Настолько, что вежливая улыбка исчезла с моих губ, наверняка сменившись кровожадной.

— Еще немного настойчивости, и искать пятый угол придется уже вам. Я ведь пожалуюсь на ваши приставания, Эртирнар.

— Какие приставания? — опешил воин, часто заморгав.

— Придумаю. К счастью, фантазия у меня бурная.

Дверь перед его носом я все-таки закрыла. Никого не просила учить меня уму-разуму. До сих пор меня необъятно возмущала ситуация, в которой я оказалась из-за Рейтара, но я сумела взять себя в руки, потому что лучше быть живой и с разбитым сердцем, чем сдаться и отдать свою жизнь на волю судьбы.

Любовь в нашей жизни при желании обрести свое счастье никогда не бывает единственной, чего не скажешь о самой жизни. Свой второй шанс я профукать была не готова ни за какие коврижки. И пусть сейчас у меня не было ни долгосрочных целей, ни планов на будущее, я знала, что обязательно что-нибудь придумаю.

Этому миру еще только предстояло меня узнать.

В отличие от светлых, буквально пронизанных теплом коридоров, комнаты наследного принца оказались полупустыми, серыми и мрачными. Я ожидала увидеть хоть какие-то игрушки, разбросанные по полу, яркий текстиль, детскую мебель, но помещения больше походили на апартаменты взрослого скучного мужчины, у которого не было ни интересов, ни развлечений.

Даже в полумраке под светом луны, что проникала через окна, комнаты казались более уютными, чем тогда, когда я попросила Кирюшу поджечь свечи, вставленные в канделябры, и плюнуть в камин.

Плевать огнем дракошка любил гораздо больше, чем есть.

В унылой, но просторной гостиной между двух аркообразных окон имелся круглый стол, за которым, видимо, Арскиль принимал пищу. По крайней мере, об этом говорил один отличающийся от двух других стул. Ножки его были гораздо длиннее, а сиденье располагалось выше.

Центр комнаты был занят небольшим диваном, креслами и низким столиком. Вся мебель оказалась погрызена, будто кто-то завел собаку и никак не преуспевал в ее воспитании. На обивке и вовсе нашлись следы копоти и гари. Кто-то явно учился плеваться именно здесь.

В остальном же было видно, что в комнате совсем недавно проводили уборку.

За светлыми двустворчатыми дверями нашлась не менее просторная спальня. Кровать уже застелили чистым постельным бельем — от него успокаивающе пахло чем-то наподобие лаванды, но уложить мальчишку вот так просто я не могла.

Мне требовалось для начала основательно его помыть, и вот как раз с выполнением этого важного пункта у нас и возникли проблемы. Потому что за неприметной дверью, одной из двух, нашлась целая купальня с бассейном, в который я дракошку запустить одного ну никак не могла.

Пришлось обмывать его в раковине. Это было не слишком удобно, но при встрече со служанкой я намеревалась попросить для нас корыто. Ну или на крайний случай большую кастрюлю.

— А я тебе говорю, что я все равно тебя вымою, — настаивала я на своем, ловя в прямом смысле ускользающего чешуйчатого за заднюю лапу.

Водные процедуры в таком формате его однозначно нервировали, но за неимением лучшего… Я и так старалась сделать все быстро, однако…

— Открываем пасть! Вот как начнется на твоих клыках кариес, как заболят они так, что ты оборотнем на луну взвоешь, будешь знать! — занималась я воспитательными работами, отыскав в узком шкафчике зубной порошок и подобие щетки.

В отличие от привычной для меня щетки, эта имела щетинки, направленные во все стороны, и захватывала за один раз больший участок.

К слову, пока я все это дело искала, гусеничка, замотанная в большое широкое полотенце, пыталась дважды уползти с кушетки, а теперь была решительно настроена оттяпать мне палец.

— И это ты еще не знаешь, какие бывают цены на стоматологов! Может еще и целой сокровищницы не хватить.

Промучившись около получаса, мы все-таки добрели до кровати. В покоях было тепло, а потому одеяло не требовалось, но простынкой дракошку я все же прикрыла. Мне самой так было комфортнее спать.

Подоткнув простыню под чешуйчатое тельце — так он значительно меньше вертелся и не стремился уползти в другое место, — я гладила Кирюшу по лапке. Машку всегда успокаивало, когда я гладила ее руку, и на этот раз прием тоже сработал. Особенно в дополнение к тихой истории, которую пришлось придумывать на ходу:

— Ведьма варила зелье. Ведьме все нипочем.

В домик свой пряничный ведьма тащила мешок с личем.

И как это обычно бывает, грозился тот лич расправой.

Но ведьме все нипочем — его напоила отваром.

И превратился тот лич вновь в некроманта живого.

И ужаснулся тот лич: «Что я тебе сделал такого?»,

Но ведьма махнула рукой, его за порог выставляя,

Метлу оседлала свою, в чернильное небо взмывая.

Ведьма ходила по лесу, в защите искала бреши.

И вот в ее пыльном мешке теперь оказался леший.

Трещал на своем языке, угрозами сыпал щедро,

А где-то над их головами злобно шуршали кедры.

Но ведьма варила зелье: ведьме все нипочем.

Напоен отваром леший, и мы результата ждем.

Как только стал добрым молодцем, был выдворен за порог —

Вот он, какой печальный попыток двух первых итог.

Но ведьма сдаваться не стала, упрямо сжимая метлу:

«Я себе все равно подопытного найду!»

Но третью попытку ее внезапно прервал нелегал.

Пробравшийся в озеро чудик оказался совсем не русалом.

Прям среди темной ночи помыться решил дракон.

Закинул ее на плечо, и ведьма поняла: это он!

Но сделать ничего не смогла — украдена была в тот же миг,

Тут-то весь ужас ее с предвкушением и настиг.

Ведьма варила зелье, а впрочем… Наоборот.

Пыталась варить супы, второе и даже компот.

Но эта наука никак не хотела ей поддаваться,

А она все ждала и ждала, когда же начнет получаться.

Вывод истории сей — сплошная одна прибаутка:

Ищите, ведьмы мои, дракона, с крепким желудком.

(Автор Л. Огненная)

Поправив простынку на сопящем дракошке, я поднялась и вздрогнула, никак не ожидая увидеть Рейтара стоящим в дверях спальни. Но не сам мужчина заставлял мое сердце в страхе сжиматься. Необъятный, неконтролируемый страх вызывали его глаза, словно заволоченные чернотой, отчего-то разом потемневшие.

— Разве бал уже закончился? — спросила я тихо, не решаясь подойти ближе.

— Еще нет, но мое терпение уже на грани, — неожиданно признался мужчина, смягчившись. — Занятная история в стихах. Из жизни?

Вопрос меня по-настоящему удивил, но одновременно и успокоил. Осознав, что причина плохого настроения дракона — не я, а его многочисленные невесты, я почувствовала себя гораздо свободнее и увереннее.

Нас разделяло всего четыре шага, которые я быстро преодолела, но на этом не остановилась. Упершись ладонью в грудь Рейтара, мягко вытолкнула его в гостиную, собираясь продолжить беседу уже там, чтобы не разбудить Кирюшу.

Только пошло все немного не так, как хотелось. Положив ладонь поверх моих пальцев, он и не думал выпускать мою руку из плена.

Расстояние между нами сократилось до опасного.

Ощущая теплое дыхание Рейтара на своих губах, прекрасно понимая, чего он добивается провокацией, я позволила себе усмешку.

— Если помнишь, я умею готовить.

— Я-то как раз очень хорошо это помню, — тихо рассмеялся этот засранец. — Соли на несколько лет вперед наелся.

И вот он же абсолютно точно нарывался! С интересом демонстративно глянув на настольный подсвечник, я метнулась к нему, намереваясь вооружиться этим аргументом, чтобы выглядеть весомее, но Рейтар быстро раскусил мою попытку членовредительства.

У подсвечника он оказался раньше, загородив его спиной, но признавать поражение я никогда не умела. Даже в школе до последнего злилась и упрямо молчала, а еще чаще делала вид, что ничегошеньки не было. Просто кому-то показалось.

— Я была бы вам сказочно благодарна, если бы вы оставили меня в одиночестве, — медленно проговорила я, расстегивая верхнюю пуговичку платья, с улыбкой следя за его реакцией. — Мне нужно подготовиться ко сну, мой лорд.

Очи Рейтара опасно вспыхнули оранжевыми отблесками: я его однозначно раззадоривала. А быть может, в них отразилось пламя, рвущееся из камина. В любом случае я не собиралась снова доказывать этому дракону, что у него странно меняются глаза. В прошлый раз он расстроился, когда не получилось убедиться в моих словах, да и у меня имелись задачи поинтереснее.

Я действительно намеревалась вымыться и лечь спать, но планы мои, как и всегда, в самый последний момент терпели изменения.

— Невесты живут в другом крыле, — хрипло произнес мужчина, порывисто ослабив узел шейного платка. — Тебе уже подготовили комнату. Я пришлю за тобой мейстерису Ортлинай.

— А как же Арскиль? — всполошилась я, в тот же миг растеряв весь образ великой соблазнительницы.

Один раз дракошку уже увели из дворца, так что опасения мои беспочвенными не были.

Довольно улыбнувшись, Рейтар направился к дверям.

— За ним до моего прихода присмотрит Эртирнар. О чем ты говорила с Эрмосом?

— А вот это уже не твое дело, — непримиримо сложила я руки на груди, обиженная на то, что выиграть в этой странной игре не получилось. — Я же не спрашиваю, о чем ты говорил со своими невестами.

Остановившись в дверях, мужчина обернулся. Столько самоуверенности и неприкрытой наглости мне еще не демонстрировали.

— Все, что касается тебя, — это мое дело, Амелия. Нравится тебе это или нет, — подытожил он, а мне искренне захотелось огреть его чем-нибудь совсем не в шутку. — И да, рано или поздно тебе все равно придется рассказать мне, с кем ты заключила такой неравноценный договор и при чем тут твоя жизнь.

— Зачем тебе это знать? — удивленно спросила я, но мне не ответили.

Дверь за мужчиной уже закрылась.

Глава 5

Глава 5: Тайны мадридского двора

Мейстериса Ортлинай не явилась за мной ни через час, ни даже через два, несмотря на обещания Рейтара. Бездумно просидев все это время в гостиной у камина, я даже умудрилась задремать ненароком, но неясный, глухой скрежет, раздавшийся откуда-то со стороны спальни, вывел меня из этого поверхностного забвения.

Потирая никак не желающие открываться глаза, я широко зевала, неспешно передвигая босые ноги: туфли так и остались лежать на ковре, но стоило мне открыть дверь, как вся сонливость с меня мигом схлынула.

Потому что скрипел, как оказалось, деревянный пол, по которому передвигался кто-то наглый, облаченный в длинный черный балахон. Увидев сверкнувший в свете луны кинжал, я очень пожалела, что так и не спросила у Рейтара, где сейчас находится мой стилет.

Я привыкла, что он всегда возвращался сам — такая уж родовая магия была в него заключена, а теперь не знала, чем бы нежданного гостя шандарахнуть. Никаких сомнений не было в том, зачем этот тип подкрадывается к кровати, на которой храпит маленькое тельце. А ведь мне предстояло его как-то остановить!

— Прошу прощения, а вы не подскажете, где здесь библиотека? — выдала я с перепугу, хватаясь за грустную белую вазу, в которой стояли одинокие серые ветки — видимо, в качестве декора.

Собственно, ничего увесистее я не нашла, а потому, стоило незнакомцу медленно обернуться, продемонстрировав мне под капюшоном красную уродливую маску, как ваза полетела в него, а я схватилась за единственный стул.

Била наотмашь, особо не веря в успех этого мероприятия, но тем не менее с ног мерзавца свалила, чего он, судя по всему, тоже не ожидал. Правда, оказался куда более подготовленным, чем я.

— Апчхи! — громко вырвалось у меня, когда спальню наполнил темный едкий дым, исходящий из разбитого о пол флакона.

В полумраке под светом одинокой луны в спальне и так было плохо видно творящееся безобразие, а теперь чернота и вовсе застлала все вокруг.

Страх колкими иголками прошил мое тело насквозь. У кровати я оказалась быстрее молнии, а проснувшегося Кирюшу схватила на руки и вовсе не осознанно. Хорошо было бы забиться в угол или закрыться в уборной до прихода подмоги — кричать я собиралась громко и истерично, но внезапно тот самый скрип повторился.

И повторился вновь на фоне рассеивающегося дыма.

Когда дымка почти окончательно пропала, я поняла, что несостоявшийся убийца сбежал. Даже кинжал оставил на полу в осколках вазы, так торопился, но спускать ошарашенного дракошку с рук я пока не спешила.

Сначала осторожно прошлась с ним по комнате, одной рукой вооружившись настольным канделябром, и только потом вернула Кирюшу на кровать. Но лишь на миг! Потому что заметила торчавший из стены лоскут черной ткани.

Из монолитной, чтоб его, стены!

Подергав за ткань, убедившись, что она застряла, я вернулась к дракошке и подняла эту сонную гусеничку на руки. Гусеничка искренне хотела спать и не понимала, почему я не даю ему заползти под подушку, но я была неумолима.

Ну не могла я его оставить, учитывая, что к нам до сих пор никто не прибежал. А ведь драконы отличались уникальным слухом! Где этот защитник Эртирнар, выполняющий свои прямые обязанности?

Варианта было два. Причем я не знала, какой из них мне нравился больше. В одном пепельноволосый оказывался злодеем-предателем и злобно хохотал, убегая в закат, а в другом погибал героем, грустненько распластавшись с мечом на полу в коридоре.

Собственно, от правды я ушла недалеко. Стоило мне только приоткрыть дверь, как Эртирнар половиной туловища ввалился в гостиную, хорошенько ударившись о пол затылком.

Признаков жизни воин не подавал, как и трое тех, что лежали в коридоре, но, судя по храпу, что то и дело разбивал ночную тишину, сильно переживать на их счет мне не стоило.

А вот о нас с дракошкой очень даже.

На эту ночь мы остались без охраны. Три часа до рассвета для меня были самыми долгими.

Я не считала хорошей идею привлекать к нам чужое внимание. Не собиралась бегать по всему дворцу, направо и налево крича о том, что на наследного принца было совершено покушение. Прекрасно понимала, что политика — дело такое, где каждое событие можно повернуть как на пользу себе, так и во вред, а потому намеревалась ждать появления хоть кого-нибудь, чтобы тихо и мирно сообщить о произошедшем.

Мне бы отлично подошла служанка, сам Рейтар или даже мейстериса Ортлинай, и, как ни странно, под утро явилась именно она. К тому времени я уже перетаскала тяжеленных воинов внутрь гостиной, усадив их вдоль стеночки, а потому дверь, ведущая в коридор, была закрыта.

Тихий стук заставил меня ненароком напрячься, но не разбудил Кирюшу, сопящего у меня на руках. Кресло, в котором мы сидели, я оттащила в дальний угол, потому что именно он был самым темным, а значит, для входящего мы не бросались в глаза.

Собственно, мейстериса Ортлинай нас и не заметила, когда вошла в гостиную и направилась прямиком в спальню. За ее реакцией я следила пристально.

Вообще предпочитала не доверять в этом месте никому, кроме Рейтара. Он, по крайней мере, не старался загубить племянника специально. Дракошка страдал исключительно потому, что кому-то не хватало опыта и понимания того, что такое ребенок.

Через распахнутую дверь мне было замечательно видно, как женщина подошла к кровати, но, не найдя там никого, скрылась в глубине комнаты, видимо проверяя гардеробную и санузел.

На обратном пути гостиную она пересекала уже несколько торопливо и вот тут-то и заметила сидящих у стены воинов. Даже в темноте было отчетливо видно, как лицо ее побледнело. Сама же мейстериса будто запнулась, что заставило ее в растерянности остановиться.

Но ее реакция совсем не говорила о том, что я могу ей безоговорочно доверять.

— Будьте добры, Его Светлейшество позовите, — тихо произнесла я, едва размыкая губы.

Но драконица меня услышала. И испугалась от неожиданности.

— Да вы в своем уме?! — начала она было с возмущением высказывать все, что думает о безмозглой человечке в моем лице.

— Прекратите орать. У меня ребенок спит, — продемонстрировала я с недовольством заворочавшийся сверток. — Рейтара позовите. Или нам пойти его самим поискать?

Выполнять мою просьбу мейстериса Ортлинай решила по-своему. Вместо того чтобы найти и привести сюда хозяина этого бедлама, она вызвала служанку, а уже та, в свою очередь, отыскала для нас регента. Он явился минут через пять, за которые драконица совершила две попытки вызнать у меня хоть что-нибудь о происходящем.

Вызнать не получилось, что женщину явно не устроило. Но это было не единственное ее разочарование в это утро. Стоило Рейтару появиться в гостиной, как мейстериса была отослана, а я наконец-то смогла хоть на минутку выдохнуть.

Правда, действительно только на минутку, потому что, кроме меня, события, произошедшие этой ночью, пересказать было некому. Поведав обо всем, что вспомнила, я продемонстрировала кинжал, к которому так и не прикасалась, и клочок ткани, застрявший в стене.

Последний особо не понравился мужчине, как и беспробудно спящие драконы, которые не очнулись даже после того, как получили пощечины. Если их чем-то опоили, то средство это было очень сильным и навряд ли безвредным.

Проведя ладонью по серой стене, словно вырисовывая невидимую дверь, Рейтар с едва скрываемой яростью заключил:

— Кто-то снял печать с тайного хода.

— Печать — это что-то вроде защиты? — уточнила я, слегка покачивая Кирюшу — скорее для собственного успокоения.

— Лучше. Это защита на крови, которой были запечатаны все тайные ходы во дворце, за исключением нескольких. Снять печать может только носитель крови, — поднялся он на ноги.

Достав из-под камзола мой стилет, Рейтар проткнул острием палец и приложил всю ладонь к стене, прошептав что-то совсем неразличимое.

В тот же миг раздался знакомый скрип. Стена как по волшебству сдвинулась с места и открылась, как самая настоящая дверь.

— Я после бессонной ночи не совсем хорошо соображаю, — призналась я, наблюдая за тем, как мужчина осторожно помещает кусочек ткани в воздушную сферу, абсолютно не прикасаясь к нему руками. В такую же сферу уже был заключен кинжал. — Носитель крови у нас кто?

— Я, — произнес он неожиданно, вогнав меня в ступор, но на этом решил не останавливаться: — Или Арскиль. Но в нашем конкретном случае кто-то третий, кто не записан в нашу родовую книгу, но является прямым потомком семьи Нейрейрван. Я ошибся.

— В чем именно? В количестве собственных родственников? — усмехнулась я нервно, но на самом деле было совсем не до смеха.

— И не только. Либо на этом поле появился новый игрок, либо семьи Великих Основателей изначально были ни при чем. Придется менять абсолютно всю защиту.

На миг мне показалось, что Рейтар сейчас взвоет, с таким отчаянием он прикрыл веки, прислоняясь лбом к стене, но эмоциональный порыв, если он и был, мужчина успешно подавил. Когда он вновь взглянул на меня, то показался мне собранным и уверенным.

По крайней мере, мне искренне хотелось верить в то, что вот с этого дня у него точно все будет под контролем.

— Я не знаю, как мне тебя благодарить. — произнес он неожиданно мягко, очаровывающе и коснулся теплыми пальцами моей щеки.

Взгляд его внезапно устремился к моим губам, так что через секунду я уже хорошо понимала: он собирается меня поцеловать, но у меня на это раннее утро имелись совершенно другие планы.

— Зато я знаю, — усмехнулась я и торжественно вручила ему сверток с просыпающимся дракошкой. — Умыть, клыки почистить, покормить, занять до обеда. Меня до обеда не беспокоить, а иначе еще на один труп в этом дворце станет больше.

Такое ошарашенное лицо у этого мужчины мне еще не доводилось видеть, но к нему именно сейчас я не испытывала ни капли сочувствия. Драконы при необходимости могли не спать целыми сутками, и это никак не сказывалось на качестве их жизни, а вот я была хрупким человеком, которого вчера, между прочим, так и не покормили.

Вот как я должна на голодный желудок сражаться с какими-то неведомыми злодеями? А если я, не дай Святая Мать, похудею и ослабну? Я же в таком случае даже сдачи дать не смогу!

Круто развернувшись, я вышла обратно в гостиную и таки обула свои злосчастные туфли, дабы не идти по коридорам босиком. Почему-то была на сто процентов уверена, что мейстериса Ортлинай никуда не ушла и греет уши, стоя в коридоре. Именно она должна была еще несколько часов назад показать мне мою комнату.

А если бы я действительно ушла? Страшно представить!

— А почему ваша достопочтенная дама так и не пришла за мной? — резко остановилась я и обернулась.

Из спальни Рейтар вышел вслед за мной, в то время как сферы с уликами двигались прямо по воздуху, ведомые невидимой для меня магией.

— После завершения бала девушки никак не хотели укладываться, а две и вовсе скомпрометировали себя, решив продолжить веселье в компании юношей из уважаемых семей. Первую застали в ее же спальне, вторую долго искали в парке с участием мейстерисы, — огорошил он меня и пояснил: — Невестами и всеми проблемами, связанными с ними, занимается именно мейстериса. Я просил ее зайти за тобой, когда она освободится.

— Надеюсь, среди этих двоих не было Илоны. — пробурчала я себе под нос.

Такому исходу я нисколько не удивилась бы.

— Не было. Твоя сестра весь вечер держалась недалеко от меня, успешно отгоняя желающих поговорить со мной, за что я ей искренне благодарен.

— Занятно. — задумчиво протянула я, размышляя совсем не о сестрице, а о том, зачем невестам так подставляться.

В свете того, что мне поведал Рейтар, лишить жениха потенциальных невест было гораздо выгоднее его врагам. Либо же это был отвлекающий маневр и, соответственно, план Б на случай, если с первой невестой быстро разберутся.

— Рейтар, а эти две невесты… Они нормально себя чувствовали? — спросила я, сомневаясь все сильнее.

— Ты думаешь…

— Что их опоили или околдовали, — торопливо перебила я его. — Это ведь странно — так подставиться в первый же вечер, учитывая причину, почему они все здесь добровольно собрались. Где они сейчас?

— Я прикажу их вернуть и…

Что там было дальше за этим загадочным “и”, мне так и не удалось узнать. За моей спиной раздался громкий глухой стук, будто что-то тяжелое упало на пол. Обернувшись, я отметила Эртирнара, который теперь лежал на боку, а не сидел, прислоненный спиной к стене, как его подчиненные.

Кажется, вторая шишка была ему обеспечена. И вот я же никогда не считала себя злопамятной и вообще всегда была человеком понимающим, но даже небольшое удовлетворение получила, завидев эту картину.

И пусть регенерация у драконов тоже была на высшем уровне, все равно оказалось приятно, когда бумеранг возвращается. Как говорится, не делай зла. А то ишь, учить он меня будет!

— Может, поднять? — спросила я участливо, исключительно в надежде на то, что всегда имелся шанс на новое падение.

И на гораздо дольше заживающий синяк!

— Не стоит. Сейчас подойдет магистр Оутрун и перенесет их в свои лаборатории. Необходимо понять, что именно так повлияло на них, чтобы изготовить антидот либо же найти способ разбудить их, — поведал Рейтар и попытался поймать сползающую на пол простыню.

Простыня ловиться отказывалась, искренне желая встретиться с полом и запутаться в чужих ногах. Закатив глаза, я вернула своевольную ткань на место, чмокнув сонно моргающего Кирюшу в нос.

За дверью тут же кто-то громко выругался.

В сторону выхода из гостиной мы с Рейтаром одинаково удивленно посмотрели вместе. Без единого звука вручив мне дракошку, мужчина подкрался к двери и резко распахнул ее. И вот я бы на месте лорда ни за что не стала бы ловить мейстерису Ортлинай. Синяки и шишки обычно прибавляли опыта, а в данном конкретном случае кое-кто отучился бы подслушивать.

Кое-кто, кого абсолютно не пронял осуждающий взгляд Рейтара.

Нет, виноватый и пристыженный вид женщина, конечно, сделала, но лично я не поверила ей ни на грамм. А потом стало не до нее, потому что в коридоре снова кто-то недобро выругался. Выглянув втроем, мы увидели немолодого дракона в очках, который через эти самые очки пытался рассмотреть то, что скрывалось за красным гобеленом с желтым изображением пламени.

А скрывалась там молоденькая девушка без сознания и перевернутый поднос, который, видимо, предназначался мне. Что ж, участь своего ужина я тоже успешно выяснила.

— Она же не мертва? — спросила я тихо, обращаясь исключительно к Рейтару.

Но ответил мне совсем не он.

— Эта девушка всего лишь спит, — произнес магистр, возвращая очки на место. — Полагаю, сон этот неестественный, как и у других пострадавших. Ваше Светлейшество, боюсь, мне понадобится ваша помощь.

Рейтар просительно посмотрел на меня, а я сначала не поняла, чего это он. Лишь мгновением позже до меня дошло, что поспать мне сегодня не удастся.

— Ну уж нет! — воскликнула я, поражаясь чужой наглости. — Я вам в круглосуточные няньки не нанималась!

— Проси, что хочешь, — проговорил этот гад, у которого отсутствовал не только зверь, но и совесть. — В этом замке нет никого, к кому бы Арскиль так хорошо относился и кого бы слушался. Хотя бы еще несколько часов, Амелия.

— Половина замка, — произнесла я твердо, искренне надеясь, что вот сейчас-то кое-кто дрогнет и в нем проснется жадность.

И жадность действительно проснулась, но не у Рейтара, а у мейстерисы Ортлинай, когда мужчина согласился на мое беспрецедентное требование. Я аж дар речи потеряла и открывшийся рот все никак не могла закрыть.

— Ваше Светлейшество! — воскликнула женщина то ли возмущенно, то ли пораженно.

— Мейстериса, проводите Амелию в подготовленные для нее покои и обеспечьте всем необходимым. Магистр…

Дальнейшие разбирательства по поводу усыпления драконов проходили уже без нас с мейстерисой. Всем своим видом демонстрируя неприязненное ко мне отношение, женщина кое-как вытерпела мое присутствие рядом с ней, а указав на дверь в противоположном крыле на третьем этаже, тут же торопливо удалилась.

Правда, через несколько шагов все же обернулась и обозначила свою неприязнь еще и в словах:

— Не надейтесь, что вы здесь задержитесь. Грязная человечка не пара дракону и уж тем более не гувернантка для принца. Я сделаю все, чтобы открыть Его Светлейшеству глаза. Вам не место в “Железном Сердце”.

— Нам нужен завтрак, большая кастрюля и предметы личной гигиены, — монотонно перечислила я, проигнорировав пылкую речь.

Плевать я хотела на чужое мнение. Я не золотая монета, чтобы всем нравиться.

— А еще для меня нужно пошить сменные платья. Найдите того, кто этим займется. Да, и обувь тоже, — прикинула я, решив наглеть по полной, раз уж приходится мириться с неприглядной действительностью. — Увы, но грязная человечка бедна как храмовая мышь.

Широко улыбнувшись, я толкнула дверь и вошла в небольшую спальню, со всей прелестью ощущая, как мне вырывают шкодливыми лапками волосы. Оранжевые глазенки задорно блестели, а сам Кирюша активно пытался выпутаться из плена моих рук, для чего решил залезть мне на плечо.

Плечо к такому подвигу готово не было, а потому я ссадила малыша на заправленную кровать.

Заправленной, к слову, она оставалась недолго.

Несмотря на негативное ко мне отношение, мейстериса исполнила мою просьбу, хоть и не в полном объеме. Для начала нам принесли завтрак. На двух больших подносах для нас собрали всего по чуть-чуть, предоставив возможность сделать выбор по факту.

Удивительно, но по наборам блюд можно было влегкую определить, невесты каких именно рас присутствовали на отборе.

Например, графин с теплой кровью однозначно был предназначен вампиршам. Мясо с кровью — оборотням. Фруктово-овощные блюда “а-ля вегетарианец” — светлым эльфам, а хорошо прожаренный стейк — темным.

Блюд было очень много — обе служанки в горчичного цвета платьях с трудом удерживали необъятные подносы, но я, как няня самого голодного детеныша в мире, решила и тут понаглеть.

Все, что можно было съесть без вреда для здоровья и психики, я переставила на низкий столик, что стоял в компании двух кресел, чем удивила девушек, хотя вида они старались не подавать.

Они вообще держались отстраненно и безэмоционально, но доброе привидение, выползшее из-под кровати вместе с простыней, стопроцентно оставило свой след на их психике.

— Собачка, — решила я немного успокоить их нервы, глянув на дракошку, скачущего по полу в простыне. — Очень люблю домашних животных.

Ну а что я еще должна была говорить? Наследный принц в покоях одной из невест регента наверняка вызовет не только недоумение, но и ненужные слухи. И вот совсем не те слухи, за которые стыдно воспитанным дамам.

В нашем случае обнаружение Кирюши могло быть смертельно опасным.

Для тех, кто попробует на него покуситься.

Во второй раз служанки явились примерно еще минут через двадцать. Продемонстрировав мне кастрюлю литров на пятьдесят и вручив поднос с принадлежностями для водных процедур, они уже с любопытством смотрели в сторону кровати, но “домашнее животное” им увидеть так и не удалось.

Потому что дракошка энергично прятал что-то из еды, забравшись под покрывало. Лично я очень сильно надеялась, что это что-то твердое, а не жидкое, потому что спать хотелось просто жутко, но желательно на сухом.

На по большей части опустошенные тарелки служанки посмотрели уважительно. Точнее, их уважения удостоилась простая человечка в моем лице, которая смогла столько съесть за раз и при этом еще держалась на ногах, помогая перекладывать посуду на поднос.

Только после их ухода я смогла спокойно поесть, наслаждаясь прекрасным ярким солнечным утром за окном, сочной зеленью и видом на парк с цветочными клумбами и работающим фонтаном.

Но завтракать до прихода Рейтара определенно не стоило. Спать захотелось в тысячу раз сильнее, и ни холодная вода, ни зарядка, которую Кирюша принял за игру, ни даже найденный под кроватью любовный роман не смогли меня взбодрить.

Отложив книгу о человеческой девушке, попавшей на корабль пирата, которая непонятно как сюда затесалась, я широко зевнула и решила просто прилечь. Вот буквально на минуточку.

И это действительно была минуточка, но не одна. Едва-едва проваливаясь в сон, с кровати я подрывалась каждые несколько секунд. Причин было две: или появлялся не соответствующий вожделенной тишине шум, или же становилось слишком уж тихо — прямо подозрительно.

В обоих вариантах я находила чужой хвостик, либо собирающийся нашкодить, либо уже добравшийся до того, что попалось в лапки.

В лапки попадались средства гигиены, занимающие почетный шкафчик в ванной, которая здесь была личной для каждой невесты, что оказалось очень удобно; вентили для включения воды, унитаз и прочие прелести — и это только в ванной комнате, которую я трижды запирала, подставляя кресло.

Массивный предмет мебели просто упрямо отодвигали в сторону.

Шкаф и тумбочка были тщательно проверены моим Шерлоком Холмсом. Психанув, я оторвала от простыни несколько лоскутов и связала между собой ручки шкафчиков, чтобы кто-то шустрый больше не мог их открыть.

Тогда Кирюша принялся шуршать под кроватью, задорно чихая каждые несколько минут, потому как пыль там явно не протирали перед нашим приходом. Подушки и одеяло были отправлены на пол — ими я заделала все щели, чтобы больше этот монстрик не забирался под кровать, но и этого оказалось мало.

В ход пошло второе кресло и подоконник, на который мой птиц пытался взгромоздиться, видимо, в желании понаблюдать, что же там происходит снаружи, но третий этаж мне доверия не внушал, а дракошка был изобретательным, так что и кресло, и стол от окна были отодвинуты.

Вот тогда-то этот неугомонный чешуйчатый добрался и до меня. Но не только у Арскиля имелось желание поиграть на моих нервах. Короткий стук в дверь прозвучал какой-то особой насмешкой:

— Леди Гаргат, первое испытание для невест начинается через десять минут.

.

Глава 6

Глава 6: По щучьему велению

Я абсолютно не понимала, почему вообще должна была участвовать в этом отборе. Не видела ни одной причины, зачем мне нужно было отрывать себя от кровати и куда-то идти, но правила были едины для всех невест — так сказал явившийся угрюмый Эртирнар, которого все-таки успешно откачали. А раз для всех вокруг я входила в число невест, то и выполнять испытания тоже должна была наравне со всеми.

Только в равных условиях мы не были изначально. Когда я вышла в коридор, девушки уже собирались там — выспавшиеся, отдохнувшие, накормленные обедом, в то время как я походила на разъяренное лохматое привидение.

Обозначенного времени мне хватило лишь на то, чтобы умыться, пригладить волосы и нервно походить из угла в угол в надежде, что обо мне кто-нибудь вспомнит. Правда, надеялась я все-таки увидеть Рейтара или на крайний случай мейстерису Ортлинай, которая принесла бы мне запасное платье.

Но, видимо, я попросила слишком многого, так что на испытание мне пришлось идти все в том же наряде. После бессонной и нервной ночи выглядело мое платье помятым и утратившим прежний лоск. Ткань давно перестала блестеть: действие заклинания спало, но фасон абсолютно точно нельзя было назвать ни утренним, ни дневным.

На фоне других благородных дам, чей внешний вид был идеальным, я смотрелась как желтый цыплёнок, забредший в озеро к лебедям. Собственно, утопиться хотелось соответственно случаю. Особенно когда я увидела Илону в прекрасном светло-зеленом платье, а если точнее, когда она заметила меня.

Голубые глаза её, наполненные печалью, тут же загорелись нехорошим блеском, а сама она прямиком направилась ко мне, пересекая длинный коридор.

Торопливо оглянувшись по сторонам, где спрятаться, я не нашла. Да и поздно было искать себе пятый угол. Девушка перла как таран, уверенно разрезая толпу из цветных юбок, словно парусник море.

На нас однозначно смотрели. Стоило сестрице настигнуть меня, как и другие невесты заметили мое появление. Тихие шепотки, громкие насмешки, лукавые улыбки. Прекрасно понимала, что они обсуждают мой внешний вид, но мне было все равно. Я ждала начала испытания и намеревалась поскорее с ним покончить.

В идеале пройти его первой.

— Где ты была все это время?! Как ты могла оставить меня в опасности?! — внезапно разъярилась Илона, но, проанализировав услышанное, я даже не стала делать ей замечание.

— В какой опасности? — требовательно прошипела я, крепко ухватив ее за локоть и оттащив в сторону.

Всю сонливость с меня тут же смыло.

— В самой настоящей! — расплакалась она. — Этой ночью меня пытались убить!

Полностью утратив дар речи на миг, я бурно выругалась. Только этого мне и не хватало для полного счастья. Жизнь Илоны на данный момент представляла для меня особую ценность, но даже если бы мы уже побывали в храме, так или иначе я все равно ощущала за нее ответственность.

Это я притащила ее на другой материк, а значит, должна была как минимум найти того несчастного, который согласился бы взять ее замуж. В идеале на эту роль отлично подошел бы Рейтар, он бы точно смог сбить с девушки лишнюю спесь, а жизнь во дворце среди двух постоянных вещей: сплетен и балов — стопроцентно пришлась бы ей по душе, но этот экземпляр нужен был мне самой.

Желательно отдельно от сплетен, дворца и трона, что было, к сожалению, невозможно.

И почему мы все время влюбляемся в тех, кто нас бесит?

— А теперь конкретно и четко: кто и как пытался тебя убить? А главное, кто об этом знает?

— Да все уже знают, — жалобно вздохнула сестрица и вдруг отвела взгляд. — И открыто смеются надо мной…

На то, чтобы выпытать подробности, о которых девушка говорить явно не желала, у меня ушло все оставшееся до появления мейстерисы время. Оказалось, что никакого вреда на самом деле никто Илоне причинять не собирался. Скорее наоборот, это она желала покуситься на чужую честь, выскользнув среди ночи в коридор, то есть покинув выделенную ей в башне спальню.

Искать сестрица собиралась Рейтара, вооружившись при этом тяжелым канделябром, собственной смелостью и расчетливостью. Не учла она только одного — охрану. Бравые воины в количестве пяти штук сторожили башню и все три этажа в гостевом крыле, где расположились невесты, так что крадущуюся девушку они заметили очень быстро.

— Позор на мои седины, — усмехнулась я, наблюдая за тем, как Илона стремительно краснеет. — Ты хотя бы одета была подобающе?

Сестрица покраснела еще сильнее, а я поняла, что после таких выходок еще немного — и всучить ее кому-нибудь будет проблематично. Девушки с дурной славой у драконов явно были не в цене.

— Собрались? Отлично, — ворвалась в коридор мейстериса Ортлинай, облаченная в темно-фиолетовое платье.

В человеческих королевствах в это время суток у девушек было принято надевать что-нибудь светлое, воздушное, но у других рас мода значительно отличалась. Те же драконицы, вампирши и темные эльфийки предпочитали насыщенные и глубокие цвета в одежде, оборотни — яркие и все больше склонялись к ношению брюк.

Такая мода была мне по душе гораздо больше.

— Итак, времени до ужина у нас мало, а вас пока еще слишком много, поэтому прошу слушать внимательно и запоминать. Сейчас мы все отправимся в парк, где будет проходить первое испытание. Без меня покинуть парк вы не можете. Испытание будете проходить в строгой очередности.

— А в чем суть испытания? — полюбопытствовала роскошная брюнетка-вампирша с таким же роскошным бюстом, закованным в черный корсет с красными вставками.

— Об этом вы узнаете на месте.

— Интересно, макраме или вышивание?

Последний вопрос озвучила я, конкретно ни к кому не обращаясь, но несмотря на то, что произнесен он был тихо, расслышали его и обернулись многие. Правда их внимание я привлекла совсем ненадолго. Как только двустворчатые двери открылись, дамы выстроились в странные цепочки. Странным было то, что они поделились не только на пары, но и по расам. Первыми в этой чудной иерархии шли драконицы, дальше — оборотни, потом вампиры и так далее.

Последними, что даже не удивляло, учитывая отношение драконов к людям, были человеческие девушки. Так как Илона заняла место впереди, мне пришлось вставать в пару к незнакомой рыжеволосой девушке.

Из всех невест она выглядела самой запуганной.

— Интересно, какое испытание нас ждет? — проговорила я, стараясь быть мягкой и дружелюбной.

Рейтар просил меня влиться в самую гущу событий, чтобы разузнать о том, не угрожают ли кому-то еще из невест, так сказать изнутри, а потому я даже улыбку из себя выдавила.

Такую, что рыжая резко нахмурилась и едва не сбила цветочный горшок, что украшал лестничный пролет, на который мы вышли, дабы спуститься на первый этаж и попасть на улицу.

— Я слышала, как драконицы за обедом говорили что-то о боях на мечах. — выдала девушка не очень уверенно.

— Да не может такого быть, — улыбнулась я. — Его Светлейшеству ведь нужна невеста, жена, а не бравый воин.

И вот зря я улыбалась. Обсуждения дракониц были недалеки от правды. Настолько недалеки, что я заподозрила наличие у них информатора, но думать и убегать одновременно оказалось сложной задачей, так что пришлось выбирать.

— Ненормальные! Изверги! — ругалась я, в очередной раз уворачиваясь от новых снарядов.

Стоило нам оказаться в парке, что буквально дышал свежестью и утопал в сочной зелени, как нам с Илоной стало не до веселья. Дело в том, что привели нас к симпатичному лабиринту, созданному на основе живой изгороди.

Изгородь эта была не то чтобы слишком высокой — лично мне с моим мелким ростом она доставала где-то до груди, но не ее высота на самом деле была важна, а то, для чего нас туда привели.

На выставленном у входа в лабиринт постаменте, с головой закопавшись в толстенные книги и какие-то документы, сидел регент этого извращенного королевства. На соседнем подобии трона вертелся и крутился Арскиль, брызгая во все стороны чернилами и раскидывая чистые листы бумаги. Ну а мы, оттесненные храмовниками в светло-серых балахонах и воинами — здесь они находились в полном выздоровевшем составе, — стояли рядом в ожидании своей очереди, чтобы войти в лабиринт.

Внутрь запускали лишь пятерых, выдавая каждой невесте ровно по пять искрящихся снарядов. В сердцевине небольших шариков было что-то вроде бесцветного геля с блестками, но внешний вид шаров лишь издалека казался обманчиво безопасным. На деле же сфера, если попадала в какую-то часть тела, не только лопалась, оставляя следы, но и награждала синяком. Стоило бросить снаряд, и его скорость в полете увеличивалась стремительно.

Пока я в полнейшем шоке дожидалась своей очереди на позор, выяснила еще одну занимательную вещь: заранее было известно, сколько невест покинут первое испытание. Этот пункт расписали в договоре, который каждая из участниц подписала. После этого этапа дворец должны были покинуть сразу восемь девушек.

До того как я вошла в лабиринт вместе с представительницами других рас, у меня так и вертелся на языке один вопрос: по каким критериям они будут решать, кто лучше, а кто хуже? После же все вопросы отпали разом, потому что никак. На выступления невест Рейтар даже не смотрел — не поднимал головы от документов.

А ведь он говорил, что это мероприятие важно в первую очередь именно для него, что ему очень нужно отыскать какую-то странную искру, которая пробудит в нем зверя.

Будь я в своем мире, посоветовала бы ему обратиться к психотерапевту, но в этих реалиях было возможно все. В этих реалиях существа заключали брак ради выгоды, оставляя тех, кого по-настоящему полюбили, в стороне.

А впрочем, умели ли представители других рас по-настоящему любить? Кажется, этой болезнью страдали только люди.

— Да чтоб у вас все ногти переломались! — пожелала я от души, спрятавшись за чахлым кустиком.

Кустик мое местоположение выдавал лишь с одной стороны, куда из-за открытого пространства никто не стремился бежать. Наоборот, все военные действия девушки вели там, где растительности было много.

Впрочем, это им нисколько не помогло. Разделавшись с тремя своими конкурентками, темная эльфийка вознамерилась отыскать и меня, но очередная сфера выскользнула из ее пальцев и упала девушке прямо под ноги, обильно забрызгав черное платье блестками. Стоит ли говорить, что на меня она смотрела с нескрываемой злостью?

Ну а я что? Я вообще ничего. Пожала плечами да пошла на выход из этого зеленого лабиринта, уступая место следующей пятерке. Что примечательно, ни Рейтара, ни Арскиля к моему возвращению на их местах не оказалось.

— А куда у нас жених пропал? — удивилась я, обращаясь к тем, кто стоял рядом.

Драконицы тут же обменялись понимающими усмешками, окатив меня взглядами, полными превосходства, но мне этого было маловато. Я волновалась за дракошку, если он не находился в поле моего зрения.

Слава Святой Матери, среди этого серпентария нашлась адекватная девушка. Она-то и ответила мне, накручивая на палец белый локон:

— Юный принц попытался войти в лабиринт вслед за вашей пятеркой, чего ему сделать, естественно, не дали. После нескольких попыток настоять на своем он раскапризничался, и Его Светлейшеству пришлось увести племянника. Маленькие дети многого не понимают.

— А у вас есть опыт общения с маленькими детьми? — спросила я, просто чтобы поддержать беседу.

— Я старшая в семье, где двенадцать детей, — тепло улыбнулась девушка, на миг сверкнув фиолетовыми радужками. Только глаза и выдавали в ней василиска. — Я Делия.

— А я Амелия, — решительно протянула я руку для знакомства. — Живу в комнате на третьем этаже.

— Я знаю. В той, где недавно нашли мертвой драконицу из огненных, — огорошили меня, но вида я постаралась не подать. — Поражаюсь, как вам было не страшно ночевать сегодня там. За завтраком невесты рассказывали, что видели ее дух этой ночью. Или дух погибшей человеческой девушки, которая выпала из окна. В этом их показания расходились.

— Дух? — усомнилась я.

— Призрака в белой сорочке и с парящим канделябром. Не хотела бы я, чтобы кто-то из них пришел за мной, — от собственных слов блондинку передернуло.

Я же вспомнила откровение Илоны о том, что этой ночью она попалась на горячем, то есть на попытке отыскать покои жениха.

Вот так и рождались ужасающие слухи. Что-то мне подсказывало, что наше Кентервильское привидение вскоре обрастет и другими подробностями своего появления, если кое-кто решит не оставлять попыток завоевать сердце жениха нечестным путем.

Что такое честная игра, сестрица просто не знала.

— А почему они должны явиться за вами? Вы были врагами?

— Нет, что вы, я даже имен их не знала. — Грустная полуулыбка тронула губы моей собеседницы. — Но многие говорят, что теперь все невесты прокляты. Что огненная драконица заберет всех нас вслед за собой, чтобы никто не стал женой для повелителя.

Широкую улыбку у меня сдержать ну никак не получилось. Знала я, кто распускал эти байки. Те, кто хотел напугать как можно больше невест, чтобы они отказались от участия в отборе.

Конкуренция — она такая: беззастенчивая, бесстыдная и бессовестная.

— Дайте-ка догадаюсь: эти многие — это, наверное, другие драконицы.

— Думаете, врут? — Делия нахмурилась.

— Именно так. Но осторожность лишней не бывает. Вам, кстати, никто записки с угрозами не присылает?

Ответ оказался отрицательным, но в нашу дальнейшую беседу ворвался счастливый ураган по имени Илона. К нам она фактически подбежала, чтобы похвастаться тем, что вышла из испытания сухой. Только в отличие от меня прятаться девушка не стала, а воспользовалась своим острым нюхом. Приближение врага она чуяла заранее и кидала сферы раньше, чем конкурентки перед ней представали.

Вот кто на все сто процентов не стеснялся пользоваться своими возможностями.

— Леди Гаргат, — окликнул нас чужой сухой голос, абсолютно не наполненный ни единой эмоцией.

На оклик первой отреагировала сестрица — для меня такое обращение было совершенно чужим, но, как оказалось, звали именно мою скромную персону. А точнее, вызывали. На смертный бой с неведомым чудовищем, о чем вслух в присутствии такого количества лишних ушей, естественно, не поведали.

— И куда тебя зовут? А я? Не оставляй меня одну! — захныкала Илона, накрепко вцепившись в мою руку.

— Ты будешь в безопасности, если станешь вести себя разумно, — подбодрила я ее, отцепляя хваткие пальцы. — Главное, больше не выходи ночью из своей комнаты, а еще лучше запирайся.

— Между прочим, другие невесты тоже ходят по ночам по коридорам — и ничего! — обиделась она на замечание.

— Какие это другие невесты? — остановилась я, сделав только шаг.

— А я почем знаю? Когда я спускалась, этажом ниже разговаривали двое, и это точно были невесты.

— Почему ты так решила? Ты их видела?

Посланный за мной воин сверлил мою спину осуждающим взглядом — я это отлично чувствовала лопатками, но хотела получить ответы на свои вопросы прямо сейчас. Услышав от Рейтара о погибших девушках, я сразу подумала о том, что к этим смертям причастен кто-то из невест, ведь именно им в первую очередь было выгодно устранить конкуренток.

— Не видела, но слышала, о чем они говорили, — довольно улыбнулась Илона, однозначно почувствовав себя важной персоной.

Так или иначе, большинство из присутствующих имели слух гораздо острее человеческого, а потому прислушивались к ее словам, пусть это и было не так заметно со стороны.

В том смысле, что уши у них как локаторы не шевелились, но все было ясно по замершим, напряженным позам.

— И о чем же? — поторопила я ее с ответом.

— О том, как избавиться от других невест.

Слова прозвучали как гром среди ясного неба. На мгновение я даже подумала, что этой же ночью настоящий убийца, если это кто-то из невест, обязательно придет за сестрицей, но вначале обозначит себя хоть какой-нибудь реакцией. Однако ни одна из девушек не выдала себя ничем примечательным. Никто не дернулся, не обернулся в страхе, не признался в совершенном хотя бы взглядом.

Будь у меня немного больше времени, и я бы обязательно развила эту тему, чтобы посмотреть на чужие перемены в настроении, но широкоплечий воин, посланный за мной, настоятельно напомнил о себе и о приказе своего повелителя.

Парковую зону, где витал сладковатый цветочный аромат, я покидала под перекрестными взглядами присутствующих. За спиной у меня остались невесты, жаждущие выигрыша в отборе любой ценой, и управляющая этим серпентарием, которой я искренне была несимпатична.

Не нравилось ей, что ко мне Рейтар проявлял особое отношение. А еще я помнила ее слова о том, что с испытания уйти невесты могли только в ее сопровождении. Но, честно говоря, демонстративное нарушение правил не устраивало не только ее.

Если меня так каждый раз будут дергать, абсолютно не таясь, то шпиона из меня никак не выйдет. Слишком много внимания, и не только от повелителя: сбоку любопытство проявляли старцы в светло-серых хламидах.

Когда Рейтар говорил о Совете Семерых, я представляла милых бородатых дедушек, которые знали обо всем на свете, но на деле же возраст представителей каждого Дома было трудно определить. Им с одинаковой вероятностью могло быть как по двести лет, так и всего двести лет на всех.

От пронизывающих, откровенно враждебных взглядов некоторых из них бросало в дрожь. Интересно, а их-то всех устраивает правление регента? Или они только делают вид, что хотят помочь своему повелителю?

— А вас за мной по какой причине послали? — очень даже дружелюбно попыталась я выяснить подробности происходящего.

Но как бы я ни выпытывала повод, по которому меня так срочно вызвали, посланный за мной воин упрямо молчал. Зато все вопросы отпали, стоило войти в уже знакомый мне кабинет Рейтара, откуда доносился непередаваемый рев.

Рев ребенка, у которого что-то забрали. Что-то, что он уже в душе определил своим и благополучно себе присвоил.

— И чего это мы тут нюни распустили? — усмехнулась я, рассматривая маленького шантажиста.

Услышав мой голос, Кирюша мигом перестал плакать и рванул ко мне так, будто мы с ним целую вечность не виделись. Поймав его, подняв на руки, я чмокнула лобастую голову.

— Ну? — спросила я строго, обращаясь к дракошке. — И что вы уже успели натворить?

— Лично я абсолютно ничего. — сдержанно, но недовольно поведал Рейтар, глянув на Арскиля исподлобья. — Как только ты в лабиринт зашла, он как будто с ума сошел. Все порывался за тобой и никак не успокаивался.

Строго посмотрев на мелкого чешуйчатого, я ничуть не удивилась, когда он сделал вид, что тут вообще не про него говорят. Глазками своими огненными хлоп-хлоп, и взгляд такой невинный-невинный. Мол, не верь им, клевещут враги! Как есть клевещут!

— Ну и что же мы с тобой будем делать? — ласково спросила я, рассматривая хитрый хвостик, но на самом деле обращалась к Рейтару. — Я ведь не могу совмещать и должность няни, за которую мне было бы неплохо начать платить, и должность невесты, которая на самом деле лазутчик в стане врага. Мне на две части не разорваться.

— А жаль, — неожиданно совершенно серьезно ответил регент этого треклятого королевства. — А зачем тебе деньги? Если тебе что-то нужно, скажи, и тебе это доставят.

И вот не знаю почему, но в этот момент я снова начала закипать.

Даже Кирюшу на ковер обратно посадила от греха подальше. Взгляд мой упал на злосчастный веник, занимающий напольную вазу.

— Или тебе именно деньги нужны? — явно почуял мужчина приближающуюся угрозу.

— Лучше деньги. На них я смогу купить все, что мне требуется сейчас и потребуется в дальнейшем, когда я покину ваше негостеприимное королевство. И желательно авансом, потому что сменная одежда мне нужна уже сегодня.

— Кажется, ты уже заказала платья у мейстерисы Ортлинай, — нахмурился он, словно что-то припоминая. — Тебе ничего не доставили?

Я не стала ничего говорить. Сложив руки на груди, одним взглядом выразила все, что думала по поводу госпожи управляющей. Если бы мне принесли хоть одно платье, разве пошла бы я на испытание в мятом вчерашнем?

Именно этот вопрос, судя по мрачнеющему взору, просквозил в глазах Рейтара. А потом прошмыгнул другой, от которого взгляд его разом потемнел, пройдясь по мне. На миг меня саму бросило в жар.

О нет, я даже знать не хотела, о чем он сейчас подумал!

— Я поговорю с мейстерисой. Сейчас ее позовут, — решительно освободил он свое кресло, намереваясь куда-то идти.

— Вот это лучше без меня, — открестилась я от любых разбирательств, присаживаясь рядом с Кирюшей. Малыш активно протягивал мне какие-то цветные камушки, что были разбросаны по полу, словно конструктор. — Я и так ей не нравлюсь. Еще подумает, что опять пожаловалась. Достаточно будет оплаты моей работы. Няней. Или шпионом. Вам придется выбрать что-нибудь одно.

— Тебе, — исправили меня, оказавшись слишком уж близко, а я вздрогнула и обернулась, чтобы застать Рейтара у себя за спиной.

Вот тихушник недоделанный! Я и не услышала, как он подкрался!

— Обещаю что-нибудь придумать до вечера. А сейчас предлагаю ненадолго покинуть дворец.

— Зачем? — Слова мужчины меня насторожили.

— Нам есть что обсудить, но не здесь.

Глава 7

Глава 7: Три желания для Золушки

Я была заинтригована до глубины души. Получив в свое безраздельное владение тонкий черный плащ, принадлежащий Рейтару, накинула его на плечи. В этот плащ я могла завернуться трижды, и, пока я пыталась в нем не утонуть, с глубоким капюшоном мне помог сам мужчина, выправив его и скрыв им всю мою буйную головушку целиком.

Даже кончика носа видно не было.

И платья тоже видно не было. И…

Дракошки, который настойчиво попросился на ручки, где и обосновался, выглядывая из-под плаща одним глазом, в то время как я резко превратилась в обладателя откормленного живота.

Но на этом наши игры в шпионов не закончились. Облачившись в похожий плащ, Рейтар провел нас через лестницу, где то и дело сновали слуги. Вышли мы, как ни странно, через кухню, работники которой сделали вид, будто вот вообще никого не заметили.

Просто так в поклонах склонились, на мгновение оторвавшись от своих дел, а так да, никого совершенно не заметили.

— А почему мы тайком покидаем замок? — спросила я тихо-тихо, осторожно забираясь в карету. — Разве повелителю есть нужда прятаться?

В этом нелегком деле забирательства внутрь экипажа — нелегком из-за длины волочащегося по каменной дорожке плаща — мне помогал Рейтар, протянувший свою руку в качестве поддержки. Опираясь на нее, я воспользовалась ступенькой и заняла одну из двух скамеек, что располагались друг напротив друга.

Обе они были обиты мягкой тканью и обе же могли вместить сразу двоих. На свою скамейку я посадила Кирюшу. Малыш тут же начал играть с длинными золотистыми кисточками с явной надеждой оборвать их вместе с тканью, которая заменяла короткие шторы.

Вторую скамейку занял его дядя.

— Есть, если мы хотим остаться незамеченными для определенного круга лиц. Не знаю, как представительницы других рас, но драконы эгоистичны по своей натуре. Учитывая это, я не ручаюсь за то, что произойдет, если наши чересчур тесные отношения вдруг заметят невесты. Мы ведь хотим выманить преступников, а не вызвать ревность.

— То есть ты печешься исключительно обо мне? Ну-ну, — усмехнулась я, разглаживая складки мятого платья ладонями. — Так о чем ты хотел поговорить?

— Не здесь. Сейчас нам лучше помолчать.

Что за странная просьба, я поняла, как только наш экипаж вынырнул из-за угла. Сквозь тюль было отчетливо видно, что мы проезжали мимо парка, где все еще стояли старцы в серых хламидах и невесты в платьях всех цветов и оттенков. Со стороны они больше походили на цветочную клумбу. Правда, на очень шумную клумбу, вокруг которой настойчиво жужжала пчела-наседка.

Через некоторое время карета покинула не только парк, но и миновала большие ворота, которые для нас радушно распахнули. Вчера, когда мы ехали во дворец, мне удалось рассмотреть лишь незначительную часть столицы, но сегодня “Железное Сердце” Королевства Пылающих предстало передо мной во всей своей красе.

— В записях, которые я просматривал вчера и сегодня, нет ни единого упоминания о том, как человеку войти и выйти из храма любого из Домов, — заговорил мужчина, стоило нам выехать на оживленную улицу, заполненную элегантными вывесками и стеклянными витринами. — Зато я нашел причину, почему это невозможно. Эти храмы построены еще в те времена, когда наши народы активно враждовали. Башни храмов являлись последним оплотом, стеной, которая не пропускала врагов в сердце материка. Они навсегда становились для них тюрьмой.

— И-и-и… Как это должно мне помочь? — нахмурилась я, играя с Кирюшей в “Ку-ку!”.

— Думаю, я все это время искал не то. Нам нужно найти способ обмануть защитные чары, наложенные на стены. Этим мы вечером и займемся.

— Вечером? — Мое удивление только росло. — Хорошо, а сейчас мы что будем делать?

— Хочу показать тебе столицу, но вначале…

Не ощутить воздействия чужой магии было попросту невозможно, но она однозначно не принадлежала Рейтару. Из ромбовидного сосуда, который он фактически раздавил, во все стороны попытался разлететься странный фиолетовый дым, однако мужчина направил его движением ладони.

Легкая дымка разлетелась на три части и окутала каждого из нас. Но когда она рассеялась, ничего не изменилось. Мы все так же сидели в экипаже, мощные лошади которого уносили нас вперед по длинной улице.

— Если что-то должно было произойти, то, по-моему, ничего не получилось, — словно невзначай заметила я, вытаскивая чужой платок из плаща для расчихавшегося от дыма Кирюши.

— Ты просто не видишь изменений, потому что мы трое находимся под воздействием одного артефакта. Посмотри.

Круглое зеркало в сложной золотой оправе материализовалось прямо из воздуха и в нем же — в воздухе — и зависло. Глянув на свое отражение, я покрутилась и так, и эдак, но, как бы ни смотрела, мое новое «я» мне не понравилось.

Рыжие волосы больше отливали в золото, лицо выглядело слишком худощавым из-за высоких, ярко выраженных скул, блеклые серые глаза не вызывали доверия. Эдакая чопорная матрона возраста неопределенного, старательно уповающая на этикет и правила приличия.

— А ты как выглядишь? — спросила я с любопытством.

— Как уважаемый отец семейства, — важно ответили мне, но усмешку на его губах я все же углядела.

— А Арскиль?

— Как обычно, только цвет его чешуи теперь зеленый. Дракона трудно спрятать за другим лицом.

Экипаж остановился прямо посреди улицы, немного не доезжая до странного невысокого сооружения, напоминающего колокольню. Кто-то из прохожих шел мимо нее, другие останавливались и что-то бросали через каменный выступ.

— А что там? — уточнила я, слегка вытянув шею, но с нашего места все равно было ничего не разглядеть.

— «Колодец желаний». Если верить преданиям, любой, кто принес колодцу жертву, получит исполнение своего желания. Но я не рекомендую им верить. Это просто старая сказка. Пойдем?

Только после этого я наконец обернулась лицом к зданию, около которого остановился наш экипаж. На ничуть не элегантной вывеске, а достаточно простой, деревянной, было выжжено название «Три кабана», а рядом значилось слово таверна.

Честно говоря, я в принципе не ожидала, что нас с Кирюшей, который вертелся на руках у мужчины, стремясь перелезть ко мне, привезут куда-то поесть, но в моем понимании все же в центре столицы это должна была быть ресторация, а никак не обыкновенная таверна.

В нашем королевстве центральные улицы всегда занимали респектабельные заведения.

А впрочем, внутри таверна представляла собой очень даже культурное и чистенькое заведение. Деревянным было абсолютно все — от пола до потолка, что несколько давило на плечи, будто места вокруг было мало, но на самом деле зал занимал весь первый этаж здания. Кухня же, судя по лестнице, что скрывалась за дверью, из-за которой вышла подавальщица в строгом коричневом платье, находилась на цокольном этаже, то есть в подвале.

Выбрать столик позволили мне, ибо сам Рейтар был занят дракошкой. Кирюша изо всех сил пытался отколупать острыми когтями блестящую бляшку с темно-зеленым камнем в центре с его плаща.

Еще через минуту бляшка упала на стол, за который я села, снимая накидку. Победителем в этой схватке не на жизнь, а на блестяшку усевшийся напротив мужчина не выглядел. Но вскоре украшение оказалось позабыто чешуйчатым. К нашему столику подошла та самая официантка, да не с пустыми руками.

Арскилю был вручен небольшой мешочек, перевязанный тесемкой, которому малыш обрадовался просто невероятно.

— Это что? — сухо уточнила я, разглядывая подкуп.

— Орехи в сахаре, госпожа, что же еще? — умилилась довольной хрумкающей мордашке девушка. — Что будете заказывать?

Улыбчивая, добродушная и на диво энергичная официантка вызывала у меня только недоумение. Гораздо больше по душе мне пришелся хмурый старый дракон, молчаливо протирающий высокие стеклянные кружки за стойкой.

Удивительно, но Рейтар мое негодование заметил. Стоило девушке, принявшей заказ, отойти, как он пустился в объяснения:

— Для нас дети — это наивысшая ценность. По сравнению с человеческими и другими расами, у нас потомство рождается крайне редко. Мы не так плодовиты, но стараемся уберечь каждого, поэтому детям достается столько внимания.

Припомнив обстоятельства, при которых мы с Рейтаром встретились, я скептично заломила бровь.

— Я сказал: стараемся. И пусть я не самый лучший опекун, но я тоже стараюсь. Например, я нашел для Арскиля тебя.

Вторая бровь заняла место на уровне первой. Так красиво в глаза мне еще не врали. Тема была мгновенно переведена в другое русло:

— Удалось узнать что-нибудь у невест?

— Не то чтобы много, — раздосадованно пожала я плечами. — Неоспоримых фактов ни одного.

— А догадки? — придирчиво уточнил мужчина.

— А догадок хоть отбавляй.

Пока мы ожидали наш заказ, в таверне то и дело менялись посетители. Место это явно было ходовым, но вот интересность: на нас, на нашу беседу никто ровным счетом не обращал внимания, хотя услышать могли при их-то слухе каждое слово.

А впрочем, пока я пересказывала историю о ночных похождениях Илоны, кое-кто нас все-таки подслушивал и даже подглядывал. Двое, что сидели через стол, проявляли к нам неявное, но внимание, однако я расслабилась почти тут же, узнав меч одного из сидевших.

За нами однозначно наблюдал Эртирнар в компании второго воина. В измененном облике находились они оба, учитывая, что и второе лицо оказалось мне незнакомо.

— Да, для полноценных обвинений этого недостаточно, — резюмировал Рейтар, приступая к мясу.

Три полноценных стейка целехонькими лежали на трех разных тарелках до того момента, пока ко мне в руки не попали вилка и нож. Наши с Кирюшей порции я быстренько порезала на кусочки, но, еще быстрее расправившись со своей порцией, дракошка, усаженный прямо на стол, начал жалобно заглядывать сначала в наши тарелки, а потом и в наши глаза.

Пришлось делиться, но лично я делилась обманным путем. Пока Рейтар отрезал Арскилю куски пожирнее, я водила перед его носом одним и тем же кусочком, а ко рту подносила овощи. Не сказать, чтобы фокус срабатывал на все сто процентов, но вприкуску к мясу свежий и вареный гарнир заходил очень даже хорошо.

— И куда в него столько вмещается? — качала я головой, рассматривая до сих пор жующего, но уже спящего одним глазом малыша.

Проглотив последний кусок сладкого корнеплода, он так и рухнул без сил на столешницу, скромно подложив под голову лапки.

— Пациент готов, — улыбнулась я, погладив лобастую голову. — Куда дальше?

— А куда бы хотела ты?

Я была удивлена такому повороту дел. Не ожидала вообще когда-нибудь услышать подобный вопрос от Рейтара, потому что, насколько я его уже успела узнать, он в принципе не привык считаться ни с чьим мнением.

Обязанность решать любые вопросы он всецело брал на себя, при этом искренне полагая, что ему виднее, как поступить, и что другие с ним безоговорочно согласны.

— Мне нужна одежда. В счет моего будущего жалования, — начала я прощупывать почву, желая понять, насколько широки границы допустимого.

Поведение мужчины казалось мне подозрительным. Слишком уж добреньким он был, слишком невозмутимым выглядел его взгляд. Словно впереди ничего хорошего меня не ожидало, а сейчас мне просто подслащивали пилюлю. Так сказать, усыпляли мою стоящую на страже бдительность.

— Здесь недалеко есть приличные лавки готового платья, — податливо согласился Рейтар. — Что-нибудь еще?

— А давай-ка пока начнем именно с этого.

Монеты, включая щедрые чаевые для подавальщицы, были просто оставлены Рейтаром на столе. Никто не переживал, что их могут украсть, забрать или что посетитель мог обмануть с оплатой. И дело было вовсе не в доверии. Просто с разозленными драконами даже сами ящеры связываться не рисковали.

Экипаж неспешно следовал за нами, пока мы медленно спускались вниз по улице, заглядывая то в одну, то в другую лавку. Кирюша спокойно посапывал на руках у дяди, а немногочисленные прохожие с умилением рассматривали малыша, вызывая во мне необоснованные приступы ревности.

Ну хоть лапы свои чешуйчатые не тянули и на том спасибо!

— Сюда, — поддержал Рейтар меня за руку, помогая взобраться по серым ступенькам на полукруглое крыльцо.

Витрина лавки радужными бликами переливалась от магических заклинаний. Оживший манекен девушки, словно сотканный из золота, приветливо махал ладошкой, а после вдруг начал демонстрировать свое воздушное голубое платье, то приседая в низком реверансе, то вертясь вокруг своей оси.

Такое в этом мире я видела впервые. И пусть магия давно перестала меня удивлять, ее гримасничества выглядели забавно, поднимали настроение и вызывали улыбку.

Стоило нам войти, и я поняла, почему мужчина целенаправленно вел меня сюда, не давая ничего примерить в других лавках. В отличие от предыдущих, эта являлась еще и мастерской по совместительству. Из большого зала полукруглые арки вели в шесть одинаковых комнат, которые использовались как примерочные. У каждой комнаты своего часа ждал закрепленный за ней мастер.

Улыбчивые девушки в элегантных золотых платьях были похожи на сказочных фей. Сказкой веяло и от разноцветных нарядов, что парили прямо под потолком на тонких вешалках.

Что-то мне подсказывало, что ценник здесь тоже был сказочный.

— А ты уверен, что нам нужно именно сюда? — с сомнением покосилась я на персонал этого заведения.

К нам уже летела одна из нимф, и воодушевление в ее глазах тонко намекало на чей-то пустой кошелек.

— Развлекайся. Вы же, девушки, такое любите.

Ох и плохо же Рейтар меня знал. Его слова для меня звучали не иначе как угроза. Я терпеть не могла тратить время на трехчасовые прогулки между рядами вешалок. «Свои» вещи я обычно видела сразу, и мне оставалось лишь найти свой размер, но здесь все было не так.

Мало того, что мне пришлось переодеться в странный телесного цвета костюм, напоминающий нательное белье, так еще и пощупать да посмотреть отдельно от себя ничего нельзя было. Спрашивая у меня, что бы я хотела видеть, мастерица делала так, что наряд тут же оказывался на мне.

И вот я себя к шедеврам не причисляла. Для статных, молодых и энергичных дракониц подошел бы любой наряд из тех, что были предложены, в то время как я в них смотрелась несуразно.

Не шли мне ни глубокие цвета, ни декольте до пупа, ни разрез от бедра. Я честно пыталась взглянуть на свое отражение взором эдакой соблазнительницы, женщины-вамп, но выходило только ржать аки конь.

Чем больше нарядов оказывалось на мне, тем громче я смеялась, периодически демонстрируя особо ядреные вещицы Рейтару, дегустирующему какой-то горячий напиток. Рассматривая меня, он вел себя сдержанно, но в глазах его танцевали бесята.

Апофеозом всего стало платье а-ля «Фламинго». А я ведь просто попросила что-нибудь розовое в надежде, что цвет мне подойдет.

И цвет, как ни странно, действительно подошел — насыщенный, глубокий, яркий, но приятный глазу, не кричащий. Кричало, прямо-таки молило о пощаде в этом наряде все остальное. В первую очередь птичка, чей клюв использовался в качестве украшения широкополой шляпки. Этот желтый клюв то и дело падал мне на лицо, не иначе как в наказание за смех обидно стукая по лбу, пока я пыталась разглядеть за объемными перьями платье.

Платье находиться категорически отказывалось. Как и совесть у Рейтара.

— Обязательно возьмем! — издевался этот гад, своим смехом разбудив Кирюшу.

Увидев меня спросонья, дракошка вздрогнул, подпрыгнул на коленях у дяди и уставился неверящим взором. Даже глаза лапками потер, отчего они, казалось, сделались еще больше.

И я была с ним полностью согласна! Не дай Святая Мать такую образину посреди ночи когда-нибудь увидеть! А впрочем, чтобы довести преступников до нервного тика, а заодно и заставить лопнуть от смеха, этот наряд подходил идеально.

Может, Илоне в качестве пижамыдля пеших ночных туров подарить?

— Вот такое хочу! — громко воскликнула я, едва не выпрыгнув из платья от нетерпения.

А все потому, что одна из девушек вывезла в зал из другого помещения целую стойку одинаковых платьев. Нежного мятного цвета, они были максимально простыми и скромными, но при этом имели украшение в виде пояса, который перевязывался на спине бантом или же простым узлом.

— Прошу прощения, но я никак не могу представить вам эту модель. Дело в том, что это… — тщательно подбирала моя златокудрая фея слова, не переставая ни на секунду улыбаться. — Это форма для обслуги.

— То есть уважаемые леди такое не носят? — дотошно уточнила я.

— Не носят. Но я с удовольствием подберу для вас что-нибудь другое.

— О, не стоит, — отмахнулась я, ныряя обратно в примерочную. — Заверните мне, пожалуйста, два.

Мой ответ был непоколебим, мое решение — однозначным. Осознав, что феечка терпит поражение в войне со мной, в дело споров вступился Рейтар, но я его даже слушать не стала. Мне нужно было либо это платье, либо похожие на него и никак иначе.

Собственно, похожие пусть и издалека, слегка скосив один глаз, мне нашли быстро. Примерив оба наряда, я ощутила себя довольной на все сто процентов. Пока мне не сказали, что к ним требуется подобрать обувь. А потом шляпки для прогулок. И тонкие накидки на случай жары или непогоды. И обязательно чулки. А еще ни одна уважающая себя дама не выйдет из спальни без подходящего нижнего белья.

И вот с последним пунктом у нас и случилась заминка.

— Нам необходимо специальное индивидуальное белье, — странным полушепотом произнес Рейтар, пристально глядя на фею.

— Я стесняюсь спросить: а у вас белье еще и общее бывает? — вмешалась я в их переглядывания, хорошо понимая, что именно в эту минуту что-то происходит.

Я вообще всегда была человеком понимающим. Но почему-то это «что-то» происходило без моего непосредственного участия.

Мой вопрос, как ни странно, проигнорировали.

— В таком случае я приглашаю вас в другой зал.

За златокудрой феей через единственную треугольную арку я следовала с любопытством. Все выбранные мною вещи так и остались парить в воздухе у примерочной, пока я сверлила Рейтара пробирающим взглядом.

Ну, это я надеялась, что взгляд у меня самый что ни на есть пробирающий, а вот ему так не казалось, потому что ничегошеньки рассказывать он мне не собирался. Хитро улыбался — одними уголками губ, подкидывая дракошку вверх, после чего сразу ловил хохочущего малыша. Кирюше нравилось, мне — не очень. У меня сердце то и дело в пятки ухало.

Но вскоре все волнения отошли на второй план.

— Какой предпочитаете цвет? — уточнила девушка, демонстративно выпуская острый коготь из указательного пальца.

Проведя им по выемкам в стене, она тут же сделала шаг в сторону, а я услышала щелчки заработавших механизмов. Всего миг, и часть крепкой стены выдвинулась вперед, чтобы уйти несколько в сторону.

В глубокой нише тоже оказались вешалки с нарядами, но… Эти наряды можно было показать разве что мужу под одеялом в очень темной комнате, заранее связав ему при этом руки. Ну и глаза заодно — исключительно на всякий случай.

— Марсала, — произнес Рейтар, разглядывая всевозможные цвета и оттенки чужого непотребства. — Чешуя должна быть с мягкой уязвимой части.

— Это с попы, что ли? — пошутила я, но, наткнувшись на серьезный взгляд почти черных сейчас глаз, мигом замолчала и вообще сделала вид, что это сказала не я.

Феечка тоже сделала вид, что ничего не слышала, увлеченная поиском комплекта белья, но уже в следующее мгновение вешалка с выбранным экземпляром выпала из ее руки.

— Почти, — голос мужчины стал вкрадчивым, обволакивающим, а сам он остановился у меня за спиной и как-то уж слишком интимно склонился к моему уху. — В основном используют чешую с внутренней части бедра.

Если Рейтар намеревался меня смутить, то ничегошеньки у него не получилось. Скептично выгнув бровь, я отошла от него на шаг и подобрала упавший комплект. Сквозь прозрачный, словно сотканный из тончайшей паутины, защитный слой было не разглядеть все великолепие драконьей чешуи, но сделать это мне все же позволили. Я даже потрогала мягкие чешуйки, убедившись в том, насколько они податливые.

А вот примерять белье здесь, как и у нас, было не принято. Зато я получила ответы на все интересующие меня вопросы. Например, как так получилось, что в Королевстве Пылающих делают белье из чешуи дракона. Оказалось, что такое белье — это явление редкое, ведь сами драконы к торговле чешуей относились категорически негативно, но создавать его летающим ящерам все же приходилось.

Для тех, кого они считали слабее и хотели защитить.

На материке не обходилось без представителей других рас и полукровок. С ними иногда создавали семьи, их любили и желали уберечь. Аристократы, например, не отказывали себе в том, чтобы завести любовницу и поселить ее где-нибудь на берегу материка за пределами столицы. И вот там-то опасностей было не перечесть.

Чешую дракона по защитным свойствам здесь приравнивали к броне, но иметь такую защиту финансовое положение позволяло не всем. Лично я даже спрашивать постеснялась о стоимости этих тряпочек, хотя платить за них в ближайшем обозримом будущем мне предстояло из своих честно заработанных.

— А мне оно точно надо? — спросила я шепотом, наблюдая за тем, как множатся в руках у девушки комплекты белья.

— Обязательно, — также тихо ответил мужчина, передавая мне в руки искрутившегося от безделья Кирюшу. — Гарантировать твою полную безопасность во дворце я, к сожалению, пока не могу. Но я сделаю все возможное, чтобы ты не пострадала.

Последнее обещание в устах Рейтара почему-то прозвучало зловеще.

Все мною честно награбленное, а точнее купленное в счет будущего заработка, было отправлено в экипаж, а мы сами продолжили неспешную прогулку по городу. Мужчина охотно рассказывал об истории возникновения этих стен, что разделяли материк на три круга, а я все больше понимала расположение земель, которыми ему приходилось управлять.

На самом деле столица не являлась единым организмом, а была поделена на семь частей, каждой из которых управлял свой дом. То же самое касалось и других земель. Города и деревни, которых было не так уж и много, так или иначе принадлежали какому-то из домов.

— То есть твоя власть в королевстве лишь номинальна? — пыталась я понять все эти хитросплетения по управлению клочком земли.

— Не совсем так. Семьи Великих Основателей имеют свою власть, хранители Домов свою, а правитель нужен для того, чтобы удерживать равновесие между их желаниями и решениями, дабы ни один из Домов не смог получить влияния больше, чем другие.

— Но разве ты можешь быть беспристрастным? — засомневалась я. — Насколько я понимаю, вы с Арскилем относитесь к Дому Огня.

— В том то и дело, что за годы правления моя семья научилась отделять личные интересы от общих, но другие Дома считают, что это не так, что они тоже имеют полное право занять трон и получить больше власти, чтобы действовать в своих интересах. Все было гораздо проще, когда в Королевстве Пылающих правили снежные драконы, — скрывая набежавшую грусть, усмехнулся Рейтар.

— У вас и такие бывают? — удивилась я, запнувшись о каменный выступ.

Серым камнем была выложена вся дорожка вдоль улицы.

Поймав меня, не дав мне позорно свалиться, мужчина молча предложил свой локоть, за который я тут же уцепилась. Я и истинная женская грация в этом теле никогда между собой не дружили, хотя я делала все, чтобы быть как можно поворотливее.

— Были когда-то. Самое немногочисленное племя — их истребляли сильнее всего из-за той опасности, которую они несли магам. У них никогда не было своих земель, они не хотели богатства или власти, хотя это желание присуще абсолютно всем драконам, но при этом правили достойно. Последняя принцесса Снежного Дома бесследно пропала более века назад, и она действительно была последней, единственным снежным драконом того времени.

— Я прошу прощения, а размножаться они не пробовали? Ну там пестики, тычинки, — покосилась я на Арскиля, вертящегося на шее Рейтара.

Парочку волос малыш ему уже точно выдрал, судя по страданиям, что время от времени отражались на лице мужчины, и теперь старательно крутил уши, пытаясь рассмотреть в них не иначе как золотые прииски.

— Они, Амелия, как никто другой верили в любовь, но слишком часто обжигались о ложь. У остальных драконов в приоритете же другие ценности. Мы смотрим на этот мир иначе, и это, как ни странно, способствует нашему выживанию. Заглянем на ярмарку?

Увидев впереди разноцветные навесы, под которыми действительно расположилась ярмарка, я кивнула. Дальнейший путь мы проделали молча, но совсем не потому, что мне было нечего сказать.

Напротив, я могла бы сказать слишком многое о черствости и сухости драконьих сердец. А еще мне почему-то было до безумия жаль снежных драконов. Лично я жизнь без любви, какой бы она ни была, просто не представляла. Для меня любовь — к близким, к одному единственному, к детям — это то, ради чего вообще стоило жить; то, за что я была готова бороться до последнего.

Но, глядя на Рейтара, я понимала, что он так не считал. Я вообще была человеком понимающим, к сожалению. Возможно, раньше ему просто не приходилось по-настоящему любить. Я бы искренне хотела, чтобы когда-нибудь он это светлое чувство испытал.

Чувство, которое и дает силы жить несмотря ни на что.

Драконья ярмарка приковывала взгляды не меньше человеческих. Что удивительно, торговали здесь исключительно чешуйчатые. Это было видно по глазам с характерными вертикальными зрачками, но товары, должно быть, привозили со всего света.

Чего только не попадалось нам на глаза. И эльфийская растительная косметика, и драгоценные украшения, созданные гномами; и стальное оружие, сделанное дроу. Ароматные специи, разноцветные ткани, странные овощи и фрукты. Мне нравилось просто бродить среди пестрых рядов и разглядывать безделушки, которые, в принципе, мне были не нужны, но кое-что все же привлекло мое внимание.

И не только мое. Под навесом с игрушками мы с Кирюшей остановились очень надолго. Увидев деревянные кубики и фигурки, я почему-то вспомнила шутку про прибитую к полу гвоздями машинку. Дракошке такое не грозило: его дядя мог скупить товары со всей ярмарки, что и продемонстрировал, когда Арскиль закапризничал, но я не дала.

Потому что все, что нужно детям, — это внимание.

— Полетели-полетели-полетели! — смеялась я, крепко удерживая дракошку за переднюю лапу.

За вторую лапу его держал Рейтар, что позволяло нам обоим одновременно приподнимать мальчишку над землей по мере движения через ряды. О своих капризах он тут же забыл. Зато вспомнила я, уловив невероятно, до безумия знакомый аромат.

Шумно втянув носом воздух, я остановилась. Взгляд тут же нашел передвижной лоток со сладостями. Тележка мирно курсировала по площади, останавливаясь там, где ее настигали желающие чем-нибудь полакомиться.

— Это чем таким сладким пахнет? — уточнила я, активно принюхиваясь.

Кирюша смотрел на меня с непониманием. Ему хотелось еще полетать, на что он беззастенчиво намекал, настойчиво царапая когтями мою ладонь.

— Сладкая паутинка из карамели. В детстве мы с братом были готовы душу за нее продать. Хочешь?

Хотела. И не только паутинку, которая была чертовски похожа на сладкую вату. За торговыми рядами обнаружилась небольшая площадь, где стайкой под присмотром взрослых бегали дети. И вот, возможно, для взрослых драконов развлекаться и получать удовольствие от жизни было странным, но лично я не видела в этом ничего плохого.

— Да идем же! — упиралась я, затаскивая Рейтара на карусель.

Аттракционы здесь были самые примитивные: цепочки, скользящие прямо в воздухе; карусель с разноцветными живыми птицами, которых полагалось седлать, и катание на крупных лошадях, но именно они позволили мне вспомнить о том, что я все еще жива, что я все еще способна на радость, а значит, на борьбу.

— Ты удивительная, когда смеешься, — вдруг сделал мужчина мне комплимент.

Услышать от него нечто подобное было приятно и неожиданно. И не потому, что это казалось странным, учитывая то, с какой силой он вцепился в бедную темно-синюю птичку, так похожую на страуса, а потому, что смотрел он на меня при этом без страсти, без желания, которое, по обыкновению, проскальзывало в его глазах вместе с оранжевыми огненными вспышками.

Нет, пламя, теплое пламя в его глазах появилось, изменив цвет радужек, на мгновение заставив зрачки вытянуться в тонкие вертикальные линии, но эмоции…

Неожиданно смутившись под этим взглядом, я опустила глаза и не обнаружила на желтой птичке перед собой Кирюшу. За секунды, пока я искала его визуально, все больше впадая в панику, мне что только в голову не приходило, но малыш нашелся быстро. Забравшись на другую птицу, он намеревался вырвать черное перо из ее хвоста.

— Кирюша, нельзя! — воскликнула я, но поздно.

Малыш уже выдрал перо, чем изрядно удивил пернатую. Но это сначала она удивилась, а вот потом разозлилась.

— Бежим! — предложила я, хватая дракошку на руки.

Но хватать пришлось не только Арскиля, но и застопорившегося Рейтара. Он до последнего не верил, что кто-то способен напасть на него прямо посреди белого дня. Недооценил он злопамятность птички, а я вот сразу поняла, что гнать нас будут прямо до канадской границы.

Птичка-то оказалась не закреплена! Ее даже магией к карусели не привязали!

— Все, все, все, — поймал мужчина меня в свои объятия, когда мы оказались в конце широкой улицы.

Лично я дышала как загнанный зверь, в то время как мужская часть нашего забега даже не запыхалась. Кирюша любовался черным пером, пока я пыталась не выплюнуть собственные легкие.

— Ну, знаете ли, — возмутилась я, опершись ладонью о ближайшее здание. — По-моему, я уже нагулялась.

— Правда? — Забрав у меня дракошку, Рейтар усадил малыша себе на шею. — У нас еще есть время на исполнение твоего последнего желания.

— Звучит как приговор.

— Ничего такого. Просто хочу сделать тебе приятно, — улыбнулся он, прислонившись к зданию спиной. — Так что? Есть еще что-то, чего тебе хочется прямо сейчас?

— Я хочу загадать желание.

— Именно об этом я и говорю, — не поняли меня.

— Нет, я хочу загадать желание у того колодца, — пояснила я. — Бросим монетку?

Бронзовую монетку в чернильное горло местной байки я выбрасывала уже в сгущающихся сумерках. Никогда мне не верилось в сказки, в тайное волшебство, в судьбоносные знаки: я для этого была слишком большой реалисткой, но в этот вечер мне захотелось поверить во что-то, в некую силу, способную повлиять на мое будущее.

Бросая монетку, пытаясь услышать звук ее столкновения с невидимым дном, я просила только одного — спокойной жизни.

Спокойной жизни не для себя, а для тех двоих, что стояли рядом со мной, с любопытством заглядывая в бездонный колодец. Кое-кто в него даже нос свой попытался засунуть.

Но лучше бы просила и для себя тоже.

Потому что этим вечером, как и во все последующие дни, покой мне только снился.

Глава 8

Глава 8: Семь я, или отрезать лишнее — не вариант

Обратно во дворец мы попали прямо перед ужином. У меня оставалось менее часа, чтобы привести себя в порядок и побыть наедине с собой, но первые пятнадцать минут я потратила на тишину. Просто плавала в неглубоком бассейне, вспоминая поцелуй, который случился в карете.

Экипаж уже пересек ворота, когда я поняла, что мы вот-вот расстанемся и мне придется ворваться в мир пестрых юбок и лживых взглядов. Кирюша мирно дремал, свернувшись на скамейке в клубочек, словно котенок, а я смотрела сквозь неплотный тюль и думала о том, что этот день даже мог бы войти в список тех, которые стоит помнить.

Карета остановилась. Первой должна была выйти я: Рейтар вместе с дракошкой собирался попасть во дворец через другой вход, ведь чары иллюзии уже спали, но, поднявшись на ноги, покинуть экипаж я не успела.

В застывшем полумраке меня неожиданно взяли за руку.

Повернув голову, я с непониманием взглянула на мужчину. Все то же непонимание наверняка отражалось на моем лице, пока мою кисть медленно приподнимали, чтобы коснуться губами тыльной стороны ладони.

Поцелуй внезапно обжег кожу. Горячее дыхание опалило, а наши взгляды скрестились, словно шпаги.

Всего лишь проявление вежливости, чертов этикет, но было в этом жесте что-то чересчур интимное, что-то личное. Что-то, что заставило меня оставаться настороже даже спустя час, когда подошло время общего ужина.

На первый этаж мы, невесты, спускались все вместе под предводительством как всегда недовольной мейстерисы Ортлинай. На этот раз на меня тоже смотрели с любопытством и скрытой злостью, но поводом стало не помятое вчерашнее платье, а новый выглаженный наряд и мой цветущий вид.

Впрочем, новые платья, пошитые специально для этого ужина, были почти на всех девушках. Как оказалось, мою просьбу утром женщина очень даже услышала, но решила действовать наперекор.

Пригласив модистку, она вначале провела ее по другим невестам, посчитав, что если и делать подарки, то всем в равной степени, а уже потом перед самым ужином заглянула ко мне. Естественно, пошить наряды последним, у кого сняли мерки, швеи до вечера не успели, но первые девушки свои платья получили.

И вот вопрос: за что меня так ненавидеть? Не будь у нас с Рейтаром сегодня вылазки в город, и мне бы снова пришлось иди все в том же платье. Или не идти вообще, ведь после первого дурацкого конкурса наряд можно было только выбросить, что мейстериса, несомненно, видела сегодня своими глазами.

Так ненависть это или продуманность? И если второе, то в чем резон?

— Прошу вас помнить о воспитании, дамы, — предупредила нас мейстериса, остановившись у высоких двустворчатых дверей, по обеим сторонам от которых невозмутимо стояли слуги.

Именно они одновременно распахнули створки, через которые мы имели честь пройти в столовую парами, будто первоклашки. Встречали нас также торжественно: в относительно небольшом зале, где одну из стен занимали окна от пола до потолка, кроме Рейтара и Кирюши собрались и другие драконы. Одни, как Эртирнар и его брат, мне были уже знакомы, а других я едва ли видела до этого.

Девушки заметно нервничали, подходя к большому длинному сервированному столу. Оно и понятно: после этого ужина некоторым из них должны были указать на выход.

— Я рад всех вас видеть, — сухо, безучастно произнес Рейтар, жестом позволяя всем нам присесть.

Стулья для невест отодвигали прислужники или же соседи по столу. Приглашенных драконов было немного, но все мое внимание привлекал самый главный мужчина. Арскиль сидел на стопке из подушек на кресле рядом с Рейтаром и активно барабанил вилкой по пустой тарелке.

Маленький обжора снова очень хотел есть, а его искренний порыв бессовестно сдерживали этикетом.

Но сдерживали недолго. Стоило Рейтару отдать приказ, как слуги в желтых ливреях выставили на стол блюда и сняли крышки. Столовая, которая наверняка использовалась для проведения различных торжеств, тут же наполнилась манящими ароматами, но никто не накинулся на еду. Все вели себя чинно-мирно, воспитанно, как и просила мейстериса.

Но просить нужно было не невест.

— Прекрасно выглядите, — сделал Эрмос — брат Эртирнара — мне комплимент.

Мужчина сидел за столом ровно напротив меня, в то время как его брат занимал место рядом со мной — по левую руку. По правую же сидела Илона, которая явно была не в духе. Ее хмурое выражение лица и косые взгляды пытались испортить мне аппетит, но я была слишком голодной, а потому преспокойно ее игнорировала.

— Цвет этого платья вам к лицу, — одарили меня и вторым комплиментом.

— Всегда знала, что цвет дохлой жабы — это мое, — усмехнулась я, накрывая пустой бокал ладонью, не позволяя мужчине вновь наполнить его.

— А мое платье имеет цвет морской волны, — встряла Илона, но тщетно.

Все взгляды мелированного были прикованы исключительно ко мне.

— Никогда не видел дохлую жабу, — признался Эрмос, слегка подавшись вперед и понизив голос, словно мы обсуждали нечто таинственное.

— Зато видел дохлую змею. Когда сам ее прикончил, — вмешался в наш диалог Эртирнар.

— Ох, Святая Мать! — воскликнула сестрица, зажав рот ладонью, демонстрируя испуг, но на нее снова едва ли обратили внимание.

— Я был тогда ребенком, а ты до сих пор не можешь мне этого забыть. Ну хоть вы ему скажите, что артыкейская змея не может быть домашним любимцем.

— А ты вообще…

Что и кто там вообще и чем так опасна артыкейская змея, я благополучно пропустила мимо ушей, наблюдая через весь стол в этот момент за Кирюшей и его дядей.

Протерев полотенцем чешуйчатую морду, измазанную зеленым овощным пюре по самые глаза, единственный жених этого цыганского табора все же решил толкнуть речь, которую от него однозначно ждали.

Жаждущие взгляды на него так или иначе бросали все невесты, но стоило ему только открыть рот, как в столовой мгновенно стало тихо.

— Все вы знаете, что сегодня нас должны покинуть сразу тринадцать невест, — проговорил Рейтар без какого-либо сожаления, внимательно посмотрев на каждого сидящего за столом. — Но домой вернутся только двенадцать из вас. Тринадцатая кандидатка останется при дворе в крыле невест до своего замужества. Во дворце она останется в качестве невесты моего доброго друга и займет должность няни для юного принца. Эртирнар.

Освободив стул, стремительно поднявшись, пепельноволосый вдруг бросил на нас с Илоной проникновенный взгляд:

— Сегодня леди Гаргат согласилась стать моей женой. — Ненастоящая, абсолютно лживая, едкая улыбка скользнула по его губам, а я в шоке посмотрела на сестрицу. Да когда она успела-то? — Амелия, любимая, поднимись, покажись всем. Пусть все увидят, какая ты у меня красавица.

Последнее слово было произнесено с особыми интонациями на грани сарказма. При этом между строк так и читалось: «Пусть все увидят и запомнят, как ты выглядишь, человечка».

Сказать, что я на несколько минут просто выпала из реальности, — это ничего не сказать. Слова песчаного дракона доходили до меня слишком медленно.

Первые секунды я все смотрела на Илону, ожидая, что она вот-вот поднимется, а потом я как следует устрою ей взбучку, что такая важная информация прошла мимо меня, но девушка все не реагировала. Напротив, она изумленно уставилась на меня: ее и без того большие голубые глаза округлились, а пухлые губы приоткрылись, в то время как я остро ощутила на себе и другие взгляды.

Взор мой прошелся по всем присутствующим, ненадолго задержался на Эртирнаре, что все ждал от меня активных действий, и лишь затем перешел на Рейтара, где окончательно остановился.

Как я должна была расценивать этот выпад? Какой реакции он от меня ожидал?

Внимательно всмотревшись в его черные сейчас глаза, на их дне я отчетливо видела тлеющие угольки, что окрашивали радужки неявными отсветами пламени. Весь сегодняшний день я все ждала подвоха, который так и чувствовался — в каждом слове мужчины, в каждом его взгляде. Он обещал, что позаботится о моей безопасности, что решит все проблемы в самое ближайшее время, но цена…

Он готов был заплатить такую цену. Я — нет.

Медленно поднявшись, с громким скрипом отодвинув стул в образовавшейся тишине, я вновь взглянула на протянувшего ко мне руку Эртирнара, на его брата, который выглядел еще более обескураженным, чем я, и…

Уверенно направилась на выход из столовой.

Никто меня не окликнул, никто не попытался остановить. Все были настолько шокированы происходящим, что не проронили ни слова. Даже мейстериса не бросилась вслед за мной, чтобы обрушить на мою голову новую порцию нравоучений.

И одиночество сыграло мне на руку.

По памяти миновав несколько коридоров, я вошла в крыло невест на своем этаже и тут же спряталась в неглубокой нише. Причина для такого поведения у меня имелась основательная. Дверь выделенной мне спальни оказалась распахнута настежь, а в коридоре стоял один из тех, кого здесь называли хранителями Домов. Об этом прямо говорила светло-серая хламида, но со спины лица неизвестного я увидеть, к сожалению, не могла.

— Скорее же! — прокаркал слегка хрипловатый голос храмовника, а сам мужчина нервно оглянулся по сторонам, но глубокий капюшон вновь не дал мне рассмотреть его лицо.

— Времени достаточно, чтобы не торопиться, — ответили ему явно из комнаты. — Ужин закончится не раньше, чем через час.

— Нашел что-нибудь? — спросил храмовник требовательно.

Его собеседником оказался такой же представитель Совета Семерых. Мужчина в светло-серой хламиде тоже вышел в коридор и уверенно закрыл за собой дверь, но и его лицо я не имела возможности разглядеть.

— Да нет здесь больше ничего, а если и было, то это уже нашли до нас, как нашли записки с угрозами. Полагаю, нам лучше осмотреть комнату погибшей человечки. Предлагаю зачистить все заклинанием, и дело с концом.

— Не все следы можно убрать магией, — проворчал первый, и оба мужчины степенно двинулись по коридору в мою сторону.

Максимально вжавшись в нишу, которая лишь частично была скрыта за гобеленом, я постаралась дышать как можно тише, контролируя стук собственного сердца. Драконьему слуху можно было только позавидовать, так что обнаружить меня у этих двоих имелись все шансы.

Если бы они захотели вслушаться в тишину.

— Другие следы никто все равно не найдет, — оптимистично ответил второй, явно более молодой, и усмехнулся. — Потому что для поиска чего-либо все, кроме чистокровных людей, пользуются магией. Высшие расы давно обленились.

Являлось ли последнее замечание неопровержимым фактом, я не знала, но он совершенно точно был мне на руку. Потому что в отличие от “высших рас”, как они сами себя самоуверенно называли, я была чистокровным человеком без магии.

И потому что я собиралась найти что-нибудь полезное в комнатах погибших девушек. Что-нибудь, что указало бы на этих двоих или на тех, кто причастен к их смертям.

Пока же я хорошо понимала одно: передо мной предатели. Предатели, за которыми я просто обязана проследить.

У меня не было ни единого права на ошибку. Чтобы не дать себя обнаружить, я дождалась, пока мужчины скроются на лестничном пролете, который вел на этаж выше и в башню, где также располагались комнаты невест.

Именно туда, в башню, поселили Илону, и именно в ее комнату, насколько я поняла, направлялись эти двое. Если бы сестрица узнала о несчастном случае, жить там она навряд ли согласилась бы. Скорее с чувством, с толком, с расстановкой устроила бы истерику.

Мысленно отсчитав до десяти, я насколько было возможно тихо пересекла коридор и остановилась у лестницы. Чужих шагов слышно уже не было, но зато с пролета великолепно прослушивались голоса.

В башне имелось не так много комнат и этажей.

— Ну? — вновь торопил храмовник своего соучастника.

— Готово, — ответил второй, а я услышала следом хлопок. — Теперь следов точно не осталось.

— Отлично. Они будут довольны. Пора возвращаться в Святилище.

Живо покинув пролет, прижавшись к стене с другой стороны, для надежности я все же встала за тяжелую портьеру. Темная ткань абсолютно не пропускала свет, так что видно меня не было однозначно. Другое дело, что меня могли запросто унюхать или же услышать стук моего сердца, но ничего такого не произошло.

Спустившись вниз, храмовники в светло-серых хламидах вернулись в коридор и тут же покинули его через другие двери, а я едва не вскрикнула от неожиданности. Стоило светлой створке за ними закрыться, как в коридоре обнаружились гвардейцы, о существовании которых я просто забыла.

Привалившись спинами к стене, в коридоре с этой стороны сидели двое, в то время как ноги еще одного выглядывали с лестницы, которая вела в башню. Глаза мужчин были закрыты, тела — расслаблены.

Испугавшись, что они могут быть мертвы, я первым делом пристально присмотрелась к ним и, лишь увидев, что грудь одного вздымается, смогла с облегчением выдохнуть. Не знала, сколько у меня оставалось времени до их пробуждения, но действовать нужно было быстро.

Тем более что я не ведала, какая именно комната из четырех принадлежит Илоне.

Ни первая, ни вторая спальня мне не подошли. Заглянув в каждую, я первым делом отправлялась к шкафу, в котором на вешалках расположились наряды. Какие именно платья себе выбирала Илона, я помнила отчетливо, но, честно говоря, и без этого узнала бы ее комнату.

Просто потому, что в отличие от предыдущих двух спален это помещение представляло собой смесь хаоса и только прошедшего урагана. Даже удивительно, что храмовники остались безучастны к этому бардаку.

— Девушка выпала из окна, — проговорила я тихо, осторожно прикрыв за собой дверь.

Рассуждать вслух было гораздо проще. Создавалось ощущение диалога, что прекрасно приводило в движение мысли.

Подобравшись к окну, я первым делом осмотрела темно-синие портьеры. Они висели в каждой комнате, давая возможность спрятаться от солнца днем, но меня интересовали исключительно как улика.

Если бы меня выталкивали из окна, я бы цеплялась за все, что только могла, но ткань оказалась нетронутой. Ни единой затяжки мною не было обнаружено, а значит, их либо сменили, либо погибшая девушка к ним не притрагивалась. И вот тут возникает закономерный вопрос: почему?

Две девушки погибли, еще две подставили себя, принимая ухаживания других мужчин, но по своей ли воле? А впрочем, нет, не так. Принадлежала ли им их воля в этот момент? Или же они успешно исполняли роль чужих марионеток.

В этом мире возможно было все.

Собственно, именно на этой мысли я и споткнулась. Осмотрев окно по периметру, я не нашла ни единой царапины, ничего такого, что могло бы сказать о том, что девушка цеплялась за жизнь, но это внутри. То, что я искала, — отчетливый след от пяти когтей — нашлось на стене снаружи, что несколько усложняло дело.

Во-первых, девушка все-таки сопротивлялась, не желая покидать этот бренный мир, а значит, была в своем уме. Во-вторых, Рейтар рассказывал о человеческой девушке, а следовательно, когтей у нее совершенно точно быть не могло. И в-третьих, если след все же принадлежал ей, то человеком ее назвать никак нельзя было. Скорее полукровкой, раз она не имела явных отличий, которые отнесли бы ее к одной из высших рас.

Что наводило на определенные выводы.

Кто-то запустил на отбор полукровок, возможно дракониц, и скрыл эту информацию от Рейтара. Вероятно, потому, что знал, что у чистокровных чешуйчатых, принадлежащих определенным Домам, шансов на выигрыш ничтожно мало. Будь я на месте такого жениха, выбрала бы невесту извне, чтобы ни один Дом не получил преимущества, но что, если он не будет знать о том, к какому Дому девушка на самом деле относится?

То-то и оно.

Итак, вопроса осталось три. Первый: кто проморгал полукровок на отборе, а точнее, скрыл их реальную суть? Второй: кому выгодно избавляться от драконов и полукровок, ведь первая погибшая являлась чистокровной драконицей? И третий: как к этому всему относятся храмовники?

К сожалению, реальных ответов у меня не имелось. Зато предположений оказалось с лихвой. Только обдумать мне их не дали.

Услышав скрип открывающейся двери, я так и замерла за портьерой, сидя на подоконнике. Одна из створок была распахнута — ветер свободно гулял по комнате и нет-нет да и тревожил светло-голубой тюль.

Тюль, который так или иначе пусть и не сильно, но просвечивался.

Замерев, задержав дыхание, я даже не моргала, во все глаза следя за новым посетителем. Им, как ни странно, тоже оказался храмовник в светло-сером балахоне, который являлся исключительным знаком Совета Семерых.

Мои догадки все больше походили на правду.

Намагичив что-то ярко-зеленое, расставив руки в стороны, этот тип тоже хлопнул в ладоши. Хлопнул, остался доволен своим результатом и уже собирался уйти, как мне неожиданно приспичило чихнуть.

Я даже осознать произошедшее не успела.

— Кто здесь? — рявкнул тяжелый бас испуганно.

— Привидение, — ответила я, головой и руками медленно натянув тюль. — Кошелек или жизнь?

Честно говоря, я впервые видела, как пугается взрослый человек. Попытавшись сбежать от очень милого и, между прочим, обаятельного привидения, храмовник сначала врезался в дверной косяк и лишь потом вылетел из комнаты.

Не смеяться было попросту невозможно. Закрыв окно, с подоконника я фактически сползла, утирая скупую слезу. Не знаю, кому принадлежала идея создания фейка о существовании призрака, но, кажется, эта выдумка только что спасла мне жизнь.

И изрядно потопталась по чужим нервным клеткам. А впрочем, чего я хотела? В мире, наполненном магией, духи как раз таки существовали.

Дальнейший осмотр спальни и санузла почти ничего не дал. Если где-то тут раньше и были улики или тайные захоронения в стенах или полу, то бардак, оставленный Илоной, окончательно разнес все, до чего успел дотянуться.

Не привыкшая к тому, что необходимо убирать за собой, девушка устроила армагеддон местного масштаба, разбираться с которым у меня не было ни сил, ни желания.

Но покинуть ее комнату и остаться при этом незамеченной я не успела.

— Ты что здесь делаешь? — требовательно спросила Илона с порога, едва завидев меня.

Стояла я в этот момент с небольшой резной черной шкатулкой в руках, в которой обнаружила до боли знакомые белые чешуйки. Зачем она их собирала, я даже предположить боялась.

Поставив шкатулку обратно на столик, я прошлась по спальне в сторону выхода. Аккуратно прошлась, стараясь ни во что не вляпаться, но язык за зубами удержать не смогла:

— Намереваюсь натравить на тебя «Ревизорро», но думаю, что ограничусь только санэпидемстанцией. У тебя там в уборной странная черная жижа по полу ползает. Ты, случаем, никого не теряла?

По испуганным голубым глазам и щекам, что вмиг покраснели, я вдруг поняла, что Илона отлично знает о происхождении черной жижи. Больше того, вероятно, передо мной стояла ее создательница, пожертвовавшая своему питомцу одно из платьев.

Как я это узнала? Да легко. Ползающий гудрон платьишко дожевал еще не до конца, но, судя по скорости, имел все шансы оставить сестрицу вообще без одежды.

И вот одна часть меня прямо требовала разобраться с этой проблемой, а другая…

А другая взяла и вышла из комнаты, напоследок пожелав девушке не покидать спальню без надобности. В конце концов, не до пенсии же мне с ней нянчиться? Пусть учится самостоятельно решать проблемы.

— Амелия! — окликнула она меня уже на лестнице.

За это время я успела спуститься на один пролет вниз и по дороге повстречала как минимум семерых невест. На меня они смотрели настороженно и с любопытством — в этом плане ничего не менялось, но, услышав оклик Илоны, вдруг решили застопориться, явно в желании послушать наш диалог.

— Ну чего тебе, горе луковое? — тяжко вздохнула я, глянув наверх.

Насупившись, даже, наверное, обидевшись, девушка выпятила нижнюю губу, но любопытство оказалось сильнее:

— А это правда, что ты выходишь замуж за того седого воина с косой?

Если до этого момента настроение у меня было еще более-менее приподнятое, то после ее слов упало окончательно, решив полежать в районе плинтуса до следующего морального потрясения.

А что? Если верить тенденциям, то случиться оно должно было уже вот-вот!

Ответить хотелось… Искренне хотелось ответить по-другому, но к нам прислушивалось уже как минимум десять девушек, у которых внезапно сломались дверные ручки, нашлись пылинки на платьях или другие поводы задержаться на общих квадратных метрах, так что пришлось врать.

Ну как врать? Мастерски уходить от ответа!

— Его зовут Эртирнар, — произнесла я, ступая в коридор.

— Тогда я жду приглашение на свадьбу! — по-своему поняла мои слова Илона.

— Скорее уж на похороны, — проворчала я еле слышно, но на меня тут же устремились с десяток взглядов.

А все потому, что слух у представительниц других рас был куда тоньше, чем у людей. И вот я даже знать не хотела, о чем присутствующие в коридоре невесты подумали в свете последних событий.

У меня были заботы куда интереснее.

Я собиралась убивать.

Рейтара.

О чем он совершенно не подозревал. Потому что, если бы подозревал, не стал бы ждать меня в выделенной мне спальне. Когда я вошла, створка тайного хода оказалась распахнутой, а на кровати нашелся Кирюша, проверяющий перину на прочность.

Увидев меня, мальчишка обрадовался настолько, что едва не шмякнулся на пол, но чужие пальцы успели схватить его за заднюю лапу. В считаные мгновения дракошка опять оказался на кровати, а Рейтар поднялся на ноги, освобождая кресло, в котором сидел.

Остановившись, закрыв за собой дверь, больше я не сделала ни шагу. С неприкрытой злостью смотрела на мужчину. Самообладание трещало по швам.

Шаг, второй, третий… Он настиг меня столь стремительно, что я успела лишь неловко дернуться в желании отвесить пощечину. Никто и никогда не смел распоряжаться моей свободой, словно я безвольная рабыня, и позволять кому-то делать это в дальнейшем я не собиралась.

Но “кому-то” на это было наплевать.

Перехватив мою руку за запястье, дракон, считающий, что не имеет собственного зверя, свободной ладонью сжал мою талию, не давая вырваться. Губы его накрыли мои.

И нет, это было не просто касание, не детский поцелуй и даже не подростковый, когда гормоны бурлят и просятся наружу. Меня целовали по-взрослому, обрушая на меня всю имеющуюся страсть. Именно ею я захлебывалась, больше не имея возможности нормально дышать. Да что там дышать? Я едва на ногах стояла, на небольшой промежуток времени потерявшись в пространстве.

Только что меня заклеймили как собственность, и виной тому однозначно являлась ревность.

Но мне это почему-то не льстило. Я была чертовски зла.

— Я обязательно расскажу об этом поцелуе своему жениху, — задыхалась я в безуспешной попытке успокоиться и совладать с собственным сердцем. — Пусть он как мужчина разбирается с вашими поползновениями.

— Все сказала? — натурально прорычал этот тип, а глаза его потемнели. — Я нашел способ защитить тебя, избавить от участия в отборе, а ты недовольна?

— А вы у меня спросили, чего я хочу? — Моему возмущению не было предела. От переизбытка чувств я даже ногой топнула. — Мое мнение для вас абсолютно ничего не значит!

— Потому что я несу за тебя ответственность! — рявкнули мне в лицо.

— Так несите ее отсюда подальше! И себя несите!

— Хотел бы, да не получается!

— А у вас вообще ничего никогда не получается!

Осознав, что перегнула палку, я замолчала, устыдившись своих слов. Нет, говорила я на самом деле правду, о чем сам Рейтар наверняка знал: ну не был же он слепым и глухим, но, когда кто-то бросает в тебя такие обвинения, это как минимум неприятно.

И ему было неприятно. Успокоившись в одно мгновение, он дернул к себе кресло и устало рухнул в него. Да так, что кресло под его весом жалобно заскрипело, но не сдалось.

— Ты права, — проговорил он тихо, невидящим взором глядя в одну точку. — Я все время пытаюсь что-то исправить, предотвратить, предусмотреть, но проблемы нарастают с каждым днем все больше. И кстати, ты была права.

«Я знаю!» — искренне хотелось ответить мне, но я сдержала порыв. Вместо этого решила перейти к уточнениям:

— В чем именно?

— На нарушивших правила отбора невест действительно воздействовали. Но не магией и не зельями. Магистр Оутрун нашел у них под ногтями частички розовых кристаллов. — Явно прочитав непонимание на моем лице, Рейтар объяснил: — Попадая на кожу, они не несут особого вреда, но, если кристаллы соприкасаются с открытыми участками тела дольше часа-двух, они начинают разрушаться. Полученная эссенция втягивается в поры и влияет на разум, сознание, поведение. Существо перестает понимать, что находится в реальности.

— То есть их фактически опоили? — уточнила я задумчиво, присев на самый край кровати. Дракошка тут же переполз ко мне на руки, проворно забравшись под мышку. — Ну что же, руки однозначно стоит мыть чаще. А что с записками?

— Ни одна из невест не писала их, если верить почерковедческой экспертизе, проведенной магистром, а не доверять ему у меня причин нет. Не девушки пытались устранить друг друга. Не хочешь поужинать?

Последний вопрос оказался внезапным и неожиданным. Взглянув на мужчину, в его темные сейчас глаза, я просто не смогла ему отказать. Да и есть хотелось, если говорить откровенно, просто ужасно. В общей столовой я едва ли прикоснулась к блюдам, потому что ощущала себя не в своей тарелке.

— Только ужин, — не спрашивала, не просила, а ставила перед фактом.

— Именно так. Мы, собственно, за этим и приходили.

Вежливо протянув ладонь как знак временного перемирия, мужчина помог мне подняться. Спальню мы покидали через тайный ход. Он был плохо освещен: редкие факелы давали тусклый свет на ограниченном пространстве, но даже так я успела осознать, насколько огромные и витиеватые внутренние лабиринты дворца.

Заблудиться тут без карты было проще простого, однако я точно знала, что один маленький дракошка как-то нашел отсюда выход. И вот я очень сомневалась, что сделал он это сам и без чьей-либо помощи. Ребенок с его развитием на такое был просто не способен, будь он хоть трижды дракон.

Чихнув от пыли, что, вероятно, собиралась здесь веками, опутывая старые гобелены наряду с паутиной, я неожиданно врезалась в спину Рейтара. Остановившись напротив серой каменной стены, он полоснул моим стилетом по пальцу и размазал кровь. Темная густая субстанция тут же впиталась в невидимую простому человеческому глазу защиту.

— Мой стилет, — потребовала я, демонстративно протянув ладонь.

— Амелия… — покачал в отрицательном жесте головой недочешуйчатый, толкая стену. — Я не хочу, чтобы ты навредила себе.

— Я что, похожа на сумасшедшую? — возмутилась я, отбирая у Кирюши свои волосы. Нравилось ему их жевать.

Пауза была слишком длительной и однозначно являлась немым ответом на мой вопрос. Проследовав в знакомую гостиную, я усадила Кирюшу в кресло, а сама сложила руки на груди, еще не намереваясь, но уже тихо желая устроить скандал.

Да у меня это было целых пять причин! Как там пелось? «Первая причина — это ты!»?

— Я отдам его тебе, но позже. А пока, будь добра, присядь.

Занимать одно из свободных кресел у стола мне в этот момент не хотелось совершенно, но не только потому, что кто-то отлично умел портить настроение. Напротив, я временно отложила нашу перепалку и свои обвинения, стоило мне увидеть чуть дальше на полу целый ворох разложенных по ковру книг.

— Это то, о чем я думаю? — спросила я с интересом, пытаясь со своего места разглядеть хоть одно название на обложках, но вытянутая шея зоркости не способствовала.

— Я же сказал, что поищу способ обмануть стены храма. А теперь ешь. Один я с таким количеством талмудов однозначно не справлюсь.

И с храмовниками наглыми тоже не справишься, но эту мысль я оставила при себе, временно решив не озвучивать увиденное и услышанное мною сегодня. Как минимум до тех пор, пока не закончится ужин.

Потому что здесь и сейчас имелись более важные вещи.

Поправив подушечку под собой, Кирюша стянул со стола салфетку и, прямо как взрослый, попытался повязать ее себе вокруг шеи, но короткие лапки не доставали, а узел никак не хотел вязаться. Плюнув на все, малыш закусил салфетку клыками и вооружился вилкой и ложкой, продемонстрировав нам, что готов к очередному приему пищи.

Не смеяться вслух было просто нереально. Мы с Рейтаром оба улыбались, искоса переглядываясь. Пожалуй, именно ради таких моментов и стоило отложить все дела на потом. И даже нашу войну, что уже однозначно вышла за рамки.

Просто этот миг существовал только здесь и сейчас.

Глава 9

Глава 9: Если б я был султан, или Свекровь в подарок

Услышав чужое громкое сопение да ощутив чужое теплое дыхание ухом, я открыла глаза и тут же пожалела об этом. Слишком знакомая спальня абсолютно точно не принадлежала мне. Она являлась домом для тех двоих, что окружали меня, за ночь свив гнездо из одеял.

Слева, прижавшись ко мне горячим боком, громко сопя, лежал Кирюша, а справа, обнимая чересчур по-свойски, фактически навалившись на меня, спал Рейтар.

И вот не пошевелишься же. Один вчера никак не мог угомониться, а потому спать улегся лишь поздно ночью, выторговав у меня сказку на ночь, которую даже не дослушал — так и уснул в центре кровати, не доползя до заветной цели. А второй лег лишь под утро, когда я сама уже давно сдалась, прикорнув прямо на ковре в гостиной.

В качестве подушки использовались ноги мужчины, а убаюкивающего средства — его пальцы, что мягко перебирали мои волосы, избавив их от шпилек.

Удивительно, насколько притягательным и одновременно отталкивающим мог быть этот мужчина. Раз за разом ругая себя на все лады, я то и дело позволяла ему стать чуточку ближе, отодвинуть ту стену, которую неизменно выстраивала.

В эти моменты я предпочитала обманываться, отключая голову. Гордость орала благим матом, пока я, замерев, млела от чужих прикосновений. Словно все, что уже произошло и происходило сейчас за пределами этой комнаты, было не с нами.

Даже сейчас, понимая всю абсурдность и неправильность происходящего, будить драконов мне искренне не хотелось. Хотелось другого — почесать ногу, нос, выпрямить спину и все то, что могло повлиять на чужой сон, так что я мужественно терпела, вспоминая вчерашний вечер.

Не сказать, что он получился уютным настолько, насколько мне этого хотелось. Нет, поначалу он действительно был уютным, спокойным и теплым. Треск поленьев в камине успокаивал, а пламя приковывало взгляд. Но надолго серьезные разговоры отложить не получилось.

— Что такое Святилище? — спросила я, наконец не выдержав.

На самом деле мне очень хотелось рассказать Рейтару о том, что я услышала и свидетелем чего стала. Кроме того, что у меня имелись вопросы, ответить на которые мог только он, я еще и мучилась приступами совести, отчего-то чувствуя себя обманщицей.

— Святилище? Нашла упоминание в книге? — на мгновение отвлекся мужчина от перелистываемого им увесистого томика в темно-зеленой обложке.

— Нет. Услышала от двух представителей Совета Семерых сегодня, когда они бессовестно затирали следы своего преступления в моей спальне. Жаль, что лиц их я из-за капюшонов не видела…

Произнесенные мною слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Окончательно отвлекшись от изучения рукописей, регент этого чешуйчатого королевства приступил к самому настоящему допросу. Его интересовало все: каждое слово, каждая мелочь. Сам же он выглядел как хищник, который наконец напал на след после долгих голодных блужданий по лесу — весь подобрался, напрягся и словно стал больше, шире в плечах.

Я постаралась рассказать все, что увидела и услышала, но самое главное — я поведала ему о следах от когтей за окном. А еще поделилась своими умозаключениями:

— Я не хочу никого голословно обвинять, но мне кажется, что к происходящему имеют прямое отношение не только те храмовники, но и мейстериса. Ведь именно они до того, как невесты были представлены тебе, общались и отбирали их. На мой взгляд, они не могли не знать, что погибшая девушка — полукровка. И потом, кому выгодно избавляться от невест? Только тем, кто хочет устранить конкурентов. Мне кажется, никто не берет в расчет прекрасных представительниц других рас. На этой арене играют только драконы. Не удивлюсь, если все девушки, заявленные как чистокровные люди, являются полукровками или имеют в родословной драконов. Они устроили отбор не для того, чтобы ты нашел свою несуществующую искру для обретения зверя. Никто из них наверняка не верит в то, что это возможно. Они устроили этот отбор, чтобы Дома могли побороться за власть. Они протолкнули своих, Рейтар. Ты сам без меня понимаешь, если ничего не предпринять, тебе не оставят вариантов.

— Что ты предлагаешь? Я не могу просто взять и выдворить всех их из дворца. Хотел бы, но пока не могу. — голос мужчины стал сухим и пустым, обезличенным.

Поежившись, обняв себя за плечи, я все же сказала то, о чем думала:

— Чтобы закончить бессмысленные смерти и подставы, я предлагаю в кратчайшие сроки убрать из этого отбора всех дракониц и человеческих девушек. Если то, о чем ты рассказывал, правда и семьи Великих Основателей действительно хотят заграбастать власть, мы получим недолгую, но передышку. Им понадобится время, чтобы попытаться перетянуть на свою сторону других участниц. — Взглянув на Рейтара, я поинтересовалась: — Какой там завтра конкурс?

— Кандидатки должны будут до вечера подготовиться и продемонстрировать свои таланты, — процедил Рейтар, вероятно осознавший глубину всей поэзии.

В такой глубокой и темной поэзии я не ощущала себя уже очень давно. Мои личные проблемы и рядом не стояли с тем, что происходило в этом серпентарии.

— В таком случае нам стоит увести девушек как можно дальше от дворца, чтобы ни одна из них не пострадала до оглашения результатов второго этапа. Как насчет пикника с ночевкой?

Рейтар внезапно улыбнулся. У него была удивительная, просто невероятная улыбка, но вот так — по-простому, искренне — он улыбался слишком редко. Иногда мужчина напоминал мне ежа, что выставлял защиту-маску при любом удобном случае.

С этой маской он фактически сросся, но настоящим нравился мне гораздо больше. Таким, каким его видела только я.

Мы действительно договорились устроить пикник на открытом воздухе. В договоре, который девушки подписывали, ничего не говорилось о месте проведения этапов отбора, так что наши руки были свободны.

Но не головы. Все дальнейшее время мы искали способ обмануть магию храма, чтобы я смогла его покинуть, но успехом сегодняшние поиски не увенчались. Впрочем, как и вчерашние, когда Рейтар сам спускался в Святилище и искал там необходимую нам информацию, пока я отбивалась от третьего, пока неизвестного нам потомка рода Нейрерван.

Многие принесенные мужчиной книги были именно оттуда, но Святилище на самом деле не являлось библиотекой. Оно было чем-то вроде зала собраний, куда регент спускался для обсуждения вопросов с Советом. Семь подземных коридоров из него вели в храмы, принадлежащие Домам, но пройти через них могли только сами «старцы» или служители, носившие точно такие же светло-серые хламиды.

И вот что удивительно, храмовника из Дома Огня Рейтар почему-то возможным предателем не считал, хотя я бы проверила его в первую очередь.

Горячие губы внезапно прижались к моей шее, породив целый ворох мурашек, заставив меня бесконтрольно вздрогнуть, приглушенно охнуть от и без того тесных объятий. Возмущенно встрепенувшись, исключительно из вредности я намеревалась что-нибудь предпринять из разряда «поувесистее», дабы проучить некоторых наглецов, но сделать ничего не успела.

Взъерошенный чешуйчатый воробушек завертелся, закрутился, цапнул меня за юбку платья и открыл сонные оранжевые глазюки. На морде Кирюши читались все муки собственного бытия.

— Все претензии к дяде, — перевела я стрелки и наконец-то растолкала этих двоих, наслаждаясь возможностью не только выпрямиться, потянуться как следует, но и подняться. Да я попросту сбежала, ясно ощутив через слои одежды, каким добрым бывает утро и свою на него реакцию. — Мне нужно вернуться в спальню, чтобы переодеться перед общим завтраком.

— Общего завтрака не будет, если мы не хотим всем рассказать раньше времени о наших планах, но переодеться действительно стоит. Арскиль, не вредничай.

В руки Рейтару сонный чешуйчатый комочек даваться категорически отказывался. Его устраивали мои руки, так что до своей спальни по темным пыльным коридорам тайных ходов мне пришлось нести его самостоятельно.

Но и в спальне эти бесцеремонные ящеры меня в одиночестве не оставили. Они вообще расставаться со мной, похоже, не собирались. И если для одного из них я уже официально являлась няней, то второй не ясно чего ждал, внимательно отслеживая мои перемещения по комнате.

Невестой-то я теперь была для другого! За что намеревалась мстить с особой изощренностью. Вкус его ревности я уже на своих губах ощутила, и реакция Рейтара мне очень даже пришлась по душе.

Главное, самой не попасться на эту же удочку.

Решив не начинать день с плохих разговоров, а именно с выяснения отношений, которых вроде как и нет, я взяла чистую одежду и отправилась приводить себя в порядок в купальню.

Собственно, именно на этом этапе все и пошло не так. Раздевшись до нижнего белья, я попыталась это самое белье снять, но оно, словно заколдованное, возвращалось на место.

Да что там возвращалось?! Заползало на меня с громким «хлюп» в единый миг, не давая даже секунды на то, чтобы опомниться. Если же в качестве преграды я выставляла руки, то и они оказывались в плену зачарованного трикотажа.

Обернувшись большим белым банным полотенцем после очередной безуспешной попытки я возмущенно прокричала:

— Это что за пряники?!

Список прегрешений Рейтара с каждым днем только множился и, похоже, останавливаться на достигнутом он не собирался. Еще бы наручниками меня к себе приковал!

Вылетев из купальни, я едва не сбила освободившего кресло мужчину с ног.

— Что случилось? — спросил он требовательно, крепко ухватив меня за обнаженные плечи.

— С меня белье не снимается! — то ли возмутилась, то ли пожаловалась я, но демонстрировать ничего не стала.

Наоборот, плотнее завернулась в полотенце, крепко прижала его к себе, едва проследила за тем, как взгляд Рейтара беззастенчиво прошелся по белой ткани, словно пытаясь посмотреть сквозь нее. Взор его задержался на моих обнаженных плечах, отчего меня разом бросило в жар.

— Если хочешь, можем вместе попробовать его снять. — предложили мне вкрадчиво.

— Не дождешься! — воскликнула я и таки сделала шаг назад, увеличивая расстояние между нами, но дыхание мое уже сбилось, стало тяжелым.

А все потому, что выглядел он очень даже соблазнительно. Рукава его белой мятой рубашки были закатаны выше локтей. Руки оказались сложены на могучей груди. Казалось, что одежда вот-вот затрещит по швам, настолько напряжены были его широкие плечи. В глубине черных глаз тлели два огонька, в то время как взгляд я запросто могла бы назвать плутоватым.

Сделав глубокий вдох, я мысленно проматерилась и взяла себя в руки. Прощаться с разумом еще пока было ой как рано. И ведь прекрасно понимал же, какое впечатление на меня производит.

— Почему я не могу снять с себя белье?

— А зачем тебе его снимать? — вдруг ответил этот наглый тип вопросом на вопрос.

В этот момент я окончательно убедилась в том, что где-то серьезно опростоволосилась. Ну не станет мужчина в добром здравии ходить с женщиной по магазинам без особого повода. Причины есть всегда!

— Почему я не могу снять белье? — повторила я гораздо настойчивее, сбавив при этом тон.

— Потому что снять его с тебя могу только я, — произнес он максимально спокойно, будто мы о погоде разговаривали. — Это твоя защита от возможных посягательств со стороны…

— Со стороны кого?! Эртирнара? — рассмеялась я, пораженная до глубины души. Где-то внутри меня просыпалась на время прикорнувшая ярость. — Так ты сам назвал меня его невестой!

— Но это совсем не означает, что ты принадлежишь ему. — отметил Рейтар.

— А кому я, позвольте узнать, принадлежу? — усмехнулась я зло, делая акцент на последнем слове.

От злости я снова стихийно перешла на вы.

— Мне.

Мой громкий заливистый смех прокатился по спальне после секундной заминки. Нет, я хорошо понимала все то, что чувствовал Рейтар. Будучи человеком, в принципе, понимающим, я даже его непостоянство в отношении собственных решений принимала.

Сначала он решил выставить меня эдаким защищенным трофеем, не найдя более удобной кандидатуры, которой смог бы доверять. Продемонстрировав всем и каждому свои симпатии, дабы на мою персону обратили внимание заговорщики и оставили в покое других невест, он буквально на следующий день вдруг все поменял.

Спихнув Эртирнару, фактически выперев из отбора, мужчина тем самым обезопасил меня, как на его взгляд, но я-то заступника не искала. Я согласилась помочь ему в обмен на его помощь мне.

И ничего более! Только деловое сотрудничество. Ни о каких отношениях не могло быть и речи на тех условиях, что он предлагал. Не вслух предлагал, естественно, но меня текущее положение дел не устраивало.

Этот отбор был созван с целью найти для Рейтара супругу. Его же решением в списки кандидаток на лапы и хвост я перестала входить, так чего же он хочет от меня?

— Мыться и все остальное я тоже должна, не снимая белья? — задала я провокационный вопрос.

Но драконище облезлый ничуть не смутился. Объяснив мне принцип сосуществования с драконьей чешуей, он еще и поторопил меня.

Во второй раз из уборной я вышла, пребывая не в духе. Избавиться от бронебелья самостоятельно действительно не представлялось возможным. Его не брали ни ножницы, ни огонь.

— Не сопи так громко. Всех невест распугаешь, — усмехнулся мужчина и таки подал мне руку, пальцами второй удерживая дракошика за заднюю лапу.

Болтаться в воздухе ему, судя по всему, очень даже нравилось, так радостно он попискивал от восторга.

Но в еще больший восторг Кирюшу привел завтрак. Пока я его кормила, расположившись в гостиной, где со вчерашнего дня стопками на полу так и лежали пересмотренные нами книги, Рейтар переодевался в спальне. К нам он вышел уже привычно собранным и строгим, с крайне серьезной мордой лица.

За что и получил. Кашу. На камзол.

Вышло это, честно говоря, совершенно случайно. Не оставляя надежды заставить Арскиля превратиться обратно в ребенка, я учила его есть самостоятельно, пользуясь столовыми приборами, а не когтистыми лапками.

И у него даже неплохо выходило. Через раз.

— Если вам не понравился мой камзол, могли бы так и сказать, — пробурчал драконище, вновь ныряя в дверной проем, за которым скрывались спальня и гардеробная.

Мы с Кирюшей в этот момент притворялись трупиками мышей, то есть даже не попискивали приглушенно от смеха, подозревая, что на нас вот-вот обрушится буря. Но буря сегодня была благосклонна. Поменяв темно-серый камзол на черный, Рейтар присоединился к завтраку.

Собственно, именно в такой компании нас и застала мейстериса Ортлинай. Приветливая улыбка женщины, едва она появилась в гостиной после разрешения войти, мгновенно сползла с ее лица.

Видимо, после встречи со мной ее утро автоматически переставало быть добрым.

Дальнейшие сборы не заняли много времени. Раздав указания своим подчиненным, в числе которых был и Эртирнар, едва ли обративший на меня внимание, регент этого чешуйчатого королевства вывел нас во двор.

Нам с Кирюшей полагался отдельный экипаж, но по кем-то выдуманным правилам ехать он должен был в том числе с кем-то из родственников, а я — в сопровождении жениха, коль старших родственников у меня здесь не имелось.

Для невест были выделены отдельные дормезы.

Вереница экипажей покинула сердце столицы ярким солнечным утром. Воздух еще не прогрелся как следует, но светило уже слепило глаза, вынуждая довольно жмуриться при приеме солнечных ванн.

Учитывая, что дракошка вскоре задремал у меня на руках, а мужчины молчали, мне ничего не оставалось, как глядеть в окно.

И вот что примечательно. Экипажей с невестами едва ли набралось больше десяти, а с их сопровождением — раза в три больше. Я видела, как грузили шатры, ковры, котелки и прочую кухонную утварь. Немало было слуг и еще больше провизии, словно мы не на сутки ехали природой подышать, а в турпоход на две недели собирались.

Я даже клозет краем глаза заметила! Честное слово!

Теплый желтый камень зданий не слишком быстро сменился яркой сочной зеленью деревьев-великанов. Из-под копыт летела пыль, поднимаясь над дорогами клубами. Покачивание кареты убаюкивало, склоняло на сторону печенек и сна, но то и дело попадающиеся кочки не давали мне окончательно провалиться в дрему.

Собственно, именно по этой причине тихую беседу двух драконов я и не пропустила.

— Проверил? — тихо, совсем едва слышно произнес Рейтар.

— За окном в башне действительно имеется след от когтей на камне. Чуть позже магистр Оутрун скажет, кому именно он принадлежит. На первый взгляд, след драконий, но, как по мне, борозды не слишком глубокие.

— У полукровок когти если и есть, то значительно меньше.

— Как и у вампиров, — внес предположение Эртирнар. — Министр Эйзер буквально вчера вернулся с переговоров по поставкам золотой руды. Клан «Двуликой Луны»?

— Не исключено, но смысл? Версия Амелии кажется мне правдоподобнее.

Мне моя версия тоже казалась более удобоваримой. Другие варианты появления за окном борозд от когтей я просто не рассматривала, а сейчас вдруг поняла, что будет обидно, если я ошиблась.

Почему я вообще решила, что след появился там недавно? Он мог ждать там своего часа годами, что автоматически разрушало мою версию. Оставалось понять, кто из нас прав. И шанс сделать это нам представился.

Вереница карет, словно цыганские кибитки, выстроилась на одной из полян полукругом. Пока слуги расставляли большие шатры, а другие подготавливали закуски и легкие блюда для завтрака на свежем воздухе, моим единственным заданием было следить за Кирюшей.

Я и следила. Немного в стороне от общего ажиотажа, где многочисленные невесты яро готовились к демонстрации собственных талантов. Они старались привлечь внимание Рейтара любым доступным и даже недопустимым способом, нарушая правила этикета для того, чтобы повидаться с женихом до проведения этапа, что вскоре мужчине их внимание наскучило.

В конце концов он просто сбежал в свой шатер, выставив у входа охрану. Но выставлять ее нужно было и по периметру тоже. Охочие до выигрыша девушки не гнушались искать лазейки в ненадежной конструкции.

— Еще одна полезла, — усмехнулась я, помогая любознательному дракошке выбраться из кустов, в которые он юркнул вслед за жирной фиолетовой букашкой. — Как думаете, Эртирнар, через сколько ее выставят?

— Не понимаю, чему вы радуетесь, леди. Мне казалось, Его Светлейшество вам небезразличен.

— Вам казалось, — ответила я на грани грубости, тщательно маскируя ее за все тем же оскалом. — И потом, я теперь занята вами, не так ли? Для меня верность — это не пустой звук, Эртирнар, даже если жениха мне фактически навязали.

— Кстати, об этом. Завтра вас ждет официальное знакомство с моей семьей.

Я остановилась. Подсадив Кирюшу на ветку дерева, куда он так стремился, чтобы сорвать большой ярко-розовый цветок, так похожий на саранку, я обернулась и сложила руки на груди, всем своим видом требуя продолжения.

Что бы я там ни говорила, а парой мы с этим воином являлись фиктивной, так что встреча с его родителями в мои планы абсолютно не входила. Да и сам он не входил. Видит Святая Мать, я бы с куда большим удовольствием сейчас избавилась от его надзора, чтобы иметь возможность влиться в нестройные ряды невест.

То, что они скажут при мне, при нем они произнесут навряд ли.

— Что? — сделал вид песчаный дракон, что совсем ничего не понимает.

Перекинув длинную пепельную косу за спину, он неожиданно отвел взгляд, избегая смотреть на меня. И вот это мне совсем не понравилось.

— Эртирнар, я должна заранее о чем-то знать?

Неожиданно смутившись, я бы даже сказала замявшись, он произнес всего одну фразу:

— Мама очень хочет внуков.

Развить эту многострадальную тему, то ли к сожалению, то ли к счастью, нам не дали. За то время, пока мы беседовали, а я попутно развлекала дракошку, исполняя роль няни, в шатер Рейтара одна за другой проникали бессовестные невесты. Я насчитала как минимум шесть, но четырех из них выперли за пределы палатки в том же порядке, а вот еще с двумя возникли проблемы.

Рев двух разъяренных кошек застал нас в буквальном смысле врасплох. Шатер Рейтара заходил ходуном, а через миг и вовсе едва не разрушился целиком. Одна часть конструкции сломалась, когда из-под нее вывалился яркий клубок платьев. Другая же просто опала, погребая под собой где-то там виновника происходящего.

— И долго вы стоять здесь будете? — запаниковав, рявкнула я на Эртирнара. — Идите спасайте своего повелителя!

— У меня иной приказ, — сухо ответил мужчина, но сам напряженно следил за происходящим в тридцати метрах от нас.

— Если вы ничего не сделаете, отдавать вам приказы будет некому. В отличие от вас Рейтар не полноценный дракон.

Именно последние сказанные мною слова подвигли пепельноволосого воина на активные действия. Ломанувшись с места, он рванул к окончательно рухнувшей конструкции.

Мы с Кирюшей тоже решили подобраться поближе, но, когда до шатра оставалось всего ничего, я вдруг обнаружила совершенно невредимого Рейтара на другом конце поляны. Он непринужденно беседовал с магистром Оутруном, издалека наблюдая за происходящим сумасшествием.

Но добраться до него нам с дракошкой так и не удалось. Идти через поляну напрямую не представлялось возможным: все свободное пространство занимали шатры и живые существа всех возможных рас, а с обходом у нас случились небольшие неприятности.

Миновав со стороны карет темно-зеленый шатер — ближайший к нам, сооруженный для отдыха невест, — мы выбрались за пределы очерченного круга, но далеко не ушли.

Поскользнувшись на влажной траве, я полетела прямиком вниз по крутому скату, который пыталась осторожно обойти. Кирюша только удивленно пискнуть и успел, вцепившись в мою шею лапками. Юбка платья мгновенно стала влажной, а я обзавелась парой-тройкой синяков на филее, прежде чем мы все-таки успешно затормозили. О дерево.

Высунувшаяся из дупла возмущенная белка еще и лапкой нам погрозила.

— Ты как? — спросила я у Кирюши, оторвав его от себя, чтобы осмотреть. — Сильно испугался?

— У-у, — отрицательно замотал дракошка лобастой головой.

Погрозив белке лапкой в ответ, мой защитник скатился в траву, давая мне возможность подняться на ноги, отряхнуться и осмотреться.

Отсюда склон казался еще круче, чем сверху. Оглянувшись по сторонам, я поняла, что подняться обратно мы сможем исключительно в обход. Благо солнце ярко освещало не только бордовые чешуйки Арскиля, который уже отыскал куст с незнакомой мне ягодой, но и все вокруг. Потеряться нам с ним было просто нереально, так что через несколько беззастенчиво обглоданных кустов аналога крыжовника мы таки начали подъем.

Который, впрочем, слишком быстро прервали.

На обкатанной дороге, что вела к поляне, я заметила двух суетящихся храмовников. Их светло-серые хламиды сильно выделялись на фоне оставленных по бокам от склона экипажей, сочной зелени и лошадей, которые эту зелень лениво жевали. Нетерпеливо поглядывая по сторонам, представители Домов словно кого-то поджидали.

Я тоже решила подождать, жестами прося Кирюшу вести себя тихо. Конечно, это могли быть совсем другие служители Совета Семерых, а не те самые, обследовавшие выделенные нам с Илоной комнаты, но что-то же они здесь делали втайне ото всех остальных.

Как оказалось, заключали взаимовыгодные договоры, покупая, по-видимому, контрабанду у незнакомого мне грузного мужчины.

Этого министра, на чьей шее висел массивный знак отличия, в предыдущие дни я не видела ни разу. Он не появлялся ни на первом этапе отбора, ни в столовой на общем ужине. Однако в том, что этот пузатый кругляш точно министр, сомневаться не приходилось. Оба храмовника обращались к нему именно так, а я вдруг вспомнила разговор Рейтара и Эртирнара в экипаже.

Министр Эйзер — так они его называли, обсуждая его возвращение от вампиров и что-то связанное с поставками золотой руды.

— А точно сработает? — приглушенно, едва разборчиво спросил первый храмовник, с явным трепетом прикасаясь к небольшому железному открытому сундуку.

Что-то не видимое мною лежало в нем, но рассмотреть содержимое выпаянного ящика никак не удавалось. Даже тихо забравшись внутрь пустующей кареты, я не смогла увидеть больше. Хуже того, лица представителей Совета Семерых тоже оставались для меня закрытыми из-за глубоких капюшонов.

Зато внимание всех троих я на миг привлекла. Когда ловила решившего полетать с противоположной скамейки дракошку. Стукнувшись ногой о деревяшку, едва не взвыла, но это был единственный созданный нами звук. Прервавшись на мгновение, чешуйчатые заговорщики продолжили свою беседу.

— Стопроцентная гарантия, — вальяжно и уверенно ответил министр.

В отличие от храмовников он вел себя максимально спокойно, словно и не ощущал дискомфорта от незаконной сделки и даже не боялся, что его могут поймать на горячем. Зато светло-серые хламиды волновались и дергались сразу за троих. Их жесты были нервными, голоса дрожащими, а страх так и витал в воздухе.

На тех, кто обследовал спальни, эти двое не походили.

— И все же мы хотели бы проверить его действие перед оплатой, — мялся второй, боясь даже прикоснуться к ящику.

Он то и дело одергивал дрожащие пальцы и сжимал их в кулаке.

— Как вам будет угодно. Признаться, мне самому любопытно, — усмехнулся Карабас-Барабас местного разлива. — Только жертву выбирайте сами. Две капли на бокал любой жидкости. Мне лишние проблемы не нужны. И да, деньги вперед.

Пристально следя за их обменом, я почти не дышала. Одной рукой прижимала к себе Арскиля, зажав ладошкой его пасть, а пальцами другой нервно перебирала кулон в форме сердца, подаренный Рейтаром. Последнее, к слову, меня успокаивало, но не настолько, чтобы я отмахнулась от увиденного.

Яд. В этом железном сундуке однозначно был яд в пузырьке, который вот прямо сейчас на ком-то собирались применить. Об этом говорило поведение покупателей.

А если они купили его для Рейтара? А что, если жертва Кирюша? Я должна была срочно рассказать обо всем хоть тому же Эртирнару, но кое-что меня все же останавливало.

Вспомнив об этом министре, я вспомнила и другие слова своего несостоявшегося жениха на его счет. Именно этот грузный дракон каким-то образом узнал о том, когда именно и к какому причалу пришвартуется Рейтар. Эту информацию не знал никто, кроме тех, кто был с нами на корабле, а значит, в рядах бравых воинов имелся предатель.

Предатель, которым мог быть даже Эртирнар.

С трудом дождавшись, когда веселая компания разойдется по разным сторонам, я покинула карету и продолжила подъем, стараясь держаться в тени других экипажей. Остаться незаметными нам с дракошкой почти удалось, но стоило выйти на облюбованную драконами поляну, как мной заподозрилось неладное.

Во-первых, здесь было слишком тихо, но при этом многолюдно, если так можно сказать о представителях разных рас. А во-вторых, кажется, все они кого-то искали. Суровыми выглядели морды лиц бравых воинов, суетливыми казались движения гвардии в темно-синих мундирах с золотыми пуговицами, в растерянности пребывали невесты.

Собственно, к стайке последних мы и примкнули. Часть темно-зеленого шатра была приподнята, создавая тень, давая девушкам спрятаться под навесом от солнца в окружении многочисленных подушек, ковров и всего трех кресел. Их, как ни странно, занимали драконицы, чьи зрачки были узкими и вертикальными, что и отличало их от других невест.

— А что случилось? — тихо уточнила я у Илоны, стоявшей ко мне спиной.

Сама же высматривала на поляне Рейтара.

Услышав мой голос, сестрица едва не подпрыгнула от испуга. Большие голубые глаза показались мне удивленными, когда девушка обернулась. В этот момент, как ни странно, на меня посмотрели все кандидатки на чешую и хвост одного определенного дракона, который ни первого, ни второго не имел.

— Что? — спросила я, поежившись под этими взглядами.

Оказалось, что искали все дружно на этой поляне и вокруг нее меня. А если точнее, нас с дракошиком. А если еще точнее, то наследного принца этого богами забытого королевства.

Вернувшись на то самое место, где видел нас в последний раз, Эртирнар никого, естественно, не нашел и тут же поднял тревогу, решив, что Кирюшу похитили. Создавать кипиш этот воин, судя по всему, умел мастерски.

И вот я понимала, что достанется сейчас совсем не ему, а потому идти сдаваться пред темные очи Рейтара не имела никакого желания. Но сделать это нам все же пришлось. Тем более что главный массовик-затейник нас уже приметил.

Но не проронил ни слова, когда я подошла к нему. Вместо этого жестом приказал мне войти в его шатер, придержав темно-синюю ткань.

— Где вы были? — потребовал он ответа.

Спустив дракошку с рук на ковер, я обернулась и сказала главное:

— Сегодня на этой поляне кого-то отравят.

Рейтар оказался скор на расправу не только в отношении меня. Дождавшись, пока я опишу увиденных мною заговорщиков, он подтвердил, что одним из них действительно являлся министр Эйзер, только-только вернувшийся в составе группы переговорщиков от вампиров.

Найти его на поляне труда не составило. В окружении гвардии, которая ему подчинялась, военный министр как раз собирался есть, когда его в срочном порядке призвали в шатер регента.

И вот врал министр очень убедительно. Продажу храмовникам яда он всячески отрицал. Настолько хорошо отрицал, что ему хотелось верить, а меня начинали одолевать сомнения по поводу того, верно ли я поняла увиденное.

— Хорошо, зайдем с другой стороны. — Выдержке Рейтара можно было только позавидовать. — Министр, что вы передавали сегодня в обмен на монеты двум неизвестным в серых хламидах храмовников?

— О, я не хотел бы озвучивать это вслух при прекрасной даме, — вдруг засмущался пожилой мужчина, нервно дернув золотую пуговицу на своем темно-синем мундире.

— Если что, я могу выйти, — обрадовалась я и даже успела подняться на ноги в честном намерении сбежать, но не тут-то было.

— Я вас не отпускал, Амелия. Министр?

— Это было средство для мужской силы, — все же выдавил из себя глава гвардии, а я тут же густо покраснела, о чем свидетельствовало мое отражение в напольном зеркале.

Правда, не озвученные слова смутили меня, а тот факт, что я ошиблась да еще и на кого-то наговорила, не разобравшись. Но кое-что меня все же интересовало в этом деле, так что безучастной я не осталась:

— А кем были ваши заказчики?

— Леди, я не в праве озвучивать такую информацию, — вежливо ответили мне.

Но это мне. Столкнувшись взглядом с Рейтаром, грузный министр обмахнулся платочком и молчать резко передумал:

— Мальчишки из Домов Воды и Песка, Ваше Светлейшество, но, где они взяли накидки, я не имею никакого понятия.

— А это мы сейчас выясним. Эртирнар.

Получив не озвученный вслух приказ, пепельноволосый кивнул и вышел за пределы шатра. Все то время, пока мы его ждали, Рейтар то отпускал министра, то разговаривал с другими воинами, то что-то записывал. Меня и мой прямой взгляд он игнорировал напрочь до тех пор, пока его «правая рука» не вернулся.

Склонив головы да повесив носы, перед нами предстали действительно молодые парнишки. Я бы дала им не больше шестнадцати на вид, но драконья внешность была обманчивой. Возраст у них рассчитывался совсем по-другому.

Получив от магистра Оутруна подтверждение озвученной версии, где склянка, лежащая в железном сундуке, — это эликсир для мужской силы, отпускать этих двоих горе-любовников Рейтар не торопился.

— Где вы взяли хламиды храмовников? Вы знаете, что носить их могут лишь избранные и это огромная честь — просто подержать их в руках? Где вы их взяли?

— Нашли, — почти синхронно ответили парни, к этому мигу окончательно расстроившись.

Мне их даже жалко стало ненароком.

— Где нашли? — никак не отставал регент наследного принца.

— Во дворце.

— В подземелье.

— За гобеленом.

— Недалеко от входа в Святилище, — уточнил второй, что заставило меня пораженно взглянуть на Рейтара.

Но вслух у него я ничего спросить не могла. Лишь тогда, когда парни были отпущены, серые хламиды конфискованы, а воины выставлены за пределы шатра, я осмелилась заговорить:

— То есть те двое, которых я видела, могут и не принадлежать к Совету Семерых?

— Могут и не принадлежать, — подтвердил мои худшие опасения мужчина, по-простому усаживаясь рядом на ковер.

— А третий? Там ведь и третий был! — вспомнила я, но тут же сама себе мысленно ответила, что и он мог накидку просто украсть. Эти накидки были чем-то вроде пропуска на любые, даже самые закрытые территории дворца. — То есть мы опять вернулись к тому, с чего начали? У нас ни одного подозреваемого.

— Не стоит так сильно расстраиваться. Главное, что сегодня благодаря тебе никого не убили.

— Убили! — вдруг послышалось истеричное где-то за пределами шатра.

Как говорится, не каркай на ближнего своего. Или это из другой оперы?

Глава 10

Глава 10: Не щадя живота своего

Снова спать на земле после короткого перерыва на мягкую перину оказалось максимально неудобно. Особенно если где-то рядом летает назойливый комар. Вдвойне неудобно, если этот комар размером с дракона, а его наглость просто не знает границ.

А впрочем, кое-какие границы между нами в этот день все же были выставлены.

После страшного, наполненного горем крика на улицу я рванула вслед за Рейтаром, уже на ходу подхватив с подушек Арскиля, но дальше выхода бравые воины пройти мне не дали. Скрестив мечи прямо перед моим носом, они невозмутимо смотрели перед собой, напрочь игнорируя как мои возмущенные взгляды, так и попытки пролезть где-нибудь сбоку или снизу.

Пришлось наблюдать за происходящим со своего места. Что было, между прочим, почти нереально. Увидев, в какую сторону побежал Рейтар, я вскоре потеряла его из виду за спинами любопытных и любознательных.

Однако толпу через несколько минут все же разогнали, а если точнее, то распихали по шатрам. На зеленой поляне в самом центре, где стоял навес для кухонных работников и разрослась полевая кухня, в итоге осталось лишь несколько человек: убитая горем женщина, комкающая передник; молодая девушка, без сознания лежащая на траве; Рейтар, Эртирнар и смурной повар, уверенно держащий тесак.

И вот в этот момент я очень сильно завидовала драконам с их уникальным слухом. Судя по дергающимся ушам, двое, не выпускающие меня наружу, как и все остальные на поляне, бессовестно подслушивали разговор, в то время как я не слышала ничего.

— О чем они говорят? Что случилось с этой девушкой? — пристала я к ним, оставив попытки выбраться из заточения.

Переглянувшись, мужчины продолжили молчать, словно воды в рот набрали. Но разве я когда-нибудь так легко сдавалась?

— Или вы сейчас же рассказываете, или я скажу, что вы меня ударили, когда я попыталась выйти, а вы толкнули так, что я упала. И даже платье загрязнила — вот, — продемонстрировала я свой филей, обтянутый еще влажной и немного замызганной тканью.

И да, я играла полностью бесчестно, но только так могла узнать подробности прямо сейчас, а не тогда, когда вернется Рейтар, который еще мог ничего и не сказать. Но и эти двое оказались на редкость неразговорчивыми.

Сухо поведав мне об отравлении девушки ядом лесной синявки — маленькой злобной змейки, что водилась на этих землях, они замолчали, а я осталась ждать подробностей. Ну и заодно накручивать себя, потому что мерзость эту склизкую не любила. И ладно я, но у меня тут ребенок везде, где хочет, ползает. А если его…

Закончить мысль я не успела. Решив, что насмотрелась достаточно — девушке после противоядия, принесенного магистром Оутруном, стало значительно лучше, — я обернулась, чтобы все же пристраститься к бесхозному обеду, подносы с которым занимали собой низкий квадратный столик, а заодно покормить и ребенка, но и эта мысль утонула в образовавшейся в моей голове пустоте.

Просто потому, что я увидела змею. И что-то мне подсказывало, что темно-синий, почти антрацитовый цвет ее чешуи как раз и говорил о ее названии — синявка лесная. Но даже не сама уверенно заползающая под ковер змея меня повергла в шок, а тот, кому принадлежала рука, запустившая в шатер эту скользкую хвостатую.

Светло-серый рукав слишком быстро скрылся — я не успела рассмотреть, была это хламида храмовника или камзол кого-то из приглашенной на пикник аристократии, но одно знала точно: узнать это мне и не суждено. Как минимум потому, что пускаться в погоню, таща за собой Кирюшу, опасно, а оставить его здесь элементарно не на кого.

И вот не верилось мне, что яд этой змеи был предназначен Рейтару. Скорее кухонная работница являлась отвлекающим маневром для него, чтобы кто-то получил беспрепятственный доступ к шатру. Доступ к шатру, в котором оставались лишь мы с Арскилем.

Кажется, моего дракошика все же намеревались убить. Ну… Или кого-то очень сильно достала я.

Вернувшийся к нам Рейтар, судя по взгляду, застал сумевшую удивить его картину. Собрав все лежащие вблизи подушки, мы с Кирюшей сделали у входа баррикаду, отделив себе небольшой свободный участок, с которого мною же был сорван ковер.

— Я так понимаю, меня ждут какие-то объяснения? — непримиримо сложил мужчина руки на груди, едва сдерживая усмешку.

Но я в ответ улыбаться не торопилась, так что вскоре до него дошло, что дело пахнет жареным. Рассказав о причинах нашей забастовки, я еще долго выслушивала ворчание о том, что нас ни на минуту нельзя одних оставить.

А потом Рейтар осознал, что оставить нас одних его фактически заставили. Злой дракон — это не очень разумный дракон.

Пока бравые воины перелопачивали ковры в поисках мерзкой маленькой затаившейся змеюки, большая часть великого пикника была отправлена к ближайшей речке. Мы с Кирюшей наконец-то удостоились чести пообедать, рассматривая красивые виды на сизые сопки, а кое-кто даже смог искупнуться.

Естественно, дамы в этот ничтожный список счастливчиков не входили. Невесты собирали красивые камушки, томно вздыхали, романтично прогуливались по берегу и бросали невинные взгляды в сторону одного-единственного объекта.

Объекта, который был зол как тысяча чертей.

— Шли бы вы уже… купаться, — порекомендовала я ему, устав лицезреть эту страшную физиономию.

— Не хочу, — буркнул Рейтар и вновь уставился на горизонт.

— Ну и ладно. А мы с Арскилем пойдем.

Если кто-то и хотел меня остановить, то попросту не успел. Нет, раздеваться при таком количестве народа я, естественно, не стала: правила этикета все же нарушать не стоило, даже если сердечный приступ мейстерисы Ортлинай принес бы мне ни с чем не сравнимое удовольствие, но в воду, где купались в основном мужчины, зашла.

Прямо в платье зашла, придерживая так и желающего плюхнуться в волны дракошку. Он стучал по воде лапками, загребал ее хвостиком и вообще выглядел счастливым. И я его очень хорошо понимала. Сама бы ни за что не вылезала на берег, но сделать нам это все же пришлось.

Под осуждающими взглядами мейстерисы и других невест и откровенно заинтересованными от противоположного пола. Мокрая ткань платья не только облепила тело, обрисовывая контуры, но и стала немного просвечивать.

Что абсолютно не понравилось Рейтару. Он казался еще злее, чем был до нашего ухода. Даже на Эртирнара рявкнул, после чего он спешно настиг нас с Кирюшей и обернул светлой простыней.

— Не делайте больше так, — шепнул воин недовольно.

— А в чем проблема, дорогой жених? Неужели ревнуете? — искренне издевалась я над песчаным драконом, отлично осознавая, кого действительно сейчас разрывает от ревности.

— Вы же все прекрасно понимаете.

Понимала. Но принимать категорически отказывалась.

После моего триумфального возвращения на берег Рейтар очень быстро приказал всем вернуться в лагерь. Десятки осуждающих, а больше завистливых взглядов сверлили мою спину, пока мы шли, но от Илоны я узнала, что отличилась не только я.

Другие девушки тоже осмелились войти в воду в платьях, но были бесцеремонно выловлены и возвращены на берег мейстерисой Ортлинай. Женщина в выражениях не стеснялась, когда охарактеризовала мой поступок.

Ну хоть что-то в этом мире оставалось на прежних местах.

— Знаешь, а тебе очень повезло, — неожиданно разоткровенничалась сестрица, стараясь выглядеть участливой и при этом непоколебимой. — Мало кто согласился бы взять в жены простолюдинку, да еще и без приданого. Тебе выпал просто невероятный шанс поправить свое материальное положение и изменить статус.

— К чему ты клонишь, Илона? — взглянула я на нее, выражением лица давая понять, что уже раскусила девушку.

— Ни к чему. Просто… — она запнулась и внезапно оглянулась по сторонам, понижая голос до полушепота: — Просто здесь слишком много девушек. А драконицы говорят, что другие невесты приехали сюда просто для количества. Рейтар выберет кого-то из своих, так что нам тут ловить нечего. Однако…

— Ну-ну? — поторопила я ее, заинтригованная по самые уши.

— Тебе повезло, ты уже приглянулась кому-то, — тяжко вздохнула эта притворщица и спрятала наигранно невинный взгляд. — Я же так и останусь одна. Куда мне идти, когда меня выгонят? В землях драконов не место людям, мне придется покинуть их, но…

— Но?

— Я слышала, что завтра состоится твое представление семье этого… с косичкой.

Тяжко вздохнув, мысленно удивляясь тому, как быстро расползаются слухи, я поправила девушку:

— Его зовут Эртирнар, Илона. И да, завтра он представит меня своей семье.

Резко остановившись, внезапно вцепившись в мою руку, она жарко прошептала, с мольбой заглядывая мне в глаза:

— Возьми меня с собой! Девочки говорят, что у него есть брат — тот самый дракон, что сидел напротив нас за ужином в столовой. Умный, красивый, статный, богатый. Я ведь тоже твоя семья, единственная, — давила эта змеюка на родственные чувства. — Ты только возьми, а там уж я сама все сделаю.

— А как же Рейтар? Ты ведь за него собиралась замуж?

— Как ты там говорила? Лучше монеты в руках, чем слитки золота в имперском банке? И потом, Дом Песка стоит на третьем месте среди драконов, а семья твоего жениха относится к семьям Великих Основателей. Они богаты, Амелия, а значит, мы ни в чем не будем нуждаться. И даже станем влиятельнее этих дракониц.

Последнюю фразу девушка произнесла с неожиданной обидой в голосе. Тогда-то я и поняла, откуда ноги растут. Илона просто забоялась конкуренции и решила отступить, занявшись поиском других вариантов, что было даже неплохо.

Ее идея на самом деле мне действительно понравилась. Я и сама была бы рада сбагрить ее в надежные руки мужа, чтобы снять со своей шеи этот тяжелый груз, но случай все как-то не подворачивался.

А тут подвернулся. Осталось малое — оповестить Эртирнара и Рейтара, что на встречу с семьей первого я явлюсь не одна.

Пообещав сестрице попробовать взять ее с собой, я не стала откладывать этот вопрос в долгий ящик. Сообщив обоим мужчинам о своих намерениях, как ни странно, слишком легко получила положительный ответ. Наверное, потому, что не рассказала об истинных причинах своей просьбы, но это уже были детали.

Те самые детали, знать о которых этим двоим не полагалось. Во избежание конфузов и запретов.

Переговорив с этими двумя, попутно укладывая откровенно раззевавшегося дракошку на послеобеденный сон, я намеревалась пойти переодеться в женский шатер. Небольшой сундучок с моими вещами находился именно там, но уйти вот так просто Рейтар мне не позволил. Больше того, за моими вещами он заранее послал кого-то из слуг, а иначе они никак не смогли бы оказаться в его шатре.

Сундук нашелся за темно-серой ширмой.

— Ты хотел о чем-то поговорить? — спросила я тихо, скрываясь за этой несущественной перегородкой.

Мокрое платье легко свалилось к ногам вместе с простыней, а я вытащила из темного нутра другой наряд. Нежного кремового оттенка, он непонятно как затесался в мой гардероб, но по размеру должен был подойти.

Только проверить мне это удалось не сразу. Стоило выпрямиться и расправить наряд на ширме, как меня обняли со спины за плечи, накидывая сухую ткань на еще влажную кожу.

Замерев, перестав дышать, я, словно подросток, ждала продолжения, на которое никак не должна была соглашаться…

Горячие ладони скользили по плечам, рукам до тех пор, пока чужие пальцы не нашли мои, переплетясь с ними в подобие замков. Я слышала каждый его вдох, кожей ощущала каждый тяжелый выдох.

Затылок вдруг онемел, горячая волна омыла позвоночник, заставляя выгнуться дугой, стоило мужчине прикоснуться губами к линии роста волос чуть выше шеи. Никогда бы не подумала, что этот тихий стон может принадлежать мне, но он был именно моим. А вот самодовольный смешок, вырвавший меня из мира чувств в жестокую реальность, моим явно не являлся.

— Не смей больше показываться кому-либо в таком непотребном виде, — прошептал он угрожающе мне прямо на ухо, этого самого уха касаясь губами. — На тебя могу смотреть только я.

— Боюсь, что вынуждена вас разочаровать, Ваше Светлейшество. — процедила я сквозь зубы. — Ваша ревность здесь не к месту. Благодаря вам у меня есть жених, и это не вы.

Ответив мужчине, я высвободилась из его объятий, оттолкнула его спиной и намеренно сделала вид, что ничего необычного только что не происходило. Пусть мои движения и были рваными, порывистыми, когда я одевалась, из этой ситуации я вышла с высоко поднятой головой. По крайней мере, очень старалась, чтобы так все это и выглядело.

— С чего ты взяла, что я тебя ревную? — усмехнулись у меня за спиной, пока я справлялась с завязками платья. — Мне не к кому тебя ревновать, а вот тебе…

Так и не закончив фразу, Рейтар покинул шатер, оставив меня наедине с растерянностью и злостью. О да, я прекрасно понимала все его игры. Он отлично знал, как я реагирую на него, на его ласки, чем бессовестно пользовался.

Но вот чего он никак не мог понять, так это того, что у меня есть гордость. И эта гордость гораздо больше, чем все мои желания. Унижать себя я никогда никому не позволю. Разотру, раздавлю, размажу, даже если потом мне будет невыносимо больно.

Терпеть издевательства ради призрачного шанса на любовь? Никогда.

Нас с Кирюшей не пригласили на празднество — за нами так никто и не пришел. То, что второй этап отбора уже начался, мы поняли по звукам барабанов. Не знаю, насколько ценной была бумага у драконов в этом мире, но лично мы занимались тем, что делали оригами из каких-то, наверное, очень важных документов.

Я учила мальчишку складывать листы по сгибам и искренне надеялась, что вскоре ему надоест безуспешно пытаться снова и снова и он, наконец, обернется своей человеческой ипостасью, поменяв лапки на руки.

Но дракошка, видимо, был таким же упрямым, как я. Пусть его оригами не были такими же аккуратными, как мои, но он прикладывал все усилия для того, чтобы они вообще получились.

— Ну раз гора не идет к Магомеду, значит, мы сами явимся на этот праздник жизни, — объявила я малышу, подхватывая его на руки. — Интересно, у них там чем-нибудь кормят?

Там, а если точнее, то в центре поляны, очень даже кормили. Аромат жаренного на костре мяса заполнил собой все вокруг, едва мы выбрались из шатра. Рот мгновенно наполнился слюной, и не только у меня.

Пожалуй, в отношении мяса я тоже была немножко драконом.

Выбрав для нас место поближе к еде и подальше от Рейтара, мы с Кирюшей приготовились наблюдать за представлением. Впрочем, наблюдать намеревалась именно я, тогда как дракошка, не теряя времени, принялся за еду, которую ему охотно подкладывали со всех сторон.

И хорошо, что он не видел начавшийся беспредел. Первая же невеста, чье выступление походило на танец живота, поставила перед собой цель обязательно полапать Рейтара. Наряд ее невозможно было назвать откровенным ни с какой стороны — часть его являлась подобием паранджи, но движения…

Я таких изгибов даже в стриптиз-клубе не видела, когда мы с подружкой необдуманно в него забрели с целью просветиться и научиться. Кроме комплексов и синяков, в итоге ничего заработать нам не удалось.

Слава Святой Матери, выступления были короткими. Кто-то пел, кто-то играл на музыкальных инструментах, привезенных с собой из дворца. Другие невесты, обделенные яркими талантами, декламировали стихи или рассказывали поучительные истории, но все это меркло по сравнению с тем, как смотрели друг на друга мы с Рейтаром.

Заметив, что я наблюдаю за ним, он всем своим видом пытался вызвать у меня ревность, но ничегошеньки у этого драконища облезлого не получилось. Наоборот, выхватив из толпы подкрадывающегося к нам Эртирнара, я уделила ему все свое внимание, фактически задушив бедного мужчину заботой.

И тарелку для него отыскала, и на подушки усадила, и блюд всевозможных наложила. А еще кормила с ложки, подтирала щеки платочком и даже осмелилась словно невзначай коснуться ладонью его бедра.

К слову, с моей стороны эта картина романтичной совсем не выглядела. Фактически передо мной сидел все тот же Кирюша, только взрослый, а я, в свою очередь, с ним нянчилась, не забывая уделять такое же внимание дракошке.

Но это с моей стороны.

Судя по перекошенной морде лица Рейтара, со своего места — а-ля трона — он видел нечто другое. Улыбку, которую я изо всех сил старалась сделать непринужденной. Смех, который выдавливала из себя вообще на каждое произнесенное песчаным драконом слово. Томный взгляд, некогда репетируемый мной для самого первого и такого неудачного свидания.

Ох, как же он бесился! В его глазах горел такой огонь — совсем не отражение многочисленных факелов, что не заметить его мог бы только разве что слепой. Но, увы, прилюдно регент наследного принца Королевства Пылающих ничего сделать не мог.

Мы с Эртирнаром официально являлись женихом и невестой и были в своем праве.

— Амелия, мне кажется, вы сейчас совсем не осознаете, что именно делаете, — вдруг взялся кормить меня нравоучениями песчаный дракон. — Его Светлейшество пусть и не имеет своего зверя, но он дракон, а мы крайне ревниво относимся к своей…

— К кому, Эртирнар? — подтолкнула я его, со злой усмешкой наблюдая за тем, как он подбирает более мягкий синоним. — К собственности? Я не его собственность и ничья вообще. Рекомендую вам это запомнить.

Дальнейшее пребывание на поляне я для себя посчитала бессмысленным. Что бы ни делали девушки, как бы ни старались привлечь к себе внимание жениха, итог второго этапа был подведен очень сильно заранее. Я уже знала, что сегодня отбор покинут драконицы и те, кого записали в качестве чистокровных людей. Остальное же меня не волновало.

Если я ошиблась, убийства продолжатся, а ценой моего промаха станет чья-то жизнь. Если же оказалась права…

Я не знала, не имела никакого понятия, какой именно силой, какими полномочиями обладал регент этого чешуйчатого королевства, но на его месте давно наплевала бы на Совет Семерых и приструнила семьи Великих Основателей.

Как? Это вопрос другой. Как говорится, дайте шею, а статья найдется.

Уложив неугомонного Кирюшу на шкуры, прикрыв его тонкой простынкой, я тихо напевала колыбельную о том, как прекрасен наш мир. Любой мир.

О том, как приятно сидеть дома, завернувшись в теплый плед, и читать книжку под стук капель дождя. О том, как безумно бегать по лужам, насквозь вымачивая одежду, высматривая на небе радугу. О том, как интересно лепить снежную бабу или снеговика, а может, строить неразрушимую крепость и отважно защищать ее. О том, как пахнет прелыми листьями, когда ты заходишь в парк или лес недалеко от дома, что словно горит огнем — оранжевым, красным, зеленым и желтым.

Я пела ему о том, как хорошо просто жить и наслаждаться каждым пройденным днем, благодаря за все то, что есть у нас сегодня. За мелочи, которые и составляют нашу жизнь. За то большое и малое, что обязательно окажется приятным.

Задремав вместе с Кирюшей, я едва ли проснулась, когда в шатер вошел Рейтар. Убедившись в том, что это он, что малышу не угрожает опасность, я позволила себе вновь провалиться в сладкие грезы, где все было легко и просто.

Где я могла целовать потому, что просто хотела этого. И кого хотела.

Где я могла обнимать, прижиматься к чужому плечу, слушать стук сильного сердца, что неожиданно успокаивал.

Где я надышаться не могла ароматом мужчины, от которого сходила с ума.

В этих грезах не было ни злосчастного трона, ни титулов, ни невест, ни убийств, ни чертовой искры, в существование которой не верила даже я сама. В моих грезах был маленький домик в лесу, огород рядом с ним за деревянным забором и долбаные куры, ловить которых Рейтар так и не научился.

Ощутив на своих губах настоящий поцелуй, я с трудом разлепила веки, пытаясь сфокусировать зрение в полумраке шатра.

— Рейтар, что ты делаешь? — спросила я севшим со сна голосом, но мне вот совсем не ответили.

Вместо этого меня сгребли в охапку вместе с дракошкой, фактически поместив в центр гнезда, которое было сооружено из подручных материалов. Насколько я могла судить, в дело пошли все ковры, одеяла и подушки, что вообще имелись в наличии.

— Рейтар, с тобой все хорошо? — несмело уточнила я, во всей красе ощущая, как меня прижимают к груди. Мои легкие временно решили выйти из игры, а селезенка укатила в отпуск, написав заявление по собственному желанию. — Ты просто дышишь странно. И сжимаешь… крепко.

Чей-то устрашающий рык стал мне не только ответом, но и рекомендацией к дальнейшему молчанию. Притихнув, фактически заткнувшись, я еще несколько раз пыталась неловко барахтаться, воюя за свежий воздух, которого так сильно не хватало в этой жаре, но вскоре стало понятно, что любые мои телодвижения бессмысленны.

И протесты тоже бессмысленны. Особенно если они озвучены рано утром и касаются возвращения во дворец. Лично я, разделываясь с завтраком, планировала как можно дольше оттягивать встречу с семьей Эртирнара, но у Рейтара на этот день были другие планы.

С самого раннего утра выспавшийся, довольный и абсолютно ничего не помнящий о своих ночных поползновениях дракон намеревался выпроводить из дворца всех тех, кого вчера без сожаления выпер с отбора.

Пожалуй, никто не мог испортить ему сегодня великолепное настроение. Это читалось на его наглой морде, которая счастливо трескала корзинки с паштетом, пока я пыхтела от негодования.

В этот момент мы оба еще не знали, чем закончится этот день. В этот момент мы оба верили в лучшее.

Глава 11

Глава 11: Пробуждение голодного зверя

Обратно во дворец мы с Кирюшей возвращались вдвоем. Душному экипажу на этот раз Рейтар и Эртирнар предпочли верховую езду. Время от времени они притормаживали рядом с каретой, чтобы узнать, как наши дела, но потом вновь устремлялись вперед.

Мы же с дракошкой развлекались тем, что разучивали цвета, обращая пристальное внимание на окружающие пейзажи. Однако стоило нам оказаться во дворце, как с мальчонкой меня разлучили. Но перед этим все мы на небольшой площадке перед подъездной дорожкой наблюдали за отбытием отвергнутых невест.

Им жених не дал даже часа на отдых. Вещи их оказались заблаговременно собраны по сундукам и только ждали возвращения девушек прямо на улице, чтобы быть привязанными к экипажам.

Земли драконов бывшие кандидатки в жены покидали чересчур показательно и поспешно.

— А вы куда? — удивилась я, едва успев заметить, как Рейтар уходит с племянником на руках.

— У меня есть дела, — пояснили мне, словно маленькой.

— Это я понимаю. Арскиль вам зачем?

Оказалось, что от гордого звания няни меня сегодня частично освобождали. Мне надлежало приготовиться к встрече с будущими родственниками, на что девушки тратили непомерно много времени. Званый обед в доме Эртирнара предполагал, что я буду выглядеть особым образом, но у меня имелось другое мнение на этот счет.

Все три часа до того, как меня нашел песчаный дракон, я провела в дворцовой библиотеке. Причем провела продуктивно, не только отыскав руководство для чайников касаемо драконьих храмов, но и став свидетельницей занимательного разговора, а точнее его прямой соучастницей.

Система поиска книг в этой библиотеке являлась уникальной. По крайней мере, раньше я ничего подобного не видела.

Прямо посреди длинных рядов с массивными книжными шкафами, сделанными из темной древесины, на напольной подставке лежал артефакт — толстая книга с распахнутыми страницами. Между желтоватых страниц затесалось черное перо под цвет обложки, для которого чернила были не нужны. Об этом мне поведала служанка, смахивающая с древних талмудов пыль.

Написав этим пером на чистой странице название книги или тему для поиска, требовалось подождать несколько минут. За это время чернила с листа исчезали, вновь оставляя его девственно чистым, а на столике рядом появлялись необходимые книги. Чем точнее был запрос, тем меньше фолиантов предстояло перебрать.

Лично я запрашивала о драконьих храмах и получила сразу шесть увесистых талмудов и небольшой клочок бумаги с вводящей в ступор надписью.

— Что это? — поинтересовалась я у молоденькой девушки, которая явно понимала в устройстве этой библиотеки побольше меня.

Увидев листок у меня в руках, она на мгновение перестала трясти фиолетовым пипидастром.

— Это означает, что необходимая вам книга находится в закрытой секции, леди. Вам в конец зала. Только будьте осторожны: книги, запертые там, под особой защитой. Выносить их за пределы секции запрещено.

Поблагодарив миловидную девушку, которая была совсем не похожа на служанок в замке Рейтара, я отправилась сразу на поиски этой загадочной секции. Мне казалось, что там я обязательно отыщу более узкую информацию о храмах, которой просто нет в общем доступе.

Других причин прятать издания за магическими замками я не видела.

Как и сказала служанка, особые шкафы нашлись в самом конце большого зала. От других их отличало лишь наличие стеклянных створок, которые, впрочем, легко открывались.

Просмотрев два из десятка шкафов, сравнив многочисленные корешки с тем, какой нужен был лично мне, я перешла к третьему, угловому шкафу как раз в тот момент, когда в библиотеке появился кто-то еще. Только узнала я об этом самым интересным образом: меня неожиданно обняли со спины.

Обняли за бедра, в единый миг доведя до пика возмущения.

— Ну что, птичка моя? Тебе удалось избавиться от этой девки?

Оборачивалась я стремительно. Осознав за доли секунды, что передо мной один из представителей Совета Семерых или тот, кто желал им прикинуться, я сдернула с него капюшон, намереваясь запечатлеть в памяти образ незнакомца, но светло-серый плащ храмовника внезапно повис прямо в воздухе. Его держала только моя рука. Стоило мне разжать пальцы, как хламида бесформенной тряпкой свалилась на пол, мгновенно вспыхивая ярким беспощадным пламенем.

От балахона не осталось и следа. Будто и не было здесь никого, кроме меня!

В кабинет к Рейтару я ломанулась со всех ног, и уже через несколько минут мы стояли в коридоре крыла невест, где эти самые невесты, еще не успевшие как следует отдохнуть с дороги, были выстроены в ряд к нам спинами.

Я к регенту этого крылатого королевства тоже стояла спиной, чтобы ему было с чем сравнивать. Ведь если верить тому, кто приставал ко мне в библиотеке, сзади я была чертовски похожа на другую леди. На леди, которая должна была от кого-то избавиться и…

Эта леди сегодня вернулась во дворец.

Но этой леди однозначно не было среди этих девушек.

— Амелия, а почему вы решили, что это должна быть обязательно одна из невест? — шепотом обратился ко мне Рейтар, отозвав в сторону под магический полог тишины. — Во дворце полно других дам и еще больше служанок.

— Потому что у невест есть причины для вступления в сговор с храмовниками, — ответила я уверенно.

Но на самом деле тут же насквозь пропиталась сомнениями. И ведь действительно, это могла быть любая девушка, однако мне совсем не хотелось признаваться в собственной поспешности.

— Поинтересуйтесь у них, все ли оставшиеся невесты сейчас находятся здесь, — попросила я, вновь обернувшись к ничего не понимающим кандидаткам на долго и счастливо.

На наши перешептывания они смотрели кто с раздражением, а кто с любопытством. Илона так вообще попыталась подойти, но из-под полога мы вышли раньше, радуя присутствующих кислыми минами. Но все эмоции отошли на второй план, когда Рейтар все же выяснил, что одной из девушек здесь не хватает. Той самой, которая вчера меж высоких костров исполняла свой танец страсти.

— Где ее комната? — потребовала я ответа от мейстерисы Ортлинай, но меня женщина демонстративно проигнорировала.

Как ни странно, в этом деле Рейтар решил занять ее сторону.

— Будет лучше, если вы, Амелия, отправитесь к себе готовиться к званому обеду. Ваш жених вскоре зайдет за вами, — оповестили меня по-деловому сухо и даже отстраненно.

А меня вдруг искренне возмутил его тон.

Недовольно поджав губы, сжав пальцы в кулаки, я глянула исподлобья на ловящих каждое наше слово девушек и… промолчала. Даже покидая коридор, ничего не сказала, хотя наверняка нарушала своим поведением этикет, ведь реверанс за эту встречу обязана была сделать как минимум дважды.

Но сейчас меня это не волновало. Рейтар был прав в одном: времени у меня оставалось все меньше, а злополучную книгу, что хранилась под магической защитой, я до сих пор не нашла.

Собственно, именно ее поисками я и занялась, едва вернулась под вездесущим конвоем в библиотеку. После рассказанного мной дракон, что не имел зверя, решил снова обеспечить меня охраной, несмотря на все мои протесты. Правда, недовольные морды вчерашних защитников были вынуждены остаться у дверей.

Отыскав массивный томик в потертой обложке, читать его я взялась тут же, усевшись на единственный стул, что располагался в углу вместе с круглым столиком. В идеале я хотела найти способ, как мне выбраться из храма наружу после того, как я приведу в него Илону, но такого роскошного подарка судьба мне не послала.

Вместо этого я нашла подтверждение той информации, которую уже озвучил Рейтар. Храмы для чистокровных людей навсегда оставались тюрьмами, что скитальцев со всего света абсолютно не останавливало. Многие из тех, кто лишился крова или близких, уходили туда послушниками, но я для себя такой жизни не хотела.

Хотя о правилах и традициях этих мест все же прочитала, чтобы быть, так сказать, во всеоружии. И вот что меня удивило: в Королевстве Пылающих храмов действительно было семь — по числу разновидностей драконов, но при этом раньше, когда снежные чешуйчатые еще не вымерли, их почитали во всех святилищах. Больше того, они могли свободно войти в каждое, тогда как для других драконов святое место ограничивалось одним храмом — тем, к какому Дому они относились.

С хлопком закрыв тяжелую книгу, я задумчиво пробарабанила по ней пальцами, но не храмы сейчас занимали мои мысли. В мою голову неожиданно прокралась догадка, которую срочно требовалось подтвердить или опровергнуть.

А что, если дело было совсем не в росте и не в том, как я выгляжу со спины? Нет, конечно, это тоже немаловажно, но… Что, если главным фактором, почему храмовник принял меня за другую, являлось нечто особенное? Явная отличительная черта, которая заметно выделяла меня среди тех же невест.

Я носила простые платья, схожие с теми, в каких ходили служанки, и такие же простые удобные прически. Но это еще не все. Девушка, что так любезно помогла мне, тоже была светловолосой, как и я. В момент появления храмовника в библиотеке находились только мы вдвоем.

Рейтар был прав. Представитель Совета Семерых искал в библиотеке служанку. Служанку, которая была у меня прямо под носом.

Вернув книгу на место, я со всех ног ринулась между книжными рядами. Замершие по эту сторону дверей воины встретили меня крайне озадаченными взглядами. Мой вопрос о том, не выходила ли из библиотеки за это время служанка, удивил их еще больше, но объяснять что-либо времени не осталось.

Я хотела как можно быстрее прошерстить просторную библиотеку. Однако далеко мне уйти не удалось. Миновав первый же ряд, хорошо освещенный благодаря большим окнам, я застопорилась, замерла, так и не успев до конца войти в поворот.

Миловидная служанка с фиолетовым пипидастром в неестественной позе лежала прямо на полу. Глаза ее были открыты, сама она походила на куклу, а взгляд казался стеклянным. Никаких внешних ран я не обнаружила.

— Леди Гаргат? — послышался голос Эртирнара где-то между рядами.

— Я здесь, — ответила я не слишком громко, но с его слухом мужчина отыскал меня очень быстро.

И не только меня.

— Что здесь произошло? — тут же кинулся он к девушке, стараясь нащупать пульс на ее шее, но это было делом бесполезным.

Я не знала, как она умерла, но в ее смерти сомневаться не приходилось.

— Доложите Рейтару о том, что я нашла девушку. Он поймет, о ком я говорю.

— Боюсь, что Его Светлейшеству сейчас будет не до вас, — неожиданно ответил песчаный дракон, поднимаясь. — Одну из невест меньше часа назад отравили. И что более важно, эта девушка умерла по той же причине. Их обеих забрал яд.

— Какой яд? С чего вы взяли? — уточнила я, разом похолодев.

— «Мертвая петля», — произнес Эртирнар название, которое лично мне не дало ровным счетом ничего. Увидев непонимание в моих глазах, мужчина пояснил: — Он лишает возможности дышать, в то время как горло становится твердым как камень, в чем я только что убедился. Уходите к себе. Я зайду за вами через несколько минут.

Спорить я не решилась. Все еще пребывала в некотором шоке от увиденного. На самом деле это было страшно — лицезреть человека бездыханным, в то время как всего часом ранее имел возможность с ним говорить.

В голове такое укладывалось с трудом.

Так и не приведя себя в порядок, даже не тронув расческу, чтобы освежить волосы, я все надеялась, что Рейтар зайдет ко мне. Однако вместо него, как и обещал, явился Эртирнар. В отличие от меня мужчина выглядел достойно, а взор его не казался безумным. Мое же отражение в зеркале демонстрировало сумасшедшую, недавно сбежавшую из психиатрической больницы.

— Прекрасно выглядите, — словно издеваясь, сделал мне комплимент песчаный дракон.

— Вы тоже ничего так.

На этом обмен любезностями был завершен. Я вообще плохо запомнила, как мы втроем добрались до светлого двухэтажного особняка, который, наверное, запросто можно было назвать усадьбой. В себя пришла, лишь когда экипаж свернул на подъездную аллею, сплошь усеянную яблонями.

Большие румяные яблоки тут и там лежали в зеленой траве.

— Я должна что-то заранее знать о ваших родных? — поспешила я расспросить молчаливого мужчину.

За время пути ему и без того досталось от неугомонной Илоны. Она словно поставила перед собой задачу разузнать как можно больше про брата Эртирнара, чем, естественно, выдала себя и свои намерения с головой.

Но я остановить девушку была не в состоянии. Мы отослали всех дракониц и «человеческих» невест, а смерти во дворце так и не прекратились. Я оказалась неправа, и это понимание давило на меня, наделяло ощущением беспомощности.

— Только то, что моя мать станет всячески требовать от вас внуков. Будьте… с ней мягче, пожалуйста.

Удивившись неординарной просьбе, я проследила за взглядом мужчины и поняла, что сказать вслух большее он просто не может себе позволить в присутствии сестрицы. Да только времени уединиться и обсудить план дальнейших действий у нас не осталось. Экипаж остановился у главного входа, где нас уже ожидали.

Помимо слуг, что поторопились открыть дверцу, на широком полукруглом крыльце стояли Эрмос в строгом черном фраке, низкого роста драконица, выглядящая лет на пятьдесят, в светло-зеленом платье и такой же низкорослый первый министр, которого еще вчера я умудрилась обвинить в заговоре против Рейтара и Арскиля.

Нахождение здесь последнего стало для меня полной неожиданностью, но спросить что-либо у Эртирнара я просто не успела. Из экипажа наружу он выбрался первым, а вслед за ним, как и полагается, изящно протянув ручку, по приставным ступенькам спустилась сестрица.

— Сынок, твоя невеста — настоящая красавица! — восторженно воскликнула драконица, глядя на Илону влюбленным взором. — У меня будут прекрасные внуки!

Не рассмеяться было почти невозможно, но тем не менее я сдержалась. Со всем смирением ожидала, когда очередь дойдет до меня и мне наконец помогут выбраться.

И дело было совсем не в том, что эта помощь мне требовалась. Я себя считала особой вполне самостоятельной, но следовало показаться еще и воспитанной, а значит, было просто необходимо придерживаться правил этикета.

И вот для этого мне нужно было немного обождать, ибо Илона собой загородила выход из кареты, не давая мне показаться. Восторженный, но при этом слегка смущенный взгляд ее прикипел к Эрмосу. Собственно, на этом ее мозги и отключились.

А впрочем, они ей были и не нужны. В отличие от меня девушка выглядела презентабельно, я бы даже сказала — неподражаемо. Свои три часа она потратила как положено — подготавливаясь к важному мероприятию. Кожа ее неявно сверкала перламутром, вокруг легкой вуалью витал аромат духов, а жемчужные волосы лежали локон к локону.

Неудивительно, что дракономама так вцепилась в нее алчным внукотребующим взглядом. Не менее голодный взор был обращен и к Эрмосу.

Восторженная пауза затягивалась, перетекая в неловкую, а песчаный дракон не торопился что-либо исправлять.

— Кхм-кхм, — напомнила я о себе, осторожно выглядывая. — Эртирнар, вы мне не поможете?

С моим появлением на этой арене картина стала еще более неловкой. Брат моего «жениха» откровенно забавлялся за наш счет, пока воин пытался аккуратно сдвинуть с места статую имени Илоны. Получилось не с первой попытки.

— Мама, дорогой брат, — первый министр словно нарочно был проигнорирован песчаным драконом, — позвольте представить вам мою невесту. Леди Амелия Гаргат. И ее младшая сестра — леди Илона Гаргат.

— Чистокровная человечка, — резюмировала дракономама, невольно цыкнув языком. — Ни капли драконьей крови.

Ее изучающий взгляд прокатился по мне со скромностью булыжника.

— Приветствуем вас, леди, лорды, — проговорила я сдержанно и присела в подобии реверанса.

Подобие реверанса свекромонстра нисколько не устроило, но зато ее отчетливо порадовали манеры сестрицы. Глянув на нее еще разок, она вдруг ме-е-едленно перевела свой взгляд на прикинувшегося ветошью Эрмоса.

Ледяной дракон мигом помрачнел, я бы даже сказала — посерел и наверняка проникся ближайшими перспективами.

Теперь уже усмехалась я. Закон бумеранга демонстрировался прямо здесь и сейчас, и мне даже стыдно не было за свою улыбку.

— Чувствуйте себя как дома, — сладенько произнесла дракономама, но совсем не мне.

Илона была накрепко схвачена под руку. Причем вместе с Эрмосом. Что мы с Эртирнаром, что первый министр оказались временно забыты. И если меня такое отношение полностью устраивало, то глава гвардии Рейтара в спины впереди идущим смотрел с обидой.

Но все забылось, стоило нам после небольшой экскурсии по дому занять места за праздничным столом. Пусть и приглашена я была на обед, казалось, что впереди нас ждал званый ужин с оркестром и балом — так торжественно происходящее выглядело со стороны.

Тут и слуги были, и музыка негромко играла, и блюда сменялись одно за другим.

А я молчала. Максимально наслаждалась отсутствием внимания к моей персоне и роскошными блюдами, в то время как Илона смущалась, улыбалась и абсолютно не имела возможности нормально поесть. Ей приходилось отвечать на многочисленные вопросы и при этом успевать строить глазки бедняге Эрмосу.

К десерту — печенью с кремом и ягодами — мне его уже было даже жаль.

— А вы, лорд-министр? Как ваши успехи на любовном поприще? — внезапно обратился ледяной дракон к соседу по столу, который так же, как и мы, весь обед выступал исключительно наблюдателем, лишь изредка вставляя какие-нибудь незначительные реплики.

Как краснеют мужчины, я видела не впервые, но как это делают драконы, мне наблюдать еще не приходилось. Вместо того чтобы целиком покраснеть, первый министр вдруг покрылся розовыми пятнами, что по форме напоминали чешуйки.

— Я со всем уважением отношусь к вашей матушке и… — Освободив кресло, поднявшись на ноги, глава гвардии Рейтара обмакнул белым накрахмаленным платочком взмокший лоб. — Хотел бы просить у вас ее руки.

Впервые за этот праздничный обед в нарядной столовой воцарилась тишина. Первым, как ни странно, отмер Эртирнар:

— Я не дам вам свое согласие. Тело отца до сих пор не нашли.

— Дорогой! — возмутилась дракономама, глядя на своего сына непередаваемым взором.

— Я свое слово сказал.

— А твое слово в данном случае ничего и не значит, — встрял ледяной дракон.

— Эрмос, ты опять? — драконица искренне негодовала.

И вот я могла бы поставить целый мешок золота на то, что эти двое не подерутся, если бы он у меня был, но дилемму свекромонстр решила быстро и безболезненно. Она попросила обоих отпрысков помочь ей за пределами столовой, и, на удивление, это сработало. Оба брата покидали помещение с явным неудовольствием, но больше его словесно не демонстрировали.

На министра Эйзера лично мне было крайне неловко смотреть, однако не воспользоваться его растерянностью и несколько подавленным состоянием я просто не могла. Тем более что выслушивать восторги от Илоны мне совершенно не хотелось. А она, судя по сияющей мордашке, намеревалась осчастливить меня своими впечатлениями.

— Извините… — привлекла я чужое внимание. Растерянный мужчина все это время с надеждой поглядывал на дверь. — А это ведь вы встречали Его Светлейшество там, на пристани, когда мы сходили с корабля?

Посмотрев на меня мутным взглядом, министр будто силился вспомнить то, о чем я говорила, но на самом деле я несколько лукавила. Конкретно меня на пристань выносили, что абсолютно не мешало мне держать морду кирпичом.

— А ведь точно! Я вас помню! — обрадовалась Илона, как старому знакомому. — У вас тогда еще мундир был синенький, с золотыми пуговицами.

— А и правда, — доброжелательно улыбнулся мужчина. — Только вы шли сами, леди, а вы… Вас Его Светлейшество нес.

— Я всегда плохо переносила качку, — слегка смутилась я, но от темы не отошла: — Позвольте спросить: как вы тогда узнали о том, что мы причалим именно к той пристани?

— Узнал? — удивился министр Эйзер и вдруг вновь покрылся красными пятнами. — На самом деле эта информация досталась мне случайно, леди. Я находился здесь, когда пришло очередное письмо от лорда Грайверса.

Где-то за дверью что-то звякнуло и явно разбилось, но меня было не сбить с истинного пути. Это уже было даже не кое-что. Вцепившись в столешницу до побелевших костяшек на пальцах, я внимательно слушала чужие откровения, но имя рода неизвестного мне лорда не давало ровным счетом ничего. Заметив непонимание в моих глазах, старый дракон смутился еще больше и охотно пояснил:

— Ваш жених.

— Ах да! — воскликнула я, приняв восторженно-придурковатый вид, какой всегда отлично удавался Илоне. — У меня иногда бывают проблемы с памятью. И что же было в том письме?

— Да ничего особенного. Лорд Эртирнар просил свою матушку не волноваться и сообщал, что уже на обратном пути в наши земли. От него мы и узнали, когда примерно его ждать и что корабль причалит к личной пристани Его Светлейшества. Лорд Эрмос еще пошутил, что регент везет контрабанду. А он вез вас, милые леди.

Встретив добрую улыбку мужчины, заскучавшая Илона зарделась, чем отвлекла моего собеседника. Свой последний вопрос я задать так и не успела: явились оба брата во главе со свекромонстром, но на самом деле ответ мне и не требовался.

Министр Эйзер уже назвал то письмо очередным, а значит, были и другие письма. И пусть они являлись магическими — я сама видела бумажных дракончиков, наверняка существовал способ перехватить их до того, как они попадут к получателю.

В то, что Эртирнар предал своего регента, я не верила. Этот дракон был слишком предан Рейтару и Арскилю. Настолько, что заделался переговорщиком в наших отношениях, где мне то и дело подготавливали перину на роль любовницы.

Нет. Скорее его письма домой перехватывали, а значит, заговорщики могли отследить весь путь чешуйчатого войска. И вот мне песчаного дракона даже жалко не было. То, что ему надерут его уши, уже было понятно как дважды два. Я вообще была человеком понимающим и…

Немножечко злопамятным. А еще во мне вдруг взыграло злорадство. Закон бумеранга снова действовал безошибочно.

— Прошу простить моих сыновей. Иногда они вспоминают, как когда-то были детьми, и ведут себя соответствующе, — расплылась драконица в хитрой улыбке, усаживаясь обратно за стол с помощью мужчин.

Причем Эртирнар и Эрмос помогать матери решили не сговариваясь, а потому неизбежно столкнулись у нее за спиной и едва не испепелили друг друга взглядами.

— Министр Эйзер, Эртирнар хотел вам что-то сказать, — никак не унималась чешуйчатая родительница.

— Я дозволяю вам жениться на матушке, — проскрипел мой «жених» после тяжкого вздоха, усаживаясь на свое место.

Создавалось впечатление, что он наелся песка и теперь скрипит им на зубах. Ну а о лице его и говорить было нечего. Настолько кислой мины я у этого дракона еще не видела. Видимо, мама здесь действительно всем заправляла. И как же хорошо, что невестой я была только фиктивной.

Но это я. Илоне же нужна была именно такая свекровь, которая точно не даст ей спуску. При такой свекрови все ее капризы мигом забудутся! Ну или сестрица доведет дракономаму раньше, что тоже, в общем-то, неплохо, лишь бы подальше от меня.

— Ох, я так рад! Так счастлив! — воодушевился министр Эйзер, влюбленным взглядом поглаживая цветущую невесту. — Нашу свадьбу непременно запомнят!

— Поздравляем вас, но нам пора бы уже и честь знать, — поднялась я из-за стола, радостно улыбаясь, чем вынудила встать и песчаного дракона.

Оставаться в этом доме дольше необходимого не хотелось, да и не терпелось мне поведать Рейтару о новых деталях нашего расследования. А еще я скучала по Кирюше, находиться с которым бок о бок уже привыкла. В отдалении от него мне было неспокойно.

— Вам ведь наверняка нужно столько всего обсудить… — протянула я, имея в виду предстоящее торжество.

— Но мы еще обязательно придем! — добавила чересчур восторженно Илона и тоже поднялась, во все глаза уставившись на жертву обстоятельств, которой сидеть вроде как в присутствии поднявшихся дам было неприлично. — Конечно, если вы пригласите.

— О, обязательно пригласим, — многозначительно пообещала свекромонстр и незаметно пнула ледяного сына под столом.

Но это она думала, что незаметно. На самом деле это нехитрое действо услышали и почувствовали все. Просто скатерть в этот момент дернулась, бокалы и тарелки зазвенели, а мелированный лорд скривился. И скривился еще больше, когда услышал:

— Кто знает, может, нашу свадьбу запомнят еще и потому, что мы проведем сразу три бракосочетания. Ну или два… — Мой стан придирчиво осмотрели, будто уже прикидывали, как от меня можно быстро и безболезненно избавиться.

— Леди, позвольте вас проводить, — буквально выдавил из себя Эрмос, уже не будучи таким веселым.

Зато мне с каждой минутой становилось все веселее. Дракономама Эртирнара однозначно была не промах, потому что уже в следующую секунду сделала то, отчего откреститься не представлялось возможным.

Стоило только ледяному дракону предложить Илоне локоть да сделать шаг вперед, как драконица беззастенчиво наступила на край платья сестрицы. Когда девушка двинулась вперед, мы все услышали соответствующий треск ткани, а моментом позже увидели исподнее «Жемчужины Деройского пролива».

И если двое мужчин в этой комнате уже официально были заняты и имели невест, то третий в одночасье получил все шансы запятнать чужую честь и, собственно, жениться, потому что другого способа избавиться от позора у аристократии не наблюдалось.

А впрочем, я вполне могла бы простить Эрмоса за щедрое вознаграждение, как единственный здравомыслящий родственник старше возрастом, но…

Ну вот он же сам напросился! Идеальнее кандидата в мужья для Илоны я просто не видела. Лишь бы за зеркало не передрались, меряясь своей красотой.

— О Святая Мать! Лорд, после такого вы просто обязаны жениться на моей сестре! — патетично воскликнула я и по взгляду Эртирнара тут же осознала, что переиграла.

Но кого это волновало? Сила и хитрость этого дома были на моей стороне.

— Сынок, как ты мог? Бедная девочка! Что она теперь о нас подумает?!

Но и этого словно оказалось мало. Чтобы, так сказать, добить и без того обескураженного пациента, который экстренно пытался сродниться с новыми для него планами на будущее, Илона решила идти ва-банк.

Картинно приложив тыльную сторону ладони к собственному лбу, она сымитировала обморок. И главное, красиво так падала. С чувством.

И вот почему-то совсем не жаль, что ее никто не ловил.

Глава 12

Глава 12: Непослушница

— Ну что там? — нетерпеливо переминалась Илона с ноги на ногу, мельтеша в коридоре рядом со мной и двумя невозмутимыми охранниками.

Их наша наглость почему-то нисколько не трогала.

— Да подожди ты, — отмахнулась я от нее, пытаясь вслушаться в звуки за дверью, к которой приложила ухо. — Из-за твоего сопения вообще ничего не слышно.

— Потому что ты неправильно слушаешь. Вот, подставь.

Забрав с небольшого углового столика вазу, сестрица без зазрения совести открыла окно и выплеснула ее содержимое вместе с букетом наружу. Вытянутая стеклянная ваза под моим обескураженным взглядом была протянута мне. Воины же даже глаз не скосили в нашу сторону.

— Боюсь спросить, откуда взялись такие навыки, — проговорила я задумчиво, но орудие для подслушивания все же взяла и к двери его приложила.

Правда, слышимость лучше от этого не стала. Что-то мне подсказывало, что кое-кто наложил защитный полог в своем кабинете и снимать его нам на радость не собирался.

В чем мы, собственно, убедились почти тут же. Я едва успела отпрянуть от двери, как она распахнулась. Да с такой силой, что ударилась о стену. На красивых бежевых обоях осталась вмятина от дверной ручки.

— Лорд Грайверс! — окликнула я спешно удаляющегося мужчину.

Услышав мой голос, Эрмос резко обернулся. Мы с Илоной едва не влетели в живое препятствие, так быстро бежали за ним. Шаги его были широкими, четкими, отрывистыми и злыми.

— Ну что? Честь моей дорогой и горячо любимой сестрицы будет восстановлена? — спросила я с энтузиазмом, абсолютно убежденная в положительном ответе.

От Илоны Рейтар хотел избавиться еще во время нашего путешествия, и, если бы не я, не находилась бы она сейчас здесь и не имела бы возможности выйти замуж за достойного лорда, который являлся не каким-нибудь замшелым магом, а самым что ни на есть настоящим ледяным драконом.

— Боюсь, леди, что ничем не могу вас порадовать, — холодно ответил Эрмос. — Первый Лорд отказал мне в моей просьбе.

— Просьбе? — удивилась я. — Вы, наверное, неверно объяснили положение вещей. Я сейчас сама пойду и расскажу о том, что случилось с моей сестрой в вашем доме.

— Амелия, я донес до лорда информацию о том, что ваша сестра была скомпрометирована мною в моем же доме. Зная это, он мне отказал.

Я не поверила. Учитывая то, как не хотел сам ледяной дракон этого брака, я была убеждена, что он не раскрыл всей правды перед Рейтаром. Ну или Эрмоса неправильно поняли, что с чешуйчатым случалось и раньше.

Иногда он действительно был непонятливым. В отличие от меня.

— Вы — стойте здесь и ждите меня. А ты, — строго взглянула я на Илону, чьи губешки задрожали, как осины на ветру, а большие голубые глаза наполнились слезами. У девочки отобрали желанную игрушку. — Живо в свои покои. Чуть позже я к тебе зайду.

Шаг мой был стремительным. Не спрашивая разрешения войти, даже не стукнув для профилактики по деревянной створке, я ворвалась в уютный мирок пыльных талмудов, чернил и листов ураганом.

Меня было не остановить. Ну почти.

Увидев ползающего вокруг листочков Кирюшу, который увлеченно рисовал каракули, разбрызгивая чернила на ковер и себя, я умилилась и шаг смягчила, но не напор.

Рейтар, как и всегда, сидел за своим письменным столом, но на этот раз его кресло было повернуто к распахнутому окну.

— Почему ты отказал Эрмосу в его праве исправить свои прегрешения? Ты понимаешь, что, если кто-то узнает о случившемся, репутации Илоны придет конец? Я же не смогу спихнуть ее замуж!

— Она не выйдет замуж за старшего лорда Грайверса, — не глядя на меня, как-то сухо ответил Рейтар.

— Ну не хочешь за старшего, давай за младшего отдадим. Он, конечно, немного глуповат, а его поступки лично у меня не вызывают восторга, но, так уж и быть, я согласна. По-сестрински, так сказать, уступлю Эртирнара нуждающимся.

— И за Эртирнара она тоже не выйдет, — отчеканил дракон. — Она вообще не выйдет замуж.

— Думаешь, лучше до конца дней ее оставить ее в храме прислужницей? Нет, я, конечно, такой вариант, если признаться, тоже рассматривала, но… Давай пожалеем храмовников. Они же разбегутся со своих рабочих мест.

— Амелия, ты не поняла. Твоя сестра не останется в храме и не выйдет замуж. Я должен был сказать тебе это раньше, но надеялся, что смогу выйти из этой ситуации победителем. Однако других вариантов нет.

— Рейтар, вот конкретно сейчас ты меня пугаешь, — усмехнулась я, но крайне криво, левой пяткой ощущая надвигающуюся бурю похлеще моего урагана. — Давай так: ты разрешаешь Эрмосу жениться на Илоне, а я тебе рассказываю, откуда твои враги знают обо всех твоих перемещениях и при чем тут Эртирнар. Ну как тебе? По-моему, очень взаимовыгодный бартер.

— Амелия, я нашел свою искру. И эта искра, к сожалению, находится в твоей сестре.

Я оторопела. Глупо улыбнувшись, заняв свободное кресло недалеко от стола, еще несколько минут просто смотрела на Рейтара, предполагая, что вот сейчас он объявит, что все это дурацкая шутка.

А он молчал. Повернувшись, одаривал меня пустым разбитым взглядом чернильных глаз, терпеливо ожидая моей ответной реакции.

И она не заставила себя долго ждать. Когда первый шок пал, за ним пришло отрицание.

— Да нет, этого просто не может быть, — произнесла я размеренно, растягивая слова. — Ты же шутишь, правда? Даже если бы эта искра существовала на самом деле, сколько шансов на то, что ее вообще можно отыскать? А сколько шансов, что она находится именно в Илоне? Ты вообще уверен в этой информации? Может, она специально все придумала, чтобы…

— Амелия, твоя сестра не знает о том, что в ней находится необходимая мне искра. Больше того, мало кто вообще в курсе того, что у моей проблемы пусть и в теории, но все же имеется решение. И да, я полностью уверен в ее наличии у Илоны.

— Хорошо. Допустим, все это правда, — выставила я ладони вперед, пытаясь таким образом дистанцироваться. — Просто возьми и забери у нее эту искру.

— Все не так легко, как может показаться со стороны, — туманно ответил мужчина. — Для передачи пламени требуется провести определенный ритуал, которому я сейчас ищу замену. До тех пор замуж твою сестру я отпустить не могу.

Слушая Рейтара и постепенно осознавая услышанное, я искренне пыталась проявить понимание, но на этот раз понимающей быть ну никак не получалось. Просто потому, что он не зря делал акцент именно на невозможности брака. Об этом он упомянул уже дважды, а значит, это было важно. Важнее, чем казалось со стороны.

— И что это за ритуал такой? Ну тот, которому ты ищешь замену. Если замена все-таки не найдется, я должна знать, чего ожидать.

Дракон молчал. Прежде чем он все же нашелся с ответом, я уже знала, что он мне совершенно не понравится. Больше того, откуда-то из глубин моей души поднимался гнев, самая настоящая ярость. За ними как ни странно скрывались опустошение и ощущение глубокой беспомощности.

— В таком случае Илона все же выйдет замуж, — ответил он, тщательно выжимая из себя эти слова.

Глянув на играющего Кирюшу, у которого вся моська была в чернилах, я попыталась взять себя в руки.

— За кого? — спросила сухо, почти безразлично.

— За меня.

Стремительно освободив кресло, я больше не смотрела на мужчину. Сил на это у меня просто не осталось. Я знала: еще немного и слез сдержать я уже не смогу.

— Мой стилет, — потребовала я, протянув раскрытую ладонь.

— Амелия…

— Сейчас же отдайте мне мой родовой стилет.

Проигнорировать прямое требование Рейтар уже не мог. Открыв один из ящиков своего стола, достал оружие и осторожно вложил холодный металл мне в руку.

Видеть этого дракона я больше не хотела. А еще не желала, чтобы он узрел мои слезы, что вот-вот намеревались проступить. Я сдерживала их с огромным трудом, пока покидала его кабинет, без оглядки неслась по коридорам и лестницам и фактически выбегала в сад.

Хватило меня до первого дерева.

Слезы струились по щекам, обжигая их. Закрыв рот ладонью, я самым натуральным образом взвыла. Сама не понимала, чего во мне было больше: боли или злости, но сейчас это даже не имело значения.

Как давно он знал, что в Илоне спряталась его искра? Как давно водил меня за нос, то притягивая к себе, то отталкивая — словами, действиями.

Все это время я до сих пор не послала его лишь потому, что, как и сам Рейтар, не воспринимала этот отбор всерьез. Да я вообще не верила в то, что эта искра существует — даже в этом мире эта история казалась мне слишком сказочной, выдуманной, но теперь все изменилось.

Держаться больше не осталось сил. Даже ради Кирюши я была не готова оставаться здесь и дальше.

В качестве кого я должна была остаться? Любовницы? Запасного аэродрома? Развлечения?

У меня была гордость, и сейчас эта гордость говорила, что нам с Илоной пора уходить и решать свои проблемы. Рейтар с его Королевством Пылающих мог катиться ко всем чертям.

Обратно во дворец, в крыло невест, я вернулась лишь через несколько часов. Потеряв счет времени, сидела на качелях до самого заката, пока алая полоска не скрылась за горизонтом, уступая место темной звездной ночи.

Слышала, как меня искали. Прочесывая сад, бравое войско под предводительством министра Эйзера и Эртирнара обшуршало все кусты, но никто из них так и не заглянул в закуток за мощным многовековым стволом дерева. Именно там я и сидела на качелях в окружении крупных расцветших розовых бутонов, что благоухали, вероятно перебивая драконам естественный аромат моего тела.

Слегка покачиваясь, еле отталкивалась ногой от земли, таким образом постепенно успокаиваясь.

Пустых мыслей больше не было. Сверля живую изгородь невидящим взором, я в уме составляла план нашего с Илоной сегодняшнего побега. Откладывать и дальше наше нашествие в храм казалось просто бессмысленным. Эту ношу я должна была с себя снять, обезопасив собственную жизнь, а дальше…

Дальше собиралась что-нибудь придумать, действуя по обстоятельствам. Проблемы лучше всего всегда решались по мере поступления. Так они хотя бы хоть как-то были систематизированы. А еще я всегда была сильна в импровизации.

Рейтар искал меня сам. Слышала его сильный голос где-то вдалеке. Он отдавал кому-то отрывистые приказы, но выходить даже не подумала. Шанс на то, что я откажусь от своей идеи, выслушав его доводы и поверив его обещаниям, все-таки имелся, а потому рисковать не хотелось.

Хотелось другого — оказаться как можно дальше отсюда, но для начала мне предстояло совершить невероятное.

Украсть у дракона одну из его невест.

В крыло невест возвращалась не торопясь, стараясь ничем не привлекать к себе чужое внимание, но эта миссия изначально являлась невыполнимой. На меня смотрели, меня замечали, одаривали шепотками как слуги, так и гвардейцы. И даже некоторые невесты, коих мне посчастливилось встретить в коридорах.

Изначально я намеревалась сразу же отправиться в покои Илоны, чтобы уже там объяснить все сестрице и начать действовать, но, осознав масштабы собственных поисков, так подставляться передумала.

Было ясно как дважды два, что о моем возвращении сейчас же доложат Рейтару, а значит, вскоре в моих покоях ожидались гости.

Как ни странно, я оказалась права.

Стоило мне только войти в выделенную мне спальню и прикинуть, нужно ли взять с собой что-то отсюда, как в дверь требовательно постучали. И вот я бы могла не открывать. Имела полное право на обиды и одиночество, но стоило решить вопросы сейчас, чтобы иметь возможность спокойно уйти.

Однако за дверью оказался совсем не Первый Лорд этого королевства. Там нашелся Эртирнар.

— Леди Амелия, где вы были?! — спросил он требовательно, попытавшись войти в мои покои, но сделать это я ему не дала.

Злилась и на него в том числе, так что без зазрения совести вытолкнула мужчину обратно в коридор, уперевшись ладонями в его грудь. Правда, помогло это мало. Судя по взгляду, злилась сейчас не только я.

— Где вы были? Отвечайте немедленно!

— Кажется, вы кое-что перепутали, дорогой жених. Я не обязана перед вами отчитываться, — спокойно ответила я, сложив руки на груди для придания весомости своим словам.

— В таком случае я приказываю вам оставаться в ваших покоях до возвращения Его Светлейшества, — отчеканил он зло.

— Еще что-то?

Оглядев меня с ног до головы придирчивым многообещающим взглядом, он вдруг резко шагнул ко мне, но нисколько не напугал. Я даже не шелохнулась, выслушивая его яростный шепот:

— Я не знаю, что вы наговорили Его Светлейшеству про меня, но с рук вам это не сойдет. Судя по всему, вам недолго осталось находиться под покровительством Первого Лорда, и вот тогда вы, Амелия, полностью окажетесь в моей власти.

— Вы мне угрожаете? — усмехнулась я, действительно ощутив порыв веселья.

Да это же просто смешно!

— Ставлю перед фактом, — приблизился он еще сильнее, почти касаясь моего лица в бессмысленной попытке запугать. — Ты моя невеста, не забывай об этом.

Дверь перед его носом я закрыла со всего размаху. Кроме приглушенного вопля, кажется, я расслышала даже хруст чьего-то носа, но совестно мне не было совершенно. Уж кто-кто, а Эртирнар угрожать мне точно не имел никакого права. Да, я была всего лишь человеком. Да, фактически — его невестой и собственностью, но…

Этот песчаный дракон слишком сильно зарвался, перепутав выдумку и реальность. Меня никто не смел неволить. Никто не смел претендовать на мою свободу. Пусть в последние дни я проявила слабость, пусть дала волю чувствам, но это нисколько не говорило о том, что кому-то можно было залезть мне на шею.

Нет-нет, это место уже прочно занимала Илона. Временно.

Побродив по комнате некоторое время, я так и не дождалась тишины в коридоре, а потому решила потратить время с пользой. Приняв ванну, высушила и заплела волосы да переоделась в свежее удобное платье и мягкие тапочки. В руки из шкафа ко мне перекочевал темный плащ, и на этом свои сборы я решила закончить.

Во-первых, бежать налегке было гораздо удобнее, а во-вторых, ничего от Рейтара мне было не нужно. Знала, что не пропаду и сама разберусь со своими проблемами, так что даже фруктов в узелок не собрала. При мне был родовой стилет, и этого хватало.

Прильнув к двери, прежде чем выйти, я несколько минут с закрытыми глазами прислушивалась к тишине. Отбой был дан уже давно, но девушки нет-нет да и бродили в гости друг к другу. Их поведение напомнило мне детский лагерь, а мейстериса Ортлинай — строгую вожатую, которую никто не любил.

Лучше бы Рейтар нашел другую няню для Кирюши.

Поднимаясь по лестнице в башню, я все думала о том, что оставляю малыша среди этих интриг и тайн, властолюбивых идиотов и тех, кто ни перед чем не остановится, лишь бы получить кусок пожирнее. Если бы могла, я бы с удовольствием забрала его с собой, но такого подарка судьба мне не предоставила.

Удручало, что я не имела на мальчишку никаких прав, но и выкрасть его казалось несусветной глупостью.

Вот куда я его потащу? То-то и оно, что мне самой для начала стоило разобраться со своими проблемами и лишь затем думать о детях. Так говорил мне разум, а сердце…

Сердце предлагало забрать Арскиля себе.

— Я к сестре, — повторяла я тихо для воинов, что стояли на страже в крыле невест.

Их количество снова увеличилось в связи с двумя новыми смертями сразу, но толку от этого было мало. В этом дворце имелся тот, кто творил что хотел, отбирая чужие жизни так легко и играючи.

Лично я была уверена только в одном: в нем текла кровь рода Нейрерван, но это уже были не мои проблемы. Со своими проблемами Рейтару предстояло разбираться самому.

В комнату к Илоне я вошла без стука, тихо приоткрыв дверь, но девушка меня услышала. Вздрогнула и медленно обернулась, а после протяжно с облегчением выдохнула. При моем появлении она стояла у зеркала и расчесывала длинные жемчужные локоны, вероятно готовясь ко сну.

— Я уже думала, что ты не придешь, — недовольно окинула она меня взглядом, задержав взор на моем животе.

Именно там под мягким корсетом прятался плащ, ибо засунуть мне его больше было некуда. Позади на спине, за шнуровкой в складках платья скрывался родовой кинжал.

— Это не то, что ты подумала, — рассмеялась я, отметив трудоемкий мыслительный процесс, что даже заставил сестрицу нахмуриться.

Видимо, два и два в ее голове никак не складывались в пять.

— Так что там с моим замужеством? Я надеюсь, ты сделала так, чтобы старший лорд Грайверс женился на мне?

— К сожалению, это не в моей компетенции, — ответила я, а осознав, что Илона меня не поняла, сказала проще: — Не в моих силах повлиять на Первого Лорда, но сейчас для нас с тобой это и неважно. Одевайся.

— В каком это смысле? Мы куда-то идем? Эрмос позвал меня на свидание в сад? — восторг в голосе девушки рос в геометрической прогрессии вместе с ее запросами.

— Почти. Он будет ждать нас в другом месте. Кажется, он хочет тайно жениться на тебе, — соврала я, но сейчас у нас просто не оставалось времени на препирательства.

Мне нужно было, чтобы Илона добровольно сотрудничала со мной и помогала мне.

— Есть идеи, как нам незаметно выбраться из дворца?

— Есть! — воскликнула она радостно и громко, едва не подпрыгнув до потолка. Мне даже пришлось на нее шикнуть, чтобы успокоить. — Но сначала мне нужно платье!

Полчаса. Мы потратили лишние полчаса, пока я со всей возможной искренностью убеждала девушку, что и предыдущее платье было просто великолепным. Слава Святой Матери, наряды закончились раньше моего терпения, а иначе бы бежала сестрица в чем мать родила. Впрочем, реальность недалеко ушла от этого варианта.

Мне было неведомо, где Илона раздобыла почти прозрачные многослойные тряпочки, называющиеся платьем, но именно этот наряд она выбрала, сверху скрыв непотребство плащом.

Если бы мы действительно собирались бежать к Эрмосу, мужика мне было бы искренне жаль, потому что после такого женятся однозначно. Собственно, на то, наверное, и был расчет.

— И? Что за идея посетила твою светлую голову? — торопила я девушку, вслушиваясь в происходящее за дверью.

Как ни странно, за последние полчаса тишина превратилась в набор шорохов и других звуков, включая чужие, в основном мужские голоса. Так рано меня искать однозначно не должны были. Тем более что свое местоположение я специально ни от кого не скрывала, так что происходящее в коридорах меня несколько напрягало.

Учитывая, что через эти самые коридоры нам еще предстояло сбежать.

— Сюда, — произнесла, судя по голосу, довольная чем-то Илона.

То, как отъезжала каменная кладка, я сначала услышала, а уже потом увидела. Погасив огонь, что занимался в камине, водой из вазы с цветами, девушка первая залезла в открывший проход. Для этого ей пришлось как следует согнуться.

— Тайный ход? — уточнила я с подозрением, закрывая за собой своеобразную створку.

Наш побег я представляла себе несколько иначе. В моих мыслях мне приходилось пробиваться с боем, попутно приводя в негодность часть дворца.

— И не один. В этом дворце их очень много, но большинство так легко не открываются, — с непонятным восторгом подтвердила сестрица.

Видеть в темноте ее лицо я не могла, но хорошо ощущала ее нетерпение. Чиркнув чем-то, Илона поочередно зажгла три огарка, что были вставлены в настольный канделябр, поднятый прямо с каменного пола. Судя по всему, из своей комнаты она сбегала очень часто, и вскоре я смогла увидеть куда.

Миновав три пыльных коридора и два узких лестничных пролета, Илона постучала в определенной комбинации по абсолютно монолитной стене. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем каменная кладка отъехала в сторону, а я основательно поседела.

Где-то из темноты слышался неясный скрежет, будто кто-то когтями скреб по стене.

— Леди? Вам что-то требуется? Сейчас не лучшее время… — взволнованно проговорила служанка и лишь затем увидела меня.

Испугавшись, скрыться и запереться она попыталась тут же, но моя вовремя вставленная в щель нога не позволила ей это сделать. Дернув створку на себя, я выбралась в полумрак теплой кухни, где в этот час было тихо, чисто и пустынно.

Илона вышла вслед за мной, остервенело сдирая с волос одеяло из паутины.

— Нам нужно сейчас же выбраться из дворца, Астека, — требовательно заявила сестрица, доставая из своего корсета темно-синий бархатный мешочек.

Сунуть в него свой нос мне хотелось очень даже, но этого не потребовалось. Шнурки были завязаны неплотно, а потому, когда Илона бросила мешочек девице, несколько белых чешуек выпали из него, приземлившись на каменный пол.

Чешуйки служанка подобрала тут же, чтобы спрятать весь мешочек в кармане светлого фартука, но соглашаться не торопилась:

— Не могу, миледи. Сегодня ну никак не могу. Весь дворец стоит на ушах.

— А что случилось во дворце? — уточнила я, но голос мой потонул в звоне посуды.

С крючка прямо на пол свалился пустой казан, по дороге захватив с собой половник. Грохот стоял феноменальный. Можно было сразу прийти к Рейтару и оповестить его о том, что мы сбегаем, и, как ни странно, подобная возможность нам тут же представилась.

На скрипучей лестнице, что вела на кухню, послышались спешные шаги. У нас было лишь мгновение на то, чтобы что-то придумать. Вернуться в тайный ход через кладовку мы уже не успевали, а потому пришлось импровизировать.

К тому моменту, как в этом помещении появился четвертый, мы уже сидели за низким столом и вовсю пили чай. Волосы наши были спрятаны за косынками, поверх платьев, скрывая их, легли шаль и вымазанная в саже тряпица.

Поднимать взгляд на вошедшего я Илоне строго-настрого запретила, но она все равно посмотрела на гвардейца. Впрочем, молодой воин на нее обратил внимание не больше, чем на мешок с картошкой. Тем более что нас собой частично загородила служанка.

— Что-то случилось, Вейл? — обеспокоенно спросила она.

— Да ничего нового, Астека. Мальчишку ищем, — попытался воин заглянуть ей за спину. — Ты его здесь…

— Нет, не видела. Но если появится, я тут же тебе доложу.

— А это кто с тобой? — все-таки отодвинул он ее в сторону.

— Так подружки мои в гости зашли. Но они уже уходят. И ты давай иди.

Пока служанка настойчиво выпроваживала гвардейца, с меня семь потов сошло. По кухне я металась, полностью игнорируя Илону. Стоило девушке вернуться, как я схватила ее за плечи:

— Мальчишка, о котором говорил воин, это племянник Его Светлейшества? Отвечай немедленно, это Арскиль пропал?!

— Да ты сейчас всю душу из нее вытрясешь! — оторвала меня от служанки сестрица. — Скорее уходим, пока они все заняты и нас не хватились.

— Да-да, сейчас для вас лучшее время, чтобы остаться незамеченными. Мой брат выпустит вас за ворота. Только сумку ему с едой передайте.

Тяжеленный мешок мне всучили очень настойчиво. С трудом удержав его, я еще сопротивлялась некоторое время, пытаясь объяснить этим упертым дамам, что сбегать вот прямо сейчас передумала, но в темную ночь из теплой кухни меня просто по-свойски выпихнули.

К дальним воротам для слуг, что скрывались за объемными кронами деревьев, Илона меня на себе фактически дотащила, но ступить на узкую дорожку, освещенную луной, я ей не позволила. Дернула в кусты раньше, чем она влетела прямиком в объятия гвардейцев.

Здесь они тоже, судя по всему, пытались найти Кирюшу. И вот куда мог запропаститься этот вредный дракошка? Думать о плохом не хотелось — мысли сами скатывались в ту степь, а я все еще могла вернуться обратно.

Могла и хотела. Вся решимость схлынула, как свежая краска под дождем. Мои проблемы казались теперь далекими в отличие от того, что происходило здесь и сейчас. Где-то там, в застенках дворца, все искали наследника, и я искренне желала к ним присоединиться.

Но сделать это, по-видимому, мне было не суждено. Отвлекшись на гвардейцев, что тоже нас успели заметить по шуршанию, мы с Илоной медленно отступали все дальше — все глубже в кусты, пока в конце концов не достигли ограждения.

— Здесь есть проход! Скорее! — шипела «Жемчужина Деройского пролива», совершенно не аристократично просачиваясь в узкую щель между двумя столбами.

Каменная кладка меж ними была фактически вырвана.

— Илона! — приглушенно окликнула я девушку. — Илона, чтоб тебя!

Темные тени гвардейцев почти дышали нам в затылок. Я отчетливо слышала хруст веток под их сапогами, а сестрица и не думала отзываться, пока меня раздирало на части от двух противоречивых желаний.

Но выбор мне все-таки сделать пришлось.

Кое-как протиснувшись между двух каменных столбов, я выбралась за пределы дворца и не сразу заметила Илону. Девушка пряталась дальше по улице, за углом двухэтажного дома, и свет на нее не падал совершенно.

— Сюда! — махала она мне, призывая.

А стоило мне добежать до нее, с трудом придерживая сумку, которую уже давно нужно было выбросить, как в том месте, откуда я только что вылезла, появились незваные гости.

— Стоять! — приказали мне басом вдогонку.

— Бежим! — запаниковала Илона, а я еще раз убедилась в том, что драконья кровь дает ей особые преимущества.

Если бы понадобилось, она бы меня и на руках отнесла! И волоком через все королевство протащила навстречу своей судьбе!

Только никакой Эрмос нигде в тайном месте нас не ждал. Увы, но вскоре сестрице об этом предстояло узнать. Узнать и в очередной раз разочароваться, потому что реальная жизнь нисколько не была похожа на прочитанные ею любовные романы.

— В другую сторону! — дернула я ее за руку, заприметив макушку ближайшего храма.

Храм нам нужен был любой — в условиях не было обозначено конкретное место, так что нам подходило первое попавшееся святилище.

Судя по яркому пламени, что горело в чашах по бокам от аркообразного высокого входа, по пустынным улицам мы прибежали к храму Дома Огня.

Желтокаменное здание казалось величественным, монументальным. Башню храма украшал огромный колокол. Окна-бойницы на верхних этажах имели витражные вставки, а идущие в обе стороны стены венчали острые пики. Именно эти стены разделяли Королевство Пылающих на три круга.

— Эрмос ждет нас в храме? Лорд Грайверс все же что-то придумал? — с надеждой спросила Илона, заглядывая мне в глаза, пока я в нерешительности стояла на подъездной дорожке, выложенной светлой брусчаткой.

Мое промедление было вполне обоснованным. В этом храм мне предстояло вот-вот войти, но насчет свободно выйти имелись серьезные проблемы. Только оттягивать и дальше не имело смысла. Наш договор со Святой Матерью почти истек.

— Эрмоса нет в храме, — призналась я честно, но руку девушки из собственных пальцев не выпустила. Знала, что сказать ей, чтобы она побежала к храмовникам впереди меня. — Рейтар не разрешил мне выдать тебя замуж, потому что не исключает, что женится на тебе сам.

— Но… Как же ты? Я думала, что вы… — растерянность в голосе Илоны тесно смешалась с удивлением.

— А что я? — горько усмехнулась я, только в этот момент осознав, что сестрица все это время дурой просто отлично притворялась, а сама прекрасно все видела. — Я невеста Эртирнара, если помнишь. Пойдем, пора нам избавить тебя от драконьей крови, а после вернешься во дворец. Там тебе самое место.

— А ты?

— А я отправлюсь дальше, — пожала я плечами, за этим жестом скрывая ложь. — Всегда хотела узнать, что находится на землях за Королевством Пылающих.

— Ну и правильно, — вдруг согласилась она, хотя и могла промолчать для приличия. — Ты ему все равно не подходила. Такие, как он, всегда выбирают таких, как я.

Храм Дома Огня, как и другие, был открыт для страждущих в любое время суток, но вопреки моим желаниям нас здесь особо не ждали. Первый зал, под завязку наполненный огненными чашами, был мрачен и пуст. Аркообразный проход в стене напротив входа не освещался.

— Доброй ночи! — громко воскликнула я, высматривая служителей по углам. — Есть тут кто? Моей сестре нужна ваша помощь.

— Какая помощь ей нужна, дитя мое?

Я чуть с сердечным приступом за руку не поздоровалась! Мягкий, проникновенный мужской голос раздался у меня за спиной настолько неожиданно, что я едва с душой своей не попрощалась. А все потому, что храмовник в светло-серой хламиде с натянутым по самый подбородок капюшоном подкрался к нам абсолютно незаметно.

Даже Илона его не увидела до тех пор, пока он не заговорил, а теперь то и дело покрывалась белыми чешуйками — то ли от пережитого страха, то ли от волнения.

— В ней течет капля драконьей крови, — произнесла я, выше подтягивая мешок, что сползал с моих рук.

Еду для брата служанки, что охранял ворота, мы так и не передали, но совестливо мне почему-то не было. Наоборот, глядя на тощего храмовника, я даже успела порадоваться, что хоть поем перед вынужденной диетой.

— Ни слова больше, — пафосно проговорил служитель Дома Огня. — Мы избавим это светлое дитя от беспокоящего ее недуга.

Недуг саму Илону не так чтобы и беспокоил в последнее время. Пойдя по стопам своего опекуна, она превратила его в собственную валюту, расплачиваться которой могла бесконечно до тех пор, пока чешуйки появлялись на ее теле.

Но правда в том, что безобидным огонь, охватывающий ее время от времени, совершенно не был. Избавиться от него требовалось до того, как он поглотит тело девушки, сжигая ее до состояния пепла.

Храмовник оказался максимально расторопным. Я искренне переживала, что нам придется ждать до утра, пока проснется кто-то более высокопоставленный, чтобы провести ритуал, но, видимо, такие, как мы, сюда действительно приходили часто.

Проводив нас в соседний зал, мужчина запретил мне проходить дальше порога. Замерев под аркой, я отстраненно наблюдала за тем, как Илону готовили к обряду у каменного алтаря. Для начала ей пришлось натянуть на себя белую бесформенную хламиду, которая скрыла бессовестный наряд девушки до того, как храмовники попадали в обморок.

Не знаю, как в этом мире, а в нашем за такое нас бы уже сожгли на костре и без всякого средневековья.

Дождавшись, пока подопытная оправит ткань, служитель помог ей взгромоздиться на алтарь. На каменной, наверняка холодной плите полагалось лежать во время проведения ритуала, и вот ровно до этого мгновения меня совершенно ничто не напрягало.

Однако стоило храмовникам стянуть с каменной статуи черную ткань, как я ощутила тот самый холодок, что прошелся по спине и скрылся ниже. Статуя имела вытянутую форму когтистой драконьей лапы, но почему-то вместо пяти когтей наличествовали семь. При этом каждый коготь сиял своим особенным светом, напоминая лавовую лампу.

Первый напоминал пламя — желто-оранжево-красное. Второй имел цвет морской волны — сине-зеленый. Третий был прозрачно-голубым, а четвертый блестел алмазными вкраплениями на фоне светлого песка. Пятый тоже был голубым, но едва-едва, больше переходя в светло-серый. Последние издалека казались изумрудным и серо-коричневым с черными прожилками.

И вот я никак не могла объяснить свои ощущения. Происходящее мне не то чтобы не нравилось, но эти когти заставляли напрягаться. Впрочем, моя чуйка могла относиться и не к ним.

В тот самый миг, когда служители нараспев начали читать малопонятную абракадабру, мешок в моих руках неожиданно зашевелился. Крышка стукнула о кастрюльку, кто-то приглушенно чихнул, а я немедленно запустила руку внутрь, чтобы на ощупь убедиться в том, что мои проблемы имели свойство только возрастать.

Ну вот хоть раз бы все решилось само собой!

— Ну и что мы тут забыли, морда ты бессовестная? — с тяжким вздохом воззрилась я на перемазанного в остатках чужого ужина дракошку.

Кирюша в ответ снова чихнул, чуть не подпалив мешок в моих руках, и умильно заглянул мне в глаза. Мол, ну вот что ты ругаешься? Ты же сама хотела меня себе забрать. Вот и забрала.

— Ага. Только дядю твоего взгляд такой не проймет. Ты как думаешь, он меня сначала осудит, а потом казнит или наоборот?

— Наоборот, — прозвучал ледяной голос Рейтара прямо у меня за спиной.

Ну что ж. Выйти из храма я больше не могла, так что бежать мне было некуда.

Глава 13

Глава 13: Снежная королева

Иногда в нашей жизни случается так, что в какой-то момент ты вдруг понимаешь, что все — черта уже пройдена. Граница, за которой больше ничто не имеет значение, каким-то неведомым образом оказалась у тебя за спиной, а вернуться назад возможности больше нет.

Да и не хочется, если говорить откровенно.

Медленно вытащив из складок платья под завязками родовой стилет, я крепко сжала его рукоятку, прижимая к бедру. Правой рукой придерживала мешок, из которого виновато выглядывал Кирюша.

— Что дальше? — спросила я, глядя обошедшему меня Рейтару прямо в глаза.

— Мой племянник, — потребовал он и тут же получил мешок вместе со всем его содержимым, включая кастрюлю.

Дракошка с таким предательством с моей стороны был категорически не согласен, так что место своей временной дислокации попытался покинуть. Но только попытался, ибо Первый Лорд быстро раскусил дезертира и поймал его за заднюю лапу. Собственно, это и стало причиной, почему Арскиль начал возмущенно плеваться огнем.

— Немедленно прекрати. — грозно требовал Рейтар, пытаясь приструнить извивающегося мальчишку.

За его спиной застыли бравые воины. Здесь присутствовали все, включая Эртирнара, чей взгляд сверлил меня насквозь, что абсолютно не помешало мне вмешаться в чужие семейные разборки:

— Не рычи на ребенка! — воскликнула я, попробовав перехватить дракошку, но лишь один взмах рукой, в которой я удерживала стилет, вдруг изменил все в этом просторном помещении.

Отвлекшись на самого невыносимого типа в моей жизни, я на время потеряла из виду то, что все это время происходило с Илоной. Служители Дома Огня затянули свою песню с новой силой, а сестрица внезапно взлетела над алтарем метра на два, зависнув ровно напротив когтей.

Но что самое странное, меня тоже оторвало от пола.

— Куда? — попробовал Рейтар схватить меня сначала за руку, а потом и за платье, но его пальцы застали лишь воздух.

А потом все происходящее совсем потеряло свой изначальный смысл. Вот не зря мне не понравилась эта странная статуя. Прямиком от Илоны к ней, а точнее, к огненному когтю потянулась тонкая, объятая пламенем струйка, но на этом не остановилась.

Впитываясь в коготь, она исчезала, пока с другими когтями творилось что-то загадочное. Их содержимое будто пришло в движение, а мгновением позже и вовсе вырвалось наружу, прицельно ударив по мне.

— Нет! — попыталась я откатиться в сторону прямо в воздухе.

Однако магию было не обмануть. Впрочем, я ошиблась. Достигнув меня, все семь лучей соединились на кончике родового стилета. Я честно пыталась избавиться от оружия, но оно будто приросло к моим пальцам.

— Амелия, что ты творишь?! — воскликнул Рейтар, который, видимо, тоже мало что понимал из происходящего.

— Я творю? — откровенно паниковала я, купаясь в море страха. — Да это ваша статуя взбесилась! Пусть ваши храмовники замолча-а-ат!

Но замолкать этим оголтелым в светло-серых хламидах было уже поздно. Тонкий металлический стилет в моих руках неожиданно начал расти. Я моргнула трижды, прежде чем на его месте оказался самый настоящий меч — тяжелый и громоздкий на вид, но его веса я вот вообще не чувствовала.

И своего не чувствовала. Даже не заметила, как ноги мои коснулись пола, хотя высота нисколько не изменилась. Глянув вниз, я увидела самые настоящие лапы, покрытые белыми чешуйками. Да что там лапы? Белыми чешуйками было покрыто все — вся я от передних лап-крыльев до кончика хвоста.

— У меня есть хвост, — прошептала я растерянно, осторожно переминаясь с лапы на лапу так, чтобы не наступить на него. — И крылья.

— И ты дракон, — с непонятными интонациями приглушенно резюмировал Рейтар.

Сам мужчина побледнел, заметно напрягся, а глаза его увеличились от удивления. Впрочем, его племянник от него тоже далеко не ушел. Пасть у Кирюши как открылась, так закрываться больше и не думала.

И вот дернул меня черт…

— Это все огурцы, — проговорила я для мальчишки, сама не веря, что несу этот бред в качестве оправдания. — Апчхи!

Стены храма сотряслись в тот же миг. Чихнув, выплюнув из себя целую снежную бурю, я вдруг отлетела с того места, где стояла, прямо в одну из колонн. Сам Рейтар вместе с воинами едва успел пригнуться. Меч просвистел над их головами в каких-то сантиметрах и, словно через сливочное масло, без труда прошел через другую колонну.

Многообещающий треск тут же привлек всеобщее внимание. Даже мне было страшно интересно, рухнет или нет.

Рухнула. И та колонна, через которую прошел мой меч, и та, в которую я врезалась. Ошарашенные храмовники составили компанию не менее ошарашенным воинам.

— С сестрой моей что? — пророкотала я громогласно и таки решила в ближайшее время перейти на шепот.

Исключительно на всякий случай!

— Она… спит, — неловко ответил один из служителей, скромно стягивая с себя капюшон.

— Снежная драконица, — завороженно рассматривали меня храмовники. — Единственная.

— Последняя, — исправил кто-то из толпы, а ко мне обратились десятки алчных взглядов.

Решительно сделав шаг назад в намеке на попытку побега — теперь-то меня магия этого храма наверняка не удержит, я все-таки наступила себе на хвост. И взвыла, мигом прижав пострадавшую конечность к себе.

— Зовите хранителя Дома Огня, — приказал тот самый тощий мужчина, что взялся проводить обряд для Илоны.

Именно у него я хотела поинтересоваться, как долго сестрица изволит спать после их вмешательства, но задать свой вопрос не успела.

— Амелия… — мягко позвал меня Рейтар. — Амелия, что ты чувствуешь?

Увидев взгляд Первого Лорда, регента при маленьком принце, я хорошо осознала, что ему мой ответ сейчас очень важен. Больше того, с затаенным ожиданием на меня смотрели все, будто к ним диковинка какая с небес на землю спустилась.

Почесав подбородок мечом, глянув на себя, словно в зеркало, в одну из золотых чаш, пламя в которой погасло, я попыталась понять, нравлюсь ли себе, но, честно говоря, реальность адекватно восприниматься отказывалась.

Часть меня понимала, что вот это трехметровое белоснежное нечто — теперь почему-то я, а другая часть уже оголтело орала и бежала в сторону ближайшего леса. Шок не то что не собирался проходить, он скорее только набирал обороты.

— Амелия… — снова осторожно позвал меня мужчина.

— Есть хочу, — неожиданно призналась я, почувствовав спазмы в пустом желудке, но вопросов насущных голод не отменял. — Ну и кто мне расскажет, почему я дракон? И это… Как все вернуть обратно?

Собственно, как все вернуть обратно, не знал никто из присутствующих. Пока радостный Кирюша скакал по мне, расположившейся прямо на полу, а занимала я почти треть первого зала с огненными чашами, сильные мира сего пытались понять, что же это такое сейчас случилось и что с этой красотой, то есть мною, делать дальше.

Перво-наперво, появившись в нашем кружке по интересам, самый главный хранитель Дома Огня запретил кому-либо покидать этот зал. Сделано это было с целью сохранить наш маленько-большой секрет в тайне до тех пор, пока они не решат, какую максимальную выгоду могут получить с моего невероятного превращения.

Это же надо было такому случиться! Простая, никчемная, неразумная, ничем не примечательная человечка стала драконом!

Стоит ли говорить, что служитель, решивший повыпендриваться, мигом превратился в сугроб с глазами. И вот мне даже стыдно не было. Голодно было, а стыдно нет.

Впрочем, на кормежке такой большой меня я вообще не настаивала. Мне уже скорее хотелось вернуться в свои нормальные размеры, где мой ноготь не способен оставлять борозды на мраморных плитах, но тут кушать захотел ребенок…

Когда нам приволокли три сырые волосатые тушки кого-то похожего на овец, морду моего лица наверняка перекосило, раз даже глазик задергался. На это непотребство мы с Кирюшей смотрели со всем возможным возмущением.

— Это что? Кулинарная игра «Приготовь сам»? — уточнила я у Рейтара, который на меня все чаще смотрел завороженно-плотоядно.

К нам он подошел с исключительной миссией — научить меня быть драконом.

— При первом превращении звериные инстинкты в драконах возобладают над человеческим разумом, поэтому…

— Я прошу прощения… — мягенько протянула я, но не без доли ехидства. — Мы с Арскилем сейчас похожи на неразумных зверей? Нет? Тогда можно нам еды, а не три туши для жертвоприношений? Они бы мне еще девственницу приволокли!

По покрасневшим лицам храмовников, что больше не прятали свои бесстыжие глаза, я как-то разом поняла, что и такой вариант у них в запасе имелся. И вот кто после этого никчемный и неразумный?

— Ваше Светлейшество, нам необходимо ненадолго удалиться, чтобы поискать информацию в Святилище, — обратился главный хранитель Дома Огня к своему повелителю. — Вы не могли бы…

— Я буду здесь столько, сколько потребуется, — ровно ответил Рейтар, встретившись со мной взглядом. — Мои воины встанут на охрану храма снаружи. В конце концов, мне тоже интересно, как такое возможно. И возможно ли повторить такое еще раз.

Мне было жаль его. Без великих объяснений для такой неразумной меня и так было ясно, что Первый Лорд хочет получить своего дракона, полагающегося ему рождением. Сейчас во мне он видел очередной шанс на то, что такое возможно, но что-то мне подсказывало, что мой феномен единственный в своем роде.

Пока эти светло-серые хламиды шептались, я тоже без дела не лежала. Думала, предполагала, как получилось то, что получилось. Они обсуждали, будто когтистая статуя чуть ли не веками вбирала в себя крошки магии, что доставались другим расам вместе с каплями драконьей крови.

Зачем вбирала? Почему? Для чего? Ответов на эти вопросы у храмовников не было. Они просто делали то, что делали другие служители до них, а те до них. При этом такие же статуи стояли во всех семи храмах в Королевстве Пылающих, и их судьба мужчинам пока была неизвестна.

И все же я считала, что мой случай уникален. Не только тем, что моя чешуя полностью белая — этот цвет всегда принадлежал только снежным драконам, а еще и тем, что во время ритуала был задействован родовой стилет рода Гаргат. Именно он стал проводником между мною и магией, что вырвалась из статуи. Именно он теперь представлял собой меч с крупной черной вязью по металлу.

— Да не налегай ты так на огурцы! — ругалась я, отбирая у Кирюши уже шестой по счету плод.

Зажаренное в печи мясо он ел постольку-поскольку, все больше алчно поглядывая в корзинку с овощами. Моя маленькая война забавляла Рейтара. Он то и дело усмехался, сидя рядом с нами прямо на полу, пока мелкие храмовники разбирали хаос из рухнувших колонн.

— Амелия, зачем ты выкрала Арскиля?

Этот вопрос я ожидала услышать меньше всего. Нет, где-то глубоко внутри я все же понимала, о чем подумал этот мужчина, когда пропали разом и его племянник, и я. Больше того, он лишь уверился в правильности своих мыслей, когда увидел нас вместе, но все же такие вопросы обижали.

Я себя всегда считала адекватной и никогда не пошла бы на подобное. Ну или пошла бы, но только в том случае, если бы Кирюше что-нибудь угрожало и спасти его могла только я.

— Рейтар, где ты был и с кем оставил племянника на этот раз? — ответила я вопросом на вопрос.

Недовольно поджав губы, мужчина промолчал, что лишний раз убедило меня в правильности моих мыслей.

— Твои слова насчет Эртирнара. Я проверял его, — признался он сквозь зубы.

— Ну и как? — усмехнулась я. — Ты ведь даже не знаешь, что именно должен был проверять.

— А это имеет значение в предательстве? — явно распалялся дракон.

Даже глаза его вновь обрели огонь, изменив свой цвет.

— Еще как. Детали, Рейтар, всегда очень важны детали. Например, Кирюша ко мне попал совершенно случайно. Прежде он пробрался на кухню, потому что, видимо, был голоден. А уже из кухни вместе с мешком со снедью он перекочевал в мои руки. И заметь, я до последнего не знала, что этот обжора сидит в кастрюльке.

Пока мы пристально смотрели на бессовестного чешуйчатого, малыш все больше краснел, а точнее розовел чешуей. В конце концов, сделав несчастные глаза, он попытался повлиять на нас своим умильным видом, но, потерпев поражение в этом нелегком деле, просто отвернулся от нас, подтащив к себе поближе корзинку с овощами.

И куда в него столько лезло? Впрочем, в меня уже вместилось в три раза больше, а голод я при этом все еще испытывала. И вот как теперь кормить такую тушку? Да я на один горшок работать всю жизнь буду! И кем? Ездовым драконом? А может, поля перепахивать?

— Эртирнар меня не предавал, — объяснил мужчина свое недовольство.

— А я такого и не говорила. Просто он не слишком умен, а ты — чересчур доверчив. Во время вашего путешествия его письма, адресованные матери, перехватывались столь же регулярно, сколь отправлялись.

— Письма? Кем они перехватывались? — Казалось, Рейтар весь целиком похолодел, превратившись в одну большую ледышку.

В невероятно злую ледышку.

— А вот это уже не мне выяснять. Но знаю точно, что военный министр о нашем прибытии узнал, став свидетелем как раз одного такого письма. Ты задавался вопросом, как твои враги узнают о твоих перемещениях. Я нашла ответ.

В следующую секунду стены храма сотряслись от злого, почти звериного рыка:

— Эртирнар!

Но вслед за ним раздался голос тихий, слабый и удивленный:

— А что здесь происходит? Где Амелия? — спросила появившаяся в аркообразном проеме Илона. На меня она смотрела с опаской, опираясь рукой о колонну. — Я слышала ее голос.

— Как ты себя чувствуешь, сестрица? — произнесла я шепотом, дабы ее не напугать.

Вид падающей в обморок Илоны в последнее время проносился перед моими глазами как-то уж слишком часто.

Но что примечательно, и на этот раз ее никто не поймал.

Храмовники вернулись к нам примерно через час. Злые, потрепанные, нервные. Казалось, что за пределами этого зала они не раз и не два передрались между собой, пытаясь отстоять свою точку зрения.

Правда, к одному мнению они так и не пришли, решив поделиться с нами своими предположениями. А ведь могли бы просто спросить.

— Какие новости, господа? — опередила я Рейтара, стоило светло-серым хламидам появиться в зале.

Лежать на полу я уже порядком устала. Дракошка, наевшись, пригрелся у меня под лапами и спал. Его не разбудил ни явившийся Эртирнар, разговор с которым у Рейтара проходил на повышенных тонах, ведь о том, что его воин пишет письма матери, он знать не знал и ведать не ведал. Ни пришедшая в себя Илона, чья истерика едва не довела меня до нервного тика, будто это я хотела вдруг в одночасье стать реликтовым драконом. Ни, собственно, храмовники.

— Мы нашли рисунок меча в старых записях прошлых хранителей, — отчитался хранитель Дома Огня, но не передо мной, а перед Рейтаром, к которому подошел. — Это оружие также изображено на нескольких сохранившихся портретах. Оно принадлежало последней принцессе Снежного Дома и было утрачено после ее исчезновения. Как у вас оказался этот меч?

Последний вопрос был обращен уже ко мне, но я стоически проигнорировала храмовника. И игнорировала еще с десяток минут, пока до одного конкретного дракона не дошло, чего это я.

— Амелия, я фактический правитель этого королевства, поэтому говорить с тобой в обход меня хранитель Дома Огня не может, — пояснил Рейтар, будто это что-то меняло.

— Уважение от статуса не зависит. Оно или есть, или его нет, — фыркнула я, совершенно случайно прибив чужие сапоги к полу небольшим сугробом.

Несколько снежинок вылетело из моей пасти, заставив эту самую пасть испуганно прикрыть лапами. Это что же, теперь так постоянно будет?

— Я не намеренно, — покаялась я перед храмовником, абсолютно не ощущая укола совести. — Что касается упомянутого вами меча, то раньше — до вашего магического вмешательства — он был родовым стилетом. В роду Гаргат его передавали от старшего ребенка к старшему.

— А еще в нашем роду существует предание, что мы потомки снежной драконицы! — вставила свои пять копеек Илона и тут же возмущенно добавила, едва не топнув ногой от злости: — Но почему она?! Вы что, не могли меня превратить? У меня же была капля драконьей крови!

— Вы совершенно верно заметили, милая леди, была. Капля огненной магии, несмотря на цвет чешуи. Случившееся — не наших рук дело, — спокойно ответил служитель.

— Что известно про этот меч? — спросил Рейтар, рассматривая оружие, что валялось на полу у моих лап, словно безделушка.

— Ничего, кроме того, что я уже озвучил. Свойства его неизвестны. Он считался оружием, и не более.

— А что с другими когтистыми статуями? — вспомнила я про остальные храмы.

— Они опустошены, как и наша, но другим хранителям пока неизвестна причина этого явления. Однако долго я скрывать от них ее не смогу. Служители королевства и без того находятся в панике от потрясения. Их состояние повлияет на душевное равновесие народа.

— Завтра, — скупо и загадочно ответил Рейтар, заставив меня напрячься.

Вот не понравилось мне то, как он искоса на меня посмотрел. Эти двое явно что-то недоговаривали, а если точнее, не произносили вслух.

— Что завтра? — спросили мы с Илоной одновременно.

Жемчужина Деройского пролива несколько поблекла, лишившись той самой капли крови. Нет, она была по-прежнему красива и привлекательна, но не настолько, чтобы на нее с обожанием смотрели все вокруг. Она словно потеряла лоск, блеск, невидимый шарм, что делал ее особенной.

— Тебе не о чем беспокоиться, Амелия, — попытался съехать Первый Лорд.

— Я это уже где-то слышала. Я с места не сдвинусь, пока мне не объяснят, какие у вас на меня планы. Как вы собираетесь исправлять это недоразумение?

— Никак, — вдруг ответил Рейтар. — Поговорим наедине?

Они не знали, что делать. Свободно выбравшись на улицу, едва не пробив головой часть стены над аркообразным проемом, я потирала ушибленный лоб, слушая хранителя Дома Огня и правителя Королевства Пылающих.

Как навсегда превратить меня обратно в человека, они мало того, что не ведали, так еще и не видели в моем новом состоянии никакой проблемы. Напротив, оба мужчины искренне считали, что мне невероятно повезло и своим новым преимуществом я должна научиться пользоваться.

— Я сам буду обучать тебя, — произнес Рейтар, предполагая, что я обрадуюсь такому исходу.

— А если я не хочу обучаться? Если я вообще не планирую оставаться в вашем гостеприимном королевстве? — злилась я, все больше распаляясь.

Несколько сугробов уже заняли площадь перед храмом и теперь медленно подтаивали.

— Амелия, не глупи. Необученный дракон — легкая добыча для браконьеров. Ты ведь уже бывала на рынке рабов. Неужели тебе хочется попасть туда еще раз? Охотники на драконов живут не только в той деревне.

— Допус-с-сти-и-им, — прошипела я, отбирая свой хвост у Кирюши.

Дракошка, проснувшись, решил, что на мне неплохо было бы покататься. И раз уж на руки, а точнее, в лапы я его не брала, то хвост мой тоже был совсем неплох.

Воткнув меч прямо в камень, которым была облицована площадь перед храмом, я откровенно поинтересовалась:

— Но вам-то с этого какой резон? Обучившись, я все равно уйду, дайте только понять, как в человека обратно превращаться.

— Уйдешь, — согласился Рейтар, но за одним этим словом четко ощущалось какое-то но. — Если к тому времени еще не выйдешь замуж. Амелия, ты единственная снежная драконица, последняя в своем роду. Как ты думаешь, что попытаются сделать семьи Великих Основателей, когда узнают, что у них есть реальный шанс законно возвыситься за счет «какой-то там человечки», которой «просто повезло»? Реальный шанс подвинуть меня с трона.

Осознав масштабы предстоящих проблем, я, честно говоря, впечатлилась. Это для Рейтара храмовники устроили отбор, пытаясь захомутать его законным способом и хитростью, а для меня никто конкурсы делать не будет.

Потому что некому за меня постоять. Кто первый по голове дубиной вдарит да в пещеру оттащит, тот и женится. Аристократия хвостатая, чтоб их два раза об колено.

— Святая Мать! А, Святая Мать! Ты ничего мне сказать не хочешь? — пророкотала я, от злости на миг позабыв, что мне лучше разговаривать шепотом.

Это ведь из-за нее я вообще пошла в этот храм, будто мне других проблем мало было! И ведь вариантов-то мне никто не оставил. Не прийти сюда я просто не могла, а значит…

А значит, меня зачем-то основательно подставили и эти проблемы, приближающиеся ко мне со скоростью снежного кома, опять предстояло решать именно мне.

А кое-кто даже и не подумал отозваться!

— Замуж не выйду! — холодно припечатала я, пока меня, судя по взглядам, подозревали в психическом расстройстве на фоне стресса.

Я бы на них посмотрела, если бы они вдруг вместо своего привычного внешнего вида превратились, скажем, в лягушек. И ничегошеньки с этим сделать не смогли!

— К этой теме мы вернемся позже, — не стал соглашаться со мной вконец оборзевший Рейтар. — Сейчас нам необходимо придумать, как незаметно вернуть тебя во дворец.

— Серьезно? Незаметно? — усмехнулась я, демонстративно оглядывая себя. — Незаметно в моем случае однозначно не получится, но предлагаю обернуть это нам на пользу. Раз уж мое путешествие в долго и счастливо откладывается.

— Что ты имеешь в виду, Амелия?

— Пусть Эртирнар напишет письмо своей матери, в котором расскажет о единственной на свете снежной драконице. И обязательно пусть укажет, что это я. А еще — что вы немедленно решили жениться.

— На ком? — уточнил Первый Лорд сухо, строго, но глаза его зажглись янтарным блеском.

Хранитель Дома Огня все это время предпочитал в стороне отмалчиваться.

— А это пусть каждый придумает в меру своей распущенности. Пора нам поймать ваших недоброжелателей, да, Кирюша?

Дракошка в ответ с моего хвоста съехал, как с горки. Ну вот и как его одного оставить в этом серпентарии? Это милое огуречное чудовище все еще нужно было спасать.

Глава 14

Глава 14: Портал в никуда

— Точно не рано? — придирчиво уточнила я, вышагивая по широким улицам столицы.

Вышагивала я не одна, а в компании Рейтара и Кирюши. Последний как взобрался ко мне в лапы, так больше с них и не слазил. Нравилось ему, как я чешу острым когтем его откормленное пузико.

— Дольше ждать смысла просто нет, — ответил Рейтар, внимательно поглядывая по сторонам. — Нас и так уже замечают. Через час случайных зевак будет в десять раз больше.

И действительно, в этом он был прав. В предрассветных сумерках на улицах то и дело появлялись горожане, что посматривали на нашу компанию с любопытством. А все потому, что взрослым драконам на улицах городов в своем втором облике находиться было запрещено. Это правило могли нарушать только дети, чьи обороты являлись нестабильными.

Впрочем, угадать, кто перед ними, другие драконы все равно не могли. Что Рейтар, что Кирюша с ног до макушек были обернуты черными непроницаемыми плащами.

Мне же повезло меньше.

Плаща такого размера храмовники за столь короткий срок отыскать не смогли, а потому мне пришлось использовать в целях конспирации наскоро сшитые между собой темно-коричневые шторы. Прикрыта при этом у меня была каждая чешуйка. Только глаза Гюльчитай разрешили оставить открытыми.

Собственно, именно этими прекрасными глазами я без лишней скромности наблюдала за тем, как Илона покидает храм, уезжая в ночь на малоприметном экипаже. Ее Рейтар приказал своим людям доставить во дворец, несмотря на все уговоры девушки.

Она тоже хотела остаться и поучаствовать в ловле такого опасного и давно оборзевшего преступника. На правах невесты поучаствовать, о которых вдруг неожиданно вспомнила. На правах жениха Первый Лорд ее и отослал, пока сестрица злилась почему-то снова на меня.

Будто это я ей отказала!

— Как думаешь, письмо уже успели перехватить? — спросила я просто для того, чтобы не молчать.

После того, что я узнала про Илону и искру, в компании Первого Лорда я ощущала себя неловко, странно и неуютно. Да я попросту была обижена на него до глубины души, и отгородиться от этого состояния у меня никак не получалось. Стоило только вспомнить о его предательстве, как глаза резало от непролитых слез.

— Думаю, да. По крайней мере, мать Эртирнара письмо уже получила. Осторожно!

Мне приходилось время от времени низко наклоняться, чтобы не ударяться головой о ветки деревьев или множественные арочные проходы. Один такой встречал нас у ворот, что считались запасными, то есть черным входом на территории дворца.

Там, где спокойно проезжали экипажи, я проходила бочком и осторожно под настороженными и ничего не понимающими взглядами гвардии. Правителя-то своего они признали, стоило тому скинуть на мгновение капюшон, а вот я для них была девушкой-загадкой.

Ну, точнее, драконом-загадкой.

Стоило нам появиться на небольшой зеленой аллее, как от дворца стремительно отделилась тень. Нас один из воинов Рейтара настиг раньше, чем мы пересекли хотя бы половину дорожки. Взгляд его был мрачен, но самое главное, что этот дракон не являлся Эртирнаром.

Песчаный дракон несколькими часами ранее получил разрешение оправдаться в глазах Первого Лорда и был отправлен следить за тем, какой путь преодолеет письмо. Его отсутствие сейчас прямо говорило о том, что в своих догадках я не ошиблась.

Все весточки, отправленные Эртирнаром матери, действительно перехватывались, чему дракон, видимо, нашел подтверждение.

Обретенный острый драконий слух позволил мне расслышать каждое произнесенное шепотом слово. Глава небольшого, но гордого войска ждал дальнейших распоряжений, а именно приказа схватить недруга.

Недруга, которым оказался его собственный брат.

— Эрмос? — удивилась я вслух, не сдержавшись. — Да не может этого быть!

— За привлекательной внешностью… — начал было Рейтар, но я его перебила, перейдя на шипение:

— Да при чем тут внешность? — Моему возмущению не было предела. — Мы же ищем кого-то, в ком течет кровь вашего рода. А как в ледяном драконе может течь огненная кровь?

— Никак, — вынужденно согласился регент королевства Пылающих после минутной заминки. — Вас с Арскилем разместят в одном из залов первого этажа. Постарайтесь до моего возвращения не попадаться никому на глаза и никого не заморозить.

— Ну уж нет! Мы здесь не останемся, — припечатала я, а дракошка воинственно кивнул в знак согласия.

— Амелия, пожалуйста… — произнес мужчина на выдохе, одним этим демонстрируя, насколько сильно устал за прошедшую ночь. А ночь ли? — Вам опасно идти со мной. Без вас я доберусь гораздо быстрее.

И вот я же все понимала. Рейтар был прав по обоим пунктам. Будь моя воля, и я оставила бы Кирюшу с кем-нибудь надежным, а сама отправилась бы следом, просто чтобы убедиться, что Первый Лорд не арестует невиновного и мы найдем настоящего кукловода, но…

Правда была в том, что никого надежного в этом дворце просто не имелось. Не на мейстерису же Кирюшу оставлять. Она первая его где-нибудь запрет исключительно в воспитательных целях.

— Мы отправимся вместе, — подвела я итоги собственного мыслительного процесса. — Без вариантов.

— Амелия, ты невыносима, — тяжко вздохнул дракон, что так и не обрел своего зверя.

Но уже был близок к этому, ибо во дворце в одной из спален его ждала Илона, которая открыто жаждала стать супругой нынешнего правителя.

И имела на это все шансы, к моему глубочайшему сожалению.

— На том и живем, — усмехнулась я, но весело мне не было совершенно.

С одной стороны, я должна была радоваться тому, что не только избавилась от договора со Святой Матерью, выполнив его, но и сумела покинуть храм Дома Огня, что для меня как для человека было бы проблематично, но…

Праздновать как-то оказалось нечего. Я все еще была в этом чертовом королевстве, все еще шла по просыпающимся улицам рядом с Рейтаром, скрытая от посторонних глаз какими-то сложными чарами, и все еще не хотела оставлять в этом серпентарии Кирюшу.

Внутренний голос как заведенный твердил, что я сделаю огромную ошибку, если уйду сейчас. Не умея перекидываться обратно в человека, не владея собой — мой хвост уже за эти несколько часов стал многострадальным, — я вполне имела все шансы попасть на невольничий рынок. Еще раз.

А Кирюшу могли украсть. Еще раз.

Но и оставаясь я хорошо понимала, что ничего оптимистичного меня не ждет. Та же чуйка говорила не делать глупостей, но при этом не давала третьего варианта.

Я могла или уйти, или остаться. Так считала я, но, оказывается, все же наличествовал и третий вариант. Просто мы с Рейтаром о нем еще не знали.

До особняка семейства Грайверс мы добрались минут через двадцать. К этому времени сонные улицы уже окончательно проснулись, немногочисленные лавки и магазины начали открываться, а добропорядочные семьи столицы никак не ожидали, что через их забор кто-то захочет перелезть.

Но мы захотели. Решив не тратить время понапрасну, я предложила идти напрямик, посчитав чужие заборы, клумбы и сады препятствиями незначительными. Но это для меня они таковыми являлись из-за моих размеров и отсутствия совести, а вот злого, недовольного моим присутствием Рейтара такой вариант не устраивал.

Наносить вред имуществу горожан он отказался напрочь. Особенно после того, как я попыталась на практике убедить его в нашей аккуратности и осторожности. Чей-то красивый кованый забор моего напора не пережил, прогнувшись под хвостатыми обстоятельствами.

Как-то не рассчитала я своих истинных размеров.

— Я все возмещу, — попыталась я сгладить содеянное, но регент этого королевства лишь рукой махнул зло.

Так махнул, что меня вместе с Кирюшей подняло в воздух. Испугавшись и одновременно обрадовавшись, что это меня таки настиг откат, я приготовилась превращаться обратно в человека, даже зажмурилась ненароком, но ничего ровным счетом не произошло.

Только мы с дракошкой плыли по воздуху, словно привязанные к раздраженному Рейтару и его сопровождению, следуя за ними против своей воли. Минут через пять, когда перестала злиться в ответ на чье-то самоуправство, я даже удовольствие от этого полета начала получать, но время для прогулки закончилось слишком быстро.

В суровую реальность, то есть на серо-розовую брусчатку недалеко от особняка, я словно слон в посудной лавке неловко шлепнулась всем своим немаленьким весом. Я шлепнулась. Спящий Арскиль же слевитировал прямо в руки своему дяде, сладко при этом причмокнув.

Между мною и Рейтаром великолепно ощущались эманации раздражения. Да что там раздражения? Мы взаимно злились друг на друга.

— Поаккуратнее никак нельзя было? — прошипела я, поднимаясь.

Вмятина подо мной осталась существенная. Это меня никто не видел толком, но последствия моего приземления вот так просто скрыть однозначно не получилось бы.

Собственно, и не получилось. Ближайшие кусты ругнулись очень знакомым голосом. Свет в магических фонарях на этой стороне дорожки уже не горел, но мы и без того отыскали среди фигурной зелени одного из хозяев великолепного особняка, что стоял недвижимо метрах в двадцати от нас.

Дракон в моем лице тоже попытался спрятаться в кустах, но сделать это оказалось проблематично. Даже растолкав своим хвостом всех воинов, я все равно частично выглядывала из густой растительности сверху и сбоку. Снять с меня чары невидимости Первый Лорд так и не решился, хотя я видела, что эта магия дается ему тяжело.

Мужчина с каждой минутой становился все бледнее, но превосходно делал вид, что с ним все нормально.

Я начала жалеть о своей настойчивости. Ведь мне ничего не стоило остаться во дворце вместе с Арскилем. Но жалость моя продлилась ровно до того момента, пока регент этого треклятого королевства не озвучил свой план. Пусть Илона раздражала меня сильнее, чем кто бы то ни было, а ее поведение было далеким от идеала, специально подвергать опасности и ставить ее под удар мне не хотелось.

Но Рейтар желал сам, своими глазами увидеть, как Эрмос перехватывает письмо, где будет сказано о том, что через несколько часов Первый Лорд пройдет через ритуал бракосочетания, дабы наконец обрести своего зверя. И зачем мы в таком случае перлись в такую даль?

— Вы понимаете, что мою сестру уже десять раз убьют за то время, пока мы вернемся обратно во дворец? Что, если старший лорд Грайверс все-таки тот самый убийца или его помощник, подельник? Отправить бумажного дракона занимает не так много времени, и… — распалялась я, пытаясь доказать, что идея откровенно дурацкая.

Но она была еще более дурацкой.

— Амелия, кто тебе сказал, что я говорю об Илоне? — На этот раз очередь криво усмехаться дошла и до Рейтара. — Тоури, пошлите за главным хранителем Дома Огня, пока Эртирнар напишет новое письмо.

— Что писать, Ваше Светлейшество?

Песчаный дракон был зол не меньше своего повелителя. В отличие от меня, он ни на секунду не сомневался в причастности собственного брата к убийствам девушек и даже пропаже Кирюши. Отношения между родственниками явно были давно натянутыми, но теперь это противостояние могло привести к непоправимому.

Впрочем, беспокоиться сейчас мне следовало о себе. Продолжая наше вранье, Рейтар приказал Эртирнару написать в письме для матери, что якобы повелитель решил жениться, что называется, вот прямо сейчас. И ладно бы на этом остановился, но нет.

Местом для тайного бракосочетания был выбран особняк семейства Грайверс. Мол, боялся регент за свою жизнь и жизнь своей невесты, а то вдруг злопыхатели захотят сорвать столь важный ритуал по обретению зверя. Тем более что невестой была не кто-нибудь, а единственная оставшаяся в живых снежная драконица.

— Вы решили выложить сразу все козыри? — Я такого маниакального желания умереть вот прямо сегодня никак не понимала.

— Если лорд Грайверс действительно причастен к тому, что происходит, ему придется играть в открытую. Или так, или он навсегда потеряет возможность занять престол, — объяснил Рейтар, глядя на окна особняка.

— А если он только исполнитель?

— Тогда мы увидим того, кто за этим стоит, — мягко гладил он спящего Кирюшу. — Шанс жениться на снежной драконице он точно не упустит, как и многие другие семьи. Разница лишь в том, что другие семьи о твоем существовании еще не знают.

— А как же искра? Во мне ведь нет искры, необходимой для проведения правильного ритуала. — Я хотела знать все детали предстоящего абсурда.

— Именно поэтому ритуал и не сработает, а точнее мы просто прервем его. Я не стал бы рисковать тобой, если бы у меня имелись иные варианты. Пойдем, карета хранителя едет, — кивнул мужчина в сторону экипажа, появившегося на дорожке.

— Последний вопрос можно? — не торопилась я выходить из своего укрытия.

Что так, что так непосвященным обывателям из-за магии Рейтара все равно меня видно не было.

— Задавай, — разрешили мне благосклонно.

— В двери особняка я однозначно не зайду. Что делать будем?

Если не можешь войти в дверь, лезь в окно — эту простую истину я знала преотлично, но ни один из возможных вариантов попадания в особняк мне не подходил. Все, к чему мы пришли, так это к торжественному появлению в окружении отряда воинов на пороге чужого дома, а точнее у порога, ибо на крыльцо подняться мне тоже с моими габаритами не светило.

Мать Эртирнара и Эрмоса — мой несостоявшийся свекромонстр — встретила нас со всеми возможными почестями, несмотря на раннее утро. Выглядела женщина не только свежо, но и в целом великолепно, чего снова нельзя было сказать обо мне.

Темно-коричневые шторы исполняли свои функции плаща, и на этом все. Ни о каком платье для псевдо-невесты речи не шло, не говоря уже о том, чтобы элементарно принять ванну перед столь важным событием в жизни каждой девушки. Однако свекромонстру мой внешний вид нисколько не мешал смотреть на меня с удивлением, неверием и интересом.

Еще бы, ведь перед ней была целая снежная драконица, а не какая-то там совсем невыгодная человечка.

— В саду все уже подготавливают, — важно отчиталась железная леди этого семейства. — Прошу. Чувствуйте себя как дома.

Ни чувствовать себя как дома, ни пройти в особняк мне по-прежнему не светило. Пришлось всем нам обходить величественное здание по периметру, чтобы попасть в прекрасный цветущий ухоженный сад, где слуги под руководством старшего лорда Грайверса и вправду подготавливали все к ритуалу.

Правда, чем он отличался от обычной свадьбы, я по-прежнему не понимала. В наличии имелась цветочная арка, каменная кафедра, на которую храмовник водрузил старинный потертый увесистый томик, и украшения в виде лиан и кристаллов, что создавали своеобразную завесу над тем местом, где проводили бракосочетание.

Чтобы удержать Эртирнара от необдуманных поступков, Рейтару пришлось одернуть воина, но морда лица у него менее кровожадной не стала. Казалось, что пепельноволосый вот-вот набросится на своего мелированного брата.

— Ваше Светлейшество, рады принимать вас в нашем доме, — вежливо поклонился зебра, искренне пытаясь не смотреть на меня, но взгляд его нет-нет да и съезжал в мою сторону.

И я вот его хорошо понимала! Но разве любопытство повод для обвинений?

— Надеюсь, вы понимаете, что все происходящее должно остаться в тайне до поры до времени? — сухо, с легким налетом высокомерия произнес Рейтар.

— Конечно-конечно! Вам не о чем беспокоиться, лорд! — поторопилась заверить нас леди и без промедления поинтересовалась: — Вы ведь окажете нам честь и разрешите присутствовать? Я могла бы подержать вашего племянника…

Рейтар не ответил. Как, впрочем, и не передал никому Кирюшу. Просыпающийся малыш сонно хлопал большими глазками, совершенно не понимая, почему его так рано разбудили. Сказывалась бессонная, но явно веселая ночь.

Кивком пригласив меня к кафедре, самый невозмутимый и невыносимый в мире дракон и сам остановился напротив нее. По другую сторону рядом с высокой цветочной аркой застыл главный служитель Дома Огня. Роль его ему была известна, но сомнения все равно читались в глазах мужчины и находили отражение в моих.

Мне уже искренне хотелось, чтобы все прошло, обвинения в сторону Эрмоса не подтвердились и мы разошлись как в море корабли. Лично я сразу отправилась бы спать, пусть и обратно во дворец — лучшего варианта у меня пока не имелось.

— Именем своим, именем Огня, именем первого дракона… — причитал себе храмовник что-то под нос, легко поджигая сухие ветки и травы в небольшом котелке, похожем на кадило.

Вместе с ним он начал ходить вокруг нас по малому кругу, в то время как большим полукругом нас со всех сторон обступили бравые воины и представители семейства Грайверс. Чувствовала я себя не то что неуютно, а вообще не на своем месте. Едкий вонючий дым проникал в ноздри, вынуждая чихнуть несколько раз подряд.

Стоит ли говорить, что чихать в присутствии кого-либо мне было нежелательно. Дважды я превращала храмовника и его кадило в сугроб. Зато Кирюше снег очень даже нравился.

— Прошу прощения, — прогундосила я громогласно и таки высморкалась в шторы, окончательно их с себя стянув. — Продолжайте.

— Мне нужна чаша для омовения, — недобро глянул на меня храмовник, попутно растеряв весь свой трепет по отношению к моей тушке.

Но я же не специально! Мне плеваться снежинками вообще не хотелось!

За «любой» глубокой чашей, как ни странно, послали Эртирнара. Продемонстрировав всем своим видом свое недовольство, мужчина направился по дорожке к особняку, но вслед за ним был отослан и Эрмос. Правда, запрашивая чистое белое полотенце, храмовник обращался к леди Грайверс, которая переложила это задание на старшего сына, чем однозначно спутала карты Рейтару.

Он всячески подталкивал старшего лорда к активным действиям, но тот вестись на провокацию никак не желал.

— Зря мы все это, — прошептала я, едва размыкая губы. — Может, прекратим, пока не поздно, и спросим напрямую? Ну мало ли почему Эрмос читал письма? Может, он за брата беспокоился…

— Амелия… — с предупреждением протянул Рейтар, взглядом предлагая мне заткнуться.

— Да что сразу Амелия?! — прошипела я. — Если я окажусь права…

— А чем это пахнет? — вдруг начал принюхиваться храмовник.

Поведя носом, я тут же перевела подозрительный взгляд на Кирюшу, который пребывал в не меньшем недоумении, чем мы, сидя на руках у своего дяди. В воздухе разносился сладковатый, резко пахнущий аромат чего-то до боли знакомого, но поймать ускользающую мысль вовремя не получилось.

Лишь когда земля под нами затрещала и будто взорвалась раскатами грома, я поняла, что ощущаю запах озона. Правда, на небе не было ни тучки.

— Мама, нет! Не смей! — прокричал где-то в отдалении Эрмос, привлекая наше внимание.

Обернувшись словно в замедленной съемке, я видела, как ледяной дракон бежит по направлению к нам, сжимая в руке никому не нужное полотенце. Вслед за ним, отставая на несколько шагов, от особняка несся Эртирнар.

— Ты же не думал, мальчишка, что я позволю тебе стать сильнее? — неожиданно зло, с чистой ненавистью в глазах произнесла леди Грайверс, по-звериному ощерившись.

Округлый голубой камень, зажатый в ее кулаке, опасно трещал.

— Мама! — окликал женщину песчаный дракон.

— Леди Грайверс, вам-то это зачем? — Сунув Кирюшу мне в лапы, Рейтар медленно перетек с одного места на другое, пытаясь прикрыть нас собой, будто при моих габаритах это было возможно.

К этому времени в себе на пятачке под висячими кристаллами оставались только мы вчетвером. Причем храмовник решил от греха подальше спрятаться за кафедрой. Другие же воины застыли там, где стояли, словно куклы. Глаза их со стороны казались стеклянными, что наводило жути.

Я искренне надеялась, что они живы, но бояться по-настоящему не получалось. Наоборот, мой внутренний голос довольно поглаживал свое самолюбие, проговаривая нечто вроде: «Ну я же говорил, что добром все это не кончится!»

Но, честно говоря, все мое попадание в этот мир добром не отличалось. Если бы не мой врожденный оптимизм, я бы уже, наверное, свихнулась.

— Зачем? Мой старший сын имеет прав на трон не меньше, а то и больше, чем ты и твой племянник. Я всего лишь придерживаюсь интересов своей семьи.

— А мы своей! — вякнула я воинственно, но выйти вперед мне не дали, несмотря на все заверения: — Да я ей быстро голову откушу! Правда-правда!

Оба дракона — что ледяной, что песчаный — так и не успели до нас добежать. Свой сияющий трещащий камень женщина бросила нам под ноги раньше, чем это случилось.

Рейтар все это время казался максимально сосредоточенным и напряженным, но, попытавшись оттолкнуть нас с Арскилем в сторону, он первый пропал в открывшемся проходе портального кольца. Следом в него залетели мы с дракошкой, потому что кафедра за моей спиной в качестве препятствия не дала нам иных вариантов.

Как закрывается портал над моей головой, я видела своими глазами.

Глава 15

Глава 15: Три орешка для белочки

Если бы кто-нибудь когда-нибудь спросил у меня, как я могу описать отчаяние, то я охарактеризовала бы его одним-единственным словом: кабздец! Именно это слово я раз за разом в панике произносила, пытаясь отыскать в сугробе под собой расплющенного Рейтара. В том, что его человеческая хрупкая форма не выжила после встречи с такой прекрасной мной, я почти не сомневалась, но где-то глубоко-глубоко в душе маленькая надежда на его живучесть все еще теплилась.

И она лишь возросла, когда я окончательно поняла, что, кроме примятого и уже переворошенного снега, подо мной ничего нет.

Собственно, и вокруг нас с Кирюшей, кроме снега — лежащего и идущего, — больше ничего не было. В нем дракошка весело кувыркался в стороне от меня, пока я пыталась взглядом отыскать его дядю. Падали мы однозначно в один и тот же портал, а значит, и приземлиться должны были в одном и том же месте.

— Рейтар! — пророкотала я, забыв о том, что говорить мне лучше шепотом.

Целая цепочка из гор отреагировала на громкий звук мгновенно. Я едва успела схватить Арскиля и повернуться к снежной лавине спиной, как мимо нас промчалась буря, покрывающая высокие сугробы новым белоснежным слоем.

Дракошка, спрятанный в моих лапах, такого точно не ожидал, а мне с каждой пройденной секундой становилось все страшнее. Рейтар должен был быть здесь, но его черный плащ так и не стал темным пятном на бесконечном белом полотне.

Я не знала, что делать. Следовало куда-то идти, а для этого требовалось выбрать направление. В три стороны от нас, кроме снега, не было видно вообще ничего. С четвертой имелись недвижимые серо-голубые горы, к коим я и повернулась.

Повернулась и обомлела. Словно стражи, чуть впереди на возвышении ледяными статуями застыли люди. Одни лежали, другие будто пытались подняться или поменять человеческую форму на драконью, третьи просто стояли. Дальше всех я увидела пару — мужчину и женщину, что замерзли в объятиях друг друга, ближе всех — дракона, который своего зверя так и не успел обрести.

Не желая пугать Арскиля, я лишь крепче прижала его к себе.

— А вот и наш дядя, — протянула я невесело. — Как будем топить лед?

В полнейшей растерянности, не делая ровным счетом ничего, я позволила себе постоять всего миг. Никак не прекращающийся снег бесил неимоверно, а учитывая, что я могла создавать только его, это даже было своего рода насмешкой от природы.

Или от одной очень неоднозначной дамы, которая леди, как выяснилось, являлась лишь постольку-поскольку. Я до сих пор не понимала, зачем этой женщине — маме Эртирнара и Эрмоса — нужно было избавляться от нас всех, но, судя по всему, ее враги давно и прочно поселились на этом заснеженном склоне.

Неужели ей мало той власти, которую она и так имеет? Нет, мне этих дворцовых интриг однозначно не понять. Впрочем, у каждого свое понимание о порядочности, а в этом мире и подавно.

— Эй, Святая Мать? Тебе не кажется, что ты мне задолжала? — обратилась я возмущенным шепотом к пустоте, надеясь на авось, но попытка, как и предыдущая, провалилась.

Мне снова никто не ответил. Видимо, абонент был доступен только в том случае, когда это нужно было именно ей.

— Ну и ладно, — разочаровалась я, временно спуская Кирюшу на снег.

Чисто теоретически у меня имелся целый огненный дракон, но фактически применить его силу на деле было трудно. Чтобы растопить ледышку, нам требовалось развести костер, однако сделать это под непрекращающимся снегом без единой веточки казалось задачей невыполнимой.

— А что, если мы его когтями расковыряем? — скептически осмотрела я застывшее тело, но тут же отказалась от назойливой идеи.

Не хотелось потом объяснять Рейтару, как у него случайно откололась одна из конечностей. А с моим везением и не одна.

— Кирюша, не уходи далеко! — окликнула я пузатого дракошку, но тот в ответ лишь увеличил скорость.

Перебирал маленькими лапками по снегу, целенаправленно двигаясь в сторону стоящей в отдалении замерзшей пары. Надрать ему хвостик за непослушание хотелось очень даже: все-таки о безопасности этого места я говорить не могла, только у такого самоуправства вдруг обнаружились весомые причины.

В ноги пары он вцепился как в самое дорогое, что вообще имелось в его маленькой жизни. Собственно, так это и было. Портреты его родителей украшали коридоры дворца, поэтому, как они выглядели, я очень даже знала.

И Арскиль, видимо, помнил.

— Они спят, — прошептала я сдавленно, фактически насильно отрывая мальчишку от пары. Рейтар говорил, что они погибли, но на самом деле, вероятно, пропали, а отыскать их он так и не смог. Злость во мне закручивалась в тугой узел. — Но мы их обязательно разбудим. А потом надерем за… В общем, накажем одну зарвавшуюся леди, дайте только выбраться отсюда. Ты как? Плеваться еще не разучился?

Как пользоваться подаренной мне снежной магией, я все еще не имела никакого понятия, но у меня был мелкий пузатый образец, который до недавнего времени тоже плеваться огнем не умел. Но научился же! Пусть и не совсем эффективно.

Вот и мне предстояло научиться. Для начала я выдохнула из себя целый сугроб, что должен был заменить нам временное укрытие. Строить когтистыми лапами оказалось не очень удобно, но вскоре я приноровилась. В конце концов у нас даже получилось некое подобие иглу — кривое, косое, но такое, чтобы и я в него могла без проблем залезть со своими габаритами.

Строили мы дом специально вокруг Рейтара.

— А теперь нам нужно отыскать что-нибудь, что мы могли бы поджечь, — возвестила я, оглядываясь по сторонам.

Солнце клонилось к закату, снег продолжал неспешно идти, а горизонт, в свою очередь, никак не менялся. Ни одного дерева вокруг. Зато много таких же ледышек, как регент Королевства Пылающих.

Если мы сможем всех их растопить… Если только они до сих пор живы…

Нет, загадывать так далеко я боялась. Предпочитала действовать, а не строить планы, так что в ход пошла вся моя бессовестность.

Примерзшую одежду с ледышек я фактически сдирала, подрезая ее острыми когтями там, где это возможно.

— И не гляди на меня так укоризненно, — проворчала я обалдевающему от происходящего Кирюше. — Ой, смотри! Белочка!

Откинув в кучу еще одну промерзшую тряпку, которая когда-то была одеждой, я попыталась поймать белоснежную хвостатую, чей пушистый мех делал зверюшку эдаким шариком на ножках, но успеха это дело не возымело.

По застывшему в полуобороте дракону она проскакала с такой скоростью, что мои лапы ловили лишь воздух. Без особого энтузиазма ловили.

Нет, я отлично понимала, что есть нам с дракошкой очень даже нужно, несмотря на принципы и гордость, а это единственная живность, вообще попавшаяся нам за целый день на глаза, но желудок отчаянно сопротивлялся.

Перспективы убивать бедное перепуганное существо гасили любые звериные инстинкты.

— Ух ты, а тут гнездо! — делано обрадовалась я, доставая из глубокого внутреннего кармана чужого плаща небольшое количество поломанных веточек и три орешка.

На ужин они не тянули совершенно, но это было хоть что-то. Орешки отправились в пасть к голодному ребенку, а веточки в будущий костер. Еще несколько увесистых веток обнаружились в снегу у задних лап дракона. Эта находка говорила о том, что деревья в округе все-таки где-то есть, но искать их в ночь я поостереглась.

Боялась, что не найду путь обратно.

В кучку к честно награбленному отправилась бутылка чего-то горячительного, ополовиненное содержимое которой даже не подумало застыть на морозе; небольшой, сверкающий фиолетовым драгоценный камешек, что так понравился Кирюше; и целый плащ, каким-то чудом сохранившийся в своем первозданном виде.

Его я собиралась постелить на снежный пол.

Забрав кучу обрывков, мы протиснулись в наше укрытие. Без застилающего глаза снега сразу стало гораздо комфортнее, но теперь у нас появилась другая проблема — темнота.

Правда, и ее спустя десятки попыток разжечь костер посредством плевков мы решили. Крупные ветки, поломанные на части, хорошо горели, облитые своеобразным горючим.

Переложив ледышку Рейтара на плащ поближе к огню, я все ждала, подействует ли на него это тепло. Или тепло наших с дракошкой чешуйчатых тел. Но сон сморил нас с Кирюшей моментально.

Мне снилось нечто хорошее, правильное, приятное. Солнечное и яркое, как летний день, успокаивающее, как распускающаяся первая зелень, и безмятежное, как небо над сизыми недосягаемыми холмами.

Мне снился Рейтар. Живой, невредимый и теплый. В белой простецкой рубашке он сидел на траве в окружении полевых цветов и прикусывал зубами сочную травинку. Взгляд его был направлен куда-то вдаль.

Я же… Я снова была собой. Видела свои руки, а не лапы с когтями. В этом сне мне не приходилось смотреть на все свысока.

— Здесь красиво, не так ли? — спросил мужчина, неожиданно перекинув свой взгляд на меня.

Его глаза имели цвет пылающего пламени, что одновременно обжигало и обещало согреть.

— Здесь спокойно, — выразила я свои ощущения, с удовольствием вдохнув сладковатый воздух, пропитанный ароматами цветов. — Ты настоящий или это сон?

— А как бы тебе хотелось?

— Мне? — удивилась я. — Не знаю.

— Зато я знаю.

За тем, как Рейтар поднимается на ноги, я наблюдала настороженно, но при этом с предвкушением. Это был мой личный сон, и да, я прекрасно знала, чего хочу в этот момент.

Я искренне желала, чтобы меня поцеловали. Еще один раз. Всего один раз. Потому что больше всего на свете боялась, что этот раз последний. Потому что боялась, что магический лед, сковавший мужчину и других пленников этих гор, никогда не растопится.

Или же… Что будет слишком поздно, ведь стук чужих сердец я так и не услышала, сколько бы ни вслушивалась острым драконьим слухом.

Как ни странно все наши разногласия и мои обиды больше не имели значения.

Взяв меня за руку, Рейтар помог мне подняться, но я неожиданно для себя самой оробела. Теперь во мне бился страх, что после поцелуя все исчезнет и мы с Кирюшей снова окажемся посреди бескрайних снегов одни.

Пожалуй, я впервые испытывала такую сильную неуверенность в себе. Нет, знала, что вытащу дракошку из этого морозного плена в любом случае, но дальше… А что дальше?

— Я видела родителей Арскиля. Ты говорил, что они погибли, — прошептала я, спрятав взгляд, едва чужие теплые пальцы коснулись моей щеки.

Глаза от удовольствия закрылись непроизвольно. Такая простая ласка заставляла сердце трепетать, а мысли уплывать. Потершись щекой о шершавую ладонь, я все же посмотрела на мужчину.

Он в этот момент улыбался.

— Мне так доложили вернувшиеся в одиночестве гвардейцы. Мои поиски в дальнейшем тоже успехом не увенчались. — поделился он откровением. — Я уже говорил с ними сегодня, Амелия. Они благодарны тебе за заботу об Арскиле, но сейчас это не так важно. У меня есть один вопрос, на который я прошу тебя ответить честно.

— Я слушаю, — кивнула я со всей серьезностью.

Пожалуй, в своем сне я действительно желала бы узнать, что где-то там, за ледяной гранью, семейство Нейрерван пусть и не полным составом, но встретилось.

— Ты хотела бы стать моей женой?

На миг, короткое мгновение я совершенно растерялась, обомлела, осознав услышанное. Подобной наглости в своем сне я вот вообще от регента Королевства Пылающих не ожидала. После всего того, что он навертел, я хотела бы послать его в пеший тур по ближайшим и дальним землям, но точно не давать ответ на озвученный вопрос.

Распознав мое возмущение, Рейтар внес важные уточнения:

— Если опустить все те разногласия между нами.

— Разногласия? — переспросила я.

— По некоторым вопросам. И непонимание, — добавил он под моим негодующим взором. — Если убрать все «но» и «если бы» и оставить только нас — мужчину и женщину, которых влечет друг к другу.

— Но это же невозможно.

— А если бы было возможно? Только одно слово, Амелия: да или нет?

В собственном сне спорить с Рейтаром у меня намерений точно не было. Я ждала другого, глядя в его пылающие глаза. Всего один поцелуй, который сохранила бы в своем сердце, пронесла бы через всю жизнь и…

— Ты собирался жениться на моей сестре, потому что обретение своего зверя для тебя оказалось гораздо важнее, чем чувства. Я вообще не уверена, что у тебя были эти чувства, — начала я распаляться, поддавшись эмоциям и общей атмосфере.

— Они и сейчас есть, и именно по этой причине я задаю тебе этот вопрос. В последний раз спрашиваю: да или нет?

— Нет! — рявкнула я от злости.

— Ну и сама виновата!

Меня все-таки поцеловали. Градус напряжения между нами был таким, что казалось, мы оба вот-вот взорвемся. В свой ответ я вложила всю злость, все раздражение, всю ненависть, что испытывала сейчас к этому человеку. Пальцы впивались в его плечи. Мне хотелось сделать ему как можно больнее, вернуть все то, что так несправедливо досталось мне.

Я так сильно злилась на Рейтара…

— Не бросай меня, пожалуйста, — попросила я, спрятавшись у него на груди, прильнув к горячей коже, слушая четкий, уверенный, но быстрый стук такого сильного сердца. — Я готова отдать что угодно, чтобы ты перестал быть ледышкой.

— Даже только обретенную магию? Дракона? — прошептал он мне в волосы, мягко, успокаивающе поглаживая плечи.

— Забирай, — ответила я, зажмурившись, и решила признаться в том, о чем никогда не сказала бы в реальности: — Я бы хотела украсть тебя у всего мира и вернуться в тот домик ведьмы в лесу. Иногда я жалею, что мы не остались там.

— Это было невозможно, ты ведь знаешь. — Сухие губы коснулись моего виска. — Но если бы мы все-таки остались там, ты стала бы моей женой?

Негромко, совсем тихо, едва слышно, но я все-таки ответила: «Да». Потому что от этого «Да» уже ничего не зависело. Только с ответом опоздала — сон мой прервался раньше.

— Прекрати меня облизывать, я не съедобная, — пробурчала я Кирюше, попытавшись перевернуться на другой бок.

Отлично ощущала влажный нос дракошки, уткнувшийся мне в щеку, однако какое-то несоответствие все-таки коробило. Именно оно заставило меня проснуться, но не открыть глаза. Это я сделала несколько позже, когда так и не смогла перевернуться на спину.

Кто-то или что-то накрепко удерживало меня в одной и той же позе, не давая даже вздохнуть лишний раз. Вытащив из-под себя затекшую руку, я приподнялась. Взгляд прошелся по царящему полумраку. Костер давно погас, так что единственным источником света для нас являлось входное отверстие, сейчас прикрытое затвердевшим спрессованным куском снега.

Небольшая полоска света вырвала из полумрака чешуйчатый хвост, что лежал по направлению к выходу. Поначалу эта картина совершенно не вызвала у меня вопросов: я хорошо помнила о своем теперешнем положении и драконьей ипостаси, но буквально через секунду взгляд мой снова метнулся к хвосту.

Потому что он пошевелился. Но я им абсолютно точно не шевелила!

Больше того, мой хвост был белым как снег и не таким большим, а этот имел насыщенный винный оттенок. Точь-в-точь как у Кирюши, но ведь дракошка не мог так сильно вырасти за одну ночь!

— Мамочки! — прошептала я, едва мое лицо обдали горячим дыханием.

Снова попытавшись подняться, я ударилась затылком о наш потолок, к которому меня без стеснения придавливали чешуйчатой грудью, и была тут же схвачена мощными лапами. Вопрос у меня к этому часу имелся только один:

— Где мой хвостик?!

А нет, все-таки два:

— Арскиль, малыш, ты где?

Скатываться вниз по шершавой чешуе было тем еще удовольствием. Временно переключившись с одной невероятной проблемы на другую, более насущную, я металась в застенках сугроба, в панике поднимая чужие лапы и хвост.

Огромный красный крылатый дракон от такого моего непочтительного поведения однозначно ошалел, но мне было все равно. Не найдя Кирюшу внутри, я сдвинула спрессованный снег.

Ну как сдвинула? Вчера этот комочек казался легким и воздушным, а сегодня я едва-едва отодвинула его так, чтобы протиснуться на выход.

И тут же поняла почему. Ко мне вернулись руки. И ноги тоже вернулись. И вообще, вся я снова была человеком, но сейчас это тоже не имело никакого значения.

Выбравшись наружу, я отыскала взглядом дракошку и лишь тогда позволила себе с облегчением выдохнуть. Малыш сидел прямо на снегу ровно напротив своих родителей и просто смотрел на них, будто ждал, что они вот-вот оживут.

Усевшись в снег рядом с ним, я приобняла мальчишку. Где-то там, позади нас, ломая наш импровизированный домик, из снежного плена выбирался растаявший красный дракон.

— Там дядя твой озверел, видел? — тихо спросила я, красноречиво ощущая, как замерзает филей.

В ипостаси дракона ни мороза, ни холода я нисколько не чувствовала, а теперь во всей красе распознала коварную зиму этих мест.

Кивнув, Арскиль тяжко вздохнул и плюнул совсем маленькой огненной сферой под ноги своим родителям. Видимо, делал это он уже не в первый раз, потому что силы его поиссякли. Правда, помогали такие манипуляции мало: на платье женщины и сапогах мужчины тонкий слой льда едва-едва растопился.

— Не грусти, — погладила я его по чешуйчатой голове. — Дядю твоего отогрели — и их отогреем…

Громкий звериный рык позади нас не то чтобы стал неожиданностью. Оглянувшись, я во всей мере почувствовала собственную ничтожность, потому что Рейтар был просто великолепен. Огромный, красный, с чешуей, что сверкала на солнце. У меня дыхание перехватило от этой махины. Такого ночью встретишь — в раз поседеешь.

— Р-рар-р! — пророкотал драконище во всю пасть, демонстрируя нам острые клыки.

Обдав нас горячим дыханием, от которого веяло совсем не цветочками, он явно замыслил нечто не очень хорошее. В самой сердцевине его горла зажегся комочек пламени, что на удивление быстро разрастался.

— Ты нам тут не рычи! — возмущенно пискнула я, подтягивая к себе поближе Кирюшу. — И вообще…

Совет закрыть пасть и не открывать ее без надобности так и остался неозвученным. Я едва успела схватить дракошку и драпануть с места, как в нас полетел огненный сгусток. И этот сгусток размерами не шел ни в какое сравнение с тем, что извергал из себя Арскиль.

Этот сгусток запросто мог поджарить нас до угольков!

— Ты чего творишь, окаянный? — закричала я, кое-как уворачиваясь от новых сгустков пламени.

Носиться по снегу в туфлях с подмерзающими ногами было тем еще занятием, но выбирать не приходилось. Пока Кирюша веселился у меня на руках, явно думая, что мы играем, я спасала наши жизни. Правда, в отличие от Рейтара, столько сил не имела и выдохлась быстро.

— А ну, стоять! — рявкнула я, задыхаясь, выставляя вперед одну ладонь.

Слова Рейтара о том, что дракон при первом обороте больше зверь, нежели разумное существо, всплыли в моей памяти как нельзя кстати. Опешив от моей наглости, красный дракон затормозил, собирая лапами снег.

Вся красночешуйчатая махина остановилась в миллиметрах от нас. Мой гулкий выдох утонул в повсеместной тишине.

— Или ты сейчас же превращаешься обратно в человека, или…

Что там «или», я так и не успела придумать. Слушать меня драконище просто не стал. Его оглушающий рык сотряс ближайшие горы, смыв с них едва успевший улечься снег. Не иначе как от страха я снова превратилась в белоснежную хвостатую, но на этот раз не без потерь.

Одной лапой я так и прижимала к себе восхищенного большим зверем Кирюшу, а вот коготь другой зацепился за кулон, подаренный Рейтаром, что все это время безмятежно висел на моей шее в человеческой ипостаси.

Тонкая цепочка порвалась, не выдержав напора, но поймать огненное сердце я успела. А еще его сердцевина почему-то оказалась пуста. Заключенного в нем пламени словно и не было. Этот факт отчего-то очень сильно меня расстроил.

А впрочем…

Пожалуй, он стал той самой каплей, что пошатнула чаши весов. Усевшись прямо в снег — на этот раз без опасения застудить себе все на свете, — я горько заплакала, прижимая к себе безделушку.

Прекрасно понимала, что она не имела абсолютно никакой ценности. Разве что только для меня как память о нашем приключении, но отчего-то сердце заполнялось болью. Мне было трудно дышать. Казалось, что мир кончился именно в эту секунду, что жизнь потеряла всякий смысл, чего на самом деле, конечно же, не было.

Я просто устала, но остановиться, перестать плакать никак не получалось. Эту истерику я вообще не контролировала, но с каждым ревом, с каждой выплаканной слезой мне словно становилось легче.

— Р-р-р… — притих драконище бессовестный, что размерами по-прежнему был больше меня.

Правда, теперь наши габариты отличались не очень сильно.

— Что «р-р-р»? — рыдала я, размазывая слезы лапами по морде. — Вот что «р-р-р»? Не горит больше, понимаешь? Слома-а-ался твой подарок! Как я теперь без него-о-о бу-у-ду-у-у?

— Уру-ру, — успокаивал меня Кирюша, поглаживая мои чешуйки маленькой лапкой.

В отличие от меня, когти он втягивать уже научился. Может, драконы где-то там в цепочке развития все-таки когда-то были кошками?

— Вот тебе и уру-ру, — громко шмыгнула я сопливым носом, подыскивая, во что бы совершенно беспардонно высморкаться. — А ты не рычи на нас! И без тебя тошно!

— Рай! — закатил этот драконище свои пылающие глаза.

Что означало это загадочное: «Рай!» — догадаться было нетрудно. С видом, будто я абсолютно ничего не понимаю в колбасных обрезках, Рейтар отобрал у меня им же подаренный кулон и повертел его в лапах.

Понюхав, куснув клыком и даже лизнув изделие, он нашел как открыть сердце, а после неожиданно зажег маленький огонек на кончике своего когтя. Это миниатюрное пламя было быстро помещено в центр кулона, а сама вещица со щелчком закрылась, но на этом ювелир не остановился. Тем же пламенем, зажав порванную цепочку между пальцами, он спаял концы между собой.

Передав починенное мне в лапы, дракон замер с невозмутимой мордой победителя. Мол, давайте уже хвалите меня, возносите благодарности и цените мою находчивость.

— Спасибо, — прошептала я растроганно и временно повесила кулон на Кирюшу.

Во-первых, потому, что на мою шею он никак не налезет при всем моем старании, а во-вторых, чтобы не потерять.

Очередное непередаваемое «Ру-ры-рай» я перевела как «Не стоит благодарностей». Ну, меня два раза просить не нужно было. Рейтар однозначно пришел в себя, а потому время для игр закончилось.

— Что делать будем? — поинтересовалась я, пристраиваясь рядом.

Полянка, по которой мы бегали ранее, представляла собой переворошенный снег. С одной стороны, было бы замечательно вновь вернуться в свою человеческую ипостась, а с другой — снова мерзнуть не хотелось абсолютно. Не располагали мои туфли и платье к прогулкам в этих широтах да по таким сугробам.

Глянув на меня искоса, Рейтар окинул задумчивым взглядом ледяные статуи, которыми было напичкано горное плато. Я же смотрела на него. Теперь, когда от неадекватной зверюги не осталось и следа, мне жутко хотелось спросить, как он все-таки умудрился получить своего зверя, но казалось, что сейчас у нас есть дела поважнее.

Например, растопить больше десяти ледышек. Только для начала стоило понять, что именно нам помогло: костер, непродуваемое согретое пространство или тепло драконьих тел.

Пока я думала, Рейтар решил действовать кардинально.

Набрав в легкие побольше стылого воздуха, он выдохнул такой столб пламени, что я как-то сразу поняла: со мной действительно игрались, гоняя по сугробам. Если бы этот дракон захотел, от меня бы даже пепла не осталось.

— Ру-рай, — продемонстрировали мне лапой, что теперь моя очередь.

— Я? — переспросила я удивленно. — А я-то зачем?

— Ру-рай! — скомандовал драконище строго, и Арскиль за ним повторил, тоже нетерпеливо тыкнув лапкой в пленников гор.

— Ну как хотите. Если что, я с себя всю ответственность сразу снимаю, — мысленно перекрестилась я, помянула недобрым словом Святую Мать и таки выплюнула из себя жалкое подобие метели.

Оно даже не долетело до скованных льдом драконов.

Такой результат Рейтара не устроил совершенно. Целых полдня, а то и больше — время здесь вообще шло непонятно даже по внутреннему циферблату, — он учил нас с Кирюшей выдыхать из себя полагающиеся нам, как драконам, чары. Дракошка привычно плевался огнем, теперь пробуя растянуть короткие сгустки до огненного столпа. Я же создавала снежную бурю, будто тут без меня было мало снега.

Когда же у меня наконец получилось, драконище вместе с племянником снова как следует поджарил статуи. После него настала моя очередь, и, только выдохнув из себя настоящую метель, я поняла, зачем он так настаивал на использовании моей магии.

Снег, что вырывался из моей пасти, сразу же таял, едва достигал ледяных статуй, стекая с них самой обыкновенной водой. В серое небо с шипением уходил пар.

Раз, второй, третий… Ледяная корка становилась все меньше, постепенно образуя небольшие сине-голубые кратеры вокруг статуй. В конце концов мы и вовсе услышали тихий треск.

За тем, как тонюсенький слой льда крошится и опадает, мы наблюдали с затаенным дыханием. Первым не выдержал Кирюша, ведь именно его отец оказался тем, кто нашел физические силы бороться с чужой магией с другой стороны.

Я просто не успела поймать малыша. Пронесшись по снегу, он влетел в объятия статного бледного мужчины, который рухнул на одно колено. Было видно, насколько он слаб, но мы с Рейтаром предпочли притвориться, что ничего не заметили. Я вообще тихо рыдала, не имея возможности остановить поток слез.

Вторым тонкую преграду преодолел незнакомый мужчина, что и так стоял на коленях. Он выглядел лет на пятьдесят, но его солидный возраст выдавала седина, затесавшаяся словно опавший снег в чернильные волосы. Эта смесь мне вдруг почему-то напомнила об Эрмосе.

— Лорд Грайверс? — спросила я негромко, чтобы не потревожить горы.

Гулко сглотнув, со свистом втянув стылый воздух, лорд рвано кивнул и закрыл веки, видимо пережидая приступ слабости.

Третьей от ледяного плена избавилась Эльда — мать Арскиля. Ей без сил упасть в снег не дал супруг.

Треск слышался снова и снова. Небо стремительно темнело. Снежные хлопья вновь решили осчастливить нас своим присутствием, но это было даже хорошо. За ними никто не видел моих слез. Никто, кроме Рейтара.

Сграбастав меня своей лапищей, этот монстр прижал мою тушку к себе, не давая вздохнуть. Попытку поддержать и успокоить я оценила, а мои легкие — нет. Впрочем, как и желудок.

Он уже был согласен на пушистую белку, но к нам, как всегда, явился пушистый песец.

Тот самый дракон, что когда-то застыл в полуобороте, тоже избавился от ледяного плена. Несмотря на свою слабость, зеленый крылатый ящер по инерции ринулся вперед, с оскаленной пастью нападая на…

Такую же ледяную статую беззащитной сейчас женщины, что из плена еще не выбралась.

Рейтар прыгнул ему наперехват.

Глава 16

Глава 16: Лобное место

— Сейчас всех нас покормят, сейчас мы будем кушать… — причитала я, нервно расхаживая по нашему новому импровизированному дому.

Строить иглу из спрессованных сугробов я научилась на ура, но во второй раз его наличие не понадобилось. Отправившийся на охоту Рейтар вскоре вернулся без добычи, но с отличными новостями: в горах он нашел бесхозную пещеру.

Правда, сообщить нам по-нормальному крылатый ящер ничего так и не смог, так что переносили нас по одному в клыках. Кого за шиворот, кого за пострадавший от моих когтей плащ, а кого и за ноги. Лично я добиралась до пещеры пешочком, не желая, чтобы на сон грядущий меня еще и летать вдруг вознамерились учить.

Мне и так пока неплохо жилось. Нет, за первым, более чем успешным полетом регента принца я наблюдала не без восхищения, но сама на такой подвиг пока была не способна. Хотелось кушать и спать, потому как день был насыщенным и запоминающимся.

Делая вид, что к порче чужого имущества, а именно одежды, не имею никакого отношения, я стерегла наш костер в компании Кирюши и еще четырнадцати драконов, что сейчас находились в своих человеческих ипостасях. В отличие от вчерашнего, этот костер был собран и разведен с легкостью. Ветки для него Рейтар нашел и приволок довольно быстро, как, впрочем, и разжег, один раз плюнув и особо не стараясь.

Еще через некоторое время он вернулся с пусть и примятым с одной стороны, но не дырявым котелком, в который где-то собрал воды, чтобы мы могли ее разогреть. Драконам бактерии были не страшны, так что в кипячении они не нуждались, но я была бы не я, если бы не довела дело до конца. Тем более что к этому времени драконище приволок целую ветку с красными ягодами. Их я закинула в наш отвар, что мгновенно окрасился и наполнил пещеру приятным кисловатым ароматом.

В последний раз регент Королевства Пылающих прилетел к пещере с настоящей добычей. Две мертвые меховые тушки поистине огромных кабанов были брошены в снег и тут же подпалены до состояния угольков. Одна тушка была закинута к нам в пещеру, вторую Рейтар слопал за один присест и даже не поморщился.

А я, между прочим, поморщилась! И пусть мою душевную организацию никак нельзя было назвать тонкой, даже для меня такое было слишком. Впрочем, кушать захочешь — и белка деликатесом покажется.

— Сейчас всех нас покормят, сейчас мы будем кушать… — повторяла я для глотающего слюни Кирюши.

Он был единственным помимо Рейтара, кто до сих пор находился в своей второй ипостаси. Я думала, что, оказавшись в объятиях родителей, малыш сразу поменяет свой вид на человеческий, почувствовав себя в безопасности, но этого не случилось. Видимо, дракошка действительно пока не умел оборачиваться или ему требовалось несколько больше времени.

Больше, чем мне. Мне настолько сильно хотелось попасть в пещеру, что перекидываться обратно я научилась раза с восьмого. Правда, получилось у меня это один-единственный раз, после чего продолжать тренировки я отказалась категорически.

Снег снаружи усилился, ветер не щадил, а холод пробирал до самых костей. Да и принцип, рассказанный Адри — братом Рейтара, — я усвоила хорошо. Для любой драконьей магии требовалось умение концентрироваться, чего мне было не занимать.

Ну а что? Сама себя не похвалишь — всякие хвостатые не расскажут!

— Первый кусочек голодному ребенку! — командовала я, следя за раздачей.

Второй мясной кусище достался мне. Наверное, исключительно для того, чтобы я уже заткнулась и перестала мельтешить, но кушать и вправду хотелось до невозможности. Создавалось впечатление, что я сейчас могла бы съесть даже дракона, хотя такое сравнение, конечно же, не подходило.

Обжигая язык и пальцы, дуя на них, я почти не жевала, проглатывая горячие кусочки. От удовольствия хотелось даже не мурчать, а рычать, но я старалась вести себя если не тихо, то хотя бы приемлемо. Здесь были те, кто не ел гораздо дольше меня и вообще едва на ногах держался, но их поведение даже не намекало ни на один из этих фактов.

Все они вели себя достойно.

Когда первый голод был утолен, атмосфера в пещере заметно изменилась. Даже я сама повеселела, пригревшись в сытом тепле. До тех пор, пока не настало время вопросов и ответов.

— Леди Амелия, мы с супругой хотели бы поблагодарить вас за заботу о нашем сыне. Рейтар рассказал мне о вашем участии в их жизнях, — вежливо обратились ко мне.

— Рада, что смогла помочь им, — со всем почтением ответила я и тут же поправила, чтобы не вводить никого в заблуждение: — И я не леди. Я старшая дочь своего отца, но моя мать была не из благородных.

— Но у вас благородное сердце. Кроме того, вы последняя снежная драконица на всем белом свете, прямой потомок некогда великого правящего рода, и пока этого достаточно, — мягко добавила Эльда. — Рейти уже поведал нам о том, как вы, к нашему счастью, умудрились сюда попасть, но нам хотелось бы узнать подробности. Как вам удалось не заледенеть при переходе через портал?

Это был странный вопрос. О том, что мы с Кирюшей единственные, кто не застыл в качестве ледышки среди сизых гор, я как-то до этого момента не задумывалась. Проваливаясь в портальное кольцо, что имело особые свойства, я не почувствовала ровным счетом ничего необычного, но, как оказалось, о попытке влияния на нас чужеродной магией говорило покалывание, которое я списала на обыкновенный мороз.

— Может быть, все дело в том, что мы с Арскилем единственные переправлялись в своих драконьих ипостасях? — предположила я, ибо других идей у меня не было.

Все-таки драконья шкура не зря являлась самым крепким материалом и ценилась на черном рынке. Вполне возможно, что той концентрации, заложенной в портальный камень, не хватило для воздействия на нас.

— А можно узнать? — спросила я с осторожностью и, получив кивок, продолжила: — А как вы разговариваете с братом?

— Скажем так, мысленно, — ответил мужчина, передавая заснувшего сына в руки супруге. — Рейтар отличный маг. Развитая им сила осталась при нем несмотря на долгожданное обретение драконьей ипостаси.

— А как он ее обрел? — полюбопытствовала я.

— Этот вопрос нужно задавать вам, леди Амелия. Я ответа на него, к сожалению, не знаю.

Несмотря на явные намеки на мое участие в произошедшем, я понятия не имела, как так получилось, что Рейтар обрел своего зверя, но решила на этом внимания не заострять. Тем более что собравшиеся в тесном кругу перед костром начали обсуждать свое появление на этом негостеприимном плато.

Почти каждый называл разные годы, разные месяцы своего заточения в ледяной плен, но одно обязательно оставалось неизменным — прямое воздействие леди Грайверс. Среди неугодных оказался даже ее супруг, которого давно считали погибшим. Бедный лорд не без неудовольствия поведал нам о маниакальном желании его супруги вознести их род, а именно — возвысить старшего сына.

— Но почему именно Эрмоса? — не утерпела я, желая разобраться. — Простите, что перебила.

— Ничего, — неловко усмехнулся лорд Грайверс потрескавшимися губами. — Ему достался дар матери, но если моя супруга владеет лишь отголосками собственных ледяных чар, то Эрмос очень силен, хоть и старается это не демонстрировать. Лайла же искренне считает, что этот дар — прямой родственник снежной магии, а она сама — прямой потомок прошлой правительницы.

— У вашей супруги есть этому доказательства? — совершенно спокойно уточнил брат Рейтара.

Я диву давалась, как легко и непринужденно они себя ведут в такой, казалось бы, неоднозначной ситуации. Одно слово — драконы.

— Ни одного, что не мешает ей продолжать так считать и отправлять неугодных подальше от себя. Как видите, в список ее недругов попал даже я. Впрочем, к этому я как раз был готов. Всегда носил с собой портальный кристалл на случай непредвиденных обстоятельств, но все предугадать все равно не сумел.

— И этот камень есть сейчас при вас? — с надеждой спросила немолодая женщина, имя которой я так и не запомнила.

— Был. Но к сожалению, я видимо, где-то умудрился его обронить.

— Эм… — протянула я смущенно. — Фиолетовый такой?

Камешек, который так сильно понравился Кирюше, действительно оказался тем самым портальным кристаллом. Цвет его был обусловлен даром, который применялся для его создания. И вот все бы ничего — у нас у всех имелся реальный шанс выбраться из этого снежного плена, но существовало одно ма-а-аленькое но.

Камешка у спящего дракошки на данный момент уже не было. Он вместе с другим добром находился в моем кривеньком иглу, который был без стеснения разрушен одной красно-чешуйчатой махиной, чья попа в выходное отверстие однозначно не пролезла бы.

Но это был наш единственный реальный шанс на спасение. Каким бы большим ни был Рейтар, как бы хорошо он ни знал теорию драконьей жизни, чтобы превосходно применять ее в реальности, а переправить нас обратно в Королевство Пылающих на себе он не мог.

И это было не его решение. И дело было даже не в том, что свой первый полет он совершил всего несколько часов назад.

Седлать дракона, словно животное, являлось для этого самого крылатого настоящим унижением, и его сородичи этот факт хорошо осознавали. У них даже мысли не возникло использовать регента в качестве летательного аппарата. Такая мысль возникла у меня, но мою тушку быстро спустили с небес обратно на землю.

И вот теперь у нас появилась еще одна возможность покинуть эти необъятные снега. Только для этого было необходимо отыскать иголку в стоне сена. То есть маленький кристалл среди ночи в бесконечных сугробах, которые продолжало заметать.

Меня отговаривали.

Для начала просили подождать до утра, а после, когда стало понятно, что меня не переупрямить, хотя бы не ходить на поиски в одиночестве. Наша экспедиция в итоге состояла из четырех драконов и одного… тоже дракона, но, в отличие от нас, Рейтар не замерзал. Ему снаружи было очень даже хорошо.

— Кажется, это где-то здесь, — неуверенно протянула я, припоминая, что иглу строила прямо перед застывшими ледышками.

— Предлагаю растопить снег. Так будет проще, — предложил тот самый мужчина, которого регент Королевства Пылающих едва остановил в момент превращения.

— Не думаю. Кристалл может стечь дальше по склону или скатиться глубже в пласты снега, — отказался от этой идеи Адриан. — Лорд Грайверс, вам хватит сил на поисковое заклинание? Все же кристалл напрямую связан именно с вашей магией.

— Увы, Ваше Величество. Боюсь, что сейчас я не способен и на сотую часть своих возможностей.

— В таком случае вся надежда только на вас, леди Амелия. Снег — это ваша стихия.

«Снег — это ваша стихия».

Нет, чисто теоретически правитель Королевства Пылающих был очень даже прав, но на деле я понятия не имела, как свалившимся на меня даром управлять. Выплюнуть из себя снежинки — это максимум, на который я была способна, а они просили меня фактически о невозможном.

Мол, в своей стихии я могла бы запросто почувствовать инородные предметы, что значительно облегчило бы нам поиски. Но проблема в том, что я понятия не имела, как сделать так, чтобы я почувствовала каждый метр этих заснеженных земель.

Да и нужно ли нам было ощутить действительно каждый?

Приблизительный участок я знала. Оставалось дело за малым и самым главным — научиться управлять обретенным даром, а для этого для начала требовалось отринуть синдром самозванца, с которым я так отлично сроднилась.

Ну какая из меня драконица? Мало того, что настоящей Амелией я не являлась и до недавних пор лишь занимала ее тело, только-только получив возможность с облегчением выдохнуть, так еще и зверя, ей предназначенного, обрела.

Правда, мой зверь, судя по всему, значительно отличался от таких же других. Я проявления животных инстинктов у себя не наблюдала, хотя тот же Рейтар с ними очень даже боролся. Впрочем, я бы этого даже не заметила, если бы его брат не акцентировал на этом внимание, объяснив мне, почему съеденная регентом тушка была прожарки медиум рэ.

В общем, я совершенно точно была другой и испытывала стыд, когда меня хвалили за мои выдержку и невероятный контроль. Собственно, именно по причине моей уникальности на меня и рассчитывали в деле «легкого» поиска, но быстрым он не получился.

Все давно ушли обратно в пещеру спать, пока я раз за разом под присмотром двух братьев Нейрерван пыталась обрести власть над заснеженными просторами. Нервы у меня сдали под утро. Лицо горело от кусающегося снега, что валил не переставая. Руки болели от напряжения, а ноги дрожали от усталости.

Психанув, я сама не поняла, как вновь обернулась снежным драконом, и…

Целый мир вокруг меня вдруг замер. Снег, что давно превратился в беспощадную метель, внезапно застыл прямо в воздухе. Я больше не ощущала ни ветринки. Нет, холод исчез и теперь не чувствовался так остро — это было ожидаемо, но ветер я все-таки должна была осязать.

А я его не осязала. И никто не осязал. Я словно остановила время, хотя солнце, появившееся на горизонте дрожащей золотой полоской, говорило о том, что мир вокруг нас по-прежнему существует и живет своей жизнью.

Что я чувствовала в этот момент? Каждая клеточка моего тела дрожала от напряжения, но это была не тяжесть. Наоборот, во мне билось ликование, смешанное с восторгом, радостью.

Я ощущала подаренную мне магию, а она откликалась на меня, на мое малейшее движение, даже просто на мысль. Пожалуй, я не могла объяснить, как я делала то, что делала, даже себе, но, взмахнув передними лапами, я смогла поднять весь пласт снега на участке передо мной.

На припорошенном снегом черном плаще лежали осколки разбитой, фактически раздавленной бутылки, а рядом с ними — фиолетовый портальный кристалл.

— Невероятно, — похвалил меня Адриан, не торопясь бежать за камушком. — Леди Амелия, вы очень быстро учитесь. Признаться, я был готов к тому, что нам придется тренироваться не один день.

— Я уже привыкла к тому, что в вашей семье меня постоянно недооценивают, — усмехнулась я довольная собой, а Адри покосился на Рейтара, который что-то малопонятное пробурчал себе прямо под нос. — Только не обижайтесь. Вы камень заберете?

— Насколько хорошо вы себя сейчас контролируете?

Контролировала я себя целиком и полностью, но слишком долго удерживать снежный пласт была не готова. Просто потому, что лапы уже начинали дрожать от перенапряжения, а я не знала, можно ли уже расслабиться или еще нет.

Вдруг я опущу лапы, а все возьмет и рухнет прямо на воскресшего правителя? И вот тут уже никому не будет интересно, что у меня действительно «лапки», пусть и чешуйчатые.

Дракона за котенка однозначно не примут.

После того как портальный камень все-таки был забран, а Адриан с хорошими новостями вернулся обратно в пещеру, мы с Рейтаром еще какое-то время провели снаружи.

Мне было любопытно, смогу ли я повторить этот фокус с приподниманием сугробов, а он что-то пытался мне объяснять жестами и рычанием. Итогом его потуг стало невероятное лично для меня зрелище. Мне даже не верилось, что роем снежинок действительно управляла я, но они подчинялись мне, словно дирижеру.

Махну лапами влево — они полетят влево, махну вправо — последуют вправо, а если застыну неподвижно, так и они замрут. Творящаяся магия однозначно вызывала у меня восторг. Одно дело, когда ты знаешь о ее существовании и видишь, как чарами пользуются другие, и совсем иное, когда источник волшебства — ты сама.

Ощущение нереальности происходящего никак не отставало от меня.

Спать после такого, естественно, не хотелось, несмотря на бессонную ночь, но все было решено за меня. Выбравшись из пещеры, сонный Кирюша под нашими изумленными взглядами притопал прямо к нам, а точнее ко мне, угнездившись между моими передними лапами.

Пришлось и мне ложиться, оборачиваясь вокруг малыша так, чтобы от снега его закрывали и лапы, и хвост. Холод в драконьих ипостасях этим удивительным существам был не страшен.

Закрыв глаза, я попыталась отрешиться от ветра, снега и солнца, что занимало все большую часть неба. Потоптавшись рядом с нами недолго, Рейтар тоже угнездился сбоку от меня, но буквально через несколько минут начал плавно перетекать из состояния «я тут просто рядом постою» в «не отвлекайтесь, я всего лишь пристроюсь поближе».

В конце концов большая чешуйчатая махина обернулся вокруг меня точно так же, как я вокруг Кирюши, да еще и крыльями нас своими накрыл, чтобы снег не мешал нам спать. Я честно пыталась не подглядывать и не улыбаться, но стоило нам встретиться взглядами, как красный дракон сделал вид, что вот совершенно ни при чем.

Все случилось само, без его участия и на то желания. Мол, сам в шоке!

Не знаю, спал ли Рейтар, но, ощутив себя в безопасности, уверившись, что и Арскилю ничего больше не угрожает, я позволила себе задремать. Разбудил меня мягкий голос Эльды:

— Они такие милые, не правда ли? — прошептала она, видимо, для супруга. — Вот бы какой-нибудь художник запечатлел их.

— Я бы обязательно повесил их портрет прямо в холле над лестницей, чтобы Рейтар видел его как можно чаще.

— И раздражался как можно чаще, — тихо усмехнулась женщина, вторя мужу. — Что он вообще сказал тебе об этой девушке?

— Что я должен наградить ее и дать возможность уйти, — ответил Адриан, а я с облегчением выдохнула.

Осознавая свое теперешнее положение, я хорошо понимала, что сейчас с такой желанной свободой могут возникнуть закономерные трудности, и была рада услышать, что удерживать силой меня никто не станет.

После всего случившегося мое участие больше никому не требовалось. Арскиль вернул обоих родителей и теперь не нуждался ни в няне, ни в защите, а Королевство Пылающих вновь обрело достойных правителей, которым их служба была не в тягость.

И даже Рейтар освободился от петли на шее. И обрел дракона, о котором грезил столько лет. Только еще знать бы, как ему это удалось. Илону замуж он так и не взял, а это означало, что у меня имелись все шансы вновь поработать свахой.

Сестрице однозначно требовался муж, который ее урезонит. Ну или станет выполнять все ее капризы.

— Уйти? — громко удивилась мама Кирюши и тут же снова перешла на возмущенный шепот: — Кроме того, что она единственная снежная драконица на всем белом свете…

— Как раз по этой причине мы и не можем настаивать на том, чтобы Амелия осталась, — прервал ее супруг.

— Но что будет с Рейти, если она уйдет? Ты разве не видишь, что эта девушка небезразлична ему?

— Дорогая, это не наше дело. Они взрослые и разберутся сами. А нас с тобой ждет другая борьба. Нескончаемая и вечная. Пора напомнить семьям Великих Основателей о том, почему к власти пришел именно род Нейрерван. Пора поставить точку в этой междоусобной войне.

Услышав, как хрустит снег под чужими ногами, я поняла, что Адри и Эльда уходят. Пока они стояли недалеко от нас, я даже сама не заметила, как напряглась всем телом, а теперь имела возможность расслабиться и выдохнуть.

Почти.

Осторожно повернув морду, я едва не подпрыгнула на месте, опять встретившись взглядом с большими огненными глазами. Рейтар тоже уже не спал. К сожалению, я не могла сказать, как много он слышал из диалога брата и его супруги. И вот обсуждали нас они, а стыдно почему-то вдруг стало мне.

— Кажется, они уже собираются уходить, — тихо проговорила я, пощекотав кончиком хвоста круглое пузико спящего в кольце моих лап Арскиля.

Возвращение в Королевство Пылающих обещало быть эпичным. Только не все собирались туда возвращаться.

Глава 17

Глава 17: Общество с ограниченной ответственностью

— Амелия, я несказанно благодарен вам, но вы уверены? — вероятно, в последний раз спросил у меня Адриан, с беспокойством заглядывая мне в глаза.

Портал перехода уже был открыт. Цветной кристалл требовалось разбить о твердую поверхность или же раскрошить прямо в кулаке. Нам из-за необъятных снегов подходил исключительно второй вариант, которым отец Эрмоса и Эртирнара и воспользовался.

Ну как «нам»? Скорее им — тем, кто покидал эти негостеприимные сизые горы. Тем, кто всем сердцем жаждал правосудия над одной свихнувшейся дамочкой.

— Более чем, Ваше Величество. Ну как я его одного оставлю? — тяжко вздохнула я, покосившись на ворчащего хвостатого Рейтара, по которому, словно на батуте, прыгал Арскиль. — Ваш брат очень упрямый.

— И в этом вы, несомненно, правы. Но в таком случае, раз уж вы действительно решили остаться с Рейтаром, вы должны знать и еще кое-что, — слегка склонился ко мне мужчина, переходя на шепот. — Мой брат отказался возвращаться домой не потому, что упрям, а потому, что не может обернуться в свою человеческую ипостась. У него это просто не получается.

— Как у Кирюши? — удивилась я и тут же исправилась: — Простите, я имела в виду Арскиля.

— Кирюша? Любопытное прозвище, — улыбнулся мужчина. — Впрочем, сейчас не об этом. Нет, Амелия, причины у них разные. Мой сын все еще ощущает себя в опасности, но вскоре это пройдет. Что же касается Рейтара… Как на мой взгляд, мой брат боится потерять своего только обретенного дракона. Хоть и не признается в этом. Но решение есть. Он точно послушает ведьму.

— Ту самую ведьму, что живет на холме за болотами?

— Именно так. Она уже доказала ему, что ее словам можно верить. А теперь нам пора. — Оглянувшись на супругу, что поднимала Арскиля на руки, Адри тепло улыбнулся. — Желаю вам удачи, Амелия. Надеюсь, что мы вас еще обязательно увидим.

— А я надеюсь, что нет, — призналась я скромно. — Позаботьтесь, пожалуйста, о моей сестре. Эрмос станет для нее отличной парой, а она великолепным наказанием для этой семейки.

— Судя по рассказам Рейтара, мне уже стоит пожалеть нынешнюю леди Грайверс. Как, впрочем, и будущую, — усмехнулся правитель, но тут же перешел на более деловой, доверительный тон: — Обещаю вам, что ваша сестра обретет семью в самое ближайшее время. Может, кроме этой скромной награды у вас есть ко мне еще какие-то просьбы или пожелания?

— Нет, — покачала я головой, полностью довольная услышанным. — Хотя… Вы знаете, почему я получила драконицу? Как вообще такое могло произойти?

— Увы, ответы на эти вопросы мне неизвестны. Пока я могу лишь строить предположения, но я искренне рад, что вы обрели вторую ипостась, а иначе никто из нас никогда не вернул бы себе свободу. Возможно, в этом и была ваша миссия? Великие драконы писали, что каждая наша встреча не случайна. Берегите себя, Амелия.

Вслед мужчине, что был мало похож на собственного младшего брата, я смотрела с прищуром человека обманутого. Ни в какие эфемерные миссии я совершенно точно не верила, так что такой ответ близко к сердцу принимать не стала.

Напротив, мне было отлично известно, что с «великими миссиями» божественные существа в этом мире заявляются беспардонно и сами, а потом еще и не отзываются, когда дело выполнено. Мол, скажи спасибо, что живая ходишь, а не облачком по небу летаешь, но мне этого было мало.

Я хотела убедиться, что теперь никто никому ничего не должен, а белоснежная драконица — это просто приятный бонус. Как тринадцатая зарплата на госпредприятии.

Отстраненно наблюдая за тем, как в портале один за другим пропадают драконы в своих человеческих ипостасях, я неловко помахивала им ладонью на расстоянии десяти шагов.

Последними — замыкающими — являлась королевская чета.

К этому времени Арскиль, на шее у которого до сих пор висел подаренный мне Рейтаром кулон, уже перелез с рук матери на руки к отцу, но, видимо, вспомнил обо мне. Обернувшись, махал лапкой в ответ так жизнерадостно, что я даже ненароком прослезилась.

И да, в этот момент мне вот вообще не хотелось когда-нибудь вернуться в Королевство Пылающих и тем более в их дворец с его интригами и тайнами, но этого шалопая я желала увидеть еще хотя бы раз. Мне было искренне любопытно, как он выглядит в своей человеческой ипостаси.

А еще я надеялась, что его родители быстро перетрясут всю паучью сеть, что опутала дворец. Личность одного, а точнее, одной злодейки мы уже знали, но в том, что она все время действовала в одиночестве, я крайне сомневалась.

Ей однозначно помогал кто-то из храмовников, а еще — мейстериса Ортлинай. Эти две дамы дружили не один год, о чем супруг ледяной драконицы нам с прискорбием сообщил.

Я горела предвкушением. Так и хотелось запечатлеть лица этих дамочек, когда все те, кто был им неугоден, вернутся в один момент, но это было уже не мое дело. «Мое дело» натужно сопело у меня за спиной и не могло понять, почему я все еще тут стою, когда портал закрывается.

Я, честно говоря, ответа на этот вопрос тоже не знала. Точнее, знала, но стыдно мне его было произносить даже мысленно.

Как говорится: любовь зла, полюбишь и… дракона. Дракона, которого мне еще предстояло опять затащить к ведьме.

И вот оно мне надо?

— Не дыши мне в затылок, — пробурчала я, оборачиваясь. — И в какой стороне у нас живет ведьма?

Рейтар был недоволен тем, что я осталась. Да что там недоволен? Всем своим чешуйчатым видом он показывал, что я приняла самое неправильное в своей жизни решение, но мне было все равно.

Я просто шла вперед, абсолютно не зная, куда на самом деле нужно идти. Ориентиров у меня не имелось ни одного, а солнце в этом мире мало что могло мне сказать.

— Рыр-ра-рай ра-ррыр рыр-ай, — сокрушался следующий за мной дракон.

Что он там ворчал-бурчал, я вот вообще не понимала, хотя всегда себя считала человеком исключительно понимающим. Зато хорошо осознавала другое: если я хочу добраться до ведьмы, мне нужен в небе летающий дракон, который поймет, в какую сторону нам идти.

Но раз по доброй воле он этого делать не хочет…

— А научи меня летать? — резко остановилась я, обернувшись, и тут же была снесена чужой лапой прямо в сугроб.

Правда, из него меня вытащили буквально сразу же. Еще и снежок с меня стряхнули с налетом интеллигенции. А мне тем временем и так не тепло было…

В общем, в свою драконью ипостась я вернулась по собственному желанию и со всей разумностью. Обернулась и таки боднула Рейтара лбом прямо в чешуйчатую грудь. Только от моих манипуляций он даже не пошатнулся, что было несколько обидно.

— Летать научишь? — перла я напролом, заглядывая в большие огненные глаза.

Но, как оказалось, быть птицей — это вот вообще не мое. Рожденный ползать скакать не станет. Ну или как-то так. Жаль, что выяснили мы это аж через трое суток. За это время в качестве учителя Рейтар ощутил себя максимально свободно. Если ему что-то не нравилось, со мной проводили нравоучительные беседы, из которых я хоть что-то понимала лишь через раз.

Но ему нравилось. А мне нравилось просто проводить время рядом с мужчиной, пусть и в таком экстравагантном виде. Нас, в принципе, как драконов ничего не ограничивало. Ни мороз, ни метель, ни отсутствие элементарных условий.

Например, спали мы прямо на снегу. Изначально хвостато-чешуйчатый с недовольной мордой укладывался рядом со мной, даже не касаясь меня кончиком хвоста, но потом каким-то чудесным образом переползал поближе, проявляя, так сказать, натуру ящера во всей красе.

К утру я оказывалась слегка придушенной, спаренной, но заслоненной от снега или солнца. Если Рейтар к этому времени еще спал, я имела возможность поизучать рисунок его чешуи или поковырять когтем твердые защитные пластины, что покрывали особо уязвимые места вроде живота.

Что же касается еды, то теперь я великолепно понимала Кирюшу. Если племянник Рейтара ел как не в себя, то мы вдвоем наяривали так, что можно было в это же время прокормить две деревни. Я только и успевала диву даваться, куда там все это умещалось, но одно правило при этом оставалось неизменным.

Еду мы не воровали, как это случилось в первый раз. Оказалось, что, когда мы были в пещере, Рейтар не нашел ничего лучше, как спереть из чужого загона животинок, о чем я узнала, когда мы наведались в эту «столовую» во второй раз.

С криками: «Бей дракона!» — на улицу высыпалось все село. Кто-то вылетел с вилами, кто-то с топорами. А одна бабушка даже ночным горшком в нашу сторону грозила. И вот умей я летать, взяла бы просто и улетела бы, но все было не так просто.

Это драконище бессовестное мог улететь, а у меня вариантов оставалось только два: или пытаться драпать со всех лап, или договариваться.

Второй вариант, как ни странно, я любила больше. Хотя бы потому, что кушать хотелось очень даже, а больше еды для нас взять было негде. Те красные ягодки, что мы нашли на кустах недалеко от села, считать за еду в нашем положении и при наших габаритах было смешно.

— И еще… — перечислял староста деревни, замахнувшись на немыслимое.

— Уважаемый, я вот все понимаю — я вообще человек… эм, дракон понимающий, — исправилась я, тихо поражаясь чужой наглости. — Но вот он понимать половину из вашего списка категорически отказывается. Мы эти, страшномордые и человекогрызущие, а не Чип и Дейл. Списочек свой ограничьте.

Если бы не Рейтар, то стопроцентно бились бы мы со старостой по каждому пункту договора до самого утра, но, пару раз рыкнув да широко открыв пасть для демонстрации огня, бывший регент маленького принца быстро спустил мужчину с небес на землю.

Как итог мы получали двух волосатых животинок взамен всего на две вещи: огненному дракону нужно было растопить и прогреть клочок земли размером в десять соток, а мне в одном конкретном месте сообразить внушительную гору из снега для последующей постройки чего-то монументального.

Справились мы часа за два. Правда, сие действо надолго отбило у меня желание плеваться снегом. Горло не то чтобы болело, но казалось, что его заморозили изнутри. Если Рейтар ощущал нечто похожее, но только с огнем, то еще непонятно, кому из нас приходилось хуже.

— А все-таки вкуснее жареного мяса нет ничего, — резюмировала я, отрезая куски прямо когтями.

К счастью, они у меня были не только внушительными, но и острыми.

— Рару-рирай, — в очередной раз услышала я нечто нечленораздельное, что, видимо, переводилось как «Ешь давай».

Меня два раза просить не нужно было. Со своей «скромной» порцией я справилась на ура, оставив часть мяса уже проглотившему свою тушку Рейтару. Для него это неведомое животное было на один зуб.

Но ужин ужином, а беседа по расписанию. В конце концов, пытаться взлететь в небо аки птица мне уже надоело.

— Рейтар, а Рейтар… — протянула я загадочно. — А ведь мне нужно к ведьме.

— Рурай? — спросили у меня нечто вроде «Зачем», судя по интонациям.

— С появлением в моей жизни дракона разобраться хочу.

Крылатый ящер, сидящий рядом со мной, после моих слов с подозрением уставился на меня, но больше я не проронила ни слова. Вот пусть теперь сидит и думает, про него это я или про обретенную снежную драконицу.

Путешествие к ведьме обещало быть запоминающимся. Теперь трепать ему нервы я могла со всей возможной отдачей. Как, впрочем, и он мне, чем занимался с превеликим удовольствием.

— Да чтоб тебя! Немедленно спусти меня на землю! — ругалась я, попеременно хватаясь то за сердце, то за каменные наросты на чужой длинной шее.

Больше мне, собственно, держаться на этих американских горках было не за что. Пока я искренне пыталась не умереть и не свалиться с немыслимой высоты вниз, Рейтар от души мстил мне за свое невыгодное положение, то и дело падая булыжником, чтобы снова взлететь у земли.

Я знала, что оседланный дракон — это самое большое оскорбление, какое вообще могло быть нанесено ящеру, но другого выхода быстро добраться до ведьмы у нас не имелось. Я не летала — этот факт просто нужно было принять, а он летал, и еще как, потому и использовался мною как транспорт.

Как ворчащий, вечно недовольный, то и дело недобро зыркающий транспорт.

Правда, стоило заметить, что причин для ворчания у него было хоть отбавляй. Оборачиваться в свой человеческий вид я отказалась категорически. Мой филей мерз даже на земле, так что в воздухе, где температуры всегда ниже, я однозначно превратилась бы в ледышку. Да и ветра не способствовали моему желанию мерзнуть.

В общем, на спине Рейтара я путешествовала в качестве очень наглой и ощутимо тяжелой драконицы. Путешествовала и время от времени съезжала ему на шею, где мне, по его заверениям, было самое место.

Ну это я так для себя его бурчание перевела.

Необъятные снега вокруг нас действительно оказались необъятными. Едва нам стоило подняться в воздух, как я поняла, что сторону, в которую нам предстояло лететь, было не так-то просто узнать. Белоснежное одеяло тянулось на километры, но, все-таки выбрав одно направление, мы решили больше не откладывать полет.

Через несколько часов сизые, словно подернутые синей дымкой горы остались далеко позади, превратившись в тень, а снежное плато наконец-то закончилось. Да что там закончилось? Резко оборвалось, представив нашим взглядам другую — зеленую долину.

Среди белых облаков и серых туч она проглядывалась едва-едва, но солнечные лучи нет-нет да и прорывались к сочной зелени, что росла далеко внизу, огороженная тонкой, наверняка холодной речушкой и более крупным водоемом — морем или даже океаном.

— Это чьи земли? — крикнула я, вглядываясь в мелкие цветные пятнышки.

Камнем вниз под мой оглушающий визг Рейтар рухнул повторно.

Если в какой-нибудь из следующих жизней мне и предстояло стать полноценной птицей, то для меня однозначно уготовили роль пингвина. Даже если бы я не впилась когтями в наросты на шее дракона, даже если бы свалилась с его спины и начала сама падать вниз, все равно ни за что бы не полетела. Белые крылышки у меня имелись исключительно для красоты, чему я вновь нашла подтверждение при нашем приземлении.

С землей мы встретились не то чтобы мягко. Точнее, это Рейтар прямо-таки рухнул в одуряюще пахнущее разноцветное цветочное поле, словно в бассейн, а я, потеряв свою опору, перелетела через него и приземлилась ровно в пышное облако красных тюльпанов, а точнее, похожих на них цветов.

Вдохнув невероятный аромат, дважды чихнула прежде, чем все же догадалась подняться.

— И таки куда занесла нас нелегкая? — осмотрелась я по сторонам.

Впереди, позади, слева и справа от нас тянулись огромные ряды из сиреневых, белых, желтых, синих и красных растений. Одни были похожи на гиацинты, другие я и вовсе никогда не встречала, но не они интересовали меня в этот час, а маленькие домики, обозначающие небольшое поселение недалеко от полей.

— Идем туда, — махнула я лапой вперед, но так и не дождалась хоть какой-нибудь реакции, а потому обернулась.

То, что я увидела, на несколько секунд повергло меня в шок. Добравшись до ближайшего, а точнее, единственного в округе дерева, Рейтар от души пнул его лапой. Листья с веток тут же осыпались на землю, оставив голый ствол, но этого дракону словно показалось мало.

По дереву он пнул повторно, а я услышала негромкий треск.

Собственно, кроме меня его, видимо, тоже услышали. Те, кому он предназначался. Еще до того, как эльфы появились на цветочном поле, выпрыгивая прямо из дерева, я уже знала, каких именно гостей мы ждем.

А еще знала, что Рейтара сейчас будут бить. Если осмелятся.

— Ты! — заорал до боли знакомый эльф, чье нижнее белье в горошек однажды стало общественным достоянием.

— Мы! — воскликнула я, обращая на себя внимание троицы. — На драки времени нет. И нам бы это… портал.

Раньше я как-то даже и не подозревала, что ушастые эльфы умеют так коварно улыбаться. Распознав во мне источник собственных развлечений, они мигом переключились с чешуйчатого на меня. Для начала после короткого рассказа поздравили нас обоих с обретением вторых ипостасей и, не тратя времени зря, спросили, что такого интересного я могу предложить им взамен на портал перехода.

Предложить я могла разве что собственные чешуйки, ибо больше при себе у меня ничего не имелось, но и этого для ушастых было многовато. В конце концов, я же не мазохистка, чтобы причинять себе боль, как Илона.

— О, а хотите, я вас венки цветочные плести научу? — предложила я с энтузиазмом, не найдя взглядом, за что бы еще зацепиться.

Эльфы не хотели. Они желали либо чешуек, которые ценились на черном рынке, либо что-нибудь интересно-познавательное. Ну не бомбочку для ванны же их учить изготавливать из подручных средств!

Как ни странно, на помощь мне пришел Рейтар. Схватив за лапу, драконище наглое оттащил меня в сторону — за облысевшее дерево, будто оно могло хоть что-то спрятать, но прятать, к моему удивлению, должна была именно я.

Развернув меня к себе спиной, мужчина прорычал что-то жизнеутверждающее. Хотя с теми же интонациями он вполне мог мне чем-нибудь угрожать, но я предпочитала верить в лучшее.

Покопавшись и пошебуршав несколько томительно долгих секунд, Рейтар обошел и дерево, и меня. В его раскрытой когтистой лапе лежали три маленькие красные чешуйки. Увидев их, главарь троицы быстренько схапал запрещенку и спрятал ее в карман куртки.

Портал для нас открылся в дереве в то же мгновение.

— Если понадобится обратный переход… — начал было эльф, алчно разглядывая мои чешуйки.

— Не понадобится! — заключила я, подтаскивая Рейтара к дереву. — Попутного ветра!

В воронку перехода меня засосало первой. Но так как я не отпускала лапу драконища, то и его вслед за мной расплющило и раздавило, чтобы стремительно унести вперед через множество других таких же деревьев.

И вот что странно: лесок, что находился в самой низине требуемого нам холма, я узнала сразу же, но скорость, с которой мы перемещались, с каждым мгновением становилась все больше. Если бы не реакция Рейтара, пролетели бы мы стопроцентно мимо, но он успел шагнуть в сторону, рывком потянув меня за собой.

Собственно, именно этот рывок и сыграл с нами злую шутку.

На красночешуйчатого дракона я фактически упала, упершись лапами с острыми когтями в его твердую грудь. Если бы не защитные пластины, то, наверное, и впиться могла до крови, а так только немного поскрежетала.

Всю степень романтизма, что застыл мгновением между нами, оценить не успели ни дракон, ни я. Услышав неясный треск в лесу позади нас, Рейтар в единый миг подорвался и вскочил на лапы, тут задвинув меня себе за спину. Выражение его морды было непередаваемым за счет оскаленной пасти, но ничего странного на опушке я не заметила.

Странное находилось прямо передо мной. Увидев облысевший от чешуек участок кожи чуть правее его хвоста, я прищурилась и тихо осведомилась:

— Я, конечно, прошу прощения за любопытство, но ты эльфам чешуйки с какого места отрывал?

Как говорится, у кого что болит. И вот я же уже знала, что бывший регент Королевства Пылающих эльфов этих недолюбливает, но чтобы настолько…

Морда у этого животного стала самой что ни на есть ехидной. Закатив глаза, я громко фыркнула и таки отправилась покорять неприступный холм, который с этой стороны леса раньше был очень даже доступным.

Пока его не оккупировали эльфы.

Забыв о том, что, по идее, ушастые должны крутиться здесь целой толпой, попеременно катаясь на корытах, я начала подъем по вырезанным в земле и закрепленным деревяшками ступенькам, но не прошла и двух метров, как меня откинуло назад.

Да так откинуло, что я сбила Рейтара с ног, то есть с лап. В общем, на земле мы снова лежали вместе. Только на этот раз мой хвостик упирался… Крайне неудобно упирался, с какой стороны ни посмотри, так что пришлось живенько отползать в сторону и подниматься.

— Ты там как? Живой? — уточнила я, глянув на дракона.

Дракон в этот момент обескураженно глядел на меня, и лишь спустя несколько секунд я поняла почему. Вместо своего хвостика я схватила тот, что принадлежал ему, и теперь тянула, не понимая, почему перестала чувствовать прикосновения к своей новой конечности.

— Ой, — резюмировала я, несколько покраснев, но тут же мысленно себя обругала. Часть праведного гнева незаслуженно досталась и драконищу: — А вообще, скажи спасибо, что это хвост. Ты идешь или нет? Там какая-то защита стоит.

Правильно люди говорят: лучшая защита — это нападение. А лучшее нападение — то, в котором ты не участвуешь. Ну я и не участвовала. Стояла себе в сторонке, пока Рейтар взламывал защитный купол, выставленный не иначе как самой ведьмой.

Первая и вторая попытки потерпели поражение, но третья, как ни странно, сработала. Нет, я в Рейтара верила безоговорочно, а вот в его терпение — нет. Как оказалось, зря. Мигнув в последний раз, тонкая потрескивающая преграда исчезла, но взбираться на холм я не торопилась.

Дура я, что ли, туда во второй раз лезть? Нет-нет, у нас имелся другой подопытный, также уверенный в своих силах. Лишь когда он свободно сделал десять шагов, я последовала за ним, а после даже осмелилась обогнать.

— И чего ты копаешься? — искренне возмущалась я, перешагивая через миниатюрные по сравнению с моей лапой ступеньки, вырезанные прямо в земле. — Давай скорее, нам еще ведьмины поручения исполнять.

И вот нравилось мне его бесить. Наверное.

Общество с ограниченной ответственностью «Домик ведьмы», что стояло за забором, за время нашего отсутствия нисколько не изменилось. По огороду все так же сновали куры под предводительством петуха, а в луже грязи у самого порога на солнышке загорала свинья, на которую Рейтар тут же положил алчный глаз.

Увидев нас, хрюшка решила вспомнить об инстинкте самосохранения, но подняться на копыта так и не смогла. За ее стратегическим отползанием в кусты мы наблюдали с исключительным любопытством.

— А в дом в таком виде мы не зайдем, — с намеком протянула я, решив попробовать переманить Рейтара на сторону людей.

Ну вдруг так легко все получится и он обернется?

Не получилось. Еще до того, как драконище начал рычать что-то непередаваемое, расписные створки маленького окошечка отворились, являя нам ведьму собственной персоной.

На этот раз она казалась еще обворожительнее и краше в своем черно-красном образе. Алые губы резко контрастировали с чернильными глазами и волосами. В этот старенький потертый домик женщина однозначно не вписывалась. Гораздо больше ей подошел бы замок графа Дракулы.

— Еще как не зайдете, голуби мои. И чего вас на этот раз нелегкая принесла?

Для того чтобы поговорить с ведьмой, мне не требовалось оборачиваться в свой изначальный привычный и взгляду, и сердцу вид, но оставаться драконицей и орать с улицы я посчитала неправильным, так что через несколько минут мы вдвоем уже сидели за столом и разговаривали о своем, о женском под восхитительную стопочку блинов.

Стопочка уменьшалась пропорционально выпитому чаю. Как, впрочем, уменьшались и мои надежды узнать что-нибудь полезное вот прямо сейчас.

Ведьма от своих традиций отказываться не собиралась, несмотря на то, что вызывать ее нам уже не нужно было.

— Ну ладно я — приготовить, попариться, прибраться, а Рейтар как? — вопрошала я, присматриваясь к опустевшему блюду.

Блюдо тут же гостеприимно разжилось новой стопочкой блинов. Если и дальше так пойдет, то я себя однозначно не прокормлю!

— А чего Рейтар? — искренне удивилась ведьма. Ее говор с ее внешним видом тоже не сочетался. — Через обряд мой очищения ты и одна пройти можешь. Впрочем, мысли твои мне и без того давно ведомы.

Лукаво улыбнувшись, женщина слегка прищурилась, лишь на миг утратив собственную молодость. Я даже проморгалась ненароком, решив, что мне от переедания померещилась седовласая старушка.

Недоеденная стопочка блинов на всякий случай была отодвинута в сторону.

— Значит, вы знаете, с каким вопросом я к вам пришла, — осторожно сделала я соответствующий вывод.

— Знаю. А ты… знаешь?

Беззастенчиво растворившись в чернильной дымке, ведьма оставила после себя только легкий аромат цветов. Ее улыбка, словно улыбка Чеширского кота, еще некоторое время стояла у меня перед глазами, пока я пыталась вспомнить, почему этот запах мне показался знакомым.

Хотя… С ведьмой-то мы и раньше виделись.

Смахнув липкую паутину задумчивости, я вновь посмотрела туда, где секундами ранее сидела во всех смыслах этого слова «роковая» женщина. Ее последний вопрос однозначно был с подвохом — об этом говорили и хитрый взгляд, и интонации, но в чем он заключался, я уловить не успела.

И спросить про цену за ответы не успела. В прошлый раз мы отделались малой кровью, но сегодня ничто не мешало женщине затребовать с нас пару-тройку чешуек. Или не пару-тройку…

Собственно, договариваться следовало на берегу, но, сколько бы я ни звала, ведьма больше не отзывалась. Ее инструкции были более чем четкие.

— Воды натаскаешь? — уточнила я у Рейтара, скромно выбравшись на крыльцо.

И вот он мне сразу странным показался. Стоило мне выйти, как он дернулся и спрятал взгляд. А еще лапы убрал за спину, имитируя прогулку на задних лапах.

По огороду. Прогулку. Дракон.

— И чего мы натворили, пока меня не было? — голос мой был насквозь пропитан строгими требовательными нотками.

Огненный взгляд чешуйчатого стал еще более невинным, а сам он сделал сначала удивленный, а потом и оскорбленный вид. И тут я поняла, что мне чего-то не хватает. Условно я теперь являлась самым настоящим хищником, а значит, была совсем не прочь покушать вкусного, жареного, сочного мяска, но человек во мне по-прежнему жалел сирых и убогих.

— Птички где? — спросила я, с негодованием сложив руки на груди. Ни курицы, ни петух по двору больше не бегали. — Рейтар, я тебя спрашиваю. Если ты их съел…

Не успел. Оскорбленно дернувшись, зло обернувшись так, чтобы я видела всю его бессовестную морду целиком, бывший регент Королевства Пылающих выплюнул всех, кого намеревался сожрать. Видимо, звериные инстинкты все-таки брали верх над человеческим разумом, и я с ужасом опасалась, что и меня может ждать то же самое.

Слюнявые, растерявшие часть перьев птицы тут же бросились врассыпную, а я решила сделать вид, что ничего не видела.

— Так что? Воды натаскаешь? А я пока ужин нам приготовлю, — протянула я, соблазняя Рейтара на подвиги.

Таким — немного сумасбродным, игривым, словно помолодевшим душой — мужчина нравился мне гораздо больше. Услышав про еду, он моментально воодушевился, но ненадолго. Я отлично умела спускать с небес на землю:

— Помнится, драконы очень любят огурцы…

Недовольное бурчание-ворчание чешуйчатого прервал мой тихий смех.

Глава 18

Глава 18: Влюбиться, забыться, проститься, или Грабли в подарок

Насчет огурцов я нисколечко не шутила. Пока Рейтар пытался всеми возможными способами набрать ведром из колодца воду, я шуршала между грядками. Собирая огурцы, помидоры, кабачки и прочую зеленушку, попутно избавляла грядки от травы.

Однотипная рутинная работа успокаивала и помогала очистить мысли, чтобы я могла сосредоточиться на главном. Но что именно для меня являлось главным, я так и не решила. Меня одинаково беспокоила как собственная судьба, так и то, что произошло с Рейтаром. Думать о чем-то одном для меня не представлялось возможным, а потому я перешла на нейтральную тему.

И перешла вслух. Промывая овощи в подобии дачного умывальника прямо на улице, я обратилась к чешуйчатому, несмотря на то, что ответить мне он фактически не мог:

— И вот что странно… — протянула я, но, осознав, что старт этой беседы случился лишь в моей голове, начать решила издалека: — Участие мейстерисы Ортлинай в заговоре против вашей семьи лично меня вот вообще не удивляет. Помнится в своем разговоре храмовники упоминали неведомых «их», так что злодеев у нас было однозначно больше двух.

Глянув на меня исподлобья, дракон вновь вернулся к своему занятию — опрокидыванию ведра в колодец с целью подъема воды.

— Что? Мне она, между прочим, сразу не понравилась. Если она и была когда-то вашей няней, это еще не говорит о том, что она вас любила, — оценила я его скептичный взгляд. — Насчет матери Эртирнара я тоже не слишком удивилась. Есть такие люди, то есть драконы, на которых смотришь и сразу понимаешь, что в случае чего тебе голову откусят и не поморщатся, но вот что странно… Считая себя прямым потомком снежных драконов, леди Грайверс при этом не являлась вашей родственницей, а между тем кто-то шастал по запечатанным твоей кровью тайным проходам.

— Леди Грайверс время от времени навещала в горах не только своего закованного магией супруга, но и моего брата. Для нее ничего не стоило периодически лишать его крови, чему сам Адри в своем состоянии препятствовать не мог.

— Это он тебе рассказал? — ужаснулась я, отвлекшись от промывания морковки.

— Именно. Как видишь, никакого «другого» представителя нашей семьи никогда не было. Правда, не думаю, что конечной целью такого членовредительства являлось желание проходить через запечатанные мною проходы. Кровь — универсальный ингредиент для многих зелий и заклинаний. Сдается мне, что изначально ее использовали, чтобы выманить Арскиля из дворца… Что?

Сказать, что я была поражена, — это ничего не сказать. Закончив мыть морковь, я принялась за колючие огурцы, но мгновением позже до меня все-таки дошло, какое именно несоответствие все это время корябало мою душу.

Рейтар в своей драконьей ипостаси никак не мог мне отвечать! Собственно, только по этой причине я и обернулась столь резко, чтобы застать все того же неизменного чешуйчатого. Причем ему мое внимание показалось странным.

Посмотрев на меня, не открывая пасти произнеся: «Что?» — он продолжил вытягивать из колодца цепь, на конце которой болталось ведро с водой.

— Как… Как ты разговариваешь? — в отличие от дракона, я озвучила свой вопрос вслух. — Твой голос…

— Звучит в твоей голове, — закончил мужчина за меня мысль. — Это магия, Амелия. Доступная мне магия. Столько воды хватит?

Воды для уборки и готовки мне очень даже хватило, а вот совести нет. В том смысле, что Рейтара на порог избушки без курьих ножек я не пустила даже одним когтем.

Но он нашел выход.

Все то время, пока я колдовала у печки да выметала пыль и грязь, его лобастая голова торчала прямо из распахнутого окна. Наблюдая за мной, чешуйчатый становился все настойчивее, проявляя свое любопытство:

— Так что сказала ведьма?

— Я же уже ответила, — непроизвольно закатила я глаза, выметая собранное на полу добро за порог. — Ничего конкретного про тебя или меня.

— Я не просил ничего спрашивать про меня, — тут же ответил он, нахмурившись, сдвинув наросты, заменяющие ему брови.

Но я вновь сделала вид, что ничего не услышала. Игнорировать чешуйчатого у меня сегодня получалось просто феерично.

Будто ничего не заметив, я продолжила свою речь:

— Для начала мы должны пройти три круга ее странного обряда, а там видно будет. Огурец хочешь?

Огурец был очень надежным аргументом в любом нашем разговоре. Глянув на стол, на котором стояла миска с огуречно-помидорным изобилием на подложке из зелени, вредный драконище поморщился и быстро зыркнул в сторону печки.

Оттуда вот уже около получаса тянуло готовящимся на сковородке мясом. Видимо, пожалев Рейтара и не оценив мой вегетарианский настрой, ведьма и расщедрилась на огромный кусище свинины. Сама свинка, кстати, не пострадала и по-прежнему пряталась в кустах. А я что? Мне местная животинка за две встречи, между прочим, уже родной стала.

Как ни крути, неправильный из меня выходил дракон.

— Сначала баня, — перехватила я чужой голодный взгляд. — И это, огурцы когтем пополам покромсай. Ну или как получится, Первый Лорд. Или ты теперь второй?

Мои слова у бывшего регента Королевства Пылающих однозначно вызвали недоумение — тут все на морде было написано, но я от своих планов отказываться не собиралась.

Да, я запросто могла позаботиться только о себе. Выполнив все поручения ведьмы, задала бы свой вопрос да отправилась бы восвояси, но нет. Пусть Рейтар этого и не показывал, для него получить ответы наверняка тоже было важно не меньше, чем мне.

Оставалась одна дилемма: как засунуть дракона в баню? А впрочем… Если гора не идет к Магомеду, то Магомед в моем лице совсем не гордый.

— Теперь правую лапу, — командовала я, поочередно затаскивая чужие конечности в баню.

В небольшом деревянном строении, миновав малюсенький предбанник, уже побывал даже чешуйчатый хвост, но никак не лобастая голова. Мощная шея не помещалась в дверной проем ни боком, ни прямо, а сам Рейтар злился и искренне не понимал, почему должен терпеть мои издевательства, если по меркам драконов недалеко от домика ведьмы течет река.

Объяснять ему свое упрямство я не собиралась. Хотя бы потому, что бывший регент Королевства Пылающих был еще более упрямым. И толстолобым. И вообще, давно напрашивался на порку, пусть и банным веником.

Чешуйчатую спину я хлестала от всей души.

— Куда?! — веселилась я, гоняя дракона мокрым веником по двору вместе с курами. — Куда по редиске?! А ну, стой, зараза хвостатая!

— Ры-ы-ы-ы! — ругался Рейтар в ответ, ломая кустики с помидорами.

Однако вскоре пошатнувшаяся тонкая драконья душевная организация была полностью отомщена. В три прыжка добравшись до колодца, он схватил ведро и окатил меня водой.

Ледяной водой.

И вот если бы это был снег…

Визжала я на всю округу. Даже если выпровоженные ведьмой эльфы и пытались в этот момент пробраться в стан врага — то есть на холм, то после услышанного улепетывали они в обратном направлении однозначно.

И вот я их полностью понимала: я бы тоже улепетывала. Сирены в этом мире очень даже водились и закусывать предпочитали кем-нибудь живым и сопротивляющимся.

— Ах так?! — разозлилась я, заметив, куда устремился огненный взгляд крылатого ящера.

Тонкое платье, найденное мною в домике ведьмы, теперь больше демонстрировало, чем скрывало. И главное же, формами, в отличие от Илоны, я похвастаться никак не могла, но стыдно стало очень даже. И прикрыться захотелось в тот же миг.

Собственно, как смогла, так и прикрылась, превратившись в белоснежную драконицу, но на этом решила не останавливаться. С воинственным — мне хотелось верить, что с воинственным, — ревом я бросилась на не готового к такому повороту событий чешуйчатого.

Сбить его с лап на этот раз получилось с первой попытки. Если бы не твердые пластины чешуи, быть ему поцарапанным во всех возможных местах, но драконья чешуя, а чаще кожа не зря ценились на черном рынке. Если бы чешуйки было не больно отрывать, я бы озолотилась.

Впрочем, отрывать их можно было и не с себя…

— Р-р-р-ра! Р-р-р-ра! — устрашающе рычала я, клыками впиваясь в чужую лапу. — Р-р-р-ра! Р-р-р-ра!

Громкий хохот фактически разорвал тишину в моей голове. Так и замерев с честно отвоеванной добычей в клыках, я медленно перевела взгляд туда, где физиологически должна была располагаться пасть, этот самый смех извергающая.

Собственно, пасть таки открывалась в такт слышимым мною звукам, но на самом деле вокруг нас стояла почти полная тишина: ветер шелестел листьями деревьев и кустов, а где-то недалеко ухала птица.

— Тьфу, — выплюнула я абсолютно невкусную конечность и с истинно женскими претензиями решила обидеться: — То есть так, да? Смеемся, значица. Фиговый листочек вам на ужин в таком случае, Первый Лорд.

Моя попытка к отступлению была обрублена на корню. Я только и успела, что сползти с чешуйчатого на землю, попутно сминая огуречные вьюны — двор с аккуратными грядками, в принципе, теперь представлял собой разруху, — как меня прижали лапой к этой самой земле.

Настойчиво так прижали. Я бы даже сказала, нарушая все права, прописанные в конституции. Если бы она существовала в этом мире.

— Это что за беспредел?! — возмутилась я, попытавшись вырваться, но в этот момент случилось невероятное и ужасающее по своей сути.

Медленно, даже размеренно наклонившись ко мне, Рейтар обнюхал меня, шумно вдыхая аромат моего чешуйчатого тела. Именно по громкому сопению я и поняла, что происходит. Видеть его бессовестную морду в таком положении не представлялось возможным.

Но вскоре все изменилось.

Беспардонно схватив мою едва сопротивляющуюся тушку, обнаглевший драконище развернул меня, так сказать, морда к морде.

И вот тут-то я и испугалась. Да что там испугалась? Перетрухала по-черному.

В больших огненных глазах не было ни капли разума. Только животный интерес одного хищника к пойманной в сети жертве.

— Ты если поужинать вздумал, то имей в виду: я костлявая, — предупредила я со страху, уже особо не веря в успех мероприятия под названием выживание.

В моей груди больше не осталось места переживаниям насчет разворошенного двора. Меня больше не интересовали грядки, даже черный дым, валивший из бани, особо не трогал. В этот момент я искренне завидовала свинье, которая из своих кустов выползать, видимо, не собиралась до скончания веков.

И вот умное же животное.

— Мама… — прошептала я, отметив, как плавно приближается ко мне чужая морда.

Не выдержав нахлынувших чувств, а именно страха, я таки зажмурилась. О том, что я тоже совсем не маленький дракон, как-то напрочь забылось.

И хорошо, что забылось. А точнее, хорошо, что я сейчас находилась в своей второй внушительной ипостаси.

Ощутив, как в щеку утыкается влажный горячий нос, я распахнула веки и встретилась взглядом с самым настоящим драконом, чьи дальнейшие намерения оставались для меня загадкой. Правда, для него они тоже остались загадкой, ибо не отвечающий адекватностью взгляд тут же сменился ясностью в огненном взоре.

Разница была настолько ошеломляющей и явной, что я мгновенно подумала вот о чем. А ведь не зря драконы не проводили все свое время в своих вторых чешуйчатых ипостасях. Что, если делать это было попросту нельзя? Что, если зверь мог перехватить контроль?

В глазах Рейтара тоже читалось недоумение, но наши размышления наверняка не пересекались. Он на данный момент просто не понимал, куда делся кусок его жизни. Он отсутствовал всего несколько минут, но что, если это только начало? Что, если он может навсегда потерять разум и свою человеческую ипостась?

— Слушай, а кто появился раньше: курица или яйцо? — спросила я, вырывая его из молчаливой задумчивости.

— Что? — не понял он, отреагировав с заметной заторможенностью.

Голос его, как и прежде, прозвучал у меня в голове.

— Кто появился раньше: человеческая ипостась или драконья?

— Если верить старинным записям, драконья сторона наших душ гораздо старше, нежели человеческая. К чему вопрос?

Кажется, он что-то подозревал, но верить, видимо, голосу собственного разума отказывался.

— Да так… Ни к чему. Ты в человека, вообще, превращаться собираешься?

Лучше бы я не задавала этот вопрос. Мгновенно изменившись в морде, Рейтар поднялся, выпрямился и осмотрел место нашего побоища. Двор выглядел эпично: часть забора была повалена, другая часть уже горела вместе с баней, грядок больше не существовало как таковых, а цепь с ведром плавали где-то на дне колодца. Ко всему прочему были сломаны лопата и грабли. На последние наступила я лично. И вот ничему же меня жизнь не учит.

— Как-нибудь восстановим, — тяжко вздохнула я, торжественно возложив лапу на… ну пусть будет плечо дракона.

Зыркнув на меня недобро и с предупреждением — лапу я после этого убрала от греха подальше и к себе прижала, — Рейтар закрыл веки и расслабился. Об этом сказали не только его тяжкий вдох и протяжный выдох, но и чуть сгорбившаяся спина.

Выступление одного хвостатого волшебника оказалось еще эпичнее, чем учиненный нами разгром. У меня пасть в самом начале как открылась, так и лежала где-то на уровне земли.

Что он творил! Казалось бы, дракон только лапами немного размахивал, а двор постепенно приобретал свой первоначальный вид. Забор восстанавливался прямо на глазах. Пожар, учиненный в бане, не только исчез, но и не оставил после себя ни следа. Грядки собрались и оформились, а лопата и грабли целыми оказались прислонены к ближайшей стене дома.

Но больше меня, конечно, поразили ведро и цепь, прикрепленная к нему. Выпрыгнув из колодца, железяка упала мне прямо в лапы, а из чистейшей воды вынырнула недовольная морда побитой жизнью и рыбаками хвостатой.

— Какого плавника?! — недоуменно заорала самая что ни на есть настоящая щука, но свои три желания я загадать не успела.

Только рот открыла, как длинная рыбища была метко отправлена обратно в колодец. И вот интересно: а золотая рыбка там, случайно, не водится? У меня как раз три желания и по ее душу накопились.

Ну или тридцать три. Женщины — народ загадочный и непостоянный в определенных аспектах жизни.

— Я… прошу прощения… — нервно сглотнула я, тщательно подбирая слова. — А ты раньше магией почему не пользовался? В том смысле, что еще до того, как свою драконью ипостась получил.

— Потому что каждое заклинание отнимает прорву сил.

Голос дракона из вполне бодрого за какие секунды стал едва слышимым. Глянув на него, я еще успела заметить, как у него сами собой закрываются веки, но он стойко сопротивляется наваждению. Стойко, но не эффективно.

Еще через мгновение дракон камнем рухнул на землю, а я как стояла с ведром, так и продолжала стоять. Собственно, из этого самого ведра я его водой и окатила.

— Твою ж наковальню! — выругался Рейтар, никак не ожидавший от меня такой подлости, но с земли поднялся буквально на миг, после чего вновь обессиленно рухнул.

— Между прочим, так меня еще не обзывали! — обиделась я, мысленно прикидывая, хватит ли мне сил дотащить чешуйчатого хотя бы до окна.

— Ты чего задумала? — насторожился драконище, поймав мой взгляд на себе.

Не знаю, как я выглядела со стороны, но впечатление однозначно производила. Как минимум, когда я все-таки приступила к выполнению своего плана, от меня искренне пытались уползти. И пощады просили очень натурально.

А я что? Ну не оставлять же Рейтара посреди огорода? С пыхтением, сопением и невероятным даже по моим меркам упрямством я таки дотащила его до окна, где и приложила аккуратно к стене.

И ушла, оставив его одного.

— Правильно-правильно. Брось меня, — ворчал он себе под нос, но через распахнутое окно я слышала его прекрасно.

К тому времени, как я вернулась обратно на улицу в своем привычном виде с разделочной доской в руках, используемой мною в качестве подноса, на небе появились тяжелые серые тучи. Ветер поднялся, сильнее зашуршал листьями и кустами, оповещая о том, что скоро будет дождь.

— Приятного аппетита, — пожелала я, размещая доску рядом с драконом.

— Я не голоден, — неожиданно взбрыкнул Рейтар, слегка отвернувшись от аромата, который был не просто пленительным, а обескураживающим.

У меня самой, пока я несла дощечку с тарелками, весь рот слюной наполнился. Да и есть мужчина хотел однозначно: за час-полтора его голод сам собой устраниться явно не мог, так что дело было стопроцентно нечисто.

— У тебя клык болит? — предположила я. — Знаешь, в детстве я сама себе зуб вырвала, могу и у тебя попробовать.

Если бы мог, драконище однозначно сбежал бы от меня куда глаза глядят, таким натурально напряженным стал его взгляд, но, к его же сожалению, в своем состоянии он даже уползти не мог, не то что уйти на лапах.

И вот я же всегда была человеком понимающим. А еще чаще догадливым. Едва шевеля собственной головой, лапами двигать этот волшебник просто был не способен, как и всем остальным телом.

— Пасть открывай, — вздохнула я, берясь за первый горячий мясной кусище. — Открывай-открывай. У меня опыт знаешь какой? Я сестру с ложки только так кормила. Голодной от меня она еще ни разу не уходила.

Говоря о сестре, я, конечно же, не имела в виду Илону, но что там подумал дракон, мне было неведомо. Вспомнив о Машке, я невольно улыбнулась. Пусть я и скучала, воспоминания о той, другой жизни сейчас являлись для меня чем-то светлым, добрым, незапятнанным. Я словно скучала по детству, которое было не вернуть.

— Себе, — прозвучало у меня в голове голосом Рейтара, вырывая из счастливого наваждения.

Так мы и сидели. Я — на пеньке, предназначенном для колки дров, а он рядом, опираясь чешуйчатой спиной на стену дома. Правда, недолго сидели.

— Кажется, дождь собирается… — протянула я, глядя на хмурое небо.

Ветер уже стал не просто прохладным, а что ни на есть леденящим.

— Иди в дом, — неожиданно приказали мне, ущемляя мои права.

А я, может, очень хотела под дождем посидеть да на молнии сверкающие поглядеть. Но возмутиться даже не успела. С внушительного пня меня просто-напросто смели хвостом и в сторону тропинки, огибающей деревянное строение, бессовестно подтолкнули.

Пришлось идти. Как назло, еще и дождь пошел. Крупные капли разбивались, едва касаясь моего лица. Холодная вода неприятно сбегала по волосам и плечам. В воздухе пахло осенью: пожухлыми листьями, свежестью и костром. На дереве слева от калитки спели яблоки.

Я правда пыталась усидеть в доме. Ворвавшись в тепло — печь прекрасно обогревала единственное помещение, — долго тянула травяной отвар, глядя в распахнутое окно. Прямо под этим окном сидел Рейтар. Мысль, что он сейчас мокрый и мерзнет, никак не давала мне покоя. Разумом я прекрасно понимала, что огненный дракон в принципе замерзнуть и заболеть не может, но что-то такое ворчливое и паническое во мне искренне утверждало обратное.

Так и не совладав с собой, я решила пойти на компромисс с собственной совестью. Что я, сегодня зря, что ли, на грабли наступала? Вот ничему же меня жизнь не учит.

— Госпожа ведьма! Госпожа ведьма! — шепотом, чтобы не услышал Рейтар, звала я, глядя почему-то на потолок. Отчего-то мне казалось, что женщина обязательно смотрит на нас сверху вниз. — Мне бы ткань какую непромокаемую и веревки. Много. А я вам чего-нибудь вкусного взамен испеку. Вы оладьи любите?

Ведьма меня однозначно слышала. В тот самый миг, когда я уже отчаялась ждать и решила справляться собственными силами, прямо на меня с потолка откуда ни возьмись рухнул внушительный кусок брезента, свернутый на манер ковра. Я едва успела отскочить в сторону. Так и заикой недолго стать!

— Спасибо! — произнесла я и решила, что больше у ведьмы никогда ничего не попрошу. От греха подальше. Мне как-то целые кости и голова без сотрясения дороже. Хотя… — Мне бы кефира на оладьи с пол-литра, если можно.

Кефир, слава Святой Матери, с потолка мне на голову не свалился. Глиняный кувшин появился на столе, где я его и решила оставить до самого утра. Сама же кое-как вытащила брезент на улицу, чтобы уже там под дождем превратиться в белоснежную драконицу.

В таком облике искать поваленные деревья в затемненном лесу было куда проще. Да и тащить их до двора ведьмы оказалось куда легче.

Перетаскав мощные стволы к окну под непонимающим взглядом мокрого Рейтара, я не стала вооружаться лопатой. Четыре ямки были вырыты когтями — инструментом, что показался мне более эффективным.

— Амелия, что ты делаешь? — хмурился красный драконище, неизменно подбирая хвост, на который я так и норовила наступить.

— Красоту! — резюмировала я, удовлетворенно оглядев дело рук своих.

Мое довольство несколько смыл неожиданно вырвавшийся чих, последствиями которого стал сугроб.

— В дом, — строго приказали мне.

— Неа, — помотала я лобастой головой и таки схватилась за брезент.

Крепила его так, чтобы сверху и по бокам нашей импровизированной избушки все было закрыто наглухо. С третьей стороны ветер и дождь не пропускала стена дома, а спереди открывался прекрасный вид на огород и забирающийся на холм вечер.

— Спасибо, — буркнул драконище облезлый, явно не привыкший быть вежливым и кому-либо обязанным.

И вот он же в этот момент однозначно мечтал уже поскорее от меня избавиться. А я что? Раньше мне очень даже нравилось спать в палатке на свежем воздухе. Я бы даже сказала, что получала от этого дела особое удовольствие.

— Двигайся, — слегка пнула я Рейтара лапой, на ощупь пытаясь забраться внутрь шалаша.

Шалаш поддаваться моей тушке отказывался напрочь. Занимаясь его строительством, я как-то не учитывала собственные габариты, опираясь исключительно на распластавшегося на земле чешуйчатого, а теперь вот не помещалась.

— Остор-р-р-рожно! — то ли рычали, то ли шипели на меня, ворочаясь где-то внизу.

Плюнув на это дело, я решила, что надо превращаться. Собственно, в свой человеческий вид я обернулась прямо там, не выбираясь наружу. Обернулась и сразу стала в десять раз неуклюжее. Не знаю, что это было — лапа или хвост, но, запнувшись, я полетела вперед, отчаянно размахивая руками. Правда, упала на мягкое и горячее, пока это самое мягкое и горячее от души ругалось такими оборотами, какие детям до восемнадцати строго противопоказаны.

— Э-э-эх, и это лорд! — пожурила я его, пытаясь устроиться удобнее.

Вид открывался просто «ошеломляющий». Пока я вошкалась, темнота окружила холм. Слышался только звук падающих капель да шелест листьев.

— Спокойной ночи, — важно произнесла я и таки решила обнять то, что попалось под руки.

Больше того, пока меня не выгнали, я сделала вид, что уже сплю.

Мое решение бывшему регенту Королевства Пылающих явно не понравилось. Схватив меня лапой прямо за талию, он подтащил меня куда-то ближе к голове — его горячее дыхание теперь обдавало мои щеки.

— Я все еще невкусная, — напомнила я на всякий случай, не открывая глаз.

Тяжкий вздох стал мне ответом.

Было холодно. Не до такой степени, чтобы я, стуча зубами, полезла обратно в дом прямо через окно. Но достаточно, чтобы я несколько раз поворачивалась так и эдак, стараясь умоститься поудобнее на драконе. В конце концов, решив, что альтернативы нет, я и вовсе накрылась лапой одного страдальца под его же тяжкие вздохи.

И я уже даже начала засыпать, когда вдруг совсем рядом с нами услышала чужое шипение. Я бы даже сказала, чужеродное, так похожее на шипение самой настоящей змеи, что притаилась прямо за ненадежной стеной из брезента.

Из шалаша на улицу я выбралась в одно мгновение. Да что там выбралась? Вылетела, на ощупь вооружившись лопатой. Собственно, именно эта лопата и стала моим оружием в борьбе с шипящими.

Махнув раз-другой, судя по звукам, я умудрилась нечаянно попасть по Рейтару, но и неведомая тварюшка тоже оплеуху получила. Правда, стала шипеть еще сильнее.

— Отставить! — прорычали на меня, попутно отбирая инструмент.

Выбравшись под дождь, Рейтар недолго думая поводил по тому месту, где кто-то шипел, голой лапой и уже через несколько секунд продемонстрировал мне игольчатый шар. Шар в свете молний, трещащих на черном небе, казался вполне себе живым и, я бы даже сказала, дышащим.

— Ежик! — обрадовалась я и тут же испугалась. — Он не пострадал?

— Беги, ежик, — посоветовал драконище в моей голове. — Кажется, сейчас тебя будут лечить.

Рейтар не то чтобы тянул на пророка, но зерно правды в его словах имелось. Битый час я просила его крутить и вертеть ежа в попытке заставить того раскрыть свой колючий шар, но все оказалось напрасно. Животинка всеми силами отказывалась проходить осмотр с целью выявления повреждений.

— Иголки у него не пострадали, — произнес Рейтар очевидное.

— А психика? Вдруг я нанесла ему моральную травму? — никак не успокаивалась я, сидя в нашем уличном домике.

— И как ты собираешься это исправлять? — посмеялся дракон, аккуратно сгружая колючий комок нервов на мокрую землю.

Не прошло и полминуты, как ежище распрямился. Да только его мы и видели. Никогда не думала, что эти красавцы умеют так быстро улепетывать. В темноте ночи я потеряла его моментально.

— Искать не пойдем! — опередил меня Второй Лорд Королевства Пылающих, забираясь внутрь.

Пришлось двигаться, а потом и вовсе вскарабкиваться поверх горячей чешуи. Вот с кем зимой всегда тепло будет. Правда, мне и без Рейтара теперь снег и зимний холод не страшны. Даже дом не нужен — сплошная экономия.

Мои размышления по поводу дебета и кредита внезапно прервал чужой чих. Медленно обернувшись в сторону звука, который услышала, я осторожно подалась вперед. А может, это он не из-за огня горячий?

— Амелия, даже не думай! — предупредили меня строго. — Спи давай, скоро рассвет.

Тяжко вздохнув, я таки легла обратно, немного повертевшись для порядка. Только мысли бедовой голове покоя никак не давали.

— Знаешь, а я бы хотела, чтобы ты меня обнял, — озвучила я свои пожелания, вдруг осознав, что здесь, во дворе домика ведьмы, все условные границы, проведенные во дворце между нами, просто исчезли.

Здесь словно был совсем другой мир.

Миг, другой — и горячая лапа аккуратно легла поверх моей спины, даже не задевая при этом острыми когтями, но мне этого было мало. Приятно, да, но категорически мало.

— По-настоящему обнял, Рейтар. По-настоящему.

Ощутив, как дракон буквально закаменел всем телом, я еще долго ждала, что мужчина все-таки решится и превратится. Его человеческая ипостась была для меня не только привычней, но и желанней. Что бы я ни говорила, как бы ни якалась, а мне хотелось куда больше, чем иметь ворчливого дракона под боком.

Дракона, который в определенный момент мог окончательно потерять разум и стать полноценным зверем.

Только я не желала его терять.

Мне не запомнилось, в какой именно момент я все-таки уснула, провалилась в чернильную бездну без сновидений, но утро встретило меня полнейшим отсутствием дождя.

И отсутствием под боком дракона.

Сквозь распахнутое окно на стол падал солнечный свет, за порогом пели птицы, а я лежала в кровати, накрытая пледом, и абсолютно не понимала, как на этом самом предмете мебели оказалась.

Хотелось надеяться на лучшее, но что-то мне подсказывало, что иногда я чересчур оптимистична. Я бы даже сказала, излишне.

Собственно, так и случилось.

Зевнув да умывшись холодной водой из тазика, я выбралась во двор, на ходу промакивая лицо рушником. Дракон в своем неизменном виде нашелся за пределами двора. Его внушительная тушка порхала аки птичка, раскладывая на земле стволы деревьев. Какие-то из них попадали, видимо, этой ночью, раз листья на них еще сохранились. Другие же давно омертвели, почернев или чаще посерев.

— И что тут у нас за стройка века? — уточнила я, опершись руками о забор.

Выходить за пределы двора как-то не хотелось. Да и имелось у меня еще одно дело, которое необходимо было завершить до прихода ведьмы.

— Хочу ловушки в лесу расставить. Для этого потребуются клетки.

— Я боюсь представить, кого ты ловить в эти клетки собрался, — усмехнулась я, впечатлившись чужой затеей.

Нет, идея-то была вполне себе неплохая. Обижать свинью или кур с петухом я все равно никому не позволю, но есть-то нам что-то нужно было. На овощах даже я долго не протяну, не говоря уже о полноценной тушке дракона.

Дракона, которого уже сейчас во избежание членовредительства было бы неплохо покормить.

— Я пошла готовить завтрак, — предупредила я и вернулась обратно в дом.

Рецепт оладий я знала назубок. Для начала разогрела на печи кефир и уже в него добавила пять больших ложек сахара, щепотку соли и одно яйцо, честно отвоеванное у курицы. Следом в тесто полетели два стакана просеянной муки и чайная ложка соды без верха — ее я узнала исключительно по вкусу. Последним ингредиентом стала столовая ложка подсолнечного масла.

Жарить оладушки полагалось под крышкой.

Аромат стоял невероятный, но я била себя по рукам, полагая, что гораздо вкуснее завтракать будет вместе. Отыскав на полке баночку с вареньем, я отложила часть оладий для ведьмы, а остальные вместе с травяным отваром понесла на улицу.

— Завтрак, — объявила я торжественно, едва выбравшись за калитку.

Дракон, что решил в свои клетки ловить не меньше чем слонов, на маленькие по сравнению с ним кругляши взглянул с нескрываемым скепсисом, но повариху, то есть меня, обижать поостерегся, после того как я с предупреждением нахмурила брови да сложила руки на груди.

Правда, прав он был, с какой стороны ни посмотри. Я и сама не наелась совсем, хотя пышных оладий с пол-литра кефира получилось не так уж и мало. Нам срочно нужен был «слон». Я даже была согласна на небольшого кабанчика.

— Я сейчас вернусь, и отправимся на охоту, — решила я за нас двоих и побежала в дом.

Не только для того, чтобы отнести посуду. Я намеревалась повидаться с ведьмой. Во-первых, для того, чтобы поблагодарить ее за помощь. А во-вторых, мы с Рейтаром честно заработали свои ответы на вопросы.

— Госпожа ведьма! — окликнула я женщину, наскоро отмывая глубокую тарелку в тазу. — Госпожа ведьма!

Но ни в этот, ни в один из следующих дней ведьма так и не явилась ни ко мне, ни к бывшему регенту маленького принца. Лишь однажды я словно увидела ее вдалеке, стоящую прямо за деревянным забором, но образ ее подернулся, поплыл, и на миг женщина превратилась в ту, которую здесь называли Святой Матерью.

Но и ее белый балахон растаял словно дым. Она на мой призыв тоже так и не отозвалась.

Глава 19

Глава 19: Осколки разбитого сердца

— Левее. Еще левее, — командовала я, на глазок прикидывая расстояние, на котором на ветке должны были висеть качели.

Собой они представляли простейшую поделку: к зачищенной от заноз дощечке через просверленные дырки были привязаны толстые веревки. Другие их концы Рейтар сейчас прикреплял к мощной ветке, используя какой-то интересный, но больно сложный узел.

— Так подойдет? — спросил он, не имея возможности со стороны оценить дело рук своих.

Все его силы сейчас уходили на левитацию, которая в его человеческом облике давалась ему не без труда. Это не крыльями махать.

— Очень подойдет! — счастливо усмехнулся Арскиль, во все лапы, то есть ноги, ринувшись к новому развлечению.

К тому, что у него теперь именно ноги, я привыкала очень долго. А еще к тому, что мой маленький дракошка разговаривает. Не так хорошо, как взрослые вокруг него, скорее как иностранец в чужой стране, но достаточно для того, чтобы мы все его понимали. И исправляли, когда это требовалось.

— А ну, стоять! — поймала я мальчонку за шиворот.

Так с наследным принцем Королевства Пылающих никто не смел обращаться за пределами этого холма, но и там ему никто не разрешал сидеть по уши в песке, вылепливая замок, брызгаться водой из ведра, качаться на качелях и кататься верхом на свинье. Такие развлечения ему позволяли только мы, балуя дорогого и единственного племянника.

Я ему даже дом на дереве построила. На этом же дереве, таким подходящим для развлечений оно было, но не без помощи Рейтара. Именно он стругал, пилил, таскал и забивал. Моим делом было чертежи нарисовать, подержать, когда нужно, да итоговые работы принять.

— Правую веревку еще немного правее, пожалуйста, — попросила я. — Да, теперь замечательно.

Едва услышав заветные слова, разобиженный темноволосый мальчишка мигом преобразился. Остановить этот ураган при желании не смог бы даже дядя, да и не нужно было. Арскиль оказался настолько активным, что иногда даже нам требовался небольшой отдых от него. В часы, когда он играл самостоятельно, мы буквально наслаждались тишиной.

— Кирюша, только недолго. Через полчаса будут готовы щи.

— Опять щи?! — в один голос простонали оба дракона: и маленький, и большой, — одинаково сморщив такие же одинаковые носы.

— А кто вас просил столько капусты сажать? — улыбнулась я не без удовольствия. — Так сказать, пожинаем плоды.

Домик ведьмы на «Черном Холме» мы занимали вот уже четвертый месяц. Поначалу я по несколько раз на дню призывала то саму ведьму, то ее же к совести, но где-то через недельку поняла, что никто нам уже не ответит.

Собственно, я бы и дальше не сдавалась: упрямства мне было не занимать, но один чешуйчатый убедил меня, что взывать к бесчестной женщине бесполезно. Если бы хотела, то уже явилась бы, а так только воздух зазря сотрясать.

Ну я и перестала. На пару-тройку дней. А потом еще на недельку и еще на месяц. Так мы здесь и обосновались. Уходить отсюда я отказывалась, справедливо полагая, что рано или поздно в свой собственный дом ведьма обязательно явится, и вот тогда-то я с ней поквитаюсь за все хорошее.

Не знала я тогда, что таких домов у нее в каждом королевстве по три штуки. И обликов по три на каждое время года. В одном из них, я была уверена, она представала перед такими несчастными, как я, как Святая Мать — божество, которому поклонялись.

Божество, из-за которого я проделала такой огромный путь и в итоге оказалась здесь.

— Для меня письма есть? — полюбопытствовал Рейтар, выглядывая из-за моего плеча.

Письма нам приходили регулярно. Чаще всего в виде маленьких бумажных дракончиков прямо из дворца Королевства Пылающих, но иногда нет-нет да и обращались к нам наши знакомые эльфы. Скучно им было в лесу службу вести, вот и напрашивались то в гости, то на оплеухи, когда пытались на ведьмин холм без разрешения забраться.

Пусть сама ведьма здесь не появлялась, охранный контур, созданный ее чарами, работал стабильно.

— Как всегда, — передала я ровно половину конвертов и охотно взялась за вторую.

Все пришедшие мне письма, за исключением одного, были от Илоны. Названая сестрица написывала мне по шесть раз на дню, жалуясь то на свекромонстра, которого в качестве наказания по ходатайству мужа и сыновей заперли в ее же доме без возможности посетить хотя бы сад, то на супруга, который ее красоту не ценил, в ножки ей не кланялся и вообще отказывался выполнять ее хотелки.

До тех пор, пока сына не родит. Или дочь. Тут уж как получится. Но главное, что в законном браке. Скорая свадьба на человечке среди высокопоставленных драконов хоть и вызвала непонимание, но в силу обстоятельств торжеству никто препятствовать не стал.

Всех чешуйчатых в этот момент заботило возвращение тех, кого давно схоронили со всеми почестями и отправили в последний полет. Вот где шоку-то было! Но старший брат Рейтара держался молодцом. Кого надо переловил и к ответу призвал, других в кулак так сжал, что и не рыпнулись, а третьи просто были искренне рады, что их истинный правитель жив, — что ни говори, а Рейтар в качестве Первого Лорда мало кому нравился.

Ну и правительница, конечно, без внимания не осталась. Такие масштабные праздники для жителей королевства ни до, ни после супруги Адри никто не устраивал, так что ее были рады видеть не меньше.

В общем, все в Королевстве Пылающих налаживалось. Налаживалось без нашего участия.

Узнав о том, что мейстерису Ортлинай с позором выгнали с должности и за прежние заслуги приговорили к кукованию в каком-то дальнем монастыре на территориях оборотней, я и вовсе потеряла всякое желание заглядывать во дворец.

Не потому, что мне не нравился приговор для этих старых интриганок, хотя и это тоже. Просто за Арскиля я волноваться перестала. Его отец не оставил без внимания даже мелких храмовников, что плясали под дудку первой леди в обход хранителя Дома Огня, участвуя в ее грязных делишках. Все, кто пытался навредить его сыну, были безоговорочно наказаны, но, к сожалению, в разной степени.

Все-таки не понимала я это высшее общество, хотя себя не без оснований всегда считала человеком понимающим. Не понимала и понимать не хотела. Да и без надобности было. Как бы Адри и Эльда ни пытались хитростью позвать нас в гости, у них ничегошеньки не выходило. Мы сами выбрали жизнь отшельниками на этом холме, и она нас полностью устраивала.

Здесь мы находились на своем месте. Именно так мне казалось, но судя по всему только мне.

— Что пишут? — спросила я, усевшись на стул.

Свои письма я просмотрела быстро. Записки от Илоны никогда не содержали ничего нового, а вот последнее письмо меня зацепило. Его прислала Делия — та самая блондинка с необыкновенными фиолетовыми радужками. С ней мы впервые разговорились у лабиринта, где проходило испытание для невест Рейтара.

После прервавшегося отбора и возвращения истинного правителя девушку оставили во дворце в качестве няни для Арскиля.

Этому решению послужили две причины.

Во-первых, она являлась василиском, а их магия, как известно, очень даже действовала на маленьких драконят, а во-вторых, она была старшей в семье среди двенадцати братьев и сестер. Опыт общения с детьми у нее имелся колоссальный.

Собственно, на этой почве мы и сдружились.

Она по первости советовалась со мной по поводу Кирюши и его проделок, а я вызнавала у нее последние новости о малыше. О том, что происходило во дворце и в Королевстве Пылающих, девушка рассказывала по своему желанию.

А еще нет-нет да и жаловалась на Эртирнара.

Представителям других рас было запрещено находиться в сердце королевства чешуйчатых. Исключением являлись невесты, а в дальнейшем жены хвостатых. Вот женой ей и пришлось стать. Мне на замену.

К счастью, мой брак с песчаным чешуйчатым так и не состоялся, а иначе на одного дракона в этом мире однозначно стало бы меньше. Или не на одного. В одном доме со свекромонстром мы явно не ужились бы.

— Ничего интересного, — соврал Рейтар, быстро испепеляя комок из писем прямо в ладони.

Этому трюку он научился относительно недавно и, как ни странно, научил меня. Только я содержимое собственной ладони превращала в снежный ком. Ну и все вокруг заодно. Магия все еще не до конца поддавалась мне, словно чувствуя, что я самозванка.

Что я не та, кто должен был получить вторую ипостась и магию снежных драконов.

— Ничего так ничего, — пожала я плечами, одним глазом вновь вырвав интересующую меня строчку из контекста.

Как я и говорила, Делия время от времени делилась со мной последними новостями Королевства Пылающих. До сих пор доподлинно мне было неизвестно, как храмовники, а именно Хранитель Дома Огня, уладили вопрос досрочного завершения отбора невест, но я искренне считала, что бывший регент маленького принца от этой ноши избавился.

Когда объявили о его решении тайно жениться.

Но оказалось, что нет. Этим утром Адриан отдал приказ всем придворным и прислужникам готовиться к приему для невест своего младшего брата. При этом никого не волновало, что за четыре месяца большинство участниц уже обзавелись любимыми и даже повыскакивали замуж.

Мол, договор есть договор. Или все участники его исполняют и в конце концов драконище бессовестное выбирает себе невесту, или платят огромную неустойку.

Судя по всему, об этом маленьком событии в своей жизни Рейтар решил умолчать. Он вообще часто умалчивал важные вещи. Например, о том, что он таки смог обернуться в свою человеческую ипостась, я узнала совершенно случайно.

Проснулась посреди ночи не вовремя.

Проснулась и едва не огрела наглого расхитителя гробниц чугунной сковородой по голове. Этот знаменательный предмет быта всегда лежал у меня под кроватью «на всякий случай», поджидая какого-нибудь грабителя, заплутавшего в лесу и чудом выжившего.

Не срослось. «Грабитель» оказался местным и настолько беспардонным, что я дар речи потеряла и решила не выдавать тот факт, что пришла в себя. Тем более что обнимали меня, забравшись на мою кровать и под мое одеяло, очень даже приятственно.

Замлев, наконец дождавшись исполнения своего маленького желания, я и вовсе заснула, так и не разоблачив Рейтара, а утром он вел себя как ни в чем не бывало. Еще пару недель притворялся, что по-прежнему не способен обернуться, а потом у меня лопнуло терпение.

Ведь именно благодаря мне он все же совладал со своей второй ипостасью. Я делала все возможное и невозможное, соблазняя его то взглядами, то жестами, то подстроенными каверзными ситуациями. Я вспомнила вообще все, что когда-либо слышала или читала о соблазнении мужчин, но сработало совсем не это.

Однажды он снова потерял разум, а вперед вырвался истинный зверь. Так случалось не раз и не два. Когда дракон становился агрессивным, я вступала с ним в схватку и то каталась кубарем по земле, то пряталась в лесу до тех пор, пока Рейтар не возвращал себе контроль.

Но не в тот последний раз.

Я уже знала, что драконы отчетливо чувствуют страх. Я знала, как выглядит страх. Я помнила, каково это — бояться. И когда в очередной раз зверь вырвался наружу, я просто не стала сопротивляться. Упав на землю от мощного толчка когтистой лапой, изобразила страх, истинный ужас и просто ждала.

Ждала, растопчут меня или пожалеют.

Как ни странно, меня собирались растоптать. Если бы не Рейтар. Ту секунду, когда он насильно вернул себе контроль, я запомнила на всю жизнь. Потому что пасть его от моего лица находилась меньше чем в метре.

Да что там растоптать? Меня намеревались сожрать.

И вот теперь, спустя четыре месяца, я снова ощущала себя обедом для дракона, и это чувство мне совершенно не нравилось. А впрочем, мы друг друга стоили, если так можно было выразиться.

О том, что я все-таки научилась летать, я не сказала ему ни слова. И о том, что это тело мне изначально не принадлежало, хотя он не единожды спрашивал у меня о том неравноценном договоре, ставкой которого являлась моя жизнь. И о том, что с ведьмой один раз я все же говорила.

В своем сне. В этом сне я снова приходила к колодцу на главную площадь Железного Сердца, чтобы загадать одно и то же желание. И просила я не за себя.

— Я отлучусь ненадолго. Стоит запастись мясом, пока Арскиль у нас. — Мягко улыбнувшись, не выдав свое вранье даже взглядом, Рейтар наклонился и коснулся губами уголка моих губ.

Он часто целовал меня именно так. Я принимала этот жест за нежность, демонстрировать которую мужчина не умел, но пытался.

— Хорошо, — согласно кивнула я, пряча взгляд. — Может, и племянника с собой на охоту возьмешь? Он просился.

— Возьму, — поцеловали меня еще раз — на этот раз в висок. — Не скучай без нас. Скоро вернемся.

Как и много раз до этого дня, я провожала их с Кирюшей у калитки. Как примерная жена, пусть и «гражданская», махала ладонью им вслед, натянув на губы улыбку, но стоило им только скрыться за горизонтом — взлетали они всегда ниже по склону, там, где начинались болота, — как я вернулась в дом и собрала для себя узелок.

Одеяло, родовой меч, кожаная бутыль с водой, хлеб и сыр — весь нехитрый скарб поместился в наволочку, которую я повесила себе на плечо. Пока превращаться в драконицу я не собиралась — слишком приметной была, так что все это в дороге мне очень даже требовалось.

И я даже знала, куда пойду.

Пусть я и не была белокурой красавицей с голубыми глазами, не являлась Жемчужиной Деройского пролива, а насчет моего происхождения драконы оказались правы.

Как старшей в роду, перворожденной, после смерти лорда Гаргата именно мне принадлежало все нечестно им нажитое. Доказательством этого являлся меч с черной вязью — артефакт рода, который я в своих приключениях умудрилась где-то посеять, несмотря на его главное свойство — всегда возвращаться к хозяину.

Слава Святой Матери, никому другому он в руки не давался, так что разыскала я его быстро. Он нашелся там же, где я видела его в последний раз, — на площадке перед храмом Дома Огня. Вокруг него, несмотря на позднее время суток, собралась целая толпа. Драконы и представители других рас всех возрастов пытались вытащить его из камня, в котором он оказался благодаря мне, но ничегошеньки у них не получилось.

А у меня получилось.

Растолкав зевак и тех, кто хотел попытать свое счастье, я в своем человеческом облике под громкие смешки без труда вытащила меч за рукоять. Образовавшаяся тишина продлилась недолго.

— Это она! — заорал кто-то в толпе. — Снежная драконица! Лови ее!

Собственно, Рейтар в тот раз оказался чертовски прав. В том, что на мне можно по-быстренькому жениться, был уверен каждый второй, но пряталась я куда лучше, чем меня искали. Меч остался у меня, а женихи, жаждущие власти, с носом. До этого дня я прятала его за печкой, а теперь крепко держала за рукоять, готовая отражать невидимые атаки.

За четыре месяца Рейтар многому меня научил. Не только тому, как быть драконом. Он научил меня жить и выживать в этом недружелюбном мире.

— Люцеарсул! — крикнула я, пнув ни в чем не повинное дерево.

Портал в старом дубе открылся через десяток секунд, но оттуда никто не выпрыгнул. Напротив, мне протянули изящную белоснежную руку с острыми ногтями. Вложив в чужую ладонь свои пальцы, я была готова к тому, что меня втянут внутрь.

К чему я не была готова, так это к тому, что окажусь на толстой ветке многовекового дерева у дворца в Королевстве Пылающих, прямо перед окнами, прекрасно демонстрирующими тронный зал и всех в нем собравшихся.

Именно в этот момент Рейтар медленно двигался вдоль линейки невест. Некоторые из них изменились до неузнаваемости, другие же сохранили прекрасные черты, но комплект был неполным.

Я отлично знала из первоисточника, что за время нашего отсутствия погибла еще одна невеста — из оборотниц, что наконец позволило подтвердить мою теорию. Нет, сами невесты друг друга не устраняли — в этом Рейтар был прав. Вместо них вовсю старались семьи Великих Основателей. У каждой семьи были свои лошадки, на которых они поставили в этом забеге, а я лишь еще раз убедилась в том, что придворная жизнь не для меня.

Каждый из нас должен занять свое место в этой жизни. Сейчас Рейтар занимал свое, как бы больно и обидно мне ни было, а я собиралась занять свое.

— Люцик, ты мне портал должен, — напомнила я, отвернувшись от окон.

— И что? Вот тебе ни капельки не любопытно? — прищурился этот прохвост, пока я рассматривала белую полоску в зеленый горошек, что выглядывала из-под чужих штанов. — Говорят, Второй Лорд нашел свою искру.

— Он ее давно нашел, — усмехнулась я очередным интригам. Та самая искра сейчас тоже стояла среди невест. — Портал в Королевство Мечей мне открой, будь другом.

— Сбежать решила? — воодушевился остроухий эльф и даже на секунду отвлекся от созерцания окон.

— Если что, ты меня не видел.

— На дереве клянусь! — осенил он себя священным знаком. — Не пропадай!

Последнюю фразу я услышала уже из портала, в который провалилась. Поймать равновесие из моего положения оказалось трудно, но возможно, однако свой выход я снова едва не пропустила. Лишь чудом вырвалась у пролива, буквально вывалившись из хлипкого старого тонкого деревца, что росло у мостовой.

Когда-то я собиралась переплыть этот пролив, чтобы попасть в королевство драконов и доставить Илону в один из храмов к отведенному мне сроку.

Когда-то… Когда-то все пошло наперекосяк. А впрочем, ведьмой, то есть Святой Матерью, все именно так и задумывалось.

Мое появление на мостовой вызвало любопытство у зевак, но не более. Серая брусчатка под ногами казалась почти черной из-за недавно прошедшего дождя. Здесь по-прежнему нестерпимо воняло тухлой рыбой: чуть дальше начинался рыбацкий квартал, но я свернула раньше.

Теперь мне было нечего бояться. Лорд Гаргат давно почил от карающей длани Рейтара, а судьба зеленых плащей мне была неизвестна. По идее, право управлять ими принадлежало моей скромной персоне, но нужна ли охрана дракону?

Дракону, способному устроить настоящую вьюгу или метель. Этот городок, словно Снежная Королева, я запросто могла превратить в сугроб.

Спустя пять месяцев отсутствия улицы все еще оставались узнаваемыми. Библиотека, питейные заведения, лавка мясника — все они находились на своих местах, как и поместье отца Илоны.

Несмотря на то, что я фактически тоже являлась его дочерью, все же старалась разграничивать свои и чужие воспоминания, хоть и делать это было не всегда просто. За месяцы, проведенные в этом мире, я со своим телом и его историей уже сроднилась.

— Эй, есть кто дома? — спросила я исключительно на всякий случай.

О том, что поместье давно пустовало, догадаться было нетрудно. Обширные территории, принадлежащие роду Гаргат, превратились в непроходимый бурьян. Если бы не мое умение владеть мечом, навряд ли получилось бы так легко и быстро дойти до потрескавшегося каменного крыльца.

Толстый слой пыли стирался неохотно. Влажная тряпка мгновенно чернела и снова и снова отправлялась в ведро с едва теплой водой.

Новый владелец этих земель выбрал себе другое здание в качестве родового, а слуги без хозяина и, соответственно, жалования разбежались давно, захватив с собой все, что оказалось не прибито. Собственно, и то, что было прибито, они тоже захватили, судя по общей опустошенности и разбитости.

Мне было неизвестно имя нового лорда. С ним мне еще только предстояло встретиться и познакомиться. Не затем, чтобы предъявить свои права на кусок земли — территории вокруг поместья мне было предостаточно, а как раз затем, чтобы рассказать, что я ни на что лишнее не претендую.

И вообще, я мирный человек! То есть дракон. Милый и невероятно обаятельный. На полный желудок.

Я освобождала от грязи окно за окном, впуская в холл уютный, по-осеннему золотой солнечный свет. Как сказала ведьма, я действительно являлась полноценным драконом, хоть и обрела своего зверя несколько нестандартным способом.

А впрочем, ничего «нормального» в моем драконе на самом деле не было. В отличие от того же Рейтара и ему подобных, я не имела своего зверя. Как и все снежные драконы, я получила вторую ипостась, но разум мой не разделялся при переходе. Именно по этой причине когда-то главенствующим родом выбрали снежных. Обычные драконы подавляли своего зверя, одерживая над ним верх, но нет-нет, а звериные черты вроде несдержанности вырывались из них. Мне с такими проблемами, к счастью, столкнуться не грозило.

— Почему именно я? — этот вопрос я задала Святой Матери, как только получила такую возможность.

При этом я отлично понимала, что мы находимся во сне, а значит, при всем желании припереть женщину к стенке, чтобы добиться правды, не получится.

— Ты? — переспросила ведьма, словно задумавшись. Она сидела на крыльце своего дома выше меня на ступеньку. — Знаешь, иногда мне удается увидеть кусочек будущего. Первые свои такие видения в молодости я, к сожалению, игнорировала. Когда стало понятно, что будущее в этом случае кардинально изменяется, и не в лучшую сторону, я стала вмешиваться в события и судьбы.

— То есть мне было суждено пройти весь этот путь? — ничуть не удивилась я, будто знала ответ заранее. В этом мире и не такое можно было ожидать. — Суждено встретить Рейтара.

— Не совсем, — вдруг ответила женщина, а я вскинулась и обернулась, чтобы взглянуть на нее с непониманием. — Что? Я тоже иногда ошибаюсь.

— И какое будущее ты видела касаемо меня?

Лукаво улыбнувшись, ведьма и вовсе спрятала взор. Она словно что-то рассматривала на дне чашки, которую держала в руках.

— В том будущем тебя не было.

Мне требовалось переварить эту информацию. Отвернувшись, я тоже уткнулась в белоснежную чашку. Моя имела небольшой скол по краю, что абсолютно не мешало мне наслаждаться кофе. Черный кофе с мятным сиропом я не пила уже сто лет.

По словам ведьмы, та, чье место я заняла отнюдь не по своей воле, должна была пройти путь, наполненный болью и страданиями. Ей было суждено стать девочкой для битья, личной служанкой для Илоны. В этом случае, несмотря на то, что родовой артефакт принадлежал другой сестре, младшая леди Гаргат обязательно получила бы снежную драконицу, впитав в себя чары, что копились десятки лет в каждом из храмов.

— Именно по этой причине я послала вас в Королевство Пылающих, но на момент проведения обряда ты оказалась сильнее духом. Вся накопившаяся в статуях сила выбрала тебя.

— А если бы не выбрала? — полюбопытствовала я.

— Твоя «сестра» сохранила бы «искру», которую в ней разглядел Рейтар. Ей на судьбе было написано стать его женой — нелюбимой, одинокой, жадной и злой, способной на такие деяния, что кровь стынет в жилах. Если бы так случилось, она без труда извела бы и мейстерису Ортлинай, и всех других, кто попытался бы получить власть в свои руки. Как итог — истинный правитель, наследник по крови, остался бы жив.

— Наследник по крови?

— Арскиль, — охотно пояснила Святая Мать. — Он будет править долго, и его деяния принесут много хорошего как драконам, так и людям. Даже теперь, когда то будущее, которое я видела, изменилось, будущее принца не поменялось, и это главное. Впрочем, мальчишка станет даже лучше, чем мог бы, благодаря твоему влиянию. Я ответила на твой вопрос?

Мне искренне хотелось сказать: «Нет», но к этому моменту я уже прекрасно понимала, что и сама ведьма на мой вопрос «Почему я?» ответа не знает. Видимо, это действительно была судьба — мой второй шанс на одно-единственное долго и счастливо.

— А Рейтар? Что насчет него? Он не может обернуться обратно в человека.

— Он не человек, Амелия, — исправила меня ведьма, крутанув указательным пальцем.

Чашка в моих руках тут же наполнилась новой порцией кофе. Перед носом в воздухе повисла печенька.

— Ты и сама прекрасно знаешь, что обернуться в свой человеческий облик он просто не хочет. Боится, что потом не получится снова стать драконом, но это не так. Как и прежде, все страхи только в его голове.

— Что это означает? — Разгадывать чужие загадки мне уже надоело, поэтому я хотела получить конкретные ответы на конкретные вопросы.

— То и означает. Его зверь мог пробудиться еще много лет назад, но Рейтар с детства старательно подавлял в себе любые эмоции, желая научиться быть сильным, стойким, чтобы стать лучшим воином и защитником для старшего брата, в то время как первый оборот требует моральной встряски, душевных переживаний. Ты ведь не раз видела огонь в его глазах. Ты становилась его причиной.

— То есть дело не в искре? — наконец поняла я очевидное.

— Мои слова были неверно интерпретированы. Люди да и драконы вечно все усложняют, — довольно усмехнулась женщина, и взгляд ее устремился вдаль. — Я сказала, что он обретет своего зверя, когда найдет свою искру. Искру, пламя — то есть то, что зажжет его изнутри, растормошит, заставит испытать сильные эмоции. Его дракон должен был пробудиться от ненависти к Илоне.

Я аж остатками кофе подавилась, услышав об истинном положении дел. Заботливо постучав мне по спине, ведьма с улыбкой продолжила:

— Но он пробудился по другой причине.

— Ничего не хочу знать, — мигом поднялась я на ноги, не желая слушать о любви.

У меня тоже имелись определенные фобии.

— Страх, Амелия. Обернуться в дракона его заставил страх за тебя и племянника. Так что ответ прост: другой страх заставит его вернуться к своей человеческой ипостаси.

— Стоп, — зацепилась я за мысль, что никак не укладывалась в общую картину. — Но ведь он что-то почувствовал, когда Илона его поцеловала.

— Рейтар не знал, как должна проявиться так называемая «искра», поэтому зацепился за первое необычное ощущение, которое испытал, но на самом деле он почуял снежную магию. Правда, в Илоне из-за неподходящего сосуда она проявляла себя как огонь, оттого и понять свои ощущения он не смог.

Прищурившись, я решила выяснить еще один вопрос:

— А как же история огненного дракона, который обрел зверя, женившись на носительнице «искры»?

— Вот ты там была? — строго и даже требовательно спросила Святая Мать, вдруг перейдя на свой привычный моему слуху говор. — Нет? Ну так и не болтай, о чем не ведаешь. Ишь, какие умные все стали. Мужик бабу чмокнул первый раз на свадьбе, что-то там у него зашевелилось, и сразу искра. Эмоции он сильные почувствовал, вот и обрел своего зверя. Тоже такой же на голову был, как и твой, с прибабахом.

— Он не мой, — поправила я и не смогла сдержать улыбку.

— Ай, да ну, разбирайтесь сами со своими усами. У меня куры не кормлены, а я тут с тобой прохлаждаюсь! Достали, ей-богу! Все, в Париж уеду! Сто лет в отпуске не была! Или двести? Тьфу на тебя! Надо бы для памяти чего погрызть…

Каждое произнесенное женщиной предложение доносилось до меня все тише, так как сама ведьма в образе старухи уходила все дальше по холму за пределами калитки. Тень ее в конце концов и вовсе растворилась, а я еще успела сделать пару глубоких вдохов, прежде чем проснулась.

В то утро мною были получены все ответы на все вопросы, кроме самого главного.

Я по-прежнему не знала, любит ли меня Рейтар. Впрочем, лучше бы ответ на этот вопрос так и оставался для меня загадкой. Теперь моя надежда не то что умерла, от нее не осталось даже пепла.

— Письмо! Хозяйка, письмо! — вдруг заорали на улице, а я даже вздрогнула от неожиданности.

Высунувшись на крыльцо, я узрела вдали у ворот почтовую карету, а перед собой щуплого плюгавенького мужичка. Желтоватый конверт он держал поближе к груди, явно рассчитывая на чаевые.

Не знал бедолага, что деньгами у меня не то что не пахло, а даже не веяло. Свой капитал мне еще только предстояло заработать, но для начала следовало придумать, что я буду есть. Хлеб и сыр закончились, даже не начавшись.

— Дракона хотите покажу? — вполне миролюбиво поинтересовалась я, ощерившись в клыкастой улыбке.

Частичный оборот давался мне все лучше и все легче.

Письмо из рук почтальона я едва успела выхватить. Уже через мгновение от него даже запаха не осталось, а карета мчала дальше по дороге.

На конверте были указаны только мое имя и адрес поместья. «Леди Амелии Гаргат» было старательно выведено с красивыми вензелями.

Это кто это у нас тут такой осведомленный?

Но, вскрыв конверт, ответ на этот вопрос я так и не получила. Зато меня звали сегодня в гости как раз дальше по улице, к новоиспеченному лорду.

Надеюсь, этот неизвестный рассчитывал, что меня придется кормить. Правда, если нет, то кормить меня все равно придется. Пусть попробуют отказать дракону.

В записке точное время встречи указано не было, а потому, быстренько свернув свою пылеуборочную деятельность, я как смогла привела себя в порядок. Прежде всего приняла прохладную ванну: нагревающие кристаллы никто давно не заряжал, так что пришлось довольствоваться малым.

А вот с нарядом вышла проблема. Из вещей у меня было только то платье, в котором я ушла, здраво полагая, что, если эльф не поможет и придется идти пешком, огромный гардероб я далеко в человеческом облике без транспорта не унесу.

Вот я и не стала пытаться, а теперь думала о том, что даже если пятна грязи отстираются, высохнуть так быстро наряд не успеет.

В общем, пришлось импровизировать и надеяться на удачу. Наряды Илоны добрые и порядочные слуги вынесли все до единого, но большое зеркало во всю стену в ее комнате осталось висеть. Видимо, просто снять не смогли.

Встав напротив него, я прикрыла веки и сосредоточилась на собственной магии. Снежная буря в душе отозвалась охотно, заполнила привычным холодом сердце, заморозила душу. Плести наряд из снежинок оказалось делом увлекательным, хоть и кропотливым, но результатом я была поистине довольна.

Никогда и ни у кого не было такого наряда. Снежной тончайшей вуалью спускался по плечам плащ с глубоким сверкающим капюшоном. Переливалось под солнечными лучами платье с бретельками шириной в палец. Словно снежный наст, от каждого шага хрустели на ногах белоснежные туфли.

Даже Снежная Королева позавидовала бы мне сегодня.

Потому что у нее однозначно не было самоходной открытой кареты, сделанной из снега.

Честно говоря, карета точно была лишней, да и удерживать каждую снежинку на своем месте оказалось трудновато, но до соседнего поместья я доехала.

Хотя, конечно, поместьем этот мрачный замок было не назвать. В моих воспоминаниях он многие годы стоял полуразрушенным, но, вероятно, приглянулся новому лорду этих земель, а иначе зачем бы он его починил.

Поблагодарив слугу в черной ливрее кивком, я спустилась на дорожку перед центральным входом. Двери для меня учтиво распахнули гвардейцы в до боли знакомых зеленых плащах. И так же учтиво захлопнули, стоило только перешагнуть порог. Я себя при этом почувствовала мышкой, которая по незнанию забрела прямо в клетку.

Холл первого этажа был мрачным, торжественным и в целом шикарным. В отделке использовались черные, золотые и красные тона. На стенах и в напольных чашах в качестве освещения выступали факелы с живым огнем. Каменный пол частично закрывали ковры. Одна дорожка вела вверх по ступенькам, а другая — в аркообразные проходы по сторонам от лестницы.

— Доброго вечера, — чуть громче, чем следовало, произнесла я, заглядывая в темные провалы арок.

Когда я уже смирилась с тем, что мне не ответят, откуда-то из темноты донесся чужой приглушенный голос. И этот голос приказывал, не имея ни единой капли сомнения в том, что я послушаюсь:

— Поднимись на второй этаж.

— А если нет? — решила я разузнать ближайшие перспективы.

С такой незамутненной наглостью я уже где-то встречалась.

— Тогда этот замок ты не покинешь.

Не рассмеялась я только потому, что приложила для этого все возможные и невозможные усилия. Сжав зубы, почти не дыша, я поднялась по ступенькам сначала на площадку между этажами, а потом и выше, оказавшись в небольшой полукруглой гостиной, где одна стена отсутствовала напрочь, будучи замененной на балюстраду, а вторая целиком и полностью состояла из зеркал.

Собственно, в трех шагах от зеркал я и остановилась, сделав вид, что всмотрелась в свое отражение. Так было отлично видно лестницу, что осталась у меня за спиной.

На хозяина этого замка я очень хотела взглянуть чисто из любопытства. Частично мне его даже жаль было. Я намеревалась поесть и свалить восвояси, пока он, судя по всему, строил далеко идущие планы на этот вечер.

Но, как оказалось, ему хитрости тоже было не занимать.

В тот самый момент, когда я была на пике собственного предвкушения, пламя на стенах погасло, погрузив меня в полнейшую темноту. Я слышала только свое дыхание да стук сердца, что выдавал появившееся волнение.

Первое, что я ощутила, только-только подавив зарождающуюся панику, так это чужое горячее дыхание у себя на шее. В этот момент как-то разом забылось, что я большой и довольно упитанный снежный дракон. Да я даже о том, что магией владею, забыла.

Тело мое окаменело. Вампир? Василиск? Еще какая-нибудь тварь похлеще?

Огонь зажегся прямо перед моим лицом, на время ослепив, лишив периферийного зрения. Перед глазами стояла темнота, когда чужие ладони, объятые самым настоящим пламенем, коснулись моих плеч, заставив бретельки платья и плащ растаять.

«Маг», — подумала я, видя только это пламя, чувствуя, как мои чары исчезают сантиметр за сантиметром. Как кожа покрывается мурашками, лишаясь почти единственной защиты — снежного наряда, что таял от воздействия тепла, стекая вниз теплыми каплями, прочерчивая новые обнаженные дорожки. Чужие прикосновения будоражили, сводили с ума, вызывали страх. Происходящее казалось нереальным и невозможным.

— Вы… — заставила я себя выдохнуть, но не совладала с голосом.

С губ сорвался даже не шепот, а его тень.

— Что ты видишь, Амелия, глядя на себя в зеркало? — Пламя вспыхнуло ярко, на миг позволяя мне увидеть себя, увидеть сильные крепкие руки мужчины, его пальцы, что порхали над грудью, оставляя все меньше снега.

Теперь я отчетливо видела нижнее белье из драконьей кожи, снять которое по-прежнему мог только Рейтар. Никогда не думала, что этот пояс верности когда-нибудь придется к месту.

Гулко сглотнув, я попыталась сосредоточиться, чтобы увидеть лицо незнакомца, но видела лишь темноту. Тогда я снова взглянула на себя.

Маленький рост, нескладное тело, блеклые светлые волосы. Рейтар говорил, что мои глаза цвета Веонского дерева, но на самом деле они были простыми, карими и часто сливались со зрачками.

— Что ты чувствуешь, Амелия, глядя на себя? — задал незнакомец новый вопрос, так и не дождавшись ответа на предыдущий.

А что я, собственно, чувствую? В зеркало на себя я смотрела всегда постольку-поскольку. Знала, что не красавица, а уж на фоне Илоны я и вовсе проигрывала по всем фронтам даже после того, как она лишилась частички драконьей магии, а я полностью обрела дракона, но меня все полностью устраивало. Себя я очень даже любила и принимала такой какая есть.

— Хочешь знать, что чувствую я?

Знать, что там чувствует совершенно незнакомый мне мужик, я не хотела совершенно, но он не оставил мне выбора. Кончики его пальцев — не мягкие и совсем не нежные — прочертили себе новый путь. Ладони его стали для меня корсетом, заставив задохнуться то ли от невероятных невозможных ощущений, то ли от возмущения по поводу чужой наглости.

Чужие губы опалили затылок поцелуем, а в меня словно молния ударила, заставив выгнуться в спине. Приглушенный стон сорвался с губ раньше, чем я смогла взять себя под контроль.

Да какой, к черту, контроль? Едва я только пыталась его нащупать, как все мои попытки сносило от новых волн позабытых, а то и вовсе не знакомых мне ощущений — к новому телу девственность прилагалась в комплекте. Простая человеческая близость в последний раз случилась в моей жизни настолько давно, что и не упомнить. Это буквально было в прошлой жизни.

Рейтар же всего, что выходило за рамки объятий или скромных поцелуев, старательно избегал, никак своих поступков не объясняя, а я со временем просто устала за ним бегать.

Ну не принуждать же его, в самом деле? Хотя мысль о том, чтобы связать его, очень даже проскакивала в моей голове. Я бы даже сказала, что она часто проскакивала. Чаще, чем он мог предположить.

И вот теперь абсолютно незнакомый мне лорд решил начать наше знакомство с углубленного курса по строению человеческого тела. Нет, я, конечно, слышала, что у магов нравы куда более свободные, но чтобы настолько…

Талия… Чужие прикосновения обжигали, томительно медленные горячие поцелуи ковром ложились на шею и плечи. Живот вздрагивал против моей воли каждый раз, стоило только кончикам чужих пальцев коснуться его поверх тонкого корсета.

Все снежные кружева к этому времени уже стекли к моим ногам теплыми каплями, образовав лужу, в которой растаяли туфли.

Последний оплот нравственности тоже оказался на полу.

Открытая, обнаженная душой, оголенная, словно провода. В тот самый миг, когда меня спиной прижали к сильному телу, давая прочувствовать через ткани одежды и твердую грудь, и каменный живот, и мощные бедра, я уже теряла связь с реальностью. Я не принадлежала себе, потонув в котле с варевом из чужой страсти, беспринципности, пылкости и влечения.

Лишившиеся снежной ленты волосы свободной копной упали на сделавшуюся сверхчувствительной кожу.

— Посмотри на себя, Амелия, — хриплый, словно скованный голос ласкал не меньше рук маньяка, который просто не понимал, с кем связался. — Ты прекрасна.

Распахнув веки, не поверив ему на слово, я вдруг в отражении увидела совершенно незнакомую мне женщину. Нет, все черты лица принадлежали мне — той мне, к которой я так старательно привыкала, но…

Безумный, подернутый дымкой взгляд, блеск в золоте глаз. Эти глаза будто принадлежали кому-то другому. И кожа — фарфоровая, нежная даже на вид. Она будто досталась мне от дорогой куклы из магазина игрушек. Каждый изгиб, каждое движение, спровоцированное чужими прикосновениями. Такой — разгоряченной, женственной, страстной — я себя не видела очень давно.

— А теперь посмотри на меня, — прошипел он словно змея, но и эти слова казались нежными, мягкими. — Посмотри и попробуй не испугаться.

Глаза. Первое, что я увидела, переведя взгляд через отражение на того, кто стоял позади меня, — это глаза. До боли знакомые глаза, наполненные огнем, чистейшим пламенем страсти, что билось, танцевало, намереваясь вот-вот выбраться наружу. Для него не осталось преград.

Дальше взгляд обрисовал черты лица. Острые, хищные, такие, что не испугаться было почти невозможно. Гораздо больше существо, стоящее у меня за спиной, крепко обнимающее меня, сейчас походило на зверя, нежели на человека. Взор его казался не просто голодным — изголодавшимся, но навряд ли меня собирались сожрать.

Нет, от этого взгляда испуганно с предвкушением замирало сердце.

Потому что передо мной, а точнее, у меня за спиной стоял Рейтар.

— Я тебя не боюсь, — произнесла я максимально уверенно, насколько вообще могла твердо сейчас говорить.

— А я боюсь, — неожиданно признался он, вызывая внутреннюю дрожь своим признанием. — Боюсь собственного безумия. Боюсь тебя потерять и ненавижу себя за это. Гораздо проще было, когда я тебя не знал.

Последнее предложение показалось мне выстрелом в голову, но обдумать его и свою реакцию на такое признание я не успела. Единым рывком меня буквально вынудили обернуться.

Я задохнулась под чужим напором. Горячие губы взяли в плен мои, вынуждая, заставляя подчиниться. В этот миг, здесь и сейчас не было ничего, кроме желания, кроме страсти, что танцевала свое танго на костях моих нервных клеток.

— Я так сильно тебя ненавижу, — прошипела, прошептала признание, отрываясь от его губ, разделяя ту обиду, что бережно хранила все это время.

— Другого и не ждал, — криво улыбнулся он, поражая глубоким, наполненным тоской взглядом. — Но тебе придется смириться с тем, что я тебя люблю.

Это признание в любви в моей жизни было самым паршивым.

Эпилог

Эпилог

— И вы согласились быть любовницей Его Светлейшества? — громко прошептала Атия, в ужасе вытаращив красивые зеленые глаза с длинными черными веерами ресниц.

Того же цвета волосы девушка восемнадцати лет от роду вот уже целый час распутывала деревянной щеткой. Длинные, до самой талии, сегодня они прошли непростой путь боевого крещения.

Прямо перед тем, как прийти в мои покои, пока еще не объявленная невеста Арскиля повстречалась со своей прямой конкуренткой на хвост Кирюши — дочерью эльфийского короля, с которой наш с Рейтаром племянник дружил едва ли не с самого детства.

В гости ко мне в поместье остроухие заявлялись едва ли не каждую неделю, непременно притаскивая с собой малышню. Вместе с дракошкой они облюбовали ручей, а точнее, нору, в которой мы с Илоной когда-то прятались.

— Я?! — возмущенно усмехнулась я, позволяя молоденькой служанке расправиться с завязками корсета. Белоснежное платье пышным многослойным облаком окружало мои ноги. — Да как бы не так! Запомни: никогда… Слышишь? Никогда не соглашайся на роль второго плана! Согласишься — и тут же потеряешь любимого мужчину. А вот если не согласишься…

— И что тогда будет? Он станет моим? — надежда отчетливо слышалась в голосе Атии.

— Нет, конечно. — Взглянув на свое отражение в зеркале, я осталась довольна увиденным и продолжила: — Будет два варианта развития событий. Либо его желание обладать тобой перерастет в большее, а значит, он сделает ради этих отношений все что угодно. Либо вы разойдетесь как в море корабли.

— Но мне не подходит второй вариант, — явно обиделась девушка на мои слова, спрятав разочарованный взгляд.

— А он никому не подходит, Атия, — ответила я с тяжким вздохом, вспоминая наше общее с Рейтаром прошлое. — Но универсального способа удержать мужчину подле себя не существует. Он либо твой, либо нет. У каждого из нас в этой жизни свое место.

— И ваше место подле Его Светлейшества? Раз так, то почему вы так долго не соглашались стать его женой?

— Я и сейчас не планирую соглашаться, — призналась честно.

Взяв со столика веер, я повернулась к девушке лицом. Теперь служанка принялась за ее волосы. До обряда бракосочетания оставалось не больше пятнадцати минут, так что нам требовалось поторопиться, если мы хотели успеть в сад, где должна была проходить церемония, вовремя.

— Леди Гаргат, вы шутите? — Атия не поверила моим словам.

Но и убеждать ее в чем-либо я не собиралась. Только улыбнулась загадочно, позволив себе этот маленький намек на истину.

Да, сегодня все приглашенные гости приехали, чтобы увидеть, как мы с Рейтаром наконец поженимся. И нет, участвовать в церемонии в качестве невесты у меня намерений не было. Не потому, что я не любила мужчину. Любила, и еще как. Просто не считала, что время пришло.

Драконы, слава Крылатому и Святой Матери, являлись классическими долгожителями этого мира, то есть максимальный возраст их даже в худшем случае исчислялся полутора веками, а потому я не торопилась.

Что нам год, пять, десять или даже двадцать? Пока меня вполне устраивал статус леди Гаргат — единственной и неповторимой. И нет, я не была до сих пор обижена на Рейтара за его поступки и слова. Он был давно прощен. Просто мой протест являлся неким бумерангом.

Шанс официально разделить со мной свою жизнь у него уже был, а теперь он бесился оттого, что я свободна как птица в облаках. Или дракон?

В общем, не нравились ему ни приглашения наведаться в гости от известных холостяков, которые я получала ежедневно; ни предложения руки, сердца, хвоста, крыльев, острых ушей и прочих конечностей от представителей разных рас; ни комплименты, которыми меня обсыпали на званых вечерах.

И пусть мы оба знали, что одних интересовали богатые драгоценными камнями территории, которыми я владела как наследница рода Гаргат, других — снежная драконица и намек на призрачную власть, а третьих деньги, общей картины это не меняло. Рейтар ревновал и сходил с ума от своей ревности, пока я мстительно вслух пересчитывала любовные послания, которые чаще всего даже не вскрывала.

Потому что мое терпение тоже имело границы, и лопнуло оно утром после первой нашей совместно проведенной ночи в замке, что находился поблизости. Именно в то утро я узнала, что территории, которыми некогда управлял покойный лорд Гаргат, а ранее мой отец, теперь принадлежат Рейтару. И он не просто стал наместником при человеческом императоре, он выкупил эти земли, получив на них право собственности.

Если бы он вдруг захотел сжечь все вокруг к Крылатому, ему бы и слова никто не сказал, но даже не это было главным, а причина, по которой он совершил сей не поддающийся никакой логике поступок.

Эти земли он выкупил, чтобы преподнести их мне как свадебный дар. А если точнее, то ровно половину своего замка как когда-то обещал, прося меня о помощи. Быть няней его племянника я тогда согласилась охотно, но про своеобразную плату забыла.

И неудивительно! За пролетевшие мимо месяца многие о своих договоренностях позабывали, но отбор для Рейтара все же официально завершился, а выбор невесты был сделан.

Точнее, не так. Все оставшиеся участницы наконец получили официальный отказ и неплохие отступные, положенные им по договору.

Чтобы выплатить их, Рейтар продал все, что имел в Королевстве Пылающих. А еще разорил собственную сокровищницу, которую, как и любой уважающий себя дракон, пополнял с самого детства.

На то, что осталось, и был куплен обширный кусок земли в Королевстве Мечей, но и его мужчина подарил мне, вручив свиток с печатью и подписью императора.

Выражение «Гол как дракон» набирало популярность среди местного населения.

Только не тут-то было. Пусть я и не испугалась обжигающей животной страсти, что обрушилась на меня словно ураган. Пусть не перетрухала, впечатлившись драконьей выносливостью, а положительным ответом в наших отношениях даже не пахло.

Потому что я уже обиделась. Напридумывала себе и про отбор, и про скорую женитьбу на другой, и про удобную любовницу, что существовала с ним бок о бок целых четыре месяца. О том, что близости у нас за это время не было, история умалчивала. Хватало того, что я ему готовила, стирала, убирала и вообще такого вредного терпела.

К тому же он был сам во всем виноват. Вместо того чтобы отмалчиваться, мог обо всех своих планах сразу рассказать. Внести, так сказать, ясность, но нет! Все молчком! Все самостоятельно и втихушку!

Вот и пожинал теперь плоды своих решений. Из-под венца я сбегала с завидной регулярностью. Правда, некоторые свои тайны я ему все же выложила. Рассказала о том, что научилась летать, а еще о разговоре с ведьмой. Точнее, о том, что эта беседа в принципе состоялась.

— Внимание! Выход невесты! — шипел в переговорный артефакт эльф, являющийся на этом торжестве свадебным распорядителем.

Спустившись на первый этаж принадлежащего мне поместья, я остановилась вместе с Атией у больших белых двустворчатых дверей, что вели прямиком в сад. За эти годы я превратила его в настоящий цветник — место своей духовной силы в противовес силе магической.

Сквозь прозрачные стекла дверей частично просматривались собравшиеся гости и даже жених, что стоял у полукруглой цветочной арки. Его эмоции сейчас было не прочитать. Впрочем, как и всегда. Большую часть времени он казался бесчувственной каменной стеной.

— Леди, вам пора, — поторопил меня эльф, заметно нервничая.

О том, что невеста с прибабахом, его предупредили заранее. Все вокруг уже настолько устали от моих побегов, что у каждого окна и каждой двери дежурило по одному охраннику. Зеленые плащи смешались с синей военной формой: гвардия Адриана, воины Арскиля и наемники Рейтара зорко следили за каждым моим вдохом.

Даже в небе над садом летали драконы, в случае чего готовые отловить и вернуть на землю одну маленькую снежную драконицу.

Но сегодня сбегать, юлить или прибегать к хитрости я не собиралась. У меня был несколько другой план, вообще не касающийся моей скромной персоны.

— Атия, подол, — скомандовала я, взглядом остановив девушек, что должны были тащить за мной длинный подол, расшитый белоснежными цветами.

По проходу между двумя рядами стульев и кресел разной комфортности я шла медленно, чинно, в такт мелодии, что лилась из-под умелых рук приглашенных музыкантов. Картина, представшая моему взору, едва я дошла до арки, уже однажды была мною увидена и теперь не вызывала ничего, кроме резкого приступа дежавю.

Все та же каменная кафедра, на которую храмовник Дома Огня водрузил старинный, потертый от времени увесистый томик в темной обложке. Все те же украшения из цветочных лиан и кристаллов, создающие полукруглую завесу вокруг постамента, на котором мы стояли. Напротив нас расположился храмовник все в той же светло-серой рясе служителя.

На этот раз в его взгляде не было ни капли сомнений. Впрочем, как и в моих глазах.

— Именем своим, именем Огня, именем первого дракона… — проговаривал храмовник себе под нос, неторопливо поджигая веник из сухих веток и трав в небольшом котелке, похожем на кадило.

Но прежде, чем он совершил свой первый шаг, чтобы обрисовать своеобразный круг вокруг нас, я сделала сразу три вещи. Во-первых, взяла Рейтара, стоящего справа от меня, за руку. Во-вторых, сделала уверенный шаг назад, таким образом покинув постамент и утянув мужчину вслед за собой. А в-третьих, вытолкнула к храмовнику Арскиля и Атию, что все это время стояли за нами чуть левее.

Когда нога храмовника все же опустилась и первый шаг был совершен, обозначая начало ритуала, эти двое уже стояли перед кафедрой.

Сказать, что кто-то из присутствующих остался неравнодушным к произошедшему, — это ничего не сказать. Столько больших круглых глаз разом я не видела никогда в жизни. А уж возмущенных лиц и подавно было не перечесть.

Но самое главное — это реакция новоиспеченных жениха и невесты. Атия мгновенно покраснела, спрятала пристыженный взгляд, но с места не сдвинулась, в то время как Арскиль мигом сообразил изменения в обстановке и крепко схватил девушку за руку. Чтобы не сбежала. Это у нас семейное.

— Апчхи! — неожиданно громко чихнула я, тут же вспомнив о своей реакции на дым из кадила, но в сугроб, как это было прежде, замершего в ужасе храмовника не превратила. — Вы продолжайте-продолжайте, гости уже есть хотят.

Гости есть не хотели совершенно. Они желали то ли крови — моей, то ли оказаться как можно дальше отсюда, ибо папа наследного принца Королевства Пылающих присутствовал здесь вместе со своей супругой, то есть мамой Арскиля. Именно она крепко сжала его руку и взглянула со скрытым намеком, едва правитель драконов вознамерился вмешаться в обряд.

Храмовник робко сделал свой второй шаг в пропасть.

— Им нужнее, — словно извиняясь, прокомментировала я свой поступок Рейтару, что смотрел на меня недобро.

Вот совсем недобро. Как самый обманутый дракон в мире, чье терпение подошло к концу. Кажется, меня собирались украсть и все-таки утащить в какую-нибудь пещеру для перевоспитания. Эту угрозу я слышала уже много-много раз и как чувствовала, что его предел терпения уже закончился.

Собственно, на его увесистый аргумент у меня имелся свой весомый контраргумент. Даже два. Совсем недавно я узнала, что в домик ведьмы не я тащила дракона, чтобы задать свои вопросы и помочь этому несчастному, а он намеренно попросил брата подыграть ему, дабы я пожалела этого сирого и поперлась ему помогать. Так он оказывается, как он думал, исполнил мое же желание.

— Чаша для омовения, — отобрала я чашу и белое полотенце у помощника храмовника Дома Огня, протянув необходимое служителю.

Испуганно глянув на своего правителя, он как раз сделал третий шаг. Этак мы круг и к следующей зиме не завершим!

— Уважаемый, вы бы поторопились. Очень кушать хочется, — призвала я чужую совесть, собственно, к совести, но храмовник не внял.

— Амелия… — мягко, но с явной угрозой в голосе протянул Рейтар, вот стопроцентно намереваясь совершить непоправимое, то есть спереть меня с нашей очередной несостоявшейся свадьбы.

Не знал он еще, что сбегать я больше не собиралась. Ну правда не собиралась. Просто Арскилю и Атии нужнее было. Дочка эльфийского короля — это, конечно, хорошо и для политики замечательно, но любовь — истинная, взаимная, светлая — все же куда важнее. А если эту самую любовь запрещают, то как быть?

Кроме меня, о тайных встречах этой парочки, что не сошлись сословиями, не знал никто. Несколько раз я даже становилась соучастницей их «преступления», прикрывая отсутствие обоих перед их родителями, но мне было вот совсем не стыдно.

Видеться им запрещал Адриан, но несмотря на это именно сегодня Арскиль собирался объявить во всеуслышание о своем намерении обручиться с Атией. Только знала я и понимали они оба, что жениться им после этого не дадут. Не позволят просто, раскидав по разным землям, так что я несколько упростила и одновременно усложнила им жизнь.

— Ну им правда нужнее, — прошептала я с улыбкой и вновь перевела взор на молодых.

Голубое платье девушки на глазах превращалось в белоснежное, а точнее, полностью снежное. На брачном ритуале полагалось присутствовать в наряде цветов своего рода, и если Арскиль этому правилу соответствовал, то Атия нет.

Родители ее — абсолютные люди по крови — являлись торговцами посуды и ни к одному из прославленных родов отношения не имели. Сама девушка попала ко мне совершенно случайно в качестве компаньонки, которая в силу возраста больше требовалась ей, чем мне. Вот и получалось, что наследному принцу девушка не подходила, но сейчас я таким своеобразным образом сообщала присутствующим, что беру ее под свое крыло.

В конце концов, Кирюшу я всегда негласно считала своим воспитанником, а там, где один, и для второй место найдется. Или для пятой. Три девчонки Илоны часто пропадали в моем поместье, сбегая от собственных родителей.

— Амелия… — в полнейшем бешенстве повторил Рейтар, а щеки его заполнились темно-красными чешуйками.

— Кушать уж больно хочется, — повторила я в надежде на чужую совесть и решительно добила: — Я беременна, Рейтар. Я беременна.

До него дошло далеко не с первой попытки. Несколько раз открывая рот, он захлопывал его и силился сформулировать мысль, что никак не укладывалась в его голове. Сейчас на его лице прекрасно читались все его эмоции: от растерянности и ужаса до полнейшего счастья на грани безумия. Глаза мужчины то заполнялись чернильной тьмой, то вспыхивали сносящим все на своем пути огнем.

— Живее! — скомандовал он храмовнику собственного Дома.

Да так скомандовал, что служитель едва с постамента не слетел вместе с вонючим кадилом. Вот теперь я была целиком и полностью довольна.

Ну почти.

Кушать и правда хотелось, и чем больше был срок, тем все голоднее я становилась. Если так пойдет, я скоро на кухню из спальни жить перееду. Ну или кухня переедет ко мне, учитывая, что выпуклость моего живота начинает тонко намекать на особые обстоятельства.

Местный доктор так вообще сказал, что срок у меня уже не меньше двадцати недель. Собственно, я это и без него знала, когда ощутила первые шевеления малыша.

Ощущения ни с чем не сравнимые. С гриппом точно не перепутаешь.

— И что мы будем делать дальше? — спросил мужчина приглушенно, крепко сжав мою руку.

— Долго и счастливо жить сразу после скорой свадьбы, — ответила я, не скрывая улыбки. Вторая моя ладонь легла на едва заметный живот. — Мы просто будем жить.

Доброго времени суток, дорогие друзья! Спасибо всем, кто дочитал эту историю и до последнего оставался с героями. За это время мы прошли долгий путь и заслужили свой маленький хэппи-энд. Будьте счастливы, будьте любимы и цените каждый новый день. Наши семьи, наши близкие — это тот самый смысл, который мы так яростно ищем в наших жизнях. Берегите себя и пусть все дела подождут.

Ну а я надолго с вами не прощаюсь. В ближайших планах "Охотница на вампиров, или Бал кровавой луны" по миру "Академии Шепота" и "Арибелла. Последняя из рода Страут" — новая история о любви, пиратах и приключениях настоящей леди. Чтобы не пропустить новинки, подписывайтесь на страницы авторов Дора Коуст и Любовь Огненная. Всех вам благ!

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://litnet.com/book/vtoraya-nevesta-drakonego-lorda-2-b382998

Content

Огненная Любовь Вторая невеста Драконьего Лорда 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Эпилог

Nota bene