Мартынова Маргарита

Цой жив!

– Уважаемые пассажиры! Капсульный поезд до станции Рязанская отправлением в двенадцать часов двадцать пять минут отменен по техническим причинам. Новое расписание капсульных поездов ищите на портале "Московский транспорт".

Услышав это оповещение, сразу несколько человек замедлили шаг, а кто-то даже развернулся и пошел в обратную сторону, создав небольшую пробку в толпе людей.

– Простите, – спросил с акцентом женский голос. – А где отсюда можно позвонить?

И ответом ей был небрежный взмах рук в нужном направлении.

Мужчина средних лет в серо-бордовой форме, которую носили специалисты Управления метеосистем остановился в стороне от людского потока, что-то обдумывая. На груди справа была нашивка: "Старший инженер проекта экранной защиты г. Новосибирска С. Бурков". Приняв решение, он двинулся к эскалатору и поднялся на улицу.

Кисловатый запах нагретого асфальта расползался вокруг, сливаясь с гулом машин и вклиниваясь в людские потоки, которыми была наводнена Тверская. Цветение обильно высаженных вдоль дороги деревьев вызывало ассоциации с приближающейся осенью. Автомобиль с открытым верхом, пронзительно просигналив, скрылся за поворотом и тут же следом за ним с ближайшей крыши сорвался дрон Службы Дорожного Контроля. Всюду мелькали всплывающие экраны, на каждом столбе светились указатели, из специальных блоков в тротуаре периодически всплывали трехмерные рекламные щиты. Над крышами зданий промчался бело-красный скоростной трамвай, мигая сигнальными фонарями, и исчез за зданием гостиницы "Возрождение", в прошлом известной как "Националь". Солнце стояло в зените.

– Тверская всегда остается лицом Москвы, – пробормотал Сергей и осторожно посмотрел наверх. Удивительно ровное матовое небо с еле уловимыми облаками словно растворялось само в себе. Рядом запахло чьим-то парфюмом, кто-то неловко толкнул его в спину, бегло извинился и исчез в толпе.

– Купол практически незаметен, – удовлетворенно кивнул Сергей, убирая руки за спину. – Всё-таки мы проделали хорошую работу.

И поднял глаза на один из светящихся информационных экранов, наводняющих улицу, словно желая что-то проверить.

– Сегодня 15 августа 2050 года, – сообщало табло мигающими ровными буквами сразу на трех языках. – Температура воздуха под куполом 26 градусов выше нуля. До границы зоны – пять тысяч пятьсот тридцать два метра. За пределами купола – пять градусов ниже нуля, идет снег. Предварительная смена погодных условий – через семьдесят один час.

– Насколько я помню, московский купол в диаметре двенадцать километров , где центр – Красная площадь. Это значит, – пробормотал Сергей, потерев подбородок. – С учетом всех погрешностей, меньше, чем через трое суток, у Управления Метеосистем уже будут данные, в какую сторону изменится погода.

И слабо улыбнулся своим воспоминаниям.

Больше десяти лет назад крупная экологическая катастрофа в Северном Ледовитом океане вызвала всемирную нестабильность погодных условий, и перепады температур от минус двадцати до плюс тридцати градусов теперь происходили в среднем каждую неделю. В связи с этим о всех крупных городах теперь были специальные купола, удерживающие температурные условия согласно текущему времени года. Отдельные защитные системы располагались над сельскохозяйственными территориями, спасая то, что не успело погибнуть в первые несколько месяцев жизни в новых условиях.

Ощутив дуновение тёплого воздуха, Сергей снова посмотрел наверх.

– Всё-таки российская разработка купола – лучшая. Наши – почти незаметны глазом. В Париже установлен такого же класса, но он плохо скрывает то, что происходит за его пределами. Жаль только, что защитить всю огромную Россию – очень длительный процесс.

Он осмотрел Тверскую, словно пытаясь угадать, что же думают многочисленные люди о работе его Управления и засунул руки в карманы. Последний раз в Москве он был три года назад, когда купол над столицей переводили на новые источники энергоснабжения. За это время почти ничего не изменилось, только вдоль улицы появилось много молодых деревьев – город мог себе позволить такое дорогое удовольствие.

Мимо прошли сразу три женщины в синем, а на противоположной стороне улицы в ожидании светофорного сигнала стояло сразу четыре человека в красном и белом, словно огромное количество близнецов выпустили на улицу и они слились в единое облако. Иногда такие случайности казались забавными и до сих пор были объектом шуток среди молодежи, хотя уже несколько лет синий, красный, белый в стране являлись единственными разрешенными цветами для одежды гражданских лиц, которые по роду деятельности не относились к тем или иным государственным ведомствам.

Очередное информационное табло, голограммой выскочившее из-под ног заставило Сергея отпрянуть от неожиданности, споткнуться и наступить на что-то сзади. Обиженное собачье поскуливание пояснило – на что, и он мысленно выругался. В родном Новосибирске он отлично знал, где находятся системы оповещений, поэтому московский ритм был ему непривычен. Информации казалось слишком много.

– Отправление капсульного поезда до станции "Костромская" состоится через пятнадцать минут, – прочитал Сергей. – Выход на платформу через станцию метро "Пушкинская".

И тут же подумал

– А где оповещение о том, какая погода сейчас на Костромской? Учитывая все факторы, там может быть ближе к нулю… До той катастрофы в Ледовитом океане все было проще… Я помню, что раньше в июне считалось удивительным…

Мысль додумать он не успел, на правом запястье завибрировал широкий плотный браслет и его на крохотном квадратном экране высветилась мигающая надпись:

– Входящий видеозвонок. Пожалуйста, проследуйте к ближашей приемной панели

Вспомнив, что под метеощитами действие коммуникаторов практически сведено к нулю, Сергей завертел головой по сторонам в поисках специальной базы. Не найдя ничего похожего в поле зрения, он быстро пошел по Тверской, лавируя между прохожими и внимательно смотря по сторонам, пытаясь поймать нужную для себя информацию.

– Фонд "Зеленая Москва" принимает пожертвования на сохранение живых деревьев столицы.... – бегло читал он.

– Станция скоростного надземного трамвая – триста метров.

– Распродажа солнечных батарей

– Скупка коммуникаторов модели D5…

Сергей посмотрел на свое запястье, где красовался черный браслет, продолжающий мигать.

– Коммуникаторы модели D5 и D6, – вспомнил он. – были одними из первых, где применялась объемная модель собеседника. Давно это было. Наверное, таких уже ни у кого не осталось.

Ловко увернувшись от ребенка на электрических роликах, он чуть не столкнулся с каким-то туристом (судя по знаку на футболке неразрешенного цвета) и выхватил взором неоновую надпись со стрелкой влево: "Приемные панели. Двести метров".

Метеощиты в других городах были куда слабее, чем тот который располагался над историческим центом Москвы, поэтому Сергей давно отвык от невозможности поймать соединение на коммуникаторе. Теперь он быстро шел по улице в направлении указателя, пытаясь заодно угадать, кто же это пытается с ним связаться. Когда впереди показалась хорошо знакомая треугольная конструкция, он ускорил шаг.

Установки для приема сигнала и подзарядки коммуникаторов представляли собой белые матовые пирамиды высотой в полтора человеческих роста. Около одной из граней уже стояла женщина с ребенком, выполнявшая какой-то поиск в виртуальном пространстве, а возле свободной стороны и расположился Сергей, приложив запястье к прохладной поверхности. Раздался легкий зуммер, с табло коммуникатора отсоединилась верхняя полупрозрачная крышка и прикрепилась к панели. Почти в ту же секунду в воздухе между Сергеем и устройством возникло объемное изображение головы женщины в ее реальном размере.

– Я уже третий раз звоню! – нетерпеливо заявила она.

– Я в центре Москвы, здесь купол блокирует связь, – сдержанно отозвался Сергей. – Пришлось искать панель. Я еще не доехал до офиса, капсульный поезд отменили, а на другом виде транспорта будет очень долго. Что случилось?

– А случилось то, – супруга театрально приподняла брови и замахала руками в порыве эмоций, – Что мой заказ доставили этажом выше и левее. Я сама видела, как дрон направился именно туда. Служба поддержки мне заявила, что это я сама указала такую точку. Пока они все проверят, пройдет несколько часов. Мне надо выходить из дома, но у меня нет формы, а я работник медицинской службы.

Сергей кивнул, думая о другом.

– Спокойно, Оксан… Одежда гражданских цветов у тебя есть?

– Ну…То белое платье, – задумчиво прикусила губу та. – Вот только влезу ли я в него.

– Влезешь, ты отлично выглядишь, – поддержал жену Сергей. – Это все? Просто я стою у приемной панели, занимаю место. Когда попаду в офис, смогу связаться с тобой спокойно. Там не такой сильный щит,

– Хорошо. И да, Сереж, я записала нас обоих в поездку на Алтай. На октябрь! Раньше мест нет, там все занято.

Он лишь кивнул, приподнимая брови, и провел пальцем по изображению, сворачивая сигнал. Мысли инженера Управления Метеосистем приняли профессиональный оборот. Над Алтаем щиты только в разработке, несколько лет погода там была стабильной, а вот теперь они с женой рискуют превратить свой эко-тур в экстремальный вид спорта, но спорить с Оксаной – дело не самое удачное, тем более, сейчас. Сергей снова приложил запястье к панели услышал легкое жужжание и отошел в сторону, освобождая место другим людям.

Вернувшись назад к спуску на станцию, он прислушался к гулу практически бесшумного скоростного трамвая, проехавшего над головой, и решил закурить. Вовремя вспомнив о запрете курения на улицах в эти часы, усмехнулся, и убрал руки в карманы. Когда этот закон только был введен в действие, он был оштрафован сразу после того, как выбросил сигарету, и самое смешное тут было в том, что до разрешительного часа он не выдержал пятнадцать минут. Казалось, за последние тридцать лет произошло столько событий, что мир казался вставшим с ног на голову. Сергей вспоминал свое детство и не узнавал всего, что было вокруг. Вот прошла группа школьников средних классов… Они уже не пользовались сотовыми телефонами, которые надо было носить в кармане, им незнакома покупка продуктов питания в качестве ежедневного похода в магазин, они уверены, что самый востребованный актер трехмерного кино Александр Петров всегда был старым, а смена погоды каждые несколько суток – это нормально.

Заметив на информационном табло строчку о том, что пущен дополнительный капсульный поезд на станцию Рязанская, Сергей прибавил шаг и чуть не был сбит с ног подростком, который бросился бежать прочь и ловко скрылся в толпе. Сергей обернулся. На тумбе для размещения туристами классических бумажных записок, считавшимися символами популярных мест столицы, чёрной краской коряво было выведено "Цой жив!"

Content

Мартынова Маргарита Цой жив!