Артем Зеленин

Фата Моргана

Предисловие

Фата-моргана – редкая и сложная форма миража. При этом оптическом явлении в атмосфере над горизонтом видны различные изображения предметов, лежащих за ним. Возникающие образы и картины меняются, будто кадры в кино, и сильно искажены.

Фата-моргана возникает, когда в нижних слоях атмосферы из-за разницы температур образуется несколько чередующихся слоёв воздуха различной плотности. Они способны давать зеркальные отражения. И именно в результате отражения (а также преломления) лучей реально существующие объекты дают на горизонте или над ним по нескольку искажённых изображений. Они частично накладываются друг на друга и быстро сменяются одно другим. Так как слои воздуха отражают реальные объекты, которые находятся за линией горизонта, то при фата-моргане можно буквально заглянуть за горизонт.

Эти миражи получили название в честь героини бретонского эпоса, которую звали Фата Моргана (с итальянского – «фея Моргана»). По легенде, её любовь была отвергнута, с горя Фата Моргана поселилась в хрустальном дворце на морском дне и стала обманывать моряков призрачными видениями.

В некоторых странах, например, в Италии и Египте, мираж так и называется: фата-моргана.

Часть первая

«Малое расстояние – еще не близость. Большое расстояние – еще не даль»

Мартин Хайдеггер

Глава первая

Я хотел бы вам поведать весьма занимательную и, уж точно, удивительную и в достаточной степени странную историю, произошедшую со мной. Она может показаться для некоторых читателей довольно-таки неправдоподобной, и даже выдуманной, иные найдут в ней отражение, ее величества, истины. И те и другие будут, безусловно, правы. Мы способны увидеть лишь то, что сами хотим увидеть. Я же, в свою очередь постараюсь вам помочь увидеть невидимое, почувствовать неосязаемое, испытать невероятное…

Истоком истории, что я хочу вам поведать, выступает время начала моей службы в армии. Окончив университет и получив высшее образование, я, согласно законам моей страны должен был отдать долг Родине, отслужив год в Вооруженных Силах России. Тогда мне было весьма сложно адекватно и спокойно воспринимать это. Ведь целый год находиться вдалеке от города, где вырос и провел всю жизнь, от матери с отцом, которые воспитали тебя, от девушки, с которой связывает настоящая любовь, от родных, близких, друзей, которые окружали все эти года, все это очень сложно понять и тем более, принять это. Но принять это все же пришлось. Против законодательства ведь не попрешь. И как отметил тридцать пятый президент США Джон Фицджеральд Кеннеди: “Не спрашивай, что твоя страна может сделать для тебя. Спроси себя, что ты можешь сделать для нее”. Так что надо было настраиваться на год службы.

И, что я думаю вполне естественно, у меня возникал некоторый страх. Но этот страх был не перед самой армией: дедовщиной, злыми офицерами, целый год вне дома. Да, по правде говоря, все это присутствовало, но в меньшей степени. Главное – это страх перед неизвестностью. Именно это и пугало меня больше всего. И перед сном, я все чаще и чаще задавал себе вопросы, связанные именно с армией, а именно с людьми, с которыми мне предстоит столкнуться. Но еще больше я боялся следующего… У меня был какой-то страх, который шел изнутри. Он не давал мне покоя ни днем, ни ночью. Я постоянно, день за днем, минута за минутой возвращался к этому. В моей голове постоянно крутился вопрос: «а вдруг я изменюсь?». Не в плане физическом, моральном, нравственном. А в фундаментальном. Вдруг я потеряю себя, потеряю свое “Я”: забуду все свои мечты, переживания, идеи. Вдруг все то, что я так долго копил в своих мыслях, возьмет и упорхнет. Пуф! И нет более прежнего человека. Вот именно этого я боялся больше всего. Неизвестность и боязнь потерять себя пугали меня.

Но я твердо решил, что армия должна пойти мне на пользу. Провести год впустую я никак не мог. Самое важное для меня, это развиваться ментально. Поэтому я очень люблю читать книги. С их помощью можно погрузиться в другой мир, фантазировать, представлять сюжеты, героев, переживать за них или наоборот, ненавидеть. Это огромный спектр эмоций. Я так же переживал, что в армии меня лишат книг. Но забегая немного вперед скажу, что этого не случилось. А напротив, обстоятельства помогли мне прочесть более тридцати книг за три месяца.

И вот, я уже еду в часть. Старт к новому повороту моей жизни дан. Я сидел в автобусе и смотрел в окно на свой город, пытаясь уловить все детали. По приезду домой, я хотел посмотреть, как же за год изменится моя малая Родина. Мы все очень переживали. Это было видно по лицам парней. До части мы добирались часов пять и приехали далеко за полночь. Впереди нас ждали две недели Курса Молодого Бойца: за это время нас должны были научить всему, что должен знать солдат. Потом мы должны были давать присягу и уже только после этого мы становились полноценными военнослужащими.

А теперь, я хотел бы поговорить немного о людях. Ведь люди – это неотъемлемая часть нашего мира и именно от окружающих нас людей, зависит наша жизнь.

Могу сказать откровенно, с людьми мне очень повезло. Особенно с парнями, с которыми призвался. Злодейка-фортуна была на нашей стороне, и почти все мои сослуживцы оказались моими земляками. А четверо из пятидесяти срочников были из моего родного города.

Мы старались во всем поддерживать друг друга и быть одним целым. Еще в первую неделю сплотился наш коллектив. Армия – это то место, где очень быстро привыкаешь друг к другу, поэтому знакомство прошло очень скоротечно.

В первые дни было весьма непросто. Ведь то был совершенно другой мир. Со своими правилами, идеями, нормами поведения.

Мы все очень скучали по дому и по родным. Время тянулось бесконечно долго. Минуты казались часами.

И вот, спустя две недели, после торжественной принятии присяги, после того как я уже обвыкся здесь, случилась новая напасть, которая в последствии круто поменяла мою жизнь.

Это был первый день, проведенный уже в официальном ранге солдата, военнослужащего. Нас распределили по ротам, а кого-то отправили на вертолетах в другие части, среди которых были парни, с которыми мы успели подружиться. Мы прибыли в расположение, которое должно было стать нашим домом на целый год. Вечером мы организовали чаепитие, где ближе познакомились со старослужащими (парни, которые служили на полгода больше нас и считались рангом выше, то есть могли нами командовать). Мне они показались нормальными парнями, что противоречило моим представлениям об армии. Обычно, так называемые «деды» пытаются унизить молодых солдат, тем самым показав свою значимость. Но в этот раз расклад был немного иным. Многие даже помогали быстрее освоиться и разобраться что к чему.

Ну так вот, все шло своим чередом, мы попили чай, немного посмотрели телевизор и легли спать, разумеется, после команды “отбой” в исполнении нашего неподражаемого старшины.

Первая ночь на новом месте. Лишь моя голова коснулась подушки, я уснул.

Я не помню, что мне снилось. А скорее всего мне не снилось ничего, так как мой сон был глубоким. Но внезапно я проснулся от резкой боли в животе. Ну, подумал я, ничего страшного – сейчас полежу и пройдет. Но не тут то и было. Боль становилась просто не выносимой. Меня буквально пробивал холодный пот. Попытки уснуть ни к чему не привели. Я пытался заглушить эту боль, но всякому терпенью есть предел. Я попытался приподняться, но мой живот пронзила такая острая боль, будто в меня воткнули нож и начали его крутить в моей плоти. Затем я кое-как собрался с мыслями и спустился на пол, что было весьма трудно, так как койка моя была на втором ярусе. При этом, я еще старался никого не разбудить.

Надев сланцы, я понял, что положение мое еще хуже, чем мне казалось. Боль была такой сильной, что я не мог разогнуться, а живот вздулся так, что казалось, будто я на девятом месяце беременности. Я подумал, что я чем–то отравился и, пойти в туалет и попытаться облегчиться было моей идеей и целью. Шел я долго, ибо было все тяжелее и тяжелее. Увидев мою побледневшую физиономию, дневальный сразу поспешил мне на помощь. Это был Никита. Отличный парень, который прибыл в часть вместе с нами. Он не оставлял меня и попытался помочь. Но мне становилось все хуже и хуже. Я долгое время занимался спортом и привык терпеть боль, но эта боль выходила за все рамки. Я уже начал плохо соображать. Вокруг все плыло. Дальнейшие события я помню отрывочно.

Помню, как я открыл глаза, очнувшись лежа пряма на кафеле в туалете.

– Тем, Тем, Тем, братан! Очнись! Что с тобой! – услышал я голос Некита, стоявшего надо мной.

Я отлично помню, что его глаза были наполнены страхом. Он реально испугался, но тем не менее действовал правильно и быстро. Он добежал до старшего по званию и дежурного. Их голоса звучали далеко, хотя стояли они рядом со мной.

– Товарищ прапорщик. Он совсем плох. Упал в обморок. Дела совсем плохи.

– Да я вижу. Иди буди дежурного, пускай соберется как можно быстрее. Бойца надо срочно в лазарет.

– Есть.

Я помню, как прапорщик помогал мне одеться, ночью, хоть и летней, все же прохладно. Он успокаивал меня и явно был встревожен. Хах. Еще бы…

Дальше я помню, но смутно, как один старослужащий вел меня в лазарет, где меня осмотрел врач и сказал, что меня срочно надо везти в больницу. Я припоминаю как меня грузили в скорую. Помню, что было очень больно и холодно, так что зубы выбивали неплохой бит, стуча друг о друга.

Дальше мы приехали в больницу. Меня окружили врачи: делали уколы и еще кучу всяких процедур. Меня накачали обезболивающим и боль чуть отступила. Еще никогда мне не было так плохо. Даже не плохо – ужасно.

Потом пришел главный врач, осмотрел меня, и сказал, что со мной какая-то трудная и не совсем понятная ситуация и, он пока не понимает в чем дело. Он предупредил меня, что нужна срочная операция и что от брюха и до груди меня разрежут. Я больше не мог терпеть эту боль и согласился на все условия. Меня быстро подготовили к операции и повезли непосредственно в операционную. Мне было не по себе. Я первый раз был на операции, так что все мне было в новинку. Мне было немного боязно. Да что там лукавить – мне было реально страшно. Меня положили на железный холодный операционный стол. Прямо в глаза мне бил яркий свет. Вокруг меня суетились, без преувеличения, человек пять – шесть. Они что-то обсуждали между собой, торопились. Женщина, как я понял, анестезиолог, наклонилась надо мной.

– Вам когда-нибудь делали анестезию?

– Нет.

– Есть аллергия на какие-либо препараты?

– Да вроде бы нет.

– Да вы не волнуйтесь, все хорошо будет. Вы вроде парень крепкий.

Я хотел ответить, но уже не смог, так как меня начала поглощать тьма…

Глава вторая

Я был полностью окутан тьмой. Я ничего не мог понять. Ни где я, ни кто я. Но откуда-то пришло ощущения, что эта темнота и есть правда, истина. Промелькнула мысль, что вот это и есть тот настоящий мир. Та самая жизнь после смерти. Мироздание. Я буквально ощущал это нутром.

Потом эта бескрайняя темнота начала обретать какие-то очертания. Я, как бы, ничего не понимал, но в то же время, неизвестно откуда брались мысли и приходило понимание, относительно всему. Эта темнота – это наше пространство: объемное, бесконечное, черное.

Тут начали появляться различные прямые линии: вертикальные, горизонтальные, диагональные, длинные, короткие, толще, тоньше… Я будто знал, что эти линии символизируют наши вселенные, так называемые «параллельные» миры. Наша вселенная предстала мне в ее первозданном виде.

Эти линии были нашими мирами, которые двигались каждый в своем направлении. Но порой, эти моменты пересекались, при этом я чувствовал какое-то изменение. Будто эти миры сталкивались и происходили необратимые изменения.

Сказать вам по правде, все это завораживало. Может вам показалось, что это было похоже на заставку в Windows, но нет. Все это настолько глобально и мощно, что невозможно представить. Описывая все это, на ум приходят некоторые особенные прилагательные на английском, которые точно описывают то ощущение, которое возникло тогда у меня: «heart-stopping» и «spine-tingling». Это было просто грандиозно, и я понимал, что мое сознанье просто не может воспринять всю ту мощь и глобальность, что возникла предо мной. Но тем не менее, я был частью этого мира, и был я частью неотъемлемой. Хочу сказать, что все мы часть этого большого мира. И присутствие каждого я чувствовал. Буквально ощущал кожей. Я чувствовал множество разнообразных существ. Но сильнее всех были люди… Это правда. Мы и не подозреваем, на сколько мы сильны. Особенно когда вместе, мы представляем грандиозную силу, масштабы которой выходят за грань реальности. Но сила эта не может быть реализована, так как мы еще не готовы: мы погрязли в войнах, экономике, политике. А ведь это все пустота. Тогда я осознал, что человечество должно быть единым, объединиться. Такое ощущение, что люди всего мира не понимают, что уже идет двадцать первый век. И что все силы человечества надо направить на что-то более глобальное, чем деньги, власть. Но пока нас окружает только одна гниль и пустота, а мира то в нашем мире нет, простите за тавтологию. А перед нами открыты все горизонты. Надо лишь сплотиться. Все эти мысли в полном беспорядке у меня в голове. Я тогда не понимал, что нахожусь под наркозом.

И тут, внезапно, одна из прямых резко поменял вектор, направление. Она будто надломилась. И я почувствовал, что эта линия, это наш мир, и этот надлом связан именно со мной. Что– то в нашей вселенной поменялось.

Но все это прервалось. Очень резко. Я почувствовал боль, нестерпимую, невыносимую. И только в этот момент я понял, что все это время был под наркозом и, что все мне это приснилось. А вот боль то была самой настоящей. Я чувствовал каждой клеточкой своего тела, что меня режут. Я ощущал каждую молекулу скальпеля, который входил в меня, как нож в масло. И приятного здесь было мало. Точнее вообще не было. Я пытался закричать, что было обычным человеческим рефлексом на боль, но у меня не вышло. Мое тело было под анестезией. Но тем не менее я почему-то все чувствовал. Даааа, я чувствовал, как меня вспарывают от груди до паха, я чувствовал, как они шарят в моих внутренностях. Это было ужас как неприятно и больно, но я не мог ничего поделать. Далее они стали что-то резать и внутри меня. И это было так больно, что и мое подсознанье отключилось и снова окунулось во тьму, бесконечную и плотную, которая буквально давила на меня, но в тоже время, то было пространство необычайных размеров.

И только окунувшись в эту безмятежность, я вновь вернулся в наш мир, почувствовал боль, которую никогда не испытывал. Даже не знаю как это описать… В общем в мой половой орган что-то пихали, а так как я собственно парень, это труднодоступно, очень больно и маловозможно. Думаю, анестезия начала отходить, и я услышал сначала свой вопль, а затем и слова хирурга.

– Потерпи немного, мы же видим, ты боец. Воот молодчина. На этом все. Будешь жить!

Мое сознание выхватило эти слова жадно, будто с чувством голода, хотя все было словно в тумане. Далее я помню, как меня перекинули на каталку и куда-то повезли.

Мое сознание начало просветляться, но все равно я мало что помню, а если и помню, то все это было как в тумане. Это был бред. Я помню, как разговаривал на Испанском, который давно учил, помню, как рассказывал медсестрам про мою девушку – как ее любил, какая она классная и другие мои мысли и чувства. Вроде бы это все говорил я сам. Но разум и тело в те минуты жили отдельно друг от друга. Мне казалось, что это произносил какой-то другой человек. Это состояние похоже на сильное опьянение: мозг вроде бы все понимает, но тело и язык уже не слушаются команд и действуют автономно. Меня снова переложили куда-то, сделали укол, и я мгновенно уснул.

Я до сих пор помню ту картину, когда очнулся…

Еле, еле я открыл глаза, ибо веки мои были будто свинцовыми, я не мог пошевелиться и даже не чувствовал ног и рук. Я очень напугался. Впереди меня было стекло, во весь кабинет. За ним стояли врачи и смотрели на меня. Они что-то живо обсуждали и указывали на меня. Некоторые суматошно что-то записывали. Мне явно стало не по себе. Как в каком-нибудь хоррере или мистическом триллере, где на человеке ставят эксперименты и наблюдают за ним через стекло.

Наконец, они увидели, что я очнулся, и группа из нескольких врачей направилась ко мне.

– Ну боец! Вижу, очнулся. – в говорящем я узнал хирурга, который делал операцию. – Как себя чувствуете?

– Да все хорошо! Только вот не чувствую ничего. А так-то, прорвемся!

– Ну ты молодец, солдатик! Крепкий! Скажу тебе правду. Были некоторые осложнения. Аппендицит разорвался внутри тебя, и мы были вынуждены вскрыть тебя срочно и немного пошвырять в твоих органах. Последствия могли быть неутешительными, но мы успели вовремя. Так что поправляйтесь и отдыхайте. Сразу скажу, ближайшие дня три вы не сможете встать и будете находиться в реанимации под строгим наблюдением врачей. Все непросто, но я уверен, что ты справишься с этим!

– А куда деваться? Я пока все равно ничего не понимаю…

– Завтра я к тебе зайду, Артемка. А пока будет много неприятных процедур…Потерпи…

И только после этих слов начал замечать все вокруг себя и вообще, замечать себя. Я осмотрел себя. Все мое тело было заклеено. Пока повернуться не было возможности, так как мое тело меня не слушалось. Мне постоянно делали какие-то уколы и капельницы, мои бедра уже были все синие – уколы дели часто, а повернуться и пошевелиться я не мог. Ко всему прочему из меня торчали всякие шланги. Из носа, из брюшной полости и даже из полового органа. Все это меня ошеломляло. Сутки я пролежал не шевелясь, лишь на некоторое время просыпаясь. На утро я заметил, что уже могу шевелить ногами. Но при этом, каждое движение отзывалось острой болью в животе. За этот день я достиг большого прогресса: уже к вечеру я мог садиться. Мне, конечно, помогали медсестры, но для меня и это уже было большим прогрессом. На следующее утро приходил хирург. Он осмотрел меня. Вытащил из меня две трубки, оставив лишь дренажную и сказал, что я иду на поправку и к вечеру может быть, меня переведут в палату. А пока, он разрешил мне пить, а утром пробовать есть куриный бульон. Меня все еще подташнивало. А после того, как я садился в постели, начинала кружиться голова. Я чувствовал себя беспомощным. Просто сесть и то не мог без посторонней помощи.

Вот так я провел дня три, пока меня не перевели в палату, куда меня, опять перевезли на носилках. Я до сих пор мог максимум что, так это присесть в кровати, дальше все начинало кружиться и плыть. Я бы хотел это контролировать и быть сильнее, но не мог. Мое тело меня не слушалось.

Несмотря на запреты врача, я начал вставать, чтобы сходить в туалет. Поясню – просто ходить в утку было не по мне. Я, блин, молодой парень и еще будут за мной убирать. Ну уж нет.

Но все же это было очень трудно. Сходить по-маленькому занимало у меня минут тридцать, а иногда и целый час. Дренажная трубка выходила у меня из брюха и шла в бутылку, которая стояла за койкой. Я должен был достать эту склянку из-под кровати, но сделать это надо было со всей осторожностью, так как в бутылку стекала моя кровь и она могла расплескаться. Да и подняться для меня было огромным испытанием. Ну по крайней мере это стоило мне больших усилий. Еле-еле перекручиваясь, мучаясь от боли, я мог встать и пойти до туалета, при всем при этом опираясь на стенку коридора, и в одной руке держа бутылку с кровью. Сходить по большому не представлялось возможности, так как только что мне делали клизму и во время операции все мои внутренности были выпотрошены. Да и уже четвертый день ничего не ел. Опираясь на стенку, я доходил до туалета. Но это было не все. Просто, по-человечески поссать, стоило неимоверных усилий, так как вместо мочи выходили сгустки крови, что доставляло мне неприятностей… С горем пополам, я возвращался в палату. Там еще некоторое время я тратил на то, чтобы лечь в постель и убрать все мои трубки и банки за кровать. Мне до сих пор ставили целую кучу уколов, и я до сих пор находился в некоторой прострации.

На следующий день я немного пришел в себя и начал немного понимать, где я, и кто я. Вечером приехал фельдшер из моей части, который привез мои вещи и без притворства переживал за мое здоровье. Поясню. Так как я находился три дня в реанимации, информацию по мне не могли предоставить ни в часть, ни моим родственникам. Так что посещение нашего фельдшера было сюрпризом, а беря во внимание его искренность, так было очень приятно.

– Ну привет, солдат! Как ты? – с порога произнес старший сержант, держа в руках огромные сумки с моими пожитками. – Жив хоть?

– Так точно! – лишь мог ответить я.

– Ну ты расслабься. Все хорошо. Тут тебе собрали твои парни сумки собрали, так как ты скоро поедешь в Военный Госпиталь. И особенное поручение от твоих друзей – книга. Мне сказали твои сослуживцы, что ты любишь читать и передали эту книгу, говорят, ты ее только начал. Вот еще, Тем. Телефон. Позвони родителям. Никто не в курсе, что с тобой, включая нашу часть. Так что обязательно позвони, обязательно. Бывай.

Мне было очень приятно, ведь я чувствовал, что все это было искренне, тем более что он приехал в свой выходной.

В тот же миг, когда он ушел, я стал звонить родным. Ох… Как это было тяжело. Ведь никто не знал, что со мной, я не выходил на связь около недели. В первую очередь я позвонил маме, папе и своей невесте. Все очень переживали, а когда узнали, что со мной было и что я находился на пол пути к смерти, так вообще поплыли. С одной стороны, мне было их жалко, ведь я вроде бы, жив, а они переживают. Но, с другой стороны, приятно. Ведь они вышли на командира части и ротного, которым вставили по первое число за то, что те не сообщили о чрезвычайном происшествии. Но я сам их не виню. Они и сами не могли знать, что со мной. Но могли бы сообщить хотя бы, что я в больнице. Ну получилось, как получилось.

И так… Лежа в палате и не имея возможность пошевелиться, я читал своего любимого автора, Стивена Кинга. Я чуть не заплакал. Правда.

Про меня ведь не забыли. Не забыла моя семья. Не забыли мои друзья. Не забыли мои сослуживцы, с которыми мы были знакомы всего две недели, собрали мои вещи и послали с фельдшером мою любимую книгу. Это было особенно приятно. Но вот кто именно послал книгу, я не знаю до сих пор, догадываюсь, конечно, но не могу сказать точно.

И только сейчас пришло признание того, что я находился в шаге от смерти. Да, меня спасли. Но мне предстоял еще долгий и тернистый путь к полному восстановлению.

Глава третья

Давайте дальше мы немного пробежимся галопом. Меня перевезли в Военный Госпиталь и на протяжении двух недель восстанавливали, нагромождая различными процедурами: меня лечили электрическим током, магнитами, я каждый день лежал в гипербарической барокамере, насыщая организм кислородом. В общем использовались любые методы для быстрейшего выздоровления. С каждым днем мне становилось все лучше и лучше. Вскоре я уже мог сам передвигаться. Я старался ходить как можно больше, чтобы быстрее привести свое тело в тонус. Я похудел на десять килограмм и выглядел как зомби. Самое главное, что моему здоровью ничего не угрожало.

Еще стоит отметить, что я ощущал некоторые изменения в своем теле. Живот стал каким-то другим, поменял форму. Можно было бы это списать на то, что опухоль после операции еще не до конца спала, но дело в том, что я и внутри чувствовал изменения. Как будто что-то поменялось. А что именно, я понять не мог. В госпитале я пролежал две недели.

Далее меня опять направили в часть для долечивания. Целый месяц я должен был восстанавливаться в лазарете, а после этого прибыть опять в Госпиталь для прохождения повторной Комиссии, где уже официально дадут разрешение на дальнейшее прохождение службы.

Я думал, что месяц восстановлюсь и дальше начну служить. В принципе, все было неплохо по прибытии в лазарет. Я лежал с двумя старослужащими, которые оказались неплохими ребятами, и с одним из них я связал свою жизнь. Ну это потом…

Именно в этой части истории будут несколько характеров, с которыми я связал свою жизнь…

Первым из них был Дима.

Дима служил намного больше, чем я, и к тому же, мы вместе лежали в одном госпитале. Но тогда он мне показался жестким и уж слишком сердитым. Это чувство не покидало меня, пока мы не поселились вместе в лазарете в нашей части. Безусловно, я воспринимал его как старослужащего. Его и еще одного парня. Но именно Диман стал мне очень близок. И до сих пор мы с ним общаемся. Мы по ночам вместе смотрели фильмы, сериалы, днем мы коротали часы за прочтением книжек и разговорами под чай. Именно Дима научил меня справляться с теми сложностями здоровья, которые есть, но и поддерживал морально. Он и сейчас является моим другом.

Дальше идет Саня. Мой земляк. Мы сдружились еще в самом начале. Но именно в лазарете я узнал его по-настоящему. Про наши отношения долго говорить не буду. Единственное скажу, что на гражданке, в нашем городе мы станем друзьями. В этом человеке я уверен.

Дальше идет человек с интересным именем Азамат. И он являлся не менее интересным человеком. Да, он кавказец, у него сильный и своеобразный темперамент и многие его боялись. Да даже я, немного его сторонился. Он создавал впечатление человека, котором оскорбить или ударить другого это не было для него сложностью. Но он был человеком, который держит свое слово. И не смотря на все наши приколы и оскорбления, он первый, кто мне позвонил в госпиталь. И потом он меня не забывал. И в итоге, он один из тех людей, кого я принял бы в гости, и к кому бы я поехал сам.

Было еще пару пацанов, которые заслуживают внимание, но все вместить в одну книгу я не способен. Даю слово, что они появятся в моих других рассказах. Хорошо, что рассказать еще есть много о чем.

Спустя месяц, я снова отправился в госпиталь для прохождения повторной комиссии. Это была чистая формальность и я уже был готов побыстрее пройти обследование и вернуться в строй, достойно отслужить и вернуться домой с военным билетом. Я планировал устроиться в правоохранительные органы, так что “военник” был мне необходим.

Но судьба решила иначе. Врач назначил мне несколько процедур и анализов, дабы убедиться, что нет осложнений после операции. И все проверки проходили хорошо. Все говорило о том, что я быстро иду на поправку. Но вот пришел черед пройти ФГДС. Не самая приятная процедура, на которой в горло вставляют шланг с камерой и осматривают желудок.

Само по себе это не было приятным, так еще и после прохождения ФГДС, меня сильно огорчили.

– Сколько служишь, боец? – спросил у меня доктор.

– Да чуть больше месяца. Еще служить и служить!

– Но со службой придется повременить. Домой едешь! – улыбка, с которой он произнес эти слова мне не понравилась.

– Это не очень смешная шутка. А что со мной?

– Это спросишь у своего лечащего врача. Все, воин, иди. Не задерживай очередь.

Я был озадачен и опустошен. Все было не понятно и взяв результат обследования, я стрелой помчался к моему лечащему врачу. Он посмотрел бумаги и отправил меня к другим врачам, явно встревоженный результатами.

В первую очередь, я отправился к заведующей гастроэнтерологического отделения. Она осмотрела бумаги.

– Что, рядовой Зеленин, служить не хотим больше?

– Никак нет! Напротив, хочу. Есть какие-то сложности? Мне никто ничего не говорит и, я ничего не понимаю. Объясните мне в чем дело, пожалуйста.

– У тебя две язвы и на этом твоя служба, скорее всего, закончена.

– Но как же так. Я же хорошо себя чувствую. Неужели нет никаких вариантов?

– Я переведу тебя в свое отделение. Мы будем наблюдать тебя и сделаем повторные анализы и тесты. Но могу сказать, с уверенностью на девяносто девять процентов, что все анализы только подтвердят.

– Но я готов служить дальше. Я же здоров.

– Понимаю твое негодование. Но ты совсем не здоров. У тебя внутри аппендицит взорвался и весь яд вылился прямо на органы. Операция была сложной, да еще и на протяжении нескольких дней ты питался лишь одними антибиотиками. И теперь это все вылилось в две большие язвы. Так что, можешь собирать вещи, через пару месяцев, едешь домой.

– Понял. Разрешите идти?

– Иди.

Всю эту информацию я никак не мог переварить. В голове все шло кругом. Я решил, что эту ситуацию так не оставлю и направился к главврачу. Ознакомив его с ситуацией, сидел и ждал его решения. Он несколько минут напряженно думал, что-то печатал в компьютере и наконец, ответил.

– Сейчас я покажу тебе статью, согласно которой мы обязаны признать тебя негодным к военной службе и отправить тебя в запас. Я понимаю, новость ни есть хорошая, но ты подумай сам. Ты молодой парень и у тебя все еще впереди. А со здоровьем не шутят. В любой моменты эти язвы опять могут открыться. Тем более военный билет у тебя будет обычный, только с припиской, что ты уволен в запас по состоянию здоровью, а не по сроку службы. Скажу тебе по правде, других выходов из ситуации нет. На протяжении месяца мы тебя долечим, пройдешь военную врачебную комиссию. Правда, надо будет еще ждать одобрения Москвы, это где-то около месяца. И поедешь домой. А сейчас собирай вещи и переезжай в гастро отделение.

– Есть.

Я очень сильно переживал за эту ситуацию, но надо было сообщить об этом родным.

Они все меня поддержали и, благодаря им, я смирился со всем и даже был рад, что поеду домой. Почти каждый день ко мне приезжали. То родные, то друзья, то все вместе. Без внимания и поддержки я не остался. Именно в этом я и нуждался тогда больше всего.

Не обойду вниманием парней, с которыми познакомился в госпитале. Многие были в аналогичной ситуации со мной. И как говорится, общая беда сближает. С некоторыми из них мы быстро сошлись. Мы вместе коротали время в томительном ожидании результатов. Мы, наверно, обговорили уже все возможные темы и наизусть знали истории друг про друга.

Не менее важным был тот факт, что именно тогда я решил начать писать. Я попросил привезти мне тетрадок и просто записывал все свои мысли идеи, которые потом должны были переродиться в книги. Мне очень нравилось это занятие, и я чувствовал, что это мое.

Так и прошел этот месяц. Военная Врачебная Комиссия, подтвердила, сказанное главным врачом. Я отправлялся обратно в часть, ждать подтверждения Москвы, но теперь я считался временно не годным к военной службе и должен был все это время дислоцироваться в лазарете. Ох, скажу наперед, это был тяжелый месяц, который, казалось, тянулся целую вечность. Я так сильно уже хотел домой…

Глава четвертая

Этот месяц я провел в томительном ожидании и глубоких размышлениях. Различные мысли не давали мне покоя днем ночью. Тем более было сложнее, что мысли эти были сильно запутанны, и до возвращения домой мне предстояло распутать эту паутину. Благо время было предостаточно. Я лишь иногда помогал местным врачам с различными документами и процедурами, большинство же времени было свободным.

Во-первых, мне было необходимо разобраться с моими эмоциями. Ведь те три месяца, что я провел вне дома были тяжелыми и богатыми на события: я оказался в новой для себя обстановке, прочувствовал на себе совершенно иную, армейскую жизнь; я успел познакомиться с многими новыми людьми, которые, безусловно оказали или окажут влияние тем или иным путем на меня; я чуть не умер, хоть мне в это не верилось, но это было так. Я до сих пор вспоминаю тот необычайно сложный период после операции. Ко всему прочему и несмотря ни на что, я уже привык к армейской жизни и мне уже второй раз за короткий период предстояло перестроиться.

Во-вторых, я должен был продумать и составить план того, чем я буду заниматься на гражданке. Все мои планы, построенные до армии и связанны с жизнь после, рухнули. Причиной являлся реабилитационный период после операции (около года мне запрещалось поднимать тяжести, иначе мое положении может сильно усугубиться) и военный билет с преждевременным увольнением из Вооруженных Сил. После армии я намеревался устроиться на работу в одну из силовых структур нашей страны. Теперь же, построенные мною воздушные замки рухнули. Но в тоже время мне был открыт любой путь: на меня не давила учеба (высшее образование я получил еще до армии), близость армии (меня более не могли призвать на военную службу). И вообще, я должен выбрать для себя, чем же я хочу заниматься и с чем свяжу всю свою жизнь.

В-третьих, передо мной остро стояла задача как можно быстрее устроиться на работу. Не будем же мы с любимой сидеть без денег, да и иждивенцем быть я вовсе не собирался. Близость зимы, отсутствие нормальной работы в родном городе и мое состояние здоровья могли стать серьезным препятствием. Но я пообещал себе взяться за любую работу, даже с самой небольшой заработной платой, лишь бы не быть обузой.

В-четвертых, это мои отношения с Леной. В армии я еще больше ощутил, что нуждаюсь в ней и люблю ее всем сердцем. Я хотел свадьбу и уже задумывался о детях, но опять же , все упиралось в финансы. Тем не менее, я был серьезно настроен и создание крепкой семьи с Еленой было пунктом номер один в моих планах.

В общем и целом, мне было о чем подумать и поразмыслить. Я очень соскучился по всему: по дому, родным, друзьям, по горячей ванне, по гражданской еде и, наконец, я сам могу делать выбор что мне делать, а не тупо выполнять приказания старших по званию.

Все шло своим чередом, дни моего возвращения домой приближались. Мы вместе с парнями пили чай по вечерам, смотрели фильмы, проводили ночи в беседах, делились своими сокровенными мыслями и мечтами о гражданке. Но я буквально нутром чуял, что что-то не так. Эта мысль, чувство было не таким ярким и теплилось где-то далеко-далеко внутри меня, но порой она не давала мне покоя. Все, казалось бы, было таким же. Но все– таки я ощущал всеми порами кожи, что-то изменилось. А вот что, было не ясно и это еще больше раздражало и дразнило меня.

И вот произошло событие, которому, на тот момент, я не придал абсолютно никакого значения, но которое, впоследствии, стало бустером и зародышем дальнейших событий, из которых и сложилась эта история.

Спустя неделю, проведенную в лазарете, мне наконец-то удалось, так сказать «вырваться в свет». Я сразу направился в казарму, с целью повидать своих новых друзей, рассказать им обо всем и узнать, как дела идут у них.

Я очень переживал, так как меня не было около двух месяцев, и они могли уже и забыть про меня, но меня ждал хороший сюрприз. Все встретили меня очень тепло и, даже старослужащие которые видели меня впервые, сочувствовали мне и желали здоровья.

Все на перебой задавали вопросы и буквально тискали меня.

– Здарова Темыч! Как ты?

– Живой что ли? Ты здорово похудел!

– А покажи шрам! Эх ты! Ничего себе тебя распахали. Выглядит страшно!

– И че теперь? Слышали тебя комиссуют!

– Да, парни. Это правда, к сожалению, – отвечал я. – Жалко вас тут оставлять… Я в скором времени уже буду потягивать холодное пиво в горячей ванной, а вам тут еще гнить больше полгода. Вы уж извиняйте.

– Да прекрати ты. Бред говоришь. Ты такое пережил… Мы все здорово напугались.

– Ага, особенно прапорщик, который дежурил в ту ночь.

– Ахахахаха. Видел бы ты его лицо.

– Надеюсь, я к вам еще приеду! Обязательно навещу вас! Слушайте, а вы что, стены у казармы перекрасили? Совсем вас уже нечем занять…

– Неее. Ты че? Все так же…

– Да говорю же вам, явно другой цвет.

– Да ты, по ходу, еще от наркоза не отошел.

– Ахахахах. Или таблетки немного не те давали.

– Ладно, забейте. Мне еще несколько недель ждать. Попробую упросить командира нашего, крайнюю ночь в казарме провести. Посидим, попьем чайку с тортиком, поговорим. Все так, у меня дембель, какой-никакой.

– Да уж, дембель. Демо версию прошел. Да и хватит.

Через три недели документы пришли. Последняя ночь в части, да и в роли военнослужащего прошла на ура. Вечером мы посидели с парнями, я собрал вещи, пожелал всем удачи. Всю ночь я не могу уснуть. Ура! Этот день настал! Я еду домой! Дзержинск! Встречай меня!

Этой последней ночью я выразил с помощью стихотворения все мои мысли, касательно армии:

Ярко светит солнце,

Щебечут птички за окном.

Черные строчки на белом читаю,

Снизу подпись – товарищ военком.

Как же все было прекрасно:

По парку с невестой гулял,

С друзьями ночами шатался,

А тут повестка. Мама, я попал…

Раннее утро – сумку на плечо,

Раскрыл мне двери военкомат.

Прощайте гражданка, свобода, родные,

Здравствуй военно-отлаженный ад.

Слезы матерей, отцов и невест —

Все чувства на сквозь открыты.

С печалью, тоской смотрю я на них,

Автобуса двери перед носом закрыты.

Лишь вижу я вокруг себя

Мутные взгляды бедных ребят,

Никто еще не понял, что отныне,

Каждый – воин, мужчина, солдат!

Друг детства рядом со мною сидит,

Мы можем без слов говорить.

Оба смотрим в окно и верим,

Что вместе будем служить.

И вот перед нами пункт призывной —

Последний остров гражданки.

И целый год за собою тащить

Печали и боли тяжелые санки.

И вот напасть еще одна —

С другом отдельно мы будем служить.

Да, судьба ведь злодейка она.

Быстрее б тот годик прожить.

Но форму одев, грусть позабыв,

Должен Родине долг я отдать.

Я больше не мальчик и стойко

Буду семью защищать!

Построены 36 бойцов молодых,

Какими мы были – все позабыли;

Теперь мы все горды за себя,

Ведь мы – Военно-Воздушные Силы!

Проехали верст мы не мало,

Поспали немного, но всласть,

Мы видим врата нашего нового дома:

Родную теперь военную часть.

А следующие слоги, строфы

Я посвящаю ей,

Что ждет меня и любит —

Единственной моей.

Я хотел вам рассказать,

Как сильно вас люблю.

Хочу вам так же рассказать,

Как в армии служу.

Здесь берцы мокасины заменяют,

Здесь связь не ловит, интернета нет,

Здесь молодые парни характер закаляют,

А вместо модной кепки – постиранный берет.

Самолетов шум нам вместо новых песен,

А вместо теплой ванны – холодный душ.

Но каждый новый шаг уж больно интересен.

И вместо пацанов, отныне, рота хрупких душ.

Я понял здесь,

Что воспылал любовью к вам опять,

И вместо чувств – бушующая смесь.

Я б отдал б жизнь, чтоб просто вас обнять.

Вы снитесь мне без перерыва,

А на яву все мысли лишь о нас,

И будто падаю с обрыва.

Отмечаю дату, когда я встречу вас.

Я ведь никогда по вам так не скучал,

Терпенью больше нет предела.

Меж сердцем и умом горит скандал,

И жизнь без вас мне надоела.

Но теперь я, ведь, солдат,

И все невзгоды прочь!

И на плече моем тяжелый автомат —

Я защищаю вас и эту ночь.

Ты помни, милая, обо мне,

Ты жди, терпи, о нас велю мечтать.

И повстречаюсь через год я вовсе не во сне.

А вскоре и сын наш будет присягу принимать.

Я тут уже привык сейчас,

И те ребята – теперь мои друзья,

Ведь вместе мы проводим каждый час,

А рота – новая семья.

Мы вместе плачем, страдаем, веселимся,

Мы вместе чистим берцы, вместе спим.

Когда мы вместе, ничего не боимся.

Средь них я чувствую себя своим.

Не скоро я забуду эти рожи.

И долго-долго будут сниться мне.

И мы другие, на прежних не похожи,

Ведь вместе мы готовы умереть в огне.

И вот стоим мы под жарким солнцем

Пять бравых молодых ребят.

Прощайте месяцы в казарме!

Глаза сейчас от радости горят.

Вот стук колес уж слышен на перроне.

От нетерпенья потеют пальцы рук,

Мы скоро своих родных увидим,

Не зря мы перетерпели столько мук.

Пробил наш час, прощаемся с друзьями,

Но будем мы еще звонить, писать.

Стоит наш дом, наш город перед нами —

Не надо больше ждать.

И все-таки, я год провел не зря.

Я вырос там и стал мужчиной.

Но наконец во тьме ночи

Иду я бодрым шагом – спешу к любимой.

Она меня ждала, на фоточки смотрела,

Литры слез девчонка пролила, терпела.

И ждет награда нас, судьба подруга.

Ведь поняли мы с ней, что любим истинно друг друга!

Глава пятая

Это утро было для меня одним из самых лучших в моей жизни. Осталось вытерпеть всего четыре часа, и я отправлюсь домой. В последний раз я слышал команду «рота подъем». Вместе со своими боевыми товарищами я отправился в столовую, последний раз насладиться солдатской кухней. Потом я наблюдал за парнями, которые занимались обыденными солдатскими делами: кто-то чистил автомат и собирался в караул, кто-то занимался уборкой помещений, кто-то дремал на тумбочке. В общем, при делах были все. Мне оставалось лишь смотреть на все это и понимать, что все равно, я буду скучать по этой казарме, по этому времени, по этим людям…

Меня должна была забрать мама, которая была уже в пути. Я проверил все свои вещи. Попрощался с парнями и сидел в классе и ждал.

И вот, наконец, подъехала мама. Ох, как же я был ей рад! Это чувство не опишешь словами. К тому же, это было символично и вдвойне приятно, что именно мама забирала меня домой. Я наблюдал в окно, как она шла по плацу и входила в казарму.

– Здравия желаю, товарищ мама! – попытался я скрыть свое волнение и напряжения в попытки отшутиться.

– Привет сынок! – она меня крепко обняла. – Ну вот и домой! Армия возвращает мне моего сына.

– Да уж, почти целым и не совсем здоровым.

– Поправим мы тебя, не волнуйся.

– Да я шучу. Все окей! Пойдем, нас ждет командир роты.

Мой ротный отдал нам мои документы, пожелал удачи в дальнейшей жизни и пожал на прощание мне руку.

И вот мы уже в машине и выезжаем за пределы КПП. Какой же это был сладостный миг, ведь все наши разговоры тем и иным путем сводились к именно этому моменту – моменту, когда мы покидаем часть на пути к родному дому.

Все мои чувства будто обострились, и я буквально утопал в сладостном и прекрасном моменте ощущения свободы. Я с превеликим удовольствием смотрел в окно на проносящийся мимо нас пейзаж. И меня это завораживало. Ну, еще бы. Последние несколько месяцев я провел либо в казарме, либо в больничной палате, уже отвыкнув от простора, от пейзажей, от сел, от заправок, кафешек, городов. Я даже отвык от обычных людей, обычной одежды и обычной манеры речи – на протяжении четырех месяцев меня окружали люди в форме с армейской выправкой. Ко всему надо будет привыкать заново. Но я был полон уверенности, что мне удастся сделать это быстро.

Вся дорога от казармы до дома заняла чуть более трех часов и прошла в непринужденных беседах: я делился с мамой историями и бытом из армии, рассказывал о своих планах; она в свою очередь, поведала о последних событиях из гражданской жизни.

И вот, я уже увидел знакомые картины за окном. Мы уже приближались к Дзержинску – моему родному городу. Я был на седьмом небе от счастья. Я погрузился в теплую ностальгию, рассматривая такие, вроде бы, родные и знакомы улицы, но от которых я успел отвыкнуть, и которые все же успели поменяться в мое отсутствие.

Но самое классное, это было оказаться в нашей с Леной квартире и лечь в нашу с ней кровать, в которой мы провели так много ночей, деля сон. И теперь я грезил, когда же она вернется с работы, чтобы обнять любимую, и наконец-то вместе уснуть. Я так по этому скучал, что ждать более не оставалось сил.

Что бы как-то скоротать время, я позвонил Максу, который незамедлительно приехал ко мне, обрадовавшийся моему возращению. Было стойкое ощущение, что я никуда и не уезжал, а просто не виделся с другом пару дней. Между нами не было никаких неловкостей. А я переживал, что после пребывания в армии, мы на какое-то время потеряем нить и перестанем быть на одной волне. Но этого, к счастью, не произошло.

Потом я встретился с отцом, мы немного поболтали, назначили дату на день, когда соберемся всей семьей, чтобы отметить мой приезд. Я забрал у него свою машину, которая прибывала у него на хранение, и мы с Максом отправились немного покататься по городу. Мне, изначально, было трудновато за рулем, чувствовалось отсутствие практики, но спустя какое-то время я вновь обвыкся и уже наслаждался поездкой в родной машине по родному городу.

Мы встретились еще с некоторыми друзьями, заехали в магазин, напокупали всяких вкусностей и поехали ко мне пить чай. Посидели мы тогда отлично. Я не перестал чувствовать себя своим среди них, что говорило о многом.

Вечером, после столь долгой разлуки (да, она часто навещала меня в больнице и приезжала в часть, но это не считается), я встретился с Ленкой. Нашему счастью не было предела. Мы решили немного отпраздновать мое возвращение. Ко всему прочему, мне не терпелось набрать всяких вкусностей и снеков, которых я был лишен в армии. Устроить, так сказать, праздник живота. Но и не забыть про пивасик, о котором я тоже мечтал. Ну не то, что мечтал, просто вновь хотелось ощутить тот самый, но уже позабытый вкус. И, как ни как, армейская пища – есть армейская пища. Она очень быстро надоедает.

И вот мы подошли к магазину. Мне все там казалось каким-то непривычным.

– Лен, ты от меня далеко не отходи. Я так отвык от супермаркетов. Голова кругом. Как тут много всего. Не то что у нас был.

– Да ладно тебе еще выкабениваться. Привыкнешь.

– Но тут так много продуктов… И людей… Не привычно… И немного давит. Чувствую себя пещерным человеком!

– Ты в армии был и отправлялся в каменный век на машине времени?

– Ха-ха-ха. Вовсе не смешно. Пойдем пивка возьмем. Ты как обычно, сладкое.

– Да, возьми мне сидр какой-нибудь. А себе, как всегда, будешь выбирать три часа?

– Не, Ленок. В этот раз быстро. Возьму свое любимое пару бутылочек и все. Где тут «Брудвайгль»? Оно обычно здесь прям стояло.

–Какое?

– «Брудвайгль» конечно. Ты не знаешь какое у твоего будущего мужа любимое пиво? Стыд и позор, Елена Сергеевна.

– Эй. Ты что? Твоим любимым всегда было «Бад». Ни про какой там Братвийгл или как его там, речи не было. Да и не существует такого пива.

– Что за бред. Хочешь сказать я не помню название любимого пива? Ты явно меня не дооцениваешь.

– Артеееем! Я работаю администратором в магазине и все товары знаю как свои пять пальцев. Такой фирмы не существует.

– Ладно, забей. Я тебя разыграл. Возьму, как всегда, «Бад». Пойдем возьмем еще чипсиков и наконец-то посидим вдвоем у нас дома.

Но в тот вечер я не мог расслабиться. Этот случай просто не выходил у меня из головы. Я был на сто процентов уверен, что был прав.

Но дальше было только хуже…

Глава шестая

Спустя несколько недель, жизнь на гражданке начала приходить в норму. Я снова обвыкся. Все шло своим чередом. Я устроился на работу в автоцентр товароведом. По правде говоря, ни в машинах, ни, тем более, в запчастях я не разбираюсь. Ну, то есть, в этом я полный ноль: не мог даже отличить фильтр масляный от салонного. Мой максимум – это поменять колесо, да и при этом я чувствовал себя крутым механиком. Несмотря на все преграды – это был для меня новый вызов. Научится тому, в чем вообще не смыслю было отличной целью, да и разбираться в машинах – неплохой бонус, тем более мужчине.

Все было довольно-таки неплохо, а самое главное, стабильно. «Paso a paso», как говорят испанцы. Я приносил хоть какие-то деньги в дом и не сидел на месте. Про армию, конечно, вспоминал. Но это случалось все реже и реже.

Все бы ничего… Но те небольшие инциденты, а точнее сказать неурядицы, порой выбивали меня из колеи. Ладно бы это было один раз… Но это же повторилось: в армии с казармой, потом в магазине с пивом. Да еще и это чувство, будто что-то не так… Эти «заскоки» случались не часто, но цепко держались в голове и никак не хотели отцепляться.

– Артем, тебя надо просто отдохнуть. Ты испытал сильный стресс. Армия плюс операция. Много волновался. Вот и все, – поддерживала меня Лена. Хоть она этого не показывала, но сильно волновалась за меня. – Нам надо перезагрузиться. Давай немного накопим денег и слетаем отдохнуть. Как тебе?

– Думаю, ты права. Нам стоит отдохнуть. Слишком уж много событий. Перезагрузка нам точно не помешает.

Поддержка любимой внушила мне спокойствие и некоторое время я об этом и не вспоминал. Пока это не начало повторяться. И это происходило все чаще и чаще.

Это проявлялось в мелочах, на которые и не обращаешь внимание. Но, когда это происходит довольно часто и уже начинает входить в твою жизнь… Тут уже не до смеха…

Сначала я начал чисто случайно подмечать эти нюансы и списывал все на то, что мне это лишь кажется. Например, дерево, растущее во дворе. Мне всегда, казалось, что около моего подъезда рос тополь. Я даже помню, как мы с ребятами в детстве поджигали пух. А теперь это была береза.

И, чем дальше в лес, тем больше дров. Форма скамеек в парке, цвет зданий, соседских машин, фирмы жвачек, лимонада и так далее. Потом это начало происходить с именами людей. Пусть и людей, с которыми я мало общаюсь и по минимуму контактирую ну все же. Я задавался вопросом, может это просто забывчивость и рассеянность? Но это было так часто… Но не болезнь же это Альцгеймера в двадцать три года. В этом я был убежден.

Потом произошел один случай на работе…

Я как обычно, сидел в кабинете и ждал заказа на запчасти. Мне позвонила коллега.

– Привет, Артем! Есть покупатель на диски для Нивы. Которые немного бракованы. Ну так вот, он хочет их взять. Там же всего пару царапин. Клиент согласен на это. Мы сделаем ему скидку.

– Слушай, что-то я не припомню. Сейчас посмотрю… У нас на складе числятся диски для Нивы, но они новые. Сейчас схожу посмотрю. Пока не могу ничего сказать.

– Хорошо. Мы сейчас тоже подойдем на склад и посмотрим вместе.

– Окей!

Но поиски были тщетны. Пришлось идти к начальству, чтобы разобраться в вопросе. Может они что-то вспомнят.

– Привет Оль! Слушай, тут про диски на Ниву спрашивают…

– Да, да. Я в курсе. Их нам перемещали из Нижнего Новгорода. Восемь штук. Ты должен помнить. Они со следами установки в прорезях для болтов. Там небольшие царапки. Ты же их и принимал. Саша привозил.

– Странно… Не помню такого… У нас по базе числятся четыре диска, но они новые. Я посмотрел. Без следов установки.

– А их нет в базе. Они как брак списаны.

– Мдааа. Ну и дела. Что ж, будем разбираться и искать.

Стоит отметить, что я делаю записи в тетради, что приходит и уходит со склада. Но там ничегошеньки про это не было. Тем более, хоть убей, но не помню я, что принимал эти диски. Тем более бракованные. Это неординарный случай и уж его бы я запомнил или, по крайней мере, записал.

В другой раз пропала запчасть. А точнее свечи зажигания. Я точно помню как я их сам заказывал, помню как мне их привезли и помню, как положил их к себе на стол. Я хотел взять их для своей машины. И вот на следующее утро я пришел на работу, с уверенностью, что найду их на прежнем месте и в тот же день установлю их на свою машину. Но их не было.

– Слушай Дим, – обратился я к своему коллеге, с которым сидели в одном кабинете. – А ты не видел свечи зажигания. Я их вчера на стол положил.

– Не, Тем. Не помню.

– Ну как, при тебе же привозили. Вчера. С фирмы «Паскер». Ты же еще сам накладную подписывал.

– Тем, ты чего это? Заработался может? Не было такого. Да и с этой фирмой, мы уже год как контракт расторгли. Еще до того, как ты устроился сюда.

– Блин. Да что же со мной?

– Может тебе сегодня домой пораньше? Я прикрою. Ты неважно выглядишь.

– Пожалуй да. Спасибо. Ты здорово меня выручишь. Если что, звони.

– Давай. Поспи подольше.

Я пришел домой и действительно чувствовал себя усталым и измотанным. Я сразу лег в постель и провалился в сон.

И вот, прихожу я на работу на следующий день. И, о какой сюрприз! Эти самые свечи лежат на столе.

– О, Дим, свечи мои нашлись?

–Так они и не терялись. Ты сам их позавчера сюда положил. Никто и не трогал. Ты хотел на свою тачку их установить, но видать забегался вчера. День был жарким.

– Может быть. А не помнишь, во сколько я вчера ушел?

– Да как обычно, без десяти шесть.

– Угу. Спасибо. Пойдем поможешь закрутить их, а то мне скучно одному.

– Погнали! Все равно сегодня работы нет.

И это не все случаи. Подобных уже достаточно накопилось, и они все множились и множились. Я начал подумывать, что схожу с ума и даже уже привык к подобным ситуациям. Я стал вести дневник и записывать свой каждый шаг туда. Но стал замечать, что и записи в дневнике менялись. Это был мой же подчерк. Сто процентов был уверен. И вроде мысли мои…

Может я действительно становлюсь психом? От этой мысли у меня аж мурашки по телу побежали…

Глава седьмая

Думаете, хуже не может быть? Как же вы ошибаетесь!

Однажды проснувшись, я как обычно, направился на кухню покормить нашего кота. Он всегда сам меня будил примерно часов в шест – семь. А тут от него ни слуху, ни духу. Ну может еще не проснулся, подумал я, еще немного сонный отправляясь на кухню. Я наложил ему корма, но даже тогда он не появился на кухне, хотя всегда мчался стрелой, лишь услышав звяканье его блюдца. Может наш кот заболел? Или что случилось? Надо бы его отыскать, ведь я сильно любил нашего котика и очень переживал. Он, обычно, не отходил от меня ни на шаг, ласкался и всегда спал вместе с нами, отвечая своей кошачьей любовью на нашу, человеческую. Но его нигде не было видно. Тогда я отправился в ванну умыться и принят душ, чтобы окончательно проснуться. После чего я намеревался продолжить поиски.

А их и не надо было продолжать. Пропажа была обнаружена в ванной. Он сидел зажавший в дальний угол и шипел на меня, оскалив зубы. Шипел! Он никогда раньше так не делал! Я хотел было взять его на руки, погладить и успокоить. У всех же бывает плохое настроение. Встал не стой ноги или сон дурной приснился. Только лишь я протянул к нему руки, как он кинулся в меня и вцепился мертвой хваткой. На помощь подоспела моя девушка, которую разбудили шорохи в ванной. И лишь только с ее помощью, я смог освободиться из лап зверя.

– Что это с ним, Артем?

– Не знаю. Вайти никогда таким не был.

– Вайти? Ты ему уже новую кличку придумал? Еще вчера он был Сноуи.

– Да нет. Просто он меня разозлил своей выходкой. Пошли завтракать.

Я уже и говорить не хотел, что точно был уверен, что уже год как он живет у нас и мы, еще когда я был в армии, решили назвать его Вайти. Сноуи … Бред. Я предлагал ей такой вариант клички, но Лена его сразу отбросила. Ну да ладно. На это я уже, можно сказать, не обращал внимание.

Это был выходной, и мы решили навестить моих маму и бабушку.

На самом пороге в бабушкину квартиру, случилось, чего я так боялся. Ее кот тоже вел себя необъяснимо странно. Раньше, когда я навещал бабушку, мы любили с ним играть. Порой, он сам был инициатором и приставал ко мне, изъявляя желания побегать друг за другом, поиграть в нечто вроде пряток или просто побеситься. Он всегда встречал меня у самого порога, а то и выходил в подъезд.

В этот раз, как только он меня увидел, сразу ринулся в другую комнату. На какой-то период времени я забыл о нем. Мы пили чай на кухне. К слову, если на кухне кто-то есть, Филя (так кличут кота) всегда оказывался рядом в поисках какой-нибудь вкусности. Но мы уже минут сорок, как сидели за столом, а кот так и не появился. Никто не обратил на это внимания: все продолжали пить чай, наслаждаться беседой и рассказывать новости. Но я то обратил и решил двинуться на поиски Филиппа. Я нашел его под бабушкиной кроватью, шипящим на меня и готовым в любой момент кинуться. В этот раз я даже не пытался форсировать события и спокойно ретировался из комнаты, оставив животное в покое.

Потом мы, как и планировали, отправились к маме. Немного предыстории. Мама жила за городом – в частном доме и как это у нас принято, имело небольшой скотный дворик, состоящий из кроликов и куриц. Так же у нее имелось три собаки: Линко – чистокровный итальянец, немного трусоват, но если привыкал к человеку, очень любил ласкаться, Вульф – овчарка, настоящий сторожевой пес и преданный своей семье, Ася – ротвейлер, она по праву, считала меня одним из своих хозяев, так как именно я подарил ее маме. По приезду, все три собаки галопом мчались к нам, облизывали и требовали поиграться, особенно Ася. Она буквально лезла ко мне, оставляя изрядное количество слюней на одежде. Я очень ее любил и привык. Никогда я не давал им повода ненавидеть меня: ни разу ни то что не ударил, но и не крикнул.

И вот, мы зашли за калитку и ожидали очередного набега от четвероногих друзей. Но они так и не появились. Я заметил Линко, который сидел, зажавшись в угол и жалобно скулил. Я было попытался подойти к нему, но он начал скалить на меня зубы и рычать, чего никогда до этого за ним не замечалось. А потом Ася, моя любимица, резко выбежала и напала на меня. Она укусила меня за ногу. Было не то, чтобы больно, а скорее неприятно.

Все это заметили, но не придали большого значения. Мама перевязала мне ногу, и мы отправились жарить шашлыки. В тот вечер я старался больше не подходить к собакам и держаться от них подальше.

В целом, выходной прошел просто отлично. Мы душевно посидели семьей за столом и вечером вернулись домой с приятной усталостью. Кот, вроде бы успокоился, но все же, старался не подходить ко мне. Я тоже не проявлял инициативы, чтобы не гневить бедное животное.

Мы выпили с Ленкой по бутылочки пива за просмотром фильма и легли в постель. Спустя считанное количество времени, моя девушка уже засопела, отправившись в мир снов. А вот я, напротив, еще долго не мог уснуть, прокручивая события того дня в голове.

Ну вот наконец, я смог задремать. Но снился мне какой-то бред, как когда мне делали операцию, и я был под наркозом. Снова это необъятное черное пространство, снова эти многочисленные линии и снова одна из них надломилась, и в этот момент я будто почувствовал какой-то удар и проснулся в холодном поту. Меня пронзала мелкая дрожь и непонятное состояние, будто я нахожусь в какой-то прострации.

Я отправился в ванну, чтобы умыться и немного придти в себя. Наклонившись над раковинной, я увидел красные точки, которые все множились. Это была кровь, которая текла у меня из носа. Я посмотрел в зеркало и увидел свое отражение: по белому, как мел, лицу струилась густая кровь. Еще миг и у меня закружилась голова, тело перестало меня слушаться, мир вокруг меня начал темнеть, земля уходила из-под ног.

Обморок…

Не знаю, через сколько я очнулся, но шея затекла, и голова очень болела. На стиральной машинке были следы крови. Похоже, что падая, я ударился об нее головой. Умывшись холодной водой и немного оклемавшись, я на автомате отправился в постель и мгновенно провалился в глубокий сон…

Глава восьмая

Проснулся я уже в своей прежней квартире, где провел все детство. Расстановка была такая же как раньше. Вот прямо как раньше: те же занавески, то же постельное белье, я даже заметил игрушки, которыми мы с братом раньше играли. На мне была футболка, в которой я обычно спал. Я абсолютно не понимал в чем дело… Может это сон? Чтобы убедиться, что это явь, я ущипнул себя за руку и почувствовал боль. Мдааа… Значит это не сон. Что происходит? У меня началась паника. Немного успокоившись, я решил обратиться к брату, который спал со мной в одной комнате.

– Илья, Илья. Проснись. – говорил я шепотом, так как боялся, что кто-то из родителей услышит.

Но брат крепко спал и явно не был намерен просыпаться. Тогда я начал стаскивать с него одеяло и застыл на месте, будто превратился в камень. Меня будто парализовало… Илья был очень молодым, даже маленьким. Лет пяти – шести. Значит мне где-то десять или одиннадцать. Я невольно вскрикнул и стрелой умчался в ванну, где и заперся. Я боялся посмотреть в зеркало. Очень боялся увидеть себя десятилетним мальчиком в отражении. Но мне пришлось это сделать. И действительно, на меня смотрел мальчуган. От неожиданности я вскрикнул и чуть не упал, благо, мне удалось зацепиться за раковину.

Раздался стук в дверь.

– Ты что там разорался? Спать не даешь! – это был голос отца. Но не нравилась мне его интонация.

– Ничего пап, прости. Все хорошо.

– Давай быстрей делай свои дела и выходи. Пойдешь в магазин и купишь что-нибудь к завтраку.

– Хорошо. Дай мне минутку.

Я не понимал, почему папа так грубо со мной разговаривал. Может встал не стой ноги…Я собрался с мыслями, решил действовать по обстоятельству и вышел из ванной.

Я увидел всю свою семью в сборе: мама, папа и брат. Они сидели на диване и смотрели телевизор. Они были еще такими молодыми. Эх, ностальгия…Как же приятно было видеть их снова вместе.

Мама с папой развелись, когда мне было двенадцать, а брату семь. Все это сопровождалось частыми ссорами и наконец, развалом семьи. Это было ужасное время для нас с братом. Во всем мы винили себя. Сейчас, будучи уже взрослыми, мы понимаем, что развод – это обычная бытовая ситуация. Такое бывает и ничего с этим не поделаешь. Но тогда все это оказывало на нас сильнейшее давление, и мы с братом очень сильно переживали. Я стал хуже учиться, прогуливать уроки, у меня на некоторое время появился нервный тик, постоянно моргал глазами, и пришлось ходить к неврологу. Но Илье было еще хуже. Я был старше и воспринимал многие вещи уже по-другому, мог что-то понимать. А вот мой брат переводил все стрелки на себя. Когда была затеяна какая-нибудь ссора, он всегда думал, что это из-за него. Он винил во всем себя. Закрывая уши руками, он прятался под стол. Он был напуган. Это был сильнейший стресс для ребенка. Потом, он замкнулся в себе, стал малообщительным, а бывало, и вовсе ни с кем не разговаривал. Он создал себе свой внутренний мирок, где мог спрятаться от внешнего. Мама и папа образовали новые семьи. Я стал жить отдельно, после поступления в институт, а Илья переехал к бабушке. Какое-то время мы не общались с папой. Но по прошествии некоторого времени, снова возобновили связь и стали общаться с их новыми семьями и все наладилось. Но прежней семьи, в которой мы выросли, было уже не вернуть.

Именно поэтому так приятно было снова пережить эти моменты.

Из воспоминаний меня вывел голос мамы.

– Ну что ты там встал столбом? Заморозили?

– Нет, все хорошо. Сходить в магазин?

– Да, Тем. Сходи. Сейчас дам список.

Поход в магазин давал мне возможность немного проветриться и все обдумать. На дворе была весна в самом разгаре. Хотя, когда я упал в обморок, был еще февраль.

Куда же я попал? Что мне теперь делать? Все надо было обмозговать. После активного «брэйншторма», я пришел к выводу, что надо последовательно все выяснить, но при этом надо как можно быстрее адаптироваться к новой обстановке и уже принимать решения.

Я сделал покупки и вернулся домой. Мы позавтракали и, я было уже думал, что проведу этот входной в кругу семьи, как в старые – добрые времена. Съездим в кино или на природу. Но сразу после завтрака меня заставили идти делать уроки себе и помогать брату. Мне это было совсем не в тягость, напротив, я с удовольствием сел за учебники и вспоминал школьную программу. С уроками я справился быстро, так как еще помнил, усвоенное когда-то в школе. Держало в напряжении меня другое. Мое поведение не должно было никоим образом отличаться от этой реальности, чтобы окружающие ничего не заподозрили. И я решил аккуратно обо всем расспросить брата во время того, как помогал ему с домашкой. Он заканчивал первый класс. А значит, мне было двенадцать лет и мое поведение должно было соответствовать данному возрасту.

– Слушай, Илюш. А ты ведь знаешь моих друзей?

– Конечно! Колю знаю, на дзюдо друзья у тебя.

– А ты куда ходишь?

– Ты че Артем? На дзюдо тоже, в одну спортшколу с тобой и на скрипку, тоже с тобой вместе.

– Понятно… давай я тебе почаще буду с домашкой помогать.

– Да что с тобой происходит?

– Да ничего. Забей.

Этим вечером родители с братом поехали в Нижний Новгород в кино, а меня отправили на тренировку. Было немного обидно, что они меня не взяли с собой… И вообще, поведение родителей было непонятным мне. Ну об этом немного позже… Сейчас я был рад вновь увидеть старых друзей по спорту и тренера. В моем настоящем времени, мы общаемся очень редко – все стали взрослыми, многие поженились, у кого-то дети, у всех свои дела и заботы. И вот я увидел их без лишней шелухи, еще не обремененные заботами, еще совсем юными и чистыми. Мне было очень приятно.

Была же непонятна ситуация с моими родителями. Они очень негативно ко мне относились, иногда даже кричали и шпыняли, а Илью наоборот, окружали лаской и заботой. И мне это явно не нравилось. Ведь в детстве, что я помню, было все не так. К нам относились одинаково хорошо. Ну вот я заметил еще одну деталь. Мне скоро тринадцать лет, а мои родители еще живут вместе и вроде как, любят друг друга. А в моем мире, в это время они уже развелись и у мамы уже был ребенок от другого – мой брат Егор, а у папы в семьи появилась моя сестра – Алиса. Так что я подумал, что этот мир явно отличается от того и какое-то событие, произошедшее раньше, поменяло ход жизни. Выяснить что именно, мне еще предстояло, но я понимал, что это будет очень и очень тяжело. А пока, я решил поговорить с отцом, ведь я не хотел быть в роле козла отпущения. Эта роль мне совершенно не нравилась. И я решил пойти на радикальные меры.

– Пап, нам надо поговорить. Сейчас же! – начал я беседу, сразу как они вернулись из кино.

– Слушай сейчас не до те…

– Сейчас же… – перебил я его, понизив голос и переходя на полушепот. И посмотрел ему прямо в глаза, стараясь пронзить взглядом.

Такого он явно не ожидал и даже немного опешил, но согласился поговорить.

– Ну… Говори, что у тебя там.

– Папа, не буду ходить вокруг да около. – я продолжал смотреть ему прямо в глаза. Он же отводил взгляд. – Ответь мне на вопрос. Почему вы Илью окружаете заботой, а меня шпыняете, будто я не ваш сын?

– Эммм. – вопрос был столь неожиданным, что отец растерялся. – Кто тебе сказал, что мы тебя любим меньше твоего брата? И вообще, как ты смеешь так говорить?

– Послушай, отец. – я приблизился к нему почти вплотную и еще глубже смотрел в глаза.– Я уже не маленький мальчик, как ты считаешь. А вот ты сейчас ведешь себя как ребенок и не можешь своему сыну ответить на такой вопрос. Ни тебе ли должно быть стыдно.

Я видел, как папа краснеет. Ему было стыдно, но в тоже время, он приходил в ярость.

– Ах ты щенок! Неблагодарный!

Он попытался дать мне подзатыльник, но я поймал его руку и выполнил бросок через спину. Вот и дзюдо пригодилось. Он рухнул на пол. В его глазах отражалось недоумение.

– Я же сказал, что я уже не мальчик! Встань и ответь мне на вопрос, пожалуйста.

– Ах! Ты уже взрослый! Ну тогда на!

И после этих слов, он со всего размаху ударил мне рукой в голову. Отличный хук, подумал я и снова провалился в небытие… И снова тот же сон… Пустота, прямые, надлом…

Глава девятая

Артееем…Артеееем…

Я слышал сквозь сон, как кто-то шептал мое имя. Сперва, это было будто издалека, еле – еле слышно, но с каждой секундой это было все громче и отчетливее, пока оно не прозвучало совсем рядом, прямо у меня над ухом. Кто-то тряс меня, что и вырвало из оцепенения. Я открыл глаза и сперва не понял, где нахожусь. Несколько минут ушло на то, чтобы вспомнить последние события. Ах, да, я будто переместился в пространстве и оказался в своем детстве. Так, может, это был сон? Или мне все причудилось? Я оглядел место, где нахожусь. Лучше бы я этого не делал. Я вообще перестал что-либо понимать. Я был в школе и надо мной склонились мои одноклассники.

– Тем, ну ты как? – произнес мой друг детства, Коля, протягивая мне руку и помогая встать.

– Да просто великолепно. – саркастически ответил я, улыбаясь.– Что случилось?

– Мы стояли, разговаривали, у тебя резко потекла кровь из носа, и ты свалился в обморок. – подключился к разговору Миша – еще один мой одноклассник.

– Ты реально нас напугал! – произнесла одноклассница. – Тебе может ко врачу и домой?

– Да, пожалуй! Спасибо вам. Колян, проводишь меня?

– Конечно.

– Пойдем на свежий воздух сначала.

Мы вышли на улицу. Мой друг был явно встревожен этим событием и не отходил от меня ни на шаг. Присев на лавку возле школьного двора, я начал разговор. Было необходимо овладеть как можно бо̀льшим объемом информации.

– Колян. Слушай. Я похоже ударился головой и сильно. Ты не подумай, что я псих. Сейчас я буду задавать дурацкие вопросы. А ты просто отвечай на них. Лады?

– Ну хорошо. Какой-то ты странный.

– Какое сегодня число и в каком классе мы учимся?

– Нифига се, у тебя вопросики!

– Коль. Ты обещал!

– Ладно, ладно. Сегодня пятнадцатое мая. Мы учимся в десятом классе.

– Стой, стой, стой… Ты же после девятого в техникум ушел.

– Какой техникум? Мы же договорились, что вместе закончим одиннадцать классов и поступим в Экономический Институт.

– Экономический? Но я же не понимаю в этом ничего.

– Еще как понимаешь! А вот с английским у тебя проблема. Сегодня контрольный урок и надо сдать монологи. Надеюсь, ты подготовился? Она на тебя зуб точит. Говорит, ты худший в классе. Смотри, как бы у тебя двойка не вышла.

– А когда у нас английский?

– Через пять минут. Ты как? В норме? Тебя обязательно надо идти. Я, конечно, понимаю, но она может подумать, что обморок – просто предлог в очередной раз прогулять ее урок.

– Ладно… Пойдем. Что-нибудь придумаю.

Мы начали подниматься в кабинет. По дороге Колян повторял монолог. Мне же было необходимо вновь все обмозговать. И так, что мы имеем? Я опять перенесся в другое время или пространство, которое так же отличается от моего. Коля учится в десятом классе, хотя, в моем мире он ушел после девятого. Я никогда не хотел поступать в Экономический, а хотел стать переводчиком. И вот с этим, оказывается есть проблемы здесь. Мой любимый предмет превратился в самый нелюбимый.

Я прибывал в шоковом состоянии и ничего не замечал вокруг. Двигался я на автомате. Я был полностью погружен в свои мысли и думал, как же быть и что со мной происходит.

– Зеленин! Зеленииин! Ты там уснул?

Кто-то дернул меня за рукав. Это был Колян, который сидел со мной за одной партой.

– Тем, ты че завис? – говорил он шепотом. – Тебя к доске вызывают!

– Зеленин Артем! Ты пойдешь к доске или я уже могу ставить два за год?

Таак. Надо собраться с мыслями. Фух. Надо идти к доске, а там, что-то придумаю.

– Да, да. Иду. Простите.

Я вышел к доске. Весь класс внимательно смотрел на меня, похоже ожидая очередного провала.

– Ну что молчим? Опять не выучил?

– Честно сказать… Я не успел подготовиться. – Я не знал, что еще сказать, ведь монолог не был готов. Стоп. Так я же в моем мире на переводчика учился. Вспомню что-нибудь.

– Это два.

– Стойте, стойте. А какая тема монолога?

– Great Britain.

– Ну тогда, «Let`s get the ball rolling»!

И я блестяще ответил монолог. Я просто говорил, все, что знаю про Великобританию и слова автоматически переводились на английский. Все-таки не зря я его уже десять лет учу. Я так увлекся процессом, что не замечал, что происходило в классе. У всех буквально глаза на лоб полезли. Учительница открыла рот от удивления и не могла ничего сказать. Меня спросили третьим по счету и до конца урока оставалось тридцать минут. И все полчаса я говорил. Я мог бы продолжать и дальше, но прозвенел звонок, который вывел всех из оцепенения.

– Ну что, Екатерина Михайловна, на тройку потянет? – съязвил я, подмигивая Коляну.

Но учительница не могла и слова вымолвить. Похоже с английским у меня были проблемы в этой реальности.

– Ну ладно, погнали, Коль. – я собрал вещи и вышел из кабинета, оставив учителя наедине со своими мыслями.

Меня в тот же момент обступили одноклассники и начали сыпать вопросами.

– Это что такое было?

– Мы все в шоке!

– У тебя английский родной, чтоль?

– Она еще долго не сможет отойти от такого.

– Как ты это сделал? Ты же просто ноль в английском. Был нулем в английском.

– Так! Стоп! Я просто всю ночь учил. Колян! Пойдем на улицу, покурим.

– Ты же не куришь.

– Сейчас надо.

Я вырвался из обступивших меня одноклассников, и мы направились к выходу. Но мне предстояло еще одно дело. Я подошел к расписанию занятий.

–Тем, зачем тебе шестой класс?

– Да с Губина надо найти.

–Зачем? Ты опять подраться хочешь? Вы же все решили!

– С кем драться? С Максом? Спятил?

– Вы с ним главные враги нашей школы! Все это знают. У вас каждый день конфликты!

Вот это уже ни в какие ворота не лезет. Макс был моим лучшим другом! Начиная класса с шестого по настоящее время, мы были неразлучны. Я на несколько лет старше его. Он только начинал учиться, а я уже перешел в среднюю школу. Но это не помешало нам сдружиться. Мы оба очень любили играть в футбол. На школьном поле мы и начали свой путь дружбы. И вот, мы уже почти пятнадцать лет тесно общаемся. Мы вместе прошли огонь и воду: вместе участвовали в драках, заступаясь друг за друга, вместе гуляли, ходили играть в футбол, поддерживали друг друга, когда возникали неприятные ситуации. Да мы, можно сказать, выросли вместе! А тут такое… Надо было что-то с этим делать.

– Забудь, Николай Александрович! Пойдем на улицу. Дай-ка мне сигаретку. Я возьму три? Не жмись!

Мы посидели немного на крыльце, и я сказал другу, чтоб тот шел на уроки. Я намеревался исправить чудовищную ошибку этого мира. Для этого мне было необходимо найти Макса. Следующим уроком у них стоял английский. Судьба что ли! И я опять отправился к Екатерине Михайловне.

Я постучался и попросил на английском у учителя отпустить Макса. Похоже, она еще не отошла от моего выступления и сразу согласилась отпустить моего лучшего друга, который тут был моим врагом.

– Че те надо? Мы же все решили! Ты меня не трогаешь, я тебя.

Он уже начал разворачиваться, чтобы пойти обратно в класс.

– Макс, пойдем покурим. – с этими словами, я протянул ему две сигареты, которые мне дал Колян.

Макс минуту был в замешательстве. Похоже мы с ним никогда нормально не общались, действительно. Он все же взял одну сигарету.

– Пошли в туалет. Не тут же мы будем курить.

Когда мы вошли в туалет, я запер дверь, чтобы нам никто не смог помешать.

– Я больше драться не собираюсь. – сказал он.

– Не будем. Я сейчас буду говорить. Это покажется тебе бредом. Но ты дослушай, пожалуйста. Это важно.

– Окей. Зажигалка есть?

– В общем, я никак не могу понять, почему мы с тобой не ладим. Зачем нам собачиться, если мы можем быть друзьями и помогать друг другу. Я понимаю, что это звучит абсурдно для тебя. Но давай попробуем стать из врагов друзьями?

– Да, честно говоря, мне самому это все надоело. Я тоже хотел тебе это предложить, но подумал, что это будет звучать бредово.

– Ну тогда, мир? – я протянул ему руку.

– Мир. – он ответил мне рукопожатием.

И тут мир снова начал уходить из-под ног. Снова туман перед глазами. Последнее что я почувствовал, как Макс подхватил меня, не дав упасть и удариться головой об кафель.

И опять старая песня: Безмерное пространство, линии, надлом.

Но только в этот раз, я кое-что понял. Пустота – это наша вселенная, линии – это различные миры. А этот надлом – то, что не должно случиться. Я почувствовал это. Так не должно быть. Это было какое-то исключение из общего правила, неполадка.

Глава десятая

– Зеленин! Артем! Ты готов? Ты чего завис? Давай, разминайся! Через две минуты твой выход.

Меня буквально выкинуло из небытия. Судя по всему, я опять очутился в другой реальности. Ну что ты будешь делать! Это уже третий раз! Сколько еще будет? Мне кровь из носу надо узнать, что происходит. Но для начала, понять, где я сейчас.

Так, я стою на каком-то подобии сцены, но сбоку. Я вижу зал, где много народу. На сцене постелено татами. Я осмотрел себя: кимоно, перчатки, накладки, бандаж. Где-то я это уже видел. Это со мной уже было…

– Тем, ты чего завис? Давай разминайся!

Я посмотрел на говорящего. Это была мой тренер по Киокушинкай карате – до, Анна Борисовна. Около нее стояли мои друзья по спорту. Так, так, так… Значит мне с семи до двенадцати лет. И мы на каких-то соревнования. Я вижу, как мой соперник уже разминается. Ладно. Будем решать все шаг за шагом.

– Давай, малой, рви его! Еще шаг и ты в финале. – подбодрил меня товарищ по спорту.

Раздался голос диктора: «Первый полуфинал нашего вечера. На татами вызываются бойцы возраста девяти – десяти лет в весовой категории до тридцати килограмм. Слева боец из города Екатеринбург – Максим Адамов. Справа гость из Нижегородской области, город Дзержинск – Зеленин Артем.»

Слово взял судья: «Бойцы на середину. Поприветствуйте зрителей, судей, а теперь друг друга. Время поединка – две минуты. В случаи ничьей – дополнительное время также две минуты. Покажите чистый бой и внимательно слушайте мои команды. Хатжеме! »

Мое тело действовало на автомате. Я будто наблюдал за всем со стороны. Я судорожно вспоминал этот момент, но никак не мог вспомнить. Все мне казалось таким знакомым: и обстановка, и соперник, и ощущения. Словно это было дежавю. Краем глаза, я заметил баннер: «Десятое Всероссийское первенство по киокушинкай карате до. Город Серов».

И меня осенило!

Это очень важный момент для меня. Я потом много раз прокручивал его в голове. Как же я мог не узнать эту обстановку!?

Это было мое первое серьезное соревнование по карате. Всероссийское. Очень серьезный уровень. Я очень хотел выиграть! Тогда нам мы провели весь поединок в упорнейшей борьбе. По окончанию схватки, все судьи показали «хики-ваки», что обозначало ничью. Нас ждали дополнительные две минуты сражения. Если и дополнительное время закончится с таким же результатом, то судьи будут смотреть на дополнительные показатели, то есть, вес бойцов. У кого он меньше, тот и победил. А так как я участвовал в этой категории лишь потому, что в моей, меньшей, категории был только я один, то я весил намного меньше соперника. Это означает, что я вышел бы победителем и дрался бы уже в финале.

Надо было только дотерпеть. Соперник превосходил меня всем: весом, ростом, опытом. Но я сражался и ни на секунду никто бы не задумался, что я могу уступить ему. До свистка рефери об окончании оставались считанные секунды. Мы оба уже измотаны, но никто не хочет уступать. И вот за две секунды до конца, мой соперник сильно пробивает мне рукой в корпус. Дыхание мое свело, живот пронзила сильная боль, я загнулся и упал. Это был полный провал. Мой соперник победил…

Я, конечно, выиграл схватку за третье место и завоевал бронзу на всероссийском турнире, но никак не мог забыть горечь поражения. Всю жизнь я мечтал исправить это. Бывало, что уже взрослым по ночам я представлял иной исход сражения. И каждый раз мое тело покрывалось мурашками. Это был высокий уровень соревнования. У меня даже брали интервью для местного телевидения. Тренер, родители и ребята гордились мной. Но я не мог свыкнуться с тем поражение. Все свои награды я храню дома, но этот кубок, пусть он был самый большой и красивый, я оставил пылиться в спортивном зале, где тренировался. Как же я хотел все исправить!

И вот сейчас мне представилась такая возможность. Я знал, что будет делать соперник. Дотерпев до того самого злополучного момента, я блокировал его удар в корпус и сам ответил ударом маваши-гери в голову. Соперник упал, и я выиграл! На последних секундах! Как и мечтал всю жизнь. Мои друзья по команде и тренер ринулись ко мне поздравлять. Зал ахнул от удивления. Это было фантастически!

В финал вышел так же мой друг, но он отдал мне победу, так как проникся ко мне уважением. Я стал победителем! Я выиграл кубок и призы за самый красивый бой и за волю к победе. О большем и мечтать мне не приходилось. Это был мой вечер!

Благодаря этой победе, наша команда так же получила кубок, за первое место в общем зачете, а в прошлой жизни, мы довольствовались вторым местом, так как золотая медаль моего соперника вывела на первую позицию его команду.

Мы все были счастливы и еще долго праздновали нашу победу. Я был готов расплакаться. Наша команда была едина. Мы были как одна семья. С самого начала мы поддерживали друг друга и болели. Анна Борисовна сорвала голос. Столько было переживаний и эмоций! Но это стоило того! Мы чемпионы!

Моей радости не было придела. Пережить этот момент – было настоящей эйфорией для меня. Но я помнил, что все это не моя заслуга и не моя жизнь. Она, как бы и моя. Но я не ощущал себя полноценно. Как бы это сказать… Каждый раз я ощущал себя будто со стороны. Будто я – это не я. Будто я был гостем. Я, так же помнил, что все эти моменты длились не долго и в любой момент меня может выбросить из этой реальности. Так оно и произошло.

Когда я уснул, то снова увидел тот сон! Он меня преследует! Я уже не знал, что и делать. Ну, тем не менее, очередная глава моей жизни прочитана, а впереди меня, безусловно ждало много интересного. Мне так же еще предстояло разобраться, что же со мной происходит. И это было главной задачей.

Глава одиннадцатая

И как обычно, я очнулся в неизвестном мне месте в неизвестное время. И, слушайте, этого места я никогда не видал. И чувствовал я себя странно. Да, я понимаю, что последнее время я всегда чувствовал себя странно, но в этот раз было максимально сильное ощущение.

Я открыл глаза и понял, что нахожусь в какой-то машине. Я попытался приподняться и осмотреться, но мою голову пронзила такая острая боль, что был не в силах этого сделать. Непроизвольно из моих уст вырвался стон.

– Ааа, Темыч. Очнулся? Не бойся, все в порядке. Я успел вовремя.

Голос был сильно знаком, но из-за боли, моя голова ничего не соображала. Я попытался сосредоточиться. Мое горло пересохло. Пить хотелось нещадно.

– Водыыы. – лишь сумел я прохрипеть.

– Дай ему воды. – все тот же голос обратился к другому собеседнику. – И таблетку. Ему станет легче.

Я почувствовал, как кто-то приподнимает мою голову и помогает запить таблетку. Спустя минут пять, я почувствовал просто дикую усталость и слабость и на какое-то время провалился в дремоту. Очнулся я, когда машина остановилась. Мы приехали в незнакомое мне место. Двери открылись и меня потащили. Я слышал, как открываются двери, и кто-то вышел на улицу.

– Ну как он? – это был женский голос, и тоже очень знакомый. – Я не нахожу себе место.

– Не трогай его пока. Пусть немного отдохнет и придет в себя. Все обошлось. Ну и шороху он наделал! Кто бы рассказал – ни за что не поверил бы. Но ты же знаешь его.

– В том то и дело, что знаю. И, поэтому, еще больше переживаю.

Меня положили на что-то мягкое и приятное. Мне снова дали таблетку, и я уснул.

Когда я вновь открыл глаза, мне стало значительно легче. В комнате было пусто и темно. Лишь последний луч заходящего солнца проникал в окно. Я слышал голоса, доносящиеся из соседней комнаты. Они оживленно спорили.

Первая попытка встать успехом не увенчалась, как, впрочем, и вторая. С третьего раза мне удалось подняться на ноги, и я пошел на голоса. Я открыл дверь. Увиденное в соседней комнате повергло меня в шок. Краем глаза я заглянул внутрь.

За круглым столом в просторной гостиной с камином сидели Макс Губин, Макс Тимчук и Лена – моя девушка. Только вот выглядели лет на десять старше, чем в моей жизни. Вот почему голоса показались такими знакомыми… И как я не смог их узнать?

Они не сразу меня заметили и мне удалось услышать отрывок разговора, не привлекая к себе внимание.

– Я вам говорю! Им надо уезжать прямо сейчас. Мы все подчистим и уедем следом. – говорил Губин.

– Ты не понимаешь, что это опасно? Сначала надо все обдумать. Тем более, ты сам видел Тему. Он едва ли перенес дорогу сюда. А перелет в другую страну он, тем более, не осилит.

– О, а вот и босс. – Макс услышал, как я повалился на пол и помчался ко мне. – Макс, помоги усадить его на диван. Пусть он примет решение.

Я пока не понимал в чем дело, где я. Но надо было разбираться в ситуации. Мы были в загородном доме. Комната, где мы находились была очень большой. Скорее всего, это была гостиная. Посреди стены стоял громадный камин, над которым висела голова кабана. Около камина в форме буквы “П” расположились диваны, на одном из которых я устроился. Между ними стоял красивый круглый стол из дерева. Вместо стены, что должна была быть слева от камина, было огромное витражное окно. Оно была занавешено, и разглядеть, что же было на улице мне не удалось. Позади диванов расположилась барная стойка. Справа расположилась дверь в другую комнату и большие винтажные шкафы. Я продолжил разглядывать друзей. Возраст был им к лицу. Они выглядели солиднее. Но надо было возвращаться к разговору.

– Макс, расскажи мне все по порядку. Я нифига не помню. И голова раскалывается. Все с самого начала.

– Окей. Лен, налей мужу чай. Это долгая история.

Ленка погладила меня по волосам и отправилась в другую комнату.

– Это все наши конкуренты. Они думают, что они главные в городе. Да все так думают. Но не ты. После того, как мы наладили канал с Китаем, они начали давить на нас. Много раз они пытались забрать у нас все. Но ты ухитрялся обводить их вокруг пальца. Тогда они начали угрожать. Они подожгли мою машину. Они прессовали наших парней. В общем, устроили какой-то цирк. Но своего так и не смогли добиться. Тогда они перешли к еще более активным и агрессивным действиям. Они напали на наш офис, пока нас не было и устроили там настоящий ад. Потом они начали угрожать тебе, что убьют всю твою семью. Мы всех увезли и спрятали в другой стране, но по пути в аэропорт, они схватили твоего брата – Илюху. У Ильи, кстати, была вся информация о нашей организации, но он успел все скопировать на жесткий диск, а остальное удалить или сжечь. Он и вся информация находились у них. Ну а потом, ты решил разобраться с этим. В одиночку ты поехал к ним на базу и показал им кузькину мать! Ты вывел оттуда Илью, да еще и взорвал все их цистерны с нанотопливом. Ахаххаха. Это было круто. Ты прям Рембо какой-то. Но теперь за тобой гоняется полгорода. У них связи везде: полиция, военные. Они ни за что не оставят тебя в покое. Когда ты убегал, в тебя стреляли, попали в ногу и в голову. Хорошо, что все обошлось и пуля прошла по касательной. И я вовремя догадался и, мы с ребятами прикрыли тебя. Теперь мы в полной жопе!

– Илья где?

– Для безопасности, мы увезли его в другое место. Там его спрячут, пока мы не примем решение. Кстати, он сказал, что ты еще и их информацию выкрал. Если это так, то нам не сдобровать. Он, так же, шепнул мне, что вся эта информация у друга детства. Странно. У меня ничего нет. Коляну он тоже ничего не давал.

– А Колян где? Они с Серегой Федяниным сейчас с Ильей. Ждут нашего звонка.

– Так. Я так понимаю, у нас свой бизнес в Дзержинске?

– Мда. У тебя амнезия что ли? Какой бизнес? Какой Дзержинск? У нас своя компания. Международная так-то. И мы в Москве!

– Дай мне подумать минутку. Принеси что-нибудь выпить.

– Виски пойдет?

– Да.

Итак. У нас огромная компания. Это хорошо. Но за нами охотятся какие-то головорезы это плохо. Надо с этим разобраться. Потом я подумаю обо всем остальном. Думай, думай, Артем.

– Вот как мы поступим. Если Илья прав и у нас есть компромат на них, это наш шанс. Но они бросят все силы, чтобы нас найти. Друг детства говоришь?

– Да. Он сказал, что все будет у него.

– Лен, ты мне веришь?

– Да, любимый! Мы через столько прошли!

– И ты понимаешь, что я не отступлю?

– Да! И я буду рядом! Как бы опасно это не было!

– А вы что? – обратился я к парням.

– Как это что? Это наше общее дело! Мы с тобой.

– Конечно мы с тобой! Что за вопросы!

– Парни, у меня есть план. Доверьтесь мне! Макс, Тимчук, Закажи нам билеты на самолет. На наши имена. Куда, не важно.

– Но ведь это опасно. В аэропортах и на вокзалах они будут нас ждать.

– Я же говорю, доверьтесь.

– Хорошо.

– Кто отвечает за финансовою часть в нашей компании?

– Я.– ответил Губин.

– Ты должен перевести все деньги по разным счетам. Их должно быть больше десяти. Потом снимаешь часть денег в банках, по дороге в аэропорт. Примерно половину. В трех банках. Они вычислят тебя, так что будь аккуратен. Потом ты сразу едешь в Дзержинск.

– Куда?

– Дзержинск. Постарайся избавиться от хвоста. Как только снимаешь деньги, избавься от машины и возьми дешевую и неприметную и гони в Дзержинск. Поверь мне. Стоит рискнуть. Возможно, мы прорвемся.

– Тем, все, билеты заказаны! Майами. Вылет рано утром из Домодедова.

– Макс, значит, снимаешь деньги по дороге в Шереметьево. Пусть думают, что мы пытаемся их обмануть. Ну из Шереметьево мы тоже не полетим. Мы тоже едем в Дзержинск. Позвоните Коляну, пусть тоже гонят туда. Только все поменяйте тачки на более дешевые и неприметные. Поставим все, на ту информацию, что украли у них. Я чувствую, что так надо сделать. Лен, собери вещи, самые нужные. Выезжаем сейчас же. Все поняли?

– Да!

– Будьте максимально аккуратны! У нас есть другие мобильники?

– Есть. Они тут.

– Тогда выкиньте эти и, парням передайте тоже. А теперь, по машинам! Погнали.

Глава одиннадцатая. Продолжение

И вот, мы уже катим по ночной трассе. Часа через три, мы уже должны были быть в моем родном городе. Мы поменяли машину, купив с рук старенький Форд Фокус. Ночные поездки всегда располагали меня к размышлениям, вот и сейчас у мне выдалась минутка обо всем подумать, отложив дела насущные. Лена уснула на моих коленях и мирно посапывала. Макс тоже ехал молча, не отрываясь от дороги. За окном пролетали пейзажи ночных городов и сел. За последние дни произошло очень много событий и мне предстояло их связать в одно целое, чтобы хоть немного понять, что происходит. Так с чего же все началось? Началом была операция, когда я впервые увидел этот сон с надломленной прямой. Пришло понимание, что прямые – это различные миры, которые не должны пересекаться. Но произошел надлом и теперь этот мир стал пересекать другие. Это, судя по всему, и служит катализатором моих путешествий. В каждом мире, который пересекается с моим, я появляюсь. Пребывания в новых мирах длились не более суток, и логично подумать, что из этого мира в скором времени, меня тоже выкинет. Тем не менее, я должен влиять на события в этих мирах, ведь эти миры – тоже моя жизнь. Ну, почти моя.

Мои размышления прервал телефонный звонок.

– Тем, это Губин. Есть новости.

– Говори!

– Я все сделал, как ты и говорил. На выходе из третьего банка, я обнаружил слежку. Это были они. Я уверен на сто процентов. Я оторвался от них, сбросил тачку и теперь мчу к вам.

– Отлично Макс! А то я переживал. Внимательнее будь. Возможно, будет еще хвост. Я, конечно, сомневаюсь, но бдительность нам не помешает.

– Хорошо. Есть еще новость. Я послал нашего человека в Домодедово и Шереметьево. И, конечно же, эти головорезы тоже явились туда. В Шереметьево их целая туча. Похоже, они купились на твою уловку. Ну ты и мозг.

– Не будем праздновать раньше времени. Через некоторое время они чухнутся и начнут поиски. Я не сомневаюсь, что им удастся нас найти. Мы должны опередить их.

– Хорошо! Звонил Серега. Они через пару часов будут в городе.

– Позвони ему, скажи, чтоб снял сауну и накрыл поляну: ну там шашлычки, туда-сюда.

– Ты решил отдохнуть в такое время?

– Нет, но так будет безопаснее. Будто мы просто отдыхаем. Важно чтобы никто не узнал про наш приезд и лишний раз светится по городу будет опасно.

– Понял.

– Тогда конец связи.

У нас серьезный соперник. И теперь все в руках «друга детства». Надеюсь, я прав и тогда у нас будет шанс. Я все поставил на это.

Через три часа мы въезжали в Дзержинск. Уже светало.

– Макс. Высади меня около «автомобилиста». Надеюсь, ты еще не забыл, где это.

– Конечно помню! Но это опасно.

– Не волнуйся за меня. Высади и поезжайте с Леной в баню. Никому ничего не говори пока. Отдохните пока. Позвони оттуда Максу Губину. Узнай какие дела. Я подтянусь скоро.

И вновь я в своем городе. Он не сильно поменялся, но все же были новые постройки. Все-таки лет десять прошло, а то и больше. Я подошел к дому моей бабушки. Откуда, я не знаю, но я был уверен, что найду там свою старую машину. Когда перевозили всех моих родственников, я попросил ее не трогать. И действительно, я обнаружил свою ласточку. Она сильно поржавела. Как же мне было ее жаль. Я попытался открыть ее и надо же, она была не заперта. В бардачке было пусто, тогда я открыл багажник. Тоже пусто. Вот мрак! Столько сил! Я все поставил на это… Стоп. Мой старый тайник. Как я мог забыть. Я вытащил фанеру и на месте, где должна быть запаска лежал чемодан. Открыв его, я увидел связку ключей – от бабушкиной квартиры, от маминого дома, от моей квартиры и от машины. А также немного налички и пистолет Макарова – мое первое оружие.

Для ностальгии не было времени, и я поднялся в бабушкину квартиру. Там все было, как и раньше. Разве что пыль слоем лежала на шкафах и стеллажах.

Я начал поиски того, за чем пришел. Он лежал в шкафу. Мишка – моя первая мягкая игрушка, которая на протяжении всей моей жизни была моим талисманом. Мне подарили его, когда мне исполнился год и с тех пор мы были неразлучны. Однажды, мы с мамой играли в «двенадцать записок» и она спрятала очередную записку в мишку (у него был кармашек снизу, куда помещался еще один мишка, маленький), написав, что ее надо искать в «друге детства». Когда Макс передал мне Илюшины слова, я сразу догадался.

Фууух. Вот он, момент истины. Я открыл кармашек и вздохнул с облегчением. Там лежали два жестких диска – наш и наших конкурентов. Так же там лежала записка: «Привет от Зуева Саши». Это был бывший муж моей крестной. Судя по всему, я попросил его спрятать его здесь, когда выкрал диски у конкурентов. Это была маленькая победа. Я сел на пол и непроизвольно засмеялся.

Я сел в свою старенькую Шевроле Ланос, которая завелась с первого раза (очередной привет от Саши), и поехал к друзьям.

Все были в сборе. Все мои друзья, с которыми мы построили нашу компанию: Макс Губин, Макс Тимчук, Серега Федянин, Колян Калачев, мой брат Илья, Андрюха Введенский со своей женой Юлей (Они по-прежнему жили в Дзержинске) и моя супруга. Я рассказал им про свою находку.

– Я ж тебе говорил, что ты мозг! – сказал Губин.

– Да, но вот только из-за этих вещей нас перестреляют всех!

– Не бойтесь! Дядя Тема все придумал! Илюх, скопируй всю информацию в облако, пароль ты знаешь какой поставить. – Я ему заговорчески подмигнул.

– Окей. Копирование займет часа два. Там уйма информации! Это золотая жила. Там столько компромата на них! Ууууух.

– А давайте пока как в старые добрые времена посидим, выпьем отдохнем, и я пока придумаю, что делать дальше.

– Введенский! С тебя тост.

Через пару часов копирование было завершено. Тут вдруг раздались выстрелы.

– Всем на пол, скомандовал Тимчук.

– Все через задний вход! К тачкам! В моей машине ключ от маминого дома. Все туда!

Все двинулись к выходу. Моя супруга задержалась и подползла ко мне.

– А ты? Почему ты не уходишь?

– Надо решить все вопросы с ними.

– Артем. Не надо… Я хотела тебе кое-что сказать. Я беременна! – Из ее глаз ручьем потекли слезы.

– Я знаю! Я прочел это в твоих глазах. Поэтому, я и должен все решить! Доверься, любимая. – крепко поцеловав ее, я достал пистолет и пополз в противоположную от них сторону.

Около бани собралось уже человек тридцать на огромных черных джипах. Это они. Надо выиграть время. Я начал отстреливаться, оставив две пули. Я достал мобильник и позвонил по телефону, который уже выучил наизусть.

– Прекращайте стрельбу, я выхожу.

– С поднятыми руками!

Я вышел на улицу. Меня тотчас же окружили люди конкурентов.

Их глава вышел вперед.

– Ты знаешь зачем мы тут!

– За этим? – я кинул на асфальт жесткие диски и тут же истратил два последних патрона, чтобы прострелить их.

– Ты что творишь?

– Теперь вы не можете меня убить и забрать компромат. Теперь я диктую условия. Вся информация загружена в облако. Через двадцать четыре часа все автоматически передастся в Интерпол. Тогда вам крышка.

– Твои условия.

– Сейчас вы отдаете четыре ваши машины вместе с водителями и везете нас всех в аэропорт. Когда мы будем в безопасном месте, я отменю передачу файлов.

– Допустим. Но мне тебе на слово поверить? А вдруг ты не отменишь передачу. Тогда нам каюк, и у тебя полная монополия.

– Все просто, ты мне нужен, – с улыбкой произнес я.– Дай время все обдумать. Скину координаты через месяц, ты прилетишь ко мне, и мы обсудим сотрудничество…

Спустя два часа, четыре черных джипа мчались в аэропорт Нижнего Новгорода. В этот раз мы победили. Я крепко обнял Лену, поцеловал ее крепко – крепко и положил руку на ее живот. Я буду папой! И начнется новая жизнь. Да, я буду отцом!

После этого меня резко снова выкинуло в мой кошмар…

Вечный кошмар…

Часть вторая

«Скажите, когда возникло пространство и его мимолетная невеста – время, когда родилось их дитя – материя, вместе с которыми наступили и страдания мира? Ибо вместе с пространством началось страдание, вместе с временем – смерть»

Артур Шопенгауэр

Глава двенадцатая

И уже по традиции, я очнулся в новом и непонятном месте. Я даже к этому уже начал привыкать, если честно. Странно, город, вроде бы мыл мой. Ну, скорее, напоминал его, но все было незнакомым: вместо берез и тополей были пальмы, воздух пах рыбой и солью. Ну обо всем по порядку.

Пришел в себя я в каком–то дворе. И он поразил меня. Все идеально устроено. Красивые дома с однотипными балконами, которые, казалось, построили только что; превосходные зеленые газоны с клумбами из тюльпанов между подъездами; посередине двора располагалась детская площадка, а точнее было бы сказать игровой комплекс: там было и небольшое футбольное поле с зеленым газоном, и баскетбольное, и еще одно, мне не понятное с торчащими кольцами из земли, и всякие горки, лесенки, туннели и так далее. Как будто у детей был свой собственный дом в центре двора. И вот что еще я заметил. Ни одной машины. Нет, я видел вдалеке, как они ездят, но не тут.

Я решил выйти на какую-нибудь улицу и отправился по направлению, куда шло большинство людей. Увиденное буквально поразило меня. Я думал, что за эти несколько дней я столько повидал, что удивить меня будет трудно. Но не тут-то было…

Да, действительно, это был мой город. И я вышел в его центре. Вот и стадион, и Дворец Культуры и названия улиц те же. Но все другое. Прежде всего меня удивили люди. А точнее огромная толпа народа. Раньше такого не было и на день города. Все делают фото. И еще этот воздух, будто я попал на юг. Бред какой-то. Я решил пройтись по главной улице. Почти на каждом шагу мне встречались сувенирные лавочки и небольшие кафешки. Среди этой массы народа было не протолкнуться, но тем не менее, я успевал удивляться и в тоже время наслаждаться этими изменениями. Все это буквально вскружило мне голову. Я не заметил, как вышел на проезжую часть, точнее людская масса вынудила меня сделать это. Раздался визг тормозов. Удар. И я лежу на асфальте. Я просто каким-то чудом не потерял сознание. Голова кружилась и вокруг была лишь пелена. Я услышал, как кто-то вышел из машины.

– Эй, парень, ты в порядке? Давай помогу встать. – судя по всему, голос принадлежал водителю.

Он меня подхватил и помог встать.

– У тебя, кажется, кровь. Ну ка, взгляни на меня.

Я поднял на него взгляд и обомлел. Да это же был я! Серьезно! Просто моя точная копия. Я помотал головой, чтобы прийти в чувства. Нет, нет, нет. Мне не показалось. Ошибки быть не могло. Передо мной стоял я. Мы с минуту смотрели друг на друга не отрываясь.

– Что за… Давай быстро в машину. – приказал мой близнец.

Мне оставалось лишь повиноваться. Он помог забраться мне на пассажирское сидение и сел за руль.

Минут десять мы ехали молча, переваривая увиденное. Я решил нарушить молчание.

– Слушай, ты понимаешь, что происходит?

– Ты смеешься? Я ну никак не могу этого объяснить.

– Вот и я тоже.

–Поехали ко мне домой. Добрая порция виски сейчас точно не помешает.

– Это уж точно.

Мы выехали из города и направились к одному из пригородных сел. Ну как село, это раньше было селом, а сейчас мы въезжали на территорию курорта. Я видел, как мы проехали ворота с надписью «Welcome to Chernorechie Beach». Я заметил, как мы проезжали песчаный пляж. Сначала, я подумал, что в этом мире лишь облагородили пляжную зону около озера, которое было там в моем мире. Но потом я увидел бесконечную синеву воды и волны. Это было море. Что ж, надеюсь, новый знакомый мне все это сумеет объяснить.

Мы подъехали к небольшому коттеджу. Судя по всему – это и был его дом. А круто!

– Давай, пошли внутрь. Немного промочим горло и поговорим.

– «Немного» тут не поможет.

– Мдааа. Тут ты прав.

Мы зашли. Сначала он показал мне свой дом. Дизайн был просто супер. Вот о таком я и мечтал! Футуристический стиль. В основе был белый цвет с черными деталями. Даже пол был белым, что значительно расширяло пространство. Выглядело это, действительно, круто. Ни одной лишней детали. Что мне особенно понравилось – это отсутствие светильников и люстр. Свет шел от неоновых полос, которые растягивались по всему дому, равномерно заполняя все помещение. Окна были заменены на витражи, которые с помощью пульта могли затемняться. Шик! Так же не было четкого разделения на комнаты, но зоны были выделены грамотно. На второй этаж вела винтовая лестница. Там располагались спальня, кабинет, ванна, гостевая комната и огромный балкон с видом на море. Задний двор, так же был просто поразительным. Небольшая терраса плавно переходила в бассейн. Дом располагался на возвышенности, а спустившись по одной из лестниц по бокам от бассейна, можно было попасть на пляж. В общем, дом был просто изумителен. Я бы и сам был не против жить в таком. Да что уж там, я бы мечтал жить в таком!

После знакомства с жилищем, мы прошли на кухню. Он достал виски, лед, нарезал лимон, подал стаканы и сок.

– Слушай, а рюмок нет? Я не мешаю и пью шотами, залпом.

– Да? Слушай, я тоже. – Его лицо отражало сильное удивление.

Мы выпили по паре рюмок, что помогло нам немного расслабиться.

– Ну давай вначале познакомимся. – cказал хозяин дома, вновь наполняя наши рюмки.

– Меня Артем зовут.

– Хмм… Меня тоже.

– Давай выпьем еще по одной, и я кое-что тебе расскажу. Идет?

– Конечно.

Мы еще выпили, и я рассказ ему всю историю в мельчайших подробностях: описал свою жизнь, свой город и недавние события, произошедшие со мной. Артем внимательно меня слушал. Я на интуитивном уровне понимал, что это не мой близнец, а настоящий я, но только в этом мире. И это было что-то новое, ведь раньше я переносился в свое же тело. Это означало одно, что последствия случившегося со мной начали усугубляться и я все глубже и глубже оседал в новых мирах.

– Дааа, ну и дела. Я понимаю, что в это трудно поверить, но я верю. Ну ты и сам понимаешь, какой я…

– Понимаю. И мне сильно не по себе рядом с тобой. Это очень странно.

– Вот, вот. Аналогично. Ну что поделать, теперь мы в одной лодке. И надо что-то решать.

– Думаю, мы поймем друг друга и с полуслова.

–Это и я чувствую. Я предлагаю поступить следующим образом. Тут тебе оставаться точно нельзя. И попадаться на глаза нашим общим знакомым тоже. А я уверен, что они есть. Это просто опасно. Я сниму номер в отеле для тебя, дам немного денег. Ты приоденься немного, надень очки и кепку, чтоб тебя не узнали. Сегодня все обдумай еще раз хорошенько, прогуляйся по городу, немного привыкни. Сегодня мне тоже надо все хорошенько обдумать. Завтра я на работе притворюсь больным и возьму небольшой отпуск. После обеда приеду к тебе, и мы все еще раз обсудим и примем решение.

–Хороший план. Мне надо немного отдохнуть. Тем более, обычно меня выкидывало в другой мир максимум через сутки. Но в этот раз, я почему-то чувствую, что этого не произойдет. Завтра посмотрим.

– Хорошо. Я забронировал тебе отель на свое имя. Давай я тебе дам кое-что из моей одежды и отвезу тебя. Скоро вернется Лена.

– Окей.

И мы отправились в отель. Он находился в самом городе, но недалеко от пляжа. Мой тезка не пожалел на меня денег. Отель был ультрасовременным и роскошным. Он оставил мне мобильник и дал свой номер. Мы с ним попрощались. И я отправился ко входу в отель.

– Слушай, последний вопрос, у вас есть пиво «Брудвайгль»?

– Да! Это мое любимое! А что?

– Ничего, так, мелочи. До завтра.

И я пошел к себе в номер… День выдался сложным и мне было необходимо расслабиться. Я подошел на ресепшен.

– Извините…

– Слушаю вас, сэр. – ответил мне администратор в безупречно белой рубашке.

– А у вас случайно нет в ассортименте пива?

– Да, конечно, если пожелаете, мы доставим вам его прям в номер. Или вы можете воспользоваться нашим баром.

– Желательно в номер. «Брудвайгль» есть у вас?

– Конечно.

– Мне бутылочек пять. Холодных.

– Через десять минут пиво с закусками будет у вас в номере.

– Спасибо большое!

– Добро пожаловать в «Черноречье Парк Хотел» и приятного отдыха, сэр.

Я забрал у него свой ключ–карту и направился в номер.

Глава тринадцатая

Я хорошенько так расслабился у себя в номере, ведь впервые за последнее время мне выпал такой шанс. Я решил посвятить этот вечер себе самому: никаких забот, никаких мыслей. Как было обещано, через десять минут мне принесли пиво и различные снеки. Со всем этим добром я вышел на небольшую террасу. С каким же превеликим удовольствием я потягивал мое любимое пиво и изучал с высоты двадцать второго этажа город, который был для меня таким родным, но в тоже время таким незнакомым. После третьей выпитой бутылки, я решился выйти на улицу и прогуляться по городу. Я не забыл про аккуратность: прежде чем выйти в люди, надел бейсболку и солнцезащитные очки. Этот образ скрывал мое лицо.

И вот я уже бреду по улочкам моего города. Мне было приятно, что мой город изменился и превратился в курортный центр, но, с другой стороны, пропал весь его прежний шарм. Мне так сильно хотелось встретиться с друзьями, родителями и, конечно же, с Леной. Но этого делать никак нельзя. И я это понимал. Ну что же, посмотрим, что принесет нам завтрашний день, а пока, я буду ценить то, что есть.

Прогуливаясь по главной улице, я, как-то на автомате добрался до небольшого пляжа. Народа было немного и все располагало к душевному спокойствию и эмоциональному отдыху. Я слушал шум прибоя, вдыхал соленый морской воздух, трогал чистейший белый песок и наблюдал за одним из самых красивых закатах в моей жизни; при всем при этом, попивая свое любимое пиво. Вот он, настоящий Парадиз… Ведь это был Мой город. И он был просто супер! Но настало время отправляться обратно в отель.

Перед тем как лечь спать, подумал, что уже через какое-то мгновение все это может закончиться, и я опять окажусь в своем кошмаре. В глубине души, я очень хотел остаться тут, а не скитаться дальше. Мне так уже все это надоело! Вы бы знали!

Но никаких кошмаров не было. Я просто погрузился в глубокий сон. Проснулся я еще на рассвете и решил совершить пробежку, как это делал раньше. Я добежал до моря и окунулся в него, оказавшись в холодной, но приятно бодрящей воде. Это был тот редкий момент за последнее время, когда я чувствовал себя свободно и мог просто насладиться моментом.

После возвращения в отель, я принял душ и решил позавтракать на улице. Я выбрал маленькое, но уютное кафе в центре города. Я уже приступил к кофе, как напротив меня сел Макс Губин с его девушкой, Маргаритой. Я уже было хотел окликнуть их, но вовремя вспомнил, что этого делать нельзя. И поэтому я пересел в дальний, темный угол и оттуда наблюдал за моими друзьями, боясь быть раскрытым.

Эх, какой же они были прекрасной парой. Они же просто идеально подходили друг другу. Почему в моем мире они хотят расстаться и подвести черту под их отношениями? И сейчас, глядя на них, я этого не понимал. Они же буквально светятся, когда находятся рядом друг с другом. Почему же, ответьте мне, у людей есть такое свойство, как совершать глупые ошибки? Почему бы просто не «взять быка за рога» и построить свое счастье. Ведь каждый имеет право на счастье. А Макс и Маргарита счастливы лишь вместе. Как они этого не поймут? Вот бывают моменты, когда нужно делать выбор. И в моем мире они сделали неправильный выбор…

Ну надеюсь, у них все будет хорошо, но сейчас мне пора наладить свою жизнь. Хотя бы, разобраться в ней. Позавтракав, я отправился обратно в отель, ждать вестей от Артема.

Он, как и обещал, пришел после обеда. Я сразу почувствовал некое облегчение и единение с ним.

– Слушай, Тем. – начал он разговор. – Давай выпьем что-нибудь. Вот ты сможешь угадать, что я хочу сейчас?

– Хах, это просто. Водка с лимоном.

– Как ты угадал?

– Ты хочешь то же самое что и я.– заявил я, подмигнув моему собеседнику.

– Это точно… Ну, будем!

Мы сидели и пили почти до самой ночи. Весь диалог, естественно, я вам не смогу передать, но в общих чертах обрисую.

Ну, во-первых, Мы долго обсуждали разные теории, касательно моих путешествий. Артем сказал, что знает одного доктора – ученого, который сможет помочь нам, касательно этой ситуации. Завтра же мы пойдем на встречу с ним.

Во-вторых, мы обсудили вопрос, который касался моего настоящего положения. Мы решили снять на некоторое время мне квартиру. Я попросил его взять в аренду мою старую квартиру, где жил еще с родителями. Он обещал мне помочь с этим. Я не должен был высовываться до тех пор, пока не посоветуемся с доктором, так что, мы решили пока ограничить контакт с окружающими. Нужно было быть осторожным.

В-третьих, я много расспрашивал моего «клона» о его мире. И тут, мне есть, что вам поведать. Мой город превратился из города химиков в курортный центр, один из самых популярнейших в мире. Артем мне сказал, что так было всегда. Объяснения таким изменениям мы найти так и не смогли. Тезка работал писателем (кем я мечтал стать в своей жизни) и был довольно-таки популярным. И кстати, все мои друзья и знакомые оказались ему так же друзьями и знакомыми. Так что мы сделали вывод, что, несмотря на изменение миров, люди сохранились, значит, они действительно важны.

В-четвертых, мы заключили с ним сделку. Он платит за квартиру и обеспечивает меня финансово, а я иногда помогаю ему по работе. Ну, например, что-то посоветовать на свежий взгляд или подменить его.

Последнее, что я помню, как мы с ним сидели на террасе, закинув ноги на поручни, потягивали наше с ним любимое пиво и смотрели на звезды.

Я проснулся от страшной головной боли. О даааа. Старое доброе похмелье. Это оно. Давненько мне плохо так не было. Мало того, что мне было очень скверно, и голова просто раскалывалась, так еще кто-то стучал в дверь моего номера. Да еще и так настойчиво. Я открыл ее и увидел своего «близнеца». Он выглядел неважно – немногим лучше, чем я. Тема держал в руках пакеты. Я услышал дребезжание стекла.

– Пивасик? – предположил я.

– Конечно! Надо похмелиться. Сегодня нас ждет доктор. Надо быть в форме.

– Ну тогда открывай!

Мы немного поправили здоровье и отправились к ученому.

Его клиника была одной из самых передовых, как рассказал мне Артем. И это, скажу я вам, соответствовало действительности. Я не стану детально описывать здание и его убранство, но это сильно впечатляло.

– Клиент, записанный к доктору Заварски на шестнадцать часов, пройдите в кабинет, пожалуйста. – объявила секретарша, и мы прошли внутрь.

Нас встретил мужчина лет пятидесяти с уже наполовину поседевшей бородой. Он был среднего роста и его карие глаза располагали к себе. Почему-то я почувствовал, что ему стоит доверять.

– Ну здравствуйте, господа! Меня зовут Андрей Юрьевич. Артем, вкратце, изложил суть вашей проблемы. – доктор уже пристально смотрел прямо мне в глаза. – Расскажите подробнее, пожалуйста, свою историю.

– А как вы догадались, что именно я – другой?

– Вы – гость. Это видно по вам. Но вы не бойтесь, ведь я постараюсь вам помочь.

–Ладно…– и я изложил ему все, что со мной произошло. На протяжении моего рассказа, он внимательно слушал и задавал уточняющие вопросы.

– Знаете… – начал он по окончании моей истории. – Найдется совсем немного людей, способных поверить в вашу историю. Это точно. Но я – один из немногих. Я верю во все это. И более того, готов помочь вам. Пожалуйста, запишите ваш рассказ на диктофон и отошлите мне. Я с этим поработаю и уверен, мы найдем выход.

– Спасибо доктор. До скорой встречи. – Попрощался Артем.

Я же молча кивнул доктору в знак уважения и уже было отправился к выходу, когда ученый позвал меня.

– Артем, вас послал либо сам господь, либо дьявол. Так что, я просто обязан вам помочь. Вы исключение из правил. Я бы не советовал вам привыкать к этому миру надолго. Я постараюсь отправить вас домой.

– Я тоже верю вам… – ответил я и удалился из кабинета…

Глава четырнадцатая

И вот, я уже почти неделю нахожусь в этом мире. За это время, я успел узнать много интересного, прежде всего от моего двойника. Ход истории здесь был изменен, благодаря климатическому катаклизму и глобальному потеплению. И теперь мы живем не в умеренной климатической зоне, а в субтропической; вместо реки Ока, теперь Волжское море; вместо небольшого городка с развитой химической промышленностью Дзержинск, один из самых популярных в мире курортных центром города Черноречье.

Мне очень хотелось выйти в свет и пообщаться со своими знакомыми, но пока приходилось лишь изредка и издалека за ними наблюдать. Ведь здесь я был никем, просто пустым местом. И это начинало меня сильно угнетать. Да, у меня под боком море, да, Артем обеспечивает меня деньгами. Но я не свободен. Я не могу и шагу ступить, не одев бейсболку и очки. А дело еще было в том, что я и сам прекрасно понимал, какие последствия грозят, если я раскрою свою личность. Поэтому я придерживался нашего плана. Но с каждым днем делать это было все сложнее и сложнее. Я хотел снова оказаться в своем мире – я жаждал свободы.

Одним прекрасным днем я возвращался с пляжа. Уже вечерело. Домой идти не хотелось и, я решил немного прогуляться. Не знаю каким образом, но ноги сами выели меня к дому Артема, и я решил навестить его. У гаража не было машины Лены, так что я мог не опасаться быть замеченным. Я уже было подошел к входной двери, как увидел подъезжающую к коттеджу машину. Я сразу же шмыгнул в кусты и затаился там. Я впервые увидел ее в этом мире и понял, как же я по ней соскучился! Я прямо сейчас был готов кинуться к ней и крепко прижать к себе. Но я вовремя себя остановил.

Я остался там и стал наблюдать. Окна в доме были витражными и все, что происходило внутри, было мне видно. И я смотрел как она вошла, как поднялась к себе в комнату и начала переодеваться. Во мне все кипело… Затем, она исчезла в ванной комнате. Я занял более удобную позицию для наблюдения и принялся ждать, когда же она выйдет из ванной.

Спустя пятнадцать минут, она вышла. Лена была одета в черный шелковый халат, в котором она выглядела очень сексуально. Более на ней ничего не было. В моей душе уже полыхал огонь. Меня будто магнитом влекло к ней. В этот момент в комнату кто-то вошел. Это был он – мой двойник. Он подошел к ней сзади и обнял за талию, прижав к себе. Он повернулась к нему, ответив своими объятиями на его. Они поцеловались. Между ними вспыхнула страсть. Она начала расстегивать его рубашку, продолжая осыпать друг друга нежными поцелуями. Он одним движение стянул с нее халат и повалил на кровать.

Я больше не мог выдержать этого… В мое сердце будто впилось тысяча мелких осколков. Головой то я понимал, что это их мир, их реальной и их жизнь. Я тут лишний. Меня здесь нет. Здесь они настоящие. Но сердце не хотело этого понимать. Мне было больно на это смотреть и ушел оттуда. Я был очень зол. Меня все бесило и раздражало.

Этим вечером я сильно напился. Я хотел хоть на какое-то время забыть все это. Но как я не старался, в мыслях все время всплывал образ моей девушки и картина их близости. Я выпил несметное количество алкоголя, все время, вспоминая в мельчайших подробностях увиденное, прежде чем смог уснуть.

На утро, мне было очень плохо, но не от алкогольного похмелья, а от безысходности моего положения. Я ругал себя за то, что ничего не предпринимаю. Да а что я мог предпринять? Ничего. Хотя… Я вспомнил о пластиковой карточке, что незаметно передал мне доктор, перед моим уходом. Надо брать быка за рога и действовать! Я стал рыться в вещах в поисках визитки и нашел ее. «Доктор Заварски А.Ю.» гласила красивая и витиеватая надпись. Я позвонил по указанному номеру.

– Заварски. Слушай вас.

– Здравствуйте, Андрей Юрьевич. Это Артем. Мы к вам приходили в среду в…

– Я ждал твоего звонка, Артем. – перебил меня ученый. – Я так понимаю, ты хочешь встретиться?

– Да, вы правильно меня поняли.

– Встретимся в кафе «Коаст». Знаешь где это?

– Да, на набережной.

– Сегодня, в девять после полудня. Столик номер пять. Приходи один.

– Договорились.

– До встречи! Конец связи.

После этого разговора у меня на сердце немного отлегло. Кажется, я нашел человека, который сможет мне помочь. Почему то, я ему верил. Но похмелье дало о себе знать. Я заказал себе пиво и еды на дом и отправился отмокать в ванну. Приведя себя в более–менее пригожий вид, я начал собираться на встречу. Вызвав такси, я направился в кафе «Коаст».

Это было отличное место (в моем мире, оно называлось «Берег»). Самым главным преимуществом этого кафе была терраса на втором этаже, которая открывала отличный вид на морской берег (в мое мире на реку Ока).

Я сел, за заказанный столик и стал ждать рандеву с доктором. Он не заставил себя долго ждать.

– Ну, здравствуйте, странник. – поприветствовал он меня и занял место напротив меня.

– Добрый вечер доктор. Давайте закажем что-нибудь выпить. У меня выдались трудные деньки.

– Обязательно. Но не тут. Я, так понимаю, разговор имеет конфиденциальный характер. Следуйте за мной.

И он уверенным шагом направился на первый этаж. Я по пятам следовал за ним. Ученый как ни в чем не бывало зашел на кухню. Он подошел к смуглому мужчине. И они заговорили на испанском.

– Necesito un lugar tranquilo, Pedro.

– Bueno Sigueme!

– Артем! Пошли.

Нам выделили небольшой, но уютный кабинет. Почти сразу тот самый Педро принес нам виски и закуски.

– Слушай, тебе может это показаться странным, но я тебя понимаю. – начал он. – Сейчас ты сильно запутался. Но я смогу помочь тебе.

– Почему вы хотите помогать мне? Ведь я вам даже не плачу и не обещал денег.

– Ха! Деньги! В нашем мире, это все. Знаешь как я отличаю тебя от того Артема? Для него, тоже, деньги все. Он успешный писатель, у него есть дом, средства. Но он не настоящий. В глубине души он еще существует – искренней он. Но ты. Ты особенный! Ты настоящий! Это видно по глазам! Артем, пойми, я ученый. У нас никто не верит в параллельные миры, путешествие во времени и так далее. Думаю, у вас так же. Но я верю. И я разбираюсь в этом. Ты должен мне довериться. Для меня – это научный интерес.

– Скажу вам правду, доктор. Я сам не знаю почему, но я вам верю.

– Я постараюсь тебе объяснить это все. Наш мир – это огромное пространство, которое ты и видел в своем сне. Прямые – это судьбы, судьбы отдельных людей или целых миров. Это неважно. Важно, что они движутся в пространстве и никогда не пересекаются. А во время операции с тобой что-то случилось, и твоя прямая отклонилась. Она начала пересекаться с другими мирами. И это повлекло за собой сбои в континууме. Это не есть хорошо, так как своими действиями в этих мирах ты мог изменить их направление так же.

– А почему же раньше я оседал в новом мире не более чем на сутки, а сейчас меня уже неделю не выбрасывает в другой.

– Это лишь означает, что это один из ключевых миров. Ну… как точка сохранения в видеоиграх. Нет. Неправильно объясняю. Это важнейший элемент и каждое действие, совершенное в нем, может напрямую повлиять на другие миры.

– Ох ты. Как же это все сложно. Давай те ка выпьем и продолжим. Мне надо малость обмозговать это все.

– Хорошо! За будущее. Охххх… А виски то хорош…

– Это да…

– Смотри. В этих мирах не путешествует ни твое тело, ни твоя душа. Это лишь импульсы твоего разума, которые содержат в себе все воспоминания.

– То есть, мы не больше, чем электромагнитная волна?

– Ну… нет. Я просто все упростил. На самом деле, все сложнее. Но ты не забивай голову. Это очень сложно. Но… Но! Я могу отправить тебя обратно. В твой мир!

– Правда? Так чего же вы ждем?

– Стой, стой. Не беги вперед паровоза. Есть сложности. Я буду делать это первый раз и это только теория. Но, с другой стороны, я все рассчитал и уверен, что все получится!

– И когда мы сможем это осуществить?

– Мне нужно пару дней, чтобы подготовиться.

– Хорошо. Я буду готов.

– Но есть еще один нюанс. Вы должны будите передать мне сообщение в своем мире, что все получилось. Возможно, у меня будет другое имя, фамилия и внешность. Но дайте мне слово, что вы найдете меня.

– Я вам даю слово.

– Хорошо. Тогда приходите послезавтра в четыре часа вечера.

– До свидания! Спасибо вам!

– Это будет сложная операция. Возможно, ничего не выйдет. И тогда…

– А, возможно, все выйдет… – в этот раз я его перебил. – До встречи, доктор.

Глава пятнадцатая

Эта встреча дала мне надежды. Я понимал, что существуют риски и огромные риски. Но, уж лучше я попытаюсь сделать это и проиграю, чем и вовсе не попытаюсь. В этом весь я…

Так что оставалось уповать на удачу и ждать…

Этот вечер был великолепным, и я решил прогуляться по набережной. Было около одиннадцати вечера, когда зазвонил мой телефон. Я подумал, что это доктор что-то забыл сказать. Но нет. Это был Артем. Как же он меня бесил. Но, по сути, я бесил сам себя. Тем не менее, я должен был спрятать все свои эмоции и ответить.

– Да, слушаю.

– Привет, Тем. Что делаешь?

– Да вот домой иду. Прогуливался по набережной.

– Не хочешь встретиться и поговорить?

– Знаешь, я так сегодня вымотался… Я готов только прийти в номер и отрубиться. Весь день гулял по окрестностям.

– Ну ладно… Просто… Ну хорошо. Увидимся позже.

– Спокойной ночи!

– И тебе! Я позвоню завтра!

Но, конечно, я соврал на счет того, что устал. Наоборот, я был полон сил и надежд. Я отправился прямиком в бар. Мне еще раз следовало обмозговать диалог с доктором. Под градусом все выглядит по-другому. Мне было просто необходимо напиться и побыть наедине с самим собой. Я взял себе пару пинт пива и сел в самый темный угол бара.

Я так сильно напился, что каким-то чудом, на автомате вызвал такси и доехал до дома. И лишь добравшись до кровати, я тут же провалился в сон… Этот сон не был моим кошмаром. Этот был еще хуже…

Мы с Леной проснулись, обнявшись и лежали в одной постели.

– Доброе утро, любимый.

– Привет, моя хорошая. Не хочешь искупаться немного? В бассейне. Закажем завтрак и пока мы будем на заднем дворе, его уже привезут.

– Идея отличная! Я буду глазунью с беконом и молочный коктейль.

– Окей. Я сделал заказ.

Мы вместе отправились в бассейн и купались в нем прямо голышом, пока не зазвонил мой телефон, возвестив о прибытие завтрака. Укутавшись в халат, я прошел к курьеру. Мы позавтракали и начали планировать наш выходной.

– Дорогая, чем сегодня займемся?

– Я думала, что ты занят своей новой книгой.

– Ну не сегодня. Надо немного отдохнуть.

– Давай пойдем в кино. На старый фильм. А потом отправимся на пляж и поваримся на солнышке.

– Идея неплохая. Собирайся. Я приму душ и жду тебя через пол часа в машине.

После прохладного душа, я надел шорты и мою любимую футболку с эмблемой «Манчестер Юнайтед» и стал ожидать мою любимую жену в машине. Пока я просмотрел все фильмы, что шли в кинотеатрах и, выбрав старое немое кино (что очень нравилось Лене, я забронировал для нас места.

Лена вышла вовремя, и мы отправились в кинозал. Я вовсе не смотрел фильм. Я любовался своей женой. Да, она мой идеал. Мы с ней вместе уже долгое время, но все равно, каждый день, каждый Божий день, я влюбляюсь в нее заново. Мое сердце наполняют лишь настоящие и искренние чувства. Как парни смотрят на других девушек? Ведь у тебя есть жена! Это ведь твой выбор. Ты сам его сделал. Сам принял решение. А, если, ты не можешь отвечать за свои же решения, то какой ты парень? Вот об этом я думал, любуясь Леной. Она внимательно смотрела фильм. Может, в последнее время, я уделяю время больше работе, но все это лишь ради нас. Я так же знаю ее секрет. Она беременна. Скоро у нас будет первенец! Как же я счастлив! Это моя мечта! Скоро я стану отцом, папой! Но пока, я сделаю вид, что ничего не знаю. Так будет лучше для нас обоих.

После фильма мы отправились на пляж. Я арендовал пару шезлонгов на первой линии. Она взяла себе Пино Коладу, а я, как обычно, свое любимое пиво. Оооо, как же приятно выпить ледяного пива на такой жаре.

– Артем! Я хочу искупаться в море! Ты со мной?

– Нет, я пока допью пиво. Я пока не хочу в море.

– Окей.

Она словно Ариэль вошла в море. Она уже отплыла на приличное расстояние. Я видел, как она помахала мне в ответ.

На секунду отвлекся на сообщение в телефоне. Опять реклама. Как она надоела. Я вновь стал искать глазами мою супругу. Ее не было видно. Я начал волноваться. И тут я увидел, как на гребне волны появилась ее голова и опять ушла в воду. Она тонула. Я ту же секунду бросился к ней. Я плыл как можно быстрее. Мои мышцы уже сводило, но я продолжал грести к тому месту, где Лена была в последний раз. И, вот, по моим расчетам, я был именно там.

– Ленааааа!!! Лееееееен.

Это было бесполезно. Тогда я нырнул и увидел ее. Она уже шла ко дну. Взгляд ее был устремлен в никуда. Я понял, что она умерла.

Сердце мое разрывалось на мелкие кусочки. Кое как я доплыл до берега, потратив последние силы, вытягивая на берег тело моей жены. Она была мертва. Слепой случай. И все… Прощай. Я держал ее на своих руках и громко рыдал…

Я резко подскочил в кровати, буквально обливаясь холодным потом… Фууух… Это был сон…

– Я люблю «Челси», идиот! Ты не настоящий! – произнес я вслух.

Я ненавидел себя самого! Тот Артем был слаб. Он не был мной! Он – не я!

Посмотрев на часы, а уже было пол второго дня, я пошел умыться холодной водой и немного отойти от ночного ужаса. Вспомнив, сколько выпил накануне, то, что я проспал почти до самого вечера, не было для меня сюрпризом.

И тут раздался телефонный звонок. Это был Артем. Не знаю, от чего, но мое сердце принялось бешено биться. Я предчувствовал беду. А может, до сих пор не протрезвел.

Я принял вызов.

– Артем!!! Артем!!! Ты меня слышишь?

– Да, что ты так орешь?

– Ее больше нет. – В трубке раздался плач.

– Что ты говоришь? Скажи же нормально!

– Говорю! Лена утонула. Только что. Я держу ее тело на руках!!! Я не успел ее спасти!

– Буду там через пять минут. Отправь мне геолокацию!

Глава шестнадцатая

Получив местоположение Артема, я сразу же выехал к нему. Подъезжая к пляжу, я увидел большое скопление людей вокруг машины скорой помощи. За этой огромной толпой ничего не разглядеть. Прорываться туда было бесполезным занятием. Люди бы увидели нас с двойником, а я уже успел заметить несколько знакомых лиц. Я стал искать место, откуда можно все увидеть. Медлить нельзя. О! Кафе «Коаст»! Там же терраса на втором этаже.

Я ринулся внутрь, быстро взбежал по лестнице наверх и увидел ее… В глазах, сразу же, начало мутнеть, а к горлу подкатывал неприятный комок. Меня чуть не стошнило. Я видел, как ее, уже начавшее синеть, тело погружали в машину скорой помощи. Для меня это не было концом света, ведь моя Лена сейчас в другом мире. Я чувствовал это. А вот Артему сейчас не сладко. Я начал искать глазами тезку и нашел. Он сидел прямо на асфальте неподалеку от машины и смотрел куда-то в даль стеклянными глазами. К нему подходили люди, говорили что-то, но он не обращал на них никакого внимания. Его мысли были далеко от этого места. Никто его не понимал. Кроме него самого. Стойте. Так я же и есть он. Может меня он послушает.

Достав мобильник из кармана, напечатал ему сообщение: «Поверни голову направо и вверх». Отправить.

Моя смс вывела его из оцепенения. Он замотал головой и, наконец, посмотрел в нужную сторону. Я дождался, пока он увидит меня и написал следующую смс: «Через двадцать минут в твоем доме». В ответ он кивнул и направился к машине.

Когда я подошел к коттеджу, хозяин был уже дома. Я вошел внутрь – дверь была не заперта. В доме Артема не было, у бассейна тоже. Это означало, что он находится на берегу. И действительно, там я его и нашел. Он сидел прямо на песке. Я сел рядом. Минут пять мы ничего не говорили, потом Артем нарушил молчание.

– Мы любили сидеть с ней тут по вечерам, наблюдать за заходящим солнцем, наслаждаться шумом морского прибоя и мечтать.

Я продолжал молчать, давая возможность ему высказаться.

– Все это так внезапно и так глупо. – он отпил виски прямо из бутылки и протянул ее мне. – Меня никто не понимает. Все лезут со своими сожалениями. Они не знают, что происходит внутри у меня. Но ты… Ты не просто понимаешь. Ты переживаешь эту боль вместе со мной. Я это знаю…

– На днях я говорил с доктором Заварски. Он хочет попытаться отправить меня в мой мир. Операция назначена на завтра. Это может исправить всю ситуацию. Наши миры уже соприкоснулись. Я спасу ее в нашем мире и, тогда, здесь тоже этого не произойдет.

– Хах… Ты наивный. Если тебе и удастся отправиться домой, в чем я сомневаюсь, он быстрее сплавит тебе мозг, чем сможет закинуть обратно, то этого уже не исправить.

– Но шанс то есть… Пусть и небольшой. Но он есть.

– Да. – сказал он уверенно, глядя на море. – Шанс есть.

Я еще немного посидел и начал собираться домой.

– Ты придешь завтра, проводить меня? – спросил его я.

– Не сомневайся. Во сколько операция?

– В четыре после полудни. В Медицинском Центре.

– Хорошо. Я буду вовремя.

И я отправился к себе, оставив парня наедине со своими мыслями. Возможно, завтра я очнусь дома, поэтому, я решил напоследок прогуляться по городу и запомнить его таким. Домой вернулся я уже поздно ночью. Все это время, я просто бродил по улочкам и думал о своем. Придя домой, я заказал пару бутылок «Брудвайгль» и медленно их пил, выйдя на балкончик и наслаждаясь видом ночного Черноречья. Я уже успел привыкнуть к такому варианту моего города, но домой мне хотелось больше, пусть я и окажусь в химической столице.

Незадолго до рассвета, я лег в постель и подремал пару часиков. Я очень сильно волновался. Я не мог спокойно сидеть на месте. Ладони мои потели. Я чувствовал нервозность.

Но вот я наконец–то дождался. Пора ехать в Медицинский Центр.

Когда я шел по коридорам к кабинету Андрея Юрьевича, коленки мои тряслись. Мне реально было страшно. Через какое-то время, я мог оказаться снова дома и прижать к себе свою девушку, а мог навсегда исчезнуть из вселенной. Пуф! И нет меня. Но рискнуть надо. Я в игре!

Я зашел в его кабинет и обнаружил там лишь его секретаря. Она была в курсе нашей ситуации, так что при ней я мог не скрывать своего лица.

– Здравствуйте. А где доктор?

– Как это где? Разве ваш «друг» вам не сказал? Он нашел способ отправить нашего странника обратно в его мир.

– Стойте, стойте… Ничего не пойму. Я – тот странник. Он назначил операцию на четыре.

– Да, но, вы, точнее он. Ну в общем, пришел раньше и попросил сделать ее как можно быстрее. Так он – это не странник… Ничего не понимаю. Я в вас запуталась.

– А я все прекрасно понимаю.

– Он оставил вам конверт.

Я взял письмо.

«Артем. Я не могу поступить иначе. Я люблю ее. Я не знаю, что мне делать. Это мой шанс начать все сначала. Я займу твое место в твоем мире. В конверте ты найдешь ключ от моего, а уже твоего дома. Там на столе лежит подробная инструкция. У меня есть накопления, так что тебя ждет богатая жизнь. Наслаждайся солнцем и морем. Надеюсь, ты сможешь меня простить когда-нибудь.

Post Scriptum. Я видел тебя той ночью, когда ты подсматривал за нами. Надеюсь, в твоем мире она так же хороша».

– Ну тварь. – прошипел я сквозь зубы и бросился к операционной. Еще был шанс все остановить.

Я буквально влетел в кабинет и увидел его лежащего на столе. На его голове была странная штука, вроде шлема, от которого шло бессчетное количество разных проводов.

Еще бы пару секунд и я успел бы, но я опоздал. Считанные секунды. Когда я вбегал в кабинет, доктор уже нажимал на кнопку пуска прибора.

– Неееееет! – заорал я и, вместе с нажатием кнопки, мое тело рухнуло на пол, а я, снова провалился в небытие.

Глава семнадцатая

И снова я очнулся в неизвестном месте. И снова это ощущение неопределенности, которое стало уже привычным. В свете последних событий, я понимал, что ситуация моя сложилась не лучшим образом. Мой двойник занял мое место в моей жизни, он спит с моей девушкой, он пьет мое любимое пиво, он носит мою одежду, он общается с моими друзьями. Он заменил меня в моей же жизни. А я теперь оказался неизвестно где и ничего не понимал: то ли меня начет опять выбрасывать в другие миры, то ли я тут осел.

Но тем не менее, надо было сориентироваться. Оглядевшись вокруг, я никакой информации не приобрел. Я лежал в какой-то куче мусора. Вокруг меня были гаражи. Надо было выбираться отсюда. Я встал, отряхнулся и вышел на улицу. Стойте. А я ведь знаю это место. Это опять мой родной город. Какие-то детали были другими, но это был он. Я очнулся недалеко от района, где провел детство. Было необходимо адаптироваться. Я решил пройтись, попутно наблюдая за людьми и обстановкой вокруг. Может удастся что-то понять.

Судя по всему, было раннее утро, так как людей было немного. Пока я шел до своей школы я никого не встретил. Но почему школьники не идут на учебу? Наверное, сегодня воскресенье.

Тогда я начал пристальнее осматривать машины, которых, так же, было немного. У меня же в мире, все дворы были усеяны различными машинами. Почти в каждой семье было по машине, а то и по две.

Ну вот мне, наконец, попалась на глаза белая «восьмерка». Она выглядела новой. У нас тоже такие встречались, но очень редко и в не очень хорошем состоянии. А эта прям блестела в лучах восходящего солнца.

Спустя еще пять минут прогулки, мимо меня проехал четыреста двенадцатый «Москвич». Я хорошо помнил эту машину, ведь в свое время такая была у моего деда. Окна «Москвича» были открыты, и мне удалось услышать и узнать песню, что там играла. Это была «Звезда по имени Солнце» группы Кино.

Наконец, я дошел до школьного двора и увидел, сидящего на скамейке, парня. У него были длинные волосы, почти по плечи. Он был одет в свободную рубашку в клетку, кожаную куртку и брюки-бананы. Обут он был в лоферы с белым носком. Так одевались в восьмидесятые годы. Стоп. А может… Надо проверить гипотезу.

Я подошел к скамейке.

– Здравствуйте. – поздоровался я с парнем и заметил, что около него лежит газета. – А разрешите мне газету на пару секунд. Программу передач надо посмотреть.

– Бери, конечно. – ответил мой новый знакомый.

Я присел на скамейку рядом и открыл нужную страницу. Сама программа передач меня не интересовала. Важна была дата. «4 – 10 июня 1990 года». Моя гипотеза оказалось верной. Я оказался в прошлом. Так… Надо это дело обмозговать. Через пять лет появлюсь на свет я. Папе, значит пятнадцать лет, маме – тринадцать. Бабушкам и дедушкам около тридцати пяти лет.

– Курить будешь?

– Что, простите? – голос нового знакомого вывел меня из задумчивого состояния.

– Курить, говорю, будешь? –повторил он, протягивая мне пачку «Примы».

– Нет, спасибо, не курю.

– Ну как знаешь.

К нам подошла женщина. На вид, ей было лет тридцать пять.

На ней была юбка свободного покроя до колена с широким ремнем, светлая блузка. Обута она была в туфли-лодочки. Волосы были уложены назад с помощью головной повязки.

– Здравствуйте, Владимир. – сказала она, обращаюсь к парню. Мне она кивнула в знак приветствия.

– Доброе утро, Нина. Что вы тут делаете? Сегодня же выходной.

– Да мне надо отнести журнал в школу. Да и небольшая прогулка в такой хороший день не повредит. Погода просто супер!

– Это да.

– Извините, что вмешиваюсь. – встрял я в диалог. – Вы работаете в этой школе?

– Да, я учитель трудов, а Нина – учитель физкультуры.

–Нина Леонтьевна? Владимир Юрьевич?

– Да. – ответила женщина. – Мы с вами знакомы?

– Нет. – я немного замешкался, не зная, что ответить. Передо мной стояли мои учителя. Молодые. Видеть такими их было необычно. – Мой брат ваш ученик. Извините, мне нужно идти.

Я пошел в сторону дома бабушки. Если я действительно попал в прошлое, я хотел увидеть своих родственников.

Я помню, что как раз примерно в это время мой дедушка купил новую машину – Волгу. На стоянке перед домом ее не было, и я стал ждать. Скорее всего, они уехали на дачу. Обычно, мы приезжали с дачи часов в шесть вечера. Несмотря на то, что было еще утро, я остался их ждать. Я не хотел пропустить момент, когда они приедут. Для меня это было очень важно. Мне уже сильно хотелось есть и пить, но я терпел.

Как я и предполагал, часов в шесть вечера, на стоянку к дому подъехала серая «Волга» моего дедушки. Все семейство высыпало из машины. Я сидел на скамейке около дома и наблюдал за ними. Мне всегда было интересно, какими мои родственники были раньше. И вот, я наблюдаю это воочию. Я увидел молодых бабушку и дедушку, они были энергичные и полные сил. Мне было очень приятно видеть их такими. Дед нес сумки, а бабушка шла за ручку с маленькой девочкой. Это была моя крестная – Аня. Ей было коло двух годиков. За ними в припрыжку бежала девчушка, лет тринадцати. Это была моя мам. Это было так забавно и удивительно видеть ее такой. Уже через четыре года она познакомится с моим папой, а еще через год она уже родит меня. Вот эта маленькая и веселая девчонка станет моей мамой! Это надо же! Как же быстро летит время!

Мне так хотелось окликнуть их и рассказать обо всем, но я понимал, что меня примут за какого-то психа. Но мне так сильно хотелось поговорить с ними! Надо было что-то придумать. Я решил рискнуть.

– Вера Васильевна? Иван Илларионович? Добрый вечер!

– Да. Здравствуйте! – ответила мне моя бабушка.

– Вы извините, что я вас беспокою в выходной, но это дело особой важности. Меня зовут Артем. Я представляю силовую структуру нашей страны. Я хочу сделать вам предложение.

– Что тут стоять, пойдем пройдем к нам, Вер. – Обратился дед к бабушке. – Тем более, я устал и выпить не с кем. Составите мне компанию, молодой человек?

– Ну мне как-то не удобно.

– Да будет вам! Пройдемте.

– Хорошо!

Это был успех. Я не только поговорил с молодыми бабушкой и дедушкой, а еще и побываю у них дома. Конечно, я там бывал не раз, даже какое-то время жил. Но увидеть, как они жили раньше, было для меня очень интересно. К тому же, я очень хотел пить и есть, так что не мог не воспользоваться таким шансом.

Войдя внутрь, я с любопытством начал разглядывать квартиру. Многое поменялось. Но многие вещи я помню из своего детства. Заглянув в зал, я увидел огромный шкаф, располагавшийся по всей длине правой стены, по середине которого располагался проигрыватель пластинок. Помню, как еще будучи маленьким, я любил с ним играть. Меня привлекало в нем большое количество разных кнопок и переключателей. Меня смело оставляли часа на два одного в комнате, когда я к нему подходил.

– Артем, пройдемте на кухню. – пригласила меня Вера Васильевна.

Кухня почти не отличалась, за исключение небольших деталей. Отсутствовали различные бытовые приборы, которые просто еще не поступили в продажу: микроволновая печь, мультиварка, электроплита и так далее.

Мы попили чай, выпили с дедом по рюмке коньяка и, я перешел к сути дела. Я наврал бабушке, будто верхи власти хотят видеть ее в их рядах, как бухгалтера. Мне было не очень приятно врать ей, но надо было каким-то способом выкручиваться из положения. Я поблагодарил ее за угощения и чай, пообещав вернуться через месяц за ответом.

Я вышел из подъезда и отправился куда глаза глядят.

Глава восемнадцатая

С того момента уже прошло пять лет. Сейчас пятое июня тысяча девятьсот девяносто пятого года. Вчера в десять вечера я появился на свет. И я пришел к родильному дому в ожидании момента, когда мама покажет меня в окно моему папе.

Я уже успел обвыкнуться в этом мире. Поначалу у меня не было ни дома, ни денег, ни знакомых. Мне приходилось ночевать прямо на улице, есть из помойки и заниматься попрошайничеством. Но мне удалось выбраться из этой ямы. Я скопил небольшую сумму денег, вышел на нелегального букмекера и начал делать ставки. Естественно, я знал результаты матчей, на которые ставил, ведь они уже были в моем мире. Иногда приходилось специально ставить на команду, которая проиграет, чтобы никто ничего не заподозрил и мне позволяли заниматься этим дальше.

На нормальную работу я устроиться не мог, ведь у меня не было никаких документов, так что пришлось свыкнуться с ролью нелегала. Но ненадолго. С ростом моего финансового благополучия, начало расти и мое влияние. Это было время тех самых лихих девяностых. Я наперед знал многие события, мог справиться с любой новой техникой, так как у нас она была уже устаревшей. В общем, благодаря этому я спокойно присоединился к одной влиятельной группировке. Не то, что я хотел стать часть преступного элемента, но мне пришлось это сделать. Во-первых, в то время – это единственный шанс выбиться в люди. Во-вторых, мне нужны были документы, хоть и поддельные. В-третьих, меня стали знать многие люди из криминального мира и не трогали меня, предоставляя свободу действия.

Мне сделали документы, после чего я уже смог купить себе квартиру. Но все это было лишь вершиной айсберга. Моим основным занятием было наблюдение за родными. Благодаря тому, что я оказался в прошлом, я смог пережить многие моменты жизни с моими родными. Те моменты, про которые я знал лишь по рассказам родственников. Я много раз пытался представить эти события в голове, но увидеть вживую было круто.

Н у, например, я присутствовал на вступительном экзамене мое папы в «Школу МВД». Он рассказывал про то, как ему было тяжело, трудно. А мне удалось присутствовать там и мысленно его поддерживать. Я видел, как он был одержим своей целью. Видел, как он был готов на все, лишь бы добиться результата. Я видел, как он, превозмогая себя, бежал кросс. Как он добрался до финиша одним из первых, опередив многих легкоатлетов, чуть ли не падая в обморок. Я видел, как его выворачивало наизнанку после этого. Он выжил максимум из себя. И я был там! И я был горд за него!

Я постоянно следил за ними. На данном этапе, их жизнь меня интересовала куда больше, чем моя собственная. Мне было важно прочувствовать и прожить эти годы вместе с ними.

И мама, и папа, много раз рассказывали о том, как они познакомились. А я решил, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Я пришел на ту самую дискотеку. Я видел, как они смотрели друг на друга. Я видел, как они знакомились. Я видел эту искру. Я видел все. Видел и улыбался.

Потом я видел, как они гуляли вместе. Я видел, как они заходили в гостиницу. Кстати, в ту самую, где я провел несколько ночей в предыдущем мире, пока мой двойник не обманул меня. Они шли туда заняться любовью. Я это знал. Я также знал, что именно в этот момент они зачали меня. Я видел их свадьбу, я видел их счастье. Ни одно важное событие не ускользнуло от меня.

Так же я сделал очень важную вещь. Для себя. Я не помню хорошо своих прадедов. Помню двоих. Мельком. И мне очень хотелось их увидеть. Они были для меня настоящими героями. Они застали войну – они сражались за нас! За наше будущее. Во мне течет их кровь. И я нашел каждого: дедушек Иллариона, Ивана, Василия и Георгия. Я просто подошел к ним и пожал им руку, поблагодарив за все. Они, конечно, были в недоумении, но я сделал то, что хотел. Представляю, как они были удивлены, когда к ним подходил незнакомец с речами. Может они принимали меня за не совсем вменяемого.

И вот, я стою и жду, когда мой отец подойдет к Роддому. Я видел, как он приехал. Видел, как он искал нужное окно. А потом настал этот момент. Мама показала меня в окно. Это бы реально я. Маленький несмышленыш. Но это был я. У моего папы потекли слезы. Он был счастлив.

– Здравствуйте. – Поздоровался я, подходя к молодому папе. – Ваш?

– Можно на «ты». – ответил он, вытирая слезы рукавом. – Это мой! Сын! Артемка!

– Меня тоже Артем зовут. Будем знакомы!

– Денис.

– Моя жена тоже скоро родит. – слукавил я. – Что ты сейчас чувствуешь? Просто я много раз представлял себе этот момент. Я очень переживаю.

– Я чувствую счастье. И я тоже переживал. Места себе не находил. Словами я не смогу тебе передать.

– А может по пиву? И поговорим?

– Тогда лучше водочки.

– Я не против.

Мы отправились в кафе, недалеко от Роддома. Заказали водки и закуски к ней. Мне было очень важно узнать мысли папы, когда я появился на свет. В своем мире мы с моей девушкой планировали ребенка. Мы немного выпили и между нами завязался интересный диалог.

– Слушай, Денис, а что ты готов сделать для своего ребенка.

– Да все что угодно! Это мой сын! – дальше он придвинул меня ближе к себе и перешел на шепот. – Я даже готов убить. Я всегда буду защищать его. Ты меня понимаешь?

– Понимаю, пап. – оговорился я.

– Пап?

– Ну ты же теперь папа! – вышел я из положения.

– Это да. Но это так не привычно. Я вот просто в восторге. А с другой стороны, это непонятные чувства. Я такие никогда не испытывал. Это неизвестность. Первый мой ребенок. Но я рад. Я дал ему жизнь! Он – часть меня. И моя частичка всегда будет в нем. Ты тоже скоро это поймешь. Это слово «папа». Это такая гордость. Может, когда-то, мы будем сидеть и выпивать также с моим сыном и обсуждать внуков. Я думаю, все это, и есть счастье.

– Выпьем за детей?

– Давай!

Мы выпили, а дальше последовал не менее интересный вопрос.

– Слушай, Артем. Вот мы познакомились час назад. Случайно. Но я чувствую в тебе что-то такое. Как сказать… Будто мы связаны…

– Так всегда, когда пьешь водку. – отшутился я.

– Нет. Это не то. Говорю тебе. Что-то в тебе есть… Ну ладно. Может я реально много выпил?

Мы сидели с ним до ночи и обсуждали многие вещи. За полночь мы разъехались по домам. Когда мы с ним попрощались, и я сел в такси, у меня потекли слезы. Ручьем. Я был счастлив за него. За родного отца. Так же, как он счастлив, после моего рождения. И я понял, что счастье – это любовь. Когда мы кого-то любим, мы счастливы. Любить – самое важное в жизни.

Глава девятнадцатая

Все бы ничего, но мое счастье ускользнуло от меня. Да, моя семья была рядом со мной, но я не был ее частью. Я часами наблюдал за ними, но не мог быть вместе с моими родными. Я был один. И я был одинок. Даже моя невеста, та единственная, которую я любил всем сердцем, еще не появилась на свет. И это было мучительно больно для меня. Я уже совсем отчаялся, ведь не мог дать ответа ни на один вопрос… Что со мной происходит? Кто я такой? Каково мое положение в этом мире? Почему это все происходит? Что мне дальше делать? И так далее… Вопросов становилось все больше и больше, а вот количество адекватных ответов так, к сожалению, и не увеличивалось.

И вот, по истечению нескольких дней после встречи с отцом, я принял непростое решение. Я больше не мог находиться здесь, так близко к родным и дорогим мне людям, но, одновременно так далеко от них. Я решился уехать отсюда, попутешествовать по миру, реализовать мечты, отвлечься от всего этого, а заодно, и поискать ответы. Лучший способ отдохнуть – это сменить обстановку.

Я продал квартиру и собрал как можно больше денег, которых должно было хватить на несколько лет свободной жизни.

В надежде, что это мне поможет, первое, что я захотел – это посетить Лондон. А точнее, “Стэйфон Бридж”, домашняя арена моей любимой с детства команды – Челси. Я смог достать документы и визу для посещения Лондона. И неплохо зная английский язык, я был рад приехать в Британию. Немного привыкнув к Англии, я все-таки смог сделать то, о чем мечтал всю жизнь.

Шестнадцатого сентября тысяча девятьсот девяносто пятого года я посетил матч Челси против Саутгемптона. Мои любимцы победили со счетом 3:0. Я воочию увидел гол Рууда Гуллита. Он был моим кумиром.

Это был первый год голландца в клубе, но он через год стал играющим тренером. Болельщики были в восторге от него, а в команду пришли такие великолепные игроки как Джанфранко Дзола и Марк Хьюз. Имя Дзолы золотыми буквами вписано в историю "Челси". Миниатюрный нападающий забил огромное количество голов, и на данный момент он является единственным футболистом "Челси", за которым навсегда закреплен номер двадцать пять.

Я был просто в восторге от матча и от эмоций, которые мне подарил “Стэйфон Бридж”. Если окажусь опять в своем мире, то не пожалею любых денег и свожу туда мою девушку.

А пока, надо было двигаться дальше. Еще год я потратил на путешествия. Я пожил понемногу во всех странах и городах, которые мечтал посетить. Начал я, как и было сказано раньше, с Лондона. Вслед за “Туманным Альбионом”, я побывал в Риме. Вечный город подарил человечеству множество достопримечательностей, осмотреть которые мне удалось лишь за несколько недель. Далее я посетил несколько небольших, но уютных и необычайно красивых городов во всех уголках Европы: Брюгге, Рейне, Портри, Блед, Халльштатт, Мон-Сен-Мишель и другие. Потом, перебравшись в Южную Америку я посетил Сан-Паулу, Картахена, Лима, Буэнос– Айрес, Рио-де-Жанейро, Сантьяго. Так же я успел побывать в Японии, Индии, Китае, Турции и на Аравийском полуострове. За этот год я не только хорошенько отдыхал: купался в морях и океанах, загорал, просто прогуливался по улочкам городов, посещая музеи, рестораны. Я познакомился с многими людьми самых разных национальностей, характеров из всех уголков мира. Среди них были и влиятельные люди. К сожалению, мои финансы были не бесконечны и мне надо было найти способ их заработать. И вот в одном из ресторанчиков в Сан-Паулу я познакомился с один Американцем. Он был биржевым брокером. Он активно пропагандировал торговлю акциями и ценными бумагами, заявляя, что за этим способом заработка будущее. Но я это знал и без него. Ведь я изучал рынок ценных бумаг в своем мире, так что немного ориентировался в этом вопросе. Ну, по крайней мере помнил, акции каких компаний должны взлететь, а какие могут и вовсе обанкротиться. Я неминуемо должен был этим воспользоваться.

Следующей моей целью была Америка. А точнее – Уолл – стрит.

Поселился я на полуострове Манхеттен. Поначалу, жизнь для меня там была сильно непривычной, суматошной. Такое количество людей я не видел даже на Красной Площади. Но потом этот ритм мегаполиса поглотил меня, и я стал себя чувствовать более комфортно и раскрепощенно. Я стал частью этого города, а этот город стал частью меня.

Я быстро выбился на верхи Уолл – стрит. Занятие трейдингом было мне по душе и приносило приличный доход. В начале тысяча девятьсот девяносто восьмого года я стал одним из самых авторитетных аналитиков в Нью-Йорке. Я добился немалых высот и был не последним человеком в мегаполисе. Но все это мне стоило больших трудов. Я ночами оттачивал свой английский, я с невероятным упорством действовал по продвижению по карьерной лестнице, я не спал ночами на пролет, анализируя графики и ожидая удобного случай скупить и продать акции.

И вот у меня прекрасная квартира в центре Нью-Йорка с панорамными окнами, машина, которую я сам захочу, небольшая вилла на берегу океана, финансовая независимость. Да, у меня было все, о чем я мечтал. За исключением одного – мечтал я об этом вместе с Леной! Это наши мечты! Без нее – все это просто пустота, мрак, пыль. Мне нужна она. Я истинно любил ее и очень скучал. Я нуждался в ней!

Как-то в один прекрасный летний день, я сидел на крыше одного из небоскребов. Неспешно потягивая пива, я смотрел на ночной Нью-Йорк. Он был неотразим. Ну думал я не об этом. Все мои мысли в этот день были только о ней. Безусловно, я много приобрел за эти года, но без нее – все это было пустым местом. Даже этот мегаполис был пустым. Как мое сердце. Сегодня двадцать первое июля тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Ее день рождения.

Следующие три года я потратил на поиски информации о том, что со мной произошло. Я посещал самые лучшие библиотеки мира: Бодлейн в Оксфорде, Бостонскую публичную, Александрийскую и другие. Я днями на пролет сидел в интернете. Но все безрезультатно. Я разговаривал с многими учеными и докторами. Но никто так и не смог ответить на мои вопросы. А многие посчитали сумасшедшим.

Я уже было совсем отчаялся, но вот однажды посреди ночи, когда я в очередной раз мониторил всемирную сеть, мне на мейл пришло сообщение.

“Здравствуйте. Не пугайтесь. Но я давно за вами наблюдаю. Я вас увидел еще в Александрийской библиотеке. Я хочу признаться вам, что я вас понимаю. И не только. Я такой же, как и вы. Если вы хотите встречи, то приходите сегодня ночью на крышу, где обычно сидите. Я буду вас ждать.”

Мои силы были на исходе, и я подумал, что хуже не будет, если я схожу. А вдруг? Быстро собравшись, я отправился на крышу.

На самом краю стоял человек. Мужчина. Ему было лет пятьдесят на вид. Около него стоял ящик с пивом. Он повернулся ко мне и взглядом предложил сесть рядом с ним. Я последовал его указаниям. Мы молча выпили по бутылке, глядя на ночной город.

– Я сразу понял, кто вы. – обратился он ко мне. – Вас выдали ваши глаза.

– Да? И что же в них не так?

– Я вам не могу сказать точно, но они были такими же, как мои двадцать пять лет назад.

– Так вы тоже? Ну это… Не знаю как сказать.

– Гость в этом мире?

Я кивнул.

– Да. Я работал в полиции. Раньше. В том мире. И в одном из перестрелок, пуля попала мне в голову. Я выжил. Это было настоящим чудом. Но после этого все пошло наперекосяк. Я начал замечать непонятные мне вещи, стал многое забывать, многое, будто менялось. А потом, после очередного обморока, я оказался здесь и больше не смог вернуться назад. Я видел свое собственное рождение, видел своих родителей еще детьми. Но ничего не мог поделать. Сначала, я, как и ты, пытался найти выход, исправить ситуацию. Но ничего из этого не вышло. Все было впустую. И вот я здесь. А знаешь, я думал, я такой один в этом мире. Я чувствовал себя одиноким. Один против этого мира. Ведь, этот мир не мой. Он – чужой. И я в нем чужак. Почему ты плачешь? Ну, тихо, тихо. – он обнял меня за плечо, дав еще одну бутылку с пивом. – На вот, выпей, полегчает. Со мной тоже так было. Я даже хотел было сброситься с одной из таких крыш. Но понял, что ничего не поменять и надо жить. Просто жить. Такова наша с тобой судьба. Мы с тобой другие. Знаешь, я уже немало прожил и понял, что это все – наша участь, судьба и ноша. Мы должны быть одиноки. Вселенная так захотела… Понимание всего придет, но не сразу. Ты приходи на эту крышу, когда тебе станет совсем одиноко. Я найду тебя. А пока, оставлю тебя наедине с твоими мыслями. Подумай. Вот ты. А это все – мир вокруг тебя. Он ждет, когда ты сдашься. А ты не сдавайся. Прощай. Ну или до скорой встречи. Мы с тобой как искаженный мираж. Мы – Фата Моргана. А существуем мы реально в этом мире или нет…Решать только тебе…

И я решил…

Глава двадцатая, Финальная.

Первое июля 2003 года. Международный Аэропорт имени Джона Кеннеди. Рейс 151217. Нью-Йорк – Москва. 16:25 по местному времени.

Я решился вернуться на родину и взглянуть последний раз на Лену. Просто посмотреть, а потом вернуться и начать новую жизнь. Но мне было просто необходимо попасть к ней.

И я вернулся в свой родной город, чтобы больше никогда его не увидеть. Вся моя жизнь, до этого момента, навсегда останется в моем сердце. Я буду помнить. Но начну все заново. Я так хочу. Так будет лучше.

Я очень хотел увидеть ее, мою любимую, но чувствовал, что еще рано, время еще не пришло. Я чувствовал, что это должен быть ее пятый день рождения. Это и есть – время последней нашей встречи. Но прежде, я еще должен увидеть своих родных и в последний раз пройтись по своему любимому и родному городу.

Я стал искать всех людей, которые были близки мне в моем мире. Я видел, как мой лучший друг детства, Коля, заходит за мной, и мы вместе идем играть в футбол на школьный двор. Мы с ним шутили и смеялись. Мы с ним всегда были вместе, несмотря ни на что. Мы даже делили девушку. И не раз. Но это не помешало нам понять, что дружба важнее. Я видел, как Макс Губин, еще совсем маленький, гуляет со своими родителями. Этот маленький хулиган в будущем станет моей настоящей опорой и лучшим другом. Я уверен, что он никогда не бросит меня в беде. Я видел, как бабушки и дедушки собираются все вместе на дачу. Пусть, в будущем они и не будут такими дружными, как сейчас, после развода родителей. Но то время, когда они были дружны и вместе, делало наш мир на капельку лучше. Я видел, как моя крестная гуляет со своим первым парнем. Она на протяжении моей жизни всегда поддерживала меня и не давала упасть духом. Не просто так она – моя вторая мама. Видел Макса Тимчука, Серегу Федянина. Пусть, в моем мире у нас и не простые отношения, но я всегда надеялся, что наша банда когда-нибудь соберется вместе.Всем им еще предстояла долгая и непростая жизнь. Но я хотел запомнить их всех именно такими. Не зря же моя жизнь была связана с ними. Я искренне и всем сердцем любил их. Может, они этого и никогда не поймут. Но все эти люди – очень важная и неотъемлемая часть меня. Мы все – звенья одной цепи. И я счастлив, что судьба, вышивая полотно жизни, соединила нас все вместе одной нитью. Я благодарен ей за это.

Потом, нашел своих родителей, а заодно свое брата и меня, на берегу реки, где они отдыхали в выходной. Лето выдалось теплым и солнечным, поэтому, пляж возле водоема – лучшее места для времяпрепровождения. Мама лежала на полотенце и наблюдала за нами. Мы с папой бесились в водоеме. Нам было очень весело и хорошо вместе. Это был лучший момент, который я хотел бы запомнить и уйти. Момент счастья. Мы всегда гонимся непонятно зачем. Власть, деньги, авторитет, эго, положение в социуме, мнение других – все это так мелочно. Я понял это тогда – на берегу реки.

Двадцать первое июля 2003 года. Город Дзержинск, Нижегородская область. Россия. 06:51 утра.

Проснувшись в номере отеля, я понял, что это очень важный день в моей жизни, а может и самый важный. Я умылся, поглядел в зеркало и увидел уже взрослого мужчину лет тридцати пяти-сорока. Ох, как же быстро летит время. Вроде бы, я только недавно был еще школьником и, самым важным для меня было – это посмотреть мультики после уроков. А сейчас, я уже должен принимать серьезные решения. Я оделся и готов уже был выходить. Но я очень нервничал. Ладони мои потели, а сам я никак не мог сосредоточиться. Открыв холодильник, я увидел последнюю бутылку «Брудвайгль». Что ж, это то же было неким символизмом. Я выпил ее залпом и направился к своей цели.

Я изначально узнал, где живет Лена со своими родителями. Я следил за своими будущими зятем и тещей, но оберегал себя от встречи с их дочерью. Я знал, где они живут и знал, что на день рождения они поведут ее куда-нибудь. В этот день я решил полагаться полностью на свою интуицию и отправился во двор к дому, где они жили. Я присел на лавочку, неподалеку от детской площадки и стал ждать. Уже минут через десять они вышли из подъезда.

– Ну что, ты готова ехать за подарком? – сказал ее папа. – Забирайся в машину.

– Пап, а можно я немного поиграю на площадке?

– Конечно можно. – ответила мама. – Это же твой день рождения. Только долго не задерживайся. Нам еще готовиться к празднику.

– Хорошо.

Я видел, как она играет в песочнице с остальными детишками. Будущая девушка, которую я полюблю. А сейчас просто пятилетняя девчонка, которая любит играть в песочнице. Я наблюдал за ней. На ней было бело – синее платье в цветочек. Она была такой милой и чистой. Моя Лена…

И тут, вдруг, она отвлекается от своей игры. Она встает из песочницы. Делает шаг вперед. Лопатка, полная песка, падает из ее рук. Она смотрим прямо на меня. Теперь она поднимает глаза и смотрит прямо в мои. Между нами, будто пробегает разряд тока. Мир вокруг замирает. Я ничего вокруг не замечаю. Кроме ее глаз. Они вовсе не детские. Они будто все понимают. Они будто все понимает. Мы читаем по глазам друг друга и все понимаем. У нее течет слеза. Ну а я вновь проваливаюсь в небытия…

Пустота… Кромешная… Без линий, без изломов… Просто пустота… темная.

Я очнулся в нашей квартире, рядом лежала Лена.

Что? Все это был сон? Просто сон? Неужели…

И тут она ко мне поворачивается и говорит: «Слава Богу, ты вернулся! Теперь я чувствую, что это ты. Артем, я чувствую именно тебя. Я знала и ждала, что ты вернешься… Я люблю тебя! И я согласна. Пора ребенка. Назовем, как ты и хотел, Максим. Как ты и хотел. Я видела тебя во сне. И нашего сына».

Она крепко-крепко обняла меня и уснула.

У меня потекла слеза. Но я достал телефон. На уже вбитый в телефон номер, я отправил сообщение: «Все получилось!».

Ответил своими объятиями, на объятия моей будущей супруги и уснул.

Content

Артем Зеленин
Фата Моргана

Предисловие

Часть первая

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава одиннадцатая. Продолжение

Часть вторая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая, Финальная.