Асмик Мхитарян

Плохой лжец

Глава 1

Кто познал всю полноту жизни,

Тот не знает страха смерти.

Страх перед смертью

лишь результат неосуществившейся жизни.

Пол, лежа на полу своей гостиной, чувствовал всю силу страха перед смертью. ‘’Неужели это конец’’, – думал он.

Что такое страх? Можно ли описать это чувство словами? Легче описать человека, который только что испугался – расширенные глаза, чуть приоткрытый рот, дрожь по всему телу, холодный пот, на секунду замершее сердце. Многим из нас кажется, что страх – это вред, и без него было бы лучше. Может быть, страх был создан не для того, чтобы навредить, а наоборот, чтобы помочь человеку. Из-за инстинкта самосохранения мозг человека начинает искать пути и решения, которые выведут его из этой ситуации. Лежа на полу, Пол из-за инстинкта самосохранения и чувства страха звал свою прислугу.

– Клара! Клара!

Как всегда Клара неохотно оставила дела на кухне, и направилась в гостиную. Клара работала у Пола целых двадцать лет. Ей было около сорока пяти лет, но выглядела она намного старше. Клара была родом из Колумбии. Она родилась в семе священника. Отец был очень консервативен по отношению к своим пятерым девочкам: они ходили в школу при церкви и всегда нахподились под контролем отца. Клара всегда мечтала о свободе. В один прекрасный день мечты привели ее в Америку. Чтобы как-то выжить в незнакомой стране, она работала восемнадцать часов в день, а вначале даже ночевала в различных парках, подземках, пока не арендовала комнату.

Агентство по найму предложило Кларе работу прислуги у очень богатого человека. Она сразу же приняла предложение и оставила все остальные дела. Работа предполагала переезд в дом работодателя. В это время Кларе было двадцать пять лет, и выглядела она намного красивее. Молодая девушка думала, что сможет влюбить в себя богатого холостяка и осуществить свои мечты о беззаботной жизни. Все усилия Клары были безуспешны, и вскоре она отказалась от этой затеи. Прошло двадцать лет, и Клару не оставлял в покое один вопрос: почему после смерти жены в жизни Пола не было серьезных отношений. И человек, у которого целое состояние, не имел наследников. Если бы Клара появилась в гостиной комнате на несколько минут позже, то узнала бы, что Пол оставил завещание, и удивилась, что она в нем упомянута. Но Клара пришла вовремя. А через пятнадцать минут после звонка пришла и скорая. Врач скорой помощи был удивлен, узнав, что прислуга знает все правила первой помощи.

– Пол обязан вам жизнью, где вы научились таким техникам первой помощи?– спросил доктор.

– Пол отправить меня на курсы, – ответила Клара, и в ее голосе было слышно недовольство. Ее английский был очень плох, и врач еле понимал, что она говорила.

Пол записал ее на курсы первой помощи, не спросив согласия. ‘’Кто поможет мне если не ты, Клара?’’ – звучал голос Пола в ее голове.

– Пол знал, что делает,– усмехнулся врач,– ему нужно полежать в больнице несколько дней, пока не станет лучше. Вы сможете сообщить его родным?

– Я не знать его родных, и даже думать, что их у него нет. У него есть друг, точнее партнер по работу, я могу сказать ему.

– Отлично! Позвоните и сообщите ему. В больнице нужно будет заполнить документы.

Клара покачала головой в знак согласия, и пошла по своим делам.

Эндрю был единственный, но верный друг Пола. Они встретились, когда у обоих были большие проблемы. У одного – пустой кошелек, у другого – пустота на душе. Отец Эндрю вычеркнул его имя из своего завещания и выгнал из дома. Пол же имел деньги, но чувствовал внутреннюю пустоту из-за потери любимого человека. Оба не любили говорить о своих проблемах другим, но в тот день в баре они нашли общий язык, и решили помочь друг другу.

– Пол, когда я стану отцом, то буду любить своих детей больше всего на свете, – сказал Эндрю после большого глотка пива.

– Советую тебе не налегать на пиво, друг мой. Поверь, я старше тебя на десять лет и знаю, что из-за него немало проблем, – сказал Пол и забрал стакан у Эндрю.

– Я не понимаю, тебя бросила любовь всей твоей жизни, а ты даже не притронулся к пиву.

Пол сделал глоток и в очередной раз убедился, что горечь ему не по вкусу.

– Лучше возьму себе что-нибудь сладкое.

Тогда Полу было двадцать семь, но он успел многое повидать в жизни. Пол не злился на других, как Эндрю, в своих неудачах он винил только одного себя. Ведь все, что он имел, было плодом его собственных решений. Он отказался от многого, и сам не понимал ради чего. Одинокий, с разбитым сердцем, но богатый, Пол сидел перед парнем, который горевал из-за денег. Эндрю тогда было семнадцать, и он не знал чем хочет заняться. Эндрю только окончил школу, и отец хотел устроить его в юридическую школу. На что Эндрю ответил.

– У тебя так много денег, зачем мне учиться? Придет время и я займу твое место.

– Чтобы создать место, о котором ты тут говоришь, мне пришлось много трудиться. Ты хочешь гулять, развлекаться, напиваться и просто так получить его?

– Эндрю, если посмотреть с другой стороны, твой отец сделал тебе одолжение.

– Пол, сделай одолжение, верни мой стакан.

Пол, ничего не сказав, вернул стакан пива. Он взял паузу, внимательно осмотрел свеого собеседника и после продолжил.

– Послушай, ты сможешь начать все сначала. Я помогу тебе, у меня есть рекламное агентство, которое приносит неплохой доход. Ты можешь работать у меня, сам заработаешь себе на жизнь, и даже сможешь помочь своей семье.

– У меня больше нет семьи. Да и им не нужны твои гроши.

– Я уже понял, что у тебя богатая семья, но ты не думаешь, что пора и самому работать. Вот я с восемнадцати лет работаю, и ,как видишь, еще жив.

– Я соглашусь на твое предложение, только потому, что хочу доказать отцу, что я и сам справлюсь без его денег, – сказал Эндрю и выпил весь стакан пива, поискал взглядом официантку и закричал, – милочка, повторите, пожалуйста!

Скоро официантка пришла с двумя стаканами пива в руках. Она поставила их на стол, улыбнулась Эндрю и ушла.

– Так что ты там говорил о рекламном агентстве? – спросил Эндрю.

С этого разговора прошло целых тридцать лет, и маленькая компания превратилась в одну из самых популярных и высокооплачиваемых агенств в Нью-Йорке. Эндрю оказался очень кстати в этой индустрии, он смог очень быстро завоевать доверие клиентов и расширить сферу деятельности компании. Спустя несколько лет они открыли филиалы не только в США, но и в разных Европейских странах. У Эндрю были все необходимые качества рекламщика. Он оказался очень организованным и дееспособным, в нем открылись новые качества: уверенность, настойчивость, коммуникабельность, творческие способности. Но одно качество было самим сильным, от чего Полу иногда становилось даже страшно. Это была страсть к деньгам: чем больше, тем лучше. Пол тоже любил роскошную жизнь, но из-за денег никогда бы не соврал. У Эндрю же лож стала привычкой, и он много раз использовал это оружие в своих делах. Сначала Пол не одобрял такое поведение с клиентами, но, увидев достижения своего партнера, сдался.

И вот сейчас человек, который сдался перед всеми выходками своего партнера, не сдавался и крепко держался за жизнь. Ему было пятьдесят семь, но выглядел он не старше пятидесяти. Пол был очень статным и красивым, высоким, широкоплечим мужчиной. У него были большие карие глаза, носил очки, которые ему очень шли и добавляли уверенности во взгляде. У Пола были кудрявые волосы, но он их коротко стриг. С восемнадцати лет, не предавая себя, носил бороду и всегда хвастался этим фактом.

– Может ли еще кто-то хвастаться такой стабильностью, – говорил он, и громко смеялся.

Но в больнице ему было не до смеха. Он лежал и ждал доктора, как подсудимый ждет своего приговора. Дверь открылась, и в палату вошел Эндрю.

– Пол, что случилось? Клара сказала, что у тебя все признаки инфаркта, – он присел на кресло возле постели Пола.

– Еще не знаю, что случилось, но если Клара так говорит, значит так оно и есть, – ответил Пол.

– Помнишь, как я смеялся над тобой, когда ты отправил эту ворчливую старуху на дурацкие курсы, – расхохотался Эндрю.

– Ей сорок пять лет, она не старуха.

– Но ведь выглядит она на все сто, – еще сильнее посмеялся Эндрю.

Иногда Эндрю становился настоящим хамом, и Полу хотелось как следует дать ему по морде. Но Пол был неописуемо терпеливым и уравновешенным человеком. Эти качества тоже помогали в бизнесе. Там где Эндрю не справлялся, на помощь приходил Пол. Они были очень разными, но дополняли друг друга. Один – хитрый и жадный, другой – честный и пунктуальный. За время их дружбы они не только улучшили свои качества, но и позаимствовали что-то друг от друга.

– Она мне жизнь спасла, – сказал Пол.

– Да я ведь это и хотел сказать. Только ты не дал мне закончить. Ты всегда защищаешь Клару, но она тебя ненавидит. Если бы ты знал, как она о тебе выражается.

– А мне не интересно, главное она знает свое дело.

– Почему ты не женишься на ней, она ждет от тебя предложения уже… Сколько лет? Напомни мне.

– Она уже смирилась с тем, что предложения не будет.

Дверь открылась, и в комнату вошел доктор. Вид у него был озабоченный.

– Добрый день господа, – сказал он, – боюсь, у меня плохие новости.

– Не тяните, доктор Стивенс, – попросил Пол, – от этого мне еще хуже.

– У вас был сердечный приступ, и он может повториться в любой момент. Вам придется полежать в больнице и пройти курс лечения под нашим контролем.

– Об этом и речи быть не может. Я хочу домой, Клара позаботится обо мне. Она лучше ваших медсестер знает, как ухаживать за больными.

Вот одно из тех качеств, которые Пол позаимствовал у своего друга Эндрю. Хамство. Иногда Пол становился похожим на маленького мальчишку, хамил и ругался только для того, чтобы все согласились с ним.

– Она не сможет, это не первая медицинская помощь, – серьезным тоном подчеркнул доктор Стивенс.

– Если я сказал, что поеду домой, значит, я поеду домой.

– Доктор, давайте договоримся, пускай он поедет домой, – вмешался Эндрю.

– У вас тоже был приступ?

– Простите, я не понял? – покосился Эндрю на доктора.

– Просто я думал,вы в здравом уме, но, кажется, ошибся.

– Послушайте меня до конца. Пусть Пол поедет домой с одной из ваших медсестер. Поверьте, у него много денег, и ваша медсестра будет вполне довольна. Она заработает больше, чем за весь год в вашей больнице.

– Хорошо, но только в том случае, если больной подпишет документы, что это его решение, – сказал доктор, поняв, что ему не справиться с этими упрямыми богачами.

– Неси свои документы, доктор Стивенс, – сказал Пол с ухмылкой.

Доктор вышел из палаты и захлопнул за собой дверь. Эндрю вышел за ним и остановил его в коридоре.

– Скажите, пожалуйста, доктор, все очень серьезно?

– Очень, но вы же лучше меня знаете, где ему будет хорошо. Ваша, как там ее звали? – он хотел вспомнить имя той особы, которая лучше медсестер.

– Клара.

– Да, именно Клара. Она же лучше всех, – сказал доктор серьезным тоном.

Доктор Стивенс был низкорослым мужчиной со средним телосложением. С виду он походил на доброго дяденьку, из-за низко расположенных карих глаз. Но в больнице все знали, какой у него характер и не ссорились с ним. Эндрю тоже знал о вспыльчивом нраве доктора.

– Прощу, не обижайтесь, вы же знаете Пола, он совсем не такой. Он в последнее время очень изменился, стал раздражительным, ни с кем не общался, не выходил из дома. Может, он чувствовал, что со здоровьем что-то не так.

– Да, возможно, – спокойно сказал доктор Стивенс, – иногда из-за болезни люди становятся раздражительными. Но ему будет лучше в больнице, ему нужна медицинская помощь. Понимаете, есть большой риск, что приступ может повториться, а во второй раз будет сильнее. У него проблемы с сердцем и давлением.

– Я поручаюсь за него. Если ему станет плохо я сам приведу его в больницу. Пусть одна из ваших медсестер поедет с ним, у него большой дом, она сможет пожить там некоторое время, пока ему не станет лучше. Я тоже буду рядом, да еще и Клара. Поверьте, она очень хороша, во всех смыслах. За двадцать лет она никогда его не подводила.

– Хорошо, только после того, как он подпишет документы, – сказал доктор, поняв, что спорить не имеет смысла.

– Само собой, – Эндрю почесал затылок, – простите, доктор, вы сказали, у Пола был инфаркт? – голос у него был полон тревоги.

– Да, есть риск, что приступ повторится.

– Я знаю, первые недели самые рискованные в этом плане.

– Да, вы правы. Особенно первая неделя.

– А когда опасность пройдет?

– Когда давление стабилизируется, пройдет аритмия. А для этого нужно пройти курс лечения.

– Я сам буду следить, чтобы он принимал все лекарства.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете. Сейчас вам кажется, что вы помогаете вашему другу, но потом можете очень пожалеть за такое решение.

– Я отвечаю за свои решения. Принесите ваши документы.

Был ясный апрельский день. Солнце ярко светило, и на небе не было ни одного облака. Воздух был наполнен запахом влаги, из-за дождя, который шел всю ночь и не давал нормально уснуть. Может, виновата погода или была другая причина, но Пол был очень зол. Он не был похож на себя, всегда спокойный и уравновешенный человек злился по всем мелочам.

– Клара! – Позвал он.

– Сейчас, подождите,– ответила она, и вбежала в комнату.

Пол лежал в белоснежной постели. Из-за бледности он как будто слился с нею. Кларе было непривычно видеть Пола в таком состоянии. Он всегда был сильным, здоровым мужчиной, а сейчас Пол напоминал ей отца, когда она убежала из дому. Он был болен, и врачи говорили, что ему осталось недолго. Рак легких.

– Клара, позвони Эндрю и скажи, что у меня с ним есть дело. Еще позвони моему адвокату Деррику Роузу, пускай он тоже придет.

Клара ничего не ответила, только покачала головой и вышла из комнаты. Она никогда не отличалась многословием. Пол терпеть не мог ее акцент и был рад этому. Дверь спальни открылась, и в комнату вошла медсестра. Это была девушка двадцати семи лет, маленькая ростом, худенькая. Она напоминала Полу заблудившегося ребенка, который не знает куда попал и что нужно делать.

– Я принесла ваши таблетки, – сказала она тихим голосом.

– Мари, поставь их на стол и уходи, – ответил Пол.

– Я должна проследить, чтобы вы их приняли, а после поставлю вам капельницу.

Пол выпил все таблетки и приготовился к следующим процедурам. Мари взяла в руки шприц и дрожащими руками начала искать вену. Она пробовала два раза, но ничего не вышло. Когда она приготовилась к третьему разу, Пол резко взял шприц из ее рук и бросил на пол. Мари вздрогнула и вскочила с места.

– Что с вами? – закричала она.

– То же самое я хочу спросить у тебя. Что с тобой? – Пол уставился на нее.

– Аманда говорила, что вы странный.

– Я странный? Это твой профессор странный, который решил, что можно тебя в люди отправлять как медсестру. У тебя руки откуда растут?

– Это уже возмутительно! – взбесилась Мари.

– Возмутительно то, что в вашей больнице нет ни одной нормальной медсестры. Возмутительно то, что я должен платить вам за то, что вы не умеете работать.

Мари вся в слезах выбежала из комнаты. В коридоре она столкнулась с Эндрю.

– Что с вами? Почему вы плачете? – спросил он.

– Я больше не вернусь в этот дом, – бросила она и ушла.

– Пол, ты опять в своем репертуаре? – сказал Эндрю, войдя в комнату. – Что на этот раз стряслось, в чем это девушка провинилась? – Он снял пиджак от Ив Сен-Лоран и бросил на постель, прямо на ноги Пола.

Эндрю всегда отличался хорошим вкусом. Одевался очень стильно, костюм или пиджак, поло или джемпер. Когда они с Полом ходили по улице, девушки оглядывались, и схватывали взгляд Эндрю. Пол тихо завидовал ему, хотя отлично понимал, что его друг и партнер был моложе и выглядел симпатичнее: голубые глаза, светлые волосы, выразительные черта лица, легкая щетина, которая придавала ему шарм. Он был высоким и стройным с широкими плечами.

– Она не умеет ставить капельницу. Ты посмотри на мои руки, – он показал вены, которые повредились из-за неудачных попыток.

– У Аманды хорошо получалось, почему ты ей грубил?

– Как ты запоминаешь их всех? Мне всегда было интересно, как у тебя это получается.

– Они молоды, красивы, а это всегда мне нравилось. Как я могу их забыть, – он подошел к окну и взглядом проводил молоденькую медсестру до машины.

– Ты никогда не успокоишься. У тебя замечательная молодая жена и два сына, тебе должно быть стыдно.

– Кто бы говорил о стыде. Хорошо, забудем. Почему ты меня позвал?

– Во-первых, когда ты говорил с моим лечащим врачом ты обещал, что будешь заботиться обо мне. С того дня я тебя видел раза два.

Эндрю ничего не ответил. Он взял пиджак с кровати и собирался уйти, чтобы избежать разговора.

– А во-вторых, у меня к тебе дело.

– Какое? – Эндрю бросил пиджак на место и сел на стул.

Дверь открылась, в комнату вошел Деррик Роуз.

– Ты как раз вовремя. – сказал Пол, – Принес то, что я попросил?.

– Да, все здесь, – ответил Деррик и поставил чемодан на стол. Он кивнул Эндрю в знак приветсвия, но тот не ответил.

– Эндрю, так как ты не сдержал обещание и все твои медсестры сами не знают, что творят, я решил сам позаботиться о себе.

– И как в этом тебе поможет юрист. Он будет ставить тебе капельницу? – сказал Эндрю и расхохотался.

– Нет Эндрю, это мы оставим Кларе. Она лучше всех справиться, – ответил ему Пол, – не зря я потратил на ее курсы столько денег.

– Итак, – начал Деррик, – я подготовил все документы, все шесть контрактов у меня.

– У тебя новый проект и ты молчал об этом?

– Этот проект не имеет отношения к нашему делу. Это мое собственное дело. Помнишь, я сказал, что сам позабочусь о своем здоровье?

– Да, – неохотно ответил он.

– Так вот, я заключу контракт с моими соседями. Они будут по очереди сидеть со мной, веселить меня, а я за это их щедро отблагодарю, – Пол смотрел на Эндрю из-под очков.

– Но ты не знаешь их, а они тебя. Как ты можешь доверить свою жизнь незнакомым людям? Да еще твой район. Мы же знаем, что люди о нем говорят. И как тебя угораздило купить дом именно здесь. Я знаю, что ты любишь выделяться, но не настолько же.

– Мне надоело сидеть в одиночестве. Когда я один, думаю только о своей болезни. А район как район. Думаешь, среди богачей нет воров или убийц, или скажем наркоманов и алкоголиков? Здесь, среди обычных людей, мне спокойнее.

– Ты думаешь они согласятся?

– Я заплачу им, каждому – миллион.

– Долларов? – Эндрю вскочил с места.

– Нет китайских юань, – Пол не сдержался и стал громко смеяться.

Деррик тоже не удержался, его раздражительный смех наполнил комнату и заставил других замолкнуть. Мама всегда говорила ему.

– Милый, твой смех немножко раздражает, – она пыталась быть вежливой и не обидеть мальчика, – попробуй как-то по-другому смеяться.

– Как по-другому? – спрашивал маленький Деррик.

– Не знаю, как-то так, – она пыталась показать сыну, как смеяться приличнее, но издавала странные звуки. После чего Деррик и ее мама смеялись еще громче.

– Простите, – сказал он и покашлял, – в контрактах четко написано, что они получат миллион, если будут делать все, о чем попросит Пол.

– Не попрошу Деррик, – поправил его Пол, – прикажу.

– Они сначала согласятся, но на следующий же день убегут, как бедная Мари, – сказал Эндрю.

– В контракте есть пункт: если они решат расторгнуть его, то сами должны платить Полу.

– Значит, они откажут тебе сразу.

– Не думаю. Я кое-чему научился у тебя. Первый пункт о том, что они получат миллион, а вот то, что они должны выплатить штраф при расторжении контракта, отмечено на предпоследней странице маленьким шрифтом. Ты и сам хорошо знаешь, когда люди видят цифру с шестью нулями, то им уже ничего не интересно.

– Хорошо, допустим, они согласятся. Ты не боишься, что кто-то из них может оказаться маньяком или вором?

– Не думаю, они давно здесь живут, я ничего плохого не слышал.

– А зачем это тебе? Ты наверное под воздействием какого-то лекарства?

– Я уже говорил, всему виной чувство одиночества. Я хочу поговорить с кем-то кроме Клары.

– Тогда зачем ты меня позвал, раз уж все решил? – Эндрю всегда понимал своего друга с полуслова, но теперь мог только угадывать.

– Мне нужна твоя помощь.

– И чем я могу тебе помочь? Деррика тебе не хватает?

Они обменялись косыми взглядами.

– Я хочу чтобы ты разузнал про моих соседей все. Когда они родились. Где родились, в какой семье, где учились, чем занимаются, с кем общаются. Короче, все, что можно.

– Это будет не так-то легко, – он встал и поправил брюки.

– Я знаю, у тебя есть свои связи, никто не справится с этой задачей лучше, чем ты.

Жена Эндрю – София, была дочкой бывшего военнослужащего. У него были серьезные связи не только в штатах, но и за границей. Пол с Эндрю не раз прибегали к его помощи. Каждый раз, когда нужно было надавить на кого-то, Эндрю просил помощь у жены.

– Если это тебя успокоит, я поговорю с Софией. Хотя ты знаешь, как мне не хочется просить помощь у этого старого ворчуна.

– Я буду признателен тебе, а теперь я хочу отдохнуть. Завтра у меня встреча с моими соседями.

– Деррик, – начал Эндрю выйдя из спальни, – есть хоть малейший риск, что эти соседи получат миллион?

– Если будут вести себя хорошо, то да, вполне.

– А если мы объявим себя банкротами, то контракты аннулируются?

– Мы не сможем просто так объявить себя банкротами.

– То есть, вся надежда на то, что соседи сами убегут?

– Да, – пожал плечами Деррик.

Глава 2

Неравенство естественным образом

приводит к материализации высшего

класса, опошлению среднего и озверению низшего

Арнолд Мэтью

Соседи недолюбливали Пола и демонстративно показывали это. Он часто ссорился с ними из-за пустяков: из-за шума, света, деревьев, которые закрывали виды из его окон и т.д. Иногда соседи специально провоцировали его на ссоры. А сейчас они у него в гостях.

– Никогда бы не подумала, что попаду сюда, – сказала Грейс, – одна из соседей – своему мужу Рикки.

– Я знал, что он богат, но не думал, что настолько, – ответил Рикки.

– И что он забыл в нашем районе? – присоединился к этой беседе другой сосед – Давид, – Кстати, меня зовут Давид.

– Очень приятно. Меня зовут Рикки, а это моя жена Грейс. Давид, ты случайно не знаешь, почему мы здесь?

– Нет, – он покачал головой и сделал глоток белого вина ‘’Шенен Блан’’, – я только знаю, что у ворчуна две недели назад был инфаркт. Может, он хочет познакомиться с нами, чтобы попрощаться.

После этих слов последовало громкое хихиканье, которое прервало звучный голос Пола.

– Рад, что вам весело. Добрый вечер. Спасибо, что нашли время меня навестить.

– Добрый вечер, – хором ответили соседи.

– Надеюсь, угощение вам понравилось.

Клара недовольно раздавала закуски. Они быстро слетали с подноса, и она возвращалась на кухню за новыми.

– Нам все понравилось, спасибо Пол, – сказал Бомани, – но хватит молоть чушь, скажите, что вам нужно и разойдемся по домам.

– Почему же чушь? Мы соседи, и я подумал, что иногда можно собираться и беседовать. Как говорится, узнать друг друга получше.

– С чего вы взяли, что мы хотим узнать друг друга получше. Никто из вас не здоровается со мной при встрече, – Бомани оглянулся, и заметил косые взгляды в свою сторону.

– Я, наверное, не замечал тебя. Прости, ты ведь Бомани? – спросил он.

– Да, он и есть. Теперь я могу идти?

– Нет, – строго ответил Пол, – у меня к тебе, точнее ко всем вам, предложение. Как вы знаете, я богат.

– Вы каждый раз напоминаете нам об этом, – сказала Сиена, – из-за вас умер мой Ки-Ки.

– Что за Ки-Ки? – удивленно спросила Мариам.

– Ки-Ки – моя собака, он отравил его, – Сиена повернулся к Полу, и посмотрела ему в глаза, – потому что она лаяла. Скажите мне, разве собака не должна лаять.

– Я не травил вашу собаку. Давайте к делу. У меня больное сердце, оно может не выдержать ссоры. Итак, – Пол перевел дыхание и продолжил, – вы знаете, что у меня был сердечный приступ. Мой врач сказал, что он может повториться, и, чтобы избежать этого, я должен лечиться. А еще я должен быть окружен друзями и родными. С последним у меня проблемы: ни друзей, ни родных. Единственный мой друг занят нашим бизнесом.

– А чем мы можем вам помочь?– спросил Давид.

– Ты что, не понял? Пол хочет, чтобы мы окружали его заботой, – ответила Грейс, – но этого не бывать. Рикки, мы уходим, с нас хватит этого цирка.

– Один миллион, – бросил Пол.

– Один миллион чего? – спросил Рикки. Его глаза загорелись.

– Долларов, конечно же. Почему все задают этот глупый вопрос? Если вы согласитесь посидеть со мной месяц, пока риск не пройдет. Но согласится должны все, если хоть один из вас откажет, контракта не будет.

– А можно подумать? – спросил Бомани.

– Здесь и сейчас. Ответ мне нужен сейчас, – ответил Пол и сел на огромное кресло возле камина.

Пол скрестил ноги перед собой, поставил руки на живот и стал изучать своих гостей. Он отлично понимал, что, услышав слово миллион, они не смогут отказать. Кому помешает лишний миллион? Соседи стали смотреть один на другого. Каждый будто гадал, что у другого на уме. А на уме у них был миллион.

– А у вас есть такие деньги? – спросила Мариам.

– У меня их намного больше. Послушайте, договор действительный, его составил мой юрист. Если хотите, ваши юристы тоже могут ознакомиться с ним.

– А что взамен? – снова спросила Мариам.

– Вы будете делать то, что я попрошу. Один день в неделю.

– А как же седьмой день?– спросила Грейс, оглядев соседей.– Нас же шестеро, если не считать моего мужа.

– В эти дни мы будем собираться все вместе, чтобы познакомиться поближе.

– Ладно, я согласна, – сказала Мариам.

– А ты быстро, – посмеялась Сиара, – хотя, я тоже не прочь.

– Ты же еще ребенок, как ты можешь подписывать договор? – спросил Бомани.

– А ты что, полицейский? – недовольно спросила Сиара.

– У нее есть бабушка, – ответил Пол, – она больна, вот поэтому мы и позвали ее.

– Хорошо, если малявка согласна, то я тоже согласен, – сказал Бомани.

– Мы тоже согласны, – сказал Рикки и посмотрел на жену. Та была недовольна решением мужа.

– Остались вы, Сиена. Что скажете? Представьте себе, как вы будете отрываться на шоппинге через месяц.

– Вы напоминаете мне о том, что случилось с Ки-Ки, но раз в неделю я смогу это пережить. Согласна!

– Замечательно! – воскликнул Пол и встал на ноги, – Деррик, принеси договор.

Деррик стоял за стеной. Он держал в руках готовые контракты. Как и говорил Пол, его соседи подписали договор, не порочитав все страницы: главное -сумма совпадала с той, которую он назвал.

После ухода соседей Пол с очень довольным выражением лица сидел у камина и читал газету.

– Это плохой знак, – Клара вошла в гостиную.

– Что случилось?

– Я разбить тарелки.

– Ты не поранилась? – Пол вскочил с места и подбежал к ней.

– Все порядок. Это знак.

– Какой?

– Что ваш затея нехорошо. Они плохие люди.

– Нельзя судить людей по внешности или статусу.

– Я чувствовать.

– Клара, успокойся. Иди, собери на кухне, а потом поставь мне чай.

Глава 3

Понедельник. День первый.

Давид Флигел.

– Доброе утро, – сказал Давид, увидев Клару у дверей,– можно войти?

Она ничего не ответила, покачала головой и ушла на кухню. Давид вошел в холл и запер дверь за собой. Холл был огромным. весь его дом мог бы поместится там. Несмотря на то, что он только вчера был в этом холле, Давид не мог привыкнуть к этому месту. Каждый раз, проходя мимо дома Пола, он думал, что же там внутри, как все обустроено у этого богача. Теперь он мог не только видеть все это своими глазами, но и пожить на некоторое время в этой роскоши. Давид услышал голоса из соседней комнаты и, решив, что Пол там, медленно направился туда. Соседняя комната была еще больше предыдущей. Это был банкетный зал, напоминающий комнату для собраний королевских семей. Такие помещения Давид видел только в кино про королей. Пол сидел у камина и читал вслух “Нью-Йорк пост”. У него был очень озабоченный вид, но Давида это не интересовало, он восхищался местом, куда попал.

– Добрый день, Пол, – сказал Давид: голос его дрожал.

– Добрый,– ответил Пол, не отрываясь от газеты. Давид боялся помешать ему, но все же решился опять заговорить.

– Чем будем заниматься сегодня?

– Ничем, – грубо ответил Пол.

Он встал с места, положил газету на стол и подошел к Давиду. Пол посмотрел в полные страха глаза Давида.

– Мы ничем не будем заниматься, – тихо сказал он, – знаешь, почему?

– Почему?

– Потому что я болен, мне нужен покой.

– Тогда зачем я здесь? – нахмурился Давид.

– Чтобы я не умер от скуки.

– Нашли человека для веселья. У меня самая скучная жизнь на свете.

– Отлично, об этом мы и поговорим.

– О моей жизни? – Давид закатил глаза.

– Да, я хочу знать все о тебе. Расскажи мне про свою скучную жизнь.

– Хорошо, давайте поговорим, но вам будет ужасно скучно.

– Я голоден, а ты?

– Не откажусь, – ответил Давид, – не успел позавтракать.

– Отлично, пойдем. Клара уже накрыла стол в саду.

Они прошли несколько комнат до сада. Давид не успевал осматривать их, потому что каждая из них была больше прерыдущей: они были покрашены в яркие цвета, мебель была дорогой и роскошной. Мужчины прошли через читальную комнату, затем музыкальную, а после – комнату для собак, и только через нее вышли в сад. Давид почувствовал необъяснимый холод в этих комнатах, как будто там никогда никто не жил, только пыль вытирали.

– У вас комната для собак, но там ни души, – заметил он.

– Не было времени, чтобы купить собаку.

– Купите сейчас.

– Сейчас у меня нервы не те, понимаешь? Но я подумаю об этом. Зачем комнате пропадать зря, – посмеялся Пол.

Клара и правда накрыла стол. Как и велел доктор – только здоровая пища: две тарелки с овсяной кашей, салат из листьев латука, фрукты, апельсиновый сок.

– Давид, если хочешь, Клара может приготовить тебе что-нибудь другое, – сказал Пол, заметив его недовольство.

– Я быть занята, – сказала Клара.

– А я и не заметил, как ты пришла, – Пол не прекращал удивляться, как тихо могла появляться Клара, и так же тихо, незаметно исчезнуть.

– Все в порядке, Клара, я люблю овсянку.

Клара ушла, что-то бормоча под нос.

– Она не всегда такая, – сказал Пол,– иногда она бывает более недовольной.

– Так увольте ее.

– Если бы я увольнял каждую из прислуг за такое…

– А как же медсестры?

– Откуда ты знаешь о них?

– Ваш друг рассказал, – смущенно ответил Давид, – вчера вечером. Эндрю, если не ошибаюсь.

– Да, его зовут Эндрю. Клара другая, а эти медсестры безмозглые. Шприц не умеют держать в руках.

– А кто сейчас держит шприц?

– Моя Клара, она лучшая. Но давай поговорим о тебе.

– Что именно вы хотите знать обо мне?

– Все. Я хочу знать все о человеке, который одинь день в неделю будет жить со мной, – Пол начал жадно есть кашу.

– Хорошо, с чего же мне начать, – немного подумав он начал. – Мне двадцать семь лет. Я из Израиля, приехал в США, когда мне исполнилось двадцать один. Я художник.

– Правда? – удивился Пол. – А ты можешь нарисовать мой портрет?

– Да, если вы хотите, я могу вернуться домой и захватить свои кисти.

– Давай на следующей неделе, да и я немного поправлюсь, чтобы позировать тебе.

– Как хотите.

– Ты в Америке живешь один?

– Да.

– А где твои родители?

Давид ответил не сразу. Было видно, что ему сложно говорить на эту тему

– Пол, можно быть с вами откровенным?

– Только так и можно, – закончив есть кашу, Пол принялся за салат, Давид же ни к чему не притрагивался.

– Я никому не рассказывал, то, что хочу вам сказать сейчас. Я уже шесть лет живу в Ню-Йорке, но у меня нет друзей, только коллеги и соседи. Понимаете, мне не с кем поговорить, высказать, что на душе.

– А мне ты можешь рассказать, что у тебя на душе? – спросил Пол.

– Не знаю. Вы мой сосед на протяжение года, но никогда не отвечали на мои приветствия. Вы как будто не замечали меня, – Давид нервно играл с приборами возле тарелки, все время переставляя их, – но когда была тема ссоры вы тут как тут.

– Да, каждый раз, когда я не отвечал на твое “Доброе утро”, думал: “Завтра он не поздоровается”.

– Но каждый день я здоровался.

– Даже после ссор, – подмигнул Пол. – Помнишь, как мы поссорились из-за твоего почтового ящика. Он не был похож на остальных, и я донос на тебя.

– Я все помню, но не держу зла.

– Так тебя мама научила? – Пол направил взгляд на Давида.

– Нет.

– А ты расскажешь мне о ней, о твоей маме?

– Я совсем на нее не похож.

Давид был высокий и худощавый, с большими чернимы глазами. У него были длинные как у девушки ресницы и кудрявые волосы. На худощавом лице отличался большой длинный нос, который страно смотрелся. Он выглядел старше своих лет, измученный и всегда грустный. Пол хотел знать, из-за чего двадцатисемилетний парень выглядит хуже него.

– Папа всегда говорил так: “Ты мой сын, в тебе все только от меня”,– Давид произнес эти слова с болью.– Он был жестоким человеком. Мне не хотелось быть похожим на него, но я родился таким, каков есть.

– Что ты имеешь в виду под словом жестокий?

– А что я могу иметь в виду? – Давид нахмурился, на лбу появились морщины. – Жестокий, бессердечный, он думал только о себе. Но характером я не похож на него, только черты лица.

– Это хорошо, что ты не унаследовал его характер, – успокоил его Пол. – Что он сделал тебе и твоей семье?

– Когда мне было девять лет мой брат Абраам рассказал мне историю, ему в то время было шесть.

– Давид, я видел сон, он был страшным, очень страшным.

– Расскажи мне, Абраам, и тебе станет легче, – успокоил его Давид.

– Я видел папу во сне. Но он был другим. Он был вдвое выше ростом, сильнее в тысячу раз, у него были длинные руки, такие, что он мог достать до меня за сто метров. Там была и мама, но она тоже была другой. Она была очень маленькой, слабой. Она стояла у нашей двери и молила отца не входить.

– Это был просто сон, забудь о нем и иди играть, – отвечал Давид каждый раз’’.

– Но это не было сном,– сказал Пол.

– До шести лет я тоже думал, что все это кошмар, но… Я ничего не говорил брату, а наоборот, внушал ему, что это сон.

– И все правильно сделал. А вас он трогал?

– Нет, нас с братом он не трогал. Когда Абраам подрос и понял, что к чему, он, как и я, стал ненавидеть отца. Ненависть с годами выросла и мы, став совершеннолетними, уехали из дома.

– Вы оставили мать с этим тираном?

– Нет, когда я уехал, Абраам был с мамой, а потом отец скончался. Бабушка с дедушкой перебрались к маме, а Абраам переехал ко мне.

– Значит, ты здесь не один? В начале разговора ты сказал, что один в Америке.

– Да, потому что это правда. Несмотря на то, что мы живем в одном городе, почти не видимся. Он учится на юриста, живет в общежитии, а на каникулы едет в Израиль. Я же помогаю своей семье деньгами.

– Вот почему ты согласился на мой контракт, тебе нужны деньги? – Пол откинулся на стул и взял стакан с соком.

– А кому они не нужны? – фыркнул Давид.

– Мы с тобой похожи, – его слова прозвучали как утешение.

– В чем? Ваш отец тоже избивал вашу маму?

– Нет, он не был насильником, он убивал мою маму по-другому. Ты слышал о душевном насилии?

– Нет, но могу представить себе.

– Моя мама была очень сильной женщиной. Отец служил в авиации, и долгое время отсутствовал из дома. Мама одна воспитывала меня и занималась домашними делами. Мы жили в деревне и у нас было много скота. Она все умела: была и женщиной, и мужчиной, и мамой, и папой – короче, всем для меня. Но тут случилось ужасное: папа попал в аварию. Человек, который всю жизнь летал, попал в ДТП на мотоцикле. После ему сделали операцию и он мог ходить только на костылях.

– Это ужасно.

– Да, он вернулся домой. Знаешь, я даже был рад, не понимал, что случилось, просто радовался, что папа дома и больше не уедет. Мое счастье длилось недолго. Спустя неделю он начал очень плохо вести себя. Оскорблял маму, говорил, что без него она не смогла правильно воспитать меня, что дом в ужасном состоянии. Вскоре он продал весь скот, оставив нас без дохода. Он начал пить и играть в карты со своими друзьями из армии. Мама на глазах старела, она работала в две смены, и совсем не заботилась о себе.

– А почему она не уходила от него?

– Жалела его, наверное. Я же сказал тебе, что она была очень сильной. Но долго она не выдержала, после трех лет она скончалась. Доктор сказал, что она была душевно истощена и сердце не выдержало.

– Мне очень жаль, – Давид немного успокоился после рассказа Пола. Он уже выглядел не таким взволнованным.

– Все в порядке.

– А ваш отец? Где он сейчас?

– Он умер семь лет назад, когда ему было восемьдесять девать.

– Вы с ним общались?

– Нет, но я помогал ему деньгами.

– Да уж, чем-то мы похожи, вы правы, – Давид сделал глоток апельсинового сока. Все это время он не притрагивался ни к чему на столе.

– Тебе нужно поехать домой, проведать родных. Мой совет тебе – не отдаляйся от них.

– Когда у меня будут деньги, поеду к ним.

– Деньги это не самое важное, – Пол возмущенно посмотрел на Давида.

– Нет, вы не понимаете, я обещал помочь маме. Поэтому и приехал в Америку.

– Знай, что через месяц ты увидишь своих родных.

– Спасибо вам за это.

– Я же не знал про твои проблемы. Знаешь, если бы не контракт, дал бы тебе денег сегодня же. Но если я поступлю так, другие соседи откажутся сидеть со мной.

– Я все понимаю, не беспокойтесь. Я ждал шесть лет, подожду еще месяц.

– Буду рад помочь. Скажи, если что-то понадобиться.

– Спасибо, но я справлюсь сам, – он попытался придать своему голосу уверенность.

– Ты напоминаешь мне себя в твои годы: напористый, смелый; знаешь, чего хочешь. Поверь, ты добьешься своего.

– Если у меня будет хотя бы пять процентов того, что имеете вы, я буду несказанно счастлив.

– Все, что у меня есть, это заслуга Эндрю, мне и пяти процентов хватило бы.

Клара появилась из неоткуда прямо перед Давидом, от чего он испугался и закричал.

– О Боже, Клара!

– Простите. Пол, вам пора на процедуры.

– Давид, ты прогуляйся, пока моя Клара будет лечить меня.

Давид сидел у бассейна и размышлял про рассказ Пола.

«Значит, у него есть похожая история, и он меня хорошо понимает. Если я продолжу в этом духе, то вскоре подружусь с ним. А может, это вырастит во что-то большее. У него никого нет, и я могу стать для него чем-то вроде родственника. А может, он увидит во мне сына, которого у него никогда не было. Было бы забавно заполучить больше, чем миллион. Утром я сомневался, когда стучал в дверь, но сейчас вся эта затея кажется мне очень даже хорошей».

– Простите, я вам мешать,– сказала Клара.

– Что случилось Клара?

– Пол звать вас.

– Где он?

– У себя в комнате.

– Я смогу найти ее?

– Следовать за мной.

Клара ходила впереди, а Давид молча следовал за ней. Он смотрел на эту женщину и думал.

«Интересно, Пол впишет ее в свое завещание. Как-никак, она долгое время работает в этом доме и для него самый близкий человек. А может, он оставит все Эндрю и его семье».

– Какие у вас отношения с Полом? – После долгих раздумий спросил Давид.

– Я прислуга, – коротко ответила она.

– Только и всего? У него совсем нет родных.

– Нет.

– А вы?

– Прислуга.

Они дошли до спальни Пола. Клара открыла дверь и ушла. Комната была маленькой, что вызвало у Давида удивление. Почему комната для собаки больше, чем его спальня. Пол был очень слабым после капельницы, у него кружилась голова, из-за чего он не мог даже поднять ее с подушки.

– Подойди ближе, Давид, сядь рядом.

Рядом с его кроватью был маленький стул, очень неудобный. Еще в комнате был маленький шкафчик для одежды, тумбочка, на которой лежали личные вещи Пола. На стене были огромные часы, которые из-за размеров комнаты казались больше, чем они есть на самом деле. Давид сел и сразу же почувствовал насколько неудобен стул, но у него не было другого выбора из-за отсутствия альтернативы.

– Как вы себя чувствуете, Пол? – спросил он.

– Плохо, честно говоря. Эти лекарства убивают меня.

– В смысле?

– Я начинаю плохо соображать, мозг работает медленно. Мне вообще кажется, что весь организм работает медленнее. Но доктор говорит, что так и должно быть.

– Я очень хочу вам помочь. У меня никогда не было нормалных отношений с отцом. Но когда я узнал о его смерти, мне было плохо оттого, что меня не было рядом.

– Я не умираю, Давид, – Пол улыбнулся ему.

– Я хотел сказать, что винил себя за его смерть. Может быть, если бы я не уехал, смог бы позаботиться о нем, и он был бы жив. Может, после этого он увидел бы во мне сына.

– Мы не можем изменить ход событий, если время пришло, значит… – он промолчал ненадолго, – но я ценю твое отношения к отцу. Он был плохим человеком, а ты все равно любил его.

– Я понял это очень поздно, только после его смерти.

– Давай не будем о грустном. У меня на такие случаи очень хорошее кино.

– Какое?

– Включи телевизор.

На стене перед кроватью висел маленький телевизор. Давид включил его и фильм сразу же начался.

– О чем он? – спросил он.

– Фильм про людей, которые потеряли веру. Социальные и финансовые проблемы, безразличие близких людей, рассуждения и осуждения в социальных сетях. Одним словом, о проблемах человека двадцать первого века. Но у людей все еще есть оружие, которое может вернуть веру.

– Любовь?

– Ты прав, любовь, любовь к жизни, к своей семье. Она помогает, спасает. Только любовь…

Пол прослезился, что не ускользнуло от глаз Давида.

– Мой совет тебе: если нашел любовь всей своей жизни, не теряй ее. Вот я в молодости был так глуп, что думал – проживу без нее.

– Так значит, вы потеряли свою веру? Веру к чему?

– Когда живешь в большом городе, не успеваешь думать о таких вещах. Пока у тебя не случается сердечный приступ.

– Как у вас?

– Да, за эти несколько дней я понял, что потерял веру в то, что все будет хорошо, и я не умру в одиночестве.

«Моя задача окружить его любовью и заботой», – подумал Давид.

– Пол, а можно приходить к вам почаще?

– Хочешь сделать одолжение соседям?

– Нет, хочу проводить больше времени с умным человеком, думаю, я смогу многому научиться у вас.

– Я не самый лучший человек.

– Я так не считаю.

– Нет, договор есть договор, – твердо сказал Пол, – не больше двух дней в неделю. Ты – понедельник. А это значит, будешь сидеть со мной только по понедельникам, и в воскресенье на общем собрании.

Давид решил не спорить, и следующие два часа они молча смотрели фильм. С окончанием фильма Пол уснул, не увидев завершения и слезы на глазах Давида. Тот выключил телевизор и спустился в холл. Клара уже ждала его у стола.

– Вы быть голодны?– спросила она.

– Да,– ответил Давид.– А почему два прибора?

– Потому что я пришел проведать вас,– сказал Эндрю.

Он сидел на огромном диване, и Давид не мог его видеть до того, пока он не встал.

– Добрый день, я вас не заметил.

– Это нормально не замечать людей в этом большом доме.

– Ваш дом меньше?

– Хм, – усмехнулся Эндрю, – вы, должно быть, голодны мой друг, так что давайте поедим.

Они сели за стол. Давид был рад, что обед не похож на завтрак, и он мог нормально и сытно поесть. Клара приготовила оленину с гарниром, салат из лука и шампиньона, жюльен и пасту. Тарелки были белоснежные, приборы -из серебра, а бокалы сверкали под лучами солнца.

– Так много всего! – воскликнул он.

– Пол любитель поесть, – сказал Эндрю. – Жаль, что он не может к нам присоединиться.

– Он такой одинокий. У него правда совсем нет родственников?

– Если он их не скрывает, то нет, у него никого нет.

– А Клара?

– Что Клара? – Эндрю посмотрел в сторону кухни.

– Какие у них отношения?

– Клара влюблена в него с первого дня их встречи, – прошептал Эндрю.

– Это взаимно?

– А как ты думаешь? – он снова посмотрел в сторону кухни и широко улыбнулся.

– Думаю, что нет. Если бы это чувство было взаимным, то Клара была бы хозяйкой этого дома, – последние слова он прошептал так, чтобы Клара не услышала.

– Так точно. Она этого и хотела. Знаешь, свадьба и все такое не из-за любви, все по расчету. Люди женятся по расчету. Вот, возьмем мою жену, она выбрала меня за мои деньги, достижения, положение в обществе.

– А вы за что ее выбрали?

– За ее богатство, чтобы мое удвоилось. Кому нужны нищие родственники? – он расхохотался и чуть не подавился оливкой.

На самом деле жена Эндрю была богаче его несколько раз. А родственники Софии недолюблевали зятя. “Он не из нашей лиги, – говорил отец Софии при каждой встрече”.

– С вами все в порядке?

– Да, – ответил Эндрю, кашляя.

“Чтоб ты подавился”, – подумал Давид и улыбнулся ему.

– Послушай, Давид, я тебе кое-что скажу. Я знаю, что у тебя на уме.

– И что же?

– Ты думаешь, Пол – одинокий, больной человек, который хочет любви и заботы, увидит в тебе того самого.

– Кого?

– Родного человека, которого у него нет, – голос Эндрю звучал все громче и громче. – Ты, как и все твои соседи, лицемер и мошенник.

– Зачем мне это?

– Ради денег, например. Думаю, это вполне весомая причина.

– Думаете, что хотите. Я здесь, потому что у меня контракт и позже я смогу проведать моих родных, – Давид стукнул по столу.

– И как тебе не стыдно играть с чувствами больного человека.

– Мне пора идти.

Он аккуратно вернул стул на место и, не попрощавшись, ушел. Клара что-то закричала ему в след, но Давид не остановился.

Давид вошел в свою мастерскую и принялся рисовать. Он всегда рисовал, когда был не в настроении или же был зол. Мастерская была маленькая. В углу комнаты стоял маленький стол для красок и кистей, на полу были разбросаны чистые холсты. У маленького окна стояли два мольберта. На одном из них всегда висел чистый холст, готовый к творению художника, а на другом – незаконченная картина девушки. Черноволосая красавица сидела у окна и играла с волосами. Она смотрела вдаль, где под деревом стоял мужчина. Лица его не было видно, но он, очевидно, следил за девушкой. Взгляд его был направлен к ее окну. Давид посмотрел на девушку, потом на чистый холст. После нескольких минут раздумий он принялся доделывать картину с девушкой.

Глава 4

Вторник. День второй.

Сиена Коллинз.

Она всегда вела себя как модель, спустившаяся с подиума, хотя никогда не ходила по нему и видела его только по телевизору. Мама с детства говорила, что она рождена для подиума.

– Однажды весь мир узнает о тебе, Сиена. Ты будешь знаменита, и все девушки будут завидовать тебе, – говорила она дочери, когда та была еще маленькой.

Но единственным человеком, который стал завидовать Сиене, была ее мать. Она росла и превращалась из милой девушки в красивую женщину. А мама с возрастом теряла былой облик, и морщины на лице выдавали ее возраст. Она родила Сиену в сорок лет и эта разница в возрасте стала причиной ненависти к собственному ребенку.

В двадцать лет Сиена вышла замуж и уехала от мамы. После этого они больше не виделись.

Сиена позвонила в дверь.

– Вы опоздать, – Клара изучала женщину, стаявшую у двери.

– И тебе доброе утро.

Клара ничего не ответила. Она отошла в соторну и впустила Сиену в дом.

– А где Пол?

– В саду. Идти за мной.

Сиена молча пошла за Кларой.

Пол сидел у бассейна и пил свежевыжатый сок апельсина. У него был озабоченный взгляд.

– Привет, – сказала Сиена.

– Ты опоздала на полтора часа.

– Я приводила себя в порядок,– ответила она довольным тоном. – Тебе не нравится?

Сиена играла с волосами и позировала перед Полом. Он осмотрел ее с головы до пят. У Пола были смешанные чувства: Сиена была очень красивой женщиной, но вкус у нее был, мягко говоря, плохой.

– Скажем так, не в моем вкусе.

– Ничего, я переживу, – она приняла другую позу.

– Прости, но я позавтракал без тебя, так как ты опоздала.

– Я не завтракаю. Только кофе по утрам. Чем будем заниматься?

– Шоппинг!

– Прости, чем? – она не верила своим ушам.

– Я думал, ты знаешь, что это такое.

– Я знаю, что это такое. Мне показалось, я неправильно услышала.

– Нет, все правильно. У меня голова кружится от твоего вида, но не в хорошем смысле.

– Я плохо одета? – Сиена опустила голову и посмотрела на свои ноги.

Она была одета очень вульгарно: джинсовая мини-юбка, леопардовая маечка – вся в дырочках, живот чуток был приоткрыт, а на ногах, несмотря на жару, были ковбойские сапоги.

– Нет, неплохо, просто ужасно безвкусно. Моя Клара одета лучше тебя.

Сиена надула губы как обиженный ребенок. Ей было тридцать шесть, высокая, стройная, как мечтала ее мама – тело модели. У нее была короткая стрижка, из-за чего шея казалась длиннее. Глаза были черные и узкие, что выдавало в ней гены отца. Мама всегда скрывала, что ее отец из страны восходящего солнца, но глаза Сиены выдавали тайну матери. У Сиены было круглое лицо с нежными чертами, большие и пухлые губы. Она могла не краситься, природа была к ней щедра. Но Сиена с восемнадцати лет носила макияж.

– Знаешь, ты была бы идеальной красоткой, если бы глаза были побольше, – говорила ей мама в детстве.

– Мне нравятся мои глаза, я не похожа на других детей в садике, – отвечала девочка.

По сей день Сиена гордилась своими глазами, которые напоминали ей свои корни.

– Клара! – закричал Пол.

Клара появилась только спустя пять минут.

– Клара, скажи Дену приготовить машину, мы идем за покупками.

– Так, все серьезно? – удивилась Сиена.

– Если хочешь свалить как вчерашний мудак, сделай одолжение, уходи сейчас.

– Я никуда не уйду, у нас с тобой контракт. Эти деньги мне очень нужны.

Когда ребенок попадает в магазин игрушек, он становится неконтролируемым. Ему хочется касаться всего, к чему достают руки. Ему хочется всего и сразу.

Сиена Коллинз несмотря на свои тридцать шесть лет напоминала маленькую девочку, которая давно мечтала попасть в магазин игрушек. Она была окружена шиком, лоском и роскошью. Все любимые марки одежды собрались в одной комнате, чтобы встретить ее. Как долго Сиена мечтала об этой встрече. Сколько раз, проходя мимо таких магазинов, она представляла, как примеряет одежду от «Chanel», «Yves saint loran», «Dolce & Gabbana»… Этот список можно было продолжать бесконечно.

– Но здесь только женская одежда, – сказала Сиена, придя в себя.

– Мы здесь, чтобы купить женскую одежду. Я хочу изменить твой стиль.

– А мое согласие тебе не нужно?

– Нет. Подписав договор, ты обязалась сделать все, что я тебе велю.

Сиена была счастлива, что сможет наконец-то одеться так, как всегда мечтала. Но слова о том, что она безвкусно одета, задели ее самолюбие. Пол позвал работницу магазина и велел ей собрать самый лучший образ для ее спутницы. Продавщица вскоре вернулась с несколькими помощницами. Каждая из них держала в руке несколько нарядов.

Сиена вошла в примерочную и стала надевать один наряд за другим. Вскоре она вошла во вкус, и даже приняла правоту Пола о ее одежде. Ей все шло, она была рождена для высокой моды. Сиена хотела бы унести все наряды к себе домой, но один костюм понравился ей больше остальных. Это был изумрудно-зеленый брючный костюм от Карла Лагерфилда. Брюки были обтягивающие, похожие на трико, а костюм был мужского кроя, свободный, чуть великоватый. Она надела туфли на шпильках и стала на голову выше. На этот раз Пол был ошарашен ее видом, перед ним стояла красивая женщина с хорошим вкусом.

– Возьмем? – спросил Пол, не отрывая взгляда от Сиены.

– Я думала, мы только будем примерять.

– Тебе нравится?

– Да, но у меня нет таких денег.

– Это подарок.

– За что?– она не могла скрыть свое удивление.

– Не тебе. Это подарок мне, чтобы моему глазу было приятно.

Сиена ничего не ответила, и Пол принял это за согласия.

– А теперь мы с тобой пойдем в ресторан и пообедаем, – объявил Пол. – Но сначала избавься от этого макияжа.

– Мэм, пойдемте со мной, – сказала работница магазина, – я вам помогу.

Она вернулась к Пола в другом обличье. Теперь он мог увидеть всю красоту Сиены. Узкие, но очень глубокие глаза, длинные ресницы, розовые щеки, как у ребенка. Бледные губы с легка накрашенные жидким блеском. Ее кожа была бледной, почти прозрачной, из-за чего Пол мог видеть маленькие капилляры на ее лице. ‘’ Зачем она носит маску из макияжа, если может покорить сердца своей естественной красотой?’’ –Подумал Пол.

Понадобилось столько же времени в ресторане, чтобы Сиена осмотрелась и успокоилась. Пол придержал стул для нее, помог справиться с многочисленными приборами. Он объяснял, что для чего используют.

– Мне как обычно, – сказал Пол официанту.

– Мне тоже принесите то, что и Полу, – она даже не взглянула на меню.

– Итак, начнем.

– Что?

– По контракту ты должна мне рассказать о себе. Все, что ты хочешь. Но только правду.

– Хороршо. Но с чего начать? – она приняла задумчивый вид. – У меня было беззаботное детство, я принимала участие во всевозможных конкурсах красоты. Но я не любила конкурсы, все было ради мамы. Я лишь соглашалась, чтобы она была счастлива. Потом я вошла во вкус и мне захотелось настоящего подиума, но… – она нервно играла с волосами и прикусывала верхнюю губу, – но это осталось в моих мечтаниях.

– А твой отец? – спросил Пол положив руку поверх руки Сиены, чтобы успокоить свою собеседницу.

– Он бросил маму, когда узнал о беременности. Она никогда не говорила о нем. Только, что он американец, пьяница и наркоман. Но потом я узнала, что он из Японии и у него большая юридическая компания.

– Если он был богат, почему твоя мама не требовала алименты?

– Она была слишком гордой. Отец был помолвлен, когда встречался с мамой,– Сиена убрала руку и стала играть с волосами.

– Вот хам!

– Согласна.

– А где сейчас твоя мама?

– У меня с ней очень сложные отношения. Хотя, можно сказать, что у меня с ней никаких отношений нет. Я вышла замуж, когда мне исполнилось двадцать и переехала в Нью-Йорк. Мы с мамой общались сначала, но потихоньку все стало осложняться.

– Из-за чего?

В это время официант принес заказ и поставил перед ними. Это был салат из брокколи, утка в соусе и вино.

– Она хотела внуков.

– Это нормально – хотеть внуков, – Пол начал разделывать утку.

– Я тогда училась, мой муж тоже, у нас не было времени на это. Мы купили собаку и она стала для нас членом семьи, – Сиена решила начать с салата.

– Но ведь домашний питомец не мог заменить ребенка.

– Моя мама тоже так говорила. Мы с мужем были заняты работой и все время откладывали разговор о детях. Мы хотели заработать столько, чтобы у наших детей было все. Но время пролетело очень быстро, я даже не успела моргнуть.

– Ты еще молода.

– Мы пытались с мужем два года, но ничего не получалось. Потом выяснилось, что у него рак.

– Это очень грустно, – сказал Пол и снова положил руку поверх руки Сиены.

– Все в порядке.

– Как твой муж сейчас? Я его давно не видел.

– Он умер…

– Мне очень жаль. Когда? – Пол сжал хрупкие пальцы Сиены в своей сильной руке.

– Уже прошло полгода и я приняла его уход. Он лечился в Израиле, там я его и похоронила.

– Почему не в США?– удивился Пол.

– Так было дешевле. Я очень сильно по нему скучаю.

– Тебе понравилась утка? – сменил тему Пол.

– Я не ем мясо, но салат был изумительным. Спасибо тебе, Пол, за все, за этот день. Может, для тебя это только контракт, но для меня он стал сказочным.

– Для меня он тоже стал особенным.

– Правда? И чем же?– она положила руку под подбородок и уставилась на него.

– Твоя история. Она очень похожа на мою.

– Ты мне расскажешь?

– Дома. Сейчас мне пора на процедуры.

Клара давно ждала их возвращения. У нее был очень недовольный вид.

– Вы опоздать, я злюсь, – закричала Клара и захлопнула дверь за ними.

– Клара, постав чайникь для Сиены, – Пол покосился на Клару. – Я буду ждать тебя у себя в комнате. Сиена, побудь пока здесь, выпей чаю.

Пол поднялся наверх. Было видно, что он утомлен. Он тяжело поднимался и очень трудно дышал. Клара пошла на кухню и позвала Сиену за собой. Она поставила чайник и стала накрывать на стол.

– Клара, можно задать тебе вопрос? – начала Сиена.

– Что?

– У Пола есть семья?

– Нет.

– А у него была жена? Дети?

– Жена – да. Была.

– А что случилось с ней? Где она сейчас?

– Она умерла от рака. Они были кошка-мышка.

– Почему?

– Они долго хотеть иметь дети, но она быть бесплодна, – сказала Клара и поставила чашку чая перед Сиеной.

Клара не просто поставила чашку, она почти что швырнула ее на стол и пролила чай на новый наряд Сиены.

– Ой, простить меня, – закричала Клара.

“Так тебе и надо, самоуверенная дура”, – подумала Клара и пошла за полотенцем.

– Не надо, Клара, сейчас высохнет.

“Значит, ты не только самоуверенная дура, но и свинья”, – Клара усмехнулась и вернулась к ней за стол.

– Значит, Пол упрекал свою жену из-за бесплодия?

– Я этого не говорить. Пол любить свою жену. Он до конец сидел рядом с ней в больница, – с трудностью выговорила Клара.

Сиена выпила чай в тишине, потом поднялась наверх, чтобы проведать Пола. Он лежал с капельницей. Она оглянулась и так же, как Давид, удивилась, насколько маленькая его спальня. Сиена поняла, что ей придется сидеть на ужасно неудобном стуле или стоять возле постели Пола.

– Садись, – раскомандовался Пол и ей пришлось сделать выбор в пользу стула.

– Как ты сейчас? Я тебя очень утомила?

– Нет, я люблю гулять и ходить по магазинам.

– Мой муж никогда не ходил со мной по магазинам, для меня сегодняшний день был особенным. Ни один мужчина не выбирал для меня одежду, да и не покупал.

– Я рад, что хоть кому-то смог помочь, – сказал Пол и добавил. – Ты не будешь возражать, если я включу телевизор?

– Нет, – ответила Сиена, – но ты не рассказал какая у тебя история.

– Разве ты не расспрашивала Клару?

– Откуда ты…

– Люди так предсказуемы, – Пол включил телевизор.

Сиена не знала, что этот же фильм вчера Пол смотрел с Давидом. Давид тоже не знал, что каждый вечер Пол перед сном смотрит один и тот же фильм. Сиене он показался очень скучным, и вскоре она сказала, что должна вернуться домой, если Пол не возражает.

– Ты хотя бы спросила. Вчера Давид ушел и нарушил правило моего контракта.

– А что будет ему от этого?

– Через месяц не мне, а ему придется заплатить мне миллион.

– Но этого не было в контракте, – удивилась она.

– Тебе так кажется. Кто-нибудь из вас хотя бы дочитал его до конца?

Сиена не возразила, потому что сама не читала контракт, увидев сумму, которую им должен был выплатить Пол.

– Так что, я могу уйти? – спросила она опять.

– Можешь уйти, если сама этого хочешь.

– Это будет нарушением контракта?

– Нет, ты же предупредила.

Сиена спускалась по лестнице в своем новом костюме. Ее походка и осанка изменились, теперь в ней невозможно было узнать утреннюю Сиену.

– Добрый вечер, – настречу ей вышел Эндрю.

– А, красавчик друг.

– Мы знакомы?

– Я соседка Пола.

– Сиена? Не может быть. Что он с вами сделал?

– Вам нравится?

– Да. Может, выпьем кофе?

– У меня дела, но я буду рада выпить с вами кофе, скажем, завтра.

– В субботу, – предложил Эндрю, – завтра у меня деловая встреча.

– Мне удобно в субботу.

Эндрю достал визитку из кармана и протянул Сиене.

– Позвоните мне, договоримся о времени и месте встречи.

Сиена взяла визитку, поцеловала Эндрю в щеку.

– До свидания, Эндрю.

– До свидания.

Эндрю проводил ее до выхода.

– Вы к Полу? – спросила Клара.

– Нет, я хотел увидеть, кто сегодня был у вас в гостях. Теперь мне нужно домой.

Глава 5

Среда. День третий.

Рикки Гонсалез и Грейс Карсон.

– Клара, как поживаете? – спросила Грейс, входя в холл.

– Хорошо, – коротко ответила Клара.

Грейс вела себя спокойно, она не разглядывала дом и не удивлялась ее роскошности. Грейс сама была из богатой семи. Она выросла в семье судьи Тома Карсона, который отличался алчностью и любовью к деньгам. Этот человек накопил большое состояние, но не включил никого из своих детей в свое завещание.

– Когда сами заработаете свой первый миллион, тогда и поговорим о завещании, – говорил Том своему сыну и дочери, – я добивался всего сам в этой жизни, никто мне не помогал. Я дал вам образование и на этом все. Теперь вы сами должны позаботиться о себе.

Грейс училась на доктора, но в свои тридцать лет все еще работала в больнице помощником доктора. Она не отличалась хорошими способностями и умениями, вот и не получала эту должность. Но Грейс усердно работала над собой и стремилась к своей мечте. Иногда она забывала, что ее мечта не сбылась и принимала решения за докторов. Из-за этого у нее всегда бывали проблемы на работе.

– Сколько раз тебе повторять, здесь решения принимаю я! – орал на нее лечащий врач. – Если бы ей стало плохо, ты бы ответила за свои поступки?

– Но ведь девочке стало лучше, – защищалась Грейс.

– Это не имеет значения, могло быть и хуже. Тебе просто повезло. В следующий раз без моего ведома не делать ничего!

Клара повела Грейс к бассейну, где за столом сидел Пол.

– Доброе утро, Грейс! – сказал Пол. – А где Рикки?

– Он на работе, в три часа заменит меня. Надеюсь, никаких проблем не будет.

– Нет, я понимаю. Садитесь, – он протянул руку и показал на стул, расположенный перед ним.

– Здоровое питание – это хорошо.

Грейс была очень миловидной женщиной среднего роста, чуть-чуть худощавой, но с красивой фигурой, у нее были длинные каштановые волосы. Она всегда ходила с собранными волосами. У Грейс почти всегда был очень деловой, собранный вид. Этому она научилась у отца.

– Если расслабишься хоть на секунду, дел наберется на целую неделю, – говорил ей отец. – Будь всегда наготове, будь внимательной и собранной.

Грейс пыталась, но у нее не всегда получалось. Иногда она думала, что не все сделала на максимуме, вот поэтому и топталась на одном месте. Сегодня перед Полом она сидела в домашней одежде, волосы были распушены.

– Я думал, у вас сегодня выходной, – сказал Пол, выпивая свежевыжатый апельсиновый сок.

– Нет, в три часа у меня смена.

– Тогда поешьте, чтобы набраться сил. Вы ни к чему не притронулись.

– Я не любитель всяких каш. Я лучше выпью чай, – она взяла стакан, поднесла к носу и вдохнула. Аромат чая освежил ее.

– Итак, Грейс, рассказывайте, – закончив есть кашу, он уселся поудобнее.

– О чем?

– Обо всем, о вас. Займите меня чем-нибудь.

– Ладно, с чего бы начать, – она почесала щеку, приняла задумчивый вид. – У меня медицинское образование, работаю помощником врача. Но вскоре надеюсь на повышение.

– Это что, новая профессия?

– Это прихоти нашего главврача, доктора Стивенса. Нужно заслужить звание врача, так он говорит, – Грейс закатила глаза.

– С этим я согласен. Думаю, доктор Стивенс хочет собрать хорошую команду врачей, которые знают свое дело.

– Мы сдавали экзамен, и он решил, что мне нужно больше времени на практику, – она снова закатила глаза и сделала глоток чая.

– Успокаивает, правда? Это зеленый чай с цветами сирени и кожурой апельсина.

– Да, помогает. Знаете, Пол, как обидно усердно работать днем и ночью, не покладая рук, но оставаться на одном и том же месте. Я знаю много докторов, которые не знают и половины того, что знаю я…

– Я не хочу, чтобы вы злились. Грейс, я могу поговорить с доктором Стивенсом, он мой лечащий врач.

– Я вам правда благодарна, но свое повышение я получу сама, – уверенно сказала Грейс и встала. – Может, прогуляемся в вашем саду? Вам это пойдет на пользу.

Пол встал и подошел к Грейс, они медленно направились в сторону сада.

– Ваш отец был строгим? – нарушил тишину Пол.

– Это так заметно?

– Да, он воспитал настоящего бойца.

– Приму это как комплимент.

– Вы всегда отказываетесь от помощи?

– Да, я привыкла всего добиваться сама. Отец часто говорил нам с братом, что нельзя ни на кого надеяться, даже друг на друга.

– А как же на работе? Ведь, чтобы иметь успех, нужно работать в команде. Присядем?

Они присели на скамейку между двумя деревьями. Сад был завораживающим, садовник поработал на славу. Зеленая трава была теплей под первыми лучами солнца. Воздух был чист и слегка влажен после дождя, который шел всю ночь.

– Я с вами согласна, Пол. На работе я пытаюсь быть командным игроком. Но иногда хочется самой выбирать игру, решать роли остальных игроков и давать им задания.

Грейа сняла туфли и насладилась теплотой травы. Она откинула голову, на ее лицо упали яркие солнечные лучи.

– Грейс, бывало ли так, чтобы вы нарушали правила игры?

– На работе?

– Да.

– Ну конечно, – удивилась она. – Как же без этого?

– А как вы познакомились с Рикки? – сменил тему Пол.

– Когда я поступила в университет, он был на втором курсе, – у нее загорелся взгляд. – В первый же день занятий я опозорилась.

– Как это?

– В письме с уведомлением о поступлении, было задание на лето. Вот я от радости пропустила эту часть. В первый день учебы из ста студентов к доске вызвали именно меня.

– О, понимаю, со мной тоже бывало такое.

– Тогда вы понимаете, что я почувствовала: стыд, позор и все такое,– она нежно улыбнулась и добавила. – Я выскочила из аудитории и столкнулась с Рикки. С первого взгляда я поняла, что встретила своего мужчину.

– Тебе повезло, – он встал и протянул ей руку. – Я покажу тебе моих рыбок.

Грейс приняла приглашение, и они направились к южной части сада. Там была маленькая лужайка с прудом, где плавали рыбки. Пол вынул из кармана пачку с едой для рыб.

– Поможешь мне?

– Конечно. Ваш сад очень красивый.

– Это не просто сад, это моя жизнь. Посмотри на эти деревья, это персики.

– Они прекрасны.

– Каждый из них был посажен после заключения сделок, как знак победы. А цветы были посажены после расставаний…

– У вас больше деревьев, чем цветов, – заметила Грейс.

– Да, ты права, – он улыбнулся, – потому что у меня на первом месте всегда была работа, как и у тебя.

– А почему персики?

– Они сладкие, как мои сделки.

Цветение плодовых деревьев представляет собой поистине изумительное зрелище. Цветущий персиковый сад Пола завораживал Грейс своими красками и ароматом. Кажется, что цветущие деревья дисциплинированно выстроились в ряды и бегут друг за другом. Контрастный фон темно-зеленых растений подчеркивал трогательную нежность цветущего персикового сада…

– У моего отца тоже был красивый сад, но нам не позволяли там гулять.

– Почему?

– Нам с братом не разрешали расслабляться ни на секунду. После уроков мы ходили в самые разные кружки, а потом занимались дома. Знаете, что самое досадное? – она фыркнула и бросила в воду последнюю порцию еды.

– Тебе ничего не пригодилось из всего этого.

– В самую точку. Я даже брала уроки фехтования.

– У вас есть дети?

– Пока нет, но когда я стану врачом, обязательно заведу.

– В таком случае, у тебя времени будет еще меньше чем сейчас, – Пол оглянулся на ручей и пошел в сторону бассейна.

Грейс молча шла за ним. Она мыслено представила себя главврачом интенсивной терапии, от чего на лице появилась улыбка.

‘’А как же дети?’’,– спросила она себя и ответила,– ‘’А дети подождут’’.

– Грейс, что для тебя важнее: семья или карьера? – спросил Пол, когда уселся у бассейна.

– Обе, – ответила она и посмотрела на телефон. – Простите, Пол, я пропустила звонок от мужа.

– Перезвоните.

Она отошла и позвонила Рикки. Было видно, что Грейс была чем-то встревожена, она злилась на мужа. Пол услышал только несколько фраз, но понял, что у них проблемы на работе.

– Все в порядке? – спросил Пол.

– Одному из пациентов Рикки стало плохо. Но сейчас все в порядке. Он уже выехал и скоро будет здесь. Можно я пойду? Мне нужно переодеться.

– Конечно, не вопрос. Спасибо за отлично проведенное время.

– Пол, не думаю, что вам сейчас можно курить, – начал Рикки, войдя в комнату Пола.

– Клара, оставь нас, – Пол потушил сигарету и покосился на Рикки.

Клара удалилась. Рикки молча сел на маленький стул возле постели. Он не знал, о чем говорить с незнакомым человеком. Пол тоже молчал, после капельницы ему не всегда хотелось говорить. Рикки смотрел на больного и вспоминал неприятный инцидент, произошедший тем утром.

– Как это понимать? – кричал доктор Аткинс. – Сколько раз можно повторять одно и тоже?

– Доктор, послушайте, она хотела как лучше, – защищал свою жену Рикки.

– Это не в первый раз. Она должна помнить свое место и не принимать решения за тебя.

– Я поговорю с ней, этого больше не повторится, – Рикки молил, чтобы доктор согласился. – Пока что никому ничего не говорите.

– Я сделаю это, только потому, что ты мой друг и хороший врач. Но умоляю, объясни своей жене, что она наш подчиненный. Доктор Стивенс знает об этом?

– Да, я ему все рассказал.

Рикки был так поглощен своими воспоминаниями, что не заметил, как начался и закончился фильм.

– Рикки, вам понравился фильм?

– Да, хорошее кино, – солгал он.

– Я хочу развеяться. Может, прогуляемся в парке? Он недалеко отсюда.

Было начало майа, но на улице стояла жаркая погода. Парк даже в самый жаркий зной окружит своего посетителя тенистой прохладой и шорохом листьев. Стоит только присесть в тени большого дерева и насладиться холодным чаем. Людей в парке было мало, и Полу это нравилось. Он наслаждался теплой погодой.

– После всех этих лекарств мне становится плохо, пальцы на руках немеют, неописуемый холод овладевает мной и только теплота солнца нравиться мне,– он поднял голову и посмотрел на солнце.

– Я тоже люблю теплую погоду, – без энтузиазма ответил Рикки.

– Рикки, вы здесь, со мной, и где-то еще, но мыслено. У вас все в порядке?

– Небольшие проблемы на работе, но я не хочу об этом говорить, – выдавил через зубы Рикки и присел рядом с Полом.

– Я хочу, чтобы ты мне все рассказал. Расскажи, что тебя тревожит.

– Я всегда любил все контролировать, но есть вещи, которые мне не под силу. Я старший ребенок в семье, и родители всегда совещаются со мной, младшие слушаются меня. На работе все меня уважают…

– Но есть одна особа, которая сильнее вас, – перебил его Пол.

Пол посмотрел на свои белоснежные кроссовки, которые чуть-чуть покрылись пылью.

– Ненавижу пыль и грязь. Может, лучше вернуться домой? – пробормотал он.

– Нет! – громко заявил Рикки.

Он встал и начал нервно ходить перед Полом. Он был в таком состоянии уже полгода, после того, как главврач сказал.

– Рикки, поздравляю! У тебя самые лучшие оценки, и практику ты сдал на отлично.

Нет, эти слова не задели его, а наоборот причинили неописуемую радость. Рикки вышел из кабинета главврача с высоко поднятой головой. Ему было чуть больше за тридцать, а он уже врач.

– Ну? Не томи, – возмутилась Грейс.

Она уже полчаса сидела у двери и ждала своего мужа. Грейс молилась, чтобы Рикки был грустным, ведь она вышла из кабинета главврача в слезах.

– Грейс, что случилось? – удивился Рикки.

– Тебе еще нужно учиться, – повторила она слова главврача.

– Не унывай, дорогая, сдашь экзамен в следующем году.

Грейс ничего не ответила, посмотрела на своего мужа взглядом, который говорил: “Не продолжай”.

– Ну же, Рикки! Что он тебе сказал?

– У меня самые лучшие оценки, – сказал Рикки пытаясь не взорваться от гордости.

– Рада за тебя. Это значит, ты доктор Гонзалес?

– Да, – ответил он и обнял свою жену.

Грейс не могла больше сдерживать слезы и заплакала в  объятиях мужа. С того дня что-то между ними изменилось, и Рикки не находил себе место, но не осмеливался начинать разговор.

– Простите, Пол, я не хотел. – он успокоился и снова присел.

– Расскажите мне, что вас тревожит?

– У меня проблемы на работе. Так, пустяки.

– Из-за пустяков так не переживают. Расскажите, что у вас там случилось.

Рикки не любил говорить о своих проблемах вслух. Он всегда с легкостью решал их, но на этот раз все вышло из-под контроля. Рикки не давала покоя мысль о том, что вся его карьера под угрозой.

– Хорошо, расскажу. Может быть, это поможет мне хоть немного успокоиться, – вздохнул Рикки и начал. – Как вы знаете, мы с женой учились на врача, полгода назад я прошел тест на отлично, и главврач принял меня на работу как врача. Но моя жена не прошла тест и осталась помощником врача, – последние слова он произнес так тихо, что Пол еле услышал. – Она впала в депрессию.

– А вы вместе с ней?

– Нет, – усмехнулся Рикки. – Я был так горд, что сначала не замечал ее депрессию. Мы с ней стали меньше общаться, а сейчас и вовсе не разговариваем, после…

Он стал мрачным. Было видно, что-то мучило его, терзало изнутри. Нет, он не винил себя за то, что не замечал стресса жены, наоборот: он винил ее в своих бедах.

– После чего Рикки?

Пол с интересом ждал продолжения этой истории. Столько лет они жили по соседству и его никогда не интересовало, как живут эти люди. А сейчас он предвкушал услышать продолжение истории, сам тому удивляясь.

– После ее очередной проделки в больнице. Грейс все время принимает решения за врачей, а два ее решения обернулись катастрофой.

Когда Рикки рассказывал, его голос дрожал, все тело покрылось потом. Такое он ощущал в последний раз, когда сдавал экзамен для поступления в медицинский вуз. После поступления он никогда так не волновался. Рикки перевел дыхание и продолжил.

– Несколько дней назад она поменяла историю болезни пятилетней девочки. Долгое время мы не могли поставить диагноз. Но в конце концов у нас получилось, и я сам написал в истории болезни способ лечения. В тот же день дома она устроила скандал, заявив, что мы поставили неправильный диагноз.

– Из-за этого вы стали мало общаться? – спросил Пол и почесал затылок.

Пол думал про себя: ‘’Пускай у этой истории будет интересная концовка’’.

– Нет! Если бы. Она поменяла историю болезни и способ лечения, я уже говорил об этом. Но это еще не все. Медсестры утром вкололи ей другие препараты, те, которые выписала Грейс. Бедная девочка чуть не погибла, доктор Стивенс еле смог спасти ее.

– О боже! Сочувствую. Представляю, каково вам, – ему и правда стало жалко Рикки и ее жену, и конечно же, бедную девочку. – Но все ошибаются, не нужно так строго к ней относиться.

– Это не в первый раз. Из-за нее другая девочка лежит в коме уже полгода. Ее хотят уволить. В конце месяца будет совет и ее точно уволят. Я несколько раз пытался поговорить с ней, но боюсь сделать еще хуже, – он двумя руками схватился за голову.

– Если вы не расскажете ей сейчас, потом она обидится больше.

– В любом случае будет скандал.

Рикки посмотрел на часы и добавил.

– Ой, мы засиделись, мне нужно в больницу.

– Сначала отвезите меня домой, – пробормотал Пол.

– Конечно.

– Доктор Гонзалес, вас ждут в кабинете доктора Стивенса.

– Моя жена тоже там?

– Нет, она в палате двести два. Позвать ее?

– Нет, – закричал Рикки и сам удивился своему тону. – Прости. Не говори ей, что я в больнице, если она спросит.

– Хорошо.

– Рикки, садись, – доктор Стивенс стоял у открытого окна и курил, – ты был в гостях у Пола?

– Да. Не понимаю, зачем ему все это?

– Ты сказал ему все, как мы договорились?

– Да.

– Какая у него была реакция?

– Думаю, все прокатило.

– Отлично, – он потушил сигарету и закрыл окно. – Значит, он ничего не знает.

– Грейс уволят?

– Тебе придется пожертвовать ею.

Рикки вышел из кабинета Стивенса утомленным и уставшим. Он направился к директору и попросил выходной.

Глава 6

Четверг. День четвертый.

Сиара Стоун

Пол был в раздумьях. Он сидел на террасе и смотрел куда-то вдаль, взгляд у него был рассеянным. Все его попытки сосредоточиться проходили безуспешно. С ним это повторялось со дня приступа.

– Клара, – позвал Пол, – позвони нашей соседке и скажи, что мне плохо и отмени встречу.

– Поздно, – проворчала Клара.

Рядом с Кларой стояла девочка лет тринадцати: рваные джинсы, открытый пупок, распущенные желтые волосы с розовыми кончиками. Она все время болталась на месте, как сломанная кукла.

– Клара, мне правда плохо, я опять плохо вижу, все в тумане.

– Пол, вы не можете отменить встречу, – нагло заявила девочка.

– Это мой дом, и я здесь решаю, что можно, что нет.

– Да кто спорит, что дом не ваш. Но если отменить встречу у меня будет техническое поражение.

Пол удивился, неужели кто-то из этих придурков прочитал весь контракт. Он смотрел на эту странную особу и не верил, что такая, как она, прочитала бы контракт.

– Я учусь на отлично. В школе мы проходили права и обязательства человека. Я знаю, что прежде чем подписать какой-то контракт, нужно его внимательно прочесть.

Сиара села рядом с Полом. Она так сильно надушилась, что Полу стало еще хуже.

– Хорошо, можешь остаться. Но, учти, у меня нет настроения. Да еще ты пахнешь ужасно.

– Когда я получу свои деньги, первым делом куплю себе духи.

– Какие? Такие же отвратительные, как эти? – Пол рассмеялся.

– Вам смешно, но у меня хороший вкус. Я куплю себе ‘’Диор’’.

– Что мешает купить их сейчас?

– Деньги, например.

Она загрустила, вспомнив про больную бабушку.

– Я хочу этот свитер, бабушка, – радостно закричала Сиара в магазине.

Бабушка силой вытащила внучку из дорогого бутика.

– Ты отлично знаешь, что это нам не по карману. Когда твоя мама пришлет деньги, тогда и купим тебе свитер. Сейчас пойдем в продуктовый, а потом купим мои лекарства.

– Знаешь, Сиара, в детстве мне тоже было нелегко, – сказал Пол, – мои родители не могли дать мне того, чего я хотел. Я даже однажды совершил преступление.

– Какое? – спросила Сиара с воодушевлением.

– Воровство, – ответил он, – я не горжусь этим, но было весело.

Сиара вспомнила, как в тот же день вернулась в дорогой бутик, она примерила тот самый свитер, и …

– Вас поймали?

– Первые два раза да, но потом…

Сиара обрадовалась. Ее в тот день тоже поймали. Бабушка была не в себе от ярости, она даже ударила Сиару.

– Меня тоже поймали, – сказала она.

Сиара встала с места и стала ходить перед Полом.

– Что вы ощущали, Пол, когда крали?

– Сначала мне нравилось, ведь наконец-то я получал то, чего был лишен. Но потом это чувство сменилось стыдом. Надеюсь, ты в последней стадии.

– Я больше не занимаюсь таким, я работаю.

Она остановилась, подняла ладони и посмотрела на них с отвращением.

– Кем ты работаешь?

– После шести подрабатываю в пиццерии. Мою посуду.

– И этого хватает на жизнь?

– Как сказать, выживаем. Знаете, Америка похожа на большие джунгли: выживает сильнейший, – ответила Сиара и снова присела.

– Я это очень хорошо знаю, я выжил и даже больше. – Он повернулся и с гордостью посмотрел на свой дом.

Но из-за проблем сп зрением все было затуманено. Это его напугало и он схватился за сердце.

– Вам плохо? – испугалась Сиара.

– Нет, сейчас пройдет, – ответил Пол, – помоги мне добраться до дома.

Они уселись на кухне. Полу было спокойно, когда рядом была Клара.

– Сиара, расскажи, как ты решила остановиться? – начал Пол разговор.

– Я поняла, что не в шмотках счастья.

– Но красть можно не только шмотки.

– Пол! – рассердилась Клара.

– Она не любит такие разговоры, – рассмеялся Пол.– Наша Клара само совершенство.

– Вижу, вам стало лучше, – сказал Сиара, – мне тоже не нравятся такие разговоры. Я ошиблась однажды и все. Теперь у меня есть работа, бабушка получает пенсию и мама шлет нам деньги. Она сейчас на Аляске.

– Ты скучать?

– Нет, так даже лучше. Она далеко и не может контролировать мою жизнь, – ответила Сиара.

– Ты ребенок, тебе нужна мать.

Она тоже в свое время сбежала от постоянного контроля родителей и понимала девочку, но скучала по своим родным.

– Я уже взрослая и сама могу постоять за себя. Кстати, у меня даже есть парень.

Клара поставила на стол две чашки горячего шоколада и дала знак, что можно пить. Запах шоколада вернул Сиару в то время, когда мама была дома и заботилась о них. Она вдохнула полной грудью и сделал глоток.

– Очень вкусно, Клара, спасибо.

– Пей, – ответила Клара.

Они молча пили шоколад. Пол дал ей допить в тишине.

– Знаешь, Сиара, я могу тебе помочь, – наконец сказал Пол и уселся поудобнее.

– Чем?

– Я могу устроить твою бабушку в больницу, все расходы на мне.

– Нет, – резко ответила Сиара, – спасибо, но мы справимся.

– Ты ведь прочла весь контракт?

– Да, и в нем сказано, что мы ничего не должны от вас принимать.

– Верно: ни денег, ни подарков.

– Я знаю, что одна из нас уже сделала ошибку, – смело сказала Сиара.

– Правда? И кто же?

– Сиена.

– Откуда ты…

– Камбинезон. У нее был шикарный прикид вчера. Не думаю, что она могла позволить себе такую роскошь.

Сиена вышла из дома вся такая модная, ухоженная. Она даже не пожалела денег и сделала себе новую стрижку, которая, кстати, ей очень шла. Сиара наблюдала за ней из окна своей комнаты и радовалась, что один из соседей проиграл свои деньги.

– Да, ты очень смышленая и внимательная. Знаешь, правду говорят, что внешность обманчива.

– Это вы про мою внешность?

– Да, не сердись, но ты выглядишь, как пугало, – он рассмеялся, а Сиара надула губы. – Если открою тебе секрет, ты простишь меня за наглость?

– Смотря какой.

– Есть еще один сосед, который проиграл.

У Сиары поднялось настроение, а глаза загорелись. Она была зависима: зависима от чужих страданий. Когда она осталась одна с больной бабушкой, в ней что-то щелкнуло и изменилось. Счастливые люди раздражали ее, грустные – радовали. Сиара представляла лица проигравших соседей и на душе становилось легче. Но спустя минуты это ощущение проходило, и она жаждала другого.

– Кто? Не тяните, Пол.

– Давид.

– Не может быть, – удивилась она, – я думала, он продержится дольше, чем та семейка врачей.

– Почему ты так думаешь? – удивился Пол.

– Они живут напротив нашего дома. Вчера ссорились из-за вас, кстати.

– Расскажешь, о чем они спорили?

Пол положил руки на живот, растянул ноги и пристально смотрел на Сиару.

– Рикки рассказал, что случилось в больнице с вами. Грейс это не понравилось. Она называла вас толстым гнусным стариком.

– Я не толстый! – сказал Пол и сам понял, что Грейс права, ведь руки были на животе и он мог с точностью решить его размеры – Ну хорошо, слега толстоват.

– А еще и гнусный.

Он пожал плечами.

– Потом Грейс сказала, что им не нужны ваши грязные деньги и приказала мужу прийти и расторгнуть контракт.

– И все?

– Да. Он пришел к вам?

Рикки был у дверей Пола и хотел постучать. Но дверь открылась до того, как он успел постучать.

– Рикки, неужели вы и ночь проводите у Пола, – сказал Эндрю с насмешкой.

– Добрый вечер. Этого еще не хватало, наоборот я пришел расторгнуть его.

– Вам нужны эти деньги Рикки?

– А кому они не нужны? Эндрю, вам это должно быть известно.

– Потому что я богач? – засмеялся Эндрю. – Дать тебе совет?

– Какой?

– Не иди на поводу у своей жены.

– Откуда вы знаете, что это ее решение?

– Я просто очень хорошо знаю людей, и могу с легкостью раскусить тебя.

– Вы правы, пора взять все в свои руки, – уверенно сказал Рикки.

– Нет, наверное потом передумали расторгать контракт, – ответил Пол.

Сиара ожидала другой ответ, фиаско не было. Она помрачилась и добавила.

– Уверена, с Бомани тоже будет сложно, он вообще очень сложный человек.

– В каком смысле?

– Вы не знаете? – удивилась она. – Oн состоит в банде.

– А что ты скажешь про Мариам.

– Что тут сказать, вы сами знаете: она армянка.

– Это тоже проблема? – Пол покосился на Сиару в ожидании ответа.

– Нет, просто они очень скрытные, ни с кем не общаются. Иногда собираются на заднем дворе со своими родствениками и говорят на армянском. Ничего не разберешь.

– Думаю, она застенчива, но это даже к лучшему. Лучше быть застенчивой, чем раскрепощенной и слишком много болтать, – он хотел намекнуть, что Сиара слишком много болтает, но та не поняла.

– У нее проблемы с психикой, а вы говорите, это нормально.

Пол ничего не ответил. Он предпочитал молчать, когда понимал, что собеседник будет стоять на своем. Этому ему научила жизнь. Бесполезно спорить с человеком, который не хочет слушать.

– Обед! – Все это время Клара молча готовила обед. Она иногда поворачивалась к Полу, чтобы убедиться, все ли с ним в порядке.

– Ты пообедай, а я прилягу чуток, – сказал Пол и поднялся в свою комнату.

Сиара была очень голодна. Она сразу принялась за дело.

– Сколько тебе лет? – в комнату вошел Эндрю.

– Тринадцать, – ответила Сиара с набитым курятиной ртом.

– О боже! Ты сама изящность. Чем порадовала Пола?

– Рассказала все, что знаю про наших соседей.

– А про себя?

– Конечно, рассказала. Ведь по контракту нужно рассказать все про себя.

– Но не все, ведь так? – он присел за стол и взял куриную ножку.

– Почему не все? Я рассказала все вкратце.

– Знаешь, Сиара, если бы у Пола был ребенок, он был бы похож на тебя.

– Не думаю.

– Имею в виду, не внешне, а нравом. Ты единственный сосед, который прочитал контракт. Тебе сколько…? – Эндрю задумался.

– Тринадцать. Вы уже спрашивали.

– Ты еще ребенок,но очень внимательна.

Сиара почувствовала гордость, она даже поправила осанку.

– А почему вы мне говорите все это?

– Смотри, двое соседей уже выбыли, Грейс и Рикки на пределе. Остались Бомани и Мариам. Если ты согласишься, я помогу и с этими двумя.

– Вы не ответили на мой вопрос, Эндрю. Почему вы говорите мне все это?

– Вас шестеро. Лучше потерять миллион, чем шесть.

Сиара улыбнулась: она уже предвкушала вкус победы над соседями. Она нашла отличного союзника.

– Что нужно сделать?

– Бомани я беру на себя. Завтра приду в гости и устрою им такую беседу, что этот Бомани убежит так далеко, что и следа не останется. Мариам на тебе. Придумай что-нибудь. Вы почти ровесники. Какие проблемы бывают у подростков?

– Я встречусь с ней и расскажу, что гнусный старик приставал ко мне. – Сиара вытянулась, поставила руки на стол и встала, – Я поднимусь к нему.

– Хорошо, я позвоню тебе, Сиара. Знаешь, ты мне нравишься.

– Это не взаимно, – бросила она и поднялась наверх.

Эндрю остался один за столом. Он принялся есть еще одну куриную ножку.

– Садись, – сказал Пол и показал стул рядом с постелю.

– Что это?

– Ты не видела капельницу? Таким способом лекарство сразу попадает в кровь и помогает быстрее.

– А что за лекарства?

– Они должны мне помогать, но я чувствую себя все хуже и хуже. Включи телевизор.

Сиара взяла пульт и включила телевизор. Начался фильм: тот же самый. Сиара молча посмотрела первые десять минут.

– Пол, я только что говорила с вашим другом.

– С кем?

– С Эндрю.

– Он приходил? – Пол слегка поднялся, чтобы видеть Сиару.

– Да, он предолжил мне интересную игру.

– Какую, если не секрет?

– Он предложил мне выбить из игры Мариам.

– Вот нахал. Как он смеет, – Пол был неописуема зол и весь вспотел, – со дня приступа почти не навещал меня, но успел встретиться со всеми соседями, да еще и игры затевает за моей спиной.

– Пол, я не хотела вас разозлить.

– Ты не виновата Сиара, я благодарен тебе за честность. Послушай, тебе не надо на работу?

Сиара посмотрела на часы и ответила.

– Нет, у меня еще есть часа два.

– Я отпускаю тебя, можешь идти. Это останется между нами.

– Я правда не спешу, и мне нравится говорить с вами.

– Мне плохо, я позвал врача. Скоро он будет здесь. Ты молодец, все сделала правильно, и я не останусь у тебя в долгу.

– Я благодарна вам, Пол. Впервые кто-то хвалит меня, а не осуждает.

– Если будешь честна со мной, я буду чаще тебя хвалить. А сейчас иди, отдохни перед работой.

Сиара вышла из спальни и столкнулась с доктором Стивенсом в коридоре.

– Осторожно, девочка, – сказал доктор, держа Сиару обеими руками за плечи.

– Простите.

Сиара высвободилась из его рук и побежала вниз.

– Пол, вы курите? Вы что, совсем с ума сошли?

Доктор Стивенс взял сигару из рук Пола и потушил.

– Клара сказала, что сегодня вы жаловались на зрение.

– Да, вчера вечером я сидел у камина. Сначала мне показалось, что помутнение из-за огня. Но сегодня утром это произошло снова.

– Видите все, как в тумане?

– Да. Доктор у меня есть опасения, что, – Пол взял паузу, – меня травят. Мой организм наполнен ядом. Я чувствую это, как чувствую запах вашего одеколона.

Доктор Стивенс глубоко вздохнул, но не уловил запаха. Он стал нервным, поскольку не понял, Полу понравился запах одеколона или нет.

– Пол, я думаю, что для вас будет лучше пройти лечение в больнице. Я не говорю это из-за того, что тоже думаю, якобы вас травят. Я говорю это, потому что так правильно.

– Говорю вам, меня травят, – закричал Пол.

– Значит, это Клара. Она вас лечит, не так ли?

Пол уже думал об этом. Мысли о том, что Клара могла его травить не покидала его с утра. Двадцать лет она работала в его доме и ни разу не ссорилась с ним. Может быть, это обида, из-за того, что Пол не отвечал ей взаимной симпатией. Клара была особенной женщиной для Пола, но связывать себя узами брака не входило в его планы. Однажды они говорили на эту тему.

– Клара, у меня есть очень хороший знакомый, – начал тогда Пол. – Ты его видела, он приходил к нам по делам. У него есть маленькая фирма, но в скором будущем он станет нашим партнером и дела пойдут в гору.

– Рад за него, – только и сказала она.

Тогда Клара проработала у Пола пять лет, и давно таила к нему теплые чувства. Жена Пола умерла год назад и чувства Клары обострились. Пол, как и многие другие мужчины, не замечал этого, или делал вид, что не замечает.

– Клара, он будет у нас в гостях. Я хочу пригласить горничную сегодня вечером.

– А я?

– Ты? Ты тоже приглашена на ужин.

– Я? – Клара подумала, что Пол или шутит, или же понял о ее чувствах. – Вы знать, что… что… – она никак не могла сказать вслух о своих чувствах.

– О чем я должен знать? – Спросил Пол и, не дождавшись ответа, продолжил, – Так что я хотел сказать? Ах да, мой друг Адам завтра будет у нас в гостях, и я хочу познакомить вас.

Клара застыла на месте, она не могла шевельнуться. Как так? Секунду назад сердце билось быстрее в надежде услышать заветные слова: “Завтра ты приглашена на ужин в качетсве моей подружки. Наш гость тоже будет не один, будет здорово. Мы будем говорить о наших делах, а ты займешь его подружку”.

Клара могла только мечтать об этом. Но человек, о котором она тайно вздыхала решил сватать ее со своим другом.

– Клара, ты язык проглотила, что ли? – Пол постучал пальцами по столу.

– Я… нет, не могу, – пробормотала она.

– Почему это не можешь? Тебе завтра не нужно работать.

– Работа не важно, я не могу, – повторила она.

– Если не из-за работы, то из-за чего не же?

– Вы! Из-за вас.

– Я тебя не понимаю, Клара. Можешь нормально объяснить? – Пола иногда раздражал английский Клары.

– Я вас… Вы мне …

Она собрала всю свою смелость и произнесла.

– Нравится…

В тот же самый момент в комнату с криками вошел Эндрю.

– Пол, можешь меня поздравить! Я женюсь!

Пол тогда обрадовался не на шутку, но не из-за слов Эндрю, а потому что мог сделать вид, что не услышал последнее слово Клары. Больше никогда Клара не говорила о своих чувствах.

– Нет, не может быть такого. Клара работает у меня двадцать лет. Мы с ней почти родственники. Я даже включил ее в свое завещание.

Пол был уверен в невинности своей домработницы. Может быть на миг он стал сомневаться, но сразу же сказал себе.

‘’Нет, Клара не могла так поступить со мной. Она мой друг, моя семья’’.

– Доктор, возьмите у меня анализ крови и все. Мы поймем, травят меня или нет. Я и до приступа чувствовал признаки отравления.

– Какие именно?

– Тошнота, боли в желудке и ухудшение зрения. Думаю, меня травят каким-то химикатом.

– Да вы все знаете.

– Я читал в гугле. Даже сердечный приступ может быть последствием отравления.

– Может, вы еще скажете чем вас травят, и анализа больше не потребуется.

– Думаю, это мышьяк.

– Если вас травят, нужно следить за всеми, кто приходит к вам. В противном случае, вы ляжете в больницу.

Доктор Стивенс взял кровь у Пола для анализа, пожелал ему спокойной ночи и вернулся в больницу. Пол не смог уснуть той ночью. Он вспоминал каждую секунду, проведенную с Кларой, каждое слово, которое могло ее ранить. Пол не был с ней груб, но и особого внимания тоже не уделял.

‘’Прости меня, Клара. Если я толкнул тебя на такое, значит я сильно напортачил’’.

Всем чего-то жаль,

Когда приходит час расплаты…

Глава 7

Пятница. День пятый.

Бомани Брук.

– Как думаешь, Клара, ему нравится картина? Или он думает, как его украсть? – прошептал Пол.

Бомани уже несколько минут высматривал картину ‘’Девятый вал’’ Ивана Айвазовского – армянского художника. На холсте изображен шторм, в буйстве которого чудом выжили мореплаватели. Они борютса в ожидании встречи с ‘’девятым валом’’ – мифическим апогеем штормовых явлений. Изображенное в светлых тонах небо олицетворяет надежду на спасение. Бомани тоже искал спасения, но надежда давно была потеряна для него.

– Бомани, вам нравится искусство?

– Нет, не совсем. Просто эта картина… Эх, не важно, – он отвернулся от картины и подошел к Полу. – Что будем делать?

– У меня голова немного кружится, но я не хочу просидеть дома весь день. Как насчет галереи? Я давно не был в таких местах.

– Я не любитель галерей, – ответил Бомани и все время краем глаза смотрел на картину ‘’Девятый вал’’.

– Но все же, пойдемте. Что-то мне подсказывает, что вам понравится. Кто знает?

Бомани ничего не ответил, только кивнул в знак согласия.

– Клара, скажи водителю подготовить машину.

– Вам быть плохо, – сказала Клара сердитым тоном.

– Дома мне хуже.

Машина была готова через несколько минут, и спустя полчаса Пол с Бомани стояли перед музеем Гетти.

– Бомани, вы в первый раз в галерее? – спросил Пол, когда они уже рассматривали картины.

– Да, но по телеку много раз видел такие места.

– По телеку? Это интересно.

– Что в этом может быть интересного? Если не можешь вблизи, по-настоящему оценить творение художника, прикоснуться к скульптурам, чтобы понять, какую они несут в себе историю.

– О боже! – воскликнул Пол.

– Вам плохо сэр?

– Нет, я не думал, что ты…

– Что я могу быть цивилизованным, – перебил его Бомани.

– Я не это имел в виду.

– Да, не нужно волноваться. Я привык к косым взглядам людей. Если ты вырос в приюте, учился в государственном колледже, да еще и черный – значит, или торгуешь наркотиками, или чем-то еще, но обязательно плохим.

Бомани понравилась картина Эдварда Мунка ‘’ Крик’’. Он подошел к ней и стал разглядывать ее.

– Она ненастоящая, – сказал Пол. – Это подделка, но очень красивая. Настоящая картина находится в Осло. Но подделка сделана не менее известным художником.

– Что она вам говорит, Пол? Что вы в ней видите?

– Странно, я привык сам задавать вопросы, но раз уж ты спросил, я тебе отвечу, – он надел свои очки и приглянулся к картине. – На первый взгляд можно сказать, что это крик бесполого существа на переднем фоне, но…

– Стойте, – перебил его Бомани, – я не хочу короткий рассказать из википедии. Я хочу знать, что вы чувствуете, смотря на картину. У вас дома так много картин. Может, не все оригиналы, но очень даже красивые. Вы мне показались ценителем искусства.

– Я такой и есть, Бомани, и скажу тебе, что чувствую, смотря на этот ‘’Крик’’. Картина напоминает меня в твои годы. Молодой, красивый, умный, но никем не ценимый. Я, как и ты, старался всем доказать, что чего-то стою.

Пол поискал взглядом скамейку и подошел к ней. Его зрение ухудшалось и от этого его тошнило.

– Я присяду, если ты не против.

Бомани присел рядом с ним, откинув голову назад.

– О чем я там говорил. Ах да, я пытался всем доказать, что уже повзрослел. Но никто меня не слушал, образно говоря, и я кричал, но не громко. Ты ведь меня понимаешь? Это крик души. Только ты можешь услышать свой крик.

Пол не смотрел на Бомани, его взгляд был далеко от музея Гетти. После нескольких минут молчания Бомани сказал.

– Да, вы меня понимаете. Не знаю, какая у вас история, но моя касается только меня. По контракту я должен рассказать вам все, но я готов отказаться от денег. Не люблю говорить о своей жизни незнакомым людям.

– Незнакомец, с кем ты подписал договор на миллион долларов. Помнишь? – он краем глаза посмотрел на своего собеседника. – И еще, не надо лгать мне. Если ты любишь искусство, так и говори.

– Хорошо, только после услышанного вы возненавидите меня.

– Бомани, поверь, я такого наслышался за все эти годы, что не удивлюсь. А еще, если это тебя утешит, мне недолго осталось.

– Не говорите так.

‘’Может быть у него и правда мало времени, и поэтому он решил потратить его на все эти беседы, чтобы не умереть в одиночестве. Что будет, если я изложу мою душу? Ничего мне от этого не будет’’.

– Хорошо, Пол, вы меня убедили, – Бомани перевел дух и начал. – Я не знал своих родителей до десяти лет. У меня была учительница – мисс Лена, она была из Сербии – очень хороший человек. Мы с ней подружились, мисс Лена была единственным человеком, с кем я когда-либо дружил. Она обещала найти моих родителей.

– Это ведь очень хорошо?

– Она сказала мне, что не смогла найти их и хочет прекратить поиски.

– Жаль.

– Нет, она солгала мне. Мисс Лена нашла моих родителей, но те отказались знакомиться со мной. Я услышал разговор мисс Лены и директора.

– Мисис Даутфайер, я знаю, что не имела право, простите, – сказала мисс Лена директору приюта, – но Бомани такой славный мальчик.

– Мис Лена, здесь нет славных детей. Какие родители, такие же дети. Вы что, думали, что нормальная женщина бросила бы своего ребенка в больнице? Нет, милочка, так поступают только проститутки или душевно больные.

– Еще люди, которые малообеспеченны, – пробормотала мисс Лена, боясь ругани директора.

– Вы еще так молоды и наивны. Эти дети – отродье общества.

Последние слова не выходили из головы Бомани. Эти слова заставили его дать себе обещание.

‘’Я докажу мисис Даутфайер и всему миру, что не всегда дети совершают те же ошибки, что их родители’’.

Он поступил в колледж и окончил его на отлично, нашел работу в больнице и оплачивал все свои расходы. Он не был отродьем общества.

– Бомани, ты не должен думать о своих биологических родителях, забудь о них и живи в свое удовольствие, – успокоил его Пол.

– Я пытаюсь, но иногда хочется пойти к ним. Не знаю, что я им скажу, но мне очень хочется посмотреть им в лицо. А еще, я думаю, может быть, у меня есть братья или сестры.

– Хорошо, давай на миг оставим твое прошлое и поговорим о настоящем.

– У меня очень скучная жизнь. Я работаю санитаром в больнице, остаюсь почти на все ночные смены, чтобы заработать больше денег.

Бомани посмотрел на свои руки, они были покрыты мозолями. Он сжал руки в кулак.

– Чем ты занимаешься в свободное время?

– Рисую.

– Так и знал! – воскликнул Пол. – Ты так пристально смотрел на картину ‘’Девятый вал’’.

– Я рисую только для себя, не люблю показывать свои работы. Заранее говорю, чтобы вы не начали уговаривать меня показать их вам.

– Я и не хотел. Скоро я и вовсе перестану видеть.

– Почему?

– У меня проблемы со зрением.

– Можно я вам еще кое-что расскажу?

– Конечно.

– Мне нравится одна девушка. Но я не знаю, как сказать ей об этом.

– Она не догадывается о твоих чувствах?

– Нет, – закричал Бомани и сразу же понял, как громко у него прозвучал голос. – Простите, нет, она не знает. Мы с ней иногда встречаемся, болтаем, но как друзья.

– Я ее знаю?

– Не думаю. Ладно, давайте больше не будем говорить на эту тему, – Бомани пожалел, что открыл тему любви.

Он встал и протянул руку Полу, чтобы помочь ему встать.

– Подожди, я тоже расскажу тебе одну историю. Садись.

Бомани молча сел.

– Я тоже был влюблен, но взаимно.

– Вам повезло.

– Да подожди ты со своими выводами, – он закатил глаза и продолжил. – Мы познакомились из-за моей ошибки на работе. Я был фотографом и случайно сделал ее фото. Потом это фото красовалось на афишах города целый год. Сначала она была зла на меня, но со временем мы подружились. В том же году я переехал в США, а она осталась в Армении. Мы общались через интернет, а раз в году я приезжал в гости. Три года пролетели как одно мгновение. Я решил сделать ей предложение и увезти собой. Но…

– Она отказалась?

– Да. Ее родители были против наших отношений. Я не виню ее за этот выбор. Я виню себя за трусость и гордость. После ее отказа я уехал и не возвращался на родину четыре года.

– Ни разу? Даже не позвонили?

– Говорю же, я слишком гордый. Но я до сих пор уверен, что она была та самая. Просто я упустил момент и с ней свою судьбу.

Пол вспомнил тот первый раз, когда посмотрел ей в глаза. Он сидел на лестнице перед галереей, а Анна стояла перед ним.

– Давно хотел сказать, что в твоих глазах есть искра, – сказал Пол, когда они сидели в кафе рядом с маленьким фонтаном. – Они как будто смеются все время.

– Значит, у меня глупый вид? – смутилась Анна.

– Нет, не глупый, живой. Ты живая, Анна.

– Вы ей сказали о своих чувствах? – спросил Бомани.

– Да, конечно. И Анна ответила мне взаимностью.

– Так я же говорю, вы счастливчик.

– Нет, мое счастье было коротким. Была зима. Ах, как я не ненавижу это время года. Я приехал к ней, мы встретились. Анна была холодна, как тот белый январский снег.

– Прости Пол, – начала Анна, – я всю ночь думала, как сказать, чтобы не ранить твои чувства.

– Я думал, ты сразу ответишь мне взаимностью, – голос Пола звучал очень глухо, – но когда ты сказала, что должна подумать, я…

– Ты знаешь, что мои родители против переезда в США.

В глазах Анны больше не было искры, она погасла.

– Только одно слово, Анна. Скажи, ты любишь меня?

– Нет!

Анна задыхалась и Пол понимал, что это ложь.

– Скажи, что не любишь меня, Анна.

– Я… Я не…

Анна не удержалась и заплакала. Пол обнял ее, маленькое тело Анны дрожало от страха потери любимого. Он вспомнил первое прикоснавение.

– Я сама напишу комментарий, – сказала Анна и выхватила ручку из руки Пола. Она написала комментарий на листке в кафе: ‘’Вкусное кофе, хорошая атмосфера’’.

Прикосновение к любимой перевернуло все внутри Пола. Он понял, что нашел ту самую. А сейчас он держал ее в своих руках и боялся потерять. Анна дрожала всем телом, как осенний лист от ветра.

– Анна, я люблю тебя. Я готов связать свою судьбу с твоей, даже если твои родители против. Готова ли ты пойти на этот шаг?

Анна оттолкнула Пола и освободилась. Она посмотрела на него, как обиженный ребенок.

– Я знаю, ты любишь своих родителей. Но без тебя я умру.

– Мне нелегко принять решение, я не могу разделиться на две части, чтобы угодить всем.

– В этом случае реши, кому ты хочешь угодить. Но сделай это как можно скорее, чтобы не мучить меня долго.

Пол не знал, что решение Анны будет мучить его по сей день.

– Знаешь, кажется, все это было вчера. Настолько мне сейчас больно, – сказал Пол и вздохнул.

– Думаю, родители Мариам тоже не будут в восторге от меня, – проговорился Бомани.

– Это Мариам?

– Да. Она армянка, ее семья очень консервативна. От этого вывод, что они меня не примут.

– Я тоже армянин.

– У вас внешность европейца, я бы никогда не подумал, что вы армянин.

– Но все же, по моим жилам течет армянская кровь, притом чистая.

– Ваша Анна тоже армянка?

– Да.

– Сколько у нас общего! – обрадовался Бомани. – А вы не такой плохой, как говорил ваш друг.

– Мой друг? Эндрю?

– Да, мы с ним столкнулись сегодня утром. Он уговаривал меня не ходить к вам.

– И что же он тебе обещал?

Пол очень хорошо знал своего друга.

– Деньги.

– Сколько? Хотя нет, стой. Я угадаю.

Пол немного подумал, хотя знал, что Эндрю мог обещать. Они были знакомы очень долго и довольно хорошо.

– Половину того, что я обещал?

– Да, как вы угадали?

– Я его слишком хорошо знаю, чтобы предугадать все шаги. Его любовь к деньгам слишком сильна, чтобы смириться с моим последним делом.

Пол встал и подошел к картине Мунка.

– Бомани, если не сделаешь хоть что-нибудь, то эта картина останется в твоей душе навсегда. Но если ты по-настоящему ее любишь, возьми судьбу в свои руки.

Бегло просмотрев остальные произведение, они вернулись домой. Пол поднялся в свою комнату для процедур, а Бомани уселся в холле. Клара принесла ему чай.

– Спасибо, Клара, – сказал Бомани, – а можно вас спросить?

– Да.

– Что вы можете сказать о Поле? Какой он человек?

– Плохой, – нервно сказала Клара.

– Почему вы так думаете?

– Я с ним жить и знать, плохой. Ворчун.

– Он вам нравится, не так ли?

– Не смешно, – разозлилась Клара.

– Простите. У Пола была жена?

– Почему всем это интересовать?

– А дети?

– Нет! Нет дети! И деньги не ваши!

Клара ушла на кухню, что-то бормоча под нос. Бомани смотрел ей вслед. Она напоминала ему персонажа из криминальных книг. Персонаж, который знает все о главном герое, ведет спокойную жизнь. Никто не подозревает его, при нем все спокойно говорят. В конце книги выясняется, что этот самый персонаж и есть убийца, или в крайнем случае причастен к убийству.

– Она права, – сказал Эндрю, выйдя из угла.

– Давно вы там стоите? Я же вам сказал, что не хочу больше вас видеть.

– Бомани, все равно Пол обо всем узнает, даже если ты будешь строить из себя такого хорошего.

Эндрю медленными шагами, как хищник, стал приближаться к Бомани. Вскоре он так приблизился, что дышал прямо на него. Бомани был не высокого роста, и перед Эндрю он смотрелся еще ниже. Но он был силен духом и не боялся почти ничего, разве только замкнутых пространств. У Бомани был высокий лоб – признак ума. У него были большие черные глаза, а взгляд открытый и пронзительный. Волосы были кудрявые, чем Бомани очень гордился. Он всегда был ухоженный и одетый со вкусом.

– Я вас не боюсь, а Пол уже хорошего мнения обо мне. Мы провели отличное время в галерее.

– Я в этом не сомневаюсь. Ведь ты у нас кто? Ах, да! Ты же в свободное время занимаешься самимы разными аферами.

– К Полу и к контракту это не относится. Моя жизнь тут не причем.

– Тут все причем. Я не позволю какому-то глупому старику шалить моими деньгами, – закричал Эндрю.

– Это его деньги.

– Они мои! Я его единственный друг и семья.

Эндрю повернулся и гордым шагом отправился на кухню.

– Пол? Вы спите?

Бомани постучался в дверь спальни.

– Нет, заходи. Как раз я хотел посмотреть кино. Включи телевизор.

Бомани молча выполнил просьбу Пола и присел рядом с ним.

– Почему у вас такая маленькая комната? – удивился Бомани.

– Все до тебя удивлялись, видя мою спальню, но никто не задавал этот вопрос. Планировкой дома занимался Эндрю, и только здесь я смог распределиться. Если бы ты знал сколько времени мне понадобилось, чтобы уговорить его купить дом в этом районе.

– Я его понимаю, у нас не самый спокойный район.

– Но я настоял на своем, потому что не люблю жить среди козлов.

– Простите?

– Да, ты не расслышал, козлов вроде Эндрю, – Пол присел и посмотрел на Бомани. – Лучше я буду жить в неблагополучном районе, но с честными людьми. Мне надоели лож и притворство.

– Вы думаете мы здесь все честные?

– Беседа с тобой мне сегодня показалась весьма честной.

Они досмотрели фильм в тишине, а вконце Пол уснул.

Бомани вернулся домой, он упал на диван и включил телевизор. Переключил несколько каналов и остановился на ‘’ Discovery chanel’’. Он смотрел фильм про золотоискателей, но не слушал ничего. Слова Пола все время звучали у него в голове: ‘’Беседа с тобой мне сегодня показалась весьма честной’’. Бомани был честен с Полом, но утаил несколько секретов.

– Ведь промолчать – не значит обмануть, – думал он в слух. – Надеюсь, из-за этого я не потеряю контракт. Эти деньги изменят все в моей жизни.

В это время золотоискатель Бен нашел огромный камень золота. Бомани посчитал это знаком и выключил телевизор на хорошей ноте.

Глава 7

Суббота. Шестой день.

Мариам Бекерян

– Ой, простите, мне так неловко, – смущенно сказала Мариам.

Она стояла перед доктором Аткинсом вся покрасневшая. Не хотя того, Мариам стала свидетельницей очень личного разговора.

– Пол, я уверен, вас травят. И я вам вот что скажу. Ваша сердечная недостаточность тоже из-за яда. Несколько месяцев вас травили малыми дозами мышьяка, – объяснял помощник доктора Стивенса Тони Аткинс. – Не понимаю, как доктор Стивенс мог упустить это? Вам нужно быть осторожным. Думаю, в вашем доме небезопасно.

– Это не значит, что виновна Клара, – защищался Пол. – Я в ней уверен на сто процентов. Может, это кто-то из соседей.

– Я вам повторяю, ваш сердечный приступ – последствие отравления, а ваших соседей до этого здесь не было.

– Доктор, у вас есть технологии, чтобы уверенно сказать, с какого дня меня травили?

– Я не могу точно сказать, но даю вам совет: будьте осторожны.

– Все будет хорошо, доктор. В больницу я не вернусь. Да, еще одна просьба. Не говорите ничего доктору Стивенсу. Если он узнает об этом, точно запрет в больнице.

Пол встал и подошел к окну, своим жестом дав понять доктору, что разговор окончен.

– Вы, наверное, Мариам? – спросил доктор.

– Да, и я ничего не услышала. Я только хотела открыть дверь, когда вы вышли.

– Все в порядке, Мариам. Пол у себя, можешь войти.

Мариам было восемнадцать лет: маленькая, хрупкая и очень нежная. Голос у нее был звонкий, мелодичный.

– Доброе утро, – сказала она, войдя в комнату.

– Доброе утро, Мариам, – ответил Пол и подошел к ней. – Я рад, что ты пришла.

У Мариам были большие черные глаза, густые брови и длинные ресницы. У нее была смуглая кожа, маленький нос, покрытый веснушками. Волосы были черные, длинные, до плеч.

– Я тоже рада быть здесь, – Мариам слегка покраснела. – Что будем делать?

– Так как я решил отказаться от всех лекарств и не хочу оставаться дома, может быть, пойдем на ярмарку?

– Я не против.

Был месяц-май, и температура воздуха продолжала подниматься. Небо было ясным, а солнце светило вовсю. Мариам с трудом открывала глаза, она прищуривалась, из-за чего на лбу появлялись маленькие морщинки. Полу же нравилось смотреть прямо на солнце, он закрывал глаза и как батарейка собирал энергию от солнечных лучей.

Пол и Мариам стояли перед лавкой игрушек.

– На этой ярмарке можно найти все, что душе угодно! – воскликнула Мариам и стала разглядывать игрушки.

– Да, но самое интересное у игровых автоматов.

– Здесь есть игровые автоматы?

– Да, самые разные. Начиная со старых, в которые играл я в детстве, заканчивая новейшими.

Мариам оставила игрушки и зашагала вперед, Пол последовал за ней.

– Хотите сладкую вату? – спросила она.

– Да, пожалуйста.

Кроме сладкой ваты на выбор Мариам предстояли самые разные сладости: мороженое, печенья, кексы, пирожные и многое другое. Но Мариам вернулась к Полу со сладкой ватой.

– Спасибо, – сказал он и предложил присесть на скамейку возле фонтана.

– Я расскажу маме про это место, ей здесь очень понравится.

– Расскажи мне о своей семье.

– Я единственный ребенок в семье, – начала Мариам.

– Я тоже.

– До переезда в США мы жили в Армении.

– Вы переехали шесть месяцев назад?

– Нет, мы переехали в США год назад, а шесть месяцев назад арендовали дом на вашей улице. Когда отец потерял работу, он впал в депрессию. Мама никогда не работала, но всегда была опорой для папы. Она же решила переехать в США к родственникам. Сначала мы жили у них, а сейчас можем сами себя обеспечить.

Мариам подумала, что бы еще рассказать. А что она могла добавить? В сущности, почти ничего. У нее не было ярких воспоминаний, каких-либо обид. Она жила спокойной жизнью и пока ни на что не жаловалась. Ну, почти ни на что.

– Все, – заявила она. – Думаю, мне больше нечего добавить.

– Интересная у тебя жизнь, кстати, – рассмеялся Пол. – Хорошо, расскажи мне о своей бабушке, ведь она известная писательница.

– Откуда? Откуда вы знаете про мою бабушку?

– Я тоже армянин. Пол Саркисян.

– Вау, это здорово.

– Она сейчас в Армении?

– Да, мы втайне с ней переписываемся.

– Почему втайне?

– Мама запрещает с ней общаться. Но раньше все было по-другому, – Мариам вздохнула. – Я скучаю по ней.

Мариам обожала, когда мама говорила ей: “Детка, сегодня ты ночуешь у бабушки”.

Она сразу же собирала все самое необходимое в маленьком рюкзачке и изо всех сил бежала к машине.

– Оставь бабушку в покое, одной сказки за день хватит, – обращалась к Мариам ее мама.

– Мне несложно, Седа. Ты сама знаешь, я обожаю читать, – защищала свою внучку бабушка.

– Мы с ней каждый раз выдумывали новые сказки, – заговорила наконец Мариам, – но она их так и не напечатала.

– Я видел фильмы, которые сняли по мотивам книг твоей бабушки, – бодро сказал Пол.

– Мама не разрешает мне смотреть их или читать книги. Я так хочу узнать причину всех этих ссор.

Мариам стала жадно есть вату: ей казалось, что сладость затуманит разум и она забудет, как мама говорила очень плохие слова бабушке. С детства ее учили, что взрослых надо уважать, любить и беречь. Но на последней встрече с бабушкой, она стала свидетельницей скандала.

– Ты не имеешь право называться матерью, – кричала Седа на свою маму. – Ты самая плохая мать на свете, самая плохая женщина, ты…

– Продолжай, Седа, кто я? – еще громче закричала Анна.

– Сама знаешь, кто ты. Не заставляй сказать это слово.

– После всего, что ты мне наговарила, я готова услышать это слово.

– Ты… ты… проститутка! Как еще можно назвать то, что ты сделала?

– А теперь повернись и уходи навсегда из моего дома, – сказала Анна и присела на свое любимое кресло.

Мариам обожала это кресло. Сколько сказок они вместе выдумали, сидя на этом месте. Закрывая глаза, она могла с точностью вспомнить все детали в мелочах, даже запах духов. Мариам глубоко вздохнула, чтобы снова почувствовать аромат тех духов.

– Тебе плохо? – спросил Пол. – Хочешь вернемся домой?

– Вы предавали любимого человека? – как будто не услышав вопроса Пола, спросила Мариам.

– Да, было дело.

– Вас простили?

– Нет.

– Я хочу, чтобы мама простила бабушку, и мы снова общались.

– Ты еще молода и не понимаешь, есть вещи которые нельзя простить. Например, измену. Поверь, я знаю, что это такое.

Пол покраснел и стал тяжело дышать.

– Вам плохо? – испугалась Мариам.

– Думаю, я доигрался, мне нужно в больницу, – ответил Пол и позвонил водителю.

– Прежде чем водитель придет, расскажите мне, о какой измене вы говорили?

– Я был женат когда-то, но не любил свою жену. Всю свою жизнь и даже сейчас я люблю женщину по имени Анна. Мы с ней познакомились случайно. Хотя, думаю, это была судьба.

Пол прослезился. Несмотря на хорошие воспоминания, он не мог контролировать свои эмоции. Чувство, что он потерял самое дорогое в жизни не покидало ни на секунду.

– Понимаешь, Мариам, я не верил в существования половинок, но она изменила меня. Oна была и есть моя половинка.

– Это же прекрасно, – радостно сказала Мариам.

– Да, было. Но судьба нас разъединила так же случайно, как и свела.

– И вы больше не виделись?

– Встретились, однажды. Тогда я был уже женат на другой. Я думал, если женюсь, то забуду Анну.

– Но ведь половинка на всю жизнь.

Мариам смотрела на Пола и не могла поверить, что такой большой и с виду сильный человек может таить такие нежные чувства. Она не могла поверить, что боль утраты мучает его, не дает жить.

– А где сейчас ваша жена?

– Она узнала про мою измену. Мы были на грани развода, пока у нее не обнаружили рак. Я был с ней до самого последнего ее вздоха. Я не горжусь своим поступком, но если бы я мог вернуть время вспять, то сделал все так же. Мы с Анной встретились в Ереване, она была прекрасна в своем летящем плате, вся такая нарядная. Она возвращалась из какой-то выставки, а я просто гулял по знакомым улицам. Мы столкнулись у фонтанов.

– Смотри, куда идешь, – закричала Анна.

– Сама смотри, – нагрубил Пол.

Стоило им поднять глаза и посмотреть друг на друга, весь мир перестал существовать, все замерло, и на миг они остались наедине.

– Мы просидели в кафе целых три часа, три прекрасных часа. Они прошли как три секунды. Мы говорили обо всем на свете: она рассказывала мне о своих книгах, о своих достижениях. Я рассказывал, как начал бизнес. Но когда она спросила о моей личной жизни, я солгал.

– Какое совпадение. Мою бабушку и вашу знакомую зовут Анна и они обе писательницы.

– Это не совпадение, Мариам, это одна и та жа женщина. Я только утром узнал об этом.

– Вы знали, но все равно задавали мне вопросы? Вы издеваетесь надо мной?

Мариам часто слышала выражение ‘’земля круглая’’, но сама никогда не убеждалась в этом.

– Я могу тебе все объяснить.

– Что вы забыли сказать моей бабушке о том, что женаты? Я знаю вашу историю. Бабушка мне рассказывала о мужчине, который разбил ей сердце. Вы бросили ее, ничего не сказав. Она очень жалела о том дне, о котором вы только что рассказывали, – сказала Мариам и встала с места.

– До того, как ты узнала, что моя Анна твоя бабушка, не винила меня ни в чем. Ты даже сочувствовала мне, потому что сама любишь человека, с которым никогда не будешь вместе.

– Откуда вы знаете про Бомани?

– Я почти все знаю о вас. И я дам тебе совет. Забудь о нем. Все равно твои родители будут против. Тебе будет легче забыть его сейчас. Поверь, потом, когда твои чувства перерастут в нечто большее, тебе будет больнее.

Эти слова ранили Мариам в самое сердце, она произнесла нечеловеческий стон, бросила взгляд на Пола и ушла, не попрощавшись.

– Пол, – Эндрю был очень зол, – ты доведешь себя в могилу. Если хочешь умереть сделай все быстрее, не мучай нас, пожалуйста.

– Клара все преувеличивает.

– Тебя нашли без сознания в парке, думаешь этого мало?

– Эндрю подойди.

Эндрю подошел к постели Пола и присел рядом с ним. Пол с легка приподнялся и прошептал.

– Может быть такое чтобы Мариам была моей внучкой?

– Это будет сложно разузнать, но я попробую.

– Эндрю? – Пол сморщился и посмотрел на друга не доверчивым взглядом, – что это за парфюм?

– Я был на встрече. Как всегда, – он пожал плечами.

– Нет, постой, – он стал обнюхивать Эндрю, – это запах духов Сиены.

– Да она тоже женщина, если ты заметил даже очень красивая.

– Она моя соседка.

– Ну и?

– У меня голова кружится от этого запаха.

– Тогда я пойду. София меня дождалась. Нас пригласили госту ее родственники.

Глава 8

Воскресенье. День седьмой.

– Я никак не могу понять, Пол, что заставляет вас так упорно отказываться от лечения в больнице? – спросил доктор Аткинс, делая укол.

– Я знаю, что мне осталось не так много времени и хочу прожить это время у себя дома.

– Кстати, результаты повторного анализа готовы.

Доктор Аткинс открыл чемодан и достал белый конверт. Он протянул его Полу.

– Но я их уже видел.

– Да, но я сделал повторный анализ, и мы с точностью решили, когда все началось. Как видите, Пол, вас начали травить шесть месяцев назад, – заявил доктор и подошел к окну.

Небо было покрыто черными тучами, стояла густая мгла. Была очень плохая видимость, но доктор Аткинс мог различить силуэты людей, приближающихся к дому.

– Они здесь? – спросил Пол.

– Да, – с досадой ответил доктор, – кажется, от них никак не отделаешься.

– Они вам не нравятся, но я могу с уверенностью сказать, они меня убить не хотят.

– Мне пора, – сказал доктор, взяв чемодан. – Если вам опять станет плохо, позвоните. Да, и еще. Принимайте лекарства сами, они в нижнем ящике.

– Который закрывается на ключ?

– Да, так будет безопаснее. А еще ешьте то, что ест Клара.

– Вы опять за свое, – Пол присел, чтобы надеть туфли.

– Знаю, вы слепо доверяете ей, но на вашем месте я бы проследил за ней.

– Если вам будет спокойнее, я попрошу Эндрю поставить камеры.

– Вы уверены, что Эндрю не причем?

– Доктор, да вы самый настоящий сыщик.

– Вам смешно, но вот мне не до шуток. Я сам позабочусь об этом, мой брат работает в магазине техники.

– Как вам угодно, доктор, – согласился Пол. – Еще раз хотел вас попросить – ни слова доктору Стивенсу.

Доктор Аткинс попрощался и удалился.

– Клара! Клара! – во весь голос закричал Пол.

Клара появилась спустя несколько секунд. Иногда Пол сам поражался, как она так быстро появлялась. Клара все успевала, и казалось, что ее очень много в этом доме.

– Да, – сказала Клара.

– Мои гости все пришли?

– Нет.

– Мариам? – он надеялся услышать, что она пришла, ведь весь этот маскарад теперь ради нее.

– Нет.

– Ты ведь рада, что мой план провалился?

– Мне нет дело, все равно, – пробормотала она и ушла.

Пол медленными шагами спустился в холл к своим гостям. Краем глаза он искал Мариам, но ее там не было.

– Добрый день, – сказал Пол, наконец-то спустившись.

– Добрый, – прозвучало хором.

– Прошу вас, присядьте.

Посередине холла стоял огромный кожаный диван, еще один стоял прямо перед ним, а между ними большой, круглый стеклянный стол. На столе уже стоял чайный сервиз, разные джемы и сладости для угощения. Когда все гости сели Пол начал.

– Неделя прошла, и вот мы все здесь.

– Не все, – перебила его Сиара.

– Мариам скоро придет, у нее дела, – объяснил Пол, хотя отлично знал, что это маловероятно.

– Пол, чем будем сегодня заниматься? – поинтересовался Бомани.

– Будем честными.

– Что это значит? – спросил Давид.

– Значит – будем честными. Вы все мне врали.

– Я была честна, – сказала Сиара, выскочив с места.

– Сядь, пожалуйста. Всю неделю я выслушивал ваши истории, а на этой неделе рассказывать буду я.

– О чем? – перебила его Сиара.

– О вас. Тебе ведь не о чем беспокоится, если ты была честна.

Сиара замолкла.

– Каждый из вас нарушил правила контракта и может лишиться денег.

Пол украдкой посмотрел на лица соседей, и понял, что на правильном пути.

– У меня есть предложение, которое спасет ваше положение. Мы начнем сначала, только на этот раз все по-честному и наоборот.

– Что это значит? – спросил Рикки.

– Я уже сказал, Рикки, я сам буду рассказывать о вас на следующей неделе, каждому в свой день, – он подождал немного, дал время на размышления и добавил. – Только после этого договор будет в силе. Мы должны быть честными друг с другом.

– А что насчет тех соседей, которые взяли подарки от вас, или же сбежали со встречи? – спросила Сиара.

– А что насчет маленькой девочки, которая лгала мне? Ведь по договору нельзя врать.

Сиара присела и не издала больше ни звука до конца встречи.

– У вас есть минута, чтобы решить. Если вы согласны, встретимся в ваши дни и по окончанию контракта вы получите ваш миллион. Если вам больше не интересно, можете уйти сейчас. У вас минута на размышления.

Пол положил руки на живот и стал тяжело дышать. После встречи с Мариам его самочувствие ухудшилось.

Минута прошла, но никто не покинул дом.

‘’Отлично, всем нужны эти чертовы деньги’’, – подумал Пол и обрадовался, что не останется в одиночестве, хотя бы еще на одну неделю.

– Какой я плохой сосед. Угощайтесь. Клара, неси чай.

Клара вошла в холл, держа в руках большую заварку. Она налила всем чаю и недовольная вернулась к себе на кухню.

– Еще у меня есть одно пожелание. Это очень важно. На следующей неделе не общайтесь с Кларой или с Эндрю. Не спрашивайте почему, так надо.

Никто и не спросил, все были в предвкушении, что Пол разузнал и что расскажет им. Следующие два часа они пили чай и говорили о погоде.

– Ужас, я только утром выпрямила волосы, а сейчас посмотрите на них, – с досадой говорила Сиена.

– Я забыл картину на чердаке, а там такая влажность. Все испортилось, – говорил Давид.

– Я успел все собрать в подвале, – сказал Бомани, – там сухо. Представляю, какого тебе. Я бы сошел с ума если бы мои картины испортились.

– Из-за такой погоды у нас добавится число больных с сердечно сосудистыми проблемами,– говорил Рикки.

– Да, дорогой. Помню, в прошлом году, когда мы еще были интернами, стояла такая же погода целый месяц, – добавила Грейс.

– Помнишь, сколько больных прибавилось? –поддержал Рикки.

Потом они говорили о сладостях, хвалили пекаря из ‘’Cake Boss’’.

– Самое вкусное, что можно купить в городе, – сказал Пол.

– Да, Бадди Валастро лучший в своем деле, – согласились все.

Они попрощались после чаепития и договорились встретиться на следующей неделе.

– Клара, – позвал ее Пол.

– Что? – прозвучал голос Клары из кухни.

– Я иду в гости к Мариам.

– Ваши лекарства.

– Я уже выпил, – солгал Пол.

Он стоял перед домом Мариам и думал о том, что скажет ей. Ведь он тоже когда-то давным-давно верил в бескорыстность любви. Как сказать ей, что иногда любовь бывает нечистой. Мариам никогда не простит его за боль, которую он причинил ее бабушке.

– Заходите, – глухо произнесла мама Мариам.

– Седа, простите, что я без приглашения.

– Мариам в своей комнате, она чем-то огорчена. Надеюсь, это не связано с вами или вашим странным контрактом?

Седа пристально смотрела на своего соседа. Она бы никогда не отпустила дочь к незнакомому человеку. Но тут пахло деньгами и Седа пересмотрела свои приоритеты.

– Мама, миллион. Ты представляешь, сколько это? –уговаривала Мариам.

– Она права, дорогая, – защищал ее отец. – Нам сейчас эти деньги очень нужны.

– А тебя только деньги волнуют, Гор.

– Мама, если он будет невежлив, я туда больше не вернусь.

Теперь Седа думала, что случилось что-то дурное.

– Можно я поднимусь к ней? – спросил Пол.

– Хорошо, только если она захочет.

Седа поднялась к дочери и вскоре вернулась.

– Она сейчас спустится. Кофе? Чаю? Может, вы голодны?

– Стакан воды, пожалуйста.

У Пола в горле пересохло, в груди будто стоял огромный комок. Он тяжело дышал.

– Пол, добрый день, – голос Мариам немного успокоил его.

– Мариам, я рад, что ты согласилась на встречу.

– Это для того, чтобы мама не догадалась, кто вы, – нервно выдала она.

– Твоя мама тоже знает?

– Думаю они с бабушкой поссорились из-за вас. Ведь она встречалась с замужним мужчиной.

– Мариам, не надо так… – Пол не знал, как объяснить ей, что иногда бывает, люди сами не замечают, как совершают ошибки. И есть ошибки, о которых не жалеют. – Послушай, у меня есть предложение.

– Мне неинтересно.

– Вот ваша вода, – сказала Седа, зайдя в комнату.

Мариам затихла, она глазами велела Полу ничего не говорить при маме. Но Пол пошел в ва-банк.

– Седа, мы только что обсуждали с Мариам нашу следующую встречу. Мы думали устроить поход в кино.

– Правда? Детка, я думала, ты больше не хочешь возвращаться к этому, – удивилась Седа.

– Почему же?

– Мариам? – Седа посмотрела на дочь.

– Есть проблемы, Мариам? – спросил Пол.

– Нет, никаких проблем. Мы встретимся в субботу.

Глава 9

Понедельник. День восьмой.

Давид стоял у дверей и не снимал руку со звонка.

– Хватит, – закричала Клара, открывая дверь.

– Доброе утро, – тихим голосом произнес Давид. – Где он?

– В холле.

Пол сидел в кресле и читал книгу про растений.

– Ты любишь цветы? – спросил Пол.

– Да, кто не любит цветы, – ответил Давид и подошел к креслу.

Он ждал знака присесть. Пол кивнул и показал на диван.

– Я хотел уточнить у вас. Все, что я сегодня расскажу, будет проверено?

– Все уже проверено, и, поправочка, ты ничего мне не расскажешь, – ответил Пол и покосился на Давида. – Мне сегодня намного лучше, так что дома делать нечего. Я решил пойти в гости.

– Куда?

– К тебе домой. Мы проведем нашу вторую встречу у тебя дома.

Пол встал и подошел к Давиду. Он положил руку ему на плечо и показал на дверь.

– Клара, сегодня я пообедаю у соседей.

– Мне нет разницы, – сказала она.

– И не смотри на меня так.

– Как? Мне все равно.

– До встречи, Клара.

Дом Давида оказался очень маленьким. Открыв дверь, они оказались сразу в гостиной, которая по совместительству служила ему спальной. От кухни доносился запах горелой пищи. Явно Давид спешил на встречу с Полом и тосты подгорели. Комната была оборудована всем необходимым, украшений не было, только маленький кактус на полке с книгами.

– У тебя чисто, – заметил Пол.

– Я люблю чистоту и порядок.

– Это хорошо. У тебя есть овсянка?

– Да, сейчас приготовлю.

Давид открыл дверь кухни, а Пол последовал за ним. На кухне тоже было чисто.

– А где ты рисуешь? – спросил Пол.

– В гараже. Могу вам показать, если интересно.

– Мы еще успеем. Сейчас я расскажу тебе одну историю.

Давид уже понял, что история будет о его жизни… Пока Давид варил кашу, Пол сел у окна и начал.

– Тебе было около шести лет, когда ты начал запоминать.

– У меня всегда была хорошая память. С чего вы взяли, что до шести лет я плохо запоминал? – обиделся Давид.

– Прости, я хотел сказать, начал отличать настоящее от сна, – он посмотрел на Давида. Тот, опустив голову, быстро мешал кашу. – Так же ты внушал своему младшему брату, что настоящее – всего лишь дурной сон.

– И он мне поверил?

– Да, ты был очень убедительным. Он тебе поверил и это не так уж плохо. Ты соврал, чтобы уберечь брата.

– Вы даже не представляете, что нам пришлось пережить, – закричал Давид, бросив ложку на стол.

Его глаза горели, он был зол. Но не на Пола, нет. Он вспомнил детство, которое так желал забыть.

– Подойди к окну, Давид, – позвал Пол.

Давид молча подошел к окну. За окном проходила женщина с ребенком. Маленькая девочка плакала, а мама тащила ее за собой. Она разговаривала по телефону, и не замечала, или не хотела замечать плач ребенка.

– Как ты думаешь, она хорошая мать?

– Нет, – тихим голосом ответил Давид.

– Она занята чем-то очень важным, чем ее ребенок. Я даже могу поклясться она ей мешает, злит ее. Скажи мне, Давид, вы с братом мешали маме?

– Да.

– Она отправляла отца к вам?

– Да.

– Она знала, как он вас успокаивал?

– Нет… Я был тихим ребенком, но Абраам…

– Ему снились кошмары? – перебил его Пол.

– Да. Он кричал во сне. И тут же появлялся отец. Виноватым оказывался я.

– А с чего все началось? Ведь ты был тихим.

Давид задумался. Он хотел вспомнить, найти нить, но так и не смог. Он приоткрыл рот, чтобы рассказать, но не знал, что именно.

– У тебя каша горит.

– Что?

– Каша, горит.

Давид подбежал к плите и снял кашу с огня. Он выбросил содержание кастрюли в мусорку и покосился на Пола.

– Все в порядке, я не голоден. Давай пойдем в гостиную и я расскаж,у с чего все началось.

Они присели на удобный диванчик, и Пол начал.

– Давид, я узнал про тебя кое-что, о чем ты не знаешь. Я обещал твоей маме не рассказывать тебе ничего. Но я вижу, как тебе плохо. Поэтому нарушу свое обещание. Итак… – он глубоко вздохнул, – на самом деле, она не твоя биологическая мама.

Давид услышал, но не понял смысл этих слов. Он с недоумением взглядом смотрел на Пола.

– Она тебе не мать. Твой отец женился на ней, когда тебе было полгода. Твоя мама умерла. Она покончила собой. Давид, ты меня слышишь?

– Да, – тихо ответил он.

– И поэтому она тебя не любила. Эта женщина призналась, что знала про деяния твоего отца.

– Она все знала? – теплый пот покрыл лоб Давида, он весь горел от злости.

– Да, она знала, и ей это нравилось. Потом, когда у них родился Абраам, твоя мама…

– Не называйте ее так, – сердито заявил Давид.

Он встал с места и нервно ходил по комнате.

– Она убила его, а я – глупец – защищал ее на суде.

– Да, ты правильно сделал. Этот человек, если можно его так называть, получил по заслугам.

– Да, только после того, когда Абраам понял все. Он рассказал ей, а она защитила своего сына. Не меня, а его.

Давид сел рядом с Полом, и положил голову ему на плечо. Слезы покатились из его глаз.

– Давид, ты хороший человек. Отец был жесток к тебе, но от этого ты не изменился. Абраам – твоя семья, он ни в чем не виноват. Ты должен жить ради него.

– О чем вы? Вы меня совсем не знаете.

– Я знаю, что ты пытался покончить жизнью.

Давид поднял голову, стер слезы с глаз.

– Да, я встретился с вашим лечащим врачом в тот день. Доктор Стивенс, правда?

– Да, так его зовут.

– Мы столкнулись с ним у вашего дома. Я так спешил, что не заметил его. У меня в руках был мышьяк. Пробирка упала и разлилась.

– Молодой человек, вы решили попрощаться с жизнью? – спросил доктор.

– Это не вашего ума дела, – закричал Давид и убежал.

– Он в тот день пришел ко мне весь бледный, – Пол следил за реакцией Давида, – он был озабочен, рассказал про тебя. Мы сначала решили позвонить в полицию, а потом решили следить за тобой.

– Вы за мной следили?

– Да, ради твоего же блага.

Давид подошел к окну. Он не хотел смотреть Полу в глаза,       чтобы не выдать свой страх.

– И что вы сделали, чтобы я не повторил попытку? Вы даже не отвечали на мои приветствия.

– Почему ты так и не решился на самоубийство? – сменил тему Пол. – И еще вопрос. Почему ты хотел покончить собой?

– Вы следили за мной и не поняли?

– Я не знаю, почему ты хотел покончить с жизнью, но знаю кое-что о тебе. Ты трус! Да! И не смотри так на меня. Если бы ты был мужчиной, ты бы дал сдачи своему отцу, ты бы защитил своего брата от насилия. Но нет, женщина сделала это за тебя. Ты не смог, потому что ты трус. Вот тебе ответ.

– Да, я трус. А теперь уходите из моего дома.

– Вечер еще не закончился. Давид, тебе нужны деньги?

– Да, черт возьми. Они мне очень нужны.

– Тогда ответь, что тебя толкнуло на самоубийство?

– Я решился на самоубийство из-за брата, потому что его взгляд преследует меня всю жизнь. Эти маленькие, беспомощные глаза. Стоит мне закрыть глаза и…

– А почему ты все еще жив?

– Опять же из-за брата, но уже взрослого и беспомощного, – ответил он через боль. – Я должен его спасти.

– От чего?

– Как будто вы этого не знаете?

Пол ничего не сказал, он ждал ответа.

– Какой вы плохой человек. Я должен вытащить брата из тюрьмы, – он произнес эти слова с болю.

– А почему он в тюрьме?

Давид был убит. Его голова была готова взорваться, как тепловая бомба. Мышцы затвердели, и он не мог двигаться.

– Его обвиняют в насилии.

– Он жестоко избил своего друга, правда?

– Да.

– Из-за чего?

– Я не знаю.

– А я знаю. У него детская травма, Давид. Ему нужна помощь, помощь психиатра.

– В детстве у него бывали приступы бешенства. Бабушка говорила, что он весь в отца. Я не понимал смысл этих слов. Но сейчас понимаю. У него тот же взгляд, походка, голос. Если он останется в тюрьме, я окончательно потеряю брата.

– Ответь мне на один вопрос, Давид, и мы закончим нашу встречу.

– Я вас слушаю, – обрадовался он.

– Ты бы мог ради брата навредить другому человеку?

– Нет, я не такой.

– Хорошо. Еще из-за твоей неуклюжести пострадала Ки-Ки.

– Кто?

– Собака Сиены.

Пол вернулся домой к обеду очень голодным и уставшим.

– Я накрыть стол, – сказала Клара.

– Не нужно, – сказал Пол, – сегодня я заказал еду из ресторана.

– Вам не нравится больше моя еда?

– Нет, ты готовишь лучше всех, но мне захотелось разнообразия. Кроме того ты очень устаешь, и я хотел сделать тебе приятно.

– Спасибо. Ваши лекарства на столе.

– Спасибо Клара, иди отдохни.

Пол взял лекарства со стала и пошел в свой кабинет. Он выбросил таблетки в мусорку.

– Доктор Аткинс, добрый день.

– Добрый, Пол. Как вы себя чувствуете?

– Хорошо, спасибо. Анализы готовы.

–Да, в таблетках обнаружились малые дозы мышьяка. Тот, кто смог провернуть такое имеет по крайней мере навыки медсестры. Ваша Клара…

– Доктор, вы опять за свое.

– Она же прошла курс первой помощи, а там многое о лекарствах.

– Думаете, она могла сделать лекарство, скажем, у меня в подвале?

– А, что. Я допускаю такое.

– Я нанял сыщика, чтобы проследить за Кларой, и за всеми соседями.

– Это отличная идея. Пол, я буду отправлять вам лекарства по почте, продолжайте их принимать.

– Спасибо, доктор, за вашу заботу.

Клара вошла в кабинет. Она держала в руках тарелку с едой из ресторана.

– К вам гость, – сказала она.

За Кларой в комнату вошла высокая и статная женщина. Она была одета со вкусом: салатовый костюм мужского кроя, бежевые штаны кюлоты, сабо. Блондинка с голубимы глазами. Высокие скулы придавали ей изящности, маленький нос и пухлые губы делали ее лицо совершенным. Пол всегда задумывался, все это от природы, или же она обратилась за помощью к хирургу. Эндрю обижался и всегда говорил.

– Моя жена родилась красавицей.

– София! – Пол обрадовался своей гостье.

София подошла к Полу и поцеловала в обе шеки.

– Как ты? – спросила она.

– Уже лучше. Спасибо, что пришла.

– Прости, что так поздно.

– У тебя два мальчика, – рассмеялся Пол, – это нормально не иметь свободного времени.

– Эндрю хотел прийти со мной, но дела…

– Все в порядке София. Кофе, чаю?

– Спасибо, я, пожалуй, выпью виски, – София знала, где Пол держит виски. Она открыла бар и налила два стакана.

– Спасибо, – Пол взял бокал с виски. – Я соскучился по этому вкусу.

– Как дела с соседями? Эндрю рассказал мне о твоих контрактах.

– Он не может успокоиться, да?

– Ты о чем?

– Он пытался подкупить почти всех моих соседей, – Пол выпил весь виски. – Он настолько жаден, что считает даже мои деньги.

– Знаешь, его жадность иногда меня пугает, – София налила еще виски себе и Полу, – он мелочится даже на своих детей. Но я его не виню. Эти деньги он зарабатывает с трудом.

– Если он мелочится на вас, откуда у тебя роскошные наряды?

– Ты забываешь, кто мой отец, – она улыбнулась. – Он никогда не отказывает мне, или моим сыновьям.

– Ты поужинаешь со мной?

– Нет, мне пора. Хочу заскочить к Эндрю в контору. А потом забрать детей из школы.

– Хорошо. Спасибо, что зашла.

– Ты же знаешь, как я тебя люблю, Пол, – София нежно поцеловала его в щеку и ушла.

После ее ухода Пол долго сидел неподвижно и чувствовал прикосновение Софии на своей щеке.

Глава 10

Девятый день.

Сиена Коллинз

Она сияла в новом красном платье. Сиена угадала с цветом. Плечи были слегка открыты, грудь подчеркнута. У колен платье расширялось и нежно развивалось от ветра. С утра был ветер, который собирал черные тучи. Красное платье на фоне черных туч смотрелось более выразительно.

– Заходи, – заворчала Клара.

Конечно, она завидовала Сиене. Ведь ей не чем было хвастаться перед такой красоткой. Пол вышел им на встречу.

– Надеюсь, ты приготовила завтрак, Сиена?

– Я? – удивилась она и вопросительно посмотрела на Клару.

Та покачала головой и пожала плечами.

– Я вчера приготовила запеканку.

– Отлично, обожаю запеканку.

Пол взял Сиену за руку и повел ее на улицу. Он быстрым шагом перешел дорогу и помчался к дому Сиени.

– Подожди! – заволновалась она.

Она освободилась из рук Пола.

– К чему такая спешка?

– Я голоден.

Пол дотронулся к ручке двери, как вдруг Сиена нервно закричала.

– Нет! Отойди!

Пол отошел назад.

– Зачем так кричать? Хочешь сама открыть? Открывай!

– Дверь заперта, ты бы не смог открыть, – успокоилась Сиена.

– Заперта, потому что ты живешь одна. Правда?

– Да.

Сиена достала ключи и подошла к двери. Она попыталась повернуть ключ, но дверь была открыта.

– Я точно помню, что заперла ее.

– Я тоже стал рассеянным последнее время, все время что-то забываю.

Они вошли в довольно просторную гостиную. Комната была светлой и чистой, мебель и гарнитура говорили о хорошем вкусе хозяйки, что удивило Пола. Но было впечатление, что все состарилось, прожило свое.

– Пойдем на кухню, позавтракаем, – сказала Сиена.

– Я уже позавтракал.

– Как это?

– Ты опять опоздала, и я позавтракал.

Пол сел на диван и понял, что он только с виду хороший. Было неудобно, потому что он чувствовал все пружины дивана.

– Сколько лет этому дивану?

– Он достался нам от прежних жителей, – ответила Сиена.– Не все могут позволить себе новый диван.

– Твоему мужу, наверное, тоже не нравится сидеть на этом диване?

– Нет! – Она почувствовала жар, который поднимался с шеи к щекам. – Не нравилось.

– Ах да, прости. Из-за таблеток я все забываю. Напомни как он умер?

– Из-за рака, – пробормотала Сиена.

– Сиена, не нужно больше лгать, я все знаю.

– Что именно ты знаешь? – она вся покраснела.

– Твой муж лежал в больнице долгое время. Но врачи…

– Придурки! – заорала Сиена, – Они придурки. Они все говорили, что мой муж не выйдет из комы, что не справится. А если проснется…

Сиена упала на диван, закрыла лицо руками и почувствовала, как жара спадает. Слезы лились из ее глаз.

– Поплачь, ты долго сдерживала себя.

Пол сел рядом с ней и стал гладить по голове. Все это время, пока ее муж лежал в больнице, она была одна. Сиена разрывалась между больницей и работой. Все звонки маме оставались безответными.

– Мне так хотелось поговорить с ней, – хриплым голосом сказала она.

– Когда мне плохо, я тоже хочу говорить с мамой. Потом вспоминаю, что ее давно нет в живых.

– Хотела бы я, чтобы моя мама тоже…

– Не говори так, Сиена. Я поставлю чайник, а ты приведи себя в порядок, нам нужно еще о многом поговорить.

Пол, как хозяин дома, принялся заваривать чай, а Сиена гадала, что еще Пол мог разузнать о ней.

– Зачем ты соврала про мужа? – спросил Пол, поставив чашки на кофейный столик.

– Я не солгала, он умер. Он был в коме все это время. А когда проснулся, он… – ее голос дрожал, – он не был больше прежним.

– Но все же. Придумала, что он лечился в Израиле, и что ты похоронила его там.

– Если честно, я хотела давить на жалость, мне сейчас так нужны деньги, – она взяла стакан и поднесла к носу.

Сиена вдохнула нежный аромат цветов и цедры апельсина.

– А почему ты солгала насчет ребенка?

Сиена окаменела. Как он узнал о ее тайне?

– Но как? Об этом знали три человека.

– И один из них раскололся, – заявил Пол.

– Мама…

– Да. Это твоя мама. И она растила твоего ребенка все это время. Почему ты отдала ребенка маме?

– Я была совсем молода, – заикалась Сиена.

– И поэтому заменила ребенка собакой?

– Она особенная.

– Все собаки одинаковы. Что такого в нем было особенного?

Он смотрел на Сиену и думал, почему она обижается на маму, если сама бросила своего ребенка.

– Не собака, – тихо сказала она, – моя девочка особенная.

Сиена почувствовала новый поток жара. Все тело покрылось потом.

– Моя дочка, она родилась с синдромом Дауна. Мы с мужем приняли решение отдать девочку в приют. Но мама решила сама позаботиться о ней.

– Значит она не такая уж плохая, как ты думаешь.

– Она монстр, – глаза Сиены загорелись ненавистью.

– Почему? Она решила позаботиться о своей внучке. По-моему, ребенку будет лучше с родственником, чем в приюте.

– Ты не понимаешь, Пол. Она сделала это на зло мне, чтобы доказать, какая я плохая мать.

Сиена закрыла глаза руками и сжала их.

‘’Только не плачь’’– повторяла она про себя.

– Не мне тебя судить, но ты плохо поступила со своей дочерью.

Сиена ничего не ответила. Она продолжала зажимать глаза, боясь нового потока слез.

– Лучше я пойду к себе домой, на сегодня хватит, – сказал Пол и направился к двери.

– У тебя нет сердца, – вспыхнула Сиена. – У тебя все отлично в жизни и ты можешь только читать мораль другим. Кажется, ты все знаешь, но это не так. Кто дал тебе право рыться в моей личной жизни и тыкать ею мне в нос?

Пол повернулся, посмотрел на Сиену, пожалел ее и ничего не ответил.

– Вы вернулись?

– Клара, я заказал обед на сегодня, – Пол посмотрел на Клару в надежде, что та ничего не ответит.

– Как вам нравится, к вам гость.

– Пол, – позвал его Эндрю.

– Эндрю, какими судьбами?

Клара вернулась на кухню, а приятели уселись у камина.

– Не обижайся, Пол, ты меня загрузил работой.

– Да, прости.

– Зачем весь этот маскарад? Может, все-же объяснишь мне? – Эндрю смотрел на друга и впервые за долгие годы не понимал его.

– Я уже говорил, что хотел как-то украсить свое одиночество. До разговора с Мариам я хотел покончить с этим маскарадом, потому что они не следовали правилам контракта, а ты знаешь какой я пунктуальный человек.

– Да, это я отлично знаю.

– Но Мариам…

– Что Мариам?

– Она внучка Анны. Ты ведь правда?

– Мой источник никогда не ошибается. Теперь ты можешь выгнать остальных соседей и спасти нам миллионы.

– Тебя только это волнует? Деньги? Если бы ты был хорошим другом, знал бы, что меня травят уже целых полгода.

– Это бред, доктор Аткинс звонил мне.

– Так ты знаешь?

– Поэтому и пришел. Зачем кому-то тебя травить?

– Думаешь, анализы ложные? – Пол покосился на него.

– Хорошо, допустим, это правда и тебя травили месяцами. Ты думаешь, это кто-то из соседей?

– Ради денег человек может пойти на все.

– Но как им добраться до твоих денег? Это смешно.

– Думаю, кого-то из них подтолкнули. Но когда он увидел шестизначное число в моем контракте, передумал, и решил играть на моих чувства. Все они хотели чем-то зацепить меня, кроме двух соседей. Я должен понять и их.

– Одна из них точно Мариам, правда?

– Да, она. А еще Бомани. Ты все разузнал о его прошлом?

– Да, я все разузнал. Но до того, как расскажу, ты скажешь мне, как твои соседи могли тебя травить? – ему не терпелось услышать ответ.

– Прости, но не сейчас.

– Ты мне не доверяешь?

Его пронзительный взгляд упал на Пола. Но Пол не сдался, ему доводилось и раньше легко сменить тему.

– А еще у меня есть двое подозреваемых из моего круга: Клара и Деррик.

– Я говорил тебе, что не надо включать их в свое завещание, – фыркнул Эндрю.

Он всегда недолюбливал этих двоих, особенно Деррика. Когда Пол работал один, у него был всего один юрист, и это был Деррик. Но с появлением Эндрю в бизнесе, появился и новый юрист – Сэм Эткинс. Эндрю не доверял Деррику и решил нанять Сэма.

– Лучше иметь двух юристов, а то и троих. Вдруг один из них решит тебя обмануть.

– А что, если они вдвоем объединяться против нас, – рассмеялся Пол, но согласился на второго юриста.

– Клара странно ведет себя последнее время.

– Может, потому что ты не ешь ее еду? – сказал Эндрю и посмотрел в сторону кухни.

– Она успела тебе пожаловаться?

– Да. А еще сказала, что ты не принимаешь лекарства.

– И чувствую себя лучше.

– У тебя уже паранойя. Клара сказала, что ты врешь ей про лекарства и не ешь ее еду. Если она тебя травит, то ты ее очень разозлил.

– И что? Теперь мне конец?

– Думаю, тебе нужно быть на стороже.

– Я перееду к тебе.

– Что?

– Да, сейчас я могу доверять только тебе. Буду приезжать к соседям в гости и вернусь к тебе.

– Что скажешь Кларе?

– Ты поговоришь с ней. Скажешь, что у нас на носу очень важный контракт. Поэтому мы должны работать вместе, и я на несколько дней переезжаю к тебе.

Эндрю покачал головой, но ничего не ответил.

– Пол, – София вскочила с места.

– Дорогая, – Эндрю подошел к жене, – Пол поживет у нас некоторое время.

– Все в порядке? – она выглядела очень встревоженной.

– Да, у нас просто много дел, и я решил вернуться в бизнес. Будет лучше, если мы с Эндрю будем вместе.

– София, дорогая, распорядись насчет ужина, мы очень голодны, – Эндрю подмигнул Полу.

Глава 11

Десятый день.

Рикки Гонзалес и Грейс Карсон

– Мы были у вас, но Клара сказала, вы уехать, – сказала Грейс тоном Клары и рассмеялась.

– Дорогая, чайник зовет тебя, – сказал Рикки и посмотрел на жену.

Эти двое обменялись взглядами, и Грейс пошла за чаем.

– У вас все в порядке, Пол?

– Да, Рикки. Просто к нам приехали партнеры из Европы, дел много. Я решил пожить у друга.

– Да, было бы досадно, если бы европейские партнеры увидели район, в котором вы живете, – с иронией сказал Рикки.

– Об этом я не думал, но, пожалуй, ты прав. Они были бы в шоке.

– А вот и чай.

Грейс поставила чашки на стол и уселась рядом с Полом.

‘’Почему не рядом с мужем?’’ – подумал Пол.

Гостевая комната была намного больше, чем у Давида и Сиены. Было видно, что супруги работают усердно. Мебель была новой и удобной, полы деревянные, на стенах висели картины, в углу стояло пианино.

– Вы решили свои проблемы? – спросил Пол.

– Какие проблемы? – удивилась Грейс.

– На прошлой неделе у вас на работе что-то случилось.

– Дорогой?

– Грейс, Рикки не рассказывал вам о совете, который планируется в скором будущем?

– Рикки? – Грейс подняла голос.

– В конце месяца будет совет. И … – голос Рикки захрипел.

– И о чем он будет?

– Да разные мелкие вопросы.

– Мелкие, – рассмеялся Пол. – Ты говорил мне о другом вопросе. Дело в том, что они будут обсуждать тебя.

– Меня? – ана повысила голос.

– Точнее, твое отчисление, – Пол взял чашку и поднес его к носу, потом сделал глоток.

Рикки молчал. Он знал, что вскоре на него обрушится весь гнев жены. Но он и не мог предположить, что на него обрушиться кое-что больше.

– За что?

– Ребенок в коме из-за твоей ошибки, – ответил Пол и краем глаза следил за Рикки, – еще один ребенок чуть не умер, опять по твоей вине.

– Но это было давно, и мы ришили этот вопрос.

– Грейс, – Пол выпрямился, – это ты решила вопрос, а доктор Стивенс и твой муж нет. Ты опять приняла неверное решение за спиной мужа. Твои ошибки могут стоить людям жизнь.

– Рикки, ты не хочешь объяснить, что тут творится. О каком ребенке идет речь? Что я сделала на этот раз?

– Дорогая, мы поговорим, но вечером. Я тебе все объясню.

– Нет, расскажи сейчас.

– Да, Рикки, расскажи сейчас. Прошу, только правду и ничего кроме правды, – Пол уселся поудобнее, протянул ноги вперед, положил руки на живот и уставился на Рикки.

– Я… То есть доктор Стивенс не до-доволен твоей ра-работой, точнее твоими ре-решениями…

Рикки заикался, когда нервничал, у него это было с детства.

– Рикки! Соберись!

– Я не мо-могу, мне тру-трудно.

– Ты не можешь, потому что ты не стараешься, – говорила сердито мать. – Если бы ты лучше старался, все бы получилось. Я плачу деньги за что?

Рикки проходил лечение у логопеда. Через год Рикки заикался меньше, а через полгода и вовсе перестал. Но когда он нервничал или лгал, старая болезнь возвращалась.

– Рикки, о чем ты? Доктор Стивенс ничего мне не говорил, – Грейс выглядела потерянной. – Не томи, ты знаешь, я не люблю секреты.

– Малышка Сьюзи, – пробормотал Рикки.

– Что малышка Сюзи?

–Она в ко-коме.

– Я знаю, Рикки, – она снова подняла тон.

– Док-доктор Стивенс думает, это по-по твоей вине.

Грейс сжала кулак, и только присутствие соседа заставляло ее не выходить за рамки.

– Рикки, ты говоришь мне то, о чем я уже знаю. Малышка Сьюзи уже в коме полгода, и я знаю, что по моей вине. Расскажи, в чем опять я провинилась.

– Давайте я все расскажу, ведь по новым правилам я должен рассказывать всю правду о вас, – сказал Пол, видя мучения Рикки. – Итак, Рикки принял неверное решение, из-за чего малышка Анабель чуть не умерла. Но если все будут думать, что это из-за тебя, Грейс, Рикки не потеряет работу. Ведь ты однажды изменила диагноз и историю болезни, и могла повторить это снова. Рикки, боясь потерять работу, пустил слухи, что ты взялась за старое.

– Рикки! – Грейс не могла больше скрывать злость.

Она встала с места и нервно ходила по комнате.

– Дорогая, я врач, а…а ты…

– Кто я Рикки? Твой помощник? Да я больше врач, чем ты. Ты даже не любишь свою работу, вечно жалуешься. То доктор Стивенс тебя надоедает, то пациенты не те.

– Я вас оставлю, – Пол встал, выпрямился, пожал руку Рикки и направился к двери.

– Ну что? Рикки и Грейс могли тебя травить? – рассмеялся Эндрю.

– Могли.

– Пол, если ты кого-то подозреваешь, расскажи полицейским, пускай ведут расследование.

– Я сам найду виновных.

– Как знаешь. Нам с женой нужно быть на званом ужине, так что я пойду подготовлюсь. Да, кстати, Клара звонила.

– И?

– Хотела узнать, как ты, принимаешь ли лекарства.

– Думаешь, это она?

– Она мне никогда не нравилась. И знаешь, да, она могла бы. Уж очень ей интересно, принимаешь ты лекарства или нет. А ведь именно лекарства отравлены.

– Мальчики! – София вбежала в холл.

– Их здесь нет, – Пол посмотрел на Софию. Каждый раз он удивлялся ее красоте. На Софии было золотистое длинное платье. На платье были сшиты камешки Сваровски, оно выгодно подчеркивало фигуру Софии. Голливудские локоны были распушены на плечах. На руке она носила золотую подвеску, которую Пол подарил им на годовщину свадьбы.

– Они такие шалунишки, – улыбнулась София, – знают, что нам нужно в гости, вот и скрываются.

– Думаю, они в саду. Когда мы с Эндрю пришли, они скрывались под кустами. Но ты же меня знаешь, ничто не может ускользнуть от моего взгляда.

– Пойду найду их, – София подошла к двери и добавила. – Эндрю, ты идешь или как?

– Хотелось бы мне остаться дома, но твои родители меня не простят.

Глава 12

Одиннадцатый день

Сиара Стоун

– Заходите, – сказала пожилая женщина, открыв дверь.

Пол сидел на лестнице, которая вела к входной двери дома Сиары. Дверь открыла женщина лет семидесяти, она выглядела уставшей уже с утра.

– Вы бабушка Сиары? – спросил он и поднялся с места.

– Да, я Эмилия, – ответила женщина.

– Я думал, у вас постельный режим. У вас ведь редкая болезнь.

– У меня все в порядке, не считая усталость. А вы Пол, так ведь?

– Да, – ответил он. – Ваша внучка рассказала про новые правила договора?

– Конечно. Какая я невежливая, заходите в дом.

Они вошли в просторную гостиную, где почти не было мебели. Посередине стоял диван, а возле него маленький стол. У окна стояло кресло-качалка и маленький книжный шкаф. От такой пустоты Полу стало не по себе.

– Вам плохо? – спросила Эмилия.

– Мне нужно присесть.

Пол сел на диван и уставился на Эмилию. Та принесла маленький стул и присела рядом с Полом.

– А где Сиара?

– Она еще спит, бедняжка была на ночной смене в пиццерии.

– А как же уроки?

– Ее уроки начинаются с двенадцати часов, но она отпросилась.

– Ради встречи со мной? – улыбнулся Пол.

– Да, она уважает вас и правила контракта. А можно спросить?

– Конечно.

– Зачем вам все это?

– Хочу найти человека, который меня травит.

Пол и Эмилия посмотрели друг на друга. Повисла тишина. Спустя минуту Пол расхохотался.

– Да шучу я, что вы. Испугались?

– С чего мне пугаться?

– Не знаю, вы мне скажите. Есть ли у вас основания сомневаться в вашей внучке.

– Думаю, нет. У нее были проблемы с законом, но чтобы травить кого-то, – она замешкалась.

– Думаю, ваша внучка не способна на такое, – успокоил ее Пол. – Она воришка, но не убийца.

– Она завязала с этим.

– Я знаю, она мне рассказывала. Да, после того случая…

– Она вам и про тот случай рассказала?

– Да, это было ужасно. Кстати, как ее сестра? Есть шанс на поправление?

– Нет, врачи говорят, что изменений нет.

Эмилия покачала головой и вспомнила тот ужасный вечер.

Шел дождь, асфальт был мокрым. Две девочки мчались по шоссе на украденной машине. За ними гнался хозяин магазина.

– Убью, вот поймаю вас и убью, – говорил хозяин магазина сам себе.

Он вскоре поймал их, но вместо того, чтобы наказать, он помог девочкам. Случилась ужасная авария. Сиара была за рулем, а сестра сидела на заднем сидении без ремня безопасности. Из-за столкновения с другой машиной ее выбросило наружу. Сиара обошлась лишь несколькими царапинами, а сестра сильно повредила голову и спинной мозг.

– Она в коме, – тихо произнесла Эмилия, – но это ошибка врачей. Они поздно поняли, что у девочки кровотечение в голове.

– Мне очень жаль вас. Я знаю, как тяжело быть бессильным против болезни.

– Пол! – удивленно в комнату вошла Сиара.

– Я пришел к тебе в гости. Ты рада?

– Да, – ответила Сиара и дала знак бабушке удалиться.

Она встала с места и тяжелимы шагами поднялась к себе в комнату.

– Я проспала, простите.

– Ничего, у тебя была смена, я все понимаю. Может, навестим твою сестру?

– У меня нет сестры, – резко сказала Сиара.

– Хватит лгать! Я знаю и про аварию, и про твою сестру. Ты подписала контракт ради сестры.

– Да, – тихо произнесла она.

Сиара закрыла глаза руками в надежде скрыться от глаз Пола.

– Ты хочешь перевести ее в другую больницу?

– Да.

– Доктор Стивенс хочет отключить ее от аппаратов?

– Да.

– Думаешь, я смогу тебе помочь отговорить его?

– Нет. Бабушка все равно не согласиться. Она наш законный опекун.

– Так будет лучше, мама, – сказала мама Сиары по телефону. – Я откажусь от девочек, ты станешь опекуном. Так мы получим пособие.

– Мне это не нравится, – Эмилии не нравилось все, что решала ее дочь, – нас могу засудить за такое.

– За что? Мама, успокойся, подумай, сколько денег мы получим. У меня пока нет работы, я в поисках. Став опекуном, ты поможешь нам продержаться на плаву.

– Хорошо, но все равно, мне это не нравится.

– Твоя бабушка старая женщина, ее легко будет переубедить. Давай пойдем навестим ее, – сказал Пол и протянул руку.

Сиара протерла глаза, глубоко вздохнула и подошла к Полу.

– Я навещаю ее каждое воскресенье, читаю для нее…, – ее голос задрожал.

– Пойдем, я хочу познакомиться с ней.

Запах больницы всегда не нравился Полу, он вспоминал, как со своей женой долгое время боролись со зловещей болезнью.

– Целый год, – прошептал Пол.

– Что? – спросила Сиара.

– Ничего.

Один год Пол с женой боролись. Один года ему приходилось терпеть запах больницы, запах лекарств.

– У меня рак, – произнесла Анжела.

– Что…

Пол уронил конверт из рук и подошел к своей жене.

– Ты что-то уронил, что это?

– Ничего, дорогая, это от партнеров из Европы. Ты уверенна насчет болезни?

Сердце Пола никогда не билось так быстро. Он молил, пусть это будет ошибкой. Ведь он все приготовил для развода и уже представлял, как мчится к своей первой и последней любви. Но, уронив конверт с документами о разводе, разбились все его мечты.

– Мы к доктору Стивенсу, – сказал Пол медсестре.

– Я пойду к сестре, не хочу видеть человека, из-за кого моя сестра в коме, – сказала Сиара и пошла.

– С ней все в порядке? – спросила медсестра.

– У нее сейчас трудные времена. Так доктор у себя?

– Да.

– Если вы отключите аппараты, расследования не будет.

– Но как ты себе это представляешь, Рикки?

– В отчете можно написать – остановка сердца.

– Простите, – открыл дверь Пол. – Я вам помешал?

– Нет, – ответил доктор Стивенс, – что вас привело сюда?

– Я пришел к знакомой, – ответил Пол и уселся в кресло.

– Клара в больнице? – удивился доктор.

– Нет. Почему сразу Клара? – рассмеялся Пол. – Моя соседка, Сьюзанна.

Доктор Стивенс и Рикки посмотрели друг на друга. Было видно, что они чем-то озабочены.

– Вы знаете ее? – спросил Пол.

– Да, – ответил Рикки, – я ее лечащий врач.

– Сиара думает, что она в коме из-за вас. Как она говорит, вы не сразу поняли, что у нее внутреннее кровотечение.

– Как вы смеете! – закричал Рикки.

– Рикки, оставь нас, – сказал доктор Стивенс.

Лучшее, что мог сделать Рикки – удалиться.

– Пол, что это было?

– А что не так? Он не умеет работать, а вы прикрываете его, – спокойно произнес Пол.

– Это не он. Его не было в больнице, когда привезли девочку.

– Тогда, кто принял неверное решение?

– Его жена. Она не раз принимала решения за врачей. Я хочу уволить ее, но Рикки просит…

– Убить маленькую девочку, – перебил его Пол.

– Она не сможет выкарабкаться, да еще у них нет денег…

– Что? Вы отключите аппараты потому, что у них нет денег? Значит, так все делается?

– Она получает очень дорогие препараты. У нас не государственная больница, у нас все платно.

– Я все оплачу.

– Почему?

– Во-первых, это ребенок. А во-вторых, я хочу, чтобы виновный ответил за все.

– О боже! Пол, это не ваше дело.

– Нет, уже мое. И еще кое-что, я думаю Грейс тут не причем. Рикки принял неправильное решение. Он начал операцию спины, не сделав МРТ головы.

– Рикки был на конференции, операцию делал я, – сказал доктор Стивенс и подошел к окну.

– Я знаю, – довольным тоном сказал Пол.

– Тогда, что это за игры?

Он повернулся к Полу, его глаза горели от злости.

– Как вы сможете скрыть этот факт доктор?

– Девочка впала в кому из-за неправильных препаратов, которые поменяла Грейс.

– Но ведь причина была не в препаратах, а в операции. Дуамете, вам поверят?

– Да, у меня хороший послужной список, меня все уважают. Для Грейс это будет уроком.

– Из-за вас ребенок в коме. Кто же преподаст урок вам? – Пол встал и подошел к Стивенсу. – Думаю, будет расследование, которое в конце концов приведет к вашей ошибке. Получается, что Сьюзанна в коме из-за вас, а Анабель чуть не погибла из-за Рикки. Вы оба будете работать, а Грейс потеряет работу врача навсегда. Вы понимаете, что она винит себя за Сюзи? Грейс будет жить и винить себя за то, что совершили вы. Как вы будете жить, зная правду?

Пол ликовал, его тон становился все громче и громче. Ему нравилось видеть, как его собеседник теряется, тонет и не может выкарабкаться.

– Как я понял, вы уговорите бабушку Сиары отключить аппараты своей внучки. Тогда расследования не будет. Если вам не удастся, вы запугаете Рикки, и он скажет, что операция прошла удачно, кровотечения не было. Девочка впала в кому, потому что его жена поменяла историю лечения.

– Что вам нужно? – спросил доктор.

– Ничего, – тихо произнес Пол, – я оплачу все расходы для лечения Сьюзи.

– Вы расскажете ее семье, кто виновен?

– Это я оставляю на вашей совести, доктор.

Пол вышел из кабинета доктора, оставив его наедине со своими мыслями.

– Она похожа на тебя, – сказал Пол, войдя в палату Сьюзи.

– Она очень похудела.

– Я поговорил с доктором, я оплачу все расходы.

– Нет, это против правил, – закричала Сиара.

– Сиара, это не имеет никакого отношения к договору. Я часто так делаю. В этой больнице лечилась моя жена, у меня много воспоминаний об этом месте. Каждый год я жертвую кругленькую сумму на лечение других пациентов. Твоя сестра будет одной из них.

– Это будет здорово. Сьюзанна, Сьюзи, ты слышишь? Все будет хорошо, – Сиара погладила сестру по голове.

– Сиара, я очень устал, вернемся домой. И ты расскажешь хорошую новость бабушке.

– Чай или кофе? – спросил Эндрю.

– Чай, – ответил Пол.

– Как твое расследование?

– Я уверен, что это точно не Сиара.

– Ты думал, что маленькая девочка могла тебя травить? Я не узнаю тебя, Пол.

Он поставил чашку чая перед Полом. Нежный аромат цветов жасмина переполнил всю комнату. Пол вдохнул этот воздух полной грудью и ответил.

– Я всех их подозревал вначале.

– Расскажи.

Пол сделал глоток чая и начал.

– Начнем с Давида. Его картина висит у меня на стене.

– Которая?

– ‘’Девятый вал’’.

– Это же Айвазовский.

– Его копия, – Пол сделал еще один глоток. – А можно сахара?

– Да, конечно, – ответил Эндрю и передал ему сахар.

– Давид мошенник, он может с легкостью подделать любое произведение искусства. Он думает, я не знаю, что это его работа.

– Думаешь, картина отравлена? – спросил Эндрю, добавляя сахар в чай Пола.

– Может быть. Когда я сделал анализ, она уже была чиста. В лаборатории сказали, что за все время, что она висит у меня, все могло испариться. Итак, Сиена и ее пес.

– Думаешь, это пес? – рассмеялся Эндрю.

– Да, Помнишь, она говорила, что пса отравили. Он часто проникал ко мне в сад, и я мог отравиться от него. Я любил эту пса, играл с ним. Можно мне еще чаю? – спросил Пол, рассматривая пустую чашку, – но потом до меня дошло, что собака отравилась из-за Давида.

– Он отравил собаку Сиены?

– Случайно. Он разбил бутылочку с мышьяком перед моим домом. Ки-Ки часто убегал и всегда приходил к моему дому.

– А как же супруги Карсон? Что ты о них скажешь? – спросил Эндрю, наливая чай.

– Я знаю один их секрет. Когда я ходил на консультации к Стивенсу, услышал их разговор с Рикки.

– О сестре Сиары?

– Да, я знал, что Стивенс его шантажирует. Он угрожал, что угробит карьеру Рикки, если тот не согласится свалить всю вину на жену. Сначала они думали, что я знаю об их гнусных планах и могли отравить меня лекарствами. Часто Рикки сам привозил мне лекарства из больницы. Потом доктор Стивенс пытался понять, знаю ли я что-то. Но ты ведь знаешь, какой я хороший врун, – Пол рассмеялся. – Думаю, он решил, что зря переволновался. До сегодняшнего дня.

– Ты сказал ему, что знаешь?

– Да, я взял все расходы лечения Сьюзи на себя. А еще буду следить чтобы было проведено расследование.

– Дальше?

– Маленькая Сиара. Она могла травить меня через газеты или почту.

– Как?

– Она разносит газеты по выходным и приносит почту.

– Ладно, а как насчет Бомани?

– На Бомани и Мариам у меня ничего нет.

– Я удивлен. Хочешь что-то покрепче?

– Нет, чай был кстати. Я знал, что Бомани с Мариам тайком встречаются, хотя они уверяли меня, что влюблены безответно.

– Они скрывают свои чувства?

– Да. Если родители Мариам узнают, их разлучат.

– И ты решил стать для них кем-то вроде феи крестной, – Эндрю не сдержался и стал громко смеяться.

– Да, – Пол тоже не сдержался. – Давно так от души не смеялся. Но если серьезно, я хочу им помочь.

– Как?

– У меня был план до того, пока ты не сказал, что моя дочка считает меня мертвым. Почему Анна не сказала ей правду? И мне хочется выяснить, что она рассказала Мариам про меня. Явно что-то очень плохое, раз она ненавидит меня. Видел бы ты, как Мариам посмотрела на меня, когда поняла, кто я.

– Она знает, что ты ее дедушка?

– Думаю, нет. Но она знает, что у меня с ее бабушкой был роман. Наверное, Анна рассказала, как я обманул ее и воспользовался моментом.

– А как насчет твоей дочки. Анна могла рассказать Седе, что забеременела от тебя.

– Думаю, да. Она узнала, что ее мама переспала с женатым мужчиной и забеременела от него. Наверное, она захотела увидеть меня, и тогда Анна сказала, что ее отец умер. Мариам сказала, что они больше не общаются.

– Больше не хочешь их свести? Мариам с Бомани?

– Хочу, но после того, когда улажу отношения с внучкой и дочкой.

Пол загрустил. Он вспомнил слова Эндрю. Анна соврала дочке Седе, что ее отец умер.

– Она меня убила, моя Анна меня убила, – пробормотал Пол.

– Я не могу поверить, что твоя дочка поселилась рядом с твоим домом. Такое совпадение.

Но Пол больше ничего не мог слышать. Он получил нож в сердце, узнав, что умер для Анны.

– А теперь главный вопрос, – сказал Эндрю и встал. – Зачем твоим соседям травить тебя?

– Хороший вопрос, – обрадовался Пол. – Им всем нужны деньги. Они выполняют чей-то приказ.

– Ты прям Шерлок Холмс. Чей приказ они выполняют?

– Есть три человека, которые могли это сделать, если доктор Стивенс и Рикки не причем, – ответил Пол.

– У тебя так много врагов.

– Не так уж много.

– Ладно. Кто те люди, которые жаждут твоей смерти?

– Клара, Деррик и ты, – спокойно ответил Пол.

– Мотив?

– Думаю, завещание. Вы трое входите в мое завещание и терпеть не можете друг друга. Каждый из вас думает, что те двое недостойны моих денег. Вы все мне об этом говорили.

– Мало ли, что я тебе говорил. Мне и правда не нравятся те двое, – спокойно ответил Эндрю. – Но скажи мне, зачем тебя травить?

– Из-за долгого отравления мышьяком можно заболеть разными болезнями. Чаще всего это рак. Но у меня слабое сердце и в итоге у меня случился инфаркт. Препараты, которые я принимал во время лечения, вызывали у меня галлюцинации. Если бы я не перестал их принимать, то вы бы смогли заставить меня переписать завещание на одного из вас.

– Не верю своим ушам, – разозлился Эндрю. – Я приютил тебя у себя дома. Я твой лучший друг, благодаря мне ты разбогател, твой жалкий бизнес пошел в гору.

– Мой бизнес пошел в гору, – иронично повторял Пол. – Зачем мне этот бизнес,если моя внучка видеть меня не хочет?

– Это уже твоя ошибка. Не стоило ехать к ее бабушке и путаться с ней.

– Не смей говорить о ней таким тоном. Если бы не она, я бы не узнал обо всем этом.

– О чем ты?

– Когда я написал ей, что у меня инфаркт, она посоветовала мне каждый день приглашать одного соседа к себе.

– Ты не говорил, что общаешься с Анной. Это что-то новенькое. Она придумала все эти контракты? – рассмеялся Эндрю.

– Нет, это я придумал. Никто бы не согласился просто так сидеть со старым ворчуном.

– С чего это твоя Анна начала общаться с тобой? Ведь ты умер для нее, – вопросы Эндрю прозвучали как оскорбление.

– Не знаю… Я не знаю почему, но она написала мне. Может быть, соскучилась. Или, узнав, что наша внучка живет по соседству, захотела нас познакомить. Может быть, она раскаялась, что убила меня, когда-то давно.

– Пол, остановись, – перебил его Эндрю, – мне это не интересно. Думаю, тебе стоит вернуться к себе домой.

– Я тебя понимаю, но и ты пойми меня.

– Уходи!

– Я быть рада вы вернуться, – обрадовалась Клара, увидев Пола в холле.

– Я тоже рад, что вернулся домой, но мне нужно опять уйти по делам, – сказал Пол и направился к лестнице.

– Почему?

– Мои коллеги остановились в Гранд отеле и не хотят приезжать в наш район. Мне сложно так часто выезжать из дома, поэтому я тоже поселюсь на время в отеле.

– Мистер Эндрю?

– Он больше не хочет, чтобы я жил в его доме, – холодно ответил Пол.

– Почему?

– Скажи мне, Клара, Эндрю мог пожелать мне плохого?

– Думаю, да. Да, он мог бы.

– Расскажи.

– Он сказать мне, что вы должны ему. Все, что у вас есть, принадлежать ему. Он говорить об этом часто.

– Да как же. А ты что думаешь обо мне?

Пол смотрел Кларе в глаза с надеждой понять, что она на самом деле думает.

– Вы очень много работать.

– И все? – удивился Пол.

– Да. Особого мнения нет.

– Ладно, я соберу вещи. Меня не будет до понедельника.

Глава 13

Двенадцатый день

Бомани Брук

Такого маленького жилья Пол не видел даже в свои трудные времена. Сорок пять квадратных метров: вот столько занимала его первая квартира в США, точнее, это была маленькая студия.

– Простите, у меня беспорядок, – сказал Бомани, собирая вещи с пола.

– У тебя, так сказать, творческий беспорядок, – улыбнулся Пол.

– Вы выглядите уставшим.

– Ты наблюдательный, Бомани. Да, я ночевал в отеле. Знаешь, сколько бы звезд не было у отеля он не сравнится с удобством своего дома.

– Не могу сказать то же самое о своем доме.

– Но ведь здесь лучше, чем в месте, где ты жил после освобождения?

Бомани почувствовал сухость во рту.

– Тебя ведь поселили в небольшом мотеле? Там, наверное, много крыс? Я прав?

Пол подошел к маленькому окну и выглянул в него. Дом Бомани находился напротив его дома. Он хотел увидеть Клару.

– Да, – тихо произнес Бомани, – но это уже позади. У меня теперь другая жизнь. Кого вы там ищете?

– Хочу посмотреть, как там Клара. Ты работаешь на полицию? Расскажи мне об этом.

– Да, я ловлю таких, как я. Клара с утра ушла и не возвращалась домой, – сказал Бомани.

Пол отвернулся от окна и подошел к дивану. Он опрокинулся на диван и уставился на Бомани.

– А какой ты?

– Думаю, вы сами хорошо знаете, – ответил Бомани, пряча глаза от Пола, – я был мошенником. Сначала мелкие аферы, подделки чеков, документов и так далее. Но потом я стал играть по-крупному. За год смог обокрасть немало казино в Лас-Вегасе. Там я познакомился с очень авторитетными людьми, которые предложили мне новый бизнес.

– Ты стал копировать картины известных художников?

– Да, и у меня очень отлично получалось, лишь немногие могли узнавать подделки. Теперь я нахожу жуликов вроде меня.

– Тебе нравится ловить преступников?

– Нет, не совсем. Но у меня нет другого выбора. У меня еще два года.

– Кого ловишь сейчас?

– Я не могу открыть вам такие секреты.

– Давида?

– Что?

Бомани сделал глубокий вздох, чтобы не выдать себя. Но Пол давно все знал.

– Это Давид? – повторил свой вопрос Пол.

– Откуда вы все это знаете?

– Я тоже не могу открыть свои секреты. Прости, дружок. Скажу только, что у меня есть картина, нарисованная Давидом. Полицейские отправили тебя в мой район, чтобы ты нашел картину.

– Я искал, но не смог найти ее.

– Поэтому ты согласился на контракт? Чтобы найти картину?

– Это одна из причин, – ответил он. – После дела я вернусь в мотель, который кишит крысами, как вы уже успели заметить. Этот дом слишком дорог. А за мое жилье платит правительство. Мне нужны эти деньги.

– Это все твои причини? Тебе больше нечего добавить?

– Да, конечно, еще я хотел быть поближе к Мариам.

– А я думал, ты уже забыл про нее. Мариам хорошая девушка. Если хочешь быть с ней, тебе придется многое изменить в своей жизни. Может, угостишь меня чаем?

– Да, пойдемте на кухню, я поставлю чайник.

Кухня была крохотной. В ней помещались маленький и очень старый холодильник, два шкафа, стол с двумя стульями. Между столом и холодильником был очень маленький проход. На одном из шкафов стояла кофеварка и микроволновка.

– Какая тесная кухня, – пожаловался Пол.

– Что есть, то и есть. Я не выбирал жилье.

Бомани поставил чайник, достал две чашки.

– Хотите печенья?

– Нет, спасибо, только чай. Так, о чем мы говорили? – Пол почесал затылок.

– Мариам.

– Верно. На что ты готов, чтобы завоевать ее сердце, и сердца ее родных?

– Все, что только смогу. Я работаю санитаром в больнице, могу найти что-то еще. Я сделаю лубую работу.

– Почему? Ты можешь сделать карьеру в полиции.

– Нет, мне это не нужно. После сделки я уволюсь, – рассмеялся Бомани.

– Ты там не работаешь, чтобы увольняться, – рассмеялся в ответ Пол.

Чайник закипел. Аромат зеленого чая распространился по комнате.

– Вкусный чай, – сказал Пол, сделав глоток. – Я могу помочь тебе с работой. Можешь поступить в колледж и стажироваться у меня.

– Финансы? Реклама? Нет, сэр, я хотел бы изучать искусство.

– Понимаю. Надеюсь, у тебя все получится. У меня тоже были мечты в твоем возрасте. Но, как ты видишь, я пошел не той дорогой и оказался на другом берегу.

– О чем вы мечтали, – спросил Бомани, – если это не секрет?

– Я хотел стать музыкантом. С детства играл на самых разных инструментах. Я все не мог понять, какой же из них более близок мне по душе. Пока я искал свой инструмент, так затерялся, что попал в мир финансов и рекламы, – Пол закашлял, сделал еще глоток чая и продолжил. – Вот, что я хочу тебе сказать, если у тебя есть мечта, не жди подходящего момента и не ищи легких путей, не жди советов… Действуй, Бомани, если твоя мечта – быть рядом с Мариам, то поторопись.

– Она уезжает? – испугался Бомани.

– Нет, думаю, что нет.

Бомани вздохнул с облегчением.

– Но это не значит, что она вечно будет ждать.

– Она вам что-то сказала про меня? Мы с ней общаемся, но я не знаю, насколько серьезны ее чувства ко мне.

Никогда еще сердце Бомани не билось так быстро, он мог с точностью считать все стуки своего беспокойного сердца.

– Я знаю только одно, она что-то в тебе увидела. Может быть то, что ты и сам еще не видишь.

– Я изменился, клянусь, – голос Бомани прозвучал умоляюще. – Когда накоплю достаточно денег, поступлю в колледж, стану художником.

– Я тебе верю, и поэтому, хочу лучшего для тебя. Но, если ты даже подумаешь вернуться на прежний путь, я позабочусь о том, чтобы ты больше никогда даже издалека не видел Мариам.

– Да, сэр, я тоже вам верю. Я не дам вам такого повода.

Пол сделал последний глоток чая и поставил пустую чашку на стол.

– Может быть, пойдем проведаем Мариам? – спросил он.

– Что?

– Пойдем в гости к Мариам.

– Нет! – строго произнес Бомани.

– Может, пойдем к Давиду?

– Почему?

– Посмотрим, чем он занимается. Может, поймаем его за делом, – Пол рассмеялся и добавил. – Просто не хочется просидеть дома целый день.

– Давид не дружит со мной.

– Из-за Мариам?

– Откуда вы все знаете?

– Это моя самая плохая привычка – знать все о всех. Что все же произошло между вами?

– Год назад меня поймали из-за нарушения закона.

– Подделка документов?

– Именно, – подтвердил Бомани. – Я готовил документы для семьи Мариам.

– Они нелегально живут здесь?

– Вау! Вижу вы не все знаете. Я так искусно их подделал, что никто ничего не узнал.

– А как они тебя поймали?

– Думаю, кто-то сдал меня. Я был неуклюж и оставил дома некоторые улики: краску, бумагу и все такое. Этого хватило, чтобы начать расследование. Вскоре я признался и мне дали пять лет. Через полгода после суда мне предложили работу в полиции.

– Ты встречался с Мариам, когда делал им документы?

– Нет, я никогда не встречаюсь со своими клиентами. Я работаю через посредника.

– На тот раз посредником был Давид. Он искусно рисует, но подделка документов твое ремесло.

– Угадали, Пол. Я видел только фото Мариам, но этого хватило, чтобы влюбиться. Может быть, вы подумаете, что я сумасшедший, влюбился в девушку не видя ее, но…

– Бомани, не надо ничего  объяснять. Ты любишь ее и все. Никто не может объяснить как влюбиляются или почему.

Он хотел вспомнить, как сам влюбился в Анну раз и навсегда, но не смог. С чего все началось и как усилилось это чувство в его сердце? Пол помнил только одно: все случилось с первого взгляда.

– Все шесть месяцев я думал только о ней. Я согласился на контракт из-за Мариам. У меня было два выбора, или я отсижу срок и буду лишь мечтать о том, чтобы Мариам осталась в США, или я буду работать на полицию и смогу быть рядом с ней.

– Ты специально нашел Давида? Ты знал, что он живет по соседству с ней?

– Да. Этот придурок тоже пригляделся к Мариам. Он переехал, чтобы быть рядом с ней. Но он такой трус, что ничего не может предпринять, сидит и смотрит на нее с далека.

– Чем же ты занимаешься? – спросил Пол.

– Я слежу за обоими.

Они засмеялись, а потом загрустили одновременно.

– Давид знает, что я сел ему на хвост, – сказал Бомани после маленького перерыва, – он шантажирует меня.

– О чем ты?

– Если я сдам его, он расскажет о семье Мариам и их депортируют.

– Он не посмеет. Ты же сказал, она ему нравится.

– Может быть, не так сильно, как мне. Он может отомстить мне.

– Я что-нибудь придумаю, – успокоил его Пол.

– Что вы можете сделать?

– У меня кое-что есть на Давида. Но это еще догадки.

– То есть, ничего стоящего?

Бомани встал с места и начал нервно ходить по комнате.

– Я знаю только одного человека, кто сможет помочь нам.

Бомани остановился и посмотрел на Пола умоляющим взглядом.

– Это Эндрю, он сможет разузнать все на свете.

– Так это он ваш информатор?

– Да, но мы с ним поругались. Не думаю, что он согласится помочь.

– А вы попробуйте.

– Хорошо, постараюсь.

Пол встал, подошел к Бомани и тихо произнес.

– Я займусь Давидом, а ты пойди проведай Мариам. Она будет рада тебе.

– Кого угодно, но тебя я не ожидал увидеть, – сказал Эндрю не поднимая голову.

Он перебирал документы на столе, делая вид, что работает.

– Послушай, Эндрю, на моем месте ты бы тоже всех подозревал. Не злись на меня.

Эндрю покашлял и продолжил копаться в документах.

– Эндрю, – разозлился Пол, – посмотри на меня!

Эндрю поднял голову и посмотрел на Пола своими большими круглыми глазами.

– Что тебе нужно, Пол?

– Я всю ночь думал о том, что наговорил тебе вчера. Я был немножко бестактным.

– Немножко! Немножко, Пол?

– Прости, очень бестактным. Совсем бестактным.

– Сколько лет мы знаем друг друга? Я дал тебе хоть один повод подумать, что хочу тебе навредить? Я даже согласился шпионить за твоими соседями, манить их деньгами, чтобы проверить их честность. Ты все это время играл ими, и меня втянул в это. Думаешь, человек, который хочет твоей смерти, пошел бы на все это? Думаю, ему было бы плевать на все твои выходки.

– Но если бы не мои выходки, я бы лежал в больнице и медленно умирал, – грустно произнес Пол – Думаешь, это доктор Стивенс?

– Не знаю, Пол, нельзя винить человека без доказательств.

– А подозревать можно?

Эндрю покачал головой. Он не хотел продолжать разговор, но очень хорошо понимал, что Пол не отстанет.

– Можно, конечно, – фыркнул Эндрю.

– Как насчет Клары? У меня есть основания подозревать ее?

– Конечно, ведь она влюблена в тебя безответно.

– Но почему сейчас?

– Пол, я немножко занят, – Эндрю чувствовал, что все может надолго затянуться и никак не хотел продолжать разговор. – Как видишь, я работаю, чтобы ты мог платить своим соседям.

– Не надо так разговаривать со мной, Эндрю. Я в свое время достаточно проработал. Сейчас у меня достаточно денег, чтобы отдыхать, – нагло заявил Пол.

– Так ты уходишь в отставку? – спросил Эндрю, ожидая положительного ответа.

– Я еще не решил.

– Ты можешь спокойно оставить фирму мне. Я обо всем позабочусь, Пол.

– Я знаю. Когда решу дело с отравлением, тогда подумаю об отставке.

Пол задумался: “Может, лучше сейчас все оставить, полететь на родину, встретиться с Анной”.

– Эндрю, – начал Пол после некоторой паузы, – я уже говорил, что общаюсь с Анной. Но не сказал, что это длится уже полгода.

Эндрю поднял голову и посмотрел на своего друга. Он не мог поверить своим ушам. Одно письмо, два письма – это еще ничего, но полгода. Пол всю свою жизнь избегал тем об Анне, а сейчас общается с ней как подросток.

– Как?

– Старым способом.

– Как тебя понять?

– Мы пишем друг другу письма. Настоящие письма, Эндрю, а не эти синтетические смс-ки.

Эндрю рассмеялся, потом посмотрел на Пола виноватым взглядом. Перед ним сидел мужчина пятидесятисеми лет, который радовался переписке со своей первой любовью.

– Прости, я не хотел.

– Все в порядке, несколько месяцев назад я сам бы посмеялся над человеком, который намекнул бы, что я буду переписываться с Анной. Я получил письмо от нее, но не хотел отвечать. Потом передумал.

– Что тебя толкнуло на это?

– Мариам, – коротко ответил Пол.

– Мариам?

– Да, ровно шесть месяцев назад я увидел Мариам на крыльце их дома.

Она стояла босиком и наслаждалась лучами восходящего солнца. Черные волосы играли с ветром, касаясь плеч, слегка щекоча ее. Мариам смотрела на свои ноги и не могла поверить, что они находятся в такой большой стране как США, ведь еще недавно она шагала по улицам Еревана. Мариам скучала по дому, но ей нравилось испытывать новые чувства в новой стране.

– И что? Ты увидел Мариам и решил ответить Анне?

– Тогда я не знал, что Мариам внучка Анны. Она напомнила мне о ней. Я не могу объяснить, какие чувства овладели мной тогда.

– Да уж, я вряд ли пойму тебя, – сказал Эндрю без эмоций. – Я не могу быть таким романтиком, как ты. Я не верю в вечную любовь.

– А во что ты веришь?

– Я верю, что все мы на земле ради одной миссии.

– Ты меня заинтриговал.

Пол вытянулся, собрал все свое внимание, чтобы не упустить ни одного слова.

– Ради продолжения жизни, друг мой.

– И все? – удивился Пол.

– А что еще?

– Значит, я провалил всю миссию, – грустно произнес Пол.

– Если бы все верили в любовь, как ты, человечество давно бы исчезло. О чем вы переписывались с Анной, если это не секрет?

– Да так, ни о чем. И обо всем. Когда она предложила мне встретиться с соседями, я очень удивился. Но сейчас, когда узнал, что Мариам наша внучка, начал понимать, к чему все это было.

– Ты знал, что они не согласятся просто так посидеть с тобой и поэтому придумал контракты.

– Так точно. Кто пожертвует своим временем просто так? А за деньги ничего не жалко.

– Вы еще переписываетесь?

– Она так и не ответила на мое последнее письмо, – сказал Пол и вздохнул.

– А что было в нем?

– Я спросил, может ли Мариам быть моей внучкой?

– А ты пробовал писать ей, скажем, через facebook?

– Если она не ответила, на то есть причина.

– Странный ты человек, Пол,– сказал Эндрю и встал. – Спина болит, весь день просидел, читая дурацкие контракты.

– Эндрю, мне нужна твоя помощь.

– А кто сомневался, я знал, что все идет к этому, – улыбнулся Эндрю.

– Нужно продолжать наводить справки о Давиде. Помнишь его брата?

– Тот, что в тюрьме?

– Да, нужно узнать все о его деле, все до мелочей.

– Почему?

– Ради двух влюбленных сердец.

– Да ты и впрямь сумасшедший. Хорошо, я все разузнаю.

– Только быстро.

– Но у меня есть одно условие.

– Какое? Я на все готов.

– Ты должен все мне рассказывать о своих встречах, о чем вы говорите, что вы делаете.

– Зачем тебе знать об этом?

– Ты хочешь помочь своей внучке? – Эндрю уставился на Пола.

– Ладно, я согласен.

Глава 14

Тринадцатый день

Мариам Бекерян

– Добрый день Пол. Я получила ваше письмо, – сказала Мариам, и почувствовала как краснеет потихоньку.

– Заходи, не стой у дверей, – сказал Пол и дал головой знак войти в комнату. – Прости, что пригласил тебя в отель, домой я не могу вернуться.

Мариам вошла в комнату, сняла плащ, бросила его на диван и сама плюхнулась на него. Тридцать пятая комната ‘’Гранд’’ отеля была среднего размера, которая совмещала в себе гостиную и спальную. Пол сам выбрал такой вариант, чтобы не чувствовать себя очень одиноким.

– Почему вы не можете вернуться домой?

– Я рад, что ты пришла, – уклонился Пол от ответа.

– Я тоже, у меня много вопросов. Надеюсь, вы дадите мне ответы.

– Некоторые из них могут тебе не понравится.

– Ничего, я справлюсь, – иронично ответила Мариам.

– Хорошо, но у меня есть одно условие.

Пол подошел к Мариам, взял ее за руку и помог подняться.

– Мы поговорим в одном моем любимом месте.

– Я буду только рада, не люблю отели.

Такси уже ждало у дверей отеля. Мариам с Полом сели в него и поехали в любимое место Пола.

– Книжный магазин? – удивилась Мариам.

– Да. Странно, но я люблю запах книг.

– Это не странно. Я тоже люблю запах книг, старых вещей и винтажной одежды, – сказала Мариам, мило улыбаясь.

Магазин был расположен среди знаменитых бутиков и очень отличался от них своим внешним видом. Никто не понимал, как такое здание могло сохраниться среди акул вроде Ив Сен-Лоран, Шанель, Дольче и Габбана…

– Здесь очень мило, но…

– Но, как этой малышке живется среди всей этой роскоши? – перебил ее Пол.

– Это очень странно, что его не закрыли и переделали под роскошный бутик.

– Я открою тебе секрет. Этот магазин мой, и я плачу за нее двойную аренду. Это больше, чем за магазин Шанель.

– Но почему? Зачем вам это? – спросила Мариам и стала рассматривать книги.

На полках лежали книги армянских писателей, переведенные на разные языки. Мариам перебирала их и вспоминала, как сама росла, читая все эти романы, рассказы и стихи.

– Это просто восторг, – продолжила разговор Мариам, не дожидаясь ответа Пола, – я знаю всех этих писателей, как будто вернулась в библиотеку…

Она задумалась на минутку, потом повернулась к Полу и закончила предложение.

– Бабушки.

– Да, здесь все книги, которые любила читать Анна. Иногда она читала для меня. Я мог слушать ее голос часами. Ты спросила, зачем мне этот магазин.

– Чтобы быть ближе к бабушке? – попробовала угадать Мариам.

– Не только к ней, но и к своим корням. Ты ведь хорошо знаешь, каково жить далеко от дома, друзей, родных лиц.

– Да уж, мне это очень знакомо. О боже, это Ширванзаде! – воскликнула Мариам, увидев книгу на полке.

– Можешь взять ее, если хочешь.

– Я заплачу. Сколько она стоит?

– Мариам, – голос Пола прозвучал сердито, – это подарок.

– Спасибо.

Мариам посмотрела на Пола через щель между книжными полками и в ее глазах показалось сочувствие.

– Вы не такой уж плохой, – сказала она.

– В свое время я причинил многим людям боль. И твоей бабушке в том числе. В моей жизни наступил период, когда я не мог различить ложь от правды. Я настолько запутался, что почти потерял самого себя. В погоне за красивой жизнью, я потерял все, что было мне дорого.

– Все бизнесмены жертвуют чем-то ради дела, – успокоила его Мариам.

Она подошла к Полу, посмотрела на него и нежно улыбнулась. Потом взяла за руку и они вместе подошли к столику у окна. В комнате было пять окон и у каждого столик на двоих. На столах стояли одинаковые цветы в высоких вазах. На окнах были написаны разные цитаты, такие, как: ‘’Чтобы забыть прошлое, нужно научиться жить в настоящем’’, ‘’ Я прощаю своих обидчиков, но не забываю их имена’’ и.т.д.

– Сядем? – спросила Мариам.

– Конечно, – ответил Пол, и позвал. – Сима.

Открылась дверь, и вошла девушка лет тридцати. У нее была бледная кожа, черные длинные волосы до плеч, она была высокая, спортивного телосложения.

– Добрый день, – сказала она звонким голосом. – У вас гостья?

– Моя внучка, – гордо ответил Пол.

– Меня зовут Мариам.

– Рада знакомству, Мариам. А я работаю здесь, продаю книги, – рассмеялась Сима и подмигнула Полу.

– Сима, принеси нам по чашке чая и твоих фирменных маффинов.

Сима удалилась, подпевая какую-то мелодию. После ее ухода Мариам поняла, что Пол назвал ее своей внучкой. Она посмотрела на Пола и хотела что-то сказать, но комок в горле помешал.

– Мариам, я не знал, – голос Пола дрожал. – Только вчера узнал об этом.

– Бабушка… Она мне ничего не говорила. А мы были так близки. Вот почему мама не общается с ней. Вот почему она обзывала бабушку.

– Анна не виновата, она была молода, – Пол перевел дыхание. – Думаю, лучшее что она могла сказать, то, что я умер. Потому что тогда для нее я был мертв. Я бросил ее, не попытался даже сражаться за нее.

– Я не виню вас или бабушку, – Мариам, казалось, успокоилась, – я только хочу, чтобы все было как раньше.

– Это сложно, но нет ничего невозможного. А сейчас, здесь, я готов ответить на все твои вопросы.

– Как вы познакомились с бабушкой? Почему расстались? Потом снова сошлись?

– Это вся моя жизнь, попробую как-то сократить и рассказать все самое важное. С чего бы начать?

Пол почесал затылок, потом голову в надежде найти нить воспоминаний. Ему было сложно возвращаться к своим воспоминаниям, как к плохим, так и к хорошим.

– Мы с твоей бабушкой встретились в очень странных обстоятельствах. Она была преподавателем в вузе, а я только-только начинал свой рекламный бизнес в Армении. Мы с другом открыли компанию. Он финансировал, а я придумывал рекламу для разных компаний. Анна привела свой класс в галерею, где я со своей командой снимал рекламу.

– А что такого странного могло случиться в галерее? – спросила Мариам.

– Мы должны были снимать восковые фигуры знаменитых армянских художников, писателей и актеров.

Пол вспомнил восковые фигуры, которые снимал в тот день. Его глаза разбегались из-за их огромного количества, и он больше не мог различить один от другого. Но, сидя в кафе с Мариам, он с точностью вспомнил все до одного.

– Я так устал их снимать, что сфотографировал несколько людей, перепутыв их с фигурами.

– Представляю вас с камерой, щелкаете всех в подряд.

– Так и было, в объектив попали три человека, тех двух я удалил, но твою бабушку оставил. Это была моя ошибка, и самая лучшая работа.

– То есть, вы перепутали ее с восковой фигурой и оставили?

– Да. Ее фото было размещено по всему городу, вместе со знаменитостями. Но знаешь, что самое смешное? Что заказчик дал ей имя.

– Директор галереи?

– Да, представляешь? – Пол громко расхохотался.

– Вас слышно из кухни, – сказала Сима, войдя в комнату.

Она поставила чашки с чаем жасмина и брауни, запах которых давно уже летал по всей комнате.

– Как все вкусно пахнет Сима, – сказала Мариам и сделала глубокий вдох.

– Я знаю, милочка, а какой у них вкус.

– Спасибо, Сима, – сказал Пол, дав знак, что пора оставить их наедине.

– Какое имя дали бабушке?

– Эмма Далакян. Тогда была такая писательница, но сейчас твоя бабушка более знаменита, чем она. Был заказ на восковую фигуру Эммы, но ее сломали во время перевозки. Директор галереи подумал, что ее починили и принесли в галерею во время его визита в Париж. И так твоя бабушка оказалась среди известных в то время писателей.

– Она в то время уже писала?

– У нее было два романа и все. Серьезно писать она начала после нашего разрыва.

Пол сделал глоток чая в надежде успокоиться. Но чай не мог избавить его от воспоминаний, которые сжимали сердце.

– Так значит, она начала писать из-за вас?

– Думаю, она стала бы известной в любом случае. Я просто дал некую нотку ее романам. В каждом из них она употребляла мои фразы или же описывала своего героя, добавляя что-то от меня. Я перечитал все ее книги несколько раз, посмотрел все фильмы, снятые по мотивам ее романов. Хотел найти какой-то скрытый код, что ли.

– Вы не сказали, как встретились, – перебила его Мариам.

– Я знал ее до нашей встречи, а она не знала о моем существовании. Куда бы я не ехал, по всему городу твоя бабушка преследовала меня, манила взглядом. Она улыбалась мне с афиш. Может оттого, что она была единственным живим существом на фото. Твоя бабушка была в ярости, когда увидела афиши со своей фотографией и с чужим именем. Я еще не говорю в какой истерике была Эмма Далакян. Она хотела засудить меня и галерею за ошибку. Но все обошлось. Ей заплатили круглую сумму за моральный ущерб, меня уволил мой по бизнес-партнер, хотя у него было преимущество: он платил за все. Твоя же бабушка красовалась по всему городу в течение всего года.

– Почему афиши не сняли?

– Они очень дорого обошлись галерее, поэтому было принято решение оставить их. Я потерял работу, но встретил друга.

– Мою бабушку? – Мариам наслаждалась каждой секундой их разговора.

– Я сидел на каменных ступенях галереи, и думал, как вернуться домой и сказать, что потерял работу. Как сказать, что миром правят люди у которых есть деньги. Мне было двадцать лет, и я один содержал отца и бабушку…

Пол сделал большой глоток чая и посмотрел в окно. На другой стороне улицы красовался бутик ‘’ Шанель’’, каменные ступени которого напомнили галерею в Армении, и перед Полом открылась картина. Мужчина в клетчатых штанах, в белой рубашке сидит на ступенях и смотрит в объектив фотоаппарата. Он так долго смотрел на одно и то же фото, что знал все детали наизусть: красные туфли, стройные ноги, летящее платье, маленький бежевый клатч под мышкой, собранные в хвост длинные волосы, алые губы, маленький нос, веснушки, цвет ее глаз и улыбку. Девушка выделялась среди восковых фигур. Фотограф выбрал идеальный ракурс: свет подчеркнул всю красоту Анны. Пол отвлекся от фотоаппарата и заметил красные туфельки рядом со своими кедами. Он поднял голову и застыл. Взгляд, что привлекал его из фотоаппарата был прикован к нему. Она разглядывала Пола, как ребенок разглядывает незнакомую вещь.

– Я благодарна вам, – наконец произнесла Анна.

– Мне? – удивился Пол. – За что?

– Сначала я очень рассердилась, но сейчас рада. Несмотря на то, что вы поменяли мне имя, вы сделали меня знаменитостью. А как орала эта Эмма, – Анна улыбнулась. – Кто она?

Они рассмеялись, ведь Пол тоже не слышал о ней.

– Она такая же знаменитость, как и я.

– Теперь я понимаю, какие странные обстоятельства вас познакомили, – сказала Мариам.

Картина перед Полом исчезла, растворилась в свете дня.

– Мы обменялись телефонами, писали друг другу каждый день. Мы читали одни и те же книги, смотрели одни и те же фильмы, чтобы ночи напролет обсуждать их.

– Я тоже так хочу, – сказала Мариам. – Найти человека, с которым можно будет говорить больше пяти минут.

– Иногда нам не хватало всей ночи. И тогда мы начали встречаться днем. Я нашел работу фотографа и у меня было много свободного времени, а Анна освобождалась после шести. Мы гуляли по городу, знали каждый его сантиметр. Год пролетел незаметно, и мы сблизились.

– Когда вы признались в своих чувствах? – Мариам больше не могла ждать, ей хотелось узнать все и сразу.

– Твоя бабушка оказалась храбрее меня.

– Она призналась первой? Я не ожидала такого от нее.

– Она намекнула мне, не призналась. Анна написала краткий рассказ и в этом рассказе очень тонко намекнула о своих чувствах. Но я не прочел его, – Пол покашлял.

– Вам плохо? Позвать Симу?

– Нет, налей мне чая.

Пол глотнул чая и успокоился.

– В горле пересохло, – объяснил он, – мне сложно вспоминать, – переводя дух Пол продолжил. – Я не прочел рассказ, написанный для меня. Когда мы встретилис,ь у Анны горели глаза, она была очень воодушевлена и спросила:

– Тебе понравился рассказ?

– Да, – коротко ответил Пол.

– Ты закончил его?

– Да. Как всегда у тебя замечательно получилось.

– Она поверила?

– Да. Анна подумала, что я не догадался. Знаешь, что самое плохое? Я не читал ее рассказов. Может, потому, что не считал ее писательницей. Может, был эгоистом. Мы смотрели те фильмы, которые выбирал я, читали книги, которые любил я. Она всегда соглашалась и никогда не предлагала другое.

– Вы могли бы спросить у нее, что ей нравится.

– Мог, но не спрашивал. Мне нравилось, что она ценила мой вкус, мое эго расло день за днем. Она растворилась во мне, а я думал только о себе.

Пол закрыл глаза в надежде увидеть радостные глаза Анны, ее улыбку, розовые щеки. Но кроме темноты ничего не увидел.

– Так когда было признание?

– Прошел целый месяц после того, как твоя бабушка дала мне рассказ. Мы с ней гуляли по парку и обсуждали сериал, который я предложил посмотреть -‘’Менталист’’. За день до этого мы закончили смотреть сериал. В последней серии главные герои поймали главного злодея и сыграли свадьбу.

Пол посмотрел на свой палец, где должно было быть обручальное кольцо.

– Только в кино так бывает, – фыркнула Анна и стала топтать листья под ногами.

– Как? – спросил Пол, понимая, что она имела в виду.

– Вконце все счастливы, плохие парни пойманы.

– В жизни все иначе, да? Но иногда и в жизни случается хорошее. И сегодня тот день, когда сбудется твое желание, Анна.

Пол никогда не думал, что опустится на колено перед женщиной. Он всегда думал, что так делают помпезные люди ради хороших кадров для альбома или соцсетей, или же, чтобы разбудить зависть у других.

– Вы сделали ей предложения? – удивилась Мариам.

– Да, я признался ей в любви и седлал ей предложение. Но кольца у меня не было с собой. Позже она рассказала, что первой призналась мне. Я же сделал вид, будто прочел ее роман, но не понял, что он про нас.

– И вы использовали цепочку вместо кольца?

– Откуда ты знаешь? Она тебе рассказывала?

– Нет, бабушка всегда носила на шее цепочку с кулоном святой Богоматери. Однажды я спросила, откуда она. Бабушка ответила, что для нее эта цепочка как обручальное кольцо. А потом попросила не спрашивать об этом ничего.

– Она сохранила его, – Пол был подавлен, он еле сдерживал слезы. – Мы были безмерно счастливы, хотя никто из наших родственников не знал о наших отношениях. Мы оба тянули встречу с родственниками. Спустя полгода после обручения мы наконец-то устроили вечеринку и познакомили родителей. Родители Анны сразу же невзлюбили меня, они сочли меня слишком современным. Мой отец полюбил Анну с первого взгляда. Несмотря на разногласия мы планировали свадьбу. Все было уже готово, когда я получил приглашение работы из США.

– Вы предложили сыграть свадьбу и переехать в штаты?

– Она выбрала родителей.

– Эта история очень грустная.

– А ты, Мариам, пойдешь против своих родителей? – Пол рассказывал всю эту историю ради одного вопроса.

– Я попробую их уговорить.

– Думаешь, Анна не пыталась?

– Я… Я не знаю, кого выберу.

– Бомани хороший парень. Цвет кожи или несколько ошибок не должны стать помехой для отношений.

– Мои родители думают иначе. Мой парень обязательно должен быть армянином, предпочтительно из нашего круга знакомых. Мама никогда не одобрит мои отношения с Бомани, – сказала Мариам и почувствовала, как слезы потекли из глаз.

– Поплаьч, полегчает.

Пол протянул Мариам платок.

– Мариам, я хочу, чтобы твоя мечта сбылась.

– Как? Моя мама не будет слушать вас, – сказала Мариам сквозь слезы. – Если она узнает, кто вы, и вовсе запретит говорить с вами, даже если вы заплатите ей десять миллионов. Всю свою жизнь ей говорили, что ее отец умер до ее рождения, а потом она узнает, что вы бросили их с матерю.

– Тебе уже исполнилось восемнадцать, ты можешь жить так, как тебе хочется. Предлагаю переехать ко мне. Ты моя внучка, мы сможем узнать друг друга получше, и вы с Бомани сможете встречаться. С Седой я поговорю.

– Значит, вы…

– Давай перейдем на ты, пожалуйста, – перебил ее Пол.

– Значит, ты хочешь поговорить с моей мамой?

– О том, что она моя дочь? Да, я ей все расскажу.

– Она убьет тебя, – рассмеялась Мариам.

– Я включу ее в свое завещание.

– Думаешь, всех можно купить?

– Предложу, а там посмотрим.

Зазвонил телефон Пола.

– Прости, – сказал Пол.– Мне нужно ответить на звонок.

Он пересел к другому столику, подальше от Мариам, и не заметил, как она ушла спустя минуту.

– Бомани, мы с Мариам в книжном магазине на …

Пол повернулся, чтобы убедиться, что Мариам в комнате. Но ее там не оказалось, она ушла.

– Она ушла. Наверное, обиделась. Наконец-то у нас все налаживалось, и я собирался устроить вам романтический вечер…

– Ничего страшного, я справлюсь без вас, Пол.

Глава 15

День четырнадцатый

Воскресенье

– Кто пожаловал! Вернулись! – ворчала Клара во весь голос.

– И тебе доброе утро, Клара, – спокойно сказал Пол.

Запах, доносившийся из кухни, манил Пола и ноги привели его прямиком к пирожкам.

– Они с капустой? – спросил Пол, чувствуя на себе тяжелый взгляд Клары.

– Ваши любимые.

– Клара, сегодня у нас будут гости.

– Соседи?

– Да, воскресная встреча. Я заказал еду из ресторана, и несколько официантов, чтобы они тебе помогли.

Пол еще секунду полюбовался пирожками и вышел из кухни.

– Вы вернуться? – спросила Клара, выбегая в холл.

– Думаю, да. Сегодня все станет ясно.

– Вы не голодны?

– Я уже поел, но поставь чайник, скоро придет Эндрю.

Клара кивнула в знак согласия и ушла на кухню. Пол остался в холле один. Он посмотрел на стены, покрытие дорогими обоями, которые он см заказал из Индии. Потом посмотрел на пол: натуральный мрамор из Аргентины с точностью отражал всю грусть его карих глаз. А шторы на окнах были заказаны из Италии: натуральный шелк.

– Кому нужно все это, – пробормотал Пол.

– Ты что, сошел с ума? – тихо подкрался Эндрю.

– Ответь мне, Эндрю, зачем вся эта роскошь?

– Для красоты.

– Да, мой дом очень красивый, – сказал Пол и еще раз с отвращением посмотрел по сторонам.

– Я нашел все, что ты просил. Думаю, теперь сможешь избавиться от этого Давида.

– Пойдем, поговорим в другом месте.

Они вышли на задний двор. Несмотря на отсутствие хозяина, весь дом и сад были в отличном состоянии. Вода в бассейне была прозрачной, газон был ровный, даже на столе лежали все газеты, которые Пол читал во время ланча.

– Клара хорошая хозяйка, – подмигнул Эндрю.

– Она хорошо справляется с домом и прислугой, – сказал Пол и сразу же сменил тему. – Лучше скажи мне, что ты нашел?

Они сели возле бассейна.

– Давид очень печется о своем брате, правда ведь?

– Да, и ты узнал что-то очень важное о нем?

– Ага, – радостно сказал Эндрю.

– Скажи же, наконец, что ты медлишь!

– Хорошо, не злись. Я узнал, что отца Давида убил его брат. Мать взяла вину на себя, а своего сына отправила в США к Давиду.

– Ты уверен? – спросил Пол. – Зачем ей признаваться тебе в таком?

– Я обещал, что его сына выпустят из тюрьмы под залог. Она очень любит Абраама.

– Хорошо, это можно использовать против Давида.

– Почему ты помогаешь Бомани?

– Ради Мариам.

– Понятно, нужно было начать с Мариам. Все из-за Мариам и ради Мариам.

– Она тебе не нравится. Почему?

– Ты никогда не думал, почему твоя внучка совсем случайно, в такой большой стране живет по соседству с тобой? Да еще тебя стали травить…

– Хочешь сказать, меня травит моя дочь или внучка? – рассердился Пол.

– Или муж твоей дочери. Почему ты не допускаешь такого варианта событий?

– Это исключено!

Пол вскочил с места и начал нервно шагать перед Эндрю. Иногда он поднимал голову и смотрел на своего друга в надежде увидеть в его взгляде раскаяние. Но Эндрю был хладнокровным и говорил в лицо все, что думал.

– Пол, нельзя исключать их из списка подозреваемых. Кроме того, у меня есть для тебя новость.

Пол остановился и покосился на Эндрю.

– Что у тебя?

– Письма, которые ты писал Анне…

– Что не так с письмами? И почему ты интересовался ими?

– Анна не писала тебе, все письма были посланы тебе из штатов.

– Как такое может быть?

– У меня есть знакомые в почте. Они все проверили. Тебе из Армении никто не писал. Но… – Эндрю замешкался.

– Но что?

– Двое из твоих соседей могут создать любые марки. Например, Бомани, который сделал фальшивые докумнеты для семьи Бекериян. Может быть, они в заговоре?

– Как они могли перехватить мое письмо или знать о его существовании? Что ты на это ответишь?

Пол думал, что поставил на этом точку, и его друг больше не сможет обвинять Мариам и ее семью. Но Эндрю и этому нашел объяснение.

– Во-первых, Анна с внучкой в хороших отношениях, и они могли говорить на эту тему. В этом случае Мариам и ее мама могли ответить тебе вместо Анны. Еще Сиара…

– Сиара тут причем?

– Она собирает почту и разносит в вашем и еще нескольких районах. Среди домработниц ходят слухи, что она открывает почту богачей, и, если находит интересную информацию, шантажирует раскрыть содержание писем. Она тоже может быть в заговоре с семьей Бекериян, – победным тоном закончил Эндрю.

– Хватит! Больше ни слова!

– Сэр, –  объявилась Клара.

– Клара, иди сюда,– заорал Пол.

Клара подошла. В страхе она не поднимала голову.

– Клара, скажи мне, Сиара ворует у нас почту?

– Сэр?

– Отвечай!

– Да, сэр. Бывало, – тихо ответила Клара, не поднимая голову.

– И ты все это время молчала?

– Они здесь, – добавила Клара.

– Иди, мы скоро придем, – ответил Пол, глубоко вздыхая, – Эндрю я не знаю, как сними говорить сегодня. Мне кажется, все они хотят моей смерти.

– А ты и не говори, пускай общаются между собой. А мы будем наблюдать за ними.

– Ты прав, пойдем.

Гости собрались в холле. Давид стоял у дверей и покачивался с одной ноги на другую. Сиена была вся в розовом. Она сделала новую прическу и, чтобы показать это всем, все время играла с волосами. Рикки и Грейс стояли далеко друг от друга, будто и вовсе не были знакомы, только иногда обменивались косыми взглядами. Сиара была в наушниках и что-то напевала себе под нос. Бомани смотрел на Пола, и в его взгляде было что-то тревожное. Мариам в холле не оказалось. Пол оглянулся, посмотрел на своих гостей и сказал.

– Сегодня я не буду вам докучать своей болтовней. Сегодня вы можете делать все, что вам захочется, только в доме. Из дома выходить нельзя.

– Пол себя плохо чувствует, – сказал Эндрю, – он не может долго стоять или сидеть, поэтому вы сами должны себя занять чем-то. Дом в вашем распоряжении, сегодня вы не гости. Сегодня вы часть этой семьи.

Пол и Эндрю вышли из холла, после чего соседи стали чувствовать себя свободно.

– Это уже странно, – сказала Сиена. – Мы бы могли остаться у себя дома и заняться своими делами.

– Согласен, – ответил Давид.

– У тебя, наверное, много дел? – спросил Бомани у Давида.

– Да.

– А где милашка Мариам? – поинтересовалась Сиара.

– Она самая умная среди нас, – сказала Грейс, посмотрев на мужа. – Я тоже не хотела приходить, но меня заставили.

– Какое дело нам до других, мы отвечаем сами за себя, – не согласился Рикки.

– Как всегда, дорогой. Каждый из нас отвечает только за себя.

Грейс и Рикки обменялись такими колючими взглядами, из-за чего в холле повисла тишина. Соседи следили за этой парочкой и понимали, что между ними пробежала черная кошка.

– Простите, я опоздала, – в холл зашла Мариам.

Бомани посмотрел на Давида, тот засиял, увидев Мариам.

– Без тебя было скучно, – сказала Сиара.

– Что я пропустила? – спросила Мариам, не замечая иронию Сиары.

– Сегодня никаких вопросов и ответов, никаких историй. Мы вольны делать то, что хотим, – ответила Сиара.

– Это хорошо, – сказала Мариам.

– У меня есть идея, – начал Рикки. – Давайте, каждый расскажет о себе. Мне, например, интересно, кто чем занимается.

– Хочешь создать круг соседей? – рассмеялся Давид.

– А что? Мы ничего не знаем друг о друге, – продолжил Рикки, – мне интересно, кто живет по соседству.

– До этого тебе было плевать, – бросила Грейс.

– Меня на это толкнул Пол. Он единственный человек, кому интересны наши жизни. Может, если узнаем друг друга лучше, сможем помочь чем-то.

– Например? – снова рассмеялся Давид.

– Например, дать соль, – сказал Бомани.

– Согласна, – сказала Мариам.

– Я тоже, – согласилась Сиара.

Мариам посмотрела на Сиару, та улыбалась и жадно жевала жвачку.

– Я тоже, – сказал Бомани.

– И я, – сказал Давид.

– Мне все равно, – бросила Сиена. – Мне почти нечего рассказывать.

– Грейс, что скажешь? – спросил Рикки.

– Ну хорошо, – ответила Грейс. – Только с одним условием: будем говорить правду.

Она подошла к мужу и шепнула ему на ухо.

– Что за игру ты затеял?

– Я хочу признаться Сиаре.

– Она уничтожит тебя, – рассердилась Грейс.

– Я больше не могу скрывать это, после твоих слов…

Рикки вспомнил слова жены, сказанные после ухода Пола:

– Ты знаешь, как важна для меня эта работа, но и ты важен для меня. Если не признаешься, я буду молчать, пускай уволят меня.

До сегодняшнего вечера они не говорили.

– Давайте сядем, – предложил Бомани и подошел к большому столу.

Возле стола было семь стульев. Они расселись. В комнату вошла Клара с другой прислугой. Они поставили закуски перед гостями.

– Пол не придет? – спросил Рикки.

– Нет, ему плохо, – ответила Клара.

Клара с прислугой вернулись на кухню.

– Начнем с понедельника? – предложил Рикки.

Давид покачал головой в знак согласия.

– Что рассказать? – спросил он.

– Давайте задавать вопросы. Каждому по пять вопросов, – сказала Сиара.

Все переглянулись и согласились.

– Так как у меня “вторник”, первая я, – сказала Сиена. – Ты отравил мою собаку?

Повисла тишина.

– Хочешь вспомнить? Или хочешь найти оправдание? – спросила Сиена чуть приподнимаясь с места.

– Нет, конечно нет, – наконец сказал Давид и покроснел.

– Тогда почему ты вспотел?

– Сиена, это уже второй вопрос, – перебил ее Рикки. – Наша очередь задавать вопросы. Давид почему ты вспотел? Тебе есть, что скрывать от Сиены?

– Я хотел покончить с жизнью, и достал мышьяк для этого, – тихо произнес Давид, потом вздохнул и продолжил на тон громче, – доктор Стивенс столкнулся со мной в тот день и я уронил флакон с ядом у дома Пола. Твоя собака могла отравиться из-за меня. Но я не могу быть в этом уверен.

– Давид, почему ты хотел покончить с жизнью? – Спросила Сиара.

– На тот момент я не мог найти лучшего решения. Но столкнувшись с доктором у меня что-то изменилось внутри.

– Что изменилось? – Спросил Бомани.

– Он сказал мне: "Ты видел какая красивая девушка стоит на крыльце зеленого дома?".

– Это мой дом, – прошептала Мариам.

– Да, это твой дом. Я отвечу еще на один вопрос, – сказал Давид и посмотрел на Мариам, как будто толкая ее к вопросу: "Как я тебя спасла?".

– Почему ты передумал? Почему, увидев меня, ты передумал?

– Я уже видел тебя, только на фото. А в тот день увидел наяву и влюбился. Ты спасла меня, Мариам. Я был подавлен и мне незачем было жить, а ты дала мне причину.

Все посмотрели на Мариам, ожидая хоть какой-то реакции. Мариам тихо сидела и смотрела на приборы перед собой.

– Давайте зададим вопросы Сиене, – предложил Бомани.

– Хорошо, – согласился Давид, чтобы снять напряжение. – Сиена, ты живешь одна?

– Нет, – коротко ответила Сиена.

– А ты шустрая,– рассмеялся Рикки. – С кем ты живешь?

– С мужем.

– Он же умер? – удивилась Сиара.

– Это вопрос? – спросила Сиена.

– Да, – ответила Сиара.

– Он болен, очень болен. Чтобы быть готовой к потере, я решила всем сказать, что мой муж умер. Так я буду готова морально.

– Ты хотела соблазнить Пола? – спросил Бомани.

– Да, это входило в мои планы. Но сейчас я перeдумала. Он мне не нравится.

Мариам все еще тихо сидела и не заметила, как очеред дошла до нее.

– Мариам? – тихо сказала Сиара.

– Моя очередь?

– С тобой все в порядке? – спросил Бомани. – Если хочешь, мы можем уйти. Только скажи.

– С ней все в порядке, – занервничал Давид. – Задай вопрос Сиене.

– Все в порядке, Бомани. Сиена, почему тебе больше не нравится Пол?

– Так ты все слышала, – рассмеялась Сиара.

– Что тебе нужно от меня? – разозлилась Мариам. – Ты все время косо смотришь на меня и говоришь со мной с иронией.

– Что может такой, как мне, понадобится от такой, как ты?

– А какая я?

– Успокойтесь, – перебила их Сиена, – я отвечаю на вопрос. Пол не такой, как мой муж. Мой муж добрый, сострадательный. Поначалу мне казалось, что Пол тоже такой. Но он плохой человек, он играет с нами, с нашими чувствами. Думаю он тоже нам лгал. У него всегда есть похожая история с которой он рад делиться.

– Это так, думаю у нас у всех была мысл, как мы с ним похожи, – сказала Грейс. – Он все о нас знает. И сейчас оставил нас наедине. Почему?

– Это тоже игра, – добавила Сиена. – Наверное, следит за нами из своей крохотной спальни.

На лице Сиены было отвращение. Ее глаза горели от злости.

– Я должна вам признаться. У меня есть дочка.

– У тебя? – удивилась Грейс.

Рикки толкнул жену, чтобы та не сказала лишнего.

– Да, она красавица и умница. Мы с ней общаемся через соцсети. Я решила, что после завершения контракта поеду и привезу ее к себе.

– Это хорошее решение, Сиена. Кто толкнул тебя на это? – спросила Грейс.

– Пол, – ответила Сиена и сама поняла, как благодарна ему.

– Наша очередь отвечать, – сказал Рикки.

– Кто из вас лучше? – спросил Давид.

– В смысле? – замешкалась Грейс.

– Как доктор.

– Грейс, – быстро ответил Рикки.

Грейс посмотрела на мужа вопросительным взглядом.

– Вы в ссоре? – спросила Сиена.

– Да, – ответила Грейс, – у нас проблемы на работе.

– Какого рода проблемы? – спросила Сиара.

– Я отвечу, – сказал Рикки, и взял Софию за руку, крепко сжал ее, прося доверять ему. – Мы поссорились из-за твоей сестры.

Сердце Сиары билось так быстро, что Бомани, сидя рядом с ней, мог услышать стуки. Стоило только прислушаться внимательно.

– Твою сестру оперировал доктор Стивенс. Он так торопился, что до операции не сделал МРТ. Он не знал о внутреннем кровотечении, из-за чего она в коме сейчас.

– Рикки, – прошептала Грейс, – тебя уволят.

– Если ты решишь подать в суд, я расскажу всю правду и Стивенса посадят. Тебе с бабушкой заплатят за ущерб.

– Но это не поможет твоей сестре, – сказала Грейс. – Сиара, послушай, врачи все время делают ошибки. Я не пытаюсь защищать доктора Стивенса, поверь, я буду рада, если его уволят. Но он хороший врач, он спешил помочь твоей сестре. Просто иногда спеша, мы делаем ошибки. Я знаю, каково ему. Я тоже делала ошибки, принимала неправильные решения. До сегодняшнего дня я не могу простить себя за это. Уверена, Стивенсу не легче.

– Что бы ты не решила, – сказал Рикки, – мы с Софией поддержим тебя.

– Я только хочу, чтобы она выздоровела и вернулась домой, – сказала Сиара, вытирая слезы.

– Мы позаботимся о ней, – сказал Рикки и почувствовал, как камень упал с души. – Бомани, твоя очередь, задавай свой вопрос.

– Как ты признался в любви?

– Это я призналась, – ответила Грейс. – Он слишком трусливый.

– Я боялся твоего отца.

– Ваши родители были против? – спросила Мариам.

– Да, мой отец считал, что никто не достоин меня. Каждый, кто интересовался мной, исчезал сразу после знакомства с родителями. Сначала я не понимала, что творится, но вскоре взяла все в свои руки.

– Я помню, как ты пришла ко мне той ночью, – улыбнулся Рикки.

Грейс стояла под дождем и стучалась в дверь.

– Рикки, я знаю, что ты дома! – кричала она. – Открой чертову дверь.

Дверь открылась и длинная рука Рикки протянула полотенце.

– Спасибо, – сказала Грейс, взяв полотенце. – Не пригласишь?

Она вошла в гостиную, где было тепло и сухо.

– Принеси мне сухую одежду.

– Вскоре она стояла почти голая у меня в гостиной, – сказал Рикки и посмотрел на жену.

– Потом, что было потом? – не сдержалась Мариам.

– Я принес сухую одежду.

– Я надела его майку, а штаны бросила на диван, – подхватила Грейс.

– Она сидела у камина в моей майке и в носках.

Рикки посмотрел на камин, расположенный прямо перед столом, и картина сама появилась перед ним. Грейс сидела на маленьком коврике, в руках горячий шоколад. Она только что поссорилась с отцом из-за него.

– Рикки, я должна кое-что сказать.

Рикки не мог ничего сказать, у него в горле пересохло. Он всегда всего боялся и бежал от проблем. А Грейс была отважной, она решала проблемы.

– Я ушла из дома. Буду жить с тобой, потому что люблю тебя.

Рикки ничего не ответил. Он сел рядом с будущей женой, нежно обнял ее и поцеловал. София впервые почувствовала себя неуверенно, потому что ее сердце было завоевано.

– Он так и не сказал, что любит меня, – сказала София, – но я чувствую это в его взгляде, в прикосновениях. Я до сих пор помню вкус поцелуя у камина.

София положила голову на плечо Рикки, их проблемы остались позади.

– Спасибо, – прошептала Грейс на ухо Рикки.

– Можно попросить, – начала Сиара, – не задавать мне вопросов? Я все еще не пришла в себя.

– Хорошо, тогда моя очередь, – сказал Бомани.

– Чем ты занимаешься? – начал Давид.

– В смысле чем занимаюсь?

– Как зарабатываешь на еду?

– Я работаю на полицию.

– Надеюсь, все, что мы здесь рассказываем, останется между нами? – занервничала Грейс.

– Конечно, я не выдам доктора Стивенса, это не мое дело.

– Бомани, ты точно не полицейский. Расскажешь, чем занимаешься в полиции?

– Я вроде тайного агента. Узнаю, где мошенники, – Бомани краем глаза следил за Давидом, – чем они занимаются. Я скрываюсь и слежу за ними. А когда они делают ошибки…

– Ты их арестовываешь? – перебила его Мариам.

– Нет, стучит, – сказал Давид. – Ты не поняла, он стукач.

– Давайте не будем ссориться, – рассердился Рикки. – Бомани, ты нарушал закон?

– Да, и не один раз, – спокойно ответил он.

– Ты любишь Мариам? – нагло спросила Сиара.

– Не отвечай, – попросила Мариам.

– Почему? – закричал Давид и встал с места. – Пусть скажет.

– Да, люблю.

– Мариам, задай свой вопрос, – сказал Давид и ударил по столу.

– У меня нет вопроса, – сказала она дрожа.

– Это нечестно, – Давид снова ударил по столу. – Задавай! Кому сказали? Задавай свой чертов вопрос!

– Садись, – не сдержался Рикки, – никто не давал тебе право кричать на нее. Если у нее нет вопроса…

– Значит, я задам ей вопрос, потому что ее очередь отвечать, – сказал Давид и подошел к Мариам.

Он тесно прижался к ней, так, что Мариам стало не по себе.

– Скажи нам, ты любишь Бомани?

Он наклонился и прошептал Мариам на ухо.

– Благодаря мне, твоя семя переехала в США, я знаю твой маленький секрет. Перед тем, как ответить, подумай о последствиях.

Давид вернулся на свое место и сел. Все смотрели на Мариам, потом на Бомани.

– Я… я…

– Громче, не слышно, – сказал Давид.

– Нет, я его не люблю. То есть, – обратилась Мариам к Бомани, – Бомани ты мне нравишься, но я не могу сказать, что это любовь.

Она смотрела на Бомани, хотела понять, не задела ли его чувства. Но Бомани только пожал плечами. Он давно научился скрывать свои эмоции.

– Правда, что ты внучка Пола? – не дождавшись, чтобы Мариам пришла в себя, спросила Сиена.

Гости оглянулись друг на друга, а потом покосились на Мариам. Та сидела тихо и играла со скатертью.

– Мариам, вовремя еды нельзя играть со скатертью или с приборами, – всегда говорила мама, – это не вежливо.

– А вежливо с твоей стороны не отвечать на вопросы? – нагло сказала она в один апрельский вечер. – Почему мы больше не видимся с бабушкой.

Но ответа она не получила ни в этот, ни в другой раз. Когда Мариам нервничала, всегда играла с тем, что попадало под руки. Если же под рукой ничего не было, она играла со своими пальцами до тех пор, пока не вздрагивала от боли.

– Мариам, – обратилась к ней Сиара, – если не хочешь отвечать, можем закончить. Ты не обязана никому. Это была глупая затея.

– Да, дорогая, – подхватила Грейс. – Мой муж иногда затевает глупые выходки, – она толкнула мужа, чтобы тот подержал ее.

– Бывает, – выдавил он. – Мариам, если хочешь мы можем остановиться на этом.

– Нет, – тихо произнесла Мариам. – Верно, я внучка Пола.

– Давно ты об этом знаешь? – спросила Сиена.

– Не отвечай, – сказала Сиара, – это уже второй вопрос.

– Тогда ты переспроси Рикки, – предложила Сиена.

– Я кто по-твоему? Твой помощник? У меня есть свои вопросы.

– Я задам вопрос, – перебила его Грейс. – Мариам, чем ты занимаешься?

– Я играю на скрипке и этой осеню планирую поступать в колледж.

Бомани смотрел на Мариам краем глаза, и вспомнил видеоролик, посланный ему. На видео Мариам играла на скрипке песню из фильма ''Король’’. Следующие несколько дней он долго уговаривал Мариам поместить видео в ютуб, но ответ был таков:

– Мои родители не любят такие вещи. Они считают, что…

– Интернет зло, – улыбнулся Бомани.

Тогда Боамни впервые увидел улыбку на лице Мариам. Она была прекрасна в тот день в белом пляжном платье с распущенными волосами. Они сидели на скамейке за домом Бомани и обсуждали, может ли Мариам играть музыку из разных фильмов и выставлять их на канале ютуб.

– Зло, – повторила она.

– Если серьезно, почему нет?

– Потому что моя мама уж слишком горда. Она говорит: "Настоящему таланту не нужна реклама."

– Ты переедешь в другой город? – задала свой вопрос Сиара.

– Думаю, да. Я еще не решила, но хочу уехать подальше от родителей.

– У меня нет вопроса, – пробормотал Бомани.

Он встал с места и медленным шагом вышел из комнаты.

– Обед готов, – сказала Клара, войдя в холл.

– Мы не голодны, – сказала Грейс и посмотрела на соседей.

– Да, мы уходим, – Рикки встал с места и дал жене знак следовать его примеру.

– Я тоже ухожу, мне на работу пора, – сказала Сиара.

Остальные, ничего не сказав, встали из-за стола и собрались уходить. Клара стояла в центре холла злая и нервная. На минутку она задумалась о том, как быть с горой еды, но потом решила, что хозяин сам решит эту проблему.

– Сэр, – заорала Клара.

– Мы здесь Клара, – отозвался Пол.

Пол с Эндрю и Бомани были в книжной комнате. Они очень бурно обсуждали что-то, когда Клара вошла.

– Вся еда остить.

– А как же гости? Они не голодны? – удивился Пол.

– Они ушли!

– Так рано?

– Что делать? Еда?

– Отнеси в церковь, они собирают еду для бездомных.

Клара ушла, захлопнув дверь за собой.

– Я буду вам благодарен, если вы решите эту проблему, – сказал Бомани после ухода Клары.

– Еще один круг и все, – сказал Пол и посмотрел на Эндрю.

– Думаю, с тебя хватит, Пол.

– На этот раз я найду виновных и решу проблему, Бомани, – заверил Пол.

– Вы, кажется, очень близки. Можно спросить?

– Конечно, Бомани, спрашивай.

– Почему вы Эндрю, – начал Бомани и повернулся к Эндрю так, чтобы видеть его полностью, – уговаривали меня отказаться от контракта?

Пол и Эндрю обменялись взглядами. Они могли без слов понять друг друга. За все эти годы они научились общаться без слов. И на этот раз Эндрю понял своего друга и ответил.

– Мы с Полом проверяли вас. Я предлагал деньги всем соседям.

– Понятно. Вы либо проверяете нас, либо играете с нами. Это в вашем духе.

– Мы… – хотел оправдаться Пол, но не продолжил.

Бомани встал, взял со стола свой мобильный и продолжил.

– Я тоже пойду. Если с Давидом все уладиться, дайте мне знать. Еще можно один вопрос?

– Да, конечно задавай.

– Вы были с нами честны?

– С тобой, да. Все, что я рассказал в галереи правда.

– А с остальными?

Есть маленькая хитрость в общении с людьми, когда хочешь быстрее сблизиться с ними. Узнаешь что-то сокровенное о собеседнике, потом придумываешь похожую историю о себе. В считанные секунды собеседник начинает доверять вам и рассказывает все больше и больше о себе.

– Иногда я придумывал что-то, иногда преувеличивал.

– Да вы настоящий бизнесмен.

Бомани бросил недоверчивый взгляд на Пола и ушел.

– Итак, Эндрю, что ты скажешь о моих соседях? – спросил Пол, взглядом провожая Бомани.

– Одно могу точно сказать, они были честны друг с другом, – ответил Эндрю. – Все, о чем они там говорили – правда. А тебе все лгали.

– Кроме Мариам, – исправил его Пол. – Она всегда была честна со мной.

Глава 16

Давид Флигел

День пятнадцатый

Давид нервно ходил по лужайке своего дома. Он кусал ногти больших пальцев и выплевывал их на газон.

– Давид, это вредно для здоровья, – позвал его Пол издалека.

Он медленно шагал в сторону Давида, а тот становился более нервным.

– Это привычка, – объяснил Давид. – Знаю, плохая, но никак не могу избавиться.

– Нервничаешь?

– Да, с вами я всегда нервничаю, – он говорил искренно. – Каждый раз вы застаете меня врасплох. Давайте, сразу выкладывайте, что на этот раз нарыли на меня?

– Поговорим на улице? – спросилПол.

– Нет, я не такой уж невежа, – ответил Давид и направился к двери.

Не дождавшись приглашения, Пол тихо последовал за ним. На этот раз дома царил беспорядок: кисти были разбросаны на столе, который был испачкан акриловой краской. На полу валялись картины, нарисованные не менее чем за день. Пахло краской и сыростью. Пол осмотрелся и застыл.

– Ты больной, – проговорил он.

– Кто бы говорил? Вы такой же больной, и у нас обоих одна и та же болезнь с разницей в несколько десятилетий. Я болею внучкой, а вы бабушкой.

– Я болею, потому что принял неверное решение, – сказал Пол, разглядывая картины своей внучки, – а это омерзительно, Давид.

Мариам была изображена голая на всех полотнах, и за ней издалека следил мужчина в черном.

– Даже на своих картинах ты тот же трус, – рассмеялся Пол.

– Хватит! – закричал Давид. – Хватит меня так называть.

– А как еще тебя называть?

– Знаете, как больно, когда тебя используют, а потом закрывают дверь перед носом? Все что я хотел – подарить ей цветы.

Давид присел. Он нервно качал ногой и кусал ногти.

– Я… Я только хотел поздороваться с ней.

– Постой, – перебил его Пол, – расскажи подробнее.

– Я получил заказ на документы семейки Бекерян. Но этим я не занимаюсь, поэтому пришлось нанять Бомани. Ее фото лежало здесь, на этом столе, я долго смотрел на нее. Такой красоты я никогда не видел и, может быть, не увижу больше. Я с первого взгляда влюбился в Мариам, – Давид закрыл глаза в надежде вспомнить те чувства. – Вы спросите, как можно влюбиться по фото?

Он открыл глаза и покосился на Пола.

– Это вполне возможно.

– С того дня у меня была одна цель – найти ее, – он встал и подошел к полотну, которое стояло у окна. – Посмотрите на нее. Разве не красавица?

Он повернул картину к Полу. На картине Мариам была в белом платье. Она лежала на зеленой траве, а мужчина в черном лежал сверху. Он держал ее за талию.

– Она прекрасна, но я вижу ее рядом с другим мужчиной, – нагло сказал Пол и отвернулся.

– Это ваше дело. Я вижу ее только рядом с собой.

– Давид, тебе придется отказаться от этой мысли.

– Почему же?

От него плохо пахло. Видимо, за последние несколько дней Давид забыл о существовании антиперспирантов и разных ванных принадлежностей. Пол сделал шаг назад.

– Я несколько раз пытался поговорить с ней, но ее мама каждый раз выгоняла меня. Я оставлял цветы у ее дома, а эта Седа выбрасывала их в мусорный бак.

Пол больше не мог слушать все это и решил перебить его и сменить тему.

– Я разузнал о тебе еще кое-что.

Давид сжал зубы. Он отошел от Пола и повернулся.

– Ты плачешь?

– Вы узнали да? – выдавил Давид сквозь слезы.

– Да, – тихо произнес Пол.

– Что будете делать? Расскажете правду?

– У меня к тебе новый контракт.

Давид повернулся к Полу, и теперь он мог ясно видеть боль в глазах собеседника.

– Какой?

– Эндрю может вытащить твоего брата под залог, но ты должен обещать, что он пройдет курс лечения от депрессии.

– Хорошо, обещаю, – с благодарностью прошептал Давид.

– Я не выдам тайну вашего семейства, не мне судить твоего брата. Думаю, он спас вас от тирана.

– Поверьте, это правда, – умоляюще сказал Давид. – И несмотря на то, что моя мачеха не любила меня, я сожалею, что ей приходится тратить свои дни из-за смерти этой свиньи.

– Это моя часть контракта, теперь твоя. Ты…

– Должен забыть Мариам, – закончил Давид предложение.

– Да, – подтвердил Пол – Ты сможешь выполнить это условие?

Давид выглядел лучше, чем несколько минут назад. Но под левым глазом появился нервный тик. Он с трудностью сдерживал гнев.

– Так мы договорились?

– Если я получу деньги по первому контракту, я забуду ее.

– Хорошо.

– Я исчезну навсегда.

– Эндрю переведет тебе деньги.

Пол покачал головой в знак прощания, подошел к двери и вдруг остановился.

– И еще, избавься от всех картин, – сказал он и захлопнул дверь за собой.

Давид стоял и смотрел на свои картины. Ему совсем не хотелось избавляться от них. Он простоял неподвижно несколько минут, пока дверь не открылась и в комнату вошел Пол.

– Вы вернулись?

– Да, у меня еще один вопрос.

Давид почувствовал нервный тик уже и под правым глазом. Что могло вернуть Пола назад? Уж точно не беседа о погоде.

–Я вас слушаю.

– Ты делал заказ на марки и печать почты Армении?

– Марки? Печать?

– Да. Для писем якобы из Армении.

Давид почувствовал горечь во рту. Если он соврет, Пол все равно узнает, и тогда он лишиться денег, а его брат сгинет в тюрьме.

– Да, – тихо произнес Давид.

– Для кого?

– Не знаю, – ответил он уже уверенным тоном. – Я не встречаюсь со своими заказчиками.

– А кто с ними встречается?

– Если я выдам хоть одного из них, мне не жить.

Давид скрылся с глаз Пола. Он спрятался за стеной. Но Пол мог слышать его тяжелое дыхание.

– Ладно, Давид. Можешь не выдавать своих. Только скажи, заказчик может быть одним из соседей?

– Не знаю.

– Ну, как прошло? – спросил Эндрю, выдыхая дым от сигары. – Он согласился на сделку?

Пол тяжело дышал. Он присел перед Эндрю и смотрел куда-то вдаль, как будто не замечая своего друга.

– Пол, все в порядке? Ты мне совсем не нравишься.

– Я в порядке, но вот за Мариам боюсь, – ответил Пол, глубоко вздыхая.

– Давид не согласился на договор? – он жадно вдохнул последний дым из сигары и выдохнул прямо на Пола.

– Он согласился, ты был прав, – ответил Пол и закашлял.

– Прости, я потушу сигару. Я же говорил, что брат для него самый главный человек.

Убедившись, что от сигары нет больше толку, Эндрю выбросил ее в корзину для мусора.

– Он согласился, а еще попросил отдать ему деньги по первому контракту.

– Ну и что? Отдавай!

– Для моего спокойствия найми сыщика, пусть за ним следят некоторое время.

– Конечно, не вопрос. Я все устрою. Что дальше?

– Завтра пойду в гости к Сиене. Ты смог раздобыть историю болезни его мужа? – поинтересовался Пол.

– Да, и ты будешь очень удивлен.

Он достал коричневый конверт и протянул Полу.

– Откроешь дома, – настоял Эндрю.

– В таком случае, до завтра, – сказал Пол и взял конверт.

– До Завтра.

– Пол, ты уже уходишь? – Пол наткнулся на Софию в коридоре. Она поцеловала Пола в щеку.

– Привет, София. Как всегда, выглядишь прекрасно.

– Я думала, ты не ходишь на работу. Тебе уже лучше?

– Да, мне лучше. Спасибо, – Пол вытер пот со лба, он не принимал лекарства и чувствовал слабость.

– Я была у тебя, если честно. Хотела выпить кофе, поговорить. Клара сказала, что ты не принимаешь лекарства, – у Софии был тревожный вид.

– Они не помогают, а Клара та еще ворчунья.

– Она беспокоится, вот и все.

– Что она еще наговорила?

– Ничего, – София оперлась на стену. – Пол, она все еще любит тебя. А меня ненавидит.

– Почему же? – Пол подошел к Софии, протянул руку и оперся на стену, так, что его рука касалась ее плеч.

– Может потому, что знает о моих чувствах к тебе? – София прошептала на ухо Полу.

– Он за дверью, сидит там и работает за двоих.

– Ах, ради Бога, не защищай его, – София оттолкнула Пола. – Он не пропускает ни одной юбки. А мне позабавится нельзя?

– Забава это хорошо, – улыбнулся Пол.

– Я всегда завидовала твоей жене.

– София, ты сама не знаешь, что говоришь, – Пол стал мрачным. – Тебе лучше зайти к мужу, а мне пора.

Глава 17

День шестнадцатый

Сиена Коллинз

– Пол, вы так рано вставать? – удивилась Клара.

– Я хочу пораньше навестить Сиену, – ответил он и взял печенье со стола.

Клара вопросительным взглядом посмотрела на Пола, как будто спрашивая, почему тот естприготовленную ее еду.

– Она нравится вам?

– Нет! Ты что, Клара? – Пол жадно жевал печенье. – Она замужняя женщина. И совершенн не в моем вкусе. Ты как никто должна знать об этом.

– Вы со мной говорить, а раньше нет.

– Прости, если обидел, но мне пора.

– Вы не сказать, почему спешить к ней.

– Она до девяти утра моет мужа, кормит его и запирает в комнате. Хочу встретиться с ним.

Клара ничего не сказала, молча вернулась к своим делам.

– Иду! Иду! – послышался голос Сиены.

Она открыла дверь и машинально хотела закрыть ее. Пол придержал дверь и толкнул Сиену в дом. Сиена была не похожа на себя: волосы были непричесаны, она без макияжа, в ласинах и в огромном худи.

– Доброе утро, – сказал Пол, оказавшись внутри.

Он с ног до головы с любопытством оглядел Сиену, а потом посмотрел по сторонам.

– Кого-то ищешь?

– Да. И раз уж ты передо мной, значит мне нужен твой муж.

– Он спит.

– Я знаю, что ты только что мыла его, а сейчас готовишь завтрак. Надеюсь, ты не будешь против, если я пойду к нему, пока ты готовишь кашу.

– Валяй, – ворчливо ответила Сиена. – Все равно ты сделаешь так, как хочешь. И зачем только спрашиваешь.

– От вежливости, – ответил Пол и направился в сторону гостиной.

Муж Сиены лежал на диване. Он выглядел совсем слабым, весь истощенный, под глазами почернело, а губы посинели. Казалось, перед ним лежал старик, который ждал своего последнего вздоха.

– Он болеет уже несколько месяцев. Почти полгода.

Сиена смотрела на мужа через плечо Пола.

– У него ведь не только рак?

– Кроме рака кишечника, у него ухудшились память и зрение. Боли в конечностях не дают покоя, – рассказывала Сиена довольна спокойным тоном. – Он не может двигаться, есть, умываться самостоятельно, – это она добавила с некой омерзительной ноткой.

– Он успел докучать тебя?

– Нет, он мой муж. Я буду ухаживать за ним пока он жив.

– Когда у тебя будут деньги, ты сможешь нанять сиделку.

– Если будут.

– Будут! – уверенно заявил Пол. – У меня к тебе есть предложение: подпишем договор.

– Еще один? – Сиена подпрыгнула на месте.

– Не совсем, точнее, дополнение к первому. Я выплачу тебе всю сумму сегодня, если ты искренне ответишь на мои несколько вопросов, – он следил за выражением лица Сиены: та вся светилась от счастья. – Но, если я узнаю, что ты солгала или что-то недоговорила я уничтожу тебя.

Улыбка на лице Сиены угасла. Она качалась со стороны в сторону, нервно играя с пальцами рук.

– Сиена, это несложный выбор, – он положил руку на ее плечо. – Либо ты каждый день проводишь, убирая за мужем, либо живешь для себя одной.

– Ах, к черту, я согласна, – наконец ответила она. – Какие у тебя вопросы?

– Пойдем, присядем, – предложил Пол.

Они вышли на задний двор. Он был довольно просторный и ухоженный. Пол удивился, как одна женщина справляется со всем хозяйством, да еще и с больным мужем.

– Мне помогает Сиара, – как будто угадав мысли Пола сказала Сиена. – Она занимается садом. Я плачу ей за это.

Пол присел на скамейку и пригласил Сиену сесть радом.

– Итак, – начал он, – твой муж болеет.

– Да, что за странный разговор.. Разве по нему не скажешь?

– Из-за чего началась его болезнь? Только честно, – предупредил Пол.

– Лечащий врач сказал, что его отравили.

– Чем?

– Мышьяком.

Сердце Пола хотело выпрыгнуть из груди, он схватился за пульс.

– Тебе плохо?

– Сейчас пройдет, дай мне минутку.

Прошлым вечером, когда у себя дома он открыл конверт, сердце билось еще быстрее. Диагноз "отравление мышьяком" не давал ему покоя. До этой минуты он надеялся, Сиена скажет, что это ложь, повторные анализы показали, что мышьяка нет в организме.

– Почему ты не заявила в полицию?

– Подумай, кого бы я обвинила в отравлении? Первой подозреваемой оказалась бы я сама.

– А как же врачи? Ведь они должны были заявить в полицию, даже если бы ты была не согласна.

– Со всеми можно договориться, Пол, – рассмеялась Сиена. – Мне помогли.

– Кто?

– Рикки, наш сосед. Я сплю с ним.

Сиена последние слова выговорила очень тихо и осторожно, как будто боялась, что посторонние могут услышать.

– Я удивлен. Правда Сиена, ты меня удивила, – признался Пол.

А ведь его было так трудно удивить. Пол посмотрел на женщину перед собой и вспомнил Грейс. Сиена была красавицей, но и Грейс не была дурнушкой.

– Когда я выбежала из кабинета врача, столкнулась с Рикки. Мы уже встречались на тот момент, но это была всего лишь дружба. Он увидел мои слезы и заставил рассказать, что случилось.

– Сиена, я могу помочь тебе, – сказал Рикки, держа Сиену за руки.

– Как? – зарыдала Сиена. – Меня точно посадят. За чужие грехи буду отвечать я.

– Нет, не будешь. Я знаю, на какие рычаги нажать.

– Он спас меня, Пол, – радостно закричала Сиена.

– И с этого дня ты стала его любовницей?

– Бинго! – сказала Сиена, подмигнув Полу. – В тот же вечер. Он сидел в своей машине у дома и долго не решался выходить. Я же грустила без мужа и решила поговорить с ним. Села в машину и…

– Прямо в машине? – перебил ее Пол.

Его эта история стала забавлять все больше и больше.

– Нет, он предложил поехать в кафе, а я сказала – лучше в бар. Не знаю, сколько мы выпили, но этого было достаточно, чтобы оказаться с ним в постели.

Сиена не была настолько пьяной, чтобы не помнить, как Рикки жадно целовал ее шею, боролся с черной блузкой. Расстегнуть несколько пуговиц стало настоящей пыткой для него, в конце концов он разорвал чертову блузку и добрался до бюстгальтера. Сиена руками потянулась к его густым локонам. Он наклонил голову вниз, и их губы соприкоснулись. Поцелуй был таким долгим и страстным, что Сиена задрожала.

– Тебе плохо? – спросил Пол.

– Нет, я просто задумалась.

– Хорошо. Твоего мужа травили мышьяком, и это точно не ты, – улыбнулся Пол. – Может быть, это Рикки?

– Не думаю. Зачем ему травить моего мужа?

– Чтобы заполучить тебя.

Сиена снова задрожала, но на этот раз не от наслаждения, а от страха.

– Может быть, мы с ним не случайно встретились в больнице в тот день? Он знал, что мы придем. Рикки спас не меня, а свой зад. Теперь я ничего не смогу узнать. А если и смогу, он скажет, что мы все сделали вместе.

– Эй! Эй! Тихо, – успокоил ее Пол. – Это еще не факт.

Пол посмотрел на часы и добавил.

– У меня еще один вопрос, но ответь честно.

– У меня больше нет выбора.

– Ты заказывала поддельные марки и печать почты?

По глазам Сиены можно было прочесть, что это не она.

– Нет! – Пол сам ответил на свой вопрос. – Сегодня же переведу тебе деньги.

– Что нарыл сегодня? – спросил Эндрю, вытянувшись в своем кресле.

– Это был довольно плодотворный день, – ответил Пол и присел на кожаный диван.

– И?

– Сиена спит с Рикки.

– Да, это интересно, – зевнул Эндрю. – Я сегодня много работал, и твоя история может меня позабавить.

– Рикки помог Сиене скрыть факт отравления мужа. Наверное, поменял больничную карту. Но как тебе удалось достать старую карту?

– Твой докторишка нашел. Я сказал, что знаю его маленький секрет, и он спросил, чем может помочь.

Эндрю встал с места и подошел к бару.

– Виски?

– Да, не откажусь.

Эндрю налил два стакана виски, бросил в них лед и присел рядом с Полом.

– Это тебе, – сказал он и протянул стакан другу.

– Спасибо, этого мне не хватало последний месяц.

– Хочешь сказать, что не пил виски у меня дома с моей женой?

– Да, от тебя ничего не скроешь.

– Ты узнал, кто отравил мужа Сиены? – спросил Эндрю.

– Нет, есть только догадки. Это может быть Рикки, чтобы заполучить Сиену.

– Думаешь, они не могли бы встречаться без этого?

– Кто знает. За все эти годы я понял, что люди способны и не на такие гадости, – сказал Пол и опустошил стакан.

– Хорошо, допустим он отравил мужа Сиены, чтобы заполучить ее. А тебя зачем травить? – спросил Эндрю и направился за вторым стаканом.

– Принеси-ка бутылку, – прохрипел Пол.

– Хорошая идея, – он вернулся с бутылкой и плюхнулся на диван. – Итак, зачем ему травить тебя?

– Помнишь, я тоже знаю маленький секрет, из-за которого можно и человека убить.

– Какой секрет?

– Секрет доктора Стивенса и Рикки, – спокойно ответил Пол. – Рикки, уже имея опыт в отравлении, мог с легкостью предложить доктору Стивенсу избавиться от меня.

– Это логично. Стивенс говорит, что ты узнал их маленький секрет. Рикки предлагает травить тебя, чтобы ты молчал. Софию уволят, Рикки получит заветное повышение и наконец-то докажет жене, что чего-то стоит.

– Да ты психолог, – сказал Пол и похлопал ему. – Завтра я узнаю правду.

– Ты не боишься?

– Нет, Грейс будет дома. Налей-ка мне еще виски.

Глава 18

День семнадцатый

Грейс Карсон и Рикки Гонзалес

– Грейс дома нет? – спросил Пол, оглядываясь по сторонам.

– Нет, она была на ночной смене, и еще не вернулась. Заходите, не стойте там. Я только что заварил чай и испек блины.

Как вежливо было со стороны Рикки, но Полу стало не по себе.

– Я не голоден, спасибо, – еле выдавил Пол.

– Только чаю?

– Хорошо, – из вежливости согласился Пол.

Они расположились на кухне. Рикки налил им чай, а себе взял два блина. Он полил их медом и жадно стал есть. Пол пожалел, что отказался от блинов.

– Может быть, передумали? – как будто угадав спросил Рикки.

– Только один, – обрадовался Пол. – Рикки на ужине вы с Грейс рассказали Сиаре, из-за кого ее сестра в коме.

– Она любезно согласилась не подавать жалобу на доктора Стивенса, – сказал Рикки улыбаясь.

– У нее большое сердце, раз согласилась молчать. На ее месте я бы засудил доктора, и вас вместе с ним, – нагло заявил Пол и сразу же пожалел за такую наглость.

– Ну, может потому, что у вас сердце не такое большое, как у маленькой девочки.

– У вас мед на щеке, – сказал Пол и показал на своей щеке место, где у Рикки был намазан мед.

Он большим пальцем вытер мед со щеки и лизнул палец. Полу стало не по себе, и даже страшно. Он прочел в глазах собеседника некую агрессию.

– Рикки, я могу сразу перейти к делу? – Пол решил поскорее закончить все и убраться из этого дома.

Рикки пожал плечами и уставился на Пола.

– У меня есть предложение. Я выплачу сегодня же все деньги, если ты честно ответишь на мои несколько вопросов.

– Ладно.

– Итак, я заметил, что у вас с Грейс были проблемы, но в это воскресенье все наладилось. Правда?

– Да, у нас были разногласия из-за этой девочки, но после признания все отлично. Наконец-то Грейс увидела во мне мужчину, – последние слова Рикки сказал с гордостью.

Теперь он выглядел совсем иначе, чем на последней встрече. Он как-то изменился, но Пол не мог понять, как.

– Это правда очень личное. Ты всегда был верен жене?

Этот вопрос застал Рикки врасплох, он не ожидал такого. Подумав несколько минут, он ответил.

– Не всегда. Но она знает об этом, сразу вам скажу.

– Я и не собирался ей рассказывать. Это не мое дело.

– Тогда почему спрашиваете, если считаете, что это не ваше дело?

– Это ведь соседка, а точнее – Сиена? – не обращая внимания продолжал Пол.– Она мне рассказала вчера.

– Вот… – Рикки сдержался и последние слова сказал про себя. – Когда мы в воскресенье вернулись домой, я все рассказал Грейс.

– Дорогая, это еще не все, – сказал Рикки своей жене. – Поскольку мы договорились больше не врать друг другу…

– Ты изменяешь мне, – перебила его Грейс.

– Ты знала? – вскочил с места Рикки.

– Я только догадывалась, но теперь уверена. Думаешь я не замечала, как ты просиживаешься в машине перед домом? Смотришь и смотришь. Сначала я не понимала, что тебе стыдно. Вот поэтому ты и не решаешься войти и посмотреть мне в глаза.

Рикки подошел к жене, так, что она могла чувствовать неровное дыхание мужа. Левой рукой он прижал ее к себе, а правой убрал прядь волос с лица Грейс. Он нежно поцеловал свою жену, как в первый раз и прошептал ей на ухо.

– Мне так повезло, что ты моя жена.

Грейс открыла глаза, посмотрела на Рикки и поняла, что ее муж наконец-то созрел.

– Я сделал много ошибок, но и научился многому, – обратился он к Полу. – Самое важное теперь для меня – моя жена. Да, и еще мы решили пополнить нашу семью.

– Вау, – удивился Пол. – Я очень рад за вас.

– У вас еще вопросы?

– Да, еще один вопрос, но думаю, ответ будет отрицательным. Вы заказывали поддельные марки или печать почты.

– Простите? Я вас не понял, – он и правда не понимал, что Пол имел в виду.

– Не важно, забудь. Спасибо за угощение, но у меня дела. Ах да, как и обещал, сегодня переведу вам деньги.

– Это значит, что мы больше не будем сидеть с вами? – захотел уточнить Рикки.

– Встретимся в воскресенье и попрощаемся.

– Черт, – вырвалось у Пола, – это не могут быть они.

– Я так и знал, – сказал Эндрю. – Они выглядели слишком милыми на воскресном вечере.

Пол нервно ходил по комнате, не находя себе места. Он иногда останавливался, что-то бормотал. Но потом качал головой и опять шагал туда-сюда.

– У меня голова разболелась, – ворчал Эндрю.

Он встал, открыл дверь своего кабинета и попросил кофе у секретарши, закрыл дверь и остановился прямо перед Полом.

– Это не Давид, не Сиена и не Рикки. Значит, круг сузился и теперь будет легче узнать твоего обидчика. Ты должен радоваться, а не злиться.

– Это точно не Сиара, она подросток, – стал размышлять Пол. – Остались Бомани и Мариам.

От этих мыслей у Пола разболелся живот, его скрутило. Он изначально верил этим двум, но теперь не знал, что думать.

– А что если они вместе? – у Пола загорелись глаза. – У них был план. Мариам заказала марки и печать у Давида и стала писать мне. Анна ей все рассказывала, и Мариам могла с легкостью обмануть меня.

– А почему она заказала марки у Давида? Ведь Бомани тоже умеет хорошо подделывать.

– Не забывай, что он на службе в полиции. Он не стал бы рисковать своей свободой.

Дверь открылась, и в комнату вошла секретарша. Она поставила две чашки кофе и молоко на стол.

– Если еще что-нибудь понадобится, скажите мне, сэр, – нежно улыбаясь сказала она и ушла.

Эндрю провожал ее взглядом хищника.

– О боже, Эндрю. У тебя замечательная жена, дети. А ты все не остепенишься.

– Была бы у тебя жена и двое сыновей, тогда бы поговорили, – Эндрю сел на диван и пригласил Пола сесть рядом.

Пол взял свою чашку и вдохнул аромат кофе.

– София всегда мечтала о муже вроде тебя, – еле выговорил Эндрю. Он любил Софию очень сильно, и ему было больно думать, что жена предпочла бы другого себе в мужья.

– Она любит тебя, – не согласился Пол.

– Это она тебе сказала? Она каждый день спрашивает, как ты, звонит твоей Кларе, приходит к тебе в гости.

– Эндрю, ты опять за старое.

После рождения первого ребенка Эндрю и его жена отдалились друг от друга. Страсть, что их объединила, куда-то испарилась. София впала в послеродовую депрессию, а Эндрю завелся множеством любовниц. Утешение София находила у друга.

– Пол, это невыносимо, – София бросилась в объятия  Пола и заревела.

– Я убью его. Что он сделал? – Пол гладил ее по голове, но не знал, как успокоить.

– Он не может остановиться, Пол, – ее голос хрипел. – Я думала после рождения ребенка все станет как прежде, но он на меня даже не смотрит. Я как-то изменилась? Посмотри на меня.

Она встала и покружилась перед Полом. София изменилась, конечно, но в лучшую сторону. Она стала более женственной, ее фигура изменилась.

– София, ты прекрасна как всегда.

– Ты всегда добр ко мне, – София медленно подошла к Полу и прошептала. – Мужчина должен быть старше женщины не менее десяти лет, чтобы ценить ее. Ты опытный мужчина, Пол, и знаешь, как быть с женщиной.

Она подошла еще ближе, своей щекой прикоснулась к щеке Пола.

– Можно я тебя поцелую? – София покраснела.

– София, Эндрю мой друг.

– Он свинья, – она прижалась еще сильнее.

– Но эта свинья мой друг, – Полу София всегда нравилась, но предателем становиться он не хотел.

– Только один поцелуй.

Пол сдался. София одним поцелуем не остановилась. Утром их обеих мучили угрызения совести. София сидела на краю кровати в белой рубашке Пола. Пол лежал и молча смотрел на нее.

– София, – наконец-то Пол заговорил.

– Это останется между нами, – она повернулась лицом к Полу.

– Ты хотела отомстить Эндрю?

– Нет, – София проползла к Полу, – я всегда мечтала поменять тебя и Эндрю местами. Ты мой верный муж, отец моих детей. Эндрю мой безбашенный друг, с кем я могла бы выпить в баре.

– София, – Пол присел, – говорят, что у нас у каждого своя судьба. Но ты можешь изменить ее, если она тебе не нравится.

– Например? Уйти?

– Это один из вариантов.

Но София ничего не изменила в своей судьбе. Она осталась с Эндрю и родила ему еще одного сына.

– Она так смотрит на тебя, – грустно произнес Эндрю. – На меня она никогда так не смотрит.

– В этом нет моей вины, – Пол посмотрел на своего друга и подумал: “Знает ли он о той измене?”.

– Ладно. Что там с соседями?

– Завтра многое прояснится, когда Сиара объяснит зачем крадет почту.

– Она обыкновенная воровка и шантажистка, Пол, – сказал Эндрю с отвращением.

– В больнице она показалась мне такой милой, даже беззащитной. А теперь я начинаю думать, что она манипулировала мной, даже заставила возненавидеть доктора Стивенса.

– Все ошибаются, Пол. Доктор Стивенс тоже ошибся, он ведь не всемогущ. Его единственная проблема в том, что он испугался.

– И решил свалить вину на Софию, – фыркнул Пол. – Гнусный человек.

– Но тебя он не травил?

– Нет, это точно не он, – уверено ответил Пол и сделал большой глоток кофе.

– Я рад, что это не он. Хорошо иметь знакомого доктора, кто знает свое дело, или почти знает.

– А тебе все смешно, да? Мне кажется, что Сиара пошла на такой шаг ради денег. Кто-то ей платил.

– И я знаю, кто это.

Пол так посмотрел на друга, словно умолял его не продолжать. Он просил держать свои догадки при себе, но Эндрю ничего не могло остановить.

– Мариам. Это она. Ты все время защищал ее, думал, что она не способна на такое. Но вот что я тебе скажу, друг мой. Единственный человек, у кого есть мотив – твоя внучка.

– У тебя тоже есть мотив, – вырвалось у Пола.

– Опять! Мы это уже проходили.

– Думаю, мне пора, – сказал Пол, он поставил чашку на стол и подошел к двери.

– Мне больно, когда мой единственный друг не верит мне.

Пол ничего не ответил, он молча ушел.

– Сэр, у вас гость.

София сидела на кожаном диване и пила маргариту.

– Какой прекрасный сюрприз! – сказал Пол и намекнул Кларе оставить их.

– Хочешь выпить со мной?

– Не откажусь.

София встала и подошла к бару. Она была в белом облегающем платье чуть ниже колен. Сзади был прорез, который при ходьбе показывал ее ноги. Туфли от Шанель добавили ей в росте десять сантиметров, из-за чего она казалась еще стройней.

– Пол, – она протянула стакан, – я решила серьезно поговорить с тобой о твоем лечении.

– Опять Клара наговорила?

– Нет, вчера мне показалось, что тебе нездоровится. Может, я куплю тебе билет в какой-нибудь курортный городок? Можем поехать вместе.

– Это было бы здорово, – нежно улыбнулся Пол. – Я рад, что ты беспокоишься обо мне. Но у меня очень важные дела.

– Какие? Эндрю все сделает вместо тебя.

София присела рядом с Полом и положила руку на его плечо. Она опустила голову и стала слушать стуки его сердца.

– Как ты спокойно дышишь рядом со мной.

– Это плохо?

– Сам скажи.

– Думаешь, если я спокоен, то ты меня не интересуешь как женщина?

– Или же тебе слишком хорошо со мной.

Она подняла голову и посмотрела на Пола.

– Помнишь, ты однажды предложил мне уйти от Эндрю?

– Как раз сегодня вспоминал об этом.

– Как интересно.

– Хочешь уйти от Эндрю?

София прижалась к Полу, она поцеловала его в щеку, потом в другую. Пол сидел неподвижно, как камень. София поцеловала его в лоб, потом в губы. Сначала Пол не ответил, но через минуту страстно растворился в поцелуе. Он поднялся, взял ее за талию. София легла на кожаный диван, а Пол лег сверху.

– Пол, – прошептала София, – я хочу тебя. Я хочу к тебе.

Пол остановился и посмотрел на нее.

– Что значит, хочешь ко мне?

– Переехать навсегда. Я хочу жить с тобой. Хочу любить тебя.

Пол присел. Он обеими руками схватился за голову.

– Рядом с тобой я теряю себя, София. Ты как плохое виски, бьешь сразу в голову.

– Плохое виски? – нахмурилась София.

Она встала, посмотрела на Пола. Не дождавшись ответа, София ушла, сильно захлопнув за собой дверь.

Глава 19

День Восемнадцатый

Сиара Стоун

– Ее нет дома, – сказала Эмилия, открывая дверь.

– Она на работе? – удивился Пол.

– Нет, ее нет уже два дня.

– И вас это не волнует? Вы обращались в полицию?

– Нет, конечно нет. Это в ее духе, – спокойна ответила Эмилия. – Поверьте, она много раз исчезала. Но каждый раз возвращалась.

– Она ребенок, – не сдержался Пол, – куда она могла пойти?

– У нее есть друзья в пиццерии. Она много времени проводит с ними.

– Как называется пиццерия?

– Венеция.

Пол не попрощавшись повернулся и позвонил Эндрю.

– Мне нужна твоя помощь.

Как всегда, Эндрю был на высоте. Спустя два часа после звонка, Пол стоял перед заброшенным зданием в Бруклине. Эндрю смог разузнать, что Сиара иногда появлялась в этом доме со своими друзями. Здание было расположено между современными домами. Полу пришлось пройти целый квартал, чтобы оказаться внутри дома. Входная дверь была заперта на замок, а стекла заднего хода были разбиты. Несмотря на то, что был май, на деревьях не было ни одного зеленого листа. Повсюду стояла пыль и грязь. По центре сада располагался бассейн. Вода в нем была зеленой и сильно воняла. Пол больше не мог оставаться в этом ужасном месте и решил войти в дом.

Пройдя через разбитую дверь, Пол оказался на кухне, где повсюду была разбитая посуда. Это место напоминало поле боя. На столе лежали грязная пачка от пиццы и несколько одноразовых стаканов. Он вошел в гостиную, где было пыльно и стоял не выносимый запах, как будто там сдохла крыса. Вся мебель была покрыта белыми простынями. Пол хотел подняться на второй этаж, но стоило подняться на первую ступеньку, он почувствовал сильную боль, в глазах помутнело и он рухнул на лестницу.

– Ты что, придурок! Ты мог его убить.

– Откуда мне было знать, что это твой знакомый.

– Уходи! Сейчас же уходи! Он приходит в себя.

Пол слышал шаги, которые потихоньку стихли. Он с большой трудностью открыл глаза. Это стоило ему немалых усилий.

– Пол, – послышался знакомый голос, – что с вами?

– Я не помню, – прошептал он.

– Вы упали прямо на ступени. Вам больно? У вас болит голова?

– Да, голова болит, – ответил Пол и проверил, все ли в порядке с головой.

Он почувствовал, что на затылке появилась огромная шишка. Пол понял, что получил удар чем-то тяжелым по затылку. Но решил ничего не говорить на этот счет.

– Сиара, я искал тебя. Твоя бабушка очень беспокоится…

– Ха, – фыркнула она, – вряд ли. Она меня знает.

– Да, она говорила, что исчезать – это в твоем духе. Но не сейчас.

– Что это значит? Не сейчас?

– Тебе нужны деньги, ты бы не сбежала без веских причин.

Сиара начала нервничать, ее что-то тревожило. Пол мог с легкостью раскусить ее, стоило только надавить.

– Ты можешь довериться мне, Сиара, – Пол положил руку поверх руки Сиары, – не бойся меня.

– Я не боюсь вас. Я стыжусь.

Сиара опустила голову, пытаясь спрятать глаза.

– Что ты наделала? Посмотри на меня, Сиара.

Несмотря на сильную боль, Пол присел. Он правой рукой поднял голову Сиары, а левой убрал волосы с лица.

– Вам с бабушкой тяжело, и все, что ты делала, делала ради ее блага. Вы не могли выплатить больничные расходы из пенсии. Понятно, что ты пошла на риск и…

– Стала воровкой, – продолжила Сиара.

– Ты пряталась от меня?

– Нет, мне сказали исчезнуть.

– Кто?

– Я не могу сказать.

Сиара вырвалась из рук Пола и подошла к двери. Поняв, что она сейчас убежит, Пол решил предпринять серьезные шаги.

– У меня для тебя новый контракт.

Сиара молча закрыла дверь и вернулась на свое место.

– Это правда, что вы выплатили Сиене все деньги по договору?

– Почему только Сиене? Всем соседям, к кому я ходил до тебя. И тебе заплачу сегодня же, если будешь откровенна со мной.

– У меня нет другого выбора, – бросила она. – Задавайте свои вопросы.

– Во-первых, почему ты здесь?

– Я же сказала, мне велели.

– Кто?

– Сиена Коллинз, – прошептала Сиара.

Сначала Пол не поверил своим ушам, подумал, что сквозняк помешал услышать. Поняв это, Сиара снова повторила, но на этот раз громче.

– Да, вы правильно услышали – Сиена. Она велела мне исчезнуть, пока не придет мой день.

– Но почему? Что вас связывает?

– Вы ведь не сдадите меня полиции? – голос Сиары дрожал.

– Нет, если ты не сделала что-то ужасное.

– Я крала почту.

Полу стало жаль ее, но он не был из тех, кто мог найти правильные слова. Поэтому он подождал, пока Сиара успокоится.

– Ты крала почту, – повторил он, – читала их содержимое. И, если находила что-то стоящее, шантажировала людей?

– Нет, – резко сказала Сиара.

– Тогда почему ты плачешь?

– Она меня убьет, – после недолгих раздумий Сиара продолжила. – Это все Сиена. Я крала почту для нее.

– Не может быть, – удивился еще сильнее Пол.

– Да, Пол. До того как разносить почту, я приходила к ней. Сиена просила меня ждать в холле, а сама уходила в другую комнату. Спустя некоторое время она возвращалась с письмами. Сиена так искусно их открывала, потом закрывала, что никто не подозревал об их вскрытии.

– Что она потом делала?

– Наверное, шантаж и прочее. Кто ее знает.

– Почему она велела тебе исчезнуть?

– Она боялась, что вы узнаете про аферу с письмами.

– Сколько это длилось? Кража писем.

– До тех пор, пока вы попали в больницу, – ответила Сиара и глубоко вздохнула. – Не знаю, вас это заинтересует или нет, но я слышала очень странный телефонный разговор в доме Сиены.

– Меня все интересует, Сиара, выкладывай все, что слышала.

Сиара присела поудобнее, собралась с мыслями, чтобы ничего не упустить.

– Это было примерно полгода назад, может, чуть меньше, точно не вспомнить.

– Он не должен был пострадать, – нервно говорила Сиена в трубку. – Мой муж не должен был отравиться. Эти чертовы письма. Вы не предупреждали, что они отравлены.

Сиена нервно стучала по столу.

– Этот гнустный старик… – она захлебывалась, – это из-за него пострадал мой муж. Хорошо, что не я.

– О Боже, – вырвалось у Пола, – мои письма от Анны были отравлены мышьяком. Если бы Сиена и ее муж не открывали их, меня не было бы в живых.

– Кто-то хочет вашей смерти?

– Это я и хочу выяснить.

– Вы затеяли все это ради поимки вашего убийцы? Думаете, это Сиена?

– Не совсем. Я начал все это из-за совета моего убийцы. А сейчас хочу найти его.

– Думаете, это кто-то из нас?

– Честно, я уже не знаю.

– С вами все порядок? – Клара наклонилась и тяжело дышала на Пола.

– Да, – ответил Пол открывая глаза. – Клара, принеси мне аспирин.

Она вернулась со стаканом и протянула его Полу.

– Ваш аспирин.

– Спасибо.

Клара хотела удалиться, но Пол остановил ее. От прикосновения руки Клара задрожала.

– Сэр!

– Нам нужно поговорить, Клара. Садись рядом, – он потянул ее за руку и вскоре Клара оказалась рядом с ним.

Они сидели очень близко, их плечи прикасались при малейшем движении. Пол не чувствовал этого, но Клара при каждом прикосновении закрывала глаза, чтобы не выдать своего счастья.

– Клара, – начал Пол после недолгой паузы, – я должен извиниться перед тобой.

– Передо мной?

– Да, ты так много сделала для меня, ты всегда меня выручала, ты согласилась ходить на самые странные и ненужные курсы. Почему ты соглашалась?

– Это было нужно, – еле выговорила Клара.

Ее сердце билось так быстро, что слова застревали в горле.

– Кому это было нужно? – фыркнул Пол. – Мне, а не тебе. Я даже не спрашивал у тебя, хочешь ты этого или нет.

– Все в порядке. Для меня главное ваше спокойствие. Если нужно ходить на дурацкие курсы, то я схожу.

– Странная вещь любовь.

– О чем вы?

– Когда я остановил тебя и протянул к тебе руку, у тебя сердце чуть не вылетело с места. Ты так разволновалась, что забыла про свой акцент.

Клара вскочила с места и хотела убежать, но поняла, что это будет выглядеть глупо.

– Зачем весь этот маскарад? – громким тоном спросил Пол. – Зачем притворяться. Что ты еще скрываешь от меня, Клара?

– Ничего, я ничего не скрываю от вас.

– Ты все еще любишь меня?

Вопрос был настолько неожиданным и прямым, что Пол сам почувствовал дискомфорт.

– Да, – тихо произнесла Клара, – но это не та любовь, о которой вы думаете. Сэр, вы стали для мена семьей, несмотря на то, что не всегда добры ко мне. Я привязалась к вам.

– Почему лгала про свой акцент?

– Сначала он был, но благодаря учителю, которого вы наняли, все прошло. А солгала, потому что мне нравились занятия.

– С этим недоразвитым англичанином?

– Нет, мне нравились занятия с вами.

– Сэр, я не понимать его, – жаловалась Клара на своего учителя по английскому.

– Я же говорил тебе, что это пустая трата времени и денег, – подмигнул Эндрю.

– Я научу Клару говорить без акцента и застану врасплох этого учителя недоростка, – заявил Пол.

– Я знаю, что ты любишь состязаться, но преподавание точно не твое.

Клара молила про себя: “ Хоть бы не передумал”.

– Решено, Клара, я буду тебя учить.

– Мне нравилось проводить время с вами. В тот вечер учитель английского сказал, что больше нет смысла продолжать, потому что у меня нормальное произношение. Я сказала ему, что сама все расскажу вам и заплатила ему из своих сбережений, – Клара говорила уверенно, но слегка дергалась.

– Из-за тебя Эндрю высмеял меня, сказав, что из меня такой же учитель, как из него модель. Клара, ты больше ничего не хочешь мне рассказать?

– Что?

– У тебя больше нет секретов? Например, про наших соседей.

– Сэр, я…

– Только правду, – перебил ее Пол.

– Я была так зла на вас, – она опустила голову, – я не думала, что смогу навредить вам. Я просто рассказала кое-что лишнее.

– Кому?

– Мне примерно полгода назад звонила женщина. Она спрашивала, кто такая Анна, что она значит для вас, что вас связывает. Я решила, что вы с кем-то встречаетесь, и она узнала про Анну. Подумала, эта женщина испугалась вас потерять.

– И?

– И рассказала все, что знала о ней. Все, что я слышала из ваших уст. Но я совершила ужасную ошибку, кое-что я добавила от себя, – Клара глубоко вздохнула, чтобы воздух проник в легкие, – я все хотела вам рассказать, но так боялась.

– Что ты добавила от себя?

Клара вздохнула еще сильнее, но все равно задыхалась. В горле стоял комок, а горечь во рту становилась невыносимой.

– Я соврала, из-за ревности.

– Ты же знаешь, что у меня никого нет, к кому ты меня ревновала?

– Я подумала…

– Она подумала!

– Простите, сэр, – умоляла Клара.

– Расскажи все, что ты наговорила этой женщине.

– Он когда-то любил ее, эту Анну, – рассказывала Клара незнакомке по телефону, – по крайней мере, он говорит, что любил. Но знаете что? Для Пола – все игра. Он играет с друзьями, с женщинами, даже с нами – с прислугой. Он посылает меня на самые разные курсы. Я даже учила, как тушить огонь, или как его зажечь, если спичек нет. Я работаю на него уже двадцать лет и могу с точностью сказать: этот человек – воплощение зла. Вот поэтому он одинок. И знаете, что самое смешное? – Клара рассмеялась и продолжила. – Он чертовски боится одиночества.

Телефонный звонок завершился без ответа с другой стороны.

– Теперь вы меня уволите? – еле произнесла Клара.

– Нет, отчасти ты сказала правду. Даже не представляю, как ты меня выносила все эти годы. Значит, эта незнакомка знает почти всю нашу историю с Анной, потому что ты почти все ей рассказала.

– Получается, знает… Интересно, кто была та женщина? – голос Клары немножко успокоился.

– Очевидно, ты рассказала все это нашей соседке.

– Кому? – удивленно спросила Клара.

– Мисс Коллинз.

– Сиена? Но как она узнала про Анну? Вы что, встречались?

– Нет, Боже упаси. Они с мужем вскрывали почту соседей. Из них Коллинзы и узнали об Анне и решили проверить, что нас связывает. Они хотели провоцировать и шантажировать меня. Но видимо, эти письма были отравлены, и муж Сиены пострадал, вскрывая их.

– Вас хотели отравить? Кто? Анна?

– Нет, это точно не Анна. Письма писал кто-то из штатов. Я пока не знаю, кто, но есть догадки.

– Вы подозревали меня?

– Я очень хотел этого.

– Почему?

– Если это не ты, значит – Мариам, – Пол откинулся на диван и закрыл глаза в надежде исчезнуть.

– Сэр, вы сказали, что скорее всего мне звонила Сиена.

– Когда? – растерянно спросил Пол.

– Полгода назад, я же только что об этом рассказывала.

– Да, это точно была она.

– Потом вы упомянули Мариам.

– Ну и?

– У женщины, с кем я говорила, был акцент, как у Мариам. Думаю, звонила армянка.

– Значит, это армянка. Она звонила тебе, чтобы узнать, какие у меня отношения с Анной. Ты ее сильно разозлила, если она решила убить меня.

– Я не хотела, я такая глупая, – она ударила себя по голове.

Пол схватил руку Клары.

– Это я глупый, что никогда ниего не замечаю.

Глава 20

День девятнадцатый

Бомани Брук

– Что вам нужно? – спросила Клара, не позволяя Бомани войти в дом.

– Я получил голосовое сообщение, – он показал телефон Кларе.

– Не надо трясти телефон передо мной, я присутствовала при его записи.

– Куда пропал ваш акцент, Клара?

– Это не ваше дело, – заявила Клара и хотела закрыть дверь, но Бомани остановил ее.

– Пожалуйста, Клара, хотя бы объясните, почему.

– Ему плохо, и он не может встречать гостей. Все! Уходите!

Клара оттолкнула Бомани и захлопнула дверь. Несмотря на то, что Клара была хрупкой женщиной, уроки борьбы не прошли даром.

– Он ушел? – спросил Пол, выходя из укрытия.

– Да, – Клара подошла к Полу и протянула несколько писем.

– Такое же сообщение пошли Мариам и закажи мне билет в Ереван, – сказал Пол, не замечая письма.

– Когда?

– Чем раньше, тем лучше.

– Сэр, вы не проверите почту?

– Нет, не думаю, что там есть что-то важное.

– Тоска по родине похожа на разрыв с любимым человеком. Сначала вам нужно переболеть, поесть мороженого, напиться, пожалеть себя несколько дней, но потом необходимо двигаться дальше. И вот тут возникает преграда, потому что очень сложно остановиться жалеть себя, – так начал психолог Пола на их первой и последней встрече.

– А что вы скажете, Пол, если мы предложим обмануть систему? Это ведь чистая психология. Если мы относимся к какому-то моменту в жизни, как к трагедии, наш мозг будет автоматически перестраивать наше эмоциональное и психологическое состояние под эти параметры. А что будет, если мы изменим настрой? – подбодрил его психолог. – Попробуйте устроить из этого праздник. Скажем, «День Тоски», который вы посвятите своим привычным делам: родной музыке, родной кухне. Только один день, – психолог говорил с большим энтузиазмом, но Полу было плевать на все эти пустые слова. – Потом сразу идите и знакомьтесь с новым городом. Хватит сидеть дома! Долой ностальгию по дому!

В тот день Пол вышел навстречу новому городу, но он так и остался для него чужим. Пол больше не возвращался к психологу и не устраивал праздник «День Тоски». Он научился жить вдали от родины, вдали от любимой женщины. Иногда, если проблема кажется нерушимой, нужно научиться жить с ней. Полу удалось найти маленький уголок в своем сердце для Еревана и для Анны. Теперь, когда Пол был в родном городе, все его сердце было переполнено только им. Он жадно вдыхал весенний воздух города, наполненный запахом знакомых деревьев. В середине мая, когда цветет дерево церцис, глициния, цветок гибискуса и многие другие цветы, воздух насыщается их запахами. На мгновение ветер прекратился, и воздух, насыщенный араматом цветов, застыл. Пол остановился, почувствовав легкое головокружение. Он поднял голову и посмотрел на небо: после грибного дождя на небе образовалась радуга. Пол поднял голову выше и обнаружил еще одну радугу поверх той. Даже солнце казалось ему другим, в США оно не грело так, как в Ереване.

– Для полного счастья мне нужна ты, Анна, – вслух произнес Пол и опустил голову.

– Я попробую что-нибудь сделать, но ее сейчас нет в городе, – сказала помощница Анны по телефону.

– Где она, если не секрет?

– А это очень важно?

– Я работаю на кинокампанию в штатах, которая хочет снять фильм по мотивам ее последнего романа, – солгал Пол. – Это в ваших же интересах. Представьте, если Анна узнает, чего вы ее лишили.

– Она сейчас в загородном доме, я могу скинуть вам адрес.

– Я знаю адрес, спасибо.

Пол положил трубку и сел за руль хонди, который взял напрокат. Он ехал так быстро, насколько позволяла машина. Природа была неописуемо красивой, но Пол не отвлекался ни на минуту. Он опустил окно машины из-за отсутствия кондиционера, и ветер наполнил салон машины запахом свежей травы и цветущих персиков. Пол жадно вдохнул воздух, наполненный знакомыми ароматами, и почувствовал сильное волнение. Примерно через полчаса он встретит Анну, и раскажет ей, что их внучка Мариам хотела отравить его. Пол хотел поговорить об этом именно с ней, понять, что могло толкнуть Мариам на такой поступок. Он надеялся решить эту проблему и не потерять внучку. Вдобавок он хотель познакомиться с Седой – со своей дочкой. Но до этого он хотель все обсудить с Анной.

В глазах Пола Анна ничуть не изменилась после последней встречи. Она стала еще красивее, а возраст только подчеркнул ее мудрость и ум. Пол стоял у окна и подглядывал за ней, смотрел и не мог оторваться. Как долго он ждал этого момента, но осознанно продлевал его. Страх всегда мешал Полу жить по полной. Он побоялся бороться за любимую и потерял ее. Побоялся поговорить с дочкой и внучкой, а теперь боялся потерять и их. В борьбе со страхом Полу всегда помогал Эндрю, благодаря чему карьера пошла в гору. В делах сердечных Эндрю был не лучшим советчиком, а Пол в одиночку в самые ответственные моменты не мог принять решений и сбегал. Он открыл дверь хонды и был уже готов убежать, когда его остановил тяжелый взгляд. Пол стоял спиной к дому и не видел Анну, но чувствовал ее взгляд.

– Пол!

Он окаменел, не мог шевелиться.

– Пол!

Этот голос. Сколько раз он просыпался посреди ночи из-за звона в ушах. Голос Анны так четко звучал у него в голове, что казался настоящим. Может быть, ему снова послышалось, этот голос прозвучал у него в голове.

– Пол! Ты в порядке? – голос звучал беспокойно.

Послышались шаги, все ближе и ближе. Сердце Пола билось все быстрее и быстрее.

– Стой, – закричал Пол.

Шаги затихли.

– Мне уйти? – после минуты молчания спросила она.

– Нет, останься, – ответил он, – я так долго ждал этого, что не могу поверить своим ушам.

– Так доверься своим глазам, – спокойна сказала она.

– Ты кажешься мне нереальной.

– Я реальна.

Пол закрыл дверь машины и повернулся. Женщина, за которой он подглядывал из окна стояла перед ним. Теперь он мог видеть ее глаза, полные грусти, морщины на лбу, вокруг глаз и губ, поседевшие у корней волосы. Анна была миниатюрной женщиной, но вполне привлекательной. Она была в джинсах и кедах, а сверху в полосатой футболке и теплом сером жакете.

– Сколько лет ты ждал этого момента, Пол? – спросила Анна и скрестила руки на груди.

– Тридцать лет, – ответил Пол и сам вздрогнул от ответа.

– Тридцать лет…

Анна подошла к Полу и обняла. Скорее, упала в объятия, а Пол удержал ее. Анна была очень сильной женщиной и все эти годы держалась достойно. Но, упав в объятия Пола, накопившаяся на протяжении тридцати лет боль нахлынула на нее с новой волной.

– Я так скучала, – сказала она сквозь слезу, – ты даже не можешь себе представить, насколько.

– Я знаю, – прошептал Пол, – я тоже скучал.

Анна оттолкнула Пола и посмотрела на него как обиженный ребенок.

– Тогда почему тянул целых тридцать лет? Я тебе писала, но ты не находил времени отвечать мне.

– Сначала я не отвечал, потому что был обижен из-за твоего решения, – объяснил Пол, – а потом уже было поздно. Что я мог написать?

– Я хотела рассказать тебе… – она не смогла продолжить, новая волна эмоций навалилась на нее. Анна отвернулась, чтобы спрятать слезы.

– Анна, – Пол обнял ее и прижал к себе, – ты хотела рассказать, что беременна?

– Да.

– Я никогда не прощу себя за это. Я так много потерял из-за своей гордыни, из-за своих страхов.

Он еще сильнее прижал Анну к себе, как будто боялся потерять.

– Я хочу все исправить. Ты поможешь мне?

– Я? – Анна освободилась из его сильных рук. – Я сама себе не в состоянии помочь. Седа, наша дочка, сожгла все мосты между нами, когда узнала, что ее настоящий отец жив. Она уехала в США и запретила мне общаться с внучкой.

– Давай зайдем в дом и спокойно поговорим.

Анна тихо направилась к дому, Пол шел за ней.

– Здесь почти ничего не изменилось, – сказал Пол, войдя в дом.

– Это место напоминало мне о тебе, я решила оставить все как было.

Загородный дом перешел к ней после смерти родителей. Дом был небольшой, но очень уютный. В гостиной комнате был камин, на котором стояли фотографии Мариам, Седы и родителей Анны. Перед камином стоял диван, где Анна проводила вечера с бокалом красного вина и ноутбуком. Вместо каменных стен во всей гостиной были окна от пола до потолка, даже дверь, ведущая в сад, была стеклянной. В восточной стороне можно было любоваться горой Арарат. Пол смотрел на эту высочайшую гору несколько минут. Анна понимала его чувства и не хотела мешать. Тридцать лет Пол был лишен этой красоты и теперь не мог насытиться.

– Будешь вина? – спросила Анна.

– Да.

Анна открыла дверь, которая вела в сад.

– Пойдем, – сказала она и вышла наружу.

Анна обожала свой сад, за которым ухаживала сама.

– Раньше здесь было много деревьев, – сказал Пол.

– А теперь здесь растут цветы. Я сама их посадила. После твоего отъезда я переехала сюда, не могла жить в Ереване. Долгое время у меня не получалось писать и от этого я сходила с ума.

– Ты нашла утешение в цветах? – перебил ее Пол.

Анна пыталась открыть бутылку вина Пино Нуар двухтысячного года. Она оставила бутылку и посмотрела на свой сад. И правда, цветы ее утешали, ей нравилось ухаживать за ними. Есть собачники, есть кошатники, а она была цветочницей.

– Ты поможешь мне?

Пол взял бутылку и с легкостью справился с ней. Анна принесла два бокала и кексы. Пол наполнил бокалы, и они присели.

– Я знаю, что привело тебя в Армению, – начала Анна.

– Откуда?

– Я говорила с Айком.

– Кто это?

– Ты меня удивляешь, Пол. Он твой сосед, муж твоей дочери.

– Я его видел раза два. Если бы он сейчас пришел, я бы его не узнал.

– Это так на тебя похоже, – фыркнула Анна и сделала большой глоток. – Тебе нравится вино?

– Красная и черная вишня, малина, клубника, гранат, цитрусы, жасмин, мята, чайный лист…

– Грибы, трюфель, кофе, кориандр, грецкий орех, орех пекан… – продолжила Анна.

– Ваниль, кокос, дым, карамель, – подхватил Пол, – и еще многое другое. Это отличное вино, самое лучшее.

– Твое любимое, – поправила его Анна и нежно улыбнулась.

– Что тебе сказал Айк?

– Он рассказал, что Мариам хотела отравить тебя.

Пол почувствовал головокружение, земля уходила у него из-под ног.

– Стало жарко? Или это все вино?

– Тебе плохо?

– Анна, почему она пошла на такое?

– Думаю, она злиться на тебя. Я ей рассказывала о нас, но не говорила, что ты ее дед. Она знала, какую боль я пережила из-за разрыва с тобой. Может быть, Мариам разузнала или догадалась, кто ты. Но ты должен обещать, что не подашь в суд на Мариам.

– Ты издеваешься! – Пол сильно ударил по столу.

Анна вздрогнула и поняла, что зря заговорила так.

– Я лучше умру, чем пойду в полицию и сдам внучку. Я только хочу узнать, почему, – спокойным тоном сказал он.

– Я знаю, что ты не навредишь ей, – Анна сделала глоток вина.

– Откуда Айк узнал, что Мариам хотела отравить меня? И откуда он узнал, что я обо всем знаю?

– Твоя домработница, она рассказала Седе.

– Они близки?

– Я не знаю, – ответила Анна. – Твоя Клара позвонила и рассказала, что тебя травят на протяжении полугода. Она сказала, что ты выяснил и узнал, что это дело рук Мариам. Айк и Седа ей не поверили. Но позже они обнаружили, что Мариам сбежала.

– Как так? Сбежала?

– Она сбежала с неким Бомани. Наверное услышала разговор Айка с Седой и испугалась. Мне очень страшно за нее, Пол. Она написала письмо, в котором попросила не искать ее.

– Я зря приехал в Армению, я должен был поговорить с ней, – Пол почувствовал боль в районе сердца.

– Ты все правильно сделал, Пол, – успокоила его Анна. – Мариам большая девочка и сможет постоять за себя. С ней все будет в порядке.

– Бомани не плохой человек, за него я ручаюсь.

– Он не обидит нашу девочку?

– Нет, – Пол положил руку поверх руки Анны и сжал ее. – Если Мариам виновна, значит она с первого дня знала, кто я. Они переехали в наш район полгода назад, примерно столько времени меня травили. Благодаря моим соседям, которые читают чужую почту, я еще жив.

– А это тут причем?

– Мариам писала мне письма от твоего имени. Она посоветовала мне пригласить соседей к себе домой и познакомиться с ними.

Пол вкратце рассказал Анне про содержимое писем, о сердечном приступе, о контрактах и встречах с соседями. Рассказал, что подозревал всех, кроме Мариам и Бомани, но именно они и хотели его смерти.

– Пол, ну и жизнь у тебя.

– Можешь написать книгу, – рассмеялся Пол.

– Я так и сделаю. Но все это не похоже на Мариам, – Анна отрицательно покачала головой, пытаясь привести мысли в порядок. – Знаешь, у меня очень натянутые отношения с дочкой. Мы с ней никогда не были близки, она всегда винила меня за то, что росла без отца. Я ей говорила, что ее отец уехал, оставил нас, а когда она подросла, захотела встречи с ним.

– Ты сказала, что ее отец умер?

– У меня не было другого выбора. Я не знала, как ты отреагируешь на то, что у нас есть дочь, а еще мне не хотелось вернуть тебя в нашу жизнь. Она взбесилась.

– Ты виновна в его смерти, – закричала Седа, – если бы ты его вернула, он был бы жив, он был бы с нами.

– Он сам решил уйти, – защищалась Анна. – Я не могла силой остановить его.

– Ты всегда была очень гордой и самовлюбленной.

Пощечина Седе еще сильнее испортила их отношения.

– Она так и не простила меня, – тихо заговорила Анна, – однако, с Мариам у меня были другие отношения. Она была мне как дочка, наполняла всю пустоту в моем сердце. Мы все друг другу рассказывали, даже говорили о тебе.

– Бабушка, ты должна была поехать за ним, – сказала Мариам. – Нужно бороться за свое счастье.

– Дорогая, у него есть жена. Он сделал свой выбор.

– А как же ты?

– Мой выбор это ты и твоя мама. Вы все, что мне нужно в этой жизни.

– Однажды Мариам рассказала Седе про тебя, про таинственного ухажера бабушки. Седа после недолгих раздумий все поняла. Человек, которого я не смогла удержать, а потом и вовсе убила, был ее отцом. Когда она пришла ко мне в ярости, я не смогла солгать в третий раз и призналась. После этого я не виделась с Седой и внучкой. Мариам винила тебя за то, что ты ушел от меня. Но, Пол, пойми, она не такая, она не могла желать твоей смерти.

– Но ты сама сказала, что Мариам винила меня.

– Нет, она добрая, хорошая. Нужно найти ее и поговорить.

– Я позвоню своему другу Эндрю. Он кого угодно найдет.

Пол взял телефон и отошел.

– Эндрю, сделай одолжение, друг. Мариам сбежала с Бомани, найди их.

Пол оставил голосовое сообщение и позвал Анну.

– Пойдем домой, уже прохладно.

Анна приготовила горячий шоколад, принесла теплое одеяло и они уселись на диван перед камином.

– Твой друг найдет Мариам? – спросила Анна.

– Надеюсь, что найдет. Расскажи мне о себе.

Пол уселся поудобнее, взял чашку шоколада и приготовился услышать историю с длиною в тридцать лет.

Проснувшись рядом с любимой женщиной, Пол почувствовал непомерное счастье. Они разговаривали до самого рассвета, пока Анна, оперевшись на плечо Пола, заснула. Пол не стал ее будить, несмотря на неудобство. Он слегка опрокинулся на диван, нашел более удобное положение и вскоре тоже уснул.

– Хочешь кофе? – прошептал Пол.

– Да, кухня…

– Я знаю, где кухня.

Он с легкостью нашел дорогу и начал приготовление кофе, когда позвонил мобильник.

– Да, Эндрю. Какие новости? – спросил Пол. – Где они? Когда? Хорошо, спасибо.

Он отключил телефон и вернулся в гостиную.

– А где кофе? – улыбнулась Анна.

– Они едут.

– Кто?

– Мариам с Бомани, – нервно выговорил Пол. – Их самолет приземлился полчаса назад в Звартноце.

– Нужно позвонить зятю.

– Нет, – остановил ее Пол, – не надо. По крайне мере, пока. Сначала я должен все узнать.

– Ты все еще подозреваешь собственную внучку? – голос Анны задрожал.

– Я понимаю, что ты очень хорошо знаешь свою внучку. Но Мариам любит тебя и винит меня в нашей разлуке. Думаю, при таком раскладе вещей…

– Молчи! – закричала Анна. – Я приняла тебя у себя дома после всего, что ты сделал. И ты смеешь в моем же доме винить мою внучку? Да, мою внучку, как ты сам сказал, ведь она не твоя.

– Вчера ты не так сильно огорчилась, когда я говорил, что, возможно, это Мариам. Что изменилось сегодня? Боишься правды?

– Прекрати! – умоляла Анна. – Она не способна на такое.

– Надеюсь, что нет.

Анна вышла в сад и закрыла дверь за собой. Пол понял, что лучше оставить ее одну. Он сел в кресло, откуда мог следить за Анной. Каждый раз, когда Анна хотела уединиться от мира и людей, она проводила время со своими цветами. Надев перчатки, она принималась удалять заросли под розами. В саду было много роз самых разных цветов, и все почти расцвели. Розы отличались не только цветом, но и запахом. Каждый из сортов отличался своим собственным и неповторимым ароматом. Наверное, Анна настолько опъянилась от этих запахов, что стала не заметила шипы роз и поранилась. Анна закричала.

– Ты поранилась? – Пол подбежал к ней.

– Я давным давно ранена, а ты только сейчас это заметил, – она посмотрела на Пола полными ненависти глазами.

– Прости.

– Уже поздно. Вечером мне было так хорошо с тобой, но утром я поняла, что тебе нет места в моем доме, – голос Анны задрожал. – Я должна тебя попросить кое о чем.

– Если это хоть как-то загладит мою вину…

– Уходи!

– Хорошо, – согласился Пол.

– Сейчас! – приказала Анна. – До приезда Мариам.

– Я должен…

– Ты ничего не должен, – Анна встала, положила руку на плечо Пола и продолжила, смотря прямо ему в глаза. – Умоляю, Пол, уходи. Она не знает, что ты здесь, она хочет найти убежище у своей бабушки.

– Но я …

Анна положила пальцы на губы Пола и опять не дала закончить.

– Если ты хоть чуточку любил меня, то сделаешь так, как я прошу.

– Хорошо, – Пол взял руки Анны в свои большие руки и прижал ее к себе. – Я сделаю так, как ты хочешь. Но в одном ты не права.

– В чем?

– Я должен тебе целую жизнь. Жизнь, которую у тебя не было из-за меня.

– Уходи!

Пол сидел на самом неудобном месте на свете.

– Почему во всех аэропортах такие неудобные кресла, – ворчал он про себя, все время переворачивая билет в руках.

Он ждал своего рейса уже два часа и все надеялся получить звонок от Анны. В глубине души он не верил, что Мариам могла навредить ему.

‘’Вот сейчас Анна позвонит и попросит вернуться домой. Она скажет, что Пол ошибался, и их внучка не виновата не в чем. Они сбежали из штатов только ради любви’’, – думал Пол.

Мобильник лежал у него в кармане. Иногда Пол доставал его, чтобы проверить, нет ли пропущенных звонков от Анны. Но мобильник молчал. Объявили его рейс, до окончании регистрации остовалось пятнадцать минут. Пол посмотрел на мобильник еще раз и, не обнаружив сообщений, положил его в карман и направился на регистрацию.

– Сэр, вы меня слышите? С вами все в порядке? – спрашивала сотрудница аэропорта в США.

– Да, – наконец-то ответил Пол, – простите, задумался. Все в порядке. Я могу пройти?

– Да, но у вас звонил мобильник, я уже несколько раз вам это сказала.

Пол достал телефон. Было два пропущенных звонка. Он проверил голосовое сообщение от Клары.

– Сэр? – голос девушки прозвучал еще тревожнее. – Вам снова плохо.

– Я… Мне… – в горле пересохло, – Пол не мог произнести ни слова.

Он взял свои документы и помчался на выход, поймал такси и назвал свой адрес.

– Доктор Стивенс, это Пол Саркисян. Отправьте ко мне домой скорую, – попросил Пол. – Если это возможно, и вы приезжайте.

Пол всю дорогу кричал на водителя.

– Скорей! Ты что, черепаха?!

Сначала водитель отвечал.

– Здесь нельзя на такой скорости. Я не могу заставить машину ехать быстрее.

Но вскоре понял, что с этим человеком лучше не спорить.

– Сколько с меня? – спросил Пол, выходя из машины. – Хотя, вот вам пятьсот долларов, сдачу оставьте себе.

Входная дверь была открыта, машины скорой помощи не было. Пол оглянулся, двери соседей были заперты, на улицах ни души. Он почувствовал, как земля уходит из-под ног.

– Клара, моя Клара, – закричал Пол и вошел в гостиную.

Он посмотрел по сторонам, но не обнаружил ни души. На полу у кресла лежало несколько писем. Пол взял их и сунул в карман. Голос Клары звучал у него в голове так ясно, будто она была в комнате вместе с ним.

– Убийца здесь.

– Кто это, Клара?

– Это…

– Кто, Клара?

– Это…, – гудки… Тот, кто хотел отравить его, был у него дома. Было ясно только одно – Клара была в беде.

Он сидел на больничной койке и смотрел на женщину, которая отдала ему свою молодость. А он ничего не дал ей взамен. Она всегда была рядом, помогала, давала советы. Она молча ходила на все бесполезные занятия. Все это было нужно только Полу. Он никогда не спрашивал ее мнения, хочет ли Клара изучать английский и историю Армении, чтобы им было о чем беседовать, хочет ли Клара научиться водить машину, справляться с газонокосилкой, хочет ли она знать правила первой помощи, ходить на курсы фармацевта. Пол никогда не ценил Клару, да что там не ценил, он подозревал эту женщину в покушении на убийство.

– Прости меня, Клара, – прошептал Пол. – Я глупец, не понимал, что у меня было.

– Пол, – в палату вошел доктор Стивенс.

– Добрый день, доктор, – Пол встал и подошел к Стивенсу. – Как она? Что с ней?

– Ее пытались задушить. Тот, кто сделал это, либо решил, что Клара мертва, либо ему помешали.

– Ей повезло, – вздохнул Пол.

– Да, – согласился доктор. – Кстати, здесь детектив, он просил позвонить ему, если вы явитесь.

– Где он?

– Снаружи.

Детектив оказался низкорослым лысым мужчиной среднего телосложения. Одежда на нем была как с чужого плеча. Пол осмотрел его с ног до головы, и подумал: ‘’Я раньше тебя найду этого мерзавца’’.

– Добрый день, – Пол протянул руку.

Детектив покашлял и ответил на приветствие.

– Детектив Дэвис, – представился он. – Я по делу вашей домработницы.

– Очень приятно, детектив. Я Пол.

– Где вы были во время инцидента? – детектив Дэвис достал маленький блокнот и ручку из кармана. Он принялся записывать все в свой блокнот.

– Примерно в каком часу это случилось? – хотел уточнить Пол.

– Сегодня утром, между семью и восемью часами.

– Стоял в очереди в аэропорту, потом у меня проверяли документы, – разъяснил Пол.

– Жертва вам звонила в семь пятнадцать? – слово жертва прозвучала так, как будто Клара больше не была живой.

– Да, Клара мне звонила. Думаю, она хотела мне кое-что сказать, но не успела.

– По вашему, что это могло быть? – детектив Дэвис уставился на Пола.

– Тот, кто душил Клару, хотел отравить меня, – он задумался, потом продолжил. – Меня травили несколько месяцев, а Клара узнала, кто это.

– И этот человек решил избавиться от нее?

– Да, очевидно так. Ведь она хотела назвать мне имя, но не успела. Она послала мне голосовое сообщение, – Пол протянул телефон детективу.

Тот схватил телефон и включил голосовое сообщение: “Убийца здесь… Это… Это…”.

– Все. Она не успела назвать мне имя, – Пол хотел забрать телефон, но детектив покачал головой.

– Простите, но это улика. Я забираю ваш телефон.

– Мне могут позвонить.

– Пусть позвонят домой, – детектив убрал телефон в карман.

Пол хотел поспорить, но посмотрев из окна на Клару, передумал.

– Вы должны все мне рассказать о вашем отравлении.

– Хорошо, завтра заеду к вам в участок. Сегодня я хочу поехать домой и немного поспать. У меня был долгий перелет и трудный день.

– Надеюсь, Клара выйдет из комы раньше, и мы узнаем, кто виновен. Да, и еще кое-что. Домой вам лучше не возвращаться. Там сейчас мои люди.

– Ты вернулся, – удивился Эндрю, когда увидел своего дрруга. – Я думал, ты в Армении.

– Был, – тихо сказал Пол. – Меня прогнали.

Пол вошел в дом и направился к Эндрю, он бросил пиджак на кресло и сам плюхнулся на него.

– Я так устал, – он протянул ноги перед собой. – Можно я проведу ночь у тебя?

– Конечно. Ты ведь знаешь, в моем доме всегда есть место для тебя.

– Пол, – в комнату вошла жена Эндрю, София, – какой сюрприз. Как поживаешь?

– Бывало и лучше, София, – ответил он. – Как сама?

– Еду за мальчиками.

– А где они?

– На занятиях: конный спорт, шахматы, – рассмеялась она.

– Я тебе завидую, – грустно произнес Пол.

София ничего не ответила, она посмотрела на мужа, как будто дав понять, что Полу нужна его помощь.

– Ну, я оставлю вас, мне пора, – София попрощалась и ушла.

– Твоя жена красавица.

– Спасибо, Пол, – Эндрю присел перед Полом. – Что случилось? Ты сам на себя не похож.

– Если вкратце, то Анна выставила меня за дверь. Она видеть меня не хочет.

– Почему? Что ты ей сделал на этот раз?

– Я думал, что Мариам меня травила, – он задрожал от своих слов. – Мне самому плохо от этой мысли, понимаю, что она почувствовала.

– А ты? Что ты думаешь? Она могла сделать такое?

– До сегодняшнего дня я колебался, но сейчас абсолютно уверен – она не виновна.

– И что заставило тебя изменить мнение? – удивился Эндрю.

– Клара.

– Нет. Это она! Я так и знал! – закричал Эндрю.

– Я был бы рад, если бы это была она.

– Почему?

– Тот, кто травил меня, напал на Клару.

Эндрю стало не по себе, он занервничал.

– С ней все в порядке?

– Она в больнице, у нее сотрясение, но врач сказал, что она скоро поправится, – ответил Пол.

– Это хорошо, – выдохнул Эндрю.

– Я хочу завтра собрать соседей.

– Опять?

– Знаю, тебе это не нравится, но я должен. У меня есть несколько вопросов.

– Думаешь, кто-то из них напал на Клару?

– Думаю, да, – ответил Пол. – Я что-то упустил.

– Хорошо, сегодня отдохни, завтра все разрешится, – сказал Эндрю и встал. – Если тебе что-то понадобиться, не стесняйся. Мне нужно отлучиться по делам.

– Иди, не волнуйся за меня. Я хочу спать.

– Пол, – прошептала София Полу, – принести тебе что-нибудь?

Пол вытер глаза и посмотрел на нее. Она поменяла прическу после последней встречи. София сидела в постели рядом с ним.

– Тебе идет. Челка подчеркивает выражение твоих глаз.

– Спасибо, – София убрала волосы с плеч. – Анна тебя приняла?

– Анна меня выгнала.

– Бедный Пол, – на лице Софии была ухмылка. – Я прогуглила и могу сказать, твоя Анна, скажем так, не красавица.

– И что?

София пожала плечами. Она легла рядом с Полом. Ее волосы коснулись Пола. Она пахла очень приятно.

– Эндрю опять опаздывает, вечно много дел, – пожаловалась она.

– Это моя вина, я оставил его.

– Думаешь, он работает? – фыркнула София. – Пол, ты хоть иногда после того дня думал о нас?

– София, ты жена моего лучшего друга, – он присел, – ты очень красивая и умная женщина, но жена моего друга.

– Ты повторяешься, Пол. Видимо, одной красоты мало, чтобы быть любимой.

– Почему ты так говоришь?

– Возьмем хоть твою Анну. Сколько лет ты ее любишь?

– Я не считал, – грустно ответил Пол.

– Она у тебя та еще дурнушка, но ты говоришь о ней с грустью и тоской, потому что любишь. Я, как ты сказал, красавица, но моему мужу плевать на меня. А ты?

– Что я?

– Один раз поиграл со мной и все, – София тоже присела.

Она обняла Пола и попробовала поцеловать. Их губы соприкоснулись, от чего Пол вздрогнул и остановил ее.

– Не надо, это была ошибка.

– Один раз не считается, да?

– Это было очень давно, София, – Пол попытался встать, но София сильно вцепилась в него. – Ты пьяна.

– Немного. Но ведь немного тоже не считается?

– Не делай того, о чем протрезвев пожалеешь.

София легла и вскоре уснула. Пол посидел рядом с ней полчаса, а потом уехал в отель.

– Сэр, так непринято, вы должны прийти в участок.

– Детектив, прошу вас, не спорьте. Я знаю, как будет лучше.

– Вы не рассказали мне ничего о вашем отравлении, а сейчас хотите, чтобы я помог вам? – разозлился детектив.

– Приходите на полчаса раньше, и я все вам расскажу.

– Я так понимаю, что зря трачу время, пытаясь вас уговорить.

– Да, – весело ответил Пол. – Жду вас в своем особняке.

Спустя час детектив Дэвис сидел в гостиной Пола и пил чай вместе с ним. Пол рассказал все, что случилось после его сердечного приступа. Детектив был в шоке и сам запутался.

– Кого вы сейчас подозреваете? – спросил он.

– Пока не знаю, но скоро все будет понятно с вашей помощью.

– Но как я могу помочь?

– Все это время я задавал не те вопросы. А сейчас знаю, с чего начать.

– Ну, давайте сделаем это.

– Я соберу их в саду, поговорим с каждым наедине. После допроса отправим их обратно в сад, ждать там конца допроса. А это вам, – Пол протянул детективу лист с вопросами. – Я хочу получить ответы на них.

– Хорошо, – детектив Дэвис взял лист и стал тщательно изучать его.

– Нужно как следует надавить на них, детектив.

– Спасибо, что пришли, – обратился Пол к своим гостям.

Соседи сидели возле стола, расположенного у бассейна. Было видно, что они недовольны.

– Как вы поняли, это детектив Дэвис, и он расследует дело о нападении на Клару. Он проводил допрос.

– Вы получали анонимные звонки или письма?

– Да, – ответил Давид, – я часто получал такие звонки.

– Твоя история была правдива?

Давид нервничал, он кусал губу и пытался не смотреть на детектива.

– Отчасти. Я не знаю, откуда Пол узнавал все обо мне. Это было странно.

– Тебе велели разговаривать именно на эти темы?

– Я получал угрозы. Нужно было рассказывать всю правду о себе, самые плохие воспоминания, самые грязные вещи.

– Вы получали анонимные звонки или письма?

– Да, – ответила Сиена, – но я не могу сказать, кто мне звонил, даже пол не могу угадать.

– Человек, звонивший вам, говорил через специальное устройство, которое меняет голос.

– Да, я видела такое в кино. Этот голос… Он велел мне открывать почту Пола. Письма были отравлены мышьяком. Зачем этому человеку травить меня и моего мужа? Я даже не понимала их содержания.

– Письма были на армянском, – объяснил детектив. – Так было задумано, чтобы Пол меньше пострадал от яда.

– Так вы получили заказ на картину ‘’Девятый вал’’?

– Верно, мне было велено оставить картину в метро. Кто так делает? А деньги были в мусорном ведре.

– Вас щедро наградили за картину?

– Да.

– Ты крала почту по велению незнакомца? Кто угрожал тебе?

– Нет, это была идея Сиены. Она зарабатывала на этом.

– Грейс, вы часто привозили лекарства для Пола?

– Да.

– Кто их вам давал?

– Доктор Стивенс, конечно.

– Именно эти лекарства попадали к Полу?

– Нет, – тихо ответила она.

– А какие?

– Я получала указания брать лекарства и приходить в метро. Там меня поджидал мужчина, но лица его я не видела. Он брал лекарства и давал мне другие.

– Вы, как будущий врач, даете себе отчет за это? Думаете, это нормально?

– Этот человек грозил отравить всю мою жизнь. Я так усердно работаю, вам меня не понять.

– Итак, – начал детектив Дэвис, – все вы работали на какого-то незнакомца, кто угрожал вам. Вы делали все, что он говорил и говорили то, что он вам велел. Но в конце концов, он открылся вам. Я знаю, что каждый из вас знает его имя.

Соседи переглянулись, Пол понял, что они победили. Скоро соседи во всем признаются.

– Пол, какой сюрприз, – сказал Эндрю, сидя в своем кожаном кресле весь погруженный в дела.

– Добрый день, – Пол уселся на диван.

– Кофе, чай?

– Чаю.

Эндрю вызвал секретаршу.

– Нам два чая с лимоном, – сказал он, подмигнув ей.

– Я все знаю, – сказал Пол без энтузиазма.

– О чем?

– Все, Эндрю. Я знаю, кто хотел меня отравить.

– Оу, – он оставил документы и уставился на Пола.

– Хочешь, расскажу, как все было.

– Давай, – Эндрю потер глаза и откинулся на спинку кресла.

– Они все замешаны в этом, кроме Бомани и Мариам.

– Так что, твои соседи хотели тебя отравить?

– Да.

– Все? – удивился Эндрю.

– Почти все. Ты купил у Давида картину ‘’Девятый вал’’. Знаешь, что она была отравлена мышьяком? Я все это время дышал ядовитый мышьяк.

– Что скажешь, Эндрю? В этой комнате будет смотреться одна из картин Леонардо Да Винчи? – спросил Пол своего друга.

– Думаю, здесь будет идеальна картина Айвазовского ‘’Девятый вал’’, – ответил Эндрю. – И я даже знаю, где ее достать.

– Значит, ‘’Девятый вал”, – согласился Пол. – Дашь мне контакты?

– Оставь это мне. Я сам найду картину.

– Но я…

– Не перебивай меня, Эндрю, дай закончить, – спокойно сказал Пол. – Сиара и ее муж читали мои письма. Он отравился мышьяком, потому что письма были отравлены.

– Я выхожу из дела, – сказала Сиена Сиаре, – больше не приноси мне почту.

– Сиена, ты не можешь. Нам не позволят.

– Заходи домой, – Сиена открыла дверь, – только не кричи.

– Что случилось?

– Мой муж, ему было плохо, но сегодня стало хуже. Он отравился мышьяком. Я больше не буду этого делать.

– Конечно, она продолжала читать мою почту, кроме писем от Анны. Вот почему у меня был приступ, который не планировался. – Пол постучал пальцами по столу. – Меня должны были травить медленно, муж Сиены был кем-то вроде фильтра между мной и ядом. Он должен был впитывать в себя большую дозу. Грейс приносила мне лекарства, которые тоже были отравлены.

– А ты узнал, какой у них был мотив? – нервно спросил Эндрю.

– Им нужны были деньги.

– Хорошо. Думаешь, кто-то из соседей писал тебе письма от имени Анны, чтобы ты пригласил их к себе в гости и подружился с ними? Но откуда им было известно про договоры? Ведь ты сам говорил, что договоры были твоей затеей. Это бессмыслица.

– Они ничего и не знали о договорах.

– Ваш чай, – в комнату вошла секретарша.

Ни Пол, ни Эндрю не обратили на нее внимания.

– Так о каких деньгах идет речь? Если они в письмах не предлагали тебе затею с договорами? – спросил Эндрю, когда секретарша вышла.

– О тех, которые ты им обещал.

– И кто же за всем этим стоит? – спросил детектив Девис, – потому что у вас нет мотива.

– Эндрю, это был он. Когда Пол предложил нам контракты мы получили письмо от него. Он открылся нам.

– Почему Эндрю отправил вас в дом, Пол?– спросил детектив. – Он и так его травил.

– Так нужно было, – тихо сказала Сиена.

– Почему? – Пол не сдержался.

– Нужно было устроить все так, как будто это Мариам, – призналась Сиара, – мы должны были играть с вами. Сделать так, чтобы вы подозревали собственную внучку.

– Я получил заказ на марки и печать, – сказал Давид. – Мне приказали сказать вам, что это Мариам заказала. Но я не смог.

– Она тебе нравится? – спросил детектив.

– Да, – Давид опустил глаза. – Вы должны были подумать, что она писала вам отравленные письма, чтобы отомстить за бабушку.

– Вам не только угрожали, но и предлагали деньги?

– Да, когда Пол предложил нам контракт на миллион, думаю, Эндрю стал нервничать, ведь все мы пытались ему понравиться, чтобы заполучить больше, – ответила Сиена. – Он предложил нам больше миллиона.

– Вы с ним виделись? Я имею в виду, он говорил с вами на эту тему?

– Нет! – воскликнула Грейс. – Он общался с нами только по почте. А так он вел себя как будто ничего и не было.

– Пол, это смешно, – фыркнул Эндрю. – Зачем… зачем мне тебя травить?

– Может, потому, что в моем завещании числится Клара, мой адвокат и доктор.

– Да, но другую половину ты оставил своим крестникам, то есть, моим сыновьям, – Эндрю покраснел от волнения.

– Да, но переезд Мариам потревожил тебя, и ты решил убрать ее. Ты не хотел убить меня, нет, ты же мой друг. Ты хотел навредить моему здоровью и свалить всю вину на Мариам.

– Пол, прекрати этот цирк, – закричал Эндрю, – это не я. Думаешь, я на такое способен? Я не знал, что Мариам твоя внучка. Мы вместе это выяснили.

– Добрый день, мальчики, – в комнату вошла жена Эндрю, София. – Я получила твой смс. Все в порядке, Пол?

– Ты не способен на все это, Эндрю, вот она… она способна, – сказал Пол и поднялся. – Это ведь твоих рук дело? Да еще и всем моим соседям призналась, что ты – это Эндрю.

– Не смеши меня, Пол, – закатил глаза Эндрю. – София не могла такое провернуть.

– Почему не могла? – возмутилась София. – Я что, такая тупая?

– Да нет, совсем наоборот, дорогая, ты очень умная, – ответил Пол. – Но не настолько, как тебе кажется.

– Пол… София… – замешкался Эндрю. – Может, кто-нибудь объяснит мне, что здесь творится?

– Если София не против, я объясню.

София только пожала плечами и села на диван. Она была одета в брючный нюдовый костюм, волосы были собраны в очень аккуратный хвост. У нее был не очень активный макияж, который только прибавлял ей изящности.

– Итак, Давид и его картина. Эндрю дал мне отличный совет. ‘’Девятый вал’’ стал украшением в моем доме. Ведь так, Эндрю? – Эндрю покачал головой в знак согласия. – Ты сказал, что найдешь для меня отличную подделку.

– Да, у меня был знакомый художник американец. Но, подожди, – Эндрю стал что-то припоминать, – София сказала, что сама приобретет картину.

– Дорогой, оставь это мне, – сказала София мужу за ужином. – На прошлой неделе у Симонсов я познакомилась с одним художником, его зовут Давид. Он так хорошо копирует, не различишь от настоящего.

– А ведь она была права, – воскликнул Пол, – картина прекрасна, несмотря на то, что ядовита. Давид уронил мышьяк прямо перед моим домом, но сказал доктору Стивенсу, что хотел покончить с жизнью. Я думал, что это он отравил картину. Но как выяснилось, он оставил картину в метро, а за ней пришел твой человек. Все записи из метро уже у полиции. Скоро они найдут твоего помощника.

– София, ты знала, что картина Давида была отравлена? – Эндрю уставился на жену. Та молчала.

– Дальше – Сиара и Сиена. Одна раздает почту, другая крадет их содержание. Ты дала указания этим двоим и мужу Сиены открывать письма от некой Анны, – Пол взял паузу. – Ты отлично знала, что Клара сама читает мою почту. Только в одном случае она не трогала бы письмо.

София сидела как статуя. Взгляд ее был прикован к блесткам балеток.

– В каком? – спросил Эндрю.

– Если бы письмо было личного характера. Ты звонила Кларе полгода назад. Ты хотела узнать, кто такая Анна. Наверное, Эндрю что-то тебе рассказал о ней. Если бы ты не имитировала акцент, я бы не стал подозревать тебя.

– Я припоминаю, – сказал Эндрю, – примерно полгода назад ты задавала мне вопросы о женщинах Пола. Тебя никогда это не интересовало, но в тот день ты была настырной.,

– Не может быть, чтобы кроме жены у Пола никого не было, – рассмеялась София.

– После ее смерти ничего серьезного, но до нее была одна.

– Расскажи мне о ней.

– Письма от женщины, которая была для меня всем, гарантия того, что Клара их не тронет. Благодаря мужу Сиены письма стали менее опасны для меня.

– Если ты понял, что это я, почему полетел в Ереван? – спросила София.

– Я хотел, чтобы ты думала, якобы добилась своего. Я сказал Кларе позвонить отцу Мариам и рассказать, чти их дочь хотела отравить меня. Мне было больно видеть, как Анна мучается, но так было нужно.

– Клара, позвони Айку, скажи ему, что Мариам хотела отравить меня. Скажи, что они все затеяли вместе с Бомани.

– Зачем, сэр?

– Я хочу, чтобы тот, кто травит меня, думал,будто одержал победу в первом раунде.

– Первом? Будет еще и второй?

– Да, Клара. После Мариам он возьмется за другого близкого мне человека.

– И кто же этот другой близкий человек? – снова спросила София.

– Так значит, это ты писала письма от имени Анны? – спросил Эндрю. – Отвечай, София.

Но София не замечала его. Она сидела неподвижно, на лице никакой мимики.

– Сама она не писала, – ответил Пол. – Я послал письма на экспертизу почерка и выяснилось, что писал твой юрист, Эндрю.

– Сэм Эткинс?

– Да, я и сам был удивлен. В его ноутбуке нашлись электронные письма, посланные из твоего дома. Угадай, кто их писал?

– София, – голос Эндрю дрожал, – он и есть твой помощник?

– Он твой юрист, но больше верен твоей жене. София, ты идеально вела игру все это время, пока моя Клара тебя не застукала. Вчера ты пришла ко мне домой и чуть не убила Клару. Ты хотела подбросить ко мне пиджак Эндрю, в кармане которого лежали марки. Такие же были на письмах Анны. Клара, наверное, увидела тебя. Вы подрались, марки упали на пол. Ты оставила пиджак и стала собирать марки. Но несколько марок осталось у ножек кресла, а пиджак на диване.

– Ты ударила Клару? – опять спросил Эндрю у Софии.

– Да, Эндрю, – ответил Пол, – ударила, а потом стала душить. Детектив Девис нашел ДНК под ногтями Клары. Как считаешь, она совпадет с твоей? Еще ты рылась в моих вещах в поисках письма, который отправил Сэм. Камеры тебя засняли. В моем кабинете есть камера.

– Камера? – удивился Эндрю.

– Да, это была идея доктора Аткинса. Сэму было поручено отправить последнее отравленное письмо после того, как я переведу деньги соседям. Сэм следит за нашими финансами, он увидел перевод некоторым соседям и оправил письмо. А ты, София, занервничала, потому что я должен был быть дома, а не в Ереване. Ты пришла забрать письмо, но так и не нашла.

– Да, Клара, – ответил Пол, – скоро буду в аэропорту.

– Письмо, вам письмо из Армении.

– От Анны?

– Да. Вы не проверили почту, я вам говорила.

– Клара, не трогай! Не открывай письмо! Позвони Деррику, пускай отвезет письмо на экспертизу.

– И зачем мне это? – наконец заговорила София.

– Сначала я думал, что все это только ради денег. Но деньги интересовали моих соседей. Тебе помимо денег было интересно еще кое-что.

– И что? – фыркнула София. – Что мне может от понадобиться тебя?

– Не от меня, – улыбнулся Пол, – от него, – показал Пол пальцем на Эндрю.

– Я теперь совсем ничего не понимаю, – разозлился Эндрю. – Причем тут я?

– Сначала я подозревал тебя, Эндрю, – Полу было стыдно признать это. – Я думал, что ты хочешь отравить меня из-за завещания. Потом подумал, что ты просто хотел навредить мне и свалить вину на Мариам. Таким образом ты бы убрал ее с дороги. Потом я начал думать, что все это провернули Мариам с Бомани. Когда Клара рассказала о женщине с армянским акцентом, я все понял. Помнишь, как ты меня дразнила?

– У тебя очень хорошо получается, София, – улыбнулся Пол.

– Я могла бы быть армянкой, – шепнула София. – Тогда ты бы полюбил меня?

– Ты жена моего друга.

– Теперь я знаю, что тебе нравится, – сказала она с акцентом.

– Я поехал в Ереван, чтобы настоящий виновник решил, что все идет по его плану. София, – Пол повернулся к Софии,– ты, наверное, очень обрадовалась. Я бы обвинил внучку и потерял ее навсегда. Ты очень хотела видеть меня одиноким. Наверное, так мы бы были ближе духовно. Потом я нашел бы костюм Эндрю, а в кармане марки, которые я так долго искал. Они стали бы уликой против Эндрю. Я был бы в ярости и упек его за решетку уж очень надолго. Объясни ему, дорогая София, почему ты так зла на него.

– Почему? – обратился Эндрю к своей жене.

– А ты подумай, дорогой.

– Ты был ужасным мужем.

–Она знала про все твои измены, – ответил за нее Пол и краем глаза следил за Софией, – и сама тебе изменяла, кстати.

– Что? С кем? – разозлился Эндрю.

– Каждый раз, когда у тебя была интрижка на стороне, я изменяла тебя с одним из твоих приятелей, – спокойно ответила София.

– Со всеми? – Эндрю не мог скрыть своего отвращения.

– Без исключения, – София подмигнула Полу.

– Представляю, как тебе становилось хорошо, – сказал Пол, чувствуя, что София вот-вот взорвется. – Тебе было приятно думать, что подчиненные Эндрю смеются за его спиной.

– Да, мне было приятно.

– Но почему ты решила пойти на другие действия?

– Мне было приятно изменять ему, но мысль о том, что он ничего не знает убивала меня. А он продолжал веселиться с молоденькими девушками, – София впервые за весь разговор посмотрела на мужа. – Я хотела преподать тебе урок. Я хотела, чтобы тебя посадили в тюрьму, лишили свободы, имени. Я хотела лишить тебя двух вещей, без которых ты не можешь жить: женщин и денег.

– Почему ты сразу меня не убила? – спросил Эндрю. – Я бы тебя убил, если бы узнал про измену.

– Ну и хорошо, что не знал. Правда, София? – рассмеялся Пол.

– Тебе смешно? – закричала София.

– Да, я наконец-то все узнал, теперь все кончено. Детектив, заходите.

Детектив Дэвис вошел в кабинет.

– София Росси, вы арестованы за покушение на жизнь Клары, а также Пола Саркисияна.

– Что ее ждет, детектив? – спросил Эндрю.

– Не менее пятнадцати лет тюремного заключения, – ответил детектив.

– Если бы ты не отвергал меня, Пол, все было бы иначе. Каждый раз ты играл со мной, но потом вспоминал своего друга, – София коснулась руки Пола. – Я так хотела любви, но получала только отказ. Всю жизнь меня отвергали мужчины, которых я по-настоящему любила. Мне пришлось потратить молодость впустую.

– У нас дети! – закричал Эндрю.

– Впустую, – повторила она.

– София, ты не любила меня. Ты любила образ мужчины, которого сама придумала во мне. Ты меня настоящего совсем не знаешь, – Пол отвернулся.

Эндрю тоже отвернулся. Он стоял спиной к Софии, когда детектив Дэвис надевал ей наручники. Он чувствовал тяжелый взгляд жены, он весь вспотел. Детектив захлопнул дверь. Эндрю повернулся к Полу и прошептал.

– Почему, Пол?

– Она… – Пол задумался, почесал голову, покашлял. – Я не знаю, как все случилось, но это было один раз.

– Что я скажу своим сыновям?

– Правду, расскажи им правду.

Суд длился месяц. И в конечном итоге Софии дали тринадцать лет. Суд смягчил ее приговор из-за того, что она признала свою вину.

Пол и Клара готовились к вечеринке у бассейна, были приглашены самые близкие друзья: Эндрю, доктор Стивенс и Аткинс, адвокат Деррик Роуз, Бомани и Мариам. Приглашение послали и родителям Мариам, но Пол сомневался, что дочь решит простить отца.

– Пол, – позвала Клара.

После того, как Клара вышла из комы, Пол попросил ее называть его по имени.

– Сэр.

– Нет, Клара, больше никогда не зови меня так.

– А как же вас звать, сэр?

– Пол. Мы с тобой семья, Клара.

– Пол, гости уже у бассейна.

– Иду, Клара.

Клара организовала вечеринку у бассейна в духе 1950-х годов. Вечеринка с эпохи носков Бобби и Чака Берри. Она скачала записи с хитами рок-н-ролла 1950-х годов, заказала пластиковые пальмы, расставила их у бассейна, бросила на кресла полотенца черного, белого, розового и бирюзового оттенков, приготовила блюда патидесятых – фондю и деликатесы на шпажках, заказала коктейли на основе мартини, а в качестве десерта -молочные коктейли и мороженное.

– Все просто отлично, Клара, ты молодец! – сказала Мариам.

– Рада, что тебе нравится, душечка.

– Так что, вы теперь с дедушкой вместе?

– Нет, – рассмеялась Клара. – Твой дед мне когда-то нравился, но сейчас…

– Хорошо, – улыбнулась она.

– А твоя бабушка? Пол прислал ей приглашения.

– Да, думаю она приедет, – Мариам взяла коктейль. – Как вкусно.

– Не налегай на коктейли, – Бомани обнял Мариам. – Твои родители пришли?

– Нет, мама не хочет даже слушать про дедушку, а папа насчет всего с ней соглашается.

– Как жаль.

– Ничего, со временем она остынет. Точно так же, как по отношению к нам, – Мариам поцеловала Бомани.

– Рада за вас, – сказала Клара. – Где же Пол?

Клара вошла в дом и увидела Пола возле окна.

– Ты следишь за нами?

Пол вздрогнул.

– Нет, наблюдаю. Седа придет? Что сказала Мариам?

– Нет, она не придет. Но Мариам верит, что Седа скоро остынет, – радостно сказала Клара.

– Я рад, что Мариам с Бомани вместе и могут свободно встречаться. Но я буду рад еще сильнее, если Седа простит меня.

– Она простит тебя. Ты идешь?

– Да, иди, а я скоро присоединюсь к вам.

Пол достал телефон и сделал звонок Анне. Но ответил автоответчик.

– Анна, это Пол. Хотя, ты, наверное, знаешь мой номер. Я хотел сказать…

– Что ты хотел сказать?

Голос Анны прозвучал так ясно, будто она была за ним.

– Анна?

– Да, Пол.

Пол повернулся и увидел ее. Анна стояла перед ним.

– Анна, – Пол подошел к ней, – Мариам с Бомани здесь.

– Да, я знаю.

– И ты, ты тоже пришла.

– После нашей последней встречи я думала, что больше не захочу тебя видеть.

– Я это помню, – тихо произнес Пол.

– Мариам так разозлилась на меня. Мы потом звонили тебе, но отвечал какой-то детектив.

– Вот наглец, ничего не сказал мне про твои звонки.

– Мы с Мариам испугались, а Седа с Айком ничего не знали. Только сказали, что на Клару напали, и она в больнице.

– Да, это был кошмар, но все уже в прошлом. Главное сейчас счастье нашей внучки.

– Она нас простила, Пол, – улыбнулась Анна. – Теперь все будет как раньше, и даже лучше.

– Ты останешься в штатах? – спросил Пол и почувствовал, как покраснел.

– А ты этого хочешь? – она взяла Пола за руку. – Мы многое упустили, но еще многое можем пережить вместе. И первое, что мы сделаем, это наладим отношения с нашей дочерью. Как тебе такой план?

– Ты как будто читаешь мои мысли.

– Пойдем к гостям?

Анна с Полом вышли к гостям, держась за руки.

Пол всегда боялся одиночества. Каждый раз, проверяя свой банковский счет, Пол радовался, но спустя минуту им овладевала тоска: ‘’С кем делить эту радость или эти деньги?’’, – думал он.

Держа Анну за руку, видя внучку со своим парнем и своих друзей, Полу стало спокойно на душе. Он смог разрушить одиночество вокруг себя, он победил своего главного врага.

– Анна, – прошептал Пол.

– Да?

– То, во что ты веришь, становится твоим миром.

– Это цитата из моего романа.

– Я знаю каждый из твоих романов наизусть, я пересматривал все фильмы по твоим книгам несколько раз.

– Это неправда. Ты не прочел мой самый главный роман, в котором я призналась тебе в любви.

– Я могу исправиться, – Пол улыбнулся. – Знаешь, что мне сейчас припоминается?

– Что?

– Фраза из романа ‘’Рафаэль’’.

– Которая?

Пол позвал всех к столу и попросил минуточку внимания.

– Спасибо, что пришли. Это очень много для меня значит, особенно после последних происшествий. Мы с Анной вспоминали разные фразы и цитаты из ее книг. И вот, я хотел поделиться одной из них со всеми вами, – Пол посмотрел на Анну и громко произнес, – ‘’Нельзя заплатить за то, что не имеет цены’’. Некоторые утверждают, будто каждая, абсолютно каждая вещь в мире имеет свою цену. Это неправда. Есть веши, у которых нет цены, они бесценны. Их проще всего узнать: стоит только их потерять, и все – они уже потеряны навсегда. В погоне за деньгами, я потерял тебя, Анна. У меня было все, кроме одного счастья. Но судьба была настолько добра ко мне, что подарила второй шанс. И поверь его я больше никогда не упущу.

Пол сдержал свое обещание. Они с Анной прожили долгую и счастливую жизнь. На свадьбе внучки с Бомани они помирились с Седой. Анна продолжила писать, а Пол оставил компанию Эндрю и ушел на пенсию.

Content

Асмик Мхитарян
Плохой лжец

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20