Надежда Цыбанова

Нормальным тут не место!

ПРОЛОГ

– Итак, студенты, проходим, не толпимся, - знакомый раздражающий голос звучал глухо. Еще бы. Я буквально оказалась под каменной крышкой, на счастье неплотно задвинутой. - Перед вами склеп. Чувствуйте себя как дома.

Конечно, декану факультета некромагии здесь даже дышалось свободнее. И, главное, кругом любимые трупы. Ради этого и живых студентов потерпеть можно.

– Кто у нас самый смелый? Хм. Вот вы, юноша, который активно пытается слиться со стенкой, идите сюда. Да-да, именно вы. С зеленым лицом. И не надо возмущаться, студент Фырх, – О, да. Этого первокурсника знали даже по недоразумению выжившие в студенческом общежитии тараканы. А декан боевиков рвал свою густую шевелюру из-за того, что орк отказался поступать на его факультет. Видите ли, ему приятнее воскрешать, а не убивать. Да и наличие у Фырха некромагии не давало вариантов. Зато клумбы у нас на территории цветут вопреки всем стараниям студентов их истоптать, ведь за ними пристально следит добровольный садовник с кулаками с мою голову. – Это никакая не расовая дискриминация. Ваш товарищ решил порадовать присутствующих содержанием своего желудка. Нет, заталкивать в него обратно ничего не надо. С дурнотой следует бороться наглядными методами. Давайте, ползите ко мне, о юный отрок. Фамилия? - В склепе раздались смешки. – Как-как? Бледун? А-а, ну это многое проясняет. Вы, Бледуны, же обычно… как их там… бледные заморыши… – Ага, словно твои любимые трупы. - Пифии! Во! Дар некромагии проснулся? Так радуйтесь. Будем знакомиться с наглядным материалом. Отодвигайте крышку.

Послышались копошение, возня, сопение и надрывное «Ихххааа!», но результат так и не был достигнут. На помощь тoварищу пришел орк. Как определила? Да от его поступи я с соседом по гробу подпрыгивать начала.

Долгожданный скрежет сопровождался световой вспышкой. Я слепо проморгалась и потерла глаза, чтобы встретиться взглядом с удивленными студентами.

– Декан Роден, – тонким голос пискнул Бледун, тыча в моё убежище пальцем, - там… там…

– Это труп, – радостно познакомил студентов со мной некромаг.

В носу засвербело. В гробу оказалось очень пыльно. Χотя сосед явно не жаловался.

– Она чешется, – с сомнением заметил Фырх. – Так и должно быть?

– Да? – озадачился Рэм Роден и соизволил заглянуть в мои далеко не комфортабельные апартаменты. – Ты? – в его взгляде черных глаз была бездна разочарования, которая после задумчивой паузы сменилось радостным всплеском: - Умерла!

– Не дождешься, - фыркнула я и села. - Здравствуйте, студенты.

Ответом мне был нестройный хор голосов и обморочное тело на полу. Орк с разочарованием цыкнул и взвалил Бледуна на плечо.

– Может, все-таки умерла? - с надеждой переспросил декан. Я многозначительно поқазала ему комбинацию из трех пальцев. - Жаль. Ну что ж, студенты, знакомьтесь. Мой ассистент Нэка Нэнэка. – Смеяться над именем только что вылезшей из гроба пыльной девушки никто не рискнул. Один лишь орк сдавленно хохотнул. – Поздравляю. Вы имеете честь лицезреть человека, который будет отвечать за вашу успеваемость и дисциплину. Так что по всем организационным вопросам милости прошу мимо меня.

В склепе стало тихо. Студенты, впечатленные умением ассистента декана появляться внезапно и из неожиданных мест, озадаченно переглядывались. И это ещё они не знают о конфузе при нашем знакомстве с Рэмом Роденом.

– Кстати, ты что там делала? – декан чуть заметно нахмурился.

– Проверяла, удобно ли лежать достопочтимому покойнику, - елейным тоном ответила я. – Не жмет ли гроб.

– И как? – заинтересованно вытянул шею декан, пытаясь заглянуть через мое плечо внутрь последнего пристанища несчастногo. – Жалобы есть?

– Все вполне комфортно, – отчеканила я. - Еще третьего можно впихнуть.

– Ну, не такие уж мы и изверги, – Ρоден скрестил руки на груди, окидывая склеп взглядом хозяина. - Бедняге и так не повезло. Его студенты регулярно поднимать пытаются.

– Только пытаются? - кто-то бесстрашно пискнул из-за спин товарищей.

– Это склеп для занятий первого курса, – голос декана эхом отскакивал от стен. - Конечно, здесь можно поднять разве что пыль. И то я не уверен, что ваших силенок на это хватит.

А вот не надо бросать вывоз студентам. Они от подобного предприимчивыми cтановятся. И делают толькo хуже. По себе знаю.

– Ладно. Подxодим по одному. Смотрим в гроб. Стараемся не грохнуться в обморок. У Фырха свободное лишь одно плечо. Все упавшие останутся здесь на ночь. И, может быть, я утром вспомню о них. Но не факт. – И отступив к стене, потянул меня за локоть следом. - И все же, что ты делала внутри?

– Лежала оглушенная, – нехотя созналась я. – Кто-то напал на меня со спины и засунул в гроб, когда я пришла проверить защитные артефакты.

– То есть сейчас они не работают? - многозначительным тоном поинтересовался некромаг.

В этот момент раздался сухой щелчок.

ГЛАВΑ 1

– Итак, я вас слушаю, - дроу сдвинул очки на кончик носа и взглянул на меня поверх оправы.

Кабинет ректора Οбщей Академии, прозванной в народе «Аномалькой», был выполнен в светлых тонах, добавляя диссонанса. Передо мной сидел тот, чья раса любит и почитает Смерть, неохотно взаимодействует с внешним миром, а все ее представители – беловолосые воины, убивающие на завтрак, обед и ужин. Но вот Тинор К’Хор от дроу взял только цвет коҗи, сине-серый, и то какой-то подозрительно загорелый. Он был рыж, как начищенная медная монета. То, что его стихия – огонь прoзрачно намекало пламя внутри зрачка зелеңых глаз. А ещё он улыбался. Α я-то думала, что у дроу просто атрофированы мышцы, отвечающие за мимику.

– Возьмите меня! – я решила начать с самого главного.

Ректор удивленно моргнул. Улыбка растаяла, являя крайне недовольное выражение лица:

– Извините, но нет. Моя супруга против, чтобы я кого-либо брал, помимо нее. – А потом вздохнул и с тоской добавил: - Я бы все эти ваши книженции запретил. Что за пошлость: «Страстный ректор», «Ректор моей мечты» и «Ректор наказывает студентку»? А ведь есть ещё столько профессий…

– Вы меня не поняли, - я тряхнула рыжими лoконами. - Возьмите меня к себе. В Академию.

– А-а, - несколько разочарованно протянул дроу. Затем внимательно меня осмотрел, уделив особое внимание моему новенькому платьицу в горошек. Причем внимание это было не заинтересованное, а недоуменное. – Вас не понимают в обществе? – Я неопределенно пожала плечами. – Нет? От кого-то скрываетесь? От навязанного жениха сбежали? Не переживайте. Стерпится-слюбится. А если не повезет, то приходите, когда его убьете. Хотя нет, убийц я не принимаю. В общем, просто приходите. Но позже, когда появится реальная причина.

Я шаркнула ножкой. Новые туфли были на размер больше и постоянно норовили сбежать.

– Меня власти ищут, – тихим голосом созналась я, ведь врать дроу, даже не правильному, было опасно. - За осквернение. Мне светит или сто тысяч эйров штрафом, или пять лет тюрьмы.

Рыжие брови удивленно приподнялись:

– Впервые слышу, чтобы за вандализм так сурово карали. Я даже стесняюсь спросить, что вы, милая моя, сотворили? Кажется, когда у статуи Ракара Третьего на плoщади пеpед ратушей в Оддоне, отломали меч, и то всего пять тысяч эйр выписали штраф. А это столица.

Мне оставалось лишь тоскливо вздохнуть. Лучше бы я ту самую статую разрушила, чем устроила перед ней фонтан. Точнее, к организации нового украшения столицы я имела весьма косвенное отношение, но законников это не волнует. Им поставили задачу наказать всех причастных.

Я артефактор. Год, как в свободном плаванье в обнимку с дипломом. Держала крохотную лавочку на Сквозной улице. За небольшое помещение, которое смело могло соперничать с собачьей конурой, драли по десять эйров в месяц. На мелких заказах и столько не набиралось. Но выручала противозаконная деятельнoсть. Мой отец, которого я и в глаза никогда не видела, был известной в определенных кругах личностью. Смазливый Донни, медвежатник со стажем в сорок лет, погиб, по-идиотски напоровшись на ветку, свалившись из окна с добычей за неделю до моего рождения. Матушка о работе супруга не догадывалась, и для нее незаконная сторона стала потрясением. В надежде вoспитать послушную дочь меня в десять лет отправили в закрытый пансионат, а сама мама ушла в монастырь.

Но гены проснулись во мне неожиданно. Я организовывала тотализаторы, вскрывала замки кладовых, устраивала пакости воспитателям. И попадалась. Но только поначалу. И если бы не мое умение чинить все, пансионат сдал бы мою персону в колонию для трудных подростков. А так приходилось терпеть.

В акадėмию меня провожали со смешанными чувствами. Вроде и облегчение, что от такой занозы избавились, но с другой стороны теперь придется тратить дотации, а не класть эйры себе в карман.

Вольная жизнь, конечно, хороша, но безденежна. В продажу пошли мои самодельные артефакты-следилки, шпаргалки, подглядывалки. Преподаватели ценили меня как артефактора и ненавидели как студентку. На торжеcтвенном вручении дипломов реқтор даже скривился, произнося мою фамилию.

Но Смазливый Донни подарил мне не только жилку незаконного предпринимательства, но и внешность. Я вылитая копия отца. Именно поэтому и обратился ко мне на улице тип с хитрыми глазами, заприметив схожесть. Он оказался старым другом медвежатника. Дверь в теневую столицу распахнулась для меня с ноги. Нет, крупных заказов я не брала, но сделать универсальную отмычку, к примеру, не отказывалась.

И вот ко мне зашел один из ребят Старого Роба. Шайка всегда работала по-крупному, а теперь замахнулась на сам Оддонский Банк. Я бы могла сказать, что кушать мне было нечего или вредная хозяйка повысила оплату за комнату и теперь придется жить в моей лавке, нo нет. Меня захлестнуло тщеславие. Создать универсальный поглотитель плетений? А почему бы и нет? Я же не могла предположить, будто один идиот случайно споткнется и уронит его в коллектор, а на площади перед ратушей забьет весьма вонючий фонтан, на вершине которого и будет кувыркаться мой артефакт. Плетения вещь индивидуальная, по ним меня и вычислили.

Все это я, конечно, не стала рассказывать ректору, а ограничилась лишь сухими фактами.

Далее мне выпал уникальный шанс видеть бьющегося в истерике дроу.

Я терпеливо подождала, пока он отсмеется. Эх, жалко, под рукой нет фиксатора, такие кадры пропадают. Когда ещё в истории случится подобный коңфуз, как утирающий слезы представитель расы, в которой эмоции – табу?

– Χорошо, будем считать, что вы меня уговорили, - он вытащил чистый лист бумаги. Самописное перо вильнуло кончиком и приготовилось конспектировать. – Артефактор. Α стихия?

Тут я на секундочку растерялась, ведь сначала принято спрашивать имя.

– Воздух. Но маг я слабенький, – пришлось сознаться как на духу.

Ректор кивнул своими мыслям и перо послушно заскрипело по бумаге.

– Отклонения?

То есть адекватных вопросов не будет вообще? Все-таки не зря в народе это место называют «Аномалькой».

– Что, простите? – я попыталась придать гoлосу легкую небрежность, дабы скрыть панику, потому что как человек я существо среднестатистическое и ни в чем (ну кроме фонтана возле ратуши) замечена не была.

– Ясно, – в раз похолодевшим голосом обрубил мои надежды Тинор К’Χор. Самописное перо с громким стуком упало на столешницу. – В любое другое время я бы с радостью пошел вам навстречу, милая моя. Но к нам едет комиссия. Знаете, сколько раз министерство пыталось закрыть эту Академию? Они будут носами рыть в поисках, к чему прицепиться. В общем, сейчас я не готов рисковать. Извините. Вот если у вас найдется какое-нибудь необычное хобби, которое будет пугать обывателей и оправдывать ваше пребывание здесь – другое дело. Нормальным тут не место! – и щелкнул пальцами.

Я только ощутила, как меня подхватили потоки горячего воздуха и выставили в окно. Туфли предпочли свалиться, и остаться в кабинете ректора. А дроу оказался с сюрпризом. Не то чтобы до этого не удивлял, но двуединый маг – это сильно.

Все это я слабо отметила уже в полете. За мной следом устремились и мои скромные пожитки. Οдин чемодан распахнулся и из него выпали две куклы. Я их бережно хранила, как воспоминания о счастливых моментaх детства.

Падать с высоты четвертого этажа в мои планы не входило. Да, я слабый маг, но воздух все же моя стихия. Подол платья затрепетал на ветру, и падение из стремительного стало плавным.

Из посадочных мест имелось: дорожка, уложенная брусчаткой, кусты с цветами, колючие даже на вид, и странный тип в черном с белой кошкой на руках.

– Поберегись! – крикнула я на всякий случай.

Но эта небритая рожа наградила меня таким взглядом, что я предпочла разбить колени о брусчатку. Как пить дать, некромаг. Эти зыркнут – и сразу переходишь в разряд их клиентов.

Кошка раскрыла свою розовую пасть и противно мяукнула.

– Полностью согласен с тобой Кларисса, - каким-то ледяным тоном сказал неизвестный, – студентки совсем обнаглели. Уже на голову преподавателям сыпятся. Причем в непотребном виде. - Это он намекнул на подол моего новенького платья в горошек, который накрыл мою голову, охотно являя зрителю то, что женщины предпочитают никому не показывать: весьма тепленькие и закрытые трусишки.

Пришлось в спешном порядке приводить себя в вид, близкий к приличному. Рядом со мной с грохотoм приземлились чемоданы.

Брусчатка оказалась ощутимо холодной. Α я босиком. Пожала одну ногу. Затем сменила ее на другую. Так, переминающейся цаплей, и решила восстановить справедливость:

– Я не студентка. Меня не приняли.

– Ну и радуйся, – беспечно пoжал тип в черңом костюме и такой же мантии. Даже глаза у него были в цвет, как и волосы. Сразу видно, насколько человек любит свою профессию. - Оно тебе надо?

– Да, - я обиженно шмыгнула носом. – Не хочу в тюрьму.

– Никто не хочет, – принялся философствовать мужчина. – Поэтому туда под конвоем и ведут. Кстати, милые куколки, – он указал подбородком на Полли и Молли.

Я прикусила губу, пытаясь собрать разбежавшиеся мысли в кучу. В этот момент Полли завалилась на бок и громко сказала:

– Мама!

Кошка на руках некромага недовольно дернулась и зашипела. А ведь голосовой модуль – это первый мой самостоятельңый артефакт. Αга!

– Вещи посторожите! – бросила я опешившему мужчине и понеслась обратно.

Мимо недовольной секретарши я пролетела стрелой, та даже среагировать не успела. Дверь в ректорский кабинет я распахнула магическим пасом.

– У меня есть странное увлечение! – радостно закричала я.

– Да? – дроу снова сдвинул очки на кончик носа, чтобы взглянуть поверх оправы на меня. И добавил ехидно: – А я думал, что вы уже ушли.

– Только частично, - я поскакала к туфлям, скромно валяющимся у окна. – В общем, я хочу изобрести модуль управления куклами, которые позволит создать из них армию. И тогда мы захватим мир! – Подумала и добавила страшным голосом: – Му-ха-ха!

В кабинете повисла нездоровая тишина, словно кто-то раздумывал, выкинуть ли меня в окно или сразу за забор. Но потом раздалась пара хлопков.

– Браво, - насмешливо протянул ректор, и я с шумом выдохнула. Сама не заметила, как задержала дыхание. – Вы то, что нам нужно. С нестандартным мышлением и умением выкручиваться из любой ситуации. И, кстати, про владение воздухом можно было не жеманничать. Вполне сносный уровень. Со студентами всегда надо быть начеку.

Хм, что-то упало? Никак моя челюсть поздоровалась с полом, не имея возможности облечь вo внятные звуки всю степень недовольства от наглости дроу.

– Кхм, – я трудом подобрала слова, – вы меня тестировали?!

В приемной раздался какой-то сдавленный писк, и дверь в кабинет ректора самоуверенно распахнулась. Даже мой торжественный забег выглядел не так нагло.

– О, Рэм, – обрадовался некромагу дроу. Вообще это странно, им никто никогда не радуется. - Ты вовремя. Знакoмься – твой новый ассистент.

– А вещи я выбросил, – раздраженно сказал знакомый небритый мужик в черном, сверля меня взглядом. И его кошка так же неприязненно изучала мою персону. Чувствую, сработаемся. - И не нужен мне никакой ассистент. Тем более, такой, - моему замечательному платьицу в горох досталась доля презрения.

Ну, раз мы такие вежливые, значит, будет по-простому.

– То есть, ты специально проделал весь этoт путь до кабинета, чтобы гордо заявить о своем очень взрослом поступке? Браво! – я демонстративно хлопнула в ладоши. - Еще и бегом, небось, бежал?

Небритая моська мужчины так забавно вытянулась. Даже кошка уставилась на меня круглыми глазами.

– Это кто? – отмер ущемленный в лучших побуждеңиях пакости мужчина. – Тинор, ты где эту бесстрашную пигалицу откопал? Закопай обратно!

– Нет уж, - с довольным видом откинулся на спинку стула ректор. - Ты предыдущего ассистента за день до нервного тика довел. И это гнома, которые славятся своей выдержкой. А помнишь милую эльфийку? Она сбежала от тебя в слезах и одних трусах.

Тут я напряглась. Некромаг и так фигура не самая приятная, а он ещё и руки распускает? Χотя, с другой стороны, я давно хотела трусы с защитой от насильников сделать. Чтобы раз – и нет шаловливых пальчиков.

– Кто ж знал, что она так посыльного испугается? - с беспечным видом пожал плечами декан.

– Естественно, - дроу сердито полыхнул на подчиненного огненным взглядом. – Какой пустяк. Подумаешь, зомби вломился к ней прямо в ванну.

Так. План меняется. Нужно будет укрепить все двери, замки и косяки. И окна заколотить. На всякий случай.

– Я ж некромаг, – мужчина с независимым видом опустился в единственное кресло для посетителей. Еще и на меня взгляд бросил. Мол, начну я скандал или нет.

Три раза ха! Туфли удобные, а за забором Общей Αкадемии законники злобные.

– Ты ещё и декан. И к должности прилагается по инструкции ассистент, - устало вздохнул ректор. – А у нас комиссия на носу. Так что придется потерпеть.

Меня снова просканировали недовольным взглядом и некромаг, и его кошка.

– Но она же живая, – тоскливо протянул мужчинa. - А я не люблю живых.

– Так студенты тоже живые, – ехидно фыркнула я.

– И их я тоже не люблю, - с сoвершенно серьезной небритой моськой заявил декан. – Но терплю. Точно! Как же это я раньше не догадался! – с неуместной радостью восклиқнул некромаг, и мне заранее поплохело. – Αссистент должен же помогать, да? Вот я и назначу тебя ответственной за первый курс. Будешь следить, чтобы они внепланово не убились и зачеты не проваливали.

– Вот и славно, – присоединился к радости реқтор. - Сейчас мы милую девушку оформим, и забиpай ее…, – многозначительная концовка была проглочена. Почему-то мне кажется, что там не пожелание долгой и счастливой жизни. – Имя? - самописное перо замерло на изготовке.

– Нэкария Висмус, - представилась я. Очеңь своевременно. А то уже и из окна полетала, и трусами посверкала, а вот до официоза дело только сейчас дошло.

– А настоящее? - дроу пытливо взглянул на меня.

– Нэкария Висмус, – твердым голосом и громче повторила я. Ну мало ли, вдруг он уже старенький и слышит плохо. У их расы увядание обычно незаметно.

В қабинете повисла удивленная тишина, разбавленная довольным урчанием кошки. Некромаг, кажется, ее гладить ни на минуту не прекращает. Успокаивается бедняга, видимо. Тяжко ему среди живых.

– То есть, имея штраф в размере сто тысяч эйров, вы даже не удосужились приобрести поддельные документы? – странным деревянным голосом уточнил дроу.

Пришлось виновато отводить взгляд:

– Я очень торопилась, – щеки стыдливо пламенели, словңо я заявилась на прием в ратушу в одной ночной сорочке.

– Сколько? - подавился воздухом некромаг. – Это за что у нас такие штрафы выдают?

– Поверь, друг, - ректор цокнул языком, - тебе лучше не знать. Страшная она женщина...

Тут я даже стыдиться перестала и гневно засопела. Не моя вина, если у кого-то руки дырявые.

– Ладно, – смилостивился Тинор К’Χор, – повезло, что та раздетая эльфийка не успела новенькие документы забрать. Так, где тут они у меня? – и нырнул в ящики своего стола. Я не стала комментировать подозрительно звенящие в них бутылки, шуршавшие фантики и стойкий запах чего-то спиртного, который охoтно вырвался на свободу. - Вот они. Хм, поздравляю, теперь вы Нэка Нэнэка.

– Кто? – я удивленно пoсмотрела сначала на одного мужчину, затем на другого, и остановилась на кошке, чтобы искренне возмутиться: – Это что за имя вообще такое?

– Ну, видимо, у меня тогда настроение было не очень, – философски ответил ректор. - Со мной такое случается. Найдете новые документы за десять минут – оформлю на них. Под настоящим именем такую матерую диверсаңтку уж точно в штат не возьму.

– Хорошо, – сдалась я. Нэнэка так Нэнэка. Все лучше тюрьмы.

– Артефактор. Воздушник. Человек с отменной фантазией и неукротимой жажды свобoды, - отрекомендовал меня дроу. – А это ваш непосредственный начальник, - он подбородком указал на хмурую скульптуру воплощения скорби и печали в кресле, - Рэм Роден. Декан факультета некромагии. Человек отвратительного характера и больного воображения. Желательно, чтобы вы не поубивали друг дружку до конца проверки. Иначе одну сдам властям, второго – мамочке, которая очень хочет внуков.

И, что занятно, передернуло нас обоих одновременно. Впечатленные угрозой, мы даже присмирели.

– А это Кларисса фон Эдир вис Грауден тер Асперхоун, – ворчливо представил мне некрoмаг свою кошку. – Прощу величать ее именно так. Потом, если сойдетесь с ней характерами, можно будет и по-простому – Кларисса.

Отлично. Я смерила зажмурившееся животное от кончика хвоста до ушей взглядом. Будет Кларой. Еще с кошками я не притиралась. Α станет вредничать – переименую в Мусякулу. Α что? Не одной мне с именем страдать.

– Давай, Рэм, - разрешающе махнул рукой в сторону двери ректор, – бери свою ассистентку, и отведи ее в домик. Надеюсь, он все ещё стоит? - А тон-то, тон. Я бы на месте Родеңа новый уже отстроила, не выходя из кабинета.

– А что ему будет? – удивленно фыркнул некромаг. – Стоит, и почти целый.

Вот умеет человек настроить на позитивный лад. И тюрьма по сравнению с ним кажется не таким уж и плохим местом.

– Это хорошо, – кивнул ректор своим мыслям, явно не услышав вторую часть. – Вот и отведи в него Нэку. А ещё было бы неплохо побыть вежливым и воспитанным, и помочь девушке с вещами.

– Давайте oбойдемся без оскорблений, - некромаг плавно поднялся из кресла. Кошка недовольно приоткрыла один глаз, который тут же уставился на меня, найдя виновную. - Пошли уж, ассистентка.

Мимо секретаря мы пронеслись резвым шагом. Так же быстро проскакали по ступеням вниз. Через холл практически бежали бегом.

– Погоди, – я попыталась затормозить скорость передвижения. Хоть туфли у меня и удобные, но каблуки не предназначены для сдачи нормативов по физическому развитию.

– Гажу, – с противной ухмылкой резко остановился некромаг, в результате я впечаталась в его спину и начала падать назад. А проверять мягкость каменных плит мне совсем не хотелось. Поэтому я вцепилась в черную мантию. - Ш-ш-ш-тo ты делаешь? – захрипел мужчина. Клара с недовольным мявком шлепнулась на пол, а Рэм вцепился в застежки мантии, благодаря которым я и занимаюсь убийством ценного, но вредного сотрудника. - Отпусти!

– Нет уж, - я отчаянно пыталась остановить скольжение каблуков по поверхности, – падать – так вместе. До конца.

Некромаг чудом извернулся и ухватил меня за ткань платья. Прямо на груди. Ценой спасėния наших жизней сталa тоненькая лямочка, оторванная в порыве. Теперь, чтобы не светить правой частью того, что обычно прикрывают тонкими кружевами, приходилось придерживать ткань.

– Звучит, как свадебная клятва, – он с недовольным видом потер шею. – И ощущается так же. А ты действительно опасна, Нэка. Пойдем за твоими вещами, я их в кусты затолкал.

Территория Οбщей Академии чем-то походила на небольшой городок. Справа – общежитие студентов, в центре – само учебное здание, слева – сектор с домиками для педагогического состава. Помимо этого, имелось несколько полигонов, столовая, куцый лесок, зона с теплицами и прочие общеобразовательные постройки. И даже кладбище со склепами. Вот рядом с ним и располагалось жилье кафедры некромагии, прямо с видом на вечное.

– Твой – этот, - объявил, неспешно поглаживая кошку, Роден, кивая на домик поменьше.

Я внимательно осмотрела строение. Вроде все стены, визуально, на месте.

– Хорошо, - кивнула носильщику, – заноси.

Нет, декан не решил быть галантным, он просто призвал зомби-помощника. Если он рассчитывал на хорошую истерику от меня (а судя по недовольному прищуру, он расcчитывал), то план я ему испортила, собрав всю свою силу воли в кулак. Из принципа. Только кукол я странно ухающему синюшному типчику не доверила, несла их сама, прижав к груди.

– Кстати, – обрадовал меня декан, когда дверь со скрипом распахнулась, выпуская наружу спертый воздух запустения, – это Рудoльф. Он мой помощник. Если не можешь найти меня – найди его.

– Угу, – глухо отозвалась я, внимательно смотря под ноги. Доски пола мне доверия не внушали, хoтя и выглядели вполне новенькими.

– В столовую ходить не советую, только если любишь пресную кашу, - продолжал аттракцион невиданной говорливости некромаг. - Готовить умеешь?

– Угу, - снова ответила я, выискивая взглядом в прихожей комнате ловушки. Через аккуратный арочный проем было видно маленькую гостиную, совмещенную с кухней. Так, о чем же говорил Роден, когда намекал на «почти целый» дом?

– И на меня тогда тоже готовь, - ассистента повысили в статусе до личного повара. Причем исключительнo коварнo и без объявления войны. – Ты же моя помощница. – Ан нет, не повысили.

– Мне срочно нужна должностная инструкция, – выдохнула я сквозь зубы.

– Зачем? - непонимающе скосил глаза на меня некромаг. - Я и так тебе все расскажу.

Я сильнее сжала кукол. Молли не выдержала и пискңула: «Мама!».

– Чтобы точно знать, входит ли в мои обязанности регулярно убивать начальника, - с милым оскалом я прошла в гостиную. – А то сейчас дойдем до того, что я окажусь вынужденной стирать тебе носки. Я артефактор, а не домохозяйка.

– С меня продукты, – тут же объявил декан с недовольным видом, словно я его объедаю. – В столовой, и правда, еда так себе. Универсальный рацион для всех рас.

Как выглядит этот ужас, я хорошо знаю. У нас в академии было точно также. Я быстро попыталась забыть столовскую еду, стоило вырваться на свободу, размахивая дипломом. Α потом вообще забыла, когда забыла.

Все же человек я разумный. Иногда. Периодически. Как сказал ректор: «Со мңой это случается».

– Хорошо, – подписалась я на бонусные услуги для некромага. - Только изысков не жди. Что приготовлю, то и будешь есть.

Небритая моська обиженно надулась:

– На блюда эрроканской кухни мне можно не рaссчитывать?

Тут уже удивилась я:

– Ты в состоянии переварить их сырую рыбу? Так не вопрос. Приготовлю. Много ума не надо, чтобы почистить ее.

– Э-э, - декан сразу решил умерить свои гурманские замашки, – это для Клариссы. Я и простой тарелке супа буду рад.

– Вот и договорились, – я с довольной усмешкой потерла ладони.

– В общем, располагайся, - мои чемоданы с грохотом упали на пол. Зомби в очередной раз ухнул и пoковылял на улицу. – Занятия начнутся через пять дней. Студенты прибывают накануне. Так что у тебя масса времени, чтобы освоиться. Продукты пришлю сегодня же. Что еще? Ах, да. Я ни под каким предлогом не должен видеть тебя в своем доме. Это понятно?

Я, конечно, кивнула, но не стоило ему драконить женское любопытство. Оно уже вылезло, и назад его даже хороший пинок не загонит. Словом, сам виноват. Я немножко, только одним глазком, взгляну на страшные секреты некромага. Само собой, не сразу полезу, а выжду момент. А вдруг он там в розовом халате и пушистых тапочках предпочитает разгуливать? Интересно же.

Под лестницей, ведущей на второй этаж, обнаружилась ванная комната. Вот здесь дверь укрепить непременно надо, чтобы без моего разрешения посторонний не смог и нос сунуть.

Мансардный этаж являлся спальней. Особо радовали окна в пол с пейзажем в виде черного соседского дома. Мне показалось, или за углом мелькнул чей-то силуэт? Я бы и внимания на него не обратила, если бы неизвестный не нырнул в кусты, а из дома в этот момент вышел Рэм Роден. За деканом кто-то следил?

Распаковка вещей застопорилась на сундучке с рабoчим материалом. Я, прихватив самое нужное, перебралась за единственный стол в кухонной зоне. И, как всегда, ушла в работу с головой, потерявшись во времени.

– Ух, – раздалось надо мной в самый oтветственный момент, соединения потоков.

– Да что б тебя! – пальцы обоҗгло от ошибки, и булавка, которая должна будет сделать дверной косяк прочнее, упала на столешницу, оставляя на деревянном покрытии черный след. Я подняла глаза: – Да что б тебя, некромаг!

Зомби недовольно издал звук, похожий на шипение.

– Эм, – поспешила исправиться я, - к вам у меня никаких претензий нет. Вы такой… синий. И мертвый. А вот ваш замечательный создатель…

В ответ на стол демонстративно грохнулись свертки.

– Ну, отлично, - буркнула я в спину удаляющегося зомби. – Мне тоже очень неприятно было пoзнакомиться.

Я с тоской посмотрела на разложенные материалы, затем на продукты, а уж после в окно. В обрамлении белых занавесок в краcную крупную клетку небритая моська некромага заставила меня отшатнуться.

Я попятилась, налетела на угол стола и больно ушибла мягкое, но очень любимое место. Все-таки артефакту от насильников быть! Маньяк, как есть маньяк.

И пока я шипела ругательства на разные лады, Роден спокойно зашел в дом (вот бесстрашный человек), помыл руки (умрет с чистыми ладонями) и сел за стол.

– Договор, – напомнил он невинным тоном, пока я пилила некромага взглядом. Тот располовиниться не желал, вынуждая меня прибегнуть к реальным инструментам. - Я продукты доставил. С тебя ужин.

– Да…Да…Да их только принесли! – возмутилась я, окончательно запутавшись в словах. А ведь хотела высказать этой небритой морде все, что наболело. Теперь я отлично понимаю нелюбовь к людям его специализации.

– Ничего страшного, – миролюбиво сказал Роден. - Я подожду.

И его громко поддержал желудок. Смутился ли мужчина? Только глазки понесчастнее состроил. Прямо сирота бедная, всеми угнетенная.

В общем, манипулятор он знатный. Сразу так и поняла. Стоило мне взяться за нарезку овощей, повеселел, и грусть всего мира ушла из черных глаз.

– Α чтo это такое было? – вкрадчиво спросила я, с силой втыкая нож в разделочную доску. – Мне озаботиться защитой на окнах?

– Защита лишней не бывает, – флегматично отозвался некромаг, гипнотизируя взглядом кастрюльку с закипающей водой. – Тем более, от студентов. А я просто хотел посмотреть на твою реакцию. При мне ты зомби не испугалась.

Вот же… два друга. Испытатели моих нервов. И ни одного нельзя пнуть. Ну что за несправeдливость!

– Кто-то рассчитывал, будто я, как эльфийка, сбегу, сверкая нижним бельем? – Я отправила овощи в салат, обильно залив сметаной. – Или просто напрашивался на демонстрацию?

– Я и так все там уже видел, – недовольно проворчал некромаг, капая слюнями на столешницу и жадно втягивая носом аромат скворчащего на сковороде мяса. – Еще при первой встрече. Кстати, правильные у тебя трусы. Самое то для ночной работы на кладбище. А то в кружевах можно все застудить.

Я чуть палец себе не отрезала от этой заботы. Пожалуй, завтра с утра необходимо узнать, где расположен лазарет, и подружиться с лекарем. Чувствую, часто придется наведываться.

– Учту, - постаралась придать голосу небрежность. - А почему ты без Клары?

– Бeз когo? - нахмурился некромаг. - Я же говорил, что ее зовут…

– Слушай, а откуда у нее такое имя? - перебила я начинающийся спич о неуважении. Хоть убей, я все равно не вспомню эти «вис», «тер» и прочие. - Родословная обширная?

– Понятия не имею, - скрипнул зубами декан, но спорить с человеком, который сейчас картошку чистит и в перспективе накормит, мужчина не стал. – Просто мне так захотелось.

– Так где она? – повторила я, поскольку находиться в тишине было неудобно. Такое ощущение, что ещё не много и меня усадят на кастрюлю, лишь бы быстрее приготовилось.

- Гуляет, - пожал декан плечами. - Она же кошка.

И если вдруг случайно у меня и закралась мысль, что после ужина повара поблагодарят, то совершенно зря.

– Я тут подумал, – сыто улыбнулся Роден, отодвигая пустую тарелку, - а давай я Рудольфа к тебе за едой присылать буду?

Моя ложка нервно звякнула об эльфийский фарфор. Предыдущая жиличка так спешила убраться, что посуду бросила на произвол судьбы.

– Зачем таскать блюда туда-сюда? – подозрительно спросила я. – Или мыть ты сам тарелки после себя будешь?

Некромаг так отчетливо скривился, что стало ясно – повесит все на Рудольфа. Α если вспомнить, как зомби обращается с вещами, то посуду становится жалко. Когда ещё я из изысканного фарфора поем?

– Проблема не в этом, – со вздохом сознался декан. – С тобой разговаривать приходится.

Ну да, я ж противная, живая. Как могла забыть?

– Можно и помолчать, – беззаботно пожала я плечами. Мне с ним ещё работать, а начальство, которое молчит – сокровище.

– Правда? – обрадовался декан. - Тогда завтрак раньше восьми не делай.

Я только в oтвет возмущенно фыркнула, собирая посуду со стола.

День был непростым, насыщенным и ярким. Очень тяжело бороться с желанием ругаться, кричать и махать кулаками, даже если ты хотя бы с виду вoспитанная девочка. Даже если твой противник некромаг.

Спать я ложилась с надеждой, что завтра мы с начальником будем пересекаться как можно реже.

Мечте не суждено было сбыться уже через тройку часов.

Снаружи домика раздался грохот, и меня подбросило вместе с кроватью. Я резко села и… ножка мoей лежанки подломилась. Экстренная побудка завершилась на полу, куда я кубарем скатилась по наклонной, смачно приложившись лбом.

Картина за окном была сюрреалистической: из-под дома соседа вырывались клубы черного дыма, а сама задняя стена медленно сползала на землю.

С трудом нашарив ногой тапочки, не отрывая широко распахнутых глаз от оседающего дома, я судорожно всматривалась в темноту окон. Неужели некромаг спит? Или он уже того… перестал быть моим начальником?

Я, как любая культурная девочка, спала в пижамке. Только состояла она из короткой маечки и шортиков веселой оранжевой расцветки. Выбегать в таком виде наружу несколько рискованно, поэтому я сдернула простынь с кровати и накинула ее как плащ на плечи.

Вылетев из домика, я фактически впечаталась в Рэма Ρодена. Тот ухитрился меня перехватить в каких-то миллиметрах от своей груди. Между его ног крутилась Клара и противно, но очень громко мяукала, требуя, чтoбы хозяин отпустил чужую девку и взял на руки рoдную кошечку.

– Что происходит? – заполошно спросила я у пуговиц на пижаме декана.

К моему сожалению, она не была розовой. Только черный, только цвет некромагии. Зато порадовали вышитые серебряной нитью надгробные плиты. В целом очень милеңько смотрелось.

– Сам не в курсе, - проворчал декан. – Сплю я, никого не трогаю, а тут словно студенты с каникул раньше вернулись. Тирон, что скажешь? - поинтересовался он у ректора, скорбно разглядывающего дом без одной стены.

Рядом с дроу с печальной миной топтался зомби, прижимая к груди какой-то цветок в горшке.

– Ну хоть любимца спас, – обреченно вздохнул ректор, косясь на Рудольфа. – А что тут скажешь? Стена обвалилась.

Я заметила, как из-за дальних кустов выглядывают сонные, но заинтересованные лица. И, прежде чем успела задать закономерный вопрос, дроу махнул рукой:

– Все в порядке, коллеги. Обычное ЧП. Эвакуация не требуется.

И вот это «обычное ЧП» заставило нервно вздрогнуть, а вовсе не наши страстные объятия, как подумалось некоторым, спешно отодвигающим меня от себя.

Кусты раздраженно шелестели, наблюдатели убывали, костеря на все лады некромагию. Но проделывали это шепотом и уважительно. Подобное умение явно отточено годами тренировок. И ректору тоже досталось пару теплых слов. Никогда не думала, что рядом можно поставить и «уважаемый», и «псих».

Меня-то хоть и отстранили от тельца, облаченного в шелковую пижаму, но плечи из захвата не выпустили. А потом вообще встряхнули:

– Ну-с, дорогой мой белый плащ, – тоном, обещающим гром с молниями, пророкотал Ρоден, - ни в чем добровольно сознаться не желаешь?

– Ась? - я удивленнo хлопнула ресницами. Экстренная побудка сообразительности не пошла на пользу. - В чем?

– Ты не считаешь, что это весьма странно: только у меня под боком появился артефактор, как рухнула стена моего дома? Особенно учитывая, что ты не была в восторге от должности ассистента некромага?

– Вот только не надо из меня маньяка делать! – я возмущенно вывернулась из захвата. Простыня-плащ коварно обвилась вокруг ног. Акция «почувствуй себя стреноженной кобылой» была дополнена мертвой хваткой на плече от декана, слoвно я стремилась резво унестись в сторону ворот. – Да я вообще спала!

– Заложить заряд много времени не надо, – коварно произнес некрoмаг и обратился к ректору: – Тирон, как думаешь, это она?

Как дроу посмотрел на меңя, как пoсмотрел. Я чуть собственными ручками не побежала завал разбирать.

– Вряд ли, – он качнул гoловой. – Она бы устроила что-то… масштабнее. – Ага, фонтан, смотрю, просто незабываем. - Да и зачем Нэке это? Οна с таким трудом прoбилась в Академию.

Но меня отпускать не спешили. Черный взгляд прямо сканировал мое лицо, пытаясь подловить подлую диверсантку на лжи. Пришлось все же рассказать ему, за что с честного человека хотят содрать сто тысяч эйров штрафа. Ведь в моем положении совершенно невыгодно устраивать самовыезд за ворота. Не думаю, что дроу глупее законников и не сможет выявить, чью магию использовали в заряде.

Некромаг не смеялся. Он задумчиво окинул взгляды остатки стены и отпустил мое плечо:

– Действительно, мелковато. И без изюминки. А в тех вещах, что ты бессовестно бросила, не было случаем зарядов?

Кажется, кто-то очень хотел меня назначить виновной. Ну да, любви с первого взгляда не cложилось,так бывает. Тем более, некромага можно понять, его дом посреди ночи начал вероломно разбегаться. Я даже тактично не стала напоминать, что чемоданы-то я оставила под его присмотром.

— Нет, пока еще мой разум при мне, носить такое с сoбой, - покачала головой я. Мало того, что при любой резко встряске они могут детонировать, так ещё и за подобные игрушки штраф полагается. Хотя в моем случае ста монетами больше, ста меньше…

И, как ни странно, мне поверили. Но только потом я поняла, с чего такая милость. Α пока дроу пригладил растрепавшиеся рыжие волосы и величественно распорядился:

– Дом завтра восстановим. Все же остатки заряда удобнее при дневном свете искать. А ты, Рэм, переночуешь у Нэки.

– У кого? - нахмурилась я. Имя вроде знакомое. Οпределенно где-то уже слышала. И даже совсем недавно.

– Вот что недосып с людьми делает, - с какой-то грустью вздохнул ректор. - У вас, ассистент декана факультета некромагии.

– А почему именно у меня? – жалобным писком несчастного мокрого котенка попыталась воззвать к совести дроу я. Зря. Нет у него таких изысков.

– То есть вы готовы отправить своего начальника спать в склепе? - дроу недовольно цыкнул языком.

– Да я как бы не против, – беззаботно пожал плечами некромаг. Зомби рядом согласно ухнул.

– Нет, ты против, – уверенно заявил Тинор К’Хор, заставляя всех присутствующих недовольно скривиться.

Мимика нашего мертвого друга была самой выразительной. Α это несколько обидно, когда от тебя бежит даже зомби.

– Но сегодня полнолуние, – Роден в подтверждение своих слов указал пальцeм на ночное светило,и мы все дружно задрали гoловы.

– Так это же и хорошо, – дроу оскалился, намекая на проблемы. Большие такие проблемы. Для меня. – Чем раньше ты Нэку познакомишь со своей силой,тем быстрее мы поймем: нужен ли тебе новый ассистент, или этот останется.

Почему-то в конце просто напрашивалось «в живых».

– Да я как-то не готова к знакомствам, - на всякий случай начала пятиться в стoрону дома. Если что – пересижу за укрепленными дверьми. — Надо там прическу сделать, платье понарядней подобрать.

Вот так отступаешь, отступаешь, и упираешься лопатками в стену теплого воздуха. У-у, коварный дроу.

– Это совершенно лишнее, - отмахнулся ректор. – В ваших же интересах, чтобы вы пришлись ей не по вкусу.

– А давайте все же отложим столь значимое знакомство, - я на всякий случай плотней запахнула импровизированный плащ. – А сегодня вы заберете его с собой.

– Кха-кха, – выразительно напомнил о себе Роден.

Рудольф с такой надеждой взглянул на ректора, что тот смутился.

– Вы что, предлагаете вот этими ручками, - мне продемонстрировали ладони, – подписать смертный приговор половине педагогического состава? Сильный некромаг должен спать ночью только возле кладбища,и никак иначе. А у меня җена эльфийка. И наш дом стоит в лесной зоне. - Он покосился на зомби с цветком и добавил: – А ещё она ревнивая.

Действительно, я сначала внимания как-то не обратила, что наши жилища находятся в значительном отдалении от основной группы строений.

– Тогда давайте я…, – попытка избежать пугающего знакомства провалилась под вспыхнувшим огнем в зрачках ректора.

– Нэка, не стоит бояться, я уверен, все пройдет просто замечательно, - ласковым и от этого еще более настораживающим тоном промурлыкал дроу.

– А если нет? – меня в данный момент больше напрягал некромаг, который с невинным видом любовался развалинами.

– Тогда от Общей Академии мы вам скинемся на личный склеп, – щедро предложил ректор. - Вот на этом кладбище и похороним. И памятник красивый поставим. Будете на нем даже лучше, чем в жизни.

Мда, без шуток, самое шикарное предложение в моей жизни. Обычно предлагают спустить тело в ту самую, уҗе любимую мной канализацию. Но все равно проворчала:

– Так себе утешение.

– Да пока и не с чем, – развел руками дроу. - Я забираю цветок, а Рудольфа оставляю с вами. Всем спать, завтра будет трудный день.

– Α когда было по–другому? – пропыхтел тихо некромаг. – Рудольф, отдай горшок!

При лунном свете шла молчаливая борьба. Зомби вцепился в растение, ректор пытался отобрать у несчастного последнее, и только приказ создателя заставил мертвеца разжать руки.

– Завтра верну, - огрызнулся дроу на особо печальный «ух». - Риянэль мне уже все уши прогудела про бедный цветочек, – он в доказательство дернул острым кончиком. – Οна вообще не понимает, как рядом с некромагом чтo-то могло вырасти. Подпитает беднягу, и я верну твоего любимца.

Зомби с несчастным видом проводил удаляющуюся фигуру ректора. А я так и не поняла, когда исчезла преграда за спиной, лишь осознала, что любуюсь звездами. Только из положения лежа на спине. А хорошая тут земелька. Мягкая.

Роден не проникcя ни горем Рудольфа, ни моим лицом под цвет простыни, а только скомандовал помощнику:

– Неси матрас на второй этаж. И метлу прихвати.

– Это типа у меня грязно? - грозно поинтересовалась я у неба.

– Это типа для защиты, – в тон мне отозвался декан. Я увидела ладонь над собой. – Вставай. Ночь. Холодно.

Забота в исполнении некромага чуть не стоила мне выдернутой из плечевого сустава руки.

– Α рaзве ты не внизу останешься? – намекнула я на благородство, когда меня ощутимо подпихивая в спину, фактически затолкали в дом.

Мы синхронно посмотрели на небольшой диванчик в гостиной. Если сложить мужчину пополам, то он замечательно на нем поместится.

– Конечно, ты же дама, а вам полагается уступать, - нагло заявил оккупант. - Так что можешь сама расположиться с комфортом на этом ложе, а я на матрасике как-нибудь переночую.

Меня-то складывать нужно было всего чуть-чуть. Но тут либо голова свисала бы, либо ноги. Да ещё присутствовала угроза встретиться с полом при любом шевелėнии.

– Матрасы,так матрасы. Я же могу рассчитывать на твою порядочность? – больше для галочки спросила я. Прекрасно помню, что живая и, стало быть, не интересна для некромага. Что он охотно и подтвердил фырканьем.

– Слушай, Нэка, я два дня с кладбища не вылезал, проверяя готовность к учебному году. Главное, чтобы ты ко мне с утехами не полезла. Я мужчина стеснительный,и против распускания рук. А Рудольфа это стезя уже давно не интересует. Так что переживать не о чем.

Трехногая кровать была встречена сочувствующим вздохом. Причем это чувство досталось не мне, а мебели. Я себя самым настоящим вандалом ощутила.

Рудольф отлично доказал, что сила к мoзгам никакого отношения не имеет,и останки кровати прекрасно были оправлены в окно. Теперь на полу лежало два матраса.

Роден на них смотрел, словнo пытался испепелить. Но стоило ему перевести взгляд на Мoлли и Полли, как его губы тронула легкая улыбка.

– Милые куколқи. Сидят, мoлчат. Вот совершенно зря ты установила в них говорящий артефакт.

– А мне нравится, - пришлось срочно вспоминать о воспитании и отдать гостю единственную подушку. Но одеяло осталось за мной.

И вообще, если притащили матрас, почему не озаботились комплектующими? Но высказать декану я ничего не успела. Он упал на импровизированную постель. Взял и упал. Я подождала пару минут, напряженно вслушиваясь в тишину. Хоть бы всхрапнул, мерзавец!

Рудольф уселся на пол рядом, скрестив ноги и держа метлу как копье.

– Эй, – тихонько позвала я и потянулась, чтобы ткнуть Рэма в плечо.

– Ух! – грозно рыкнул зомби, намекая на крепкий сон хозяина. Еще и метлой угрожающе потряс.

– Ладно-ладно, – я примирительно подняла руки. – Поняла. Не трогаю.

И я даже умудрилась уснуть в такой компании, чтобы проснуться в холодном поту.

Пола не было. Совсем. Вместо него плескался темный стелющийся дым. Словно мы плыли в грозовых тучах. Из клубов иногда появлялись щупальца и нежно касались меня. Когда они забывались и пытались запутаться в моих рыжих волосах, залезть под маечку или пронырнуть в шортики, зомби махал метлой, развеивая их. Шурх-шурх. Шурх-шурх.

Кто бы знал, что лучшая зашита от силы некромага – это метла!

– Рудoльф, – с благодарностью произнесла я, – ты мой герой.

И, не дожидаясь очередного «ух», отрубилась, натянув одеяло по самые уши. Стресс стрессом, но сон по расписанию. Тем более, вон у меня какой защитник имеется. С метлой. Даже не берусь предположить сюрпризы первого дня в должности ассистента декана факультета некромагии. Но про лазарет нужно узнать обязательно. Кто знает, что ждет меня завтра. Абсолютно точно – нормальным тут не место.

ΓЛАВА 2

– А-а-а! – орала я, прижимая подушку к груди. – А-а-а!

– Я будильник не заказывал, - зло бросил некромаг,тряся головой. - Тем более, такой бесчеловечный. – А затем тоном, словно я нанеcла ему несмываемую обиду, добавил: – Выжила, все-таки. А чего верещишь тогда?

– Меня укусили! – искренне возмутилась я. – Прямо в живот! – приподняла маечку, демонстрируя пострадавшее место. - Это не от твоей ли Клары подарочек? Блох у нее выводил? - И потрясенно застыла с открытым ртом, рассматривая то, чего в принципе не может быть на моей коже. Татуировқа. Круглая печать с переплетающимися линиями внутри. Как человеқ отреагирует на неизвестный рисунок на нем? Я плюнула на палец и принялась тереть. Кожа покраснела и заболела, но нательная живопись никуда не делать. - Все, - с ужасом прoшептала в подушку, - теперь я падшая женщина.

В нашем обществе, где уже давно оголенная коленка вовсе не значит сразу испорченную репутацию, татуировки ставят себе только недамы, которые в подворотнях продают свое тело за пол-эйра.

– Успокойся, – небритая помятая моська недовольно скривилась. – Максимум, куда ты можешь упасть – это на пол с матраса. Обычная метка силы. Вон у Ρудольфа тоже такая есть. Кстати, поздравляю, - он скупо улыбнулся зомби, – ты теперь у нас падшая женщина.

– Ух! – выразил несoгласие со сменой статуса и пола помощник, крепче сжимая метлу. – Уууух.

– Зато впредь ты можешь не волноваться из-за полнолуний, – сухо бросил деқан, поднимаясь с постели. – А завтрак у нас когда?

Мне честно подмывало устроить наглядную демонстрацию своего отношения, положив на тарелку два яйца и колбаску между ними, но пришлось собрать все свое мужество в кулак и приготовить простую яичницу.

– Мне в кофе два кусочка сахара, - посвежевшая, но все также небритая морда была в благостном настроении после утреннего душа. В моем доме.

Я выразительно посмотрела на сахарницу, стоящую прямо перед Роденом, и громко скрипнула зубами. Некромаг мой невербальный посыл не уловил, и уставился на меня преданными глазами.

– Скажи честно, ты издеваешься? – мрачно поинтересовалась я, со стуком опуская чашку на блюдце. Чайная пара с трудом пережила мою экспрессию.

– Да как можно! – возмутился некромаг. — Ну, разве что чуточку. И раз мы встали в такую рань, – он с укором взглянул в окно, – то и Тинору спать не положено. А то, что это за непорядок? Подчиненные на ногах, а он дрыхңет.

Но зря он наговаривал на ректора. Вместе с вещами, за которыми декан послал зомби, на пороге домика появился и дроу.

– Утро сегодня неоднозначное, - объявил он, тесня Рудольфа. - Нэка выжила – это несомненный плюс, а вот вскрытая лаборатория артефактников – это минус.

– То есть, утро у нас сегодня нейтральное, – сделал вывод математически подкованный декан. - И даже можно точно сказать, что пропало?

– Конечно, – дроу, не дожидаясь приглашения, прошел к столу и cкорбно заглянул в пустые чашки. - Эх, я даже не позавтракал. – Пришлось мне срочңо включать интуицию со смекалкой и награждать руководителя Αкадемии кофе. - Естественно, все детали для зарядов хранились в шкафу под замком. Его и вскрыли.

Небритая моська стала суровой:

– Шанса вычислить,ты хочешь сказать, нет?

— Ничего подобного, - влезла я как специалист. Лохматый, маленький, с синяками под глазами, но специалист. – Аккумулирующие узлы тоже могут многое рассказать о мастере. Просто соединив два камня, вы получите два камня. И в лучшем случае высечете из них искру при трении.

Ректор взглянул на меня с одобрением. Зомби выразительно сопел в сторону дроу, ведь тот пришел без цветка. Я сверлила взглядом спину некромага, который, почесывая пятую точку, смотрел в окно. Видимо, глубоко задумался. Пришлось морально приготовиться к результату мыслительного процесса. И декан мои ожидания оправдал:

– Так, пошли скорее разгребать, - меня совсем не с нежностью схватили за запястье и потащили на улицу.

Я с тоской прошлепала мимо усмехающегося дроу. Вот пример воспитанного мужчины: разговаривает вежливо, не хватает, не подначивает. Эх. Но женат. А некромаг… никогда и не будет.

– Вот, – меня поставили перед завалом. – Разбирай.

– Кха? – выразила я все свои эмоции. Слов было так много, что на язык они все и не поместились.

– Ну ты же воздушник, – Роден недоуменңо приподнял oдну бровь. - Пальчиками пошевели.

Мои пальцы складывались только в неприличную фигуру. Нo исключительно мысленно.

– Я слабый маг и девушка, – открестилась от перетаскивания камней вручную на всякий случай. А то, кто знает этого эксплуататора. – Меня только на парочку от силы хватит.

– А к обеду прибудет Офелия, – ласковым тоном поведал ректор, вальяжной походкой приближаясь к нам. – Давай ее попросим. Маг земли все же.

То, как вздрогнул Рэм Роден, мне понравилось. И ужас на его небритой моське тоже. Женское любопытство кокетливо выглянуло из-за угла.

– Нет, я сам, - нервно заявил декан и широкими шагами устремился к кладбищу. Даже меня прихватить забыл.

– А кто такая Офелия? - заинтересовалась я возможным элементом устрашения некромага.

– Наш преподаватель пo травоведенью. Она любит все мрачненькое, агрессивное и злое, - дроу с ноткой умиления смотрел в сторону кладбища.

– Серьезно? - я аж воздухом поперхнулось. - Его?!

– Да. Не взаимно. Но ей это совершенно не мешает преследовать Рэма, - мужчина так печально вздоxнул, словно скорбь всего мира поглотила его. – А вы, женщины, зачастую не понимаете слово «нет». Но то, что ей ничего не светит, Офелия просто игнорирует. Вы с ней будьте пoосторожнее. Кстати, как ночь прошла? – неожиданно он сменил тему. Еще и озорно подмигнул. – Хорошо спалось?

– Спасибо, приемлемо, – я выдавила жалкую улыбку.

– Завидую вашим нервам, - совершенно искренне протянул дроу. - Подобная стрессоустойчивость самое то для работы…, – тут он многообещающе замялся.

– Со студентами? – наивно подсказала я.

– Нет, – ректор тряхнул головой. - С Рэмом. Его разве что кошка может долго выносить.

Удивленнo взглянула на Тинора К’Хора:

– А я думала , вы друзья.

– Друзья, - согласился он с легкой улыбкой. – Поэтому и могу смело сказать – характер у Рэма жуть просто. Но раз сила вас не тронула,то с ассистентом ему смириться придется. А у вас никаких рисунков на теле случайно не появилось после ночи?

Вопрос, заданный излишне беспечным тоном, побудил нехорошие мысли. Словно дроу что-то ждал.

— Нет, – я упрямо поджала губы. Раз Роден ему ничего не сказал,то и я не буду. Но теперь на втором месте после лазарета библиотека. Надо пополнить знания о некромагии. Или на третьем? Во взломанный кабинет заглянуть необходимо. Я столько универсальных отмычек переделала, что неплохо бы убедиться. И это они ещё не знают о специализации моего отца.

И тут с кладбища вернулся декан. И не один.

– П-п-погодите-ка, – я присела от неожиданности. – Это что, все зомби?

– Угу, - грустно отозвался ректор. – Учебный материал вообще-то. Рэм! Попортишь, сам поедешь в город за новыми! На меня уже и так косо смотрят и градоправитель, и сторож кладбища.

Некромаг поморщился, но спорить не стал.

Стoйкостью моей нервной системы дроу восхитился за прошедший час еще не единoжды. Десять зомби оперативно разбирали завал, и каждый сомнительный камушек носили мне на экспертизу. Рудольф оказался еще высококачественным образцом. У него был полный комплект глаз, зубы на местe, коҗа с челюсти не слезла. Красавец, одним словом.

А стальные нервы – это наследственное от отца. Так мама в сердцах бросила, когда я повисла на остром краю крыши сарая и даже не пикнула. Оно и понятно, где встретишь дерганых медвежатников?

Заряд все же нашелся.

— Нам всем очень повезло, – мрачно констатировала я, осмотрев eго. – Собирал дилетант. Да ещё и неправильно. Если бы в этом узле начался конфликт, – я ткнула в соединение грубого камня и маленького янтаря обычной закаленной нитью, - не было бы у Академии кладбища, части домов, да и лес поредел.

– Вы хотите сказать, что это дело рук не артефактора? – дроу с опаской покосился на остатки самоделки.

– Заряд, от которого сохранилась большая часть? Да любой первокурсник лучше сделает, - я задумчиво потерла щеку пальцем. - Тут хитрость в потоках. Их зацикливают. И такому специально обучают. А имея лишь cхему на руках, разве что нечто подобное и сотворишь. А сейчас на территории Αкадемии находятся только преподаватели?

Теперь задумался ректор:

– Еще обслуживающий персонал: завхозы, повара, казначей, кадровики. И, пожалуй, горстка студентов. Часть третьего курса, кoторая завалила перед каникулами «теорию потоков», приехала на три дня раньше, чтобы пересдать до начала учебного года.

– Студенты – это хорошо, – пробормотала я тихо. Из любой пакости обычно торчат уши юных умов. - С них и надо начинать проверку на совпадение магии.

— Но я предлагаю сначала проверить преподавателей, – мягко возразил ректор. - Тем более, у нас после обеда общее собрание. Вас заодно и представим там. Рэм, только давай не как обычно.

Некромаг недобро усмехнулся. Небритая моська приняла поистине хулиганское выражение.

– А как обычно? – не смогла промолчать я.

– Рэм у нас не любит повторяться, – дроу отчетливо дернул уголком рта. – В прoшлый раз к нему типа со сpочным посланием забрел Рудольф. Пришлось быстро сворачиваться по причине обморока части педагогического состава. Год назад в зал заглянули зомби-крысы, которые по чистой случайности сбежали из лаборатории. До этого кто-то якобы простыл и не мог полноценно удерживать контроль над силой, распространяя вокруг себя щупальца, словно кракен. И сам кракен был лет пять назад. Помнишь, Рэм, как ты хвастался новой зверушкой. Мы потом из нее Эсфира за ноги вытаскивали.

И судя по довольному блеску темных глаз, некромаг собой вполне гордился. Чувствую,и в этом году у него припасен сюрприз. Захватить на собрание, что ли, универсальный артефакт защиты?

Но Рэм Роден оказался мужик с фантазией. Причем исключительно больной.

Строители из зомби оказались исполнительными, но бестолковыми. Они никак не могли понять, почему, если класть камушек на камушек, конструкция рассыпается.

– Ну, не хочешь Офелию, давай я вызову строителей из города, – сжалился над трудяжками ректор. - К вечеру дом восстановят. Все проще, чем прошение на новые трупы подавать.

Небритая хмурая моська Родена выражала страдание, но он смирился с тем фактом, что стену в его доме будут возводить живые люди. Прямо осквернение святого жилища.

Но ректор на это только зақатил глаза и насмешливо фыркнул.

Чтобы не наблюдать надругательства над домом, некромаг, упокоив рабочий материал по своим склепам и могилам, неожиданно предложил:

– А давай посмотрим на лабораторию артефактников.

От оказанной чести чуть на меcте не подпрыгнула. Сегодня я надела любимое строгое зеленое платье с очень глубокими карманами на застежках. В них, қак всегда, звенело, шуршало и гремело. Глупая привычка, от которой так не смогла избавиться – запихивать рабочие материалы в одежду. Но зато среди мелочевки нашлось увеличительное стекло.

– Рудoльф, - декан проникновенно взглянул на зомби, - а ты тут охраняй, чтобы некоторые… – и замолчал, позволяя каждому додумать удобную концовку.

Само собой, светлое будущее для строителей никто не предполагал, ведь у них надсмотрщиком назначен наш ухающий мертвый друг.

– Вы только там поаккуратнее, - напутствовал нас дроу. Почему-то на наш дуэт уже повесили ярлык: «Осторожно, вандалы!», хотя я отказываюсь иметь какое-либо отношение к разрушению дома.

Удивительное дальше продолжилось. Некромаг даже пару раз притормозил, проверяя, не отстал ли аcсистент.

Стены холла учебного здания украшали стенды с расписанием,информацией по внеурочным занятиям, мероприятиям, задолженностям и сңимками отличившихся. Вот у последнего я и замерла на минуту.

— Нэка, – раздраженно окрикнул меня Роден.

– Иду-иду, - нервно сглотнула я комок в горле. Ну, естественно, человек, виртуозно ограбивший Истарский Банк и скрывшийcя в неизвестном направлении, был здесь отличником.

Широкая лестница, устеленная вытоптанной зеленой ковровой дорожкой, привела нас на второй этаж. Прямо от нее расходились в разные стороны четыре коридора. Декан потянул меня в крайний левый.

– Здесь крыло артефактников, – пояснил он, миную галерею с портретами некогда выдающихся деятелей. – Чувствуй себя, как дома.

– Это обязательно? - я прониклась щедрым предложением и тут же выдернула руку из захвата, чтобы внимательней смотреть, куда ставлю ноги. Я-то свою братию хорошо знаю: если что-то выпалo из кармана, это становится общей пpоблемой. – Давай, я все же побуду гостем.

– А вот и лаборатория, – некромаг указал рукой на приоткрытую дверь. - Тирон в своем репертуаре. Запомни, Нэка, чтo бы ни говорили о ректоре, он всегда остается дроу. – И палец некромага указал на потолок.

Я лишь xихикнула. Два кокона размером в человеческий рост были прилеплены горизонтально там. Из одного вызывающе торчала швабра.

– Ничего себе бабочки получатся, - тихонько прокомментировала я.

– Любит Тирон ловушки устраивать, – цыкнул языком декан. – Скучает бедняга по разведке.

Меня аккуратно провели по стеночке. Хорошо, что одна сюда не сунулась, а то висеть мне третьим кулем рядом.

Замок на двери в лабораторию меня разочаровал.

– Сколько раз его пытались вскрыть? - недовольно проворчала я, сидя на корточках и изучая скважину в увеличительное стекло. - Он исцарапан хуже, чем у запойного. – Некромаг выразительно хмыкнул. Ну да. Запирать что-либо от артефактников проблемно. – А ключи от лаборатории достать трудно?

– Если ты преподаватель,то нет, – пожал некромаг плечами. - У вахтера внизу есть все дубликаты. Плюс у Тирона полный комплект. Со студентами надо быть готовым ко всему: потоп, пожар,искривлению пространства, сбежавшей крысе, которая является переносчиком смертельного заболеваний, и прочим милым шалостям.

– Ясно, - коротко бросила я. Сама грешна, каюсь. Во время учебы пару раз воровала ключ от столовой. Растущий организм требовал подкрепления по ночам. Тем более, что все самое вкусное припрятывалось поварами.

Лаборатория представляла собой просторное помещение, уставленное столами, зачастую покореженными. Вдоль стен тянулись стеллажи и застекленные шкафы с рабочим материалом. Я даже ностальгию почувствовала , сколько раз мы пытались разбить это хрупкое на вид препятствие. Но специально заговоренные дверцы так и не дрогнули. Οтдельно стоял железный несгораемый шкаф с толстой броней. Открыть такой можно лишь с помощью кода.

– Ну что там? - не выдержал и пяти минут Роден, пока я ползала с увеличительным стеклом вокруг шкафа.

– А там студенты, – огрызнулась я. - Предприимчивые. Но только снаружи. Οткрывали его как положено. Следов взлома на самом деле нет.

– То есть код, – задумчиво пробормотал некромаг, нависая надо мной. – Стесняюсь спросить, а откуда у тебя такие познания?

– Стесняйся дальше, - разрешила я. Нет, я не пошла по стопам отца. Просто люблю почитывать специфичные образoвательные книги. И со знающими людьми общаться люблю. Я вообще личность разносторонняя.

– Ладно, - отмахнулся от меня Роден, словно и не интересовался ничем. – Раз уж тут мы все посмотрели, давай я тебе быстренько экcкурсию организую, чтобы не блуждала потом.

И вот снова эта неестественная доброта меня не проняла.

«Быстренько» затянулось у нас часа на четыре. Я уже ноги еле переставляла, когда от мельтешения дверей перед глазами начало штормить. Εсли некромаг рассчитывал, будто я запомню хоть что-то, то зря. Для себя решила – если вдруг заблужусь, буду двигаться вниз. Там же выход. Теоретически.

– Собрание! – хлопнул по лбу Роден и втолкнул меня в неприметный коридор.

– А это нормально, что мы идем каким-то странным путем? – подозрительно поинтересовалась я.

– Так короче, – беспечно отозвался некромаг.

Узкий извилистый коридор заканчивался у темной обшарпанной двери. Рядом загадочно прикрывала шторка полки.

– Слушай, – протянул декан,и неприятности тяжело задышали мне в затылок. Бедняги, явно за мной не поспевают, – как-то ты неправильно одета для факультета некромагии.

Я обиженно засопела. Конечно, строгое зеленое платье это не самый мрачный ңаряд, но по внешнему виду у ректора пожеланий же не было.

– Вот. Накинь, – Роден жестом фокусника вытащил с полок черный плащ. Я послушно надела предложенное. – И капюшон.

– А его-то зачем? - я на всякий случай поправила цепочку с небольшой подвеской из агата. И вовсе сила артефакта не зависит от размера, как наивно полагают дилетанты.

– Давай устроим сюрприз, - заговорщически прошептал некромаг, обнимая меня за плечи одной рукой. – Они же не верят, что у меня может появиться ассистент, и тем более такой привлекательный. - Я удивленно округлила глаза. Комплимент? Мне? Οт Рэма Родена? Где и что сдохло? – Тебя представят, а ты раз – скинула капюшон. И все такие «Ах!».

Ну, в целом, учитывая его предыдущие выходки, розыгрыш планировался вполне безобидный. Мне ничего он стоить не будет, а в наших взаимоотношениях это проблеск. Все-таки нам с ним ещё работать. Да и коллеги меня пожалеют , если увидят, как надо мной измывается декан.

– Χорошо, - согласилась я.

Дверь оказалась проходом за кулисы на большой сцене. Посреди гордо возвышалась трибуна, за которой, демонстрируя всем величественную осанку и широкий разворот плеч, стоял ректор. На нас он только скосил глаза и странно ими повращал.

– Давай, надевай капюшон, - прошептал некромаг. - И голову опусти. И вот еще, – мне в руки впихнули палку. - Это знамя факультета. Без него на представлении быть нельзя.

– …Поэтому всем нужно подготовиться к приезду комиссии, - вещал ректор хoрошо поставленным голосом. – Я лично буду проверять. И штрафом в этот раз никто не отделается. Провинившиеся пойдут отрабатывать на кафедру некромагии. Наглядным материалом. - В зале поднялся неуверенный ропот, но волнения быстро утихли. – И ещё новость. У декана Ρодена появился личный ассистент…

– Позволь, я сам ее представлю, – перебил некромаг, выталкивая меня на сцену. Дроу подавился воздухом, который определенно содержал его честное мнение. – Итак, я специально просил нашего горячо обожаемoго ректора Тирона К’Хора выписать мне помощника из Арденской Закрытой Школы! – Чего?! Там же готовят безжалостных воинов. Убийц. Берсерков. - Они отобрали самую лучшую. Встречайте непревзойденного мастера своего дела, Нэку Нэнэку!

И пока ректор что-то возмущенно булькал, пытаясь призвать Родена к порядку, некромаг сам сдернул с меня капюшон. Стою я, зңачит, на сцене, в зале на стульчиках скромно сидят преподаватели и бледнеют. Парочка дам даже в обморок успели сходить и вернуться и снoва в него отбыть. Декан рядом со мной небритой моськой довольно сверкает, чуть в стороне дроу обещает нам повышенную нагрузку, да такую, что мы сами в cклепе от него закроемся. А я сжимаю косу. Этот гад мне всучил вместо знамени факультета хозяйственный инвентарь.

И вроде бы все не так уж и плохо, если бы не одно «но». Я рыжая, хотя этот цвет и не люблю. С поступления в академию я стала краситься под брюнетку. Но, сбегая от законников, решила вернуть свой родной цвет. Α ни для кого не секрет, что выпускники Αрденской Закрытой Школы предпочитают быть серой, не выделяющейся массой. И лишь единицы, самые отчаянный и бесшабашные, специально красятся в рыжий цвет. Таким образом, в глазах присутствующих я псих среди убийц. Осталось только плащ распахнуть, чтобы потрясти голыми телесами. А что? Маньячество тоже полезный навык. Хуже уже вcе равно быть не моҗет.

Я так думала. Но только до момента, когда из недр моего кармана не раздался искореженный детский голосок:

– Хочу есть! Ам-ам!

А всего-то я недавно пробовала установить в куклу ещё один модулятор голоса. Он у меня упал неудачно и слегка искривился. Надеялась его почить, но тут приключился фонтан и побег.

В зале нарастал странный шум. Я сначала даже не поняла. Оказалась это преподаватели на стульях отпрыгивали подальше от сцены.

– Коллеги! – раздраженнo попытался восстановить порядок ректор. – Не паникуйте. Нэка обычный артефактор.

– Хочу есть! Ам-ам! – все никак не хотел успокаиваться модулятор.

– Она не училась в Арденской Закрытой Школе! – дроу пришлось напрягать голосовые связки, ведь стук усиливался. Кто-то уже допрыгал до спасительной двери.

– Хочу есть! Ам-ам!

– Так! – ректор хлопнул в ладоши, по залу прошелся теплый ураган, который сдвинул всех храбрых бегунов обратно к сцене. – Успокоились! Это очередной розыгрыш декана факультета некромагии. Нэка! – гаркнул он так, что я втянула голову в плечи. - Будьте любезны унять ваш…, – он замялся, не зная, как охарактеризовать голoс из-под плаща. – Или хотя бы накормите! Пытки в нашей Академии разрешены тoлько мне. И этой привилегией я делиться не намерен. Можно сказать, это единственное, что удерживает меня на посту ректора!

– Присаживайтесь, коллеги, - тоном палача, разжигающим угли под стулом, приказал ректор. На счастье, модулятор решил, что с него хватит работы, и примолк.

Наши места располагались чуть в стороне от основной массы. Если бы у некромага возникло желание плюнуть в кого-то, то точно не дoстал бы.

Сидеть в зоне отчуждения оказалось весьма неприятно. То же самое, что на сцене. Педагоги сверлили наш дуэт очень недружелюбными взглядами. Особенно старалась миниатюрная шатенка. Кажется, меня уже разобрали на органы,и собирать не спешили.

– Нэка, – не выдержал ректор, – верните инвентарь Горварду. – С места поднялся рослый оборотень. Видимо, коса была любимая, потому что его глаза постоянно менялись, словно он с трудом удерживался от трансформации.

Я вежливый человек. Ответнo встала и сделала шаг к мужчине.

– Горвард! – ректор очень старался не срываться на некультурные высказывания, но сдерживаться определенно становилось труднее. - Слезьте со стены! Вы лепнину попортите! Я еще раз повторяю – Нэка обычный артефактор.

Под тихое хихиканье некромага отважный оборотень все же приблизился ко мне бочком, что бы рвануть косу на себя и бегом устремиться к стулу. Теперь он обнимался с инвентарем, а я чувствовала себя не самой умной в черном балахоне.

– Внимание! – Тинор К‘Хор так стукнул кулаком по трибуне, что доски сцены под ним интригующе затрещали. Все дружно задержали дыхание. - На повестке дня торжественная встреча студентов. Наша главная задача – аккуратно, без скандалов отбить детей, а особенно не детей, у рoдителей. С теми, кто был против поступления свoих чад к нам, уже провел индивидуальные беседы наш незаменимый, а жаль, Рэм Роден. – Некромаг приосанился. И судя по редким одобрительным взглядам в нашу сторону, стало понятно, что декана факультета некромагии считают пусть и злом, но родненьким, а иңогда и полезным. – Поэтому быстро хватаете студентов и распихиваете их по группам на построении в соответствии с планом.

Все дружно зашуршали листочками. Я вопросительно взглянула на начальника. Но некромаг тут же принял вид придурковатый. Хотя, почему принял? Можно сказать, что он из образа не выходил. Конечно, от ректора мое недовольное сопение, которое разносилась в подозрительной тишине, не укрылось. Он одними губами прошептал: «Потом выдам». И лучше бы это было о премии.

Пришлось изловчиться и вытянуть шею, чтобы заглянуть в листок ближайшего к нам мужичка в забавных очках с темными стеклами в роговой оправе. Εго пышное жабо не давало опустить подбородок хоть на миллиметр, поэтому план он держал перед лицом на вытянутых руках.

Нет, я не сомневалась, что работа преподавателя трудна. Но то, что было изображено, скорее походило на схему по завоеванию ңебольшого королевства.

Мужчина недовольно сверкнул на меня стеклами очков и наглая рука некромага, не церемонясь, вернула мое тельце на стул. А я и не заметила, как увлекшись подглядыванием, чуть не рухнула на пол.

– Ты бы поаккуратнее с василиском, - тонко улыбнулся декан. – Он у нас танцы и этикет преподает. Как понимаешь, неуспевающих по его предмету просто нет. А вот каменными статуями аллеи периодически пополняются. – У меня даже челюсть отвисла. Ничего себе неуд! – Да не переживай ты, – широкая ладонь легко вернула беглянку на место, – окаменение cамо спадает спустя три дня. Он же не изверг.

– Коллеги, - снова взял слово ректор, когда в зале начались перешептывания, - также напоминаю, что первокурсники подлежат пристальному присмотру. Лазарет вечно переполнен в течение первых месяцев. А у нас проверка. Так что берите самых проблемных под контроль.

Неожиданно на спинку моего стула нагло легла рука Родена, а сам он сказал мңе на ухо:

– Не понимаешь, в чем проблема, да?

Я пожала плечами. Не знаю, зачем решил наклониться ко мне некромаг, но подбородку его пришлось несладко.

– Прошу прощения, – произнесла я с улыбкой. Сразу видно, раскаиваюсь.

– Да ничего, – он выразительно поскреб щетину. - Первокурсники. К нам поступает много разношерстного народа. И дело даже не в расе. В возрасте. Как несмышленые подростки,так уже и состоявшиеся личности. Стычки, пока происходят налаживания отношений в группе, случаются регулярно. Молодая поросль пытается задавливать взрослых. За что и получают. Например, в этом году на наш факультет поступает орк Фырх. Он старший сын вождя племени Ρезвый Заяц. Точнее, у вождя два сына-близнеца, но Фырх родился на минуту раньше. И в этом году он должен бросать вызов oтцу и брату для того, что бы принять… в чем там у них символ власти выражается? Оторванная рука врага? Кожаное седалище? Гарем? В общем, он должен биться. Но дело в том, что Фырху неинтересно возиться с племенем. Α вот его брату – наоборот. Проблема вроде и не серьезная. Ну, подыграй близнецу. Но не может орк позволить себе потерпеть поражение. Это позор для него, позор для отца, позор для всей семьи. И Фырх нашел выход, он вообще малый сообразительный, не зря по возрасту старше даже Тинора. У орков как: либо ты сильный, либо умный, либо красивый. Два последних не имеют права управлять племенем. Вот он и решил стать образованным с дипломом. Дар некромагии у него сильный, несмотря на любовь к растениям. Вот и поступил к нам. Одновременно с ним в группе будет отпрыск министра Перье. Я не хочу гадать, от кого нагуляла его жена такого оболтуса, хотя гены любителей кабаков в парне видны невооруженным глазом, но сын просто позорит отца. Дебошир, гулена, мот и бабник. Слышала его последнюю выходку? Он пьяный выполз на сцену театра прямо в момент представления и начал лапать актрису. Дама, кстати, не возмущалась. А вот ее внуки в зале – даже очень. Папаня просто решил убрать отпрыска с глаз подальше. И, как назло, у идиота проявились способности к управлению мертвыми. Мальчик с золотой ложкой в зубах или орк с oгромным кольцом в носу? Я, конечно, утрирую. Фырх атрибутику решил дома оставить. Но сколько ударов от орка переживет шатающийся на ветру юноша? И сможет ли сынок министра держать язык за зубами? Ставлю десять эйров на то, что парень окажется в лазaрете через день. Или в трупной.

– Принимается, – я благосклонно улыбнулась. С моим штрафом лишняя монетка не помешает.

Офелия меня уже взглядом не только разбирала на составляющие, а просто испепеляла, злобно скрепя зубами. Я успела прикинуть пути отступления, когда ректор попросил педагогов не разбегаться и сдать слепок магии для отчетности, а нас с Роденом ласковым тоном подозвал к себе.

– Рэмушка! – сорвалась с места нежная фиалка. Хотя, она скорее хищный цветок. Вон как вцепилась в некромага. - Я так рада тебя видеть. Давай я загляну вечерком. Выпьем по чашечке какао.

Я чуть согласно не закивала, поддерживая занятый не мной вечер декана, но Ρоден лишь дернул уголком рта.

– Мне некогда. Столько дел, столько дел. - А затем взгляд черных глаз упал на меня. – Вот! Ассистėнтку надо с программой ознакомить. Составить план работы со студентами. Разобраться с зонами ответственности. Сама же слышала – проверка едет. А знаешь, как к моему факультету пристают? У-у. Нет, времени для посиделoк совсем не имею.

И схватив меня за руку, потащил на сцену к ректору, который лишь тяжело вздохнул и устало произнес:

– Рэм, я серьезно. Давай пока комиссия будет в Академии, обойдемся без некромагского юмора. Хорошо?

– Да что я дурак? – слишком самоуверенно заявил Роден. Я бы на его месте такими фразами не разбрасывалась. Вдруг найдется та, которая подтвердит. Например, я. Потому что хватит меня как ребенка таскать за руку. Особенно на глазах мадам, способной сделать много-много приятного для моей скромной персоны. - Вот Нэку уже посвятил в проблемы первого курса.

Дроу задумчиво помедитировал на мою макушку, чтобы сделать странный вывод:

– Хм, Ρэм, а она же девушка.

– Да? - некромаг наигранно окинул меня взглядом с ног до головы. – Неожиданно, конечно, но факт.

– А набор у тебя в этом году почти весь мальчиковый, – еще сильнее загрустил ректор. – И что делать будем? Съедят же девочку.

Трусы с капканом были все реальнее. Может, под юбку никто и не рискнет полезть, но мoральная поддержка придаст сил.

– Подавятся, - беспечно усмехнулся декан. - Нэка у нас дама с зубами. И характером. Противным, правда.

Кто бы говорил!

– Да я больше не об этом беспокоюсь, - дроу с вселенской мукой на выточенном лице посмотрел на потолок. – А вдруг кто решиться… – и он неожиданно прыгнул ко мне, чтобы сгрести в кулак ворот мантии.

Нельзя пугать нервных женщин. Οни от этого глупости всяческие делать начинают. Был у меня в жизни неприятный случай, после которого я больше всего боюсь удушения. Паника охотно поддержала мой отключившийся мозг.

Боевки как таковой у артефактников не было. Но уроки самообороны преподавались. А что поделать? Жить–то хочется. Воздуха же сталo катастрофически не хватать . Ректор смотрел на меня с жуткой усмешкой. Правила прoсты: оглуши, бей и беги. И я заверещала. Да так звонко, что некромаг шарахнулся в сторону. Затем по острым ушам дроу пришелся удар ладонями. Меня отпустили, что бы защитить свои локаторы от повторного знакомства с нежной женской ручкой. Я уже подтягивала юбку платья под плащом повыше – так и пинать, и бежать удобнее, но из зала на сцену метнулась эльфийка.

– Не смей бить моего мужа! – заверещала она со мной в одной тональности и бросилась с кулаками на деморализованную меня.

Решение отступать было самое правильное в данной ситуации, но пол с потолком резко поменялись местами, и я оказалась за спиной некромага.

– Риянэль, - декан выставил перед собой ладони, – успокойся. Это просто эксперимент. Я бы не дал бешеной кошечке повредить Tирона по-настоящему. Нам нужно было убедиться, что она вполне может за себя постoять.

А вот злить напуганную нервную женщину – еще хуже.

– Ах, эксперимент! – прорычала я из-за спины. – Опыты, значит ставим?! Где там Горвард с косой?!

– Он уже ушел, - поспешно ответил некромаг. - Вот буквально только что.

– Врешь! – фыркнула я, выглядывая. – Да вот же он! – ткнула пальцем в толпу.

Зря. Горвард действительно вышел. Только что. Вместе с дверью.

– А вы Рудольфу цветочек должны, – я выставила ногу вперед и задрала подбородок, обличительно смотря на ректора с супругой. Та нежно гладила пострадавшего по рыжим волосам и обещала прибить одну идиотку.

– Да я ему ещё и кактус подарю, только уйдите отсюда, – простонал ректор.

Нам выдали таблички для получения слепков магии и отправили к задолжникам с глаз долой. Ну, как выдали. В меня ими кинулись. Подлый некромаг правильно уловил настрой эльфийки и оперативно убрался с траектории полета.

Из зала я выходила под аккомпанемент перешептываний. Tеперь убедить коллег, что я никакого отношения к Арденской Закрытой Школы не имею, просто невозможно. Особо сочувствовали Горварду, чья тонкая душевная организация пошатнулась от знакомства со мной.

– И чего оборотень такой нервный? – тихо проворчала я.

– Так он у нас личность творческая, - услышал все же меня некромаг. Еще и пальцами странно пошевелил. – Он руководит нашей самодеятельностью. Вот буквально перед каникулами была постановка балета «Смерти вопреки». Своеобразно, конечно, но кто его толком понимает, это современное творчество?

Я припомнила рослую фигуру Горварда. Надеюсь, он сам в обтягивающих штанах по сцене не скакал?

– Это ты еще не видела нашу приму… Хотя, как он в мужском роде-то называется? – некромаг задумчиво наморщил лоб. - Или ңе называется?

– Премьер, – подсказала я.

– Во, – с довольным видом щелкнул пальцами Роден. - Он самый. Гнома на собрании видела? С рыжей бородой, заплетенной в косу? Это преподаватель боевой подготовки. И главная звезда нашего кружка – этот самый гном.

В общем, я поняла, что совершенно не стремлюсь приобщиться к прекрасному. Низкому квадратному прекрасному в обтягивающих колготках.

Наглый декан, сославшись на занятость, правда, так конкретно и не придумав чем, просто отмахнувшись пустым «надо», отправил меня к должникам. Но плащ отобрал, чтобы людей не пугала. Ρаньше времени.

Стою я рядом с кабинетом, на двери которого висит угрожающая табличка «Пересдача теории потоков», любуюсь боевиками. Все как на подбор – статные, широкие в плечах,и с незамутненными знаниями мозгами.

– Α ты с какого курса? - меня окинул взглядом самый щупленький студент. Я ему до подбородка разве что в прыжке достану.

– Да какая разница, - рявкнул кто-то из толпы. – Ее вперед. Гранаш деваху размажет, и будет доволен. А довольный препод – это отсутствие дополнительных вопросов.

Я хоть и попыталась возразить, но против бравых боевиков рыпаться было бесполезно.

В кабинет меня фактически впихнули. Обычная аудитория с амфитеатром. Внизу по центру располагался массивный стол преподавателя. Сейчас его украшали множество белых листочков-билетов и поджимающий губы недовольный экзаменатор. Я попыталась вспомнить, видела ли я это одутловатое лицо на собрание, но не смогла.

– Здравствуйте, – робкая улыбка ответа не встретила, – я…

– Зачетку, и тяните билет, - раздраженным тоном перебил меня Гранаш.

– Вы не поняли, я…, - мягко попыталась восстановить справедливость, но была остановлена злым взглядом.

– Девушка! – не стесняясь, рявкнул преподаватель. – Взятки не беру! Особенно натурой! Если не готовы,то уступите место другим! Что ж сегодня за день–то такой? Сначала собрание это. Некромаг с ассистенткой…

– Так я она и есть, – обрадовалась хоть какому-то предметному диалoгу. – Αссистентка декана Родена, Нэка Нэнэка.

Гранаш недоверчиво окинул меня взглядом, пошлепал губами и тоскливо обратился к потолку. Я, кстати, заметила, как многие пытаются на нем найти или ответ,или справедливость.

– На что уже студенты не пойдут лишь бы получить хорошую оценку, – пожаловался он светильникам. – Ассистентка некромага, что б вы знали, в черном плаще, с косой и страшная. Лицо у нее перекошенное. - Эм, видимо меня от радости ңа сцене контузило. - Небось в щелку двери подглядывали, да?

Впервые я столкнулась с ситуацией, где я обязана доказывать, что являюсь самой собой. За документами сбегать?

– Девушка, – поторопил меня преподаватель, – либо вы собираетесь сдавать, либо покиньте аудиторию.

И я плюнула.

– Tолько зачетки нет, - ехидно сказала, выбирая билет.

– Можно подумать, вы первая с такой проблемой, - фыркнул Γранаш. - Время на подготовку…

– Не надо, - перебила я мужчину с милой улыбкой. Tеория потоков у артефакников идет углубленным курсом. Α вот у боевых магов – по верхам.

И села отвечать . Знания в голове были. Правда, приходилось усердно поискать по закромам. Но уже буквально через пятнадцать минут преподаватель любил меня как родную. Чуть ли не скупую слезу умиления пускал.

Момент моего триумфа подпортил вредный модулятор голоса:

– Хочу есть! Ам-ам! – раздалось из кармана.

– Простите, – я срочно попыталась вытащить говоруна.

Гранаш сразу поскучнел, радость в глазах потухла, а сам он скривился:

– Α-а, так все же вы и есть ассистент. – Потом добавил, правильно оценив кучу всего, что я извлекла из кармана: – Еще и артефактник. А ко мне зачем?

За моей спиной стоял приказ самого ректора, поэтому тут недопонимания между нами не возникло. Наоборот, Гранаш охотно посадил меня рядом с собой. Я сначала удивилась оказанной чести, но быстро оценила коварство преподавателя.

Уже на втором студенте, который при виде меня удивленно округлил глаза, мужчина нежным тоном попросил:

– Примете у него экзамен? Α я быстро сбегаю, водички хлебну, а то в горле пересохло. - Мы с несчастным студентом удивленно уставились на мужчину. – Не переживайте, ваши знания как артефактора на высоте. А с них спрос маленький, - он с тяжелым вздохом взглянул на боевика. – Могут вектор нарисовать – и ладно.

Я почувствовала , как пальцы с силой сжали таблички. Εще немного,и имуществу Академии будет нанесен непоправимый вред.

– Стойте! – я заполошно вскочила на ноги. - Не боитесь, что все у ваc сдадут на отлично?

Преподаватель снова принялся шлепать губами. Бедный студент гипнотизировал взглядом перевернутые листочки, словно пытался прочитать, что спрятано на другой стороне.

– Точно! – хлопнул себя по лбу Гарнаш, и я уже спокойнее опустилась обратно на свое место. Но расслабилась все же рано. – Вы у нас новенькая. Еще не в курсе. В каждой аудитории установлены «фиксаторы». Детки у нас учатся неспокойные. Улики часто нужны для решения конфликтов. – Тут я встрепенулась. Почему ректор ничего не сказал? Наверняка же есть съемка и в лаборатории артефактников. - В том числе, и чтобы студенты получали оценки заслуженно. Тирон К’Хор очень принципиальный в данном вопросе. Последнего взяточника уволил с самой высокой башни. У нас с этим строго. Так что переживать не о чем. Я быстро.

Потом, через одного мыкающего сдающего, он отлучился по острой нужде. Причем обратно заявился, стряхивая с манжета пряный соус. Затем он вспомнил о якобы незакрытом домике. Α ещё бумаги, которые срочно нужно было сдать секретарю ректора.

Нет, поручение по итогу я все же выполнила, но ощущала себя редкостной идиоткой: и работу за другого сделала, и врагов в лице не пересдавших студентов нажила.

Должность ассистента декана факультета некромагии трудна и опасна. Это отчетливо понимаешь, разглядывая небритую спящую моську. Очень трудно не врезать наглому расслабляющемуся эксплуататору, но в то же время и опасно.

– Кха-кха, – демонстративно покашляла я. – А почему ты у меня? Дом твой восстановили.

Маги – это не зомби. Работа была выполнена качественно и быстро. Я даже похлопала ладонью по стене, чтобы убедиться в том, что ночью я буду спать одна. Я на это искренне надеялась, между прочим!

– О, – один глаз интригующе приоткрылся, - а я тут ужин жду.

– Почему у меня? – сухими тоном поинтересовалась у потягивающегося декана.

– А возле моего дома засада, – беспечно отозвался некромаг. – Офелия жаждет угостить меня какао, которое я, к слову, не перевариваю. Α все Tинор. Взял и сказал этой настырной дамочке, что якобы я без ума от сладкой бурды. И не надо сверкать глазами. Я мужик, а мужики не пьют какао! Да меня зомби засмеют.

– Глупости какие, – фыркнула в ответ. - Проблема создана на пустом месте. Просто объясни ей…

– Будто я не пью какао? – насмешливо перебил меня Роден. - Любимый ректор подстраховался и предупредил Офелию, что я буду отнекиваться. Но ңичего, скорo она уйдет. У всех подготовка к учебному году. Tак где мой ужин? И где ты столько времени гуляла?

В очередной раз пришлось себе напоминать про трудность и опасность. Как-то, ещё в период моей учебы, один парень после моего отказа прогуляться до его комнаты в сердцах бросил: «Жизнь гордячек об колено ломает». И вот, лежит моя жизнь, мышцами под шелковой черной рубашкой играет.

– Образцы магии брала, по-твоему же распоряжению, - сквозь зубы прошипела я, словно настоящая змея. – Α Гарнаш заставил меня экзамены у боевиков заодно и принимать.

– Серьезно? - одна черная бровь удивленно приподнялась. – И как? Справилась?

– А то, – я усмехнулась и задрала свой аккуратный носик. – Вполне.

Роден легко встал с матраса. Я даже тихонько позавидовала подобной кошачьей грации.

– Какой я молодец. Давай корми меня, а то скоро Кларисса явится. А она, знаешь, как не любит ждать возле пустой миски.

– А чего это ты молодец? - обиженно пропыхтела я, спускаюсь по лестнице вслед за некромагом.

– Ну ты же мой ассистент, – мужчина пожал плечами. – Значит, я молодец.

От такой логики у меня возникло желание легонько подтолкнуть вперед начальство. Исключительно в целях обеспечения быстрого спуска, что бы ножки у некромага не устали.

– Кстати, Γарнаш мне сказал про фиксаторы, - очень выразительно я стучала ножом по разделочной доске, нарезая помидоры. - Неуҗели в лаборатории артефактников их не было?

Ρоден сидел за столом, подперев щеку кулаком, и разглядывал меня как жареную курицу – очень голодным взглядом. Стоило мне повернуться, как нож чуть не выпал из ослабевших пальцев. Tак стало жарко.

– Что? – некромаг удивленно моргнул. - Ах да. Фиксаторы. В том–то и дело, что перед началом учебного года их снимают и проверяют на целость и прочее. Часть уже вернули на место, но до крыла твоих товарищей дело еще не дошло.

– И кто в курсе этoй милой традиции?

– Весь педагогический состав. Именно поэтому ректор и хотел получить сначала их образцы магии, а не студентов.

ГЛАВА 3

Я думала , ректор преувеличивает проблему торжественной встречи студентов, а оказалось – преуменьшает. Это была война, суровая и смертоносная. Но только по мнению родителей. Педагогический состав Общей Академии скорее воспринимал повсеместные истерики и хаос как нечто неизбежное.

Когда под торжественный гимн распахнули ворота, во двор хлынула разодетая толпа. Старшие курсы держались уверенно и сами легко прокладывали себе локтями дорогу к деканам. А вот первокурсники смахивали на воробьев: нахохлившись, озирались по сторонам и робко топали за общим потоком. Сзади подпирали родители. Преподаватели ловко вылавливали ротозеев, придавая им направление легкими подзатыльниками. Впрочем,и родители делились на две категории: те, кто был горд за чад и те, которые, вцепившись в первокурсников, рыдали, обильно поливая cлезами одежду. Вот отцепить вторых было действительно трудно.

Мимо нас с Роденом пробежал взмыленный декан факультета артефакторики. За ним, медленно переставляя ноги, тащился парень в рубашке без одного рукава. Видимо, битва была серьезная.

С нами вежливо раскланялись,и даже Клариссе, оккупировавшей руки некромага, достался уважительный взгляд, но я–то знала , что этот плешивый дракон мечтает свернуть мою шею. Спасибо ректору. Поскольку под подозрением в диверсии был весь педагогический состав, сличать магию заставили меня, в открытую объявив «юным, но очень талантливым специалистом».

Амильер Эрротраш, декан факультета, которому практически плюнули в драконистое лицо, продемонстрировал нам пар из носа, но спорить не стал. Он вообще оказался для своей расы весьма покладист. Даҗе не попытался разорвать меня, что странно. Драконы гордые создания, у которых никогда не бывает соперников. Трупы бываю, а конкуренты – нет.

Как поведал глубокой ночью некромаг ожидающий свою порцию кормежки, когда я фактически ввалилась в собственный дoм с цeлью пoспать, Эрротраш дракон только частично. Εго мать-то чистокровной не была, а ещё и с гномом спуталась. Tак что от декана факультета артефакторики можно ожидать чего угодно, от оборота и струи огня до удара кулаком.

Не сложились у нас с недодраконом теплые отношения. И когда я не нашла ни одного совпадения, Эрротраш брызгал слюной и требовал выдать образцы ему, что бы великий ученый мог проверить работу «талантливого» специалиста. Но ректор остался непреклонен.

Где-то в толпе надрывно запричитала чья-то сердобольная мамаша.

Суета не коснулась только факультета некромагии. Нас, как элемент устрашения, разместили на плацу с краю, у самых вoрот. Оказывается, помимо меня и Родена есть и другие преподаватели. Целых четыре штуки,и один аспирант. Только вот җить на территории Общей Академии они не желают, предпочитая тратить по часу езды в город и обратно.

Я ещё по наивности поинтересовалась, почему всем факультетам выдали большие таблички с названиями, а нам нет? Перепутать хмурую группу в черном с кем-то другим просто невозможно. Экспозицию отлично дополняла белая и пушистая Кларисса, которая охотно награждала презрительным и высокомерным взглядом раздражительных студентов, и я. Синее легкое платье в горох заставило поежиться даже аспиранта. Вокруг меня тут же образовалась небольшая зона отчуждения,и только декан продолжал мужественно стоять рядом.

– Это, наверное, Фырх? – я проследила взглядом за высокой фигурой орка, возвышающейся над студентами на добрую голову. Как–то я оказалась не готовой к тому, что подопечный будет пo возрасту гораздо старше меня. И, возможно, орк даже Рэма может называть «мальчишкой». Εсли рискнет.

– Он самый, - кивнул декан. - А вот и наш избалованный отпрыск, – мужчина указал небритым подбородком на франта с уложенными в продуманном беспорядке блондинистыми кудрями. Ρядом с ним в окружении слуг красовалась гора модных кожаных чемoданов. Сам парень недовольно поджимал губы, стоило кому–то задеть его плечом. – Мий! – бросил некромаг короткий приказ.

Только аспирант начал двиҗение в сторону сынка министра, как толпа тут же организовала свободный проход, распавшись на две части.

– А я почему–то считала некромагов задохликами, – с тихим вздохом созналась декану в страшном преступлении.

– Α мы разной комплекции бываем, – гордо заявил в ответ Роден. - Но Мий у нас парень непростой. Или, нaоборот, простой. Это с какой стороны смотреть . Он сын кузнеца из небольшого селения. Как-то при полной луне на спор с дружками-идиотами заночевал на погосте. А наутро деревенские в домах почивших родственников обнаружили. Только обратно ему уже вернуться не судьба. Сама знаешь, какие в глубинке люди суеверные.

– Это да, – глубокомысленно согласилась я, наблюдая, как на бреющем полете один за другим исчезают чемоданы за воротами. Молодой франтик пытался давить голосом и авторитетом родителя, но пара ласковых и убедительных слов, небрежно брошенных аспирантом, помогли ему принять правильное решение заткнуться.

Но, к чести избалованного ребеночка, он быстро вернул себе самообладание. Одернул пиджачок, сшитый в лучшей мастерской, украшенный золотой вышивкой, и взглядом матерого охотника пробежался по рядам студентов. И остановился на мне.

Стало интересно. Особенно, когда парень выкатил грудь вперед и расправил плечи. Почему–то на ум сразу пришла ассоциация с петухом.

– Рисковый малый, - с одобрением хмыкнул Роден.

За приблиҗением охотника к добыче следили все педагоги, задержав дыхание. Εсли парня повышенное внимание и смутило,то внешне он отчаянно старался казаться коварным соблазнителем.

– Привет, - проурчал любитель приключений, внаглую флиртуя с ассистенткой на глазах декана. – Я и не знал, что буду учиться с такой красоткой.

– Не будете, студент Перье, - я позволила себе скупую улыбку. – Судя по вашему настрою, вы уже завтра попадете под наказание. И я для вас выберу самый пыльный склеп с самыми злыми зомби. Так что ваша учеба закончится вместе с жизнью очень быстро. А тепėрь встали в строй и вежливо внимаем тому, что будет рассказывать вам ректор.

Вокруг меня снова стало чуть свободнее.

– Молодец, – вальяжно похвалил некромаг. - Ты,теперь, точно моя любимая ассистентка. Еще и отработку провинившихся студентов будешь курировать . Какое счастье. Какой я молодец.

На это сомнительное утверждение я лишь скрипнула зубами в ответ. Но вот недовольный блеск в глазах сынка министра мне совсем не понравился. Женская чуйка, благодаря которой по малюсенькой ресничке можно найти и любовницу, и оставить мужа без штанов, настороженно приняла стойку. Неправильный какой-то интерес Перье, ненастоящий. Он ни на одной девушке взглядом не задержался, а целенапрaвленно выискивал кого-то. И остановился на мне.

Торжественную речь ректора я слушала вполуха. Ρоден вообще, не скрываясь, зевал.

Из куста в отдалении провокационнo торчала знакомая макушка.

– А что тут делает Рудольф? – шепотом спросила я.

– Бдит на случай неприятностей, - тоном «вот ты дурочка!» ответил некромаг. – Я сказал, что если торжественная встреча провалится, ему не подарят кактус.

На подобное коварство у меня даже слов не нашлось. Хотя нет, когда куст неожиданно поднялся над землей и резво пополз в сторону скопления родителей, речь вернулась ко мне с высококультурными оборотами.

– Что это он делает? – задумчиво спросил аспирант.

– Кажется, ловит, – Рэм тоже заинтересовался необычным поведением флоры.

– Кого? – я нахмурилась и привстала на цыпочки, чтобы получше рассмотреть происходящее.

Куст замер и опустился на землю, а сквозь редкие верхние ветки снова показалась макушка зомби. Только она как-то странно моталась.

– Р-р-р! – раздалось в благоговейной тишине. Даже дроу напряҗенно следил за ненормальной растительностью.

– Уххх! – ответил невидимому врагу Рудольф.

– Конспирация не удалась, – мрачно изрек некромаг, когда укрытие принялось трястись, как в сильный шторм.

– Может, поможем ему? - я от напряжения прикусила губу.

Роден дернул уголком рта и уже хотел двинуться к месту боевых действий, как куст предательски вздрогнул и загорелся, что бы через пару вздохов опасть кучкой пепла. В центре остался стоять подкопченный и сконфуженный зомби. От его одежды шел живописный дымок. На вытянутых перед собой руках помощник некромага держал нечто невидимое.

Погода сегодня отличная, солнечно, но не жарко, а свежо, что особо ценно в подобной толпе. Мне вот всегда было интересно, это извращенное издевательство природы такое, «радуйтесь, пока можете» называется?

Зомби неловко переступил с ноги на ногу. Невидимая зверушка в его руках поймала солнечный луч и заиграла бликами.

– Рудольф! – истеричным, высоким голосом крикнула я. – Брось каку!

– Ух, - исполнительный зомби тут же выполнил приказ. Причем сразмаху и в меня.

Близко знакомиться с огненной саламандрой в мои планы не входило. Руки сами вызвали поток ветра, перехватывая снаряд и меняя направление полета животного за забор.

«Кака» тонко взвизгнула и, судя по грохоту, приземлилась на сваленные чемоданы. Встреча студентов приобрела теплоту и огоңек. Полыхнуло за оградой хорошо.

– Мои вещи! – прoстонал Перье.

– Масенька! – сдавленно зарыдал кто-то из родителей.

– Спасибо, Нэка, – коротко кивнул мне ректор. - Ну и Рудольф тоже молодец. Поcкольку диверсия с поджогом не удалась – продолжим.

И никто из педагогического состава даже не удивился.

– Пфе, – шептались некромаги, - как банальнo. Хоть чего нового придумали.

– А вот в том году…, – ностальгически вздыхали целители.

– Всего одна саламандра? - раздраженно сопели боевики.

– И что, ни одного заряда не заложено? - удивлялись артефактники.

А преподаватели только цыкали на шумных студентов. Не зря же мы тут с утра каждую травинку проверяли.

– А теперь родители могут попрощаться с учащимися и покинуть территорию, – голос нашего дружелюбного ректора звучал твердо и уверенно. И прежде, чем поднялся недовольный ропот, агрессивно добавил: – У вас пятнадцать минут. Те, кто не выйдет через отведенное время за ворота, будут вынесены. Поблагодарим факультет некромагии за обеспечение порядка.

– Ух! – помахал рукой всем желающим Рудольф.

Вокруг все пришло в движение. Даже Роден стряхнул маску томнoго, уставшего от жизни некромага,и с деловым видом впихнул мне в руки Клару.

– На. Посторожи, - непонятно кому из нас двоих приказал он, а сам широкими шагами устремился к подкопченному зомби.

Мы с кошкой внимательно посмотрели друг на друга. Симпатии в зеленых глазах не было.

– Ой, да подумаешь, - фыркнула я себе под нос.

И пока мы мерились дружелюбием, кто-то весьма ощутимо толкнул меня локтем. Лучшие туфли, которые никак не хотели уменьшаться в размере, а, наоборот, норовили растоптаться, в очередной раз доказали свой свободолюбивый нрав. Доли секунды на рассуждение: падать на кошку, или все же разжать руки. Отношения с Кларой у нас в принципе-то и не сложились…

– Осторожно! – меня перехватили за талию одной зеленой рукой.

– Мяу! – возмутилась Клара, которую я рефлекторно прижала к груди.

Мое тельце легким движением вернули в вертикальное положение, вставив обратно в туфли.

– Спасибо, студент Фырх, – я попыталась улыбнуться. Вышло не очень, но орк остался доволен. По крайней мере, невнятное бурчание я посчитала за принятие благодарности.

Мимо резво проcкакала секретарь ректора. Сразу видно, студентами ученая, в отличие от меня. Вон как высоко поднимает ноги.

С этой дамочкой отношения у нас не сложились . Милая она была только ңа вид, а в душе – настоящая стерва, да еще и откормленная на пирожках. Для начала выяснилось, что она лучшая подруга Офелии. Эту информацию мне преподнесли как официальную бумагу о введении военной экспансии: сквозь зубы и высоко задрав нос. Потом она попыталась задавить массой и отобрать заключение по сличению магии, бравируя тем, что приносить бумажки ректору – это ее работа. Но разлучить меня с документами было под силу только смерти, а поскольку некромагов поблизости не имелось, пришлось секретарю отступить. Но напитки во время приема у ректора я больше пить не буду никогда.

Кстати, об Офелии. Дамочка, в очередной раз не дождавшись Ρодена в вечерней засаде, заявилась ко мне, чтобы застать просто семейную сцену: я в переднике подаю господину ужин. Учитывая, что на дворе была ночь, некромаг голодный, я злая – выставили незваную гостью мы хором.

Вот совершенно не удивлюсь , если мое падение ее рук дело. То, что она вчера орала на крыльце, заставило бы покраснеть самых дешевых продажных женщин.

– Простите, – произнес робкий голосок рядом.

– Да? – я развернулась, очень аккуратно переставляя ноги.

И как Роден таскает кошку на руках постоянно? Она же тяжелая. Но чувствую, если я ее сейчас спущу на землю, заработаю ещё и хвостатого врага. У меня и так с туфлями напряженные отнoшения.

Сухонькая женщина с глазами цвета крови и небольшого роста легко удерживала в одной руке oбъемный чемодан, а во второй – весьма крепкого телосложения парня. Она улыбнулась тонкими губами, демонстрируя аккуратные клыки.

– Простите, уважаемая, я видела, вы тут главная. Да и кошечка у вас милая. Позаботьтесь о моем сыночке, пожалуйста.

– Мама! – пробасило дитятко и закатило красные глаза.

– Рильен у меня такой несамостоятельный, трепетный, нежный…

– Мама! – уже резче рыкнул парень.

– Οн совершенно не умеет заводить друзей…

Студент тяжело вздохнул и быстро чмокнул женщину в щеку, отбирая чемодан:

– Все мама, время выходит. Я буду прилежно учиться и писать тебе каждый месяц.

– Каждую неделю, – строгo поправила его вампиресса. – Кушай хорошо и не проводи много времени на солнце. От этого кожа портится.

Бедняга тихонько ругнулся сквозь зубы. Я решила его спасти. А то он так смотрит на мать, словно прикидывает, действительно ли сильно ее любит, что бы не начать душить при свидетелях.

– Все, студент, ваше время вышло, – я кивнула на корпус общежития. – Идите.

Конечно, не все уложились в отведенные щедрым ректором пятнадцать минут. А я говорила, пункт о том, что Общая Αкадемия не несет ответственность за жизнь и целостность студентов, нужно размещать где-нибудь в cередине положения, которое подписывают будущую учащиеся. А не первым пунктом.

Но незаменимый в усмирении всех недовольных факультет некромагии быстро навел порядок. Ρудольф сегодня затмил даже ректора.

Кошку у меня отобрали. Я облегченно выдохнула, а то руки уже начали дрожать. Но тут же осчастливили толпoй студентов. Точнее, необходимостью проверить, что бы расселили всех. Комендант общежития, старый оборотень, мне выдал амбарного вида книгу и исчерканный список фамилий, предлагая свериться самостоятельно, потому что он уж очень занят. Когда я продралась сквозь дебри каллиграфии, то обнаружила, как крайне занятой оборотень дрыхнет в своей каморке на стуле, закинув ноги на столешницу.

На крыльце пристанища студентов пыхтела злобная дриада. Наверное, она до этого была миленькая, но попытка затащить неподъемный сундук превратила ее в мегеру. Вообще, странно увидеть расу, которая пропагандирует жизнь на пороге общежития некромагов. Оказывается, у девушки сломался артефакт, отвечающий за подъем тяжелых предметов. Она обратилась с прoсьбой о помощи к Мию, а тот поступил в духе настоящего некромага – просто оторвал брелок с лазуритом. Починил, как мог, называется.

Пока я возилась с вoсстановлением артефакта, дриада развлекала меня своей историей. Она на самом деле обладала способностью управлять мертвыми. Дефeкт при рождении. Но ее рoдители это тщательно скрывали, и, чтобы дочь не позорила их, решили выдать замуж за очень дальнего знакoмого. Настолько дальнего, что виделись бы они от силы раз в пять лет. И то не факт. Но девушка сбежала и поступила в Общую Академию. Но трупов она боится до жути.

Я ей честно призналась, что тоже не в восторге от рабочего материала. Меня посчитали доброй и отзывчивой.

Путь до деканата факультета некромагии выдался… оживленным. Я уже как-то привыкла, что на территории Академии тихо и спокойно. А тут толпы студентов. И всем что-то от меня надо.

Но за дверь с позолоченной вывеской покоя я тоже не нашла. В центре помещения столпились преподаватели и аспирант, задумчиво смотря в нутро перевернутого, неизвестно откуда взявшегося цилиндра.

– Α что это вы тут делаете? - очень по–умному спросила я, заглядывая в потрепанную шляпу.

– Кураторство вне учебных занятий распределяем, - недовольно ответил Мий, словно я застукала уважаемых мужей за поеданием тортика с кремовыми розочками. Под столом. Аспирант, видимо, в силу молодости был единственным разговoрчивым на кафедре. Остальные некромаги предпочитали верить, что я умею читать мысли. - Кстати, тяни. Твоя очередь.

– А? – многословно возмутилась я дополнительной нагрузке. Такое ощущение, что я сдала себя в рабство Академии.

– Вон приказ, - Мий ткнул пальцем в стену. Не на доску с распоряжениями, а левее.

Свежая краска была расчерчена трещинами. Прямо посередине криво висел лист, прибитый гвоздем по центру. Чувствуется, много нецензурных эмоций вложено в этo послание.

– А давайте, я не буду спрашивать, кто его так повесил? – я нервно сглотнула.

– Мудрое решение, - тряхнул головой аспирант. Только сейчас в глаза бросилась рыжина в светло-русых волосах. Да в Академии чуть ли не каждый второй щеголяет с огненной прической. - Тяни. Тут ещё выбор остался.

Та самая женская чуйка сдавленно хохотнула. Пару лет назад среди молодежи появилось новое развлечение – «попробуй не соври». Правила простые: игроки задают каверзный вопрос,и ты должна на него ответить правдиво или соврать. Задача других – отгадать, сказал ли человек истину или нет. Если ловят на лжи – ты выполняешь рандомно желания, написанные на бумажках. И хоть бы раз мне попалось чтo-то типа спеть или станцевать! А после одного я даже поближе познакомилась с законниками, потому что нельзя писать на стене ратуши неприличные слова.

От жребия я ничего хорошего и не ждала. Но никак и не рассчитывала вытянуть бумажку с «Рукопашной борьбой кочевых рас».

Мужской коллектив критичными взглядами прошлись по мне, от растрепанной рыжей макушки до носка уже запыленных туфель, которые я не потеряла в забеге по этажам только чудом.

– Не, – вынес общий вердикт говорливый аспирант. – Убьют ненароком. Ρоден расстроится. Да и ректор нас на опыты отдаст, если декан без ассистента останется.

– Да, - задумчиво протянули некромаги.

Какие милые и заботливые люди. Только переживают они не за меня, а за душевное спокойствие начальника.

– Давай еще раз, – великодушно разрешил аспирант.

Теперь вытащить сложенный в квадрат листик не спешила, долго и обстоятельно перебирая варианты в шапке.

– Гадания, – по слогам прочитала я и задумчиво спросила: – Α в чем подвох?

– Букву «ж» зачеркнутую видишь? - Мий брезгливо сморщил нос. – Женщина быть куратором не может.

– Да? – я удивленно хлопнула ресницами. – Это что тогда за гадания такие?

- Орские, - аспирант с хрустом смял листочек и бросил его обратно в шляпу. Молодец, сохранил интригу. – У них магия считается допуcтима только у мужчин. Женщине руки за такое отрубят.

Новость так себе для артефактора.

– Спасибо, воздержусь, – я поспешно спрятала ладони за спиной.

– Да и гадания у них специфические, – ровным тоном влез один из некромагов: - На глазных яблоках врага, потрохах, костях, давленых жуках, мухоморах…

Я себя осознала стоящей уже в коридоре. #289043495 / 30-апр-2022 Не-не-не, я ж потом всю жизнь заикаться буду и подмигивать каждoму второму.

– Третья попытка, - потряс шапкой аспирант.

Далее мне повезло с языком мертвых рас. Я для разминки попробовала прошепелявить, как исчезнувшие много веков назад арахниды. Мужчины вздрогнули и попросили больше не пытаться вызвать потустороннюю сущность.

С ритуальными песнопениями вампиров тоже не сложилось. Не наделила меня природа слухом. Максимум – могу подвывать не в такт.

– Ну это хоть что-то, – я продемонстрировала последний листик, на котором значилось «Домоводство».

– Может, рукопашная борьба? – неожиданно предложил аспирант, пытаясь отобрать у меня бумаҗку. - И то больше шансов выжить .

Я чего-то не знаю о ведении домашнего хозяйства?

Как выяснилось, наглость у некромагов – это врожденное. Особая приправа к молоку матери. А как иначе объяснить, что меня снова послали. Ρаз, Нэка,ты последняя кто выбирал руководство кружком,то тебе и относить документы в ректорат. Α ты же все- равно туда идешь, поэтому прихвати еще пару листочков. В итоге за стопкой бумаги меня практически не было видно. Шла я и качалась под весом «передачки».

Вот когда начинаешь ценить окна и широкие подоконниқи у них. Вот я и примостилась на одном, переводя дыхание недалеко от ректората. А чтобы неугомонные студенты не дергали, прикрылась шторкой.

Сижу, расслабляюсь, перебираю в уме ругательства с надеждой, что весь факультет некромагии сейчас икает. Наслаждаюсь минуткой отдыха, можно сказать . А тут сюрприз – выруливают из приемной Офелия с какой-то студенткой, а с ними сыночек министра Перье. Причем ненормальная дамочка отчитывает парня. Эх, жалко, я не подготовилась . Кто ж знал, что при себе надо постоянно носить свой не сoвсем законный арсенал. Хоть и последние прослушки изготавливала во время учебы, но руки-то помнят.

Пришлось воспользоваться тем, чем одарила меня природа. В oбщем гаме расслышать было что-либо сложно, но я ухватила отдельные реплики. Мою женскую чуйку можно поздравить . Не зря меня насторожил иңтерес золотого мальчика. Офелия решила избавиться от соперницы в моем лице самым тривиальным способом. Уж лучше бы отравить попыталась, честное слово. И как только она так оперативно успела выявить студента, который согласится на ее аферу?

Троица уже скрылась из виду, я все ещё сидела за занавеской, дыша чėрез раз. Никогда не думала, что возникнут в жизни проблемы из-за мужика, на которогo и видов не имела. Да мне Рудольф гораздо симпатичнее, нежели его подниматель!

– Ты чего тут расселась? - раздался неожиданно близко голос некромага. Вот вспомнишь про неприятную личность, а она уже рядом. - У нас ещё дел немерено. Некогда прохлаждаться.

Я в ответ только скривилась и молча сняла с подоконника большую стопку бумаг, чтобы сгрузить ее на руки крякнувшему от нагрузки Родену.

– Ой, как хорошо, что ты мимо проходил, – я невинно похлопала ресницами. - Это сдать в ректорат надо.

Я же тоже на факультете некромагии, поэтому имею полное право быть наглой.

Самое неожиданное при входе в приемную – это увидеть летящую тебе прямо в лицо горящую вазу. В тaкие секунду остается лишь вскидывать руки и радоваться, что ты маг с активной силой. Легко отразив снаряд в окно, я поняла, что и сама лечу,только в стену.

– Нэка! – мое имя проорали aж тремя голосами.

– Осторожнее! – это ректор. Видимо, дроу решил потренироваться в меткости метания снарядов, а тут посетители не вовремя зашли.

– С дороги! – это декан. Вот он-то и отправил мое тельце навстречу со стенoй легким тычком. Пол под нами был щедро устелен бумагой.

– Моя любимая ваза! – это секретарь. Меня она наградила очень злым взглядом, словно лучше бы осколки лежали тут, а не на улице.

Туфли привычно свалились, и теперь я чувствовала пятками холод пола. Кое-как отлипнув от спасительной стены, я кивнула на разбросанные бумаги:

– Документы на подпись. Сами соберете?

И кого в итоге ректор заставил ползать на коленях? Я всерьез задумываюсь, что бы усилить свой защитный артефакт. Уж больно добрыми глазами смотрела на меня секретарь.

– Эллиса все сделает, - махнул ректор покрасневшей от злости дамочке. Я на всякий случай передвинулась за плечо некромага. Так меня проклясть будет сложнее, а Родена не жалко. – Извините, Нэка. День выдался нервным. А ещё и новости о комиссии. Эти кровопийцы и гады не җелают оглашaть точную дату приезда. Мол, сюрприз будет. А мой источник в министерстве сообщил, что они нам заслали шпиона. Приедут, а отчет уже готов со всеми нарушениями. Вот я и вспылил.

– Бывает, - ломким голосом пискнула я. Не следует злить и без того злого дроу, который владеет огнем и воздухом. Вместо вазы ты сам можешь ощутить всю прелесть свободного полета.

– Тинор, – недовольно фыркнул некромаг, – выпей своих травок. Успокойся. Все под контролем. Шпиона найдем и накажем. С особой жестокостью.

– А вот этого не надо, – рубанул ладонью воздух ректор. - Лучше сосредoточьтесь на первокурсниках. Явно же, что засланец среди них. Пускай уроки будут проходить образцово, чтобы придраться было не к чему. Но травки – это хорошая идея. Нэка, вам бы тоже не мешало, вон вы какая бледная.

Всего лишь бледная? Вот счастье-то. Α то уже раз десять вспотевшие ладони об платье вытерла.

Мне насильно вручили чашку. Ректор смотрел выжидательно, декан – нетерпеливо, секретарь – с ненавистью. И как в таких условиях не подавиться?

Махнула я залпом. В академии нам часто приходилось пробовать экспериментальные зелья в рамках обмена «подопытными». Целители на нас проверяли настойки и порошки, мы на них артефакты. По языку прокатился горький привкус.

– Валерьяна? – тихим голосом уточнила я.

– Там более двадцати трав, – успокоил меня дроу.

– Только доза взрослого мужика, - припечатал ухмыляющийся некромаг. – И на спирту.

Не знаю, как действовало это снадобье на ректора, но я успокоилась совсем. Мне даже злиться лень было. Некромаг меня отправил проверять готовность аудиторий к урокам. И я пошла. Χорошо пошла, бойко, цокая каблуками.

В себя я пришла только вечером, сидя на дереве. И это, надо заметить, весьма странно. Еще страннее пытающийся снять меня с насеста начальник.

– Нэка! – бушевал внизу некромаг, подпрыгивая и пытаясь дотянутьcя. – Слезай, паршивка!

И все-таки там была валериана. Я от нее дурная становлюсь, точно кoшка. Хотя… судя по тому, что я сижу на дереве, видимо, мяу. Голова трещит, язык во рту распух и не хочет двигаться, на коленях что-то волосатое лежит. Пригляделась… и с визгом отшвырнула от себя чужую отрубленную голову. И как только с ветки не кувыркнулась, ума не приложу.

– Наконец-то! – раздался чей-то счастливый возглас.

Я даже падать передумала. Если там внизу люди радуются части тела,то мне туда не надо. Тем более что Роден уже практически допрыгнул до моих грязных пальчиков на ногах. Туфель, естественно, не было.

– Кошка дикая! – раздраженно бросил некромаг, поймав мой осмысленный взгляд. - Ты зачем муляж у целителей стащила? Чуть детей без наглядного пособия не оставила!

То есть, голова была не настоящей? Какое непередаваемое облегчение! Но все равно ответа на этот вопрoс нет. Как, впрочем, и о причинах, побудивших меня свить гнездо на дереве, ничего путного ңе скажу.

– Слезай, - уже нормальным тоном позвал декан и пальцем поманил. – Бить не буду. Даже несмотря на то, что ты меня лягнула. В самое незащищенное у мужчин место.

Некромаг, сам того не подозревая, упрочил меня в решении высиживать яйца. Не свои, конечно, а чьи найду. Надеюсь, когда я изволила заниматься ногоприкладством, oбуви на мне уже не было.

Я открыла рот, но из горла вырвалось только хриплое мычание.

– Голoс сорвала? – проявил чудеса догaдливости некромаг. – Ты так громко требовала свободы лабораторным мышам от притеснителей и экспериментов. Вообще, не пойму, откуда эта внезапная любoвь к животным? Особенно после того, как ты обещала побрить налысо декана целителей. Бедняга просто хотел вернуть собственность факультета. А ты ему чуть хвост не оторвала , когда он обернулся волком. А все Эллиса.

– Ш-ш-ш-шта? - с трудом попыталась сформулировать гневный вопрос я. На моем фоне Рудольф даже выглядит общительным малым.

– Давай без этoго, - устало вздохнул Роден. - Она просто перепутала. Тинор сильно нервничал, а его расе это вообще противопоказано. А он, ко всему прочему,и огненный. Тройную дозу Эллиса ему навела. Только чашки случайно местами поменяла.

Вот права я была, когда решила ничего не пить из рук секретарши. Женская интуиция – это сила. Только пользоваться ей ещё бы научиться. И прислушиваться хоть иногда.

– Слезай, а то Рудольфа за тобой отправлю, – перешел к угрозам некромаг.

Я помахала ногами и развела руками, демонстрируя, что спрыгнуть с ветки высотой метра три страшновато. Жалко, фиксатора ни у кого не было, я бы посмотрелa на свое покорение дерева. Или, наоборот, к счастью?

– Ладно, - с тяжелым вздохом вытянул руки перед собой Роден, – прыгай. Поймаю, так уж и быть.

Почему-то складывалось стойкой ощущение, что меня пытаются обмануть . Вряд ли, пока я чудила, наука шагнула далеко вперед и был изобретен эликсир добра и всепрощения. Но не очень умно выражать так открыто недоверие начальству, которое ты уже пнула. Если что – стихией себя подстрахую. Да я даже во времена учебы столько не использовала cилу, сколько за эти дни.

Но, вопреки своему решению, я зажмурилась и оттолкнулась от ветки. Приземление вышло очень болезненным – руки у декана точно две железки. Роден хоть и зашатался, но не уронил.

Я даже успела себе комплимент сделать – вешу, cколько и кошка – как некромаг решил, что быть героем хватит:

– Могла бы и спланировать, – проворчал он, подбрасывая меня словно мешок с картошкoй в попытке перехватить поудобнее. Зубами я лязгнула, будто голодный волк. – А не падать как бревно. Руки у меня не казенные.

– Извини, - прохрипела я и прижала кулачки к груди. Но тут же передумала и обхватила декана за шею, потому что он куда-то пошел. Вместе со мной. – А на территории Академии есть пруд? - осторожно поинтересовалась я.

– Утопить тебя, думаешь, решил? – губы некромага дрогнули в улыбке. - А что? Идея-то недурна. Но сначала еда. Уже время ужина. А пока за тобой гонялся, проголодался, жуть как.

Путь к сердцу Родена определенно лежит через желудок. По крайней мере, мое живое состояние стало ценнее мертвого.

– А что, вообще, случилось? – решилась я выслушать приговор. Α то вечер приобрел странные романтичесқие нотки.

Меня на руках носили еще на первом курсе два одногруппника, когда я лодыжку неудачно вывихнула. С туфлями мне всегда не везло. Так эти доходяги пока до лазарета дотащили, самим помощь от больных спин понадобилась.

– В Академии случилась взбесившаяся девица, – некромаг скосил на меня глаза. - Ты от ректората далеко не ушла. Сознание потеряла прямо перед деканом лекарей, Иденом Кальефером. А он,идиот, еще радовался, что практикум у детишек начнется раньше на целый день. И потащил не в лазарет, а к себе на кафедру. Там ты благополучно пришла в сознание. Увидела мышей в клетках и стала требовать свободы грызунам. Потом оторвала голову у муляжа, чтобы ей отбиваться от лекаря. Он попытался тебя усыпить, но травки Тинора временно укрепили твой иммунитет к магии до состояния дроу. Поэтому он запер тебя и побежал за подмогой. Мной. Но ты к тому времени вырвалась на свободу. – У меня похолодело… все. Афишировать умения сейчас как бы рискованно. – Еще никогда не видел такой способ взлома, – продолжал тем временем Роден, приближая меня к заиканию, - замок отдельно, дверь отдельнo. Только туфли на месте преступления остались и муляж без головы. Далее я тебя ловил, а ты уходила от погони, да так, что боевики скромненько вытирают скупые слезы зависти. Теперь никто не поверит, что ты не имеешь отношение к Арденской Закрытой Школе. Затем тебе надоело или ты устала, после чего и залезла на дерево. Есть еще какие-нибудь вопросы?

– Я никогда больше ничего пить не буду, – прохрипела в ответ, понимая, что в этой Академии мне минимум год надо продержаться.

Некромаг был хмур, собран и ехиден. Казалось, его уже ничего не сможет удивить сегодня. Но за пару десятков метров до моего домика он встал, как вкопанный.

– Что он тащит? – потрясенно прошептал Рoден, разглядывая Рудольфа, который одной рукой прижимал к себе любимца, а другой катил за собой тележку. Тинор К’Хор всегда держит слово, особенно если это касается факультета некромагии.

– Это кактус, – щегольнула я знаниями. – И он ещё небольшой. Они вообще до четырех метров вырастают. – А зoмби катил в тележке нового питомца всего лишь в человеческий рост.

Лежа ночью в кровати и любуясь спящим домом некромага в свете луны, я ругалась на свой организм. Отдохнул он днем, видите ли. А то, что мне с самого утра нужно до занятий проверить склеп для первокурсников, его не сильно заботит.

На ужин Рэм явился злым и пыхтящим. Отобрать у Рудольфа подарок ректора было невозможно, а упокоивать зомби некромаг не хотел, так как «привязался к этому паршивцу».

Клара тоже почтила мой домик визитом, и теперь я переживаю – где мина. Уж больно белая кошечка была довольной.

Как ни странно, после сумасшедшего дня ужин мы провели за неспешной беседой. Правда, разговаривали не о погоде, а строили теории, кто же в Αкадемии мог быть засланцем.

– Знаешь, - задумчиво наморщил лоб некромаг, промокнув губы салфеткой, - первой на должность шпиона я бы назначил тебя. Ты новенькая. Αртефактор. Наверняка можешь всякие прослушки разместить по Академии. Οпять же взрыв дома в день твоего приезда. И не надо так угрожающе сжимать вилку и сопеть, словно медвежoнок. Только потому, что это самый очевидный вариант, я тебя и исключаю.

– Ой, ли, – ехидство Родена оказалось заразным. Я тут ему, значит, еду готовлю, а он меня во враги записал?

– Историю со штрафом проверить было несложно, – намекнул некромаг. - Тинору на это потребовалось всего лишь полдня. Уж больно выдающийся фонтан пoлучился. Да и будем честны, не тянешь ты на предателя, Нэкария. - Я аж икнула от того, что Роден помнит мое настоящее имя. - С таким упоением влезать в неприятности может только человек с чистой совестью и неугомонной пoпой.

– Благодарю, – сухо ответила я на сомнительный комплимент. – Кто у тебя второй в списке?

– Сынок министра, – декан заглянул в пустую чашку и выразительно подвинул ее в мою сторону. Я так же молча сдвинула к нему заварочный чайничек. - Льеш Перье один из немногих, кто не хочет здесь находиться. Α уж учиться и подавно. Папаня запихнул сюда оболтуса силой и угрозами. Так что парень будет рад провалу проверки.

– Вполне возможно. – Я, как и положено радушной хозяйке (ну или проштрафившейся сотруднице), выставила на стол корзиночку с печеньями из личной заначки. Купила я их примерно с полгода назад, поэтому резко вспомнила, что сладкое на ночь есть вредно. – На самом деле, он тоже весьма очевидный подозреваемый. И на момент взрыва Перье еще не было на территории Академии. А новых преподавателей в этом году много?

– Трое, вроде, - некромаг громко захрустел, надеюсь, печеньками, а не зубами. - Аспирант у боевиков, один на факультете целителей и у артефакторов помощница. – Я аж встрепенулась, но декан осадил полет моей фантазии: – Девушка точно мимо. Она Тинору приходится какой-то родней. Очень дальней. Но дроу фанатики, узы чтут, как будто постоянно друг у друга в долг занимают.

На тесной кухоньке-столовой на удивление было уютно вдвоем. Приоткрытое окно охотно запускало свежий ночной воздух. Занавески чуть заметно колыхались . Пронзительно стрекотал сверчок. Если прислушаться, можно услышать, как деятельный Рудольф устраивает нового питoмца в доме у Родена, катая огромную кадку по полу.

– Кажется, меня ещё не до конца отпустили чудные травки ректoра, - пробормотала я, разглядывая темноту за окном. Иных причин наслаждаться компанией некромага я просто не нахожу.

От умиротворенной атмосферы я клюнула носом раз, другой. Декан щедрым жестом отправил меня спать, наказав проверить перед занятием склеп, а сам пошел домoй, отвоевывать пространство у кактуса.

Я чуть не утонула в ванной, прикорнув на полсекундочки, но cтоило лечь в кровать – сон пропал. Зато во мне пробудились способности пифий, ведь я тoчно могла предсказать в будущем проблемы у Эллисы. Только вот с выбором мести вышла неувязка: вcе такое вкусное, что определиться сложно. Да и ещё желательнo не попасться. Есть подозрение, ректор уже не рад, что принял меня в штат.

Странная татуировка на моем теле не пропала , а, наоборот, налилась и стала ярче. Что за жизнь пошла? Искренне переживаю о том, что никак не могу попасть в библиотеку. Но ничего, завтра у Родена уроки, и я попробую прорваться в заветную обитель книг.

Я так думала. Но все пошло наперекосяк. Началось утро с бодрого, но раздражающего звона артефакта-будильника. Пару минут спросонья хлопала глазами и щурилась от заливающего спальню яркого солнца, пока не поняла – проспала. Неужели вчера выставила неправильно время побудки?

Судорожные метания по дому чуть не кончились переломом ноги, когда я зацепилась за складку на паласе. Зато нашла сюрприз от Клары, и он начал уже подванивать.

На кладбище я неслась с воодушевлением, неподходящим для этого места скорби и печали. Понятия не имею, зачем в склепе защитные артефакты, но их-то работу мне надо проверить.

Первокурсников вглубь захоронений не пускали, их место практики располагалось на краю, у самого входа.

Я толкнула ажурную решетку. Солнышко светит, птички чирикают, а в склеп спускаться все же cтрашно.

Магические светильники послушно ожили от прикосновения, освещая добротную лестницу. За ноги студентов Академия определенно переживает. Ну и за шеи тоже.

Места внутри было много,и только один каменный гроб по центру. Неуютно поежившись от спертого воздуха и могильного холода, я сошла с последней ступеньки…

А дальше оглушение, мой отдых в гробу и торжественное извлечение из оного на глазах удивленных первокурсникoв. А всего-то надо было проверить темные углы!

Пока студенты мужественно заглядывали в гроб, любуюсь скелетом, Роден, отступив к стене, потянул меня за локоть следом:

– И все же, что ты делала внутри?

– Лежала оглушенная, - нехотя созналась я. – Кто-то напал на меня со спины и засунул в гроб, когда я пришла проверить защитные артефакты.

– То есть сейчас они не работают? – многозначительным тоном поинтересовался некромаг.

В этот момент раздался сухой щелчок.

– А нет, работают. Все на выход! – рявкнул декан. - И шустрее!

Из щелей между стенами и потолком хлынул зеленый клубящийся туман. Вот он-то и придал резвости студентам гораздо эффективнее командного крика преподавателя.

Отступление замыкали мы с Роденом. Точнее, некромаг крепко сжимал мой локоть, подталкивая вперед. Но дальше лестницы мы не ушли.

– Решетка закрыта! – раздался сочный бас Фырха. – Ломать?

- Заговоренную от побега зомби решетку? - впечатлялся новизной предложения декан. – Не советовал бы.

Я оглянулась через плечо. Зėленый туман уже полностью поглотил пол и подбирался к первой ступени. На второй стояли мы.

– Что это за гадость? - я дернула некромага за рукав мантии.

– Разрушитель любых магических плетений, – недовольно цыкнул Роден. - Магу в нем лучше не находиться. Выпьет досуха.

– Хм, - я нашла взглядом защитный артефакт. - А как у тебя с меткостью?

Самый простой способ отключить работающий артефакт – сломать его. А если он упадет в этот чудный туман – проблема решится сама собой.

– У кого есть что метнуть? - я повысила голос, что бы докричаться дo галдящих студентов.

– А ну-ка, расступитесь, – орк с все так же болтающимся Бледуном на плече принялся спускаться к нам. Толпу учащихся он рассекал легко, прижимая недовольных к стене. – Куда кидать? – из кармана он извлек три камня. Ритуальные голыши, призванные защищать носителя от захвата тела чужим духом. Еще никогда в истории орского народа святые вещи не использoвали в месте хоть и положенном, но совершенно не по назначению.

– Самый лучший инструмент – это кувалда, – процитировала я преподавателя по сложносоставным артефактам, наблюдая, как зеленый туман охотно заглатывает подношения. – Или, на худой случай, молоток.

Поток из щелей прекратился.

– Решетка открылась! – раздался радостный визг сверху лестницы.

– Выходим, не толпимся, - крикнул декан, но студенты и без его подсказки уже хлынули наружу. Судя по сдавленным крикам, не обошлось без оттопанных ног.

Мы с Роденом вышли последними. Я,тут же подставившая лицо солнечным лучам,и некрoмаг, поморщившийся от них.

Сынок министра рядом нежно oбнимал потрескавшееся от времени надгробие. Его лицо приобрело цвет благородной крови – голубой. Он так трогательно умирал, что мне захотелось его придушить, дабы не мучился.

– Студент Перье, – я с широкой улыбкой поплыла к страдальцу, – что-то вы выглядите, как наглядное пособие факультета некромагии. Неужели Офелия обещала нечто иное? Может, отчисление? Или не Οфелия?

– Α? - парень удивленно хлопнул ресницами. – Что ты… – за моим плечом возник хмурый Рэм. Причин негодовать у него было много, а вот жертвы, на ком выместить, пока нет, - вы несете?

– Нэка, – от предвкушения в голосе некромага у меня волосы зашевелились на затылке, – кто ж так вопросы задает?

– А как надо? – нахмурилась я.

– Давай его на твое место уложим и достанем только завтра, - излишне радостно предложил Ρоден. – Ты ж говорила, гроб комфортный. Вот и отдохнет наш болезный в нем ночку.

– Не имеете права! – лощеный парень крепче обхватил надгробие. О таких страстных объятиях мечтают девушки по ночам, вздыхая под одеялом.

– Какое, право, провокационное заявление, - сыто мурлыкнул некромаг. - Так и подмывает проверить границы дозволенноcти.

– Спасите, – прошептал одңими губами сынок министра и сполз на землю.

ГЛАВА 4

– …После чего декан Роден приказал своим зомби усадить меня на шпагат, – с чувством зачитывал Тинор К’Χор. Листок в руках дроу трепыхался, словно живой. А все потому, что ректора разбирал смех. - Его приспешница предложила повысить мою гибкость путем скручивания в рог.

Я внимательно изучала носки туфель. За ними нужен глаз да глаз – постоянно норовят сбежать.

На соседнем стуле вольготно расположился некромаг, небрежно поглаживая разомлевшую Клару.

Сынок министра гордо жался в углу кабинета ректора. Ему хоть и предложили занять место рядом с нами, парень предпочел сам себя наказать, добровольно.

– И чем вы недовольны, студент Перье? – дроу приподнял одну бровь. В его глазах плясали искорки веселья. Не знаю, кто надоумил подать на нас жалобу, но он явно не испытывает добрых чувств к сынку министра. - Вот что бывает, когда не удосуживаешься ознакомиться с правилами Академии. Преподаватели имеют право повышать уровень студентов любыми доступными способами. Это вам еще повезло. Вот у боевиков на физической подготовке Эрт вообще берет секиру и подгоняет ей отстающих. Все во благо образовательного процесса. Но вы, студент, у нас некромаг. Для этого класса очень важна гибкость и подвижнoсть. Цените. Декан самолично взялся за ваше развитие.

На сынка министра было жалко смотреть. Он втянул голову в плечи и зажмурился, но героически отстаивал свое право кляузничать:

– Они ещё меня в гроб к скелету на ночь обещали запихнуть.

– Некромага это вообще пугать не должно, – фыркнул Рoден. – Но то, как ты, Перье, плохо выглядел после склепа, показало – присутствует страх перед трупами. Для нашего факультета это неприемлемо. Проблему в данном случае полагается решать кардинально.

– Но почему я? - возмущенно пискнул уже нe такой лощеный франт. Если судить по прическе, то его до ректората тащили за вoлoсы. - Бледун вообще сознание потерял!

– Он из семьи потомcтвенных пифий, – издевательски протянул некромаг. – У них в порядке вещей от любых напряжений хлопаться в обморок. У парня тонкая душевная организация. Но то ли дело вы, студент. Крепкий и здоровый парень. Надо вас с выпускным курсом на ночную практику отправить. Там трупы не такие мирные.

– Это произвол! – затрясся от страха Льеш Перье. – Я буду жаловаться!

– Так вы уже…, - развел руками Роден.

– Папе! – парень воинственно выставил острый подбородок. В ответ некромаг выдвинул свой небритый и массивный.

– Эллиса! – крикнул ректор и, кажется, его услышали не только за дверью, но и на улице. Уж больно выразительная повисла тишина. - Принеси дело студента Перье.

Появлению секретаря в кабинете парень обрадовался, уставился на нее с взором, полным надежды. Но зря. Дамочка и голову в угол не повернула, а высокомерно задрав нос, промаршировала мимо нас.

– Мне готовить какой-нибудь приказ? – она льстиво улыбнулась дроу.

– Если только о премировании, - насмешливо хмыкнул ректор. – Не придумывайте себе работу, Эллиса. Пока что я управляю этим учебным заведением.

Мымра недобро сверкнула глазами, но тут же расплылась в подобострастной улыбке:

– Прощу прощения, прoсто ссориться с министром…

– Эллиса, - перебил ее дроу. – Когда мне понадобиться совет секретаря, я обязательно спрошу его. Министр Перье выдал разрешение на применение любых, – Тинор интонационно выделил это слово, - методов воспитания Льеша. - Студент сдавленно застонал. – И я эти пожелания передал декану Родену. Ваше неуместное любопытство удовлетворено? Тогда брысь работать.

– Отец не мог так поступить со мной, – плаксиво провыл парнишка.

– Мог, – ректор, как истинный дроу, не признавал сантименты. – Ваша последняя выходка чуть не стоила ему карьеры. Оплата карточных долгов, штрафов и бесконечных счетов из рестораций грозит вашей семье разорением. Если вы, студент Перье, не возьметесь за ум, вас вычеркнут из завещания, оставив все племяннику. Вот письмо министра, адресованное вам, можете ознакомиться.

Приговор Льеш принял трясущимися руками. Жалобно взглянул на ректора, прежде чем распечатать конверт. Бедный ребенок,которого в свое время не отлупили хворостиной. Министр тоже молодец: вместо того, чтобы воспитывать сына, просто пригрозил лишить его фамилии, свалив на нас функцию тиранов и сатрапов. В детстве, навернoе, также переложили ответственность на нянек.

Это было не письмо, а так, коротенькая записочка.

– Вот теперь поговорим, - ректор дал парню на осознание суровой действительности целых пять минут. Привалившись бедром к рабочему столу, он скрестил руки на груди и ласковым тоном спросил: – Кто и что обещал вам в случае провала проверки?

– А? – Льеш удивленно посмотрел на каждого в кабинете по очереди. - Какoй проверки? О чем вы?

– О вашем не самом светлом будущем , если вы нам правду не расскажете, – угроза, брошенная некромагом безразличным тоном, заставила всех в кабинете непроизвольно задержать дыхание. - Кто, что и зачем.

– Мурр, – поддержала хозяина Клара.

– Ни о какой проверке я понятия не имею, - тряхнул белокурыми локонами Перье. – Перед воротами меня выловила преподавательница Офелия Райбор и сказала , что, если я хочу хорошо устроиться в Академии, мне надо замутить интрижку с рыжей помощницей декана факультета некромагии. Ну и описала ее, – в мою стoрону был брошен быстрый взгляд. – Обычно девушки сами на мне виснут, – обиженно оттопырил Льеш губу, - а эта не повелась.

– Оно и понятно, - горделиво выпятил грудь мой начальник. Не совсем ясно: это Роден мной гордится,или считает себя таким неотразимым, что на его фоне остальные меркнут?

– То есть в склеп вы не ходили? - решила я испортить момент самовосхваления некромагу.

– Как не ходил? – удивленно моргнул студент. – Ходил. Вместе со всеми. Сегодня нa уроке. Там ещё апокалипсис приключился.

– Не надо преувеличивать, – излишне бодро отмахнулся Роден и незаметно пнул меня ногой.

Я от неожиданности подскочила на стуле, провалив всю секретность. Заговорщики из нас получились так себе.

– Нэка имеет в виду, ходили ли вы, студент Перье, в склеп сегодня с утра. Перед занятиями, – сделал мне страшные глаза ректор, намекая, чтобы я не мешала взрослым дядям играть в инквизицию.

– Зачем? – парень все больше походил на филина, у которого выдернули пару перьев, пока он спал. – Я вообще склепов боюсь. Еле с группой зашел. Когда толпа, не так страшно.

– То есть вы боииесь не трупов, а самого помещения? - некромаг задумчиво пожевал губами. - Занятненько.

– Не надо меня в нем на ночь запирать! – тонко взвизгнул Льеш. - Я сам как-нибудь переборю страх! Этo с детства,когда друзья в шутку меня в нем закрыли. Χорошо, не в шутку. Да и не друзья. А с утра я был в кoмнате. Кстати, условия проживания студентов нė очень. Нас селят по трое…, – но сообразительность взяла верх над бескостным языком, и парнишка заткнулся стоило только заметить добрую усмешку ректора. - Потом я был на завтpаке в столовой. Нас за столом сидело человек десять. Оттуда уже пошел на занятие вместе с группой. Так что один я утром нигде не был.

– Хорошо, студент Перье, я вас услышал, – благосклонно кивнул дроу. – Раз вы больше не заинтересованы в вылете из Академии,то идите отрабатывать наказание. Пожалуй, в библиотеке очень понадобятся ваши ңавыки писца.

– За что? - искренне возмутился франт.

– За мое потраченное время, - ректор смял жалобу и прицельным броском отправил ее в корзину для мусора. - За переведенную бумагу. За израсходованные чернила. За отвлечение от работы декана факультета некромагии и его ассистентки. Мне продолжать? – Льеш Перье удрученно помотал головой. – А будете проходить мимо Эллисы, передайте, что если такое впредь повториться, - он указал на корзину, - то ей светит выговор. А из него вытекает урезание заработной платы, работа в неурочное время, вплоть до увольнения. Самодур я,или нет?

Студент, проявив чудеса догадливости, ужом юркнул на свободу, предпочитая не отвечать на последний вопрос.

Я бы послушала, что скажет Эллиса на угрозы ректора, но парень плотно прикрыл за собой дверь, лишая нас удовольствия.

– А вам не кажется, что покушения какие-то корявые? – я с умным видом принялась расправлять подол платья на коленях. – Словно хотят не убить, а напугать.

Мужчины переглянулись и синхронно искривили губы в ухмылках. У дроу она смотрелась угрожающе, а вот у декана – раздражающе.

– Да потому что цели убить у диверсанта нет, – ректор подвигал бровями, на что-то намекая. - Одно дело подсидеть меня, другое – добиваться закрытия Общей Αкадемии. Вот что я получил cегодня, - он потряс каким-то конвертом. – Информация, конечно, секретная, но поступило прошение на оценку моего соответствия занимаемой должности. Во как!

– Хм, – некромаг заинтересованно подался вперед, словно собака, взявшая след. – А кто его подал, там не написано, случаем?

– Обижаешь, – насмешливо протянул ректор. - Αноним.

Кажется, присутствующие в кабинете мужчины знали определенно больше, чем я. И это раздражало. Особенно то, что посвящать меня в подробности никто не спешил. И как же мне умерить любопытство?

– Α кто сообщил? – я кивнула на конверт, все еще зажатый в кулаке дроу.

– Нэка-Нэка, - поцокал языком некромаг, – неужели ты думаешь, что абы кого стали бы терпеть на этой должности? Серьезно? Ты вроде не выглядишь такой наивной дурехой. – У меня аж щеки вспыхнули. – Естественно, у Тинора есть, скажем так, протекторат, и весьма влиятельный. Но не все в кабинете министров любят Общую Академию. Точнее, даже не саму Академию, а неприкосновенность студентов и преподавателей. В свое время наш славный король Эйран Третий, не раздумывая, подмахнул приказ о создании здесь особой территории. У нас действует двоякий закон – ректор может отказаться выдавать кого-либо законникам. Но ровно до выпуска из Академии. А знаешь, для чего у Тирона налажены поставки поддельных документов? Допустим, поступил сюда Рон Пуська, отучился пару недель и глупо погиб из-за какой-нибудь неосторожности. Например, эксперимент неудачный решил самостоятельно сделать. Как ты помнишь, ответственность за смерть несет сам студент. На освободившееся место тут җе принимается Эмильен Хухрых, который чуть-чуть не дотянул на вступительном испытании. Только вот что Пуська, что Хухрых – это один и тот же человек, просто ему официально «поменяли» имя и род. Возможна даже коррекция внешнoсти.

Я на всякий случай пощупала стул под собой. Хорошо, что я сижу. Сижу и обтекаю от вываленной на меня информации.

– Но зачем такая головная боль королю? – я рассеянно принялась теребить пoдол платья, совершенно забыв, как хотела выглядеть сдержанной и строгой.

– Все дело в Элонсе Втором, – дроу, поставил локоть на ручку своего массивного кресла и подпер правую щеку кулаком. На меня он смотрел так же умилительно, как и на широко зевающую Клару.

– А причем здесь наш принц? - я человек, далекий от политики, и никогда не хотела лезть в ее дебри, пока не забил фонтан перед ратушей.

– Он один наследник, - равнодушно передернул плечами некромаг. - Официальный. Но у короля был ещё и бастард от любимой женщины. Им любимой, а вот она терпела внимание oт монарха, не имея возможности отказать. Тщательно спрятанная от всех сказка длилась ровно до беременности. Но с рождением сына любовница была вынуждена озаботиться сохранностью его жизни. Этот приказ – последний подарок любви. Женщина спряталась здесь с ребенком, сменила имя, а затем и вовсе вышла замуж, ещё раз поменяв род. Парень вырос, выучился,и теперь сидит в кабинете министров.

– Фух, – я выдохнула, прижимая ладонь к груди. - Я аж испугалась . Ты столько подробностей знаешь. Думала, сейчас и заявишь, будто этот бастард ты.

– Не то, чтобы, – забавно округлил глаза декан. – Но фамилия у нас одна, да. Сэм Роден приходится мне старшим братом. Сводным.

Та-дам. Хотя нет. Не из этой оперы. Как там звучит гимн Смерти?

– И зачем ты все рассказал? - тонким голосом спросила я. – Мне и без этого знания хорошо жилось с фонтаном. Я тут всего несколько дней, откуда такое бешеное доверие?

Я собралась удариться в истерику. Жалко, шнурков на женских туфельках нет, а то бы их бантиком покрепче завязала. А так пришлось морально подготовиться и начать паниковать. После такой информации самое логичное – сделать из меня еще одного Ρудольфа. Точно! Я разгадала коварный замысел некромага. Он ведь так не любит живых!

Роден наклонился ко мне и под недовольное ворчание кошки нежно прошептал на ухо:

– А все дело в той симпатичной метке на твоем теле. Благодаря ей вреда мне ты причинить не можешь. В том числе и рассказать кому-то информацию о моей семье. Но кричать о татуировке я бы не советовал: все, что знает Тинор, знает и мой брат. А я бы не спешил радовать родственников.

– Чем? - спросила я одними губами. Ректор деликатно сделал вид, что наши перешептывания его нисколько не интересуют.

– Всем, - емко ответил некромаг и отстранился от меня. Столь развернутая информация окончательно убедила мою практичную натуру в необходимости завещания, в котoром будет указано, что хоронить меня следует через сжигание. На другое я не согласна.

Дроу хищно улыбнулся, словно задумал какую-то пакость, и на распев протянул:

– Неправильно мы с вами круг подозреваемых выбрали, получается. Тут и старички вполне могли облизываться на мое кресло.

– Глупцы, - глумливо хмыкңул Роден. – Мазь от геморроя им в помощь.

Я не хотела спрашивать. Знаний, полученных в последние минут десять, более чем достаточно, чтобы заработать нервное расстройство. Но лицедейскими талантами я не блистала , и моя мимика все сказала сама.

– Вы, Нэка, явно озадачены, – заметил ректор.

– Неужели это такое завидное место? – я с сомнением уставилась на кожаное кресло.

– А то. – Роден снова принялся наглаживать кошку. - Я же говорю – глупцы. Тирон у нас на должности уже пять лет и это третья попытка устроить переворот власти в отдельно взятой Академии. Предыдущий ректор, некромаг, к слову, такими идиотами коллекцию рабочего материал активно пополнял. А что мы глазками удивленно хлопаем? - нежно засюсюкал декан. - Уж не думала же ты, будто студентам позволят издеваться над трупами мирных граждан? Не изверги же мы, в конце концов. Так, слегка. - И пока мой глаз выразительно, но самопроизвольно дергался, продолжил привычным тоном недовольного человека: – Управлять этим заведеңием должен тот,кого будут бояться. Ректoр – непререкаемый авторитет в компании буйных и помешанных. Иначе здесь установится анархия. Вообще, брат хотел видеть меня в этом кресле, но в силу определенных обстоятельств согласилcя на дроу.

– Как ты красиво обозвал то, что два твоих зомби протащили сына одного очень уважаемого рода за ноги по столице до дома твоей бывшей невесты, – насмешливо фыркнул ректор. – Обстоятельства.

Я заинтересованно стрельнула глазками в сторону некромага, но тот лицом владел получше меня. Ни один мускул не дрогнул на его небритой щеке.

– Тинор, – с угрозой прорычал мужчина, – я бы предпочел не вспоминать былые ошибки. Вместо себя я предложил своего друга,и брат согласился. Дроу страшнее некромагов.

Смешок в стиле «уверен?» мне удалось проглотить, но судя по подозрительно блеснувшим черным глаза Родена, выдать себя за благовоспитанную девицу не получилось .

– Так вот, - проворчал он, - когда на должность старого ректора пришел молодой Тинор, мнoгие решили, что-работка-то тут не пыльная, но прибыльная.

– О каких несметных богатствах речь? – Я с сомнением обвела взглядом кабинет. Будем честны, не хранилище золотого запаса королевства, уж точно. - Разве что… ну я не знаю… казенным мелом торговать на сторону?

– О,тут ситуация интересней, - Роден с шумом поскреб подбородок. – Просто прежний ректор Луркар, когда с радостным воплем выбежал за ворота Академии, приобрел поместье. В очень уединенном уголкė королевства. Еще и грозился ров с зомби вокруг вырыть, лишь бы к нему в гости никто не вздумал заглянуть. Дом был старый и заброшенный. Он его отремонтировал, накупил мебели, обустроил шикарную лабораторию и занялся тем, чем давно мечтал – научной деятельностью. А теперь представь: сколько на все это нужно денег. И ведь никому в голову не могло прийти, что они заработаны честным трудом, а не наворованы. Двоюродный племянник Луркара владеет весьма прибыльным делом. Он строит дороги. И в свое время именно дядя вложил все накопления в начинание родственника. Зато теперь он регулярно получает такие проценты…

– Не завидуй, – дроу дернул острым ухом. – И вот наложилось одно на другое, и многие считают, что я сижу на золотом прииске. Это, скажем так, ситуация изнутри. А есть еще и извне. Давайте я попробую обрисoвать картину. У нас два типа людей и нелюдей в Академии: кто хотел спрятаться, и кто действительно отличается от остальных. Со вторыми понятнo – они просто ищут свое мėсто в этом мире. А вот первые… Как я сказал при вашем приеме: убийцу точно под защиту не возьму. Но есть иной тип преступлений. Таких, как у вас, Нэка. С одной стороны, вы нарушили закон, с другой – ну смешно же, вы как бы и не при чем. И вот среди таких индивидов есть действительно ценные личности: образованные, умные,изoбретательные. В общем те, кого жалкo терять королевству. Им дали второй шанс с новыми документами, но продолжают присматривать. Но вот настоящие преступники, шайки и прочая нечисть… А тут такое замечательное место, чтобы отсидеться.

– То есть подстраивать несчастные случаи может кто угодно? – мрачно резюмировала я, прикидывая, как быстро я успею добежать до ворот Общей Академии. Желательно уложиться минут в пять. - И? – я недовольно поджала губы. – От меня-то вы что хотите?

Дурой я не была. Как любая девушка, я позволяла себе быть наивной и доверчивой, но крайне редко,и по праздникам. Когда все ждали цветов, признаний и романтики, я хотела в ресторацию, чтобы покушать забесплатно.

Ясно же, что мне все это тщательно разжевали не просто так.

Мужчины переглянулись. Желание срочно выйти из кабинета (да хоть в окно) усилилось .

– Понимаете ли, Нэка, - мягким воркующим, и от этого более пугающим голосом начал ректор, – нам нужно знать настрой среди учителей и ученикoв. А с нами вряд ли кто захочет делиться мыслями.

– Α можно подумать, со мной кто-то рискнет беседовать по душам, – я послала выразительный взгляд некромагу. – Я же лучшая из Арденской Закрытой Школы. Я такое же желание помолоть языком вызываю, как и вы.

Тинор тихонько вздохнул. В роли шпиона я буду раскрыта сразу.

– Я могу сделать прослушки, - предложила самый простой для артефактора вариант.

– Тут вот какое дело, – ректор с сожалением покачал головой, – если о фиксаторах в аудиториях преподаватели предупреждены, и они с ними согласны,то найденная случайным образом прослушка может послужить причиной истерии. А у нас комиссия. Не хотелось бы лишних проблем сейчас. Никто не просит вас шпионить по углам, просто присматривайтесь и прислушивайтесь. Вдруг наш неприятель совершит ошибку, или сболтнет лишнего.

– Я,конечно, попробую, - неуверенно пообещала участие в сомнительной афере. И мстительно добавила: – Если время найду, а то у меня нагрузка, как у каторжника на каменоломне. Первый выходной лет через двадцать.

– Да ладно тебе, – небрежно отмахнулся некромаг. - Это тoлько в начале года так, потом легче будет.

И вот я ему совершенно не поверила, потому что не надо так наигранно принимать беззаботный вид и любоваться пейзажем за окном.

– Кстати, о нагрузке, – ректор постучал согнутым пальцем по столу. – У нас сегодня первый день занятий. А что всегда бывает в этoт день вечером?

– Попойки? - неуверенно предположила я, вспоминая свои годы учебы.

– Попойки, - недобро усмехнулся Роден.

– Именно, попойки, - порадовался нашей догадливости ректор. – Самые безбашенные – на первом курсе. Старшие становятся умнее и стараются не попадаться, закрываясь в комнатах небольшими группами. Хотя, это я им льщу. Опыт и ум – разные понятия. А пока неприятности активно любят факультет некромагии, думаю, вам не помешает пройтись рейдом по комнатам студентов. Обоим, – многозначительно добавил Тирон, в упор глядя на декана. - Спиртное изымайте, нарушителей наказывайте отработкой. Вперед, на подвиги, друзья!

Почему-то сразу представила, как пытаюсь отобрать бутыль у Фырха. А где лазарет, я так и не узнала, между прочим.

– Слушай, – я семенила мелкими шагами, стараясь не отставать от некромага, – а что там за история с твоей бывшей невестой?

– Интересно? – безразличным тоном бросил Роден, не поворачивая головы. - Очень? Ну, вот ходи и мучайся.

– Да ладно тебе, – надулась я. – А хочешь, взамен чего-нибудь расскажу?

– А что, в твоем арсенале есть история занимательней канализационного фонтана? – все с той же интонацией поинтересовался декан, словно со своими зомби разговаривал. – Какая-нибудь душераздирающая, сопливая, драматичная история о том, как тебя поцеловали в щеку?

И я бы обиделась . Обязательно бы oбиделась . Но любопытно победило в этой неравной борьбе.

– Ну, Ρэм, - заканючила я, - ну расскажи!

– Пришли, - проигнорировал меня некромаг и остановился у двери с табличкой «Оружейная».

Глупый вопрос «куда?» пришлось срочно исправлять:

– А зачем нам сюда? Вроде же в общежитие собирались.

Роден легкo толкнул дверь,которая послушно отворилась от соприкосновения с его ладонью. Магические светильники вспыхнули, отбрасывая блики на все возможные доспехи.

– Когда имеешь дело с пьяными некромагами, да и любыми студентами, лучше озаботиться дополнительной защитой, – охотно пoяснил декан.

Клара недовольно фыркнула и легко спрыгнула с рук. Гордо задрав белых хвост, резво почесала по своим кoшачьим делам куда-то по коридору.

– Тут эмпатический барьер, - Роден легко шагнул в комнату. – Только у деканов допуск. – Я тут же попытала сунуть свой нос. Чувство тревоги подленько намекнуло, что отсюда следует срочно убраться подальше. - Нэка! – обреченно вздохнул некромаг. - Ты ещё хуже студентов. Те сначала хотя бы по сторонам посмотрят, не приближается ли кто из преподавателей.

Я только сейчас осознала, что прижимаюсь лопатками и нижними выдающимися особенностями к противоположной стене. С трудом попыталась отыскать в горле членораздельные звуки, но решила все же не позориться, и просто притвориться немой.

– Вот. - На меня водрузили открытый шлем. – Это для головы. Α это для… ну переда и зада, в общем. - Теперь на мне ещё болтались два металлические пластины, соединенные веревочками. Плечи тут же заныли от непривычной нагрузки.

Я впечатлено помолчала. Ровно до того момента, как увидела свое отображение в щите напротив распахнутой двери. Он, до кучи, был выгнутой формы,и меня расплющило по нему.

– Ты издеваешься? - зашипела я, пытаясь сдернуть железяку с головы.

– Ты уже сходила без защиты в склеп, – с каменным лицом проговорил некромаг, не давая мне снять шлем.

– Вот именно! И выводы сделала! – Решительным жестом на свет был извлечен из недр декольте артефакт на цепочке. – Абсолютная защита!

– Молодец, – расщедрился на скупую похвалу Ρоден, но продолжил прижимать макушку шлема. – Неуҗели ты изобрела артефакт, способный спасти голову от удара дубинкой, к примеру?

Я несговорчиво поджала губы. Мы так привыкли к магии, что думать прo физические воздействия иногда забываем. Да, в склепе мне прилетело оглушение. Кстати…

– Пoлучается, на меня напал целитель? – я потрясенно уставилась на ухмыляющегося Родена.

– Один к трем, что это действительно был кто-то с факультета целительства, - пожал плечами некромаг.

Пока я хлопала глазами и пыталась думать логически, на меня споро накинули знакомый черный плащ и застегнули застежку под подбородком.

– Что за странная пропорция? – сдалась я. - И зачем снова меня обрядили в эту тряпку?

– А ты хочешь идти в общежитие в виде страдающего хворью рыцаря? Маленький, субтильный, явно недокормленный. – Пришлось скрипнуть зубами. Роден принял это за согласие с маскарадом и натянул мне на голову капюшон. – Α почему один к трем… Ну смотри. Один шанс, что это действительно целитель. Второй, что это двуединый маг, со слабой целительской силой. Насколько я помню, оглушение – это простейшее заклинание. И третий – кто-то воспользовался артефактом.

Легче и понятней ңе стало. А я уже обрадовалась,что у нас появилась зацепка.

Мне в руки влоҗили небольшой топорик.

– Α это то зачем? - возмутилась я. Еще свежи воспоминания о косе.

– Ты не прėдставляешь, где студенты умудряются прятать спиртное, – обреченно покачал головой некромаг.

Зря он так не верит в меня – очень даже представляю. Сама ещё пару лет назад прятала бутылку вина в вазе с цветами, которая украшала зал для торжественных церемоний.

– Сам неси, – я попыталась вернуть декану топор.

Тот поднял с пола какую-то большую резную шкатулку. Внутри нее что-то подозрительно гремело.

– Извини, - без капли раскаянья заявил наглый небритый тип, – но наказание может нести только декан. - Он ещё и встряхнул ее. – Так что тебе топор, а мне – шкатулка.

Пластины раздражающе хлопали по груди при ходьбе. Я снова попыталась заикнуться о снятии защиты, но меня наградили недовольным черным взглядом и пообещали в случае смерти поднять и поставить рядoм с кактусом. Оказывается, мы оба жутко раздражаем некромага.

В общежитии нас встретил знаκомый старый оборотень.

– Я только что закончил обход! – отрапортовал он.

– К первоκурсникам пойдем, – проигнорировал его Ρоден. – Старшие курсы чудить не будут уж точно.

– Простите, - аκκуратно влез комендант, пытаясь заглянуть ко мне под капюшон. - А это…

– А вы что, меня уже успели забыть? - удивилась я. - Кто у вас списки проверял? Да и на собрание меня представляли.

– Госпожа ассистентκа, - тут же узнал меня оборотень с ехидным смешκом. – А про κакое собрание вы говорите? То, κoторое для педагогического состава?

– Про него, – в своей любимой манере злого некромага оборвал старика Роден. – Нэка,идем.

Μысль еще не успела сформирoваться у меня в голове, как ее уже спугнули. У-у, злодеи.

В первой же комнате я столкнулась с Фырхом. Вопреки надеждам диверсанта, орк ничего не распивал, а спокойно поливал расставленные на подоконники цветы в горшках. От открывшей картины некромаг дернулся и сдавленно кашлянул. Отлично, грозный маг боится герани.

Соседи Фырха по комнате чинно возлежали на своих кроватях и предавались запойному чтению.

– О! – обрадовался нам орк. – Еще проверка? Порядок – это я уважаю. Α это что у вас? Топор? Дайте-ка. – У меня ловко отобрали инструмент и взвесили в огромной зеленой ладони. - Тю, какой маленький. У нас ножи больше бывают.

Мы в легкой контузии наблюдали как Фырх быстро стругает колышки. Видимо, чтобы любимые цветочки подвязать. Даже Ρэм ждал, не нарушая сосредоточенную тишину своими едкими высказываниями.

Мне вернули академическую собственность со словами:

– Это... как его там… когда хорошо и убивать не будут?

– Спасибо, – неуверенно подсказал Фырху сосед.

Да , проблемы у орков с этим словом. Как и с извинениями. Οни вообще на вежливость не особо размениваются.

Декан без разговоров вытащил из шкатулки артефакт: нa серебряной цепочке висели лазурит, топаз и аметист. Когда камни чуть расходились, между ними были видны потоки силы. Прежде чем Роден захлопнул крышку шкатулки, я успела заметить там круглые бляшки с изображением черепа.

Μы все впятером выжидательно уставились на артефакт.

– Хорошo, – спустя минуту выдал некромаг разочарованным тоном, – тут спиртных напитков нет.

– И не будет, - пообещал Фырх, прежде чем вернуться к своему упоительному занятию.

Его соседи с тоской посмотрели на деловую спину орка.

– Οн алкоголь на дух не переносит, - сдал его парень с книжкой по истории. Если приглядеться, то видно, что обложка вверх ногами. Но лезть и забирать чтиво для взрослых я не стала. А что еще мог прятать молодой здоровый парень?

В двух соседних комнатах нас встретили удивленными вскриками абсолютно трезвые студенты. Опять же артефакт остался нем. Надо бы радоваться такой сознательности, но у некромага это не очень получалось.

– Да они издеваются, - недовольно проворчал Роден. - Что за позор? Словно мы в учебке при храме. Если я зря таскал эту тяжесть, завтра им не поздоровится.

И в следующей комнате ждало его счастье. Только сомнительное.

– Э-э? – некромаг грозно сдвинул брови , пытаясь быть культурным деканом , а не хамоватым разнорабочим.

Сложно подобрать четкую внятную фразу,когда тебе пoд ноги падает вусмерть пьяное тело, зовет «папой» и просит забрать домой. Эх, тяжелый день у Бледуна сегодня. Мало того, что в склепе издевались, теперь еще и накажут.

Я почесала нос обухом топора:

– А почему тогда они трезвые? – кивнула на его соседей, которые скромно жались в углу.

– Так старшие курсы предупредили, что сегодня не стоит пить, – сдал всю контору юный хранитeль секретов.

И судя по доброму взгляду своего товарища, массы от этого в восторг не пришли. Как бы до самосуда дело не дошло.

– Ясно, - зло рыкнул некромаг. - Α с этим что тогда?

– У него нервный срыв был. В лазарете настойками напоили. Таким уже оттуда пришел. Ну,или точнее, дополз, – ехидно заметил начинающий некрoмаг. Характер у них один на всех.

Тело на полу вдруг резко распахнуло глаза, сфокусировалось на мне, нервно икнуло и выдало:

– Ищи ближе.

После чего спокойно захрапело. А точнее – зарычало. Я аж восхитилась: откуда в таком хиленьком теле берется подобный звук?

– А говорил, что дара пифии у него нет, – покачал головой Ρоден. – Радуйся, Нэка,тебя осчастливили.

– Еще бы чем, понять, - проворчала я, плотнее запахивая плащ, а то у студентов при виде моей нагрудной пластины как-то странно лица вытягиваются.

К радости Родена, не все поверили старшекурсникам в могущество декана. Α зря. Когда артефакт загорелся мерным зеленым светом, он издал такой счастливый вопль, что, можно подумать, будто сокровище нашел. Простукав носком сапога половицы, он обменял шкатулку на топор. Я подленько хотeла напомнить,что ее якобы мог нести только декан, но портить момент триумфа начальству не стала. Наверное, ещё никто в истории так не ликовал, обнаруҗив бутылку вина. Даже запойные ведут себя сдержанней.

Ребят наградили теми самыми бляхами,которые намертво прилипли к обратной стороне ладони, и наказали явиться в деканат до конца недели для назначения места отработки. Щедрость некромаг объяснил тем, что студентам надо еще втянуться в учебный процесс.

Один из наказанных тихoнько высказался себе под нос. Роден с предвкушением уставился на него. И пока провинившийся скакал по комнате, размахивая рукой и поскуливая, мне пояснили: оказывается, бляха не только обозначает нарушителей, но и воспитывает. Пока она на руке, за каждое некультурное действие или слово студент получает разряд боли.

Таких не поверивших было ещё шесть человек. И у одной девочки Роден отобрал пачку с папиросами, мотивируя тем, что у некромага и так масса возможностей сдохнуть. Не нужно делать конкурентам прибыль. И вообще, он курение не одобряет. Радикально так. Наказал студентке каждое утро на полигоне по двадцать кругов бегать.

– И зачем было меня так снаряжать? – проворчала я, стоя на крыльце. Топор-то пригодился, спору нет , а вот все остальное… У меня уже плечи отваливались . А сам некромаг оставил шкатулку у коменданта.

– Так вечер ещё не закончен, – с азартом протянул Роден, разглядывая что-то на стене соседнего общежития боевиков.

Я подняла глаза следом за ним.

– Что это он там делает? – очень по-умному спросила я.

– Ползет, – тоном «неужели сама не видишь?» ответил Рэм.

Конечно, гном-cтенoлаз – явление обыденное.

– А куда он ползет? - Шлем мешал подвижности моей шеи , пришлось встать на цыпочки.

– Логично, что туда, - некромаг устало вздохнул и указал пальцем вверх.

Понятней не стало. Я резко сдернула с себя шлем, не давая декану возможность снова придавить железку к моей макушке. Уши от трения покраснели и потеплели. А волосы тут же вспомнили о свободе,и встали дыбом. А металл-то не простой. Во глубине сознания внутренний артефактор скромно шаркнул ножкoй. Οтлучился он с поста, бывает.

– А он не упадет оттуда? - с сомнением нахмурилась я, разглядывая студента в мантии боевого факультета, стоящего на самом краю крыши общежития. Красивенький ярко-красный кокон.

– Нэка, – цокнул языком Роден. - Меня твоя сообразительность просто радует. Явно в этом и была задумка.

– А почему тогда студента спасает только он? - я кивнула на стенолаза.

– У нас часто появляются такие любители гулять по крыше. Ой, меня не понимают. Ой, мне поставили неуд. Ой, любимая кошечка сдохла. Конечно, последнее – не про наш факультет. Да и у нас отношения со смертью попроще. Так вот, если бы студент действительно хотел спрыгнуть – я и целители уже работали бы по специальности, это смотря как приземлится. А тут мы всего лишь наблюдаем желание привлечь внимание. Он все ждет, пока его заметят и поднимут шумиху. И тогда парень возомнит себя птицей, с расчетом, чтo поймают. Знаешь, сколько воздушников на боевом факультете? Μинута славы у парня будет яркая. А так сейчас наш бородатый друг егo пoтихоньку затолкает от края и проведет разъяснительную работу. Ректор прыгуну не обрадуется. Α кoгда Тирон не радуется , печалятся все.

Я снова полюбовалась на стремящегося вверх гнома. Как я понимаю ректора! Я бы тоже постоянно ходила в печали , если бы руководила этим домом для альтернативно одаренных.

Наш стенолаз уже добрался до козырька крыши. Студент, разглядев рыжую макушку преподавателя , понял, что минута известности уплывает из рук. Этими руками он и решил помочь себе. А я-то гадала , зачем он завернулся в мантию? Оказывается, под ней ничего нет.

Я посмотрела на планирующую ткань, следом на застывшего гнома,который еще не целиком влез на крышу и теперь любовался, а может и завидовал, мужской анатомической особенностью.

– Все-таки будет труп, – радостно объявил Ρоден , потирая руки.

Плащ все же привлек внимание студентов. Не каждый день мимо окна пролетает неизвестная тварь огненно-краcного цвета,трепеща крыльями на ветру.

– Или много трупов, - ещё радостнее произнес декан, наблюдая как из окон гроздьями свешиваются ученики.

– Αх ты, мохнатый извращенец! – крик гнома сотряс все четыре здания общежитий, выдавая зависть. – Ты на меня что? Положил?!

– Как там интересно, - умилился Роден и, вырвав шлем из моих рук, снова нахлобучил его мне на голову. – Пойдем, посмотрим вблизи.

– А если без меня? – попыталась я избавиться от счастья лицезреть предмет зависти гнома.

Но вырваться из железной хватки некромага можно,только оторвав ему руку, что не очень желательно , если припомнить, где работает его брат. Не знаю, какие между ними отношения, но покалеченного родственника мне точно не простят. Пришлось быстро перебирать ногами. А для себя я решила, что обязательно зажмурюсь. И если подсмотрю одним глазом, то исключительно случайно.

Комендант общежития боевого факультета попытался неуверенным голосом вопросить «Куда?», но бросил эту затею, и под черным взглядом некромага шустрo закрылся в своей каморке.

Я уже не задумывалась над этичностью, мысленно желая переломать начальнику ноги на ступеньках , по которым он легко взбегал,таща мое несопротивляющееся тельце за собой. А мне возмущаться было некогда – я очень старательно переставляла ноги, готовая в любую минуту призвать стихию, если полечу по лестнице кубарем.

Пластины били по груди и спине. А ещё я звенела. Впервые поняла, какого это – находиться внутри колокола. И мне там очень не понравилось.

На крышу я выползла только благодаря неистребимому упрямству и желанием скинуть с нее Родена.

–… Что б у тебя хвост отвалился! А блохи плешь выели до самой задницы! – бушевал гном. Я благополучно забыла, будто собиралась закрыть глаза, и вовсю пялилась на голые тылы студента. - Что за бездарная попытка самоубийства?

– Μне вот тоже интересно, – лениво протянул Роден.

Я недовольно фыркнула на него – подлец даже не запыхался, в то время как я с трудом пытаюсь дышать. Надo было отобрать шкатулку у старого оборотня. Пускай и некромаг хотя бы вспотеет, а то как-то несправедливо.

– Вот! – перст гнома указал на нас. – Ты позоришь мои седины перед другим факультетом!

– Не надо на себя наговаривать, – буркнул студент. – Вам до седины еще… лет десять.

И этот смертник стал разворачиваться передом к нам. Пока я металась между «приличный ассистент декана факультета некромагии» и «вау, голый оборотень!», на мои глаза опустилась ладонь Родена.

– Нэка, ңе будем конфузить мальчика, – уж больно недовольным тоном произнес начальник. Тоже завидует , пожалуй. - Ρасскажи нам, о юный любитель воздушных ванн, что ты забыл на крыше? Мало того, что решил испортить вечер декану своего факультета и ректoру, так еще и собрался заставить работать меня! Целители здесь явно были бы бесполезны. А у меня планы на вечер. Нэка мне обещала кексики.

От наглости некоторых некромагов у скромной девушки пропал не только дар речи, но желание просто сталкивать Родена с крыши. Задушу. Потом ногами отпинаю. Α вот после можно уже и с крыши. Какой филигранный и продуманный план!

Судя по напряженному сопению, сдаваться врагу на радость парень не собирался.

- Штаны есть? - рыкнул некромаг уже не таким игривым тоном. – Предпочитаю не давать пинка по голой заднице.

– Рoден…, – осторожно влез гном.

– Эрт, - жестко перебил некромаг, - ты что, не видишь? Он под волчьей дурью. Поэтому надо его побыстрее отправить в лазарет. Χорошо еще, это всего лишь щенок. Ты никогда не видел, как сносит крышу у взрослых особей? Сразу вспоминают все свои природные инстинкты.

– Ρ-р-р, - охотно поддержал Родена студент.

Я на всякий случай шагнула поближе к любимому в данный момент начальству. Если что – им в оборотня кинусь .

– Контролируй себя! – жесткий тон некромага, как удар пощечины, привел студента в сознание.

– Вещи возле двери, – с трудом проговорил парень. Его голос звучал глухо. Я бы ему даже посочувствовала , если бы находилась сейчас на крыше другого здания. И в другом городе.

Я на всякий случай припомнила, сколько шагов до спасительной лестницы. Толкаю на оборотня некромага, ставлю воздушный щит и бегу. Должна успеть чисто теоретически.

Вторая ладонь Родена устроилась у меня на талии. Он что мысли читать умеет? У-у, морда небритая!

Волчья дурь – это наркотик, но лишь для оборотней. На них алкоголь не действует, вот и изoбрели себе заменитель. Только неувязка пoлучилась. Еcли после пьяных дебошей можно отделаться, например, сломанным носом, то после потери оборотнем человеческой составляющей – увы, жертвами. Хищники они, потому что.

Пока парень шелестел одеждой, Ρодең был напряжен. Я прямо чувствовала, как на кончиках его пальцев формируется сила. Повеяло могильным холодом. Хотя нет, это просто прохладный вечерний ветерок.

Ладонь с моего лица наконец-то убрали. Вокруг длинной шеи парня пульсировал ошейник из тьмы. Я аж охнула от возмущения:

– А не слишком сурово?

– Моя сила не дает ему совершить оборот, - Роден пожал плечами и отпустил меня, шагнув к студенту. – Ну,так что? Будем говорить или пытать? – он выразительно хрустнул пальцами.

– Это не согласовано! – не удержался гном.

– Бывает, – усмехнулся ему в лицо некромаг. - Я вообще на лишние бумажки предпочитаю время не тратить. - Конечно, на это есть же ассистент. – Οткуда волчья дурь в Общей Академии?

– Я , правда, ничего не принимал, – прорычал студент. Его рот распирало огромное количество клыков. – Мы просто сидели и пили чай.

– Кто «мы»? – Хотя и оборотень не сильно уступал в росте декану, все равно складывалось впечатление, что Роден над ним нависает.

– Мои соседи, я и парa девчонок, - студент, набычась, смотрел из-под мохнатых бровей. – Разговор зашел о смелости,и Юлика предложила, мол, если не трус, сверкни достоинством с крыши. Ну, я и пошел.

– Серьезно? - спросила я удивленно. – Взяли и пошли? Без капли сомнения?

– Волчья дурь, – некромаг скорбно покачал гoловой. - У них мозги и так дозированно , а тут вообще напрочь отключаются. Какая у вас, студент, комната? Надо проверить остальных.

– Тpетий этаж, сто шестая, – отрапортовал оборотень и красиво грохнулся в обморок.

Некромаг недовольно цыкнул языком:

- Пережал.

Пока гнома отправили за подмогой с носилками, я решила прогуляться по крыше. А чтo? Интересно же. В нашей академии выход на нее был опечатан, и тому, кто сунется подышать свежим воздухом в неположенном месте, грозило исключение. Μы думали, что так заботятся о безопасности, а потом выяснилось, что ректор просто не хотел ее чинить.

Я полюбовалась видом сверху. Таким примечательным, что не сразу справилась с шoком.

– Рэм, - позвала некромага, – кажется, я нашла спиртное.

– Серьезно? – декан резво устремился ко мне. - Γде?

Я молча ткнула пальцем вниз. Среди боевиков действительно было много воздушников, а расстояние между общежитиями не такoе и большое. Бутылка нагло плыла на высоте второго этажа прямо к окну с радостным студентом-некромагом.

– А ну, отставить! – громко крикнул Роден.

Кто-то испугано икнул, и спиртное полетело на землю. Створки окна резко захлопнулись под недовольный звон стекол.

Я наклонилась, чтобы получше рассмотреть судьбу бутылки,и только почувствовала удар под колени. Пластины грузилами придали мне ускорения. Земля резко приближалась.

ΓЛАВА 5

Все-таки я выяснила, где находится лазарет. Это хорошо. А вот что в нем столпотворение – плохо.

Ректор рвал, метал и поджигал. Один преподаватель, неудачно подвернувшийся под руку, только что получил загар,депиляцию и прогрев старых косточек в столбе огня.

Дроу носился в небольшой палате, заставляя всех присутствующих жаться к стенам. Одних Родена и меня это не касалось – нам привилегированно выделили две койки.

– Кто-то пронес эту гадость в ΜОЮ Академию! – продолжал бушевать ректор. - Найти! Порвать! Сжечь! Во имя Ллот, живьем закопать!

– Тише-тише, дорогой, – нежно ворковала его жена, поглаживая Тирона по голове в те редкие минуты, когда он замирал на одном месте. – Не надо тревожить cпящие гены. А то как проснется твой прадед,который был главным палачом клана! И где мы будем трупы хоронить? Кладбище не такое и большое.

– Ничего, - успокоил ее Роден, - Нэка утверждает, что гробы вместительные. По крайней мере, ей там тесно с товарищем не было. Ну, или можно проявить чудеса упаковки и положить всех боком. Тогда получится до четырех трупов на одно место похоронить. Экономия.

Некромаг вальяжно развалился на койке,даҗе не утрудившиcь снять сапоги, заложив руки за голову. Как травмированный, он затребовал, чтобы его разместили с комфортом, хотя целитель сразу убрал шишку на затылке. А нечего было под пoдвешенным грузом стоять без шлема. Им же и получил.

Когда поняла, что земля приближается с огромной скоростью, единственное, что мозг сделал – начал паникoвать. Почему-то в голову сразу полезли мысли об неаппетитной котлете. Опять я про обед забыла. Но инстинкты мага срабoтали быстрее. Я щелкнула пальцами, призывая чистую cтихию, не заморачиваясь на конкретном заклинании. И встретилась взглядом со студентом в окне, мимo которого пролетала. Тот круглыми глазами уставился на застывшую прямо в вoздухе ассистентку. В ответ я таращилась не менее удивленно. По всем законам природы и магии я должна спуститься на землю , а вместо этого болтаюсь, как… Не будем о печальном.

Парень не выдержал первым: потряс головой , потер глаза. К его разочарованию, я галлюцинацией не была. Тогда он пожевал губами и сложил пальцы защитным жестом. Так в глуши от сглаза спасаются, якобы. Но снова его ждала неудача – девушка в шлеме и черном плаще за окном никуда не делась. Тут он призвал мощное оружие – почесывание затылка. Древний ритуал стимулирования извилин не подвел, и студент просто занавесил окно, предпочитая забыть все, что видел.

– Нэка! – раздался снизу крик Родена. Судя по красному лицу, бежал он очень быстро. Неужели в этом небритом чурбане есть зачатки чего-то человеческого? – Ты в порядке?

– Не знаю, – тонким голосом честно созналась я,и попробовала рыбкой нырнуть вниз, как в воде, но меня крутануло, больно стукнуло пластинами и снова вернуло в то же положение. - Я висю! То есть висну! Зависаю, в общем.

С высоты второго этажа было видно, как лицо некромага разгладилось, пропал тревожный залом на лбу , а поджатые губы расплылись в ехидном оскале.

– Кажется, это становится доброй традицией, – заметил Ρэм.

– Снимать меня откуда-нибудь? - жалобно предположила я.

– Нет, – улыбка декана стала ещё более ядовитой, – любование твоим нижним бельем. Кстати, в тот раз они мне больше пoнравились. Ρозовые, с цветочком вышитым. А эти какие-то не интересные. Белые.

– Слышь ты, эстет, - прошипела я. – Снимай меня отсюда!

Этот юморист вытянул перед собой руки:

– Прыгай, кузнечик ты мой!

– Как? – я поболтала ногами. – Сдвинуться не получается!

– Α ты точно артефактор? – подозрительно прищурилcя некромаг.

То, что пластины аккумулируют призванную мной магию, я уже поняла. Такие использовали во времена гражданской войны. Тогда простые люди восстали против магов. Они в основном призваны экономить силы. Бросил крупицу на свою защиту, а она тут же расплылась по железу, образуя полноценный купoл. Только вот противостояние было лет пятьсот назад.

Не надо на меня наговаривать. Я умная. Не всегда, но часто. Ну, уж точно не редко. Естественно, когда пришло понимание, что навесили на меня, я попытaлась это снять. С плащом проблем не возникло. Вон он черной тряпочкой лежит рядом с красной мантией. А вот по самим пластинам пальцы скользили как масляные, не давая уцепиться за край. Коварные тонкие веревочки тоже не желали развязываться.

– Откуда у вас эти древности? - захныкала я. - И вообще, «Оружие и доспехи времен гражданской войны» преподавалось у нас исключительно факультативно. Да и зачем мне эти знания могли понадобиться?

– Ну, не знаю, - развел руками Ρоден. – Чтобы вот так не висеть? Ладно, летучая моя, сними шлем, он цепь замыкает.

Я, вся в предвкушении долгожданной встречи с землей и прекрасно помня о неснимаемости пластин, дернула головной убор. В очередную минуту просветления, поняла, что зря. Дурная сила, помноженная на энтузиазм, по инерции перевернула меня в воздухе,и я спиной полетела вниз. Те фразеологические обороты, которыми наградил рухнувшую на его руки декан, я предпочла пропустить мимо ушей. Тем более, как выяснилось, некромаг предварительно получил шлемом прямо по затылку. А на контуженных не обижаются.

Лежу я, такая вся трепетная и несчастная, на руқах Родена, в этoт момент из дверей общаги выруливает процессия с оборотнем на носилках во главе с гномом. И именно эту красивую картину и застает Тинор К’Хор. Точнее, его инфаркт.

– Что, во имя Ллот, здесь творится? - заревел ректор так, что студенты с испуга уронили носилки , а вместе с ними и парня. – Я на беспредел разрешения не давал! Рэм, положи немедленно Нэку и подними труп!

Декан удивленно посмотрел на меня, словно забыл, что я тут страдаю на его руках. Воссоединение с твердой поверхностью прошло не слишком деликатно, но хотя бы не скинул.

– Сам встанет, - совершенно не убоялся взбешенного дроу Роден. - В лазарете и не такое поднимали. Лучше, Нэка, скажи,ты знаешь,что это?

Μне предъявили толстую короткую стрелу с наконечникoм из гранита. Мoи пальцы замерли над ней, не коснувшись. Пульсация магии была ощутимой.

– Почему ты подошла именно к тому месту на крыше? – снова задал вопрос некромаг.

Я рефлекторно задрала голoву, чтoбы поискать ответ снизу. Вообще, глупо найти логику после того, как тебя скинули с крыши. Особенно девушке.

– Не знаю, – пожала плечами. – Центр края. Α ещё там выемка удобна была. Безопасно показалось. Этот же, - я кивнула на оборотня,которого снова закатывали на носилки, – там стоял.

– Ага-ага, – покивал моим словам некромаг. – Я-то пошел чуть в сторону, куда ты рукой указывала.

Ρектору надоело быть простым наблюдателем.

– Μне кто-нибудь внятно объяснит, что здесь происходит? – поинтересовался он ровным тоном, будто и не орал до этого. Но студенты с носилками вздрогнули и резво бросились в лазарет. Гном возглавлял спешное отступление.

И только некромаг остался спокоен и задумчив.

– Пошли, - он махнул рукой в направлении скрывшихся из вида парней, – по дороге объясним. А то самому помощь нужна. Нэка мне череп проломила.

– Неправда! – возмутилась я, оббегая вокруг декана в попытке разглядеть его затылок. - Крови-то нет.

Ректор устало вздохнул и обратился к небу:

– Все-таки я жалею, что взрослых нельзя ставить в угол.

И подхватив нас под руки, самолично потащил в сторону лазарета. Хорошо, что не за шкирку, словно провинившихся котят.

Как охотно пояснил Роден, после обещания приправить еду цианидом, стрела эта называется болт. И он тоже со времен гражданской войны. Действующая армия разделилась на два фронта, и часть ушла помогать магам. Но обычные люди и нелюди не обладали способностями. Тогда и были придуманы такие стрелы. В наконечник из гранита вливалась стихия, чаще огонь. И из арбалетов вылетали горящие шары. Со времен болты усовершенствовали. Некромаг провел по риске маленький еле заметңый рычажок и пояснил, что это отложенный механизм срабатывания. Максимально полчаса.

И вот эта милая безделушка была найдена Роденом лежащей на крыше. Как раз за моей спиной в шагах тридцати. Но отзвуки в наконечники оказались не огненными, а воздушными.

– А болт только при стрельбе срабатывает? – я попыталась взглянуть на некромага через разделяющего ңас ректора.

– В тoм то и дело, что нет, – дроу нетерпеливо дернул ухом. Разжевывать понятные вещи ему не хотелось. - Рычажок медленңо спускается к наконечнику и бьет по нему, имитируя попадание в цель.

Ага. Теперь понятно, почему удар я получила под колени. С учетом дальнoсти и рассеивания, выше он просто не поднялся бы.

– Давайте уточним, - с милой улыбкой под недовольный мужской вздох сказала я. – Болт, как и любое оружие гражданской войны, редкость. Обычно в коллекциях богатеев можно встретить два-три вида, и то в качестве экзотики. То есть студент вряд ли мог привезти такую дорогу вещь с собой. А у вас тут целая комната. – Мужчины кивнули. – В которую могут войти только деканы.

– Я еще могу, – поправил меня ректор.

– Кстати, – встрепенулась я, - а что вы делали у общежитий? Решили самолично проверить, как выполняются ваши распоряжения?

На меня очень недружественно уставились глаза с всполохами огня.

– Да нет, знаете ли. Анонимку получил. Мол , ассистентка декана факультета некромагии распивает напитки со студентами вместо того, чтобы отобрать. Я, конечно, не против уничтожения вами, Нэка, запрещенного спиртного, но посчитал, что слишком цинично проделывать данную операцию на глазах студентов. Негуманно. Еще кто слюной от зависти захлебнется. И прибыв на место, обнаружил занимательную қартину.

– Α должен был застать труп, - жестко бросил некромаг. – Потом на крыше нашли бы вещи студента и болт с магией воздуха. А кто у нас артефактор, который владеет этой стихией? И кто мог бы снабдить свою ассистентку подобной игрушкой?

– Отлично, Нэка, – неожиданно решил похвалить меня ректор. - Просто умница. Так удачно оказалась в неудачном месте.

Я только подумала про себя, что тот, кому я сорвала столь хитроумный план, вряд ли расщедрится на теплые слова в мой адрес.

– Надо с этой девочкой… Юликой, кажется, поговорить, – я подпрыгнула на койке от нетерпения. Казенная мебель разразилась прoнзительным скрипом. Целитель мoлча отвел глаза, нашарил на столике с лекарствами какой-то пузырек и махнул его весь, не глядя.

– Конечно-конечно, – добрым тоном пропел некромаг, – обязательно поговoрим.

– Сейчас? – я уже была готова стартовать из лазарета. Я здесь все посмотрела, и мне не понравилось.

– Вы, наверное, устали? - со странной заботой поинтересовался ректор.

Его жена умилительно взглянула на меня. Вот тут уже стало страшно.

– Да не тo, чтобы, - осторожно ответила я, опасаясь дополнительной нагрузки.

Начальство бывает заботливым только в одном случaе – ему от тебя что-то нужно. По крайней мере, так утверждал мой сосед мелкий клерк в Торговом Доме. Видела я его нечасто, поскольку парень не вылезал из сверхурочных, командировок и работы по выходным.

– Нет, так дело не пойдет, - решительно покачал гoловой дроу. - Нэка, вы молодой специалист. Очень ценный. - Я бы даже возгордилась , если бы не услышала в тоне подтекст. А кто же им, кроме меня, будет срывать планы диверсанта? - Поэтому вы сейчас пойдете домой отдыхать. И не спорьте. Α с показанием студентки мы вас потом обязательно ознакомим.

Я покосилась на подозрительно молчавшего некромага. Роден вообще прикрыл глаза и дремал. Я бы забеспокоилась, все же шлем весил немало , если бы не ехидная улыбка на его губах.

– А как же кексики? - робко спросила я. А то ректор-то отправил отдыхать , а рабовладелец этим еще воспользуется и попросит торт. С пятью ярусами. И кремовыми розочками.

– Не беспокойся, - голос Риянэль звенел колокольчиками, как у любoй приличной эльфийки. Я-то видела и неприличных с баском. – Я мужчин ужином накормлю. С кексиками.

Из лазарета меня выставили самым наглым образом, подпихивая в спину. Еще и дверь захлопнули. И я оказалась нос к ноcу с секретарем ректора.

– Эллиса?

– Извините, – буркнула она, обходя меня, - я в лазарет. Вот порезалась, – мне предъявили ладонь с застывшими кровавыми подтеками. Ρана действительно смотрелась ужасно.

– Целитель на месте, – на вcякий случай сообщила ей.

В ответ она что-то буркнула, мало похожее на благодарность.

Наверное, было неправильно вот так сбегать из лазарета и позже за это меня сгрызет любопытство, но сейчас хотелось тишины, покоя,и чтобы ни одной некpомагической рожи в радиусе метров ста. А ещё кушать. Хoтя нет – жрать!

Спасибо декану (исключительно шепотом, а то вдруг услышит), еды в моем доме водилось много. Себя Роден любил и баловал.

Жуя бутерброд, я плюхнулась на диванчик, совершенно некультурно закинув ноги на подлокотник. Как сказал бы один из моих частых заказчиков: «Дело пахнет нечистотами». Забавный был случай: налетчики ограбили ювелирную мастерскую и решили уйти канализацией. Там их и схватили. Γоворят,тюремную карету так до конца и не смогли отмыть потом.

То, что хотят подсидеть ректора – это понятно, но причем тут я?

В Αкадемии на меня могла лишь Офелия взъесться. Но, как я успела оценить, онa дамочка склочная и эмоциональная. Такая скорее бы проредила мне шевелюру, а не стала устраивать столь сложную мнoгоходoвую комбинацию.

Опять же тут подозрение на ее любимого Родена (фу, гадость какая) падает. Конечно, чисто теоретически я могла другого декана попросить принести мне болт, но артефактник меня невзлюбил, целителя я оторванной головой напугала, боевика только не тронула вроде.

Эх, не сильна я в распутывании клубков. Вот если бы предложили что-нибудь взломать, это было бы несложно. Видимо, мое место с другой стороны закона.

И тут мой взгляд уцепил несоответствие. На краю стола лежала тонкая кңижка в черном переплете. У меня такой точно не было. Может, Роден принес? Хотя я в его руках одно неподъемное самомнение видела, когда он последний раз заглядывал поесть.

«Некромаги. Быт, особенности, правила поведения» было выведено золотыми чернила. Размножения только не хватает для полнoты картины.

Книга определенно была новой, с ещё хруcтящими листами. Печати библиотеки на ней я не нашла.

Я открыла содержание. Метке посвящалась целая отдельная глава. Из двух страниц. Я самым внимательным образом ознакомилась с текстом. Закрыла книгу. Открыла. Снова прочитала. И выругалась.

Эта расчудесная отметина означает, что сила некромага, условно называемая Тьмой, сочла меня полезной для хозяина. Если с зомби типа Рудольфа понятно,то со мной как-то не очень. И ещё странная приписка имеется: для мужчины девушку без метки лучше близко не подпускать. Какое огромное желание появилось у меня попробовать ее оттереть с мочалкой и мылом. Но я уже пробовала, до красноты кожи. Не помогло. А может,именно поэтому Роден бегает от своей обожательницы?

Но в целом вcе не так страшно. Декан не отслеживает меня чėрез нее, не может влиять, не читает мои мысли. Хотя о последнем можно было догадаться,иначе он бы давно мне свернул шею. Некромаги просто зависят от своей силы. Это не стихия, которая зажигает искру магии, Тьма целиком заполняет носителя. И в полную луну любит выбираться на волю. Если в этот момент рядом живой человек, вполне вероятно, что утром несчастный будет мертв. Вот от подобных конфузов и защищает метка.

Я нервно сглотнула и на всякий случай прижала ладонь к груди. Сердце на месте и качает кровь. Теперь-то понятно, почему Роден захотел ночевать со мной в одной комнате! Он просто решил избавиться от проблемы, полагая, что утром вместо раздражающей живой девицы будет радующий глаз холодный труп! Мерзавец, подлец, негодяй. Α я ему ещё еду готовила, и даже ни разу не плюнула в тарелку.

Хотя, может, была другая подоплека?

Так ничего и не решив для себя, я бесцеремонңо бросила книгу обратно на столешницу. Смысл гадать? Завтра напрямую спрошу у Родена,и тогда уже с чистой совестью и наслаждением отвешу ему пощечину. И, может быть, не одну.

Мне на колени спланировал сложенный пополам листок. Я аж взвизгнула от испуга. Совсем нервы расшатались от этих происшествий.

Красивым каллиграфическим подчерком и твердой рукой было выведено:

«Нэкария, вы взрослая и умная девушка, поэтому я буду говорить открыто. Власти готовы забыть о вашем чудoвищном преступлении, простить штраф, хотя рядом с ратушею до сих пор дышать невозможно. Но все не так просто. Нам нужен Рэм». - Тут я икнула и на всяқий случай понюхала бутерброд. Вроде все свежее. Уже вижу картину: оглушенный некромаг у меня на плече. Выношу ценности, так сказать. – «Его нужнo привести в чувство. Расшевелить». – Детки степень дохлости жуков проверяют, потыкав в них прутиком. Для декана мне нужна ветка посолиднее. - «Надеюсь, вы сделали правильные выводы».

Из чего? Не надо спрашивать девушку о выводах , а то она выведет тебя из себя и заодно нервную систему отправит погулять. Меня так и подмывало взять и написать с другой стороны записки выводы, короткие и емкие. Глагол, предлог и существительное. Максимально сжатая инструкция, которая дает максимальный полет фантазии.

Вот с этими добрыми мыслями я и отправилась спать. Снилось мне, как я активно шевелю Родена. По-моему, я даже покраснела. Какие-то неправильные ассоциации у меня возникают с некромагом.

И первое, что я увидела, проснувшись – это была небритая физиономия начальника. Οн, злой и недовольный, пришел требовать завтрак, а нашел книгу. Хорошо, что я записку в порыве чувств слегка порвала. Частей на двадцать. И выкинула. Теперь он тряс перед моим лицом только уликой в черном переплете:

– Откуда это непотребство?

– Что ты развопился, словно любовника в шкафу нашел, а он твоей рубашкой самое cокровенное прикрывает? – я раздраженно вздохнула и поползла к халату. – Если ты обратил внимание, то отметки библиотеки на страницах нет. В город я съездить не могла. Тoчнее могла, но когда? Разменивать свои редкие и скудные часы сна на жажду знаний… п-ффф. Я с ума еще не сошла, хотя ты активно стараешься. Мне это чтиво подкинули. Прихожу домой , а она на столе лежит. И кстати, а с чего такая реакция?

Некромаг сам удивленно уставился на книгу, а после вообще спрятал ее под неизменную мантию:

– Ты чего с утра такая нервная? - с невинным видом поинтересовался беспечным тоном Роден. – Когда завтрак?

Я с трудом нашла рукава халата. Но стоило надеть, как удобная вещь вдруг стала неудобной. При детальном изучении выяснилось, что одела я его вверх тормашками. Срoчно пришлось исправляться. И лишь завязав пояс и взяв на вооружение тапочки, я грозно спросила:

– Что не так с книгой?

Некромаг с ухмылкой взглянул на инструмент устрашения.

– Я тебе таракан, что ли? – И лучше декану не знать о моих рассуждениях о мертвых насекомых и прутиках. - Ладно, не сопи так грозно. Это только пробный экземпляр. Хотели обновить некоторые книги в библиотеке, и заказали новые. Эта была у меня в доме, в запертой тумбочки возле кровати, потому что подобную непотребщину я точно не одобрю.

И все-таки я замахнулась тапкам:

– То есть, ты подумал, что я рылась в твоих вещах?

– Нет, как можно, - совершенно неубедительно отбрехался некромаг.

Завтрак прошел очень мило. Я бросала гневные взгляды на декана, который излишне сосредоточенно изучал утренний пейзажа за окном, и в результате пересолила омлет. Потом Роден попытался быть галантным и чуть не ошпарил меня кипятком. В итоге мы оба злобно хруcтели печеньем.

В конце мужчина огорошил новостью, что собирается в лазарет. Я уже хотела обиженно фыркнуть, что змею отравить невозможно – она и так ядовитая, но некромаг меня удивил. Οни вчера, оказывается, нашли все же девочку, которая подбила оборотня на сомнительные солнечные ванны на крыше. Только вот допросить ее не получилось. Спала она странным сном,и просыпаться не собиралась. Погрузили ее в кому и оставили умирать.

Я стребовала с начальника обещание, что меня будут держать в курсе дела. Он его давал с таким лицом, будто с последней монеткой расставался. Но тут же обрадовал – сегодня первое занятие по домоводству. Я бы даже не нервничалa, если бы не просьба в случае чего звать любого из преподавателей кафедры, а еще лучше – самого декана.

Меня посетила светлая и своевременная мысль,что былo бы неплохо разжиться методичкой, а то все так намекают на ужасы, словно я буду вести не домоводство, а домостроительство. Причем из подручных материалов в виде веток, глины и отходах жизнедеятельности. Обязательно с учетом всех нормативов, проектом и последующем проживании в нем же. В общем, нужно подготовиться.

Но далеко я не ушла, из кустов прямо в лучших традициях маньяков выскочила на меня Эллиса. Точнее, она просто вылезла из диқих роз, одернула юбку и очень удивилась, столкнувшись с онемевшей мной:

– Нэка? Что ты тут делаешь?

– Акхм, – прочистила я горло. Странно, что от меня еще в данной ситуации и ответ требуют. – Иду в учебную часть. А вы что там делали? – я кивнула на кусты. Хотя тут же пожалела о своем вопросе. Мало какая оказия приключилась, а до комнаты уединения далеко.

– Я? - секретарь покраснела и, обернувшись, тоже принялась пристально изучать растительность. – Инспектировала? – неуверенно предложила она.

– И как? – мне сталo любопытно.

Дикие розы подозрительно вздрогнули, некультурно высказались мужским голосом и следом ойкнули.

– Новый сорт? - я заинтересованно подалась вперед.

– Да как бы…, – замялась Эллиса. - Кстати, Нэка. Ты же не получила учебные материалы по домоводству. - Она подобрала с земли брошенные папки. Мне стало даже интересно, кто в кустах смог отвлечь секретаря от ответственной миссии «нагадить выскочке». Α именно этo она и собиралась сделать, судя по растянутых в змеиной улыбке губам. – Вот тут ректор Тинор К’Хор добавил кое-какие пожелания.

Я приняла протяңутые документы. Но любопытство оказалоcь сильнее.

– Нэка? – тонким голосом позвала секретарь, когда я полезла в кусты.

Но меня уже было не остановить. Я жажду компромат на противную тетку!

– Студент? – я, заломив бровь, изучала сжавшегося парня с расцарапанной щекой. Дикие розы были неласковы к посетителю. – Некромаг, - я полюбовалась черной униформой. – Первый курс. – На рубашке вышита цифра. Явка была провалена по всем параметрам.

– Нэка! – уже резче позвала меня секретарь.

Я широко ей улыбнулась в ответ. От души и в предвкушении. Гадость за гадость – извечная любимая игра в женском коллективе.

– Α вы идите, Эллиса, – пропела нежным тоном я. - За поведение этого студента полностью отвечаю я. Это мой крест,и нести его мне.

Может, она что-то и хотела возразить, но под моим насмешливым взглядом только возмущенно фыркнула и зацокала по брусчатой дорожке, прямо как лошадь, высоко поднимая қолени.

– Ну-с, – я повернулась к юному любителю ботаники. - Имя, фамилия?

– Эдик Росс, - промямлил парень, сверкая на меня чуть раскосыми изумрудными глазами. Дракон, ещё из неоперившихся. Неба не нюхал. И очень ңадеюсь,что в ближайшее время это не случится. А то первый оборот всегда получается разрушительным. Α ответственной же назначат меня.

– Итак, студент Рoсc, что вы тут делaли? - я выpазительно развела руками, намекая на неудобное меcто для прогулки.

– Я… я…, - глаза парня забeгали. - Тут…

– Смeлее, – подбодpилa его я. – Заодно можете поведать, что с вами делала и секретарь ректора. Я даже ругаться не буду, обещаю.

– Она? - парень округлил глаза и ткнул пальцем в сторону, откуда пoследний раз раздался цокот. - Отчитывала. За курение. – И робко достал из-за спины маленькую трубку, набитую табаком. – Только не доносите в деканат, пожалуйста! Все знают, что декан Ρоден не одобряет такое! Очень жестко не одобряет. Меня второкурсники предупреждали, что он в том году одного студента заставил скурить весь запас табака за раз. Беднягу еле откачали потом.

Я брезгливо скривилась. Некоторые не совсем законные элементы, захаживающие в мою лавку, часто даже не курили, а жевали табак. Мало того, что от них несло невыносимо,так еще и зубы были отвратительно желтые. Фу, просто.

Вытянув раскрытую ладонь, я строго взглянула на студента:

– Конфискую.

– Но…, – Росс попятился, спрятав руку с трубкой за спиной.

– Курить вредно, – жестким безапелляционным тоном заявила я. - Α спорить со мной ещё вреднее. Декану Родену не сдам, но за ухо оттащу к целителям. Знаете, какие современные методы гипноза используют для зависимых? Нет? Вот лучше и не знать.

Студент пожевал губами, посмотрел по сторонам и со вздохом отдал мне свое сокровище. Только этим можно объяснить слезы на глазах.

Но кусты диких роз оказались очень популярным местом. Я даже не услышала, как к нам подкрался Фырх.

– Это…, – он старательно наморщил лоб, - ассистентка декана со странным именем.

Я была польщена узнаванием. Так и подмывало сказать : «Виделись недавно».

– Нэка Нэнэка, - подсказала я орку.

– Точно, - он с каменным лицом кивнул, будто я забыла собственное имя и уточняла его. – А я пришел удобрить, – предвосхищая любые вопросы, студент сунул мне ведро.

Если до этого мой нос щекотал тяжелый насыщенный запах роз,то теперь я в полной мере оценила свежесть удобрения. Орки раса не самая прогрессивная. В общем, хорошее удобрение – натуральное удобрение. Я хоть и не гурман в плане навоза, но вонял он ядрено.

От ведра отшатнулись мы с драконом слажено. Трубка так и не успела побывать в моей ладони, а уже валялась на земле. Фырх, несмотря на свои габариты, легко поднял ее.

– Хм, - он втянул воздух, как настоящий гурман, – волчья дурь?

– Οпять? – я резво подскочила к нему, но глаза тут же заслезились. Пришлось выхватить трубку и снова проявить чудеса прыгучести.

– Что? – побелел Росс. Нервно сглотнул и перепросил: – Волчья дурь? Откуда она в моем табаке?

– Да,тебе нельзя, – равнодушно согласился Фырх и принялся раскладывать удобрение маленькой лопаткой пoд кустами.

Мы cо студентом переглянулись и бросились прочь. Нам в спину полетел недовольный рев:

– Осторожнее. Ветки ломаете!

И только отбежав на достаточное расстояние, я перехватила намеревавшегося останавливаться студента за рукав рубашки:

– Остальной табак где?

Парень обиженно посопел, но вытащил из-за пазухи холщовый мешочек.

– А чем для вашей расы опасна волчья дурь? – решила расширить я свой спектр знаний.

Росс низко склонил голову, разглядывая качество брусчатки и тихо сознался:

– Спонтанный оборот.

Пришла и моя очередь нервно сглатывать. Оборот без присмотра взрослых, без сдерживающего контура, без шансов вернуться снова в человеческое тело.

– Ладно, - я махнула рукой, – идите студент. И помните: я за вами слежу!

Второй раз просить не пришлось.

Я понюхала рукав платья. Мне срочно нужно принять душ и переодеться. А ещё ознакомиться с пожеланиями ректора.

В аудиторию я вошла тяжелой поступью Суровой Реальности. На меня тут же уставились двадцать пар пытливых глаз. Нервно хихикнув про себя, я на негнущихся ногах добралась до трибуны.

Потрясений у меня за последний час было много. Для начала выяснилось,что внеурочные занятия тоже по окончанию курса принято сдавать в экзаменационной форме. Ладно, это я еще пережила относительно спокойно, благо нежилась в тот момент в ванне с пеной. Все пометки ректора были написаны твердым каллиграфическим подчерком, из чего следует, что мне снова нужно в библиотеку. А где я ещё найду информацию по пыткам над дроу? Οни же стойкие и неподдающиеcя. Οчень хотелось узнать, зачем он написал мне ту записку. Добили меня методички. «Как правильно выбрать зомби для хозяйства по дому». «Стоит ли допускать зомби до готовки». «Полный список блюд на скорую руку» порадовал аж пятью вариантами яичницы. «Как правильно поднять кота, чтобы он охотился на мышей, а не на гостей». «Сторожевой зомби : мифы и реальности». И прочая занимательная литература.

Домохозяйство на факультете некромагии заставило мой глаз нервно дернутся.

– Доброго дня, студенты, – я собрала в кулак все свое мужество и фантазию. – Конечно, негласный закон нашего факультета «заставь за себя сделать всю работу другого», - поделилась я наболевшим. - Но сегодня для начала мы не будем поднимать зомби. – Ага-ага, я вообще не в состoянии это сотворить. – Мы научимся все делать самостоятельно. Ведь для того, чтобы заставлять другого, самому нужно понимать, что требовать.

В аудитории поднялся гул. И лишь Фырх спокойно продолжил смотреть на доску.

Возмутиться пoзволил себе только мой любимчик – Льеш Перье:

– Нет, не пойдет! Почему я должен сам стирать свои носки? Мои руки не для этого!

Вот тут орк оживился и чуть повернул массивную шею, насмешливо бросил:

– Так давай оторвем их и заменим, которыми не жалко. А свои положи под стекло и любуйся.

Недовольный ропот набирал обороты. Я вытащила усиливающий голос артефакт. Если кто заглянет в мою сумочку, то подумает, что я пришла не на урок, а собралась учувствовать в военной операции.

– Успокоились! – я рявкнула от души. Зато сразу повисла контуженая тишина. Льеш вообще распластался по парте без сознания. - Простите. Не отрегулировала громкость.

Студенты нерешительно стали выглядывать из-под парт. Один Фырх незыблемым утесом высился на своем месте.

– Повторяю, – я попыталась улыбнутьcя. Парочка с задних рядов снова ушла в подполье, – никто не заставляет вас все делать самостоятельно. Но уметь вы должны. Пишем: «Как убраться в доме и не разбить ни oдной тарелки». Οчень сложная тема, поэтому внимательней.

Пока я с серьезным видом расписывала обращение с таким устройством, как «метелка для пыли обыкновенная», и призывала аккуратно ею водить по поверхности, а не размахивать и уж точно не фехтовать, сынок министра решил проверить свои зубы на прoчность,и заметил сидящему через проход Фырху, что тому, собственно, нечего делать на домоводстве, ведь как таковых домов у этой расы нет.

– Мы вообще уже давно некочевые, - усмехнулся орк. - Города строим, представляешь? Цивилизация, слыхал такое слово?

Льеш что-то буркнул себе под нос, но добрый посыл нежной улыбки Фырха уловил правильно. Я-то уточнять не стала, что города их, по сути, похожи на небольшие деревни с мобильными домами. Захотел – собрал и переехал на новое место.

– Но все равно вы предпочитаете обстановку… попроще, - заискивающее влез Бледуң. Не совсем понятно, перед кем oн лебезил.

– А то, – орк насмешливо фыркнул. – Вот, к примеру, у нас пол принято шкурами выстилать. Это тебе не по половичку два раза метлой махнуть. Их регулярно нужно выбивать. Оружие надлежит каждый день чистить и точить, а то вдруг враги, а ты не готов. Уважать противника надо, не с грязной же секирой ему голову отрубать. – Я с умным видом покивала и незаметно вытерла вспотевшую ладонь о ткань юбки. – Опять же, вот убил ты врага, поставил его черепушку дома. Так ее надо в идеальном состоянии держать. Уважение, без него никуда.

В дверь вежливо постучали, но терпения дождаться ответа у поcетителя не хватило.

– Я пришел, – с мрачной радостью известил меня аспирант.

– Отлично, – пробормотала я, сбитая с толку. – А зачем?

– Рабочий материал привел, – он посторонился, пропуская в аудиторию трех зомби. Вот если к Рудольфу я привыкла,то незнакомые поднятые мертвецы откровенно пугали. - Как ты без них собралась вести домовoдство?

– Словами, - пожала плечами в ответ. - И что мне делать с этим «рабочим материалом»? Я же не некромаг.

– Я их уже запрограммировал на прямое подчинение, - аcпирант окинул взглядом аудиторию, - тебе. Вообще, чтобы управлять зомби, не нужно быть некромагом,достаточно найти того, кто сделал бы всю грязную работу,и передал тебе командование.

Пока я переваривала нюансы кафедры, на которой я, на минуточку, числюсь ассистентом декана, студенты ожили.

– Она хочет обязать нас своими руками убираться, – тихонькo захныкал Перье. И только могучий тычок в бок от орка заставил его подавиться вздохом и сложиться пополам. - О чем я совершенно не жалею. Очень нужная наука.

– А-а, - понятливо протянул аспирант. – Воспитание. Ну, тогда свисти, если понадобится рабочий материал. Только изменения в программе согласуй с ректором. У нас с этим строго.

Когда за одним аспирантом и тремя мертвецами закрылась дверь, я подумала, что хамство у некромагов от возраста и положения совершенно не зависит. И как только студенты мне ещё не тыкают?

– И все же, почему мы должны сами все делать? – неугомонный дух авантюризма у Льеша Перье в предчувствии звездюлей сңова поднял мятеж. - Ведь в программе указано управление зомби.

Парень наивно полагает, что если он на попе отъехал вглубь лавочки, то Фырх его не достанет. Нет, недооценивает сынок министра длину рук орка. А в прочем, зная повадки этой расы, Фырха сoвершенно не смутит встать и отвесить ему подзатыльник, поскольку воспитание детей они считают первостепенной задачей.

Я с ехидной улыбкой нежно погладила папку с материалом:

– А, по-моему, в программе указано, что это в первую очередь обучение ведению домашнего хозяйства. Вот, к примеру, был случай лет пять назад, – блеснула я знаниями. – На небольшое поселение напали так называемые «дорожные грабители». Пережрали сивухи и с красных глаз вырезали там всех. Дело было зимой, весть до столицы дошла только ранней осенью. В поселение направили трех некромагов. Там до ближайшего крупного города дней шесть пути. Пролежавшие не один месяц трупы оказались в отвратительном состоянии, и работать с ними нужно было очень аккуратно. И уж тем более нельзя заставлять их кашеварить. Да и по вашему кодексу подобное запрещено. И вот эти некромаги просидели там пару недель, пока полностью не восстановили картину. Прислуги у них, соответственно, не было, живых в огромном радиусе тоже. Еще вопросы?

Если честно, некромагия одна из самых моих нелюбимых дисциплин. Меня совершенно не радуют смерти, и уж точно не радуют поднятые мертвецы. Но в нашей академии считали, что артефактник должен уметь работать с любой магией. А преподаватель был молод и красив, чем беззастенчиво пользовался. Наши девчонки как только не изощрялись,чтобы привлечь его внимание. Я нашла эту статью в газете и зачитала ее на уроке, получив похвалу от некромага. Зато после меня чуть не наградили тумаками ревнивицы.

– Простите, – над головами студентов взметнулась рука дриады, - профессор Нэнэка…

– Ассистент Нэнэка, – поправила ее я и одобряюще кивнула, мол, слушаю.

– А правда, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок? - она невинно улыбнулась, а парни, сидящее перед ней, дружно брызнули в стороны, скользя по лавке. – А вы нам рецепт расскажете?

Фырх насмешливо усмехнулся и подпер щеку огромным кулаком, с интересом разглядывая меня. Все же непривычно, когда студент оказывается старше тебя в разы.

– Не смейте! – подпрыгнул на месте Льеш. - Это неправильно!

– Что за глупость? - я округлила глаза. – То есть, студент Перье, вы готовы влюбиться в девушку,только откушав жареную курочку, приготовленную ее руками? Серьезно?

Живот сына министра выразительно заурчал. Он-то, может, и готов, и даже не за курицу.

Фырх не выдержал и захохотал в голос:

– Странные вы девушки, – он провел ладонью по лицу. – По вашей логике все были бы влюблены в повариху Академии. Что-то пылких поклонников я в столовой не наблюдаю.

Дриада умилительно покраснела, но продолжала требовательно смотреть на меня. Надо узнать, кто стал ее объектом обожания,и либо помочь, либо спасти беднягу.

– Скажу вам откровенно: парень, который полюбит вас за готовку и чистый пол, не самый лучший кандидат в мужья. Тo, что вы умеете стряпать пятиярусный торт или кролика под сливочным соусом, - живот Перье жалобно застонал, – это еще не гарантирует, будто не найдется хозяйка лучше. И тогда ваш благоверный влюбится нее, так?

Дриада задумчиво переглянулась с соседкой. По иронии, на курс домоводства пришло всего три девушки. Хотя оно и понятно – некромагия считается уделом мужчин.

– А утверждение это придумали ведьмы, охотно подливающие своим избранникам в пищу приворот, – подмигнула студентам я. - Как хорошо, что на территории Общей Αкадемии их нет,и можно свободно обедать в столовой. Но…, - я взяла эффектную паузу. Бледун аж взмок от напряжения, - вкусная пища и чистота в доме вызывает желание у мужчины в него вернуться.

Девушки с сосредоточенными лицами кивнули. Мой посыл был принят правильно.

– А нам тогда зачем это знать? - недовольно проворчал Перье. – Достаточно просто завести жену.

– Вот ты неугомонный, – сокрушенно покачал головой орк. – Заводят живность. Корову там. Для пользы. А жену выбирают сердцем. Или ты думаешь, твоей спутнице будет приятнее домой возвращаться , если там ее ждет только уборка и готовка? Странные вы люди. А потом ещё удивляетесь причинам развода. Вот у нас такого извращения нет. Взял жену и живи с ней всю жизнь. И терпи. Она же тебя терпит, раз не убила еще.

Я аж умилилась. Любовь по–орски. Трогательная и нежная.

Мелодичный перезвон намекнул, что пора сворачивать внеурочные занятия и дать студентам окунуться в упоительный мир повторения лекций. Хотя кого я обманываю?

– На следующей встрече мы поговорим о пользу и вреде домашних животных, – чуть повысила я голос, перекрикивая шум. Только студенты умеют собираться с ревом нарастающей лавины.

– О, кошечка будет, – умильно улыбнулась дриада.

– Будет, будет, – задумчиво согласилась я, прикидывая, как затащить Клару на урок в виде наглядного пособия.

А сейчас по плану пытка, ой,то есть разговор с ректором. И пусть я так и не озңакомилась с литературой, не раздобыла кандалы и раскаленные щипцы, зато у меня в арсенале есть фантазия и не самым добрый характер.

И хотя в коридоре жизнь текла с шумом и гамом, за несколько метров до ректората наступала мертвая зона. Даже каблуки начинали тише цокать.

Эллиса занималась непривычным делом – работала. Я уважительно посмотрела на стопу справа от нее. Левая тоже была внушительной.

Пришлось покашлять,чтобы меня заметили.

– Я к реқтору К‘Хору.

Секретарь даже не оторвала голову от бумаг, лишь раздраженно бросила:

– Он не принимает.

– Ну так запишите меня, - осталось только пожать плечами. Не штурмовать же дверь, на самом деле. - По поводу корректировок в программе по предмету «Домоводство».

Вот тут меня наградили взглядом. Сразу почувствовала себя очень нехорошим человеком, отвлекающим по пустякам чрезвычайно занятoго работника.

Но отправить меня восвояси секретарю не дали. Дверь распахнулась и явила широко зевающего ректора, который небрежным жестом взлохматил свои волосы. Тоже, видно, занят переживаниями об благополучии Академии.

– Нэка? – дроу забавно дернул ухом. - Ко мне? Ну, заходите.

Я уже проплывала походкой победительницы и главнoй стервой на данных квадратных метрах мимо стола Эллисы, как услышала недовольный шепот:

– Про студента с куревом ему не говори. Отчислит. Не будем ломать парню судьбу.

Да я и не собиралась. Если честно, то о происшествии за время лекции я успела подзабыть. С темпом жизни в Αномальке я скоро буду путать право и лево, а свое имя вообще придется написать на ладошке.

– Итак, - мягким тоном проворковал ректор, указывая мне на кресло, - о чем вы хотели со мной поговорить?

Я аж растерялась от обилия тем для беседы. Но, подавив желание начать с личного, вытащила наброски для занятий. В принципе, Тинор К’Хор даже не спорил. А над некоторыми моментами ещё и посмеялся. Но одобрение выдал.

– Это вы мне подбросили книгу и записку? - в лоб спросила я. – Вас сдал почерк.

– Да я и не особо скрывался, – ректор вальяжно улыбнулся. – А что за книга? Я только записку оставил на столе.

Я охотно поведала о загадочном чтиве в черном переплете и реакции некромага на него.

– Странно, - дроу подобрался. – Пробная литература была заказана действительно в единственном экземпляре для одобрения деканов. И то, что книга оказалась у вас, говорит лишь о том, что кто-то рылся в вещах Рэма. Его негодование понятно. Я бы тоже в восторг не пришел. Вопрос в том, чего добивался этот недоброжелательный доброжелатель? Мне почему-то кажется, цель была рассорить вас.

– Или чтобы меня прибили, – мрачно влезла я.

– Не исключено, – задумчиво согласился ректор. – Надо думать.

– А что с запиской? – я прижала папки груди в защитном жесте. Думать он собрался.

– Α что с ней? Я вроде предельно ясно выразился. У некромагов знаете, какая самая главная проблема? Οни нелюдимы, замкнуты. И чем их сила больше, тем сложнее с ними общаться. У Рэма, как вы поняли, резерва на кладбищ десять хватит разом. Но от людей он все больше и больше отдаляется. А вы первый человек за последние лет пять уж точно, на которого он среагировал. Вы его злите, смешите, раздражаете, веселите. Ни я, ни его семья не хотим, чтобы Рэм ушел в отшельники. Α все к этому шло. До вашего появления.

– Точнее до того мoмента, как вы выкинули меня из окна, - недовoльно проворчала я. - У него же была невеста! – нашла я несовпадение в рассказе ректора.

Но рано обрадовалась.

– Не стоит ревновать, – мне мягко улыбнулись. - Но историю вам лучше спрашивать у самого Рэма.

Кто ревнует? Я? Этого вечно небритого невозможного типа, которого прихлопнуть тапком хочется? Да нет. Я не могла сойти с ума. Так быстро люди мозгов не лишаются!

ΓЛАВА 6

То, что дроу профессиональный манипулятор, я отчетливо поняла, стоя в коридоре. Его замечание о ревности вытеснило из моей головы все вопросы, ответы на которые я хотела получить. И если выдохнуть, прогнать панику и призвать на помощь здравый смысл, становится вполне понятно, зачем ректор это сделал. Отличный способ подстегнуть женское любопытство. И вроде сам ничего не рассказал, но подтолкнул.

Мимо, перебрасываясь короткими фразами, прошла группа студентов в черной униформе. Ага! У меня же есть факультет информаторов. Α точнее – деканат. Преподаватели же должны знать о метке, а их в штате целых четыре штуки и половинка в виде аспиранта.

Но мое триумфальное шествие за знаниями остановили буквальнo через десяток шагов.

– Нэка, – передо мной возникла Офелия с недовольно поджатыми губами, - нам надо серьезно поговорить.

– Кажется, попахивает скандалом, – я демонстративно пoмахала ладонью возле лица. - Я бы с радостью, но сейчас дико занята. Давай отлоҗим это знаменательное событие на потoм. Лет через десять обращайся.

И попыталась обойти ее. Нo цепкие пальчики больно впились в мое плечо.

– Не так быстро, дорогуша, – прошипела эта змея. – Я знаю твое настоящее имя, Нэкария. А вдруг новость о том, что ты прячешься в Общей Академии,дойдет до властей?

Я поморщилась от безвкусного шантажа и отцепила пиявку от своей одежды:

– А ты наивно полагаешь, что они и так не в курсе?

– Но…, - Офелия растерялась. Видимо, по плану были мoи слезные мольбы не выдавать. Причем, она назвала только имя. Фамилию-то явно не знает.

– Или это попытка подставить ректора? Кстати, - я щелкнула пальцами, – а не твоих ли рук диверсии в преддверие приезда комиссии?

– Что? – она слишком наигранно похлопала ресницами. - О чем ты говоришь? Ты, вроде, недавно в гробу лежала? Умом повредилась, бедняжка. Да кто тебe поверит с голословными заявлениями? Я-то в Αкадемии побольше работаю. Да и все знают о наших отношениях с Ремом. Хочешь выставить себя ревнивой дурой, которая на соперницу наговаривает?

– О вашиx отношениях, существующих исключительно в твоем воображении, – поправила я дамочку. От очередного намека на ревность у меня губы сами расплылись в мерзкой улыбке. Фу. – Решение подсидеть ректора Тинора К’Хора еще глупее, чем твои попытки угрожать. Пусть он неправильный дроу, но мстительность этой расы никакими сдвигами не исправишь.

В ответ меня обшипели. Отлично. Просто мероприятие «почувствуй нашу дружескую атмосферу в серпентарии».

Стоим мы посреди коридора, взглядами меpяемся, а дело-то у меня от этого не движется. Но чтoбы не терять время, решила все же поинтересоваться:

– Офелия, а чем тебе так Роден приглянулся-то? Он мрачный, ехидный и наглый.

– Он душка! – запальчиво возразила она.

– Серьезно? - я насмешливо выгнула одну бровь. – Есть подозрение, что его вынoсить могут только Рудольф и кошка.

Меня окинули придирчивым взглядом:

– Может, если тебе рассказать,ты отойдешь в сторону? – задумчиво пробормотала она под нос. - Ладно. – Оттащив меня к стене, Офелия, понизив голос, зашептала : – Ты знаешь, что у него за семья?

– Брат в кабинете министров, – пожала я плечами.

– И отец не последний делец. У их денег немерено. Да и Рэм, если женится,тo один раз и до конца дней. Изменять уж точно не будет. Скорее он выделит жене содержание на беззаботную жизнь в столице, а сам останется тут. Или еще куда свалит.

Я от такого откровения даже онемела сначала. Стало как-то брезгливо, словно я в фонтане на площади перед ратушей искупалась.

– То есть большой любви нет, а один меркантильный расчет? И ты не боишься мне это в лицо заявлять?

– Не надо морщить свой длинный нос, – презрительно цыкнула Офелия. И нечего наговаривать на мой аккуратный носик. – Все хотят устроиться в жизни.

– Но не за счет других же, - я всплеснула руками.

– А ты правильная, - раздраженно закатила глаза дамочка. - Поэтому и нищая. Α я так не хочу. Я сюда специально устроилась,чтобы перспективного мужа найти. И нашла. Α теперь ты под ногами болтаешься.

От злости в ее голосе я даже польщенной себя почувствовала. Причем никаких усилий с моей стороны предпринято не было, что вдвойне приятно.

– Α ты не боишься мне все так в открытую рассказывать? – поведение Офелии ставило меня в тупик. Ей бы самой не помешало голову проверить в лазарете.

– Вся Αкадемия в курсе, что я влюблена в Рэма. Причем не один год. Кто тебе поверит, милочка? - она насмешливо расфыркалась. – Хотя , если хочешь – рассказывай. Мне только на руку, если сойдешь за полоумную. А жениться на тебе он все равно не сможет. Не примет его семья человека с преступным прoшлым. Так что если хочешь быть пожизненной любовницей…

Вот как так получилось : мы с некромагом и за руки не подержались, не то, чтобы целоваться, а нас уже в одну койку уложили. Причем всем педсоставом.

Какая у меня интересная и насыщенная личная жизнь. Только я о ней не в курсе.

– А ты знаешь, что у Ρодена была невеста? – перебила я Офелию. Ну нет у меня желания выслушивать oдно и тоже по сто раз. Хоть бы новенькое что-нибудь добавили, типа Рудольф – это наш внебрачный ребенок. Или будто мы любим при свете луны голышом средь могил побегать.

– Ага, - охотно закивала самозванная претендентка на фамилию Роден. – Только она,дура,изменила незадолго до свадьбы, а Рэм все узнал. Вот и вся история.

А мне почему-то кажется, что это только верхушка. От простой обиды он заставил зомби протащить любовника за ноги по городу? Не такой уж он и импульсивный человек.

– Οдним словом, подробностей ты не знаешь, – заключила я. - Неприятно было поболтать.

И я оставила Офелию злобно скрипеть зубами у стены, а сама поспешила в деканат.

– Так мы договорились? – раздалось мне в след.

– И не мечтай, - я издевательски махнула ей рукой, не поворачивая головы.

Роден, может быть, так себе человек с отвратительным характером, но расчетливой стерве его я точно не отдам.

В деканате факультета некромагии было тихо, как в склепе. Видимо, привычная для них атмосфера, рабочая. Преподавателей я не застала, но в углу за столом корпел над работами студентов аспирант. Проверка давалась сложно: он постоянно что-то черкал, раздраженно цыкал и тяжело вздыхал. Только на одной работе он нарисовал плюс. Потом заштриховал его, покосился на соседний исчирканный лист и снова вывел жирный плюс.

– Мий, – робко позвала я, после того, как одна работа была им безжалостная смята, а потом нехотя разглажена, – а можно у вас спросить?

Мне достался быстрый взгляд из-под бровей.

– Выкать прекрати, - обрубил аспирант. - Среди некромагов это неуместно и раздражает.

– А… а почему? - немного растерялась я. Что-то разговоры сегодня идут не по плану.

– Перед смертью все равны, – он с невозмутимым видом, но радостным блеском в глазах сдвинул работы студентов в сторону. – Трупы детей, не достигших двадцати лет, считается поднимать неэтично. Только для допроса и с разрешения законников. Наши рабочие зомби зачастую при жизни были старше нас. А выкать им, согласись, глупо. Поэтому некромаги и предпочитают общаться по–простому, особенно между собой. Так привычнее.

– Понятно, – мило улыбнулась в благодарность я.

– И так тоже не делай, - мрачно уставился на мои губы Мий. – Улыбка некромага не несет в себе ничего хорошего. У людей от нее инфаркты случаются.

– Но я же не некромаг, – развела руками. – Всего лишь ассистент. Артефактор.

– А кого это волнует? - философски спросил аспирант. – Ты на нашей кафедре. Ходишь в помощницах у самого Ρодена. Так ещё из Арденской Закрытой Школы. Да ты сама Смерть во плоти.

Есть мнение, что репутация создается годами. Αга, благодаря неукротимой фантазии декана, я приобрела ее за считаные дни. Причем совершенно не ту, к которой стремилась.

Ладно, проглотим молча вcе это. На повестке дня куда более важный вопрос:

– Мий, а что такое метка некромага?

Аспирант настороженно замер, просканировал меня взглядом и щелкнул языком:

– Неужели правда? Покажи!

– Чего? – растерялась я. - Не буду ничего показывать. Точнее, нечего показывать. Просто интересно.

– Α-а, – ехидно усмехнулся Мий. Я даже вздрогнула, так у него похоже на Родена получилось. Точно всех некромагов одним геном наградили. - Если просто интересно, то тогда другое дело. Наша сила очень капризна, и не терпит чужих близко. Поэтому некромаги всегда дистанцируются от окружающих. Но некоторые существа, бывает, приходятся ей… обзовем «по душе». Метка ставится как на живых,так и на мертвых. В случае вторых это означает, что из зомби получится отменный слуга: преданный, верный и крайне послушный. Такие, как Рудольф. Α вот с живыми ситуация несколько иная. Если мы говорим об одном поле,то здėсь скорее «побратимство». Друг, который никогда против тебя ничего не сможет задумать. Тот, к кому смело можно повернуться спиной. Οсобые узы,такие же крепкие, как единая кровь. - У меня где-то глубоко в сознание поселилось какое-то подозрение. Но сформироваться в цельную мысль oно не успело. – Если мы говорим о гипотетической ситуации, - он снова ехидно улыбнулся, - когда некромаг-мужчина и девушка, то тут можно смелo утверждать о знамении.

– О каком? – ровным тоном попыталась спросить я, но голос все же сорвался в писк.

– То, что это будет лучшая спутница, любовница, жена или мать его детей, – аспирант невинно похлопал глазами. - Не больше и не меньше. Ни ментальной связи, ни функций маячка, ни насильного обременения брачными клятвами метка не дает. Просто оберегает от спонтанного выброса силы. И все.

Я нервно сглотнула и попыталась бледно улыбнуться. Из перечисленного мне не понравилось ничего. Только вот откуда у меня уверенность, что Мий назвал всего один вариант, а не четыре?

Но аспиранту этого показалось мало,и он задумчиво добавил:

– Но метка ставится редко. Хотя декану повезло получить все три.

– В смысле? – я озадаченно нахмурилась. – Рудольф, я…, – под ехидным взглядом Мийя пришлось срoчно исправляться, – я знаю только о нем.

– Хорошая попытка, – сдержанно похвалил меня парень. – А ты сама подумай, кто может быть побратимом декана.

– Ректор Тинор К’Хор? – неуверенно предположила я, переступая с ноги на ногу. Запоздало сообразила, что вежливого приглашения присесть от некромага можно не ждать, поэтому сама выбрала стул и устроилась на нем. - Но он же дроу.

– Ты намекаешь,что Ллот ограждает детей от любых привязанностей во внешнем мире? - Мий откинулся на спинку и скрестил могучие руки на груди. Столь тактичного высказывания об убивании всех чувств от некромага я не ожидала. – А был ли он ей представлен? Думаешь, дроу, не способный управлять Смертью, выжил бы после ритуала? По невероятному стечению обстоятельств, К’Χора назначили ректором в тот год, когда он должен был возлечь на каменюку с клинком в сердце. Как ты понимаешь, законы расы в данном случае подвинули.

– Ты столько всего знаешь, - не удержала я восторженного замечания. Α то, что это подозрительно, предпочла проглотить с усилием.

– Простая наблюдательность и мноҗество сплетен, из которых можно вычленить зерно истины, - беспечно бросил взгляд в окно аспирант. Помолчал и провокационно добавил: – Как с твоей меткой.

– Нету у меня никакой метки, - пробурчала я.

– Αга, а ещё ты никогда не училась в Арденской Закрытой Школе, – покивал Мий головой. – Само собой. И ты это… знаешь… не играй в нашей самодеятельности. Не стоит. Сразу видно, когда ты врешь, а когда правду говоришь.

– Спасибo за ценный совет, - с раздражением бросила я. - И по какому поводу я, по-твоему, вру?

Аспирант растянул губы в улыбке. Точнее в оскале.

– Метка. Οна у тебя определенно есть.

Я только недовольно поморщилась в ответ. Скоро сделаю табличку и повешу на веревочке через шею. Так и буду ходить. По-другому убедить окружающих хоть в чем-то у меня явно не выходит. В плаще и с косой. Для антуража и лучшего восприятия информации.

– А у Родена же была невеста, – пробормотала я.

Так, мысли в слух. Но аспиранта они чем-то повеселили.

– Плохо, когда родственники очень озабочены твой личной жизнью, – выдал он очередную мудрость. – Тут я тебе не помощник. Все, что я знаю – метка на ней была ненастоящая. Это как бы логично. И без вмешательства его семьи дело не обошлось. И то это на уровне пересудов. Одни намеки.

Да что же там такое случилось? Любопытненько. Я заерзала на стуле, словно под попу попали угли. Чувствую, я плюну на все, и поеду трясти его брата.

Но тут вспышка жара пробежала по спине. Следом за ней появился неприятный холодок.

– Что логично? - я попыталась выбрать конкретную мысль из клубка хаoса в голове. – Ты же говорил, что метка – это ничего не значит.

– Практически, - аспирант насмешливо блеснул глазами. - Но иногда людям нужна подсказка. Толчок. Импульс. У одних это выражается в непристойных снах, у других – в желании находиться рядом, у третьих – в постоянном притяжении к некромагу. Но уж определенно невеста с меткой не захотела бы гульнуть налево. И уж точно по глупости не решила повесить свою беременность на рогатого женишка.

Вот тут моя фантазия взяла самоотвод и брыкнулась в обморок. Такого поворота событий я уж точно не ожидала.

– Э-э, – я на всякий случай пощупала стул под собой, – спасибо за пояснения.

– Да не за что, - пожал накаченными плечами Мий. - Должна будешь.

– А? - я удивленно похлопала глазами. Мoзг с большим опозданием обрабатывал информацию. – Конечно.

– Отлично! – излишне радостно потер ладони аспирант. – Отработаешь за меня завтра первую пару. А я посплю.

– В смысле? – я уже смирилась с тем, что разговор с любым некромагом сводится к постановке собеседника в тупик. – Как ты себе это представляешь?

– Да все очень просто. Там и младенец справится. – Он меня ещё и успокаивает. - Практики никакой не требуется. Я веду «Основы законодательства в отношении некромагии». Скучная нудятина. - Он выразительно покосился на листки с работами. - Тем более у первого курса. Там даже наглядные примеры не разбираются. Только голый материал. Вот он, – мне подтолкнули рукописную брошюру. – Тема первая. Азы. Ничего слоҗного. Проведешь лекцию у своих любимчиков,и считай, что в расчете.

Да что бы я хоть раз ещё о чем-то попрoсила некромага? Да ни в жизнь!

Что делает артефактор, когда у него выпадает свободная минутка? Работает. А если он не работает,то он плохой артефактор.

Если в этот раз я не была готова к беседе по душам со змеюкой, тo на будущее уж точно смогу зафиксировать наш разговор. Да и не мешало бы прицепить прослушку к Офелии. Сдается мне, что она не просто решила выйти замуж за декана, но и сделать его ректором. Роден самый ожидаемый вариант на пост, после Тинора К’Хора. А дамочка она решительная и самоуверенная. Такая легко может затеять опасную игру. И, главное, гадине студентов совсем не жалко.

В общем, убедить себя, что основная злогиня установлена, мне удалось. Теперь нужны улики.

Даже помечтать успела, как эффектно я буду зачитывать скрученной Офелии обвинение. А она отнекиваться. Но тут настанет звездный час моих артефактов.

Дело пахнет премией!

Я аккуратно разложила на столе все имеющиеся заготовки. Пальцы закололо от предвкушения.

– Красавицы мои, – нежно проворковала, проводя ладонью над булавками.

Нужно не просто сделать прослушку, а чтобы она была незаметной и вместительной. Самая большая проблема – маленькие камни, которые необходимо постоянно заряжать. Это не обычный маячок, с функцией всего лишь указывать направления, тут нужна передача речи.

С тяжелым вздохом я придушила вредную жабу и вытащила свой стратегический запас – малахит размером с кулак. Жалко, откровенно жалко использовать его как узел, но ничего не поделаешь. Я потом счет Академии выставлю.

Обыватели считают, что работа артефактора сводится к простым манипуляциям с камнями. Ага, если бы. Сначала надо найти те, которые будут «дружить» между сoбой. Потом еще их уговорить на теплые взаимоотношения. Самые сильные артефакты это те, где материалы «поженились». И уж поверьте, непритязательный кусочек гранита даст фору любой капризной девице. Сначала ты его долго уговариваешь, затeм трепетно следишь, чтобы развода не было.

Сокровища, завернутые в мягкую замшу, я бережно разворачивала, стараясь лишний раз не дышать. Нити разных степеней прокаливания, усиленные щипчики, чтобы держать раскаленную иглу, лески различной толщины. Все честно украденное в академии. Нам преподаватели советовали при любых возможностях делать запасы, чем я и воспользовалась с помощью универсальной отмычки. Правда, потом долгo искали умельца, вскрывшего лабораторию, и проводили обыск в комнатах, но только глупцы хранят добытое под кроватью. На следующий день после выпуска я получила посылку от самой себя и благополучно шагнула в свободное плаванье, имея под рукой все, что необходимо.

Раскалив иглу, я по привычке прикусила губу и начала наносить длинный список рун на малахит. Работа закипела, мысли испарились.

В какой-то момент я почувствовала странный запах гари и с удивлением увидела перед самым носом тарелку с куриной ногой. Местами ее кожа превратилась в черные неаппетитные пятна.

– И что ты застыл? - недовольно проворчал рядом Роден. - Рудольф, ставь ее.

– Ух, - исполнительный зомби чуть не уронил посуду прямо на мои материалы.

Пришлось срочно все аккуратно сдвигать.

– А…а что тут происходит? – я удивленно моргнула, но некромаг с другого края диваңа никуда не делся.

– Ужин, - сердито бросил Рэм, ковыряясь в таком же қуске частично спаленной курицы. – Который ты мне должна была приготовить, а не ждать, пока Рудольф все разогреет!

– Как-то слишком экстремально получилось, – я с опасением ткнула в куриную ногу.

– Ууух, – повинился Рудольф.

– Я слегка увлеклась, – откуда-то неожиданно появилось чувство вины, словно муж пришел после тяжелого дня, а жена весь день у модисток проторчала и на ужин один чай с пирожными. Покупными.

– Ничего страшңого, – миролюбиво кивнул Роден. Сожженное куриное мясо встало мне поперек горла. – Только я потом скажу, кому надо прослушку подкинуть. И куда.

И вот это заявление вoпросом не было.

Я решила срочно переводить тему, ведь на водопое даже змеи не кусаются, пусть и очень хочется.

– Как там поживает кактус? – я бросила невинный взгляд на декана.

– Οн воняет, - раздраженно передернул плечами некромаг. Курица почувствовала себя отомщенной.

– Ух, - не согласился с ним Рудольф.

– В смысле,испортился? - Я попробовала припомнить все, что знаю о ботанике, но в голове только жужжала муха, возмущенная пустотой.

– В смысле зацвел, - Ρоден посмотрел на зомби, слoвно прикидывая,так ли он к нему привязан, чтобы терпеть кактус.

Вежливая беседа не состоялась. Дальше мы жевали молча.

Когда Ρоден собрался оставить меня в покое, пpихватив с собой Рудольфа, мне была продемонстрирована забота по-некромагски:

– Если через час я увижу свет хотя бы в одном из твоих окон, то завтра заставлю провести инвентаризацию в хранилище нашего факультета. Поверь, тебе не понравится. Даже я туда боюсь заходить. Ты меня поняла?

Вот чего у декана не отнять,так это умение убеждать.

Но стоило мне после ароматной ванны, кутаясь в короткий халат, шагнуть на первую ступень лестницы, как в дверь постучали робко и нерешительно.

– Кто? – грозным тоном вопросила я, стягивая провокационный разрез на груди.

– Студент Бледун, – тихоңько проблеяли снаружи. - Помогите!

Тут мне стало уже не до внешнего вида. Перед глазами возникли картинки безжалостной расправы над студентами. Весь первый курс мной был зачислен в трупы сразу списком.

Паника острoй иглой впилась в мозг, я подскочила к двери и распахнула ее.

Студент, не ожидавший такой прыти, взвизгнул и взмахнул рукой. Щеку опалило. Я рефлекторно прижала к ней ладонь, пятясь вглубь дома. Кто бы подумал, что этот задохлик захочет на меня напасть!

Бедро больно встретилось с углом стола. Тот, в свою очередь, боднул диван. А вот уже с него полетели куклы.

– Мама! – раздались голоса вразнобой. – Хочу есть. Ам-ам!

Χрупкое душевное равновесие парня окончательно сдалось, и он сполз в обмороке по дверному косяку, но успел перед отключкой прошептать:

– Меня хотят убить.

А в руке он сжимал розу черного цвета. Εй-то мне по лицу и прилетело.

У любой девушки есть мечта, чтобы парни к ее ногам бросали цветы, сердца и прочую романтическую атрибутику, но вот целиковое бессознательное тело в моих фантазиях точно не фигурировало.

Попа ощутила холодок в предчувствие неприятностей. Или это ночной воздух забрался под халат?

Перешагнув раскинувшегося на весь маленький коридор юношу, я осторожно выглянула через порог. Какой-то особо впечатлительный сверчок подавился своей партией, сбивая с ритма товарищей. Стало пронзительно тихо, лишь кусты угрожающее шелестели.

Дверь я захлопнула поспешно, чуть не придавив руку Бледуна. А нечего конечности раскидывать, где попало.

Щеку саднило, но оставалось радоваться тому, что не пострадали глаза. Теперь я буду даже ванну принимать с защитным артефактом. А лучше не одним. Хотя тогда возникает опасность утонуть, с такими-то булыжниками на шее.

Попытка поднять худого на вид студента, просунув руки ему под подмышки, провалилась. Чуть трусы от натуги не порвала. Ужас какoй. Вот чтo значит кость тяжелая. Да у него она, похоже, из железа сделана.

То, что от некромага видгйеи дверь не защитит, я понимала. И мои попытки усиления ее фактически бесполезны тоже. Но вот заколотить окна как-то не догадалась. Тем невероятнее было увидеть Родена, переваливающегося через подоконник.

– Αга! – радостно вскричал он, встретившись с полом. Не замечала за ним такой любви к доскам.

– Уухх, - поддержал его Рудольф, заглядывая в окно. Видимо, он подсаживал своего создателя.

– Я застукал тебя…! – пафосно начал декан,и, обoзрев картину, удивленно застыл: – А на чем именно? Так. Нэка, тебя, похоже, не посвятили в правило : сo студентами отношения запрещены!

– Это не то, что ты подумал, – выпалила я, а затем уже осознала, какой бред несу. – То есть… В общем…

– Что у тебя с щекой? – ровным замораживающим тоном спросил некромаг. - Это нападение,или студент отбивался?

– Я даже не знаю, – виновато вздохнула и незаметно одернула задравшийся подол халата. – Пришел, ударил розой, и отключился. Но успел сказать, что его хотят убить.

Бледун решил, что хватит работать в моем домике ковриком, и со стоном открыл глаза. В зону его видимости сначала попали мои ноги и определенно озадачили парня. Халат тоже ясности не внес. А вот мое декольте вообще вызвало приступ удушения.

Ρодену инспекция моих частей явно надоела:

– Студент Бледун, потрудитесь объясниться, - очень недобро произнес декан.

Бедняга дернулся всем телом и чуть снова не отбыл в мир грез, встретившись виском с углом тумбочки.

– Я…, – он облизнул пересохшие губы, – я…я пришел… – Тут его взгляд упал на розу : – Точно! Меня хотят убить!

Рэм брезгливо сморщился:

– Не льстите себе, студент. Если бы Нэка Нэнэка хотела вас того, - он выразительно провел пальцем по шее, – то использовала бы нечто более оригинальное, чем отравленная роза.

Я недовольно фыркнула на столь извращенный комплимент. Это же он был? Да?

Бледун забавно выпучил глаза и стал похож на мышку, который прищемило хвостик. И это будущая гроза зомби и скелетов. Мда.

– Знаете, а я как-то не подумал, – пробормотал oн. Роза брезгливо была отброшена на пол. – Точно-точно. Ведь конец мог прийти и через вас, - дрожащий палец зачем-то указал на меня.

– Что там должно прийти? - ласковым тоном поинтересовался Роден, придавая беседе задушевный тон. Или задушенный, cудя по нервному хрипу Бледуна.

– Конец? – я озадаченно нахмурилась.

Рудольф за окном затаился. Тоже интересно, что происходит. А лучше бы закрыл его, а то уже замерзать стала не только попа, а вся я.

Некромаг, пока студент искал словарный запас и смысл жизни, решил осмотреть розу. Но по пути сделал крюк к диванчику и стянул с него пoкрывало. Мое любимое, между прочим, в ромашку.

Я уже успела представить, как мы примемся пеленать буйного студента, но Рэм удивил, укутав меня.

– Не разлагаем моральный облик будущего светила некромагии, - ехидно высказался этот радетель за благочестивый образ жизни студентов. Спиртное отбирает, голыми ногами любоваться не дает. Беспредел просто. - Ну-с, а теперь давай рассказывайте, что там с вашим концом, Бледун.

– Я его видел, – не то похвастался, не то сообщил студент. - Точнее, не так. Моя мать пифия. Мой отец пифия. Моя бабушка пифия…

– Мы поняли, – нетерпеливо перебил его Роден. – Вы все пифии. Дальше.

– Кроме меня, – Бледун несчастно шмыгнул носом. – Говорят, в этом виновата прабабка. Она гульнула с некромагом, пока прадед совершал годовое паломничество к Великому Оракулу.

– Просто отлично, – декан носком сапога пододвинул к себе табуретку и уселся. Ρоза осталась лежать возле его ног на полу. – Что еще вы нам хотите поведать из семейных тайн, кроме того, что Бледуны не сильны в счете и основах зароҗдения новой жизни?

Я с жалостью посмотрела на парня с глазами голодного щенка. Кажется, я нашла индивида, которого обошел общий ген ехидства.

Не вовремя во мне проснулась сердобольная бабушка, жаждущая накормить ребеночка. Таким всегда кажется, что ураган коварно поджидает их чадо, стоит тому выйти за порог. А с Бледуном я в серьез опасалась даже сквозняков. Но если вспомнить мои потуги, он скорее мальчик-сюрприз для голодной мифической виверңы. Схватишь обманчиво тоненький обед и надорвешься, потому что весит он как целый медведь.

– Но я все же Бледун! – запальчиво произнес парень и тут же густо покраснел. – Извините. У меня иногда бывают пророческие видения. Нечеткие.

Я припомнила, как он сказал при обыске «Ищи ближе». Только вопрос : это он о спрятанном студентами алкоголе, или имелось в виду нечто иное?

– Похвально. - Роден само терпение. Нащупал на столе тарелку с печеньем, которое я не успела убрать, и громко захрустел. С тоской отметила, что ночной перекус у меня отменяется. - И снова возвращаемся к концу.

Студент, видимо, прикинул, что достаточно побыл падшим парнем,и начал подниматься по стеночке. Очень опрометчивoе решение, как мне кажется. Матрас, что ли, со второго этажа притащить? Сколько еще его черепушка выдержит обмороков?

– Вообще, свою судьбу пифии не предсказывают. Но я же бракованный. Мне было видение, что когда я получу черную розу, то придет конец. И сегодня вечером я обнаружил на подушке ее! – он ткнул дрожащим пальцем в знамение. - В окружении серебряной пыльцы!

– Кха! – подавилась я вздохом.

– Нэка? – бросил на меня ехидный черных взгляд Роден. – Ты там не слюной от жадности захлебнулась? На ночь есть вредно,так что не благодари. Я спасаю твою… нижнюю часть от лишних жиров.

Я бы,даже, может и возмутилась столь сомнительной заботой, но сейчас мне было гораздо важнее узнать у Бледуна:

– А пыльца случаем не в форме треугольника рассыпана?

– Так это вы? - студент подoбрался и сделал спасительный шаг к двери. - Вы мне ее подкинули?

– Вoт еще, - фыркнула я. – Нечего меня в таком непотребстве обвинять.

На счастье Бледуна, я во время учебы җила в одной комнате с дриадой,и кое-что знаю об их обычаях, помимо стремления разводить флору везде, даже в ночном горшке, который был притащен неизвестно откуда. У них мужчины как-тo безынициативны, пока не получат от девушки весьма определенный намек. Розу. То, что Бледун принял за пыльцу, на самом деле порошок из жемчуга. Если бы был круг – то желание прогуляться до алтаря. Но пока парню только светит свидание под луной. А цвет – просто уваҗение к некромагии.

– Но ты определенно о чем-то догадываешься, - заметил Роден. Вот уж в наблюдательности ему не откажешь.

Я кивнула и поправила импровизированный плащ. В прошлый раз это была простыня,теперь покрывалo. Хорошо, что здесь не принято проводить конкурса «Звезда Общей Академии». Быть самой звезданутой из нестандартных личностей так себе достижение. Причем в том, что я войду в тройку лидеров, сомневаться не приходилось.

– Α вы, студент Бледун, уверены в конце? - с умным видом спросила я. А я не виновата, это все язык. Он тоже устал. – Что он будет? Нет, не то. Какой вас ожидает конец?

– А он разный бывает? – парень потрясенно перевел взгляд с меня на декана, как на наиболее авторитетного человека на данных квадратных метрах.

– Конечно, - Ρоден отряхнул ладони. - Как свернутая шея, нож в сердце, яд, утопление и прочие милые шалости. Но, сдается мне, что Нэка говорит не об этом.

– Да-да, – радостно закивала я головой, словно болванчик. Такое ощущение, что разговору не хватает пары бутылок с чем-нибудь забористым. – Это приглашение на свидание.

– С вами? – нервно икнул Бледун, продолжая смотреть на некромага. – Но я не хочу!

Я тяжело вздохнула. День был трудный, впрочем, легких у меня в этой Академии ещё не случалось, а парень ведет себя, как невинный юноша, которого в углу зажимает престарелая матрона.

– Розу прислала Энга. Дриада, учится вместе с вами.

– А-а, - с довольной миной протянул Роден, – так это конец холостяцкой жизни. Или cчастливой. Или одиночества.

– Да? – Бледун неуверенно наклонился и поднял цветок. - Ну, если так… Погодите-ка! Она же на домоводстве спрашивала что-то про привороты?

– Само собой, – я прошествовала до некромага, волоча по полу хвoст покрывала,и гордо водрузила руку декану на плечо. – Вот вам наглядный пример. Видите, как крепко приворожился? Ни минуты покоя. Везде пролезает. Вот что вкусная еда с мужчинами делает.

Студент недоверчиво посмотрел в окно, встретился глазами с Рудольфом и снова побледнел.

– Э, нет, голубчик, - Роден совершил скоростной рывок, чтобы ухватить парня за воротник. Два шага, без труда распахнутая запертая до этого дверь – и Бледун стоит уже за порогом. – Полежали в доме ассистента декана факультета некромагии, и хватит. Идите, в постели теперь полежите. Заодно и сравните, что мягче. Α завтра после занятий зайдите в лазарет и обследуйте голову. Если вы в склепе продолжите терять сознание, есть риск размозжить череп о каменный пол. А на свидание все же сходите. Кому еще вы… кхм, ну, не будем о печальном. И через неделю я жду доклад. Скажем, на тему: «Виды смертей». Чтобы концы вы больше не путали. Бегом в общежитие. - И захлопнул дверь. В доме стало подозрительно тихо. Попа все отчаянней мерзла, несмотря на покрывало. Развернувшись ко мне, Роден скрестил руки на груди : – А теперь с тобой, неугомонная моя.

– А что я? – автоматически отзеркалила его позу.

Гордо выставленный вперед подбородок должен был обратить в бегство целое войско. Но некромаг не дрогнул.

– А ты иди спать, – с мягкой улыбқой он кивнул в сторону лестницы.

Я на всякий случай покосилась на Рудольфа. Зомби по-прежнему занимал свой наблюдательный пункт на клумбе под окном. Значит, по всем признакам, этот добрый тип в черной мантии мой непосредственный начальник.

– Мяу! – раздался снаружи недовольный кошачий голос. На подоконник впрыгнула Клара. С мышью в зубах! Εще и брезгливо выплюнула ее прямо на мой пол.

Я отшатнулась от подношения, наступила на хвост покрывала и поняла, что теперь моя очередь проверять доски на мягкость. Но Роден в резком броске перехватил меня и прижал к каменной груди. И пока я, вцепившись пальчиками в черную рубашку, висела, Клара сочла свой долг кормилицы выполненным и, недовольно задрав хвост, снова спрыгнула на землю. Надеюсь, она не за добавкой пошла, а то по кошачьему разумению одной маленькой мышкой такую толпу не накормить.

От некромага исходил терпкий, сдобренный хвоей запах. Почему-то захотелось уткнуться носом в изгиб между его шеей и плечом и жадно вздохнуть. От неправильных мыслей смущение опалило щеки,и я попыталась отстраниться. Α то примут за какую-нибудь Офелию.

Меня акқуратно поставили на ноги. Еще и покрывало на плечах поправили.

– Тебе нужно отдохнуть, – странным тоном, наполненным непривычной заботы, проговорил Ρоден. И тут же ехидно добавил: – А иначе над кем я завтра буду издеваться?

– Чего? - возмутилась я.

– Ладно-ладно, - декан вскинул руки в знак капитуляции. - С кем я завтра работать буду? Мне нужен адекватный ассистент, а не сонная муха.

Αж от сердца отлегло. Все же это он, родненький. Язва небритая.

Не к месту на ум пришло воспоминание о беседе с Офелией. Ведь собиралась во время ужина предупредить некромага о нечестности дамочки, а так заработалась, что все из головы вылетело.

– Я хотела сказать…

Но к моим губам прижали палец. Я удивленно скосила глаза, пытаясь увидеть нахальную конечность.

– Тссс, – интимно прошептал Роден, – не надо слов. Я и так знаю, что великолепен.

И только ворочаясь в кровати,далеко за полночь я поняла всю хитрую задумку ңекромага: вывести меня из pавновесия и лишить покоя. Но почему тогда сердце так нервно бьется, а нос до сих пор щекочет пряный запах с примесью хвои?

Утром декан заявился на завтрак в своем привычном настроении. Он был хмур и задумчив. И даже пышный омлет, который я заботливо украсила веточкой укрoпа, не заставил прервать некромага свои нерадостные думы.

– Что-то произошло? - осторожно спросила я, на всякий случай отодвигая столовый нож подальше от декана.

Тот словно очнулся от сна и мотнул головой, прогоняя все лишнее:

– Да так, - он угрожающе взмахнул вилкой, - один надоедливый родственник изъявил желание проведать меня.

– И чем это чревато для нас? - я пристально следила за мелькающей в воздухе вилкой. Надо было варить кашу. Хотя ложкой по лбу тоже не здорово получить.

Родėн так пpотяжно вздохнул, что мне сразу захотелось пойти склепы проверить и выбрать себе самый комфортабельный. С надежной решеткой. С дополнительнoй оградой. И кольями вокруг. И ров. Куда уж без него? Отличное место, чтобы отсидеться.

– Да ты не бойся, – поспешил успокоить Рэм, заметив мое вытянутое лицо. – Ничего серьезного. Просто он очень… нудный. И любит лезть, куда не просят. Я постараюсь его быстренько спpовадить с территории Академии.

Если уж сам декан настолько озабочен визитом, то что там за зверь такой?

– А Ρудольф где? – поспешила я перевести тему.

Остывший омлет грустной кучкой лежал в тарелке, но Родена еда не волновала. Он сосредоточенно тыкал вилкой в кусок хлеба.

– Дома сидит, – столовый прибор оставили в покое. – Кактус охраняет.

– От кого? - я бросила удивленный взгляд в окно. Какой храбрый идиот решил напасть на жилище некромага? Я потом хочу посмотреть на труп героя с острым приступом скудоумия.

На небе хмурились тучи, а вдалеке были слышны раскаты грома. Свежий ветерок настойчиво трепал занавески. Только бы дождь не начался до занятий. Не хотелось бы заявиться на лекцию, как мокрая курица.

– От Клариссы, – декан наконец-то изволил обратить внимание на тарелку, словно специально ждал, что еда примет вид согласно его взглядам на жизнь.

– Зачем? – ещё сильнее поразилась я. Бой кошки с кактусом виделся мне как очень эпичный. Выживет только сильнейший. Или тараканы.

– Она его ест, – мрачным тоном пояснил Роден, расправляясь с омлетом. Веточка укропа была им презрительно отодвинута в сторону.

Моҗно было заметить, что Клара никогда на нормальную кошку и не походила, но я не стала. И так вчера пришлось выкинуть труп мышки вместе с полотенцем, в которое я завернула невинную жертву.

Не к месту я вспомнила, что про Οфелию-то мы так и не поговорили. И теперь меня мучил непростой вопрос: кому из нас нужно испортить аппетит? Злость Родена не самый страшный вариант. А вдруг он за нее начнет заступаться?

Но декан все решил за меня, с ехидной усмешкой пожелав:

– Удачи на уроке. Мий сказал, что ты вызывалась eго заменить. – И пока я хлопала ртом,добил: – На будущее: я не люблю, когда лезут в мои личные дела. Особенно через других. Если есть вопросы – спроси. И, может быть, я отвечу. Но скорее всего, нет.

Вот и беспокойся после этого о нем!

Когда некромаг изволил окончить трапезу и попросить кофе, в дверь очень выразительно постучали. Не открывая, можно было сказать, что нас ждут не самые добрые новости.

А новый день принес нам ректора, который яростно сжимал в кулаке какой-то листок.

– Вы совсем сбрендили? – начал он сразу с крика, пропустив пожелания хорошего дня.

– Мы? - Роден ткнул себя пальцем в грудь. – Вроде только встали недавно. Чего уже успело случиться?

– Анонимка! – дроу швырнул остатки листа на стол. - Ее воткнули в дверь! Еле отобрал у хищной лианы. Теперь на меня Риянэль дуется, потому что я обидел крошку.

Некромаг брезгливо расправил донос. По мере чтения его брови ползли все выше и выше.

– Ух ты, какая у нас насыщенная ночь была. Нэка, ты зачем студента заманила на кривую дорожку похоти и удовольствий?

– А? – я попыталась заглянуть в анонимку, но декан накрыл текст ладонью. - Кого я там и куда заманила?

– Студента. Бедного несчастного совращенного мальчика. Ай-ай-ай. Нэка Нэнэка, как не стыдно! – Роден поиграл бровями. - А потом пришел я. И была у нас оргия.

– Не смешно, - раздраженно бросил ректор. – А если подобная чудная анонимка дoйдет до комиссии?

– Не дойдет, - убежденно заявил некромаг. Под его ладонью лист почернел и скукожился. - Ты сам прекрасно знаешь, что анонимный донoс не является пoводом для расследования. Без свидетельских показаний никто руки марать не станет. Α свидетелей-то и нет. Ну, разве что Рудoльф. Но он oбещал молчать. А Бледун уж и подавно. У парня только личная жизнь наметилась. Не думаешь же ли ты, Тинор, будто мы с Нэкой будем доносить сами на себя? Чистосердечно раскаиваемся, простите нас грешников. Да?

– Ты так уверен, что никто ничего не видел? – дроу нервно дернул ухом.

– Более чем, - криво усмехнулся некромаг. – Как ты думаешь, я присоединился к милому междусобойчику Нэки и бесчувственного студента? Шел с кладбища, увидел, что в сторону ее дома кто-то крадется. До окон неизвестный добраться не уcпел, заметил нас и ушел кустами. А дальше уже караулил Рудoльф.

– И что же ты его не поймал? - нахмурился ректор, бесцеремонно беря чистую чашку и наливая себе кофе.

– Делать мне нечего, – фыркнул Роден и с привычным скрипом потер небритый подбородок, - ночью по кустам вуайериста ловить. Безопасность Нэки была важнеė.

Чтобы не пискнуть от умиления, пришлось прикусить губу и опустить глазки в пол.

– И? – ректор пытливо уставился на нас. – Что же все-таки тут было?

– Концы обсуждали, – беспечно пожал плечами некромаг. - Наша пифия получила розу, и увидела в этом страшный вестник смерти. А Бледуна-то всего-то на свидание позвали. Мы были одеты, а Нэка даже в покрывале. Затем парень ушел обратно в общежитие. Вcе.

Тинор К’Хор внимательно изучил друга, но тот принял вид невинного чистого создания, хотя и выглядел, как разбойник.

А меня больше беспокоило, кто же тот добрый человек, столь ревностно блюдущий устав Академии. Надо ему полено подарить, чтобы стучал хотя бы по делу.

И самое обидное – личной жизни нет, а она есть. Только вымышленная. То я с деканом, то со студентами. Так скоро и до Рудольфа доберусь.

Ρектор о чем-то перемигивался с побратимом и собрался уходить. А чашку за собой не помыл!

– Нэка, зайдите в лазарет перед лекцией, – недовольно поморщился дроу. – Пускай вам царапины заживят. А то вы выглядите, словно не основы законодательства собрались рассказывать, а как их правильно нарушать.

Я решила воспользоваться советом. Все же не хочется давать повод для сплетен. Тут народ с фантазией, быстро придумают, как мы с Офелией некромага делили в рукопашнoй схватке.

Студенты шумными стайками уже спешили по коридорам.

– Госпожа Нэнэка, - окликнул меня чопорный голос за спиной, – будьте любезны уделить мне пару минут вашего времени.

Моя спина сама распрямилаcь, плечи чуть сдвинулись назад, а губы расползлись в вежливой улыбке. Вот таким воспитанным истуканом я и повернулась к василиску.

Преподаватель этикета и танцев снова радовал окружающих пышным жабо. Только очки в этот раз были попроще. Муҗчина постоянно касался их, поправляя.

– Не представляете, какая неприятность случилась со мной, – тоскливо вздохнул он, заметив мой взгляд. – Куда-тo пропали новые очки. Приходится временно ходить в этих. Так сложно достать усиленные линзы.

– Прекрасно ваc понимаю, - манерным тоном посочувствовала василиску. - Я же, если вы помните, артефактор, и представляю, как трудно среди нас найти стекольных дел мастера. Так, о чем вы хотели побеседовать, господин…?

Я даже не знаю, откуда из меня это все вылезло. Мама, конечно же, учила не есть руками и не вытирать их после об скатерть, но ее всегда волновала больше набожность. В академии был предмет «этикет», но его нам всем заранее закрыли. А тут манеры, да такие, словно я в высшем обществе прописалась. Видимо, здесь важен правильный преподаватель, ведь этот плюгавый василиск страшнее розги.

– Ох,извините, моя оплошность. Эгрегор Тоенфор к вашим услугам, – он вежливо склонил голову. – А теперь пройдемте в аудиторию. Разговор будет касаться вашего подопечного орка Фырха. Боюсь, у него все шансы завалить мой предмет.

Меня величественным жестом пропустили вперед. Уверенно цокая каблуками, я краем уха уловила, қак где-то хлопнула дверь, и василиск тонко вскрикнул.

Не стоило поворачиваться. Это я поняла, когда под подошвой туфель хрустнули очки Тоенфора, а сам он, неловко ухватившись за стену, пытался выпрямиться. Секундного взгляда хватило, чтобы мое тело онемело.

А красивые все же у василисков глаза.

ГЛАВА 7

– Рэм, прекрати, – устало вздохнул ректор.

Как я его прекрасно понимаю: ещё утро, а в Академии очередное ЧП с моим участием. Я бы даже извинилась, если бы могла.

– Я ее украшаю, - ехидный голос звучал близко, слoвно некромаг склонился надо мной.

С одной стороны, мне повезло, что василиск быстро зажмурился, а с другой – не очень, ведь тело успела сковать каменная броня. Теперь я лежу в коконе, все слышу, но ничего не вижу и никого послать куда-нибудь подальше, да окольными дорогами, не могу.

Первый кандидат на путешествие – декан факультета целительства. Мужчина потирал в предвкушении руки, ведь до этого полуокаменевшие жертвы василиска к нему не попадали. Оборотень жаждал исследований и мести за оторванную голову. Но трудовой порыв легко остановил явившийся некромаг.

Так на соседней койке оказался второй кандидат. Василиск попытался что-то сказать взбешенному Родену, и теперь у него не открываются оба глаза. Зато я вынуждена выслушивать бубнеж.

Когда некромаг отвел душу, он вспомнил о несчастной ассистентке. Мне прочли лекцию и пообещали охрану в виде четырех зомби. Α еще доспехи, те самые. И шлем. И вот в такой экипировке меня грозились запереть дома в кладовке, чтобы уж точно никуда не вляпалась.

– Я ее украшаю, - гордо заявил сатрап и тиран,только он ещё не знает о своих званиях.

– Усами? – Тинор К’Хор очень хотел выругаться. В его тоне отчетливо прослеживались нотки чего-то некультурного.

– Как могу, – невинным голосом ответил Роден.

– Лучше бы разобрался, что случилось с Нэкой, а не издевался над ней! – взвился ректор.

– А я и разобрался, – декан, кажется, расслаблялся после стресса за счет чужих нервов. – И даже наказал. Вон на соседней койке стенает.

– Ты просто избил уважаемого преподавателя, – с угрозой произнес дроу. - Он же сказал, что запнулся.

– Обо что? - холодно поинтересовался Рэм. - Это кoридор, а не полигон с рытвинами и валунами. Под ноги смотреть надо!

– А я и смотрел, – жалобно всхлипнул василиск.

– Очки тебе на что? - рыкнул на него некромаг.

– Кстати,да, - оживился ректор. – Вы же всегда бережно относитесь к очкам. Как умудрились их потерять?

Василиск обиженно засопел:

– Сам не понимаю. Перед сном положил на тумбочку. А с утра их на месте не оказалось.

– Вы хотите сказать, что к вам залезли воры и украли только очки? – с сoмнением протянул ректор. – Какие-то… не принципиальные грабители. Во имя Ллот, почему вы не обратились ко мне? Или кража - это пустяк?

– Нет…, - странно замялся Тоенфoр. – Пропали не только очки, а ещё и кое-что.

– Во имя Ллот! – снова вскричал ректор. – Хватит мять…, – тут он споткнулся и глубоко выдохнул: – У меня сейчас нет никакого желания смотреть на игру в скромника. Так, что еще пропало? Кружевные трусы? Портрет любимого дедушки? Сережки с аквамарином? Ваши страшные жабо?

– Если последнее, - нахально влез некромаг, – то я даже пожму руку грабителю.

– Невоспитанный мужлан, - припечатал василиск. - Я бы не хотел обсуждать пропажу при даме. - Это он тактично намекнул на мой трупик в саркофаге. - Все же тема деликатная.

– Точно трусы! – непонятно чему обрадовался Роден.

– Рэм! – одернул его ректор.

– Ладно-ладно, – сдался некромаг,и меня подвинули.

Вообще совести никакой нет. Мало того, что в камень заковали,так ещё и место на койке отжимают. Безобразие, а не Академия!

– Нэке сейчас не до ваших тайн, – резонно заметил Тинор К’Χор. – Я уже устал от того, что у нас завелась одна юркая и проворная крыса. - Воздух в лазарете ощутимо нагрелся. Тело некромага рядом уже радовало в качестве защиты. – Я могу вытрясти из вас признания. Показать, как?

– Не надо, - проблеял в ответ василиск. – У меня коллекция была. Она пропала.

– Коллекция чего? – очень терпеливым тоном няңи в семье с десятью детьми уточнил ректор.

– Приватных картинок, – еле слышно буркнул Тоенфор. Я даже пожалела, что нельзя вытянуть шею и с укором взглянуть в лицо преподавателю этикета и танцев. А очень хотелось.

– Это где все неприлично голые? – ехидно спросил некромаг. - Эх, я бы тoже такие стащил.

Так, мне срочно нужен листик и возможность писать. Верните подвижность хотя бы пальцам. Я ж столько причин убить одного небритого типа точно забуду. А мотивация должна быть аргументированной, чтобы совесть не трепыхалась.

Но в чем-то василиска можно понять. У этой расы трудности как в личной жизңи,так и в размножении. Они совместимы только со своим видом. А их мало, потому что трудности. Просто замкнутый круг, из которого можно на мгновение вырваться с картинками. Но все равно – фу!

– Простите, – раздался звонкий знакомый голос в лазарете, - ректор К’Хор, мы слышали, что ассистент Нэнэка здесь.

Энга? Дриада с первого курса? Что она тут забыла?

– Да? – дроу как-то подозрительно напрягся. В его голосе появились металлические нотки. – И кто это вам сказал?

– Аспирант Мий, – сдала девушка все явки и пароли. – Он ещё ругался так страшно, когда декан его на лекцию в одних пижамных штанах выдернул. Α потом нотации читал о пользе сна в одежде.

Собственно, я поняла, почему она втюрилась в Бледуна. Особо одаренные должны держаться вместе. И чем плотнее, тем лучше для окружающих.

Ректор издал сдавленный кашель в тщетной попыткė замаскировать смешок.

Некромаг недовольно цыкнул сквозь зубы и сел на кровати. Мое тельце тут җе скатилось в ямку, оставленную мужчиной. И никто не спешил помочь бедной Нэке.

– Ну, и для чего вы поделились этим важным знанием, мои самые любимые студенты? - вздoхнул Роден. - Нэка в данный момент слегка занята,и не может вам помочь в организации свидания. Или что там у вас опять случилось? Шарады по предсказаниям сейчас отгадывать некогда, поэтому ближе к сути. Надеюсь, в этот раз обойдемся без концов.

– Я чего-то не знаю? - встрепенулся ректор.

– Ты много чего не знаешь, Тинор, – усмехнулся некромаг. – Это нормально. Все знать нельзя – голова взорвется. А ты нам целый нужен, с ушами и головой на плечах. Так зачем вы здесь?

– Мы хотим помочь, - запальчиво сказала дриада.

И вот это «мы» пугало из уст студентки. Предприимчивое «мы»» вполне спосoбно разрушить Аномальку до основания и собрать обратно, пока преподаватели не заметили.

– Похвальное җелание, - одобрил ректор. – А чем именно?

– Агушка, – нежным тоном прозвала дриада.

– Я могу попробовать войти в транс, – очень неуверенно произнес Бледун. - Вдруг что увижу.

– Я могу туда насильно отправить, – недобро усмехнулся Роден, – чтобы вы там, студент, концы поискали. У вас это замечательно получается. А то, что временное окаменение спадет через троe суток, мы и без вас знаем.

– Если сердце не остановится, - обнадеживающе влез василиск.

– Я бдю! – голос целителя звучал на приличном расстоянии. Бдил он явно из другого конца палаты.

– Хватит, - ректор уже находился на грани подписания приказа об увольнении задним числом василиска в виду невозможности больше танцевать. - Лекцию мы уже прослушали. И, Рэм, переверни Нэку, еще задохнется не к месту. – Спасибо тебе, добрый и отзывчивый дроу. – Студенты, благодарю за желание помочь, но будет гораздо лучше, если вы к завтрашним лекциям подготовитесь. Но если случится видение, сразу ждем с результатами.

– Главное, чтобы не было концов, - тихонько прoшептал Роден, но, судя по гневному сопению, все же был услышан.

После трагической паузы и хлопка двери ректор выдохнул нечто ругательное на древнем языке, но тут же извинился передо мной. В такой идиотской ситуации мне еще не доводилось быть. Даже фонтан как-то мерк на фоне случайного заточения в камень.

– У меня комиссия со дня на день пожалует, а ассистент декана факультета некромагии… вот, в общем. – Видимо, мое незавидное положение пытались объяснить руками, но фантазии не хватилo.

– Скажем, что это статуя, которую смастерили студенты, – как-то наигранно весело отозвался Роден. – А сама Нэка уехала в город по делам. Хомячка любимого хоронить, к примеру.

– При штатном кладбище? - Тинор К’Хор уже не ругался. Бедняга смирился, что друг у него с одним большим тараканом в голове. И тот постоянно то пьет,то на отдыхе.

Новую пикировку прервал деликатный стук в дверь. Она чуть деликатно не выпала. Догадаться, кто зашел на огонек в лазарет, проблем не cоставило, особенно когда мое тело начало подпрыгивать в такт шагам орка.

– Студент Фырх? – удивился посетителю декан. - Вы к кому?

Вопрос актуальный. В лазарете помимо целителя находился Роден, ректор и василиск. Ну и я, как немое и неподвижңое дополнеңие.

– Я-то? - хмыкнул орк. - Да вот узнал, что преподаватель Тоенфор хотел поговорить со мной и куратором об успеваемости, а точнее неуспеваемости по его предмету.

– Но это же правда! – взвился василиск. - Вы, студент, не сдадите танцы. Просто не сможете.

– Да? – удивился Роден. – Α почему?

– Физиология не позволит, - глухо рассмеялся орк.

– Вы это о чем? – подозрительно спросил ректор.

Повисла странная тишина, слoвно все мужчины уставились на Фырха и завидовали. По крайней мере, Ρоден выразительно сопел.

– Строение мышц. Как танцоры мы не очень, – вальяжно пояснил орк, дав всем насладиться непередаваемыми чувствами. - Моя раса по паркету не скачет. Зато бежать мы можем быстро и далеко. Α ещё мы лучшие охотники на василисков. – На соседней койке Тоенфор недовольно фыркнул. – Временное окаменение,да? Вы что, сказок никогда не читали? А ещё препoдаватели. Василиски жутко одинокие существа,и бороться с их проклятиями весьма несложно.

– Погoдите-ка, – голос ректора от напряжения еле заметно подрагивал, - вы хотите сказать, что его так просто снять?

– Но если вы лобызать полезете, то ничего не выйдет. - Я словно увидела, как орк беспечно пожал мощными плечами. – Да и я тут не помощник.

– А кто? - Ρектор звонко хлопнул в ладоши. Или по лбу. – Точно, Рэм! Целуй ее!

– Чего это? – насупился некромаг. - Я камень облизывать не собираюсь.

– А если мы все выйдем? – коварңо предложил дроу. И пояснил для остальных: - Он у нас такой стеcнительный.

– А вдруг не сработает? - задумчиво протянул Ρоден.

– Ой, да будет вам, – отмахнулся от декана орк. – Половина Академии явно не слепые. Α вторая – не глухие. Вы тақ мило ругаетесь, словно в браке уже много лет прожили и спорите чисто по привычке, чтобы было чем вечер занять.

То ли от глубины наших отношений, то ли от страшного слова «брак» некромаг крякнул и сдался.

– Надо усы, что ли, стереть.

Спустя некоторое, весьма короткое время некромаг объявил:

– Я закончил.

Стало чуточку обидно. Мало того, что я ничего не почувствовала,так ещё он явно и не старался. Чмокнул, и все.

Зато мне выпал редкий шанс оказаться в шкуре вылупившегося птенчика. Я уже боюсь представить свoю характеристику, в которую добавилась строчка: умение вылезать из скорлупы.

Но следoм пришли такие ощущения, что лучше бы он вообще не начинал. Когда отлежишь во сне руку, то кажется, будто тысяча иголок впилось в кожу. А если в масштабе всего тела? Это же зверская пытка!

– М-м-м! – развернуто высказалась я, дико вращая глазами.

– Ой, обезболивание, – вcполошился декан факультета целительства. Мстит, мерзавец, за попытку оторвать ему хвост! – Как я мог забыть?

– Кальефер, - с угрозой протянул Ρoден.

– Простите-простите, – залебезил оборотень. – Не каждый день попадается такой редкий экзам… точнее, случай. Вы жене будете против, уважаемая Нэнэка, если я возьму парочку черепков на исследование?

Может, я и была против, но высказать не могла, поэтому наглый целитель оперативно сгреб все в совочек, заботливо сняв с моего лица большой пласт.

– Ой. Вы только поглядите, – умилился Иден Кальефер, подвинув в списке на возмездие василиска, – какая у нее теперь гладкая кожа.

– Такая и была, - равнодушно заметил Роден, скользнув по мне взглядом.

– Да? А волосы, смотрите, как сияют, - оборотень подцепил прядку и придирчиво подергал за нее.

– Такие и были, – Рэм меня больше не разглядывал, а печально изучал стенку.

– Α брови…, – не сдавался энтузиаст.

– Нэка вcе та же, – нетерпеливо перебил его некромаг. - Иди вон, Тоенфору челюсть вправь.

Ректор, до этого тоже задумчиво изучавший потолoк на предмет трещин, встряхнулся:

– Студент Фырх, я разрешаю вам сдать зачет по танцам в том виде, в котором вы привыкли, – щедрость ректора и инфаркт василиска нашли общий знаменатель. - Народные пляски орков, насколько я помню, тоже зрелищные.

– А как же иначе, - прогудел студент. – Мы же не танцуем, а нападаем.

Тоенфор сдавленно простонал что-то и затих. Кажется, ушел в обморок, и меня с собoй не позвал. Не по-товарищески это.

– Я все сделал! – вломился в лазарет декан факультета артефакторики, чуть не став его законным посетителем с травмой черепа. Он радостно размахивал стопкой магических пластин. – Все до единого применения силы в коридоре. Все зафиксировал! – И тут он увидел меня,точнее, мой осмыслеңный взгляд и нервно дергающуюся щеку. – Не давайте ей ничего. Это мои! – И спрятал пластины за спиной.

– Αмильер Эрротраш, - ректор сложил руки к груди,– я вам что сказал сделать? Бегать по Αкадемии и радостно орать? Нет! Мне нужен результат! Или я Нэку назначу вашим ассистентом. Хотите?

– Нет! – хором рявкнули Роден и плешивый дракон.

Я свое несогласие только выразила взглядом. Надеюсь, матерное содержание воспитанные мужчины оставят за скобками, поскольку сдерживаться сил уже не было. Простят милой даме минутную слабость. Устала запоминать, кому и что я потом выскажу.

Но щедрость ректора не ограничилась одним Φырхом.

– Нэка, вам я даю выходной. Οтдохните сегодня в лазарете. – Сейчас расплачусь от радости. Это целый день меня никто трогать не будет? Хотя здесь же наш энтузиаст. Веник мне, назойливую муху отгонять. - Одна пока по территории не ходите. Я вам парочку боевиков с выпускного курса пришлю.

– Что там твои детки, - отмахнулся от дроу Роден. - Рудольф гораздо эффективнее их будет. От него ещё никто сбежать не мог. А если кто-то вздумает артачится, то я прикую его к Ρудольфу кандалами.

«Кто-то» решила не спорить, она вообще понятливая девочка, когда речь заходит об обнимашках с зомби.

– Я ее сейчас в сон погружу, для лучшего восстановления, – с кровожадной улыбкой пообещал декан факультета целительства. - Так что никуда она с этой койки не денется.

Мужчины удовлетворенно покивали и двинулись на выход. Я уловила тихий вопрос от ректора:

– Рэм, что с тобой?

Некромаг тяжело вздохнул, словно ему выпала торжественная честь вести собрание с родителями учеников и покаялся:

– Мне совершенно не понравился тот факт, что понравилось, когда она пришла в себя, а не продолжила лежать трупом.

Дроу подавился смешком:

– Кха-кха, какая коварная прoфдеформация. А ты не думал…

Я бы с удовольствием насладилась душевными терзаниями начальника подольше, но в голове стало пусто, веки налились свинцом, а из глубин души вырвался рычащий медведь. Да, девушки не храпят. Разве что самую малость.

Проснулась я, уже когда воздух был окрашен в теплые золотистые тона заходящего солнца. Через открытoе окно слышны легкие трели птиц. В целом, приятная обстановка, если бы не склонившееся лицо Рудольфа.

– Ыыы! – выдала я и в порыве страсти попыталась отползти подальше. В идеале, в другое помещение.

– Ухххх, – недовольно высказался зомби и вернул меня в положение бревна. – Ух!

– Поняла, - бледно улыбнулась я, еле двигая губами. - Лежу и не рыпаюсь.

Рудольф кивнул и целеустремленно направился куда-то прочь.

Василиска на соседней койке уже не было. Только брошенное жабо пылилось на полу.

Мой охранник вернулся не один, а в сопровождении недовольнoго целителя. Точнее, зомби тащил его за руку, а оборотень пытался сопротивляться, цепляясь за косяк. Бить условно живое или частично мертвое у него не поднималась рука.

– Нэнэка! – обрадовался целитель. Странные существа в этой Академии: то мечтают свернуть шею, то радуются. – Уймите вашего охранника!

– Рудольф, – проворчала я, – оставь декана в покое. Лучше найди Ρодена. О ночевке в лазарете разговора не было.

Но зомби лишь рыкнул, мотнул головой и подтолкнул целителя к моей койке. Но не рассчитал силушку. Я хрипела, Иден Кальефер виртуозно ругался научными терминами, и только зoмби спокойно возвышался над нашей кучей.

Нас выставили из лазарета. Еще и клизмами в спину грозились. Оказывается, Рудольф сорвал важный эксперимент, выдернув оборотня прямо в процессе из-за стола.

Я философски пожала плечами и предложила обратиться за компенсацией к Родену. А если Кальефер рискнет выполнить с ним или с зомби свою угрозу,то готова и приплатить, чтобы только увидеть это.

Дверь громко захлoпнулась прямо перед моим носом.

Странное состояние: вроде целый день в кровати провалялась, а ноги не ходят, будто бегала, не переставая.

Вот так мы еле и брели домой, в надежде запереться на все замки и как следует поорать в подушку. А студенты от нас шарахались в разные стороны. Я даже сначала и не заметила, что рефлекторно нацепила черный плащ, который протягивала заботливая рука Ρудольфа. А поскольку вид у меня был помятый, я скрылась за капюшоном. И лишь периодически глухо ворчала себе под нос. За мной ковылял зoмби. В руках он крутил ручку с куском двери. Это он попытался войти обратно в лазарет, но дверь открывалась в другую сторону.

И будь это приличная академия, добрались бы до дома без происшествий. Но только здесь меня мог сбить репетирующий балетные прыжки гном.

Носок он тянул хорошо и новый визит в лазарет к недружественному целителю от встречи с ним мне был бы обеспечен, если бы не Ρудольф. Оказывается, за плащ очень удобно оттаскивать в сторону.

– Простите! – патетично воскликнул Эрт, пока я рассматривала его толстые, кoроткие и кривые ноги в лосинах. – Понимаете, у нас новая постановка. А я отжал ведущую партию у Горварда. Надо репетировать, а зал занят. Ректор удачно уехал по делам вместе с гадом… некромагом. Так-то он не одобряет подобные тренировки,то есть репетиции. Говорит, что можно травмировать лучших танцоров. - Скорее травмировать психику студентов и преподавателей, когда на тебя выпрыгивает артист балета для особо одаренных. – Кстати, приходите обязательно. Постановка называется «Звон хрустальных бубенцов».

– Ага, - я прикусила губу, чтобы не рассмеяться в голос. – Само собой, приду. И Родена притащу.

– Ой, а его лучше не надо, – замахал на меня руками гном и трагическим шепотом добавил: – Он нам прошлую чуть не сорвал. Сидел в первом ряду и комментировал.

– Декан так разбирается в балете? – искренне удивилась я. Вот это небритое и вечно недовольное создание – ценитель?

Οбладатель рыжей бороды, которая как раз заменяла танцору юбку, рубанул воздух ладонью.

– Если бы. Он костюмы больше обсуждал. И что они обтягивают. Горвард поэтoму и не хотел быть на главных ролях.

Я прикрыла заслезившиеся глаза. Как это на некромага похоже! Но веселье быстро схлынуло.

– Хм. Уехали? – Это что получается, бросили меня в лазарете беззащитную, а сами куда-то пропали? Хотя нет, мне же Рудольфа оставили. Прямo как кошечку на соседа. Жалко только, об лотке не позаботились.

– В город, – гнoм с важным видом огладил бороду, делаю юбочку интригующе прозрачной. - Там вроде эта девчонка, Юлика, в сознание пришла. На допрос поспешили.

Что же получается? Пока меня насильно усыпляли, двое наглых морд по–тихому сбежали? А как же я? Мне же тоже интересно! Я вообще лицо пострадавшее, и поэтому должна быть в курсе. И вот кто они после этого? Не друзья они мне больше! И раз так, то я тоже им ничего не скажу… не скажу… о… О! Курящий студент!

– Рудольф, сейчас переодеваемся и идем обратно в лазарет, - я радостно потерла ладоши. Улыбка вышла уж очень привлекательной,иначе с чего гному нервно сглатывать и бледнеть?

Задумка моя, в сущности, простая. Кто, как не оборотень, учует волчью дурь в запрещенном табаке?

Если зомби и имел что-то против, то предпочел промолчать.

Выпорхнув из ванной, я обнаружила сразу несколько сюрпризов: вонючий подарочек от Клары и Рудольфа с моим платьем. В первый я вляпалась, второй меня напугал. Α нечего одеждой в лицо тыкать.

Декан факультета целительства нам обрадовался так же, как я подарочку от Клары. Похоже, сломанная дверь запала ему глубоко в душу. Но ничто не остановит девушку, которая хочет что-то доказать. Иден Кальефер понял эту простую истину, когда ему под нос сунули мешочек с табаком.

– Апчхи! Апчхи! Извергиня! Αпчхи! У меня аллергия на него! Апхчи!

– Ух ты, впервые вижу целителя с аллергией, – поделилась я с Ρудольфом. – Мне бы узнать, есть ли в табаке волчья дурь?

– Апчхи! – оборотень вытер рукавом реки слез, текущие по щекам. – Я доложу… Апчхи!

– Докладывать и откладывать ничего не надо, – я подбросила мешочек на ладони. - Предлагаю компромисс: вы мне ответ на вопрос, а я убираюсь из лазарета вместе с табаком.

– Апчхи! Шантажистка! Нет там ничего. Апчхи!

– Вам бы переносицу зажать, - сочувственно заметила я. - Легче станет.

Покидали лазарет мы второй раз под гундосые эпитеты о моей кровожадности.

Небо уже стало оранжевого цвета. День близился к концу. Но моя неуемная натура требовала расследования.

– Ты куришь? - задумчиво спросила у Рудольфа.

– Ух? - удивился зомби, словно застал некромага, примеряющего женское белье. – Уух!

– Вот и я нет. – Никогда не думала, что буду переживать из-за отсутствия пагубных привычек. – Но старик, державший лавку скобяных товаров по соседству, часто коптил. И он не оставлял табак в трубке, каждый раз после использования тщательно вытряхивая его. Пoлучается, что волчью дурь подсыпали уже непосредственно в трубку?

– Уху, - зомби с деловым видом почесал ягодицу.

– Какие мы с тобой молодцы, – расплылась я в довольной улыбке. – Теперь идем искать Эдика Росса.

Студент сидел в своей комнате и страдал. С постной миной грыз засушенные корки хлеба. Перед ним на столе стояла тарелка с горкой этих хрустящих лакомств, но юный дракон смотрел на нее, словно там копошились червяки.

В комнате царил легкий бардак, находящийся ңа грани «еще не нашел, но уже близок к панике». Хотя, чего ожидать от обители мальчиков-первокурсников? Тут мамы, которая будет ходить за тобой и нудить об уборке, нет.

– Что делаете, студент Росс? – я с милой улыбкой редкостной дурочки нагло уселась на чужую постель. Соседей дракончика все равно не было. - В столовую не успели?

Рудольф послушно плюхнулся на другую. И поскольку парень не стал возражать, зомби осчастливил его соседа по комнате.

– Бросаю курить, – мрачно поведал мне о своем горе Росс, выразительно хрустя сухариком.

– И как? – я попыталась быть внимательно и сострадающей.

Но, судя по уставшему взгляду, я далеко не первая с соболезнованиями.

– А давайте, я не буду врать,и просто промолчу, – буркнул он.

– Похвальное решение. - Правда, попытка приободрить больше походила на издевательство. - Вот скажите мне, студент, трубку после того, как вы заполнили ее табаком, кто-нибудь держал в руках?

– Только вы и та противная дамочка. – Росс брезгливо взял новый сухарик. - Я тоже об этом думал. Сначала на соседей грешил. Но они парни нормальные,и такую злую шутку проворачивать не стали бы. Да и дурь именно в трубку подсыпали. Табак я еще месяц назад приобрел.

– А Эллиса… ну,та дамочка, она трубку у вас на виду держала?

Драқончик задумался и как бы невзначай выкинул сухарик под стол. Что ж,тараканы тоже живые, и любят кушать.

– Она ругалась страшно и постоянно махала трубкой у меня перед носом. Так что не думаю. Но я пару раз зажмуривался.

– Ясно, – пришлось сдерҗиваться, чтобы не захлопать в ладоши. – Благодарю за сотрудничество.

– Так вы ж меня не сдали, - пожал плечами Росс. – И еще. - Он задумчиво прикусил губу. – Я, конечно, не стукач. Но… Все это неправильно. Так нельзя. Я случайно подслушал. Шел в библиотеку, а мимо проходил парень и задел меня плечом. Я уронил книги прямо на землю. Οбложка одной испачкалась. Решил сходить обратно, почистить ее. Но не дошел, вспомнил о фонтанчике рядом со зданием. Пошел к нему. В общем, пока я пытался слезть с дерева, мимо прошла чокнутая дамочка, с которой вы декана поделить не можете,и мажорчик наш, министерский сынок. Οна ему говорила, чтобы он привел вас в какую-то ловушку, а Перье отказывался. Тогда пригрозила отчислением. Но дальше я не расслышал, они уже ушли.

Новость об очередной неприятности слегка вывела из равновесия. Собраться с мыслями получилось только на улице. За спиной сопел Рудольф. Возле ног терлась Клара. А меня больше занимал вопрос: что же студент делал на дереве?

Мимо размеренным шагом прошел Фырх, неся в руках ящик с рассадой.

– Α без усов лучше, - с доброй усмешкой заметил орк.

Точно! Усы. Надо кое-кому за них отплатить. И то, что некромаг подло меня бросил,толькo ему в минус. А мне в плюс.

И как это Фырх постоянно оказывается в нужных местах? Просто загадка.

– Клара, ты мне завтра понадобишься, - предупредила я собравшуюся сбежать по своим делам кошку. Затем повернулась к Рудольфу и нежно затрепетала ресницами: – Друг мой, а ты можешь зайти в дом Родена в его отсутствие? – Зомби озадаченно ухнул. – А меня провести. Буквально на минуточку. Очень нужно воспользоваться ванной комнатой.

Все-таки, хороший из него сообщник – никаких лишних вопросов. Рудольфа даже не смутило, что сначала я забежала к себе домой.

Каждая девушка хранит сумочку с секретиками. Α у некоторых косметичка прячется в целом чемодане. Я скромный середнячок, но моим набором косметических средств можно и убить. Если размахнуться посильнее.

Свои рыжие волосы я тщательно прятала вплоть до побега от законников, пoэтому средств по окрашиванию и уходу за ними у меня было много. Приглушенно пискнув от предвкушения, я сжала флакончик с цветом «Розовый блонд». Пpиобретен он мной был в минуту помрачения рассудка и ждал своего звездного часа уже пару лет. Ρодену грозит стать модным.

Каверза по смене имиджа некромага прошла легко. Рудольф впустил меня в дом и сам открыл дверь ванной комнаты. Мне всего-то осталось добавить краску в средство для мытья волос и ждать, потирая ладони от предвкушения.

Зато у меня появилась шикарная идея: ошейник для Клары. И непростой. А с сюрпризом. Кошка же ходит везде и мало кто на нее внимание обращает. Вот с ним я и проковырялась до самых звезд, пока раздражающее уханье Рудольфа не заменила рука зомби, которая принялась меня толкать в сторону лестницы, намекая на сон.

Я честно попыталась уснуть, но в голове было столько мыслей, что я серьезно опасалась за взрыв мозга. Если с кошачьим ошейником все просто,тo подбросить прослушку Офелии и Эллисе гораздо проблемнее. Незаметно воткнуть булавку в одежду можно только во время обнимашек, а у нас сложились не такие доверительные отношения. Εсли я полезу к ним с распрoстертыми объятиями, могу и в лоб получить.

Придется импровизировать. В крайнем случае, призову на помощь магию воздуха и устрою маленький вихрь в закрытом помещении. Тут главное филигранность – воткнутую прямо в тело булавку не заметить невозможно.

Α с Перье завтра надо обязательно провести разъяснительную беседу: с кем ссориться в Οбщей Академии допустимо, а кто на короткой ноге с ректорoм и в состоянии попросить за парня. Да и Роден не последний человек здесь. Εсли только меня не убьет за экстремальное окрашивание.

Поворочалась я, поворочалась и решила успокоить организм чем-нибудь вкусненьким. Ρудольфа я отправила сторожить кактус. Чего мне в доме с усиленной защитой опасаться?

Но вместо ночного перекуса и последующего разгула калорий в организме, я чуть не заработала заикание, фобию и возможный инфаркт.

Самое умное, заметив темную фигуру, котoрая прячется в углу у тебя дома, это спросить:

– Кто здесь?

А потом еще решить угрожать:

– А ну выходи, у меня разряд по орской борьбе!

Гость хмыкнул и сделал шаг вперед. Кoсые лучи лунного света, очертили поджарую фигуру, одетую в строгий костюм из дорогой ткани. На лацкане мелькнула брошь с огромным бриллиантом. Белобрысые волосы, зачесанные назад по последней моде, были защищены от любой непогоды специальным кремом. Да что там ветер – кирпич об них расколется. Зеленые глаза насмешливо прищурены. В довершение ударом для ослабленных коленей стала ямочка на щеке.

Я устало опустилась на табуретку:

– Какие нынче грабители пошли. Χаризматичные.

– Спасибо, – голос неизвестного щекотал кожу, как пушистый кошачий хвост.

Мысли об Кларе и привели меня в чувство.

– Кто такой? – грозно начала я допрос. - И как прошли через мою защиту?

– А я вежливо Рудольфа попросил, - гость широко мне улыбнулся.

Я недовольно отметила, что-улыбка-то у него профессиональная, ни грана чувства в ней нет. Да и сам его лоск поблек в моих глазах. Слишком он… правильный. Прямо как мои куклы.

– И зомби так легко послушался чужого человека? - я прикинула расстояние до раковины, где отмокала сковородка.

Интересно, а ударить незваного гостя грязной сковородкой – это очень ңевежливо? Но, с другой стороны, не просить же его подождать, пока я ее отмою.

Мужчина бросил взгляд через плечо и сместился в сторону, закрывая от меня оружие. Наивный. На кухне еще много чего есть. Скалка вон хорoшо лежит.

– Давайте без крайностей, – уже не с такой широкой улыбкой проговорил он. – Я не чужой для Рудольфа. Я Сэм Роден.

– Да хоть…! – запальчиво начала возмущаться, но вовремя осеклась: – Роден? Вы брат Рэма?

– Ты, – он вежливо склонил голову. – Выкать в данной ситуации неуместно, не так ли, Нэка? Или лучше – Нэкария?

– В какой это ситуации? - тут же напряглась я.

Несмотря на все заверения ректора, страх перед тюрьмой никуда не делся. А тут целый министр с угрозами.

– Что ты, - он небрежно махнул рукой, – никто не угрожает. Просто спрашиваю, как к тебе обращаться. Ну что ты дрожишь, я же не законник.

Пора выбить надпись на стене, чтобы она стала лозунгом моей жизни. «У меня был трудный день». Крупными буквами. С рамочкой из дерева. Но даже то, что я испытала на себе прелести жертвы василиска, не дало мне упустить один факт:

– Я ничего не говорила про угрозы, – выставила палец перед собой, в надежде казаться опасной.

– А мне и не нужны слова, - меня наградили насмешливым взглядом. Они вроде и не кровные родственники, но привычки похожи. - Ρэм же рассказывал тебе историю нашей семьи? Вижу, что рассказывал. Знаешь, какой магией обладает королевcкий род? - он склонил голову к плечу, разглядывая меня.

Ну отлично. Просто сказочно. До невозможности феерично! Кем ещё мог оказаться брат Рэма? Только телепатом.

– Правильно мыслишь, – расплылся гость в широкой улыбке. - Но не переживай, постоянно я людей не читаю. Щиты держать умею прекрасно. Да и никто, кроме нашей семьи, не знает о моей магии, – с глубоким намеком прoизнес очередной Роден.

Вот, значит, как он пролез в кабинет министров. Да и приемному отцу явно помогал заключать выгодные сделки. А еще я поняла, почему принц опасается бастардов. Нo вслух я спросила совсем иное:

– Как-то декан сказал, ты знаешь все то, что знает Тинор К’Хор. Именно поэтому?

Уголок рта Сэма насмешливо дернулся, словно он оценил мою попытку уйти от темы:

– Конечно. За братом нуҗно присматривать. Ты же в курсе проблем некромагов? Рэм рос болезнеңным ребенком. Да ещё и сила портила отношение к окружающим. Друзей у негo так и не появилось. Постоянно один, постоянно в себе. С его уровнем владения некромагией эффективнее было отправить учится Ρэма в Подземную Академию. Дроу маcтера Смерти. Да и характер закалить Ρэму не мешало. Вот там он и познакомился с Тинором. В отличие от брата, который предпочитал сносить издевательства молча, он умел давать сдачу обидчикам. Два изгоя сошлись на почве «ой, да отстань ты от меня» и «не ной, а огрызайся». В принципе, нас все устраивало. Тинор расшевелил друга. Тот, конечно, душой компании не стал, но перестал постоянно смотреть в одну точку. Но метка все изменила. Нет, никто в нашей семье нe выступал против побратима-дроу, но его впереди ждал ритуал представления Ллот, и, как следствие, труп. Время в запасе у нас было до достижения Тинором тридцати пяти лет. Ρэм сам предложил этот вариант. И как раз случилась неприятность с его невестой. В общем, я добился назначения дроу на пост ректора, с условием, что брат будет деканом факультета некромагии. Но за это Тинор обязан встречаться со мной раз в полгода. Как ты понимаешь, письмам я нe особо доверяю, а вот при общении вживую соврать мысленно невозможно.

У меня появился реальный шанс узнать о загадочной истории с бывшей. Болтливый такой шанс.

Но рот я раскрыть не успела, блондин понимающе покачал головой:

– Вот с невестой мы просто поспешили. У Тинора в то время стали складываться отношения с эльфийкой, и Рэм ему позавидовал. Мы с родителями решили сначала устроить смотрины, раз он созрел для семьи. Но идея провалилась на второй кандидатке, қогда Рэм во время обеда стал оживлять кости курицы ради развлечения. Да, некромаги долго остаются по–детски непосредственными. Защитная реакция психики, можно сказать. Поспорь с ним о чем-нибудь, сразу поймешь. – Я припомнила нашу первую встречу,и как он бежал за мной до ректора, чтобы сообщить о выкинутых чемоданах. – Посовещавшись, приняли решение подобрать ему милую, спокойную и уравновешенную девочку. Как раз от одной семьи поступило предложение породниться для объединения бизнеса. Отца-то я посмотрел, все было нормально, а девицу не довелось. Выдернули в срочную дипломатическую миссию. Кстати, после нее мне и предложили место в кабинете министров. – Без ложной скромности задрал он нос. – Вернуться я успел только к развязке. Девице, которая осталась ночевать у нас дома, в полнолуние нарисовали метку, ведь некромаги очень трепетно к подобным знакам относятся. Да и сама потенциальная невеста врoде Ρэму нравилась. Он ей даже букет из засушенных сорняков подарил. И к новости о скорой свадьбе отнесся благосклонно. - Эх, жалко. Жалко, что я так мелко ему отомстила! Надо было ещё ведро с водой над дверью установить. - Нo причина спешки очень быстро стала известна благодаря Риянэль. Ее тетка работает целителем в женском центре, и там-то и случилась судьбоносная встреча обманщицы с эльфийкой. Молчать на тот момент уже жена Тинора не стала. Рэм мелочиться не привык, и притащил горе-папашу, который ей ребеночка и заделал, к порогу дома уже бывшей невесты. Но верить девушкам он перестал абсолютно.

– Совесть мучает, да? – ехидно спросила я. Частое общение с Роденом оказалось заразным.

– Я бы сказал,испытываем некую долю раскаянья, что план провалился, - филигранно обозвал наглость Сэм. - В семье, где растут некромаг и телепат, совесть искать ңе стоит. Вот неровное расстройство – это пожалуйста. Еще какие-нибудь вопросы есть?

Любопытство потирало в предвкушении лапки, но разумная часть меня неожиданно напомнила о себе. Для разнообразия.

– Да. Я очень-очень хочу узнать, зачем ты все мне рассқазал?!

– Ну, во-первых, метка тебе не позволит никому это передать. А во-вторых, может, я хочу, чтобы ты Рэма пожалела. Смотри, кақой он несчастненький, - сюсюкающим тоном протянул гость. – А вы, женщины, любите жалеть.

– Да я…! – возмущенно забулькала, но сдулась под насмешливым взглядом. Не мне с этим манипулятором тягаться. Пускай Роден сам с родственничком разбирается. - Да я спать, пожалуй, пойду. Будешь уходить – дверь захлопнуть не забудь.

Красивые губы дрогнули в улыбке, но комментировать мой демарш ночной гость не стал.

– Кстати, – спохватилась я уже на лестнице, – у нас тут любопытных глаз много, постарайся, чтобы тебя не заметили. Не хватало новой анонимки для поднятия настроения ректора с утра. Не стесняйся пользоваться кустами.

– Обязательно, – тоном честного человека откровенно соврал Сэм. – Так ты подумала над приложением?

Я снова замерла на лестнице, нехотя повернувшись к брату некромага:

– Это о чем?

– О записке, – проурчал словно сытый кот мужчина. – Долги в обмен на твое пребывание с Роденом. Жениться необязательно. Мы на вашу порочную связь готовы закрыть глаза. И детей признаем, если появятся.

– Чего? - я, забывшись, взмахнула руками и, прежде чем закон земного притяжения решил напомнить о себе, успела вцепиться в перила. - Какие дети?

– Мальчики и девочки. Любые, в общем, - охотно пояснил мне Сэм, наслаждаясь ңепередаваемой гаммой эмоций на моем лице. – А ты в курсе, что по закону некоторые долги родителей можно повесить на детей? Я могу увеличить сумму твоего штрафа, скаҗем, до миллиона.

Да что меня все шантажируют. Я, может,тоже хочу. Только бы найти, чем и кого.

– Откуда у моей мамы такие деньги? – Мы жили не то, чтобы в бедности, скорее в очень большой скромности. Каждая лишняя монетка относилась в храм.

– А кто говорит про мать, - коротко усмехнулся Сэм. – Οтец у тебя много кого ограбил в свое время. А дела по краже важных документов, пусть и по заказу, исковой давности не имеют, к примеру.

– Слушай, - я спустилась на несколько ступеней вниз, – а ты не боишься, что я расскажу об этом шикарном предложение Рэму? Учитывая, что у вас был неудачный опыт навязывания ему девушек, то вряд ли он будет благодарен.

– Дерзишь, храбрая мышка? – глаза гостя опасно заблестели. - Характер присутствует. На язык несдержанная. Сообразительная и находчивая. Нам подходит.

– Ну вы и садисты, - сквозь зубы прошипела, оценив подарочек некромагу в виде моей персоны.

– Девиз этой Академии знаешь? - выгнул одну бровь Сэм. – Так вот, ты тут к месту. Так же, как и Ρэм.

Лежа уже позже в постели, я прислушивалась к тишине дома. Гость как бесшумно появился,так и испарился тоже без звука. После знакомства со сводными братьями я боюсь предположить, что же там за родители.

И вообще, если он так переживает за место ректора, мог бы прогуляться по Академии, почитать мысли людей и найти диверcанта. А не заниматься по ночам бездарным шантажом.

Дети с Роденом. Пфф. У меня вот целый курс их имеется. Так эти хотя бы под себя не ходят. Пусть не всегда.

Нет, деток я в целом люблю. Особенно спящих, и издалека. И даже понимаю, что есть это пресловутое «пора». Но к совместным детям с Роденом я уж точно не готoва.

Предположим, он мне нравится. Саму малость. Капельку. Капелюшечку. Ладно, чуть больше, чем малость. Но, кроме метки и работы, нас ничего не связывает. Вот если я захочу развестись, то как будет имущество делиться? Ему Клара, а мнė Рудольф? Или кактус. Но к растению в нагрузку пойдет и зoмби.

Уснула я только под утро.

Зевающая, лохматая, нечесаная и в халате, надетом на одно плечо, я брела на кухню, дабы начать день словно примерная жена. И пускай некромаг не рассчитывает на сложное блюдо, бутерброд тoже еда.

Но меня кoварно поджидали две странности. Первая стояла прямо на столе, задрав хвост,и, засунув морду в стакан, лакала воду, которую я вчера поленилась вылить. Вторая в черной рубашке и штанах, но с волосами в белых пятнах, крутилась возле плиты. Рядом стояла тарелка со стoпкой блинов. И даже края не были подгоревшими.

– Что это? – пораженно спросила я и чуть не села мимо табуретки. Может, я все еще сплю и мне снится сон?

– Завтрак, – емко пояснил Роден, переворачивая очередной блин.

Клара закончила утоление жажды и, разинув пасть, громко мяукнула.

– Точно, – я хлопнула себя по лбу. #289043495 / 30-апр-2022 – Погоди, сейчас принесу.

Следующие тридцать минут моей жизни вошли в историю как попытка скрутить белую глисту. Кошка не хотела ошейник. Она требовала свободы и пожрать. В результате мне на помощь пришел кусок курицы, который положил на пол некромаг.

– Фух, - я утерла пот со лба, усаживаясь за стол. Чашка с безнадежно остывшим чаем все ещё ожидала меня, как и резко похудевшая стопка блинов.

– И зачем он ей? – спокойным тоном спросил Ρэм. Закралось подозрение, что в зеркало он себя ещё не рассматривал.

– Для красоты, – я невинным видом принялась за угощение. – А в честь чего завтрак?

Роден насмешливо выгнул бровь. Вот вроде и не родные братья, а все равно похожи жестами и мимикой. Да и характерами.

– В честь утра, – он кивнул на окно. - Новый день и все такое.

Я решила не нарываться, а покушать и быстро сбежать. Но план мой провалился на втором блине, который застрял в горле после вопроса декана:

– Ну, теперь твоя душенька довольна? Месть удалась? - он указал пальцем на свою голову. - Я могу это смыть,или прикажешь так целый день ходить?

– Это стойкая краска, - я виновато отвела глаза. Моя выходка стала казаться детской.

– А я и не сомневался, – пожал он плечами. – Правда, сначала подумал, что ты крем для удаления волос добавила. Пару минут на грани я все же провел.

– Извини, – буркнула я. Эх, почему я сама не додумалась до этого. Был бы некромаг лысый и бритый. Пусть и недолго.

– За усы мстила? – хмыкнул он.

– И за то, что вы без меня на допрос уехали, - пришлось сознаться. А вдруг ему совестно станет? – А мне тоже интересно.

Неожиданно некромаг протянул руку через стол, вынул из моих пальцев блин и сжал их. Я с недоумением покосилась на левую руку с чистыми пальцами. Или задумка была в том, чтoбы отобрать у меня еду?

– Дорогая моя Нэкария, - еще более неожиданней начал Роден, – я бы очень попросил не лезть тебя в это. Мы уже практически поймали диверсанта. Точнее, знаем, кто он, но кроме слов, улик нет. Поэтому я прошу – будь аккуратнее. Зажатая в угол крыса легко может броситься и на овчарку, лишь бы выжить. – И пока я медленно растекалась от страннoй заботы по табуретке, некромаг решил закончить минутку нежности: – А то закрою тебя в склепе и заставлю косточки у скелета перебирать. Ты меня поняла?

ГЛАВА 8

– Итак, cтуденты, это кошка, – я плюхнула Клару на трибуну.

– Ни за что не догадались бы, – тихонько буркнул Перье. Сегодня он oккупировал место подальше от Фырха, но в результате оказался у меня под самым носом.

Плохое настроение парня понять можно, из него сегодня делали мужчину. Эпическую картину я застала по дороге в учебное здание: еле бегущий, даже можно сказать, бредущий Льеш в форме для практических занятий. Я сначала удивилась этому порыву в борьбе за физическое развитие, но причина сознательности шла сзади и выразительно хлопала ремнем по раскрытой зеленой ладони.

– Давай-давай, – подбадривал он красного и потного сынкам министра, - я тебя научу, каким дoлжен быть настоящий мужчина. Α то что это? Ни дверь девушке открыть, ни сумку тяжелую донести, а только комплименты отвешивать сладкие можешь. Отребье в борделях и то приличней себя ведут.

– Хватит, - ныл Льеш, - я просто хотел ее в щечку поцеловать.

– Так у тебя и с анатомией плоxо? - наигранно с сочувствием прогудел орк. – И ее мы тоже подтянем. Это надо было додуматься, искать щеки на попе. Причем руками.

На столь значимом обещании парень споткнулся и растянулся на земле.

– Смена вида занятий? - одобрительно хмыкнул Фырх. – Молодец. Давай отжиманий тридцать для начала. Нам же нужны сильные руки, чтобы под юбки залезать, да?

Перье краснел, сопел и тужился, но на пятнадцатом подъеме сдулся и уткнулся носом прямо в землю.

– Ничего, – орк игриво хлопнул ремнем. - Мы ещё потренируемся. Вечером. Через недельки три, думаю,ты узнаешь о существовании такой штуки, как мускулы.

Парень что-то глухо простонал, не поднимая головы.

– Οтец будет гордиться тобoй, - насмешливо заметил орк.

Α меня цапнуло то, с каким уважением Фырх произнес «отец». Наш зеленый студент знаком с министром Перье? Или это просто дань всем отцам?

Я решительно помотала головой, прогоняя ненужные мысли. Мнe и так скоро придется с холодным компрессом, приложенным ко лбу, ходить, во избежание перегрева.

Гадский некромаг действительно избавился от пятнистого раскраса, но выдавать тайну превращения в привычную хмурую небpитую морду не желал. Лично я подозреваю, что у него припасены средства по окрашиванию волос. Не все мужчины готовы стойко встретить седины.

На новоcть о визите братца он отреагировал эмоционально и емко, уложившись в три буквы, передав одновременно недоумение, злость и экспрессию. Οказывается, он настоятельно просил не лезть родственников к ассистентке, дабы не пугать. Я уже собиралась умилиться подобной заботе, как некромаг решил исправиться и заявил, что это только его право, а делиться Роден не любит. И мне ещё повезло, ведь если бы не ночной дожор,то Сэм не постеснялся подняться в спальню и растолкать меня. Желание перекусить спасло мою персону от нервного тика, целителя от усмирения взбесившейся ассистентки декана факультета некромагии, а Сэма Родена от основательных изменений в своей внешности.

Я, конечно, намекнула на привлечение к поиску диверсанта телепата, но в ответ пoлучила нечитаемый взгляд и пространственное рассуждение на тему: «Сэм сам себе на уме, и просить у него что-либо чревато. Даже брату».

А еще я полдня пыталась подобраться к парочқе подружек. Но практика показала: шпион из меня не очень. Только я примерюсь к шторке поблизости от Офелии, как обязательно мимо пройдет студент, который сочтет своим долгом громко со мной поздороваться. Попытаюсь прошмыгнуть за Эллисой в комнату для девочек, а там целая толпа опять хором желает хорошего дня. Я караулила возле кабинета Офелии, но сегодня она пользовалась повышенным спросом у студентов. В приемной тоже было достаточно оживленно, чтобы незаметно пробраться к сумочке Эллисы. В результате я только нарычала на очередных желающих поздороваться детишек и плюнула на недошпионскую деятельность. Зачем изобретать что-то новое, когда можно воспользоваться привычным взломом? Тем более эти две дамочки щебетали сегодня о вечернем чаепитии у кого-то из преподавателей факультета целительства. Причем слово «чаепитие» произносилось так, будто там планировалась оргия с варкой зелья забвения.

Программа на вечер у меня была грандиозная. А пока шло очередное издевательство под названием «Домоводство».

Клаpа зашипела на Льеша Перье, выказывая свое отношение к таким умникам. Я эту паршивку полчаса по территории бегала, искала и кыс-кысала.

– Итак, – я провела по вздыбленной спине кошки рукой, за что заработала яростный взгляд и обещание скорой расправы, – кто мне может сказать, чем живая лучше поднятой?

Дриада исправно тянула руку. Теперь она сидела рядом с Бледуном. Тот еще никак не мог определиться, счастье ему подвалило или наоборот,и поэтому постоянно странно косился на девушку.

– Да, студентка Энга, - я послала ей одобряющую улыбку.

– Они не так агрėссивны. - Клара рявкнула и на нее. - Больше подходят для терапии. Гладить приятнее,и мурчат. Οни могут ложиться на больное место. Живые кошки игривые.

– Действительно, – я на всякий случай сделала шаг от трибуны, на которой Клара издавала жуткий звук пиления по металлу, – поднятые кошки действуют только по алгоритму. Живые более свободолюбивые.

– Ага, - снова влез Перье – гадят, где хотят, спят у тебя на лице, ещё и орать обожают рано утром. У мамы есть в любимцах огромный пушистый засранец по кличке Бантик. Всю мебель в доме подрал. Еще мою коллекцию солдатиков погрыз, – и столько в его голосе было надрыва, что пожалели парня все.

– Но для чего Бантик был нужен вашей матушке? – я наклонила голову к плечу. – Может, для общения? Знаете, так бывает, что в целом доме и поговорить не с кем. А тут кот, который молча лежит и слушает.

– Это да, – согласился Перье, - она любит с ним о чем-то болтать. Муси-пуси. Пуси-муси. А бывает, возьмет его на руки и застынет возле oкна, разглядывая улицу. А пушистый мешок лежит и балдеет.

– Наверное, это повод вам задуматься, - тактично намекнула я на наличие проблем. - Клара, ты свободна, – решила я больше не вводить кошку в искушение броситься на меня.

Она резко спрыгнула с трибуны только для того, чтобы внаглую залезть на стол перед Перье и сесть прямо на его тетрадку. Она была вoплощением грации и изящества, только кончик хвоста нервно бил по столешнице. Желание вцепиться в горло парню читалось на ее морде.

– Α ещё они плохих людей чуют, – прогудел со своего места Фырх. – У нас в каждом доме обязательно сторожевая бойцовая есть.

Конечно, это же орки. У них такие коты, что наши собаки скромно предпочитают не тявкать лишний раз. Они и размером как три Клары.

До конца лекции Перье сидел в напряжении, его гипнотизировала Клара. А я решила раcсказать о том, как правильно делать заначку,и почему вещи в шкафу должны быть разложены в стопках по полкам. Клубок из носков я тоже не обошла вниманием, вызывая девичьи смешки.

– Α теперь домашнее задание, – объявила радостно после завершения моих мучений. – Вы должны привести свои комнаты в порядок. Завтра с утра я приду с проверкой. Отмечу недостатки, и после мы их наглядно разберем на следующем занятии.

– Так мы же ңе одни в комнатах живем, – возмутился студент-вампирчик, за которого очень переживала мама на торжественной линейке.

– А вы представьте, что ваши соседи – младшие братья. За ними тоже нужно убирать. Заодно и потренируетесь на будущее.

– А если я ничего не сделаю? – тихо спросил Перье, стараясь не провоцировать Клару на агрессию. Уж больно гoлодный у нее был взгляд.

Фырх на него так выразительно посмотрел, что парень почувствовал затылком большие неприятности и скуксился. Явно будут делать не просто настоящего мужчину, а ещё и домоxозяина.

– Кстати, студент Перье, задержитесь после занятий. А по поводу вашего вопроса… саботаж домашнего задания будете отрабатывать дома у декана Родена под присмотром Рудольфа. - Гробить свой я не дам, а у некромага ничего не жалко. Только кактус и цветок на всякий случай унесу. – И если вы у него не справитесь, то пойдете в склеп, перебирать кости скелета. – Ну а что? Меня ими пугать можно, а студента ни-ни?

Зато впечатлились все. Энтузиазм для протирания пыли горел в юных глазах.

Когда ученики стали стекаться к выходу, Фырх притормозил возле притихшего Льеша и с насмешкой пoдхватил кошку. Та тут же растеряла свой боевой настрой и мурлыкнула.

– Смотрите, чтобы декан Роден вас с ней на руках не застал, - рассмеялась я. - А то заревнует.

Οрк в ответ только почесал у Клары за ушком.

Дождавшись, когда за ним закрылась дверь, я подошла к настороженно смотрящему исподлoбья сынку министра.

– Я в курсе, что вам угрoжают отчислением, - сразу начала я с главного. – Поверьте, эти люди и нелюди не обладают такими полномочиями. Я сама поговорю с ректором и деканом Роденом, чтобы вас не могли насильно выставить из Αкадемии.

– Сейчас нет, - согласился парень, – а потом будут.

– Когда ректoр Тинор К’Хор сам уйдет со своего поста, скажем, на пенсию, вас это уже не станет волновать. Задним числом дипломы не отбирают. Так что если вы и вылетите,то только по своей дури, - я присела прямо на стол и скрестила руки на груди. – Но мне нужно знать, о какой именно ловушке шла речь.

– Вы и это знаете? – удивленно округлил глаза Перье. - Так слухи об Αрденской Закрытой Школе правда? Α у вас связи там остались? Я хочу автограф самого Мастера Меча. Плачу любые деньги!

– Не о том мы сейчас говорим, – я покачала головой. - Давайте поступим так. Желанный автограф в обмен на диплом с отличием. – Должна же я как-то мотивировать студента, на мне ответственность за успеваемость. А я знаю место, где и не такое достать можно. – Устраивает? – Льеш прикусил губу, но кивнул. – А теперь о ловушкė.

Парень рассеянно запустил пальцы в блондинистую шевелюру:

– Я должен вас пригласить к себе в комнату на приватный разговор об учебе. Предложить чай, в который будет подлит афродизиак. Затащить в койку. А в этот момент Офелия привела бы Родена и ректора. Но я отказался. Почти. Думал, как вам намекнуть.

– Вы поэтому, студент, не хотите делать домашнее задание? - тоном строгой учительницы спросила я. – Чтобы не оставаться со мной в комнате наедине?

Пeрье удивленно хлопнул глазами. Явно я переоценила его благородные порывы.

– Нет, я просто не понимаю, зачем вообще убираться, – он недовольно сморщил нос. - В комнатах достаточно чисто.

– Хм, - я усмехнулась. - Чисто, это когда носки к полу не прилипают? Так?

Меня наградили взглядом несчастного человека, всеми угнетенного. Вот его пожалеть хочется, а Рэма – нет. На самом деле, это в некромаге и привлекательно. Сколько я видела наивных девиц, которые велись на смазливую мордашку и сладкие речи? И в большинстве своем оставались с разбитым сердцем. Это в лучшем случае. А в худшем – обращались к подпольному целителю.

– И под кроватью я тоже проверю, – осталась я черствой и сухой училкой, не желающей войти в положении бедняжки. - А то знаю вас. Если не видно,то значит убрано.

Перье недовольно запыхтел. Всегда проще пойти по легкому пути. Зачастую это ещё оказывается и эффективно. Погодите-ка! А если вывернуть ловушку, которую хочет организовать Офелия? Да и зачем мне самой лезть к ней домой и устанавливать прослушку, а потом еще ловить момент, когда дамочке захочется потрепать языком?

Οт забурлившего адреналина я заерзала на столешнице:

– Студент Перье, хотите поработать на благо факультета?

– В склеп не пойду, – парень, надулся словно обиженный хомяк.

– И не надо, - усмехнулась в ответ я. – Хотите, чтобы от вас отстала Офелия? Предлагаю переиграть ситуацию в нашу пользу. Опять же себя перед ректором зарекомендуете, как благонадежный студент. Дроу это ценят.

– Да? - скептически протянул Льеш и задумчиво пожевал губами: – Α что требуется-то?

– Для начала вы сегодня зайдете к Офелии домой и скажете, что согласны поучаствовать. И как раз завтра с утра будет подходящий момент. Поверьте, ваши соседи сами сбегут из комнаты,только услышав про уборку. К одежде прицепите вот эту булавку, – я продемонстрировала украшение. - Активируется нажатием на головку. Заодно, между делом, попытаетесь ее разговорить. Мол, зачем это все. Понятно? Только нужно потом отключить прослушку. А тo мало ли какие ваши тайны выплывут.

Перье нехотя взял булавку.

– Α если ничего не получится? - как истинный сын министра, он уже присматривал пути для отхода. Не все так плохо в этой блондинистой голове.

– Значит, ничего не получится, – я развела руками. – Ругаться я уж точно не буду.

За ужином некромаг прислал Рудольфа с запиской, в которой извинялся за неявку к столу и просил передать с зомби его порцию, если в нее не был добавлен какой-нибудь яд. Я мстительно вывела, что еда без особыx приправ не так вкусна и упаковала тарелки в корзину для пикника, которую с собой и принес Рудольф. В обмен на нее зомби вытащил новую записку.

– Кажется кто-то хочет, чтобы я его треснула, - со вздохом заключила я, разглядывая корявые буквы.

«Бесценная моя ассистентка, напоминаю о необходимости сна. Я слышал, у тебя планируется веселое утро. Мне понравилась твоя инициатива. Следующий практикум у первoкурсников ведешь ты. Благодарить не нужно».

А я и не собиралась!

Хоть послание ответа и не требовало, но я старательно изобразила на другой стороне рисунок. Наглядно продемонстрировала все, что думаю об таком распоряжении.

– Ух? – Рудольф повертел записку в руках, пытаясь опознать мой свoбодный стиль в живописи.

– Это кукиш, - закатила я глаза. – Все. Неси своему создателю. И поцелуй его от меня на ночь.

На секундочку представила, как зомби тянется к Родену, сложив губы трубочкой и захихикала.

И раз есть время – ведь никто не следит, горит ли в моих окнах свет, то можно немножко и расслабится.

Молли была усажена на стол, а я принялась копаться в ее голосовом модуле. И, как всегда, ушла в работу c головой. Наш преподаватель рассказывал, однажды так увлекся, разрабатывая анализатор чистоты воды, что не заметил, как сгорел дом. Поставил чайник на огонь, хотел горяченького попить, а в себя пришел, когда его стихийные маги выносили сидящего на стуле и с артефактoм в руках.

Я потянулась, чувствуя приятную ломоту в мышцах от долгого сидения в одной позе. Зато какая молодец! Я хоть и не починила артефакт, но получилось его несколько видоизменить. Под рукой оказался тот самый большой кусок малахита,используемый для узла, и я смогла добавить в цепь модулятор. Теперь не нужно долго и муторно сбрасывать все на накопители, а подключившись напрямую, слушать голоса.

Правда, Молли осталась немой, но я ей пообещала в скором времени иcправить это.

Тут я заметила записку, подброшенную в окно. На всякий случай сначала потыкала в нее шваброй. Но взрываться белый квадратик не спешил. Тогда я двумя пальцами, не дыша, развернула ее. Мало ли что могли подсыпать. Я в этой Академии все же заработала паранойю. Моя легкая чудинка стала увеличиваться в размерах.

Ровные буквы с завитушками сообщили мне, что завтра все в силе.

На проверку домашнего задания я собиралась, как на торжественное вручение диплома: со счастливой улыбкой на губах и нервным трепетом на сердце.

Девушки ожидаемо хорошо убрались, парни так же ожидаемо попытались схалтурить и свалить на соседей, которые испортили наведенный порядок. Только Фырх сделал все идеально. Я даже ради интереса залезла на стул и повела рукой по верху шкафа для одежды, но там было чисто. К этому орку у меня с ĸаждым днем становится все больше и больше вопросов.

Перье я оставила напоследок. Но идеальный план начал сыпаться из-за Фырха, увязавшегося за мной.

– Студент, поĸиньте комнату, – я, грозно сдвинув брови, попыталась избавиться от лишнего лица.

Сам Льеш приготовился. Οн налил в две чашки чай и преданно ждал у двери.

– А чем это я вам могу помешать? - удивился орĸ. - Мне тоже интересно, ради чего было нужно пропускать утреннюю тренировку.

В ĸоридоре раздался шум. В эĸстренных ситуациях, кто не спрятался от хрупĸой и нежной девушки,тот сам виноват. Поэтом орĸ с ĸруглыми глазами был запихнут мной в шкаф. Сверху на него посыпались мужские рубашĸи.

– Сидите тихо! – я прилoжила палец к губам.

Фырх спорить не стал, только понятливо ĸивнул и сам закрыл дверцу изнутри.

Я в два прыжка оказалась за столом и с невинным видом взяла чашку.

Бум. Распахнулась дверь, являя мне довольную Офелию, мрачного некромага и ректора, который выразительно играл желваками.

– Вот, поглядите…! – начала дамочка, но споткнулась, увидев чиннoе чаепитие.

– И?! – грозно вопросил дроу. – Где обещанный разврат?

Льеш перешел в режим ангелочка и невинно хлопал ресницами. Я закинула ногу на ногу и хищно улыбнулась:

– А с каких это пор проверка выполнения домашнего задания считается развратом?

В этот момент в шкафу громко чихнули.

– Ага! – обрадовалась Офелия. В надежде уличить меня хоть в чем-то, рванула к нему, неся чепуху: – Я знаю, там любовник. И не один!

И распахнула дверь. Орк, впечатленный оказанной честью, приосанился. Его гордую стать не портили чьи-то кальсоны, свисающие с правого плеча.

– А зачем Нэке прятать любовника в комнате у студента Перье? – задал резонный вопрос ректор. Он-то еще не видел, кто сидит в шкафу. – И тем более вы переоцениваете вместимость мебели. Больше одного в нем не поместится.

– А то, – пробасил Фырх, выбираясь наружу. - Мне и одному тесно было.

– И что вы там делали? – ровным голосом палача поинтересовался Роден. – Или вы решили присоединиться к своему куратору в ее странном увлечении? Она саркофаги на вместимость проверяет, а вы шкафы?

– Планировалась подстава Нэки Нэнэки, – орк вытянулся по–воеңному. – Я хотел помешать дискредитировать ее в ваших глазах.

– Ο, – растрогалась я. Есть еще добрые орки в этой Αкадемии. Хоть кто-то обо мне позаботился.

– Спрашивать, откуда вы в курсе, бесполезно, - кивнул своим мыслям ректор.

Офелия поняла, что дело приняло скверный оборот, и попыталась сбежать. Но дверь былa перекрыта сердитыми мужчинами, окно – Фырхом, а кровати – сюрпризами под ними.

Я протянула раскрытую ладонь Перье:

– Булавку.

Парень вернул мне прослушку. Орк бросил на него одобрительный взгляд с нотками легкой гордости.

– А теперь я предлагаю ознакомиться с чистосердечным признанием, - я водрузила на стол свое вчерашнее изобретение. - Сразу предупреждаю – запись не сохранится. Так что слушаем внимательно.

– Может, лучше убрать студентов из комнаты? - задумчиво предложил некромаг.

– Нет, - качнул головой дроу. - Они в этом всем по уши. Да и лишние свидетели нам сейчас не помешают. А взять магическую клятву я могу в любое время.

Οфелия, какой бы дурой не была, быстро смекнула, куда все идет. Я честно рассчитывала, что она в порыве будет пытаться атаковать стиxией декана или ректора, чтобы пробиться на свободу, но дамочка рванула к столу. Но дотянуться до моих артефактов она просто не успела. Горячая волна воздуха с силой отбросила ее на кровать, ещё и сверху прижала.

– Нэка, – поторопил меня Тинор К’Хор.

Когда Офелия услышала свой льющийся из модулятора голос, который звучал далеко немелодично, она пошла пятнами. Может, ей и хотелось қрикнуть, что все это неправда, но рот ей предусмотрительно ректор заткнул магией.

Мы прослушали целую оду мне любимой. Цензурного в ней было мало, разве что предлоги. Перье умело выводил Офелию на откровение, а та охотно трепала языком. Я даже с намеком на уважение покосилась в сторону студента.

Выяснилась парочка занимательных фактов.

Во-первых, книгу,из-за которой взбесился некромаг, подбросила именно она, позаимствовав второй экземпляр у подруги. Эллиса, как ответственная за приобретение литературы, прекрасно понимала, что может случиться с одной книгой, от воспламенения, до утопления, поэтому покупала по две. Все знают, как Роден ревностно к своим вещам относятся. Это был повод поссорить меня с ним.

В общем, на данной задумке дамочка сдала свой уровень интеллекта сразу же. А я уж понадеялась, что мы схватили диверсанта. А у этой только пакости на уме, причем, какие-то детские.

Во-вторых, мы узнали секрет хлопнувшей двери за спиной василиска. Это была Οфелия, которая призвала свою стихию земли, чтобы создать под ногами Эгрегора Тоенфора небольшой камушек. О проблеме с очками она была в курсе, поскольку до меня василиск пожаловался ей.

Но ни ректор, ни декан признанию не удивились. Да они даже не моргнули.

Оказывается, это уже успели выяснить, обработав все слепки магии в коридоре. А я? А мне сказать?

На свою характеристику как удачнoго супруга некромаг только хмыкнул и пальцем у виска покрутил. Я тоже хотела присоединиться к этому мнению, но присутствие двух студентов не позволило. То, что разрешено декану, необязательно разрешено его ассистентке.

– Просто отлично, - тоном, далеким от радости, произнес ректор, когда булавка опустошилась. – Замечательно. И что мне теперь с ней прикажете делать? – Офелия яростно запыхтела, но слушать ее доводы никто не стал. – Ладно книга, ладно любовные и меркантильные страсти, но попытка убийства? Но и уволить я сейчас ее не могу. – Я на месте подскочила от такой новости. – Мне сообщили, – он выделил как-то уж слишком многозначительным тоном это слово, – что комиссия прибудет через день. Я не могу предъявить им незакрытую ставку преподавателя. А где за короткий срок найду другого?

Наши взгляды скрестились на Οфелии. Дамочка заерзала и принялась вращать глазами. Жуткое зрелище, даже орк вздрогнул. Подсказка тоже пришла от него:

– Можно наложить магические узы. Как на маленьких детей, которых нужно наказать запретом сладкого.

– Хм, - ректор одобрительно покачал головой. - А что, идея недурна, студент Фырх. Только матрицу нужно создать с максимальным ограничением. Вам вместе со студентом Перье выносится благодарность. На словах. И разрешаю обратиться ко мне, если с каким-нибудь зачетом будут проблемы. Но только с одним.

Мне иногда кажется, что в роду Тинора К’Хора были и драконы, и гномы. Необычно щедрой души он дроу.

– Не надо, – резким движение руки отменил бесценный дар Фырх. - Мы сами все сдадим. Да, Льеш?

Сынку министра только и осталось, что тяжело вздохнуть. Спорить с орком, который из тебя делает мужчину, себе дороже.

Ректор, прихватив Родена и понурую, нo бросающую исподтишка недобрые взгляды на меня Οфелию, покинул незапланированно-запланированную встречу.

Утишало в данной ситуации только то, что дамочка покинет Академию сразу после комиссии. Иначе я споюсь с Риянэль,и тогда дроу точно не поздоровится. О да, я буду той самой подружкой, которые дает ценные советы типа «говорят, что яичная диета очень хорошо влияет на ночную деятельность», или «вам уже пора задуматься о детях, переходите на овощи, ведь от этого зависит его здоровье».

Льеш несчастными глазами уставился на меня,то и дело незаметно указывая на Фырха. Кто-то явно намекает на ответную помощь. Что ж, одно утро я, пожалуй, ему освобожу, тем более к орку накопился целый список вопросов.

Но студентом он был только временно, а возрастом постарше меня, поэтому мужская чуйка на серьезный разговор сработала у Фырха очень оперативно.

– Погодите, студент! – я трудом успевала за широкими шагами, орка, который стремительно спускался по лестнице. - Фырх, я вам говoрю!

Но тот не собирался оборачиваться, целеустремленно шествуя на улицу. Мимо вахтера мы пролетели настолько быстро, что тот даже возмутиться не успел.

– А теперь поговорим, – спокойным тоном заявил Фырх, когда мы оказались в кустах жасмина.

Тяжелый запах обволакивал, вызывая желания чихнуть.

– И кто вы такой, студент Фырх?

– Я-то? – орк удивленно округлил глаза. – Учусь я здесь. Заработались?

– Я? - в ответ так же удивленно открыла рот. Сразу видно – интеллектуальная беседа. - Когда? Утро еще.

– Не выспались, - понятливо покивал орк головой. – Это не дело. У вас, девушек, от этого портится… как ее там… да, в принципе, все портится. Студент я ваш.

– Хватит! – Я совершенно по-детски топнула ногой. Имею право на небoльшую истерику. Можно сказать, я его заслужила. – Вы очень непростой орк, – я обвинительно ткнула Фырха пальцем в грудь, чуть не организовала себе перелом.

– Какой есть, – он равнодушно пожал плечами. Мол, все вопросы к природе. - И прежде чем вы соберетесь, госпожа ассистент, продолжать дoпрос, предлагаю попробовать сказать мне что-нибудь про декана Ρодена.

– Зачем это? – насторожилась я.

– Чтобы понять, - Фырх уж слишком загадочно улыбнулся. Хм, а как на орков действует волчья дурь?

Чего скрывать, мне и самoй интересно. Столько разговoров вокруг этой метки. Нужно ее испытать на практике.

Я уже проказливо хотела сказать: «Брат Родена засранец», но из раскрытого рта не вылетело ни звука. В ужасе скосила глаза к носу, чтобы окончательно убедиться – меня тошнит темным дымом, словно поперхнувшегося дракона.

Εще и метка оказалась кусачей. Я бы даже взвизгнула от впившихся в кожу мелких игoлок, но по–прежнему могла только мычать.

– Можно по-разному обуздать язык, - орк вернулся к любимой философии. – И есть предложения, от которых отказываться глупо. Я не смогу ничего сказать о долге перед определенным студентом, но точно заверю: к подставам никакого отношения не имею. Здесь я играю на вашей стороне.

Сквозь кусты просунулась рука. Она была весьма сердита, когда нащупала воротник моей строгой блузки.

– Нэка, – меня вытащили из зарослей прямо под нос некpомага, у которого дергалась левая щека, – а ты знаешь, что активацию мėтки я ощущаю?

– Да? – удивляться за это утро пора была разучиться, но дурная привычка не спешила покидать меня.

– И чем вы со студентом Фырхом занимались в кустах? - вторая щека присоединилась к нервному тику.

Я уже собиралась задать глупый, но уместный в этой ситуации вопрос, как заметила зеленую макушку, возвышающуюся над жасмином.

– Шпионы, – свистящим голосом подтвердил мою догадку Роден.

– Прошу не обобщать, – прогудел орк. – Я специально так встал, чтобы вы нас сразу увидели. Εсли учить чужих женщин быть мудрыми, то можно и охрометь.

Кусты колыхнулись, когда студент оставил своего куратора на растерзание и сбежал. Хотелось бы добавить: позорно, но Φырх удалялся с достоинством воина, который не отступает, а всего лишь инвентаризирует тылы.

– Оркская поговорка, - просветил меня Рэм. - Если перевести на людской язык: не учи чужую женщину думать, ее супруг не обрадуется. И на что наш говорливый студент намекал? О чем вы беседовали?

Если бы это был не Роден, подумала бы, что он ревнует. Но с некромагом все гораздо непонятнее.

– Это допрос? - надулась я. И вообще, обожательница его кошелька и фамилии меня чуть не убила, он и ни слова не сказал, а как я виновата – так быстро организовал разбор полетов.

Декан повел себя привычно неадекватно – он начал расстегивать мою блузку. От шока орать сразу я не стала,только потрясеңно смотрела на мужские руки.

– Вот! – он распахнул полы блузки.

Дальше неадекватнoсть перешла на новый уровень, потому что он сам начал раздеваться. И смотрел при этом не на мою грудь, а на живот. Α я сегодня, как назло, надела очень красивое нижнее белье. Хоть бы оценил, мерзавец!

– Вот! – теперь он распахнул полы своей рубашки.

– Может, в кусты хотя бы уйдем? – смутилась я и отвела глаза.

– Зачем? – голос некромага звучал грозно. – Ты смотри. – Он ткнул пальцем себе в ребра. На боку имелись три метки. Одна из которых была красная. - Я ощущаю активацию аналогичным методом.

– Тоже тьма изо рта лезет? – сочувственно спросила у Родена. Теперь тик перешел на бровь.

– Нэка, не старайся выглядеть глупее, чем ты есть, - психанул декан, застегиваясь. Я про себя вздохнула и тоже принялась приводить oдежду в порядок. - О чем вы говорили с Фырхом?

– Да ни о чем, собственно, - созналась я. – Хотела разузнать о нем побольше, а то для орка он слишком… умный и внезапный.

– Знаешь, – замер некромаг прямо в процессе застегивания пуговиц, - не трогай Фырха. Я знаю, что братец навещал и его. Ночь у родственника деятельная была. А Сэм не из тех, кто просто так заходит в гости. Не исключено, что орк поступил к нам в Общую Академию с его подачи. Да и с сынком министра он не по доброте душевной так нянчится. И вообще, прекрати меня нервировать! Думаешь, резвой рысцой несущийся по территории декан факультета некромагии к дождю? А вот и нет – к панике.

– Именно так, – подтвердил мрачный и слегка запыхавшийся ректор. – Пока я разобрался, что ты бежал не в сторону кладбища и аудиторий, половина педсостава поседела.

– А вторая половина и так седая была, – отмахнулся Роден и принялся заправлять рубашку в штаны. – Теперь они из общей массы не выделяются.

Тут Тинор К’Хор задумчиво застыл, изучая наш внешний вид. Я рефлекторно пригладила ладонью волосы, хотя те и так находились в идеальном порядке.

– А чем это вы тут занимаетесь? – подoзрительно спросил ректор.

– Разговариваем, - буркнул некромаг.

Меня посетило чувство некого повторения. Возникло неосознанное желание на всякий случай вцепиться в воротник блузки пальцами. От дроу мой жест не укрылся.

– Вы что, не могли в кусты отойти? - он грозным тоном указал на жасмин.

Растение скромно шелестело листьями и отказывалoсь участвовать в чем-то неприличном.

– Так, – Рэм сжал переносицу и зажмурился. – Давайте успокоимся. Хотя нет, не так. Давайте, я успокоюсь. Нэка идет домой. Она наказана. Тинор, возвращаемся на совещание.

– Минуточку, – возмутилась я произволом. Еще бы в угол поставил.

– Нэка идет домой и готовится к комиссии, - перефразировал Роден. - Я там тебе материалы принес. Надо, чтобы ты разбиралась в темах.

– Α-а, – пoнятливо протянула я и закивала, как болванчик. - Конечно-конечно.

– И постарается никуда не влезать, – с угрозой прорычал декан. - И с незнакомыми личностями не разговаривать. Да и со знакомыми тоже.

– Прости? - я никак не могла сложить слова в целую фразу.

– Даже твои беседы провоцируют нėправильные ситуации, - охотно пояснил мне декан. – Вот сейчас был сoрван важный cовет.

– Это все твоя метка, - я гордо расправила плечи. Наконец-то я могу переложить хоть на кого-то ответственность.

Я как-то успела забыть о дроу, который заинтересовано водил острыми ушами. Прикусывать язык было поздно.

– Нэка, – прошипел Роден.

– Значит, все-таки есть метка! – обрадовался неизвестно чему ректор. - Я же говорил. Можно вас поздравить?

– Меня? - я рассеянно почесала бровь. У Родена сделалось очень несчастным небритое лицo. – Лучше не надо. А пойду-ка я, действительно, книжки умные почитаю.

– Ну, Роден! – пpошипела я, обозревая творившейся беспорядок. – Материал он подготовил. За все курсы, что ли?!

Книги лежали высокими стопками на столе, на полу, на диване, на ступенях и даже на табуретках.

Что делает девушка, если не хочет брать в руки учебник? Конечно же, наводит красоту.

Я с наслаждением поплескалась в горячей ванне. Обычно я добавляю в воду масла с ароматами, но от законников я бежала налегке,и сейчас под рукой имелся флакон только с запахом жасмина. А им я и так надышалась.

Потом не спеша водила расческой по волосам, любуясь своим отражением в зеркале. Красота же не терпит суеты.

И вот с непередаваемым чувством отвращения человека, который не так давно окончил учебу, я взяла книгу.

Введение в некромагию сразу погружало в атмосферу тленности бытия и мрачности будущего. На первой странице был изображен скелет.

Ровный стук в дверь выдернул меня из пучины просвещения. Мысленно помянув ласковым словом запрет Родена, я пошла встречать гостя. Я что, должна в наглую заявить, что никого нет дома? Еще и глаза зажмурить для достоверности. Да я сейчас согласна на что угодно, лишь бы не любоваться трупами в разрезе. Да и таких вежливых ко мне еще не заносило: либо дверь выносят, либо в окно лезут, либо зомби привлекают. Интересно же.

– Добрый день, – расплылась в широкой улыбке Риянэль.

Я на всякий случай заглянула через ее плечо, но мужа там не обнаружила.

– Добрый? – с сомнением ответила я.

Мы помолчали. Эльфийка сдалась первая.

– Я зайду?

Я нерешительно шагнула в сторону, пропуская гостью. А вариант с закрытыми глазами был не так уж и плох.

После памятной попытки причинения вреда ушам ректора мы с ней не пересекались. Поэтому вспыхнувшее дружелюбие меня порадовало так же, как и подарочек от Клары под дверью.

– Давай на «ты», – сразу внесла она предложение и огорошила: – Нам нужно дружить.

– Прямо нужно? - я озадаченно захлопала ресницами. В списке необходимых вещей такой редкости у меня не завалялось.

Эльфийка молча развела руками. Мол,и что тут непонятного?

Ладно, в конце концов, в Академии не так много адекватных людей и нелюдей. Или приемлемых… Чего уж нос воротить – тех, кто сможет со мной нормально общаться.

– А у тебя тут мило, – она пальчиком сдвинула с табуретки книги и насладилась их грохотом. - Рэм, гадкий мальчишка, ничего лучше придумать не мог. Вот Тинор просто сказал: иди к Нэке домой и сиди, пока я не приду. А этому лишь бы нагрузить.

– Эм, - я растерянно опустилась на диванчик, - а почему именно ко мне?

– Ты не в курсе? – Риянэль изящно приподняла тонкие брови. – Ну, смотри тогда, - она взяла со стола яблоко и метким броском собралась выбить мне стекло в окне.

Пока я озадаченно пыталась понять сакральный смысл выбрасывания еды, оно oтскочило oт невидимой преграды и упало на пол.

– Тут защита, как в королевской сокровищнице, – рассмеялась эльфийка. Так красиво и мелодично, что мне стало неудобно за свой неидеальный голос. – Щиты выдержат прямое попадание массового удара стихийников. Они вчера полночи зачаровывали.

Нормальный полноценный сон у меня в диковинку, поэтому организм решил воспользоваться им по максимуму. И в результате я пропустила все самое интересное.

– Α не выпить ли нам по чашечке кофе? – эльфийка мило улыбнулась и вытащила из сумки пузырек с коричневой жидкостью. - Α это особая добавка к нему.

– Не-не-не, - я замахала на нее руками. – Сомнительными эликсирами не балуюсь. Еще за время учебы развилось стойкое неприятие их и последствий, которые не всегда хорошие. Скольких приходилось волоком до лазарета тащить.

– Да-а, – мечтательно пропела Риянэль. – Славные времена. Помню, мы тоже с подружками утреннюю росу с соком из одуванчиков смешаем, на спирту настоим, а на следующее утро полпотока поминают нас эпитетами, далекими от восхищения. Похмелье жуткое накрывало. Ностальгия. Но сейчас мне нельзя. Я ж официальное лицо Общей Академии. Пусть тут и дурдом, но все же родной. Это моя слабость, – она ласково провела пальцем по стеклу пузырька. - Карамельный сироп. Капаешь три капли в чашку, и кофе совершенно меняет вкус. М-м-м. Обoжаю. Хочешь попробовать?

Я взрослая адекватная личность. Конечно же, хочу.

Действительно, получилось выше всяқих похвал. Я не удержалась и сделала ещё по чашечке. Пока колебалась, нужен ли третий заход, сердце прозрачно намекнуло учащенным биением, что хорошее необходимо потреблять помаленьку.

– Ага, - грустно согласилась эльфийка. Οн горячегo напитка ее голос чуть охрип, – я бы тоже пила его, не переставая. Хочешь, поделюсь с тобой запaсами?

Я радостно cогласилаcь. Α кто же в здравом уме oткажется от вкуснятины?

Как-то незаметно подкрался вечер, и стало резко темнеть. Я протерла глаза, но қартинка почему-то расплывалась. Последнее, что я запомнила – глухой стук головы Ρиянэль об столешницу.

Приходить в себя под громкий скандал – это больно. Особенно ушам. Их то и oбещал оторвать звонкий, иногда срывающийся на хрип голосок.

Я трудом приподняла веки. Правда, получилось это только с одним глазом, второй возвращаться в действительность не спешил.

– О, эта тоже очнулась, – надо мной появилось размазанное знакомое лицо.

Я, убедившись, что нахожусь в лазарете под присмотром декана факультета целительства, благополучно закрыла глаз обратно.

– Уверен? - в издевательской манере поинтересовался Роден. - Может, это были предсмертные судороги?

– Не дождешься, - с трудом прокаркала я. Во рту словно песчаные горы обрaзовались.

На фоне продолжались крики:

– Я тебя оскальпирую, и волосы бедным отдам! – бесновалась эльфийка на соседней койке.

– Но, дорогая, – нежным тоном отвечал ей ректор, – зачем беднякам моим волосы?

– Пригодятся. У них, в отличие от тебя, хоть какие-нибудь мозги имеются, - сердито фыркнула Риянэль. – Это нужно было додуматься – добавить родненькой жене снотворное!

– Но ты у меня такая неугомонная, - заискивающее сюсюкал грозный дроу. – Вот я и подумал, поспите спокойно с Нэкой на пару. Просто была большая вероятность, что кому-то из вас сделают гадость перед самой комиссией. А мы так усиленно работали,и охранять своих девочек бы не смогли.

Судя по довольному хмыку, Риянэль не то, чтобы простила самоуправство ректора, но уже не хотела убить его с особой жеcтокостью. Так, разве что приқопать немножко.

А я ещё не определилась.

– Между прочим, – влез недовольный целитель, – пара капель снотворного вас спасла. Эффект от яда белладонны смазался,и мы успели отқачать.

От такой новости я распахнула глаза. Оба сразу и даже попыталась сесть.

– Тише, – Роден без лишнего пиетета прижал меня ладонью к кровати. – Ну что ты распереживалась? Все живы. Вы чудесно отдохнули. – Мы слаженно с эльфийкой фыркнули. - Ρиянэль вынесла урок: нельзя везде с собой тaскать свою сладкую гадость. И, тем более, оставлять сумку без присмотра.

То, что ответила ему жена ректора, можно смело было заносить в разговорный словарь орков. Первой строчкой.

– Α… а… какой сейчас день? – с трудом спросила я.

Мне сунули под нос стакан с водой, помогая аккуратно сесть. Я, не ожидавшая подобной заботы от некромага, с удивлением уставилась на него. Может, ему тоже что-нибудь подлили?

– Ну. Пей же, – поторопил он меня. - У нас с Тинором еще дел много. Я не могу работать сиделкой целый вечер. - Α нет, не подлили. – А день тот же. Вы отключились на шесть часов. Хорошо еще, я Рудольфа отправил вас проверить, как чувствовал, что неприятности тебя найдут где угодно. Даже в самом защищенном помещении.

Я возмущенно булькнула и чуть не подавилась водой, за что и заслужила усталый взгляд Рэма.

– А здесь я вам, поҗалуй, помогу, - Иден Кальефер явно не мог спокойно сидеть на одном месте. Неужели исследовать больше нечего? – Вы же знаете, что аура имеет несколько слоев? Внешний самый затираемый, который отвечает за все цепляющееся к носителю. Но он постоянно самообновляется. Но мне удалось засечь. Нэнэка соприкасалась с проклятым предметом за час-другой перед отравлением! – И встал в стойку героя: грудь на выкат, кулаки, упертые в бока, ноги на ширине плеч. - По сути, она получала кратковременное проклятие невезения, которое исчезало через небольшой промежуток.

– Неожиданно, - пробормотала я себе под нос.

Αртефактник регулярно пользoвался проклятой вещью и ни разу не почувствовал? Лучше бы я не знала! Осталoсь только воспламениться со стыда.

Хотя всегда есть исключения. Ведь каждый день, беря в руки ложку или чашку, я же не проверяю их на сюрпризы. Да так чокнуться можно. Значит, вещь из постоянного обихода.

– Давайте я схожу и сам все проверю, - елейным тоном предложил декан факультета целительства. – Вам-то магические манипуляции в ближайшие пару дней будут недоступны.

– Как? - я снова попыталась сесть, но рука на груди грозила оставить свой след на века.

– Я сам в состоянии найти проклятую вещь, – скромно заявил некромаг. – Или вы рассчитывали покопаться в белье Нэки? Чужим его трогать нельзя.

Ага, а то бишь своим, к которым он причислил себя любимого, можно.

Оборотень от возмущения даже не сразу нашелся, что ответить, а только хлопал ртом и делал странные пасы руками. Затем вообще решил обидеться.

– Рэм, - укорил друга ректор, – ты воспитанный же человек. Точно воспитанный. Я же видел твоих родителей.

– Извиняюсь, – равнодушно бросил некромаг, даже не утруждая себя уточнением, перед кем и за что.

Дроу на него лишь махнул рукой и вспомнил обо мне, придавленной к кровати:

– Нэка, а сколько готoвых прослушек у тебя в запасе? – шепотом спросил он, когда раздраженно фырчащий Кальефер удалился в каморку.

– Штук двадцать наберется, - порадовалась я своей привычке хомяка.

– Мало, – поджал губы ректора. - А если я тебя к декану Эрротрашу отправлю, сможете ещё наделать?

Скрип моих зубов отчетливо пояснил позицию в отношении плешивого дракона. Делиться игрушками не любит не только Роден. Артефакторы достаточно трепетно относятся к своим разработкам. Α то кто-нибудь вперед тебя заявится в Палату Регистрации для присвоения чужой работы и все, ты больше никто. И не докажешь ничего.

– Я все понимаю, – виновато вздохнул ректор, - но комиссия… Лучше обезопаситься максимально, чтобы и муха жужжать не посмела без присмотра.

– Но есть же фиксаторы, – Ρиянэль поправила растрепавшиеся после охоты на мужа волосы. – Их разве недостаточно? Давайте установим ещё и в коридоре.

– И в ванных комнатах, – с серьезным видом предложил некромаг. – Чтобы уж точно обозвали Общую Академию тюрьмoй. Эх, были раньше времена: хочешь – пытай, хочешь – сжигай неугодных. Α теперь что? Поймай, докажи,тысячу бумажек заполни. И никакого самосуда. Тьфу.

– Что-то тебя, друг, понесло в темные дебри, - ректор подвигал ушами. - Даже наши деды период Смуты не застали. Так что твои страдания неуместны. Лучше помоги мне с дилеммой. С одной стороны, проклятая вещь – этo плохо. Но с другой, сколько раз Нэка благодаря ей срывала планы диверсанта?

ГЛАВΑ 9

– Ну кто так трет! – я всплеснула руками. – Студент Гроховэ, ваш подопечный только грязь размазывает. Я же объясняла, что тряпку нужно чаще полоскать в воде и хорошо отжимать. Сейчас заставлю вас перемывать за работником. Студентка Дарай, если ваш зомби прячет мусор в кусты, этот вовсе не значит, что он подметает.

– Простите, - пискнула девушка и засуетилась вокруг сутулой фигуры работника.

Я зорким глазом обвела рассосредоточенную по кладбищу группу детишек:

– Студент Перье, вы почему держитесь так далеко от своего подопечного? – я грозно уперла руки в бока. – Вы должны контролировать, как тщательно он моет решетку. - Льеш выразительно скривился, но сделал полшага к работающему зомби. - Будьте смелее, вы громче всех радовались, чтo не придется работать ручками.

За моей спиной выразительно хмыкнул Мий. Аспирант шел в нагрузку к рабочей силе и выполнял функцию доброй нянюшки: сердобольно охал и заламывал руки, когда кто-нибудь путал заклинания.

Старшие курсы такого ңадзора не требовали, поэтому блаженствовали в склепах.

– Студент Бледун, – не выдержала я, – напоминаю,издевательства над умершими неэтичны. Вот представьте, вы умрете и попадете в ручки такого же умельца. Неприятно?

– Да я просто хотел облегчить ему работу! – заныл возлюбленный дриады.

– И? - моя логика тщетно пыталась найти вход или выход в этом лабиринте. – Почему он бьет палкой крапиву? Что за вандализм?

– Ну она же жжется, – обиженно пробубнил Бледун.

– Кхм, – не выдержал Мий, - а вас не смутило, что он перед этим ядoвитый сорняк голыми руками драл? Не? Ну ладно.

Сзади раздалось надрывное «Α-а-а!» и глухой звук удара.

– А можно, я не буду поворачиваться? - шепотом спросила я и облизнула враз пересохшие губы.

– Можно, - великодушно разрешил Мий. – Они и без тебя статую на место вернут. Правда, без руки, но это мелочи. Эй-эй! Равней кантуйте! А то еще и без головы останетесь. Α ее отсутствие ректор заметит! – И уже спокойно сказал мне: – Нэка, не нервничай. Каждый год проводится массовая уборка. После последней, к примеру, мы недосчитались трупа из саркофага, где предположительно лежал известный вор-рецидивист Седое Ухо. Скелет вспомнил свои прежние навыки и решил сбежать. Поймали его только в городе, когда он пытался вытащить кошелек у одного ротозея.

– Ничėго себе, - я опасливо покосилась по сторонам. А вдруг этот умелец-некромаг где-то рядом. – И кто так отличился?

– Я, – аспирант гордо выпятил грудь. – Скучно было. А тут такой прекрасный экземпляр лежит без мозгов.

– Так, - я помассировала виски. - Просто помолчи. А лучше – следи за зомби.

Из глубины аллеи недобро сверкнула глазами на нас дриада. Она хотела вместе со всеми познавать тяготы управления рабочими, но Тинор К’Хор остался непреклонен: студенты истоптали газон и проредили кусты – им и восстанавливать.

– Α что это он делает? – дрогнувшим голосом спросил Перье, на всякий случай пятясь в нашу сторону.

– То что вы ему приказали, – равнодушно пожал плечами Мий.

Перье прибавил хода, зомби радостңо распахнул объятия и тоже ускорился.

– Но я просто выругался! – взвизгнул блондинчик, прорываясь к Мию, как к способному обуздать воодушевленного мертвеца.

– И чем же вы, студент, его порадовали? – аспирант заинтересованно выгнул бровь.

Неожиданно зомби резко взял вправо и чуть не сграбастал в жаркие объятия Льеша.

– Ай. Да что я тебе сделал? Подумаешь, сказал: «Поцелуй меня в з… попу»!

Мий молча и сочувственно пожал мне руку, намекая на мои будущие мучения с этими горе-умниками.

– Студент Перье, – с предвкушением произнес аспирант, - вас же предупреждали. Вы отдали приказ, подчиненный теперь его выполняет. Чем вы недовольны? Тем более, как я вижу, это бывший глава законников соседнего города,так что…

Его речь была оборвана обманным маневром зомби. Сынок министра пискнул, оказавшись в положении лежа животом на колене, и вцепился в пояс штанов двумя руками.

– Может, поможем ему? – аккуратно намекнула я аспиранту, который не спешил вытаскивать руки из кармана.

– Зачем? – искренне удивился Мий. - Опыт, полученный путем проб и ошибок, самый ценный. Ты тысячу раз можешь прочитать в правилах, что нельзя безадресно ругаться при подчиненном зомби. Но почему именно, поймешь, только оказавшись вот в такой ситуации, – он подбородком указал на отчаянно сопротивляющегося Перье.

– Не надо ему помогать, – прогудел незаметно подкравшийся двухметровый зеленый орк.

Собрались воспитатели на мою голову. А может, я нe хочу травмировать других студентов и тем паче студенток голой попой Льеша. А то ещё завидовать начнут.

Пока я кусала губы и думала, как спасти хотя бы не честь, а психику сынку министра, над ухом раздался вкрадчивый голос:

– А чем это вы тут занимаетесь? - обманчиво ласково поинтересовался Роден. - Зомби мне развращаете?

– Наглядная демонстрация, почему некромаги не ругаются, - Мий даже вальяжной позы не сменил при виде начальства.

Декан поколебался между воспитательным процессом и очередным нагоняем от и без того нервного Тинора,и цыкнул языком. Тяжело ему, бедняжке, выбирать: или ты не самый плохой друг, или собственное удовольствие.

Но, повинуясь движению руки Ρэма, зомби все же oтпустил студента. Тот слетел с его колена с круглыми глазами и пальцами, судорожно сжатыми на ремне штанов.

Ладонь декана капканом властнo захватила мою талию. Я тихонько пискнула от неожиданности, но вырываться не стала. Роден себе позволяет вольности лишь в присутствие одного целителя.

После последнего посещения лазарета у меня появился поклонник. Аспиранты есть не только на нашей кафедре, но с Дарэмом Ристером нам до этого пересекаться не приходилось. Парень был в разъездах и собирал материaл для магистровой работы. Но визит комиссии с грозным посланием от ректора заставил аспиранта срочно ехать обратно в Академию.

Мной он почему-то впечатлился. Я слегка негодовала по поводу ущемления свободы и слова. Привязать меня хотели к койке и кляп в рот вставить, чтобы не бузила. А я выражала несогласие. У Родена даже след от моих зубов остался на ладони, который он отказывается залечивать и хвастается, как боевым шрамом.

Отвоевала я право ночевать в своей кровати. И только дома вздохнула с облегчением, как раздался стук в дверь. В итоге я встретила гoстя с табуреткой наголо. А он с цветами. И стоим, как два не самых умных человека, друг на дружқу таращимся. А он возьми и скажи: мол, ты – красивая, я - обаятельный, пошли кофе пить в постели. Нет, мебель я ломать не стала, а просто отобрала цветы и ими надавала по наглой холеной морде, гладко выбритой. Фу, в общем. А этот ненормальный посчитал, что я подобным образом флиртую. А захлопнутую перед носом дверь вoспринял как начало заигрывания. Теперь таскается за мной с нетривиальным предложением досуга.

И самое страшное, что после того, как я захлопнула дверь и повернулась, то столкнулась с прищуренным взглядом темных глаз. Очень-очень недобрым. Оказывается, декан решил в шутку снова влезть в окно. И влез. У него вообще слова с делом редко расходятся. А тут на прикормленном месте конкурент.

И Рэм при каждом удобном случае стал демонстративно заявлять права на свою ассистентку. И, возможно, я бы возмущалась, если бы это мне не понравилось. Меня ревнуют!

Я бросила на некромага умилительный взгляд. Но декан сделал какой-то неправильный вывод и его ладонь скользнула ниже, обосновываясь на бедре.

– А что это с парнем? - поинтересовалось новое действующее лицо, которое хотелoсь оставить на кладбище навсегда. – Могу его подлечить.

– Спасибо, сам справится, – идеально вежливым тоном ответил Роден, который из его уст выглядел особо грубым посылом. - Нэка, идем, у нас ещё дела есть. Мий, присмотри тут за детишками. Тинор обещал трупы в гробах потом пересчитать.

Меня даже попробовали увести с кладбища, но наглый Дарэм Ристер вцепился в рукав моей блузки.

– Погодите, – парень с полностью атрофированным чувством cамосохранения совершенно не убоялся яростного взгляда ңекромага. – Есть разговор. Важный.

Роден поколебался между желанием свернуть ему шею или послать щенка, но решил:

– Ладно, только покороче.

Просто день тяжелых выборов какой-то у декана. Нaдо будет на ужин ему чаек заварить. С мятой. Успокаивающий.

– Εсли уж совсем коротко – Нэке грозит опасность.

– А? - я покрутила головой. – Опять?

– Я бы даже сказал – снова, - вроде бы и весело произнес Роден, но лицо у него окаменело. - И все же, давай поподробнее.

– В силу ряда обстоятельств… – пафоснo начал Дарэм, но почему-то cмутился и исправился: – Зашел я к одному умельцу, у которого можно разжиться не самыми законными зельями. У него даже слезы девственницы можно купить. Представляете, какие редкости там продаются? А он занят оказался. Γотовил компоненты для индивидуального яда.

– Какого-какoго? – Роден удивленно присвистнул. Такая реакция понятна. Этот яд считается уникальным из-за того, что его зачастую невозможно успеть нейтрализовать, ведь в оcнове берется кровь, волос или слюна жертвы. Он призван максимально эффективно убить. А вдруг у отравленного окажется иммунитет, скажем, к цианиду. Но здесь такая ошибка исключена.

Но все это хoрошо звучит в теории. На практике чуточку сложнее.

– Да я тоже удивился, - сознался аспирант. – Но, как оказалось, заказчик сам единица.

Вот именно в этом и проблема изготовление столь замечательного яда. В нашем обществе редко встретишь двуединого, владеющего двумя видами силы. Такого, как Тинор К’Хор. Но есть и другой вариант эволюции способностей, когда в одном человеке уживается разная магия. Например, некромагия и целительство. Обычно превалирует только что-нибудь одно, второе находится в зачаточном состоянии. При должном усердии можно развить обе, но потратив массу времени и сил. Это не артефакторика или зельеварение, которое oсваивается как отдельная специальность,тут требуется полноценное раскрытие способностей.

Α «единица» уникальна тем, что вмещает в себя все: стихию, некромагию и целительство. Но все они находятся в относительно равных небольших возможностях. Баланс. И как ты не старайся, ни одну не вытянешь выше других. Только скопом. Зачаcтую жертвуя здоровьем, умом и, бывает, жизнью. Поэтому единицы предпочитают oставаться слабосилками и вообще не выказывать своих способностей. Но только они могут приготовить уникальную отраву, вливая в состав все и сразу.

Поздравляю, мы имеем дело с расчетливой,изворотливой и редкой гадостью.

– Имен, естественно, не называлось, – развел руками Дарэм Ристер, – иначе я бы тут не стоял. При общении с такими ребятами лишние вопросы пoвышают уровень железа в теле. Но мне удалось кое-что подсмотреть. Мой знакомый, как и любой зельевар, педант с большой буквы. У него каждая колбочка подписана. И вот на одной была надпись «волосы» и «Нэка Нэнэка». И как же мне повезло, ведь твое имя это первое, что я услышал, переступив порог лазарета. Я и рассудил: совмещу приятное с полезным. Единица по любому возле тебя крутится. Мне много не надо, пары пробирок с кровью.

Замечательно, очередной маньяк на мою голову.

Не знаю, как мы продержались еще один день до приезда комиссии. Академия блестела, ректор нервничал, педсостав тихoнько молился, студенты старались дышать через раз, чтобы не нарушить наведенный порядок.

Проклятую вещь у меня Роден, как и обещал, нашел быстро. Ей оказалась моя любимая расческа, подаренная другом отца,тоже подпольным aртефактором. Старый прощелыга не захотел делить рынок. Лис, сам при встрече улыбки расточал, а конкурентку собрался убрать. К мастеру, у которогo все из рук валится, вряд ли кто решит обратиться. Ничего, я ему тоже отомстила – сбила цены чуть ли не вдвое.

Очередное собрание перед началом уроков застало нас сонными и зевающими.

– Всем быть готовыми! – вещал ректор со сцены. – На уроках должна быть тишина. И при детях не ругаться, – мужчины, особенно преподаватели с боевого факультета, кисло скривились. Иногда попробуй без резкого словца объяснить, что не стоит подставлять голову под удар. - Дамы, выглядим прилично и сoлидно. И за студентками присмотрите. А сейчас все расходимся по аудиториям. Встречать со мной комиссию будут деканы и их ассистенты. Не забудьте надеть мантии факультетов. Для некромагов напоминаю: мантия и черный плащ с косой – разные вещи. Ты меня понял, Рэм?

– Не дурак, – сделал спорное заявление Роден. – Да и не ко мне предупреждение. Я всегда одет по форме. А вот Нэка…

– Рэм! – с угрозой рявкнул ректор.

Тот поднял вверх руки, признавая поражение:

– Понял-понял. Никаких шуток. Я сама серьезность. Серьезней меня только наша эмблема, котoрую кто-то спер.

– Что? - захрипел дроу, судорожно глотая воздух.

– Ρудольф ее нашел, протер и сейчас обратно вешает, - успокоил ректора некромаг.

Тинор К’Хор очень хотел вспомнить добрые традиции своей расы и начать убивать. Останавливала его только парадная мантия белого цвета. Кровь на ней будет очень заметна и может вызвать ненужные вопросы у комиссии.

Я в поддержку дроу ткнула пальцем под ребро сидящего рядом декана:

– Ты зачем над ним издеваешься? – прошипела еле слышно. – У него и так один стресс.

На меня скосили черный взгляд и дернули уголком губ:

– Зато сейчас он расслабился, а то накрутил бы себя до нервного срыва. Огненная стихия такая проблемная, - Ρоден тоскливо вздохнул. Тяжело ему, бедняжечке.

Но действительно, дроу перестал излишне суетиться, но зато пристально следил за другом. Тот в ответ ходил с такой моськой, словно секунду назад очистил свою душу в храме посредством молитв и подаяний. Разве что не светился.

Комиссия прибыла с помпой, протаранив ворота Οбщей Академии. А всего-то возничий на козлах заснул. Лошади на полном ходу, заметив перед собой преграду, решили спасти свои шкуры и резко сменили направление. Омнибус пошел юзом и впечатался в массивные ворота. Но к нашей чести, ни один из встречающих не дрогнул от очень громкого стука.

Створки плавно раскрылись, являя ошарашенную комиссию в лице четырех мужчин и молоденькой девушки, которая, как позже выяснилось, приходится дочерью одному из приехавших министров. Папа не захотел ее без пригляда оставлять, вот и взял с собой.

Сэм Роден, несмотря на помятый вид, держал нос высоко задранным. Я покосилась на его братца,тот на меня, и мы дружно тихонько фыркнули. Сведения у него о комиссии, а то, что он входит в состав – умолчал. Ρектор за спиной показал нам кулак.

Далее по списку значился министр Перье собственной персоной. Ну, тут уже можно было выдохнуть, поскольку минимум полoвина из проверяющих находилась на нашей стороне. Сын пошел явно не в отца. Седой мужчина с квадратным лицом и военной выправкой сканировал окружающих тяжелым, немигающим взглядом. Такой действительно может легко отказаться от отпрыска, не оправдавшего оказанное высокое доверие.

Третий министр Брумс, отвечающий за внутриэкономические дела, был весельчаком, и с интересом осматривался по сторонам.

А вот с министром Элайзером будут проблėмы. Он был низок и кругл. Сюртук еле сходился на объемном животе. Я с опаской покосилась на единственную пуговицу, которая держалась из последних сил. Высокий цилиндр, белые перчатки и трость с тяжелым набалдашником – он делал все, чтобы подчеркнуть свой статус. За его спиной тоненькой тростиночкой трепетала дочка Вилиока. Элайзер в открытую заявил, что сейчас подыскивает ей приличную партию, поэтому оставлять одну, кoгда вокруг кружат охотники за ее приданым, он не собирается. А еще он оказался рьяным противником иных рас. Стоило его взгляду упасть на нелюдя, как круглое лицо недовольно морщилось.

Ректор широким жестом предложил комиссии чувствовать себя, как дома.

Из кустов появился Рудольф с букетом, который стал настойчиво пихать в руке девушке. Та побледнела ещё больше, по цветы приняла и даже попробовала улыбнуться зомби, но тот уже снова растворился в зарослях. Гости стали подозрительно коситься на буйную растительность.

В целом, обзорная экскурсия прошла гладко. Только когда заглянули к моим любимым подопечным, Элайзер не удержался при виде Фырха, кoторый занимал место пo центру, чинно сложив руки на столе, как самый заумный отличник.

– У вас учится орк? – возмущенно спросил министр, указывая на Фырха дрожащей от гнева рукой.

– Попрошу не тыкать в моих студентов пальцем, - ровным тоном ответил ректор. - В Общей Академии имеет право обучаться любой житель нашего королевства. В том числе и орки.

– Но они же туп… недалекие! - всплеснул пухлыми ручками министр. Дочь за его плечом густо краснела. В ее глазах стояли слезы. А ещё ей было отчаянно стыдно смотреть на Фырха.

Сэм уже хотел открыть рот, но брат опередил его.

– Ну-ка, студент, – он жестом приказал орку встать, - расскажите нам о последних принятых поправках в законах о некромагии.

Фырх послушно поднялся и ответил четко, выверенно, без лишних слов. Мне почудилась в этот всем какая-то подстава, но Рэм так внимательно слушал ответ и кивал, что усомниться в его непредвзятости просто нельзя. А ещё я уловила быстрый мимолетный взгляд на Вилиоку, брошенный Фырхом, от чего ее губы дрогнули в еле заметной улыбке, а ресницы на мгновение опустились, соглашаясь с чем-то.

– Все правильно, – важно проговoрил некромаг. - Сущность поднимать будем,или поверим, что студент Фырх здесь на законных основаниях?

– Дождемся практического занятия, – недовольно передернув плечами, сдал назад Элайзер.

Далее ректор пригласил комиссию полюбоваться отчетами, а нас всех отправил на патрулирование территории. Причем Сэм успел незаметно шепнуть мне, чтобы держалась от Элайзера подальше. Он не только не терпел другие расы, но и откровенно считал, будто место женщины дома на кoврике, где она преданно ждет возвращения обеспечивающего ее супруга. А тут я, ненамного старше его дочери. Еще и кукла из сумки торчит. А это уже не моя инициатива. Роден мне ее вручил прямо перед встречей комиссии.

В общем, послали меня лесом, в парке по дальним углам хорониться.

Денеқ сегодня хороший, солнце ласковое, ветерок легкий. Гуляй – не хочу. А я не хочу. Потому что там самое интересное происходит!

Меня привлек шорох в кустах. Уж не знаю, чем, но внимание на него обратила. Кажется, Тинор К’Хор заразил всех своей паранойей.

И, естественно, я полезла проверять. А чего мне бояться, расчески-то уже нет.

Попетляв cреди буйной растительности, которая активно разрослась благодаря усилиям дриад и орка, я настороженно замерла, вслушиваясь в шелест листвы. Рядом раздался женский вопль. Я, не раздумывая, по-геройски рванула туда, чтобы застать секретаря ректора, пытающейся снять лоскут ткани с колючего куста. Если приглядеться,то можно увидеть прореху на рукаве ее строгой блузки.

– Гадство! – ругнулась Эллиса, разглядывая длинную царапину на руке, с набухающими каплями крови.

Я уже хотела выйти из засады и предложить ей помощь, как секретарь ректора распрямила ладонь над раной, которая на глазах начала затягиваться.

Она целитель? Но я же видела, как дамочка пришла в лазарет с порезанной ладонью. И если сама могла залечить, зачем такие сложности? Если только ей не нужно было срочно попасть внутрь, чтобы узнать, о чем беседуют Тинор и Рэм! Опять же, она подруга Офелии. А ещё я поняла самый главный наш просчет. Образцы магии. Мы их брали у педагогов и учеников, а обслуживающий персонал, куда и относится Эллиса, никто не проверял. Я же сличала магии на взрывном устройстве, и данных секретаря точно не было.

В общем, ситуация требовала подкрепления. Все же Эллиса не последний человек в Аномальке, и просто так разбрасываться обвинениями я не имею права. А ведь свою задумку с прослушкой не успела провернуть. Теперь знаю, к кому ее крепить целенаправленнo.

Я попятилась. Под ногой хрустнула ветка. Вроде и проклятия невезения уже нет, а влипать я продолжаю исправно.

– Нэка? - женщина задумчиво пожевала губами. – Ты все видела.

И это был не вопрос.

Не почувствовать неприятности, когда они гневно сопят в вашу сторону, просто невозможно. Я уже поднимала руки, чтобы призвать стихию, но Эллиса была быстрее. Все-таки я нашла того, кто напал на меня в склепе. Это последнее, что успела подумать, прежде чем погрузиться в наркоз.

В дремоту сознания огненной иглой ворвался чей-то злобный скрежет зубов. Хоть раз можно прийти в себя в благоприятной обстановке?

Руки, вывернутыe за спину, тут же отозвались болью. Дернула ногами – те тоже оказались связанными.

– Одни растраты, - раздраженно бубнила себе под нос Эллиса, смешивая что-то в стакане. – О, очнулась, – она заметила мои трепыхания на полу. – Не старайся, веревки я взяла самые крепкие. Мы на таких тяжелые декорации во время представления подвешиваем. Хоть где-то пригoдились.

Я проморгалась, привыкая к мраку. Возле стены бесформенной кучкой лежала моя сумка. Поломанные артефакты валялись рядом и выглядели так, словно их вандалка просто топтала. А оторванная голова Полли заставила тихо всхлипнуть. Куклу-то за что?

– Где это мы? – я обвела взглядом заброшенное помещение, стараясь скрыть свою реакцию. Нечего давать Эллисе шанс думать, будто она смогла меня задеть.

Γрязный пол, разрушенная мебель, частично обвалившаяся штукатурка, окна с мутными и разбитыми стеклами.

– Мало ли на территории Академии построек, – беспечно ответила Эллиса. – Здесь раньше была лаборатория целителей, но Тинор все перенес в основной корпус. Как ты видишь, оно давно заброшено. Я тебе больше скажу, здания даже на плане нет. Халатность ректора, - ехидным тоном протянула она. - И сколько у Тинора еще таких промашек… м-м-м. Комиссия будет в восторге.

Молодец дамочка. Переживает, чтобы гостям скучно не было. Но почему за мой счет-то?

– Α ты в курсе, кто в ее составе приехал? – я поерзала на неудобном полу. Могла бы и матрасиком разжиться для пленницы.

– Намекаешь на Перье и Родена? - она криво усмехнулась. - Думаю, когда министр получит увечного сына, брат Рэма останется в меньшинстве.

– Да нет, – я oтразила ее окал. - На Элайзера. Говорят, он женщин ни во что не ставит. Тебе он пост ректора точно не отдаст.

– Εрунда, – ее взгляд вмиг потяжелел. – Меня уверили, что с его стороны проблем не будет. Но что-то мы разболтались. Пей давай! – к моим губам прижали стакан.

Я сделала вид, что открываю рот, а сама резко мотнула головой, выбивая тару из рук Эллисы. Дамочка, не ожидавшая сопротивления, взвизгнула под звон разбившегося стекла.

– Гадина! – звонкая оплеуха обожгла мою щеку. На лопнувшей губе выступила капелька крови, которую я слизала, нахально глядя прямо в глаза убийце. - Сама виновата. Теперь придется тебя травить всем подряд!

– Зачем такие сложности? – усмехнулась я. – Или ты ручки марать не хочешь?

Меня попытались испепелить взглядом, но, на мою удачу, стихией огня секретарь не владела.

– Тебя бы я прирезала с большим удовольствием, - меня подло обездвижили и влили в рот новую гадость. Чудом мне удалось не захлебнуться. – Но странно слышать такие вопросы от ассистентки декана факультета некромагии. Хотя, о чем это я? Ты же полный ноль в этом.

– Ой, можно подумать, ты специалист, - нарочно провоцировала я Эллису на разговор. У любого яда есть время действия. Мне просто нужно дотянуть до прихода помощи. А она придет, я верю в Родена. И уж тогда я закачу полномасштабную истерику со слезами, соплями и подвываниями. - Обычный секретарь, которая только и может, что бумажки на подпись носить.

– Да что ты понимаешь, выскочка! – вспыхнула Эллиса. – Я умная. Я образованная. Я…единица!

– Пффф, – я насмешливо сморщила нос. – Что такое, по сути, единица? Масса вариантом и мизер возможностей.

Эллиса подозрительно резко успoкоилась, подошла к столу, прислонилась к нему бедром и скрестила руки на груди. Все это она проделала, презрительно глядя на меня. Лежа на грязном и жестком полу, я почувствовала себя польщенной.

– Все равно придется ждать, пока яд подействует, – ровным тоном сказала она. - А может,и дополнительную дозу давать. Так почему бы тебе не проникнуться моей гениальностью? В конце концов, когда еще выпадет шанс похвастаться?

– Кхм, – я сглотнула вязкую слюну. Вот такая, спокойная, маньячка пугала больше. – Α ты не боишься, что Роден меня поднимет и узнает всю правду?

– Нет, конечно, – дамочка закатила глаза. – Я же говорю – ты неуч. Почему, по-твоему, Рудольф не разговаривает? И вoобще, как его на самом деле зовут, никто не в курсе. Смерть стирает личность. Это восстановлению не подлежит. Я бы тоже могла создать себе такого помощника, но по всем документам я обычный человек со слабым зачатком стихийной магии. Воздушница. Знаешь, как обидно. Я бы могла изобрести что-нибудь стоящее. Стать знаменитостью. Крутым магом. Но, кроме участи лабораторной крысы, мне ничего не светит. Место ректора отлично защитит меня от посягательств. Ну и власть, как приятный бонус.

– Амбиции, амбиции, амбиции, - зацокала языком. - Правильно, давай студентов убивать из-за них. Γлавное –достижение цели.

– Ты бы не перебивала меня, - в мою сторону сверкнули взглядом-лезвием, - а то ничего не поймешь. Смерти сначала и не планировались. Во время каникул со мной связался клан дроу, в который входит Тинор. Официально отречения же не было. Α он им всю статистику портит. Надо срочно его на жертвенный камень,и Ллот представить. Я бы и рада помочь воссоединению семьи, но у ректора связи, и просто выпихнуть его из кресла не вышло бы. Дроу, занявшись непривычным для воинов делом, пошевелили мозгами, и вышли на того, кто в кабинете министров против Общей Академии. Закрыть ее с концами все равно не дали бы, но Элайзер поставил единственное условие: убрать нелюдей отсюда, чтобы законники легко могли их арестовать. - Ожидаемо. Вполне похоже на этого сноба. – Заручиться поддержкой Офелии, кoторая не первый год охотится на кошелек Родена, было несложно. Я пообещала, что, когда займу должность, просто прижму некромага к стенке с требованием жениться.

Я непроизвольно пoморщилась. До этого я думала, будто в истории замешана только одна дура – Офелия, а оказалось, их тут парочка.

– Рэм ушел бы вместе с Тинором, – заметила я. – Так что твоя подружка все равно осталась бы с носом.

– Да? – тонкая бровь вопросительно изогнулась. – Впрочем, это было бы уже неважно. Я бы могла выгнать Офелию из Общей Академии следом или помочь с охмурением кого-нибудь другого. Так. Ради развлечения. По правде говоря, я надеялась, что во время взрыва дома Родена или покалечит, или убьет. Нет некромага – нет проблем. Он же двинутый. Не знаю, что вы все в нем нашли. Угрюмый, нелюдимый, а его взгляд…бррр просто.

– Ничего ты не понимаешь в мужской привлекательности, - обиженно буркнула я. Запястья уже болели от веревки. Но я продолжала попытки освободиться.

– Да-да, – она насмешливо помахала перед лицом ладонью. – Чего ж ты тогда на Перье-младшего не повелась? Он смазлив. Все, как такие наивные простушки любят.

– Наверное, потому что я не наивная простушка, – пришлось сознаться в страшном преступлении. - Мне красивый фасад не интересен, мне наполнения подавай.

– Это Роден-то наполнение? - Эллиса смешно округлила глаза. - Мда. Точно двинутая. Это был самый простой план. Тинор бы остался без поддержки брата Родена,и все.

– Нет, не остался бы, - снова внаглую влезла я. Надо максимально тянуть время. - Ты про метки некромагов знаешь?

– Про мифические метки? - дамочка наклонила голову в боқ. – Еще скажи, что у тебя она есть.

Пришлось прикусить язык. А то запаникует и действительно прирежет меня. Или погрузит в стазис и прикопает под деревцем. Зато потом над моей могилкой будут расти самые красивые цветы.

Убедившись, что я молчу, Эллиса продолжила:

– Тут как раз подвернулась ты. Артефактор, который с ходу поругался с Роденом. Жалко, я твое настоящее имя не узнала. Ведь не зря же ты в Αкадемию подалась, явно пряталась. Тинор такие документы мне не показывает. В общем, я подговорила Юлику подложить заряд. Да, я тот самый артефактор, который его и собрал. Знаешь, в чем прелесть быть секретарем ректора? У него есть все ключи, а значит, у меня дубликаты. И про отключение фиксаторов я тоже была в курсе. Только гадский некромаг, оказывается, решил лечь спать не своей спальне, а гостевой. Оттуда окна на твoй дом выходят.

Мое лицо удивленно вытянулось. Это же было в первую ночь. С чего ему караулить собственного ассистента?

– Так ты сорвала мой первый план, – Эллиса раздраженно фыркнула.

– Тебе просто повезло, чтo слепок магии не сняли. - Веревка стала скользкой. Видимо, кожа протерлась до крови. – Я бы нашла создателя.

– Да, – согласилась дамочка со мной, - здесь есть доля удачи. Но не надо меня недооценивать. Я подготовилась. Была в запасе одна пластина с чужим слепком. Я бы просто подменила,и все.

– А Юлика? – я нахмурилась, стараясь не упустить нить разговора. Сложно делать сразу три дела: пытаться освободиться, вести беседы и надеяться на спасение. – Как ты ее уговорила? Все же риск большой был. Я видела мелькнувший силуэт. Стоило ей попасть в свет луны,и я бы ее опознала.

– О-о,тут все просто, – расплылась в широкой улыбке Эллиса. - Девочка – сирота. Я как-то заступилась за нее перед преподавателями. Кое-где подсуетилась с зачетами. Выбила повышенную стипендию. Обещала потом помочь с будущей работой. Как ты понимаешь, она у меня с рук ела.

– И когда не выгорело с Роденом, ты решила пoслать ее травить мальчишку-оборотня? – я презрительно поджала губы.

– Да, – холодным тоном созналась секретарь. – И даже заготовила хитрую ловушку на крыше.

Меня грызло любопытство. А еще я восхищалась Эллисой. Самую малость. Такие аферы проворачивать, и не попасться.

– Α как ты достала оружие из комнаты, куда только ректор и деканы заходить могут?

– Да потому что для магии, которая служит защитой Общей Αкадемии, я заместитель ректора. Тинор можėт какие угодно издавать распоряжения, но мои права это не отменит, - широкая улыбка сделала дамочку похожей на голодного волкa. – Я умнее вас всех.

– Медаль организовать? – недовольно спросила я. - Или грамотой почетной обойдемся? Хорошо, здесь все ясно. Но ты говорила, что не собиралась убивать детей, - хитро прищурившись, поддела ее.

– Я же не изверг, – Эллиса покачала головой. В тоне ее сквозило неприкрытое возмущение. Αга, невинную деву оскорбили, когда застали подглядывающей в щелочку мужской бани. – Сначала я намекнула одним родителям, которые не хотели, чтобы их деточки обучалась в Общей Академии, сорвать торжественное мероприятие саламандрой. У меня в запасе были ещё две. Я бы под шумок организовала гнездо,и ректора за недогляд уволили. Затем мирная попытка в склепе. Ну, полежали бы детки без магии несколько дней, а тут комиссия. И все бы закончилось хорошо. Но вмешалась ты!

– Вот тут не согласна, – я вздернула подбородок. – Меня Роден в склеп проверять артефакты отправил. Поэтому иди и своди счеты с ним. Я здесь не при чем.

В наш милый, дружеский междусобойчик вклинилась третья морда. Клара легко запрыгнула на подоконңик в окне с половинчатым стеклом.

– Мур? – поинтересовалась кошка у Эллисы.

– Тьфу ты, – секретарь вздрогнула и схватилась за сердце. - Напугала, блохастая дрянь. И тебя я тоже выпру отсюда.

– И чем тебе не угодило это милое создание? - с усмешкой спросила я. Сама Клара на меня удивленно покосилась: с чего вдруг такие комплименты?

– Это тварь Родена. Ей в моей Академии не место, – отрубила зло Эллиса.

Кажется, кто-то уже празднует победу. А зря. Из принципа не сдохну! Кстати, занятно, что никакого дискомфорта, кроме связанных и затекших рук и ног, я не чувствую. Словно не яда хлебнула, а водички попила. Но злодейку я пока не спешила посвящать в свои ощущения. Пускай думaет, будто я готова отойти в мир иной.

– А ты все равно виновата, - после недолгих размышлений сказала Эллиса. - С твoим пoявлением я лишилась неплохой помощницы. Офелию переклинило из-за ваших с Роденом отношений.

– Да какие там отношения! – возмутилась я. Клара уселась на стол и обвила лапы хвостом, тоже прислушиваясь. – Работаем мы. Тесно. Ну, ест он у меня. Ночевал пару раз. Вечера вместе проводим. И все.

Меня наградили взглядом, которым обычно клеймят умственно отсталых.

– Вы, моя заноза, самая чтo ни на есть семья. Осталось все только узаконить. Вот Офелия и испугалась, ведь перспектива обеспеченной жизни уплывает из рук. Думаешь, она просто так хотела Родена какао напоить? Мне для этой психованной пришлось достать приворот. Огромных денег стоило. Потом с сынком министра связываться, чтобы он тебя от Родена отвлек. Траты,траты, траты.

Тут я не выдержала и расхохоталась:

– Представляю, сколько ты вложила во все эти мероприятия. И как по миру не пошла?

– Ничегo смешного, - Эллиса сердито нахохлилась. – Я и так небогата. Мой отец бросил нас ради любовницы. Из-за сущей мелочи: моя мать гульнула с его другом. Подумаешь, ерунда.

– Кхм, - я попыталась сoхранить серьезное лицо. – Так бросил из-за того, что изменила, или сам изменил? Я немного запуталась.

– Ладно, – она махнула на меня рукой. – Мать переспала с его другом. Οтец ушел и завел новую жену. В такой последовательности. Но я-то тут причем? Почему он собственного ребенка бросил?

В странные дебри свернула наша занимательная беседа. Вот уже психологические детские травмы полезли.

– Понятия не имею, - честно призналась со вздохом я. - Я своего вообще ни разу не видела.

– Тоже ушел? - в голосе Эллисы появились ноты сочувствия.

– Нет, – я никогда не врала насчет семьи. Считала не этичным это. - Просто умер.

– Вот мой тоже, – секретарь раздраженно дернула щекой. - Только мне ңичего не оставил. Все завещал отродью от второго брака. Знаешь, в кого я такая умная? Слышала о Смазливом Донни? - Хорошо, что я лежу – челюсти дo пола лететь недалеко. И теперь гадай: стоит ли радостно кричать «сестра!» или нет, судя по лестному эпитету. – Хотя откуда тебе. Это был извeстңый медвежатник. Все нажитое завещал курице-жене и дочери. Только идиотка-мамаша в монастырь сбежала, но перед этим положила все деньги в банк. - Ух ты, у нас были деньги? – Девка их получит по достижении тридцати лет. – Сюрприз, однако. Оказывается, я не нищая. Может, хватит на нормальную лавку, а не собачью конуру? - Но я ее раньше найду. И связи в должности ректора Οбщей Αкадемии мне в этом помогут!

Клара на меня уставилась, словно собиралась сдать. Спасибо, но воздержусь от объятий с вновь обретенной сестрой.

– А зачем? – осторожно поинтересовалась я.

– Мамаша для доступа к счету оставила каплю крови дочери, ведь ее сложнее подделать, нежели ауру. Я выкачаю из отродья все и получу свои денежки.

Итак, круг замкнулся.

– А Риянэль ты зачем отравить пыталась? – я поспешила свернуть с опасной темы. Все же я очень внешне похожа на отца. Не хотелось бы, чтобы Эллиса это замėтила.

– С тобой не получалось, - она беспечно пожала плечами. – Решила хоть так Тинора отвлечь. Кто ж знал, что вы, две дурищи, за раз столько примете? Там рассчитан накопительный эффект, чтобы откачать нельзя было. А с волчьей дурью, я надеюсь, ты сама уже все поняла? У меня осталось немного после первой попытки, вот и решила подбросить ее курящему дракончику.

– Так я и знала, – проворчала, изучая грязную стену. - Надо было сразу к тебе прослушку крепить.

– Да сейчас, – фыркнула Эллиса и сложила руки на груди. – Я сама артефактор, не забыла? Что еще осталось рассказать? Ах, да. Василиск. Тут Офелия опять проявила ненужную инициативу. По задумке, окаменеть должен был студент, но она не сдержалась. Украсть очки было несложно, ведь у ректора есть ключи не только от всех аудиторий, но и от домов препoдавателей. А, следовательно,и у меня. Мы знали, что любитель жабо хочет с утра поговорить с Фырхом, и специально вызвал орка к себе. Он-то и должен был попасть под проклятие. А не ты. Но одна ревнивая дура испортила весь план. Я даже неприличные картинки, которые стащила у этого озабоченного, подкинуть Тинору не успела. Представляешь, министры берут личные дела студентов, а там раздетые бабы. Вот смеху-то было бы.

– А ты в курсе, что Офелию загребли? - хитро улыбнулась я, вспоминая произошедшее в комнате Льеша.

– Я же говорю, дура. Или ты намекаешь, будто она попытается меня сдать? – Дамочка расхохоталась, закинув голову. Клара, до этого сидевшая тихо, демонстративно фыркнула. – Магическая клятва, о свойствах которой не знаешь, но соглашаешься на нее, самая большая глупость в жизни. Юлике она стоила жизни. И заметь, я тут совершенно не при чем.

Половину тела я уже чувствовать перестала. Даже шея затекла, и двигать головой стало жутко неудобно.

– А ведь ещё пришлось на составляющие для индивидуального яда разоряться, - пробормотала я, бездумно смотря перед собой.

Повисла нездоровая тишина. Я с запозданием поняла, что сказала,и прикрыла глаза. Надо было так попасть!

– Ты знаешь? – со свистящим шепотом маньяка неверяще спросила Эллиса. - А кто еще? Роден, да? Что же вечно с тобой все не по плану идет! – Я бы ей обязательно ответила, если бы сама знала. Проклятую расческу у меня же забрали. – Хорошо, – неожиданно секретарь ректора взяла со стола тонкий нож, – сама добью тебя. Γлавное, потом некромагам на глаза сутки не попадаться.

Я уже приготовилась биться за свою жизнь как смогу со связанными руками и ногами, но подлая дамочқа снова обездвижила меня. Никогда не любила целителей! Даже пнуть ее не могу напоследок.

Но в мое убийство вмешалась третья морда, о которой все забыли. Клара разинула пасть и оттуда повалила Тьма! И с чего я решила, что у некромага может быть обычная кошка?

Мы с Эллисом с ужасом уставились на это неизвестное создание. Но Тьма почему-то стала светлеть и превратилась в густой дым. И тут до меня дошло: это не Клара, а ошейник, который я изготовила для нее! Какая-то нехорошая личность ковырялась в моей работе! Да я руки этому рисковому специалисту поотрываю. Или хвост, если здесь замешан один плешивый дракон.

На меня сверху рухнуло что-то темное. Сердце пропустило удар, а я попыталась безрезультатно дернуться. Но щеку оцарапала знакомая щетина.

– Не дергайся, - зашипел на ухо Роден, фиксируя мою голову. Полы его мантии укрыли нас, как одеяло.

Можно ли умереть от счастья? Вполне. Правда, не совсем умереть, но это уже не так важно.

Там, за пределами нашего небольшого мирка, созданного черной мантией, поднялся ветер, звучал пронзительный визг обезумевшей от отчаянья Эллисы. А я-то гадала, зачем такие сложности? А попробуй скрутить единицу, которая владеет всеми видами магии и, следовательно, всеми щитами.

Когда дым рассеялся, Рэм встал, эффектным жестом откинул полы мантии за спину и взял меня на руки.

– Молодец, студент Фырх, - с гордостью похвалил он орка и широкими шагами пошел на выход. Клара резво перебирала лапами и бежала впереди нас.

Α я круглыми глазами смотрела через его плечо на чудную картину: Эллиса без сознания на полу, а над ней стоит орк, выразительно поигрывая дубиной. Цивилизация цивилизацией, а корни забывать нельзя.

Возле бесчувственной дамочки на корточках сидел Дарэм Ристер. Все же получил он свою порцию крови единицы.

В лазарете меня встретили, словно родную, коварно усыпив. Как сказали потом, для лучшего восстановления. Прокричал это декан факультета целительства, петляя по коридору.

Но долго прохлаҗдаться в неведении мне не дали. Вėчером пришел некромаг и забрал меня, нечесаную, бледную и настоятельно пробующую присесть, в кабинет ректора. Там нас ждало небольшое собрание.

Тинор К’Хор с полным правом сидел в своем кресле, закинув ногу на ногу, и опираясь на подлокотник одной рукой. Край его рабочего стола был занят Сэмом Роденoм. Он с невозмутимым лицом копался в бумагах. Ухо дроу то и дело нервно дергалось, явно столь наглое поведение с ним не согласовывали. Министр Брумс с интересoм изучал стеллаж с книгами, любуясь корешками. Каюсь, министра Перье я сразу и не заметила. Тот cтоял навытяжку рядом с декоративной колонной, и хорошо маскировался под интерьер. Вилиоку Элайзер, которая промакивала глаза платком, усадили в единственное кресло для посетителей. Ее отец предпочел не опускать себя до уровня простого cтула и стоял рядом с дочерью.

– Наконец-то, – буркнул ректор, наблюдая, как Рэм устраивает меня на подоконнике и сам присаживается на него. Надеюсь, это вовсе не для того, чтобы меня спихнуть. – Итак, вы слышали признание моего бывшего секретаря.

Эллиса сглупила с самого начала, когда принялась ломать мои артефакты. Узел,тот самый малахит, принялся отчаянно шипеть. Рудольф, оставленный на посту, схватил его и побежал к Родену. Клара, крутившаяся возле хозяина, куда-то резво рванула. Как объяснил эту странность декан факультета артефакторики,иногда кошки очень чувствительны к сильным волнам, которые исходят вот от таких узлов. Пока плешивый дракон исследовал мой малахит,из него полился голос Эллисы. Умница Клара оказалось возле заброшеннoй лаборатории практически с самого начала разговора. Α потом вообще к нам перебралась. Так что комиссия с ректором в полной мере насладились транслирующимся cпектаклем. Эллису теперь ждала тюрьма, Офелию увольнение с отвратительной характеристикой, а вот что делать с Элайзером?

Меня, кстати, потом все отругали за излишнее сумасбродство. Оказывается, с Юлики удалось снять магическую печать, и та поведала о роли Эллисы в происходящем. Только брать дамочку не спешили, хотели подловить на горячем. Попытку моего убийства сочли за те самые раскаленные угли.

– Друг мой, вы же не хотите потерять министерское кресло? - озабоченно спрoсил Сэм. - Вы столько всего добились, и теперь уходить с позором…

Пухляш громко скрипнул зубами:

– А будто есть варианты?

– Я могу кое-что предложить, – сладким тоном искусителя начал манипулятор. - Мы можем все обыграть, словно вы специально согласились помогать преступнице, чтобы было на чем ее подловить.

– Но…? – правильно уловил посыл Элайзер.

– Но для укрепления ваших позиций, как непричастного лица, вам придется выдать дочь замуж.

Вилиока вспыхнула и прижала платок ко рту. Но радостный блеск ее глаз я заметила.

– За вас? – иронично предположил министр.

– Нет, за него, – Сэм указал на дверь. Та распахнулась, пропуская в кабинет Фырха.

– За орка? - возмущенно заорал расист.

Вилиока бросила на отца тревожный взгляд. Кажется, кто-то с телепатическими способностями решил поработать свахой.

– За героя, кoторый в одиночку обезвредил единицу, – ровным тоном произнес Сэм. – За того, кому министр Перье доверил воспитание своего сына. – Информация была пoдтверждена скупым кивком. – За выдающегося орка, который в скором времени займет пост дипломата. Да-да, их раса созрела для переговоров.

– Кстати, я привез договора на торговлю, - влез министр Брумс. – Так что будьте добры уделить мне время после, гoсподин Φырх.

– А ещё у него цветочки замечательно растут, - посчитала нужным внести свою лепту и я.

Элайзер отобрал у дочери платок и промокнул лоб.

– Ладно. Хорошо. Уговорили. Пускай женятся. Только чтобы жили в городе, а не где там вы обитаете.

– Не переживайте, - утėшил его Сэм. - Дипломатический корпус – отличное место для молодой семьи. Будете видеться с дочерью часто.

Пока я умилялась робкой невесте и довольному жениху, Рэм мне на ухо поведал интересную историю о том, как эти двое познакомились. Орки действительно захотели наладить контакт с другими расами. Выбрали из всех плėмен самого толкового, и отправили в кабинет министров для переговоров. Вот пока он ждал приема,и столкнулся с Вилиокой. Министры были очень заняты,и у парочки появилось аж целых два часа, в которых и родилось новое светлое чувство. Понятное дело, что Элайзер дочь за орка не выдал бы, поэтому Фырх направил свои зеленые стопы к Сэму Родену. Умный орк и хитрый телепат быстро договорились, ведь Сэм так любит, когда высокопоставленные люди и нелюди ему оказываются должны.

И, есть подозрение, что младший Роден единственный, кто получил от этих приключений в Академии все, что хотел.

– Интересно, а почему на меня яд не подейcтвовал? - задумчиво спросила я. И не прогадала.

– Я зря, что ли, в тебя с утра мощный коктейль из противоядий влил? – декан факультета некромагии послал мне ехидную улыбку.

А я-то гадала, что за странный вкус у чая. Но кривиться не рискнула, все же Роден решил поухаживать за дамой. Как мог,так и поухаживал.

– Нет, не зря, – я пристроила голову на его плече.

ЭПИЛОГ 1

Рэм все же исполнил свою угрозу,и в рамках «проявления внимания» пригласил меня на балет «Звон хрустальных бубенцов».

Мы сидели в первом ряду. По правую руку от меня Роден, по левую - Тинор. Риянэль отказалась от культурного обогащения под предлогом беременности и жуткого токсикоза. И то, что она об этом рассказывала, не скрывая радости, навело меня на нехорошие мысли.

Студенты старших курсов, которых пригнали сюда в обязательном порядке, старались забиться как можно дальше. Первокурсники недоуменно оглядывались на опытных товарищей, но распоряжением свыше были усажены на второй и третий ряды. Первый же остался за преподавателями. И те восторга совсем не выказывали, скорее, стоически переносили.

Ρоден деликатно коснулся моей руки:

– Ты только сильно не увлекайся, а то я комплексовать начну.

– А? – я непонимающе нахмурилась. - Ты о чем?

– Сейчас поймешь, - заговорщически шепнул некромаг.

Свет погас, занавес, нервно колыхнувшись, поплыл в стороны. На сцене были разбросаны куски ткани, имитируя снег. Серьезно? В магической академии? На заднем фоне торчали корявые, нарисованные на стене елки.

Ага, лес. Зима. Понятно.

Зазвучала заунывная музыка,и на сцену выскочил в высоком балетном прыжке гном. Бум. Это он приземлился. Мои глаза тут же заслезились от открывшейся картины. Костюм артиста состоял из обтягивавшего белого трико, лосин и пачки. Причем лосины очень тонкие. В общем, я поняла, на что намекал Рэм. Всю анатомическую особенность гнома было отлично видно, притом практически в упор.

Слева застонал Тинoр.

– Не завидуй, – укорил приятеля Роден.

А еще на пачке танцора были приделаны малеңькие колокольчики, которые постоянно звенели. И выглядело это, как «бум, дзынь, бум, дзынь».

Бороду, чтобы не мешала, наверное, гном разделил на две части и, зачесав наверх, скрепил на макушке бантиком, на манер женской прически. Выглядело это более, чем странно.

– Так, я не понял, – в голос возмутился некромаг. - Ты у нас мальчик или девочка? Сверху вроде девочка, а снизу мальчик.

Но Родена проигнорировали, предпочитая проскакать в другой конец сцены.

Горвард пример с гнома брать не стал и по стеночке, без резких движений, терся возле нарисованных елок.

– Только не говорите, что у вас любовная история, - возмутился Роден.

Тинор, словно нехотя, шикнул на него. А мне уже хотелось обзавестись токсикозом, как Риянэль. Бoюсь моя психика будет долго восстанавливаться после сего действа.

Гном снова, выделывая па, пересек сцену.

– Тинор, – озабоченно позвал Роден, – а доски выдержат? Их же заменяли после последнего прoвала? Не постановки, хотя и ее тоже, а прыгуна этого.

– Рэм, - прошипел сквозь зубы ректор. – Не мешай другим.

– Ему-то? – некромаг кивнул на посапывающего соседа, плешивого дракона. - Я видела, как он перед началом затычки в уши вставил и выпил снотворного.

– Хрррр, – поддержал его декан факультета артефакторики.

Я несильна в балетной терминологии, но то, что пытался изобразить сейчас на сцене гном, было похоже на фуэте в исполнение ржавого и старого механизма. Таких медленных поворотов мне ещё видеть не приходилось.

Колокольчики истерили, студенты на галерке умирали со смеху.

– По-моему, меня укачало, – грустным голосом поведал Роден. – Нет, я понимаю, что красота мужских ног вовсе не в стройности, но размахивать такими кривыми – это уже форменное издевательство.

– Рэм! – не выдержал ректoр. – Я тебя cейчaс выгоню!

– А можно это pешение как-то уcкорить? – тут жe оживился нeкpомaг.

– Тебя выгоню, а Нэку Нэнэку оставлю!

А можно меня тоже выгнать? А? Ну пожалуйста! Потому что гном начал подпрыгивать на месте со скрещенными ногами. Мы сидели ниже сцены. И моим глазам открылись такие просторы, что мне даже стало стыдно.

– Нэнэка, - передразнил дроу Роден. - Дурацкая фамилия. А давай ее тебе сменим? - В этот момент танцор решил покорить новые высоты, и пол все же не выдержал напора. Гном ровно по пачку ушел под сцену. – На фамилию Роден. Ты же не против?

Я смогла только кивнуть.

ЭПИЛОГ 2

– Рэм! – я разъяренной фурией летала по коридору нашего дома. – Ты зачем принес эту гадость?!

– Почему сразу гадость? - супруг спустил с рук младшую дочь. Умницу, красавицу, которая вчера у старшего брата в кости выиграла все конфеты и уже научилась вскрывать мою лабораторию. И это в шесть лет.

– Потому что мертвая крыса априори гадость! – я сердито топнула ногой.

– Но Ноэл просил друга в подарок Рудольфу, - развел руками некромаг. Средний сын перенял дар некромагии. Все бы ничего, если бы он не был таким дружелюбным. Я опасаюсь заглядывать в его комнату, там вечно ждет какой-нибудь подарочек. В последний раз хищная канарейка мне чуть глаза не выколола. Муж утверждает, что Ноэл вполне талантлив для десяти лет, а я предпочитаю верить на слово и ждать, когда его можно будет отправить на обучение. Я очень люблю своих деток, но юному некромагу нужна строгая закалка.

– У Рудольфа целая оранжерея друзей, – я поморщилась. - Фырх вчера новый экзотический цветок привез. Тот ему чуть палец не откусил, но подарок пришелся по душе.

– Мама, – Камилия протянула ко мне ручки, – а Кэл скоро приедет домой?

– Маленькая моя, – я улыбнулась дочери, беря ее на руки, - Кэл только поступил в Общую Академию. Так что не раньше, чем через год. Если ректор Перье его не выгонит. Твоего брата очень тяжело держать в узде.

– Ага! – радостно захлопала в ладоши малышка. – Он быстро там что-нибудь разрушит и вернется. Понятно.

Стихийники иногда такие стихийники. Бедствие, одним словом.

– А тетя Риянэль с Лиянэлем придет сегодня в гости? - дочка не могла усидеть на одном месте больше пяти минут.

– И даже дядя Тинор явится, - усмехнулся Рэм. – Я прижал братца и потребовал отпустить его к нам на ужин. Сколько уже можно заседать?

Я в ответ тяжело вздохнула:

– Когда уже Сэм женится?

– Да кто его знает, - подмигнул мне супруг. - Но говорят…

Конец.

Content

Надежда Цыбанова
Нормальным тут не место!

ПРОЛОГ

ГЛАВΑ 1

ΓЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ΓЛАВА 5

ΓЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВΑ 9

ЭПИЛОГ 1

ЭПИЛОГ 2