Худякова Наталья Федоровна

Вы не оставили мне шансов

Глава 1

Теперь это стало повторяться едва ли не каждый день: тяжелый сон, мучительное ожидание утра, которое тут же становилось ненавистным, едва она открывала глаза. Мерзкая ломота в теле и ноющий желудок заставляли ее тащиться на кухню. Стряхнув в мусорное ведро дурно пахнущие окурки, составив в раковину грязную посуду после вчерашних посиделок в компании малознакомых ей людей, она неизменно варила себе крепкий кофе. Две чашки арабики плюс обжигающе холодный душ - и можно начинать жить. Насколько долго, она не знала, но для себя выработала одно правило: жить одной минутой. Ни днем, ни часом, а вот так - минутой. Потому что час - это очень много. За час может случиться все что угодно...

- Доброе утро, Анжелика Юрьевна! - бодро грянул в трубку Станкевич.

- Случилось чего, Григорий? - она с удивлением посмотрела на мобильник, сверяя номер. А вдруг она ошиблась, вдруг это и не Григорий вовсе.

- Вот сразу и случилось... хотя, наверное, случилось, - загадочно протянул он.

- Гриша, при всем моем уважении к тебе, поверь, таких слов я тебе не прощу. Все, что могло случиться, уже случилось. Больше мне не выдержать.

- Лика, страдалица моя дорогая, случается в жизни всякое. Хватит уже об этом. Сегодня у меня хорошая новость для тебя. Помнишь, в прошлом году я рассказывал тебе про "Изумрудный"?

Она нахмурила брови, силясь вспомнить, что именно он говорил про "Изумрудный".

- Это ты про тот отель, где все чинно и важно?

- Господь с тобой, спящая красавица! Когда я такое говорил? Там море, там прекрасная атмосфера, отличное обслуживание и неназойливое общество. Или тебя больше привлекает...

- Ничего меня не привлекает! - оборвала она. - И, между прочим, я уже давно проснулась. Так что не надо...

- Не буду. Просто красавица. Так вот. Я созвонился с хозяйкой пансионата и договорился на две недели. На больший срок твой шеф тебя не отпустит. Сама понимаешь - сезон отпусков.

Лика повертела чашку, разглядывая замысловатые узоры из кофейной гущи. Ни пальм, ни волн она там не увидела.

- А ничего, что я отпуск сейчас не планировала? Какое отношение ко мне имеет твой "Лазурный"?

- Прости, Юрьевна, про Лазурный я как-то не подумал. Давай ограничимся пока "Изумрудным". Проще в случае чего до тебя добраться.

Она прижала трубку к плечу и занялась посудой.

- Гриша, у тебя точно все в порядке? Ты вообще как себе представляешь...да я шефу и заикнуться не смогу про отпуск. Он меня и так готов разорвать на части за то, что едва не сорвала выпуск номера в прошлом месяце.

- Не надо заикаться. С главным все уже обговорено. Дело это решенное. Отнесешь сегодня заявление на отпуск секретарю. Завтра утром поезд. Билет забронирован, отель оплачен. Пути назад нет!

- Да ты... что ты вытворяешь... алло! Куда пропал?

Чашка выскользнула из рук и с коротким дзыньком разбилась о край раковины. Лика села на стул и заплакала. Единственный человек, который терпеливо сносил все ее капризы, истерики, который помогал ей выбраться из этого ужасного состояния после развода с мужем - Гриша Станкевич. Добрый старый друг, чего только он не предпринимал, чтобы вывести ее из глубокой депрессии! Известный репортер серьезной газеты, он нянчился с ней, как с ребенком, вот уже второй месяц. Когда он успевал заниматься своими делами, Лика не могла и представить. Теперь в арсенале ее знакомых, благодаря Грише, числились не только известные ученые, писатели, актеры, но и всякого рода сомнительные личности типа владельцев подпольных казино и продажных женщин. Он таскал ее повсюду с собой, оставляя в покое разве что на ночь. Бедный Гриша... он явно заслуживает отдыха от нее, слабовольной истерички. Придется принять его подарок и уехать куда глаза глядят...

Поезд мчался на большой скорости. Над ней склонилась проводница и что-то говорила. Лика пыталась разобрать слова, но ей мешал громкий перестук колес. Толстые красные губы проводницы вульгарно извивались, как две жирные пиявки, но вместо слов слышалось только - тук-ту-тук, тук-ту-тук... Какое неприятное лицо! Зачем она так низко склонилась над ней? Лика хотела ударить проводницу, но руки почему-то не слушались. И опять это монотонное тук-ту-тук, тук-ту-тук...

Она проснулась оттого, что в дверь комнаты кто-то негромко стучался. Господи, сейчас что - утро, вечер? Но не ночь, потому что за окном светло.

- Анжелика Юрьевна! - раздалось за дверью. - Откройте, пожалуйста. Это ваш сосед.

Она натянула на себя халат и, спотыкаясь о сумки с вещами, пошла в коридор.

- Извините меня, пожалуйста, - на пороге стоял худощавый, давно не бритый темноволосый мужчина и смущенно смотрел на заспанное лицо Лики. - Вижу, разбудил вас... Мне надо попасть в свою комнату, я забыл ключи в комнате, а дверь захлопнулась. Можно мне воспользоваться вашим балконом? - он указал пальцем на окно.

Сон еще окутывал ее сознание, она пожала плечами и с удивлением спросила:

- Я что, заняла вашу комнату?

- Нет-нет! Что вы... наши комнаты рядом. У нас с вами балкон общий, с перегородкой, разумеется. Вот я и хотел...

- Все, поняла, - кивнула она. - Проходите, конечно. - Лика отступила в сторону, пропуская мужчину.

- Спасибо огромное! Мне второй год обещают поменять замок, но видать обещанного и в самом деле три года ждут. Еще раз простите.

Сосед вышел на балкон, ловко перелез через перила и, махнув рукой на прощанье, исчез на своей территории. Лика села на край кровати и энергично потерла руками лицо. Да уж, - подумала она, - сервис, однако, не на высоте, если так запросто можно попасть в чужую комнату. Она откинулась на постель и некоторое время лежала, прислушиваясь к отдаленному шуму моря, доносившемуся через открытую балконную дверь. Взяв в руку мобильник, посмотрела время. Без четверти двенадцать... Вчера она приехала поздно, заселили в комнату около трех ночи, и сейчас она чувствовала себя совершенно разбитой. Ни думать, ни двигаться ей не хотелось. Вот так бы лежать, дышать...

Зазвонил телефон, стоявший на тумбочке возле кровати. Лика повернулась на бок и, протянув руку, сняла трубку.

- Слушаю...

- Здравствуйте, Анжелика Юрьевна, - раздался низкий, приятный женский голос. - Вас приветствует хозяйка "Изумрудного", зовут меня Альбина Афанасьевна. Вчера вы поздно приехали, и мы с вами не успели познакомиться. Мой кабинет расположен на первом этаже. Если возникнут вопросы - пожалуйста, обращайтесь. На столике с зеркалом лежит буклет с перечнем услуг, на обед вас будут ждать с половины второго до трех.

- Спасибо, - ответила Лика, но трубка уже бездушно отвечала короткими гудками.

Повторив с сарказмом еще несколько раз "спасибо", она положила трубку. Что ж, пора просыпаться, - мысленно сказала она себе и лениво потянулась. До обеда еще полно времени, вполне можно успеть сходить на разведку к морю.

Лика долго стояла под густыми струями душа, наслаждаясь звуком льющейся воды. Затем, укутавшись в пушистый белоснежный халат, она уселась перед зеркалом и провела ревизию своей внешности. Кожа с сероватым отливом и глубокими тенями вокруг глаз - зрелище тоскливое. Портрет дополняли уныло опущенные уголки губ и припухшие веки. Что ж, вердикт напрашивался сам собой: прощай, последняя надежда...

Выпотрошив содержимое чемодана на кровать, она выбрала легкую, полупрозрачную тунику в разноцветных разводах, рядом положила большие, на пол-лица, солнцезащитные очки. Пока сушила феном волосы, одной рукой пролистала яркий буклет, где сообщалось, что "Изумрудный" не просто отель, а настоящий пансионат, где есть всевозможные маникюры-педикюры, массажи и прочие спа удовольствия. За это, конечно же, стоит вынести Грише отдельную благодарность.

Спустившись на первый этаж, она быстрым шагом направилась к выходу.

- Анжелика Юрьевна, добрый день! Как вам спалось у нас, все ли в порядке в номере? - донеслось из угла.

Лика обернулась: под вывеской "Дежурный администратор" - как в старые добрые времена - восседали две девицы явно из новейшей истории. Их загорелые, ухоженные лица с неестественно пухлыми губами и белоснежными зубами излучали почти материнское участие. Пришлось улыбнуться в ответ и заверить, что все в полном порядке.

Улица обдала горячим воздухом, настоянным на кипарисах и цветущих травах. После холла с кондиционером этот контраст был особенно разительным, как если бы тебя вызволили из скафандра, и вся гамма звуков и запахов обрушилась лавиной в одно мгновение. Территория отеля была пустынна. Лика неторопливо направилась в сторону шумящего моря по дорожке, выложенной красивой плиткой непонятного состава с легким зеленоватым оттенком. Желто-фиолетовые ирисы вдоль бордюров изысканно дополняли необычную палитру. Было удивительно, что такие влаголюбивые цветы цвели в сухом климате.

- Правда, красиво? - неожиданно раздался за спиной мужской голос.

Лика вздрогнула и обернулась. На расстоянии шага за ней шел дочерна загорелый мужчина в пестрой расстегнутой рубахе и линялых шортах.

- Весьма недурно, - холодно согласилась она и ускорила шаг.

- Извините, если напугал! - бросил он вслед.

Лика промолчала. Пройдя немного, она обернулась, но сзади уже никого не было. Незнакомец будто испарился. Дорожка повернула направо и совсем неожиданно уткнулась прямо в песок пляжа. Людей нигде не было видно, только на вышке одиноко маячила фигура спасателя. Что ж, ничего удивительного: полуденное солнце не для загара.

Лика быстро сбросила одежду на лежак и пошла к морю. Вода, обжигающе холодная вначале и освежающе ласковая через мгновение, наполняла тело ни с чем не сравнимой энергией природы - мощной и абсолютно безразличной к человеку. Закрыв глаза и раскинув руки, Лика лежала на воде. Слегка штормило, лицо то и дело обдавало брызгами. Лежу, как под капельницей, - с иронией подумала она. - И море тихо зализывает мои сердечные раны... Почему-то пришла на ум песня со словами, взятыми из названия известной иконы "Утоли моя печали". Только в данном случае хотелось заменить "утоли" на "утопи". Да-да, именно так! Утопить, глубоко-глубоко, чтобы никогда не всплыли эти самые печали. Ни в мыслях, ни в снах. Возможно, Гриша принял правильное решение, отправив ее сюда, и море смоет все последствия сокрушительной катастрофы в ее жизни.

Она тут же себя одернула: какой сокрушительной, какой вообще катастрофы? Откуда этот пафос, мадам? Все пошло и банально: от тебя ушел... как его назвать-то...ну, короче, ушел к твоей же подруге. Да не просто ушел. Уходил он, как оказалось, не один год. А идиотка, в смысле она, Лика, жила в этой параллели лжи все эти годы и даже умудрялась быть счастливой. Но как говорится, всяк сверчок знай свой... Конечно же, его новая избранница и моложе, и красивей, и что-то там еще, известное только им... Эх, Гриша, верный друг, что бы я без тебя делала? У Лики нежно сжалось сердце при воспоминании о нем. Дружба с Гришей не вынуждала на откровения, он не был "жилеткой" в известном смысле этого слова. Это был настоящий бронежилет - жесткий и в то же время очень надежный...

Лика открыла глаза, набрала в легкие побольше воздуха и глубоко нырнула. Вода, смешанная с песком, глухо прошуршала вдоль тела. Выйдя на берег, она наскоро вытерлась полотенцем и, набросив тунику, быстрым шагом направилась к отелю. По дороге до самой комнаты ей никто не встретился, даже манекеноподобных девиц не было. Местечко действительно тихое.

В столовой, слишком просторной для восьми столов, было достаточно уютно. Рассеянный свет, льющийся из многочисленных светильников, и обилие больших и пышных растений создавали иллюзию солнечной поляны, на которой собрались восемь не знакомых друг другу семей.

- Анжелика Юрьевна, - позвали ее из-за ближайшего стола. - Ваше место здесь, если, конечно, не возражаете. - Небритый мужчина из соседней комнаты, широко улыбаясь, поднялся ей навстречу.

Лика невольно обрадовалась, как будто встретила старого приятеля.

- Вы уже все про меня узнали? - нарочито возмутилась она.

- Упаси меня бог! - замахал он руками, открещиваясь от всяких подозрений. - Альбина Афанасьевна хотела лично представить вас нашему столу, но я, каюсь, уговорил ее разрешить сделать это мне. Тем более что ее куда-то срочно позвали. И узнал я всего лишь имя. Прощаете? - с мольбой в голосе спросил несносный сосед.

- Как видно, выбора у меня нет, - вздохнула Лика и села на услужливо придвинутый стул.

- Меня зовут Максим. Максим Корецкий, - мужчина слегка наклонил голову. - А это, - кивнул он в сторону сидящих за столом молодых людей, - Анна и Антип.

- Лика, - улыбнулась она парочке.

- Очень приятно, - одновременно ответили они с выражением натужной любезности.

Загорелый молодой человек был крепкого атлетического сложения. Чувствовалось, что львиную долю своего свободного времени он проводит в тренажерных залах. Девушка, напротив, была хрупкой, как фарфоровая статуэтка. Роскошные рыжие волосы обрамляли ее точеные черты лица. Кожа, очень светлая от природы, покраснела от солнца и местами облезла, причиняя, очевидно, Анне немалые страдания. Познакомившись, молодые люди перекинулись с Ликой парой-тройкой ничего не значащих фраз и перешли на тихий разговор между собой.

Столы здесь были просто огромные - человек на восемь, хотя за каждым из них сидело не более пяти. Это позволяло быть в компании и в то же время чувствовать себя достаточно уединенно. Максим умело вел светский разговор, не обременяя никого излишней болтливостью и вместе с тем не позволяя никому чувствовать себя напряженно. Редкое качество, - отметила про себя Лика.

Как выяснилось, Корецкий был писателем детективов. В отеле он отдыхал, или, точнее, работал, уже не первый год.

- Если бы не Максим, - вступила в разговор Анна, мы бы все здесь умерли от скуки.

- Вот как? - удивленно вскинула брови Лика.

- Да-да! - Анна положила приборы на тарелку и загадочно улыбнулась. - Бывает, соберемся мы вечерком на террасе и просим Максима почитать нам что-нибудь из "свеженького", еще не оконченного. Он соглашается. А куда ж ему деваться?

Корецкий засмеялся:

- Анжелика Юрьевна, представляете, в каких условиях я работаю? Все под контролем общественности. Вот напиши после этого что-нибудь шокирующее своей развязкой.

- Не прибедняйтесь, господин писатель! - махнула на него рукой рыжеволосая красавица. - Думаете, эти заготовки нам даром преподносятся? - обратилась она к Лике. - Как бы не так! Он требует за это, чтобы мы разгадали, кто же главный негодяй.

Лика оживилась:

- Так это же здорово. Правда, лично у меня еще ни разу не получилось угадать, чем все закончится, когда смотрю детектив или читаю.

- Здесь тот же вариант. И, заметьте, напрягаем мы свои мозги довольно большой компанией.

- Неужели никто даже близко не подошел к разгадке? - Лика с интересом слушала Анну и краем глаза наблюдала за Антипом, который отрешенно ковырялся вилкой в своей тарелке, не проявляя ни малейшего интереса к теме разговора.

- Можете не верить, но преступником оказывался всегда персонаж, который и не упоминался в наших расследованиях. Потом, когда мы читаем уже готовую книгу, реально испытываем шок.

Корецкий сидел, потупив взор, как на скамье подсудимых.

- Ну, полно вам, Анна. Меня, честно говоря, никогда не покидало чувство, что вы играете со мной в поддавки, - с мольбой в голосе проговорил он.

- Не было печали, - хмыкнула Анна. - Все это, конечно, веселит публику, однако чувство некоторой неполноценности мы, безусловно, испытываем, - комично нахмурив брови, ответила она. - Мастер! - подвела Анна итог сказанному.

- Виноват, кругом виноват. Этакий террорист от литературы! - сокрушенно покачал головой писатель.

- Исключительно точное определение, - подняв вверх пальчик, кивнула Анна.

- Вам не жалко убивать своих героев? - спросила Лика, когда они с Корецким после обеда сидели на террасе, увитой диким виноградом.

Писатель снисходительно посмотрел на нее, как на ребенка, задавшего наивный вопрос на солидной пресс-конференции.

- Тот, кого убивают, не является героем. Точнее, не является полноценным героем. Это лишь схематичный образ для завязки интриги. Читатель не успевает к нему проникнуться какими-либо чувствами. Или почти не успевает, - пояснил Корецкий.

Лика некоторое время, прищурившись, смотрела вдаль, на линию горизонта, смыкавшуюся с небом. Затем перевела взгляд на писателя.

- Значит, вам интересен убийца? - она строго посмотрела ему в глаза.

- Анжелика Юрьевна...

- Зовите меня просто Лика. Пожалуйста, - перебила она его.

Корецкий согласно кивнул:

- Хорошо. Лика. Так вот, мне интересна психология человека. И судьи, и судимые сделаны из одного теста. Разделяет их совсем тонкая грань - обстоятельства.

Максим задумчиво смотрел на облака.

- Представьте себе такую ситуацию, - продолжил он вскоре. - Добропорядочный блюститель законности приговаривает к большому сроку заключения человека, имея в распоряжении весьма сомнительные доказательства его вины. Он это делает лишь потому, что лицом подсудимый очень похож на мерзавца, который когда-то отравил его любимую собаку...

- Это из нового романа? - спросила Лика и нахмурилась.

- Нет, это из жизни... А последний роман у меня про любовь, - улыбнулся Корецкий и посмотрел на нее каким-то странным взглядом, от которого Лика даже покраснела: ей показалось, что у нее на лбу выписаны все неприятности.

- Решили сменить жанр? - сдерживая волнение, равнодушным тоном спросила она.

- Ну что вы. Писать о любви по-настоящему могут только женщины. Мужчинам редко удается быть искренними в таком вопросе. А без этого ничего не получится.

Легкий ветерок постепенно усиливался, гул моря становился все отчетливее. Некоторое время Лика и писатель сидели молча, думая каждый о своем.

- Скажите мне, теперь уже без свидетелей, неужели действительно никто ни разу не высказал хотя бы мало-мальски разумное предположение и не распознал злодея-сердцееда? - нарушила молчание Лика. - Вы ведь читали рукопись последнего романа?

- Читал отрывки, - кивнул он. - Но вариантов на этот раз не услышал. Все были в растерянности как, впрочем, и я.

- Вот здорово! Получается, что сам творец не знает, что творит? - девушка искренне расхохоталась.

"Творец" терпеливо дослушал ее звонкое ликование, затем назидательно произнес:

- Напрасно смеетесь. Просто у вас не было знакомых писателей. Так ведь?

- Не было, - подтвердила Лика. - Я работаю корректором в журнале. Журналисты мне знакомы. А вот писатели...

- О, так мы с вами в некотором роде коллеги! Тогда раскрою профессиональную тайну: построив сюжет и раздав героям роли, бывает, что в какой-то момент вдруг осознаешь, что задуманный тобой преступник ускользнул от тебя, обвел, проще говоря, вокруг пальца.

- Как это? - Лика с удивлением уставилась на писателя.

- Просто логика подсказывает, что не может данный персонаж совершить это преступление, что ты все время шел по ложному пути, а истинный негодяй дышит тебе в затылок и злорадно шепчет: ну что, съел? И обернуться, как во сне бывает, не получается, - Корецкий нахмурил брови и понизил голос в конце сказанной им фразы.

- Мистика какая-то, - почему-то шепотом сказала Лика. - И вообще, где народ? - она вдруг резко сменила тему. - Я здесь уже полдня, а людей видела только в столовой. Они что, по комнатам прячутся? Для чего тогда приезжать на море?

- Я, похоже, напугал вас своими байками, - Максим на мгновение дружески прикоснулся к ее руке.

- Честно говоря, про "напугал" я уже сегодня слышала, - призналась Лика и рассказала про встречу с мужчиной, который неизвестно откуда появился и неизвестно куда исчез. Корецкий поспешил ее успокоить:

- Это Сергей. Он большой любитель возиться с растениями.

- Садовник что ли?

- Можно сказать и так. Здесь каждый занимается той работой, которая в данный момент необходима Вот только к цветам он не подпускает никого из персонала. В этом деле он просто волшебник. А то, что исчез внезапно, никакой таинственности нет: к основной дорожке, по которой вы шли, примыкает много узких тропинок, скрытых живой изгородью. Каждый кустик причудливо подстрижен и отвлекает взгляд.

- Тогда все понятно. К тому же я такая невнимательная... В писатели меня бы точно не взяли, - рассеялась девушка.

- Это дело наживное, - подбодрил ее Корецкий. - А на пляж в "Изумрудном" отдыхающие редко ходят. Часто приезжая сюда, каждый из них обзавелся знакомыми из местных. Общаются, занимаются какими-то своими делами, как, к примеру, я. Здесь в округе много частных домов. Когда будете гулять по окрестностям - обратите внимание. Могу предложить вам свои услуги гида, - галантно улыбнувшись, произнес Максим.

- Буду вам признательна...

В комнате Лика с блаженством растянулась на кровати, которая, она уже обратила внимание, была очень удобной. Закрыв глаза, она вспоминала разговор с писателем, и легкая улыбка то и дело появлялась на лице. Вряд ли она хорошо разбиралась в людях, но ощущение от знакомства с этим человеком было на удивление легким и приятным. Обрывки фраз из разговора с ним все еще витали в голове, но сознание то и дело рассеивалось, временами проваливаясь в зыбкое состояние полусна.

Завибрировал мобильник. Лика, не открывая глаз, попыталась нащупать телефон, но, в конце концов, пришлось подняться - звонок раздавался со стороны туалетного столика.

- Ты куда пропала, отпускница? - раздался из трубки грозный голос Гриши. - Трезвоню уже полдня.

- Ой, Гриша, дорогой, привет, - нежно пропела в ответ Лика. - Я совсем забыла про существование данного вида связи. Извини меня, пожалуйста. Я тут с головой окунулась в отдых, сливалась, так сказать, с природой, даже вещи еще толком не разложила из сумок.

- Что-то на тебя не похоже, - с ехидной подозрительностью проговорил Григорий. - Ну, рассказывай, чего да как.

- Все в порядке! - по-пионерски бодро отрапортовала Лика. - В море купалась, воздухом морским дышала, чудненько пообедала и познакомилась с писателем. Пока так...

- Ха... пока... Шустрая ты, однако. Не прошло и дня, а у нее уже знакомство случилось! Ты смотри там, поосторожней.

- В смысле?

- В смысле, не заплывай далеко, а то я знаю тебя... - пробурчал торопливо верный друг с легкой досадой в голосе. - И телефон, пожалуйста, не забывай брать с собой... Ну все, пока, дел по горло. - Гриша отключился.

Лика растерянно повертела в руках телефон и, пожав плечами, положила его на тумбочку.

За ужином она немного поболтала с соседкой по столу. Настроение у Анны было хорошее. Очевидно крем, блестевший на ее плечиках, целительно действовал на обожженную кожу. Она очаровательно улыбалась и грациозно жестикулировала, рассуждая о последних тенденциях моды. По профессии девушка была искусствоведом, а ее любимая тема - история моды. Антип тем временем выбирал из тарелки клубнику и с трогательной заботой клал ее Анне в рот. Писатель, напротив, был немногословен и, кажется, чем-то удручен или озабочен. Анна с Антипом, судя по их коротким, красноречивым взглядам, тоже заметили плохое настроение писателя, однако задавать вопросов никто из них не стал, посчитав, по-видимому, это неуместным.

Лика решила после ужина еще раз сходить к морю. На берегу было немноголюдно. Кто-то, не раздеваясь, расположился на лежаках, несколько человек бродили по каменистому берегу, уворачиваясь от набегавших волн. Ветер усиливался, и в море заходить стало небезопасно. Лика прилегла на шезлонг и, прикрыв глаза, слушала гул воды.

Впервые прошлое как-то потускнело и позволило не думать о себе. К тому же появилось странное ощущение, что за тебя уже все кем-то продумано, а ты, как песчинка на ветру, можешь лишь полагаться на добрую волю этого "кого-то". Подходил к концу ее первый день в "Изумрудном". Всего лишь первый. Никакой суеты, никаких происшествий. Скорее наоборот, какая-то ошеломляющая своим спокойствием атмосфера. Только море очень волнуется. Но, очевидно, у него есть на то свои причины. В природе ничего не бывает зря. В этом есть своя гармония, великая и непостижимая. На одной чаше весов полный штиль, на другой, соответственно, волнение...

Лика открыла глаза, пригладила пальцами волосы, растрепанные ветром и судорожно вздохнула, как маленькая девочка, уставшая плакать. Она действительно устала. От неприятностей и своих истерик, от злорадствующего и сочувствующего окружения, от всего, что осталось там, дома. Сейчас ей хотелось простого, ни к чему не обязывающего общения в небольших, чисто лечебных дозах. Она подумала о своих новых знакомых, об этих людях, которые вроде бы есть, и в то же время их присутствие какое-то призрачное, ненастоящее. Или это она здесь чужеродный элемент, как корнеплод среди ананасов?

Анна и Антип... На ее взгляд - нелепое сочетание имен для влюбленной пары. Почему? Она не могла себе этого объяснить. Нелепо - и все тут! Для брата и сестры, для пары фарфоровых кукол - да, подходит, но здесь, в этом отеле, такая пара создает иллюзию театра. Им раздали такие роли и дали эти имена...

Хозяйка отеля, с которой Лика все же познакомилась перед ужином, тоже вызывала противоречивые чувства: женщина красивая, приветливая, даже слишком приветливая, она почему-то пугала своим взглядом, полным пустоты и отрешенности. Она словно играла роль не своего амплуа. Максим... Хм, а, может, это он навеял ей такое желание копаться в людях? Интересно, чем сейчас занимается этот "инженер человеческих душ"? Нагородил в своей голове толпу маньяков и убийц и не может теперь разобраться, кто есть "ху". То-то они следом за ним волочатся, как неприкаянные...

В этот момент порыв ветра поднял песок и больно хлестнул ее по лицу. Так тебе и надо, нечего ехидничать, - отплевываясь, подумала она и поднялась. Брызги с моря долетали почти до середины пляжа. Пора уходить. Сумерки постепенно сгущались. Лика наклонилась, чтобы взять в руки сланцы, большая шелковая косынка тотчас соскользнула с плеч и понеслась по пляжу словно перекати-поле. Она чертыхнулась и попыталась ее догнать. Ноги, утопая в песке, не слушались. В какой-то момент, почти ухватив косынку за кончик, Лика потеряла равновесие и шлепнулась на колени, чуть не уткнувшись в неведомо откуда взявшиеся перед ее носом мужские туфли. Девушка медленно подняла глаза: перед ней стоял хмурый мужчина с ее платком в руках.

- Ну что, так и будем стоять на четвереньках? - он нетерпеливо протягивал ей руку.

Голос у него был характерным, слова он будто перекатывал по камушкам, а последний слог в предложении произносил, слегка повышая интонацию.

- Оно, конечно, удобно, - без всякого намека на шутку добавил мужчина и рывком поставил Лику на ноги. - Держите крепче, - отдав косынку, он быстрым шагом устремился в сторону отеля. Лика и рта не успела открыть.

Ветер раздувал штанины широких светлых брюк и трепал длинные, до плеч, волосы мужчины. Она с досадой посмотрела ему вслед. Еще один субъект "изумрудной жизни", - подумала она, - темный, как туча, что приближается с моря.

В комнату возвращаться не хотелось, и Лика, пройдя немного по дорожке, свернула на одну из тех самых незаметных тропинок, про которые говорил Корецкий. Среди зарослей кустарника ветер был потише, и можно было спокойно посидеть на удобной скамейке.

Территория отеля была ярко освещена и выглядела празднично. Даже здесь, в укромном уголке, многочисленные оранжевые фонарики, развешанные по деревьям, весело перемигивались сквозь колышущиеся ветви. Издалека слышалась приятная музыка. Лика достала мобильник и уже собиралась позвонить, как вдруг что-то влажное коснулось ее руки. От неожиданности она чуть не выронила телефон: перед ней, виляя хвостиком, стояла вислоухая такса. Ее потешная вытянутая мордашка выражала какое-то подобие собачьей улыбки.

- Не бойтесь, она не кусается.

Лика обернулась. К ней приближалась высокая женщина в светло-сером брючном костюме с большой плетеной сумкой на плече.. Гладкие черные волосы были затянуты в тугой узел, в руке она теребила поводок.

- Вот, хотела посидеть, но Липа что-то волнуется, все тащит куда-то, пришлось поводок снять. Возможно, так погода влияет. Давайте знакомиться. Меня зовут Вера Игоревна. Для вас - просто Вера.

Лика улыбнулась:

- Очень приятно. А я - Лика. - Она подвинулась, приглашая женщину присесть. - Я не боюсь собак, - она ласково потрепала Липу за ухом. - А погода действительно влияет на настроение и животных, и людей. Я, кстати, тоже сегодня чувствую себя странно, словно не в своей тарелке.

- Это все ветер. Он всегда создает душевный дискомфорт. К тому же вы здесь впервые, если не ошибаюсь.

Женщина зажгла длинную сигарету и глубоко затянулась. Изящно опираясь локтем на спинку скамейки, она выпускала вверх тонкие струйки дыма и молчала.

Лика с восхищением посмотрела на нее. Судя по манере держаться, ей за тридцать или около сорока. Однако тонкие черты лица и идеально гладкая кожа делали ее похожей на двадцатилетнюю. Лике всегда нравились такие женщины - стильные, уверенные в себе, умеющие вот так элегантно держать в руке сигарету. Таких не бросают, такие уходят сами. Как солнце за горизонт - эффектно и неотвратимо.

В очередной раз Лика почувствовала себя той самой морковкой, которую для прикола положили на блюдо с экзотическими фруктами. Лика ждала продолжения: какая связь между отелем и ее настроением? Почему она это сказала? Однако новая знакомая не спешила что-либо пояснять.

- А, по-моему, так здесь очень красиво и... - на какой-то момент Лика растерялась, не зная, что еще добавить, - и добротно, - наконец нашлась она.

- Вне всякого сомнения, - коротко подтвердила хозяйка Липы и вновь замолчала, выдыхая сигаретный дым и мечтательно вглядываясь в темно-синее небо.

Такса тем временем выполняла свою обычную собачью работу. Она все время что-то вынюхивала, то и дело убегала в кусты и возвращалась вновь, пытаясь сообщить хозяйке что-то, очевидно, очень важное.

Лика почувствовала некоторую неловкость, ей захотелось уйти, но она не знала, как это сделать. Проклятые комплексы, вечно они мешают жить, - злилась на себя Лика. Как сказал бы психолог, причиной является заниженная самооценка. Только с таким диагнозом Лика согласиться не могла. Не было у нее аргументов, чтобы, к примеру, вот так сидеть, с гордо поднятым подбородком, с этой сигаретой... начать курить что ли? Или волосы свои волнистые распрямить утюжком и замотать на затылке в крендель... Нет, все это не главное, это уже, так сказать, аксессуары, а где взять основной наряд - уверенность и спокойствие, глубокомысленный взгляд и умение загадочно молчать, вот так, как эта Вера?

Она поерзала на скамейке, не находя повода продолжить разговор, затем какое-то время пыталась высмотреть что-нибудь в темнеющем небе. Но со стороны неба подсказок не последовало. Тогда Лика с озабоченным видом взглянула на руку, где обычно носят часы, чтобы произнести многозначительное "О-о, мне пора!" И в это самое мгновение со стороны отеля послышался нарастающий вой сирены. Это было таким диссонансом всем другим звукам и окружающей обстановке вообще, что обе женщины мгновенно вскочили и, глянув друг на друга, не говоря ни слова, быстро направились к отелю.

Скорая уже отъезжала, когда Лика и дама с собачкой подошли к небольшой кучке людей, взволнованно что-то обсуждавших под окнами отеля.

- Он жил в той комнате? - писклявым голосом спросил у собравшихся маленький человек в форме, непрерывно записывая что-то на бумагу. Народ дружно обернулся в сторону Лики.

- Что произошло? - громко спросила Вера Игоревна, сделав шаг вперед и заслонив собой Лику.

- Представляете, Верочка, наш писатель разбился! Упал с балкона вот этой новенькой, - указала на Лику длинным пальцем какая-то старушка с ярко накрашенными губами и устрашающим начесом на седых волосах. - Мы решили, что он был у нее в гостях, потому что на балконе мелькнула чья-то тень. А тут - на тебе - вы подходите вместе с ней.

- Как разбился? - Вера Игоревна побледнела. - Максим...Погодите, вы хотите сказать, что он там был не один? - спросила она.

- Вот-вот, именно так, - подтвердила старушенция с важным видом. - Если честно, -добавила она, - видно плоховато было. Сумерки, сами понимаете. Дрались там или обнимались - не поручусь.

У Лики громко застучало в висках. Господи, что происходит, почему именно с ее балкона? Он что, хотел ограбить ее комнату? Балконная дверь как раз была открыта. Нет... бред какой-то. Корецкого все здесь знают, к тому же красть у нее абсолютно нечего.

Глава 2

Мужчина в форме захлопнул свой блокнот и быстро перевел взгляд на нее.

- Капитан Валеев. Семен Аркадьевич, - представился он. - Пройдемте, дамочка, в вашу комнату. - Не оборачиваясь, он быстро направился в здание отеля.

От "дамочки" Лика почувствовала себя совсем скверно и торопливо засеменила за стражем порядка. Собачка со странным женским именем - что Липа, что Лика - робко тявкнула ей вслед.

- Посмотрите внимательно, все ли вещи на месте, не нарушен ли порядок, может что пропало, - монотонно, как комар, зудел он, прислонясь к дверному косяку и продолжая что-то строчить на бумаге. Лика на негнущихся ногах тупо ходила по комнате и перекладывала вещи с места на место, слабо соображая, на что именно нужно обратить внимание.

- Все вроде бы как обычно, - растерянно пролепетала она.

- Дамочка, вы проверили деньги, документы, драгоценности может какие? - с интонацией учителя, которому осточертели бестолковые ученики, пропищал человек в форме.

Лика торопливо схватила сумку: деньги и документы, слава богу, были на месте.

- Пройдемте на балкон. Что у вас там?

Они вышли на балкон.

- Это ваше полотенце? - спросил он, кивнув в сторону лежавшего на шезлонге большого махрового полотнища.

- Мое. То есть казенное, ну, я имею в виду, что это имущество отеля, - заикаясь от волнения, объяснила Лика.

- Ясненько, - страж порядка окинул взглядом перила, подергал их, как бы проверяя на прочность. Затем он перегнулся через них, да так низко, что Лика невольно ойкнула.

- Что-нибудь еще на балконе было? - спросил он, спросил он, не меняя положения.

- Нет, больше ничего не было, - ответила она как можно убедительнее, чтобы поскорее закончить все формальности.

- Скажите, - Валеев, наконец, разогнулся и зачем-то посмотрел на свои ладони, - господин писатель никогда не говорил вам, что в этом отеле неспокойно?

Лика почувствовала, как у нее сдавило горло.

- Как это? - тихо спросила она, едва шевеля губами. - Что значит... неспокойно? Здесь еще когда-то случалось что-нибудь страшное?

- Нет, вы не подумайте чего, Анжелика Юрьевна, - он неожиданно улыбнулся и беззаботно поскреб пятерней затылок, сдвинув на глаза фуражку. - Отдыхайте себе и ни о чем таком не думайте... Я имел в виду, что лично Корецкому Максиму Леонидовичу, возможно, стало не очень комфортно здесь... - он замолчал, окончательно запутавшись в своей глубокой мысли. - Нет? Ничего такого?

- Я только что приехала, - проговорила Лика, нахмурив брови. - Мы с писателем едва успели познакомиться.

- Едва успели познакомиться... - повторил за ней капитан и покивал согласно головой, не переставая при этом что-то чиркать в своем блокноте.

Затем он еще довольно долго задавал всякие никчемные, на ее взгляд, вопросы и оформлял протокол. Когда же Валеенко, наконец, ушел, Лика еще некоторое время стояла посреди комнаты, не очень понимая, что же теперь ей делать. Отбросив край покрывала, она решила прилечь. Все тело била мелкая дрожь, которую не удавалось унять даже с помощью одеяла. Несколько раз она пыталась дозвониться Грише, но как обычно бывает в таких случаях, абонент был временно недоступен.

Когда телефон вдруг сам разразился трелью, Лика даже испугалась: таким резким и тревожным показался ей звонок. Надо будет поменять мелодию, подумала она, отвечая на вызов.

- Анжелка, ты как там? - раздалось из трубки.

- Это кто? - оторопело спросила она и тут же прикусила язык: вот уж не ожидала! Анжелкой ее звал только один человек, звонка от которого она никак не ожидала - это ее бывший муж Владимир, в обиходе - Вовик.

- Ну ты даешь, котенок! Короткая у тебя память, однако. А я вот не забыл... Все никак не мог отважиться позвонить. Слушай, давай встретимся, поговорим. Не чужие все-таки...

Лике вдруг стало смешно, так смешно, что она еле сдержалась, чтобы не расхохотаться в голос.

- Вовик, у тебя что, какие-то проблемы? Настя турнула или забыл у меня что из вещей? Так вроде бы все забрал, я проверяла.

На другом конце воцарилось подозрительное молчание. Лика уже хотела попрощаться, как трубка вновь ожила:

- Анжелка, ты меня интригуешь! - мерзко хихикнул бывший. - Неужто хахаля завела? Ну, так одно другому не мешает. Может, все-таки я забегу к тебе? Старый друг, сама знаешь, лучше...

- Стоп! Ты увлекся, радость моя, - с раздражением прервала его Лика. - Во-первых, я далеко от дома, а во-вторых, даже когда я там появлюсь - не смей подходить ближе, чем на километр. Уяснил?

- Да будет тебе... уяснил. Ну, сволочь я, негодяй... думаешь, не понимаю? - вдруг как-то серьезно пробасил Владимир. - Хреново мне, очень хреново, поверь...

- Верю, честное слово, верю, - подхватила Лика и, усмехнувшись, с горечью подумала: а что, дивная из нас какая парочка получается - хрен с морковкой. Навеяло, так сказать, недавнее сравнение себя с окружающей публикой. В трубку сказала:

- Только недосуг мне сейчас с тобой разговаривать, Вовик. Я жду важного звонка. Как-нибудь, где-нибудь, может, и увидимся, земля-то круглая, - постаралась помягче свернуть разговор Лика. - Ну, бывай! - и, не дожидаясь ответа, нажала "отбой".

Положив телефон на покрывало, она медленно, одним пальцем, стала двигать его от себя, пока, в конце концов, он не упал на пол. Лика замерла, прислушиваясь к своим новым ощущениям: никакой печали, одно лишь чувство брезгливости и полного недоумения. Ее абсолютно не взволновал сейчас этот голос, из-за которого она пролила столько слез за последние месяцы. Ее нисколько не обидела его хамская манера разговора, ей впервые по-настоящему было все равно.

Дрожь незаметно для нее самой унялась, и Лика почувствовала, что в комнате очень душно. Кондиционер включать не хотелось. Распахнув дверь, она вышла на балкон. Где-то вдалеке гремела гроза, деревья и море шумели, попеременно заглушая друг друга. Оранжевых фонариков не было видно. Скорее всего, отключили из-за непогоды. Лика довольно долго стояла, глубоко вдыхая воздух, напитанный предгрозовой энергией. Когда несколько тяжелых капель громко шлепнули по перилам, она решила вернуться в комнату.

Уже повернувшись в сторону двери, ее взгляд непроизвольно упал на перила соседского балкона - какой-то неясный свет блуждал по гладкому металлу. Лика вздрогнула: в комнате Корецкого явно кто-то находился, но точно не полиция, потому что светили фонариком, украдкой. На цыпочках она вернулась к себе в комнату, плотно затворив за собой дверь. Затем быстро подбежала к двери, выходящей в коридор, и облегченно вздохнула, убедившись, что та заперта. Лика включила негромко телевизор, задвинула плотно шторы на окнах и погасила в комнате свет.

Какое-то время она стояла, прижавшись ухом к двери в надежде услышать, когда кто-нибудь выйдет из комнаты Корецкого. Как жаль, подумала она, что нет глазка. После посещения полиции комнату писателя опечатали. Получается, что никто не имел права туда войти, даже персонал отеля. Но ведь кто-то же вошел?! И не просто вошел, а с конкретной целью что-то увидеть или что-то найти. Подождав еще некоторое время, Лика, сдерживая дыхание, бесшумно повернула в двери ключ и тихонько нажала ручку. Не успев открыть дверь, она тут же, едва не вскрикнув, с грохотом ее закрыла: в коридоре была кромешная тьма, от черноты которой перехватывало дыхание. Прикрыв ладошкой рот, она буквально перелетела обратно в комнату. Свет! Его специально выключили! Значит, в комнате был тот, кому есть что скрывать, и кто, возможно, причастен к трагедии с Корецким...

Эх, Максим, что же тебя заставило забраться на мой балкон? Ты от кого-то убегал, а, может, хотел позвать меня на помощь? Так, задавая себе вопросы, на которые пока не было ответов, она довольно долго простояла у стены в комнате. Из коридора вскоре послышались голоса. Кто-то ругался, очевидно, из-за темноты. Затем голоса стихли, хлопнула дверь, но не рядом, а где-то в дальних комнатах. Воцарилась тишина. Со стороны номера Корецкого не исходило ни звука. Лика понимала, что выйти бесшумно из комнаты вполне возможно, так как пол в коридоре был устлан толстой ковровой дорожкой.

Убедившись в тщетности своих попыток что-либо услышать, Лика уселась в кресло и тупо уставилась в экран телевизора. Показывали зарубежный детектив. Не особенно вникая в сюжет, она удивлялась, как мастерски работают следователи - все у них так ловко складывается, и улики у них прямые и косвенные, и доказательства их неопровержимы, и все решают они на раз-два. Ну, а про внешности сыщиц и говорить нечего. Впечатление, что боевое задание застало их врасплох прямо на подиуме. И бросились они тут же бежать, стрелять, бороться с крепко сбитыми мужчинами, которые, как мухи от дихлофоса, падали замертво.

Лика глянула на себя в зеркало. Оттуда на нее смотрело все то же, измученное нелепой любовью, лицо. Только слегка покрасневшее от первой встречи с южным солнцем. Ничего не поделаешь...

За окном бушевала стихия. Раскаты грома сотрясали, казалось, все здание отеля. Свет начал предательски мигать, и Лика решила, что надо включить чайник и заварить кофе, пока электричество окончательно не пропало. Крепкий напиток дал ощущение некоторой уверенности и спокойствия. В конце концов, решила она, ей вполне могло все это показаться. Мало ли что там отсвечивало? С этой мыслью она пошла в душ, а затем устроилась на кровати с кипой красивых глянцевых журналов, которые она брала с собой в дорогу, но так и не успела просмотреть.

Гроза постепенно стихала. Струйки воды из водостоков дружно шумели, выливаясь с крыши куда-то вниз на бетонную дорожку. Глаза слипались, и Лика, погасив свет, стала медленно проваливаться в сон. Сколько прошло времени, она не поняла, но неясный шум заставил ее резко проснуться. Сердце стучало так громко, что мешало прислушаться. Немного успокоившись, Лика протянула руку к настольной лампе и щелкнула выключателем. Мягкий свет разлился по комнате, не ярко, но достаточно ровно осветив ее. Все было в порядке на первый взгляд. Лика тихонько встала с постели и на цыпочках прошла в прихожую, по дороге включив верхний свет. Заглянула в ванную комнату, проверила еще раз входную дверь, не спеша подошла к окну и только прикоснулась к шторе, как за окном, на балконе, что-то глухо шлепнулось, затем с силой ударило в стекло и заскрежетало по металлическому наружному подоконнику. Лика с визгом отскочила, кубарем перелетела через кровать и понеслась по направлению к выходу.

Когда она распахнула дверь и собралась уже взвыть сиреной, глухая тишина ярко освещенного коридора почему-то охладила ее пыл. Она стояла в пижаме на пороге своей комнаты, озираясь по сторонам и ровным счетом не соображая, что же ей теперь делать. Кричать как-то неловко, бежать в таком виде к дежурной - тоже не с руки. Можно, конечно, позвонить по телефону из комнаты, но подойти к аппарату было жутко страшно - это добрых метра четыре пути. Что же делать? Лика глянула на дверь Корецкого - беленький листочек с печатью и подписью был на месте. А вдруг сейчас откроется дверь и оттуда выйдет тот, кто там все это время находится? Или находился? Или он сейчас на ее балконе? Боже праведный, помоги мне, - взмолилась девушка. И в то же мгновение со стороны балкона послышалась тихая возня. Лика прижалась к открытой двери и, затаив дыхание, ждала, что же будет дальше, держа в поле зрения одновременно свою комнату и дверь писателя.

А дальше... раздалось жалобное мяуканье и звук когтей, царапающих дверь балкона. По всему телу Лики прошла теплая волна. Не веря своему счастью, она быстро закрыла за собой дверь и подошла к балкону. Отодвинув штору, Лика невольно отпрянула: два желтых светящихся глаза в упор смотрели на нее в окно. Когда несчастное создание издало очередное "мяу", она облегченно вздохнула и приоткрыла дверь. Большой мокрый кот немедленно юркнул в образовавшееся пространство и, нисколько не смущаясь, запрыгнул прямо в кресло. Оторопев от такой наглости, Лика даже не рискнула прогнать его на пол. К тому же кот тут же принялся себя вылизывать, демонстрируя всем своим видом полное пренебрежение к ее особе. Лика почувствовала себя тем самым Барбосом, который был в гостях у Бобика. А хозяин, то есть кот, вернулся и, спасибо, пока не выгоняет.

- Ну, что мне с тобой делать? Откуда ты такой взялся на мою голову? Перепугал до смерти... - ворчала Лика, укладываясь в постель.

Кот на мгновение притих, вслушиваясь в ее голос, затем продолжил приводить себя в порядок, очевидно не сочтя нужным вступать в переговоры. Стоило Лике замереть в ожидании долгожданного сна, как кот тут же переместился на ее постель и немного потолкавшись, устроился у нее в ногах. Ну и черт с тобой, - буркнула Лика и наконец-то крепко заснула.

Утро было тихим и ясным, как будто и не было никакого дождя, никакой грозы и уж тем более - никаких неприятностей. Вспомнив про Корецкого, Лика опять закрыла глаза. Вставать не хотелось. Еще вчера ее разбудил Максим. Улыбчивый, вежливый... А сегодня...

Протяжное, требовательное "мяу" раздалось со стороны окна. Кот сидел на подоконнике, смотрел на Лику и нетерпеливо постукивал хвостом. Все ясно, ночной гость просился на волю. Она нехотя поднялась с постели и открыла балконную дверь. Котище мгновенно сиганул с подоконника и исчез из поля зрения. Оглядев пустой балкон, Лика лишь пожала плечами.

В столовой было тихо. Не потому что малолюдно. Нет, наоборот, впечатление, будто все решили позавтракать непременно в одно и то же время. Только молча. Тишина в зале была настолько наэлектризованная, что, казалось, стоит упасть случайно вилке - и разразится вселенский скандал.

Анна сидела за столом, не притрагиваясь к еде. Ее отсутствующий взгляд блуждал по столу, словно в поиске точки опоры. Антип вяло ковырял вилкой непонятное блюдо из тушеных овощей. Лика поприветствовала молодых людей легким кивком головы. В ответ же получила от обоих лишь долгий, внимательный взгляд. Зато с соседних столов ее одаряли весьма выразительными взорами, которые ядовитыми стрелами буквально пронзали Лику насквозь. Выпив стакан сока, она решила на этом завершить свой завтрак.

- Анжелика Юрьевна, куда же вы уходите? - услышала она, едва встав из-за стола.

Анна вздрогнула, а Антип перестал жевать. Лика обернулась и увидела свою вчерашнюю знакомую - Веру Игоревну. Та с улыбкой направлялась к их столу.

- Позволите? - холодно спросила она у парочки и присела на свободный стул.

- Да, конечно, - запоздало начал суетиться Антип и зачем-то встал со своего места. В глазах у Анны на мгновение вспыхнула тревога, но почти тут же погасла.

- Доброе утро, Вера Игоревна, - быстро проговорила Лика и виновато улыбнулась, - если, конечно, такое утро можно назвать добрым...

Новая знакомая неопределенно повела плечами.

- Ну, а почему бы и нет? - обращаясь как будто к себе самой, тихо ответила она. - Это вчерашний день закончился плохо. Очень плохо. А утро... утро должно приносить надежду на хороший день. Правда? - спросила она так, словно это напрямую зависело от Лики.

- Очень бы хотелось, - неуверенно согласилась Лика и замолчала, опустив глаза.

- Ну вот и хорошо. А для начала неплохо выпить хотя бы чашечку кофе. Или вы предпочитаете чай? - рука Веры Игоревны замерла в нерешительности между чайником и кофейником.

- Ой, что вы, я сама! - покраснела девушка. - По утрам всегда пью кофе, - она наполнила свою чашку. - А вы?

- Я уже позавтракала. Рекомендую, кстати, попробовать эти сырники, - она кивнула в сторону широкого блюда, на котором лежали золотистые творожники с изюмом. - Такие вы вряд ли ели. Здешний повар добавляет в них помимо изюма немножко мяты. Очень оригинально, скажу я вам. - Женщина нарочито направляла разговор в спокойное русло.

- А где ваша прелестная собачка? - решила поддержать тон беседы Лика.

- Липа? - улыбнулась Вера Игоревна. - Сидит в комнате. Меня дожидается. Знаете, Анжелика Юрьевна...

Девушка тут же перебила ее:

- Зовите меня Ликой, хорошо? Я так привыкла.

- Хорошо, Лика. И меня лучше просто Верой звать. Все-таки мы на отдыхе, а не в офисе каком. Отчество, как парадный мундир, утомляет, скажу вам. - Она посмотрела на противоположный край стола.

Лика проследила за ее взглядом. К изумлению обеих, молодой парочки уже не было. Каким-то образом они сумели незаметно уйти.

- Вот и хорошо, - сказала Вера Игоревна, очевидно намекая на то обстоятельство, что они остались одни. - Как вы провели ночь? Я, честно скажу, переживала за вас. Даже хотела зайти вечером...

Лика погрустнела, отставила в сторону чашку.

- Сказать по правде - ужасно, - пожаловалась она. - Напрасно вы не зашли, мне было бы легче. Я ведь здесь никого не знаю...

- Да, действительно зря. Кстати, как прошел разговор с этим молодым человеком?

- Вы имеете в виду капитана? - Лика удивленно посмотрела на собеседницу. - Пустая формальность с его стороны: все ли на месте из вещей, знакома ли с писателем и как давно, на что, может быть, он мне жаловался...

- Да, собственно, а что еще от него можно было ожидать? - Вера Игоревна задумалась. - Несерьезным он мне каким-то показался.

Лика слегка наклонила голову, как бы обдумывая ее слова, затем осторожно произнесла:

- Кто его знает. В этом вопросе я не специалист. Однако судить о его профессиональных способностях с первого раза не рискну. Бывает, что истина кроется за весьма примитивной ширмой, и искать ее лучше среди вещей тебя окружающих, - с этими словами Лика протянула руку к своей чашке с кофе.

Вера Игоревна удивленно подняла брови:

- Как странно вы рассуждаете. Очень, сказала бы, нестандартно...

- Вы так считаете? - девушка развела руками: мол, как умею.

- Нет-нет! Вы не так меня поняли, - женщина приложила указательный палец к кончику носа и нахмурила лоб. - Я хотела сказать, что, скорее всего, вы правы. Именно так... рядом.

От этих слов у Лики пробежал по спине неприятный холодок. Она невольно поежилась, и это не укрылось от наблюдательной Веры Игоревны.

- Вам холодно?

- Немного зябко, - кивнула Лика. - Честно говоря, я не очень люблю кондиционеры. От них веет неживым холодом. К тому же, сами понимаете, после такой ночи нервы...

Лика вспомнила про свет в комнате Корецкого и окончательно расстроилась. Вера Игоревна плеснула себе в чашку чаю, совсем немного, на пару глотков. Однако пить не стала, а лишь внимательно смотрела на содержимое чашки, будто пытаясь увидеть там некий ответ на свой вопрос.

- Я вам дам хорошее снотворное, - не поднимая глаз, произнесла она. - Гарантирую, что эту ночь вы будете спать как младенец.

- Спасибо, только у меня проблем со сном не бывает. Просто этой ночью... - Лика замялась.

- Что? Что случилось этой ночью? - подхватила Вера Игоревна и как-то странно засуетилась, вытащила из сумки сигареты, затем положила их на стол, после чего вернула обратно в сумку.

Лике совсем не понравилось, что такая женщина, как Вера Игоревна - сильная, независимая - так нервничает. Это было неестественно.

- Кот, - спокойно ответила она. - Ко мне с балкона пришел кот.

- Кот? - переспросила Вера Игоревна. - Не понимаю, при чем здесь кот?

Лика заметила небольшое красноватое пятно, выступившее на шее собеседницы.

- Ну, вряд ли он здесь при чем. Коты, они, Вера, всегда сами по себе. Это не собаки.

От нее не укрылось, что Вера Игоревна напряглась, услышав свое имя без отчества. Лике самой это резало слух. Но, по-видимому, женщине хотелось зачем-то сблизиться с ней.

- Да, это не собаки, верно. Хочу вам сказать, что более преданного существа, чем моя Липа, я и не знаю, - Вера Игоревна рукой потерла то место, где появилось пятно. - А вот Корецкий любил котов, - добавила она.

У Лики вытянулось лицо.

- Да вы не пугайтесь. Здесь никакой мистики. Это, очевидно, был Синопсис. Я имею в виду кота.

- Синопсис? Странное, надо заметить, имечко. - Лика, чтобы занять себя чем-то, налила вторую чашку кофе.

Женщина усмехнулась:

- Максим любил котов, они для него были понятны, как грамотно написанный синопсис. Вот он и дал коту такую кличку. Они с Синопсисом просто обожали друг друга. Пожалуй, кот был предан Максиму не по-кошачьи, а, скорее, по-собачьи.

- А что, писатель приезжал сюда вместе с котом?

- Нет, что вы! Кот местный, бездомный, можно сказать. Но как только Максим появлялся в пансионате - Синопсис тут как тут. Он всегда ночевать приходил к писателю в комнату. А когда тот уезжал, животное тоже исчезало. И никто, заметьте, его ни разу не видел ни на территории отеля, ни за его пределами. Кот в прямом смысле слова растворялся в пространстве и времени.

Лика озадаченно покачала головой:

- Чудеса да и только. А вы говорите: никакой мистики. Она самая, в чистом виде, можно сказать.

- Да... мистика не мистика, но только вчера он почему-то взял и заявился именно к вам. С чего бы, интересно? - Вера Игоревна приподняла брови.

- Вы у меня спрашиваете? - Лика зябко повела плечами.

- Да нет, что вы, - улыбнулась Вера Игоревна своей обычной улыбкой уверенной в себе женщины. - Нет, я просто рассуждаю. Сама с собой. Могу предположить, что он признал в вас новую хозяйку. К тому же, возможно у вас в комнате есть книга Корецкого или еще что-то. Как вам такое объяснение?

- Знаете, Вера, я не в восторге.

- Почему же?

- Ну, во-первых, книг Максима у меня нет. Хотя мне бы хотелось почитать. И опыта общения с котами у меня никакого. Во-вторых, насчет хозяйки... что-то я никаких таких чувств с его стороны не заметила. Вел он себя весьма нахально. Скорее, как хозяин, чем как подопечный.

Вера Игоревна откинулась на спинку стула и рассмеялась:

- Это обычная кошачья хитрость. Бравада.

- Вы говорите о коте, как о каком-нибудь прохиндее, - улыбнулась Лика. - А у него, мне кажется, просто срабатывает инстинкт самосохранения, - решила она заступиться за Синопсиса.

- Вот именно! И я об этом же, - в тон ей ответила женщина. - А чтобы вы не вздумали отказаться от несчастного, ему пришлось произвести на вас впечатление. Вы же знаете, Лика, как мы, женщины, поддаемся, порой, натиску чужой воли.

Девушка неопределенно мотнула головой. В этой фразе ей послышался подвох, как будто ее личные проблемы вынуждают выставить напоказ вопреки ее желанию.

Столовая совсем опустела, когда Лика и Верой Игоревной встали из-за стола.

- Лика, заходите ко мне вечерком. Поболтаем. А если погода не испортится, сходим на море. Вы любите купаться в море ночью?

- Люблю, если с кем-нибудь за компанию, - охотно согласилась Лика.

- Вот и прекрасно, - улыбнулась Вера Игоревна, спускаясь со ступенек у выхода на улицу.

Солнце обрушилось на них со всей своей южной страстью. Ничто не напоминало о ночной стихии. Дорожки были сухими, листья деревьев матово поблескивали на солнце. День, похоже, ожидался жаркий. Лика украдкой глянула на Веру Игоревну. Легкий утренний ветерок не нарушил порядка на ее темных блестящих волосах, несмотря на то, что сегодня они не были убраны в узел, а были распущены по плечам. Сарафан густого персикового цвета со шнуровкой на груди красиво оттенял ровный золотистый загар. Лика в очередной раз восхитилась красотой и элегантностью этой женщины.

Вернувшись к себе в комнату, она забралась в постель и свернулась калачиком. События вчерашнего дня начисто лишили ее возможности адекватно ощущать реальность. Что делать дальше? Продолжать отдыхать, как ни в чем не бывало? Бегать на пляж, равномерно подрумянивая свою светлую кожу, ездить по экскурсиям, сидеть по вечерам в местном баре, томно потягивая любимый "Мартини", а еще взять и познакомиться с кем-нибудь, наконец... Нет, это вряд ли у нее получится. Не тот, к сожалению, характер.

"Схематичный образ" - вспомнила она слова Максима и хмыкнула вслух. Да уж... как-то для жизни это определение совсем не подходит. Знакома она с Корецким была всего ничего, однако сказать, что случившееся с ним ее мало волнует - никак нельзя.

- Здесь вы, товарищ писатель, сильно ошиблись, - прошептала Лика и боязливо оглянулась. Уютная, как ей раньше казалось, комната, ответила холодным молчаливым согласием.

Тишина тяготила. Пластиковые окна не пропускали ни единого звука с улицы, где, несомненно, бурлила жизнь. Лика поднялась с постели и распахнула балконную дверь. Волна теплого воздуха, наполненного многочисленными звуками природы, тут же ворвалась в комнату. Набрав на телефоне номер Гриши, она вышла на балкон. После нескольких гудков Лика услышала знакомое глуховатое "да".

- Гришка, привет! Ты куда запропастился?

- Лика, ты что ли?

- Я... а ты по номеру не видишь? - удивилась девушка.

- Знаешь, подруга, я на номер не глянул. Сижу, работаю, как раб на строительстве пирамиды.

- Финансовой что ли?

- Почему финансовой?

- Ну, я так думаю, что египтяне свои пирамиды вряд ли строили сидя, друг мой, - в ответ на "подругу" ехидно ответила она. - Так что остается только финансовый вариант.

- Ты права, злючка. Пора отдыхать, а то голова уже слабо соображать стала, - засмеялся в ответ Станкевич.

- Это еще почему я злючка? - возмутилась Лика.

Из трубки раздался вкрадчивый голос Гриши:

- А потому, что я все слышу и, можно сказать, даже вижу. Дышишь свежим воздухом на балконе, держишь в руке телефон, а сама хмурая и недовольная. Вопрос - чем?

От такой проницательности Лика на мгновение потеряла дар речи.

- Ой! - вдруг воскликнула она, , глянув на шезлонг. Там, прямо на полотенце, разлегся Синопсис. Котище лениво приподнял голову и разок вильнул кончиком хвоста. Трудно сказать, что за этим скрывалось - приветствие или пожелание, чтобы его оставили в покое.

- А ты нахал, однако, - громко протянула Лика, сожалея, что вчера забыла убрать полотенце в комнату.

- Это почему еще? - возмутился на другом конце трубки Григорий.

Лика хохотнула:

- Да я не тебе, Гриша.

- А кому, простите за нескромный вопрос? С вами на балконе еще и нахал какой-то находится? А я как-то не заметил...

- Я сама не сразу заметила. Не просто нахал, а я бы сказала нахалище. Лежит на шезлонге, на моем полотенце и на меня не реагирует. Представляешь?

- Как-то слабо, Лика. Что у тебя там происходит? Летний вариант "С легким паром"? - растерянно произнес Гриша.

- Ага, почти. Только вместо пьяного мужика лежит здоровенный кот.

- Уф-ф... - с облегчением выдохнул друг. - Это уже проще. Сама справишься, я надеюсь.

- С этим делом справиться не сложно, согласна. Но тут еще одна проблемка нарисовалась... - Лика замолчала и, перегнувшись через перила, заглянула на балкон писателя.

- Что случилось, Лика? Судя по твоему голосу, эта самая проблемка имеет довольно внушительные размеры. Правильно я тебя понял? - спросил Гриша и добавил: - Давай уже колись. Добрый дядя Гриша ликвидирует любую проблему одной левой.

- Должна тебя огорчить, Гришенька, но ни одной левой, ни двумя левыми это дело не растолкаешь, - Лика вернулась с балкона в комнату и плотно притворила за собой дверь.

- Правильно, Анжелика Юрьевна, о серьезных делах на балконе не говорят. Молодец, что зашла в комнату, - подбодрил ее друг.

- Нет, в самом деле, ты что, окончил курсы ясновидения? Как ты понял, что я была на балконе?

- Ой, Лика, ну ты как ребенок, честное слово. В трубке хорошо был слышен шум деревьев вперемешку с хлопающей от сквозняка твоей балконной дверью.

- Сквозняк? - Лика глянула на входную дверь и очень удивилась, что та была приоткрыта. - Ах, вот оно что. Я, похоже, забыла закрыть дверь на замок, от этого и сквозняк. - Она быстрым шагом прошла в прихожую и закрылась на ключ.

- Ну вот, теперь слушай, - девушка уселась в кресло. - Помнишь, вчера я рассказывала тебе про моего соседа?

- Про соседа не помню, помню только про писателя, - отозвался Гриша.

- Вот-вот, писатель этот и является моим соседом... Точнее, конечно, являлся, - тихо добавила Лика и с опаской посмотрела на окно.

- Так, чувствую, завязывается какая-то интрига, - зловещим голосом прохрипел в трубку верный друг.

- Это совсем не смешно, раздраженно оборвала его Лика. - Человека больше нет. Он вчера разбился насмерть.

В трубке на некоторое время воцарилась тишина. Лика тоже молчала, вспоминая события вчерашнего дня.

- Да, это неприятно, - наконец тихо пробубнил Гриша. - А что собственно случилось, он на машине куда-то ездил?

Девушка тяжело вздохнула:

- Если бы так, Гриша. Нет, никуда он не ездил. Он просто упал с балкона. С моего, замет, балкона. - Лика нахмурила брови. - Чего молчишь?

- Я не молчу. Я тебя слушаю. Ты же ничего толком не объясняешь! - возмутился он. - Писатель что ли перепутал входную дверь с балконной и решил таким вот оригинальным способом выйти от тебя? Напрашивается невольно вопрос: куда же ты смотрела, а?

- Ты что, издеваешься надо мной? - зашипела Лика. Она была просто вне себя от гнева. - Я очень сожалею, что потревожила вашу светлость.

- Стой! Лика, дорогая, не бросай трубку, пожалуйста. Ну, в самом деле... - он мучительно подбирал слова, - представь себя на моем месте.

- Нет, это ты представь себя на моем месте! Я с этим человеком перекинулась вчера буквально двумя словами. По сути ничего о нем не знаю, - тараторила в трубку Лика. - И вот он падает с моего балкона, в то время как я преспокойно гуляю по территории пансионата.

- Да-а, нарочно не придумаешь, - удивленно протянул Гриша. - Хочешь, я заберу тебя оттуда? Ты слишком впечатлительная...

- Никакая я не впечатлительная! - резко оборвала она. - Мне никуда нельзя уезжать, ты же понимаешь.

- Почему? Ты дала подписку о невыезде?

- Нет, слава богу, до этого дело еще не дошло. Просто это будет выглядеть не совсем красиво. К тому же я хочу узнать причину случившегося. Несчастья или преступления... уж, не знаю.

- Лика, девочка, ты меня пугаешь, - растерянно проговорил друг. - Я никогда не замечал раньше в тебе такой смелости. Только не говори, что ты собираешься проводить самостоятельное расследование. Умоляю, не ввязывайся в это дело. Это не кино...

- И я не актриса, - вздохнула Лика. - Успокойся, я не имею ни малейшего представления, как такие дела делаются. И потом, сам понимаешь, здесь есть кому заниматься расследованием.

- Вот и чудненько. А комнату я бы на твоем месте все-таки поменял.

- Ладно, посмотрю. Мне, вроде, и в этой не плохо, - как-то враз успокоившись, ответила Лика.

- И еще. Я буду тебе крайне признателен, если ты всегда и везде будешь ходить с мобильником. Лады?

- Лады, Гриша, - согласилась она. - Ну, пока?

- Пусть будет пока. До завтра, - задумчиво попрощался друг.

Глава 3

Лика еще некоторое время посидела в кресле с телефоном в руках и глупой улыбкой на лице. Нет, все-таки это здорово, когда есть такой замечательный друг, подумалось ей. Даже пять минут разговора с ним придали ей невероятную уверенность в себе и чувство надежной защиты...

Негромкий стук в дверь прервал ее мысли. На пороге появилась горничная.

- Доброе утро, Анжелика Юрьевна.

- Доброе, - кивнула в ответ Лика и вопросительно посмотрела на Настю, ту самую горничную, которая заселяла ее в ночь приезда.

- Я по поручению Альбины Афанасьевны. Она хотела с вами поговорить, если, конечно, вы не возражаете. - Лицо девушки лучилось любовью и заботой, какую обычно выражают при встрече с большим начальством его подчиненные.

- Какая проблема? Конечно не возражаю, - ответила Лика, внутренне почувствовав странное напряжение. - Почему я должна возражать? - недовольно спросила она, понимая нелепость подобного вопроса. Ее охватило раздражение, причину которому она не могла в эту минуту найти.

- Когда у вас найдется свободная минутка? - не меняя выражения лица, спросила горничная.

- Они у меня все свободные. И минутки, и часы, - Лика постаралась улыбнуться, чтобы как-то смягчить свою неоправданную невежливость.

- Спасибо большое, - ответила Настя и засияла еще больше, словно получила прибавку к зарплате. - Альбина Афанасьевна уже ждет вас в кабинете. - Горничная грациозно развернулась на каблучках и, одарив на прощанье еще одной улыбкой, удалилась.

Лика закрыла дверь за девушкой и какое-то время в задумчивости стояла в коридоре, пытаясь понять, почему на душе стало тревожно. Подошла к зеркалу, начала тщательно расчесывать волосы, не глядя при этом на свое отражение. Прикоснулась к губам помадой, поставила тюбик, не накрыв его колпачком, и вышла из комнаты.

Кабинет хозяйки находился на первом этаже. Остановившись перед дверью, Лика в первую минуту хотела постучаться, но потом, передумав, решительно распахнула дверь. В комнате царил легкий полумрак и прохлада. Навстречу никто не вышел. Лика оглянулась по сторонам. Шторы на окнах были сдвинуты почти вплотную, на полу лежал большой ковер насыщенного синего цвета, который, который красиво гармонировал с темно-красной полированной мебелью. Было много книг, аккуратно расставленных в книжных шкафах, а у роскошного дивана, обтянутого кожей, стоял низкий, широкий столик с большим хрустальным блюдом, на котором лежали фрукты, как будто из натюрморта старинного голландского мастера.

Лика сделала еще несколько шагов вглубь комнаты. Было ощущение, что она попала в другой мир. Во всяком случае, находясь здесь, ассоциаций с морем, солнцем или просто шумным отдыхом никак не возникало. В таком кабинете, к примеру, было бы удобно писать романы Корецкому. Стало грустно.

В промежутке между книжными шкафами стоял комод, над которым висела фотография молодой улыбающейся девушки в купальнике. В поднятой руке она держала медаль на ленточке. Внимательно присмотревшись, Лика узнала в счастливой обладательнице награды хозяйку. Давнишнее фото, подумала Лика.

- Альбина Афанасьевна, - негромко позвала Лика. В ответ - тишина. Ей вдруг стало неловко, что она вот так бесцеремонно ворвалась в чужую комнату. Окинув еще раз беглым взглядом кабинет, она быстро вернулась к двери, открыла ее и тут же столкнулась с хозяйкой.

- Ой, Альбина Афанасьевна, извините меня, пожалуйста, - виновато залепетала Лика, растеряв в одно мгновение всю свою былую решительность.

- Что вы, Анжелика Юрьевна, - поспешила успокоить ее хозяйка, ласково прикоснувшись к плечу девушки. - Это вы меня простите. Попросила о встрече, а сама ушла. Машина с продуктами подъехала, надо было заявку подписать, - пояснила она. - Что же вы стоите у порога? - женщина оглянулась на застывшую у дверей Лику. - Или спешите куда?

- Нет, конечно, - девушка послушно вернулась вслед за хозяйкой в комнату. - Куда мне спешить, я ведь отдыхающая, - улыбнулась она.

- Вот и хорошо. Об этом как раз я и хотела с вами поговорить.

Она медленно опустилась на диван и жестом пригласила Лику присесть рядом. Альбина Афанасьевна Зотова была красива и печальна, как Луна. Она не могла объяснить себе это сравнение, но именно оно внезапно пришло ей на ум - темноволосая, бледнолицая, с глубокими черными глазами, похожими на загадочные лунные моря.

- После вчерашних событий я чувствую себя виноватой перед вами, - женщина нахмурила брови и, сложив руки на груди, замолчала, сосредоточенно о чем-то думая. Лика посчитала долгом успокоить хозяйку:

- Ну, это вы зря, уверяю вас, - девушка помотала головой. - У меня и в мыслях ничего подобного не возникло. При чем же здесь вы?

Альбина Афанасьевна повернулась к Лике, и та в очередной раз удивилась: необъяснимая, глубокая грусть, готовая вот-вот выплеснуться наружу слезами, наполняла глаза этой красивой женщины. Альбина Афанасьевна тут же отвела взгляд в сторону.

- Вы же понимаете, что я хозяйка, а потому за все здесь в ответе. Люди приезжают отдохнуть, отключиться от забот, получить заряд положительных эмоций, наконец, и тут на тебе - стресс...

Лика робко пожала плечами и, скрестив руки на груди, произнесла:

- Ну, в конце концов, такое может случиться где угодно. Там, где люди - там и счастье, и несчастье всегда рядом. Вы, Альбина Афанасьевна, переживаете не только как хозяйка, но, я понимаю, с Максимом вы давно знакомы... А я, к сожалению очень мало его знала, но мне бесконечно жаль этого человека. Правда... Его, похоже, здесь все любили.

- Вы очень наблюдательны, - женщина улыбнулась и вновь ласково коснулась плеча Лики. - Кстати, чем вас угостить?

Она поднялась с дивана, подошла к небольшому бару, стоявшему в глубине комнаты, за книжным шкафом.

- Коньяк, вино?

- Нет, спасибо... - Лика совсем растерялась. Алкоголь она употребляла редко, даже в свой "черный" период предпочитала лишь находиться в компании пьющих и курящих. - Если только чуть-чуть вина. Белого, - поспешила она все же согласиться, заметив, что хозяйка стоит в выжидательной позе.

Альбина Афанасьевна кивнула и поставила на стол перед Ликой большой красивый фужер из бледно-розового хрусталя, наполненный до половины вином. Себе же она плеснула в широкий бокал коньяка и, выпив залпом, не отходя от бара, налила еще порцию.

- Я хотела с вами поговорить о Максиме, - женщина тяжело опустилась на диван рядом с Ликой.

- Со мной? - удивилась девушка и протянула руку к блюду с фруктами.

- Что же вино не пьете? С виноградом будет в самый раз, - Альбина Афанасьевна придвинула блюдо поближе к ней. Той ничего не оставалось, кроме как сделать глоток. Вино оказалось очень нежным и легким на вкус.

- Не удивляйтесь. Я много думала об этом. Дело в том, что вы, скорее всего, были последней, кто видел его живым, - Альбина Афанасьевна поднесла бокал с коньяком к лицу и стала изучать его содержимое внимательным взглядом.

- С чего вы взяли? - Лика поставила свой фужер на стол и с недоумением посмотрела на собеседницу. - В столовой мы ужинали вместе. Так там народу полно было. Да и за столом мы были не одни, вы же знаете эту пару - Анну с Антипом.

Женщина брезгливо поморщилась и отпила из бокала.

- И уж тем более я не знаю, с кем он мог встречаться после ужина, - продолжила Лика. - Так почему вы решили, что я единственная, кого он видел перед гибелью?

Альбина Афанасьевна как будто не слышала последней фразы. Помолчав некоторое время, она сказала:

- Вы здесь человек новый. А Максим любил знакомиться с новыми людьми. Они были для него как глоток свежего воздуха. Он художник, ему нужны были свежие впечатления.

Женщина-луна встала, затем бесцельно покружила по комнате, остановилась у книжной полки и задумчиво провела пальцем по корешкам книг. Она вела себя так, будто сама была в этой комнате впервые.

- Я подумала, что, возможно, в разговоре с вами, он каким-то образом обронил фразу, проливающую свет на это событие.

Услышав эти слова, Лика едва не выронила фужер из рук.

- Что вы имеете в виду? - вмиг осипшим голосом осведомилась она.

- Да вы не волнуйтесь, - женщина щелкнула зажигалкой, лежавшей здесь же, на столе, и сосредоточила взгляд на огне. - Не знаю, мне почему-то кажется, что вам могло броситься в глаза что-нибудь необычное в поведении Максима. Странность, удивившая вас, к примеру.

Лика обескураженно молчала. Она себя чувствовала школьницей на экзамене, к которому не готовилась. И еще этот плохо скрываемый прокурорский тон...

- Если вам интересно... он больше спрашивал, чем рассказывал, - наконец проговорила Лика, понимая, что по какой-то, неясной ей пока причине, она должна что-нибудь ответить, чтобы получить заветную "удочку". - Обещал, к примеру, показать окрестности, интересовался моими литературными пристрастиями, ну... даже не знаю, что могло быть странным в его поведении. Ничего. На мой взгляд - ничего. К тому же, согласитесь, что-либо необычное в поведении человека заметить проще, если его хорошо знаешь, - девушка замолчала, ожидая согласия от собеседницы.

Альбина Афанасьевна, между тем, не спешила ей на помощь.

- В целом, Корецкий показался мне человеком, которому все интересно в этой жизни и которого ничто не беспокоит, - подвела Лика итог сказанному и сложила руки на коленях, как примерная ученица.

Некоторое время они молчали. Лика почувствовала легкую испарину на лбу. Ее угнетала эта ситуация, но как из нее выпутаться и что хотела услышать от нее хозяйка, она не понимала.

- Вы правы, моя дорогая, - разорвал возникшее напряжение тихий голос Альбины Афанасьевны. - Максим действительно был жизнелюбом. Так, говорите, настроение у него вчера было хорошее?

- Отменное, - утвердительно кивнула Лика, вспомнив в ту же минуту, что как раз за ужином Максим был совсем не в духе. Но докладывать это сейчас Альбине Афанасьевне не стоит. На "тройку" она и так ответила. К тому же, как говорят, правда у каждого своя.

- Альбина Афанасьевна, а почему вы спрашиваете меня об этом? Разве есть повод считать, что это не был просто несчастный случай? - Лика изобразила на своем лице испуг.

Женщина тяжело вздохнула, задержав на выдохе дыхание и внимательно посмотрела на Лику.

- Пока не знаю, - быстро произнесла она.

Девушка взяла в руку фужер и одним большим глотком допила вино. И сама себе удивилась: никогда раньше спиртные напитки не доставляли ей такого удовольствия. Вкус вина полностью соответствовал полученному ощущению - по телу разлилась приятная нега. Однако на предложение повторить, Лика ответила мягким отказом.

- Спасибо, Альбина Афанасьевна, вино просто изумительное, - она улыбнулась, приложив руку к груди.

Хозяйка кивнула и опустила глаза. Лика неожиданно для себя спросила:

- Мне показалось или вы не доверяете этому капитану Валееву? Похоже, вы считаете, что разберетесь во всем сами. Ну, конечно, с помощью людей, которые так же хорошо знали Корецкого, как и вы. Я не ошиблась?

Она, не моргая, смотрела на свою собеседницу. Печальные глаза женщины вмиг стали излучать ледяной холод. Вот-вот, - тотчас подумала Лика, - луна она и есть луна. Красивая и до ужаса холодная...

Альбина Афанасьевна со стуком поставила стакан.

- Вы молоды и потому наивны, - как приговор, отчеканила она. Затем Альбина Афанасьевна поднялась с дивана и пересела в кресло напротив Лики.

- Прошлым летом, - монотонным голосом, скрестив руки на груди, заговорила она, - убили моего мужа. И сейчас у меня впечатление, что "Изумрудный" будто преследует рок. - Она прищурила глаза, как будто вглядываясь в события давно минувших дней.

Лика затаила дыхание. Вся ее уверенность, появившаяся явно от спиртного, тут же улетучилась.

- Альбина Афанасьевна, - прошептала она, - какой ужас, а я ведь ничего не знала. Если вы думаете, что мне Максим об этом...

- Перестаньте, - прервала ее хозяйка. - Вам не за что оправдываться.

- И что, виновного не нашли? - уже предвидя ответ, на всякий случай спросила Лика.

- По началу, вроде как нашли. Арестовали местных бомжей. Их видели в том месте, где лежал Виктор с разбитой головой. Это недалеко от отеля, в Калиновой балке, - Альбина Афанасьевна налила очередную порцию коньяка.

Лика молчала, ожидая продолжения рассказа. Ее глаза еще раз невольно пробежались по обстановке кабинета.

- Да, вы правильно заметили. Этот кабинет принадлежал мужу. Точнее сказать, обставлен по его вкусу. Несколько странно для человека, ведущего бизнес, не правда ли?

Лика пожала плечами:

- А мне понравилось. Очень. Я не сторонница теперешнего хай-тека. Здесь чувствуется основательность стабильность и... - она задумалась на мгновение, - и еще, мне кажется, такая обстановка вызывает желание думать, писать...

Альбина Афанасьевна слегка склонила голову и с интересом посмотрела на собеседницу.

- Вы меня удивляете.

- Чем? - смутилась Лика.

Женщина откинулась в кресле и мечтательно улыбнулась.

- Тем, что вы так точно уловили суть натуры моего мужа по обстановке его кабинета. Он ведь филолог по образованию. Любил литературу, живопись. Здесь раньше висело немало хороших картин, подлинников. Но я их убрала. Не стоит давать лишний повод всяким мерзавцам, - Альбина Афанасьевна сцепила пальцы и нахмурилась. - А "Изумрудный" у нас появился благодаря свекру, генералу, который оставил нам в наследство капитал, небольшой, правда, по нынешним временам. Однако, спасибо друзьям, мы смогли им толково распорядиться и теперь, как говорится, кусок хлеба обеспечен.

- За что же убили вашего мужа? Его ограбили эти нищие? - решила продолжить тему Лика.

- Вначале нам представили дело именно в таком ракурсе. Людей этих арестовали. С руки Виктора были сняты дорогие швейцарские часы. "Картье". Однако через некоторое время подозреваемых выпустили. Экспертиза показала, что Виктор, скорее всего, неудачно упал и ударился виском о лежавший на дне балки камень. К тому же часы у этих несчастных не были найдены. Согласитесь, любому человеку в данной ситуации лучше признаться в воровстве, чем в убийстве.

- Но часы все-таки пропали?

- Да, пропали. Но их вполне мог снять с руки кто-то другой, про кого мы не знаем или не подозреваем.

- Ваш муж, наверное, был дружен с Корецким?

- Хм... это может показаться странным, но я бы не рискнула назвать их отношения дружбой. Максим человек современный, детективщик, как сейчас говорят. А Виктор был консерватор, любил классику и подобный жанр считал не литературой, а, скорее всего, средством для зарабатывания денег. Он говорил Максиму, что тот пользуется невзыскательностью нынешнего поколения в этом вопросе. Они часто спорили. Хотя, не скрою, тяга друг к другу, безусловно, была. В их спорах всегда присутствовал азарт равноправных партнеров - умных, образованных...

- Вам теперь, наверное, трудно одной управлять пансионатом? - с сочувствием спросила Лика.

Альбина Афанасьевна как-то равнодушно пожала плечами:

- Мне сын помогает. Тоже Виктором зовут. Я ведь почему позвала вас и все это рассказываю, - она поднялась и вновь начала нервно расхаживать по кабинету, - мне не хочется, чтобы между нами были недомолвки. Вы должны знать все, как оно есть. И ваше право доверять мне или нет. Если вы посчитаете, что отдыхать в такой атмосфере вам будет некомфортно, то никаких препятствий с моей стороны не будет. Деньги я верну - это не вопрос. Если останетесь, то приложу максимум усилий, чтобы вы остались довольны отдыхом.

На душе у Лики было тягостно от ощущения, что от нее явно чего-то ждали, а она не могла понять чего же именно. Ясно, что ожиданий Альбины Афанасьевны она не оправдала.

- Я не планирую уезжать, - мягко отозвалась Лика. - Спасибо за откровенность. Я вам искренне сочувствую и понимаю, что не стоит сеять панику среди отдыхающих. Обещаю, что с моей стороны никаких провокационных разговоров не будет.

- Спасибо вам.

- Что ж, я пойду. У вас столько забот... - девушка поднялась с уютного дивана.

- Мне было приятно поговорить с вами. Заходите, не стесняйтесь. Буду рада помочь, если возникнут проблемы. - Хозяйка поднялась, чтобы проводить Лику. - И последнее, - сказала она у двери, - если вы что-то вспомните... или что-то заметите...

- Да-да, я поняла, - кивнула Лика. - Конечно же, в первую очередь я сообщу вам.

На пляже, как всегда, было немноголюдно. Лика улеглась на лежак, стоявший под большим навесом из камыша. Тянуло в сон. Очевидно, сказывалось волнение вчерашнего дня и тревожной ночи. Лика прикрыла глаза и тотчас погрузилась в дрему под мерный шум набегавших волн.

Снился Корецкий. Он был необычайно весел и все пытался заверить Лику, что ничего страшного не случилось. На коленях у писателя лежала собачка Веры Игоревны. Она радостно виляла хвостиком и преданными влажными глазами смотрела на нее. А Корецкий вдруг рассердился, сбросил животное наземь и погрозил пальцем Лике. Собачка тихонько тявкнула и задрожала всем телом. Лика протянула руки, чтобы забрать маленькую Липу. Максим с досадой махнул рукой: "Раньше надо было забирать. Раньше! Слышишь? А теперь поздно, теперь это всего лишь образ. Слышишь?"

Лика дернулась и проснулась. Гулко стучало сердце, на лбу выступили крупные капли пота. Она села и оглянулась вокруг: все было спокойно и безмятежно, никаких звуков, которые могли бы вызвать кошмарные сновидения, не было слышно. Она приложила руки к лицу и осторожно растерла щеки. Солнце поменяло положение и стало заглядывать под навес. Нет, спать на пляже - это никуда не годится, - сказала она сама себе и пошла к морю.

Прохлада водной стихии вернула Лике чувство равновесия. "Откуда только у меня эта привычка углубляться в психологию людей и событий? - с раздражением подумала она. - Что может меня так волновать в этой истории с писателем? Твое дело поохать и поахать - вот и все, и занимайся дальше своими проблемами", - сделала Лика себе внушение. Именно так реагируют некоторые люди на всякого рода несчастья и катастрофы, произошедшие не с ними. Лика всегда удивлялась такой способности у других не впускать эмоции глубоко в душу. У таких людей все происходило на уровне царапин: ой, как больно! Не проходит и часа - все позабыто, все само как-то зажило. Заговори с ними потом о случившемся - самое большее, на что они способны, это протянуть многозначительное да-а-а... Если разобраться, то и винить их не за что, а уж с точки зрения современной психологии - это идеально, это реакция здорового человека, которому и так нелегко приходится в нынешней жизни. Инстинкт самосохранения...

Лика тяжело вздохнула и с сарказмом подумала, что с таким инстинктом недалеко и до самоуничтожения... Ах, Анжелика Юрьевна, вы опять туда же! - она ткнула себя пальцем в бок по поручению невидимого воспитателя и усмехнулась.

Уже по дороге в отель она дала себе слово, себе и... Максиму. "Максим, дорогой мой малознакомый друг, я непременно что-нибудь разузнаю, что же случилось на самом деле с тобой в тот злополучный вечер, - так мысленно она разговаривала с писателем. - Я не обещаю, правда, но очень постараюсь. Поверь, что ты для меня никак не можешь быть схематичным образом! Хотя бы потому, что все произошло на моем балконе... Глупо сказала, да?" Мысль про балкон не давала Лике покоя все это время.

Так, в размышлениях, она не заметила, как дошла до своей комнаты. Попасть в комнату ей, однако, не удалось. Ключ не хотел поворачиваться, он даже толком не входил в замочную скважину.

- Что за черт! - ругнулась она и в очередной раз попробовала подвигать ключом. Безрезультатно. - Спокойно, без паники, - сказала она вслух и спустилась вниз к дежурной.

- Замок не открывается? - удивилась загорелая красавица за стойкой. - Сейчас все уладим, не переживайте, - девушка снисходительно, как показалось Лике, улыбнулась.

- Сергей, - сказала девушка в телефонную трубку, - у нас здесь проблема. Не открывается двести второй... Да-да, именно тот, что по соседству с бывшей комнатой Корецкого... Хорошо, я попробую. - Анжелика Юрьевна, дайте мне свой ключ. Я поднимусь и попробую открыть. Наш работник, - она кивнула в сторону телефонного аппарата, - утверждает, что замок в вашем номере совсем новый. А вы можете пока здесь посидеть, вдруг и у меня не получится? - она беззаботно пожала плечами, словно вся эта история с дверью - сущий пустяк. - Тогда уж Сергея вызову, он у нас на все руки мастер.

- Нет-нет, - поспешила возразить ей Лика, - я поднимусь с вами.

Подойдя к двери номера, дежурная протянула руку. Лика положила ей в ладошку ключ и отвернулась в сторону, предоставив возможность вволю поковыряться в замке. Однако не прошло и трех секунд, как девушка бодрым голоском доложила:

- Ну вот, полный порядок...

Лика с удивлением уставилась на открытую дверь.

- А... как вам это удалось?

- Очень просто, - спокойно ответила труженица сферы обслуживания. - Бывает, жильцы неправильно вставляют ключ. Ну, не той стороной что ли. Бывает всякое, - она передала Лике ключ. - Вдруг еще такое случится - сразу говорите, Сергей поменяет вам замок, - деловито молвила красавица, направляясь в сторону лестницы.

- Спасибо... - растерянно себе под нос пробормотала Лика и повертела ключом перед глазами. Уже входя в комнату, она услышала голоса на лестнице.

- Все в порядке, напрасно спешил, - нежным голоском пропела дежурная.

Лика выглянула в коридор и увидела Сергея, которого она знала как садовода. Хотя, вспомнила она, Корецкий говорил, что здесь каждый занимается тем, что нужно в данный момент..

- Анжелика Юрьевна, что случилось?

- Здравствуйте, - улыбнулась Лика мужчине в цветастой рубахе. - Все в порядке, просто я как-то неловко вставила в замок ключ, вот он и не хотел поворачиваться. Потом пришла эта милая девушка и сделала все как надо. - Она легким движением руки указала на открытую дверь.

- Вы не будете против, если я все же взгляну на замок? - Сергей взялся за ручку двери и подвигал ее туда-сюда.

- Да, конечно, - Лика пожала плечами и отдала мужчине ключ.

Войдя в комнату, она на мгновение оцепенела - там все было перевернуто вверх дном. Все шкафы, сумки, пакеты были выпотрошены прямо на пол. Даже постельное белье, казалось, вывернуто наизнанку.

- Что это такое?.. - тихо прошептала она и попятилась к двери. - Сергей, - тоненько пропищала она, - зайдите сюда.

- Я здесь, - услышала она и обернулась. Сергей стоял у нее за спиной и хмуро смотрел на живописную картину.

- Что это такое? - повторила она, обращаясь к нему.

- Это безобразие, Анжелика Юрьевна, - отчеканил он армейским тоном. - И хочу вас заверить, что подобного безобразия у нас здесь еще никогда не было.

- А... а мне что теперь делать?

Сергей прошел в комнату, присел на краешек разбросанной постели.

- Я вас очень прошу, возьмите себя в руки и посмотрите, может что пропало?

Услышав знакомую фразу, Лика как дрессированная тут же пошла проверять наличие документов и денег. Выпотрошенная сумка валялась на полу, а рядом с ней кошелек и паспорт.

- Денег не взяли, - по-пионерски бодро отчиталась она, заглянув в кошелек. - Паспорт тоже на месте.

- А больше у вас ничего ценного не было? - с сочувствием глядя на горе-отдыхающую, спросил он. Лика в растерянности развела руками:

- Золота и бриллиантов у меня не было. Моя одежда... - тут у Лики невольно навернулись слезы на глаза: все ее немногочисленные туалеты бесцеремонно скомканы и брошены в одну кучу. - Я не думаю, что кому-то могли понадобиться мои юбки и майки. Эксклюзивного среди них ничего не было.

Сергей поднялся с кровати и подошел к Лике.

- У меня к вам две просьбы, - он взял ее за руку и насильно усадил в кресло. - Во-первых, никому об этом не рассказывайте.

- Понятно, - шмыгнула носом Лика, - пострадает имидж "Изумрудного". Можете не беспокоиться. Я уеду сегодня же. Мне просто некогда будет рассказывать, - с этими словами Лика вытащила мобильник, чтобы посмотреть время. Сергей истолковал это по- своему и прикрыл ладонью ее телефон.

- А во-вторых, - добавил он потухшим голосом, - не уезжайте, я вас очень прошу.

Лика от возмущения не находила слов и лишь пыталась жестом дать понять, что это невозможно!

- Да как вы можете...давать такие советы, - она потрясла рукой, пытаясь что-то еще добавить, но вместо этого громко всхлипнула и закрыла лицо ладонями.

- Ну, хотя бы сегодня. Пожалуйста, - тихо, но крайне настойчиво повторил он.

Она молчала, хотя понимала, что уже сдалась. Быстро и без боя. "Я похожа на безропотную овцу, которую ведут на бойню", - подумала она в отчаянии. Вслух же Лика взмолилась:

- Но я просто не смогу здесь ночевать сегодня!

- Да вам и не придется ночевать в этой комнате. Я все устрою. Ваша новая комната будет намного лучше этой .

Чувствуя себя полной идиоткой, инстинктивно она все-таки попыталась сопротивляться.

- При чем здесь другая комната, Сергей? Разве это помешает кому-то сделать то же самое в новой комнате? - жалобно спросила она.

- Поймите, дело не в вас...

Сергей, подбирая слова, чтобы объяснить произошедшее, начал ходить по комнате и автоматически собирать разбросанные вещи. Лика в отупении молча наблюдала за ним.

- То, что случилось с Максимом, не простая случайность.

Эка удивил! - хмыкнула про себя Лика.

- Причина, по которой его убили, по-видимому, имела что-то материальное, что могло бы пролить свет на имя убийцы, - замысловато выразился Сергей, забрасывая в косметичку средства для макияжа. Лика состроила физиономию, как будто услышала фразу на китайском.

Застегнув замочек на маленькой сумочке, он протянул ее Лике. Та машинально взяла ее в руки.

- Вот это материальное, скорее всего, является главной причиной и, возможно, основной уликой, - подвел итог неутомимый работник, ловко расставляя по своим местам валяющиеся предметы.

- А у вас, похоже, имеется своя версия на этот счет. Может, вы знаете, что же это за материя такая? В таком случае надо срочно рассказать обо всем товарищу Валееву. Вам не кажется?

- Нет, не кажется. Пусть идет своим путем. Расскажи я такое властям, здесь весь персонал вмиг зачислят в подозреваемые. К тому же, это моя личная версия, и не стоит ее навязывать, кому бы то ни было. Понимаете?

- Весьма приблизительно, - Лика присоединилась к уборке комнаты. - В моей голове никак не укладывается, почему это "что-то" должно находиться в моей комнате?

- Максим упал с вашего балкона. А скорее всего, его сбросили. И если при нем не оказалось той вещи, а также ее не оказалось в его собственной комнате, вполне логично, что он мог оставить или спрятать ее у вас.

- Но почему у меня? Мы с ним едва знакомы.

Сергей поднял с пола одеяло и, держа его в руках, вновь присел на кровать.

- Я понимаю, что сумбурно излагаю ход своих мыслей, - устало произнес он.

А для просто работника, - вдруг подумалось Лике, - у тебя неплохо развита речь. Она усмехнулась:

- Да нет, излагаете вы все ясно и понятно. Кроме одного - откуда такое доверие у Корецкого ко мне?

- Здесь, я думаю, все просто - у него другого выбора не было. Ситуация развивалась слишком стремительно, и ваша комната была единственным местом, куда он мог попытаться это что-то спрятать. Человек вы новый, никак не связанный с интригами отеля.

Лика шумно вздохнула:

- Так здесь еще и интриги водятся. Влипла так влипла.

Сергей глянул на нее и рассмеялся:

- Вы говорите про интриги, как про привидения. Боитесь привидений?

- Кто его знает... Их я, по крайней мере, не видела, - девушка боязливо покосилась в сторону окна. - Наверное, боюсь. А что касается интриг, то просто ненавижу. Пожалуй, это хуже привидений.

- Я тоже, - согласился с ней работник.

- А вдруг Максим сам пытался спрятаться у меня?

Сергей задумался, как будто удивляясь, что ему в голову не приходила такая простая мысль.

- Вполне может быть. Вполне. Но, с другой стороны, раз кто-то что-то искал, то это "что-то" должно существовать. Не так ли?

- А вот и не обязательно... - Лика, прищурив глаза, указала пальцем на Сергея. - Могло быть так, что убийца рассуждал, как вы: раз Максим полез в мою комнату, значит только для того, чтобы что-то спрятать. А писатель всего лишь хотел спастись! Вот и все! Максим знал, что моя комната открывается изнутри простым поворотником.

Сергей и Лика, увлекшись разговором, в конце концов взялись за одно и то же платье, лежавшее на тумбочке.

- Отдайте, - дернула она вещь к себе.

- Возьмите... Ясно одно, - продолжил он рассуждать, - убийца не исключал возможности существования вещи, которая его изобличит.

- Улики.

- Ее самой.

- То есть, убить несчастного писателя для него - мало? Теперь необходимо еще уничтожить возможную улику. Интересно, что бы это могло быть... - Лика аккуратно сложила платье маленьким квадратиком и в задумчивости отправила его в тумбочку. Сергей, не говоря ни слова, изъял его оттуда и положил в стопку с другой одеждой.

- Знаете что, я, пожалуй, закончу уборку сама. А то как-то неловко получается... - Лика смущенно сгребла свое нижнее белье в кучку и затолкала его под подушку.

- Извините меня, я вижу, что увлекся. - Мужчина вытащил мобильник и уже набирая номер, сказал Лике: - я пойду, договорюсь насчет другой комнаты, а вы пока соберите вещи. Хорошо?

- Хорошо. А как вы думаете, он нашел то, что хотел? - спросила она с сиротским выражением лица. Сергей нажал отбой на телефоне. В его глазах читалась растерянность. Маленькая такая, едва заметная, но все же - неуверенность. Однако его голос прозвучал твердо, не допуская никакой двусмысленности:

- Я понимаю, что конкретно вы хотите спросить: не будет ли этот человек еще раз обыскивать ваши вещи, ведь так?

- Именно так. Вы же понимаете, что живой мишенью в здешних интригах мне совсем не хочется быть.

Сергей положил ладонь ей на плечо и, глядя прямо в глаза, чеканя каждое слово, произнес:

- Это исключено. Это полностью исключено, поверьте мне, Анжелика Юрьевна. Вы же сами видите, что комната небольшая, вещами не перегружена. Я хочу сказать, что найти здесь что-либо не составляет никакого труда. Скорее всего, этот человек убедился, что улики здесь нет. Вариант второй: он ее нашел и теперь ему незачем вас беспокоить еще раз. Согласны?

- Не совсем, - не успокаивалась девушка. - А вдруг он ее нашел и думает, что я тоже про нее знаю?

- Вы могли бы стать бесценным консультантом у Корецкого. Жаль, что вы толком не успели познакомиться, - Сергей скорчил комичную гримасу и почесал затылок. - Но я хочу вас разочаровать. Это совсем нелогично.

- Это еще почему? - возмутилась Лика.

- Да потому, что вам, человеку совершенно нейтральному в этой истории, абсолютно незачем скрывать найденные улики от правосудия. Ведь так? Любой здравомыслящий человек тут же побежит с этой штуковиной в органы.

- Возможно, вы правы. Мне сейчас не остается ничего другого, кроме как довериться вашей интуиции.

- Интуиция - это у женщин и животных. А у нас, мужиков, должна включаться логика.

Пока Лика думала, как опровергнуть его теорию, мужчина вышел из комнаты. Ей не оставалось ничего другого, как распихать по сумкам собранные вещи. Убрав в последнюю очередь принадлежности из ванной, она начала выносить свой скарб в коридор. И тут со стороны балкона раздалось знакомое мяуканье. Синопсис!

- Как же я про тебя забыла, сирота ты казанская, - запричитала Лика, открывая балконную дверь. "Сирота" восседал на перилах и недовольно постукивал хвостом.

- Что, хочешь высказать мне свое "фе"? - поинтересовалась она и осторожно протянула руку, чтобы погладить животное. Тот в ответ муркнул что-то невнятное, однако, сопротивляться не стал.

- Слушай, кот, а давай я тебя буду звать Сеня. Не возражаешь? Просто Сеня. А то ведь на Синопсисе мозоль на языке набьешь.

Кот внимательно смотрел на Лику и молчал.

- Ты подумай, конечно, но мне кажется, что мы народ простой - Лика, Сеня, Липа... Прикинь, какая дружная у нас компания будет? - Лика печально усмехнулась. - Ну что, пойдешь со мной в новую комнату?

Сеня зажмурился, вильнул хвостом и соскочил на пол.

- Если согласен, то пойдем, - она махнула рукой в сторону комнаты и сделала шаг к двери. Тут ее взгляд упал на шезлонг, на котором все еще лежало яркое махровое полотенце. Это ж надо, до сих пор не убрала, - сделала она себе замечание. - Хорошо, что ветром не унесло. Пришлось бы оправдываться.

Она взяла полотенце и собралась уже его встряхнуть от пыли, как руки опустились сами собой. Под полотенцем на шезлонге лежал маленький пластиковый пакетик, через который просвечивала странная штучка. Присмотревшись, она поняла, что это флешка. Лика смотрела на находку и не могла сдвинуться с места. Ноги будто приросли к полу. Наверное, про такое состояние в народе говорят - душа в пятки ушла. Вот и верь после этого журнальным статьям, где пишут, что якобы душа весит пару граммов или даже миллиграммов. Она, душа эта, жутко тяжелая! Провалилась в пятки - и ноги ни с места...

- Ой, Сеня... что теперь делать, а? - прошептала она. - Никак это та штуковина, про которую Сергей говорил.

В коридоре послышались шаги. Лика уже собралась поделиться новостью с Сергеем, как увидела, что он не один. Вместе с ним были горничная и сама хозяйка, Альбина Афанасьевна. Устраивать аттракцион для всей этой компании она не захотела и быстро опустила находку в карман.

- Ну что, вещи можно переносить? - спросил Сергей. Горничная, не произнеся ни звука, тут же начала уборку номера. Лика кивнула головой. В горле у нее пересохло, она подошла к холодильнику и, вытащив оттуда бутылку с водой, начала жадно пить.

Хозяйка подошла вплотную к Лике и озабоченно произнесла:

- Анжелика, на вас лица нет.

- На мне скоро уже ничего не будет, кроме сплошного ужаса, - поставив бутылку на стол, ответила Лика и тыльной стороной ладони вытерла губы.

Альбина Афанасьевна покосилась в сторону горничной, которая усердно изображала трудолюбие.

- А Сергей меня заверил, что с вами все в порядке, - пробормотала она, скорее, самой себе, нежели Лике, не зная, очевидно, что уместней будет сказать в этой ситуации.

Вода ледяным холодом пролилась в желудок. Лике казалось, что карман привлекает внимание, что он неестественно оттопыривается, хотя, понятно, такого быть не могло, и несмотря на это, она старалась стоять к хозяйке противоположным боком.

- Да, была в порядке, пока здесь был ваш работник, а как осталась одна... - Лика от безнадежности махнула рукой.

- Ничего, ничего, - по-матерински погладив ее по плечу, утешала хозяйка. - Все будет в порядке, я вам обещаю. Нет, не так, - мотнула она головой, - я гарантирую, что больше ни одна неприятность не коснется вас. Верите мне?

Лика плохо вникала в суть того, что сейчас обещала ей эта женщина. Какие гарантии? Это о чем вообще? Она чувствовала, что мышцы лица ей не подчиняются, но все же постаралась изобразить улыбку.

- Конечно, Альбина Афанасьевна, я верю вам.

- Ну что ж, в таком случае пойдемте, я покажу вам вашу новую комнату. - Она, не оборачиваясь, вышла из номера.

- Сеня, ты где? - Лика окинула взглядом балкон и комнату, но кота нигде не было.

Поднявшись за хозяйкой на третий этаж, Лика очутилась в небольшом по размеру коридоре. Дверей, ведущих в комнаты, здесь было всего лишь три. У одной из дверей Сергей возился с замком.

- Вставляю совершенно новую сердцевину, и все ключи, кроме одного, будут у вас, - пояснил он Лике. - Уборку будут делать только в вашем присутствии, если пожелаете.

- А у кого будет еще один ключ? - сверля его тяжелым взглядом, поинтересовалась девушка.

- Один будет у меня. На всякий случай один ключ должен где-то быть. Если, конечно, вы мне доверяете.

Она согласно кивнула и прошла мимо посторонившегося Сергея в комнату. Хозяйка, расхаживавшая по номеру, обернулась и, разведя руками, произнесла:

- Я думаю, вам здесь будет удобнее, Анжелика Юрьевна, - она еще раз обвела глазами комнату и повторила: - Несомненно, лучше, чем в двести втором. Здесь, обратите внимание, балкон изолирован, - многозначительно подняв брови, добавила она.

- Что ж, я, пожалуй, пойду, - Альбина Афанасьевна посмотрела на Лику, которая в замешательстве стояла у входа. Истолковав это по-своему, она добавила: - Сейчас пришлю горничную, она поможет разложить вам вещи.

- Ой, - пискнула от неожиданности Лика, - не надо! Я так... я люблю сама это делать...

- Как скажете. Если что-то не так - звоните мне. Договорились?

- Надеюсь, что не придется вас беспокоить, - улыбнулась Лика.

- Уверена, что так и будет, - подтвердила женщина-луна, полыхнув морскими безднами глаз.

Глава 4

Оставшись одна, Лика первым делом вышла на балкон. Это была глубокая лоджия, отделанная светлым деревом. Перегнувшись через перила, она убедилась, что действительно никакой другой балкон к этому не примыкал. Из мебели здесь стоял небольшой пластиковый стол и пара шезлонгов. В углу в большой кадке росла красивая пальма.

Комната кардинально отличалась от предыдущей: намного больше по площади, она к тому же обставлена была в готическом стиле. Неприличного размера кровать из темного дерева прикрывал сверху балдахин, забранный вверху золотистой тафтой с неровными свисающими краями. Роскошный туалетный столик с красивой резьбой и несколько тяжеловатой инкрустацией под бронзу венчало огромное зеркало, искусственно состаренное. Большой телевизор висел на стене напротив кровати.

При всем этом Лика не обрадовалась подобной роскоши. Этот номер, явно из разряда "vip", ее пугал. Точнее, конечно, не сам номер, а то повышенное внимание, которым ее окружили в этом отеле. Не проще ли было извиниться, а заодно сообщить обо всем тому, кто ведет это расследование? Хотя она может это сделать сама, вполне... Лика достала из кармана флешку и покрутила ее в руках. Что там? Она не взяла с собой ноутбук, сознательно не взяла, а теперь ой как пригодился бы, - укоряла она себя. Голова просто раскалывалась от мыслей. Как бы то ни было, решила Лика, но штуковину эту надо срочно спрятать. Где?

Она в задумчивости начала бродить по комнате. Никогда еще ничего подобного ей делать не приходилось. Естественно, она читала, что холодильник и банки с крупами для подобных целей не годятся. Еще не стоит ничего прятать в смывном бачке... Ох, бедная головушка! И откуда, из какого места сыплются на нее все эти неприятности?

Лика села перед зеркалом и посмотрела на свое отражение. Как ни странно, оно ее не огорчило. То ли зеркало призвано было врать богатым отдыхающим, то ли она и вправду немного посвежела и загорела за эти пару дней? Лика удивленно подняла брови, как бы спрашивая об этом у зеркала. Кто знает, может когда-нибудь судьбе будет угодно обратить на нее свой благосклонный взор, и смотреться в такие зеркала она будет каждый день. Она повернула голову, приподняла волосы. А что, профиль достаточно приличный, откровенной простотой не разит. Эта мысль ее рассмешила.

Звонок мобильника тотчас вернул ее к реальности.

- Гриша? Что-то случилось?

- У меня нет. А что там у тебя?

- Гриша, ты такой странный... Мы же договаривались, что звонить ты будешь только завтра.

- Вот как раз насчет того, что звонок будет именно от меня, я что-то не припоминаю.

- А если от меня, то тем более. Признавайся, чего решил вдруг позвонить? - Лика поднялась с пуфика и перешла на кровать. Присела, затем с блаженством растянулась поперек ложа.

- Даже не знаю. Честно говоря, все время думал над тем, что ты мне рассказала.

- Ну и...

- Что?

- Гриш, в самом деле, ты можешь откровенно сказать, что тебя все-таки насторожило в моем рассказе?

- Успокойся. Ничего не насторожило. Однако, согласись, история не из развлекательных. Вот и хотел узнать, что нового там у вас, может, прояснилось что.

Лика задумалась, соображая, что будет лучше - промолчать или рассказать.

- Судя по твоему молчанию, что-то все-таки произошло. Ну? - в голосе Гриши появились металлические нотки.

- Ладно, ладно... успокойся, сейчас все расскажу...

Голос друга после ее исповеди и вовсе стал грозным.

- Я тебе вот что скажу... Ты слышишь меня?

- Да слышу я, конечно слышу.

- Так вот, у меня, к сожалению, срочная командировка за границу. Отказаться нет никакой возможности. Но это ненадолго. Самое главное, о чем я хотел тебя попросить, это никому не доверять.

- В каком смысле, Гриша?

- Во всех существующих смыслах. Контролируй каждое слово, каждый свой жест. Ни с кем не откровенничай. Убийца там, рядом.

От таких слов Лика сразу поднялась. В груди сдавило, а в висках застучало.

- Гриша, зачем ты меня пугаешь? Что значит - рядом?

- Лика, ну не в буквальном же смысле! Я имею в виду, что он где-то на территории "Изумрудного". То ли отдыхающий, то ли из персонала. Я не знаю... но он там. Возможно, что общался с тобой. Такое тоже вполне может быть. Ты только не паникуй.

- Ни фига себе, не паникуй. Успокоил на ночь, спасибо, друг. И что значит это твое - "контролируй себя"? Легко сказать, контролируй... Да я ведь ровным счетом ничего не знаю!

- Ну не скажи! Так уж и ничего? А твоя находка? Уже позабыла, как ты ее хотела отдать. Кому там, Сергею какому-то?

- Но я же не отдала.

- Чистая случайность. Нет, не зря меня тянуло позвонить, не зря, - из трубки только пламя не летело. Лика вытянулась в струнку, как рядовой перед генералом.

- Так что мне делать? Отдать Валееву?

- Лика, повторяю в последний раз: ни-ко-му! Пойди и зарой ее в землю к чертовой матери! - окончательно вышел из себя верный друг.

- Ты что, серьезно? - она чувствовала себя сбитой с толку.

- Серьезно. Спрячь куда угодно, лишь бы подальше от себя.

- Ясно. А сама буду сидеть в комнате, не высуну и носа.

- И откуда ты свалилась на мою голову такая бестолковая? - застонал Григорий.

- Почему это я бестолковая, Гриша? - Лика едва не заплакала.

- Ладно... ты извини меня. Просто я очень переживаю, - выдохнул он и замолчал.

В последней его фразе было что-то такое, отчего к щекам Лики прилила краска. Она подошла к окну и тихо ответила:

- Гриша, ты тоже меня извини. Я все поняла: буду вести себя как можно естественней, общаться с людьми, а своими находками и мыслями буду делиться только с тобой. Правильно?

- Уф-ф! Наконец-то. Умничка моя. Я рад, что ошибся и сделал неправильные выводы на твой счет. И самое главное, еще раз повторяю - не верь никому!

- Не беспокойся. Я обещаю, что все будет в порядке.

- И я могу ехать со спокойным сердцем в командировку?

- Именно так, Гриша.

Лика помнила, что собиралась вечером пойти с Верой Игоревной купаться в море, но сейчас эта мысль не вызвала у нее ни малейшего энтузиазма. Чего ей точно хотелось - это выспаться, банально завалиться в постель и проспать пару суток. Она покосилась в сторону королевского ложа: ну и вкусы у людей! Хотя, дело здесь, скорее, в амбициях. Неужели в представлении сильных мира сего именно так должна выглядеть постель, на которой можно по-настоящему отдохнуть? Лично для себя Лика никогда бы не выбрала подобное чудовище, больше похожее на усыпальницу. Глядя на подобную мебель, невольно возникали ассоциации с интригами, дворцовыми заговорами и ядами. Хотя... как знать. Условия жизни и достаток накладывают на людей особый отпечаток, и они очень быстро забывают, какими были еще вчера.

Выйдя из ванной, она присела перед зеркалом, взяла на кончики пальцев крем и приготовилась нанести на лицо. В этот момент со стороны двери послышались непонятные звуки. Первое, о чем она подумала - флешка! Она же так и не нашла ей укромного места. Засунув ее в карман халата, Лика на цыпочках подошла к двери, которая была оснащена глазком. Все для них, любимых! - язвительно подумала она.

Глянув через оптику в коридор, она с облегчением вздохнула, увидев там своего невольного "сожителя" - Синопсиса Корецкого. Мысленно Лика величала его именно так, с именем и фамилией.

- Привет, гулящий, - с деланным возмущением сказала она коту. - Куда сбежал от меня? Ну, проходи, бродяга, - милостиво позволила она ему войти, хотя кот уже давно проскочил в комнату, не дожидаясь, когда она закончит свой воспитательный нудеж.

Лика закрыла дверь и прошла в комнату.

- Кто бы сомневался! - всплеснула она руками, глядя на кота, лениво развалившегося на кровати. - А ты, Сеня, оказывается, нахал редкий, - с удовольствием ругала она животное. - Ладно, так уж и быть, спи здесь. Места на этом лежбище хватит целому зверинцу.

Хотелось спать, но спать спокойно, не прислушиваясь к любому шороху. Дверь в комнату крепкая, замок новый, ключи... ключи как раз не являлись гарантией. Можно было забрать их все, не оставляя Сергею, но что-то ей подсказывало - это не выход. Никому не верь... Помню, Гриша, помню, но как ты себе это представляешь? Окрыситься на всех? Зачем тогда вообще здесь находиться... Взять и тайком уехать домой, просто так, ничего не выяснив? Это не выход. Это вызовет еще больше всевозможных домыслов и подозрений в ее адрес. И, главное, никакой гарантии, что этот господин "икс" в любой момент не сможет добраться до нее. И почему - "господин"? Это вполне может быть "госпожа".

Рассуждая, она машинально отыскивала, чем бы ей укрепить дверь. Ее взгляд остановился на большой тумбе для обуви, стоявшей рядом с дверью. Это то, что мне надо, решила она и небольшим усилием придвинула ее к двери. Если не поможет, то хотя бы предупредит. Затем она сбросила халат, потушила свет и, едва коснувшись подушки, тотчас провалилась в сон.

Вместе с утром пришло чувство легкости и душевного покоя, несмотря на то, что кругом была все та же мрачная роскошь, да и воспоминания о неприятностях никуда не исчезли. Синопсису, видеть, пришлась по душе роскошная кровать, он все еще спал, нисколько не тревожась, что Лика встала с постели. Она подумала о флешке и нахмурилась. Это было единственное, что омрачало утро. Куда ее спрятать... или взять и просто выбросить в море? Она знала, что никогда так не поступит. Это просто злость и растерянность, а если покопаться глубже, то выплывет ее величество Совесть и начнет изводить своими уговорами: "ты же добрая и порядочная девушка, неужели жизнь другого человека для тебя всего лишь незначительный эпизод, промелькнувший где-то рядом?" Итак, что можно придумать в данной ситуации? Не носить же ее в кармане, в самом деле. Посмотрев вокруг, она поняла, что ничего подходящего для тайника в комнате нет. А почему бы мне, - осенило ее вдруг, - не сделать то же самое, что сделал Корецкий? Лика достала из шкафа тяжелую махровую простыню и, выйдя на балкон, бросила ее на шезлонг, а под низ положила находку. Для надежности сверху разбросала увесистые глянцевые журналы. Идея, конечно, не фонтан, но на первое время сойдет. Потом, глядишь, придет в голову толковая мысль на этот счет.

В столовую Лика пришла, когда в ней уже почти никого не было. Вчера она не ужинала, поэтому сейчас с удовольствием взяла аппетитную яичницу с беконом, кофе, тосты, абрикосовый джем и стакан апельсинового сока. Такой чисто английский завтрак, подумала она и тут же засомневалась - или американский? Но все равно очень вкусно. Официантка скользила между столов, бесшумно убирая посуду.

- Доброе утро, Анжелика Юрьевна, - внезапно услышала она незнакомый голос и подняла глаза. Перед ней стоял молодой человек в бирюзовой, какой-то очень стильной рубашке на замке. Бездонные темные глаза показались ей очень знакомыми.

- Здравствуйте, - кивнула Лика, дожевывая очередной кусок бекона. - А вы, очевидно, Виктор? - спросила она, поняв вдруг, откуда ей так знакомы эти глаза.

- Как вы догадались? - удивился он и опустился на свободный стул на почтительном расстоянии от Лики. - Позволите?

- Конечно.

Лика еще мгновение рассматривала мужчину, затем, улыбнувшись в ответ, сказала:

- Ну, это совсем не трудно было. Вы удивительно похожи на свою маму, Альбину Афанасьевну.

Виктор слегка как будто смутился, отвел глаза в сторону.

- Правда? Впервые слышу это от вас. Обычно говорят, что я весь в отца.

Может и в отца, - подумала Лика, - только твои космические глаза меня не обманут. Просто какие-то черные дыры, того и гляди затянут...

- Мама просила узнать, как вы провели ночь, все ли в порядке? - спросил молодой человек. - Мы очень переживаем, что ваш отдых у нас начался с неприятностей.

Ха-ха! Это у них называется "неприятности", - ядовито заметила про себя Лика.

- Передайте маме, что все в порядке, - нарочито ласково произнесла она. - Вы окружили мою скромную персону такой заботой, что, поверьте, мне даже неловко. Этот номер, сразу видно, очень дорогой, а из-за меня вы потеряли, наверное, состоятельного клиента.

Виктор неожиданно расхохотался смехом взрослого мужчины, а глаза заискрились жизнерадостностью.

Лика тихо опустила вилку на тарелку и серьезно посмотрела на него в упор:

- Я сказала глупость?

Смех тут же оборвался.

- Нет, Анжелика Юрьевна, это я дурак. Извините. Просто вдруг понял, что не все так плохо, как мы с матерью думали. Она, бедная, вчера весь вечер лекарства пила из-за того, что вам пришлось здесь у нас пережить. А тут вы меня огорошили тем, что думаете о каких-то наших убытках. Вот, можно сказать, от нечаянной радости и рассмеялся. Значит, все в порядке?

- Даже не сомневайтесь, Виктор, - заверила его Лика. - И Альбину Афанасьевну успокойте.

- Спасибо. Большое спасибо за понимание. Не буду больше вам мешать, - молодой хозяин поднялся и, кивнув на прощание, направился в сторону кухни.

Не слишком ли я расшаркивалась перед ним? - подумала она. - Не лучше ли было бы сделать недовольную физиономию? Лика доедала свой завтрак уже без былого энтузиазма. В конце концов, решила она, самое естественное всегда то, что первым приходит на ум. Вряд ли подготовленная речь будет более убедительной. В самом деле, пусть они считают, что я обычная провинциальная дурочка, завидующая состоятельным людям.

После завтрака она решила, что пора бы ознакомиться с окружающей отель местностью. За воротами была остановка такси, она запомнила это, когда ее привезла ночью машина с вокзала. В этот раз она решила вначале пройтись пешком. Лика любила пешие прогулки, во время которых так хорошо думалось. А затем, если понадобится, можно поймать машину или просто вернуться назад.

Облачившись в легкий комплект шорты-майка и плетеные туфли на низком каблуке, Лика покинула территорию "Изумрудного". Дорожка для пешеходов была удобная: ровная, в тени акаций, а вечером, судя по многочисленным фонарям, достаточно освещенная. Она шла, дыша полной грудью, и чувствовала, как к ней возвращается уже забытое чувство свободы. Приехав сюда, Лика была буквально закована в цепи своих переживаний, затем вдобавок непомерным грузом легли на душу все эти события с писателем, а здесь, за пределами злосчастного отеля, все как-то поблекло, и чем дальше она удалялась от ворот "Изумрудного", тем нереальнее казалось все, что там произошло. Как будто вышла из кинотеатра после просмотра жуткого фильма. А может, действительно, бросить все к черту и уехать домой?..

Дорога постепенно поднималась вверх, внизу открылся великолепный вид на море и утопающие в зелени красные крыши домов. Насыщенные краски природы делали эту картину очень праздничной и жизнерадостной. "Нет, - возразила она самой себе, - взять и уехать от всей этой красоты - выше моих сил". Лика представила свою душную и пыльную городскую квартиру, пропитанную насквозь ее глупыми страданиями, и невольно ускорила шаг, словно убегая от прошлого. "Нет уж, дудки вам всем!" - сказала она в голос, обернувшись на всякий случай назад. Кому именно предназначались эти самые дудки, Лика и сама не знала. А еще она не могла ответить сейчас на главный для нее вопрос: тот, кто искал флешку - он ей враг? или так, случайное недоразумение? И как будет выглядеть ее внезапный отъезд, к примеру... Нет, однозначно, отъезд ее пугает еще больше. Лучше выяснить все на месте, чтобы дорога домой была, образно выражаясь, расчищена от всяких неожиданностей.

Она вдруг пожалела, что не встретилась вчера с Верой Игоревной, потому что та была единственным человеком, который мог бы помочь ей влиться в сообщество отдыхающих. Нет смысла изолировать себя от всех, так никогда и ничего не узнаешь. И сколько ни выхаживай здесь в гордом одиночестве - ближе к истине не окажешься. Срочно, сегодня же, решила она, надо заняться контактами

Спустя некоторое время, Лика обратила внимание на то странное обстоятельство, что ни одна машина не прошла по дороге. Людей, кстати, тоже не было видно. Возвратиться назад? Лике стало немного не по себе. Нет, все-таки надо было расспросить знающих людей, куда ведет эта дорога. Полезли в голову всякие тревожные мысли. Одна в незнакомом месте, без документов... При чем здесь документы, Лика не могла себе объяснить, но была почти детская уверенность, что с ними было бы непременно лучше, надежней. А вдруг эта дорога ведет к той самой Калиновой балке, про которую вела речь хозяйка? Почему там оказался муж Альбины Афанасьевны? По телу пробежали мурашки. Нет, она никогда не была трусихой, но эта звенящая тишина начинала действовать на нервы.

Она остановилась, не зная, что делать. Повернуть назад - далековато. Лика бросила взгляд вниз, в сторону моря. Может, спуститься к этим домам, что виднелись там, и пройти к "Изумрудному" вдоль берега? Должна же быть там дорога или, в крайнем случае, захудалая тропинка?

Пролезая через густые заросли акации, Лика поцарапала себе плечо. И, как потом оказалось, идти сюда не имело смысла, потому что спуститься вниз было просто нереально: склон был слишком крутой и упирался внизу в непролазный кустарник. Продираться через него глупо и к тому же небезопасно.

Лика растерялась. Как-то враз навалилась усталость. "Дуреха! Ничего удивительного, что тебя сопровождают по жизни всякие неприятности, - кляла она себя. - Разве умный человек после всех этих жутких событий стал бы в одиночку расхаживать по незнакомым и совершенно пустынным местам? Можно не отвечать - ясно всем! Всем, но только не таким идиоткам, как я", - бичевала себя Лика. Плечо неприятно саднило, ноги, уставшие от длительного подъема вверх, гудели. Да еще и солнце начинало нещадно припекать, и даже в тени было очень душно.

Она присела на пожухлую траву, опустив голову на колени, представила, что сказал бы ей сейчас Гриша... В конце концов, придет время, когда ему просто-напросто осточертеет возиться с ней и ее неприятностями. А ведь Грише уже тридцать пять... И к чему она это вдруг вспомнила? К чему, к чему... а к тому, что он в любой момент возьмет и заведет себе семью. Это ж как так? Странно... Лика нахмурила брови: и почему такая простая мысль ее до сих пор не посещала? Интересно, у него есть кто-нибудь? Пару лет назад он встречался с этой, как ее... Нет, уже не вспомнить. "Эх ты, эгоистка, - разозлилась она на себя. - Размазываешь слюни на плече друга, а чем он живет, что его волнует - тебе и невдомек".

Посидев еще некоторое время в окружении невеселых мыслей, Лика окончательно расстроилась. Тяжелым взглядом исподлобья она обозревала раскинувшуюся перед ней панораму, однако былого восхищения она уже не вызывала. Лика прикрыла глаза, и в ту же секунду справа от нее раздалось тихое шуршание. Громко вскрикнув, девушка вскочила на ноги и, глянув вниз, похолодела - небольшая змея быстро уползала с того места, где она сидела.

Проклиная все на свете, Лика направилась в сторону зарослей акации, которые отделяли дорожку от склона. И только тут к великому своему удивлению, увидела, что сидела и горевала она совсем рядом с асфальтированной широкой дорогой, спускающейся вниз к морю. Не рискнув больше продираться через кусты, Лика быстрым шагом пошла по траве вдоль склона в сторону дороги.

Едва ступив на асфальт, она услышала сзади резкий звук автомобильного сигнала и в испуге шарахнулась назад на обочину, едва не упав, провалившись ногой в ямку. Мимо пронеслась большая красивая машина и почти сразу же резко затормозила. Лика отвернулась, увидев, что водитель выходит из машины. Ее душили слезы и обида на весь мир, несправедливый и жестокий. Сделав над собой усилие, она все же сумела выровнять дыхание и расслабить мышцы лица.

- С вами все в порядке? - услышала она голос за спиной и обернулась.

В серых внимательных глазах мужчины сквозило нетерпение. Слава богу! Если бы он начал ей сочувствовать, то она не сдержалась бы и точно разревелась.

- Все в порядке. А что вас, собственно, смущает? - Лика сразу узнала его по характерной интонации. Это был тот самый мрачный тип с длинными волосами, который поймал ее косынку на пляже в день гибели Корецкого. - Извините, конечно, что не глядя вышла на дорогу, - добавила она тоном, красноречиво говорящим, что инцидент исчерпан.

- Погодите, - мужчина цепко ухватил ее за руку, когда она уже собралась продолжить свой путь. - А это что? - указал он на ранку на плече.

Лика решительно высвободила руку и небрежно пояснила:

- А, это... это к вам никакого отношения не имеет.

- Имеет или не имеет, но отпустить я вас так просто не могу. К тому же, мой дом рядом, - он вновь решительно взял ее за запястье и повел в сторону своей машины.

- Что это вы себе позволяете? - громко возмутилась Лика, послушно топая за своим похитителем.

- Ничего особенного, проявляю элементарную соседскую вежливость.

- Какую вежливость?

- Соседскую, - повторил он, не оборачиваясь. - От "Изумрудного" вы ушли далековато, а рану надо обработать.

- Ну, так отвезите меня. По-соседски. Это займет у вас пару минут, - решила она проявить некоторую наглость.

Мужчина распахнул заднюю дверцу машины и бесцеремонно запихнул туда Лику.

- Некогда. Мне срочно надо проверить электронную почту, - с этими словами он захлопнул дверцу, сел за руль и с бешеной скоростью понесся вниз к морю.

- А вы не боитесь кого-нибудь задавить, если будете ездить так быстро? - спросила она, вжавшись от страха в сиденье.

- Не боюсь. Здесь никто никогда не ходит.

- А я?

- А вы больше такой глупости не сделаете.

- Похоже, мне крупно сегодня повезло...

- Однозначно, - безразлично ответил мужчина и небрежным жестом откинул с плеч свои длинные волосы.

Вскоре машина въехала в ворота дома, скрытого за высоким забором, увитым сочной зеленью.

- Проходите, пожалуйста, Анжелика Юрьевна, - он галантно пропустил ее в дверь.

- Откуда вы знаете, как меня зовут? - больше возмутилась, нежели удивилась, Лика. Она сделала пару шагов по белому мраморному полу и остановилась.

- У вас короткая память, - мужчина закинул ключи в карман и прошел вглубь коридора, оставив стоять у порога свою гостью. - Мы же с вами на пляже познакомились, неужто позабыли? - его голос раздавался откуда-то из недр дома.

Лика, не двигаясь, стояла все на том же месте. "Куда меня занесло? - с ужасом подумала она. - И не знакомились мы вовсе на пляже... Гриша, я опять сделала какую-то глупость", - мысленно покаялась она другу и с тоской глянула на входную дверь.

- Меня зовут Борис.

Она вздрогнула и обернулась. Он стоял перед ней с флаконом какой-то жидкости и куском ваты в руках.

- Борис Ванкович, если вам будет угодно. Мне кажется, что на кухне это удобней будет делать, - он повертел средством для врачевания и улыбнулся.

То, что называлось кухней, больше походило на картинку из журнала интерьеров. Глянцевые фасады мебели в черно-белых тонах, умопомрачительная по новизне кухонная техника, белые диваны, стеклянные столы и столики, уставленные живыми цветами в вазах.

- Присядьте, пожалуйста, я обработаю перекисью вашу рану и смажу ее мазью. Заживет быстро, будьте уверены.

Лика слегка отстранилась и смущенно произнесла:

- Я вполне могу это сделать сама...

Борис привычным властным жестом усадил ее на диван и принялся аккуратно промокать влажной ватой царапину, которая успела немного воспалиться.

- А что, по-вашему, должен делать я? - сосредоточенно разглядывая рану, спросил он.

- А вы бегите к своей электронной почте. Вдруг что-то важное? - предложила ему Лика.

- Успею, - тихо ответил он и, взяв со стола тюбик с мазью, название которой Лика не успела прочитать, выдавил небольшое количество на палец.

Она сидела, не смея пошевелиться. Борис легким и быстрым движением, не причиняя боли, смазал ранку, поверх прилепил пластырь и, довольный собой, улыбнулся:

- Ну вот, теперь я спокоен.

- Насчет чего?

- Насчет вашего здоровья, мадемуазель.

- Откуда такой вывод? Может, я мадам, - мрачно спросила Лика.

- Может, может... Только художника не обманешь.

- Это кто здесь художник, вы что ли? - Лика сидела неподвижно и только глазами следила за передвижениями Бориса по кухне.

- А что, не похож? - Он запрокинул голову и громко расхохотался, демонстрируя полный рот здоровых белых зубов. Выглядело это немного по-звериному.

- А я уж подумала, что вы доктор, - разочарованно протянула Лика.

- Не стоит огорчаться, Анжелика. - Борис достал из холодильника бутылку шампанского и большое блюдо с клубникой. - Поверьте, что любую экстренную помощь я окажу не хуже доктора. У меня родители врачи, - пояснил он. Мама с папой долго сокрушались, что я не пошел по их стопам. В конце концов, им пришлось смириться, но они взяли с меня слово, что я освою хотя бы минимум медицинских знаний, которыми, как они считают, должен владеть каждый интеллигентный человек.

Насчет интеллигентности Лика бы поспорила сейчас. Вряд ли этому человеку свойственны чувства сострадания, сомнения, укоры совести, наконец. А без всего этого интеллигентности не бывает. Даже если твои родители в пятом поколении врачи или ученые. К сожалению, она не могла этого произнести вслух...

Он наполнил узкие бокалы шампанским, один протянул ей.

- За знакомство, - в серых глазах играли смешинки, но внешне он был серьезен. - Вы любите шампанское с клубникой?

- За знакомство, - Лика заставила себя улыбнуться и сделала глоток. - С клубникой не пробовала, но предполагаю, что вкусно, - с этими словами она взяла сочную ягоду и положила себе в рот.

- Очень вкусно, - заверил ее Борис. - Хотя, конечно, это чисто дамский вариант. Но я люблю. - Он поднялся. - Вы меня простите, если я оставлю вас на несколько минут? Я ненадолго.

Лика осталась одна. Легкий холодок от мази приятно щекотал плечо. Она откинулась на спинку дивана и прикрыла глаза. Странно, но почему-то этот уверенный в себе художник не вызывал у нее скованности, какую обычно она испытывала перед состоявшимися взрослыми мужчинами, знающими себе цену. Лика хмыкнула: Борис Ванкович явно брал через край, считая себя отмеченным божьим перстом. Хотя еще неизвестно, какой он там художник. Уж лучше бы он был врачом. Пациенты бы ему верили... Она вспомнила его ласковые прикосновения к царапине и вздохнула.

Сделав еще несколько глотков, Лика с бокалом в руке поднялась и подошла к большим стеклянным дверям, за которыми, во внутреннем дворике, искрился на солнце внушительный по размерам бассейн с бирюзовой водой. Легкий ветерок колыхал полотнища больших зонтов от солнца, лежаки выстроились в ряд, будто в ожидании разгоряченных тел.

В доме было прохладно, несмотря на то, что кондиционера не было слышно. То ли стены были толстые, то ли большая площадь дома позволяла сохранять ночную прохладу. Интересно, он один здесь живет? По обстановке в кухне трудно что-либо предположить: идеальная чистота и больше ничего. Никаких тебе любимых чашек или индивидуальных бокалов, все в комплектах, как в магазине. Даже мелких безделушек, которые создают неповторимое настроение любого жилища, нигде не было. Не скажешь, что это пристанище художника. Лика погладила пальцем прохладную поверхность бокала, сосредоточилась на своих ощущениях и загрустила. Затем ее взгляд остановился на гравюре, висевшей на небольшом выступе стены. Изображенный на ней мрачный замок в окружении зловещих, почти черных, сосен, никак не вписывался в праздничную атмосферу обстановки. Обычная дорогая безвкусица, какую часто можно увидеть в богатых домах.

- Хотите искупаться?

Художник-врач стоял в проеме арки, прислонившись плечом к стене и, похоже, давно наблюдал за ней.

- Вы спрашиваете или предлагаете? - Она посмотрела на него долгим взглядом, возможно, слишком долгим, чем нужно для взгляда без объяснений.

- И то, и другое, - ответил тот, не опуская глаз.

Лика не спеша подошла к столу и поставила свой бокал.

- У вас красивый дом, живописный двор с бассейном... действительно, хочется искупаться. Но...

- Но что же вас смущает? - тихо спросил он.

- Борис, откуда вы знаете, как меня зовут? Я хорошо помню нашу встречу на пляже, и так же прекрасно помню, что мы не знакомились.

- И это вас сейчас насторожило? - разочарованно протянул он. - Милейшая Анжелика Юрьевна, ну не агент же вы национальной безопасности, в самом деле? - неуклюже пошутил он.

- Не агент. И все же, что за интерес к моей персоне? Согласитесь, не очень приятно, когда у тебя за спиной составляют, возможно, целое досье?

Борис, шумно вздохнув, оторвался от стены, подошел к Лике и присел на диван. Привычно властным жестом усадил ее рядом.

- Лика... можно я вас так буду звать?

- Можно, конечно, - нетерпеливо ответила она.

- Тогда на пляже, Лика, когда мы встретились с вами, я бежал к отелю. Мне сообщили, что с Корецким случилось несчастье. Мы с Максимом дружили с того времени, когда он впервые приехал в "Изумрудный". Он часто у меня гостил, любил сидеть в мастерской. Мы любили говорить об искусстве, литературе, просто о жизни. А еще мы любили молчать. Я работал, Максим - наблюдал. Хотя, может, мне казалось, что наблюдал. Он делал какие-то записи в этот момент в свой блокнот. Наброски своих будущих романов. Возможно. Я не спрашивал. Излишнее любопытство проявлять не пристало ни мне, ни ему, - Борис закинул ногу на ногу и сцепил пальцы рук на колене. - А теперь, после всего, что случилось, у меня как будто часть души вытравили, лучшую его часть. Осталось лишь раздражение и злость. Не знаю, на кого. На себя больше всего.

Он поднялся с дивана и подошел к стеклянной двери, где только что стояла Лика.

- Меня все время не покидает чувство, что я тоже в этом виноват, что я чего-то там не уследил, не предотвратил. Вы понимаете меня? - Он обернулся к Лике.

- Понимаю.

- Тогда почему вы удивляетесь, что я знаю, как вас зовут? Да я землю рыл, пытаясь узнать, что же там могло произойти.

- Ну и как, нарыли чего? - сухо спросила она, сдерживая скептическую усмешку.

- Пока нет. Но вас это не должно волновать, - отчужденно произнес он.

- Ошибаетесь. Человек забирается ко мне на балкон, потом падает, то ли сам, то ли с чьей-то помощью, а мне, как вы изволили выразиться, все должно быть по барабану?

Борис поморщился:

- Я так не выражался, смею заметить.

Лика не стала отвечать. Она поднялась с дивана и тусклым голосом произнесла:

- Мне пора возвращаться, засиделась я у вас. Не подскажете, каким образом отсюда люди выбираются на большую землю?

- Ножками. - Борис был задет этим вопросом и такой резкой сменой ее настроения. С его лица сползло выражение гостеприимства.

- Вот так? - Лика улыбнулась и прошагала пальцами по спинке дивана.

- Именно так, - недовольный сам собою, ответил он.

- Ага. Понятно. Ну, тогда я пошла? - кивнула она в сторону коридора.

- Как знаете, - пожал он плечами.

Лика неуверенно прошагала к выходу. Подойдя к двери, она дернула за ручку. Дверь, конечно же, была закрыта. Он что, надумал ее запереть здесь? Ей вдруг стало страшно. Только зачем? Из-за этой флешки, будь она неладна? Только бы выбраться отсюда... А флешку она обязательно где-нибудь посмотрит. Что на ней может быть такого, чтобы рисковать жизнью?

- Вы решили посмеяться надо мной? - Лика стояла в проеме кухни и гневно смотрела на Бориса, мирно сидящего на диване с телефоном в руке. От возмущения у нее горели щеки.

- Ой, простите меня ради бога! Совсем забыл, что дверь закрыл на ключ, - нахально улыбаясь соврал Борис и начал ощупывать карманы в поисках ключей.

- Анжелика Юрьевна, согласитесь, что было бы не слишком вежливо отправлять вас отсюда так быстро? Что вы скажете потом знакомым? Была, мол, у Ванковича в гостях, смазала там свою ранку. Ну, в самом-то деле, как это выглядит?

Лике не смогла сдержать улыбки.

- Вот видите, даже вам смеяться хочется, - остался доволен своим ходом Борис.

Лика обогнула диван и, остановившись напротив мрачной гравюры, вопросительно глянула на хозяина:

- И чем же мы таким займемся, чтобы не стыдно было рассказать знакомым? - добродушно улыбаясь, спросила она.

- Да чем угодно! - обрадовался он. - Скоро приедет мой приятель. Привезет продукты. К тому же у Сони, должно быть, уже приготовлен обед. Она вот-вот придет и разогреет его.

- То есть вы предлагаете мне отобедать с вами и вашей Соней?

- Нет. Со мной и моим приятелем. А Соня, она не моя. У нее есть семья. Эта женщина просто работает у меня. Убирает, готовит...

- Ах, я совсем забыла, вы же богема! Естественно, такую безукоризненную чистоту можно поддерживать только за зарплату.

- Это плохо или хорошо? - спросил Борис с усмешкой, в которой сквозила некоторая снисходительность.

- Безукоризненный порядок? Хорошо, без сомнения, хорошо, - утвердительно кивнула она. - А я вот не могу такую чистоту поддерживать. Или не умею, - пожала она плечами. - В доме, если в нем кто-нибудь живет, мне кажется, все предметы должны быть живыми. Они перемещаются с места на место, не соблюдая особой геометрии. Даже пыль имеет право на существование. А здесь...

Художник с интересом смотрел на нее.

- А вы очень наблюдательны. И еще вы - философ.

- Я? - изумилась Лика. - Вы меня с кем-то путаете. Я образец невнимательности и бестолковости.

- Это кто такое вам сказал?

- Все. Моя мама, например.

- Мама... - махнул он рукой. - Мамы, они все такие. Втайне гордясь своим чадом, вслух обязательно будут критиковать. Чтобы не сглазить, наверное.

- И вас тоже?

- Конечно. Что я, рыжий что ли? - явно набиваясь на милость со стороны гостьи, радостно заверил он.

Из коридора раздалась нежная трель звонка.

- Похоже, Коротков приехал. Пойдемте, откроем ворота? - жестом пригласил он Лику с собой.

Серый "Гольф" резво пробежал по дорожке к дому и остановился у самых ног хозяина, открывшего ворота пультом.

За рулем сидел Сергей из "Изумрудного". Лика была удивлена: это было, по ее мнению, весьма странное приятельство.

- Добрый день, Анжелика Юрьевна, - Сергей Коротков, выйдя из машины, помахал ей рукой и широко улыбнулся.

Она молча стояла, прислонившись спиной к двери и не спешила отвечать. Затем, словно спохватившись, выпрямилась и негромко произнесла:

- Здравствуйте.

- Как я понял, представлять вас друг другу не надо, - не то спросил, не то подтвердил художник.

- Аня! Ты чего там застряла? - повернулся в сторону машины Сергей.

Из автомобиля нехотя вылезла девушка с огненными волосами, соседка Лики по столу. Поравнявшись с Ликой, Анна поздоровалась, довольно, впрочем, натянуто.

- Привет, - ответила та. - А где же Антип? - как-то само собой вырвалось у Лики, о чем она тут же пожалела. Не стоило лезть в чужой монастырь со своим уставом.

- Он решил поваляться на пляже, - пресно ответила Анна, явно недовольная вопросом. - А я, вы знаете, не большой любитель загара.

Сергей вытаскивал из машины коробки и перетаскивал их к дверям, которые находились с торцевой стороны дома. Анна, чтобы занять себя, начала с усердием что-то выискивать в сумке. Было видно, что присутствие Лики здесь для нее явилось неожиданностью.

Подошел Борис.

- Аня, помоги разобрать продукты. Соня что-то задерживается.

Девушка с готовностью направилась в дом, радуясь тому обстоятельству, что ситуация как-то разрядилась.

- Лика, пойдемте. Вот там, - указал он на дверь в торце, за которой только что скрылась Анна, - и находится собственно мое обиталище. Там и кухня имеется еще одна, рабочая, так сказать. - Как всегда, властным жестом взяв Лику за руку, Борис повел ее в дом.

- Там я встречаюсь с друзьями, ем, сплю, работаю. В общем, живу, - отчитывался он.

Пройдя по длинному, довольно темному коридору, Лика оказалась в огромной комнате. Это уже, вне всякого сомнения, было жилище творческого человека. Предметы характерные для мастерской художника соседствовали здесь с мебелью разных стилей и даже эпох. В одном углу стоял огромный диван, мягкий и уютный, очень современный, в другом - потемневший от времени небольшой круглый стол на изогнутых ножках и несколько чопорных стульев, обитых гобеленом, поблекшим от времени. Пустые рамы, холсты, наборы всевозможных инструментов, красок, кистей, закрытый холстиной барельеф на подставке, телевизор и компьютер - все свидетельствовало о разнообразии интересов хозяина, и в то же время, не характеризуя его как человека.

- Присаживайтесь, Лика. А я пойду к ребятам, посмотрю, как они там справляются без меня. - Борис быстрым шагом вышел из комнаты.

- Так, может, я тоже помогу вам? - Она попыталась пойти вслед, но художник отмахнулся.

- Вы - гостья. Отдыхайте.

Глава 5

Ей ничего не оставалось другого, кроме как вернуться в комнату. По натуре человек стеснительный, Лика с трудом вливалась в новую компанию. Если был выбор, она, как правило, отдавала предпочтение одиночеству. От этой нелюдимости ее пытался отучить Гриша, но пока безрезультатно. Что ей здесь делать? Они все знакомы друг с другом не первый день. У них общие знакомые, общие интересы и темы для разговора. Общее какое-то прошлое. Пусть даже совсем небольшое. Прошлое.... Это слово буквально резало ей слух, хотя Лика ничего не говорила, а всего лишь размышляла, прохаживаясь по комнате. Они знали Максима намного больше, чем она, а это имеет огромное значение... для чего? - спросила она себя. Но ответить не смогла.

Лика остановилась возле стеллажа. На пыльной полке среди кусков пластилина и каких-то небольших, специальных, по-видимому, ножичков лежала фотография. Она машинально взяла ее в руки. Мужчина с серьезными глазами, коротко стриженный, сидит за письменным столом. На губах играет едва заметная ироничная улыбка. Лика тоже невольно улыбнулась. Положила фотографию на место. Хотела приподнять материю, закрывавшую скульптуру, но в это время из коридора послышались шаги и голоса. Ванкович и его друзья возвращались. Лика поспешила сесть на диван.

- Простите, что заставил вас скучать, - еще за порогом зычно произнес Борис, как бы предупреждая о своем появлении.

- Я совсем не скучала, - улыбнулась Лика и поднялась навстречу Сергею, катившему перед собой столик на колесиках, загруженный всякой снедью. Борис и Анна вошли следом. - Не успела даже взглядом окинуть вашу комнату.

- Да, информации здесь много - согласно кивнул ей Сергей.

- Разве? - удивился Борис и с интересом осмотрелся, как будто сам видел все впервые.

"Много и - никакой, - подумалось Лике. - Пока еще, во всяком случае..."

- Прошу всех к столу, - жестом пригласил Борис и, взяв Лику под локоть, слегка направил ее в сторону дивана, к которому Сергей припарковал закуску. Анна уверенным шагом обогнала их.

- Мое место не занимать! - прочирикала она и забилась в угол уютного дивана, поджав под себя ноги.

Лика заметила, как Сергей с Борисом едва заметно переглянулись.

- Я бы не рискнула туда садиться, - успокоила ее Лика и присела на краешек по центру, слегка поодаль от стола.

Анна тотчас опустила ноги на пол.

- Это почему же? - насторожилась она.

- Ну, это как-то слишком по-свойски. Интимно, что ли, - брякнула Лика. - А я здесь человек новый.

Художник громко захохотал, Анна покрылась красными пятнами, и ее милое личико в обрамлении медной копны волос вмиг стало единым рыжим пятном на фоне молочно-белого дивана.

- Лика, вы просто очаровательны, - вкрадчивым голосом, приложив ладонь к губам, промолвил Борис в ее сторону.

- Что-то не так? - продолжая играть роль идиотки, спросила Лика. Ее вдруг охватило чувство непонятного раздражения, нестерпимо захотелось уйти отсюда.

- Знаете, Анжелика Юрьевна, вы очень поэтично выразились, - Борис смотрел на нее сверху вниз, склонив голову набок. - У меня возникла идея написать ваш портрет. Согласны позировать?

- Не знаю, что вам навеяло, но честно говоря, я даже фотографироваться не люблю, - она состроила гримасу мученицы. - А уж позировать... - Лика недвусмысленно глянула в сторону Анны.

- Зря, - вмешался в разговор Сергей, не дав возможности ей закончить свою мысль. - Зря отказываетесь, Анжелика Юрьевна. Такой шанс... - он многозначительно покачал головой, словно ей предложил быть натурщицей сам Никас Сафронов.

- Я надеюсь, что это не окончательный ваш ответ, - художник присел на диван рядом с Ликой.

- Налей мне коньяку, - потухшим голосом обратилась Анна к Сергею. Пятна с ее лица ушли, забрав с собой остатки живой краски. Сейчас девушка была необычайно бледной, отчего заметнее выступили веснушки. Лика чувствовала - назревает скандал, искорки которого уже вспыхивали в воздухе, но что-то подсказывало ей, что не стоит сглаживать углы, и, возможно, в этом кроется нечто такое, что позволит ей прояснить хотя бы общую картину всего происходящего в "Изумрудном" и его окрестностях.

- А что предпочитаете вы? - спросил у Лики Сергей, наполнив коньяком рюмку для Анны.

- Я? - Лика растерялась. В ее планы сейчас не входило быть подшофе. - Не знаю... наверное, ничего. Я вообще редко пью.

Вся компания уставилась на нее.

- Мне это нравится! - первой нарушила молчание Анна и отхлебнула из рюмки. - Ты познакомился с редким экземпляром, Боря. - Девушка не закусывала, а лишь водила под носом тонким ломтиком лимона.

- Считаешь? - Художник с усмешкой смотрел куда-то поверх головы Анны.

- Конечно, - Анна сделала рукой жест Сергею, чтобы тот долил коньяку. - Фотографироваться она не любит, позировать ей тоже... - она не договорила и одним глотком опустошила содержимое рюмки. - Еще и не пьет! - добавила она и подцепила на вилку маслину.

- Анжелика, вы хотя бы перекусите, - миролюбиво предложил Сергей и протянул коньяк Ванковичу. Мужчины выпили за женщин. Анна взяла паузу.

- А не хотите ли послушать музыку? - обратилась она к Лике.

Что случилось с Анной, понять Лике сейчас было сложно. Хотя, неизвестно, случилось ли на самом деле. Что она знала об Анне? Ровным счетом ничего. Есть вероятность, что сейчас девушка как раз была сама собой.

- Анна, ей-богу, вы преувеличиваете значение моего присутствия здесь, - она снисходительно улыбнулась. Ей не хотелось отвечать грубостью на ее выпады. - Поверьте, я совершенно случайно оказалась в этом доме.

- Ничего случайного не бывает в этом мире, - философски изрек Сергей и положил Лике в тарелку немного салата из морепродуктов. - Не возражаете?

- Да, спасибо, - кивнула Лика.

- Мне тоже так кажется, - Анна откинулась на спинку дивана и угрюмо посмотрела на Лику. - Не случайно...

- Что именно? - наивно похлопала ресницами Лика. Анна опьянела, и Лика почувствовала свое превосходство, понимая, что теперь легче будет провоцировать ее на откровенность.

- А то, к примеру, что ты оказалась в соседней комнате с Корецким. Разве это случайность? - Анна кровожадно впилась взглядом в собеседницу.

Лика едва не выронила вилку из рук. То, что Анна перешла на "ты", было мелочью, сущим пустяком, учитывая, что Лика была не на много старше ее. Главное заключалось в том, что опьянев, Анна продемонстрировала не столько фамильярность, сколько агрессию. А с этим Лике смириться было сложнее. Сложнее потому, что за этим могло скрываться что-то конкретное и важное.

- Анна, что на тебя нашло? - ледяным тоном произнес Борис и перехватил ее руку, которой Анна пыталась отмахнуться от него, едва не навалившись на Лику.

- Там мог оказаться кто угодно, - пожала плечами Лика, изо всех сил пытаясь сохранить самообладание.

- Мог, но оказалась ты, - продолжала гнуть свою линию Анна.

- Аня, прекрати этот глупый разговор, - вмешался Сергей. - Какие у тебя претензии к этой девушке. Ей и так несладко пришлось.

- Претензии? - подняла брови рыжеволосая бестия. - У меня как раз никаких, - она мерзко захихикала. - А вот у нее, - Анна ткнула пальцем в сторону Лики, глядя при этом в глаза Сергею, - по-моему, есть. И немалые!

- Душа моя, - Борис поднялся и протянул руку Анне, - тебе нельзя столько пить, ты же знаешь. Пойдем, я провожу тебя в ванную, прохладная вода тебе поможет.

- Мне нельзя? - девушка еще плотнее вжалась в диван и никак не реагировала на протянутую руку Ванковича. - А вам, конечно, можно. - Она все же нехотя поднялась и направилась к выходу. - Отвали! - она грубо оттолкнула Бориса, который собрался пойти за ней.

Художнику ничего не оставалось, кроме как развести руками и вернуться к гостям. Лика была в смятении. Она в очередной раз почувствовала непреодолимое желание уйти из этого дома, но понимала, что разумнее будет все же остаться. Странное поведение Анны настораживало Лику, появлялось много вопросов: откуда у девушки такая агрессия в ее адрес, почему она буквально на грани истерики, почему она здесь совсем не та Анна, которая сидела с ней за столом в "Изумрудном"? И главное - что связывало всех этих людей, какие отношения? Вопросы, вопросы...

Но то, что случилось потом, не только ничего не прояснило, но запутало все окончательно. В дверь комнаты тихо постучали. Лика невольно замерла. В последние дни любой неожиданный звук приводил ее в замешательство. К удивлению Лики, мужчины показались ей тоже несколько растерянными.

- Кто это может быть? Ты ворота закрывал? - тихо спросил Сергей.

- Скорее всего, нет, - Ванкович медленно направился к двери, но она резко распахнулась еще до того, как Борис прикоснулся к ручке. На пороге стояла хозяйка "Изумрудного".

- Альбина? - удивился он.

- Отдыхаете... - выдавила она из себя, продолжая стоять на пороге.

- Проходи. Что-то случилось? - Ванкович не сводил с нее взгляда.

Сергей поднялся.

- Пойду, ворота закрою, - сказал он.

- Да, ворота были открыты, - обратилась она к Борису. - Ты обычно следишь за этим.

- И поэтому у тебя такой вид?

Альбина Афанасьевна не стала выяснять, что он этим хотел сказать. Она медленно прошла вдоль стены и остановилась возле дивана, за спиной у Лики.

- Боря, я хочу, чтобы ты отправился со мной в отель.

Лика не выдержала, поднялась и обернулась лицом к женщине.

- Так что произошло? - спросила она.

- Да, в самом деле, объясни, - поддержал ее Борис. Ты такая бледная...

- Альбина Афанасьевна обогнула диван и тяжело опустилась, коснувшись холодной ладонью руки Лики.

- Присядьте, Анжелика. Я не знаю, случилось или не случилось... Не хочется сеять панику раньше времени, - сказала она и шумно вздохнула. Борис и Лика молча ждали объяснений.

- На пляже сегодня утром обнаружили вещи Веры, - начала она и тут же замолчала.

- Какой Веры? - пугаясь собственного голоса, громко спросила Лика. - Веры Игоревны?

- Да, к сожалению, - спустя немного ответила женщина, еще больше побледнев.

- Ну и что в этом страшного? - строго спросил Борис. - Вера любит плавать. Плавает она очень хорошо, ты сама знаешь. Может, решила побродить по берегу.

Альбина Афанасьевна с отчаянием помотала головой:

- Но ее никто не видел со вчерашнего вечера. И в комнате, похоже, она не ночевала.

- Как это? - прошептала Лика. - С чего вы взяли?

Хозяйка "Изумрудного" бросила на Лику тяжелый взгляд, от которого сразу повеяло безнадежностью.

- Мы с горничной заходили сегодня в комнату. Она уверяет, что после вчерашней уборки ни один предмет не поменял своего положения, и постель не расстилалась.

- А кто нашел вещи? - сосредоточенно о чем-то думая, спросил художник.

- Спасатель, который пришел на дежурство рано утром. На пляже еще никого не было, поэтому он сразу обратил внимание на бесхозные вещи.

- Так вы хотите сказать, что она утонула? - ахнула Лика. - Это я во всем виновата!

- Что-о-о? - в один голос протянули Борис и хозяйка отеля.

- Она просила меня пойти вместе с ней поплавать вчера вечером, - нервно потирая пальцы, сказала Лика. - Если бы я пошла, не поленилась, то ничего бы, наверное, не случилось...

- Наверное, все было бы еще гораздо хуже, - махнул на нее рукой Борис. - Или, может, вы у нас олимпийская чемпионка по плаванию?

- Нет, конечно, но все-таки руку помощи протянула бы...

- Детский лепет, Анжелика Юрьевна, - поморщился Ванкович.

- В "Изумрудном" сейчас паника? - услышали они голос Сергея, стоявшего у двери комнаты.

- Нет, пока нет, - обернулась Альбина Афанасьевна. - И горничную, и спасателя я пока просила молчать. Но вы же понимаете, что это ненадолго.

- Так, поехали. Ты сама за рулем?

- Сама...

- Подождите меня здесь. Один звонок надо сделать, - попросил Борис и вышел из комнаты.

Сергей подошел к окну и, скрестив на груди руки и раскачиваясь с пятки на носок, рассматривал что-то на улице. Альбина Афанасьевна откинулась на спинку дивана и прикрыла ладонью глаза. Лике казалось, что она сидит на сковородке с раскаленными углями. Что все происходящее значит? Имеется ли связь между исчезновением Веры Игоревны и несчастьем с Корецким?

Борис, нахмурив брови, быстрым шагом вошел в комнату и, не останавливаясь, направился в коридор, жестом позвав всех за собой. Возле рабочей кухни, из-за двери которой раздавалось негромкое позвякивание посуды, он на мгновение задержался.

- Соня, как хорошо, что ты пришла, - сказал он в приоткрытую дверь, - мне срочно надо в "Изумрудный". Скажешь Анне, чтобы никуда не уходила. Приеду - отвезу ее. Она где-то там, в ванной...

- Хорошо, Борис Васильевич... - раздалось в ответ.

Лика села в машину к Борису. Сергей и Альбина Афанасьевна поехали следом на своих автомобилях.

На пляже уже толкалась кучка людей. Завидев приближающуюся хозяйку "Изумрудного", они немного рассредоточились, сделав вид, что оказались здесь совершенно случайно.

- Я же просила... - едва сдерживая слезы, простонала Зотова.

- Успокойся, - резко оборвал ее Ванкович. - Люди есть люди. Осуждать их не за что.

Вместо ответа она неожиданно улыбнулась. Так по-детски, будто бы не понимая смысла сказанного. Лика отвернулась, она просто не могла смотреть в лицо этой отчаявшейся женщины. Драма, разыгравшаяся в "Изумрудном", явно принимала зловещий характер.

На одном из лежаков Лика заметила фигуру одиноко сидящего мужчины, неотрывно смотрящего на море.

- Виктор? - прищурившись, неуверенно произнесла стоявшая рядом Зотова и посмотрела на Ванковича.

- Витя! - громко позвал Борис.

Он обернулся не сразу, а спустя какое-то время. Вставать не стал, но всем своим видом дал знать, что желания разговаривать с кем бы то ни было у него сейчас нет.

- Борис, спроси, может, ему уже что-то известно, - она мягким движением толкнула его в спину. - Я не могу... сил нет.

Спустя мгновение Альбина Афанасьевна все же направилась вслед за Ванковичем, а Лика, постояв еще немного, решила, что в данной ситуации она здесь лишний персонаж. Медленно шагая по направлению к отелю, Лика не могла себе представить, что она больше не увидит эту красивую, уверенную в себе женщину, которой она так восхищалась. Корецкий, теперь Вера Игоревна... Люди, с которыми она познакомилась и успела проникнуться симпатией, теперь оказались жертвами странных обстоятельств. Почему так? Или все это цепь случайностей? Неприятный холодок как будто коснулся ее щек, а по затылку разлился жар. Лика вздрогнула и обернулась. Ей так некстати вспомнились слова писателя, о том, как преступник дышит где-то совсем рядом. Но позади нее никого не было. Лика судорожно перевела дух и ускорила шаги. Спустя минуту она уже поднималась по ступенькам "Изумрудного".

Ей не впервые приходилось испытывать предчувствие важных событий, но в этот раз Лика упорно старалась не замечать эти невидимые космические вибрации. "Это меня не касается, это меня не касается...", - монотонно повторяла она, бесцельно расхаживая из угла в угол по комнате и перекладывая с места на место одни и те же вещи. Она была вконец измучена своими неясными сомнениями, из которых никак не складывалась сколько-нибудь логичная картина происходящего.

Лика села в кресло и плотно закрыла ладонями лицо. Эта комната, уже вторая! комната и флешка, лежащая на балконе, могли говорить об одном - она здесь не просто "проходила мимо". Ей определенно отведена роль в этой загадочной истории. Только никто не обозначил, в чем конкретно она заключается. Корецкий ушел со сцены, Вера Игоревна тоже удалилась в неизвестном направлении, а что же она, Лика? Когда с нее спросят за все происходящее? А спросить должны. Лика даже нисколько не сомневалась в этом. Корецкий передал ей флешку, как эстафетную палочку. Что писатель хотел сказать своим поступком? Комнату перевернули в поисках этой штуковины, но не нашли. И что же... решили, что она может быть у Веры? Так-так! Чем не версия?

Лика опустила руки, нервно забарабанила пальцами по подлокотникам. Кто знает, не исключено, что разгадка кроется в содержании флешки. Надо срочно найти компьютер. Как же она сглупила, не взяв с собой ноутбук! Это все Гриша - не надо, не бери, наслаждайся жизнью. Вот и наслаждаюсь. По полной программе...

В номере не сиделось, и она спустилась на первый этаж. Девушки-дежурные о чем-то шушукались, но, завидев Лику, дружно обернулись в ее сторону.

- Анжелика Юрьевна, как ваши дела? Все ли в порядке в номере?

Лика, не сбавляя шаг, направилась к ним и, облокотившись на стойку, впилась глазами в лицо той, что стояла ближе.

- Ася, - имя дежурной она прочитала на бейджике, - что конкретно вас интересует? Говорите прямо.

Девушка слегка отпрянула, но взгляд не отвела. Не рискнула.

- Извините... мы просто хотели узнать... вас переселили в другой номер...

- Номер соответствует всем требованиям, - коротко бросила она и уже собралась уходить, как неожиданно ее пронзила мысль: а где же Липа?

- Девушки, - смягчив тон, спросила она, - вы случайно не видели собачку Веры Игоревны? Или она в номере?

Лица дежурных вытянулись, и они дружно пожали плечами:

- Нет, Липа нам не попадалась, и в номере ее точно нет. Вера Игоревна всегда и везде ходила с ней, кроме столовой, разумеется.

Лика, не дослушав, пошла к выходу. Где искать бедное животное, она слабо представляла, но она точно знала, что Липе без хозяйки очень плохо. Некоторое время она стояла на крыльце и озиралась по сторонам, прикидывая, куда же направиться в первую очередь...

- Вы кого-то ищете?

Она вздрогнула. По ступенькам поднимался Виктор. Как она может найти маленькую собаку, если не увидела взрослого человека у себя под носом? А ведь он шел прямо на нее по этой широкой дорожке.

- Вы с пляжа? Новостей нет? - с тревогой в голосе спросила она.

Виктор молча помотал головой. Он был сосредоточен, на его лице при этом блуждала странная улыбка, как будто его обманули, и он никак не мог понять, как же такое могло произойти. Подойдя к скамейке, стоявшей у дверей, он присел на край, затем медленно откинулся на спинку.

- Я не понимаю, - громко произнес он, глядя перед собой. - Я ровным счетом ничего не понимаю. Море было спокойным...

Лика подошла, опустилась рядом и посмотрела на Виктора.

- Так вы видели, как Вера пошла к морю?

Виктор медленно повернул голову и удивленно вскинул брови.

- Видел? С чего вы взяли? Мы, правда, вместе с ней собирались поплавать. Но потом позвонил приятель, и я отказался. Такая вот ерунда.

- Вот как... она ведь меня тоже приглашала на ночное купание, я же, как и вы, отказалась...

- Почему? - мужчина придвинулся к ней.

- Да так... банальная усталость.

- Ну да, ну да, - закивал он и ладонями провел по лицу, - я совсем забыл, что вечер у вас был непростой.

- Вот именно. Пока переселилась в другой номер...

Лика поймала себя на том, что ситуация, когда они друг перед другом словно оправдывались, выглядела довольно глупо.

- Виктор, вы не знаете, где Липа? - Лика поднялась, не желая больше мусолить тему несчастья с Верой.

- Что? - Виктор открыл глаза и нахмурил брови. - А кто это?

- Липа, такса Веры Игоревны.

- А-а... черт возьми, совсем голова не соображает! Липа... не знаю даже. Они всегда неразлучны были. - Он развел руками.

Лика кивнула, чтобы как-то завершить этот диалог, и пошла вниз по ступенькам.

- Послушайте, Анжелика Юрьевна, вы придете сегодня на ужин?

Она обернулась. Пожала плечами.

- Не знаю. Как-то совсем не хочется даже думать про еду.

- Приходите. Пожалуйста. Мне поговорить с вами нужно.

Поговорить? О чем, интересно? Руки стали какими-то ватными, короткой волной в грудь ударил страх. Почему ей судьба подкинула эту флешку, из-за которой у нее теперь ни минуты покоя? Приехала отдохнуть, называется.

- Ну... хорошо. Раз вам так нужно. - Лика взяла себя в руки и улыбнулась. - Только у меня просьба: не зовите меня Анжеликой Юрьевной. Просто Лика. Договорились?

Виктор поднялся со скамейки, засунул руки в карманы и, скрестив ноги, сделал пижонский реверанс.

- С превеликим удовольствием, - сверкнув улыбкой, ответил он. - И на "ты"?

- И на "ты". До встречи.

Этот диалог с хозяйским сыном она сейчас очень удачно завершила. Разговаривать на "вы" в данной ситуации сложно. Будет лучше, если дистанция между ними будет минимальна, потому что она хранительница тайны Корецкого, и ей невольно придется создавать иллюзию своей непричастности и одновременно желания всем сердцем помочь хозяевам "Изумрудного".

Она долго бродила по территории отеля, заглядывая во все укромные места, где могла бы спрятаться собака. Но все тщетно. Как же так... Они всегда неразлучны были. Это слова Виктора. Действительно, по уму, собака всегда рядом с хозяином. Если только ее не оставляют дома. А Вера не оставляла. Это подтвердили девочки-дежурные.

Прислонившись к высокому ограждению из камня, с которого густо спускались плетистые розы, Лика задумалась. Она представила себе эту картину на пляже: вот в море заходит Вера Игоревна, высокая, стройная... На шезлонге аккуратно сложена ее одежда, а рядом прилегла на песок Липа. Вислоухая такса ждет свою хозяйку и охраняет ее имущество...

И что потом? Вера Игоревна плавала-плавала и вдруг утонула! Ужас, конечно, но все бывает. А как же Липа? Получается, что погоревала немного и ушла. В неизвестном направлении.

Черт! Лика с досадой шлепнула ладошкой по теплой каменной стенке. Так не бывает! Люди тонут, умирают, в конце концов, но собаки не бросают их ни при каких обстоятельствах. Они сидят и преданно ждут своих хозяев там, где их оставили. Так где же Липа? Утонула вместе с Верой или ее украли... или... Что "или" - Лика не могла сформулировать. Предположить, что Веру утопили, а собаку - свидетеля преступления - убили, можно конечно. Но с большой натяжкой. С очень большой. Не так просто справиться с собакой, пусть даже такой небольшой. Застрелить разве что. Так это уже гангстерский фильм получается. Нет, нет. Остались бы следы. Кровь. А об этом никто не говорил.

- Не спорь со мной, - раздался сверху голос Сергея. - Тебе надо отдохнуть.

- Ты издеваешься? - ответила Альбина Афанасьевна. - Они там ищут...

Лика плотнее прижалась к стене.

- Вот пусть себе ищут. Выпей что-нибудь успокоительное. Я сразу тебе сообщу, если будут новости. У тебя что, дел нет?

- Ты прав. Дел много. Но меня не покидает чувство, что все здесь связано...

Голоса стали отдаляться, и расслышать, о чем еще говорила Зотова с Сергеем, не было возможности. Постояв еще некоторое время, Лика направилась в противоположную сторону, чтобы еще раз осмотреть дорожки, скрытые от глаз. Именно там она познакомилась с Верой Игоревной и ее Липой. Она шла не спеша, прислушиваясь к каждому неясному звуку. Ветер с моря шумел в листве кустарника и походил на тихий взволнованный ропот, вызывая у Лики чувство нарастающей тревоги. Неожиданно повеяло сигаретным дымом. Она сбавила шаг, затем остановилась, когда поняла, что за поворотом кто-то сидит на скамейке и курит. В первое мгновение она хотела развернуться и уйти, но потом успокоилась и уверенно пошла дальше.

Антип обернулся в ее сторону, едва она вышла из-за поворота. Затем, сделав глубокую затяжку, притушил сигарету о край урны. Разве спортсмены курят?

- Здравствуйте, - сказала она, не зная, как ей лучше поступить сейчас - пройти мимо или для приличия что-то сказать. Что-то сказать явно требовалось. Но молодой человек поспешил ей на помощь.

- Анжелика Юрьевна, рад вас видеть, - ответил он, пребывая в этот момент мыслями где-то совсем далеко от ее персоны. Лика поняла это по его затуманенному взгляду, едва скользнувшему по ее фигуре.

- Спасибо. И мне приятно найти здесь хоть одну живую душу.

- Звучит зловеще. Неужели публика начала разбегаться? - Антип с усмешкой глянул на нее.

- Вы говорите как театральный критик про плохую постановку.

- Хм... в ваших словах есть зерно истины. Постановка и в самом деле не очень удачная. Сегодня пара дамочек с чемоданами выехала, не добыв срока. У Альбины обычно аншлаг.

Лика в растерянности молчала. Сейчас перед ней сидел совсем не тот глуповатый молодец с мускулами, безумно увлеченный своей юной пассией. Тот Антип, которого она видела за обеденным столом и этот - совершенно разные люди. Или от любви так сильно глупеют? Странно...

- Вы... в курсе про Веру Игоревну? - осторожно спросила Лика, скрестив руки на груди и не переставая оглядываться по сторонам.

- Да, конечно. Кого-то ищете?

- Пропала собака.

Антип поднялся, повернул голову направо, налево, вернулся взглядом к Лике.

- С чего вы решили, что она здесь?

Ей стало неловко оттого, что все ее мысли он читает, как по тексту.

- Где-то же она должна быть. Бедная псинка...

- Где-то должна. С хозяйкой, скорее всего.

Лика отшатнулась. Она почувствовала, как отхлынула кровь от лица.

- Что значит - с хозяйкой? Я про Липу говорю.

- И я про нее, - пожал плечами Антип. - С хозяйкой она, ваша Липа.

- Как это? Вера же утонула... хотя верить в это совсем не хочется. Или вы считаете по-другому? - спросила Лика, цепляясь, как за соломинку, за другой исход этого страшного события.

- Не знаю, - коротко бросил он и тут же добавил: - Если утонула Вера, то и такса вместе с ней.

Лика, не моргая, смотрела на мужчину. Ей хотелось спросить, не шутит ли он. Но слова застряли в горле.

- Антип, пожалуйста... - Лика мученически сдвинула брови домиком и протянула руку в его сторону, словно прося подаяния, - скажите, что же могло случиться с этой женщиной? Какие ваши предположения? Я же вижу, что у вас на этот счет есть версия.

Мужчина, как будто и не слышал ее слов и медленно пошел по дорожке, но в какой-то момент остановился и кивком головы позвал Лику за собой.

- Не люблю разговаривать на этих скамейках. Никогда не знаешь, кто за твоей спиной в кустах.

Лика мысленно согласилась с его доводом, шла рядом, ступая мягко, как кошка, и почти не дыша.

- Версию хотите? Я не верю в то, что Вера взяла и просто так утонула. Вы, Анжелика, верно заметили - должна быть собака. Ничего, если я вас по имени...

- Ничего, это не играет никакой роли. Вроде еще не такая старая, - торопливо пробормотала она.

- Итак. Вера прекрасная пловчиха. Но это, само собой, вовсе не является гарантией от утопления. Как показывает практика - пловцы тонут с завидным постоянством. Увы... Другое дело, что по какой-то причине, нам не известной, она кому-то очень мешала. Была опасной для кого-то. Ночное купание - очень удобный момент. Согласитесь? - риторически спросил он, определенно не интересуясь ее мнением. Он сейчас походил на лектора, который читает своим студентам основы сыскного дела.

- Так вот, - продолжил он, - именно поэтому таксу тоже убрали.

- Зачем же так...

- Липа сразу бы вывела нас на преступника. Такса это охотник, сыщик, если хотите.

- А вы, Антип?

- Что я?

- Вы тоже сыщик?

- С чего вы взяли? - Антип от удивления даже остановился. Его лицо на мгновение стало вновь глуповатым.

- Ну... вы так рассуждаете... профессионально что ли.

Антип вновь продолжил путь, тронув Лику за локоть.

- То же самое я мог бы спросить у вас.

Лика неожиданно рассмеялась.

- Вот уж на детектива я похожа меньше всего. Это ж надо такое придумать... ха-ха...

- Вы так считаете, потому что не видите себя со стороны.

Лика перестала смеяться и, немного замедлив шаг, провела ладонью по лицу.

- Конечно, не вижу. Как и вы себя, между прочим. И что же такого особенного...

- Если вы обиделись, то совершенно напрасно. У вас умный взгляд, который не спрячешь даже за красивой внешностью. И еще я вижу, что вас по-настоящему волнует загадка гибели писателя.

- При чем же здесь мой взгляд? - вспыхнула Лика.

Какую еще такую внешность он ей придумал. Еще и Корецкого вспомнил! Хочет сбить с толку?

- Я, между прочим, журналист. Точнее и не журналист даже, а корректор. Не было вакансии, вот и чищу тексты. Всего лишь. Можете считать, что это профессиональное любопытство, - начала она горячо оправдываться.

Антип пропустил мимо ушей ее тираду, и Лика поняла, что ее профессия, как и ее внешность по большому счету ему глубоко безразличны. Смерть Корецкого - вот где переплетались их интересы. Лика приумолкла, однако ни на шаг не отставала от своего спутника. Сейчас между ними образовалась некая космическая связь. Ей казалось, что даже воздух потрескивал рядом.

- Скажите, а журналисты вообще умеют держать язык за зубами? Или генетически такое не предусмотрено в этой профессии? - негромко спросил Антип, будто опасаясь, что их услышат.

Лика едва слышно фыркнула.

- Как в таком случае проводится журналистское расследование, по-вашему? Если бы они занимались одной трескотней на каждом углу, то и не было бы громких дел, раскрытых как раз таки с помощью журналистов.

Она покосилась в сторону Антипа и добавила:

- Наперекор выводам доблестных полицейских. Им ведь что? Главное - закрыть папочку с делом и засунуть подальше на полочку.

Антип нагнулся, сорвал длинную травинку и начал ее дробно покусывать.

- А вы не знаете, что там сегодня на ужин планируется? А то я что-то проголодался. Хотя и обедал, - буднично заметил Антип.

Ага, резко сменил тему, интересуется, почему ее не было на обеде! Ей тоже любопытно, что там у них с Анной произошло.

- Не в курсе. Не обедала и ужинать вряд ли буду.

- Э-э! Так дело не пойдет. Война войной... ну, сами знаете... Надо сходить. Послушаем, какие мысли возникли у народа в связи с последними событиями. Вы ведь не против журналистского расследования, насколько я понял? Вот и прощупаем почву.

- Что ж, давайте прощупаем, - сдалась Лика. - Кстати, может, у Анны будут соображения какие на этот счет? - намеренно упомянула она рыжеволосую пассию Антипа. Однако мужчина не поддался на ее уловку и, нахмурив брови, сосредоточенно думал о чем-то своем.

Они уже подходили к крыльцу, когда Лика заметила незнакомую девушку, направлявшуюся быстрым шагом с автомобильной стоянки в их сторону.

- Кто это? Отдыхающая или из персонала?

Антип повернул голову, спустя мгновение помахал рукой девушке.

- Это Рита. Массажистка. Вы не встречались ни разу? - поинтересовался он, слегка наклонившись к ее уху.

- Нет, как-то не пришлось.

- Советую познакомиться. Я уже записался к ней, надеюсь размять свой проблемный позвоночник.

Лика скептически скосила глаза на Антипа - крепкого, мускулистого. В его голосе ей послышались вкрадчивые, бархатистые нотки.

- Стоящее дело, - согласилась Лика и ускорила шаг, заметив, что Антип намерен поздороваться с Ритой поближе.

- До встречи на ужине, - напомнил он ей в спину тоном, не допускающим возражений.

Войдя в комнату, она первым делом распахнула балконную дверь, подошла к шезлонгу и вытащила из-под простыни флешку. Не стоит так рисковать, решила она, вспомнив, что в номер может зайти уборщица, которой захочется навести здесь порядок. Хотя ей и обещали, что никто в ее отсутствие не будет здесь убираться, но гарантий таких быть не могло. Триллер, похоже, стал набирать обороты, и ей стоит сейчас позаботиться о собственной безопасности. Для этого нужен компьютер.

Лика прислонилась спиной к перилам, задумалась. Попросить у хозяйки... нет, нет... это неудобно. К тому же ей нужно время, чтобы изучить информацию, и еще нужна спокойная обстановка, чтобы не вздрагивать от каждого шороха или приближающихся шагов. Нет, сыщица из нее никудышная. Ей теперь даже вслух произнести слово компьютер будет чудовищно страшно! Она была уверена, что обязательно запнется, покраснеет... И еще большой вопрос, есть ли там информация, проливающая свет на гибель писателя. Да уж, не повезло Корецкому с соседкой...

Оглянувшись по сторонам, она остановила свой взгляд на пальме, что росла на балконе в кадке. Проще всего было бы прикопать флешку в землю, но там она, скорее всего, отсыреет. Не годится. А вот спрятать ее среди листьев вполне можно! Обмотав для надежности коричневым медицинским пластырем из своей дорожной аптечки, Лика встала на стул и засунула флешку в макушку деревца, туда, где перистые листья были гуще. Пусть побудет пока там, все лучше, чем носить с собой.

Время было идти на ужин. Приняв легкий душ, Лика без всякого воодушевления толкалась возле шкафа с одеждой. Лихорадочно перебирая свой нехитрый гардероб, она отвергала вариант за вариантом. Яркие, пестрые ткани диссонировали с ее внутренним состоянием, раздражение усиливалось с каждой минутой. Джинсы и серая футболка, наконец, были брошены на кровать. Настроение было на отметке "ноль". Натянув одежду, она села перед зеркалом и посмотрела себе в глаза. Усталость, раздражение, растерянность... Разве это взгляд отдыхающей на море женщины? Она больше похожа на профнепригодного агента, который близок к провалу всей операции. Лика тщательно расчесала волосы и убрала их в тугой узел на макушке. Все, пусть будет так.

За столом сидел Антип и сосредоточенно что-то изучал в телефоне. Судя по всему, он уже поужинал, рядом стояли пустые тарелки, скомканные салфетки, стакан с недопитым соком. Волосы на голове были слегка влажными и взъерошенными, как будто он их постоянно теребил, словно ученик, решающий сложную задачу.

- А где же Анна? - с нескрываемым любопытством спросила Лика, усаживаясь напротив.

- Что? - Антип оторвался от своего занятия и рассеянно посмотрел на Лику.

- Приятного аппетита...

- Да, да... спасибо. Я уже поел. Извините, что оставляю вас. Надо отъехать ненадолго, - он явно нервничал.

- Что-то с Анной? - невольно вырвалось у Лики.

Антип замер, будто услышал незнакомое имя.

- Анна? При чем здесь Анна?

Лика пожала плечами и кивнула в сторону пустого стула.

- А, вы про это, - Антип хлопнул себя по лбу и улыбнулся. - С Аней все в порядке. Немного желудок, правда, прихватило, но сейчас все хорошо. Решила на минералке посидеть.

Он поднялся, задвинул стул, быстрым шагом направился в сторону выхода. И это называется "заняться журналистским расследованием"! Лика разозлилась и собралась уже уйти, но потом постаралась взять себя в руки. Окинув взглядом зал, она поняла, что все уже разошлись, и официанты явно ждут, когда она, наконец, приступит к еде. Что ж, не стоит огорчать людей, решила она, и положила в тарелку немного салата из овощей с курицей.

Она уже допивала зеленый чай с французским пирожным, когда вспомнила про Виктора. Он ведь хотел о чем-то с ней поговорить... Так, так... Лика оглянулась по сторонам, но хозяйского сына нигде не было. Что же все это значит? Какой странный день... Один сбежал, второй не пришел. А еще говорят, что женщины коварны... Разговоры разговорами, но такой поворот событий ее тоже напрягал, потому что излишняя тишина и отсутствие контактов с окружающими неминуемо породят у нее тревогу. И тогда она может наделать глупостей. Хоть бы Валеев этот зашел поговорить что ли. Заодно рассказал бы ей как идет следствие. Хотя нет, не рассказал бы. У них это называется "тайна следствия". Лика вспомнила этого невысокого человечка, который замучил ее своими бесконечными вопросами по сто раз на одну и ту же тему. Нет уж, лучше пусть и не вспоминает о ее персоне.

Легкие сумерки под негромкий хор насекомых уже проникали в гущу деревьев, стелились по дорожкам, зажатым с двух сторон прочной стеной кустарника, затаились в беседке, увитой зеленью. Лика вышла на террасу, облокотилась на перила, вдыхала легкий, ароматный вечерний воздух и ждала каких-нибудь новостей. Сорока на хвосте их сюда не принесет, но была надежда, что появится Сергей или Альбина Афанасьевна. Они же люди хозяйственные, их часто можно увидеть во дворе отеля. Идти в кабинет к Зотовой ей было неловко, да и что она ей скажет? Хотя вопросы к хозяйке у нее были. К примеру, можно было поинтересоваться, сообщили они Валееву о погроме в ее комнате или нет? Ответ она знала - однозначно нет. А почему, спрашивается? Не хотят шумихи в отеле? Это, конечно, аргумент. Для них, но не для нее.

- Добрый вечер...

Лика вздрогнула - рядом с ней стоял Виктор. Она не услышала, когда он подошел к ней. Совсем ничего не услышала. Как такое может быть!

- Вы напугали меня, - резко ответила Лика и на шаг отступила в сторону.

- Извините. Это мокасины такие, - Виктор вытянул ногу, демонстрируя светлые летние туфли на мягкой тонкой подошве. - Бесшумный ход, что называется.

- Что слышно про Веру? - угрюмо спросила Лика.

- Про Веру не слышно ничего. Пропала Вера.

Лика отвернулась и проговорила в сторону:

- Пропала. Как это так? Не понимаю. И что теперь, никто искать даже не будет? Это же не собачка, хотя даже собак и котов ищут...

- Лика, вы очень расстроились. Я понимаю. Поверьте, что мы здесь Веру знаем гораздо дольше, чем вы. И для переживаний у нас с матерью причин намного больше. Водолазы уехали недавно. Завтра, с рассветом, приедут опять...

- Правда? - Лика покосилась на Виктора. - Вы на меня не обижайтесь, пожалуйста. Я понимаю, что по сравнению с вашими неприятностями, мои кажутся вам сущей ерундой.

Она задержала свой взгляд на Викторе, на его красивом, каком-то демоническом профиле, и добавила:

- На самом деле мне трудно, правда.

- Верю, - он медленно повернулся к ней. Его глаза в угасающих сумерках были печальны и загадочны. - Поэтому хочу вам помочь.

Он прервался и посмотрел на дверь, откуда вышла немолодая пара. Оживленно разговаривая, отдыхающие спустились по ступенькам и вскоре исчезли в темноте аллеи.

- Смешно звучит?

- Нет, вовсе нет... только чем? - Лика широко улыбнулась. Она сейчас была в замешательстве. Все обитатели "Изумрудного" были для нее пришельцами с других планет. Именно так она воспринимала Корецкого, Зотову, Сергея, Бориса Ванковича, ту же Веру Игоревну. И уж если расположить каждого из них на своей траектории, то Виктор Зотов будет на самой дальней от нее. А кто ближе всех?.. Лика вздохнула и с горечью констатировала, что им мог бы быть Корецкий...

- А как вы смотрите на то, чтобы нам с вами прокатиться в поселок? Там есть симпатичный такой клуб. "Сонная Луна" называется.

- Ночник что ли?

- Угу...

- И что там - стриптиз мужской?

- Почему сразу - мужской?

- Так не на девочек же мне смотреть, - резонно заметила Лика.

Виктор откинулся на перила и громко рассмеялся.

- Похоже, что развеселить вас не так просто!

Лика, прищурившись, с кислой миной посмотрела на небо, где в легкой дымке светила ущербная луна. В этот момент включились фонари, и оранжевые пятна света заколыхались по дорожкам.

- А вы хотите непременно увидеть меня веселой? Для этого острые ощущения не нужны, - мудро произнесла Лика и внезапно почувствовала себя старушкой, брюзжащей, как треснутая посуда, рядом с этим щеголеватым красавцем.

Виктор шумно вздохнул и взял Лику за локоть.

- Да пошло оно все к черту... Не противьтесь, Лика. Никакого стриптиза там нет. Просто хорошая музыка, располагающая атмосфера... вкусные коктейли, в конце концов...

Она и не противилась. Стояла, не дыша, настороженно прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. И в самом деле, не слишком ли много она на себя берет в этой курортной трагедии? Все, что здесь происходит, меньше всего должно ее касаться.

- К черту так к черту. Поехали.

Глава 6

Виктор плавно вел машину, аккуратно притормаживая на поворотах, как возница, умело придерживающий своих лошадей. Лика украдкой поглядывала на его правильный профиль, слушала его убаюкивающий голос, рассказывающий в тишине об истории этого края, о родителях, которые планировали провести старость в этом чудном месте у моря. Затем, словно уткнувшись в препятствие, он сменил тему, начав рассказывать забавную историю про отдыхающих. Однако почти тут же замолчал. Лика догадалась, что в этот момент они с Виктором подумали об одном и том же. Корецкий был здесь едва ли не центральным персонажем в последние несколько лет, и упоминание о приезжающих в "Изумрудный" неизбежно ассоциировалось с писателем. Виктор включил радио, тихая музыка заполнила пространство, растворив смысл предыдущих разговоров.

Припарковавшись у "Сонной Луны", они направились к сияющему россыпью желтых огней входу. Двое охранников, коротавших время за ленивыми разговорами, поприветствовали Зотова, шутливо взяв под козырек.

- Привет, ребята. Рад вас видеть...

- Здорово, Викторович. Что-то совсем забыли про нас...

В полутемном зале было малолюдно, негромко играла музыка. Голос загадочной Лаймы бархатисто струился из динамиков.

- Красивая песня, - сказал Виктор, усаживаясь напротив Лики. - Жаль, латышский не понимаю.

- Моя любимая, - кивнула Лика. - Там про осень, про любовь к Латвии...

- Здорово... ты знаешь язык? Можно на "ты"?

- Давай... нет, язык не знаю, специально интересовалась переводом. - Она оглянулась по сторонам. - Мне почему-то казалось, что здесь живая музыка...

- Будет и живая. Попозже, ближе к полуночи. Толкучка начнется, а мне нравится здесь в это время, когда спокойно. Что будем пить?

- Наверное, что-то разное, - Лика улыбнулась. Скорее самой себе. Ей было странно видеть себя здесь, в компании с Виктором. - Во всяком случае, мне что-нибудь полегче.

- Ага... мартини с шампанским пойдет?

- С удовольствием.

- А я, с вашего позволения, возьму мохито, - он щелкнул пальцами, подзывая официанта.

- Валяйте, Виктор Викторович. Только обратно мы как поедем? Алкоголь и руль...

Он посмотрел на нее взглядом авантюриста, медленно накрыл ладонью ее пальцы, беззащитно лежавшие на столе.

- И что... тебе уже страшно? Мы еще не сделали ни глотка, а ты беспокоишься о последствиях. Хочешь, я возьму безалкогольный коктейль? И буду с удовольствием созерцать, как ты пьянеешь.

Лика сейчас вспомнила о своих похождениях по злачным местам с Гришей и усмехнулась. Наивный мальчик!

- Вить, я не пьянею.

Зотов убрал ладонь, и Лика тут же спрятала руку под стол.

- А чего так? Хитрость какая?

- Нет. Особенность организма. Правда, к слову, много никогда не пью.

Виктор недоверчиво покосился на нее, пожал плечами.

- Опасный человек. А я то, наивный, думал, что мы расслабимся, отдохнем.

- Так расслабься. Мы ж для этого сюда приехали. Обратно можно и на такси. Так?

- На самом деле, хочу успокоить тебя, обратно нас подвезет кто-нибудь из ребят, что у входа стоят. Схема отработанная...

- Вот оно что... Завсегдатай...

Принесли коктейли и жареные креветки с розмарином. Виктор, сделав глоток, мотнул головой:

- Не то, не завсегдатай. Надо учитывать специфику жизни курортного местечка. Здесь же нет филармонии и выставочных залов. Куда пойти человеку после дневного безделья? Назагорался, накупался, а дальше что? Досуг у нас такой. А я к тому же здесь живу. Меня все знают.

- Да я вовсе не вкладывала в это плохой смысл. Действительно, если здесь живешь круглый год... - Лика задумалась, помешала соломинкой в бокале. - Скажи, а тебе не скучно жить здесь круглый год? Это сейчас сезон, а потом...

Виктор сделался серьезным, даже как будто постаревшим.

- Я должен помогать матери. Семейный бизнес остался без главы, сама понимаешь. Раньше я жил в столице, работал в корпорации друга моего отца и сюда приезжал только в отпуск...

Лика смутилась, хотела перевести разговор в другое русло, но не смогла его найти. Оставалось только помолчать. Виктор продолжил:

- До Нового года обычно всегда есть люди. А вот потом три-четыре месяца затишье. В это время, представь себе, работы здесь хватает. Ремонт помещений, оборудования, у Сергея, опять же, полно дел с растениями.

Некоторое время они сидели молча, слушали музыку, медленно потягивая напитки. На душе у Лики было легко и грустно одновременно. Они с Виктором, как два бойца, отдыхали после тяжких боев, погрузившись в свои воспоминания. Кто знает, возможно, что судьба привела ее в это место неспроста. Оказавшись в эпицентре трагических событий людей из "Изумрудного", ей поневоле приходится задвинуть на дальний план свои проблемы, больше похожие сейчас на поблеклые декорации.

- Скажи, - нарушил молчание Виктор, - а ты раньше была знакома с Корецким?

Лика вжалась в сиденье и поблагодарила Всевышнего за полумрак. Она поспешила поставить бокал на стол, чтобы не было заметно, как задрожала рука.

- Я? С Корецким? - она многозначительно хмыкнула. - Где я, а где писатель... нет, мы, если можно так выразиться, на разных веточках сидим... или сидели: Корецкий известный писатель, умный, интеллигентный человек. Он на самой макушке, а я так... чирикаю внизу, задрав голову.

Виктор тоже отставил в сторону свой коктейль и непринужденно занялся креветками.

- Очень вкусно, присоединяйся, - сказал он, забросив в рот одну. - Я же не про статус какой-то там. Все мы были знакомы с Максом. Просто ты у нас впервые, вот я и спросил. И комнаты ваши были рядом.

- Комнаты... это чистая случайность. Тебе виднее, я думаю. Познакомились мы с ним ровно в день моего приезда. Несколько комично все было. - Лика грустно улыбнулась.

- Комично? - удивленно вскинул брови Виктор.

- Да... он попросился на мой балкон, чтобы попасть к себе в комнату.

- Таким странным образом?

Лика негромко рассмеялась.

- Именно. Я, толком не проснувшись, подумала тогда, что меня заселили в чужую комнату. Максим еле втолковал мне, что он оставил в комнате ключ, а дверь захлопнулась. Вот так...

- Да, действительно, водевиль какой-то, - Виктор прочесал пальцами свою густую шевелюру, засмеялся и посмотрел с интересом на Лику. - Он не рассказывал тебе про свой новый детектив?

- Ох, Виктор, - она склонила голову набок, - я в этом смысле самый непросвещенный человек. Все вокруг рассказывают, что Корецкий их развлекал чтением своих опусов, а мне, увы, ничего не досталось. Ни одной странички из его уст не прозвучало для меня.

- Мне тоже, к твоему сведению, - махнул рукой Виктор. - Я в пансионате по другой части.

- А почему ты спросил именно про новый детектив? В нем что-то особенное должно быть?

- Да кто ж его знает. Может и особенное. Вершина, так сказать, творчества. - Виктор поднялся и протянул руку. - Пойдем, потанцуем?

Лика замялась - после разговора о Корецком ей было не по себе.

- Или дама возражает? - Виктор склонился над ней, пытливо заглядывая в глаза.

- Нет, не возражает, - Лика взяла протянутую руку. - Зачем ты про Корецкого? Меня прямо в дрожь бросило.

Она решила не скрывать своих чувств. Так было проще. Меньше лишних вопросов. Музыка сближает танцующих. Особенно когда танец медленный. Ладонь Виктора крепко держала ее хрупкое плечо, как будто оно могло отвалиться. Лика не сопротивлялась. Лишь бы не задавал вопросов про Корецкого. И почему она так испугалась этого разговора? Лика почувствовала, что совсем невинный коктейль ее опьянил. Странно. Вот уже и голова улеглась на грудь Виктора, а он нежно целует ее волосы. Ей было в этот момент хорошо, так, как не было уже очень-очень давно...

- Лика...

- Что?

- Не хочу, чтобы музыка кончалась...

Зачем он сказал это? Умеет читать мысли?

- Почему ты молчишь? - проговорил он тихо, в самое ухо. Звук его голоса эхом пошел по всему телу. Лика от досады едва не заплакала.

- Ты замужем?

В этот момент музыка стихла, и Лика с облегчением вздохнула. Виктор повел ее к барной стойке, где заказал им еще по коктейлю.

- Извини. Не знаю, что на меня нашло. Не в моих правилах лезть в чужую жизнь, клянусь...

- Никакой катастрофы не произошло, - она развела руками, - я не замужем. Недавно развелась. Только не подумай, что я приехала сюда за новым романом, - с холодной улыбкой добавила Лика. - Мой хороший друг просто заставил меня отдохнуть. Я давно не была в отпуске... ну вот, собственно, это все.

Глаза Виктора тускло блеснули в свете мерцающих огней на потолке. Лике показалось, что он испытал восторг от ее откровений.

- Знаешь, я бы сказал, что друг твой молодчина. Еще бы добавил, что выбор места - просто супер! Только, к сожалению, вышло как-то не очень. Надеюсь, что дальше все пойдет по-другому. Все будет хорошо.

Лика кивнула, ей меньше всего хотелось продолжать этот разговор. Мысленно она себя корила за лишнюю нервозность. В конце концов, Виктор ни в чем не виноват. Они едва-едва знакомы, общие темы, разумеется, и ему, и ей найти сложно. Куда ни ткни - больное место.

Народу в клубе становилось все больше, музыка звучала все громче. Атмосфера уже не располагала к задушевным беседам, и это придавало ей смелости. Она оглянулась по сторонам и весело спросила:

- А что мы все обо мне да обо мне?

- Вот так и знал! - хлопнул он ладошкой по столешнице. - Может, не будем? - он по- щенячьи сморщился.

- Ничего не выйдет. Око за око!

- Ну, влииип... - протянул он и поскреб переносицу. - Если в двух словах, то моей девушке было скучно со мной. Все достаточно банально.

Виктор уловил недоуменный взгляд Лики и добавил:

- Ей хотелось уехать отсюда, а я, понятно, не мог. Во всяком случае, мне так показалось...

- И что ж, она...

- Да, она уехала. Вот и вся любовь, - лаконично завершил он исповедь.

Лика на мгновение замерла, обдумывая слова Зотова. Она поняла, что в этих нескольких фразах содержания гораздо больше, чем он хотел ей преподнести. Почему-то у Лики сложился образ Виктора как легкомысленного повесы, прожигателя жизни. А у него, оказывается, был роман. Да еще с драматическим исходом. Очень интересно, очень.

Виктор нащупал в кармане сигареты, достал одну.

- Не будешь против? - рука с сигаретой застыла в воздухе.

- Нет, что ты...

Он взял у бармена пепельницу и протянул Лике пачку.

- Куришь?

Она мотнула головой и заказала кофе. Так и сидели - пили, курили, обдумывали краткие резюме друг друга. Время близилось к полуночи. Лика почувствовала, что программа на сегодня была для нее слишком насыщена. Обилие событий и эмоций тяжелым грузом давили на плечи. Нестерпимо захотелось вернуться к себе в комнату, улечься в ванну с ароматной пеной, поговорить с Сеней, наконец. И где сейчас этот странный кот?

У Виктора тоже был усталый вид. Зачем они здесь? - подумалось ей. Окинув взглядом зал с танцующей молодежью, Лика увидела Риту, ту самую девушку из "Изумрудного", которая, по словам Антипа, была хорошей массажисткой. Она стояла у входа и явно выискивала кого-то глазами. Вскоре к ней подошел молодой человек, они обменялись легким поцелуем, и он повел ее вглубь тесно стоящих столиков.

- Рита пришла, - равнодушно произнесла Лика.

- Кто? - обернулся Виктор и, близоруко прищурившись, посмотрел в направлении ее взгляда.

- Массажистка твоя. Рита.

- Что за глупость! - неожиданно вспылил он.

- Мне так Антип сказал. Вроде неплохая массажистка. Или я что-то путаю?

- Ах...это... Извини, я задумался, а тут - твоя массажистка. Какая она моя? Да, работает у нас. Не знаю, насколько она хороший специалист. Ни разу не обращался.

- Понятно... Знаешь, зря я тебе похвалилась, что не пьянею, - по-детски хихикнув, призналась Лика. - Что-то у меня совсем голова кругом. День сегодня тяжелый...

- Хочешь в "Изумрудный"? - тут же подхватил Виктор, кротко заглянув ей в глаза.

- Ну... если это не нарушит твои планы...

- Странные вещи ты говоришь. Мои планы сегодня полностью совпадают с твоими, - он прикоснулся к плечу Лики, и ей показалось, что рука его задержалась несколько дольше, чем предполагал этот дружеский жест. Она медленно поднялась со стула и его ладонь тихо соскользнула.

Едва войдя в комнату и заперев дверь перед носом Виктора, который проводил ее до комнаты, она сразу поняла, что ни о какой ванне с душистой пеной не может быть и речи. Сил хватило только сбросить обувь и дойти до балкона. Синопсис, ждавший ее у двери номера, был, похоже, безмерно рад, что наконец-то с гуляний вернулась его новая "сезонная хозяйка". Откинувшись на спинку шезлонга, Лика медленно поглаживала кота и пыталась о чем-то думать. Мысли же, как ни печально, никак не выстраивались в логический ряд и не приводили к какому-либо результату. Так, лихорадочные обрывки. Как в болезненном сне.

Ночь была тихая и светлая. Лика, прикрыв глаза, наслаждалась ароматами ночного воздуха, вспоминала лицо Виктора, его черные колдовские глаза, горячие ладони, и едва ощутимые прикосновения губ к ее волосам. Будь это несколько лет назад, она бы, скорее всего, безрассудно влюбилась. Но только не теперь... Увы, увы. Хорошо это или плохо? Ответа нет...

Пора было возвращаться в комнату, идти спать, но тело не слушалось, она совершенно обессилела. Синопсис, так уютно тарахтевший на ее коленях, неожиданно вскочил и тяжелым шлепком спрыгнул на пол. Лика прислушалась, ее сердце громко застучало - в дверь комнаты, похоже, кто-то осторожно барабанил пальцами.

Она на цыпочках подошла к двери и осторожно посмотрела в глазок. В коридоре маячила сгорбленная фигура Антипа. Вот еще сюрприз! Она хотела уйти, но тот прислонился к двери и негромко позвал:

- Лика... это я, Антип. Можете открыть?

"Господи, спаси!" - мысленно произнесла она и повернула ключ.

- Что-то случилось? - просунув нос в щелку, спросила она.

Антип оглянулся и прошептал со свистом:

- Есть новости, а у вас, смотрю, свет в окне. Если еще не ложились, могу рассказать...

- Давайте...

Он протиснулся мимо нее в дверь и жестом показал, чтобы закрыла за ним.

- Я собаку видел, - сказал Антип, войдя в комнату.

- Липу?! Где?

- В поселке.

- А Вера?

- Что, Вера? При чем тут Вера сейчас?

- Ну да, еще скажите, что собака купаться пошла и пропала. А теперь вот...

Они стояли напротив друг друга, вытаращив глаза, как представители разных планет.

- Хотите чаю? - спросила Лика и потерла ладонью лоб. Разболелась голова.

Антип махнул рукой:

- Давайте, если не трудно.

- Не трудно.

Она включила чайник, насыпала в чашки заварку, достала из холодильника печенье.

- Короче, я облазил всю территорию "Изумрудного", прошел по линии пляжа, довольно далеко, но нигде никаких признаков живности не заметил. Честно скажу, ваши слова про псину засели мне в мозг. Представить, что кто-то утопил и Веру и ее собаку... ну как-то уж чересчур, - Антип сосредоточенно маячил от стола к окну и обратно.

- Вот и я про что, - согласилась Лика, не сводя с него глаз.

- Потом я решил прокатиться в поселок за вином... не хотите вина? - он остановился перед ней.

- Нет, нет - замахала Лика руками. - Не до вина, знаете.

- Так вот, - Антип, наконец, перестал ходить и сел за стол рядом с Ликой. - Выхожу я из магазина и вижу таксу. Сидит, привязанная к штакетнику.

Чайник отключился, и Лика разлила по чашкам кипяток, прикрыв каждую маленьким блюдцем, чтобы заварка настоялась.

- И что, она вам сказала, что ее зовут Липа? - с нескрываемым сарказмом прокомментировала Лика. - Или вы позвали ее и она откликнулась?

- Мы не так близко знакомы, чтобы вступать в разговоры прямо на улице, - прищурив глаза, парировал Антип.

Лика достала из тумбочки таблетки.

- Извините, Антип, голова трещит, нервы звенят...

- С чего вдруг?

Антип взял ложечку и начал неторопливо размешивать заварку в чашке. Откинувшись на стуле, он многозначительно обвел взглядом комнату.

- Вы тут, я смотрю, вип-персона. Испытание роскошью? От этого нервы?

- Прекратите... мне не до роскоши, - Лика запила водой таблетку, прикрыла глаза. - Не могу терпеть головную боль. Мигрень.

- Сочувствую. Извините, Лика, наверное, я пришел не вовремя, - Антип приподнялся.

- Только не уходите, - не открывая глаз, произнесла она и схватила его за руку. - Сядьте, прошу вас. Сейчас пройдет... рассказывайте.

- Понял. В общем, я отошел на некоторое расстояние и стал ждать, когда появится хозяйка Липы. Сомнения были, что это просто похожая такса, но совсем чуть-чуть. Ошейник у нее примечательный, если вы заметили: темно-красный с двумя маленьким стразами.

У Лики вытянулось лицо, она приоткрыла глаза и посмотрела на Антипа, как на привидение.

- Заметила, отчего же нет. Так это действительно была Липа?

- Она самая. Вскоре из магазина вышла женщина. Не Вера, как нам бы хотелось. Я подошел ближе и услышал, как она отчетливо произнесла кличку: Липа.

- И что это значит? - риторически произнесла Лика, глядя прямо перед собой.

- Это значит, что не все так просто. По всему видать, женщина собаку знает.

- Ну да, не Липа же ей назвала свою кличку. Это понятно.

- Другой вопрос, как такса оказалась у нее? Можно предположить, что у Веры была знакомая в поселке, как ни крути - не первый год здесь отдыхает.

- Да, точно так же говорил мне Корецкий.

- Корецкий? - Антип вытянул шею и нахмурил брови.

- Писатель говорил, что многие здесь отдыхают по многу лет подряд, и они обзавелись знакомыми из окрестностей. Потому, мол, на пляже днями отдыхающие не просиживают. Это в принципе понятно. Мне показалось, что вы тоже не первый год здесь отдыхаете.

- Первый.

Лика замолчала. Она была озадачена. Судя по тому, как вела себя Анна у Ванковича, то ее приезд сюда однозначно не был первым.

- И я - первый, - коротко произнесла она после некоторой паузы. - А номер этот мне, кстати, не нравится. Совсем. Не знаю даже, зачем меня переселили сюда... возможно, как-то связано со следствием. Максим упал с моего балкона.

- С вашего?! - откровенно удивился Антип, и Лика поняла, что брякнула лишнее. Хотя, тут же вспомнила она, об этом знали те женщины, что видели, как он падал.

- Ну да. Есть свидетели. Когда мы с Верой Игоревной прибежали на вой сирен, то две пожилые женщины про это как раз рассказывали.

- Ясно теперь, что за дамочки уехали раньше срока. Других тут и не было, такого возраста я имею в виду.

- Возможно, вы правы. И они, кстати, были хорошо знакомы с Верой.

Антип допил чай, похрустел немного печеньем, затем обратился к Лике:

- Что ж, я, пожалуй, пойду. Поздно уже...

Лика подняла кверху палец.

- Стоп! У меня к вам, Антип, есть пара вопросов. Раз уж вы пришли сюда ночью, и я рискнула вас впустить в номер, то имею право на некоторую компенсацию. Согласны?

Антип с шумом втянул в себя воздух и закатил глаза в потолок.

- Что ж... мне уже волнительно стало. Так в чем заключается компенсация?

- Не бойтесь. Это не больно, - рассмеялась Лика.

- Я вижу, что голова ваша уже в порядке. Так?

- Почти. Намного лучше во всяком случае. Итак... что у вас с Анной? Любовь-морковь или что-то другое?

Антип замер с открытым ртом, затем приложил палец к губам и высоко поднял брови.

- Да уж... такого не ожидал, - медленно процедил он. - и что ж сказать...

- Правду и только правду, а иначе...

- Что иначе?

- Иначе я потеряю к вам доверие и буду вас опасаться.

Антип поднялся, сложил руки на груди, начал опять расхаживать по номеру, искоса поглядывая на Лику, сидевшую с каменным лицом.

- Спалился, что называется, - буркнул он.

- Не смешите, - снисходительно пропела она. - Я же вижу, что ваши романтические отношения таковыми не являются.

- Я все понял. Да, признаюсь, Аня не моя возлюбленная, а всего лишь...

- Сестра!

Антип остановился, как вкопанный.

- Как вы догадались? Мы же совсем разные! Аня вся в отца, а я больше по материнской линии.

- Да, разные, - с победоносным видом согласилась Лика. - Если бы не одна маленькая деталь. Малюсенькая такая, - двумя пальцами отмерила она эту величину. - Вы абсолютно одинаково хмурите брови.

- Мегрэ в юбке, ни дать ни взять.

- Одно не понятно, как вы в одном номере размещаетесь?

- С чего вы взяли, что в одном? - расхохотался Антип. - Наши номера рядом.

Лика такого не ожидала, ее лицо залило краской. Действительно, откуда она может знать, в каких комнатах они живут? И вообще... Сейчас вдруг до нее дошло, что все, что она тут городила - ее домыслы, не более.

- Ладно, проехали. Я так понимаю, у вас еще ко мне вопросы есть? - веселые огоньки, как чертики, бегали у него в глазах.

Никаких вопросов задавать она больше не хотела, чтобы опять не ляпнуть ерунду.

- Вы так и не сказали, куда пошла эта женщина с Липой? Вы не проследили?

- Нет, куда она пошла - не знаю. Не был готов, если честно, заниматься слежкой. К тому же, она села в автомобиль. Но не за руль, а на заднее сидение. Моя машина стояла далековато от этого места, я все равно не успел бы...

- Странно как все это. Жаль, что не было возможности проследить. Может, надо было просто подойти к ней и спросить, откуда у нее собака Веры Игоревны? Не убила бы, я думаю.

- Вы это серьезно? - Антип стоял, прислонившись к стене, и сочувственно смотрел на нее сверху вниз.

Лика поморщилась, цокнула от досады и согласилась:

- Вы правы, так нельзя. Ну что ж, это мы выясним. Ведь так?

- Надеюсь. Засим хочу раскланяться, - Антип оторвался от стены и шаркнул ногой. - Время позднее...

- Эка вас занесло, - мрачно произнесла Лика и поднялась, чтобы проводить ночного гостя.

Все, теперь спать, только спать, - бормотала она себе, ворочаясь на царском ложе. Мысленно она слала Грише "благодарность" за такой отдых. Еще никогда на нее не обрушивалось такое количество пугающих загадочных событий, как сегодня. Развод с мужем, его измены - все это теперь казалось розовой мелодрамой. Она вспомнила выражение лица своего бывшего, когда они расставляли последние точки над "и". Самоуверенность, самолюбование и презрительная снисходительность. Три в одном. Сейчас, пытаясь заснуть, она занялась обличительными монологами в свой адрес. Зачем она позволила так с собой обращаться? Зачем смотрела в его бесстыжие глаза с жалкой надеждой? Виновата во всем сама, только сама...

Откинув мысли о своем никчемном опыте семейной жизни, она попыталась погрузиться в сон, но в голове тут же всплыл образ Веры. Нет, так дело не пойдет! Лика включила настольную лампу и взяла из тумбочки снотворные таблетки. Со стаканом в руке она подошла к столу и налила воды из чайника. Посмотрела на себя в зеркало, усмехнулась и забросила таблетку в рот.

Громкий удар в дверь, который внезапно раздался в тот момент, когда она сделала глоток воды, заставил ее вскрикнуть и в два прыжка вскочить на кровать. Несколько секунд она стояла на постели, затем судорожно начала натягивать одежду поверх пижамы. Тихонько подвывая, Лика схватила телефон, чтобы позвонить дежурной, но трубка отозвалась зловещей тишиной. Связи не было. Стуков тоже больше не было. Воцарилась тишина. Тут она вспомнила про глазок в двери.

В обзор попали брюки, лежащего на полу перед дверью мужчины. Закрыв от ужаса ладошкой рот, Лика отбежала от двери, но затем вернулась. Она услышала тихий стон, и еще раз прильнула к глазку. Ноги мужчины шевельнулись, и Лика увидела знакомые светлые мокасины. Виктор Зотов!

Медленно, стараясь сделать это беззвучно, Лика повернула ключ и приоткрыла дверь. Виктор попытался встать, чтобы освободить дверь, которую он подпирал собственным телом.

- Господи, Виктор! Что случилось? - Она протиснулась в узкий проем и вышла в коридор.

- Не знаю, - поморщился Виктор, придерживая рукой затылок. - Кто-то ударил.

Лика оглянулась по сторонам, подошла к лестнице и глянула в пролет: никого видно не было.

- Тишина везде, - шепотом сообщила она. - Давай ко мне.

Завернув в полотенце кубики льда, она приложила компресс к затылку Виктора.

- Ничего страшного, - сказала Лика, осмотрев голову. - Чуток крови на затылке и вот здесь небольшая ссадина, - она осторожно провела пальцем по скуле. - Голова не кружится?

Виктор посмотрел вокруг, пожал плечами:

- Вроде, нет...

- Не тошнит?

- Нет, все в порядке. Извини, напугал тебя. Идиот!

- Кто? - насторожилась Лика.

- Я. Кто же еще, - он взял из рук Лики полотенце. - Сам подержу.

Лика отошла к кровати, села на край.

- Ты можешь рассказать, что все-таки произошло? Как ты оказался здесь, и кто мог тебя ударить?

Виктор прикрыл глаза и скривился. Затем приложил полотенце к скуле.

- Ты держи холод на затылке!

- Пройдет. А лицо - сразу видно. Завтра начнутся расспросы.

Лика терпеливо ждала, когда он начнет говорить, но Виктор молчал. Тогда она поднялась и сходила в коридор и еще раз посмотрела в глазок. На этаже никого не было.

- Ты шел ко мне с какой целью? С кем-нибудь перед этим разговаривал или видел, может, кого?

- Никого не видел, - с глухим раздражением ответил он. - Сидел во дворе, спать не хотелось, а в твоем окне видел свет. Захотелось зайти... как еще тебе объяснить? - он исподлобья глянул на Лику. - Мне захотелось продолжения вечера... за это, наверное, и получил.

Лика почувствовала, как по телу прошла горячая волна. Она отвела глаза в сторону.

- Подхожу к твоей двери, а тут - бац! В затылок кулаком.

- Почему кулаком? Как ты понял?

- Мне так показалось. Во всяком случае, чем-то не слишком твердым.

- Ну да, крови почти нет. Неужели ты не слышал, что за тобой кто-то идет?

- Да никто за мной не шел. Это точно. Я потом понял, что он скрывался, скорее всего, за тем деревцем в кадке, что стоит у окна.

- Китайская роза, - кивнула Лика. - Да, за ним можно спрятаться. И в глазок то место не видно. Слепая зона, как говорят... Это получается, что ко мне не только ты хотел прийти?

На Лику вдруг напало безразличие. Начала действовать таблетка, которую она успела-таки проглотить.

- Вить, тебе может чаю сладкого сделать? - спросила она, почувствовав, что язык уже плохо слушается. - Или давай полицию вызовем, а?

- Ты что? Какую полицию? Шуму, знаешь, сколько будет! Нет.

- Ну как это - нет? - Лике нестерпимо хотелось завершения всей этой ситуации. - А вдруг тебя убить хотели?

- За что? Не придумывай. - Виктор поднялся со стула и посмотрел на себя в зеркало. - Черт! Хотели бы убить - убили, - добавил он, обернувшись к ней.

- А за что писателя? - из последних сил выводила слова Лика.

Виктор с недоумением посмотрел на Лику.

- Корецкого? Да кто его убивал? Сам свалился с балкона...

- С моего...

- Пьяный, может, был. Вот и перепутал.

- Ага...может, - спорить она была уже не в состоянии.

- Лика, я пойду. Извини, что так получилось.

- Я тебя провожу, - встревожилась она. - Хоть полдороги.

- Лика, прелесть моя, ты совсем спишь. Заснешь по пути. Я тебя вряд ли смогу донести...

- Это снотворное... да. Ты кричи, если что...

Виктор подошел, взял ее лицо в ладони и осторожно поцеловал.

- Обязательно.

Лика очнулась от нестерпимой жары и мяуканья Синопсиса. Уснула она, не раздевшись, прямо поперек кровати. Во все окно светило солнце. Вчера она забыла закрыться шторами, кондиционер тоже не был включен. Глянув на время, Лика не поверила своим глазам: полдень! Состояние разбитости после снотворного еще не покинуло ее.

Она стояла под душем и вспоминала события вчерашнего дня. На душе было скверно. Вокруг нее, словно вьюга, кружились люди и события, к которым она не имела ни малейшего отношения. Но они все равно кружились очень близко, так близко, что становилось страшно. Лика закрыла глаза и подставила под струи воды лицо, слушая, как тонкие иголочки нежно массируют кожу. Почему же ей так страшно? Вчера на Виктора было покушение... именно покушение - иначе не назовешь. А ему не было страшно. Еще и целоваться лез. Она зажала лицо ладонями, и дождинки покорно забарабанили по рукам. Мысленно перебрав всех своих знакомых мужчин, она пришла к выводу, что подобных роковых красавцев еще не встречала. Такие мужчины манипулируют женщинами, как наперсточники доверчивым людом. Хм...хотелось бы ей увидеть ту непокорную, что посмела сбежать от Виктора Зотова. Или он врет?

Завернувшись в большое полотенце, Лика вернулась в комнату и заварила себе крепкий кофе. Включила телевизор, так, для фона, начала медленно расчесывать мокрые волосы. У нее, похоже, выработался иммунитет на мужчин. Как после ветрянки. На всю жизнь. Это, наверное, хорошо. Радости такое умозаключение ей не доставило, но придало спокойствия. Так проще...

Она сидела, прислонившись к спинке кровати, неспешно отпивала из чашки кофе и перебирала в памяти свой разговор с Антипом. Как такса попала в поселок? Лика на мгновение замерла с чашкой у рта, затем резко поставила ее на тумбочку. Есть очень простое решение всей этой головоломки! Вера просто оставила свои вещи на лежаке, потом вместе с собакой ушла в поселок. Если идти по береговой линии, то совсем недалеко будет... Так, так...

- Вот и все дела, уважаемы господа! - произнесла она вслух, спустила ноги с кровати и одним глотком допила кофе.

Потом началась суета. Она то бралась за фен, но, не досушив волосы, начинала убирать постель, одновременно, одной рукой намазывая лицо кремом, то подбегала к шкафу за одеждой. В конце концов, вышла на балкон и заставила себя успокоиться. Своими выводами ей не с кем делиться. Только если с Гришей. Да и выводы не основаны на фактах, а лишь на предположениях. Даже если представить, что именно так Вера и поступила, то сразу же возникает следующий вопрос: зачем? Для кого она пыталась сымитировать свое утопление? Если ей выгодна такая игра, значит, она кого-то боялась или ей кто-то угрожал.

Лика барабанила пальцами по перилам и прикидывала, как еще Липа могла оказаться у другой женщины. Единственный вариант, который приходил на ум - Веру утопила та женщина, которая знала давно и саму Веру, и ее таксу. Только в этом случае собака позволила бы увести себя без сопротивления. Но это больше смахивало на дурной сон, нежели на реальность.

Из комнаты раздался звонок внутреннего телефона. Лика тут же вспомнила, что ночью он не работал.

- Да...

- Анжелика Юрьевна, добрый день. Дежурная вас беспокоит, здесь горничная спрашивает, можно ли убрать номер?

- Да, пожалуйста.

- Когда вам удобно?

- Прямо сейчас...

- Спасибо.

Лика озадаченно посмотрела на аппарат, подергала провод, несколько раз нажала на рычаг. Из трубки каждый раз шли ровные гудки. Кто-то продолжает свои игры? С кем, с ней или с Виктором? Какое счастье, что существуют мобильники...

Вошла девушка со шваброй и коробкой, заставленной всевозможными флаконами для уборки.

- Начните с балкона, чтобы я там могла потом расположиться поработать, - зачем-то ляпнула Лика, не очень представляя, как она там может работать без ничего - ни ноутбука, ни бумаги с ручкой. Разве что кипу журналов взять с собой.

Горничная под пристальным взглядом Лики быстро убрала балкон. Захватив стопку журналов, Лика с деловитым видом переместилась туда, закрыв за собой дверь. Все остальное ее уже не волновало. Присев на шезлонг, она с облегчением вздохнула. Знал бы Гриша, чем она тут занимается. Он отправлял ее для морских купаний-загораний, спа-процедур и веселья всяческого, а тут - на тебе - убийства, интриги, расследования и прочие ужасы. Лика тяжело вздохнула и сделала попытку визуализировать образ Гриши. Получилось весьма неплохо, она тут же явственно услышала его голос: "Что ж ты, Юрьевна, о себе не думаешь? Обещала мне ни во что не вмешиваться..." Лика сцепила пальцы в замок, уткнулась в них носом и беззвучно прошептала: "Ничего, дорогой мой Гриша, не получается. Хоть тресни!"

Девушка закончила убирать номер и осторожно постучала в стекло.

- Я ухожу. Закройте за мной дверь, Анжелика Юрьевна, - прокричала она из комнаты.

Лика вышла с балкона, проводила горничную и перед тем как закрыть дверь, спросила:

- Скажите, а та девушка, что делает у вас массаж, она каждый день приезжает сюда?

- Рита? Конечно. Кроме выходных. Вчера вечером работала, сегодня с утра здесь. Завтра опять вечером. Такой у нее график.

- Спасибо...

Не то чтобы ей очень хотелось ходить на массажи всякие, но сама мысль, что она займется тем, чем и полагается обычному, среднестатистическому отдыхающему, давала ей иллюзию гармонии и уравновешенности. И то, что это будет всего лишь иллюзией, нисколько не смущало Лику. Между реальностью воображаемой и существующей грань весьма условная. Не зря же придумана терапия гипнозом и внушением.

Она спустилась на первый этаж и прошла вглубь здания по узкому, длинному коридору. Найдя нужную дверь, негромко постучала.

- Да-да! Входите, кто там?

- Здравствуйте, - сказала Лика девушке в белом халатике, сидевшей за маленьким стеклянным столиком и что-то отмечавшей в толстой тетради. - Мне сказали, что вы занимаетесь массажем...

- Совершенно верно, - кивнула Рита, кареглазая брюнетка с невероятно длинными, загорелыми ногами, которые она причудливо заплела одна за другую, почти как косу. - Одну минутку, - подняла она пальчик левой руки кверху, продолжая что-то непрерывно писать.

- Ну вот, теперь порядок, - улыбнулась длинноногая лань. - Что ж вы не пришли в первый день?

- В первый? Не знаю, как-то не подумала об этом, - пожала плечами Лика. - А теперь уже нельзя?

- У нас нет такого слова "нельзя". Тем более, для вип-клиентов. Присаживайтесь, - Рита сделала плавный жест в сторону стула. - Я оформлю, и займемся делом.

- Сколько стоит один сеанс? - поинтересовалась Лика.

- Вы у нас проживаете в триста первом?

- Да.

- Ну вот. Просто распишитесь вот здесь, где я птичку поставила, - она придвинула тетрадь Лике. - Что вы смотрите на меня? Это нисколько не стоит, трехсотки обслуживаются бесплатно. Номер из разряда "все включено".

Лика отвела руку в сторону и подняла взгляд на массажистку.

- Нет. У меня другой случай. Я просто по недоразумению попала в этот номер.

- Как это - по недоразумению?

- Меня там поселила Альбина Афанасьевна. Скорее всего, временно. Я так думаю. Поэтому вы мне скажите, сколько стоит массаж и я оплачу.

Рита покачала головой и набрала на мобильнике номер.

- Альбина Афанасьевна, я тут с вашей отдыхающей из триста первого разобраться не могу, - сказала она в трубку. - Настроена купить массаж, про какое-то недоразумение говорит...да...так...вот именно.

Рита, слушая мобильник, взяла руку Лики и положила на тетрадь, рядом с "птичкой".

- Все поняла, до свидания. - Рита забросила в стол телефон и улыбнулась. - Ну вот, я же говорила, никаких недоразумений в "Изумрудном" не бывает. Все у вас включено!

Лика не верила своим ушам. Она как раз считала, что в ее жизни все выключено, а тут такие реверансы...

- Проходите в ту дверь, раздевайтесь...

Лика лежала на кушетке, руки Риты мягко захватывали ее кожу небольшими порциями и после определенных манипуляций возвращали на место, уже обновленную и напитанную энергией. Так, постепенно, участок за участком, она, казалось, "обговорила" с каждой клеточкой совместные планы по оздоровлению. Затем пошли в ход более глубокие прощупывания и растирания. Что ж, прав был Антип, массажистка и в самом деле была хороша, во всех смыслах. Странно, что Виктор не дал оценки своей работнице. Не по-хозяйски это.

- Вы, Анжелика Юрьевна, молодец, не усердствуете с загаром. Кожа в порядке, в рабочей, так сказать, форме. А то ко мне приходят некоторые дамочки почти с волдырями от ожогов и просят навести им порядок на спине. А что я могу, скажите? Подуть или веером помахать? Вот и все. Приедут на море и начинают впихивать и это море и солнце в себя такими порциями, что потом впору ложиться в больничку. Плюс алкоголь, ну, правда, это тема уже другая. Здесь пьют бочками те, кто и дома меры не знает.

- Неужели? - удивилась Лика. - А мне казалось, что публика здесь сплошь культурная, богема, можно сказать.

- Богема... разве что...

Ей вспомнилась Вера Игоревна. Представить ее пьяной, обгоревшей, объевшейся или еще какой-то там - это просто нонсенс.

- Конечно, здешние жильцы не пьют во дворе и не орут песен по ночам, но... - Рита замолчала. - Знаю я их нравы. Людей вроде немного, интеллигентных и того меньше.

- А вы давно здесь работаете?

- Второй год пошел. С прошлого лета.

- Вы хороший специалист. "Изумрудному" повезло, - похвалила Лика.

- Спасибо... Зотова хорошо платит. Я благодарна ей. В приморских краях, сами понимаете, работы кот наплакал. Только в сезон. Я в районной больнице медсестрой работаю, сущие копейки... Вот, слава Богу, еще здесь. У меня дочка маленькая, одна ращу, - Рита вздохнула.

Лике стало грустно и обидно. За себя, за Риту. Это же модель с обложки! А вот, поди ж ты - мать-одиночка.

- Муж моряком был, - тут же опровергла массажистка ее выводы. - Смыло с палубы во время шторма. Так и не нашли.

- Какая трагедия...

- Трагедия... Четыре года назад все случилось. Ничего. Уже привыкла жить с этим. С ребенком не до страданий, каждый день приходилось воевать с собой - заставлять себя улыбаться, содержать дом в порядке, за внешним видом следить, чтобы Машка не задавала вопросов, почему мама такая унылая и страшная. В общем, понимаете...

- Это хорошо, что Альбина Афанасьевна решила взять массажиста. Даже на пляжах городских массажируют, а в пансионате и подавно это нужно.

- Нет, все здесь укомплектовано было с самого начала. И до меня работала девушка. Уехала в прошлом году. Вот меня на ее место...

- Уехала? Решила поменять место жительства кардинально или на другой курорт?

- Не могу сказать. Она не местная была. Ее покойный муж Альбины Афанасьевны вроде бы откуда-то привез. Ценный, наверное, кадр. А потом, когда трагедия та случилась... ну, вы в курсе...

- Да, конечно, - отозвалась Лика, - Зотова убили вроде.

Глава 7

- Темная история с этим убийством... короче, каталась, как сыр в масле эта специалистка, в почете здесь была, а как хозяина не стало, она в тот же день и съехала.

- Почему?

- Никто не знает.

- Странно, но могу сделать предположение, что была она плохоньким специалистом, а Зотов ее поддерживал. Не стало поддержки, и она поняла, что ее уволят.

- Вот это в голову не приходило, честно скажу. Только поддерживал ее, мне кажется, больше молодой хозяин. Вроде даже роман у них был...ну, так слышала краем уха.

- С Виктором?

- Вроде так. Ой... я тут разболталась. Анжелика Юрьевна, вы никому такого не рассказывайте. Меня сразу уволят. Здесь работникам строго запрещено сплетничать о хозяевах и их работниках. Имиджем дорожат.

Лика повернулась к ней лицом и проговорила шепотом:

- Это будет нашей с вами тайной. И только. Я надежная хранительница чужих тайн.

- Правда?

- Проверено и печать поставлена.

Рита невольно рассмеялась, руки ее ослабли.

- Тогда еще скажу вам, уж так и быть, - массажистка оглянулась на дверь, - я не просто так вам рассказала про сынка хозяйки. Вчера видела вас с ним в "Сонной Луне"...

- Ага, были мы там. И что? Говорите, Рита.

- Да собственно ничего особенного, - девушка еще раз оглянулась на дверь, - я ведь не с каждым тут болтаю... просто мне показалось, что вы девушка другого уровня...

Лика перестала дышать. Неужели ее дела так плохи?

- Вы не пустышка глянцевая.

- Не глянцевая уж точно. Насчет наполненности содержанием не мне судить.

Рита прижала пальцами что-то на шее, раздался тихий щелчок.

- Ой...

- Разве больно? - удивилась Рита.

- Нет...

- Освободила вам зажатый участок. Приходится много за компьютером сидеть?

- Приходится, увы...

- Я не против богатых, поймите меня правильно. Никто из нас не отказался бы от денег, наследства, удачи, в конце концов.

Рита замолчала. Подгонять ее Лика не стала, боялась показаться слишком заинтересованной. Затем не выдержала и спросила:

- Считаете его фальшивым?

- Виктора?

- Ну да, мне интересно ваше мнение.

Рита еще немного помолчала, как будто обдумывая что-то про себя.

- Нет. Тут я утверждать не решусь. Я пришла работать в "Изумрудный" спустя неделю после Татьяны.

- Это девушка Виктора?

- Да. Такое, можно сказать, достаточно старинное имя. Когда я услышала про их роман, то даже не поверила сразу.

- Почему?

- Не был он похож на человека, у которого разбито сердце. Угрюмый - да. Злой - тоже да. А когда люди теряют любовь, то выглядит это иначе. Вот хоть убейте меня! Бестолково объясняю?

- Да нет. Я понимаю, что вы хотите сказать. Но если эта Татьяна бросила его, то злость и угрюмость вполне объяснимы.

- Считаете? - Рита двумя руками начала продавливать позвоночник. - А мне кажется, что он был сильно уязвлен. Страдал он, прежде всего из-за того, что эта девушка - не богатая, как я понимаю, - предпочла свободу золотой клетке.

- Так может здесь другой вариант? Он сам ее бросил. И бедняжке не оставалось ничего другого, как собрать нехитрый скарб и отправиться восвояси.

- Так чего не прыгал от радости? Почему не завел новый роман? За год тут столько народу перебывало! Многие красотки зуб точили на него, но только вы смогли зацепить его. Вот я про что. Люблю, когда все понятно.

- Не знаю, что и сказать. Даже предположений таких не возникло у меня. Так, по-дружески провели вчера вечер. В планы мои любовный роман точно не входит. Я мужчинам не верю. Был печальный опыт...

- Это уже лучше. Я, конечно, не про опыт. Лучше без всякого опыта попадать в десятку.

Рита нежно поглаживала спину, завершая сеанс. У Лики испортилось настроение. Почему она "цепляет" тех, кто потом ее же и предает? Не это ли хотела сказать мастер по телам и душам Рита?

- Вы, Рита, философ, ни дать ни взять...

- Не поверите, - засмеялась Рита и прикрыла спину Лики тонкой простынкой, - но массажисты за рабочий день выслушивают столько историй житейских, что опыта хватает на много лет вперед. Это я сегодня разболталась, а так все больше слушаю. Слушаю и удивляюсь...

Лика вышла от Риты как будто с крылышками на спине: такая легкость во всем теле. Ее мнение о красивых девушках с модельной внешностью несколько изменилось. И красива, и умна, и специалист хороший. Она глянула на часы. Скоро можно идти на обед. Потом на море. Иначе с чем она вернется на работу? С унылым видом и разбитым окончательно сердцем? Нетушки! У нее совсем другие планы.

В номер она решила не идти. Выйдя на крыльцо, после недолгих раздумий, Лика направилась в беседку, чтобы скоротать время и отдохнуть после массажа.

- Анжелика Юрьевна!

Лика обернулась. Сергей Коротков тащил шланг для полива и улыбался. Она остановилась, подождала, когда он поравняется с ней и спросила:

- Есть повод для радости?

- Здравствуйте, для начала.

- Здравствуйте...

Коротков положил на траву скрученный шланг и, продолжая улыбаться, произнес:

- Не знаю, на что вы намекаете, но ответить мне вам нечего. Я на работе, солнце светит, трава зеленая, небо синее, и рядом девушка красивая, но почему-то злая...

- Ай, ну вас... Что с Верой? Нашли?

- Ничем порадовать не могу. Аквалангисты пока работают.

- Понятно, - кивнула Лика. - Такое было когда-нибудь?

- Вы про что? Про утопленников?

Лику передернуло от таких слов.

- В "Изумрудном" это первый случай. А так, по побережью, в окрестностях, за сезон бывает по нескольку таких происшествий. Вода, сами понимаете...

- Ну вот. А вы говорите "солнце светит, небо синее"...

- Да говорю. А, по-вашему, мы должны траур объявить и флаги приспустить? Здесь пансионат для отдыхающих. Каждый из нас очень переживает. Не только вы, поверьте.

- Извините. Я не то хотела сказать...

Лика толком и не знала, что она хотела сказать, что вообще она хотела от этих людей. Вспомнив свой вчерашний променад с Виктором в ночной клуб, ей и вовсе стало стыдно.

- А вы разве не были сегодня на пляже? - миролюбиво спросил он, занявшись разматыванием шланга.

- Нет. Вот на массаж ходила сейчас.

- Правильно. Понравилась Рита?

- Да. Очень хорошая массажистка.

- Все хвалят, - кивнул Сергей.

Дождавшись, когда Коротков скроется в глубине аллеи, Лика направилась к беседке, хотя сидеть там ей совсем расхотелось. После разговора с Сергеем настроение испортилось, несмотря на его уверения, что небо синее и все остальное в том же духе. Она тяжело вздохнула, села за стол, провела рукой по шелковистой поверхности деревянной столешницы и бессмысленно уставилась в пространство перед собой. Здесь была приятная тень, сквозил легкий ветерок, слышались изредка голоса людей. Над верхушками молодых туй белели стены пансионата, и хорошо был виден балкон злополучного двести второго номера. Окно было наглухо закрыто шторами. Вряд ли в ближайшее время туда заселят новых людей. Пока она здесь, пока свежи у всех остальных воспоминания о трагедии с Корецким - уж точно никого там не будет.

Она подумала о Викторе, который вчера ушел от нее с разбитой головой. Кто-то караулил его в коридоре, но зачем? Зачем телефон отключать было? Вызвать скорую или полицию можно с мобильника... Спектакль детский. Или не детский? С того телефона можно одной кнопочкой вызвать дежурную, с мобильника же так не получится. Значит, кто-то не хотел встречаться на этаже с персоналом. А если бы Виктор не поднялся к ней? Она уже чувствовала, что это "если" будет ее мучить, как старая заноза. И вытащить больно, и с ней ходить неприятно. Понятно, что голова Виктора была бы цела, не пойди он к ней. Но тогда в опасности была бы ее голова? Или этот невидимый персонаж был ее стражем? Ха-ха-ха... Сплошные "так и сяк". Рассуждать подобным образом все равно что открывать сейф зубочисткой.

Лика крутила на пальце ключ от своего номера и тихонько напевала мелодию песни, что вчера играли в "Сонной Луне". Солнце светит, небо синее, трава зеленая... Хорошо тебе, Коротков! То ли ты умный, то ли хитрый, то ли просто умудренный опытом... Лика перестала мурлыкать, полезла в сумку за мобильником, чтобы глянуть время, но телефон в этот момент завибрировал, от неожиданности она выронила его из рук.

- Черт!

Она наклонилась, чтобы поднять мобильник, но он провалился между рейками настила, и просто так его вытащить не получалось. Лика достала из сумки пилочку для ногтей и начала операцию по спасению телефона. Стоя на коленях и чертыхаясь, она несколько раз едва не уронила свое орудие в зазор, но все-таки ей, наконец, удалось приподнять уголок мобильника. Уцепившись ногтями за краешек, она вытащила уже смолкший телефон и положила его на стол. Ее внимание привлек яркий кусок пластика, который лежал там же, на земле под настилом, но чуть дальше. Присмотревшись, она поняла, что это была банковская карточка. Кто-то, наверное, сейчас сильно переживает, подумалось ей. Поднять ее наверх было нереально, единственный выход - вытолкнуть к краю беседки, за пределы настила.

Спустя некоторое время Лика держала в руках пластиковый прямоугольник именной банковской карточки. Тисненые буковки гласили, что принадлежит она Светловой Надежде. Едва она опустила находку в сумку, как чьи-то ладони закрыли ей глаза. Лика вскрикнула и замахала руками.

- Ты что, Лика, это же я... - Виктор потирал щеку, по которой, похоже, она ударила.

- Зотов! Ты в своем уме? - шипела разъяренная Лика. - Я вчера чуть от страха не умерла, когда на тебя напали, а ты сегодня номера тут выкидываешь.

- Ого! Наверно, лучше, чтобы меня вчера все-таки укокошили. Сегодня бы никто тебя не напугал. - Он состроил виноватую мину, но при этом глаза его смеялись.

- Тебе смешно?

- Ага...

- А мне вот нисколечко, - Лика часто заморгала, из глаз покатились слезы, и она отвернулась.

- Вот же обормот, напугал, - он взял ее за плечи и развернул к себе лицом. - Ну, прости, пожалуйста. Я больше так не буду.

Она мягко отстранилась и, нахмурив брови, посмотрела на него.

- Как ты меня нашел?

- Нет бы спросила, как мое здоровье...

- Да, что-то не то говорю... Действительно, как твое здоровье? Покажи голову? - она попыталась взглянуть на затылок, но Виктор ловко увернулся и показал язык.

- А вот и не покажу!

- Почему? Покажи сейчас же!

- Потому что ты злючка-колючка.

Зотов схватил ее за обе руки и рассмеялся.

- Да все нормально. Йодом вчера еще смазал. Сегодня уже порядок, - он отпустил ее и развернул волосы. - Видно?

- Так, немного коричнево...

- Ну вот, я ж говорю, что нормально все. А ты на обед сегодня собираешься? На завтраке я тебя тоже не видел. Голодовку решила объявить, не иначе.

- Обед? Собираюсь, конечно, - рассеянно пробормотала она.

Лика медленно направилась по дорожке в сторону пансионата, Виктор шел рядом, слегка придерживая ее за локоть.

- Ты Альбине Афанасьевне рассказал?

- Маме? Еще не хватало. И ты не вздумай. Договорились?

- Тебе виднее, конечно. Но, знаешь, относиться к этому как к пустяку тоже не стоит. Я все утро накручиваю себе нервы, как вспомню...

- По тебе и видно. Ладно, перестань страхи нагонять, а то меня тоже хандра скрутит.

- И это решение вопроса?

Виктор оглянулся по сторонам, закинул руки за голову и потянулся.

- Погода сегодня хорошая, заметила? Не жарко...

- Ага. Небо синее, море теплое... Я с тобой серьезно разговариваю.

- Если серьезно, то я думаю над этим. Не волнуйся. Тебя я действительно искал, чтобы предупредить насчет мамы. Не надо ее волновать, она и так подсела на лекарства всякие, и к этому иногда добавляет алкоголь...

- А вот это очень опасно.

- Ты что, доктор?

- Это любой школьник знает.

- Ну вот. Она тоже знает. Все она знает и понимает, но лишние тревоги ей ни к чему.

- Не скажу. Только прошу, будь осторожен. Хорошо?

- Буду, буду...

- Сергей говорил, что Веру пока не нашли. Я даже на пляж не пошла, настроения никакого нет.

- Да, пока не нашли. Но такое бывает, за ночь течением могло унести далеко. Море не пруд.

- Так она все-таки утонула... - произнесла Лика с печалью в голосе.

Виктор удивленно посмотрел на нее.

- Что значит "все-таки"? Или ты считаешь, что на третий день можно найти в море человека живым? К великому сожалению, так не бывает...

От его слов повеяло холодом и безнадежностью. Они подходили уже к крыльцу, когда Лика остановилась и, глядя Виктору в глаза, спросила:

- Скажи, а Вера дружила с Корецким?

- Чего ты вдруг... Не знаю, как называются отношения на курорте между мужчинами и женщинами, но не дружба, конечно.

У Лики вытянулось лицо.

- Ты хочешь сказать, что у них роман был?

- Лика, я как раз хочу сказать, что романа у них не было. Но ты про дружбу тут говоришь. А как ее определить можно? Здесь с писателем у всех были хорошие отношения.

- Да, его здесь любили. Мне Анна говорила.

- Я бы не стал так категорично говорить - дружили, любили... Здесь народ отдыхает, развлекается, общается. Определенных привязанностей я не замечал.

- Хорошо, пусть себе развлекались и общались. Но ведь не враждовал никто с ним?

- С Корецким? Не думаю. Откровенных конфликтов у него не было. Но, сама понимаешь, враждовать можно и не конфликтуя.

- Тут ты прав... Ладно, пойду обедать, - Лика кивнула и направилась по ступенькам к дверям.

- Добрый день. Всем приятного аппетита, - сказала она, усаживаясь за стол.

- Здравствуйте, Анжелика Юрьевна, - отозвался Антип, с аппетитом уплетая борщ.

- Вы что-то завтрак пропустили, - держа двумя пальчиками лист салата, спросила Анна и тут же уткнулась в свой телефон. Ответ, поняла Лика, с нее не требовался.

- А мы подумали, что вы решили уехать, - не отрывая взгляда от телефона, добавила Анна.

- Уехать? С чего вдруг? - Лика вздернула брови. В ее интонацию невольно прорвалась снисходительность. Но не много, в пределах вежливости.

- Действительно, - Антип посмотрел на Анну и пожал плечами. - У меня, Аня, таких мыслей не было. Не детский сад же. Все взрослые люди. - Он потянулся к хлебнице и взял два кусочка. Костяшки пальцев у него были красными и слегка припухшими. - Сегодня очень вкусный борщ. Рекомендую, - обратился он к ней.

- Спасибо, попробую.

Эти слова она произнесла, теряя, казалось, последние силы. Вчера Виктору показалось, что по голове его стукнули кулаком. Что здесь происходит, в конце концов? Получается, что это был Антип??? Прав был Виктор, ненавидеть можно тихо. За что же его так ненавидит Антип? А ведь она ему доверяла, даже расследование они планировали провести вместе...

- Не нравится? - спросил он, заметив, что Лика едва притронувшись к борщу, отставила тарелку в сторону.

- Борщ - чисто мужицкая еда. Чтобы силы были дрова колоть, - вставила реплику рыжеволосая сестрица Антипа.

Лика посмотрела на безмятежно жующую зелень Анну и невпопад сказала:

- Да, сегодня хорошая погода. Не жарко. Пойду, наверное, поплаваю. Потом что-нибудь перекушу.

Она поднялась, одарила сидящих кислой улыбкой и направилась к выходу. В ногах была предательская дрожь, голова слабо соображала, куда на самом деле ей сейчас стоит пойти. Ноги привели к себе в номер. Лика плюхнулась в кресло и некоторое время сидела, не видя и не слыша ничего вокруг. Потом туман в голове немного рассеялся, стало легче дышать. Странно, подумала она, что Антип не скрывал своей травмы. Вчера ночью он был у нее здесь, и никаких красных косточек не было... или были? У страха, как известно, глаза велики. Антип вполне мог быть уже с травмой, но у нее не было повода на это обращать внимания, а теперь - все одно к одному!

Ее сомнениям не было конца. И без того задерганная необъяснимыми событиями последних дней, Лика в полной мере ощутила свою беспомощность именно сейчас, когда было совершенно непонятно, кому она может доверять. И вывод напрашивался один - никому не доверять. Это те слова, что сказал ей перед отъездом Гриша. Что ж она такая невнимательная? И трусливая вдобавок! Любой нормальный человек на ее месте просто спросил бы: "Антип, а что это у вас с рукой?" Ведь для собственной же безопасности важно вести себя естественно. А она: борщ не тот... на море пойду... Тьфу! А борщ был действительно вкусный, и ей так захотелось есть!

Надев купальник и сарафан, она забросила в сумку большое полотенце и пачку крекеров, что оставались в холодильнике. Прикрыв недовольное выражение лица огромными черными очками, она уже открыла дверь комнаты, как вдруг вспомнила про звонок, на который она не смогла ответить, потому что мобильник завалился под рейки. А вдруг это был Гриша? Нетерпеливо открыв пропущенный вызов, она едва не взвыла от досады: звонил Владимир, ее бывший. Что ему на этот раз понадобилось? Лика уже провела пальцем по номеру, но тут же сбросила звонок. Зачем ей это нужно? Какая разница, что именно хотел этот человек. Он для нее никто, и звать его никак. И это вовсе не пафос, это спокойная констатация факта. Жаль, что не Гриша.

- Я соскучилась по тебе, Григорий, - неожиданно вслух произнесла она и вышла из комнаты.

На пляже было как всегда тихо, лишь несколько человек загорали, расположившись друг от друга на приличном расстоянии. На вышке все тот же одинокий спасатель, и никаких признаков работающих где-то водолазов. Все текло своим чередом. Утро сменяло ночь, вечер - день, уходили сутки, недели, месяцы... Еще вчера какие-то люди были живы и счастливы, сегодня о них уже говорят в прошедшем времени, а завтра и вовсе забудут. И так было всегда на земле, и так будет вечно...

Лика вошла в воду, проплыла немного, легла на спину и подумала о том, что если бы собрать сейчас всех, кто купался в этом месте за всю историю моря, то и самого моря, поди, не хватило бы. Это ж толпища какие... И кто-то тут смеялся громко, кто-то любил, ненавидел, и разные козни строил.

Лика зажмурила глаза, потом в щелочку посмотрела на вышку. Парень с биноклем что-то высматривал в море. А что высматривать? Здесь людей по пальцам перечесть можно. Видны невооруженным взглядом. А Вера Игоревна была одна, и никто не заметил как она утонула... Что-то коснулось ноги Лики, она дернулась и, отчаянно стуча ногами и руками по воде, поплыла к берегу. Выйдя на берег, она некоторое время еще стояла у воды, шумно и часто дыша, затем медленно пошла к лежаку.

Как-то в пору ее семейных дрязг сослуживица посоветовали обратиться к гадалке. Лика никогда не верила в возможность силой повернуть колесо судьбы в другую сторону, но все же согласилась. Просто так, из любопытства. Дирижером звезд оказалась довольно молодая женщина по имени Клера. Странное имя, придуманное. То ли от Клеопатры, то ли эклеры навеяли. Лика со снисходительной кротостью некоторое время молчала, больше вслушиваясь в интонации вещуньи, нежели в их смысл. Затем она почувствовала неладное - свет свечи и большой прозрачный шар начали у нее плавать перед глазами, голос женщины то приближался, то отдалялся. Это потом, только назавтра, она поняла, что попала под действие самого настоящего гипноза. Ей всегда казалось, что истинные прорицательницы обязательно должны быть от народа - старые и неопрятные. А здесь ситуация была с точностью до наоборот. Красавица томно взмахивала длинными ресницами и говорила низким грудным голосом о чем-то совершенно абстрактном, не имеющим к ней, Лике, ровным счетом никакого отношения. Лекция по парапсихологии в чистом виде. Последняя, "доплывшая" до ее сознания фраза была такой: "Анжелика, не живите чужой жизнью, свою упустите. Она все время рядом с вами, а вы даже внимания не обращаете на нее. Вы поняли? Тогда все станет на свои места". Ей ничего не оставалось, кроме как вежливо покивать и пообещать следовать советам.

И почему именно сейчас ей вспомнилась эта история полугодовой давности? Возможно, жить чужой жизнью, чужими проблемами - это карма ее, хотя про тяжкий крест госпожа Клера ничего такого не говорила. А в чем конкретно заключается этот ее призыв увидеть свою жизнь, она так и не поняла. Быть эгоисткой что ли? Лика вздохнула и начала собираться. Завтра опять на массаж, лишнее солнце коже ни к чему. Перекинув сумку через плечо, она не спеша брела к пансионату. Морская вода обладала чудотворным действием. Как будто смыла с нее добрую часть проблем. Хотелось есть. В столовую не пойдешь, там сейчас закрыто. До ужина еще далеко, до магазинов - тоже.

На крыльце Ася в короткой юбочке и при полном параде на лице мела ступеньки. А что, хорошая работа - мети себе, горя не знай. Как говорила когда-то ее бабушка из деревни: где взял, там и поставил. Это она про швабру и метлу. Никакой ответственности, и с конкуренцией вопрос не стоит. Конечно, Ася не просто уборщица, она еще и дежурная... О-па!

- Ася! - Лика сняла темные очки. - Скажите, пожалуйста, Надежда Светлова - знакомо вам такое имя? Отдыхает или, может, работает.

Дежурная оторвалась от своего занятия и, заслонив глаза от солнца ладошкой, посмотрела на Лику.

- Знакомо. Есть такая отдыхающая. А что случилось?

- Хочу ей радостную весть принести. Я нашла банковскую карточку. Думаю, что ее. Вряд ли вторая Светлова здесь есть.

- Точно второй нет. А где нашли, у нас на территории?

- Да, в беседке. Под рейки завалилась.

- Это неудивительно, - закивала девушка, - уже сколько раз говорили, что надо сплошной пол там постелить. Все время что-нибудь да завалится туда. А Сергею везде не успеть одному. Раз в неделю, может, убирает там.

- Так в каком номере она?

- В сто десятом. Здесь, на первом этаже.

- Поняла, что на первом. Спасибо. Сейчас она вряд ли там.

Ася подошла ближе и тихо сообщила:

- Там она, в номере. Странная, скажу вам, тетенька. Сидит безвылазно у себя в комнате. Чего приехала...

- Мало ли. Нездоровится вдруг.

- Ну только что... Да вы ее знаете. Такая полненькая, все время в бейсболке ходит, козырек натянет на глаза, - Ася ладошкой сделала нырок со лба, - и вперед.

- Да, да, конечно знаю. В столовой недалеко от меня сидит, - обрадовалась Лика.

- Ну вот, я ж говорю...

Лика действительно обратила внимание на странную отдыхающую, которая даже в столовую всегда приходила в своей неизменной светло-зеленой с розочками бейсболке. Лика дошла до сто десятого и негромко постучала. Какое-то время из-за двери не было слышно ни звука, и Лика, постучав во второй раз, уже собралась уходить, как дверной замок громко щелкнул и дверь приоткрылась.

- Вы к кому? - спросила Светлова, поправляя на голове свою кепку. Она щурилась, пытаясь рассмотреть в сумерках коридора Лику.

- Здравствуйте. Я к Надежде Светловой. Если не ошибаюсь, это как раз вы.

- Здравствуйте. - Она вышла из комнаты. - Что-то случилось?

Лика порылась в сумке и вытащила оттуда найденную карточку.

- Вот. Вы потеряли. Наверно ищете теперь.

Светлова отшатнулась, как будто увидела не денежный документ, а приказ на арест.

- Зайдите, - резко оборвала она Лику и распахнула дверь в номер. - Где вы это взяли? - спросила она и зачем-то закрыла дверь на замок.

Лике стало не по себе. Права была Ася - странная тетенька...

- Где? В беседке. Вы, наверное, сидели там и не заметили, как обронили. Заберите. А я пойду, мне некогда, - попыталась она поскорее разделаться с этим вопросом.

Светлова взяла карточку, перегнула ее пополам.

- Она уже заблокирована. Не пойму, как она могла оказаться в беседке. Я там ни разу не сидела.

- Ну, может...

- И не стояла рядом, - оборвала ее женщина. - Подбросили...

- Скорей всего, - тут же согласилась Лика и попятилась к двери. - Извините, что побеспокоила. Надеюсь, вы заблокировали вовремя, и деньги не пропали.

- Не пропали.

Лика повернула ключ в замке, вполоборота наблюдая за странной Светловой - того гляди укусит. Но женщина стояла на месте.

- До свидания.

- Спасибо. Всего доброго, - с нетерпением попрощалась странная женщина.

Лика поспешила уйти подальше от номера сто десять. Зачем она вообще пошла к ней? Оставила бы той же Асе эту дурацкую карточку и все проблемы. А теперь получила порцию негатива на весь оставшийся день. Поделом. И Клера предупреждала. Справедливости ради, подумала она, нельзя конечно исключать вариант, что у женщины неприятности, и нервы ее на пределе. Вот и сидит теперь взаперти в своем номере. Так размышляя, Лика вошла к себе в комнату и переоделась. Через пятнадцать минут должна быть маршрутка, можно съездить в поселок. Это развлечение, она надеялась, будет вполне безобидным. Просто походить по улицам, в магазины местные заглянуть, к примеру. На память что-то об "Изумрудном" заодно что-нибудь прикупить.

Подкрасив губы, Лика подмигнула своему отражению в зеркале. Она прекрасно понимала, что за всеми ее рассуждениями на самом деле кроются совсем другие мотивы. Антип видел Липу. Как такое могло произойти? С незнакомой женщиной к тому же? Поговорить об этом сегодня с атлетом не получится. Из-за его красных косточек. Он вышел из доверия у Лики. И рассказать Виктору про свои подозрения насчет виновника его травмы - тоже глупость. Так она запутается совсем. И навредит обязательно себе, Антипу, Виктору. Следовательно, ничего другого, кроме как прогулки в поселок она сейчас не может предпринять. Просто, без всякой цели как будто. А там, глядишь, и Липа объявится. Что дальше - уже неважно. Только бы убедиться, что Антип ей не соврал.

Маршрутка остановилась рядом с небольшим вещевым рынком. Прогулявшись по рядам с пестрыми косынками, сарафанами, купальниками и очками, Лика поняла, что здесь ассортимент рассчитан сугубо на нужды отдыхающих. Поэтому, увидев павильончик с чебуреками, она резво потрусила в ту сторону.

- А кофе у вас есть? Или чай какой? - спросила Лика, держа в руке бумажный пакетик и с удовольствием вдыхая из него аромат только что зажаренного чебурека.

- Какой - есть, - кивнул улыбчивый татарин из окошка. - Зачем такой приличной девушке "какой чай"? Тут, за углом, хорошее кафе. Чай, кофе... что пожелаешь. А чебурек мой вкусный, не сомневайся!

- Спасибо, - поблагодарила Лика чебуречника за правду. В остальном, считала она, сомневаться не стоит.

Столики кафе стояли на улице под полосатым навесом от солнца. Заказав сразу двойную порцию кофе в одну чашку, она развернула чебурек и начала откусывать маленькими кусочками нежное хрустящее тесто. Добравшись до мяса, Лика зажмурила глаза от удовольствия.

- Вкусно?

Лика едва не поперхнулась, услышав знакомый голос. Антип взялся рукой за спинку свободного стула.

- Позволите присоединиться? - он положил на стол точно такой же пакетик с чебуреком.

- Господи, откуда вы взялись? - невольно воскликнула Лика. - Или моя судьба трапезничать непременно с вами за одним столом?

- Если вам так неприятно, я могу пересесть за другой...

- Нет, я же не об этом...

- Тогда пять минут потерпите. Я стоял в очереди за вами в чебуречную. Представьте себе, что в прошлый раз я успел попробовать здешние чебуреки. Очень, замечу, впечатлен. А тут увидел вас и подумал: почему бы не совместить полезное с приятным?

Лика откусила изрядный кусок чебурека и прогундосила с полным ртом:

- И в чем от меня польза?

Официант принес Антипу прозрачную кружку ярко-коричневого чая.

- Польза? - хлебнув чаю, он исподлобья посмотрел на Лику. - Никакой. Не обольщайтесь. Я о приятном в данном случае.

- Не верю, как сказал бы...

- Станиславский. Слушайте, вам не кажется, что нам, постоянно жующим за одним столом, пора перейти на "ты"?

- Валяйте. Это веский аргумент.

- Анжелика...

- Лика, если можно. Не люблю имя Анжелика.

- Ага... странно, конечно. Так вот, Лика, если не секрет, какая муха тебя укусила сегодня за обедом?

Ого! - подумала Лика. - С места в карьер. Лихо, однако.

- Не было мухи, - мотнула она головой. - Просто настроение неважное.

- И кто испортил?

- Послушай, - Лика допила свой кофе и промокнула губы салфеткой. - Откуда такой интерес к моему настроению? Я же не задаю тебе вопросов личного характера.

- Так задавай.

- Зачем? Не обязан ты отчитываться передо мной. Правду же не скажешь все равно.

- Ну... зависит от глубины вопроса.

- И в чем тогда смысл?

Антип поиграл бровями, пожал плечами и сделал предположение:

- Вчера, после моего ухода что-то произошло, что выбило тебя из равновесия. Или сегодня утром. Массажистка не понравилась?

- Антип, ты что, следишь за мной? - широко распахнула она глаза. - Это уже слишком...

- Не преувеличивай. Просто я наблюдательный человек. Добавь к этому ограниченный периметр нашего обитания. Понимаешь? Куда ни повернись - наткнешься на "изумрудовца".

- Оригинально. Только я не натыкалась на тебя при этом. Вывод какой?

- Простой. - Антип погрозил пальцем. - Я оберегаю тебя.

- Чего? - поморщилась она.

Лика вспомнила, как вчера она дала определение тому, кто прятался за китайской розой возле ее номера. Страж!

- Зачем меня оберегать? От кого? - повысила она голос.

- Ни от кого, а от чего. От всяких непредвиденных обстоятельств.

- И поэтому ты вчера ударил по голове Виктора? Это называется непредвиденное обстоятельство? - неожиданно для себя выпалила Лика.

Антип замер, с удивлением рассматривая Лику, как будто он перепутал столик и подсел к незнакомой девушке.

- Виктора? По голове? Я???

- Ну не я же. Если ты в курсе всех моих передвижений...

Антип засмеялся. Затем, резко оборвав смех, придвинулся ближе к ней.

- Будь человеком, объясни толком. Это не смешно...

- Совсем даже не смешно. И чего ж ты смеешься тогда?

- Подумал, шутка. Извини.

- Нет, не шутка. Ответь мне на один вопрос вначале.

- Отвечу.

- Где ты сбил себе руку? - Лика пальцем указала на красные костяшки.

Антип поднес кулак к глазам, провел указательным пальцем левой руки по косточкам.

- Лика, ты что? - он разжал кулак, сложил руки на груди. - Решила, что я сбил руку об голову Зотова? Да его башка отвалилась бы. А он сегодня, сам видел, разгуливал по территории весьма себе здоровый. Я в тренажерке с утра дубасил грушу без перчаток. Обычное явление в таких случаях. Левой меньше досталось. Если бы ты пришла на завтрак, то вопросов бы сейчас у тебя не было.

Лике стало не по себе. Если Антип не врал, а, похоже, что не врал, то в деле появился мистер "икс".

- Не знаю, что и думать. Вчера Виктора кто-то ударил по голове возле моей комнаты. Он упал, стукнулся еще щекой об дверь. Грохоту было, я перепугалась до смерти.

- Да... дела. Это произошло после того, как я ушел от тебя?

- Именно. Я уже спать легла. И вдруг грохот в мою дверь. Хотелось выпрыгнуть с балкона.

Антип был явно озадачен. Он поскреб затылок и с недоверием произнес:

- Как-то все это странно... Почему его ударили?

- Знаешь, я бы спросила по-другому: за что? Вот скажи, за что можно дать по голове человеку именно возле моей комнаты?

- Лика, ты как-то определись с вопросом. Ты считаешь, что его ударили возле твоей комнаты из-за тебя? Или тебя интересует, по какой причине могли врезать по башке Вите Зотову? Не важно где - на улице, возле твоей комнаты или возле моей...

- Я вот слушаю тебя, и в голове опять выстраивается версия, что это ты сделал.

- Царица небесная! Почему у тебя так все интересно выстраивается? - Антип даже подпрыгнул на стуле.

- Я же вижу, что ты имеешь зуб на хозяйского сына. И в принципе не скрываешь этого. Разве не так?

- Да нет у меня лишнего зуба, чтобы тратить на твоего Зотова! Не люблю я подобных типов. Без всякой там ненависти. Не люблю - и все! Неужели такого не может быть?!

- Во-первых, Зотов не мой, как ты выразился. У него, между прочим, была любовь, потом расставание. Совсем недавно. Думаю, рана еще не зажила. А во-вторых, "не люблю и все" - это выражение для отмазки.

- Вот оно что, - Антип состроил трагическую мину. - Я счас заплачу. Это он тебе вчера в ночнике втирал?

Лика ушам своим не верила.

- Так ты и в ночнике был?! Это уже чересчур, я тебе скажу. Что вообще происходит?

Антип негромко чертыхнулся, затем хлопнул себя ладонью в грудь.

- Да не был я там. Клянусь! Я когда шел к своей машине, уже после того, как встретил таксу с той женщиной, то возле ночника увидел машину Зотова. Он припарковался, а я приостановился: дай, думаю, гляну, точно его машина или ошибся? Номер я не помнил, так, приблизительно. Вот и увидел, как вы оба вышли из машины и прямой наводкой в "Луну".

- Это правда?

- Нет, ну, в самом деле, Анжелика Юрьевна, я все время оправдываюсь перед вами. Вам бы прокурором...

- Ага, сама задумалась о такой перспективе. - Лика оглянулась по сторонам. - А в каком месте ты видел женщину с Липой?

Антип с облегчением вздохнул.

- Можем подъехать туда. Но я сомневаюсь, что нам повезет опять ее увидеть.

- Нет, если у тебя другие планы, то извини, - пробормотала Лика. Ей стало неловко за свое поведение. Если мужчина называет женщину прокуроршей, ни о чем хорошем это не говорит. - Я ведь чего приехала, - она улыбнулась, - по магазинам хотела пройтись.

- Да ладно, - прищурил глаза Антип, - так я и поверил.

- Ну вот, видишь? Меня прокуроршей обозвал, а сам чисто дознаватель какой!

- Не в этом дело, милая барышня. Здесь такие магазины...

- Какие?

- Во-первых, их всего два или три. Во-вторых, ассортимент не для таких утонченных барышень.

Лика хотела возмутиться, но тут же пресекла на корню эту глупость.

- Что ж, тогда оставим эту затею, - согласилась она. - Но к проблеме с Верой у нас добавилась еще одна.

- Какая?

- С Виктором. Только без сарказма, пожалуйста. По голове его ударили. Это факт.

- Ты видела рану?

- В том-то и дело, что видела. Крови, правда, немного было, но холод пришлось приложить. И на скуле ссадина.

- Ты меня озадачила, - Антип подпер голову кулаком и тоскливо посмотрел в небо. - Наметился новый персонаж что ли...

- То-то и оно. Нам бы разобраться с Верой и ее псинкой.

- Смешно сказала - псинка, - хохотнул Антип.

- Очень милая и умная собачка, - Лика строго посмотрела на него. - А если серьезно, то получается, что и Вера, и Виктор как-то связаны. Одним событием, одной тайной или одной и той же информацией.

- Весьма здравое рассуждение. Я горжусь такой соседкой по столу. Честное слово.

- Опять иронизируешь? - нахмурилась Лика.

- Клянусь, клянусь! - перекрестился Антип. - Получается, что кому-то мешала Вера, а теперь и Виктор. Но это если следовать версии, что Вера не сама утонула, а ей помогли...

Лика вздохнула:

- Так все нелепо произошло... А я думала, что она мне расскажет про Корецкого. Такой замечательный человек и, я уверена, писатель тоже.

Антип с удивлением глянул на нее:

- Можно подумать, что кроме Веры никто больше не знал Корецкого.

- Возможно, - пожала плечами Лика. - Но они давние знакомые. Лучше всех, конечно, знал Максима Синопсис. К сожалению, из него слова не вытянешь. Молчит, как рыба.

- А это еще кто?

- Кот, - Лика посмотрела на Антипа, как на двоечника. - Неужели не знаком?

- С кем? С котом?

- Ясно, - вздохнула Лика. - Только не смотри на меня так подозрительно. - Сеня достался мне по наследству от писателя. Он звал его Синопсисом, а я проще - Сеня. Очень своенравное создание. Живет у меня в комнате, хотя делает вид, что я намного ниже его по статусу.

Антип затрясся от смеха. Лика снисходительно улыбнулась, затем встала и махнула рукой в его сторону.

- Что с тобой говорить. Ты себя ведешь точно так же, как Сеня. Все мужчины одинаковы.

- Постой! А куда ты собралась? Я, может, ничуть не лучше Сени, но какую-никакую ответственность за тебя несу.

- Вот как... может, и Сеня несет там что-то. Недаром же ночевать каждый раз приходит. Пойду на остановку, скоро маршрутка будет.

Антип поднялся вслед за ней.

- Я на машине. Зачем маршрутка?

- Спасибо. А прокатимся по улицам? Вдруг...

- Конечно. Я же вижу, что идея сидит у тебя, как шило...

- Не буду спорить. Только без грубостей.

Машина не спеша катилась по узким полусонным от солнца улочкам. Лика с грустью смотрела в окно, словно забыв о цели своей поездки. Антип же, напротив, сосредоточенно вглядывался в мелькавшие силуэты людей. Объехав по нескольку раз одни и те же закоулки, он посмотрел на Лику.

- Каковы будут дальнейшие указания?

Она пожала плечами и с виноватой улыбкой сказала:

- Извини. Действительно глупая затея. И вообще, я подумала, а зачем мне все это надо? Приехала вроде отдохнуть, а устала до чертиков. Как будто меня кто просил копаться в сундуке со здешними тайнами. Если у тебя нет других планов, отвези меня в "Изумрудный".

Глава 8

В комнате Лика включила кондиционер, прилегла на кровать, постаралась расслабиться и создать в голове пустоту - избавиться от навязчивых тяжелых мыслей. Она как-то читала, что для этого хорошо представить себя на берегу мерно шумящего моря и все такое... К сожалению, в ее случае, как сейчас говорят, это не прокатит. Даже на секунду представив себе море, ее тут же накрывает волна паники и страха. Вот влипла! Теперь на всю оставшуюся жизнь она лишилась такой приятной медитации. Начало клонить в сон. Однако появившееся чувство парения в пространстве, тут же было прервано громко прозвучавшим в голове вопросом: "Зачем Антип ездил в поселок? Съесть чебурек?"

Лика села на кровати и стукнула себя по лбу. Почему она не задала ему такой простой вопрос? Она, ясное дело, женщина, ей пошататься по магазинам, пусть даже никудышным, вполне естественно. А ему что надо было? Странный тип. За свой сбитый кулак он ловко ей отчитался. Только было ли так на самом деле? Надо будет зайти в тренажерный зал и проверить, есть ли там во что бить кулаками. А почему Виктор Зотов вызывает у него такую откровенную неприязнь? Красивый молодой человек, даже слишком красивый... За это мог он ненавидеть Зотова? Вполне, хотя, конечно, версия притянута за уши. Женщины - да! У них это на уровне генетическом. Что делить двум мужикам? Виктор со своей пассией расстался еще год назад. Антип в "Изумрудном", как и она, впервые...

Лика поднялась и, потряхивая перед собой сомкнутыми в замок ладонями, попыталась поймать за хвост мелькающую где-то совсем рядом мысль. Анна! Она здесь уже была. Иначе не говорила бы про вечера с Корецким. Хотя, хотя... Анна просто могла приехать сюда раньше Антипа. Ой... что-то полная путаница получается. Поговорить бы с этой девицей. Лике показалось, что у нее даже заныли зубы от такой перспективы. После гибели Корецкого Анна стала очень странно себя вести. Лика отчетливо представила себе ее злобное личико там, у Ванковича. Сегодня в обед опять же.

На столе перед зеркалом лежала шариковая ручка. Блокнот, вспомнила Лика, она брала с собой. Порывшись в дорожной сумке, она вытащила маленький квадратный блокнотик. Раскрыв его на середине, Лика ручкой нарисовала схему: вверху, по углам, у нее расположились Корецкий и Вера Игоревна, в центре Альбина и Виктор Зотовы, ниже в ряд выстроились Ванкович, Анна, Антип, Сергей. Подумав немного, она зачеркнула Сергея, переместив его повыше - между Зотовыми и всеми остальными. Кого-то не хватало в этой компании... Ага! Лика в нижний левый угол поместила убитого хозяина: холмик с крестиком и буквой "З", в правый угол отправила бывшую пассию Виктора Таню, обведя ее кружочком и поставив вопросительный знак.

Анна с Антипом вновь вызвали у нее чувство недоумения. Брат с сестрой приехали в одно и то же место отдыхать? Как-то не правдоподобно. Анна приехала раньше, потом приехал ее брат - вообще галиматья. Она его что ли позвала, уже будучи здесь? Типа, приезжай, братик, я тут клево отдыхаю. Зачем он ей сдался?!

В дверь негромко постучали. Лика насторожилась. Забросив блокнот в пляжную сумку, она пошла в коридор. Было тихо, затем вновь раздался тихий стук. Лика прильнула к глазку: по ту сторону двери маячила фигура Светловой. Козырек ее бейсболки почти утыкался в оптику глазка. В груди шевельнулся противный комок, Лике стало не по себе. Еще не хватало неприятностей с чужими деньгами!

- Что-то случилось? - спросила она, распахнув дверь.

Женщина немного отступила и заглянула за спину Лики, словно проверяя, есть ли кто в ее комнате.

- Я одна...

- Можно войти? На одну минутку?

Лика посторонилась, пропуская гостью. Затем, глянув в сторону лестницы и убедившись, что женщина пришла одна, она закрыла дверь на ключ.

- Проходите, - она жестом указала на кресло в комнате.

Светлова сделала пару шагов, но затем остановилась.

- Я хотела вам сказать... - она взялась за горло, будто сдерживая дыхание.

- Да вы присядьте, - Лика взяла ее за локоть.

- Нет-нет... я сейчас... только минутку, - она опустила глаза в пол.

Наступила пауза. Лика не понимала в чем дело, а гостья никак не могла отважиться на разговор.

- Анжелика Юрьевна, - Светлова подняла глаза на Лику. - Меня считают тут сумасшедшей...

У Лики вытянулось лицо. Ей стало неловко, оттого что ее заподозрили в некоем сговоре с остальными отдыхающими.

- Кто вам такое мог сказать? Откуда эти мысли?

Женщина прислонилась к стене и махнула рукой.

- Да все равно, если честно. У меня не так давно операция была на голове, - с этими словами Светлова стянула свою кепи, и Лика увидела выбритую дорожку на правой половине головы, кое-где уже покрытую волосами. - Теперь пока приходится в этой шляпе ходить, - она помяла руками бейсболку, затем отработанным движением вернула ее на голову.

- Что ж в этом такого? Дело житейское. И кепи ваша очень даже симпатичная. Не пойму, что вас так беспокоит...

- Не в этом дело...я думала, что сил наберусь здесь после операции, а теперь не уверена...

Она опять замолчала, а Лика никак не могла взять в толк, что же привело эту бедолагу к ней. Светлова без шапки выглядела как ни странно моложе. Есть такие счастливые обладательницы правильной формы головы, которым очень к лицу ультракороткие стрижки.

- Чем же я могу вам помочь? - нетерпеливо спросила Лика. - Если деньгами, то, честное слово, буду рада предложить немного денег.

- Еще чего! - фыркнула в ответ гостья и горделиво вытянула шею. - Никогда не побиралась...

- Извините, ради Бога, у меня и в мыслях не было вас обижать. Я же знаю, что карточку вы потеряли, поэтому всякое может случиться...

- Да, я про карточку хотела уточнить. Вы сами ее нашли или кто-то другой?

- Лично я и нашла.

- Где?

- Я же говорила вам - в беседке. А в чем собственно дело? - Лика начинала терять терпение, и чувство необъяснимой тревоги стало все больше нарастать.

- Кто еще видел, как вы нашли мою карточку?

Лика пожала плечами, мотнула головой:

- Да никого там не было. Я свой телефон уронила, а когда стала поднимать - вашу карточку и увидела. Еле вытащила ее оттуда, провалилась под рейки на полу.

- Понятно. Спасибо, что принесли. Просто я хочу вас заверить, что меня там не было.

- Где? В беседке?

- Именно. Я не была в беседке. Точно вам говорю. Если кто будет спрашивать про меня, то так и говорите, что нашли на пляже.

- Светлана, что вы так волнуетесь? Кто меня будет спрашивать? Я никому не говорила. Считаете, что не в беседке, значит не в беседке. Разве это на что-то повлияет?

- Повлияет, - Светлова пристально посмотрела Лике в глаза и медленно добавила: - я после операции, на голове. Не хочу, чтобы меня считали чокнутой. Вдруг я действительно все путаю? Раз я не помню ничего про беседку, то и других не надо вводить в заблуждение. Понимаете?

Лика кивнула, чувствуя, что у нее самой с головой сейчас что-нибудь случится, если не закончить этот разговор.

- Клянусь вам, все сделаю, как вы хотите. Я уверена, что никто не будет спрашивать меня про вашу карточку, но если вдруг - я нашла ее на пляже.

- Спасибо. А денег мне не надо. С головой у меня не очень, а с деньгами полный порядок. Так что спасибо.

Она еще минуту постояла, затем оторвалась от стены и пошла к выходу.

Лика открыла дверь.

- Прощайте...

- Всего вам доброго, - облегченно вздохнув, ответила Лика и постояла еще какое-то время у открытой двери, провожая взглядом странную гостью. Однако стоило ей вернуться в комнату, как из коридора раздался резкий крик. Лика выбежала из номера.

- Не надо! Я сама! - кричала Надежда

- Я всего лишь хотел помочь, - услышала она голос Виктора и перегнулась через перила.

- Что там произошло? - громко спросила Лика.

- Виктор поднял голову. Одной рукой он держал Светлову, второй махнул ей.

- Лика, помоги, пожалуйста.

Она быстро сбежала вниз на один пролет.

- Я такая неловкая, - причитала Светлова, потирая ногу. - Вот споткнулась. Едва голову не свернула.

- Как же так? - сокрушалась Лика, подхватив ее под руку. - Давайте я помогу вам до комнаты дойти.

- Помогите. Дай Бог вам здоровья, Анжелика Юрьевна. - Светлова навалилась всем телом на Лику.

- Справишься? - спросил ошарашенный Виктор, в недоумении прижавшись к перилам.

- Конечно, все в порядке.

- Спасибо, Виктор Викторович, - простонала Светлова и начала спускаться вниз, крепко опираясь на руку Лики.

- Да не за что. Напугали вы меня, Надежда Павловна...

Светлова открыла ключом свой номер, отпустила руку Лики и сказала:

- Спасибо, дальше я сама.

Лика придержала рукой дверь.

- Вы до столовой самостоятельно дойдете к ужину? Или, может, вам в комнату принести? Я скажу официантам.

- Ни в коем случае, - Светлова мученически улыбнулась. - Все пройдет. Мне уже легче. Сейчас вот компресс холодный сделаю - и порядок. Главное, голова цела.

- Это точно, - согласилась Лика. - Я пойду.

- Идите... не забывайте только о моей просьбе.

- Само собой. Не волнуйтесь.

Дверь закрылась, клацнул замок. Некоторое время Лика стояла не двигаясь. Странное ощущение как облаком окутало ее сознание. И ничего не разглядеть сквозь пелену. Странная женщина по имени Надежда на самом деле никакой надежды ей не оставила, только окончательно все запутала. Что с ее карточкой не так? Предположить, что это вовсе не ее вещь, теоретически можно. Только второй Надежды Светловой здесь точно нет. Ася бы сказала. Вот-вот, еще и Ася. Ей она как раз сообщила о своей находке. Так все некстати...

- Что ты здесь стоишь? - услышала Лика голос Виктора и обернулась. Он шел по коридору по направлению к ней.

- Да так. Задумалась...

- О чем? - Виктор остановился рядом, прикоснулся осторожно к ее плечу и тут же убрал руку. - Там все в порядке? - он указал пальцем на дверь.

- Да. Думаю, да. Пойдем на улицу?

- Пойдем. Я, между прочим, к тебе поднимался, когда Светлова споткнулась. Хорошо, успел подхватить, а то бы не знаю даже...

- Да, ей никак нельзя падать. Она после операции.

- Вот именно.

- А ты знал об этом? - удивилась Лика.

- Конечно. Мы ей номер на первом этаже специально выделили. У нас на первом обычно не живут. Но здесь такой случай. Мало ли, голова закружится.

Лика удивилась, хотя вида не подала. Вот оно как получается - хозяева в курсе проблем отдыхающих, но не болтают с кем ни попадя. Приличные люди. Так и должно быть.

Она шла немного впереди Виктора. Намеренно. Разговаривать ни о чем не хотелось. При этом в голове крутились вопросы, которые задать Виктору, к сожалению, не получится. Он хозяин, и вряд ли станет анализировать с ней ситуацию в "Изумрудном", и уж тем более не будет перемывать косточки знакомым. А очень хотелось бы узнать кое-что. Например, про Анну, про Бориса Ванковича. Кто эти люди и как они могли быть связаны с событиями в "Изумрудном"? Или, точнее, что они могли знать обо всем этом? У Антипа тоже не спросишь - сестра. Это понятно. Про Ванковича он сам знает вряд ли больше, чем она. Антип такой же "первогодка" в отеле. И потом у него могли быть свои секреты. В конце концов, доверять друг другу они вовсе не обязаны.

- А ты ко мне хотел зайти по делу или как? - Лика остановилась у беседки, обхватив теплый от солнца деревянный столб, посмотрела, прищурившись, на Виктора.

- Минутка свободная была, решил заглянуть, - объяснил он и сделал пару шагов по дорожке. - Здесь жарко. Пойдем к морю? - Виктор оглянулся.

- Твоя минутка до сих пор не закончилась? - засмеялась Лика. - Тогда пойдем.

Виктор предложил ей искупаться, но Лика отказалась.

- Я без купальника. Ты иди, поплавай, а я под навесом полежу. Подышу морем.

Виктор сбросил одежду и не спеша пошел к воде, словно сомневаясь в правильности своего поступка. Лика наблюдала за ним из-под опущенных ресниц. А когда он зачем-то обернулся, она плотно сомкнула веки.

- Я скоро, - крикнул он.

Лика приподняла голову и махнула рукой. Молодой хозяин, без сомнения, был хорош собой. И в одетом, и в раздетом виде. Она невольно усмехнулась, вспомнив вечер в клубе. Там, когда они танцевали, ее почти накрыло горячей волной чувственности. Если бы другие обстоятельства... кто знает, кто знает... Но это вчера, а сегодня она спокойна как удав. Лика вздохнула и с некоторым сожалением констатировала, что так оно лучше. Ее бывший тоже картинка с выставки был...

Ровный шум прибоя и мягкое тепло вечернего солнца умиротворяли. Лика плотнее сомкнула веки и мысленно попросила, чтобы Виктор плавал как можно дольше, чтобы не тревожил ее разговорами. О чем можно говорить с молодым, красивым человеком? С которым она пила вино, танцевала, прижавшись всем телом? Как сказала бы гадалка - пустые хлопоты...

Мелкие брызги воды попали ей на лицо. Лика открыла глаза и встретилась взглядом с Виктором Зотовым. Он сидел рядом с ней на песке.

- Я, наверное, задремала...

Она, не дыша, смотрела в его черные глаза, так опасно приблизившиеся к ней, и слушала свое гулкое сердце. Надо было исправлять ситуацию. Лика ладонью осторожно провела по мокрой щеке Виктора.

- Вода не холодная?

- Нет. Ласковая. - Он прижал ее пальцы к своим губам и прикрыл глаза. - Давай сегодня поужинаем вместе? - тихо произнес он.

Лика освободила руку, поднялась с лежака и оглянулась по сторонам: вдруг кто-нибудь наблюдает за ними?

- Ты ведешь себя, как почтенная мать семейства, - рассмеялся Виктор и растянулся на песке, подставив лицо солнцу.

- При чем здесь это? - возразила она. - Не люблю быть под прицелом чужих глаз. И сплетен не люблю...

- Да? А мне вот все равно как-то. Так что насчет ужина? - он приоткрыл один глаз и покосился на нее.

- Ужин... если честно, не хочется мне никуда ехать сегодня. До сих пор не могу в себя прийти после вчерашней ночи.

- Никуда ехать и не надо. Я приглашаю тебя на ужин ко мне.

- Это куда? - удивленно посмотрела на него Лика.

- Как куда? Ко мне в квартиру.

- У тебя есть своя квартира?

Виктор повернулся набок и, подперев голову рукой, сказал:

- Ну да, есть. Правда, не в пятиэтажке где-то, а прямо здесь, в "Изумрудном". У меня две комнаты и кухня. Или ты думала, что я с мамой в подсобке ночую?

Лика пожала плечами.

- Да я вообще на эту тему не заморачивалась. Понятно, что мальчик уже большой и с мамой жить не станет.

- Все правильно. Итак...

Она посмотрела на небо, будто ища там подсказки.

- Я не думаю, что это хорошая идея. У нас с тобой разная жизнь, разные заботы, интересы...

- О, и как это ты так сразу определила? Особенно вот это - разные интересы. Ты фильмы какие любишь?

- Ну...

- Как насчет "Черного зеркала"?

- Хм... интересный замысел, сказала бы.

- Ну вот, - Виктор поднялся, отряхнул с себя песок и начал одеваться. - Предлагаю тебе культурный досуг перед экраном. Выпьем вина, обсудим новости кинематографа. Ну и, конечно, поедим. Правда, готовить я не мастак. Возьму из того, что вам приготовят повара. Идет?

Лика тяжело вздохнула и собралась ответить, как Зотов перебил:

- Только не говори "нет"!

- Тогда молчу...

- Значит, договорились: в восемь часов жду на террасе.

Виктор ушел по делам. Лика сказала, что останется у моря. На самом деле ей не хотелось возвращаться в "Изумрудный" в паре с хозяйским сыном. Она понимала, что на это отдыхающие обязательно отреагируют разговорами и домыслами всякого рода. Казалось бы, что еще делать на отдыхе барышне, не обремененной брачными узами? Флиртовать, заводить легкие, без обязательств, так называемые курортные романы - классика жанра, образно говоря. Виктор заявил, что ему безразлично мнение окружающих. Так почему же ей, человеку здесь постороннему, так неудобен этот статус временной подруги красавца Зотова? Другая бы на ее месте гордилась.

Лика взяла в руки босоножки и пошла вдоль линии прибоя. Теплые, пенные волны не спеша перекатывали камушки и слизывали следы людей на песке, как будто специально выравнивая дорожку для нее. Гармония мирного сосуществования человека и природы. Хотелось идти долго-долго....

Зачем она только согласилась на этот ужин! Интересно, что сказал бы Гриша? И где он сейчас? Не звонит совсем... Стало грустно. Лика развернулась и быстрым шагом направилась в сторону отеля. В ее голове уже созрел план. Она не должна сегодня вечером ссориться с Зотовым, а для этого у нее должен быть путь к отступлению, такой, чтобы не пострадало самолюбие красавчика. Потому что он может ей помочь приоткрыть завесу тайны гибели Корецкого и Веры Игоревны. Откуда такие выводы, Лика не могла объяснить, но понятно, что Корецкого никто не знал лучше, чем Зотов и его мать. Только с Альбиной Афанасьевной ей говорить на эти темы сложно. Нет контакта. А Виктор на контакт идет сам. И это ей на руку.

Она подошла к стойке администратора и спросила у Аси:

- Скажите, Антип... не знаю фамилии...

- Молчанов. Антип Молчанов. Тот, что с вами за одним столом сидит, вы про него спрашиваете?

- Да-да! Не скажете, он у себя в комнате?

- Сейчас узнаем. - Ася сняла трубку, но тут же вернула ее на рычаг. - Вспомнила! Он ушел.

- Давно?

- Приблизительно час назад... так вот же он, - кивнула она в сторону выхода, - возвращается.

Лика обернулась: Антип поднимался по ступенькам.

- Спасибо...

- Ты куда? - спросил Антип, столкнувшись с ней в дверях.

- Что за допрос? - возмутилась Лика и, понизив голос, добавила: - Минут через десять приходи в беседку. Сможешь?

- Ну да...

Они разошлись. Лика оглянулась по сторонам и бодро зашагала по дорожке. Очутившись в беседке, она забралась в самый дальний угол и перевела дух. Ну вот, теперь главное, чтобы их не увидел Зотов. Лика прислонилась к столбу, посмотрела в сторону здания отеля и, убедившись, что отсюда окна "Изумрудного" не видны, успокоилась.

- Что за конспирация? - услышала она голос Антипа у своего уха.

- Черт! Напугал! - Лика вскочила со скамейки. - Как-то по-другому нельзя было?

- Как именно, не подскажете? - Антип в одно мгновение перемахнул через ограждение и сел рядом. - Какие проблемы?

- Антип, ты непредсказуемый человек. Вот думай после этого, стоит тебе доверять или нет. - У Лики раскраснелись щеки, и дышала она часто и шумно.

- Не вижу оснований для такого негатива в свой адрес, - напыщенно произнес Антип и, раскинув руки по перилам, вопросительно посмотрел на нее.

- Короче, - Лика прокашлялась немного и продолжила, - мне нужна твоя помощь.

- Я весь внимание.

- Нам надо обменяться номерами мобильников. Если, конечно, ты не возражаешь, - Лика повернулась к нему и посмотрела в глаза.

Антип разочарованно протянул:

- Всего-то? И в чем прикол? Я не секретный агент и мой номер доступен любому желающему.

- Мой тоже.

- Логично. Что дальше?

Лика потерла переносицу и неуверенно произнесла:

- Я, возможно, кину тебе глухаря. Понимаешь, о чем я?

- Кинешь мне глухаря. Ясно как дважды два. Мои действия?

- Через пару минут ты наберешь меня. Не затруднит?

- Нет. У меня денег на счету хватает. Зачем тебе тратиться, - рассмеялся Антип.

- Очень смешно. Но не в деньгах дело.

- Догадываюсь, Анжелика Юрьевна. Дальше что у нас по сценарию?

- Дальше все просто: будешь слушать. Какую бы ерунду я ни говорила, ты просто слушай и все. Я сама отключусь.

Антип пожал плечами:

- Все предельно ясно. Но что это нам даст?

- Нам - ничего. А меня, возможно, спасешь от больших неприятностей.

Антип сложил руки на груди, нахмурился и некоторое время не отзывался.

- Ну что, давай свой номер, - Лика вытащила из сумки мобильник. Антип пробежался по цифрам, дождался звонка на своем телефоне и отключил его.

- Лика, подожди минуту, - он придержал ее за руку, увидев, что она собирается уйти. - Я не собираюсь лезть в твои дела, но коль ты разработала некий план, в котором без меня не обойтись, то хотя бы пару слов ты должна мне сказать.

- Про что?

- Для чего это все? В чем опасность для тебя?

- Я же сказала... - Лика замолчала, совершенно не соображая, как ей объяснить суть проблемы.

- Нет, так дело не пойдет. Я должен знать хотя бы в общих чертах, как мне действовать в случае чего.

- Никакого такого случая не будет. Мне просто нужен будет повод, чтобы уйти.

- Как это? Не понимаю.

- Да все просто! Встать и уйти! Что не ясно?

- Ага. Немного прояснилось, - Антип закивал головой. - Ты куда-то собралась, но если там тебе не понравится, то мой звонок будет причиной, чтобы уйти и сохранить при этом лицо. Так?

- Именно так.

Лика поднялась, сказав Антипу:

- Не спеши. Я уйду, потом ты.

- Хорошо. Послушай, а если форс-мажор?

- Этого не будет. Другой случай...

- Другой так другой, - задумчиво произнес Антип.

Что-то в его задумчивости насторожило Лику. Она вернулась на скамейку. Антип вопросительно склонил голову.

- Что-то не так я сказал?

- Нет, вдруг подумалось, что вместо отдыха я устроила себе сафари, рискуя стать жертвой.

- Так вот, поэтому надо говорить дяде правду, - постучал он себе кулаком в грудь.

Лика скривилась, как будто укусила кислое яблоко.

- Скажи, дядя, а за каким дьяволом тебе все это надо? И почему я должна тебе доверять? - Лика недвусмысленно посмотрела на красные косточки на руке Антипа.

- А тебе зачем? - парировал Антип и спрятал ладонь под мышку. - Дяде, может, заняться нечем в этой богемной психушке. Все вы тут, от искусства, чокнутые. А я простой человек. Не люблю непоняток. Мне или белое, или - черное.

Лика оторопела.

- Ага. Мы тут примитивные и не раздражайте нас своими полутонами. Это ты хотел сказать?

- Типа того.

- А чего тебя принесло сюда? Только не говори, что сестра твоя маленькая девочка и одна боится бывать в таких местах.

- Лика, давай закроем эту тему. Временно. Я потом все тебе объясню. Договорились?

- А что, у меня есть выбор? - она вздохнула и развела руками. - Я, если честно, уже давно уехала бы отсюда. Только не хочу тянуть за собой весь этот триллер.

- Откуда такие мысли? С чего это за тобой должно что-то тянуться? - в глазах Антипа читалось недоумение и настороженность.

- Потом, возможно, и я тебе объясню. Договорились? - она язвительно сощурила глаза.

- Интриганка. Похоже, и у меня нет выбора, - медленно проговорил он, явно не желая заканчивать разговор.

Послышались голоса людей. Кто-то шел в направлении беседки. Антип, чертыхнувшись, тут же перемахнул через ограждение и скрылся в кустах. Лика подождала некоторое время. Судя по голосам, это была пожилая пара из комнаты на втором этаже.

- Эдик, я думаю, что все обойдется. Вот увидишь. У меня интуиция, - говорила женщина.

- Дай-то Бог! - ответил некий Эдик своей спутнице.

Она вышла из беседки в тот момент, когда пара уже прошла мимо. Лика остановилась, пытаясь прислушаться к разговору, но они шли молча. Она поймала себя на том, что превратилась в вульгарную ищейку. Докатилась, что называется. Осталось только подглядыванием заняться!

Было начало восьмого. Лика сидела перед зеркалом, думала о предстоящем ужине с Виктором и чувствовала, как в очередной раз ее охватывает непреодолимое желание собрать чемодан и уехать. Зотов держал ее на крючке, и это обстоятельство сильно раздражало ее. Не потому, что она не может совладать с собой... хотя, наверное, не может. Вот-вот, признайся себе! - мысленно прикрикнула она. - У тебя есть повод, придуманный тобой, чтобы позволять втягивать себя в эту интрижку. И ты рада этому! Тебе страшно, но ты рада!

Зазвонил мобильник. Лика с шумом выдохнула и взяла телефон в руку. Григорий?!

- Гриша, привет!

- Здравствуй. Как дела, солнце мое?

- Как же я рада... ты уже вернулся из своей заграницы?

- Да. Вот только вышел из аэропорта. И сразу звоню тебе.

- Спасибо. Теперь будем на связи. Послушай, а ты приезжай сюда. Места свободные есть. Некоторые постояльцы уехали раньше срока...

- Нет, что ты. Об этом приходится только мечтать. Работы под завязку. Новый материал нужно обработать, согласовать с главным сроки выпуска и так далее... Через десять дней опять командировка...

- Как это? Хочешь сказать, что я вернусь, а ты уедешь?

- Что ж поделать, дорогая... - Гриша чуть запнулся, затем добавил: - подруга. Такова се ля ви.

- Печально. Вот как ты себе представляешь семейную жизнь, когда женишься? Что скажет твоя жена, если ты все время будешь в разъездах?

Гриша помолчал, затем очень серьезно произнес в трубку:

- Нормально представляю. Жена будет понимать меня. И ждать. Она умная женщина.

У Лики екнуло сердце.

- Ты что, собрался жениться? - упавшим голосом спросила она. - А почему я ничего не знаю. Сюрприз что ли...

- Никаких сюрпризов. Ты узнаешь первая. Не волнуйся.

- Спасибо, утешил... Ладно, Гриша. Пойду на ужин. Не пропадай...

Лика положила телефон, подошла к зеркалу, посмотрела на свое отражение и разозлилась: кукла ряженая! Ни ума, ни вкуса... Затем пошла в ванную комнату, тщательно умылась прохладной водой, нанесла легкий крем на лицо и покрыла губы едва заметной помадой. Достаточно.

Спустившись вниз с небольшим опозданием, она увидела Виктора, вальяжно расположившегося в плетеном кресле на террасе. Он что-то беззвучно насвистывал, закинув руки за голову. Не сомневается в том, что я приду - это первое, что пришло ей на ум. Лика еще некоторое время постояла в холле у стеклянной двери, затем не спеша вышла к Зотову.

- Добрый вечер, - проурчал томным баритоном Виктор, оглядев ее с ног до головы, будто прицениваясь. Удовлетворенно хмыкнув - оценил, видать, положительно - он поднялся ей навстречу.

Вход в его квартиру был в торце здания. С обратной стороны, пояснил Зотов - апартаменты Альбины Афанасьевны. Поднявшись на высокое крыльцо, Виктор открыл темную металлическую дверь и впустил Лику в небольшой квадратный коридор с узкими, длинными окнами, расположенными под самым потолком. Там же, по всему периметру, располагались светильники в виде свисающих вниз хрустальных сосулек.

- Прошу, - Виктор распахнул большую двухстворчатую дверь, ведущую в гостиную, совмещенную с небольшой кухней.

Стеклянный стол прямоугольной формы, отделявший кухню от гостиной, был сервирован на двоих: бутылка вина, фужеры на длинных ножках, ваза с фруктами и несколько салатниц с овощами, окружавшими центральное блюдо с рыбой. Негромко работал телевизор, из большого, низко висящего абажура, обтянутого белым шелком, лился на стол мягкий, ровный свет. Окно было приоткрыто, и плотные шторы с растительным рисунком едва заметно трепетали от ветра.

- У тебя очень уютно, - тихо произнесла Лика, не осмелившись войти дальше порога.

Виктор обернулся и удивленно спросил:

- Так что ж ты стоишь? Я, честно говоря, проголодался! - он отодвинул стул, жестом приглашая ее за стол.

- Спасибо, - кивнула она, усаживаясь. - Скажи, с тобой все в порядке? - Лика вскинула на него проницательный взгляд.

- Со мной? - Виктор указательным пальцем ткнул себя в грудь. - Не понял, это ты сейчас о чем? Или о ком... - он, не сводя с нее глаз, обошел стол и сел напротив.

Лика положила руки на стол, сцепила пальцы, пожала плечами.

- Это я про тебя. С головой, интересуюсь, у тебя все в порядке? Последствий удара не наблюдается?

Виктор откровенно растерялся, потом, сделав какие-то свои выводы, обиделся.

- Лика, в чем дело? - спросил он. - Я что-то не так делаю?

- Все так. Давай выпьем что ли... - вздохнула Лика.

Виктор молча наполнил фужеры и без всякого энтузиазма произнес:

- Ты очаровательная девушка. Я хочу выпить за тебя, - сказал он и осушил бокал.

- Спасибо. - Лика чуть пригубила и поставила фужер на стол. - Хочу пояснить, Виктор... - она в очередной раз огляделась по сторонам, - я себя чувствую участницей какого-то спектакля здесь. Причем невольной.

Зотов проследил за ее взглядом, вернулся опять к ней.

- Спектакль? У меня вот здесь? - он приподнялся и разложил салат им по тарелкам.

- Спасибо. Достаточно... Да, здесь. В "Изумрудном" я имею в виду. Вокруг меня происходят ужасные события. И никто ничего не пытается выяснить. Ты вот взялся меня веселить. А зачем? Я ничего не понимаю...

- И я ничего не понимаю, Лика, - Виктор вновь обрел внутреннее равновесие. Он с аппетитом принялся за еду, изредка поглядывая на свою гостью. - Во-первых, - он поднял вверх указательный палец, - ужасные события происходят у нас здесь. Почему ты решила вдруг, что как-то "вокруг" тебя? Да никакого "вокруг" нет. А во-вторых, я и не думал веселить тебя. С чего вдруг?

- Вот именно. С чего?

- Ты воспринимаешь меня как массовика-затейника. Это вовсе не так.

- Предполагаю, - кивнула она, - так что же тогда?

- Сейчас скажу, - Зотов состроил трагическую мину, - я тупо ухаживаю за тобой, упорно стараюсь тебе понравиться, черт возьми! Как такой расклад?

- Рыба вкусная, - ответила Лика. - Как называется?

Виктор загадочно подмигнул и засмеялся.

- Барабулька. Обычная барабулька. Ее наш повар хорошо готовит.

- А-а... так это и есть знаменитая Султанка?

- Она самая. Действительно, вкусная. - Виктор зажмурился от удовольствия и выронил вилку с куском рыбы себе на рубашку. - Э-э... парень, и на кого ты теперь похож? - он с досадой потер испачканное место. - Извини, я сейчас мигом переоденусь.

Спустя пару минут Виктор вернулся к Лике в свежей футболке.

- Соскучилась? - сверкнул он улыбкой.

- Очень. - Она усмехнулась. - Виктор Викторович, скажи, зачем ты демонстрируешь мне беззаботность? Тебя по голове стукнули меньше суток назад, а ты...

- А что я? Не плачу и не жалуюсь маме? Слава богу, удар был слабенький. Для моей головы совсем безвредно, заверяю тебя.

- Это хорошо. Но разве в этом дело?

- А в чем тогда? - Виктор удивленно вытаращил глаза.

- Давай серьезно говорить. А не то я уйду...

- Куда?

- Твоей маме жаловаться.

- Вот это даже не смешно, - Зотов наполнил бокалы. - Предлагаю тост за мое здоровье. Вместо жалобы. Идет?

- Будь здоров. - Они звонко чокнулись. Лика отпила вина и спросила: - ты хочешь сказать, что тебя вообще не волнует, кто к твоей голове так приложился? Это нормально вообще?

- Я не идиот. Конечно же, волнует.

Зотов поднялся, включил музыкальный канал. Тихий шансон заполнил комнату.

- Не думай, что я тут перед тобой играю комедию. Я занимаюсь этим вопросом. Понимаешь? Только тебе незачем ломать над этим голову. Для этого есть взрослые дяди. А ты наша гостья. И просто девушка, которая мне нравится. Очень нравится...

Лика опустила глаза. Некоторое время она молчала. Слушала музыку. Затем внезапно спросила:

- А что же Корецкий? За что его сбросили?

Виктор откинулся на стул, прикрыл глаза. Спустя минуту он приблизился к ней через стол.

- Господи... Лика, - простонал он, - ну хочешь, я скажу тебе, что был свидетелем, как упал Корецкий? Если тебя так волнует это вопрос. Но только между нами. Ни одна живая душа не должна знать об этом. Ты умеешь хранить тайны?

- Свидетелем? - прошептала Лика, не веря своим ушам. - Как это?

- Все очень просто. Корецкий позвонил мне и сказал, что у него что-то там с замком случилось. Он не мог выйти из своей комнаты. А телефон Сергея почему-то не отвечал. Тогда я сказал, что сейчас приду с ключом и попробую открыть его дверь снаружи. Я поднялся на этаж и некоторое время возился с ключом, пока замок не поддался. Когда же, наконец, дверь открылась, то Корецкого в комнате не оказалось. Ничего не понимая, я прошел на балкон, так как он был открыт. И в этот самый момент услышал, как с твоей стороны раздалась какая-то возня. Я перегнулся через ограждение посмотреть, и тут вижу, как писатель срывается вниз с твоего балкона. Я ему даже руку не смог протянуть, не успел, да и не достал бы...

Лика сидела будто оглушенная.

- Какой кошмар... так это надо было следователю рассказать....

- Валееву? Так он в курсе. Просто в интересах следствия, как говорят специалисты, он не разглашает этот факт. Понимаешь?

- Не совсем, - Лика задумчиво покачала головой. - Если установлено, что Корецкий сам сорвался с балкона, то зачем следствие?

- Упал-то упал. Но не все так просто. Я сразу побежал вниз. А что там у тебя в комнате происходило - неизвестно. Зачем Корецкий полез к тебе в комнату? Один он там был или нет...

- Час от часу не легче. Хорошо, что у меня был свидетель, что я в это время не в комнате была.

- Вот видишь, как оно все...

- Да уж... Хотя я все могу объяснить.

- Ты??? - лицо Виктора вытянулось.

- Да. Корецкий в день моего приезда уже пользовался моим балконом, чтобы перебраться к себе. Была проблема с замком. Он еще ругался, что давно просил поменять замок.

- Впервые слышу...

- Вот и получается, что пока ты пытался открыть дверь в его комнату, он, скорее всего, решил через мою комнату выйти в коридор. А меня в комнате не было в этот момент... ну, а дальше ты все сам увидел... как-то так...

- Возможно, что так оно и было.

Лика вышла из-за стола и стала расхаживать по комнате. В голове навязчиво крутилась какая-то идея.

- Лика, перестань заморачиваться. Пусть следаки разбираются во всем этом. - Виктор подошел к ней, положил руку на плечо.

- Стоп! - Лика схватила Виктора за запястье. - Я все поняла: тот, кто ударил тебя и тот, кто обыскивал мою комнату - одно и то же лицо!

Зотов невольно отшатнулся от Лики.

- Откуда такие умозаключения? Рассказывай, - Зотов сел на диван, жестом пригласив ее сесть рядом.

- Это же просто. Как дважды два.

Лика нависла над сидящим Зотовым и сверлила его холодным взглядом.

- Как хорошо, что ты мне рассказал все... У меня искали то, что якобы мог оставить Корецкий, когда был в моей комнате. Логично? Ведь что-то же искали? У меня ценностей никаких нет. Это ежу понятно.

Виктор развел руками и неуверенно произнес:

- Да как тебе сказать. Допустим, что такое могло быть. Что дальше?

Лика села на диван.

- Но у меня ничего не нашлось. И меня в комнате к тому же не было. То есть передать мне Корецкий ничего не мог. А вот ты был у Корецкого в комнате и мог взять это что-то, неизвестное нам. И поэтому...

- Меня стукнули по голове?

Лика прикусила губу и нахмурила брови.

- А когда ты свалился там, у моего номера, в карманы к тебе никто не успел залезть? Можешь с уверенностью сказать, что "нет"?

- Считаешь, что это могло лежать у меня в кармане?

- При чем здесь я? Так может считать тот, кто что-то ищет. Или уже не ищет...

Виктор наполнил бокалы и поставил их на маленький столик возле дивана. Затем принес фрукты.

- Знаешь, как-то совсем не хочется сейчас голову забивать проблемами писателя. Ей-богу... ну нам-то это к чему? - Виктор подал вино Лике.

- Нам вроде как ни к чему.

- И потом, сама подумай: что можно украсть у писателя?

- Что? Ну, возможно, идею. Синопсис. Больше ничего и в голову не приходит.

- И мне - тоже. Только этот, как ты сказала, синопсис может представлять ценность для кого? Для тебя? Для меня? Но мы же не писатели. Использовать чужой талант могут... не знаю даже...

- Ты прав. Использовать могут только другие писатели, сценаристы... И уж не такой ценой. Это точно. Поэтому я и понять ничего не могу.

- И не надо тебе ничего понимать. Оставь...

- Пожалуй, согласилась бы с тобой. Только почему тогда страдаем я и ты... и еще Вера...

- Все будет хорошо у нас. Веру жаль, конечно, - Виктор грустно улыбнулся. - Она у нас уже лет пять отдыхает. И пловчиха отменная...

На столе зазвонил мобильник Виктора. Он покосился в его сторону и плотнее вжался в диван.

- Ну что такое? Имею я право на личную жизнь?

Лика с удивлением посмотрела на Виктора.

- Ты что, не будешь отвечать?

- Не хочу...

- Мало ли что? Ты ведь хозяин...

Виктор вздохнул и нехотя поднялся с дивана.

- Да, слушаю... Хорошо, сейчас подойду. Только вряд ли я тут помогу... Альбине Афанасьевне звонили? Ладно-ладно...

- Что-то случилось? - Лика поднялась.

- Нет-нет! Только не уходи! Я отлучусь ненадолго. Подожди меня, пожалуйста.

- Что-то плохое опять?

- Ничего страшного. Приду и все доложу. Договорились?

- Может, я с тобой?

- Это, знаешь, как-то не очень будет...

- Извини, я не подумала, - смутилась Лика.

Виктор глянул на телевизор.

- Мы с тобой собирались фильм посмотреть. Вот и подыщи что-нибудь. Идет? Переключись на интернет...

- Хорошо. Иди, тебя, наверное, ждут... - она растерянно стояла посреди комнаты.

- Ага. Я мигом.

Лика осталась одна. Взяв пульт в руки, она так и держала его, не нажав ни кнопки. Настроение не располагало к развлечениям. Чувство тревоги и неясного волнения не покидало ее. Что она делает здесь, в комнате молодого мужчины, хозяина отеля к тому же? Этот ужин, его ухаживания, да и вся атмосфера были нелогичны. Словно выдернутые страницы из разных книг. Что движет Зотовым? Желание развлечься, забыть свой неудачный роман или что-то другое? У Виктора, скорее всего, была своя версия происходящего здесь. А возможно, что не только версия, но и какие-то факты, которыми он не желает с ней делиться. Впрочем, как и Антип. Тот тоже не очень-то распространяется о своих выводах.

Надо как-то выйти на разговор с Анной. Только как? Эти родственнички одного поля ягодки... Хотя... хотя... Лике вспомнилась ее первая встреча с этой парочкой за столом. В присутствии Корецкого они вели себя совсем иначе, нежели теперь. После несчастья с писателем их как будто подменили. Антип перестал быть тупым качком, а Анна превратилась из представителя богемы в истеричную любительницу спиртного. С другой стороны - богема, алкоголь, истерики, интриги - все это так называемые теги одной истории. Странным было другое: Анна была раньше в "Изумрудном", а значит, посещала "посиделки" с писателем. Ее поведение при Корецком было типичным для нее. Иначе бы писатель как-то отреагировал на это, удивился что ли. Да-да! Пока с писателем все было в порядке, Анна тоже была как бы в своей тарелке.

И почему-то именно этим летом приезжает Антип. А с его появлением начинаются несчастья... Нет, одернула себя Лика, так нельзя рассуждать. Если вспомнить убийство хозяина "Изумрудного", которое случилось в прошлом году, то прилепить к этому сейчас Антипа не получается. И скорее всего, кроме ее самой и Антипа найдется еще кто-нибудь, кто этим летом впервые приехал в "Изумрудный". Так что простор для фантазий имеется. Но! Если предположить, что кто-то охотится за идеей романа Корецкого, то выявить среди отдыхающих еще одного писателя не составит труда для сыщиков. Только не верится в это. Никак. Украсть научную идею, разработку, и прославиться на весь мир по итогу - это одно. А придуманную историю... Глупость...

- Вот и я, - в комнату вошел Виктор. - А ты, смотрю, ничего так и не нашла интересного.

Зотов медленно опустился рядом с ней на диван.

- Не нашла. Как-то тревожно стало. У тебя все в порядке? В "Изумрудном" имею в виду.

Виктор скрестил руки на груди, опустил веки.

- А что ему станется, "Изумрудному" этому. Надоело, если честно. Мне все здесь надоело, - он открыл глаза и повернулся к Лике. - Веришь?

- Раз ты говоришь, значит, так оно и есть.

Лицо Виктора как будто постарело за эти минуты, что он отсутствовал. На лбу, между бровей появилась глубокая морщина. Раньше вроде не было. Или не замечала...

- Странно как, - произнесла она со вздохом. - Мне тоже все надоело. И потому я приехала сюда, в это прекрасное место. А тебе, я вижу, хочется уехать отсюда. Так что случилось?

- Да, - с досадой махнул рукой Виктор. - Сбежала отдыхающая.

- Как это сбежала? - вскинула брови Лика.

- Очень просто. Через окно...

- Не поняла...

- Никто не понял. Это я про Светлову говорю, Надежду Павловну.

Лика от удивления приподнялась, затем вновь села.

- А как обнаружили? Бедная женщина, у нее, действительно проблемы с головой. Это же опасно. Надо ее найти...

- Сергей поехал уже. Надеется перехватить ее на вокзале. - Виктор замолчал, нервно покусывая губы. - На ужин не пришла, дежурная постучала к ней в дверь - тишина. Потом вышла на улицу посмотреть, не горит ли свет в комнате. А там окно нараспашку, внизу стул под окном... Ума не приложу, как она не покалечилась. Там, конечно, не так высоко, как у меня здесь, но все равно...

- Да уж, неприятно... Знаешь, вы с Альбиной Афанасьевной не корите себя, - попыталась утешить Лика. - Мне кажется, родственники не должны были ее отпускать сюда одну после операции. Не ваша это вина.

- Думаешь? - Зотов сжал кулаки и стукнул себя по коленям. - Черт! Какая-то черная полоса...

Лика про себя отметила, что, наконец, он перестал играть перед ней беззаботного повесу.

- Она тебе ничего не говорила?

- Мне? Насчет чего?

- Она же заходила сегодня к тебе зачем-то...

- А-а... так я ей карточку банковскую сегодня отдала. Она потеряла, - неуверенно проговорила Лика, не зная, как ей себя вести. - И все.

- Она приходила к тебе за карточкой? Откуда же она узнала, что ты нашла ее?

- Да нет, конечно же, нет. Я принесла ее карточку прямо к ней в комнату. Но потом она почему-то решила подняться и поблагодарить меня.

- Странно...

- Да, странная женщина. Я же говорю, что вам незачем себя винить. Она не очень вежливо меня встретила, когда я зашла к ней. Не могла вспомнить, где потеряла свою карточку и потому, наверное, злилась. Вот... а потом решила исправиться. Я другого объяснения не нахожу. Ей действительно лучше уехать...

- Да, пусть уезжает. Главное убедиться, что она села в поезд без приключений. А где ты нашла ее?

- Карточку? На пляже валялась, у лежака.

Некоторое время они сидели молча. Потом Лика осторожно спросила:

- Виктор, а почему ты так близко к сердцу принял эту Светлову? Бывает, что люди уезжают раньше срока. Ничего здесь такого...

Зотов посмотрел на нее с отчуждением.

- Лика, ты так говоришь, потому что это не твой бизнес...

- Извини, я, наверное, сказала ерунду.

Он поднялся, подошел к столу, присел на край. Затем буднично сказал:

- Да нет, это ты меня извини. Развел тут трагедию... Главное, чтобы не поползли слухи. Доказывай потом, что ты не идиот, а просто эта женщина не в себе.

Виктор вдруг улыбнулся и хлопнул в ладоши.

- Так, все! Проехали. Давай лучше выпьем. Испортил тебе вечер. А я так не хочу.

Лика замахала руками.

- Что ты! У меня будут самые лучшие воспоминания об "Изумрудном". Но я, по правде, устала. Пойду к себе. Да и поздно уже...

Виктор разочарованно развел руками.

- Ну вот. Хотел, называется, устроить романтический ужин, - сокрушенно покачал он головой.

Лика смутилась, но вида не подала. Про романтический ужин он зря сказал. Для этого должны быть веские аргументы. Их отношения не дотягивают до статуса романтических.

- У нас был прекрасный ужин. Спасибо тебе огромное.

- А как же кино?

- Что ж, в другой раз, когда у нас будет получше настроение... У меня, к сожалению, нет с собой ноутбука. Дома, перед сном, я всегда что-нибудь смотрю.

- Лика, - он выбросил руку в ее сторону, - а хочешь, я дам тебе свой ноут? У меня еще планшет есть, да и в кабинете компьютер стоит. Так что, пользуйся на здоровье.

У Лики от такой удачи дыхание перехватило.

- Правда? - пролепетала она. - Спасибо огромное. Лучшего отдыха и не придумаешь. Я ведь человек довольно замкнутый. И развлечения мне по душе, скорее, спокойные, камерные.

Виктор, не дослушав, быстрым шагом вышел из комнаты и вскоре вернулся с сумкой на длинном ремне.

- Бери. Видишь, даже из чехла не вытаскиваю, - он радовался, как ребенок.

Глава 9

Поднимаясь к себе на этаж, Лика уже предвкушала эти трепетные минуты, когда откроет содержимое флешки. Но едва она коснулась дверной ручки, как услышала за спиной вкрадчивый голос Антипа:

- Вечер, похоже, удался?

Лика резко обернулась и прошипела:

- Антип... убила бы! Ты соображаешь, что делаешь?

- Пардон, мадам, не предвидел такой реакции, - Антип скрестил на груди руки. - Но ты сама виновата.

- В чем?! - Она открыла дверь и, глянув на лестницу, позвала его зайти. - Давай, а то развели тут базар среди ночи.

- Какого черта ты караулишь меня? - Лика повернула ключ в замке и прошла в комнату.

- Я? - Антип бухнулся в кресло. - Оно мне надо? Ты же сама приказала быть наготове.

Лика сбросила туфли, положила ноутбук на стол и сказала:

- Рассказывай, что случилось и - по домам. Хочу спать. Никакого отдыха...

Антип подпер кулаком щеку и сонным голосом повторил за ней:

- Никакого отдыха. Это точно. Я имею в виду себя. А ты, смотрю, отдыхаешь по полной программе. Дернул меня черт приехать в это захолустье...

- Я всего лишь просила набрать номер, если брошу глухаря...

- Так не бросила же?

- Антип, ты чего? - Лика растерялась. - Не бросила, ну и спи себе спокойно. Значит, все в порядке, - начала она оправдываться.

- А это что? - ткнул он пальцем на лежавшую сумку на столе.

- Ноут, - глухо ответила Лика. - Еще вопросы будут?

- Украла что ли?

- Ну и шуточки у тебя...

- Какие?

- Ментовские.

Антип опустил голову и пробормотал:

- Ну да, что еще можно ожидать... вот такая солидарность. Ладно, я пойду. Спокойной ночи.

Лика проводила его до двери.

- Спокойной ночи. И не злись на меня, пожалуйста. Я ничего плохого не сделала. Ноут взяла у Зотова. Хочу немного отвлечься: фильмец какой посмотреть, ну и так, в паутине побродить.

- Успехов, не заблудись там.

Лика повернула ключ в замке, прислонилась спиной к двери. Ну вот, наконец, она осталась одна, и теперь уж ей никто не помешает заняться делом. Сейчас... сейчас...В груди холодной змейкой проскользнул страх: а вдруг там будет что-то ужасное? Что ей с этим делать? Или наоборот - ничего такого особенного. Как ей быть тогда, кому отдать находку?

Подключив ноутбук к сети, она вышла на балкон. Теплый, влажный воздух ворвался в комнату, надув парусом портьеру. Пошарив в полумраке по стволу пальмы, она нащупала флешку и аккуратно освободила ее от пластыря. Легкий шорох за спиной заставил ее вздрогнуть и резко обернуться. С шезлонга на нее смотрели два светящихся глаза.

- Сеня... - Лика от неожиданности резко махнула рукой в его сторону. Кот с тихим "мяу" сиганул через открытую дверь в комнату. - Как вы мне все дороги... Не отдых, а сплошной экстрим!

На экране появилась информация. На первой странице справа стояла фамилия и инициалы писателя. Чуть ниже, по центру, заголовок: "В тени моего сердца". Лике захотелось плакать. Негромко всхлипнув в голос, она протерла глаза и начала читать дальше. Ниже в столбик шел перечень героев романа. Небольшой и скорее всего неполный. Лика прокрутила колесико мышки и поняла, что текста совсем немного, пару десятков страниц, состоящих из абзацев с большими промежутками. Очевидно, наброски.

"... Орлова нашли на полу в его кабинете с проломленной головой. Семен Витальевич Орлов, руководитель лаборатории, отличался пунктуальностью: на работу являлся всегда минута в минуту. И лишь в это утро, по заверению охранника, он пришел на целый час раньше. Кто мог быть причастен к этой трагедии - неизвестно. Полиция рассматривала две наиболее вероятные версии - профессиональную и личного плана. Характер работы института был связан с военной промышленностью, и поэтому первый вариант вызвал особую тревогу у руководства. Что касается личной жизни заведующего лабораторией, то здесь было еще сложней, потому что Орлова всегда считали примерным семьянином..."

Лика откинулась на спинку стула и зевнула. Вполне возможно, что роман в итоге получился бы интересный, однако из этих отрывков, сколько бы их ни было, ничего в данный момент не поймешь, мастерством писателя тоже не насладишься. И уж тем более никак не узнаешь, зачем понадобилось Корецкому прятать эту флешку. От кого?

Она пролистала пару страниц, остановилась еще на одном эпизоде.

"... Она лишила меня самого дорогого - смысла жизни. Еще несколько дней назад я вдыхал аромат ее волос - горьковато-пряный, похожий на лаванду; я слышал, как трепетно бьется сердце в тонкой жилочке на ее бледном, хрупком запястье..."

Лика опустила глаза. Было чувство, будто она читает чужое письмо очень личного содержания. А вдруг это вовсе не заготовки для романа, а мысли Корецкого о чем-то своем сокровенном? Она растерялась: первый абзац про убийство и этот, явно любовного содержания, никак не состыковывались между собой. Вначале повествование идет от третьего лица, а здесь от первого... Как это понимать?

Она поднялась, покружила по комнате, села на кровать. Увы, ей никогда не доводилось видеть, как работают писатели. Однако она была уверена, что черновик любого романа должен быть в общих чертах похож на будущую книгу, где все стройно и логично. А здесь... Хотя, вполне возможно, что это вовсе не черновик нового романа, а сборник мыслей, заметок, которые впоследствии можно будет использовать в разных по стилю и замыслу произведениях. И к чему такой "компот"? Какие выводы конкретно она может из этого сделать?

На душе было скверно. Лика вдруг почувствовала себя воровкой. Содержимое флешки являлось собственностью Максима Корецкого. Личной вещью писателя. И если писателя нет, то должны быть какие-то наследники или соратники... или кто-то там еще. Но уж никак не она - отдыхающая по имени Анжелика. Корецкий, по-видимому, рассчитывал на ее порядочность. Но какой конкретно смысл он вкладывал в это понятие в данном случае?

Отдать в руки следователя? Лика нахмурилась: как-то не ложилось на душу такое решение. Искать родственников? Это всегда успеется. Само собой, что делать этот носитель информации своей собственностью она не собирается. Надо подумать... надо подождать...

Несмотря на усталость, Лика долго не могла заснуть, ворочалась с боку на бок, обдумывая завтрашний день. Как было бы хорошо, если бы приехал Гриша... Вдвоем они бы наверняка приняли верное решение.

Кот запрыгнул на кровать и улегся на ноги, как гиря.

- Сеня, ты считаешь, что я так скорее усну? - она приподняла голову и посмотрела на темный силуэт в ногах. - Лучше бы сказал, в чем ценность этой штуковины. Или опасность. Уж и не знаю, - буркнула она в подушку и закрыла глаза.

Спустя мгновение она уже сидела на кровати. Синопсис! Сегодня утром он ушел из комнаты и больше не возвращался. Это она хорошо помнила. Лика поднялась, включила свет, проверила замок, придвинула тумбу для страховки. Затем осмотрела вещи в шкафу и на туалетном столике - ничего подозрительного. Потом успокоила себя мыслью, что когда впускала Антипа, вполне могла и не заметить, как кот прошмыгнул в комнату. И тут же расстроилась еще больше: Сеня был на балконе, а дверь на балкон была закрыта! Как же так... Или она стала чересчур подозрительной или совсем невнимательной. Одно из двух. И еще вариант: Синопсис не просто кот, а мистическое животное. Не зря же Вера говорила, что появляется он из ниоткуда и уходит тоже в никуда. Так что удивляться нечего...

Выпотрошив на кровать свою походную аптечку, она отыскала снотворное. Все, хватит себя терзать! Запив таблетку водой, Лика погасила свет и вскоре провалилась в глубокий сон.

Утро пришло неожиданно. Казалось, что только-только закрыла глаза - и вот уже новый день. Ни снов, ни мучительных ночных пробуждений. Легкий скачок из вчера в сегодня...

На завтрак она спустилась почти одновременно с сотрапезниками. Именно так мысленно она называла Анну с Антипом. Они шли немного впереди Лики. Шли медленно, ни о чем не разговаривая. Лика не стала их обгонять, остановилась возле администратора.

- Доброе утро.

- Доброе утро, Анжелика Юрьевна. Чем могу быть полезна? - на лице Инны сияла вышколенная улыбка. Как заставка на экране телевизора. Никаких эмоций. Неужели это хорошо?

- Скажите, вчера Светлова Надежда Павловна выехала из номера...

- Одну минуточку, - Инна запорхала пальчиками по клавиатуре. - Я сегодня с утра заступила. Вчера была...

- Ася, - нетерпеливо перебила ее Лика, заметив, что девушка даже не смотрит на монитор. Явно что-то знает, но говорить не спешит.

- Да-да. Вы, я вижу, в курсе. Та-ак... Светлова... действительно выехала. А у вас к ней дело какое-то есть? - Инна пустыми глазами уставилась на Лику.

Дело? А какое тебе до этого дело? - едва не вырвалось у Лики.

- Возможно, - холодно произнесла Лика. - Я хотела узнать у вас, не вернулась ли она случайно вчера вечером. Но, я так поняла, что нет.

Лицо Инны было непроницаемым, как фанера. Ей бы в президентском отеле работать, а не у Зотовых, - подумалось Лике. Она отвернулась, не желая больше продолжать этот бессмысленный диалог. Через стеклянную дверь она увидела, как по ступенькам поднимается Сергей. Лика поспешила навстречу, желая перехватить его на улице.

- Здравствуйте, - Лика почти лоб в лоб столкнулась с ним в дверях.

- Лика? Что-то случилось? - Коротков едва успел отскочить в сторону.

- Сергей, можно вас на минуту? - спросила она и, бросив короткий взгляд через плечо, пошла вглубь террасы.

Она остановилась возле двух белых стульев, укромно стоявших за перегородкой, увитой душистым горошком.

- Что за конспирация? - Коротков опустился рядом с ней на стул. - Вы меня пугаете. Опять что-то в комнате?

- В комнате? - лицо у Лики вытянулось. Про комнату отдельный разговор. Только вряд ли Коротков ей поможет здесь. - Нет, я хотела узнать про Светлову.

Сергей закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди. Приготовился врать, - сразу почему-то решила Лика.

- Я весь внимание, - у него было выражение лица, как у чиновника, которому принесли челобитную. В глазах читалась скука и заготовленное "нет".

- Не стоит так напрягаться, - неожиданно разозлилась Лика. - Я всего лишь хотела узнать, что с этой женщиной, Надеждой Павловной?

- А что с ней не так? Я не понимаю, Лика. Вы объясните толком.

- Вчера исчезла Светлова. А я хочу узнать, все ли с ней в порядке. Вы ее отыскали?

- Я?!

- Только не надо изображать приступ крайнего удивления. Договорились? Или я сейчас встану и уйду, в конце концов!

- Ого! - Коротков повернулся всем корпусом к ней. - Лика, все в порядке, поверьте. Светлова никуда не исчезала. Она просто уехала домой. Немного раньше срока. Но так бывает...

- Бывает. Я смотрю, в этом чудном отеле ранние отъезды явление дежурное. Не так ли?

Коротков слегка растерялся, он явно не знал, как ему себя вести с ней.

- Короче. Вчера мне Зотов сказал, что она сбежала из отеля через окно. Женщина больна. Я переживаю за нее. А вы, Сергей, вроде как должны были поехать вслед за ней.

Лика замолчала. Она в очередной раз почувствовала себя инородным телом в этом "изумрудном организме". Странно, что ей не дали вот так запросто прервать свой отдых здесь. Светловой можно, еще каким-то людям можно, а ей нельзя! Лика вдохнула аромат душистого горошка, совсем некстати мелькнула мысль о совершенстве природы...

- Виктор вам такое рассказывал вчера? Ему видней, конечно...

- Ну и... - поторопила его Лика.

- Я связался с родственниками Светловой. Они подтвердили, что она выехала поездом. Они ее сегодня утром уже встретили. Все окей, одним словом.

- Слава богу, - облегченно выдохнула она и поднялась. - Это все, что я хотела узнать. Пойду на завтрак. Спасибо.

Коротков остался сидеть, и некоторое время смотрел ей вслед.

- Анжелика Юрьевна! - позвал вдруг он.

Лика обернулась. Коротков догнал ее и торопливо заговорил:

- Вы меня извините. Я не в курсе тонких деталей ваших отношений с Зотовым, поэтому не могу докладывать про все события в пансионате. Поймите меня.

Тонкие детали отношений с Зотовым! Прозвучало как пощечина. Лика вспыхнула, на глазах едва не выступили слезы.

- И вы меня простите, - отчеканила она, - что лезу не в свое дело. Только если бы у меня были те отношения, на которые вы намекаете, то вас я уж точно бы ни о чем не спрашивала. Вам не кажется?

Коротков схватил ее за руку.

- У меня и в мыслях ничего такого не было. Лика, у вас с обоими Зотовыми довольно теплые отношения. Но они - это они. Их право рассказывать что-то вам или нет. А у меня такой возможности нет. Вы должны меня понять. Я просто удивлен, что вас вдруг так взволновала эта женщина. Вы с ней успели познакомиться?

Лика выдернула руку, хотела молча уйти. Но потом остановилась и, смягчив тон, сказала:

- Я нашла ее банковскую карточку. На пляже. Отнесла ей в комнату. Она меня благодарила, потом рассказала про свою операцию. Мне было ее жаль. Вот и все. Я живой человек, не безразличный к чужой боли. Можете считать эти слова высокопарными, но так оно и есть.

Лика была уверена, что Сергею все это и так известно. С другой стороны, его можно понять, и все, что он сейчас сказал - правда.

- Лика, я все понял. Извините меня еще раз.

- Все в порядке,- кивнула Лика. - Будем считать, что мы поняли друг друга.

- Постойте, - быстро проговорил Сергей. - Где вы говорите, нашлась карточка Светловой? На пляже?

- Ну да. А что в этом такого? - пожала плечами Лика.

- Странно... очень странно...- Сергей потер лоб. - Она никогда не ходила на пляж. Ей яркое солнце противопоказано. Она обычно сидела вот здесь, на террасе. Во всяком случае, дальше беседки никуда не ходила.

- Мало ли, - отмахнулась Лика. - Разок-другой, может, и сходила. Вечером, к примеру.

Рассуждать на эту тему ей совсем не хотелось. Никто не знает, что у всех у них на уме. Включая странную Надежду Павловну.

В столовой негромко играла музыка, на столах стояли букетики мелких колокольчиков, цинний, львиного зева.

- Как празднично, - с восхищением отметила Лика.

Анна с Антипом дружно кивнули.

- Сегодня день рождения повара, - пояснила Анна. - Он выходил, мы ему аплодировали. А вы где-то задержались. Вроде шли за нами...

Ну, это ж надо... и все-то они замечают! Она не стала объясняться. Впечатление, что эту парочку приставили за ней следить.

- О! Так тут даже тортик по такому случаю... - Лика с удивлением разглядывала замысловатый десерт по центру стола из чего-то вроде взбитых сливок, творога и ассорти из кусочков фруктов. - Здорово... я ничего такого не умею.

- Я тоже не мастерица, увы, - поддакнула Анна. - Как говорится, кто на что учился.

Лика занялась завтраком. Она чувствовала, что между Анной и Антипом "искрит". Он время от времени нервно постукивал вилкой по краю тарелки, несколько громче, чем это допускал этикет. В сосредоточенном взгляде читалось напряжение, но в то же время он как будто не замечал никого вокруг себя. Анна, напротив, была расслабленна, как это бывает у женщин после всплеска сильных эмоций.

Лике нестерпимо захотелось отмотать ленту времени назад. Вот, представила она, вошел бы сейчас в столовую Корецкий... Как светло и радостно стало бы вокруг. И цветы бы ярче были, и десерт вкусней, и настроение у всех за столом было бы хорошее, ровное, без "электричества". Так в чем же дело? Неужели события с писателем могли так сильно повлиять на отношения, к примеру, этих родственничков? Или они каким-то образом причастны ко всему этому? По телу Лики пошли мурашки. Чувство неясной опасности и одиночества охватили ее в этот момент. Ни Зотов со своими приторными амурами, ни Антип - свой в доску парень, ни Сергей, ни эта богемная Анна - никто из них не мог дать ей ощущение равновесия. Ни от кого из них не шло тепло. Все эти люди вызывали у нее лишь тревогу и недоумение. Вот же подобрался коллективчик! Спасибо тебе, дорогой Гриша! Хотя, обстоятельства меняют людей. Очевидно, что в "Изумрудном" много кого волновала гибель писателя. Не из простого сочувствия, а по другим, каким-то личным, причинам. И еще похоже, что на Корецком здесь многое держалось, как на фундаменте. И теперь, когда фундамент треснул, когда нижний кирпичик этого здания кто-то вытащил - все строение посыпалось и быстро превратилось в руины. Наступил хаос.

Первым ушел Антип. Анна еще некоторое время сидела, прикрыв глаза и кивая в такт музыки. Лика выпила кофе, не торопясь доедала десерт. Корецкий, по ее ощущению, незримо присутствовал здесь, за столом. Он как будто сидел напротив Лики и сверлил ее строгим взглядом: мол, для чего же я тебе оставил подсказку? Ну же, давай, действуй! А у нее ничего не получалось. Анна, конечно же, знала что-то про новый роман писателя. Но как завести об этом разговор?

- Вы еще долго пробудете в "Изумрудном"? - забросила она пробный камешек.

Анна открыла глаза, положила на стол салфетку, которую все это время мяла в руке.

- А что? - простодушно спросила она. - Я вам надоела? В любой момент могу отчалить, - она рассмеялась и навалилась грудью на стол, приблизив свое лицо к Лике. - Когда надо? Скажи...

- Ты редкая дура! - неожиданно для себя сорвалась Лика, затем бросила десертную вилку на тарелку и поднялась.

- Много ты понимаешь... - услышала она в спину.

Лика быстрым шагом пошла к выходу. Давно ей так не портили настроение. Очень давно. Так умеют делать только женщины, точнее, стервы типа этой несносной Анны. Лика шла, не очень понимая куда. Просто не могла сейчас взять и остановиться, потому что надо было куда-то растратить подпрыгнувший адреналин. В какой-то момент вытащила мобильник, начала набирать номер Гриши, но затем с досадой забросила обратно в сумку. Попетляв по безлюдным дорожкам добрых полчаса, Лика, наконец, остановилась у той самой скамейки, где она познакомилась с Верой Игоревной. Рука невольно коснулась гладкой деревянной спинки. Некоторое время она так и стояла, поглаживая теплые, будто живые, планки. Со стороны параллельной дорожки послышались шаги. Лика не хотела ни с кем встречаться и присела на скамейку, чтобы не торчать, как свечка. Вскоре она услышала голос Анны.

- Ты обещал мне! Обещал! А что теперь?

- Обещал - значит, сделаю, - ответил ей Антип.

- Ну да, как же... я вижу, как ты стараешься. Из последних сил, можно сказать... противно смотреть, - ядовито процедила она. - Еще немного и она поймет, что никакая мы не парочка.

- Прекрати, - рявкнул Антип. - Эта твоя идея заведомо глупая. Мы же в разных комнатах живем.

- Не хватало еще в одной поселиться.

- Это точно. И так все всем ясно. А девушку оставь в покое. Она здесь при чем?

- Она не при чем. Согласна. Но ты занимаешься больше ей, а не делом. Я тебя уволю к чертовой матери...

- Валяй. Баба с возу. Только прекрати принимать всякую дрянь. Это мой добрый совет. Еще пару выходок - и придется отправить тебя в клинику.

Повисло молчание. Шаги удалялись.

- Я не шучу! - громко добавил Антип.

Лика, пригнув слегка голову, быстрым шагом пошла в противоположную сторону, чтобы не столкнуться с этой парочкой. Бог мой, подумала она, за что такое испытание? Судьба подкинула ей знакомство с Корецким - умным, интересным и порядочным человеком, но за это знакомство теперь ей приходится расплачиваться. Чем же им всем так не угодил Корецкий? Хотя, почему же только Корецкий? Вера Игоревна из того же списка, надо понимать. Из них, кстати, вышла бы хорошая пара. Хотя, откуда ей знать про их личную жизнь. Возможно, что у них с этим все в порядке. Бывает же, что семейные пары отдыхают порознь.

Лика оглянулась, прислушалась и, убедившись, что вокруг тихо, сбавила шаг. Она была уже близко от крыльца отеля, когда ее позвали:

- Девушка, а, девушка! Можно вас?

Лика обернулась. Голос раздавался со стороны беседки. Там, облокотившись на перила, стояла женщина в светлом спортивном костюме и махала ей рукой, зазывая к себе в беседку. Лика остановилась и нехотя свернула на тропинку.

- Вы меня извините, - женщина спустилась со ступенек, - не хотелось догонять вас там, где люди могут быть. Здравствуйте...

- Здравствуйте, - ответила Лика и в ожидании остановилась. Она поняла, что встречала раньше эту женщину на территории отеля. Просто сейчас, в спортивном костюме, не сразу узнала. Еще она видела ее в тот день, когда упал Корецкий. Она была в толпе, когда Валеев опрашивал очевидцев.

- Я Маргарита.

- Очень приятно. Лика.

- Я хотела вас спросить кое о чем, если позволите.

- Да, конечно, - пожала Лика плечами. - Вы сейчас в отель?

- Нет-нет. Если можно, присядем на минутку здесь, в беседке. А в отеле я уже поговорила с этой... как ее... Инной. - Маргарита скривилась. - Не хочу больше встречаться с ней. Запишет в сплетницы.

- Это точно, - согласилась Лика и поднялась в беседку вслед за женщиной.

- Послушайте, вчера внезапно уехала моя приятельница. Надежда Светлова...

- Так, - насторожилась Лика. - Вы это связываете как-то со мной?

- Господь с вами, дорогая. Надя мне так хвалила вас. Говорила, единственный живой - в смысле чуткий, человек в этом пристанище монстров - это вы, Лика. Так вот, она так спешно уехала, даже мне не сообщив ничего. Я переживаю теперь...

- Надежда Павловна успела вам про меня рассказать? Так, скорее всего, это и было перед ее отъездом. Мы с ней вчера только познакомились. И когда только успела? - искренне удивилась Лика.

- Мы с ней поговорили перед тем, как она собиралась идти к вам в комнату. Сказала, что вы нашли ее карту банковскую, что надо поблагодарить, что как-то не так она встретила вас у себя в комнате.

- Вот как? Я и не заметила ничего такого, - слукавила Лика. - Все нормально. Не знаю даже, зачем она решила подняться на третий этаж. Единственное, могу вам сказать, что с ней все в порядке, сегодня утром ее встретили родственники. Во всяком случае, мне так сказал Сергей.

- Коротков что ли? - женщина слушала Лику с каким-то особенным вниманием, как будто сверяя данные Лики со своими собственными.

- Ну да... именно Коротков меня заверил, что все в порядке. А что вас смущает? - Лика с подозрением посмотрела на собеседницу: в чем тут дело?

- Меня? - Маргарита прищурила глаза и посмотрела куда-то вдаль. - Да все меня смущает, - повернувшись к Лике, громко заявила она и, нахмурив брови, замолчала.

Лике стало не по себе, молчать на пару с малознакомой женщиной было не слишком весело.

- Я бы с удовольствием у кого-нибудь еще спросила, но, поверьте, друзей у меня здесь нет. Что ж... будем надеяться, что все так, как сказал Сергей. Конечно, состояние ее здоровья не очень, но ведь приехала же она сюда как-то...

- Приехала. Да. И весьма даже недурно себя чувствовала. Единственное, что требовалось для реабилитации - не нервничать, отдыхать и побольше быть на свежем воздухе. Все. Она ведь очень интересный человек, Лика. Бывшая актриса, умница большая... А после этого случая с писателем... ну, как будто подменили человека. Вот же беда...

Лика едва не подпрыгнула. Опять Корецкий!

- Мы все здесь в шоке. Конечно, если у человека еще проблемы со здоровьем, то вполне обострение может случиться. Даже не сомневаюсь.

- Это понятно... Мы с ней, кстати, как раз здесь сидели в тот вечер, когда бедняга Максим упал.

Лика насторожилась. Ведь ей Светлова упорно доказывала, что никогда не была в этой беседке. Очень странно, очень... Как раз логично, что здесь самое удобное место для отдыха больному человеку: близко к зданию, и солнце не мешает.

- Правда? А мы с Верой Игоревной и ее собачкой сидели немного дальше на скамейке.

- Да-да! Я помню вас. Как раз здесь все собирались, потом вы подошли, а следом вскоре и Надя Светлова. Ей не стоило, конечно, вникать во все это. Расстроилась тогда Наденька страшно, я вам скажу.

- Погодите, - остановила ее Лика. - Вы говорили, что сидели здесь вместе, а как же тогда вы оказались в отеле раньше нас с Верой Игоревной и Светловой?

Маргарита задумалась, пожала плечами и ответила:

- Так все просто. Я ушла раньше. Грозы, знаете, боюсь. Тогда сверкала молния, помните?

- Помню, конечно...

- Я и ушла, а Надя отказалась. Сказала, что гроза ей нипочем, озоном дышать собиралась. Пришла она уже, когда тут опрашивали всех. Вслед за вами, короче.

- Да, печальное событие. Еще и Вера пропала...

- Да, - вздохнула женщина и перекрестилась, - забрал Максим помощницу с собой.

- Помощницу? - удивленно протянула Лика. - В каком смысле?

- Да, вот так... - задумчиво проговорила Маргарита и покивала головой. - Что говорите? В каком смысле? - она посмотрела на Лику и испуганно прикрыла ладошкой рот. - Ой, что-то я разболталась... хотя... теперь уже все равно, - махнула она рукой. - Вера была агентом Корецкого.

Лика оцепенела и, не моргая, смотрела на собеседницу.

- Литературным агентом. А вы что подумали? - засмеялась та.

- Я? Ничего еще не подумала, - кисло улыбнулась Лика. - Тут все новость на новости, соображать только успевай.

- Это точно. Только знаете, Лика, - Маргарита замялась, - я ляпнула, не подумав. А это был секрет.

- Про агента что ли?

- Да. Ну не то, чтобы про агента. Про то, что Вера являлась конкретно его, Корецкого, агентом. Для окружающих они были здесь просто отдыхающие. Хорошо знакомые, в общем. Зачем это было надо, я, честно, не вникала. Удобно им так было - и ладно. Вот проболталась.

- Я никому не скажу, - заверила ее Лика. - Раз им так было удобно, значит, так надо. Это их тайна. Не поверите, но я буквально минут пятнадцать назад как раз об этом подумала, что Вера и Максим были бы отличной парой.

- Ах, вы в этом смысле. Нет, они были связаны только работой. У Веры есть муж, а у Корецкого, насколько мне известно, есть дочь. Жены нет. Подробностей не знаю. Врать не буду.

Они помолчали. Лика вспомнила про свой массаж и обратилась к Маргарите:

- Знаете, Маргарита, я была бы вам очень признательна, если бы вы мне сообщили, как там дела у Надежды Павловны. Ну, вдруг что-то узнаете. Хорошо? - с этими словами Лика поднялась.

- Обязательно, душа моя, обязательно все вам сразу расскажу. Спасибо, что согласились поговорить со мной.

- Да что ж в этом такого? - с улыбкой спросила Лика. - Что нам здесь еще делать, кроме как общаться друг с другом.

- Вы правы, дорогая. До встречи.

В полной задумчивости она вошла в свой номер. В голове собралось столько мыслей, что требовалось разложить их по полочкам. Лика растянулась поперек кровати и уставилась в потолок. Вспомнив про разговор своих сотрапезников, на душе стало мрачно, как в чулане. Лика сцепила пальцы в замок и уткнулась в них носом. Что-то не так здесь, не так... а где это здесь? - тут же задала она себе вопрос. Ага... ну, во-первых, Сеня. Хотя утверждать здесь что-либо очень сложно, но все-таки она не видела, когда кот забежал в комнату. Не видела и все тут! Тем более, не видела, как он попал на балкон. После сегодняшних утренних разговоров у нее пропала всякое доверие ко всем живущим в "Изумрудном" и его окрестностях. Абсолютно ко всем. Кто мог прийти в комнату в ее отсутствие? То есть в тот момент, когда она была у Зотова. Антип мог? Да сто процентов мог! Понимал, что я вернусь, скорее всего, только после его звонка мне. Очень даже удобно. И встретился он ей где? Да здесь, возле комнаты. Может, только-только вышел, а я тут как тут. Вот Сеня и забежал вместе с ним. Вариант номер два - Сергей Коротков. У этого все козыри на руках, потому что есть запасные ключи. Нон проблем, как говорится. А как попал Антип, если не было ключей? Влезть в шкуру домушника сложно. Откуда ей знать, чем и как открываются нужные двери? Ладно, идем дальше. Зотов. У этого персонажа возможностей воз и малая тележка. Он хозяин и знает, что и где лежит. У того же Короткова мог забрать ключ от комнаты. С ведома Сергея или без ведома - неважно. Главное, что мог. Никто не гарантирует, что ее комнату не обыскивают каждый день. И все бы обошлось, но Синопсис, милый котик, не даст соврать. Жаль, что рассказать ничего не может.

Лика поднялась, взяла из холодильника бутылку воды, налила в стакан. Про надежность замков ей теперь все ясно. Утешает лишь то, что все происходит в ее отсутствие. Значит, цель по-прежнему - флешка. Сеня оказался запертым на балконе. А это значит, что на балкон заходили. Но флешку не нашли... Может, хватит искать, господа грабители? Ну нет в этом номере ничего. Она сделала пару глотков и поставила стакан на стол. А что, если не первый, не второй и не третий? Вдруг это Анна? Почему бы нет? Ненависть Анны к ней растет в геометрической прогрессии. Почему? О каком таком деле, которым должен заниматься Антип, говорила Анна? Впечатление, что в этой богадельне все занимаются чем угодно, кроме спокойного отдыха. При этом внешне все предельно спокойно, благочинно. Чисто райский уголок. Море, солнце, природа и... скопище хищного зверья.

Проверив, заперта ли дверь, Лика села к компьютеру.

"... В лаборатории в ту ночь работали две бригады, шла подготовка к важным испытаниям. Однако никто не знал, что начальник находится в своем кабинете. Кто посещал кабинет - тайна. Предполагали, что убийцей мог быть тот, кто планировал выкрасть из кабинета какие-то документы, но, наткнувшись на начальника, вынужден был его убить. В этой же лаборатории младшим научным сотрудником работал сын Орлова, Павел. Для Павла это был особенно тяжелый удар: он готовился к свадьбе на девушке из бухгалтерии этого же института. Но после трагедии Павел замкнулся, много времени стал проводить с матерью, а невеста истолковала это как отказ от женитьбы. Свадьба расстроилась..."

Это уже было похоже на синопсис. С одним лишь нюансом - синопсис должен раскрывать всех преступников в конце. А в данном случае ничего такого нет. Лика специально пролистала до конца текст, но все эпизоды были лишь разрозненными отрывками то об убийстве, то о любви. Лика в очередной раз убедилась, что найти связь между двумя сюжетами практически невозможно. То есть, замысел Корецкого оставался тайной.

Лика спускалась по лестнице на массаж, когда вдруг вспомнила слова писателя, что новый роман будет о любви. Детектив о любви. И что никто, включая его самого, не сделал пока предположения о развязке. Да-да, именно так и было. Странно, ей всегда казалось, что писатель детективов замышляет вначале злодеяние и исполнителя, а уж потом запудривает читателю голову. Возможно, что так оно и было раньше. Но в этот раз... да, именно в этот раз, говорил Корецкий, все по-другому, и он сам не знает, кто преступник. Почему так получилось? Конечно же, и в жизни, и в творчестве бывает всякое. Неприятный момент. С другой стороны, есть повод позлорадствовать читателю. Писатель становится наравне с ним, и вместе со всеми ломает голову. Справедливость восстановлена...

Руки Риты хозяйничали на ее спине, вызывая приятную истому. Массажистка что-то негромко рассказывала, ее голос лился ручейком где-то рядом, не затрагивая сознания Лики. Мысли в голове роились, как потревоженный улей. И вдруг Лика поняла: кто-то разгадал замысел Корецкого! Она едва не вскрикнула, поняв весь ужас ситуации.

- Анжелика Юрьевна, извините, я, наверное, царапнула нечаянно? - Рита отдернула руки.

Лика села на кушетке, уставившись взглядом на дверь. Рита боязливо оглянулась.

- Нет, Рита, все в порядке, - она рукой придержала массажистку, которая отступила от нее на пару шагов. - Извините меня. Просто я кое-что вспомнила. Не очень приятное. Так, из своей прошлой жизни...

Лика вновь медленно опустилась на кушетку. Рита молча продолжила свою работу. Ее движения стали более плавными и нежными.

- Рита, - Лика приподняла голову, - скажите, а в прошлом году Анна отдыхала при вас? Я про рыжеволосую девушку...

- Да-да, я поняла о ком вы. Нет. Насколько мне известно, она уже уехала. Я не застала ни ее, ни Татьяны - девушки Виктора. Да, собственно, многих из тех, кто обычно приезжает сюда. После убийства хозяина не захотели тут быть Хотя... возможно, что сезон уже пошел на спад. Наверняка не скажу.

- Да, скорее всего, что так.

- А почему вы спрашиваете? - осторожно поинтересовалась девушка. - Эксцентричная такая особа, конечно, эта Анна.

Лика не знала, что ответить, но ситуация обязывала расплатиться за свои вопросы.

- Я сижу с ней за одним столом. С ней и ее братом.

- У нее и брат здесь? - удивилась Рита.

- Антип. Ее брат, - неуверенно произнесла Лика и добавила: - мне так кажется.

- Возможно. Я, правда, никогда бы не подумала.

- Да? А мне кажется, у них что-то общее в улыбке есть.

- Насчет улыбки не скажу, не обращала внимания. А вот как-то разговор их слышала - невольно, не подумайте - так странным он мне показался. Не скажешь, что это просто отдыхающие, которые познакомились здесь. И на роман не похоже. Короче, как будто они тут по чужой воле маются.

- Действительно, что-то в ваших словах есть, - согласилась Лика.

Такая мысль никогда бы ей самой не пришла в голову - приехать отдыхать на море по чужой воле. Шпионы что ли... Бред какой-то. Взрыв мозга! Уж не они ли охотятся за синопсисом Корецкого? Пусть и недописанным... Какая польза от этой писанины? Именно писанина и ничего больше. Это как небольшая кучка стройматериалов, из которой никогда не построишь большого дома, как бы ни старался. Лика подумала, что если бы можно было, она бы повесила объявление у входа "Изумрудного": Ничего шокирующего в записках Корецкого нет! Люди, не майтесь дурью!

Время приближалось к обеду, Лика сидела в комнате перед зеркалом и теребила блокнот со своими пометками. Что можно еще добавить туда? Записки Корецкого? Она даже приблизительно не представляла, куда их можно пристроить. Открыв чистый листок, Лика нарисовала в центре квадрат, внутри которого написала слово "синопсис". Немного подумала и добавила рядом картинку: череп и кости. Осталось только дописать "Стой! Убьет!"

- Вот так, - сказала она вслух своему отражению. - Это уже горячей.

Действительно, получалось, что кто-то опасался написанного Корецким синопсиса. Убийца публикой не обозначен, автор тоже был в замешательстве. Как это он говорил...вдруг понимаешь, что задуманный злодей таковым не является, что убийца обвел тебя вокруг пальца... То есть, Корецкого подвела писательская интуиция. Или все-таки не подвела... Лика вспомнила Максима в день гибели. Они встретились с ним последний раз за ужином. Писатель был явно чем-то угнетен. Если совместить факты, которые ей теперь известны, то получается, что... Она нетерпеливо потерла ладони. Что, что получается?

Лика поднялась, вышла на балкон и присела на шезлонг. Надо бы на море сходить, поплавать... Откинувшись на спинку, она прислушалась к отдаленному, неясному шуму не то моря, не то ветра. Максим расстроиться мог по двум причинам: он определил главного злодея, и это стало для него шоком. Злодей никак не книжный, а вполне себе реальный, из плоти и крови. Как это может быть? Очень даже просто, очень... Лика вспомнила, как она читала когда-то, что писатель иногда неосознанно воссоздает реальную ситуацию из жизни. Ту, что была или ту, что будет. Так какая же из них? Скорее, та, что была. И преступник это понял. Понял немного раньше, чем писатель. Чуть-чуть, но этого хватило, чтобы Корецкий оказался в западне. И это вторая причина, по которой Корецкому стало опасно находиться в "Изумрудном". Вполне возможно, что он уехал бы отсюда на следующий день. Но не успел... Успел лишь перекинуть материал на флешку с компьютера. И спрятать этот материал ему негде было. То, что он выбрал ее балкон - это жест отчаяния. У него не было возможности вынести из комнаты флешку и отдать ее, к примеру, Вере. Если уж она его литагент, то самое разумное решение было бы именно такое. А в комнате был... Зотов! Он же сам ей об этом сказал!

Лика пошла в ванную и ополоснула лицо прохладной водой. Час от часу не легче! Зотов хотел забрать флешку... Как-то слишком все просто получается. Зачем ему сознаваться? Промокнув лицо полотенцем, она присела на край ванны. Зотов уверял ее, что он был тогда в комнате и, что особенно важно - следователь об этом знает. Значит, составлен протокол, и Виктор является на данный момент свидетелем гибели писателя. Корецкий, возможно, ждал другого человека, ждал и боялся. Но пришел Виктор. Почему? Да потому, что писатель сам вызвал его из-за сломанного замка. Или просто хотел позвать таким образом на помощь. Такой вариант нельзя исключать. И получается... Лика прислонилась лбом к прохладному кафелю на стене, чтобы хоть как-то усмирить раскалившуюся от мыслей голову, и тихонько прошептала: получается, что ровным счетом ничего не получается...

Она быстро шла по дорожке к морю. Проходя мимо беседки, невольно замедлила шаг, но останавливаться не стала. Просто в этот момент ей вспомнились слова этой женщины, Маргариты, о том, что они со Светловой сидели здесь в тот злополучный вечер. Надежда Павловна пробыла в беседке дольше и, судя по всему, видела, что происходило на балконе. Отсюда ее паника, страх и побег из "Изумрудного". Тогда же она выронила свою банковскую карточку и очень расстроилась, что об этом узнала она, Лика. Бедняжка, ее психика не выдержала. Правда, остается неясным, что конкретно она видела. Были поздние сумерки. Хотя окно Корецкого вполне могло светиться. В этом случае силуэты хорошо просматривались. Скорее всего, Надежда Павловна имела лишь приблизительное представление, кто был с писателем на балконе. Но не факт. Вполне могла узнать Зотова. Но сказать об том не рискнула, решила выждать и посмотреть, как будут развиваться события. И тут эта карточка... Ничего в этом страшного не было, конечно. Но это если говорить о здоровом человеке. Мало ли когда там могла затеряться карточка? Но для Светловой такая ситуация стало настоящей трагедией.

Так, рассуждая сама с собой, Лика добралась до моря. Бросив одежду прямо на песок, она пошла в воду. Небольшие волны тут же подхватили ее, заставляя энергично работать всем телом. Она плавала, ныряла, иногда отдыхала, лежа на спине. Выходить на берег совсем не хотелось. В этот момент она жила по правилам природы: дышала, двигалась, наслаждалась ощущениями своего тела в воде. Мысли, тревоги, несчастья - сейчас все это было размыто шелковистой, солоноватой субстанцией. Если бы существовала небесная канцелярия, Лика непременно оставила бы там запись с благодарностью за создание моря.

Выйдя на берег, она остановилась как вкопанная. Возле ее одежды расположилась Анна. Зачем?! На пляже вдоволь свободного места. Рыжеволосая подруга Антипа сидела в купальнике, подставив лицо солнцу. Она решила вновь поскандалить?

- Анжелика Юрьевна? - Анна открыла глаза и с деланным удивлением уставилась на Лику. - Не знала, что это ваши вещи.

- Мои, - коротко ответила Лика и наклонилась, чтобы забрать одежду.

- Вы меня извините, - Анна поднялась.

Лика красноречиво вздернула брови, но ничего не сказала. Перекинув через плечо полотенце, она забросила одежду в сумку.

- Извините меня, - еще раз повторила Анна. - За утро. У меня очень плохое настроение было...

- У меня тоже, - незлобиво огрызнулась Лика. - Сейчас вредно загорать. Не советую.

- Я знаю, - кротко ответила девушка. - Только окунусь и назад.

Лика дошла до ближайшей скамейки на дорожке и там оделась. Об Анне думать не хотелось. Если она правильно поняла суть их разговора с Антипом, то девица балуется какой-то дрянью, которая вызывает побочку в виде агрессии. Это их дело.

В фойе никого не было, и Лика с облегчением вздохнула. Никого не хотелось видеть, особенно эту фальшивую Инну. Хотя, винить в чем-то работницу было бы, наверное, несправедливо. Она четко выполняет свои обязанности, а все остальное ее не должно касаться. Едва подумав об этом, Лика услышала голос дежурной:

- Анжелика Юрьевна...

Лика обернулась. Инна, цокая каблучками, подбежала к ней.

- Я хотела сказать, что все выяснила про Надежду Павловну, - на ее лице вновь сияла бессмысленная улыбка. - Она благополучно добралась к себе домой. Вчера выехала семичасовым поездом, а утром ее уже встретили родственники.

- Каким поездом, говорите?

- Семичасовым. А что такое?

- Нет, ничего. Спасибо большое. Вам Сергей сказал об этом?

- Я позвонила Асе. Она мне и доложила, что вчера с молодым хозяином перед ужином обнаружили пропажу, потом в столовой еще искали. А Сергей, да, сказал сегодня, что связался с родственниками.

- Главное, все обошлось и ее встретили. Я рада. Спасибо вам.

Лика не хотела сейчас думать о том, кто и зачем лжет. То ли Инна с Асей, то ли Сергей, а, может, Зотов. Куда ни ткни пальцем в "Изумрудном" - обязательно попадешь в тайну. Зотову позвонили насчет Светловой около девяти вечера. Он был расстроен. Выглядело это очень даже правдиво. А что же на самом деле? Королевство кривых зеркал какое-то.

До обеда оставалось еще немного времени, и Лика открыла ноутбук.

"...Он понимал, что эта встреча у них последняя. Она была счастлива, постоянно улыбалась, а он не знал, как ей сказать, что все знает. Было так больно... В какой-то момент возникло чувство, что правда - это то, что происходит сейчас. А все остальное - глупый розыгрыш, и что вот-вот все прояснится..."

У Лики на глазах навернулись слезы. Не один раз ей хотелось, чтобы кто-то сказал: "Не волнуйся, глупышка, это всего лишь розыгрыш". Только жестокая правда так и оставалась правдой, а все остальное - ее мечты. О ком писал Корецкий? Об этом несчастном ученом, о его сыне, о чьем-то тайном любовнике... Максим, зачем ты мне устроил такое испытание?

В столовую она пришла в мрачном расположении духа. За столом никого не было, и это было единственным, пожалуй, утешением. В глубине зала, у двери в кухню, стояла Альбина Афанасьевна и о чем-то оживленно разговаривала с поваром. Очевидно с тем, у которого сегодня был день рождения. Они весело смеялись, Альбина Афанасьевна ласково похлопывала его по плечу. Затем подошел Виктор. Пожав повару руку, он что-то шепнул на ухо матери. Та кивнула, и Виктор быстрым шагом удалился. Лика уткнулась в тарелку, чтобы не встретиться взглядом с Зотовым.

- Приятного аппетита, - сказала Анна, усаживаясь за стол.

Принесла нелегкая, - мысленно выругалась Лика.

- Спасибо. И вам приятного...

Несколько минут прошли в полном молчании. Анна была одна, без Антипа. Интересно, где сейчас этот пинкертон? Может, в ее комнате занимается очередным обыском? И когда уже надоест им всем это занятие? Лика вдруг представила, что в ее вещах постоянно кто-то роется. Возможно, что и не один, а несколько человек. Это же настоящий кошмар!

- А что, Антип решил не обедать? - не выдержала Лика.

- Он уехал.

- Как уехал? Насовсем?

- На пару дней, - тихо произнесла Анна, не поднимая глаз. - Что-то на работе случилось. Вызвали.

- А... где он работает? - рискнула спросить Лика.

- В строительной компании, - безропотно сообщила Анна. - Что-то там с документацией.

Лика взяла с тарелки грушу и поднялась.

- Анжелика Юрьевна, не уходите, - Анна протянула руку в ее сторону. - У меня к вам есть одна просьба.

В глазах рыжеволосой красавицы Лика увидела боль и отчаяние.

- Что случилось? - Лика присела на край стула.

- Вы могли бы сегодня со мной съездить к Борису? Если, конечно, у вас нет других планов.

- К Борису? - Лика растерялась.

- К Ванковичу. Художнику. Вы же знакомы с ним.

- Я поняла. Да, знакома, конечно. Но не настолько, чтобы запросто приходить к нему в дом без приглашения.

- Это неважно. Сегодня такой случай... В общем, он будет рад. Я знаю.

- Рад? Не понимаю ничего. Анна, объясните толком.

- Я вам по дороге объясню. Не переживайте, все будет хорошо. Мне нужна чья-нибудь поддержка. Антипа, к сожалению, нет.

Лика была в замешательстве. Она не знала, что ответить Анне на столь неожиданное предложение. Ей казалось все это несколько странным, а потому - пугающим. Теперь, когда она знала, какой непредсказуемой, агрессивной может быть Анна, впору было подумать и о собственной безопасности. Соглашаться на авантюру с такого рода человеком, было не слишком разумно.

- Нет, вы не подумайте, что я буду истерики закатывать, если вы откажетесь. Нет! Если не захотите, я все пойму. Я сама во многом виновата...

- Анна, меня, конечно, все это несколько удивляет...

- Скажите уж прямо - напрягает, - Анна откинула назад волосы и посмотрела на Лику неожиданно взрослым, умным взглядом.

- Да, есть такое. Немного напрягает. Но я, пожалуй, рискну согласиться на маленькое путешествие с вами. Пешком пойдем? Это достаточно далеко.

- Нет, что вы! Я не дойду, - засмеялась Анна. - Коротков отвезет нас. Вот только с делами разберется.

- Отлично, - кивнула Лика. - Запишите тогда мой телефон для связи.

Поднимаясь по лестнице к себе в номер, Лика услышала, как Виктор Зотов заговорил с Инной о каких-то ошибках в списках. Хорошо, что они разминулись, подумалось Лике. Вчерашний ужин вызывал у нее противоречивые чувства. С одной стороны, все было хорошо, приятный ужин с приятным молодым человеком, который не позволял себе лишнего, был деликатен. С другой - было во всем этом что-то от театра, где каждый играл свою роль. Что-то сродни рыбалке. Разница лишь в том, что никто не хотел быть в роли глупой рыбки. Каждый представлял себя умным рыбаком. Хорошо, что телефонный звонок прервал этот спектакль.

В комнате было прохладно от работающего кондиционера. Лика выключила технику, прикинула, чем бы себя занять до поездки к художнику. То, что они поедут вместе с Коротковым, придавало ей уверенности. Поэтому сейчас она могла спокойно поразмышлять на тему предстоящей поездки, а могла и вовсе не думать. Коротков, Ванкович - люди местные, понятные. Так, во всяком случае, ей казалось. Анна - оторви да выбрось. Кто она, чем занимается, какие проблемы у нее возникли здесь, в "Изумрудном"? Одному Богу известно.

Забравшись с ноутбуком в кровать, она решила почитать что-нибудь из мировой литературы. Полистав каталог, остановилась на Маркесе. "Полковнику никто не пишет" - эту повесть любила ее бабушка. Лика говорила ей, что зря она читает такую депрессивную литературу. А бабушка смеялась и говорила, что она неправильно понимает смысл книги: "Это потому, что вы, молодые, живете легко и просто. У вас нет за спиной опыта побед и поражений. Человек хрупкий очень, чуть что - ломается, как соломинка. Мне полковник нравится. Я за него и радуюсь, и печалюсь. Он мне силы придает". Теперь, когда бабушки не стало, Лика не раз перечитывала "Полковника", и с каждым разом, углубляясь в смысл некоторых фраз, в едкий черный юмор, она стала понимать эту странную книгу и восхищаться автором.

Стук в дверь вмиг разрушил состояние умиротворения, какое обычно наступает у нее во время чтения книг. Она нехотя опустила ноги на пол и, дождавшись, когда стук повторится, с тяжким вздохом пошла открывать дверь.

На пороге стоял Виктор с цветком лилии в руке.

- Я не помешаю? - спросил он, не переступая порога без разрешения.

Лика отступила в сторону, пропуская его в номер. В душе поднялась целая буря эмоций. Она почувствовала себя в западне. Из его комнаты она могла бы в любой момент уйти. А как быть здесь?

- Ты, наверное, за ноутбуком? - решила она уцепиться за возможную версию.

Виктор пожал плечами, бросив взгляд на ноутбук, лежащий на кровати.

- Нет, конечно. С чего ты взяла? Пользуйся на здоровье.

Они прошли в комнату. Лика поправила покрывало на кровати, убрала ноутбук на стол.

- Присаживайся, - Лика выдавила из себя приветливую улыбку. - Чем тебя угостить? Ассортимент у меня, правда, скромный - чай, кофе.

В этот момент она к своему ужасу замечает на коврике возле кровати флешку. Не придумав ничего другого, она просто сбросила с ног тапки прямо на "улику".

- Жарко, - пояснила она.

- Разве? - удивился Виктор и поежился. - Как по мне, так весьма даже прохладно.

- Это после улицы тебе кажется. А когда посидишь немного... - Лика весело засмеялась и всучила в руки Виктора вазу. - Будь добр, набери воды. Красивый цветок. Завянет.

Зотов покорно пошел за водой, а Лика тем временем перепрятала флешку под дальний угол прикроватного ковра. Зотов принес вазу и торжественно поставил нежно-розовую лилию в воду.

- Так нормально будет?

- Просто отлично, - бодро ответила она.

Зотов засунул руки в карманы, подошел к окну и прислонился к подоконнику.

- Лика, послушай, - сказал он, глядя на нее бездонными глазами из-под бровей. - Мы вчера расстались с тобой не так, как мне хотелось бы...

- Виктор, ты о чем? - пролепетала она, чувствуя, как под ногами проваливается пол. - Все было хорошо...

- Ты зачем говоришь то, о чем не думаешь на самом деле?

Лика присела на стул и сложила руки на коленях, как примерная ученица.

- Я не понимаю, о чем ты.

Зотов подошел к ней и опустился на колени.

- Я тоже не очень понимаю, - произнес он и уткнулся носом в ее ладони. - Я вдруг почувствовал, что никогда еще в жизни не встречал такой женщины, как ты. - Он взял ее руку и стал целовать в каждый пальчик поочередно. - Пожалуйста, не прогоняй меня. Ты ведь свободный человек, так? Я никому не хочу делать больно. Я не подлец...

- Виктор, погоди, - она положила голову на его волосы и тихо проговорила куда-то ему в макушку: - Все не так, все совсем не так. Ты сейчас просто растерян, опустошен. Поверь мне, я прошла через это. Только моя ситуация была намного хуже твоей, но ничего, я выстояла и теперь... могу даже есть медные шпоры...

Виктор отстранился и посмотрел на нее с недоумением.

- Какие шпоры? Лика, что с тобой?

Она вздохнула и ласково провела ладонью по его лбу, как будто разглаживая невидимые еще пока морщины.

- Это так... извини... это все полковник... книга такая есть.

Зотов продолжал смотреть на нее, словно ожидая объяснений.

- Виктор, ты мне безумно нравишься. Правда. Ты не можешь не нравиться, но, пойми, я не хочу легких отношений. В мои планы не входят сейчас отношения с мужчинами. Слишком велико разочарование...

- А я... - начал Виктор, но Лика его тут же перебила:

- А у тебя еще все будет хорошо. Ты помиришься со своей девушкой. Вы, наверное, просто не поняли друг друга. Сейчас рана кровоточит, но потом все образуется. Поверь мне, прошу.

- Откуда тебе знать... ничего не образуется, у меня уже ничего в жизни не образуется, все вне смысла, - Виктор вскочил, обхватил голову руками и начал ходить по комнате большими шагами.

Она не стала его утешать. Пусть выговорится, решила она. Но он молчал. А потом произнес всего лишь одну фразу:

- Все правильно, я потерял себя...

В этот момент раздался спасительный звонок мобильника.

- Через полчаса выезжаем, - раздался голос Анны.

- Хорошо, скоро выйду, - ответила Лика, чтобы Виктор понял, что ее ждут.

Виктор смотрел на нее, как обманутый ребенок. Он вывернул себя наружу, а она собралась уйти, оставив его, глупыша, наедине со своими проблемами. Это было унизительно.

- Я обещала Анне еще утром, извини... - как можно мягче произнесла Лика, кивнув на мобильник, словно это он был виновником всего происходящего.

Виктор пятерней провел по волосам, пригнулся, глянув на себя в зеркало туалетного столика, и его лицо приобрело вид вполне уверенного в себе мужчины.

- Тебе незачем оправдываться, - хмыкнул он. - Ты же отдыхать сюда приехала, в конце концов. Я тоже должен идти. Дела. Да, кстати, сегодня вечером наш повар устраивает небольшой фуршет в честь дня рождения, только для своих. Если будешь скучать, дай знать, пойдем вместе.

Не дожидаясь ответа, он вышел из номера. Лика оглушенная стояла посреди комнаты, будучи не в силах ни двигаться, ни думать. Единственное, что она сейчас отчетливо поняла - это то, что невольно высказала свои сокровенные мысли. Да, она действительно не готова сейчас к отношениям. Именно потому и дала обратный ход. Состояние независимости и свободы впервые за последние месяцы даровало ей ощущение тихого счастья.

Анна ждала ее у выхода. При появлении Лики она как будто испытала облегчение.

- Спасибо. Я, если честно, уже начала нервничать, - торопливо сказала она.

- Почему? Я же обещала.

- Да-да. Я очень признательна вам за это. - Анна оглянулась по сторонам, когда они вышли на крыльцо. - Еще хотела успеть предупредить вас, что поездка не праздная. Мы с вами будем смотреть барельеф Зотова.

- Что будем смотреть? - от удивления Лика приостановилась. - Как это?

- Тс-с-с, - приложила палец к губам Анна. - Не надо, чтобы нас слышали. Это тайна. Моя. Коротков тоже не знает. Только Борис в курсе. Ну и теперь вы. Барельеф на могилу Виктора Зотова. Уже год, как его нет...

Лика не стала задавать вопросов, потому как просто онемела от подобной информации. Борис сделал барельеф хозяина "Изумрудного", который по идее должны первыми посмотреть Альбина Афанасьевна и Виктор, самые близкие люди. При чем тут Анна, не говоря уже про нее, Лику?

- Ага. Поняла, - заверила она шепотом Анну.

Коротков уже ждал их за воротами. Всю дорогу они молчали. Анна уткнулась в боковое окно, Сергей сосредоточился на дороге. Лика украдкой глянула на профиль Анны. Сейчас она бы никогда не назвала ее молоденькой девушкой. Это была взрослая женщина, за плечами которой тянулся шлейф неудач и поражений, как у старого воина. Ее щеки как будто внезапно потеряли свежесть и упругость, а бледная кожа приобрела сероватый оттенок. Уж, не в машине ли времени они, часом, едут? От этой мысли, сверкнувшей, как молния, Лике стало не по себе. Вид молчаливого Короткова ее тоже угнетал. Было видно, что настроение у Сергея на нуле. Странный сегодня день, подумалось Лике. От гнетущего молчания в салоне автомобиля дорога казалась бесконечно долгой. Когда, наконец, машина свернула на грунтовую дорогу, Сергей задумчиво произнес:

- Ну вот, почти приехали.

Вскоре показалась крыша дома Ванковича, затем забор, увитый зеленью и предусмотрительно распахнутые ворота. Анна, словно очнувшись, начала ерзать по сиденью, вытягивать шею и вглядываться через переднее сиденье в лобовое стекло, как будто сверяя правильность курса. Она явно нервничала. Ее нервозность передалась Лике: по телу пробежал легкий озноб. Первый ее визит в этот дом закончился драматично, и теперь воспоминания о Вере Игоревне ледяной волной всколыхнули душу.

- Привет всем! - Борис с сияющей улыбкой стоял у ворот. - А что такие хмурые? Случилось чего?

- Нет, слава Богу, все в порядке, - Сергей протянул Борису руку. - Здравствуй.

Анна вышла из машины и тенью проскользнула в дом, коротко кивнув Борису. Лика была в растерянности и не очень понимала, каковы будут ее дальнейшие действия по замыслу Анны.

- Очень рад вас видеть, Лика, - Борис кокетливо склонил голову. - Я уже успел соскучиться.

- Здравствуйте, Борис. Вы, оказывается, профессиональный льстец, - усмехнулась Лика. - Мне тоже приятно вас видеть.

Дом встретил приятной прохладой и легким, едва уловимым ароматом, который Лика характеризовала как "запах богатого дома". Что это было конкретно, трудно сказать. Возможно, средство для ухода за мебелью, а возможно и сама мебель, новая и дорогая.

- Ну что ж, сначала о главном, - сказал Борис. - Лика, пойдемте, хочу вам показать свою работу. Вы, конечно же, не знали Зотова старшего, тем не менее, мне приятно будет узнать ваше мнение о барельефе.

Лика заметила, что Сергей уже ушел в мастерскую. В комнате остались они с художником.

- Борис, я не знала, зачем меня сюда позвала Анна. Но ей непременно нужно было мое присутствие. Хотя я не уверена, что это уместно. И вообще...

- И вообще, перестаньте комплексовать, - перебил ее Ванкович. - Это я ей посоветовал.

- И вовсе я не комплексую, - возразила Лика.

- Вот и хорошо, - кивнул Борис. - Зотов мой родственник, двоюродный брат отца. Для меня это не просто заказ для заработка. Это моя идея, мой долг перед родней. Понимаете?

- В общем, да. Я не знала, что вы родственники.

Ровный мягкий свет, льющийся из многочисленных потолочных спотов, создавал в мастерской немного холодную атмосферу. Окна, напротив, были прикрыты жалюзи от рвущегося снаружи солнца. Лика не сразу заметила Анну, сидевшую в углу на маленьком складном стульчике. Она была похожа сейчас на испуганного воробья - тихая, маленькая, взъерошенная. Сергей с угрюмым видом стоял у барельефа, который, вспомнила Лика, в прошлый раз был прикрыт холстиной. Она подошла к нему и смущенно обернулась на Бориса.

- Это пока пластилин, - пояснил Лике Ванкович. - Так обычно делается основа под будущее изделие из камня или металла. Но именно этот этап - главное в работе скульптора. Остальное - технические детали. Я хотя и родственник, должен согласовать все нюансы с Альбиной. Ей решать, верно ли я передал характер мужа.

- Даже не представляла, как работают скульпторы. - Лика внимательно рассматривала лицо этого незнакомого ей человека. - Красивый мужчина. Видный. Мне кажется, высокого роста. И еще в нем чувствуется воля.

Лика сделала пару шагов назад и еще раз внимательно посмотрела на барельеф.

- Скажете, что так не бывает, но у меня ощущение, что этого человека я уже где-то видела. Странно как...

Сергей протянул ей фотографию, которую, по-видимому, все это время держал в руке. Глянув на изображение, Лика сразу поняла, что видела это фото, когда была здесь в прошлый раз. Оно лежало на полке среди инструментов. Нельзя не признать, что Ванкович действительно талантливый художник. Зотов-старший в кресле за письменным столом в своем кабинете, в том, где Лика встречалась с Альбиной Афанасьевной, - в самом деле был красивый, русоволосый и светлоглазый мужчина с обаятельной улыбкой. Почему же в кабинете она не заметила его фотографий? Ни одной. Возможно, Зотовой было тяжело видеть каждый день лицо своего мужа, так нелепо и рано ушедшего из жизни.

Лика положила фотографию на подставку барельефа и обернулась к Борису.

- Я уверена, что хозяйке и сыну понравится ваша работа. Я восхищена, честное слово. Неважно, что я не художник...

- Спасибо вам, добрая душа, - улыбнулся Борис и вопросительно глянул на Короткова.

Сергей не говоря ни слова, несколько раз кивнул. Затем подошел к Борису и похлопал его по плечу.

- Знаешь, у меня нет слов. Как будто сейчас заговорит... Ты, брат, талантище. Альбине можешь смело показывать.

- Спасибо, друзья мои, - Борис широко развел руки, как будто обнимая всех присутствующих здесь. - А теперь пойдемте символически отметим это дело. Там Соня приготовила нам легкие закуски и вино...

Лика глянула на притихшую в углу Анну и облегченно вздохнула, когда та поднялась. Ей казалось, что она никогда не вылезет из своей засады. От ее внимания не укрылось то, что поведение Анны никого не удивляет, что она здесь как дальняя родственница, немного сумасшедшая, которой позволительно вести себя как вздумается. То же самое было и в прошлый ее визит в дом Ванковича. Лика вспомнила выходки Анны, и ей стало не по себе.

Они вернулись в кухню-гостиную, туда, где Борис лечил ей плечо какой-то волшебной мазью, и где они пили шампанское с клубникой. Этот короткий эпизод с романтическим налетом вызвал сейчас приятное ощущение легкости, и мимолетная улыбка невольно скользнула по ее губам.

Несмотря на опасения Лики, Анна была тише воды, ниже травы. Похвалив Бориса, она, по сути, ни о чем больше не говорила, лишь изредка вставляя в разговор ничего не значащие реплики. Лика заметила, что на лице ее не было и намека на косметику, а покрасневшие глаза светились пустотой и безразличием. Теперь было трудно сказать, что лучше - истерика или вот такая запредельная тоска.

Как ни странно два часа, проведенные за столом, пролетели незаметно. Короткие тосты, непринужденные разговоры об искусстве, автомобилях и глобальном потеплении разрядили ту напряженность в настроении, с которой они сюда приехали. Сергей, несмотря на то, что в его бокале была лишь минеральная вода, заметно повеселел, как будто сбросив с себя груз проблем или тяжелых мыслей. Лика не раз задумывалась о роли Короткова в "Изумрудном". Если бы выяснилось, что он, как и Борис, родственник Зотовым, все стало бы на свои места. Однако таких разговоров она не слышала. И еще она была уверена, что работа в "Изумрудном" вряд ли приносила ему удовлетворение. Да, Корецкий говорил, что Сергей большой любитель и знаток цветов. Но это всего лишь хобби. Для сорокалетнего неглупого мужчины этого явно недостаточно. Где его семья? Жена, дети? Или он закоренелый холостяк, и почему так могло случиться? Обо всем этом Лика могла бы спросить только у Корецкого. Он человек открытый, понятный, без "двойного дна". С остальными же здесь нужно держать ухо востро.

Когда мужчины вышли к бассейну покурить, Лика тут же обратилась к Анне:

- Давай на "ты". Идет?

- Идет. - Анна приложила ладони к лицу, словно согревая щеки. - Хочешь спросить, зачем я притащила тебя сюда? - она грустно улыбнулась.

- В общем-то, да. Я как-то не поняла смысла моего присутствия. Хотя, безусловно, мне было интересно посмотреть на работу настоящего скульптора. Ты видела Зотова-старшего еще живым, я так понимаю?

Анна вся скукожилась, обхватила руками себя за плечи и, едва шевеля губами, сказала:

- Лика, если бы ты только знала, как мне больно слышать это твое "видела живым". Я до сих пор не могу принять его смерть. Виктор был для меня любовью всей моей жизни. Если бы ты его знала... если бы знала... - она замотала головой и, едва сдерживая слезы, замолчала.

Лике показалось, что комната поплыла у нее перед глазами. Анна и...

- Прости, я же не могла знать, - виновато пробормотала она. - А он догадывался о твоих чувствах? - спросила она и тут же поняла, что сморозила глупость.

Анна горестно усмехнулась.

- Мы встречались три года...

Лика сделала взмах рукой, но слов у нее не нашлось.

- Думаешь, что это был курортный роман, и мы каждое лето крутили тут интрижку? Нет. Все было совсем не так. Он приезжал ко мне один-два раза в месяц... когда как получалось. На три недели летом я приезжала сюда сама. Но это был тяжелый для меня момент. Видеть Виктора и не иметь возможности даже подойти к нему - сущее наказание. Кстати, познакомились мы с Зотовым вовсе не здесь, как ты, возможно, подумала. Он приезжал к своему другу в Каунас, а я там была на выставке. В кафе случайно оказались за одним столом, потом он вызвался проводить меня до гостиницы, потому что было поздно...

- И что, я единственный человек, который теперь об этом знает? - Лика сразу почувствовала, что ее будет тяготить чужая тайна. Это ее не радовало. За чужую тайну надо нести ответственность. Зачем ей это?

- Ты и Борис, - кивнула Анна. - Мы иногда встречались здесь у него. Внешне все выглядело так, будто у нас с Борисом взаимная симпатия.

Лика посмотрела в сторону стеклянных дверей, за которыми Борис что-то рассказывал Короткову, широко жестикулируя одной рукой. Сергей, глядя себе под ноги, периодически кивал головой.

- Господи, Анна, это ведь так тяжело.

- Ты про что? - нахмурилась Анна.

- Сейчас, спустя год, вновь приехать сюда. Зачем? Я же вижу, что ты извелась вся.

- Да, ты права. Очень тяжело. Но я хотела еще раз увидеть хотя бы этот памятник, сходить на кладбище, в конце концов.

Анна опустила глаза, она явно чего-то не договаривала. Лика, не моргая, продолжала смотреть на нее, и Анна сдалась:

- Ладно... понимаю, что это глупо выглядит. Признаюсь, что хотела узнать что-нибудь о том, как идет расследование. А тут, смотрю, это вовсе никого не волнует.

- А что Антип? - осторожно вставила Лика.

- А, этот, - Анна небрежно махнула рукой. - Сын маминой подруги. Живет в соседнем подъезде со мной. Уговорила поехать сюда за мой счет. Мне нужна была хоть какая-то поддержка. На всякий случай. - На какой именно, Анна уточнять не стала.

- Ну и как, помогает?

- А ты не заметила? Отобрал, к примеру, у меня таблетки... сволочь... хотя, наверное, правильно. Они мне здесь не помогают. Только еще больше взвинчивают нервы. Целый год у меня выброшен из жизни. Я потеряла интерес к работе. Меня скоро совсем перестанут приглашать для консультаций, в жюри конкурсов. Я не понимаю, в каком мире сейчас нахожусь. Все было слишком неожиданно, слишком жестоко... А им тут все равно!

Глава 10

Что ж, значит, действительно никакие они не брат с сестрой, - подумала Лика и мысленно обругала Антипа, за то, что тот согласился с ее глупым предположением об их родстве. А она, наивная, так гордилась своими выводами! С другой стороны, он не мог раскрыть тайны Анны. Наверное, это и есть основная причина.

Солнце клонилось к закату, косые длинные тени рассекали пейзаж за окном. Художник с Коротковым вернулись в дом. Сергей, глядя куда-то поверх головы Анны, сказал:

- Девочки, мне надо возвращаться. Кто со мной?

Анна вдруг рассмеялась, весело и беззаботно.

- Ты чего? - спросил он.

- Да так. Интересно, кого бы ты здесь оставил? Или, сформулирую вопрос по-другому: кого бы ты забрал с собой?

Сергей растерялся, хотя виду не подавал. Он закинул голову и, глядя в потолок, произнес:

- Ну, дай подумать что ли...

- Не напрягайся. Шутка. Ты же не станешь никого обижать.

- Не стану, - Сергей пристально посмотрел ей в глаза. Анна перестала смеяться.

Борис решил вмешаться в эту бессмысленную перепалку. Он подошел к Анне, положил ей руку на плечо и сказал:

- Спасибо, дорогие мои, что приехали. Для меня это было важно. Кстати, я сейчас в поселок. Если у кого там есть дела - милости прошу.

- Думаю, что нам всем пора в "Изумрудный", - ответила Анна и глянула на Лику.

Почти до самого отеля они не разговаривали. Лишь пару раз Сергей поинтересовался, не включить ли музыку вместо непрестанной болтовни радиоведущих. Анна ответила, что ей интересно слушать монотонный разговор, это ее успокаивает. Спорить никто не захотел.

Когда выходили из машины, на синем небе уже показались первые звезды. Короткий южный вечер стремительно переходил в ночь. Идти к себе в номер Лике не хотелось, и она направилась в сторону моря по освещенной дорожке. Откуда-то слышалась музыка. Негромкая, приятная. Возможно, подумала она, в отеле сейчас проходит тот самый фуршет, про который говорил Виктор. Там веселились, а в глазах Лики стоял этот барельеф хозяина "Изумрудного". И еще никак не выходило из головы откровение Анны. Это, говоря журналистским языком, бомба, сенсация. Зачем она призналась ей, малознакомому человеку? Хотя, возможно, Анне было тяжело держать все в себе. И Антип вряд ли был для нее той жилеткой, в которую можно поплакаться. Не то, что ее Гриша. Да-да! Как кстати она сейчас вспомнила Гришу, своего нежного друга, защитника и... даже трудно перечислить, кем был для нее Григорий Станкевич. Без него она бы просто пропала, да что там... впечатление, что без него бы и солнце не всходило. Она не могла себе объяснить, почему вдруг в голове возникла такая параллель - Анна с Антипом и она с Гришей. Что-то было общее в их историях. Совсем немного, но было. Нельзя сравнивать трагедию с Виктором Зотовым и предательство ее бывшего. Эти потери явно располагались на разных чашах весов. Сейчас при мысли о предателе-муже ей становилось стыдно. За себя. И, наверное, судьба специально подкинула ей этот пример, чтобы она разобралась в первую очередь в себе.

Дорожка закончилась, Лика разулась и пошла босиком по прохладному песку. Луна еще не взошла, лишь огни спасательной вышки тусклыми бликами падали на воду и кромку берега. Она остановилась возле ближайшего "грибка", присела на узкую скамью. Сейчас ей было хорошо. Только она и море. Лишь где-то поодаль слышались голоса, мелькали неясные тени запоздалых купальщиков. Лика глубоко вдохнула в себя густой, упоительный воздух, насыщенный запахом водорослей и мокрого песка, который обволакивал, казалось, весь мир вокруг.

Просидев достаточно долго и дождавшись, когда уйдут последние любители поплавать в темноте, Лика поднялась со скамейки. В одночасье стало как-то неуютно. Как будто море перекинуло на нее все свое пристальное внимание. Если бы оно еще могло говорить! Лика прибавила шаг и несколько раз боязливо оглянулась.

Сергей Коротков курил на террасе. Огонек его сигареты то и дело вспыхивал среди листьев девичьего винограда.

- Ходили купаться? - спросил он сверху.

- Нет. Одной страшновато. Так, подышала морем, - ответила Лика, подняв голову.

- Правильно. Не стоит.

Лика поднялась по ступенькам, но у входа вдруг остановилась и, сделав несколько шагов в сторону террасы, окликнула Короткова:

- Сергей! Хочу с вами поговорить...

Мужчина вышел из тени.

- Нет, не надо сюда, - тихо возразила Лика и пошла вглубь террасы, где стояли стулья.

- Скажите, вы вчера не заходили ко мне в комнату? - спросила она, убедившись, что с крыльца ее не видно.

Сергей выбросил в урну сигарету, подошел к ней и негромко поинтересовался:

- Откуда такие умозаключения?

- Неважно. Просто скажите честно - да или нет?

- Об этом не может быть и речи. Что для меня может быть интересного в вашей комнате?

- Откуда же мне знать? Просто есть факт - в комнату заходили. Слава Богу, демонстративный обыск не делали. Но мне от этого не легче. Я, похоже, привыкаю к экстремальному отдыху здесь. Знаете, как люди привыкают к тараканам в своем жилище, так и я к тайным посетителям.

Коротков довольно долго молчал. Потом буркнул что-то невразумительное.

- Что вы сказали? Не поняла.

- Ничего. Просто не могу понять, как такое могло случиться. Ключ у меня есть. Но я об этом предупреждал.

- Вот именно.

- Я, честное слово, не знаю, что ответить. И как оправдаться - тоже не знаю. Бред какой-то. Ну, давайте... - он запнулся.

- Что? Что вы замолчали? - спросила она свистящим шепотом.

- Могу отдать этот последний ключ, но только так нельзя делать. Это, в конце концов, рискованно.

- Почему?!

- Да потому, что есть элементарная техника безопасности. Пожар, не дай Бог, или еще что.

- Ага. То-то я и смотрю, что о моей безопасности здесь пекутся больше, чем можно представить любому человеку в здравом уме. Пожара вроде не было, а вот это "еще что" - не пойми что! Извиняюсь за выражение. Где, скажите, вы храните этот ключ?

- Черт! У себя в комнате. Практически под подушкой. Образно говоря, конечно.

- Ну вот, а приходит кто-то убираться в комнату и...

- Никаких убираться! Я сам у себя навожу порядок.

- Это похвально. Ладно, будем считать, что у меня поехала крыша, и я все это придумала.

- Так все-таки поехала или не поехала? - Сергей откровенно разозлился.

- У меня кот. Понимаете?

- Синопсис что ли?

- Ну да. Других пока нет. Так вот, - Лика приблизила свое лицо к Сергею и понизила голос, - утром он ушел гулять, как обычно, а вечером я его обнаруживаю на балконе. Теперь ясно?

- Теперь - да.

Некоторое время они молча обдумывали ситуацию. Затем Лика примирительно сказала:

- Есть одна надежда... днем я заходила-выходила. Кто знает, возможно, он прошмыгнул незаметно. Только вот на балкон я не ходила...вроде не ходила. Я уже сама себе перестала верить.

- Слушайте, Лика, у меня самого сейчас крыша поедет. Что же такого ценного можно искать в ваших вещах? Комнату мы поменяли. Остались личные вещи.

- Да. Только, простите, трусы и майки. Даже ноутбук я с собой не брала.

- Не пойму, хоть убейте меня, - Коротков вытащил очередную сигарету, но, помяв в руках, так и не закурил.

- Давайте будем считать, что я ошиблась. Но сказать вам я должна была или нет?

- Безусловно. - Сергей облокотился на перила и с мрачным видом уставился в темноту перед собой. - Всегда обо всем говорите мне. И только мне, - добавил он.

- Почему? - удивленно протянула Лика. - Ну, как скажете. А еще хотела вас спросить... Зотов... он какой человек был?

Коротков резко обернулся к ней.

- Зотов? - он пожал плечами и попытался в темноте рассмотреть ее лицо. - Это такой вопрос, скажу я вам...

- В том смысле, что о покойных или хорошо или ничего?

- Не надо ловить меня на слове. Я совершенно о другом. Зачем вам мои рассуждения о человеке, которого вы никогда не знали? Я не понимаю этого, как не понимаю, зачем понадобилось Борису приглашать вас с Анной для просмотра работы.

Эта стрела попала в цель. Лика не знала, как объяснить Сергею поступок художника.

- Ну, Анна, ясное дело, ему интересна, - попыталась оправдаться Лика. - И очевидно он не хотел, чтобы она приезжала одна. Чтобы вы не истолковали это как-нибудь по-своему.

- Подумать только... мое мнение его волновало... ерунда все. В конце концов, это его право. - Сергей указал на нее пальцем: - Думаю, симпатичны ему как раз вы. А не Анна. Вот и вся причина.

Лика пожалела, что затеяла этот разговор, который пошел как-то не так, как ей хотелось бы.

- Эка вас занесло. При чем тут я вообще? Мы с Борисом виделись всего второй раз. И оба раза абсолютно случайно. Ладно, пойду к себе. Надеюсь, в комнате все в порядке будет.

- Лика, - окликнул Коротков.

Она обернулась.

- Зотов был настоящий мужик. Хотя жизнь у него непросто складывалась. А почему вы спрашиваете?

- Мне почему-то кажется, что хозяйка с Виктором должны были там сегодня быть, а не я с Анной и даже не вы. Простите.

- Возможно. Но не нам судить. Правда?

- Наверное. До свидания.

- Всего доброго.

Сеня пристроился рядом с компьютером и все норовил заглянуть в монитор.

- Я понимаю, что ты достаточно умная животинка. Может, даже читать умеешь, - Лика потрепала кота по загривку. - Но я точно знаю, что разговаривать ты не можешь. Не слышала.

Синопсис, тряхнув головой, невозмутимо продолжил созерцать пространство перед собой, демонстративно избегая встречаться взглядом с Ликой. Она же в очередной раз пыталась извлечь информацию из записок Корецкого.

- Так что там у нас с ученым, заведующим лабораторией Орловым, кому он помешал? - Задумчиво произнесла она, пролистывая отрывки. - Ситуация очень напоминает...

Лика встала из-за стола, прошлась по комнате, стараясь отогнать от себя мысли, которые уже выстраивались в конкретные предположения. То, что случилось с Зотовым в прошлом году и то, что было в замысле у Корецкого на самом деле очень схоже! Там убили ученого, здесь - хозяина отеля. Там был сын, от которого ушла невеста, и здесь - о Господи! - то же самое. Что там говорил Виктор про Татьяну? Что ей стало с ним скучно и она уехала? Ну да, ну да... Итак, можно сказать, что канва романа наметилась... Если добавить ко всему этому рассказ Анны... Куда же его можно прилепить? Этот факт определенно сыграл роль в трагедии с Зотовым. Предположить, что про любовницу хозяина могли все-таки узнать, конечно, можно. Неважно, что они тщательно скрывали свои отношения. Все тайное, как известно, становится явным. Тем более что Борис был в курсе. Убийство как месть за измену? Вполне вероятно, но что-то здесь не вяжется. Не похоже, что Анну в "Изумрудном" воспринимают как любовницу покойного хозяина. Абсурд! Скорее, убили бы ее в таком случае. Какой от нее прок? И Зотов-старший, погоревав, по итогу успокоился бы. А если не знали, кто конкретно числится в любовницах у хозяина? Тем более пойти на такой шаг, не выяснив все до конца, никто не отважится. Это полное безрассудство. Поступок, лишенный логики.

Лика вспомнила об измене бывшего мужа и попыталась примерить ситуацию к этому случаю. Какие эмоции испытывала она, узнав про подругу? Хотя, при чем тут ее эмоции? У каждого, как говорится, своя правда. И все же... кого ей хотелось убить. Подругу? Ну, если выражаться расхожей фразой: "убила бы!" Что ж, в таком случае... а в таком случае убивать так убивать. Обоих! И точка! Чтобы не горевали друг о друге. Вот, вполне себе логичная схема.

- Лика, ты гений, - сказала она вслух и покосилась на Синопсиса. Кот пребывал в дреме и не разделял радости от успехов хозяйки. Да и то, если разобраться, чего радоваться-то? Зотова не убили вместе с Анной. Более того, блудница преспокойно живет в отеле. И не просто живет, а хочет, похоже, узнать, кто же тот злодей, который лишил ее любимого жизни.

Лика присела на кровать и почувствовала себя опустошенной. В семьях, где случаются измены, стандартный итог - скандал. Это в большинстве случаев. Громкий скандал с разводом или без такового. А убийство - это вам не хухры-мухры. Это уже триллер, детектив. Здесь должны быть сопутствующие обстоятельства помимо банального адюльтера.

Ее следствие зашло в тупик. Не может она извлечь пользу из этой треклятой флешки! А что ж наш писатель? Догадался, но не успел записать про свои догадки? Зачем тогда прятать флешку? Кто еще оказался таким же догадливым? Вот если бы можно было начистоту поговорить с той же Анной или Борисом. У Бориса, она уверена, есть мысли на этот счет. Все же родственник. Ему не может быть безразлично, что убийца преспокойно расхаживает где-то рядом. Но до Бориса ей как до неба. А вот Анну не стоит сбрасывать со счетов. С ней вполне можно серьезно поговорить на эту тему. Раз уж она решила взвалить на нее такой груз, то пусть помогает. Это в ее же интересах. Итак, нужны сопутствующие обстоятельства. Они должны быть. Стопудово.

Кот открыл глаза, зевнул и тяжело спрыгнул вниз, хвостом смахнув на пол мобильник.

- Какой ты неуклюжий! Решил меня оставить без связи с миром? - Лика подняла телефон и проверила, набрав номер Гриши. Раздались отчетливые гудки.

- Лика, привет. Что-то случилось?

- Привет. Да ничего не случилось. А вот у тебя как раз голос странный.

- Странный? Не знаю. Удивился твоему звонку. Решил, что у тебя там что-то не в порядке.

- Ха! А что я так просто не могу тебе позвонить?

- Почему же, можешь. Но ты этого никогда не делаешь. Вот я...

- Я звоню, хочу телефон проверить. Сеня уронил на пол. Испугалась, что разбился.

- Кто уронил?

- Сеня. Кот мой. Что по наследству от писателя достался. Синопсис Корецкий полное имя. Помнишь?

- В общих чертах. Ну, теперь рассказывай, как дела, как отдыхается? Раз уж позвонила.

- Гриша, тут капец полный.

- Лика, не расстраивай меня. Неужели все так плохо? В прошлом году было просто отлично. Я убит...

- Да не в этом дело! Все отлично. Если ты про сервис и погоду. И вода в море теплая. Я про интриги и тайны...

- Еще лучше! Я же просил забыть и не впутываться никуда. Во что ты влезла?

- Я? Упаси Господь! Даже мыслей таких нет, - заверила Лика, не зная как теперь продолжить разговор. - Ой, то есть мысли есть. Но я думаю сама, в одиночку, без привлечения посторонних сил. На это я имею право? Или как...

- Имеешь, - холодно произнес Гриша. - Только что-то мне подсказывает, что все несколько не так. А?

- Ты ошибаешься, дорогой мой. Я путем логических умозаключений практически вышла на убийцу.

- Убийцу?! Да я тебя сам голыми руками... чем ты там занимаешься, признавайся!

Еще ни разу в жизни Лика не слышала такой ярости в голосе Станкевича. И она впервые испугалась.

- Тише, ты так кричишь, что слышно на весь этаж, - проворчала она в трубку. - Ничего особенного я не делаю. Занимаюсь аналитикой. Чисто кабинетной работой.

- И что ты анализируешь, солнце мое? Расскажи дяде, не бойся, - вкрадчиво произнес он.

- Гришенька, все под контролем. Я долго думала над тем, что произошло с Корецким, и сравнивала это с убийством Зотова в прошлом году. Понимаешь?

- Как-то не очень. Что и с чем там можно сравнить?

- Так просто, с бухты-барахты, конечно, нет, не сравнишь. Но если почитать записи Корецкого, наброски его будущего романа, то становится ясно, что писатель невольно подошел близко к убийце Зотова. Ну, в своем романе я имею в виду.

- Чего-чего? - протянул Гриша. - Откуда тебе знать, к кому там подошел писатель, если его и в живых нет?

- Так я... - начала было Лика и осеклась. - Гриш, я почитала его записи на флешке. Все, не ругайся. Спалилась. Но никто не знает, что я их читаю. Не переживай.

- Так я и знал, так и знал... Как ты смогла их прочитать?

- Взяла у хозяйского сына ноутбук. Типа киношку посмотреть.

Станкевич подозрительно молчал.

- Але, ты где?

- Здесь, - упавшим голосом отозвался Гриша. - Я тебя заберу оттуда. Немедленно.

- Почему, Гриш? А как же море, солнце и мои нервы...

- Лика, как я понял сейчас, с твоими нервами все не так уж и плохо. А вот с головой... Я не могу допустить, чтобы все мои труды пошли насмарку. Слышишь меня?

- Ага, слышу. Твои труды, конечно, неоценимы, согласна...

- Лика! - тут же перебил Гриша. - Я не так сказал. Извини. Речь о твоей безопасности, и ни о чем другом.

- Хорошо. Разве я против безопасности? Приезжай сюда, и мы вместе докопаемся до истины. Она, как в том кино, где-то рядом. Понимаешь? Что толку уезжать, если на мне тут завязана главная тайна?

- Ну какая тайна, Лика? Я тебя умоляю... не вороши чужие тайны, и беды обойдут тебя стороной. Слышала про такое?

- Впервые. Мысль ценная. Сам придумал?

- Да сам. Какая разница, кто придумал? Главное суть.

- Как ты не понимаешь, - усталым голосом произнесла она, - мне не дадут уехать, пока не убедятся, что у меня нет записок Корецкого. Даже если ты насильно увезешь меня отсюда, то вопроса это не решит. Я же не попаду под программу защиты свидетелей?

- Ты считаешь, что они, эти загадочные люди, до сих пор не убедились, что ты ни сном ни духом ни о чем таком не знаешь?

- Здрасьти. Как в этом можно убедиться? И у меня, заметь, никто не спрашивает про эту штуковину. Но ищут... Так что флешка как раз и есть мое спасение. Уехать отсюда я смогу только, когда все разрешится. Короче, Гриша, давай больше не будем это по телефону обсуждать. Бесперспективно. Я ни во что не ввязываюсь, просто думаю. И никто мне не прикажет этого не делать.

- Лика, я все понял. Думай. Ты умная девочка. Только будь осмотрительна.

- Буду.

- И не злись на меня.

- Не злюсь. И ты на меня. Чмоки.

- Пока. Целую...

Лика смотрела на темный экран мобильника и прислушивалась к своим новым ощущениям, дать определение которым пока не получалось. Спокойствие, уверенность... Нет, что-то более сложное. И более приятное. Она тряхнула волосами, словно прогоняя подкравшиеся непрошенные мысли. Затем поискала взглядом кота. Синопсис сидел в углу и вопросительно смотрел на нее желтыми глазами.

- И что такого? Чему ты удивляешься? - громко спросила она. - Давай, Сеня, лучше работать.

Лика вновь подсела к ноутбуку.

"...ты будешь счастлива, моя девочка, - Орлов прижал к себе голову девушки и нежно погладил по волосам. - Только Павел... даже не знаю, как ему рассказать. Или оставить пока все как есть... Тебе страшно? И мне тоже..."

- Что? - шепотом произнесла она. - Это он о чем?

Лика несколько раз перечитала абзац, прокрутила колесиком текст дальше, но больше ничего не нашла. Никаких разъяснений про этот эпизод не было. Что за бред? С какой девушкой говорил Орлов? И почему ему страшно было о чем-то сказать сыну? Кто эта девушка? Любовница? Невеста сына?! Что вообще происходит? Почему надо бояться Павла?

Лика откинулась на спинку стула и уставилась в стену. В мыслях была полнейшая сумятица. Она представила себе, что стена - это экран, на котором сейчас покажут кино про семью Зотовых. Но на экране было пусто. Ни один герой не желал появляться. Если предположить, что Семен Орлов играет роль Зотова-старшего, то кого ему стукнуло в голову гладить по волосам? Рыжеволосую Анну? Нет, она конечно, девушка очень даже симпатичная, молодая, но, зная ее характер, Лика, как режиссер, никогда бы не согласилась на такую сцену. Неестественно это. Страсти всякие, вино, постельные сцены - это да. А нежности - не про Анну. Однозначно. Вот и получается, что то ли Орлов не Зотов, то ли девушка не Анна. И бояться им кого? При таком раскладе выходит, что Виктора - молодого Зотова. Э нет, так дело не пойдет. Анна никогда не стала бы бояться Виктора. Она, похоже, вообще никого не боится. Этой палец в рот не клади. Так что ж тогда произошло в семействе Зотовых, что такого мог невольно "увидеть" Корецкий? Это просто Санта-Барбара какая-то!

В голове неприятно загудело. Лика поставила чайник и вышла на балкон. Было так тихо, что в первый момент она даже не почувствовала разницы между комнатой и улицей. Она облокотилась на перила и стала наслаждаться красотой южной ночи. Огоньки на деревьях не дрожали, как обычно, а светили ровно и ярко. Дорожки были пустынны, и тишина, как задержка дыхания перед выстрелом, чуть-чуть пугала своей непредсказуемостью. Все выглядело, как декорация к спектаклю. И никому неизвестно, о чем будет постановка.

Она представила, что сейчас у нее за спиной, там, в комнате, Гриша заваривает в чашках чай. Потом она вернется с балкона, и они будут сидеть втроем за столом - он, она и Сеня на табуретке. Они включат телевизор, будут пить чай и смотреть какой-нибудь примитивный сериал, где хорошие актеры страдают и мучаются от плохого сценария, и потому от серии к серии по крупицам будут растрачивать свой талант. Но им - ей, Грише и Сене - это никак не испортит настроения. Видение было настолько ярким, что она невольно вздрогнула: что с ней происходит? Откуда такие фантазии?

Чайник уже давно откипел, пришлось заново включить, чтобы сделать заварку. Лика вытащила флешку, отнесла на балкон и приклеила к пальме. С улицы послышались голоса. Она перегнулась через перила, но ничего не увидела. Разговаривали где-то возле стены, под балконами, так просто не разглядеть. Прислушавшись, она поняла, что это Альбина Афанасьевна и Сергей. Похоже, она возвращалась к себе после фуршета.

- Зачем все это? Альбина, пора расставить точки, - раздался глухой голос Сергея.

- Ты не понимаешь меня. И никогда не понимал...

- Ладно. Вернемся к этому разговору в другой раз. Я устал сегодня...

Раздался сердитый стук каблуков Зотовой. Хозяйка "Изумрудного" вышла на дорожку и вскоре скрылась за углом отеля. Куда ушел Сергей, Лика не заметила.

Заварив чай, Лика включила телевизор. Шел фильм про любовь. Сюжет нельзя было понять, потому что не с начала, но ей было все равно. Голова была занята разгадыванием шарады, которую ей подкинул Корецкий. Разгадать сложно, но ответ будет простым. Таковы законы этого жанра. Она отключила звук, чтобы не мешал думать. Мелькающие немые кадры, напротив, были хорошим фоном для мыслей.

О чем, интересно, сейчас разговаривали Зотова с Коротковым? Ничего вроде примечательного. Разве что слова Короткова про "расставить точки над "и". Тут она с ним полностью согласна. Гриша боится за нее и не советует ворошить тайны. Есть резон в его словах. Это опасно. А чтобы не было опасно, надо сделать так, чтобы...

На экране герой целовал героиню в висок и гладил по волосам. Она прикрыла глаза от блаженства. И тут в комнату входит разъяренный мужчина. Девушка вздрогнула и попыталась освободиться из рук любимого. Но тот еще крепче сжал ее в объятиях. Незваный гость внезапно обмяк и, схватившись руками за голову, сел на пол. И как будто даже заплакал. Героиня успокоилась и еще крепче прильнула к герою...

Вот ведь, подумала Лика, в чем сила правды. Когда герои скрывали свои чувства, было страшно. Им казалось, что главное - сохранить все в секрете. А теперь, когда правда открылась, стало просто и легко. Потому что против фактов не попрешь. Любовь у них и все тут!

Так чего же боялся герой у Корецкого в романе? Совсем как тут. Кому и в чем они должны были признаться? Тоже в любви? Так ведь ученый был в таком возрасте, когда либо разводятся, либо продолжают в тайне прелюбодействовать. И последнее, надо заметить, предпочтительнее для таких ромео. Опять же, драйва больше. Но не страха.

Лика поняла, что она ходит по кругу со своими умозаключениями. Ясно, что Зотов с Анной, как и Орлов с неизвестной девушкой, если и боялись разоблачения, то... Лика потерла ладони, повертела головой, словно в поисках какого-то резюме под этим эпизодом. Да они бы просто не говорили этих слов: тебе страшно, мне страшно...! Вот! Речь шла о какой-то тайне, которую знали только они. Ученый и эта его "девочка". В данном случае речь все же шла о молодой особе. Несомненно. У них была общая тайна. И не в любви тут дело вовсе...

Она застыла с пустой кружкой в руке. Все, тупик... Этого ей никогда не разгадать. И никто не может знать, в чем конкретно заключается тайна по одному лишь слову - тайна! И Корецкий не смог. Или смог? Нет, он писатель, но не экстрасенс. Да и те, если разобраться, мутят воду в общих чертах. Еще никто и никогда не сказал прямым текстом, что дело было так-то и так...

Поставив кружку на стол, она выключила телевизор. Надо выбросить на время из головы этот эпизод со страхами. Он прояснится потом. Обязательно.

Стоя под душем, она подумала, что без посторонней помощи ей никак не обойтись. Нужны люди, которые ходили на читательские посиделки с Корецким. Вот если бы их собрать вместе и поговорить про последний роман Максима... Эх, мечта! Лика набрала в руку нежно пахнущего шампуня и стала намыливать голову.

Вспомнилась невольно Светлова. Испугавшись чего-то, несчастная Надежда Павловна сбежала из отеля. Сто к одному, что она видела из беседки того, кто, кроме Максима, был в тот вечер на балконе. И видела конкретного человека, иначе ей не было бы так страшно. Одно дело заметить неясный силуэт - об этом как раз говорила старушка с начесом, - и совсем другое дело человека знакомого, с которым приходится видеться каждый день на территории "Изумрудного".

Это ужасно. Да, кстати, старушка с начесом как-то уже не попадается ей на глаза. Скорее всего, она тоже исчезла, как дым от паровоза. Сбежала домой раньше срока. Это же нормальное явление, как сказал Виктор! Да... Виктор, Виктор... ты говорил, что спасал Корецкого, но не получилось. Врешь ты все! Об этом уже бы весь "Изумрудный" гудел. И Светлова бы рассказала. А ты все врешь, чтобы успокоить меня!

Лика энергично растерлась полотенцем, затем вернулась в комнату и отчитала кота:

- Почему ты на постели? По улицам болтаешься весь день, потом являешься, как ни в чем не бывало - и в кровать. Хоть бы лапы мыл!

Сеня прижал уши на пару секунд. И все. Никаких попыток исправиться он не предпринял. Зачем? Куда она без него, Синопсиса Корецкого...

Пришло утро. Открывать глаза не хотелось. Еще ночью Лика слышала тихое шуршание дождя: погода поменялась. Изменилось и настроение. На смену нервозности пришло безразличие. Мысли не теснились в разгоряченной голове, версии не рождались. В душе было пусто. Приподняв голову, она увидела, что Сеня тоже пребывал в меланхолии, он лежал, свернувшись калачиком и спрятав мордочку в лапы, на улицу не просился. Глянув на часы, Лика поняла, что время для завтрака было почти на исходе. Стоило поторопиться, чтобы не остаться голодной до обеда.

Анна сидела за столом в тонком трикотажном спортивном костюме серого цвета. На бледном лице следы то ли бессонной ночи, то ли слез. Она медленно помешивала ложечкой кофе и рассеянно, без всякого интереса смотрела по сторонам. Лика в очередной раз отметила про себя, что Анна далеко не так молода, как ей показалось вначале.

- Доброе утро. Погода как-то сегодня подкачала, правда? - с сожалением произнесла Лика, усаживаясь за стол.

- Доброе, - кивнула Анна. - Погода? - она прищурилась, глянула в окно и пожала плечами. - А мне нравится. Можно запрятаться на целый день в постель с книгой. В телевизоре, на худой конец, каналы пощелкать. И чтобы никого не видеть, - она сомкнула припухшие веки и улыбнулась.

- Такое настроение бывает, соглашусь, - вздохнула Лика и про себя добавила: причем довольно часто.

- И в нем ничего плохого нет. - Анна медленно облизнула ложечку и положила ее на блюдце. - Когда меня прижимает депрессия, - понизив голос, сказала она, - я, в конце концов, перестаю ей сопротивляться и опускаюсь на самое темное дно своего сознания, как глубоководная рыба. И лежу там без движения. Главное понять, что в этом ничего нет страшного. И тогда откуда-то появляются свежие силы. Медленно всплываю. С новыми идеями. И вот уже можно жить и работать дальше.

Лика замерла с вилкой в руке, вздернула брови и с восхищенной улыбкой посмотрела на Анну.

- Как красочно сказано... удивительно и просто одновременно.

Анна махнула рукой и тихонько засмеялась.

- Извиняюсь за плагиат. Это высказывание Корецкого. Так он рассказывал про свою депрессию, после которой всегда рождался новый роман. Вот и нам, простым смертным, он рекомендовал считать депрессию за благо. Как после зимы приходит весна, так после депрессии - подъем творчества.

- Вот как, - усмехнулась Лика, продолжив завтрак. - Жаль, что мне так мало пришлось знать писателя. Без него, мне кажется, атмосфера здесь совсем не та.

Анна сделалась мрачной.

- Точно так же Корецкий говорил, когда не стало Виктора, - глядя в сторону, произнесла она. - Не стало гармонии...

Лика с сожалением отметила про себя, что в "Изумрудный" она попала далеко не в лучшие времена. Лучшие, похоже, остались позади...

- Охотно верю. Был жив хозяин, приезжал писатель, они собирались вдвоем, спорили часто, но при этом дружили. Жизнь кипела...

- Откуда ты знаешь? - подозрительно посмотрев на Лику, спросила Анна.

- Альбина рассказывала. - Лика пожалела, что продемонстрировала совсем некстати свою осведомленность.

- Вот как... И по какому поводу у вас с ней был такой разговор? - Анна как будто вышла из спячки. Она зорким взглядом окинула Лику и нахмурила брови.

- Когда случилось несчастье с Максимом, я хотела в какой-то момент уехать отсюда. Вот хозяйка решила уговорить меня остаться. Повод для встречи, сама понимаешь, не веселый.

- Хм, - Анна криво улыбнулась, - неужели ее так волновало, уедет некая отдыхающая по имени Анжелика Юрьевна или останется? Мне кажется, ей было бы куда проще, если бы ты уехала. Не перед кем чувствовать себя виноватой. С глаз долой...

- Возможно, она заботится об имидже "Изумрудного". Кто знает? - промямлила Лика.

- Я тебя умоляю, - Анна откинулась на стуле и приложила руку к сердцу. - Их имидж от всех этих таинственных происшествий будет только расти. Во главе угла - ее величество тайна! Улавливаешь смысл? Контингент здесь еще тот, у каждого свои тараканы в голове. Кто гений, кто мнит себя гением...

- И какова тогда цель Альбины? Я же не родня ей.

- Не знаю, Лика, не знаю. И сынок ее за тобой волочится...

- Неспроста, считаешь, - Лика неотрывно смотрела в глаза собеседнице.

Анна выдержала взгляд, затем медленно навела палец на Лику:

- Год назад у него тут такой роман закрутился, что мама не горюй. Виктор-отец нервничал, я это чувствовала. И Альбина психовала.

- Чего ж так? Неровня сыну? Пусть бы себе... Ему жениться уже пора.

- В этом и кроется вся фигня, - Анна заметно оживилась. - Девица как раз хороша была.

- Вроде как простой массажисткой работала, - вставила Лика. - А он...

- Нет, не в этом дело. Массажисткой временно работала. Врач она по образованию. Собиралась в поселок в больницу идти работать. Мне Виктор сам говорил.

- Странно, конечно. - Лика не стала рассказывать, что ей было известно про Таню от Зотова-младшего.

- Странно, это, скажу, слабо сказано. - Анна умолкла, дожидаясь пока мимо стола не пройдут люди. - Была любовь-морковь, - продолжила она, - и тут - бац! - старший Зотов погибает. Девушка в тот же момент уезжает. В дико расстроенных чувствах. И, заметь, ни мальчик, ни его мамаша даже пальцем не шевельнули, чтобы остановить ее. Невеста была нужна ровно до этого трагического момента.

- Анна, я уже чувствую, как у меня плавится мозг! А что говорил твой Виктор?

- Так убили его! Что он мог сказать?!

- Да я не про то. Что вообще говорил Зотов-старший про роман его сына, про эту Таню?

- Я ничего не спрашивала. Когда все хорошо, зачем вопросы? Да мне и дела до молодого Зотова не было. У меня свой роман, а у него - свой. Все вопросы возникли после смерти Вити. Только спросить уже не у кого было.

Они помолчали. Официанты убирали столы. Анна и Лика были последними, кто еще оставался в столовой.

- Пора идти, - обронила Лика.

- Да, засиделись. - Анна поднялась. - Вот поэтому и говорю тебе: будь осторожней. В этом королевстве все довольно странно. Я уже получила свое...

Когда они вышли в фойе, Лика тихо спросила:

- Так ты считаешь, что если бы не ваш роман с Зотовым, то он остался бы в живых?

- Я ничего не знаю, - опустошенно протянула она. - Если высшим силам это так не нравилось, то - да. Можно сказать, что Витя пострадал...

- Это все эзотерика, - отмахнулась Лика. - Нет твоей вины в случившемся. Не пойму только одного, почему в связи с этим произошел разрыв у молодого Зотова с девушкой. Как будто она виновата...

- Да они бы ее съели живьем, если бы виновата была хоть в чем... Ладно, пойду к себе.

- Давай, - задумчиво произнесла Лика.

С неба сыпал мелкий дождь, совсем как осенью. С той лишь разницей, что на улице было тепло. Вполне можно было идти купаться в море. Но это если в компании, тогда интересно. А так... Увы, компания как-то не организовалась у нее здесь.

Лика устроилась в плетеном кресле в углу террасы, там, где вился ароматный душистый горошек. Теперь, подумалось ей, этот чудный запах навсегда будет ассоциироваться у нее с "Изумрудным" и его тайнами. Почему Анна считает, что ухаживания Зотова для нее опасны? Нет, она вовсе не собиралась переводить их отношения в разряд серьезных. Конечно же, нет. Но почему это опасно? Или она так говорит, исходя из своего печального опыта со старшим Зотовым? Но здесь нет никаких параллелей. Разве что имя и фамилия. Сейчас у нее как раз другая аналогия возникает в связи с Виктором и Татьяной...

Уже не было никакого сомнения в том, что девушка Виктора Зотова является прототипом героини романа Максима Корецкого. Сделал он это намеренно. Возможно, когда зачитывал или, скорее, рассказывал про новый замысел, он, таким образом, сделал попытку предложить отдыхающим самим разобраться в этом преступлении. Под видом романа он рассказывал о реальной ситуации! Это было рискованно. Вслух никто не озвучил никакой версии. Но это вовсе не означало, что никто не понял, куда клонит автор. Во всяком случае, тот, кто замешан в этой истории - откликнулся. Убийством.

Писатель ей сказал, что на этот раз никто, включая его самого, не отыскал убийцу в его произведении. Вранье! Все вранье! Эта мысль, как озарение, внезапно пронзила Лику. Она встала и начала расхаживать туда-сюда по террасе. Корецкому ничего не стоило придумать хоть сто версий концовки своего романа. С его писательским опытом, фантазией, талантом, наконец, и не придумать полноценный сюжет? Да никогда в жизни она не поверит в это. Он и не собирался ничего такого писать! Его задача была раскрыть убийство Виктора Зотова. Этим как раз и объясняется столь странная "россыпь" абзацев. Ни плана, ни синопсиса, ничегошеньки... Он так же, как и она сейчас, искал сопутствующие обстоятельства. Лика с размаху шлепнулась обратно в кресло и замерла, стараясь угомонить теперь уже свою разыгравшуюся фантазию.

Глава 11

- Я не помешаю? - Альбина Зотова с сигаретой в руке опустилась на соседнее кресло.

- Доброе утро... нет, конечно.

- Такие деньки редко выпадают. - Зотова щелкнула зажигалкой, выпустила густую струю дыма и, коротко глянув на Лику, добавила: - Я устаю от жары, и дождливая погода мне как подарок. Не могу надышаться. Вот так бы с недельку. Только завтра опять будет палить солнце. Это как закон.

- Мне казалось, что южанам привычна жара.

- Южанам, возможно. Только, как говорится, сами мы не местные. Приехали сюда из Вологодской области. Совсем другой климат. Поначалу радовало все - море, солнце, кипарисы. А потом вроде как и замечать все это перестала. Появилась хандра. Странно, правда?

Зотова глубоко дышала и длинно затягивалась. Сигарета в ее белой, ухоженной руке с красивым маникюром, таяла на глазах. Пепел она стряхивала прямо на пол, хотя на столике стояла пепельница.

- Как отдыхается, Анжелика Юрьевна? - спросила Альбина Афанасьевна, покачивая ногой в изящном турецком сабо.

- На высшем уровне. Никогда и представить себе не могла, что окажусь вип персоной. Даже не знаю, радоваться или печалиться.

Зотова молчала, жадно докуривая сигарету. Лика, догадавшись, что хозяйка уже выпила спиртного, не спешила поддерживать разговор.

- Печалиться в вашем случае точно не стоит. Берите от жизни все, что возможно. Пока молоды. Потом это ни к чему.

- Думаете? Как-то радоваться не получается, - бесцветно отозвалась Лика.

Зотова поднялась, притушила сигарету в пепельнице и потерла пятерней лоб, как будто что-то вспоминая. Затем странно скривила лицо, и было трудно понять, улыбается она или плачет.

- Бросьте. Это у меня кроме печали не осталось никаких эмоций. На днях годовщина по мужу... Я не могу смириться с этим...до сих пор не могу.

Лика невольно поднялась с кресла и растерянно пробормотала:

- Извините... я очень вам сочувствую.

- Не извиняйтесь. Я не должна была об этом говорить. Кому нужно мое горе... только порчу другим настроение. - Альбина Афанасьевна с досадой махнула рукой и быстрым шагом направилась в сторону главного входа.

Лика с грустью смотрела ей вслед. Интересно, видела она барельеф или еще нет? Вполне могла с утра съездить к Борису. Потому и настроение такое. Она еще некоторое время постояла, облокотившись на перила и наблюдая, как мелкий дождь напитывает влагой листья, траву, цветы. Пейте, пейте. Завтра опять будет жарко.

По дороге в себе в номер она заглянула в кабинет к Рите узнать, в какое время лучше подойти на массаж. Из дальней комнаты, там, где обычно проходят процедуры, раздавались негромкие голоса Риты и Сергея Короткова.

- Вам лучше полежать немного. Нельзя сразу идти.

- Все нормально. Спасибо, Рита.

- Не за что. Но послушайте меня, не торопитесь. У вас срочные дела?

- Дела всегда есть. Я потихоньку...

Лика вернулась в коридор, и вскоре в дверях показался Сергей. Его лицо было бледным, осунувшимся, каким-то изнуренным.

- Приветствую вас, - Сергей вымученно улыбнулся Лике и браво взял под козырек.

- Здравствуйте... - Лика проводила взглядом Короткова, шаткой походкой идущего вдоль стены, и взялась за ручку двери. Однако в этот самый момент услышала тихий стон и обернулась: Сергей медленно сползал по стене на пол. Лика, вскрикнув, побежала к нему.

- Эй... что случилось? Сергей, вы слышите меня? - Лика опустилась на колени.

Коротков сидел, прислонившись к стене, затем он приподнял веки и тихим голосом проговорил:

- Слышу, да. Без лишнего шума, прошу вас.

- Хорошо. Я только Риту позову. Нашатырь надо...

- Тс-с-с! Никаких рит и нашатырей. Сейчас все пройдет, - с этими словами он начал подниматься.

Лика подхватила его под руку и помогла принять вертикальное положение.

- Что дальше делать будем? - спросила она, с отчаянием озираясь по сторонам.

- Танцевать, - хриплым голосом ответил Сергей.

- Я серьезно...

- Если серьезно, то сейчас я пойду к себе. Мне уже намного лучше.

- Ага. Так я вас и отпустила. В любой момент головой об пол и все.

- Что все? - он старательно улыбался. По бледному лицу стекали ручейки пота, но в целом Коротков выглядел уже несколько лучше. - Лика, давайте так: мы пойдем вместе, вы рядышком, как моя барышня, ну так, на всякий случай. Вдруг мне захочется поцеловать пол? А вы не разрешайте. Договорились?

- Само собой, что пойду рядом. Нечего даже обсуждать.

Жилище Короткова располагалась на первом этаже, в самом конце коридора. Это был простой номер, состоящий из двух комнат, в одной из которых была оборудована небольшая кухня.

- Спасибо вам, - Сергей дружески прикоснулся к ее плечу и опустился на диван. - Теперь я как порядочный человек должен на вас жениться... ой, чаем напоить. Оговорился. - Он попытался через силу улыбнуться.

- А как же, и бутербродом с колбасой, - проворчала Лика, глядя на него сверху вниз. - Может, действительно заварить чаю? Я не знаю, что сейчас вам можно.

- Мне? Уже давно можно все. Абсолютно! - Сергей вдруг сделался серьезным, привалился к спинке дивана и отвел взгляд в сторону.

Наступила пауза. Лика расположилась напротив него на стуле и ждала дальнейших распоряжений. Она понимала, что просто так уйти не может, а позвать кого-либо еще Коротков, скорее всего, не захочет. Хотя...

- Может, я схожу к Альбине? - осторожно спросила она.

Коротков посмотрел на нее и медленно покачал головой:

- Нет. Не заставляйте меня по сто раз говорить одно и то же. Мне уже намного лучше. Правда, от чая не откажусь. Если вам не трудно...

- С превеликим удовольствием. Хоть делом займусь. Устала я что-то от отдыха, если честно.

- Вот так даже? Быстро, быстро... Люди у нас по месяцу, бывает, живут. И ничего, не жалуются.

- По месяцу? Ну, я к такому барству не приучена. На моей работе больше чем на две недели за один присест и отпуска не дадут. - Лика поднялась. - Я найду сама чай?

- Да, - кивнул Коротков, - там, в верхнем шкафчике, справа от плиты. Я через пару минут присоединюсь. И если можно, принесите мне воды сейчас.

- Сию минуту.

Коротков взял из рук Лики стакан, всыпал туда какой-то порошок и выпил залпом.

- Спасибо. Теперь все будет хорошо.

Прошло минут пятнадцать, Лика разливала по чашкам чай, когда на пороге кухни появился Коротков - подтянутый, энергичный, загорелый. И лишь слегка осунувшееся лицо напоминало о его недомогании.

- Так... зачем? Я бы принесла в комнату, - она ошарашенно смотрела на "больного".

- С чего вдруг? - как ни в чем не бывало заявил Сергей. - А кто бутерброды с колбасой будет делать? - Он прошел к холодильнику и начал вытаскивать оттуда свои припасы. На столе появился тостовый хлеб, сыр, ветчина и колбаса двух видов. Следом на блюдо легли розовые помидоры, аккуратные зеленые огурчики.

- Ну вот, теперь как-то веселее выглядит наш стол. Не хлебать же пустой кипяток?

- Почему же пустой? С заваркой, - растерянно проговорила она. - И потом, я совсем недавно завтракала...

Коротков глянул на часы, что висели над столом.

- Какое там недавно, уже почти два часа прошло, - деловито заметил он и принялся за бутерброды. - Если честно, я проголодался как волк. Вы меня хотя бы поддержите.

Лика молча кивнула.

- Сергей, я не хочу мучить себя домыслами. Вы мне хотя бы в общих чертах скажите, что с вами произошло? Я не любопытная, но все же, на всякий случай, хотелось бы знать. Вдруг я чем смогу помочь?

- Вы мне и так помогли. Думаю, что следующий раз будет теперь нескоро. Это последствия взрыва. Тяжелая контузия и прочие сопутствующие прелести.

- Вам пришлось где-то воевать?

Коротков мотнул головой:

- Нет. Господь миловал. Хватило без войны. Я бывший военный, майор по званию. На учениях случилось несчастье, взорвалась цистерна с горючим для военных машин. Я оказался рядом. - Он протянул Лике большой многоэтажный бутерброд. - Ну, пожалуйста. Обгореть не обгорел, но волной перетрясло с головы до пят.

- Ой... это ж страшно как... - Лика покачала головой, взяла из рук Сергея бутерброд и, подумав, разрезала его ножом пополам. - Не люблю насилия и войн всяких. Это вам еще крупно повезло. Кто-то же погиб, наверное.

- Да, были, увы, и жертвы. А я теперь периодически мучаюсь приступами. Рита колет меня тогда. Я, конечно, и сам могу шприцем работать, когда ухвачу начало приступа. Сегодня вот затянул, не распознал. Еще погода такая...

- Да, погода сегодня почти как осенью. А вот хозяйке вашей в самый раз. Говорила мне недавно.

- Мы с ней земляки, с Вологды. Познакомились на соревнованиях по плаванию. Молодыми совсем, - по лицу Короткова пробежала тень улыбки. - Мне, увы, тот климат после контузии не идет. Я стал южным человеком.

- Теперь понятно, почему вы у нее работаете.

Коротков удивленно глянул на нее.

- А вы и об этом задумывались? Я, оказывается, важная персона, - Коротков горделиво приподнял подбородок.

Лика отпила из кружки чаю и с деланным восхищением остановила свой взгляд на Сергее.

- Канэчно! Такой интересный, умный мужчина, - с кавказским акцентом, поигрывая бровями, произнесла Лика. И тут же сделалась серьезной, - а работа, скажем так, не по статусу. Но теперь я понимаю, что это был в данном случае выход из положения. Хотя, уверена, вы могли бы руководить чем-нибудь или кем-нибудь...

- Вот, значит, какие мысли вас посещают на морском побережье. Нет бы, купаться, загорать, вино пить и мужчинам головы кружить.

- Это не про меня. Думать люблю, мыслей много, впору писательством заняться. Но талантом, как Максима, Господь не наградил. Ограничилась работой в газете.

- Все равно родственные души. Уверен, что из вас бы получилась хорошая писательница, - Сергей оценивающим взглядом скользнул по ней.

- Откуда такие выводы? - хмыкнула Лика. - У меня нет такой фантазии, какая должна быть у писателя. И своеобразного дара предвидения, какой бывает у писателей, тоже нет.

- Вот как... никогда не думал об этом. Хотя, Корецкий был действительно неординарным человеком. Иногда трудно было понять, где он правду говорит, а где рассказывает про свои задумки.

- Правда? Интересно как... Хотя, что говорить, я никогда всамделишных писателей не встречала. Очень жаль, что наше с ним знакомство было столь коротким.

Лика провела пальцем по краю чашки и со вздохом добавила:

- До сих пор тот вечер стоит перед глазами. Если бы мы с Верой не заговорились и не сидели так долго на скамейке, то, возможно, и не случилось бы беды.

- И чем бы вы помогли? - снисходительно улыбнулся Коротков. - Подхватили бы Максима под балконом?

- Напрасно иронизируете, - она нервно передернула плечами. - Я была бы в своей комнате раньше. Все видела бы и слышала... - Лика помолчала. - Как хотите, но я уверена - преступления бы не произошло.

- Вполне возможно. Спорить не буду, - примирительно ответил он. - В то время, когда все случилось, мы с Виктором были в гараже, он помогал мне мыть машину Альбины. И потом точно так же много раз между собой говорили о том, что будь мы где-нибудь поблизости, во дворе, то смогли хотя бы увидеть, как все произошло.

О-па! Лика почувствовала, как в этот момент ее руки, ноги, голова - все-все стало каменным. Она даже представить не могла, зачем ей солгал Виктор, убеждавший ее в том, что он пытался подать руку Корецкому. Сейчас Лика не могла произнести ни слова, у нее будто отнялась речь. Она просто смотрела на Сергея широко открытыми глазами и молчала.

Коротков тоже замолчал и удивленно посмотрел на Лику, заметив, что его слова показались ей странными.

- Или вы не согласны?

Лика кашлянула и, нахмурив брови, задумчиво произнесла:

- Много чего могло случиться или не случиться, будь мы не там, где пришлось быть. Но я уверена, что есть люди, которые на самом деле все видели. Был прекрасный вечер, многие гуляли по дорожкам, сидели на лавочках...

- Все может быть.

Ей нестерпимо захотелось в этот момент уйти. О чем еще говорить с Коротковым, она не знала. Что-то, видать, пошло не так, едва она зацепила тему Корецкого. Понятно, что говорить с посторонними о преступлении никто из изумрудовцев не хочет. Пересуды им не нужны. И все-таки, они с Коротковым сейчас не на лавочке с бабками сидят. Можно было бы отнестись к ее словам, абсолютно любым, несколько тактичнее. Как-никак ее вовлекли в эти интриги помимо ее воли.

Итак, кто-то из них двоих явно лгал. То ли Коротков покрывает зачем-то Виктора, то ли Виктор пытается отвлечь ее от мыслей об убийстве. Так или иначе, возможен и третий вариант - врут оба. У кого какая цель - одному Богу известно.

- Что ж, я смотрю, вам уже получше. - Пойду к себе. Вам, наверное, надо отдохнуть.

Коротков поднялся вслед за ней и развел руками:

- Да нет, мне ваше общество очень приятно. Но не могу же я насильно удерживать красивую девушку в логове старого холостяка!

- Да ладно вам, Сергей...

- Спасибо, что помогли.

- Не болейте. Если помочь - это ко мне. Люблю помогать людям, - Лика широко улыбнулась. - Спасибо за второй завтрак. Накормили до отвала, - она похлопала себя по животу.

Выйдя от Короткова, она вспомнила про массаж и с сожалением вздохнула. Да, визит к Рите, скорее всего, придется отложить. Нечего было наедаться...

В фойе было пусто, впечатление, что все обитатели "Изумрудного" в срочном порядке выехали из отеля. Даже девушек с ресепшна куда-то унесло. За широкими стеклянными дверями было по-прежнему пасмурно, виднелись потемневшие дорожки и блестящее от дождя крыльцо. На полдороге к лестнице Лика остановилась. Что-то показалось ей странным на улице, и она вернулась. Так и есть! Видневшиеся издали ворота гаража были распахнуты, в зияющем чернотой проеме никакого движения не наблюдалось. Похоже, что Сергей зачем-то ходил в гараж и забыл закрыть за собой ворота. Ему, очевидно, стало плохо в тот момент.

Лика пробежала по пустому коридору и постучала в дверь к Короткову.

- Что-то случилось? - Сергей держал станок для бритья в руке и улыбался. - У меня все в порядке, если что.

- Я по-другому поводу. Ворота в гараж открыты, никого не видно. Я подумала, возможно, вы забыли закрыть? Все-таки дождь. И вообще...

- Открыты ворота? - Сергей взял с плеча полотенце и быстро протер лицо. - Нет, я не ходил сегодня в гараж. - Он прошел в комнату и глянул в окно. - Может, Альбина решила проехаться?

- Сергей, - позвала Лика. - Это, конечно, не мое дело, но мне кажется, она недавно спиртное пила.

Коротков быстро обулся и вышел вслед за Ликой в коридор.

- Сейчас узнаем, что там такое.

Они вышли на крыльцо, когда из гаража на большой скорости выехал "Мерседес" Зотовой.

- Что она делает?! Сейчас у ворот ее перехвачу. - Крикнул он Лике и побежал в сторону выезда с территории.

Лика быстрым шагом пошла за ним. Повернув за угол "Изумрудного", она увидела лишь распахнутые ворота и Сергея, что-то кричащего вслед уехавшей машине.

- Надо ее догнать, она явно не в себе, - с этими словами Коротков побежал к гаражу.

- Я с вами. Можно?

"Фольксваген" Короткова сделал уже второй поворот, однако автомобиль Зотовой так и не показался.

- Такое было когда-нибудь раньше? - спросила Лика.

- Она вообще плохо ездит, а если выпьет... Что ей стукнуло сегодня...

Сергей дышал глубоко и часто, его глаза лихорадочно всматривались в быстро уходящую под колеса дорогу. Волнение Короткова передалось Лике, и она начала молиться, чтобы не случилось еще какой беды.

- Смотри! - крикнул Сергей. - Видишь справа машину?

Лика едва сдержалась, чтобы не закричать: впереди на обочине торчал багажник "Мерседеса", а нос машины был в кювете.

- Допрыгалась, - в сердцах выругался он затормаживая.

Они спустились в овражек. Было видно, что машина уперлась в густой кустарник пахучей жимолости. Водительская дверца была распахнута, в салоне - пусто, лишь на рулевой колонке несуразно белела подушка безопасности.

- Аля! - крикнул Коротков, озираясь по сторонам.

Лику бил озноб. Она впервые столкнулась с автомобильной аварией так близко. Хотя никаких больших повреждений железа не было, и жертва тоже отсутствовала, Лика была в панике и не могла сообразить, что же в таких случаях надо делать. Очевидно, куда-то звонить.

Сергей заглянул под машину, затем громко скомандовал:

- Давай быстро наверх, пройдись по обочине, а я здесь, по зарослям буду искать.

Лика кивнула и, держась за редкие прутья, торчавшие по склону оврага, начала подниматься на дорогу.

- Отставить! - услышала она буквально через несколько секунд и обернулась.

Сергей махал рукой откуда-то из-за машины. Лика побежала к нему, не чувствуя под собой земли. Комок страха сдавил горло, а в глазах как будто все перемешалось. Когда она поравнялась с Сергеем, то не сразу поняла, куда тот так пристально смотрит.

- Что вы здесь делаете, оба? - вдруг услышала она ровный голос Альбины Зотовой.

Хозяйка "Изумрудного" сидела на траве метрах в пяти от машины, обхватив руками колени. Красивые турецкие сабо стояли тут же, рядомМокрые от дождя волосы черными змейками расползлись по ее оголенным плечам и светлой футболке со смешным рисунком из маленьких мышек. Она повернула к ним мокрое от слез и дождя лицо. По ее щеке тонкой струйкой стекала кровь из ссадины на лбу, а в глазах была все та же, знакомая Лике, вселенская печаль и полная отрешенность.

- Я тебя спрашиваю, - повторила она, глядя на Сергея, - зачем ты сюда приехал?

Коротков медленно подошел к ней, опустился на колени и взял ее за руки.

- Не дури, - хриплым голосом проговорил он, - девочку напугаешь. Вставай, трава мокрая, простудишься...

Она медленно перевела взгляд на Лику.

- Так зачем ты ее сюда привез? - обратилась она к Сергею. - Ей и так хватило приключений. Выше крыши...

- Так, ладно, все разговоры потом. - Коротков попытался поднять Зотову за руки, но она вырвалась.

- Я сама... Позвони, чтобы техничку пригнали. Дорога скользкая, занесло...

Альбина Афанасьевна села на заднее сиденье. У Лики сжалось сердце. Сейчас это была совсем не та - яркая, ухоженная и знающая себе цену особа. В углу машины, ссутулившись, сидела задавленная обстоятельствами красивая и печальная женщина. Как ни странно, дождь, слезы и глупые мышки на футболке придавали ее облику еще больше обаяния и удивительным образом ее молодили. Коротков выглядел усталым и злым. Закурив, не спрашивая разрешения, сигарету, он запустил двигатель и тронулся с места.

- Ты куда направлялась? Или так, без цели каталась, - спросил Сергей спустя пару минут.

- Только не надо мне хамить, - огрызнулась Зотова. - К Ванковичу, если тебе так интересно. До сих пор не показал мне, что он там слепил. Пора памятником заниматься. Имею право?

- Имеешь, имеешь, - пробасил Сергей. - Он и сам за тобой приехал бы. И мне могла сказать, в конце концов...

- Сегодня такой хороший день... - женщина прикрыла глаза, словно вспоминая о чем-то очень давнем и очень хорошем, - вот решила проехаться... но, не рассчитала.

- Это я уже понял, - хмыкнул Сергей. - Твое счастье, что сюда патруль никогда почти не заглядывает.

Когда подъезжали к отелю, дождь почти прекратился. Солнца еще не было видно, но кое-где на сером небе появились проталины, через которые пробивалась яркая синева. Лика вышла из машины и вдохнула полной грудью. Воздух был слегка влажным и удивительно чистым, наполненным ароматами зелени и цветов. На террасе сидели отдыхающие. Очевидно обрадовались окончанию ненастья и надумали подышать вкусным воздухом, кто перед обедом, кто после.

Лика быстро поднялась по ступенькам, чтобы не привлекать внимание окружающих к своей мокрой и грязной одежде. По времени она еще успевала на обед. Ей хотелось поговорить с Анной. Кто знает, возможно, что по крупицам удастся воссоздать атмосферу тех сборищ с Корецким. И потом, неизвестно, вела ли разговоры с писателем сама Анна. Тет-а-тет, так сказать. Это вполне могло быть, учитывая открытый, дружелюбный характер Корецкого. С этой девушкой, конечно, трудно разговаривать, но пытаться надо.

Закрыв глаза, она стояла под душем, прислушиваясь каждой клеточкой своего тела к этим приятным, успокаивающим струям воды. Как хорошо, что сегодня не случилось очередной трагедии... А все было на грани... Интересно, где сейчас Виктор? Скажет ли ему Коротков про аварию? Хотя, как же ее скроешь - машина помята. Сергей, судя по всему, теперь являлся главной опорой для Альбины Зотовой. Это чувствовалось во всем - и в его поведении, и в интонации, с которой он разговаривал с ней. Было видно, что на Короткова эта женщина может вполне положиться и довериться ему. В любом вопросе. А он будет всегда нянчиться с ней как с ребенком. Сердиться, ругать ее, жалеть...

Лика выключила воду и, прищурив глаза, посмотрела на себя в зеркало.

- Ругать, жалеть, - повторила она вслух своему отражению.

Протянув руку за полотенцем, она вдруг застыла и медленно прикрыла ладошкой рот, чтобы ненароком не выкрикнуть свою догадку. Что же еще в этом перечне самое главное, что? Любить! Вот-вот! Ругать-жалеть-любить. Теперь одно звено в цепи загадок восстановлено.Коротков в нее влюблен. Это же ясно как божий день! Причем влюблен давно и безнадежно. Именно так - безнадежно. Было видно, что они не связаны никакими любовными утехами, тайными встречами. Это давняя любовь Короткова. Настолько давняя, что его сердце покрылось защитной оболочкой, а сам он превратился из пылкого влюбленного в верного пса, который иногда может гавкнуть на свою хозяйку. Их отношения давно облечены в некую удобную им обоим форму. Климат, контузия - все это из разряда объяснений для народа. Для таких как она, к примеру. А на самом деле, этот мужественный человек положил свои лучшие годы на алтарь безответной любви к Альбине Зотовой. Целое кино...

Обмотавшись полотенцем, она включила фен и наскоро просушила волосы. Осталось что-то набросить на себя и можно спускаться в столовую. Настроение было испорчено. Она сейчас вновь почувствовала себя подглядывающей в замочную скважину. Бывают же люди, которым не давай ни есть, ни пить, дай узнать чужую тайну. А ей, увы, эти тайны приносят только печаль.

Анны в столовой не было. То ли позже придет, то ли вообще не явится. Каждый сам себе хозяин. Еще и Антип уехал. Лике вдруг подумалось, что Анна ее обманывает, и Антип, скорее всего, ухал навсегда отсюда. А жаль. Это был единственный человек, с которым она могла поговорить о здешних преступлениях. И не просто поговорить, а пообщаться как детектив с детективом. Пусть и не всамделишным. И потом, если верить Анне, привезла она его с собой как раз для того, чтобы разузнать про гибель старшего Виктора Зотова.

Лика к ростбифу добавила пару ложек салата из сладкого перца, и на некоторое время вкус прекрасного английского блюда отвлек ее от мрачных мыслей. И потом, подумала она, вряд ли можно разобраться в запутанном деле, если чувства каждого из участников принимать так близко к сердцу, как это делает она сейчас. Сочувствовать - это одно. Разобраться в преступлении - уже совсем другое дело. Здесь нужен холодный рассудок, а не фейерверк эмоций.

Итак, возвращаясь к схеме, которую она где-то там рисовала в блокноте, можно обозначить несколько ключевых моментов: убийца Зотова - раз, убийца Корецкого - два и, наконец, сбежавшая невеста. Это три. Вот она задачка с тремя неизвестными, где в первых двух случаях неизвестны имена, а в третьем - мотив. Если ответить на один вопрос из трех, сложится вся картинка. Во всяком случае, было бы от чего оттолкнуться. Проблема в одном - никто не говорит правду. Даже те, кто точно не причастен к преступлениям - хоть убей, молчат. Как та же бедолага Светлова.

Лика нарезала тонкими пластинами ароматную грушу и медленно, ломтик за ломтиком, словно перелистывая странички книги, отправляла их в рот.

- О чем думаем? - вдруг услышала она вкрадчивый голос Анны и вздрогнула.

Рыжеволосая красавица с интересом смотрела на Лику, поигрывая пальцами по красной льняной салфетке.

- Я даже не заметила, когда ты появилась, - охнув от неожиданности, ответила Лика. - Подкрадываешься тут.

- Еще чего. У тебя было такое уморительно-строгое выражение лица, что я не рискнула потревожить.

Лика разозлилась на себя и на эту самоуверенную девицу. И что в ней нашел Зотов? Уму непостижимо! Серьезный мужчина, и жена красавица. Хотя, не зря же говорят, что любовь зла.

- Послушай, - отбросив в сторону свои эмоции, ласково пропела Лика, - ты не помнишь, о чем был последний роман Корецкого?

- С чего тебе вдруг стукнуло? - Анна несколько растерялась. - Про какой именно роман ты говоришь?

- Анна, пожалуйста, вспомни, что рассказывал вам Максим про свою последнюю работу, детектив "В тени моего сердца"? Тот, что остался недописанным.

- Лика, честное слово, впервые слышу такое название. - Анна с подозрением покосилась на собеседницу. - А что случилось?

Лика готова была себе откусить язык. Похоже, что Корецкий никому не озвучивал, как собирается назвать свой роман!

- Да так, просто интересно, - вяло отозвалась Лика, потеряв запал говорить на эту тему.

- Хочешь дописать? - прыснула Анна.

- Типа того, - в голосе Лики зазвенели металлические нотки. - Не помнишь, значит. Ну, нет так нет.

Анна небрежным движением набросала себе в тарелку салата, затем, взяв вилку, посмотрела на Лику смиренным взглядом.

- Ладно, не злись. Я сама все время злая. Сто раз пожалела, что приехала сюда, - она состроила недовольную гримасу.

- Антип не звонил? - решила сменить тему Лика.

- Завтра должен приехать. Соскучилась?

- Соскучилась. А что? Хороший парень этот твой Антип. Мне так кажется.

- Хороший, не спорю, - лицо Анны озарила широкая улыбка. - И кому ты его примеряешь?

- Приятного аппетита, - Лика поднялась.

- Погоди, я вспоминаю.

Анна с задумчивым видом жевала некоторое время, уставившись взглядом в потолок, затем медленно произнесла:

- Название, как я помню, он на тот момент еще не придумал.

- А мне только и успел сказать, что роман о любви. И первая версия названия - "В тени моего сердца", - Лика осторожно присела на край стула.

- Ничего так, красивое название, - согласилась Анна. - Да, именно так. Детектив о любви, - согласно кивнула она. - В тот вечер я, прости, изрядно выпила... - она с досадой цокнула.

Лике захотелось взвыть от злости. За что ж такое наказание!

- Но знаешь, мне показался странным сюжет.

- Чем же?

- Слушай, ты скажи, что именно мне надо вспомнить...

- ...?

- Понимаешь, там такое дело, - Анна поскребла переносицу, - он не рассказывал конкретно сюжет.

- А ты говоришь, что странный сюжет.

- Ну не так сказала. Просто он нам предложил такую ситуацию: пожилой ученый убит в своей лаборатории. На работе у него все было в порядке, идеальная семья - жена и сын. Убиты горем, понятно. Трагедия такая, понимаешь...

Анна отставила в сторону тарелку, замолчала. Лика, вздернув брови, смотрела, не моргая, на рассказчицу. Пауза затянулась, и Лика прервала молчание:

- Неужели это все?

- Нет, конечно... дай вспомнить...

Лике очень хотелось продолжить этот рассказ, добавив сюда невесту сына и расстроенную свадьбу. Ну же, давай!

Анна прокашлялась и виновато посмотрела на Лику.

- Знаешь, я, возможно, выходила на пару минут... сейчас не очень помню.

У Лики в этот момент было только одно страстное желание - убить Анну. У нее едва не вырвался стон бессилия. Ну почему такая невезуха?!

Анна вдруг подняла палец и склонила набок голову:

- Стоп-стоп-стоп... вот самое главное: Максим сказал, что сыщик, расследующий убийство ученого, случайно выясняет, что к преступлению причастна жена. Потом спросил, у кого какие будут версии насчет мотива. Исходя, так сказать, из своего жизненного опыта или буйной фантазии. Сразу стали предполагать, что у нее был любовник, и потому, мол, захотела избавиться от мужа. Он сказал: нет. Тогда выдвинули второй вариант - жена узнала, что у мужа была любовница. Максим вновь: нет. Третий вариант был такой, что это банальная месть за какие-то давние обиды. И когда Корецкий сказал свое третье "нет", мы дружно спросили: какова же ваша версия?

Анна замолчала. Лика напряглась всем телом.

- Не тяни кота за хвост, говори! - нетерпеливо воскликнула она.

Анна зловеще улыбнулась и тихо прошептала:

- А я не знаю, - сказал он. - Она украдкой глянула по сторонам. - И нам всем, поверь, почему-то стало страшно после таких его слов.

Какое-то мгновение они еще смотрели друг другу в глаза и молчали. Затем Анна как ни в чем не бывало принялась за еду. Лика же была во власти рассказа Анны. Ее охватил необъяснимый ужас, по телу бегали мурашки. Эти слова она уже слышала. Именно так и сказал ей Корецкий, что на этот раз он и сам не знает, кто убийца в его романе. Только странно, что про жену ученого в тех обрывочных записях не было ни слова. Скорее всего, Корецкий озвучил свои последние умозаключения на этот счет, но записать их так и не успел. Но кто-то все же сделал на этот счет свои выводы. Кто конкретно? Тот, кто присутствовал при этом разговоре...

- Так зачем тебе этот сюжет?

- Что? - не сразу поняла Лика. - А, сюжет зачем... не знаю, - задумчиво сказала она.

- Странная ты, - покачала головой Анна. - Вдруг, ни с того ни с сего, вспомнила про эти посиделки...

- Подожди. А где это все происходило?

- Что именно?

- Где рассказывал про свой роман Максим? Здесь, в столовой, или в беседке, на пляже... где?

- А-а, поняла. На террасе. Вышли как-то после ужина... - Анна отодвинула тарелку и сделалась серьезной. - Лика, - в ее голосе была тревога, - ты меня не пугай. Ты что-то разузнала про Максима?

- Откуда мне, - с отчаянием махнула рукой Лика, - но, знаешь, есть небольшие подозрения, что роман как-то связан с убийством старшего Зотова.

- Виктором? - слабеющим голосом промямлила Анна. - Но почему? - почти шепотом спросила она.

- Аня, ты не бери в голову лишнего, я ничего не могу утверждать. Возможно, просто интуиция мне что-то пытается подсказать, но я пока не понимаю, что именно. Знаешь, я не верю, что писатель такого уровня вдруг стал бы делиться непродуманным сюжетом. Да, бывает, что во время написания история несколько меняется, но это творческий процесс. Задумал так, а вышло этак. Понимаешь? То ли лучше, то ли хуже. По-всякому.

Анна ничего не ответила и не сводила глаз с Лики. Затем, не дождавшись от нее продолжения, грустно промолвила:

- А что, в твоих словах что-то есть. К убийству была причастна жена. Так и здесь...

- Э-э! Мы так не договаривались, - погрозила пальцем Лика. - Ты понимаешь, что выводы такие просто так не делаются? Если бы Максим конкретно подозревал... ну, ты понимаешь, о ком речь...

- Да-да...

- Он бы никогда не делал из этого шоу для отдыхающих. И не говорил бы так прямо. Нет, здесь что-то другое. И потом, слова "причастна" и "виновата" имеют несколько разный смысл. Можно быть причастным, но вовсе не виноватым. Причастным можно быть поневоле или даже не подозревая того.

- Ну, ты завернула... Не зря Антип говорил... - Анна осеклась.

Лика не стала заострять внимание на этой случайно вырвавшейся реплике.

- Я вполне допускаю, что Альбина Зотова что-то знает про убийство мужа. Но ее печаль не фальшивая, она на самом деле страдает от потери мужа.

- Подумать только... - фыркнула Анна и поднялась из-за стола.

Лика осталась сидеть. Ей не хотелось сейчас идти вместе с Анной. Надо было обдумать, в каком направлении действовать дальше. Ясно, что Антип, расследуя убийство Зотова, идет каким-то своим путем и строит умозаключения в совершенно другом ключе. На то он и мужчина, если разобраться.

Анна остановилась за спиной у Лики и, нагнувшись, негромко сказала ей на ухо:

- Зотова горюет, может, и искренне. Но Виктор был на нее в обиде.

Лика обернулась и удивленно спросила:

- За что, не сказал?

- Нет.

В фойе дежурная разговаривала сама с собой.

- Вот так всегда! Когда что-то надо - никого. Повымирали вы там что ли все?! - она в сердцах забросила телефон в ящик стола.

- Что-то случилось? - спросила Лика.

Ася, откинув волосы со лба, кивнула в сторону окна:

- Жалюзи сейчас упадут с минуты на минуту, не иначе!

Крепление жалюзи с одной стороны выскочило из стены и держалось за кончик, провиснув и грозя обвалиться в любой момент.

- Солнце, видите, стало проглядывать. Хотела повернуть и тут - хрясь!

- Так где Сергей? Надо позвонить.

- Ага, я типа не догадалась... Извините, конечно. Но звоню уже минут десять, - девушка раскраснелась от злости и стала похожа на учительницу младших классов, которая не может угомонить расшалившихся учеников. Где лоск, где надменность?

- А что Альбина Афанасьевна? У нее надо спросить, может...

Ася посмотрела на Лику, как на заклятого врага, из глаз только молнии не сверкали.

- Что, тоже пробовали? - посочувствовала Лика.

- Если бы попробовали, то меня тут уже не увидели бы, - съязвила Ася. - Вы шутите? Я буду Зотову беспокоить по таким вопросам! Я ее видела час назад во дворе - туча тучей. Ушла к себе, и можете быть уверены, не покажется до самого вечера. Коньяки распивать будет.

Лика от подобной откровенности оцепенела. Оказывается, пристрастие хозяйки к спиртному ни для кого не секрет.

- Нет, вы не подумайте там чего, Анжелика Юрьевна, - сбавила обороты Ася, и ее красное личико постепенно покрылось восковой бледностью. - Я вас умоляю, никому не говорите про такое, вырвалось... Это я уже через край хватила...

- Ася, успокойтесь вы ради Бога! - Лика взяла ее за руку. - Я что, похожа на сплетницу?

На глазах девушки выступили слезы, она помотала головой.

- Дело в другом. За вами ухаживает Виктор. Так вот, если вдруг он узнает, что я...

- Да что ж за наказание! - всплеснула руками Лика. - При чем тут вообще Виктор? Он никакой не ухажер мне. Ясно? И в любом случае, я вам обещаю, что наш разговор останется здесь, у этой стойки. Все. Понятно?

Ася закивала головой и постаралась улыбнуться.

- Действительно, что это я из ерунды устроила трагедию. Подумаешь, какая-то железяка сломалась...

Не успела Ася договорить, как эта самая железяка с грохотом рухнули на пол, зацепив по дороге горшок с цветком, который тут же раскололся, и красивые голубоватые ленты засыпало влажной землей.

- Ну вот! А что я говорила! - Ася закатила глаза и руку к сердцу приложила.

- Так, мы сейчас быстро все уберем, а потом я найду Сергея, - Лика взяла инициативу в свои руки.

- Вы мне только помогите поставить в угол эту халабуду, а все остальное я сама уберу.

Вытащив на центр конструкцию, девушки аккуратно смотали и поставили ее в угол у окна.

- Сейчас зайду к Сергею, позову сюда.

- В комнату? Его там нет. Я уже бегала. - Ася вытащила из-за стойки веник и совок. - Ладно уж, пусть будет так. Появится, в конце концов.

- Пожалуй, я знаю, где он, - пробормотала Лика и вышла на улицу.

Она направилась в гараж, где вполне мог задержаться Сергей после их погони за Альбиной.

Лика осторожно вошла в гараж через небольшую калитку в воротах. Внутри было темно, лишь в глубине бледно высвечивало узкое окно.

- Сергей... - негромко позвала она Короткова, однако ей никто не ответил.

Помещение было большое. Сейчас здесь стояли две машины - Сергея и Виктора. Но вполне поместились бы еще две. Надо полагать, что машина Зотовой, скорее всего, отправлена в автосервис.

- Сергей, вы здесь?

Пройдя между машин до противоположной стены, она остановилась у большого стола, стоящего у окна. На краю стола, заваленного инструментами, стояла почти пустая бутылка водки, стакан и тарелка с помидорами и хлебом. Лика оглянулась по сторонам, но никаких признаков присутствия Сергея не нашла. Странно. Почему гараж не закрыл? Хлеб был свежий и помидоры еще в капельках воды. Она поднесла к носу стакан, сразу стало ясно, что совсем недавно из него пили эту самую водку. Где же он мог быть? В таком-то состоянии...

Она присела на стул. Подперев рукой голову, Лика некоторое время сидела, соображая, что сейчас делать и где искать Сергея. Ее взгляд невольно упал на слегка выдвинутый ящик стола, в котором белели какие-то бумаги. Она осторожно приоткрыла его. В сложенном пополам большом листе лежал паспорт Короткова, диплом, еще куча разных так называемых корочек. Чуть дальше, в глубине, она увидела конверт, подписанный, очевидно, рукой Сергея: "Для Альбины", а рядом небольшой бархатный мешочек, затянутый шнурком. У Лики заколотилось сердце, лицо полыхнуло жаром, а руки задрожали. Нет, читать чужие письма она ни за что не станет! А вот мешочек...

Развязав шнурок, она вытащила обернутые в пластиковую пленку часы. Что-то кольнуло в груди и закружилась голова. Быстро размотав пленку, она уставилась на красивый циферблат, который гласил, что часики были не простые, а как в сказке - золотые, "Картье". Трясущимися руками она убрала находку обратно в мешок и с тоской посмотрела в окно, откуда виднелся глухой забор с коротко стриженой травой вдоль него. Откуда у простого работника такие дорогущие "ходики"? Лика никак не могла отважиться сказать даже самой себе, что это те самые часы, про которые ей говорила Альбина. Те, что сняли с руки убитого Виктора Зотова.

Как же так?! Уж кому, кому, а Сергею она, глупая, верила, пожалуй больше, чем кому-либо другому здесь. Что же это, в конце концов, происходит? Без лишних церемоний Лика взяла в руки конверт и, поддев ногтем, аккуратно вскрыла его. На белом листе крупными буквами было написано: "Альбина, прости. Я устал. Прошу об одном - не вини себя ни в чем. Как быть с Виктором - решать тебе. Сергей".

Лика быстро заклеила конверт и все убрала в стол. Плотно задвинув ящик, она тут же вновь чуть-чуть приоткрыла его так, как было раньше. Содержание письма так напугало Лику, что она готова была объявить по громкой связи всему "Изумрудному" о пропаже работника. Что значит это его "я устал"? Звучит страшновато. В чем может обвинить себя Альбина? Что, что, что... сплошные вопросы.

Глава 12

Надо срочно сказать хозяйке... Но как? Признаться, что она рылась в вещах Сергея здесь, в гараже? Это просто невозможно! Хоть бы Виктора найти, и решить этот вопрос с ним. Не лучший вариант, но в случае форс-мажора...

Со стороны машин раздался странный глухой стук. Лика вздрогнула и прижалась к стене. Все стихло. Надо было срочно уходить отсюда. Только для этого придется пройти рядом с автомобилями. А там что-то... или кто-то... Осторожно перемещаясь вдоль стены, Лика неожиданно обнаружила еще одну дверь, совсем рядом. Оказалось, что помимо ворот с калиткой, в гараже была самая обычная дверь. Еще пару шагов - и она оказалась у заветной двери. Нажала на ручку - увы! Дверь была заперта. Она спряталась за висевшую тут же, на вешалке, рабочую одежду, прислушалась. Когда шорох повторился, стало ясно - источник в машине Короткова.

Лика пригнулась и почти на четвереньках стала пробираться к воротам со стороны автомобиля Виктора. Юркнув в калитку, она тотчас услышала голос Сергея:

- Эй! Кто здесь?

Лика завернула за угол гаража, потом быстро пробралась через кустарник на дорожку и только тогда перевела дух. Сергей, надо полагать, спал в своей машине. Причем так крепко, что даже не слышал, когда она его звала. После столь обильного возлияния это и немудрено.

Некоторое время она бродила по пустынным дорожкам, стараясь пригладить свои растрепанные чувства. Кто бы мог подумать, что Сергей как-то замешан в этом гнусном преступлении. Неужели она до такой степени не разбирается в людях? А как тогда жить дальше? Это просто тупик.

Ася весело болтала по телефону. Завидев Лику, она махнула ей рукой, подзывая к себе.

- Я не нашла Сергея, - скороговоркой ответила Лика и, не останавливаясь, продолжила свой путь.

- Он сам пришел, - крикнула вслед Ася.

- И где же он был? - обернулась Лика.

- Да черт его знает, Анжелика Юрьевна. Спросил только, не искал ли его кто.

- И что вы сказали? - Лика вернулась к девушке.

- Сказала, что жду не дождусь его, потому что авария такая с окном. Так вы думаете, он бросился что-то делать? - хмыкнула Ася и ткнула пальцем в угол, где стояли жалюзи. - Как шел так и пошел.

- Куда? - удивилась Лика.

- Как куда? К себе в апартаменты. Если честно, я таким его впервые видела. Как будто пьяный или не в себе...

- Так может и пьяный. Что здесь такого? - решила пробить такой вариант Лика. - Мужик все-таки.

Ася подошла вплотную к Лике и тихо сказала:

- Этот мужик совсем не такой. Для него кроме работы ничего не существует. И просить ни о чем не надо было никогда. Все сам видел и делал. А тут...

- Все когда-то бывает в первый раз, - вздохнула Лика, - в том числе и разочарования...

- А знаете, скажу я вам, когда был жив хозяин, никаких разочарований не было. А сейчас все вверх дном, - махнула рукой Ася. - Развалилась и семья, и работа.

Лика не стала уточнять, что имела в виду девушка, и пошла к себе в комнату. Только оказавшись в своем номере, она наконец обрела возможность поразмыслить обо всем, что сегодня случилось. Слова Аси ее поразили больше всего, даже больше, чем рассказ Анны о хозяйке, замешанной в убийстве. Корецкий, как ни крути, писатель, выдумщик. А вот Ася девушка реальная и про жизнь реальную рассказывает.

Итак, дела в "Изумрудном" после смерти хозяина медленно, но верно катятся под откос. Что ж, в ее словах есть правда. Год назад не стало хозяина, и как будто злой рок стал преследовать обитателей отеля. Только в этом сезоне уже два несчастья. Всегда печальная Альбина, ее сын, который не может найти себе места и потому пускается в какие-то не нужные ему любовные авантюры, и даже Коротков, надежда и опора всего здешнего хозяйства, с которым явно что-то происходит, - все это наводит на мысль, что тайна смерти Зотова, как нарыв, вот-вот прорвет. Будет ли это выходом из сложившейся ситуации или, наоборот, все станет еще более драматичным - пока неизвестно.

Почему у Сергея оказались часы Зотова? Даже если предположить, что Коротков владелец собственных швейцарских часов, то место хранения их не вписывается ни в какие рамки. Получается, что "Картье" все же не его собственность. Если, как говорят сыщики, случилось убийство, то следует искать, кому это выгодно. В чем может быть выгода Короткова? Прошел год, в жизни Сергея за это время не произошло никаких перемен. Все та же монотонная работа в отеле, все та же, предполагаемая, безответная любовь, все те же проблемы со здоровьем...

У Альбины Зотовой тоже никаких изменений за год, только больше хлопот, больше печали и вдобавок зависимость от алкоголя. Виктор - сын Зотова и этим, как говорится, все сказано. На отморозка не похож, выгоды никакой в виде наследства тоже вроде как не получал. Зато пришлось уехать из города, где была интересная работа, и где ему было явно лучше. Если к этому еще добавить невесту, которая его бросила, то получается совсем невеселая картина.

А если подойти ко всей этой ситуации немного с другой стороны, то цепляет, как заноза в пальце, эта незнакомая сбежавшая невеста и... все тот же Коротков. Ну почему у него оказались часы Зотова! Они ему явно не нужны. За год их можно было продать сто раз, если такая нужда в деньгах, а они валяются в гараже.

Повинуясь какому-то совершенно необъяснимому чувству, Лика вышла из комнаты и спустилась к дежурной.

- Ася, у вас нет, случайно, иголки с нитками?

Девушка отставила в сторону чашку с кофе и кивнула:

- Конечно, есть. Куда ж без этого. - Она спряталась за стойкой, затем спросила оттуда: - вам какого цвета?

- Желтого. Если нет, можно просто белые.

- Почему же нет? - голова Аси вынырнула. - Вот, пожалуйста, даже два оттенка. - Она протянула Лике две катушки ниток и набор иголок. - У нас все есть.

- Спасибо, выручили, - Лика замялась, не зная как продолжить разговор. - Что Сергей, не появлялся больше?

- Неа... Хотите кофе?

- С удовольствием.

- Правда, у меня только растворимый...

- Вот и прекрасно. Я, честно скажу, привыкла по утрам пить растворимый кофе с молоком. Быстро и вкусно.

- Правда? - обрадовалась Ася. - А я думала, что только мы, простой народ, такое пьем.

- А я кто? - рассмеялась Лика. - Жена олигарха?

Ася придвинула Лике чашку, рядом положила горсть шоколадных конфет.

- Я так высоко планку не ставлю, - пояснила она, - но путевки наши дорогие, не каждому по карману. Так что... Берите конфетки. Вкусные.

- Спасибо. Я даже не знаю, сколько стоит путевка. Мне хороший друг подарил. Гриша. Теперь даже не знаю, чем отблагодарить его смогу.

- Ого! Бывают же друзья... Раз называете его хорошим другом, то, надо понимать, не близкий...а именно хороший. Так?

Лика замерла, соображая, что хотела сказать девушка, затем замахала руками.

- А, в этом смысле. Нет, конечно, не близкий. Именно хороший, верный друг.

Ася с восхищением посмотрела на Лику.

- Везет же некоторым... Хотя я не очень представляю, как это можно быть верным другом и не быть влюбленным. А? Вы же не подружки.

- Как, как... обыкновенно. По-вашему, такое не бывает?

- Неа, не бывает, - уверенно заявила Ася. - Кто-то из двоих обязательно влюблен в своего так называемого друга. Точно говорю. И если это не вы, то стопудово, что ваш дружок любит вас до беспамятства. Ха... такие подарки дарить...

Лика смутилась, пожала плечами и сделала предположение:

- Возможно, он просто хотел помочь мне выбраться из депрессии. Я развелась недавно. Трагедия такая была... не пересказать. А теперь все как рукой сняло.

Девушка недоверчиво покосилась на нее.

- Сняло, говорите? Ну, для этого как минимум нужен новый роман. Так прямо враз не отпустит.

- Ой, Ася, не надо этих намеков. Если вы про хозяйского сына, то, клянусь, мальчик не в моем вкусе. Поужинали разок вместе, поболтали. И все.

- Чего так? - разочарованно протянула та. - Парень весь из себя, что называется.

- И что? Разве это в жизни как-то помогает?

- В жизни нет, конечно. А развлечься вполне.

- Да ладно, - махнула рукой Лика. - У него, как я поняла, тоже не лучшие времена сейчас. Говорят, невеста бросила в прошлом году.

Ася подняла глаза к потолку и задумалась. Потом неуверенно произнесла:

- Я бы так не сказала. У нас тут разное говорят, - понизила она голос, - но не похоже, чтобы она его вот так взяла и бросила.

- Так он мне сам сказал, - в тон ей ответила Лика и оглянулась. - Честное слово. Так и сказал: моей невесте стало скучно со мной.

- Врет. Она самостоятельная девушка была, а не какая-то там погулять-сбежать. Верите мне?

- Что врет? Верю, конечно. Я мужчинам вообще не склонна верить.

- Очень правильная установка.

- Так что же тогда у них произошло? - нетерпеливо поинтересовалась Лика. - Может, Альбине Афанасьевне не по нраву пришлась?

- Не похоже. Зотова, я бы сказала, больше, чем Виктор расстраивалась тогда. А он злющий был...как черт.

Опять! - подумала Лика. - Второй человек говорит, что Виктор был очень зол, когда уехала Татьяна. Что-то за этим кроется. Не иначе.

- Странно все это, правда? - сказала она и посмотрела на Асю. - Мне он тоже не показался мужчиной, у которого разбито сердце. Он не может смириться с этим - да. Как будто сильное раздражение и желание поскорее забыть.

- Точно, Анжелика Юрьевна. Раздражение.

Они помолчали еще некоторое время. Лике хотелось еще поговорить о Короткове, но была опасность, что Асе не понравится ее нездоровое любопытство.

- Ладно, Бог с ним. Молодой еще, вся жизнь впереди, когда-нибудь встретит свою девушку. А вот отца его жалко, хотя я и не была знакома с ним. Сергей говорил, что хороший мужик был.

- А скажу вам, что не очень-то хорошо и я его знала, хотя уже четвертый год работаю здесь. Он, конечно, красавец был... интеллигентный, никогда слова грубого не скажет. Но все больше в кабинете сидел, - Ася задумчиво улыбнулась. - А у Альбины Афанасьевны все в руках горело. И Сергей, конечно, трудяга. Но вот не поверите, впечатление, что все тогда на Викторе Семеновиче и держалось. Странно так... Но это мы поняли уже теперь, когда его не стало.

- Да, к сожалению так и бывает. За что же этого человека могли убить?

Ася удивленно подняла брови.

- Так никто и не знает до сих пор. Никого не посадили. Тема закрыта, как говорится.

- Как же так? Хозяйка мне говорила, что было предположение про ограбление. Мол, бомжи местные.

- Какие бомжи, Анжелика Юрьевна? - хмыкнула девушка. - Никто из наших в это не верит.

- Почему? Всякое бывает.

- Пусть менты говорят, что хотят. Им лишь бы висяк как-то прикрыть. Зотова нашли в балке, а рядом, на дороге, стояла его машина. Он что, по-вашему, остановился с бомжами перетереть?

- Да. Ситуация странная... Ну что ж, спасибо за угощение. Пойду к себе...

- Так нитки заберите.

- Вот голова садовая, - Лика шлепнула себя ладошкой по лбу. - Пришлось бы опять спускаться.

В комнате витал тонкий аромат лилий. Лика задумчиво разглядывала лепестки цветов - сложные по структуре и безукоризненно гармоничные по своей красоте. Интересно, подумала она, почему далеко не у каждого человека есть вкус, а вот у природы не бывает безвкусицы. И такой фантазией не обладает ни один человек в мире, какую демонстрирует людям природа.

Лика распахнула балкон, впустила в комнату свежий воздух. Прихватив с собой плед, она расположилась на шезлонге. Прикрыв глаза и потянувшись всем телом, она попробовала вздремнуть, но мысли тут же закружили свои хороводы, не давая возможности расслабиться хотя бы на несколько минут.

С кем же мог встречаться Зотов у калиновой балки? Наверняка это была тайная встреча, которая не могла случиться на территории отеля. Почему такая секретность? Любовное свидание с Анной? Маловероятно. Совсем не подходящее местечко для амуров. К тому же, как она призналась, у них была возможность изредка видеться у Бориса. Проще и комфортнее. Значит, этот человек не мог так просто появиться в "Изумрудном", чтобы не вызвать подозрения у окружающих. Или разговор предстоял столь тяжелый, что свидетели могли помешать. Кто же это мог быть?

Лика вновь подумала про записи на флешке, но, перебрав в уме прочитанное, решила, что эта штуковина ей сейчас не поможет. Почему-то неизвестно откуда появилась уверенность, что не будет там ответа на вопрос, кто встречался с Зотовым. И ей своими силами тоже этого никогда не узнать, сколь бы ни были феноменальны ее таланты. Хотя... наверное, можно составить психологический портрет этого человека. Ведь как-то же разыскивают преступников профессионалы... Но на то они и профессионалы. А она любительница. И то не по своей воле. А по своей никогда бы не пошла на такую работу. Это же какая мука все время думать о преступниках, о человеческих страданиях и бедах.

У Корецкого, похоже, была версия. Только проверить он ее не мог, потому и предложил изумрудовцам поупражняться в этом деле. Увы, никто ничего стоящего не сказал... Неожиданно родившаяся мысль, заставила Лику открыть глаза и присесть. А вдруг у Корецкого была совсем другая цель? Действительно, рассчитывать, что его знакомым отдыхающим вдруг удастся вычислить убийцу - довольно наивно. Он всего лишь хотел прилюдно озвучить некоторые моменты своей версии и проверить, как отреагирует на это преступник. Все происходило на улице, и писатель вполне мог видеть предполагаемого убийцу. Не обязательно близко и на стуле. Вполне возможно, что где-то неподалеку. И преступник, к сожалению, отреагировал. На его голову.

Лику не покидало ощущение, что преступник этот все время крутится у нее под носом. Зачем ее оставили в отеле, не дали уехать? А ведь права была Анна, и Зотовы вовсе не беспокоились об имидже своего отеля. И что лишний шум только подстегнет интерес у богемной публики - в этом она тоже права. Это как замок с привидениями. Тогда остается только одна причина - информация, флешка. Как раз это можно запросто проверить! Если они убедились, что флешки не существует, то больше нет смысла препятствовать ее отъезду! Вот и все... Надо только дождаться Гриши.

Итак, психологический портрет... Что ж, хоть она и не психолог, но попробовать надо. Этого человека, скорее всего, Зотов хорошо знал и не опасался. Иначе не стал бы разговаривать с ним в таком безлюдном месте. Если только встреча не произошла спонтанно. Кто ездит по этой дороге? Разве что художник. Но с ним удобнее говорить в его же доме. Никаких свидетелей. Дальше... Зотова не подняла шумихи из-за бездействия полиции в поисках виновного. Это подозрительно. Значит, она в курсе, кто мог совершить преступление и покрывает этого человека по личным мотивам.

Альбина Афанасьевна допустила ошибку, что рассказала ей про часы. И марку назвала - "Картье". И вдруг часы обнаруживаются у Сергея. А это значит, что Коротков их зачем-то хранил у себя столь продолжительное время. Зачем? Продать, отдать... Но не на руку цеплять - это точно. И место такое ненадежное, что плакать хочется. Следующий - Виктор, сын хозяев. Утверждал, что был у Корецкого, когда тот упал. Зачем? Как будто намеренно наводил на себя подозрение. Это не в его интересах. А Коротков при этом говорит обратное - они с Виктором якобы в этот момент были в гараже. Кого Сергей выгораживает? Виктора или себя?

Лика разочарованно вздохнула. Она поняла, что портрет у нее совсем не нарисовался. Зато получился довольно узкий круг подозреваемых: Альбина, Виктор и Сергей. Представить, что все они дружно желали смерти Зотову старшему - абсурдно. Хозяин не был ни злодеем, ни семейным тираном. Но тогда получается, что злодей кто-то из этих троих. А двое его покрывают. У-у-у... как тут все запутано... Чтобы покрывать преступника, должны быть веские причины. Очень веские. Часы у Сергея, вот и получается, что он больше всех подходит на роль убийцы Зотова. Виктор сказал, что был в комнате Корецкого, когда тот падал с балкона. Значит, он подходит на роль убийцы писателя.

Остается Альбина Зотова, которой досталась роль укрывательницы этих двоих. Все вроде складно, но... явно не так. Лика крутила мысленно эти фигуры, переставляя с места на место, но они никак не создавали общую картинку. Чего-то не хватало. Чего конкретно? Правильно - мотива. И вот тут весьма кстати была бы девушка Таня. Невеста фигурирует и у Корецкого, и здесь, в реальной жизни. Этакая пикантная деталька, которую осталось только куда-то присобачить и которая, вполне возможно, станет ключевой во всей трагичной истории отеля "Изумрудный". Появится этот пресловутый мотив. Увы, поговорить с загадочной Татьяной нет никакой возможности, это под силу только сыщикам. А жаль. Очень хотелось бы размотать клубок до конца.

Невозможно было находиться в таком состоянии напряжения. Лике требовалось выплеснуть информацию, которая ее тяготила. Скорее бы вернулся Антип, - мысленно повторяла она снова и снова. Это был единственный человек, которому были бы интересны ее умозаключения. Как же некстати он уехал! Была, конечно, еще Анна, но с ней трудно говорить. Девушка пребывала на своей волне, и сама не собиралась думать на эту тему. Для этой цели она, собственно, и наняла Антипа.

Прихватив пляжную сумку и нитки с иголкой, Лика спустилась вниз. Возле окна стояла стремянка, на полу лежала дрель и коробка с инструментами.

- Появился, - сообщила Ася, забирая катушку из рук Лики. - Пошел в гараж, чего-то там не хватает...

- Как настроение? - спросила Лика.

- У меня?

- У Сергея, ясное дело.

- А-а, так ничего вроде. Сам в себе немного, не разговорчивый такой. Но в целом - норм.

- Вот и хорошо. Пойду на пляж.

- Да-да, идите, Анжелика Юрьевна. Погодка чудесная стала.

Выйдя на крыльцо, Лика бросила взгляд в сторону гаража. Сергея не было видно, и Лика поспешила свернуть на ближайшую дорожку. Сейчас ей совсем не хотелось встречаться с Коротковым. Она боялась, что словом или взглядом выдаст себя. А вдруг Сергей сам успел заметить ее в гараже? Это будет совсем скверно. Ох, и вляпалась она в историю!

На пляже было на удивление оживленно. Впечатление, что все решили собраться здесь на перекличку. Скорее всего, причиной была погода, сменившая гнев на милость: не было дождя, изнуряющей жары тоже не было, лишь тихий ветерок ласково касался кожи.

Лика до самого ужина купалась и загорала, пока было солнце. Мысленно она настроила себя на отъезд в ближайшие дни и потому решила "запастись впрок" солнцем и морем. Едва ли это возможно, но что ж делать, если судьба еще держит ее в своих ежовых рукавицах и не позволяет расслабиться, чтобы отдохнуть, как это делают все эти люди вокруг. Зачем она приняла все так близко к сердцу? И, главное, зачем было столько думать о чужих проблемах, тайнах и страстях? Своих мало было? Да уж, правильно говорят, что горбатого могила исправит.

- Откуда такой пессимизм? - раздался голос Виктора Зотова. - Такая грустная-прегрустная. Отчего?

Лика заслонила ладошкой глаза и приподняла голову.

- Здрасьти... а вы откуда такой веселый?

- Я? От дел праведных освободился и вот стою тут перед вами - ваш покорный слуга.

- Ну да, в моей яркой на события жизни не было, пожалуй, одного - покорных слуг. Поплавать что ли пришел?

- Так точно, - сбрасывая одежду, ответил Виктор. - Пойдем?

- Нет, - она забросила руки за голову и сомкнула веки. - С меня уже достаточно. Вот-вот стемнеет.

- Как знаешь. Я пошел...

Лика не ответила. Стало досадно, что жизнь подкинула ей эту нелепую ситуацию. И потом, она видела ложь по отношению к себе. Жгучую и эгоистичную. Этот молодой красавчик нагло пользовался своей внешностью и своим положением хозяина жизни. Что ему надо от нее? Этот вопрос нельзя оставлять без ответа.

Плавал Виктор долго. В какой-то момент Лику охватило волнение, но она не стала подниматься и вглядываться в морскую даль, хотя то и дело порывалась это сделать.

Солнце покрылось дымкой, стало прохладнее, вскоре наступили легкие сумерки. Лика уже собралась подняться, как услышала приближающиеся шаги по песку.

- Ты еще долго будешь здесь? - спросил Виктор, усердно растираясь полотенцем.

Лика повернулась на бок и открыла глаза.

- Не знаю. А что?

- Да так. Интересуюсь, какие планы на вечер.

- Вить, а ты был в армии? - она приподнялась на локте и с интересом посмотрела на Зотова.

- В армии? - оторопел он от такого вопроса. - С чего ты вдруг?

- Ну, просто интересно.

- Нет, не был. Это на что-то влияет?

Лика откинулась на спину и пожала плечами.

- Не знаю. Мне кажется, влияет. А расскажи мне про свою девушку. Какая она, и почему вы расстались? - меланхолично спросила она, глядя в небо.

Возникла пауза. Лика поняла, что зацепила больную тему. Виктор одевался. Отвечать ей, по всей видимости, он не собирался.

- Лика, что с тобой, - наконец произнес он негромко. - Я тебя чем-то обидел?

Она медленно села, огляделась вокруг. На пляже почти никого не осталось. Надо было собираться, но идти вместе с Зотовым ей не хотелось.

- Обидел? Да ну... это уж слишком... Ты просто мне все время врешь. А я девушка хоть и простая, но не перевариваю ложь. Понимаешь?

- Могу тебя обрадовать - я тоже, - огрызнулся Виктор. - Что тебя вдруг Татьяна заинтересовала? Я не хочу о ней говорить.

- Конечно, заинтересовала, - подхватила его тон Лика. - Ты мне предлагаешь совместное времяпрепровождение, вот я и опасаюсь, что меня постигнет участь твоей невесты.

Виктор опустился на песок рядом с ней и пристально посмотрел в глаза:

- Почему ты называешь ее невестой, а? Я никогда не говорил, что она была моей невестой.

- Правда? - искренне удивилась Лика. - Пусть будет просто девушка Таня. Разве это что-то меняет? Я уверена, что меня с ней связывает какая-то тайна. Вернее, ты нас как-то связываешь. Не пойму в чем дело.

- Знаешь, теперь уже и мне интересно стало. Почему "невеста" и почему тайна? Можешь ответить, наконец?

От благодушного настроения Виктора не осталось и следа. Лика чувствовала, что ее нервы точно так же натягиваются, как тетива.

- Невеста... сама не знаю, почему так сказала. То ли где-то слышала, то ли...

- Где? Где именно ты такое слышала?

- Да уже и не помню. Людям здесь чем заниматься? - она вздернула брови, - вот-вот! Сплетнями.

- Понятно. Но зачем сплетнями заниматься нам с тобой, скажи? Я же не спрашиваю, что у тебя случилось с твоим бывшим мужем.

- Вот проблема, - хмыкнула Лика. - Я скажу тебе: он тупо изменял мне с моей подругой. Все! Никаких секретов! Мерзко и нагло у меня под носом. С моей лучшей подругой!

Виктор отпрянул от нее. Даже в сумерках было видно, что лицо его побледнело. Лика почувствовала, как кровь застучала в висках. Она не понимала, что с ней сейчас происходит, откуда взялась такая злость. Все словно в тумане.

- Теперь ты понял, что врать мне не стоит. Не потерплю...

- Прекрати, - по слогам отчеканил Виктор, - чего ты добиваешься?

- Мне повторить? - спросила Лика и тут же пожалела об этом, она видела, что Виктор с большим трудом сдерживает себя. - Ладно, не парься...

- Эта наглая лгунья тоже изменяла мне! И тоже у меня под носом. - Виктор вскочил, схватил полотенце и с размаху забросил его себе на плечо. - Теперь довольна?

Не дожидаясь ответа, он, широко шагая, пошел прочь. Лика от досады запустила вслед горсть песка. Действительно, довольна ли она тем, что догадка про невесту оказалась верна? Лика спрятала лицо в ладони и сгорбилась, как старушка. И что теперь? Появился мотив? С кем изменяла Татьяна? Получается, что с отцом Виктора??? Ну... это уже ни в какие ворота не лезет. Как же Анна тогда... Господи, помоги мне выпутаться из этого дерьма, - взмолилась Лика. - Зачем только я затеяла это бессмысленное выяснение... Виктор, выходит, убийца собственного отца? Как же так можно, как же так... Нет, не получается. Часы Зотова оказались почему-то у Короткова. Виктор нанял Сергея? Бывший военный, ему убивать как раз плюнуть... нет, все равно не верится...

Дорога до отеля показалась ей бесконечной. Ноги, будто налитые свинцом, вязли в песке, дышать было трудно и больно, из глаз катились слезы. Какой отвратительный день сегодня. Скорее бы добраться до кровати...

- Добрый вечер, Лика.

Услышав голос Сергея, Лика вздрогнула. Коротков сидел в беседке, курил.

- Добрый, - отозвалась она и подошла ближе. - Как ваше самочувствие?

- В порядке, благодаря вам, - сверкнув улыбкой, ответил Сергей. - Вы решили сесть на диету?

- Почему? - нахмурила брови Лика.

- Ужин уже закончился.

- Да? Как-то не подумала. И не хочется, если честно.

- У вас что-то случилось?

- У меня все в порядке, - попыталась отговориться она.

- Я так не думаю, но вам виднее, кому пожаловаться.

- Спасибо. Я не привыкла жаловаться, - Лика развернулась и пошла к отелю. Коротков не стал ее останавливать.

Войдя в фойе, она перевела дыхание. Что ж, Коротков не стал задавать ей неудобных вопросов. Скорее всего, он не заметил ее в гараже. Это хорошо. Ей ни к чему лишняя напряженность в отношениях с человеком, который, похоже, держит в руках все в этом королевстве.

Едва закрыв за собой дверь номера, Лика на мгновение застыла на месте. Куда-то исчез аромат лилий. Как странно. Этот нежный, но достаточно устойчивый запах обычно только крепчает, когда цветы начинают вянуть. Она медленно вошла в комнату, включила свет и негромко вскрикнула: в кресле сидел Виктор.

- Ты как сюда попал?

Виктор поднял руку и помахал ключом.

- Как все нормальные люди. Открыл дверь и вошел.

Лика обратила внимание, что на столе стояла пустая ваза.

- А где цветы? - зачем-то спросила она, лихорадочно соображая, как ей себя вести.

- Там, - Зотов кивнул в сторону балкона. - Они противно пахли, и я их выбросил. Скажи спасибо.

- Спасибо. А теперь выйди, пожалуйста, из комнаты.

- Не вопрос, - он поднялся и пошел в сторону коридора. Лика посторонилась, освобождая проход.

Виктор по пути прихватил с собой стул и, поставив его у выхода из комнаты, уселся, закинув ногу на ногу.

- В чем дело, Виктор? Ты пугаешь меня, - откровенно призналась Лика и зашла с обратной стороны стола, чтобы как-то отгородиться от незваного гостя.

- Мы не закончили с тобой разговор. Я к тебе относился как к самому дорогому человеку, а ты...

- Виктор Викторович, извините, не поняла, в чем вы меня упрекаете.

- Никогда, - резко перебил он, - слышишь, никогда не называй меня по отчеству. Поняла?

- Да. Точнее, не очень. Чем не угодило тебе отчество?

- Хватит ломать комедию, Лика. Почему ты сразу все не рассказала, почему прикидывалась наивной дурочкой?

Лика почувствовала, как у нее сдавило горло.

- Я не буду ломать комедию, - проскрежетала она, прокашливаясь, - если ты объяснишь, в чем суть этого, как ты говоришь, спектакля.

- Ты все знала про Таню и моего отца, - медленно произнес он, и Лика увидела, как затрясся его подбородок.

- Витя, о чем ты? Ей-богу, клянусь тебе, впервые слышу эти слова от тебя. Таня и твой отец... что они...

- Договаривай, не трусь, - он совладал с собой и криво усмехнулся, - не можешь? Да, именно так - они любовниками были.

- Этого не может быть, - воскликнула Лика и осеклась. Не говорить же ей про Анну сейчас!

- Почему не может? У тебя доказательства есть? Все в этой жизни бывает. Даже самые невероятные вещи. Сама знаешь.

- Ну да. Бывают невероятные вещи, но это чересчур, мне кажется.

- Вот только не надо меня сейчас убаюкивать, - Виктор резко ударил себя по ноге. - Я только одно хочу узнать - это Корецкий тебе все наплел?

Лика почувствовала, как ее ноги становятся ватными. Она медленно опустилась на стул, держась руками за сиденье.

- Виктор, поверь, Максим ничего подобного мне не говорил. Когда было? Мы едва познакомились, как на следующий день его столкнули. С чего бы он мне говорил такие вещи?

- Запомни, Корецкого никто не сталкивал! - закричал Зотов. - Но он все знал. Он в своем мерзком новом романчике собирался все описать!

- Зачем? - искренне удивилась Лика. - Это он тебе сам такое сказал?

- Нет. Он не признался, когда я его стал спрашивать об этом, - помотал головой Виктор и улыбнулся так ужасно, как это в кино делают маньяки - бледные губы скривились в странной гримасе, а в глазах был ледяной холод.

Лике стало страшно. Бедный Максим сделал глупость - повел рассказ с намеком на события в "Изумрудном". Никто ничего не понял, кроме Зотовых и Короткова.

- Значит, так оно и было, - пролепетала Лика. - Мне кажется, у него была достаточно хорошая фантазия, чтобы придумывать свои сюжеты. Почему ты решил, что там что-то про тебя было?

Виктор поднялся, а Лика вжалась от ужаса в стул. Он начал расхаживать возле двери.

- Его намеки были гнусными, и я попросил показать мне компьютерную версию своих сказок для наших сплетников.

- Хорошо, Виктор, я все могу понять. Но при чем здесь я? Ни о чем таком вроде не намекала тебе.

Виктор ходил по комнате и сам с собой разговаривал:

- А я поверил тебе. Не сразу, какое-то время еще думал, что он тебе передал информацию. А потом успокоился. Идиот, какой же я идиот!

- Максим разве отказался показать тебе компьютер?

- Что? - Виктор глянул на Лику так, как будто впервые ее увидел здесь. - Компьютер? Он все убрал оттуда! Но не забыл подстраховаться, - Зотов сузил глаза и погрозил пальцем.

- Каким образом? - с деланным любопытством тихо спросила Лика, прикидывая, как ей позвать на помощь.

- Ты решила поиздеваться надо мной? Эта информация у тебя. И мне теперь пофигу, где ты ее прячешь. Все, финита ля комедия.

Лика после этих слов сорвалась с места и выбежала на балкон. Кричать или прыгать - ей было уже безразлично. Однако Виктор в два прыжка выскочил вслед за ней и, схватив за руку, затащил ее обратно в комнату.

- Решила повторить подвиг Корецкого? Сука! - он швырнул ее на кровать и закрыл балконную дверь.

Лика забилась в угол кровати и, дрожа всем телом, попросила:

- Выпусти меня, пожалуйста. Я уеду домой. И мы все забудем эту историю, как дурной сон...

- Что-о? Забудем? Что ты предлагаешь мне забыть, интересно?

- Все. Виктор, ты же нормальный человек. Зачем тебе неприятности?

Зотов расхохотался. Неестественно громко и заливисто. Затем, резко оборвав смех, посмотрел на Лику.

- Ты про какие неприятности тут мне городишь. Смерть отца - это неприятность? Это так у вас там называется? - он сделал неопределенный жест рукой куда-то в сторону.

- Но ты же не убивал своего отца, - прикрывшись подушкой, дала ему шанс Лика.

Зотов вернулся на свой стул. Помолчав некоторое время, он разочарованно посмотрел на Лику.

- Считаешь, что не убивал... Ты это серьезно?

Лика энергично покивала головой.

- Хочу тебя огорчить. Убил...

Лика крепче вцепилась в подушку, ее начал бить озноб. Виктор поднял руки вверх и потянулся всем телом.

- Как я устал... если бы только знала. Я, когда увидел их двоих... - он поморщился, как от зубной боли, потом продолжил: - она его обнимала за шею, а он снисходительно гладил ее по голове... подонок, нашел себе игрушку...

- Виктор, не надо, не говори. Я понимаю, что у тебя был шок, я все понимаю...

- Нет уж, слушай. Он называл ее "моя девочка", - Виктор прикрыл глаза, очевидно воскрешая в памяти ту картину. - Я ушел тогда. Да, у меня был шок. Но я сдержался и просто ушел. Они меня даже не видели. Но потом я решил объясниться с ним. Подкараулил у балки на машине. Он увидел, что я стою на обочине и остановился. Подумал, что у меня что-то с машиной. Вот тогда я и спросил, как он мог так подло поступить со мной. Обозвал его поддонком, а ее шлюхой. Он еще пытался что-то там бормотать, что я не так все понял. Эти его слова - не так все понял - они меня добили окончательно. Знаешь, как в анекдоте каком... Короче, я подошел и со всего размаху ударил его по лицу. Он не удержался на ногах и рухнул в овраг. А там камень, и он об него виском...

Лика плакала, безудержно, ничего не боясь. Она даже не понимала причины своих слез, а они все лились и лились, как будто где-то там, в голове, сломался маленький краник.

- Прекрати реветь, - бросил он в ее сторону и вновь уставился в потолок. - Когда я понял, что отец мертв, я захотел умереть сам. Прямо там, лечь и умереть. А потом вдруг наступило безразличие. Я хладнокровно сел в машину и уехал в "Изумрудный". Рассказал все матери. Только язык не повернулся сказать, с кем именно изменял ей отец. Просто сказал, что знал про его измены, хотел поговорить, неудачно ударил... ну и так далее. Мама будто окаменела, она долго молчала, затем сказала: "Я все время это чувствовала, причем давно". Потом я сказал, что надо позвонить в полицию. Тут у нее началась истерика, пришел Сергей, они поехали к тому оврагу, потом сказали полиции, что отца, наверное, ограбили. Мол, часы пропали. У него были отличные часы, "Картье". На самом деле их спрятал у себя Сергей. Короче, несли первое, что пришло в голову на тот момент. Как будто мне от этого легче...

В дверь комнаты внезапно постучали. Лика встрепенулась, спустила ноги с кровати, но Виктор угрожающе поднял руку.

- Сидеть! Ты кого-то ждешь?

- Нет...

- Вот и сиди.

- Виктор, давай разойдемся, - с мольбой в голосе произнесла она. - Я и так злоупотребляю вашим гостеприимством.

- Ты решила поиздеваться надо мной? - Виктор поднялся и прикрыл дверь, ведущую из комнаты в коридор.

Стук в дверь повторился.

- Почему? - в отчаянии спросила она. - Я ведь ничего не прошу сверхъестественного. И ничем тебе навредить не могу. Живи, как жил раньше. И все. Виктор, ну в чем дело?

- Правда? Как раньше? Когда именно раньше - до смерти отца или потом?

Из коридора послышались неясные голоса. Из-за двух дверей трудно было разобрать, кому они принадлежат.

- Я не знаю. Честное слово, не знаю, - призналась Лика. - Но от меня ничего в этой ситуации не зависит.

- Зачем тебе понадобилось выяснять что-то про моего отца? Отвечай!

- Я никогда не интересовалась твоим отцом. По той простой причине, что я его совсем не знала. Все, что мне было известно про тот случай, я знала лишь со слов Альбины Афанасьевны. И ничего другого и быть не могло... Зачем мне это, Виктор?

- Не ври. Зачем ты выясняла про мои отношения с Татьяной?

- А зачем кто-то из вас рылся в моих вещах? Что вы искали? - осмелела Лика. - А про Татьяну я тебе все на пляже сказала.

- Я искал записи писателя. Флешки, диски, тетрадки... Но что-то должно было остаться. Я не верю, что он очистил ноутбук просто так.

- Виктор, зачем же вы так с Корецким? Он безобидный, добрейший человек...

- Я же говорю, что протянул ему руку, но он не успел ухватиться!

- Не ври! Тебя вообще не было на балконе, - выкрикнула Лика, уже не сдерживая своих эмоций.

- Откуда тебе это известно? - лицо Зотова вытянулось. - Ты сама где была в это время? Может в той комнате? - Виктор от злости пнул ногой в дверь.

- То, что произошло на балконе, видела женщина, Светлова Надежда.

- Я так и чувствовал, что не зря она сбежала... Старая сплетница...

- Витя, она не сплетница. Она и словом не обмолвилась. Я сама догадалась, что она видела все сидя в беседке. Оттуда прекрасно просматривается балкон.

- И что же она видела, интересно?

- Не знаю. Очевидно кого-то из знакомых ей здесь людей.. И мне кажется, она не могла смириться с таким разочарованием...

В дверь стали стучать громче. Послышался голос Сергея. Виктор вышел в прихожую и крикнул:

- Убирайтесь все вон! Надоели!!!

Он вернулся в комнату.

- Странные вещи ты мне говоришь. Там была мама. Ты хочешь сказать, что она сбросила Корецкого?

Лика остолбенела. Альбина Афанасьевна?!

- Нет, что ты! Как я могу такое сказать? Я же сама ничего не видела.

- Стоп! Я что-то не понял. Ты заявила, что меня там не было. Откуда же ты могла это знать? Получается, старуха все-таки тебе рассказала...

- Да нет же! - в сердцах выкрикнула Лика. - Мне Сергей сказал, что тебя там не было.

- Вот оно что... - протянул Виктор. - Везде свой нос сует, где надо и не надо. Что, интересно, он тебе еще рассказывал?

- Ничего. Только это, - Лика сникла, понимая, что выбраться ей отсюда еще не скоро придется.

- А вот скажи, - Зотов улыбнулся, - ты ноут у меня брала для какой цели?

- Кино посмотреть. Новости почитать... а что?

- Ничего. Ты меня уличаешь во лжи, а сама постоянно лжешь! Я проверил ноут. Нигде в просмотрах ни новости, ни фильмы не значатся.

- Так не успела просто, - на Лику вдруг навалилась усталость.

- Опять врешь, - Виктор сделал вялый взмах рукой в сторону Лики. - И что ж мне все постоянно врут...

Лике хотелось сказать, что в этом вопросе они собратья по несчастью, но промолчала.

В наступившей тишине послышался звук открываемого замка. В следующий момент в комнату ворвался Сергей, следом за ним вошла бледная как снег Альбина Афанасьевна.

- Виктор! Что здесь происходит? - Коротков взволнованно дышал. Его взгляд метался по комнате. Очевидно, он пытался понять суть происходящего.

Альбина Зотова подошла к креслу и тяжело опустилась, держась за подлокотники.

- Что происходит хотите узнать? - Виктор состроил задумчивую гримасу. - Что ж, давайте вместе попробуем разобраться. Может, у нас лучше получится. В такой-то компании...

- Прекрати паясничать, - негромко попросила Альбина Афанасьевна и перевела взгляд на Лику. - Скажите, вас Виктор обидел чем-то?

- Нет, что вы... - Лика отложила в сторону подушку и устало провела рукой по лицу, как будто освобождаясь от кошмара.

- Я задал ей точно такой же вопрос, - перебил ее Виктор.

- Погоди! - Коротков прошел вглубь комнаты и встал между ней и Виктором. - Я видел, как ты на балконе тащил девушку за руку в комнату. А она пыталась вырваться. Что все это значит? Я сидел в беседке...

- Ох уж эта пресловутая беседка, - усмехнулся Виктор и посмотрел на мать. - Представляешь, тебя тоже видели на балконе из этой беседки.

Хозяйка нахмурила брови и попыталась встать, но затем вновь опустилась в кресло.

- Что ты хочешь сказать? - спросила она и посмотрела почему-то на Сергея.

- Так ничего особенного, - Виктор прошел к окну и уселся на подоконник. - Кроме того, что эта девушка все знает. Представляете? Она знает, что я убил отца, что ты не подала руки Корецкому... Мы все здесь шайка убийц.

- Виктор, зачем ты так, - простонала Лика. - Ничего ведь на самом деле такого не было. Ты всего лишь дал пощечину отцу. Так ведь у любого другого снесло бы голову от увиденного...

- Так вы и это знаете? - бледное лицо Альбины Зотовой стало вдруг землистым.

Лике стало жаль эту женщину, которая пострадала и от мужа, и от сына. Вдобавок теперь еще и она со своими розысками.

- Да ничего я особенного не знаю. Просто Виктор сказал, что его девушка, Татьяна, обнималась с его отцом, что тот гладил ее по голове и называл "моя девочка". Конечно, это было шоком для него. Как и для любого другого человека в подобной ситуации...

- Что?! - Зотова все же поднялась с кресла и медленно подошла к Виктору. - Это правда?

Виктор отвернулся к окну.

- Я тебя спрашиваю, это правда, что там была Татьяна?!

- Это как-то меняет ситуацию? - спросил Виктор, не оборачиваясь, - какая разница, кто там был? Что с того?! Я жалел тебя. Это, по-моему, очевидно.

Альбина Афанасьевна схватилась руками за голову, подошла к кровати и рухнула на нее. Вскоре послышались глухие рыдания. Коротков был растерян и при этом очень напряжен.

- Это я во всем виновата... - причитала Зотова, - прости меня, сынок... прости, если сможешь.

- Мам, что случилось? - Виктор как-то обмяк и беспомощно переводил взгляд с Короткова на Лику.

Лике стало неловко. Быть в центре чужой семейной драмы ей еще никогда не приходилась. В конце концов, она не была ни врачом, ни следователем.

- Вы меня извините, - обратилась Лика к Короткову. - Мне, наверное, лучше уйти. Хорошо?

Альбина Афанасьевна резко поднялась и громко сказала:

- Нет. Я вас очень прошу, не уходите. Пришла пора расставить все точки над "и". Я хочу, чтобы вы теперь тоже все узнали. Мне нужны свидетели. Потом решайте сами, как вам лучше поступить.

После таких ее слов все замерли. Зотова протерла тыльной стороной ладони заплаканное лицо и продолжила:

- Витя, сынок, твоя девушка не изменяла тебе. Виктор, мой муж, был ее отцом. Вот и гладил он ее по волосам... и своей девочкой называл...

- Что?! Ты сама слышишь, что говоришь?! - закричал Виктор. - Это как такое могло быть? Его дочь... я, значит, ее братец? Сволочи вы...

- Нет-нет! Что ты, - спохватилась Зотова. - Дело в том, что Виктор тебя воспитывал с самого рождения, но он не был твоим отцом. Вы с Таней никакие не брат и сестра. Если бы ты сразу рассказал мне, с кем ты видел отца...

Виктор сел на пол и обхватил голову руками.

- Почему же вы сразу не сказали мне об этом? - простонал он. - Как вы могли так поступить со мной? Устроили тут мексиканский сериал...

- Мы собирались рассказать, но потом как-то все быстро закрутилось... Когда Виктор привез сюда к нам свою дочь - ее мать умерла как раз в то время, и Виктор хотел позаботиться о ней, - сразу не решились тебе сказать. Все решали, думали, как лучше поступить. А потом, когда вы стали встречаться, так вообще зашли в тупик. Пришлось бы сразу признаваться еще и в том, что Виктор тебе не отец. Понимаешь, сынок? Таня, конечно же, была в курсе, но не могла тебе в этом признаться, потому что это была не ее тайна.

- Какие же вы все...

Обстановка накалилась до предела. Лика решила как-то переключить внимание собравшихся на другую тему, которая ее волновала гораздо больше, чем семейные тайны Зотовых.

- Скажите, Альбина Афанасьевна, что произошло с Корецким, там, на балконе моей комнаты?

Зотова на мгновение замерла, потом сокрушенно покачала головой.

- Это был всего лишь несчастный случай. Я зашла в комнату к писателю, он обещал мне показать свои записи в ноутбуке, но его не оказалось там. Хотя дверь была приоткрыта, - Зотова свела брови, словно силясь вспомнить подробности. - Я очень удивилась, окликнула его. Потом какой-то неясный шум на балконе послышался... я вышла...и тут вижу, как Максим пытается перелезть не то на ваш балкон, не то, наоборот, с вашего в свою комнату. Я не поняла, честно скажу. Он не рассчитывал, наверное, меня увидеть и от неожиданности сорвался. Я даже не успела руку ему подать. Да и вряд ли смогла бы его удержать.

- И вы решили, что Корецкий мне что-то передал, - сказала Лика и посмотрела на Виктора.

- Да, - ответил он на ее взгляд, - я был уверен в этом. Интуиция подсказывала, что Корецкий решил сочинить очередной детектив на тему нашей трагедии. И не на пустом месте такие мысли у меня возникли. Он предлагал своим читателям прикинуть похожую ситуацию. Я это сам слышал. Игра у него была такая с ними: вот вам герои, вот вам жертва, найдите злодея.

- Виктор высказал мне такую мысль, - перебила Альбина Афанасьевна, - и я решила поговорить с писателем. Он, конечно, отнекивался, потом сам предложил почитать его рабочие записи. Вот так все и случилось...

Лика обратила внимание, что Коротков не произнес ни слова за все это время. Его лицо словно окаменело. По всему судя, многое сегодня стало откровением и для него. В какой-то момент ей показалось, что у него вот-вот начнется очередной приступ.

- Лика, мы сейчас уйдем, - продолжила Зотова. - Простите, что выплеснули на вас столько всего. И, знаете, если вам еще придется разговаривать с полицией - говорите все, что знаете. Ничего скрывать не надо. Единственное, о чем прошу... нет, просто умоляю на коленях - там, у балки, была я. Скажите, что там я встречалась с мужем. Это ведь моя вина...

- Пусть это будет вашей тайной, и только вашей, - ответила Лика. - Вы и так себя наказали.

- Я не собираюсь прятаться за твоей спиной! - взорвался Виктор. - Только хочу знать, мама, кто же мой настоящий отец? Или опять будешь врать?

Альбина Афанасьевна приложила руки к груди и с мольбой в голосе произнесла:

- Нет, не буду врать. Все скажу, дай мне хоть немного времени, совсем чуть-чуть...

Из коридора раздался негромкий хлопок двери: Коротков ушел. Альбина Зотова посмотрела на сына и, тут же отведя взгляд в сторону, не говоря ни слова, тоже вышла из комнаты.

Виктор стоял как вкопанный, его тусклый взгляд, устремленный куда-то внутрь себя, был неподвижен. Лике стало его жалко.

- Виктор, не суди строго Альбину Афанасьевну. Все люди в жизни делают ошибки...

- Да? И расплачиваться за все должны дети? - прервал ее Зотов.

- По-разному бывает, - вздохнула Лика. - Знаешь, моей мамы уже нет. Я бы все на свете отдала за то, чтобы она сейчас была жива. Все-все! И простила бы ей любой поступок, каким бы ужасным он не казался на первый взгляд. Ведь твоя мама любит тебя больше всего на свете. И все что она сделала хорошего и плохого в своей жизни - все это было ради любви к тебе. Поверь мне.

Виктор неожиданно улыбнулся:

- Поверить тебе? Лгунье первосортной? Знаешь, Лика, между тем, я признателен тебе хотя бы за то, что ты не предала меня. В том, что касалось наших личных отношений, ты всегда говорила правду. А остальное... ну, врала и врала...

- А ты, - перешла в нападение Лика, - даже в личных отношениях обманывал меня!

- Вот и нет! Ты мне запала в душу. Теперь опять буду страдать, - он скорчил постную мину. - А Таня... поверь, все перегорело. Мне не оставили ни одного шанса в этой ситуации. Может, оно и к лучшему...

Виктор развернулся по-армейски и пошел к выходу. У дверей обернулся.

- Ты извини за незаконное проникновение в жилище. Сергей не виноват, это я выкрал у него ключ и сделал дубликат. Теперь самому противно. - С этими словами он положил ключ на тумбочку возле входной двери и покинул номер.

Лика слушала, как тихо вздыхает море, и то и дело проваливалась в сон. Утреннее солнце розовой пастелью рассыпалось по воде и еще совсем не грело.

- Эй, соня, у нас не так много времени, пора вещи собирать, - тихо прошептал он на ухо.

- Гриша, ну, пожалуйста, хоть минуточку, я как будто вечность не спала, - Лика поежилась и попросила полусонным голосом: - набрось полотенце, будь другом...

- Другом, другом... - он бережно прикрыл ей спину.

Лика, не открывая глаз, улыбнулась, положила руку ему на плечо и уткнулась носом в шею.

- Ну, я же не в этом смысле. Просто так говорят, когда что-то лень делать, - пробубнила она, вздыхая.

Гриша приехал в "Изумрудный" среди ночи. Проговорив почти до утра, они пошли встречать рассвет на пляж. Отпуск ему не дали и отпустили с работы лишь на три дня, чтобы съездить за Ликой.

В столовой еще никого не было. Лика обрадовалась этому обстоятельству. По крайней мере, подумала она, не придется никому объяснять свой ранний отъезд. Однако едва они с Гришей приступили к еде, как к столу подошел Антип.

- Доброе утро! У нас, я смотрю, пополнение? Антип, - он протянул руку Грише.

- Григорий...

- Не пополнение, а убывание, - ответила Лика. - Мы только позавтракать - и в путь. Гриша приехал за мной. Так что счастливо оставаться, как говорят.

- Ну-у... это совсем несерьезно, - разочарованно протянул Антип. - А как же наше дело...

- А ну его, - беззаботно махнула она рукой. - Все. Никаких дел. Кроме личных. - Лика повернулась к Грише, и тот нежно поцеловал ее в висок. - Вот. Понял?

- Понял, не дурак, - Антип с деланной обидой уткнулся в свою тарелку. - Если тебе не интересно, что я разузнал новенького, то, пожалуйста, навязываться не буду, - добавил он, не понимая глаз.

Лика замерла, не донеся чашку до рта. Потом, осторожно поставив ее на блюдце, тихо сказала:

- Колись, давай. Что такого ты мог узнать?

Антип медленно жевал и намеренно затягивал начало.

- Эй, ты что, решил напоследок со мной поругаться? - не выдержала она.

Антип аккуратно промокнул рот салфеткой и небрежно произнес:

- Я нашел Веру Игоревну.

- Что? - лицо Лики вытянулось. - Это как... ты серьезно?

- Абсолютно. Жива здорова, чего и вам всем желает.

Лика откинулась на спинку и закатила глаза.

- И еще одна приятная новость... Корецкий вышел из комы.

Лика вскочила со стула, затем села обратно и уцепилась Грише за плечо.

- Гриша, ты слышишь? Если он сейчас не объяснит мне все это, я за себя не ручаюсь.

- Так. Без паники. Слушаем. - Антип расправил грудь и горделиво посмотрел на присутствующих за столом. - Нашего писателя скорая увезла в областную больницу. Там он пролежал без сознания до вчерашнего утра. В интересах следствия никакую информацию о нем никому не давали. Только Вера, как его литературный агент, смогла добиться там правды. Она, кстати, все это время была с ним в больнице.

- А куда она пропала той ночью? Не понимаю. И собачка...

- Трудный момент. Она почему-то испугалась Альбины Зотовой, которая тоже пришла поплавать ночью. Решила, что та ее может утопить. Какие-то подозрения у нее были. Не стала мне говорить никаких подробностей по этому поводу. Вера хорошая пловчиха, а хозяйка, если тебе известно, и того круче - мастер спорта по плаванию.

- Да, что-то такое я знала.

- Поэтому Вера рисковать не стала и уплыла под покровом ночи очень далеко, вдоль побережья. Там вышла из воды, вернулась осторожно по пляжу к своей одежде и взяла только телефон. Вместе с собакой они вышли на дорогу, где ее ждала на машине подруга из поселка. Вот и вся история с утоплением. В общих чертах, конечно. Мне, скажу я, не понять таких выкрутасов. Это только детектившики могут так заморочить всем головы, что потом разбираться год будешь.

- Ладно, ну их всех, - торопливо сказала Лика. - Ты лучше скажи, как там Максим?

- Максим в порядке. Пару переломов, сильное сотрясение, а так... Да, главное - едва он пришел в себя, как тут же приехали следователи. И он им отчетливо сказал, что никто его не сбрасывал, виноват сам, оступился и упал.

- Вот, это главное, - облегченно выдохнула Лика.

- Одного не пойму - зачем он лазил к тебе?

- Это у него привычка такая была. Замок в комнате заедал, вот решил таким образом выйти в коридор.

- Я ж и говорю, странные люди эта богема. Ну а как у тебя успехи?

- Ну, где мне до твоих подвигов... Ничего я не узнала. Правда, про старшего Зотова могу сказать тебе, что это тоже был чисто несчастный случай.

- Да ты что? - у Антипа глаза полезли из орбит. - Откуда такая информация?

- Откуда не скажу. Дала слово. По документам следствия выходило так, что Зотов менял там, у балки, колесо в машине. Потом оступился и неудачно упал. Виском об камень. А в багажнике лежало пробитое колесо, - убедительно соврала Лика.

- Вот оно что, - задумчиво произнес Антип. - Что ж, скорее всего, так и было. Тогда один-один. Ничья.

- Это ты про что?

- Про наше следствие.

Лика рассмеялась:

- Нет, пусть будет один-ноль.

- Почему?

- Потому что ты принес хорошие вести. А я так, ничего нового...

Content

Худякова Наталья Федоровна
Вы не оставили мне шансов

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12