Шторм для принца

Глава 1. Конец дня

Жаркий летний день сползал расплавленным сгустком по выцветшему стеклу небосвода. Казалось, даже солнце изнуренно мечтало упасть за горизонт. Оно, так же как и все, не имело возможности спрятаться от мутного марева земного ада. Некогда свирепый и могучий северный ветер лениво перекладывал листья деревьев в разном порядке, пытаясь демонстрировать своё трудолюбие. Получалось плохо. Никто не верил в искренность его попыток. Даже девушка, сидящая в тени ограды дома. Она хорошо разбиралась в сортах лжи.

Собственную ложь она чувствовала особенно остро. Но знала, что иногда стоит позволить успокаивающему яду течь по венам и ждать. Сегодня последний вечер в этом южном городке. Завтра лететь обратно. В промозглую осень, наполненную суетой и дрязгами офисной жизни. Поэтому сейчас жизненно важно расслабиться и получить удовольствие даже от этого пекла. Она прижалась спиной к грубой кладке ограды. Сидеть так было неудобно. Облагороженный временем камень реагировал насмешками на её попытки слиться с пейзажем. Он как будто нарочно выставлял неровности и сколы, врезавшиеся в тело. Словно красиво выщербленные куски известняка пытались заставить её понять: «ты здесь лишняя».

Но она закрыла глаза и расслабилась. Выгоняя из головы все жалобы организма и домыслы о мотивах и поступках неодушевленных предметов. Здесь есть тень. Если забыть о недоделанной работе, то она гостья на шикарной вилле. Рядом бассейн с неестественно голубой морской водой. Узловатые, древние как мир, оливы, источающие терпкое благоухание. Всё это, мирно дремлет на солнце, наслаждаясь тишиной, покоем и жарой уходящего лета.

Вообще, в такой атмосфере легко пропитаться безоблачной ленью. Забыть о необходимости что-то изображать и считать минуты до возвращения хозяина дома. Можно даже пойти на поводу у собственных желаний и окунуться в бирюзовую прохладу искусственного пруда. Вдруг этого окажется достаточно, чтобы смыть маску, которая уже заменила её собственное лицо.

Так бывает в сказках. Один всплеск и все лишнее уходит, освобождая место счастливому будущему. Ведь она достаточно стоптала железных башмаков, чтобы стать героиней волшебной истории. Идея сравнения её жизни с чем-то волшебным заставила иронично улыбнуться. Влага с чуть заметным ароматом соли тянула к себе всё сильнее. И громко молчащие камни, казалось, уже начали обжигать сквозь тонкую ткань платья. Ну, может, хотя бы ноги смочить?

Девушка поднялась, стряхнув невидимые пылинки с подола, и двинулась в направлении бассейна. Но в последний момент передумала, приземлившись в тени толстого и изломанного ветрами дерева. Ажурное кружево листьев тут же отпечаталось на её коже невнятными узорами, а босые ступни напомнили, что не стоило так поспешно убегать из своей комнаты, при первых звуках голоса начальника. И нужно было взять с собой книгу, чтобы перемещения рядом с хозяйским домом выглядели менее подозрительными.

Сожаления казались ещё одной бутафорией. Но плавно текущие доводы в бессмысленном внутреннем споре давали отсрочку для реальных действий. За книгой придется вернуться в гостевой домик. И пусть её драгоценный шеф уже отбыл со своей спутницей, но тень от пристройки всё еще не доползла до выложенной камнями тропинки. Значит там по-прежнему горячо. Придется обуваться или бежать по газону. А ещё, сегодня не тот день, чтобы лишний раз двигаться. Лучше еще подождать. Тем более что боковым зрением она отметила, как из-за дома вышел охранник.

Льняная рубашка мужчины была того невнятного почти белого цвета, который лучше всего оттеняет краски подобного дня. Впрочем, вся его одежда была тщательно подобранной и гармоничной, несмотря на статус «обслуживающего персонала». Её не удивило бы, если бы и глаза этого человека за темным щитом солнцезащитных очков были серо-зелеными. Это бы подошло к его чуть краснеющей на солнце коже северянина. А еще получилось бы красивое сочетание с благородно-серыми брюками, напоминавшими о пыльном асфальте дороги к поместью. Любопытно. Это хозяин дома заботился об удобстве своего работника или платит настолько хорошо, чтобы тот сам подбирал подобное комфортное обмундирование, не обращая внимания на цену? Вопрос был неважным и проскочил в голову незаметно, почти помимо воли. В любом случае, приближавшийся человек не был простой пешкой.

От приглушенно-рыжей короткой стрижки до подошвы вычищенных туфель он был угрозой. Тихой и внушающей уважение тенью своего шефа. Плавные движения тренированного тела напоминали о том, что при необходимости он может быть очень быстрым и смертоносным. Мужчина шел тихо. Не пытался подкрасться. Обычный человек-невидимка, профессионально сливавшийся с любой обстановкой. Выделялась только бутылка воды, вспотевшая в его руках.

— Жарко сегодня. — Произнес он негромко, как будто предупреждая о своем приближении. Она устало кивнула. За день из неё выплавилась вся осторожность и желание изображать простоватую секретаршу, глупо хихикавшую при появлении на горизонте мужчин. Поэтому и ответ был лаконичным.

— Очень.

— Воды? — Он протянул бутылку. А у неё заныли зубы от одной мысли о ледяной влаге. Пить не хотелось, но и отвергать предложение было неуместно. Его улыбка от того, как она осторожно взяла подарок из рук и прижала холодный пластик ко лбу вместо того чтобы открыть, начав жадно глотать воду, показала что она всё сделала правильно. В этом движении сконцентрировался весь жар уходящего дня.

— Простите за любопытство, но почему бы вам не вернуться в дом? Там кондиционер исправный.

— Все нормально. Не беспокойтесь. Мы завтра уезжаем. И этот вечер — последний шанс ухватить лето за хвост. Такое… Настоящее южное лето. А потом будет опять долгая зима и работа. Вам, наверняка, этого не понять. У вас тут и зимы-то не бывает. И работа… Ну, скажем, не офисная скукотища….

Охранник понимающе кивнул. Девушка явно не вписывалась в окружавшую обстановку. Всё от разлохмаченных волос до выражения глаз говорило о том, что ей здесь не место. Такие особи со временем перемалываются в стервозных любовниц либо некрасиво стареют на скучной работе. Но сейчас в её смешных жалобах была настоящая, хоть и маленькая трагедия человека, который не может дотянуться до мечты даже когда она стоит у него перед носом. Что-то в этом было слишком знакомым. Он снял панцирь очков, и, посмотрел по сторонам, как настоящий заговорщик. А потом чуть понизил голос.

— Искупаться в бассейне хотите?

— Очень.

Она ответила быстро и немного испуганно, вложив в слово все эмоции прошедшей недели. Безнадежную надежду на не произошедшее чудо. Как будто омовение в этой большой луже могло что-то всерьез изменить в её жизни. И только невидимая стена отделяла от исполнения желаний. Безыскусность ответа заставила прыгать озорных чертиков в глазах мужчины.

— Но вас что-то останавливает? — уточнил он, наблюдая, как что-то меняется в её лице, вслед за забрезжившей возможностью.

— Ну, хотя бы то, что сюда пригласили не меня, а моего босса. Хотя его сейчас нет, но он строго запретил досаждать хозяину дома. А еще у меня нет купальника. И темнеет. Хотя жара по ночам всё равно не спадает, но я еще в таких бассейнах не купалась. Тут вода голубая и совсем хлоркой не пахнет. Не то, что в спортзале, куда я хожу в свободное время… Рядом с домом… Там где я живу сейчас…. В смысле там, куда я завтра вернусь…. А владелец усадьбы явно не в восторге будет от подобного панибратства…. Мой начальник был непреклонен… Под страхом увольнения….

Под внимательным взглядом она начала запинаться и нести околесицу. Просто проговаривая слова хотя бы немного подходящие по смыслу пока голос сам по себе не затих. Охранник смотрел на её мучения, оставаясь непоколебимо серьезен. А она, закончив говорить, отстраненно пожала плечами и только сильнее вжалась в дерево, пытаясь сделать вид, что её здесь никогда и не было.

Мужчина тем временем дисциплинированно отфильтровывал всё, что думает об отношении хозяина виллы к девушкам и ночным заплывам в бассейне. Потом пришлось справляться с эмоциями, касающимися поведения её босса и его пассии. Ещё несколько ответов он так же забраковал, прежде чем предложить этой странной пугливой гостье выход из положения. Его взгляд коснулся пустых окон большого безлюдного дома и гостевого бунгало. Присев на корточки рядом с ней он небрежно приблизился, вынимая сухой листок из её волос. И ответил, задумчиво глядя на краешек неба.

— Ну, давайте посмотрим. Владелец бассейна уехал на свидание. Обычно, в такие дни, возвращается часам к двум ночи. А вас поселили в гостевом доме. И не смотря на всю строгость вашего начальника, чей авторитет я не хочу подвергать сомнению, вы имеете право использовать блага усадьбы не меньше него самого. А он вчера резвился в бассейне безо всякого смущения. Все остальные вопросы целесообразности использования какой-либо символической одежды, когда темно и никого вокруг нет, вы как-нибудь обсудите с подругами. В своем холодном северном городе, где вам, возможно, захочется вспомнить хотя бы об одном своем безрассудном шаге. А мне нужно обход территории делать.

Закончив говорить, он заглянул в её лицо, чтобы убедиться в том, что она всё услышала и поняла. Потом озорно подмигнул и поднялся. Он даже что-то мурлыкал себе под нос, когда двинулся дальше. А девушка грустно улыбнулась. Значит, дом сегодня пуст и, действительно, не судьба. Будет день — будет и другая возможность. Сейчас остается только устроить заплыв и продумать стратегию на ближайшую неделю. Всё лучше, чем сидеть и прокручивать мысли в труху. Она рывком поднялась и побежала к своей комнате, отстранёно просчитывая следующие шаги. Полотенце и шлепки. На сегодня всё остальное уже не нужно.

Охранник видел мелькнувшую тень за спиной, но его мысли сейчас больше занимала другая женщина, как всегда непрошено вторгшаяся в голову. То, насколько она была другой. Аристократичной и такой хрупкой, под бронёй хороших манер. Недостижимым идеалом. Она бы точно не слонялась по двору, в надежде поплавать в бассейне. В такую жару она бы сидела под навесом на шезлонге, в одном из своих шелковых платьев и, улыбаясь, принимала все запреты как должное. А он бы мог перекинуться с ней парой слов. Но её в этом доме уже не будет. Теперь здесь можно наткнуться только случайно приблудившихся девчонок разной степени потрепанности жизнью. Как эта, опасающаяся своего плешивого толстяка — начальника. Мир вообще не справедлив. Но кем себя должен возомнить обычный телохранитель богатого наследника семьи, чтобы это его задевало?

Наушник предупредительно щелкнул, отзываясь голосом стажера, дежурившего у мониторов.

— Я проспорил. Она уже бежит к бассейну. Закуталась в полотенце, как скромница. Обожаю таких — они самые горячие, когда дело доходит до постели…. Короче. Моя десятка ждет тебя.

— Лучше бы заканчивал заключать подобные пари. А то мне стыдно тебя раздевать. Как ребенка.

— Но как ты догадался, что она именно к бассейну не решалась подойти?

— И лишить тебя удовольствия самому всё понять? Ни за что. Учись, салага. И меньше пялься на девушку. Её и так начальник запугал страшными карами. А после такой жары она холодной воде недолго сможет высидеть. Так что смотри за окружающим пейзажем внимательно. А то из-за просмотра представления в бассейне ты и штурм поместья пропустишь….

Но напарник продолжал что-то бормотать о сверхъестественных способностях и чтении людей, как одной из степеней подготовки в спецназе. Было бы так просто отключить этот словесный мусор, буквально нажав на кнопку гарнитуры, но сегодня он и так нарушил парочку своих правил. Наверное, дело в жаре. Мужчина задумчиво провел рукой по затылку. Говорить гостям о том, где хозяин дома и когда вернётся — плохая идея. Впрочем, какая разница. И только вечный параноик в его голове что-то бурчал про мелкие детали, которые делали эту девицу чрезвычайно подозрительной особой. Хотя, если ему дать волю, то никто из посторонних вообще бы в этом доме не появился.

Он двинулся вперед, наблюдая как липкие тени выползали из своих щелей. Вечер был уже готов спуститься на землю, но подарков в виде прохлады приносить не собирался. Даже чуть оживившийся ветер, забыл о своем бурном прошлом и увяз в горячем расплавленном воздухе. Бернар ощущал только усталость от очередного пустого дня. Он даже со своим шефом в последнее время не разговаривал, как раньше. Только тупо слонялся по территории и тренировался, пытаясь выбить из себя дурь лишних мыслей. Как будто развод его подкосил сильнее, чем двух мирно расставшихся аристократов.

Это мерзкое слово «развод» опять натолкнуло на мысль о сигарете. Стоит ли нарушать ещё одно данное самому себе слово? Или уже нет смысла соблюдать какие-то условности…. Спор возникал не в первый раз. Но именно сегодня мысль об еще одном источнике тепла почему-то перестала казаться противоречивой. Он повернул за угол и прислушался к новому звуку, рвавшему вечернюю тишину. Дорогая машина чуть порыкивала на извилистой дороге. Может кто-то заблудился?

Но автоматика на кованых воротах уже начала приветливо распахивать створки, встречая хозяина. Охранник покачал головой и двинулся к парадному съезду. Странно было видеть подобное возвращение блудного сына семьи еще до заката. Конечно, если он опять приехал с друзьями, то стоит предупредить девушку в бассейне и самому постараться держаться подальше, потому что вечер перестанет быть ленивым и томным. Но спортивное авто в полном одиночестве кралось по аллее. И вариантов развития событий оставалось всё меньше. Последним маневром хозяин развернул своего железного коня, остановившись в сантиметре от каменного льва, охранявшего лестницу к дому. Это сразу снимало большую часть вопросов. Господа не в духе. Резко распахнувшаяся дверь выпустила наездника и поток холодного кондиционированного воздуха.

— Добрый вечер.

— Добрый вечер Бернар. Отгонишь эту телегу в гараж?

Охранник улыбнулся одними глазами. Перед ним стоял усталый человек, которого этот день так же сводил с ума. Как будто они опять были друзьями, вместе проливавшими кровь и пот, а не высокомерно-вальяжным наследником семейного состояния и его работником на зарплате.

— Конечно. Вы сегодня рано вернулись. Всё в порядке?

Гримаса, проскользнувшая по лицу, говорила больше тысяч слов.

— Более или менее… Обычное неудачное свидание. Как твоя служба? Всё тихо в нашем королевстве?

— Всё тихо. Только. Хм. Русалка в бассейне. Не спугните.

— Даже так?! Хорошо. Я постараюсь. Хотя и не спец по сказочным существам…

— А кто спец? В наши-то времена?

Риторически поинтересовался охранник, закрывая дверь машины. Проводив автомобиль взглядом, владелец поместья поднялся по ступеням в темный дом. Его пальцы касались теплого мрамора перил лестницы, а мысли уже были заняты русалкой. Проходя через комнаты, он не замечал обстановки. Какая-то часть мозга прокладывала путь, и этого было довольно. В происходящем было что-то от настоящей охоты, когда кровь, убыстряя свой бег от предчувствия будущего, заставляет оставить далеко позади все прошлые неудачи и разочарования.

Он остановился в безопасной тени летнего салона, откуда сквозь прозрачные стены было видно, как кто-то плавал в подсвеченной воде бассейна. Женское тело было, наверное, даже красивым, но блики и рябь на воде играли с воображением, заставляя самого дорисовывать облик неожиданной гостьи. В её уверенных движениях ощущалась сила и спокойствие. А грациозность, с которой она выталкивала тело из воды и тут же прятала его в аккуратном всплеске, резко контрастировала с тем, как себя тут обычно вели девушки. Не было игры и кокетства. Ей было неважно впечатление, которое она производила на пустой дом. Она не строила планов. Просто разрезала водную гладь, а потом, замирала лежа на спине и глядя в быстро темнеющее небо.

И глядя на эту первобытную радость покорения стихии он еще сильнее ощущал бурю эмоций, которая все не могла успокоиться в мыслях и невыгодно контрастировала с простотой вечернего заплыва. Вероника сумела вывести его из себя. Опять. Хотя сегодня вроде ничего особенного и не произнесла. Обычные глупости, про то, какой замечательной парой будут, когда закончится шумиха в прессе с разводом. Предвкушение того, как он представит её, как единственную любовь своей жизни. Как её торжественно введут в высший свет и будут сдувать пылинки. Ничего особенно глупого — обычные влажные мечты красивой выскочки. Но то, как она это говорила. Как, практически не спрашивая его мнения, строила планы. Как смаковала свою выдуманную власть над ним…

Это напоминало что-то мерзкое из детства. Когда мадам так же объясняла ему, сопляку, свои планы. Разница была только в том, что тогда он мог только почтительно слушать свою мать. А сейчас — ответил. Вывалив всю кучу своих эмоций на ничего не понимающую живую куклу. Она только хлопала густыми ресницами. И в её глазах отражалась только пустота, перемешанная с удивлением и слезами в равных пропорциях. Но даже сейчас, наговорив гадостей, он всё равно не мог успокоиться. Лихачил по дороге домой, чтобы заставить себя сконцентрироваться на чем-то другом. На чём-то менее опасном и не столь разрушительном, как обиды на семью…

После всех событий вечера — безобидная русалка выглядела персонажем детской сказки, заблудившимся в его мире. Он покачал головой и засмеялся, поймав за хвост собственную мысль о том, что боится выйти и познакомиться. Удивление от этого забавного факта заставило его скинуть туфли и расстегнуть рубашку. Ведь именно так должен выглядеть человек, наткнувшийся на жительницу глубин после кораблекрушения. Возможно, все его опасения и жизненный опыт ошибаются. Может именно сегодня та самая волшебная ночь, о которой рассказывала бабушка, когда грань между реальностью и миром чудес стирается.

Глава 2. Странная ночь

Наливая в бокал уже привычное лекарство из пузатой бутылки, принц тянул время. Возможно, самую малость, подогревая любопытство и уговаривая скептицизм. Ведь нельзя знать наперёд, куда тебя приведет очередное знакомство. Но потом, открыв дверь, решительно двинулся навстречу приключению.

— И что вы делаете в моем бассейне? — вопрос был нейтральным, просто чтобы завязать разговор. А то вдруг, русалки не умеют говорить, прямо как в сказке… Но её реакция была неожиданной. Чуть заметного «ой» или инстинктивного всплеска хватило бы, чтобы распознать обычную девушку. Но она даже не повернула головы, ответив лениво и расслабленно.

— Простите. Охрана сказала, что вы будете не против. И вообще вернетесь не скоро, потому что у вас свидание. — В её голосе не было страха, а в движениях и намека на стыд или смущение. Так говорят со старым знакомым на приеме в собственном саду. А она была обнаженной. В чужом бассейне. Практически пойманная хозяином дома.

— Охрана слишком много говорит. Но, по сути, это правда. Планы у меня были другие. У вас, похоже, тоже. Потому что купальник вы с собой не брали…

— В голову не пришло. И бассейн выглядел так соблазнительно, что я не устояла.

Внимательного взгляда хватило, чтобы сбросить с происходящего вуаль загадки. Профиль девушки безмятежно качавшейся на волнах был ему определенно знаком. И голос тоже. Она была, кем-то вроде, секретарши, у того бизнесмена, которого он поселил в своем гостевом домике. Серой мышкой, которую богатый наследник семьи запомнил буквально не приходя в сознание. С таким же невзрачным и пустым именем, крутившимся на краю памяти и постоянно ускользавшим. Это открытие заставило его сделать большой глоток обжигающего напитка из своего стакана.

Значит, все-таки не русалка. Скорее всего, она спит со своим боссом во время подобных командировок и была бы не против лечь под золотого мальчика. Это, в сущности, так банально и омерзительно одновременно. «Ах, я не знаю, почему меня голой занесло в вашу постель — это какое-то недоразумение, которое мы поправим, когда вы меня …». Он не стал заканчивать подобную фразу даже мысленно. Просто произнес, криво усмехнувшись и укладывая собственное тело на один из лежаков.

— А хотите выпить? Вот, у меня, например, сегодня исключительно поганый день. Обломы во всем. Считал, что смогу смириться с отсутствием мозгов у подружки и потерпел сокрушительное поражение. Думал, что у меня русалка в бассейне, а оказалась что это не так…

— Выпить хочу. Сочувствую по поводу подруги. А насчет русалок… Вам стоит быть осторожнее с желаниями. Мы не всегда те, кем кажемся.

Он поднял бровь и насмешливо спросил:

— И что же пьет дочь морского короля?

— Мне подойдет любое спиртное, уже налитое в ваш бокал. Дорогой принц.

Он опять рассмеялся, уже через силу, ощущая как ярость, поднимает голову. Почему им всем кажется, что решение проблем должно идти через секс? Почему даже эта миловидная секретарша, вполне профессиональная в своей незаметности, решила сыграть в постельные игры? Милая, тебе не стоит лезть в эту пошлость. Просто не стоит. И он сейчас объяснит почему. Объяснит предельно наглядно и жёстко.

— Давненько меня принцем не называли.

Он улыбнулся своей самой искренней гримасой и приглашающе похлопал рукой по стоящему рядом шезлонгу. И она вышла из воды, как истинная русалка. Спокойная и умиротворенная. Её тело, покрытое тонким слоем воды и отливавшее неестественной синевой подсветки, выглядело по-королевски. Но легкий флер эротических мыслей уже был перекрыт злыми планами. Он уже не пытался рефлексировать, почему его сегодня всё настолько бесит. С ледяным терпением хищника, наблюдая за ничего не подозревавшей жертвой. Дождавшись, пока она ляжет в пол оборота к нему, он доверительно пододвинулся ближе, отстраненно отмечая красивую форму груди и прохладу влажной кожи.

В качестве оружия хорошо подойдет разбитое стекло. Каменная плитка и бокал столкнулись из-за резкого и быстрого движения кисти. Не давая, удивленно вскрикнувшей девушке подняться, он выбрал самый большой и страшноватый осколок. Острые края тут же прорезали кожу пальцев, но это его беспокоило только в той степени, в которой снижало точность хвата на импровизированном оружии. Её кожу нужно испортить очень осторожно. Иначе придется долго объясняться с полицией, бизнес-партнёрами и мамой, или вообще избавляться от тела…. Он почти нежно водил почти невидимыми острыми гранями разбитого стакана по её груди.

— Право, уже, не стоит бояться. За твоим недвусмысленным предложением себя стоит отсутствие опыта. А я слишком испорчен, чтобы не воспользоваться такой возможностью. Высокие заборы и семейные связи гарантируют, что ничто не помешает удовлетворить мои самые тёмные желания. Начну с легкой модификации по удалению кожи… Чтобы услышать твои крики и насладиться ими…

Произнося монолог маньяка, он аккуратно и плотно держал её шею. Автоматически фиксируя пульс на сонной артерии. Мало ли каких глупостей может наделать девушка, если начнет вырываться. Но сердце гостьи продолжало бесстрастно и ровно отбивать умиротворенный ритм усталости после тренировки. Что-то шло не по плану. Подняв глаза, вместо ужаса, отвращения или парализующего страха, он увидел улыбку. Спокойную и чуть насмешливую реакцию обитательницы другой реальности.

Но это продолжалось не больше доли секунды. Пока она перехватывала импровизированное лезвие и с уверенностью тренированного бойца выворачивала его руку. Через мгновение и положение тел изменилось. Она прижала его к лежаку болевым захватом, а опасный осколок холодил шею. Он смотрел в лицо, на котором был только расчет и анализ. Ничего сказочного. Просто смерть, опьянённая легкой возможностью выиграть, раздумывала, бросать ли ей кости. Потом услышал шепот, когда она склонилась, почти коснувшись дыханием его щеки.

— Принц хотел поиграть в доминирование или в подчинение, когда говорил эти глупости? Хотел быть наказанным? Или, может, мечтал о том, чтобы наказать кого-то другого? Боюсь, что меня оба варианта не устраивают. Чтобы заставить меня кричать, нужен другой подход. И, очевидно, другой мужчина. Сожалею о вашем вечере и бассейне, который был мною так неосторожно занят.

Быстро поцеловав в основание шеи, девушка зашвырнула осколок в бассейн. Кусок стекла упал туда с легким плеском. Но никто из них двоих даже не попытался отвести глаза, чтобы проследить траекторию падения. Все происходило слишком быстро, чтобы успевать просчитывать происходящее. С тихим смешком девушка отпрыгнула в сторону. По-детски слизывая капли выступившей крови с пальцев, она развернулась, чтобы уйти. Спрятаться в пушистое полотенце и забыть о странной выходке хозяина дома.

Это выглядело так, как будто в событиях исчезли причинно-следственные связи. Она была рядом и недостижима. Он слышал запах её тела, сводящий с ума, и не мог остановить. Ему нечего было ей предложить. А в голове крутилось: "нужно узнать вкус её губ". Почему-то именно это казалось самым важным делом, которое может искупить ошибки дня. Именно сейчас, когда все слова, даже не произнесенные, звучали фальшиво как мертвенная подсветка старых деревьев. Вместо этого он просто рванул к ней, заранее понимая, что не сможет догнать или удержать.

Но успел. Двигаясь между падающими секундами. Он коснулся кожи, которая уже слабо напоминала холодную рыбью чешую и поцеловал. Крепко и осторожно. Ощущая всем своим существом, что это может оказаться последним поступком в его никчемной и беспорядочной жизни. Понимание этого вертелось в голове наполовину оформившейся мыслью без пафоса и сожалений. Просто он не успеет остановить удар, если она захочет его нанести. И в том, что эта девушка — сможет, он не сомневался на уровне инстинкта выживания.

Но через пару ударов сердца он уже не вспоминал об опасности. Она захватила всё его внимание. Любое расстояние между телами было мучительно лишним. Любое желание было связано только с ней. С тем, чтобы она вся, без остатка принадлежала ему. И в этом было что-то первобытное. Не похожее на обычные сексуальные игры, где возбуждение накатывало волнами, оставляя место разуму на неуместные замечания и выбор подходящих поз. Сейчас он с трудом понимал, где находится и что будет дальше. Только ощутив во рту вкус её крови, он пришел в себя.

Девушка перед ним уже дрожала. Еще пара движений и все может закончиться. Для них обоих. Быстрый секс между двумя незнакомцами. И кто-то внутри него говорил, что именно так всё и должно быть. Разрядка в симпатичную самку. Можно будет даже еще пару раз за ночь повторить. Но вместе с тем, в её внимательном взгляде и в неосторожно брошенных словах, было что-то будоражившее сильнее. Что-то чему он не мог подобрать определение. Не хотел подбирать. Все, чего он сейчас хотел это заставить её кричать. Заставить потерять контроль. Стереть эту задумчивую, выжидающую улыбку с её лица.

— Нет. Ты так легко от меня не избавишься….

— Слишком много слов… принц.

Темнота расширенных зрачков поглощала его душу. Но вместо объяснений он потащил её в дом. Почти грубо. Не обращая внимания на то, что видят вездесущие камеры и о чём могут подумать те, кто увидит происходящее. Ему нужно время, чтобы разгадать эту загадку. Чтобы ничего не отвлекало. Даже кристаллы соли на её коже. И уже потом расчетливо и почти спокойно он исследовал её тело. Он уже не стремился быстрее всё закончить и не собирался останавливаться. И если она сама не понимает, насколько сильно привлекла его внимание, то ей же хуже.

Но безумие ночи заставляло её смеяться. Слышать его страхи кожей. Самой с ужасом ждать, когда он очнётся и поймёт, кто рядом с ним. Дразнить и пускаться в эксперименты. Любой прошлый опыт не имел значения. Все условности и планы растаяли без следа. Интереснее, оказалось, ощущать его всем телом. Сходить с ума от ласк и слышать тонкий хруст его самоконтроля, в ответ на собственные прикосновения. Как будто они оба были слишком голодны и одиноки, чтобы позволить себе остановиться до того как поглотят зазевавшегося партнёра по горизонтальным танцам.

— Ты слишком стараешься быть кем-то другим…. — Хохотала она. А он только рычал и спорил с собственным телом. И хотя до этой ночи он считал себя довольно искушенным, но сейчас это не работало. Она отзывалась. Реагировала. Впитывала и становилась всё более жадной. Но этого было мало. Как будто он не мог сам насытиться её телом. И не мог удовлетвориться простыми ответами.

Оргазм выкинул их обоих за пределы этого мира, стоило ненадолго отвлечься. Выбравшись из сплетения их тел, он только спросил:

— Воды или чего покрепче?

— Ты планируешь продолжать?

— Не вижу причины останавливаться после этого моего мелкого промаха….

Он старался не слушать её ответные слова, доставая прохладную воду из бара. Разум был занят, подсчитывая, какие изменения в расписание стоит внести, чтобы оставить её рядом. Благо, что деньги семьи позволяли обойти большую часть ограничений. После секундного колебания он взял второй стакан и вернулся, но она уже уснула. Мирно посапывала, свернувшись калачиком. А свет из окна, отражался от её кожи, усиливая впечатление нереальности. Покачав головой, он провел кончиками пальцев по её исполосованной спине. Старые шрамы. Раны, которые никто не должен получать. Даже оставаясь в живых, жертва подобного насилия меняется безвозвратно. Не удивительно, что боль не пугает и не возбуждает того, кто прошел через что-то подобное. Она мимолетно улыбнулась, что-то пробурчав в ответ на его прикосновение, и шаря рукой по кровати в поисках одеяла.

От этого движения, по-домашнему мирного, он усмехнулся, укрывая её мягким и пушистым пледом. Сел в кресло, осторожно пригубив принесенную воду. Мысли крутились вокруг незнакомки в его постели. Русалка она или нет, но в любом случае девушка не так проста, чтобы работать незамысловатой секретаршей. Начиная с тренированного тела и заканчивая холодным взглядом смерти. Толстяк, прибывший на переговоры, скорее всего даже не догадывался о том, кто она. Иначе, он не смог бы помыкать ею так беззаботно.

Холодный искусственный сквозняк заставил поморщиться от неприятных идей, бродивших вокруг. Сделка по отелю почти закончена. Ночь, создававшая мост между прошлым и будущим, делала все предположения призрачными и неустойчивыми. Не рискуя задумываться о любви, он понимал очень ясно и отчетливо — произошедшее было больше, чем секс. Волшебство момента зачаровывало и заставляло верить, что завтра она не улетит без объяснений. Хотя жизненный опыт твердил, что стоит оставаться пессимистом…

Пробуждение было резким. Как будто кто-то произнес вслух её настоящее имя. Пара секунд понадобилась для того, чтобы расслабить мышцы, собранные для отражения атаки, прежде чем открывать глаза. В пустой комнате, залитой равнодушным лунным светом, находился только один человек, помимо её самой. Спящий в кресле мужчина. Его короткие волосы и тело, небрежно прикрытое покрывалом, заставили её хихикнуть как девчонку, под действием возбуждающих воспоминаний, которые она уже не сможет вычеркнуть из своей памяти.

И одновременно с этим она поняла, что не сможет остаться. Случилось то, о чем её уже предупреждали. И не раз. Она влюбилась. В объект охоты. Хотя еще вчера днем сама возможность чего-то подобного выглядела глупой шуткой. Но хватило одного поцелуя. Точнее, хватило одной ночи в его постели. И сейчас она готова всё бросить и ходить вслед за ним. Как одна из его многочисленных подружек, вечно надеющихся на что-то большее.…

Но наблюдения зафиксировать — самое простое из всего. А вот предложения по исправлению ситуации выглядели неприятными. Все, как на подбор. Что ж, труднее всего отгрызать себе ногу, попадая в капкан собственных фантазий. Но и оставить всё, как есть — не вариант. Даже то, что бегство создавало больше проблем, чем решало, не отменяло его необходимости. За окном чуть белел небосклон на востоке. И решение нужно принимать быстро. Она автоматически разбивала задачу на части и вспоминала сценарии отхода. Через пять минут тихая, смущенная тень выбралась из хозяйской спальни, под равнодушными взглядами охраны.

Бернар как раз делал глоток свежезаваренного кофе. Неприятно оказываться правым в своих худших ожиданиях от людей, но происходящее его мало удивляло. Как всегда. Чуть более странным выглядело то, что через полчаса девушка опять вышла на улицу из своей комнаты. На этот раз для пробежки. Но причудливые изгибы женских мотивов и поступков штука мало предсказуемая. Возможно, она решила поработать над фигурой или выносливостью после нахального замечания пресыщенного богача. Какое ему-то дело?

Телефонный звонок, прозвучавший за тысячи километров от богатой виллы, не имел собственно телефонную сеть в качестве своего источника. Компьютеры, наполнявшие комнату, были молчаливыми и верными слугами своего всемогущего короля. Вот и сейчас они успешно передавали его слова собеседнице и обратно.

— Значит, ты решила все ускорить? Не то, чтобы я возмущался, но как же планы по новому витку? Не верю, сестренка, что у тебя не получилось его затащить в постель… Ты говорила — он легкая мишень…

— Слишком много слов. И эмоций.

— Ну, это же не я пытался всё форсировать и отказывался слушать предостережения. Напротив, я всегда говорил, что он только с виду простой мальчик-бунтарь… Подожди, или секс был, но он что-то заподозрил?

— Заканчивай анализ отсутствующих данных. Операцию мы сможем прервать без существенных потерь?

— Легко! Данные загружены. Перенаправить потоки можно в любой момент. Итоги подбить не вопрос.

— Тогда сделай это сейчас. И отправь заказчице отчет.

— Понимаю. Ты опять спешишь. И опять собираешься все сделать по-своему. Да и кто я? Простой компьютерный гений. Зачем меня слушать?

— Я тебя слушаю и ценю. Но это лишнее. Есть еще полдня. Утром подписание контракта. А потом мне нужно, чтобы он был занят семейными разборками и меньше путался под ногами. И документы…

— Понял-понял. Но спешка создаст больше проблем, если ты по-прежнему хочешь остаться в тени.

— Хочу. Но это уже не так важно. Сейчас мне важнее уйти на дно, как можно быстрее.

— Тогда пароли и явки прежние?

— Если ты все сможешь устроить…

— Да. И ты моя должница. Опять.

— Одно удовольствие с вами работать монсеньор.

— Береги себя, сестренка.

Девушка кивнула и, отключившись, разобрала телефон. Не стоит надеяться, что никто не просчитает её действия, когда всё закрутится уже всерьез. Стоит быть осторожнее. Пульс выровнялся. Светает. Пора назад.

Принц проснулся, когда солнце уже выкатилось из-за горизонта в компании с еле заметными облаками. Пустая комната и пустая постель сильно отличались от воспоминаний о произошедшем ночью. Девушки нигде не было видно. Как будто всё было только сном. Потом контрастный душ выбил остатки романтичной расслабленности, настроив на воинственный лад. Оставалось добраться до кухни, чтобы заварить кофе и звякнуть всезнающей охране, пока кофемашина шелестит, колдуя над чашкой.

— Доброе утро. Бер, ты знаешь, куда делась русалка? Только не надо говорить, что ты не сторож моим женщинам.

— Доброе утро. На пробежке она.

— И даже комментариев не будет?

— Не вижу смысла.

— А что насчет её босса?

Если рыжий охранник и задумался над вопросом и тем, что его вызвало, то ненадолго. Ответил быстро и чётко.

— Спит. Он как ночью вернулся со своей шалавой. Поддатые. Покувыркались чуток и храпят сейчас на диване в гостевом домике. Разбудить?

С кем? Ах, ну да. У того толстячка-бизнесмена, помимо невзрачной русалки-секретаря была еще какая-то девица за спиной. Именно постельная сопровождающая, судя по нарядам и зовущему взгляду. Принц поморщился из-за промелькнувшей сальной мысли о запасной наложнице. Но это сейчас не важно. Важно только то, что ночь была хороша, а русалка сбежала утром и не ради того, чтобы пожарить ему блинчики. Хотя. Пробежка штука нужная. Девушке, возможно, хочется показать свою независимость и нежелание становиться нахлебницей, что в принципе, достойно уважения. Да и он сам, обычно, быстро уставал от подружек, которые с места в карьер пытались сильнее влипнуть в его жизнь. Так почему же сейчас её исчезновение так раздражало?

— Не надо никого будить. Сам разберусь.

Положив трубку, он удивился от привкуса последней фразы. Она была похожа на детскую обиду. Хотя сейчас самое время брать ситуацию в свои руки и заниматься делами. Тем более что переговоры, на которые приехали гости, еще не закончены. Давайте, все-таки продолжим знакомство. Он настаивает, даже если у кого-то другие планы. Принц дождался момента, когда она вернется в лучах восходящего солнца. Даже был не против, если бы её взгляд скользнул по окнам большого дома. Четко понимая, что видеть его она не могла. Ну же. Расскажи. Почему ты сбежала после такой ночи? Стыд. Раскаяние. Страх. Кокетство. Ну, хоть что-нибудь….

Но она спокойно поздоровалась с охранником и задумчиво посмотрела на бассейн, прежде чем скрыться в гостевом коттедже. Ни одним движением не выдав своих эмоций и планов. Мужчина допил чашку и с удовольствием со всей силы впечатал её одним ударом в грубую кладку стены. Предстоял интересный день.

Глава 3. Маневр уклонения

— Конечно, Зои. Я понимаю. Да. Передам. Никакого беспокойства. Всё записала.

Русалка быстро убедилась, что вершина айсберга проблем, не замедлила показаться на горизонте. Секретарь принца была чрезвычайно вежлива и мила, предупреждая о переносе места подписания бумаг. Даже сам наследник, действовал в рамках приличий. Мало ли какие дела его отвлекли с утра пораньше. Но её собственный начальник, после часа ожидания в пустом конференц-зале, уже закипал. А новости о любых изменениях воспринимал, как личное оскорбление.

Когда мир выбирается из Глобальной Депрессии строить все-ещё рискованно и тем более затевать настолько большой и амбициозный проект. Но на самом деле Иван Сергеевич был очень умным стратегом. Его партнёры в фирме привычно не замечали, что взятый в долю из-за денег жены рыхлый простоватый мужик, уже давно вывел бизнес на международный уровень, и, фактическим, стал его владельцем. Так же как и принц, встретившийся с этим "забавно-нудным толстячком" год назад, совершенно не думал о совместном проекте. И тем более никогда не приглашал подобных компаньонов пожить на своей вилле. При этом стальная хватка начальника гармонично сочеталась с внешней мягкостью и склонностью к панике. Вон даже фигуристая стенографистка Карина, которая годилась ему в дочки, сейчас ощущает себя чуть ли не единственной опорой загубленной жизни. Впрочем, и остальные участницы его гарема-серпентария, оставшиеся дома, которые так же считали себя незаменимыми. Каждая в своей роли.

Поэтому русалка старалась не слушать и не вникать в истерику начальника, экономя силы. Ответ на вопрос «почему все изменилось» — лежал явно вне области бизнес-решений. Да и вообще мысли о том, что зря она переспала с партнером босса по сделке, озвучивать не стоило. В том числе и ради собственной безопасности. Далеко не вся работа ещё доведена до конца. Поэтому продуктивнее будет вызваться еще раз всё перепроверить и созвониться с юристами. Чем и занялась, надев наушники и открыв контракты в ноутбуке, пока Карочка искала шофера и машину, чтобы добраться до нового места встречи.

Оставалось только улыбнуться тому, насколько тщательно принц обставлял их следующую встречу. Значит, ей не показалось, и он ждал её возвращения утром. А, не дождавшись, решил показать зубы. Очаровательно. И вполне романтично. Подписать бумаги там, где будет вписан в рельеф местности будущий отель. Красивый утес, нависавший над гладью моря. Судя по фотографиям и отчетам геологов расположение, выбиралось долго и тщательно. Оно до сих пор оставалось свободным исключительно из-за проблемных скальных пород и неуступчивости хозяев участка не нуждавшихся в деньгах. И даже при минимальной удаче все участники сделки оставались в выигрыше.

Но никакой логики не хватало, чтобы успокоить пошедшего в разнос начальника. В очередной раз и абсолютно безрезультатно она проговаривала все, заново проверенные, цифры, сроки и условия контракта. Всё оставалось таким же безупречным, как и на этапе планирования. Через полчаса пути в одной машине она, уже не сдерживаясь, мечтала о том, чтобы придушить его собственными руками. Даже густой горячий воздух был более приятен, чем удушающие панические атаки человека, который теряет контроль над ситуацией, буквально за секунду до финального гонга. Она с максимально возможной, при соблюдении приличий, скоростью вылетела из прохлады доставившего их лимузина, чтобы, наконец, отдышаться и собрать в кучку мысли относительного того, что предстоит сегодня.

Ветерок создавал завесу из сухой пыли и останков травы, ничуть не ослабляя давление жары. Прибой шумел где-то ниже, не донося даже намека на свежесть. Шум моторов за поворотом дороги приблизился гораздо раньше, чем ей удалось прийти в норму. Но так даже проще. Всё равно она не представляет, что выкинет на этот раз богатый плейбой. Слишком много игрушек и ниточек, за которые он может дернуть, чтобы обрушить хрупкую конструкцию её планов. Может, истерика босса так раздражает именно потому, что она сама не даёт очень похожим чувствам выбраться наружу?

— Карочка. Иван Сергеевич. Кажется, он приехал. — Деликатно стукнула в тонированное стекло девушка. Меньше всего хотелось заглядывать без спроса, в начавшую колыхаться машину. Начальник находил успокоение в чрезвычайно простых и немудреных развлечениях.

Но ведь у всех свои недостатки. Вот, например, принц расположен к эффектным появлениям. Как сейчас. Он предпочел поездку на мотоцикле, комфортной доставке в чреве автомобильного монстра. Так даже очевиднее, что он предпочитает держать в своих руках всё, на чём удалось прокатиться. Во всех и даже самых пошлых смыслах.

Блестящий на солнце шлем, больше напоминавший рыцарские доспехи, несмотря на современный дизайн. Горячая кожа светлой куртки брошенной телохранителям, прибывшим следом на дорогом броневичке. Простая рубашка, дорогие джинсы и кусочек свежего ветра в волосах. Хорош… И ведь сам знает об этом. Настоящий хозяин жизни. Она с искренним восхищением смотрела, как он обменивается репликами с охраной.

— Все-таки у богатых свои причуды… — пробормотал её босс вполголоса, с трудом выдавливая из себя располагающую улыбку и судорожно пряча мгновенно вымокший платок в карман. — Рады вас видеть! Как добрались?

— Замечательный день. Прошу прощения за задержку, надеюсь, вам не пришлось долго ждать? Я подумал, что нет ничего лучше, чем закончить сделку на том месте, где будет заложен новый отель! Какой вид! Наверное, я все-таки продешевил… Только не надо трусить — мы уже договорились и все подпишем. Только дождемся адвокатов. Они почему-то вечно задерживаются…

Неудачные шутки сопровождались холодным взглядом и ослепительной улыбкой. Но кто сможет сердиться на подобного небожителя? Даже ворчавший до этого момента партнёр по сделке потихоньку расслаблялся. При такой разной внешности, оба мужчины умели виртуозно дирижировать чувствами окружающий, получая выгоду от всего подряд.

— Пользуясь, случаем, еще раз хочу поблагодарить за приглашение пожить на вашей вилле. Надеюсь, мы не сильно вас стеснили?

— Не стоит благодарности. Это пустяки. Вы были хорошими гостями. Особенно вчерашний вечер удался.

— Простите? Мы вчера с Карочкой поздно вернулись… Моя новенькая секретарь вам надоедала? Все никак не могу запомнить её имя. Эта неожиданная болезнь Людочки спутала все планы. Но если она в чем-то провинилась, я готов лично возместить ущерб. А она, конечно же, будет наказана….

Невзрачная секретарша, подошла, неуклюже ступая и цепляясь за ежедневник. Пластика её движений казалась незнакомой. И черты лица, как у сестры-двойника, одновременно и были похожими на ночную гостью и отличались. Девушка прятала глаза и, казалось, искренне не понимала причины оказанной чести.

— Не стоит. Извиняться. — Его слова безнадежно падали, застывая на обжигающе-горячем ветру. Толстяк действительно выглядел озадаченным. Значит, она новенькая в фирме, с которой он заключает договор. И совершенно случайно попала сюда. А если это совместить с тем необычным знанием, что он приобрел этой ночью, то получается слишком забавно, чтобы быть правдой. Шпионаж или афера? Или все-таки неожиданный карьерный взлет человека со сложным прошлым. Если мы верим в сказки.

— Да, Иван Сергеевич.

Она подняла глаза, отчетливо слыша безнадежно запутанный клубок мыслей принца. Адреналин скорости. Злость и непонимание происходящего. Огонь эмоций под ледяной бронёй самоконтроля. Он мог спокойно болтать на любые темы с потным мужчиной, изображавшим её начальника, но замер, стоило их телам сблизиться. Или ей это только показалось?

— Ты досаждала хозяину дома вчера? — Толстяк явно нашел на кого сорваться, выпуская пар недовольства от происходящего. В его голосе звучали уже не только нотки гнева, но полный ассортимент предвестников нервного срыва. А принц лишь усмехнулся.

— Конечно, мне никто не досаждал. Просто иногда удивительно, насколько мало мы знаем о тех, кто нас окружает. Я вот только сейчас заметил, насколько миловидная девушка на вас работает….

Афера или шпионаж? И что теперь делать? Заморозить сделку? Отдать её на растерзание службе маминой безопасности? Их взгляды встретились, и она покачала головой.

— Могу ли я поговорить с вами наедине?

Когда секретарь подала голос, босс удивленно поднял брови и даже открыл рот, но властного движения руки партнера оказалось достаточно чтобы устранить все препятствия. Проводив взглядом толстого и недоумевающего человека, ковылявшего прочь, девушка устало произнесла.

— Не надо.

Принц хмыкнул, рассматривая её внимательно и совершенно бестактно. Сейчас, когда она была на расстоянии вытянутой руки, он все равно не понимал, возможно ли, что это какая-то другая женщина, а не русалка с которой он провел ночь. Пауза, висевшая в воздухе, напоминала паутину, в которой застревали его мысли. Хватило пары секунд, чтобы сформулировать насмешливую просьбу:

— Уточни, что ты имеешь в виду.

— Не надо трепать нервы присутствующим. Сделка — чистая по документам и деньгам, довольно выгодная для обеих сторон. Это только прикрытие.

Она слышала отсутствие удивления в его реакции. Спокойную силу и уверенность в собственной непотопляемости. Конечно, у него было время всё обдумать и понять. Но сейчас всё выглядело так, как будто даже возможные потери интересовали меньше, чем русалка, ускользнувшая из постели этим утром. Поэтому он, не отводя взгляда, уточнил только одно:

— Кто ты?

— Это не важно.

— Секс со мной тоже был прикрытием?

— Считайте это утешительным призом.

— А начальник в курсе твоих постельных талантов? Может мне стоит договориться с ним и включить тебя в сделку?

— Уверена, что ему понравится видео с камер наблюдения. Оно станет прекрасным дополнением его коллекции компромата. Но лично для себя вы добьётесь только ухудшения условий контракта.

Улыбка, которой он встретил подобное признание, была недоброй. Примерно как та, с которой он приставлял стекло к её шее. Акула, почуявшая кровь, не прекратит атаки. А под его взглядом у неё подгибались колени. И вот этого нельзя было показывать, ни при каких условиях.

— Тогда, может, уедем, чтобы продолжить? Вряд ли такая как ты интересуется мелочевкой. Значит у меня серьезные проблемы. Можешь даже кивнуть в этом месте, хотя это, в сущности, не обязательно. — Он всерьез старался, чтобы голос не звучал так же жалостливо, как и сама фраза, бившаяся в голове. В подобной торговле нужно знать, что предложить в обмен на желаемое, а он отчаянно барахтался на чужой территории. И ответ закономерно ударил невозмутимым кивком. — Я готов принять поражение. Вопрос исключительно в отступных. Одна ночь явно недостаточная цена за то, что мне предстоит потерять. Ведь ты же не собираешься задержаться и утешать меня, как я понимаю…. Тогда пусть в моем распоряжении будет хотя бы этот день.

Он не собирался её отпускать. Сегодня или завтра. Пока её тело, под простенькой одеждой, манило и обещало повторение сладкого безумия. Они оба это понимали. Так же как и то, что подобное состояние не будет длиться вечно. Слишком велики противоречия. Проблема была только в том, что она ощущала себя слишком слабой, чтобы сыграть в эту игру и суметь потом уйти с поднятой головой. Значит, исчезать надо было прямо сейчас. Создавая максимально плотную завесу из тумана, прикрывающего позорное бегство. Она грустно улыбнулась.

— Не стоит всё измерять в категориях цен. Вы сделали выбор. Я сделала выбор. И теперь нам предстоит с этим жить.

— Ты так уверена в себе, считая, что сможешь жить дальше, как ни в чем не бывало? Полагаешь будет просто уйти, если я — против? Удивительно, какие ресурсы можно подключить, чтобы сделать это невозможным. Полиция. Мамины ищейки. Вряд ли ты совсем не представляла того, кто я такой и чем является моя семья. Так или иначе, но с нами лучше жить в мире.

— Я рискну.

— Тем хуже для тебя. Разочарования даются тяжело.

— Уважаю ваш выбор, принц. — Выдохнула она, оглядываясь на дорогу. — Наверное, это ваши адвокаты?

— О, да! Самое время продолжить работу. Ведь когда в сделке участвует такая ненадежная женщина, стоит дополнительно все перепроверить… Тщательно уточнить все детали.

Он проводил её взглядом, продолжая размышлять, что она имела в виду, говоря, что сделка — только прикрытие. Самоконтроль в него был вбит с детства, но почему-то именно сейчас держать себя в руках было особенно тяжело. И это было немного странно. Она будоражила гораздо сильнее, чем он мог себе позволить. Особенно, если у него, на самом деле, серьезные проблемы.

Но когда из подъехавшей машины степенно вышел лощеный адвокат, у которого на лбу было написано жуткое недовольство происходящим, времени на эмоции уже не оставалось. Нужно было успокоить этого маминого ручного пингвина, который с места в карьер начал выговаривать противным голосом:

— Вы меня по телефону не дослушали. Если я работаю на вашу семью, это не означает, что я буду бегать по задворкам и готовить подписание документов в таких условиях. Мадам подобное отношение к делам не одобряет.

— Я в курсе, что именно, не одобряет моя мать. А тебе лучше умерить свой пыл. Документы перепроверены?

— А я говорил, что это займет гораздо больше времени, чем вы мне выделили, и завершение сделки сегодня категорически не возможно, если необходимо…

Принц уже слышал раньше эти нотки презрительного высокомерия, но сегодня был не тот день, когда был готов терпеть что-то подобное. Он фамильярно приобнял за плечи юриста, аккуратно вышагивая рядом с низким парапетом, отделявшим площадку от головокружительно крутого обрыва в море. Прекрасно зная, что пингвин побаивается высоты и открытых пространств. Дождавшись пока пульс канцелярской крысы начал отплясывать польку, молодой человек доверительно произнес:

— Роберт. Я могу вас так называть? Мне очень жаль отрывать вас от столь важных дел моей семьи. Сейчас. Когда сделка почти завершена…

Остановившись на краю над обрывом, он с усилием развернул человека в костюме к морю. Подождал, пока тот сделает небольшой глоток обжигающе горячего воздуха. Подумал, что грамотных юристов всё-таки не стоит сбрасывать в море, даже когда этого очень хочется и продолжил свою проникновенную речь.

— Посмотрите, мой друг! Какие роскошные камни внизу. Обнажены отливом. Глядя на них по-другому оцениваешь бренность нашего бытия. Ведь так? Что стоят все эти споры о потерянном времени на фоне такой красоты! Я прав?

— Да. Очень… Красиво….

Теперь, когда страх перед непредсказуемо-буйным наследником семьи размягчил лед пингвиньего сердца, оставалось только поощрить подобную реакцию. Поэтому принц улыбнулся, разжимая свою руку, удерживавшую юриста от бегства и объявил:

— Так давайте мы все, сейчас, выпьем шампанского и отпразднуем саму жизнь. Такую короткую и такую непредсказуемую. Бернар, будь любезен…

Рыжий охранник понимающе кивнул и выпустил из машины суетливого официанта, который сервировал небольшой столик. Дорогое стекло. Пузатые бутылки с невзрачно-благородными этикетками. Микроскопические бутерброды и закуски на шпажках. Тонкие салфетки и белоснежные перчатки официанта. Все напоминало импровизированный пикник, на который пришло слишком много лишних людей. Бокалы мгновенно запотели, поблескивая от всплывающих пузырьков. Молодой мужчина поднял бокал. Вслед за ним присутствовавшие разобрали шампанское, не совсем понимая, что происходит. С ослепительной улыбкой принц произнес почти тост.

— Моя вина, что вытащил вас сюда. Эти бутылки были приготовлены для праздника по поводу завершения сделки. Но в последний момент служба безопасности известила меня, что в бумагах, возможно, затесалась ошибка. И многоуважаемый юрист подтвердил, что проверка займет некоторое время. Поэтому нам придется потратить еще пару дней, прежде чем все закончится. Но не будем грустить по этому поводу. Жизнь коротка и в ней и так слишком много причин для стресса. Объединив же усилия, мы сможем добиться большего, чем когда-либо рассчитывали. Выпьем же за наш общий успех!

Холодные пузырьки щекотали небо, а над площадкой с людьми повисла напряженная тишина. Сразу во всех головах с легким скрипом поворачивались шестеренки, пересчитывая собственное будущее и планы. Только двое в этой плотной завесе меняющейся реальности были совершенно спокойны. Наследник наблюдал за реакцией присутствующих, а русалка грустно смотрела на море.

Сначала после этих слов партнера толстяк растерялся и начал бормотать что-то насчет: «я, вообще-то думал, что осталось только подписи поставить… уже и юристов домой отправил… и жене сказал, что возвращаюсь и вообще это неправильно как-то в последний день планы менять, чтобы мы остались здесь еще на несколько дней…». Но мозги у него работали четко. А возможность продлить пребывание в этом курортном городке, подальше от остальных обязательств, быстро перевесила все возможные неудобства.

— За сделку! Какие могут быть переживания! — подхватил её босс и сделал большой глоток искристого напитка. А потом, обернувшись к своему секретарю, произнес почти радостно. — Деточка сообщите в офис и моей жене, что мы задерживаемся. Дела заставляют. На неопределенный срок.

— Сейчас все сделаю… — Отозвалась русалка с понимающей улыбкой.

Глава 4. Осколки прошлого

Работа закрутилась. Кто-то изображал бурную деятельность, а кто-то действительно пытался работать, но все были при деле. Звонки, бесконечные бумаги, согласования. Вопреки уверениям, что всё давно готово, люди быстро нашли, чем заняться на этом небольшом клочке суши над обрывом. Выгоревшее небо было только на самом горизонте украшено намеком на облака. Ветер вносил каплю хаоса в происходящее, лениво переворачивая нужные страницы и намекая, что людям стоит покинуть этот не предназначенный для таких хрупких существ берег.

Закончив звонки, русалка обнаружила себя стоящей над обрывом. Обветшалый парапет отделял людей и их мелкие бумажные листки, от короткого полета над соленой водой. Свобода выбора на практике. Быстрый и красивый шаг за грань. Вниз. Решение всех проблемы оптом одной жирной точкой. Или медленное болезненное карабканье по отвесной стене вверх. Не зная кого именно встретишь в тени очередного уступа… Интересно, зачем принц решил их сюда вытащить? Устроить романтичный пикник и сбежать? Он действительно верил, что подобное возможно в их случае? Или просто не просчитывал до конца все возможности, считая её обычной аферисткой забравшейся слишком высоко. В итоге, он в чем-то прав.

Сама операция была рискованной на грани авантюры. Пройти в семью, не открывая лица и намерений. Выполнить задание мадам и одновременно пройти у неё сквозь пальцы, как вода. Хорошо для репутации. Одна ночь смогла обрушить всё, буквально в считанные минуты. Он. Такие люди как он слишком точно чувствуют ложь и манипуляцию. Потому что сами живут в этом годами. И, в попытке увлечь его, она переступила грань. Позволила себе увлечься. И теперь приходилось напоминать, что ей ничего не нужно из того, что сулит эта связь. Ни отношений, ни привязанности, ни денег. Она — призрак. Профессиональный игрок теневого мира. Все остальные роли сводятся лишь к различным толкованиям понятия "смерть".

Но та взлохмаченная девушка, вылетевшая за дверь спальни богатого плейбоя в предрассветных сумерках, однозначно не была призраком. Она мысленно чертыхнулась, вспомнив, как врезалась в расслабленного охранника, который ухмыляясь, выпустил её в пробуждающийся день на пробежку. «Еще никогда Штирлиц не был так близок к провалу» — эта шаблонная фраза раздражала сильнее, учитывая свою правдивость. Ну почему это случилось именно рядом с ним? Почему именно сейчас так сильно искушение поддаться его очарованию и легкомысленно согласиться на головокружительно-быстротечный роман….

— Все что мы делаем, и будем делать, построено на осколках прошлого.

— Простите?

Водитель их лимузина, стоявший рядом, улыбнулся и показал ей под ноги. Она помотала головой, не понимая. Он тогда подошел и поднял невзрачный камень из-под её ног. Достав из кармана платок, осторожно протер и протянул на раскрытой ладони. Осколок керамики со следами узора.

— Это что-то важное?

— Осколок чьей-то посуды или может ночного горшка. Тут множество подобных артефактов. Видите? Мы не первые ходим по этой земле. Не первые, кто ждет милости Всевышнего и благословения своих начинаний. Но они стали прахом. И теперь мы строим свое будущее на осколках прошлого. Буквально.

Она прикоснулась кончиками пальцев к неясному рисунку и произнесла вслух

— Так и мы для кого-то станем предметом археологических изысканий…

— Вряд ли. Мы скорее будем помехой, вносящей во все путаницу и неразбериху. Одни наши музеи чего стоят.

Они вместе рассмеялись над картиной того, как неведомые ученые начинают спорить о том, для чего и зачем так перепутаны исторические объекты разных культур и рас. В карих глазах водителя и его интересе к светлоголовой девушке не было особой интриги. Простой и незамысловатый флирт, для разнообразия абсолютно искренний. Она продолжала улыбаться, задавая неизбежный и наивный туристический вопрос.

— А эти места давно заселены?

Именно его и ждал темпераментный мужчина, начавший сближение.

— Давно — это мягко сказано… Все побережье в остатках древних поселений. Чуть подальше крепость раскопали. Неподалеку. Собственно вон за тем холмом… Говорят, что хорошо сохранилось. Вроде бы даже собираются восстанавливать, чтобы туристический объект сделать. Так что вы хорошее место для гостиницы купили.

— Не я. Мой начальник.

— Да, красавица. Возьми камень. Осколки прошлого не всегда что-то страшное. Просто нужно уметь услышать, что именно они нам говорят.

Она послушно взяла камень и повертела в руках, сдерживая желание закинуть его подальше в море. Потом сунула в карман с вежливой улыбкой, прежде чем отвернуться и рвануть на зов босса. Слишком много эмоций и предположений, когда она в таком неустойчивом состоянии. Надо успокоиться и работать. Хотя бы поддерживать легенду и присматривать новые идеи, пока богатый мальчик не перебесится.

Он постоянно отслеживал её местоположение, и трудно было не заметить то почтительное расстояние, которое их постоянно разделало. Говорила ли она по телефону, выполняя многочисленные бестолковые задания своего начальника, или подходила к его подчиненным — между их телами в пространстве было не меньше двух метров или трех человек. Как она и предсказывала, никаких проблем в бумагах найти не удалось. Может это всё только показалось и игра не стоит свеч, а девчонка — внимания. Просто почудилось что-то в ночных всплесках воды, и приснилась русалка, которой никогда не было в его постели.

А еще смешнее было то, как его раздражал её невинный разговор с каким-то посторонним человеком. Не вовремя зазвонивший телефон показал лицо, которое после вчерашней ссоры, он ожидал увидеть меньше всего.

— Дорогая, ты решилась позвонить? Удивлен.

— Прости меня, я была дурой. Говорила много лишнего. И хочу загладить вчерашний испорченный вечер. Могу сделать для тебя все, что захочешь — ты же знаешь…

Кукольный голос изображал неподдельное отчаянье, которое его совершенно не трогало. С момента их расставания прошла целая вечность. Зато разговор слышала русалка, чуть заметно замершая, в ожидании его ответа. Даже такой малости хватило для неподдельной радости. Ей не все равно. Кем бы она ни была.

— О да, дорогая. Приезжай. Какие церемонии. Конечно, буду рад тебя видеть прямо сейчас.

Вероника прикатила на такси через 10 минут, приковав к себе внимание присутствующих. Она умела эффектно появляться и быть суперзвездой. Пока молчала. И всё равно, такой вид невозможно изобразить без солидных капиталовложений. Это понимали все, даже те, кто не догадывался о цене платья и стоимости простенькой укладки. Не говоря уже о макияже, скромно делавшем вид, что его не существует, оттеняя изумительную золотистую кожу.

Принц ухмыльнулся. Все выглядело так, будто она сидела в машине и собиралась ехать в момент звонка. И наплевать, что она лишь мечтает попасть в высший свет через него. Если бы она не позвонила, имело смысл вызвать кого-то из старых подруг. Для того чтобы русалка поняла свое место. Чтобы вечером сидела тихо и ждала, соизволит ли он её принять. Одну из многих. Выскочку, заинтересовавшую его на одну ночь, которую ничего не будет стоить забыть, если она взбрыкнет и опять начнет говорить о невозможности его желаний.

Но секретарь его партнера, внимательно осмотрев приехавшую даму, просто улыбнулась. Легкой естественной улыбкой снежной королевы знавшей все ноты предстоящей партии. О да, он видел немало подобных маминых улыбок. Они ничего хорошего не предвещали для тех, кому были адресованы. Бокал шампанского холодил руку, и пузырьки газа чуть слышно щекотали язык. И почему-то у него было такое странное ощущение, что игра только начинается…

День уже догорал, когда он ехал домой. Безумно долгий и неправильный день, наполненный вещами, о которых он предпочел бы забыть. Желательно в объятьях русалки. Дорога к вилле была, как обычно, безлюдной. Ни людей. Ни машин. Закат подсвечивал редкие облака, которые уже начали сбиваться в стаю. Но спасительный дождь еще даже не был поставлен в план небесной канцелярией. Ветер усилился и в какой-то бессильной злобе гнул деревья, гоняя пластиковый мусор вместе с обрывками вчерашних новостей. Тяжелый бронированный автомобиль позволял смотреть на окружающий беспорядок с отстраненным любопытством. Видеть, но не участвовать. Хотел бы он сам иметь возможность так же обращаться со своими чувствами.

Еще недавно он показывал Веронику приятелям как «свою лучшую добычу». А сегодня время в её компании отвратительно тянулось, как прилипшая к обуви жвачка. Пару дней назад она казалась забавной в своих попытках манипулировать, обнажать ноги и соблазнительно замирать в позах сексуальной кошечки. Но после ночи с русалки он постоянно ловил себя на мысли, что пытается наладить общение с резиновой куклой. Сдерживая раздражение буквально от всего происходящего. Ягодный запах барби-переростка. Прикосновения. Слова. Неестественно гладкие чем-то измазанные губы. Щебетание и намеки. Она была хороша на расстоянии. Желательно на другом континенте.

Но всё равно потребовалось время, чтобы отвязаться от неё. Долгие часы её попыток «воспламенить угасшую любовь». Хотя нет. Равнодушный циферблат говорил о том, что ужин продлился не так уж и долго. Как и объяснение, почему он не хочет её больше видеть и знать. Мамин авторитет и тут сработал на ура. Иногда было удобно, что можно спрятаться за идеалами и репутацией, которая окружала мадам. Хотя ему всё равно было жаль каждую минуту, потерянную на эту идиотку.

Жаль, что он уехал со встречи, в какой-то момент захваченный собственной игрой во любовь с Вероникой, и бросив наблюдать за русалкой. Хотя мог бы… Что он мог бы? Никаких разумных действий разум не предлагал. Зато в избытке были странные предложения. Типа, забрать с собой секретаря партнёра в качестве заложника. Но это уже не важно. Завтра окончательное подписание документов и у них осталась целая ночь. Можно переиграть тут сцену у бассейна. Еще раз заглянуть в её глаза, задать пару простых вопросов и, вечность спустя, заснуть, держа в своих объятьях обитательницу другой реальности. Это будет идеальным завершением дурацки потраченного дня…

Вилла выглядела пустой. Темные окна, в которых отражалось пламенеющее небо. Он дождался появления Бернара, чтобы задать единственный важный вопрос.

— Где она?

— Уехала, сбежав с пикника на берегу. Собрала вещи и вызвала такси до аэропорта. А её босс со своей девицей отчалили в ночной клуб минут тридцать назад.

Он закрыл глаза и понял, что его мутит. Хотелось залезть под ледяной душ и остаться там, хотя бы на пару часов, чтобы смыть все эти ощущения. Все было правильно. Он с пугающей очевидностью понял, что означала её улыбка. Отвлекающий маневр, со звонком Вероники и желанием показать насколько он крут и независим, был идеальной дымовой завесой. Как будто она сама этот звонок и организовала. Получив, в качестве приза, пару часов форы для своего бегства. Наверняка мотивированного и обоснованного болезнью близкого родственника.

Довольно эффектная схема отхода. В его голове опять проскочила идея договориться с мамой. Вряд ли афера такого уровня прошла мимо неё. Но не хотелось выставлять себя полным идиотом. Поэтому вслух он только уточнил:

— Давно она уехала?

— Уже как часа четыре как. Вы же не собираетесь за ней гнаться?

— Не знаю. Я уже не знаю, что собираюсь делать.

— Вы как-то слишком резко воспринимаете отъезд простой секретарши, с которой провели ночь.

Принц сжал ладонями виски, пытаясь сосредоточиться. Нотации или резкие определения охранника, задевали гораздо слабее, чем звон в голове, как будто от пропущенного в спарринге удара. Он поднял глаза и просто попросил, заранее зная, какой ответ услышит.

— Бер, найди её.

— Я не уверен, что это мое дело. Наймите профессионалов. Или позвоните маме.

— У меня сейчас нет на это времени.

— У вас никогда нет на это времени. Особенно на семью.

— Не начинай.

Продолжение старого спора сейчас было неуместно, но вполне понятно. Они слишком давно друг друга знали. Поэтому Бернар спокойно пропустил усталое предостережение мимо ушей.

— Вы о чем? О том, что женщин меняете чаще, чем ходите к парикмахеру? Или о том, что ради развлечений отказываетесь от своих обязанностей? Мне опять заткнуться?

Обычно подобные вопросы вызывали насмешку или ярость хозяина, но не сегодня. Сейчас мужчина только кивал, дожидаясь конца упреков, и рассматривая воротник рубашки охранника.

— Бер, ты давно меня знаешь. Я обязан тебе жизнью. Только поэтому и прошу. Найди её. Она не «простая секретарша». И на этот раз я сделаю очень большую ошибку, если дам ей исчезнуть. Не могу объяснить почему. Но след уже остывает…

Рыжий охранник поднял глаза на его лицо, всё ещё подозревая насмешку, но хозяин был пугающе серьезен. В повисшей тишине телефон зазвучал абсолютно несвоевременно. Так что они оба вздрогнули, узнав мелодию. Бывшая жена никогда не начинала общение сама, подчеркнуто избегая любых личных контактов. Слишком тяжелым для неё был и сам брак и недавний развод. Впрочем, из-за свинского обращения с Кристиной, он и не ожидал чего-то другого. Значит сейчас причина звонка была очень серьезной. Буквально, вопрос жизни и смерти. Поэтому ответил быстро и без особых колебаний. На всякий случай, встав прямо и, произнес, стараясь непринужденно улыбаться.

— Да, Крис. Давно не было тебя слышно.

— Завтра я тебя жду в официальной резиденции Марты. В 11 утра ровно. Это важно. Прихвати адвоката. — Ледяной голос в трубке мог, при желании, нарисовать морозные узоры на окнах всей усадьбы.

Сразу же зазвучавшие короткие гудки были свидетельством окончания разговора. Он опять посмотрел на экран телефона, чтобы убедиться, что слух его не обманул. Всё правильно. Безукоризненно вежливая и соблюдавшая все правила приличия, бывшая жена бросила трубку сразу как произнесла вслух все, что хотела сказать. То, что она хотела встретиться с ним в мамином доме. Мир действительно начал сходить с ума. Принц осторожно положил трубку на резной комод. Сейчас его ничуть не удивит, если аппарат выпустит тонкие лапки и убежит, прячась за раскидистый букет живых цветов.

— Русалка оказалась права. Мои проблемы только начинаются. — Произнес он, не отрывая взгляда от притихшего электронного устройства.

— Откуда у неё такие способности по предсказанию будущего? — осторожно уточнил Бернар.

— Потому что она все организовала. Не уверен, только в масштабах и целях. Но как часть плана это выглядит изумительно. Клянусь. Она стоит каждой потерянной монеты. Сколько бы их ни было.

— Но ваша мама вряд ли одобрит нечто подобное…

Короткий смешок тронул губы наследника семейного бизнеса. Подобные игры как раз были в духе материнской заботы о его тонусе. Но обычно происходящее не выглядело настолько зубодробительным. Хотя и его последние выходки плохо вписывались в негласный кодекс семейного поведения. В любом случае он ничего не теряет, если даст своему старому другу одно обещание.

— Хорошо. Ты пытаешься её найти и вернуть. Но если у тебя ничего не выйдет, то я обращусь к мадам за помощью и приму все её условия. Благо, что завтра я буду у матери в доме, и долго добиваться встречи с главой семьи не придётся.

— Вы игрок.

— Да. Но я держу слово, как ты знаешь. По рукам?

— Если у меня ничего не выйдет, и вы не пойдете в семью с повинной, то я уволюсь. — Уточнил рыжий охранник.

— Справедливо.

Мужчины обменялись рукопожатием и разошлись. Бернар не горел желанием следовать за странной девушкой, но заставлять других действовать вопреки их собственной воле, было невинным развлечением принца. Вот и сейчас наследник даже не испытывал угрызений совести. Слишком очевидным всегда выглядело желание маменьки его контролировать. Конечно, было бы неплохо понять как сама ситуация была завязана на мадам, но это только маленький клочок из рулона разорванной бумаги.

Зато роль русалки выглядела гораздо любопытнее. Она выбивалась из всех схем. Зацепив его так чувствительно, ей стоило запросить большую цену, а не сбегать, поднимая шумиху и привлекая внимание. Как будто ей не хватало опыта или изворотливости в подобных делах. Хотя, может оно и к лучшему? Если завтра Бер не справится, то у маминых гончих хватит сноровки для любой подобной дичи. Так или иначе, но они еще встретятся. Время, проведенное вдали — поможет проверить ощущения на достоверность. А сейчас алкоголь и снотворное помогут забыться, настолько, что обрывки видений и призраков прошлой ночи уже не потревожат.

Глава 5. Детальный подсчет потерь

У привычки спать под снотворными есть много недостатков. Но сейчас они воспринимались скорее как достоинства. Мир выглядел мутным и лишенным оттенков и части цветов. В отличие от ярких снов с поддельной русалкой в главной роли. Вчера, поначалу, он не смог заснуть, не смотря на эффективную фармакологию. Развлекал себя мыслями о том, что делает Бернар. Потом тупо смотрел на бассейн и заливал в себя высококлассный алкоголь. Потом, будучи абсолютно трезвым, поднял юристов и специалистов по безопасности проверять договор в третий раз к утру.

Ранний подъем на пробежку слегка встревожил охрану, хотя их присутствие не трогало его, так же как и отсутствие. Утренний кофе ощущался как смола, лишенная запаха. Плотный завтрак минус вкус и текстура любимых продуктов, поглощался быстро и молчаливо под испуганным взглядом повара, привыкшего к бурной реакции. Безликая одежда, была наугад выдернута из шкафа. Сегодня день ожидания чужих решений, а потому — главное выглядеть пристойно. Его самочувствие и планы не имеют значения.

Деликатный звонок в парадную дверь прозвучал, когда он уже спускался, поглядывая на часы. Даже не выспавшиеся юристы были пунктуальны и вполне приличны. Последние формальности. Подписи по договору о продаже земли под новый отель проставили в течение пары минут. Пожав в заключение, вялую руку толстяка, он освободился от этого куска обязанностей на сегодня. Рыхлый человек с любовницей даже немного удивился тому, как холоден его партнер после вчерашней феерии на берегу. Но это стало неважно и, забыв буквально мгновенно лица и имена людей еще недавно живших в гостевом доме, наследник семьи двинулся дальше. Управляющему он дал все распоряжения заранее — к его возвращению на вилле будет абсолютный порядок. Если он вообще решит вернуться. Прошедшая ночь делала эту ставку чрезвычайно маловероятной.

Да и юрист был чрезвычайно тихим всю дорогу. Возможно, причиной послужили какие-то шероховатости во время ночного обсуждения, но память отказывалась фиксировать подобные мелочи. Небольшой частный аэропорт и почти игрушечный самолет, который доставит почти к самому родовому поместью. Безупречно вышколенный шофер-араб, молча привезет их вместе с адвокатом в назначенное время в нужное место. Все в привычном круге дел и семейных обязанностей. Скучные, но необходимые формальности. Как вежливое приветствие дворецкому и чашка чая в мамином обществе. Знакомые до автоматизма мелочи жизни, от которых он пытался сбежать, занимаясь своим бизнесом и ограничивая контакты с семьей.

Дождь, в такт мыслям, деликатно барабанил в окна за безупречно подобранными шторами. Этот дом всегда был таким. Безупречным. И, наверное, права его бывшая жена, решившая поставить последнюю точку в их неудачных отношениях именно здесь. Просто он не в настроении, чтобы помочь ей в организации фейерверка. Документы, которые она торжественно вручила, были прочитаны и переданы блюстителю юридической чистоты, который изучал их в полном изумлении. Чуть ли не под микроскопом. Но суть претензий почему-то его не взволновала абсолютно. Возможно из-за того, что ночь была тяжелой. А может потому, что новости были устаревшими. Он просто молча слушал её речь и внимательно рассматривал женщину, которая взволнованно ходила по кабинету и эмоционально объясняла суть происходящего.

Бывшая супруга соответствовала интерьерам маминого дома вплоть до мелочей. Изысканная и утончённая, что включало в себя и чуть заметную небрежность небожителей. Её трудно назвать красавицей, но порода в ней чувствовалась превосходно. Как в скаковой лошади элитных заводчиков. Даже сейчас, когда она вышла из себя, происходящее, больше напоминало хорошо отрепетированный спектакль, чем искренний восторг от одержанной победы. Он размышлял об этом, положив ноги на антикварный стол и наблюдая за тем, как вздрагивают хрустальные подвески старинной люстры в такт её воплям.

— Я отбираю твой бизнес! — торжествующий голос Кристины разрезал воздух в финальном аккорде. Она выглядела гордой победительницей. После позорного развода ей каким-то образом удалось перехватить пакет контрольных документов над его фирмой. Причем, судя по встревоженному виду адвоката, который тщательно изучал документы, она действительно смогла забрать его фирму. А если этот лощеный пингвин действительно встревожен, да еще и обзванивает кого-то, уточняя детали… Что ж. Все битвы выиграть невозможно. Конечно, происходящее отбрасывает его лет на пять назад, но в каком-то смысле так будет честнее, чем то, как все обговорили адвокаты в их первом соглашении по разделу имущества. Если уж он теряет свой бизнес, то она была лучшим кандидатом на то чтобы его получить. Безупречным.

— Подавись… Оформи всё, что полагается и пусть катится. — Человек, только что потерявший большой кусок своей жизни выглядел уставшим и совершенно спокойным.

— Нет, ты не понял! Я всё у тебя заберу!

Он встал с кресла, подошел к ней вплотную и холодно улыбнулся, заглянув в глаза.

— Всё отнять — не получится. Моя фирма — твоя фирма. Но семейный бизнес… Ты же казалась умнее… Это к моей матери. И ты ей вроде всегда нравилась гораздо больше, чем я. О! Вспомнил! Она же и брак наш организовала. А сейчас у неё как раз должность горничной освободилась… Тебе точно нужно попробовать пройти по конкурсу на это место! Коньячку? Сам-то я выпью с удовольствием, поскольку ты меня оставила без гроша и бесплатная выпивка одно из последних доступных мне удовольствий…

Она, казалось, ожидала чего угодно, только не этого спокойствия и беззлобных шпилек. Войны, ярости, может даже попыток примириться и аннулировать развод. А от его движений веяло задумчивостью и сосредоточенностью на чем-то другом. Как будто речь не шла о целом состоянии, которое он сколотил за последние годы и фирме, поднятой с нуля.

— Мы с тобой не очень хорошо ладили…

— Да, это так. Ты передумала фирму отбирать? — он удивленно вскинул брови, безмятежно улыбаясь.

— Подожди со своими шуточками. Все эти годы, пока мы официально были вместе, единственное, что выводило меня из себя, было твое равнодушие. И сейчас. Хотя бы сейчас. Когда я забираю у тебя… Ты мог бы уделить мне хоть капельку своего внимания? — она была готова расплакаться. Что заставило его в очередной раз почувствовать себя козлом.

— Крис. Это ничего не меняет. Начиная с той самой минуты, как мама приняла решение за меня о заключении нашего брака… Я ничего не имею против тебя лично. В других условиях мы могли стать друзьями… Но не сейчас. Распоряжайся моими финансами, бизнесом, и будь счастлива. В итоге, я не тот, кто тебе нужен.

— Откуда ты знаешь?

Мужчина грустно улыбнулся, и пожал плечами. Он допивал свой бокал отвернувшись, и глядя как дождь смывает и уносит куда-то остатки еще недавней жары. Меньше всего ему сейчас хотелось обсуждать с бывшей женой личные вопросы. Сильнее беспокоила невозможность остаться в полном одиночестве, чтобы набрать номер и узнать последние новости от Бернара. Но официальное примирение сторон, проверка и подписание бумаг, займет еще не меньше пары часов. И это если мать не соизволит явиться, чтобы прочитать нотации о безалаберности и проблемах в системе безопасности. Сейчас он застрял в паутине семейных связей, и оставалось с этим смириться, почти физически ощущая, как с легким шорохом утекает драгоценное время.

Проблемы, о которых говорила русалка, оказались ощутимее, чем он рассчитывал. Не то чтобы его беспокоили деньги. Хотя и обидно проигрывать вот так на пустом месте. Хуже было то, как ночная гостья завладела его мыслями. И судя по отсутствию известий от Бера — надежда найти и вернуть её быстро оказалась несбыточной мечтой. Так, где она сейчас? И, черт побери, что происходит?

Она заметала следы. Иногда посматривая из окна на пожухший город в облетающей желто-коричневой мертвой листве. Ночной перелет из лета в эту промозглую слякоть прошел относительно легко. Оставалось только улыбнуться отсутствию явной слежки и внимания к её скромной персоне. Ситуация, конечно же, может измениться за пару ударов сердца. Поэтому сейчас всё, что отвлекает от насущных потребностей — персона нон грата.

Исчезать всегда нужно грамотно. Это было вторым правилом, которое она усвоила, после того, как научилась оставаться в живых. Устроиться на работу, в некотором смысле, гораздо проще. А вот раствориться в воздухе так, чтобы по следу не пошли ищейки — сложнее. Документы, отпечатки пальцев, образцы ДНК, привычки, оставшиеся в памяти окружающих людей. Человек вживается в рабочее место сильнее, чем думает. Сейчас важно оставить образцовое рабочее место среднестатистической секретарши. Чужие отпечатки пальцев на руках слегка запутают и отвлекут внимание в нужную ей сторону. А у неё ещё пара незаконченных дел в этой фирме. В этом смысле удобно, что начальника нет в городе и всегда можно изменить маршрут движения, объяснив это его распоряжениями. Мнимыми или реальными.

— Конечно, я тут. Да, делаю документы. Они будут готовы через два часа. Конечно, Иван Сергеевич, я помню, насколько это важно и к прилету они будут на вашем столе.

Теперь чистка компьютера во всех отношениях. Небольшой червячок подчистит информационное поле, а технические специалисты помогут с грубыми материальными субстанциями…

— Ребят, я сегодня накосячила после перелета. В вечной борьбе кофе с клавиатурой есть жертвы. Вы говорили, что и системную коробочку нужно чистить… Что? А, Ну да… Системный блок… А можно все сразу? О нет. Я не спешу. А сколько времени займет чистка и замена? Нет, я не тороплюсь… Даже могу после обеда задержаться, чтобы вам не мешать… Прямо сейчас заберете? Я ваша должница… И пиво в нижнем ящике как раз мечтает с вами встретиться….

Привычки аккуратистки и чистюли как раз дают возможность носиться с тряпочкой по своему кабинету. Хотя закуток между ширмами плохо соотносился с подобным определением, но тут важнее не слова, а искренняя забота о рабочем месте. Это даёт все основания, чтобы глубокомысленно вздыхать при виде пыли, методично стирая отпечатки пальцев. Не без фанатизма. Потом нужно размяться и оценить обстановку.

— У нас кофе осталось? Спать после перелета хочу — сил нет…. Юристы всегда были жмотами — не хочу у них клянчить… И что это по-вашему значит? Карина еще нежится на солнце, а я как раб на галерах… Ладно, схожу. Да, и печенье тоже спрошу.

Уверенно цокая неустойчивыми каблуками, она пробежалась по отделам с протянутой рукой. Стратегически выбранный маршрут помог оглядеться и решить задачу спасения сотрудников от голодной смерти одновременно. Вежливо улыбаясь, она не могла отделаться от мысли, что все эти новые люди в офисе — совершенно лишние на празднике её жизни. Стажеры, бродящие по офису, в поисках своих или чужих отделов. Незнакомая смена охраны в здании. Новые лица на этаже.

Болтая с приятельницей из отдела кадров, она успела насчитать пятерых чужаков там, где их не должно было быть. Просто чудо, как быстро растут и множатся сложности. Наверное, все ради того, чтобы у неё было меньше времени на посторонние мысли и рефлексию. В итоге, она сама виновата. Никто не заставлял спать с объектом охоты. Даже если он и не в курсе, кто она — это не значит, что все совпадения пройдут мимо глаз параноидально настроенной команды профессионалов, которая идет за ней. Единственно, что у неё есть фора — они пока считают совпадения, а она уже слышит срабатывания внутренней охранной системы. Домик складывается, и уносить ноги нужно быстро. Пара часов от силы… А может и меньше.

И та пара документов в офисе шефа. Одна из причин её трудоустройства именно в эту быстро развивающуюся организацию. Ох и не стоило Ивану Сергеевичу шантажировать жену своего партнёра по фирме. При всем восхищении навыками общения своего мимолётного начальника, русалка осознавала, что далеко не все препятствия он преодолевал на чистом обаянии. Кое-где и грязь с принуждением фигурировали. А ещё казалось забавным, как умел её собственный напарник собирать подобные головоломки, где каждый кусочек операции был прикрытием для чего-то другого. Наказать самоуверенного богатея, воспользовавшись необходимостью ликвидации следов другого неудачного романа.

Но, не стоит отвлекаться. В кабинет начальника будет трудно пробраться, учитывая роскошную даму, официально носящую звание «личный помощник директора». Впрочем, в переводе на «по-простому» это было больше похоже на «главную стерву офиса». И в любом случае, сейчас выбора не было — придётся задействовать несколько заранее приготовленных приманок. Нужно только заглянуть в приемную, пробегая мимо:

— Людмила Прокофьевна, вы уже оправились?

— Да. Это грипп, по счастью быстро закончился. Но, хорошо, что вы меня смогли подменить. Как прошла поездка?

Вот! Это ведь очень правильный вопрос. Информация — жизнь, особенно для человека, который строит свою карьеру на маневрах между боссом и его женой. Если не будет информации, то никакая модельная стрижка, дорогая одежда и выразительный макияж не помогут удержаться у власти над офисным планктоном. И спрос рождает предложение.

— Очень жарко. Но в целом очень удачно. Договор подписали. Кажется. И Иван Сергеевич был очень мил — даже на обед нас сводил в один из вечеров. Ах, как там было здорово!

— Ты мне должна все рассказать.

Конечно-конечно, чтобы потом его жена вздернула на рее юную стенографисточку Карину за мини, открытые маечки и курортный роман с начальником. Ведь именно в её авансах причина измен этого "неприспособленного к жизни человека". И не важно, что похоть одна из немногих его слабостей. Даже избалованная дочка высокопоставленного чиновника до сих пор уверена, что муж искренне влюблён, и именно в этом причина их брака, а не в деньгах её отца. Высший пилотаж ещё и в том, что все участницы этого гарема присматривают друг за другом, считая Ивана Сергеевича безвольным олухом.

А гранд-даме с горящими глазами досталось звание "всевидящее око". Когда-то она была в обойме, а теперь лишь надзирает за порядком в офисе, по-дружески донося жене о "зарвавшихся стервах". Забавная иерархия, если задуматься. Но, кто замечает подобные мелочи? Особенно если этот рассказ позволит обоснованно выйти за пределы здания, не вызывая подозрений.

— Если угостите кофе, то обязательно. — Кокетливо ответила русалка. — Все подробности будут вашими. Я слышала, по соседству в торговом центре новая кофейня открылась, может, посидим в обед?

От перспективы получить вожделенную информацию Людочка приободрилась и стала просто лучшей подругой. Теперь осталось зайти в кабинет начальника за документами, которым не место в новом, лучшем мире, где её следов уже не будет. И не будет некоторых рычагов влияния на партнёров в руках опытного сластолюбца.

— Можно я загляну в отчеты за прошлый год? Мои копии безвозвратно сгинули в недрах бухгалтерии. А шеф срочно запросил цифры… Выручишь? Я быстро!

То, что обычно стало бы предметом скандала и упреков в недостаточном профессионализме сейчас заслужило только гримаску в стиле «ну что с вами идиотами поделаешь — иди, ищи сама». Собственно минуты хватило с запасом на все запланированное. Теперь надо бежать в секретариат, чтобы пригласить еще одну участницу к посиделкам в кафе на обеде. Ох и страшны были разборки Людочки с этой дамой в последний раз. Конечно, никто не виноват в том, что молодость уходит и на место «помощника директора» постоянно претендуют все более юные и соблазнительные добровольцы, которым босс отказать просто не в состоянии. Но кому-то нужна информация, а кому-то — хорошо просчитанный отвлекающий маневр, которым легко может стать громкое выяснение отношений в кафе.

Эффект присутствия поможет создать несколько продуманных мелочей. Сумка под столом. Мобильник, с которым не расстаешься больше чем на полчаса в розетке на зарядке. Недопитая чашка кофе и фраза, брошенная в соседнем кабинете «вернусь через 5 минут». Такая нехитрая маскировка со следа не собьет, но может расслабить преследователей. Зонт и плащ были оставлены до времени в чужом кабинете.

Заклятых «подружек» до времени стоит подвести к кафе разными путями. Чтобы эффект был сильнее — надо помочь расслабиться, а потом помочь в накоплении небольшого заряда гнева. Например, от одинокого ожидания в кафе, когда есть куча других дел, или от неудачно брошенных шуток. План был точен настолько, что ей оставалось скользить по поверхности событий.

— Людмила Прокофьевна, меня тут юристы припахали. Вы займете столик, пока я тут закончу? Там слишком популярное место, чтобы пустовать в обед… Конечно, всё за мой счет…

— Марина Витальевна. Совершенно случайно планы изменились. Я освобожусь через десять минут. Мы с вами условились. Не стоит… Делайте заказ и ждите меня.

В общем, когда девушки «случайно» столкнулись за соседними столиками — искры напоминали промышленную электрическую дугу. И ситуация накалялась просто на глазах. Как и ожидалось — им нашлось, что обсудить в непринужденной обстановке… Она задержалась буквально на минуту, наблюдая из-за угла за быстро накаляющейся ситуацией в кафе. Интересно, что победит молодость или опыт? Людмила Прокофьевна была дамой прожженной и уже несколько лет цепко держала офис в своих ухоженных руках. Но и её соперница, успевшая оценить плоды близости к начальнику, просто так не собиралась сдаваться. Надо надеяться, что в этой драке девушки о ней вспомнят не скоро. Да и охрана вон уже довольно быстро реагируют на шум выяснения личностей и размеров. Так что все идет точно по сценарию.

Глава 6. Пути отхода

Русалка слышала спинным мозгом, что нужно спешить. Хоть сутолока торгового центра и просто создана для того, чтобы наблюдатели теряли объект охоты. Десятки магазинов с примерочными кабинками и кафе, где люди постоянно сталкиваются и теряются одновременно. В итоге безликие манекены тут обладали большей индивидуальностью, чем толпы людей отражавшихся в витринах. Но сегодня чувствовалось, что на хвосте у неё сидели хорошо подготовленные ребята. Хотя упрощать им жизнь она не собиралась, и маршрут был запланирован давно, но всё равно остановилась посмотреть, кто из нынешних противников решился на такую серьезную облаву.

Шансы, что её новый облик кто-то забудет можно считать нулевыми. Неоново-голубая футболка с вырвиглазным принтом, розовый парик с косичками, рюкзак в виде динозавра и джинсы расцветки выедающей мозг. Но так же маловероятно, что её узнают. Поэтому она заняла очередь к автомату с кофе и, постукивая ногой в такт ритмичной мелодии в наушниках, начала рассматривать компанию загонщиков. Метания группы неприметных людей внимательно изучающих галереи и магазины, были, конечно, забавны. Но нужно найти вожаков этой своры. Откуда ветер дует? О! Здравствуйте, Стивен. Рада личной встрече, так сказать. Мадам все-таки отслеживает знакомых своего сына, раз Вы, главная ищейка, присутствуете тут…

Но. Какая знакомая рыжая шевелюра появилась на горизонте… Сердце успело отбить чечетку, прежде чем девушка осознала, кого видит. Бернар. Он не гончая, и доверенное лицо принца. Зачем он здесь и почему сотрудничает с шавками мадам? Богатый мальчик договорился с маменькой, и чересчур серьезно отнесся к мимолетному развлечению? Маловероятно. Для этого он слишком азартен, чтобы перепоручать ловлю заинтересовавшей добычи… С другой стороны его задержала бывшая супруга и денежные вопросы. Странно, но не смертельно. В любом случае нужно продолжать намеченный путь…

Лабиринт городских коммуникаций встретил её радушными объятиями смога и неулыбчивыми лицами людей. Дел ещё уйма. Найти тайник. Забрать документы. Побродить по улицам с наушниками, вспоминая правильные интонации и акцент. Наконец, она в новом образе плюхнулась за столик небольшой прокуренной забегаловки с бесплатным интернетом. Официантка с помятым лицом появилась как будто из-под земли с бессмертным вопросом:

— Вам что-нибудь принести?

— Oui, чашку эспрессо и пирожное.

Кафе не смотря на свой затрапезный вид и странный сервис, давало приличный обзор и позволяло спокойно расположиться для наблюдения. Правда, напиток был так себе, а приторно-масляный крем на куске подошвы с трудом выдерживал пафос собственного названия. Зато бесплатный интернет дал возможность переговорить с нужными людьми.

— Bonjour madam. Моя предыдущая группа решила еще неделю понежиться на пляже, вот я и оказалась не у дел. И оператор подтвердил, что вы по-прежнему планируете поездку. Как насчет завтрашнего утра? Вы будете готовы к вылету? Да, билеты у меня, если согласитесь. Может заехать помочь собраться? Ну что вы — совсем не трудно. Буду рада составить компанию этим вечером.

Старые пути отхода — самые надежные. А роль компаньонки для этой семьи ей уже привычна. Сколько лет она летала вместе с ними? Да, пожалуй, уже года три, как только напарник придумал подобный способ заметания следов. Они приятные собеседники и подтянуть разговорный французский будет кстати. Уже не говоря того, что сейчас будут искать одинокую путешественницу, а не девушку-сопровождающую с парой улыбчивых стариков. Теперь можно расслабиться и посмотреть из окна, как промокший город живет своей собственной жизнью, не обращая внимания на муравьев-людей, делающих вид, что они чем-то управляют…

Уже дело техники будет напроситься остаться у них переночевать. Небольшая, но хорошо обставленная квартира позволяла приютить скромную знакомую, которой некуда идти этим вечером. Это лучше чем сон на неудобной кровати в общежитии. Предчувствуя радушный прием и расспросы стариков, которые почему-то каждый раз сильно волновались, перед поездкой к детям за границу, она улыбалась. Всё-таки у неё еще есть друзья, хоть и не так много.

— А может и не ездить вовсе? Стесним их и будем путаться под ногами? — размышляла вслух хозяйка дома. Когда молодая женщина сидела на кухне, в обнимку с кружкой травяного чая и поглядывала с улыбкой на прямолинейное кокетство пожилой леди.

— Не придумывайте. Все документы оформлены, и билеты куплены, и я только что лично разговаривала с вашей дочерью. Она скучает, и просила не давать вам повода улизнуть от общения с внуками…

— Ты моя хорошая… Тогда решено! Собираемся. Старый, маразматик мой любимый, куда ты положил таблетки?

Чернильная темнота сгущалась за окнами, под мерный перестук капель закончившегося дождя. Чужой дом и чужие запахи заставляли беглянку спать очень чутко, не смотря на искренность и заботу хозяев дома. Если бы еще не было ощущения чужого пристального взгляда. Человек без лица, как всегда прятался в тени, пропадая без следа, как только удавалось на ней сфокусироваться. Проще было думать о том, чем сейчас занимается принц. Почему-то при этом ей хотелось, чтобы он пытался выбросить её из головы. Например, в спортзале. Или может, в ночном клубе с парочкой полуголых девиц. Казалось, что в этом случае Вселенная вернет себе потерянное равновесие. И она сама — тоже. Если их роман — только случайная загогулина вероятности в бесконечно расширяющейся вселенной.

Для него вечер был заполнен званым ужином, на который мадам не преминула его затащить. Люди, лиц которых он не замечал в общем гуле. Узкий круг благотворительного вечера. Вежливые улыбки. Дорогие наряды. Сдержанный блеск антикварных украшений. Вещей скромных на вид, но не по цене. И ещё лицемерно много вопросов о будущем. А он слышал только давно отзвучавший и сухой доклад Бера.

— Она ушла из офиса слишком профессионально, чтобы это было случайностью. Все следы подчищены. Стивен говорит, что они давно за ней охотятся. Мадам была в курсе того, что русалка, с Вашей женой задумали. При этом ничему мешать не планировала.

Конечно, фраза «так тебе и надо» — не прозвучит из маминых губ, исключительно из-за превосходного воспитания. Но не нужно было обладать телепатией, чтобы понять происходящее. На девушку готовили ловушку. Она разводит его на деньги. И показывает своё лицо. Её ловят, но активы уже переведены, и никто возвращать их не собирается. Ловушка сработала. Деньги поменяли владельца. Но улов — нулевой. Если не считать его злости. Мадам еще не догадывается, но спор он уже проиграл. Его зубы сомкнулись, придавая улыбки чрезвычайно неприятный вид.

— Прекрати пугать гостей своей кислой физиономией. Потеря твоей мелкой кормушки не должна отражаться на лице так явно. Удар нужно уметь держать.

Он спокойно молча кивнул, рассматривая тонкую вышивку на вороте её платья. Морщины. Аккуратную укладку ярко-рыжих волос. Если её что-то и раздражало всерьез в сыне, так это подобное поведение. Холодный внимательный взгляд и внешняя покладистость. В такие моменты слишком сильно напоминал своего отца, когда тот был не в духе. Проще было, когда он забывал о наличии правил и начинал буянить. Проблемы получались хотя бы предсказуемыми.

А сейчас очередная его выходка была бы, некстати, учитывая объем данных, которые смогла утащить эта вертихвостка. Нужно сконцентрироваться на минимизации ущерба и улыбаться, вместо того, чтобы следить за взбалмошным и бесполезным наследником. Она демонстративно взяла его под руку и широко улыбнулась. В любом случае, на публике, нужно держать оборону семейной крепости. Они вместе, все так же почтительно касаясь друг друга, сделали пару кругов, беседуя с гостями, прежде чем она заметила своего помощника, заглянувшего в зал.

Секретарь почтительно замер у входа, изображая покорность судьбе. Вне зависимости от того — увидит его хозяйка и отвлечется от гостей или не заметит, и пропустит этот давно ожидаемый звонок — ему закатят скандал. Воспитание и муштра в элитном колледже не подготовили к подобным заскокам нанимателя. Но близость к этой семье позволяла надеяться на появление таких связей, которые сделают последующую карьеру делом головокружительно быстрым. Вот и сейчас мадам не посчитала нужным его отчитывать — просто вышла из зала, взяв аппарат и произнесла.

— Слушаю.

Она весь день ждала этого звонка и не могла терять время дальше. Стивен был человеком очень терпеливым и бесстрашным, но сейчас, как вестник плохих новостей, знал, что может поплатиться головой.

— Мадам. Мы смогли отследить её следы до аэропорта. Видимо она уже ушла из страны или вот-вот уйдёт.

— Как я понимаю, вы это и раньше знали, что спокойно пересекает границы безо всяких происшествий. Меня интересует не это.

— Больше мы ничего не выяснили. Она опять не оставила следов. Растворилась. Более того, похоже… — человек в телефонной трубке замялся. — Похоже, она знала, что за ней следят. С каждым разом эта тварь становится все наглее и действует все более открыто. Практически не скрываясь. В таком темпе её поимка становится делом считанных месяцев.

— В прошлый раз вы говорили тоже самое. Уже полгода как, если мне не изменяет память. И я бы спокойнее к ней отнеслась, если бы в её руках не оказалось такого объема информации о делах семьи. И эту утечку допустили именно вы, Стивен.

— Но судя по тому, что все данные попадающие к ней — никак не проявляются, это вопрос скорее возможности договориться. Показывает готовность для диалога и помогает в определении цены за её услуги.

— Не зарывайся. Твои домыслы не означают, что поисками этой аферистки стоит заниматься спустя рукава.

— Да, мадам. Я возвращаюсь, и завтра развернутый доклад будет у вас на столе.

Нажав отбой, она небрежно кивнула секретарю, отсылая прочь. Замерла, прислушиваясь к звукам продолжавшегося вечера. Поправила прическу, глядя в зеркало и произнесла.

— Я думала, ты не будешь опускаться до такого уровня. Подслушивать за занавеской — не к лицу наследнику славной фамилии.

— Иногда, это единственная возможность узнать что-то стоящее, мадам.

Принц стоял за колонной, задумчиво перекатываясь с носков на пятки и обратно. Услышанное его не радовало, но и не удивляло. Маневры внутри маневров. И ниточки, управлявшие сразу несколькими марионетками. Но при этом она, явно, не в форме. Позволить кому-то слышать подобные интимные подробности — совершенный нонсенс. И сейчас у него был шанс получить немного больше. Он сделал шаг вперед, чтобы видеть профиль матери и произнес, наклонив голову:

— Вы были в курсе.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду. — Холодный и жесткий ответ был частью их общей игры. Хотя впервые оттенки голоса говорили о легком колебании. Поэтому он уточнил.

— Афера с моей фирмой. Это была ваша идея?

— Сын, ты забываешься.

Чуть повышенный тон голоса подтвердил догадки и заставил молодого человека рассмеяться.

— О! Какие знакомые увертки вместо ответа. Но это не так уж и важно. Я с белым флагом и предложением.

— Даже если это так, я пока мало что понимаю.

— Мне нужна девушка, всё это устроившая. Она не могла проскользнуть незаметно, мимо твоих церберов. И так же маловероятно, чтобы она что-то провернула в такой опасной близости от твоих собственных капиталов и ты была не в курсе.

— Девушка?

— За ней еще охотился твоя ручная гончая — Стивен. Он только что звонил, рассказывая о том, как потерял след. Бернар пересекался с ним сегодня. Вспоминаете?

— Да. За ней действительно следили, но у меня не было полной картины. О её планах я не догадывалась, пока не стало слишком поздно. Но почему она тебя заинтересовала? У меня, конечно, есть обрывочная информация, что дело опять в твоей сексуальной распущенности. Но, неужели ты так сентиментален и одна единственная ночь, проведенная с ней, стала причиной такого повышенного интереса…

— Я смотрю, ваша память улучшилась. Мои мотивы на данном этапе не важны. Мне нужна вся информацию о ней.

Мадам внимательно рассматривала своего сына, пытаясь определить, насколько далеко он готов зайти в желании получить ускользнувшее прямо из рук. И подняла ставки.

— На текущий момент тебе трудно мне что-то предложить в обмен на информацию. Денег у тебя нет. Оба твои никчемные брака принесли только огромное количество скандалов. И никакого продолжения рода. А мне нужны наследники. Отношения с благопристойной девушкой, которые окончатся свадьбой и рождением пары тройки детей с приличной родословной.

— Мадам, вы говорите, как будто о щенках. Впрочем, сентиментальность не ваш конек. Так, чего вы хотите, если отбросить реверансы и мечты о несбыточном?

Он пожал плечами, внимательно рассматривая темноту за окном. Подобное предложение от матери было вполне ожидаемым. Но продавая душу дьяволу стоит заранее уточнить условия. Чтобы потом не было иллюзий о величине поводка.

— Ты получишь данные, только если пообещаешь жениться.

Поморщившись от прямоты её слов, он спросил.

— Надеюсь подписывать брачный договор нужно не прямо сейчас?

— Естественно, нет. Достаточно твоего согласия.

— Тогда, Вы его имеете. Это единственное условие?

Удивившись от его покладистости мадам быстро ответила:

— Нет. Ты возьмешь на себя одно из наших подразделений. На мой выбор.

— По рукам. Когда я смогу получить информацию?

— Завтра. Сразу после возвращения Стивен будет в твоем распоряжении. И так долго, как потребуется. Удачной охоты, сын.

— Благодарю, мадам. Надеюсь, что вы будете довольны тем, что получите, так же как и я.

— Безусловно. — Она произнесла вслух только одно слово. Но понимала, что в любом случае это была хорошая сделка. Купить за знание о какой-то девице лояльность своего непутевого сына… Это больше, чем она могла даже мечтать. А учитывая его азарт — она получит их обоих довольно скоро. Было чуточку любопытно, что именно заставило гордого наследника начать такую охоту. Уж точно не недостаток женского общества. Но в итоге — это не настолько важно.

Её уверенные шаги отражались от стен, зеркал и подделок под портреты предков. А гордо поднятая голова была явным признаком победы. Но, наверное, впервые за долгое время цена была для него настолько неважным аспектом торгов. Только за этот вечер он пару раз видел силуэт русалки и слышал её смех. Отчетливо понимая, что это невозможно и уставший разум играет с ним в свои странные прятки.

Мамин дом был лучшим местом для встречи с привидениями, которых он сейчас не желал видеть. Тайны прошлого бродили по этим изысканным залам, не смущаясь и посмеиваясь над его смятением. Маленький мальчик, возомнивший, что может что-то изменить и позволить себе бунт. Как и много лет назад, оставалось только бегство. Без лишних слов и объяснений. Найти шофера в суете возле дома оказалось довольно просто. Не сложнее — добраться до города и попасть в свою старую квартиру.

Холостяцкая берлога. Она долгие годы была символом независимости и свободы от прошлого. Пустые стены и аскетичная обстановка внутри напоминали о былых временах, когда от последствий неудачного романа можно было избавиться просто дав указание девушке из клининговой компании: «все что не квадратное и не имеет пульта управления — отправляйте в мусор». Квартира была удобна тем, что каждый раз, после его возвращения все оставалось без изменений: пустым пространством, наполненным новыми перспективами.

Но сейчас замерев на пороге темного помещения, и отпустив консьержа, он попытался вспомнить хоть одно из лиц тех, по кому сходил с ума тогда. Безуспешно. Еле слышный запах пыли и моющих средств, как и в любом нежилом помещении. Пара имен кружилась где-то рядом, не даваясь в руки. И только. Кинув ключи на стол, он устало подумал, что возможно и русалка однажды пополнит эту галерею забытых лиц. Но до этого предстояло пройти еще долгий путь. А пока каждое простейшее действие вызывало воспоминания, которые он хотел бы вычеркнуть из своей памяти. Она его обокрала. Сбежала. Была целиком и полностью лживой тварью. Так почему же он так боится. Почему у него в груди сидит ощущение, что забыв хотя бы кусочек той ночи, потеряет самого себя.

Он старательно следил за собственным дыханием. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Психолог говорил, что концентрация внимания на простейших вещах, типа дыхания, поможет победить гнев. Сейчас это было бы очень полезно. Набрав стакан воды, и достав из аптечки таблетки от головной боли, он еще некоторое время смотрел на огни города за окном. Где бы она ни была — пусть прячется лучше. Охота начинается. И на этот раз он не остановится на полпути.

Глава 7. Начало охоты

Хмурое утро наполняло серую квартиру отблесками фар. Машины, как тени с глазами бежали по своим делам. Он спокойно доедал завтрак, принесенный женой консьержа на забавном подносе с утятами, рассматривая сонные улицы. После пары звонков с утра уже даже багаж прислали и аккуратно разложили в гардеробной. Мир обретал структуру и с этим можно начинать работу. Бумаги на столе напоминали о ночных посиделках и попытках структурировать тот мизер, что ему уже известен. Идей пока было гораздо больше, чем достоверной информации.

Первым появился Бернар, помятый и напряженно-злой. Одного взгляда на него хватило, чтобы вспомнить собственные ощущения, загнанные самоконтролем глубоко вовнутрь. Но и облегчать участь своего подчиненного принц не собирался. Выслушал рассказ, не меняя выражения глаз. Задал пару наводящих вопросов, убедившись, что практической пользы от старого приятеля, нет. Налил стакан воды и протянул охраннику, улыбнувшись одними губами.

— Выводы сам будешь делать?

— Нечего тут выводить. Она призрак.

— Она человек. И пару раз я с ней лично разговаривал. Даже ручку поцеловал, если тебя это утешит. — Когда Стивен появился в квартире, никто из присутствовавших не заметил. Но было очевидно, что он уже некоторое время слушал доклад. — Прошу прощения, что так бесцеремонно врываюсь, но мадам сказала, что это срочно.

— Да. Мне нужны накопленные вами данные по ней.

Стивен присел на краешек стола, даже не поправив поношенное пальто и не смахнув крошек. Он очень внимательно рассматривал наследника семьи, с которым до этого момента практически не сталкивался. Если не считать заданий по нейтрализации его неудачных и чересчур громких романов. Поэтому слова мадам о том, что им предстоит дальше работать вместе, стоило еще раз проверить на прочность.

— Вы уверены, что хотите это знать? После вашей ночи вместе с ней мне хотелось бы иметь гарантии.

— Гарантии что вас не вздернут на рее из-за того, что я сдам русалке оперативную информацию? У вас забавные представления обо мне. Но это не важно. Приказа маменьки должно хватит, чтобы вы не забивали этим голову. — Принц задумчиво рассматривал городской пейзаж. За окном разливалась серое уныние, чуть подкрашенное мокрой листвой, начинавших желтеть деревьев. Лето ушло, хлопнув дверью. А если брать в расчет только ощущения, то никакого лета не было вообще.

— Вы не ответили на вопрос о гарантиях.

Где-то краем сознания принц понимал, что происходящее только игра. И человек перед ним просто ломает дурака, чтобы узнать границы допустимого. Но гнев, наконец, нашел способ прорваться в окружающий мир. Поэтому просто взял человека перед собой за лацканы и приподнял над полом. Поставил к стене. При этом на лице по-прежнему была равнодушная маска скучающего аристократа после завтрака. Он только уловил движение Бера чуть сбоку. Охранник уже догадался, что сейчас не стоит путаться под ногами. Хотя бы из чувства самосохранения.

— А я и не собирался отвечать. И выкидывать вас в окно. Не собирался. Но я быстро устаю от необходимости планировать свои действия. Поэтому в последний раз обсуждаю границы собственной ответственности. Вы работаете сейчас на меня. Вы исполняете мои приказы и просьбы. Не из-за моих красивых глаз. А потому, что я хочу поймать эту девушку сильнее, чем вы думаете. Да. Потому что это личное. Может, будут еще вопросы?

— Нет. Благодарю. Теперь всё понятно.

Сыщик на службе семьи поправил съехавший галстук и усмехнулся, как только оказался на твердой земле. Демонстрация силы была вполне годной. Наследник действовал грубее, чем его матушка, но эффективность, похоже, у них в крови. И чем бы ни насолила беглянка этой семье — теперь ей стоило бояться собственной тени.

— Данные привезут позже. Всё начали хранить на бумаге после того, как кто-то регулярно запускал вирусы и рушил компьютерные хранилища данных. Наши спецы сдались и теперь только следят за тем, что всё распечатывать вовремя. Её дело помещается в несколько коробок. Увесистых. Надеюсь, вас не пугает пыль?

— Нет. Не пугает. Как и многое другое. Пока мы ждем, может, хотите кофе? Бер, сделай заказ. Вроде мое любимое кафе по-прежнему работает.

Он вернулся в привычную колею. Воспитанный и спокойный тон светского разговора вполне устроил всех. А через пару минут ушла и дрожь в руках. Старые привычки, вбитые с кровью, иногда вылезают в самый неподходящий момент. Так и сейчас, только Бернар понимал, насколько близок к правде был его начальник, обещая выкинуть гостя в окно. День начинался весело.

Так же как и у русалки. Гулкое здание аэропорта было наполнено суетой, встречами и расставаниями. Холодный металл детекторов и бдительность таможенников внимательно изучавших документы быстро привели её в чувство. Сидя за столиком кафе перед посадкой, чтобы скоротать неожиданно образовавшиеся полчаса до отлета, она рассматривала происходящее отстраненно, с любопытством профессионального беглеца.

Интересно обнаружили ли её преследователи старую бронь? Компьютерный гений обещал, что парочку дорожек из хлебных крошек оставит. Если так, то сейчас в зале отлета должны появиться пара знакомых лиц. Собственно, когда небольшую компанию молодых людей окружили люди в штатском, стало понятно, что ловушка сработала. При этом в команде отсутствовали основные игроки. Интересно, хороший ли это признак, что Стивена не видно поблизости. Вчера почти слышать его дыхание за спиной, а сегодня — недоуменно рассуждать о причинах его отсутствия.

И всё равно было странно слышать, как произносят её старое имя и просят пройти к администратору зала, из-за каких-то проблем с документами. Этим именем и документами она пользовалась почти полгода и ни у кого не было претензий. Теперь девушка, которая нерешительно поднялась с места ожидания, подталкиваемая своими смеющимися приятелями, так же была немного удивлена тем, что заинтересовала кого-то. Все-таки они похожи. Даже внешне. Она пригладила рукой волосы и улыбнулась тонкости действий своего напарника.

Жалко, что нет времени ждать окончания этой саги про ошибку в документах. Возможно, она бы меньше чувствовала себя обделенной чужим вниманием, снова увидев недоуменное выражение гончей, теряющей след. Но их самолет объявили и нужно теперь двигаться на посадку, чтобы у подопечных меньше нервов тратилось на переживания «самолет же может улететь без нас». Теперь осталось уже немного и страницы с историей этой части жизни можно будет спокойно перевернуть. И уже в свободное время хорошенько покопаться в собственных ошибках.

Полет был предсказуемо легким и комфортабельным. Старое кино, которое транслировали по самолету, увлекло её спутников на большую часть пути. Ещё часть времени заняли неизбежные долгие разговоры и рассказ о детях. Просмотр фотографий внуков, которые растут и меняются, и о том, как это грустно видеться живьем только пару раз в год. Жалобы на болезни и быстроту изменений мира. А венцом всего стали «все эти электронные сообщения», которые явно придуманы антихристом. Но в целом это всё было так мило и по-доброму, что девушка пару раз забывала о том кто она и зачем они все здесь.

Пережив приземление и получив напутственное:

— Спасибо тебе за заботу и береги себя деточка, — от стариков, которых встречали родные на пороге спокойного и полного достатком дома, она ощутила легкий укол зависти. Их путь уже закончен в объятьях любимых людей, а у неё впереди предвидятся только одиночество и дорога. Что ж. И это она тоже выбрала сама.

Новый город и новые лица. Она улыбнулась и вдохнула холодный липкий туман еще одного дня. Бегство крысы по лабиринту продолжается. И в этой игре, на текущий момент, она преуспела. Теперь, на повестке дня — сон дешевом мотеле. Жидкий кофе и мятая горячая булка с дешевой котлетой неизвестного происхождения. Извилистые узкие и грязные улицы. Люди как усталые от жизни тени на разрушенных войной стенах домов. Даже после стольких лет из этого места ещё не выветрился запах беды и боли. А то, что людей в форме стало гораздо меньше, не делало остальных дружелюбнее. Надо выбираться в более приятные места, но после одного дела.

— Что делает такая приятная девушка в подобном районе? Здесь не стоит появляться без сопровождения…

— Спасибо за предупреждения. — Лучезарно улыбнулась девушка, разворачиваясь всем телом. Гнусавый пропитый голос человека, заговорившего с ней, не соответствовал образу доброго самаритянина. Собственно здесь благотворителей она и не ожидала увидеть.

— Может, составить вам компанию? Выведу к цивилизации самым коротким путём. У меня и машина есть. И даже денег возьму немного.

Девушка продолжала улыбаться, рассматривая побитую и облезшую развалюху, на которой её предложили подвести. Номера вроде были в порядке, хотя и стоило их лишний раз пробить по базе угнанных. Намерения этого небритого и хитро улыбающегося человека были довольно прозрачны. Что вполне её устраивало.

— Буду благодарна. Но у меня почти не осталось наличных.

— А далеко вы шли?

— Искала северный автовокзал. Мне сказали, что тут просто дойти пешком. Но, видимо, я что-то перепутала.

Это была фраза с подвохом. Судя по местности, до вокзала оставалось рукой подать. Хотя пару раз в этом городке её действительно довозили до места в целости и сохранности, даже самые экзотичные личности. Тогда машину она у них покупала. Выгода для всех — ей беспроблемные колеса, за деньги она могла себе позволить. Но у продавцов сделка вызывала счастливую улыбку. Но сегодня «самаритянин» был под стать настроению. Насквозь фальшивый.

— Ах, ты же моя красавица. Какие же гады отправили тебя пешком в такую даль. Тут же еще плутать и плутать. Хорошо, что ты меня нашла. Сейчас только заедем за моим кузеном. И сразу на вокзал. Может, ты пить хочешь? Возьми водички. Еще там чай в термосе есть. Жена брата обо мне заботится. Ты, говорит, себя не жалеешь — людям помогаешь. Надо и о здоровье подумать…. А то детям придётся сиротами расти…. Им после смерти моей жены-ангела и так непросто….

Он говорил, почти не глядя на дорогу и подпрыгивая на неровностях. Улочки становились всё грязнее и страннее. Но стоило еще немного подождать, прежде чем доставать нож и цепь из лямок рюкзака. Она улыбалась и кивала. Даже открыла и нюхнула воду, чтобы убедиться в том, что её пытаются отравить. Милый, добрый мир, полный предсказуемых негодяев. На всякий случай проверила двери машины. Изнутри открываются. Ну хоть что-то. И как раз вовремя. Машина затарахтев, въехала в небольшой двор. Где стояли другие средства передвижения в разнообразном состоянии разложения и бегали курицы.

— Сейчас. Сиди тут. Кузена позову и поедем. И водичку пей, не стесняйся.

Мужик в помятой куртке выскочил, потирая паучьи лапки и почти мгновенно скрывшись за поцарапанной и недавно выломанной дверью. Место было сравнительно надежно укрытым от посторонних глаз. Покосившийся забор и грязь жилого подобия двора. В окружении глухих стен без окон. Крики просто не услышат.

— А чё ты тут мнешься — заходи. Мы с мужиками сидим…

От мертвого оценивающего взгляда увальня, вышедшего из постройки, у неё сразу пропали все сомнения. Но, по крайней мере, про родственные узы привезший её слизняк не врал. Сходство было налицо.

— Нет, благодарю. Мне бы на вокзал. Северный автовокзал. Благородный дон утверждал, что мигом домчит.

— Кто? — набычился боец. Стоявшая перед ним соплячка спокойно смотрела по сторонам, что-то оценивая и подсчитывая. Хотя должна была испуганно дрожать или хотя бы пытаться сбежать. Ну, или замереть в ужасе.

— Ну, как бы тот, замухрышка. Он еще представился твоим кузеном.

— И? Заходи, говорю. Шалава. Обслужишь мужиков.

— Благодарю за предложение.

Она ответила с полупоклоном, резко сокращая дистанцию. Прежде чем ударить кулаком, обмотанным цепью. А потом ударила еще раз, вбивая зубы в горло. Как учил Тренер: вырубать подобных тварей в самом начале, иначе он массой просто её раздавит. А если повезет, то собутыльники не услышат и дадут ей спокойно уйти с машиной. Но у судьбы были другие планы. С неразборчивым матом на неё уже несся кто-то из глубины дома.

Она отошла чуть в сторону, задумчиво подумав, что, наверное, зря она каждый раз нарывается. Ребята были жилистые и уверенные в своей безнаказанности. Немного странно, что у них не было огнестрела. Наверное, брыкающаяся девчонка была недостаточно грозным противником для такой чести. Трущобы выращивали хищников быстро и качественно, но далеко не у всех жертв был её опыт. Но всё равно интересно, выкрутится ли она на этот раз? Или станет еще одной работницей публичного дома, накаченной наркотиками по самую крышку черепа. Мысль о вероятном будущем скользнула и спряталась за более насущными и подкрепленными адреналином действиями. Шаг. Удар. Поворот. Нож. Уклонение. Удар. Курица, бросившаяся под ноги. Солнце. Удар. Тень сбоку. Разворот. Удар.

Когда она обнаружила себя стоящей посредине двора. Ныла разорванная скула, отдаваясь звоном в голове. На костяшках пальцев подвывала разорванная кожа, попадая между звеньями цепи. Где-то в боку острой болью отзывался пропущенный удар. Но валявшимся вокруг телам было гораздо хуже.

— Эй, мухомор. Выходи. — Позвала она мелькнувшую тень.

— Простите, госпожа. Я не знал… Произошла ошибка.

— Она. Ошибка. Мое второе имя. Ключи давай от вон той тарахтелки. Пока я не залила чаёк в твою тушку.

— Да, госпожа.

— И документы.

— Да госпожа. Один момент. — Пробормотал "спаситель" роясь в пачке бумаг.

А она подняла из грязи украшенный стразами девичий телефон. Похоже, выпавший из кармана одного из нападавших. Розовая почти игрушечная дешевка. Но тщательно и с любовью разрисованный. Чистый, как будто только выпущенный из тонких полудетских пальцев. Она закрыла глаза, чтобы не ударить мразь, стоящую рядом и протягивающую документы на машину. Но на сантименты времени не было, поэтому команда была короткой и предельно простой, когда она набрала телефон полиции:

— Говори адрес.

В её глазах плескалось что-то настолько недоброе, что мужичок предельно быстро запричитал в трубку о раненных, пленниках и том, чтобы приезжали быстрее. На другой стороне телефонной линии эти всхлипы вызвали осторожное недоверие и уточнения. Но им всё равно придётся шевелиться.

Это не её война. Мысль скользнула и затихла, придавленная грузом чужой беды. Можно было дождаться в соседнем переулке, пока приедут люди в форме и возможно даже освободят кого-то из подвала, дополнительно пригрев валяющихся по двору неудачников. Хотя могло быть с точностью до наоборот, проверят на прочность засовы и, пожурив пострадавших, бросятся на её поиски. Всё, что она могла — немного поднять шансы на выживание тех, кто хотел и мог еще барахтаться. И создать плотную дымовую завесу для своего бегства. Стукнув «самаритянина» об гнилую стену дома она шагнула внутрь.

Аккуратно выключала гремящую радостью музыку. И прислушалась. Тихий безнадежный плач доносился из соседней комнаты. Она посмотрела на увесистый замок и, не особо церемонясь, сбила его стоящим рядом ломиком со следами засохшей крови. Открыла дверь. Заглянула в душную камеру набитую плачущими девушками. Огромные глаза. Слишком знакомые выражения лиц. Пришлось врезать косяку кулаком, разбивая кожу в лохмотья о ржавый металл, чтобы очнуться. Это не её война.

— Выметайтесь. Кто сможет. Минут через пять тут будут законники. Которые скорее всего в доле от вашей продажи.

Подобное дыхание смерти заставляло вспомнить кто она сама и откуда. И что сентиментальность убивает не хуже ножа. Поэтому забрав самый простой и старенький из мобильников, наваленных в коробку на окне, она вышла на воздух. Не обращая внимания на стоны и просьбы. Осталось только выбраться из города. С учетом, что она и так много времени потеряла на разборки.

Мигалки встретили её почти на выезде из квартала. Но кому интересна бледная и лохматая девица за рулем потрепанной машины. Влившись в автомобильный поток, она через десяток минут уже спокойно удалялась от не гостеприимного города. Что ж, все детали механизма — собраны. Долги уплачены. И осталась только самая последняя часть пути. Свернув на обочину, она обработала ссадины и заклеила скулу.

Глава 8. Неисповедимые пути

Реквизированная машина уже поседевшая в пыли провинциальных дорог стояла на обочине и терпеливо ждала, пока новая хозяйка закончит болтать по телефону. После всех перелетов, смены документов и ролей — оставалось всего полдня до цели маршрута. Голос из трубки продолжал нудно выговаривать:

— Это было опасно. Чертовски опасно, если тебе интересно мое мнение. Было бы проще все продолжить, чем вот так выходить из игры.

— Кристина деньги перечислила?

— Да, как ты и говорила — они идут от его матери. Тут какие-то семейные разборки, в которые чужаков редко пускают. Тебя пытались поймать на горячем. И могут сильно разозлиться, что ты улизнула…

— Да. В любом случае я ложусь на дно. Собирай улов, сворачивай невод и жди звонка, гений.

— Не люблю я, когда ты так пропадаешь. Опять, поди в свой монастырь намылилась?

— Да. Давай без комментариев. Я знаю твое отношение к «опиуму для народа», и спорить с тобой не стану.

— Только из уважения к тебе промолчу. У меня другой вопрос. Ты же знаешь, что твой поверенный гниловат? Если мадам продолжит копать, он тебя сдаст вместе с местонахождением этого гнезда суеверий.

— Людям надо давать шанс. Они могут удивить. Опять же наличие подсказок всегда внушает сопернику ощущение близкой победы. — Произнося это, она сжимала кулак и прислушивалась к тому, как работает кисть. Вроде на этот раз обошлось без переломов. С отстраненным интересом задумчиво размышляя на тему завтрашнего состояния руки после подобных травм.

— Давай без сентиментальности — этот типчик может только в худшую сторону удивить. И тогда ненадежная тропинка из хлебных крошек превратится в дорогу из желтого кирпича, по которой к тебе придет железный дровосек и бошку снесет.

— Значит, ты проследишь, чтобы все вели себя в рамках утвержденного нами сценария, а я побуду простым человеком. Договорились? Вернусь, как вернусь…

— А если не вернешься, то можно я и опробую тот датчик, что я тебя уговорил поставить? Узнаю, можно ли вообще из него что-то полезное вытащить о твоем местоположении…

— Нельзя. Если даже попытаешься — все твои проделки опубликую в открытом доступе. С кодами.

— Конечно, ведь просто пристрелить было бы менее надежно… Но зачем ты вообще на него согласилась?

— Потому что хотела избавиться от твоей истерики. Ты помнишь, что на самом деле нужно делать?

— Да. Через год, если твое местопребывание останется неизвестным, и ты со мной не свяжешься, то я выложу в Интернет весь имеющийся компромат и запасусь попкорном. Помню, сестренка. Я свои обещания не забываю. Только ты того, береги себя.

Вот и конец. Нажав отбой, она аккуратно выключила телефон. Вытащила симку и аккумулятор. Симку съест огонь в костре, на обочине, а батарейка пригодится в запчастях. Оставшуюся пустую оболочку разломала и отправила в мусорный бак. Все.

У неё долгий отдых. На пару месяцев это как минимум. Как же она устала от всего происходящего. Ложь. Улыбки. Расчеты. Иногда надо напоминать себе, что она сама выбрала такую жизнь. Да, у неё есть цель. Просто до неё еще довольно далеко. Поэтому сейчас будет только передышка. Но этот отдых она заслужила.

Солнце застенчиво, так и не решилось показаться людям. О закате можно было судить только по жирной тени, наползавшей на город. Хотя, казалось, никто особо и не скучал — праздничная подсветка сразу же одела улицы в фантастически привлекательные наряды. Стивен только откланялся, а комната стала похожа на архив из-за многочисленных коробок. Даже стеллажи входили в комплект. Хмурым и молчаливым сотрудникам не впервой было перетаскивать все эти бумаги. От цифр, фактов и количества разнородных листов в голове начинало рябить.

Молодой человек стоял посредине этого хаоса с тяжелым бокалом коньяка и пытался сообразить с чего можно начать разбирать этот завал. Но что-то мешало. Возможно охранник, который временами выжидающе поглядывал на начальника, мешая сосредоточиться.

— Да, Бер. Ты что-то хотел сказать?

Охранник уже давно крутил в голове что-то, не позволяя себе слишком много говорить. Он и так после возвращения, казалось, был не в своей тарелке.

— Я удивлен, что вы решили настолько резко изменить свою жизнь.

— Вину ощутил, за то, что обманом вынудил меня на сделку с дьяволом? — Ухмыльнулся мужчина. — Тогда понятно, откуда потянуло сквозняком сожалений. Ты тут не причем. В некотором смысле к этому давно шло. Спусковой крючок просто высвободил энергию.

— Не вину — удивление. Ваш телефон молчит. Особенно после вчерашнего приема, сегодня он должен разрываться. От предложений провести вечер и обсудить вашу личную жизнь.

— Ты удивлен, что я научился пользоваться техникой? Не знаю. Первое предположение выглядело даже менее обидным. — Продолжил ёрничать принц. Но потом покачал головой. — Вот найдем русалку, и начнется новый этап моей жизни. Всё, как вы с матушкой мечтали. Брак, дети, приличная работа.

— Вы говорите, как будто это плохо.

— Говорю, потому что устал. И немного пугает, что золотая маска уже выточена по меркам моего лица. Пути предначертаны, и мама как раз в этот момент проводит кастинг на роль моей будущей супруги. Или готовит бизнес-план для семейного бизнеса, где я вписан как «возвращенный в оборот актив».

— И что в этом плохого? Быть богатым и успешным. — Бернар уже не в первый раз пытался понять своего друга и его странное восприятие своего места в иерархии. Но как всегда получал кислую мину и бессмысленный ответ.

— Наверное, ничего.

Но в свете событий последних лет старый друг решился спросить по-другому.

— А какое место во всем этом займет русалка, когда вы её догоните?

— Слишком много вопросов. Слишком много неправильных вопросов.

— Но у вас есть план?

— Да. На пару ночей точно есть. Дальше — не знаю. Побудет любовницей, пока не надоест. Возможно, смогу перевербовать её и получить информацию о конкурентах. Почему ты смеешься?

— Если она настолько хороша, чтобы вас зацепить. Буквально в течение одной ночи. Мне просто любопытно, на что вы рассчитываете в торговле с ней. Или в вербовке.

— Она только женщина.

— Она призрак. Вода, утекающая между пальцами.

— Не нарывайся. И теперь я говорю серьезно.

— Вы первый спросили. — Парировал рыжеволосый мужчина, на всякий случай осторожно присматривая за движениями своего начальника. Но принц только пожал плечами и опять отвернулся. Вопросы и сомнения были правильными, но остановиться он уже не мог. Как будто от того, чтобы переставлять ноги в поисках этой девушки зависела его жизнь. Чем дальше она становилась, тем меньше смысла он видел в происходящем, хотя, в реальном мире ничего не менялось.

Он еще раз оглянулся на стену из бумаг, потом отправил Бернара спать. И остался наедине со своим новым хобби. Предчувствие отчетливо шептало ему, что быстро всё не закончится. Поэтому он заварил себе кофе и открыл первый том из знаний о её жизни. Им еще предстоит познакомиться поближе. Ближе к полуночи он остановился, понимая, что запутался. Паутина почти невесомых связей и фактов, окутывала каждый шаг девушки. Как будто лучшей маскировкой для неё была сама жизнь в её многообразии. Каждый конкретный облик, личность и набор документов был вполне осязаемым и отслеживаемым. Но когда по цепочке доходили до реального человека возникал диссонанс. Он фактически ничего не знал о происходящем и чаще всего занимался в это время чем-то другим.

Он смотрел на её фотографии и ощущал себя крысой, бегущей под воздействием вживленных в мозг электродов. И вопрос был не в удовольствии той мимолетной ночи. А в том, что русалка стала занозой, заставлявшей надеяться на что-то большее. Но он всегда плохо подчинялся дрессировке. Это не удалось матери с её ресурсами и знанием. И этой девице он не позволит контролировать свою жизнь.

Телефон молчал сегодня весь день, запоминая звонки. И это было хорошо. Бегло взглянув на фотографию последнего звонившего, он только прорычал:

— Пойдет.

Женский голос отозвался мгновенно:

— Я уже и не надеялась на обратный звонок.

Он произнес все положенные фразы, почти не вникая в смысл её чириканья. Пока мозг уточнял её настоящее имя, возраст и семейное положение. На мысли о браке, который удерживал собеседницу на крепком и прочном поводке, улыбка мимолетно коснулась его губ.

— Муж? Фу, как тебе не стыдно напоминать… Его нет в городе, конечно. Так что приезжай прямо ко мне. Адрес не забыл? Шалунишка….

Быстро записав информацию, он обернулся на тихий звук шагов Бернара. Тот уже натягивал куртку, стирая с лица остатки сна. Принц уточнил у охранника

— Если собираешься читать нотации, то лучше иди досыпать.

— Нет. В некотором смысле это прогресс, что вы решили вспомнить о том, что женщин много и далеко не все из них заслуживают подобных терзаний.

— И как отличить? — Злобно уточнил принц

— Как минимум, выкинув из списка девиц, прыгающих в койку при первой встрече. — Хмуро припечатал его собеседник, понимая, что в таком состоянии его шеф за фальшивые нотки может не задумываясь ударить. Но тот только пожал плечами и отдал листок с адресом.

— Я буду готов через минуту.

Девушка встретила его в дверях. Загорелое и подтянутое тело явно было подготовлено для ночного гостя в лучшем виде. Упаковка в виде полупрозрачного пеньюара подчеркивала все прелести хозяйки дома. Он тщательно отслеживал и душил в зародыше все свои мысли про пластик, кукольность и продажность. Сейчас это было лишним. Важность подобных мыслей была невелика по сравнению с тем, чтобы выкорчевать русалку. Конечно, для начала можно пригубить вина, улыбнуться и даже произнести пару комплиментов. Но его цели были гораздо более прямолинейны и прагматичны. Он выждал только пару минут, прежде чем перейти к делу. Женщина сначала приятно удивлялась его напору, кокетливо изворачиваясь:

— О! Мой тигр соскучился по ласке и женской руке…

Но очень быстро поняла, что происходит. В её широко распахнутых глазах колыхался душный страх от его грубости и отсутствию даже намека на галантность. Хищник, который берёт своё, не задумывается о чувствах и реакциях жертвы. Всё, что оставалось, это надеяться уйти живой. И она руководимая каким-то древним женским чутьём просто старалась не думать и не чувствовать, молясь чтобы быстрее закончилась ночь.

А он никогда не ощущал себя таким грязным. В наполненной чужими запахами и вещами комнате. Глядя на податливо распластанное женское тело. Контролируя собственные движения. И отпуская на свободу всю накопленную за прошедшие дни злость. Сложнее было перестать ощущать насмешливый взгляд русалки. Как будто она сидела в кресле за спиной и небрежно комментировала.

— Ага. Конечно, вам принц позволено всё. И это тоже. Не отвлекайтесь, главное. А то, ваша «возлюбленная» еще и сбежит, от таких то ласк. И что вы тогда будете делать, сидя в полном одиночестве в своей дорогостоящей конуре…

Это было безумием, на которое он отвечал только негромким рычанием. Но становилось только хуже. А с последней судорогой семяизвержения он просто начал одеваться. Глядя на пытающуюся улыбаться женщину он кинул её какой-то халатик, прикрыться. Она будет молчать о произошедшем, как сделала бы любая из его многочисленных любовниц. И не из-за денег, что он небрежно оставил на столике в прихожей. Не из-за власти его семьи. Причиной был страх простой первобытный страх. Этой ночью он не разыгрывал маньяка, а был им. Позволив тьме просочиться наружу. Но это ничего не изменило. Фокус провалился.

Выйдя на улицу, он пошатывался. В темноте улиц были видны только несколько окон, в которых еще теплился свет. Насмешливый голос в его голове произнес.

— Принцу стоит быть осторожнее со своими желаниями.

Он устало закрыл глаза, прежде чем отозваться на него.

— Что ты от меня хочешь?

— Мне нужна была только одна ночь. И я её получила.

— Отпусти меня.

— Трудно отпустить того, кто никогда и не был моим. Вы свободны. Я свободна. Мир огромен. Мы, возможно, даже никогда не встретимся.

— Тогда почему мне так больно…. Это ведь не любовь. Я знаю любовь. Она легка и доверчива как бабочка. Я тысячу раз видел её и слышал прикосновение крыльев. Она не вбивает осколки стекла в сердце. А ты… Кто ты?

— Принц, вы задаете слишком много неправильных вопросов.

— Где ты? Давай встретимся, и я спрошу об этом глядя в твои глаза.

Смех таял, а холодные капли забирались за ворот рубашки и заставляли вернуться в реальный мир. Через пару кварталов Бернар догнал его и молча пошел рядом. Они слишком хорошо знали друг друга. И оба знали, что некоторые вещи лечит только время. Целый вагон времени. И то без гарантированного результата.

Хрусткие в утреннем морозце лужи. Старый клен хмуро шелестел ветвями с остатками ярких остроконечных листьев. От сестринского корпуса до церквушки было рукой подать, но иногда преодолеть даже такое расстояние бывает не просто. Особенно, когда ветер наполнен предчувствием зимы. Тяжелая дверь напоминала о том, что Царствие Божие дается не просто так, поэтому когда удалось её приоткрыть и прошмыгнуть внутрь — это ощущалось настоящей победой. Голова под серой шерстяной и колючей косынкой чуточку гудела и чесалась, а ноги все никак не могли согреться, после короткой ночи.

Храм казался прибежищем, собравшим неприкаянные души в это неприветливое утро. Тепло и мерцание свечей. Запах ладана. И голос священника. «Как у Бога за пазухой», как говорил старенький священник, объясняя молодым послушницам, почему нужно стараться каждый день бывать в доме Божьем — «такого вы больше нигде не ощутите». Клонило в сон, и нестройный хор сестер усыплял еще больше. Народу на службе не много, еще и потому, что не сезон. Да и так скромный монастырь мало кто посещал: новые невзрачные корпуса, отсутствие громких святынь и прорекламированных чудес, все это вместе редко приходится по вкусу людям. Даже из епархии здесь не любили бывать — слишком тихо и провинциально. Даже похвалиться нечем, кроме нового колодца, выкопанного безвестным благотворителем.

Но мысли надо поворачивать от обсуждения и осуждения других. Мало кто помнил, каким было это место еще пять лет назад. Всё меняется и, возможно, даже паломники потянутся, соблазненные нетронутой тишиной и красотой этой глухомани. Слава Богу за все. Одернула себя девушка и попыталась сосредоточиться на славословии. Но молитва была неподъемным грузом, и сознание норовило сбиться что-то более близкое и понятное. Она не сразу поняла, что вместо слов, обращенных к Богу, прокручивает беседу с настоятельницей.

После ужина они сидели в её скромном кабинете. Единственным украшением комнаты был небольшой резной иконостас и лампадка. В остальном — еще одна комната старого дома, который отдали под монастырь. Со старым и подчеркнуто колченогим столом. Настоятельница что-то вязала и разговаривала вслух. Многие её фразы просто были неспешным рассказом о планах на будущий год и заботах. Ремонт крыши и приезд епископа вперемешку с уборкой овощей и спорами о границах монастырского участка в районной управе. Личный вопрос уставшей женщины с яркими молодыми глазами прозвучал неожиданно:

— Всё хочу спросить. Что тебя гнетет на самом деле?

Она в ответ удивленно хлопала глазами, но ответ выскочил мгновенно, как будто после долгих размышлений о происходящем.

— Больше всего — ложь. То как привычно становится говорить людям то, что они хотят слышать. Раз за разом. Но это не то чтобы гнетет. Это часть моего образа жизни. Часть работы.

— И ты каждый раз возвращаешься к этой своей…. работе…

— Да. Ничего не делать — еще страшнее. Если я остановлюсь, то сгорю от воспоминаний.

Пожилая женщина остановила мелькание спиц и внимательно глядя на неё ответила, осторожно покачав головой.

— Кто знает — Бог милостив.

Но её собеседница продолжала рассматривать собственное рукоделие и сказала, не поднимая глаз.

— Я уже пробовала. Вы знаете. И не раз. Но иногда с памятью справиться труднее, чем с внешним врагом. Слишком много боли и отчаяния. Слаба я еще в том, чтобы как-то смириться со всем этим. Молитесь обо мне, матушка.

Настоятельница встала, отложив вязание. Разговор этот уже давно крутился в её голове, но послушница, приехавшая на этот раз, только с поломанным ребром, была непростой. Далеко не всё о себе она рассказывала. Но даже того, чтоб было видно, хватало.

— Ты лукавишь, деточка. Монастырь это не санаторий, не укрытие и даже не больница, куда можно приползти, чтобы зализать раны нанесенные миром. Это фронт, где идет своя война. Духовная война…

— И мне здесь не место?

Глава 9. Монастырь

Пожилая женщина вздохнула. Горечь вопроса и взгляд исподлобья показали, что слова попали по больному месту.

— Этого я тоже не говорила. Я всегда рада тебя видеть, но ты приезжаешь сюда, как будто переждать и собраться с силами, а основная жизнь у тебя там снаружи. Тебе и там плохо и сюда ты не целиком приходишь. Потому и воспоминания твои возвращаются почти во плоти, что ты не можешь в согласие с собой прийти. Мне иногда кажется, что здесь тебе хуже, чем там. За оградой. Там ты хотя бы честна с собой.

— А здесь я вам лгу? — Горечь разговора жгла, проливаясь слезами, о которых она не вспоминала уже очень долго. Но мягкий и сочувствующий взгляд как будто касался её обнаженных нервов.

— Ну что я? Букашка я перед лицом Господа. Даже если и в чем-то обманешь — не о том речь. Ты боишься доверять людям, хоть и пытаешься облегчить жизнь здесь всем. Наверное, кроме самой себя. Мой ведь путь сюда тоже не розами был усыпан. Как и любой из сестер. Не хочу даже сравнить, кому тут тяжелее пришлось. И не смотри на меня так. Сестры переживают, слыша, как твои кошмары вырываются по ночам. И я переживаю за тебя. Но тебе придется чем-то пожертвовать, если ты хочешь жить дальше по-настоящему. Отдай свою ношу Тому, кто сможет о тебе позаботиться…

— Не могу я простить и забыть. Они у меня все отняли… Как я после этого… Я стараюсь молиться… — Слезы уже душили её заставляя слова застревать и рассыпаться на бессмысленные конструкции из букв. А настоятельница осторожно коснулась её плеча.

— Тем людям — Бог судья. Не мое дело советы давать, как вымолить смирение перед тем, что тогда произошло с твоей семьей. Да и не о том я. Ты как будто себя простить не можешь, что выжила. Вот и наказываешь одиночеством и болью…

— А что же мне делать? Найти себе мужа, завести детишек? И сделать вид, что ничего не было…

Она изо всех сил старалась удержать гнев и обиду на настоятельницу, формулируя этот вопрос. Невозможность жить обычной жизнью и так давалась тяжело. И слова мудрой женщины выглядели почти насмешкой над всеми попытками как-то собрать свою жизнь воедино. Ответ, застрял в голове своей невозможностью.

— Сделать выбор. Или полностью отказаться от жизни в миру. И посвятить себя Богу, тогда уже здесь, с нами, учиться принимать Его волю о тебе и твоих близких. Или остаться там, целиком. Только уже без отговорок. Налаживать нормальную жизнь и заново учиться доверять людям. А это включает в себя и мужа и деток. Не надо делать такие большие глаза. Мне кажется, после всего, что было — из тебя получится замечательная мама.

— Вы пророчествуете, матушка?

— Бог с тобой, насмешница. Ты выбор уж сама сделай и Ему доверься. А Бог устроит все так, чтобы тебе спасение обрести.

И от этих слов у неё слезы покатились градом, выжигая еще один ледяной осколок из сердца. Прошло уже несколько дней с этого разговора. Но слова настоятельницы до сих пор отзывались каким-то тревожным чувством в груди. Чем-то таким, что она не могла никак выбросить из головы. Вот и сейчас она с замиранием сердца стояла в очереди на исповедь. Разбирая по крупицам все произошедшее за последнее время и вытягивая самое недоброе из сердца и поступков. Иногда так страшно становится, что Богу то и предъявить зачастую нечего бывает кроме всей этой грязи. Не с дарами к Царю идем, а тем, как испортили все, что доверено было. Но лучше уж так, чем восседая в луже требовать к себе уважения с аплодисментами.

Старый священник, стоял тихо, не перебивая и не вклиниваясь вопросами в её быстрое перечисление падений. Только после исповеди спросил осторожно.

— Как ты спишь то?

— Плохо, батюшка. Огонь, от которого я не смогла спасти любимых людей, пока сильнее.

— Богу, значит, не доверишься?

— Он однажды уже попустил произойти тому, что искалечило меня… Значит у Него свои планы. Тогда я должна что-то сделать… Хотя бы чтобы с другими это не произошло. Я знаю, что суть не в этой жизни и потери неизбежны… Но вы бы знали, как трудно жить, зная, что такое зло ходит безнаказанным по этой земле…

— Беззаконие всегда будет сильнее здесь, потому что оно от этого мира. Сила Бога в любви.

— Я знаю. Просто не могу. Пока не могу.

Он только покачал головой и перекрестил.

Она стояла, закрыв глаза, полностью опустошенная, вкладывая в слова молитвы по кусочку своей души, когда за рукав нетерпеливо дернула Аня. Говорливая хохотушка жила при монастыре больше года и уже считалась послушницей. Настоятельница благословила их жить в одной келье и вместе работать. За это приходилось расплачиваться. Неутомимый оптимизм Анечки и её желание принести общине больше пользы оборачивалось тем, что со службы приходилось уходить гораздо раньше её окончания. Не каждый день, но частенько. Похоже, и сегодня сия чаша не миновала.

— Не спи сестра. Нам сегодня опять в поле послушание дали. Матушка попросила закончить пораньше, а то с этими заморозками можем не успеть огород подготовить к зиме. Давай, пошли. Я уже хлеба взяла и благословение. Пойдем. — Настойчиво шептала послушница и тянула за рукав.

— Да, иду. Прости, Господи.

Она перекрестилась и вышла в предрассветный сумрак. Впереди был тяжелый день. Еще один холодный день, когда тишина вокруг сочеталась с тяжелой работой до разноцветных кругов перед глазами. А когда вот так походишь — вечером уже не приходиться бороться с лишними мыслями о невозможных встречах. Никаких принцев.

Он рассматривал узор из капель на окне, чтобы убить время. Стивен изучал бумаги не торопясь. Иногда подобная медлительность раздражала, но наследник за последние несколько месяцев убедился, что мамина гончая никогда не теряет время на изучение абсолютно бесперспективных вариантов. И если он молчит уже полчаса, закопавшись в принесенных странных основаниях для выводов принца, на это есть причина. Подгонять бесполезно.

Чай, принесенный каким-то незнакомым стажером, был безвкусной гадостью. Но кофе здесь было еще хуже. А после промозглого ветра улицы хотелось хоть чего-то горячего. Он сделал еще один глоток, размышляя над тем, чтобы подарить этим сыщикам хотя бы приличную кофеварку. Все равно это не последний день их общения. Или последний? Если след окажется стоящим, то они смогут, наконец, расстаться. А то это хобби и так отнимает недопустимо много времени. Привычка считать эту изматывающую погоню неким новым увлечением помогала легко лавировать между мамиными вопросами и просьбами Зои объяснить, куда он опять исчез вместо того, чтобы присутствовать на собрании руководства.

Внизу около машины хмуро курил Бернар. Очевидно, что некоторые привычки оказываются сильнее, чем можно было подумать. Иногда становилось любопытно, что именно гнетет его старого друга, но задавать вопросы казалось бестактно, учитывая, что тот постоянно отвечал какими-то отговорками. Скорее всего, это женщина. Вроде ему нравятся именно женщины. Но кто именно и почему все так сложно? Хотя он сам мог бы получить степень эксперта по выбору женщин, с которыми сложно.

Стол сыщика был завален папками. Несколько стопок бумаг. Стакан с поломанными разноцветными карандашами. И на столике рядом уже изрядно запылившийся монитор. Иногда компьютер включался ночами для раскладки пасьянса, но это была одна из самых страшных тайн кабинета. Во всем этом бардаке ориентироваться мог только сам Стивен, да и он делал это крайне неохотно, небезосновательно полагая, что бумаги в его работе — то самое зло, которое нужно держать под контролем. А лучше все-таки игнорировать и тогда жизнь станет гораздо проще. В этом был смысл. Но не сейчас.

Человек в мятом костюме закрыл папку, закрыл глаза и потянулся, устраиваясь в кресле удобнее. Это тоже было одной из игр. Молчание и обдумывание разговора. Пару раз принц наблюдал, как этот по виду тихий и спокойный увалень допрашивает свидетелей. Мягкий голос звучал успокаивающе, паузы помогали сосредоточиться, но лишь тогда когда это было нужно. Ложь могла послужить причиной для выворачивания бедолаги наизнанку. Причем не всегда фигурально. Сейчас они были наравне, поэтому тишина продлилась недолго.

— Вы уверены? Последние пять раз были совершенно бесполезными… А тут такое бесперспективное место.

Принц поставил чашку на подоконник и покачал головой. Слишком знакомыми были нотки в голосе сыщика.

— Только не надо рассказывать мне истории про то, что она слишком крута для этого.

Стивен опустил глаза, крутя, рассматривая и сортируя карандаши в грязном стеклянном стакане. Он поморщился от тона своего непрофессионального коллеги поневоле.

— Как бы наоборот. Это маленькая община. Там свои правила и законы. Каждый чужак будет на виду. Негде спрятаться. И особенно такой крупной рыбе.

— Стивен, вы профессионал. Но вы пока не смогли её найти. Так?

— Так. Но ваш подход больше напоминает бросание монетки на карту.

Теперь уже богатому мальчику пришлось собирать свои эмоции в кулак, чтобы не сорваться в бессмысленные пререкания. Поэтому оставалось опять озвучивать факты. Заранее обдумав возражения и четко понимая насколько хрупка вся система. Надежду давало только знание что, его бы выставили за дверь гораздо раньше и грубее, если бы человек, развалившийся в кресле, на самом деле считал выводы пустыми.

— Еще раз. Этот юрист, который с ней сотрудничал…

— У нас нет точной уверенности, что он общался именно с ней. Опознать её крайне сложно, а оформление его конторой пары договоров, которые всплывали в контексте её афер — еще не доказательство.

Оставалось только кивнуть, принимая допущение и продолжить делать выводы.

— Юрист, который, вероятно, с ней сотрудничал. Оформлял так же несколько сделок по поставкам стройматериалов в монастырь. И хотя он сам указал, что в рамках работы с указанной особой, которая может оказаться нашей русалкой эти отчисления были не логичными, связь может быть прямой.

— Хорошо, но почему этот небольшой монастырь? Для девушки, которая крутится вокруг подобных денег — проще все-таки купить себе небольшой участок на отшибе и заниматься… Не знаю… Выращиванием цветов…

— Но практически у всех участков на отшибе есть любопытные соседи и прислуга. Но не в монастыре. Именно поэтому, он идеальное место, чтобы залечь на дно. Если она помогала монастырю — ей там рады и пойдут навстречу, если она решит там остановиться. Опять же, тихое место, где болтать о прошлом не принято. Так же как и обсуждать настоящее — все мысли типа о высоком, должны быть. А послушницы могут приходить и уходить без того, чтобы на них обращал внимание кто-то из живущих по соседству от монастыря. Хотя для меня вообще загадка кому может прийти в голову, уйти в наше время в монастырь.

— А почему кузнечики прыгают, а не плавают? Проблема в другом. Все эти связи слишком хилые. Новому монастырю приходится отстраиваться — им кто-то помогает. Благое дело, не обязательно связанное с нашими поисками. И опять же, я уже уточнял в их епархии. Там довольно строгие порядки и никаких инцидентов за последнее время не было. Ни новых послушниц, ни вообще новых лиц. Помощник епископа при мне звонил и вопросы задавал.

Информация о звонке была обнадеживающей, потому что она означала, что не он один хватается за соломинку. Хотя и требовалось что-то повесомее этих скользких фактов, чтобы заставить Стивена шевелиться. Время повышать ставки. Принц усмехнулся и обдумал предложение, присаживаясь на край заваленного бумагами стола.

— Тогда давай так. Мы проверяем монастырь. И если там её не окажется — я на ближайшие две недели буду заниматься бизнесом, а тебя оставлю в покое.

— Замечательная сделка. Сейчас соберу людей.

Эти слова показали, насколько плохой торговец сидел за столом. Мужчина чуть со стула не упал, услышав, что сможет избавиться от присутствия богатого наследника, решившего поиграть в розыски. А стоило проявить чуть больше выдержки, и он смог бы выиграть и месяц. Но так даже лучше. Хотя оставалась еще пара деталей.

— Ты уверен? Может, мы сами быстро сгоняем?

Но Стив оглянулся и ответил уже стоя на пороге кабинета. Он не улыбался и не вворачивал свои странные фразочки. Гончая взяла след и серьезно готовилась взять дичь за горло.

— Я уверен, что новичкам везет. Поэтому предыдущие ваши идеи я соглашался проверять. И сейчас шанс на успех остается. А оказаться с ней рядом без подготовки мне не улыбается. В любом случае после обеда будем на месте… Кстати, а вы как собираетесь попасть внутрь и забрать её? Монастырь то женский и у них с этим делом строго.

— Старые добрые угрозы. Намерение закрыть монастырь может серьезно повысить степень доверительности в разговоре. Как вы и говорили. Община небольшая, а значит, её отлучки и возвращения — на виду. Они могут не докладывать в епархию, но глаза у них есть. Разговор с настоятельницей поможет её выявить, как бы она ни маскировалась.

— А вы можете их закрыть?

— Не знаю. Но думаю, что все возможно при наличии достаточной суммы пожертвований и, маминых связей.

Стивен молча кивнул. Но подумал, что сын сильнее похож на свою маму, чем, кажется со стороны. При всей разности характеров — умение идти напролом и жестокость, у них в крови. И выражение глаз становится практически одинаковым, когда они рассуждают об устранении препятствий. Веселенькая семейка. И можно только посочувствовать девушке, которая перебежала им дорогу. Хотя сочувствия было бы больше, если бы он сам не гонялся столько лет за этим хм… персонажем детской сказки.

Работа на монастырском участке была незатейлива. Но мокрая земля с трудом отдавала остатки урожая, а ботва цеплялась всеми корнями за возможность еще немного пожить. Погода, решила побаловать, и оказалось, что утренний ветер разогнал почти все тучи. Оставшиеся мягкие и пушистые облака пробегали мимо, снисходительно прикрывая солнце, которое напоследок решило чуть прогреть землю, ожидавшую вскоре первый снежок. К обеду стало почти жарко. Но и конец работы уже показался. Девушки решили передохнуть, и присели на пригорке за грядками.

Деловито носились последние насекомые. Морковь и пара пирожков с яблоками, захваченные из столовой были невыразимо вкусны после трудового подвига.

— Сестра Агафья просила принести пару сумок в трапезную. Точнее она просила принести все «сладкие остатки», что сможем собрать…

— Ага, только боюсь за один раз, не унесем все. Здесь под укрытием из ботвы оставим. Но мы с тобой — молодцы. Правда?

— Да, истинная. Теперь можно и вскопать все. Но уже не сегодня.

Шевелиться не хотелось. И весь окружающий мир был наполнен светом и какой-то хрустальной безмятежностью.

— Хочешь еще хлеба? У меня от вчерашнего обеда остался кусочек. Ты не стесняйся. Бери. Я раньше не любила черный хлеб. Он казался каким-то горьким. А сейчас никакие пряники не сравнятся. Лучше только просфирка, после всенощной. Её собираешь губами, и как будто сама жизнь возвращается с каждой крошкой. Меня как-то перед Пасхой ставили помогать на кухне, — какая там благодать разливалась…

Молодая послушница, казалось, могла болтать целыми днями. Обо всем на свете. За время их совместной работы она уже рассказала о своей жизни в миру. О том, как потеряла жениха, который изменил перед венчанием, а потом и вообще уехал. О семье. О бабушке — молитвеннице. Это даже не было пустословием. Ей не надо было обсуждать или высказывать свое мнение. Слова просто лились серебряным дождем. Иногда веселя. Иногда, как сейчас, подбадривая после тяжелого дня.

— Говорят, что ты надолго не приезжаешь к нам и скоро опять исчезнешь…

— В том, что говорят, есть часть правды. Я сама себе не принадлежу. Как позовут обязанности, так и пойду.

— И даже до Праздника не останешься?

Девушка аж руками взмахнула от возмущения, что обязанности могут отвлечь от такого…

— Анют, честно. Я не знаю. Очень хочу остаться. Соскучилась я по монастырским праздникам. Но как все сложится… то лишь Бог ведает.

Глава 10. Гости дорогие

Даже мысль о том, что скоро праздник с долгой торжественной службой, каким-то неуловимым образом наполняла окружающий мир светом и надеждой на лучшее. Весь вопрос был в том останется ли она здесь так надолго.

— Ладно, пошли уже обратно. А то разнежились тут.

— Конечно-конечно. Я сейчас… видела неподалеку…

Аня неожиданно резво вскочила и бросилась к посадке. Она бежала, почти взлетая над желтеющей травой и придерживая руками попеременно, то широкую развевающуюся юбку, то предательски сползающий платок. Её напарница улыбнулась, и пошла вдоль участка, собирая последние пакеты со снедью для монастыря. Попутно укрывая остатки урожая, за которым позднее приедет трактор. Она как раз справилась со всеми делами, когда появилась разрумянившаяся и чуть запыхавшаяся беглянка. Выбившиеся из косы волосы развевались на ветру, но платок был полон небольших ярких наливных яблочек.

— Вот. Сестрицам набрала. Тут неподалеку. Дикая яблонька. Немного горчит. Но после первых морозцев у неё яблоки такими вкусными становятся — ум отъешь. Вот сама попробуй.

— Я уже не хочу. Дома попробуем. Давай помогу в сумку сложить, а то матушке не понравится, если ты в таком виде явишься.

Но они обе улыбались так, как будто не было тяжелого дня, раннего подъема и непростого прошлого за плечами у каждой. Мир хоть на минуту стал простым и понятным, наполнившись ароматом плодов земных и предчувствием праздника. Они так и брели, улыбаясь, по тропинке в тяжелых резиновых сапогах и бесформенных куртках, когда из-за пригорка послышался необычный шум.

— Кого это опять Бог послал?

— Действительно.

Шум винтов однозначно принадлежал вертолету. Она бы могла и тип машины определить, если бы поднапрягла память. Проблема была только в том, что над этой местностью летают редко. Но еще реже неожиданности бывали приятными в её жизни. Поэтому когда они преодолели очередной подъем и открылся вид на монастырь, она придержала свою спутницу, немного не доходя до границы лесополосы.

— Подожди, дай я отдышусь.

Лучше заранее изучить незваных гостей, особенно если они появились вот так открыто. Прятаться не будет только тот, кто совершенно уверен в том, что отпора не будет. Группа мужчин у калитки в монастырь оживленно ругалась с сестрой Прасковьей. Оставалось только посочувствовать их бессмысленным попыткам уговорить. Хотя… Если её связать и цепями закрепить. Наверное, в этом случае бы явился ангел, на защиту её чести. Русалка улыбнулась и отбросила попытки представить эту эпическую битву. Учитывая, что тихая старушка однажды даже на помощников епископа собак спускала из-за неподобающего поведения, то у этих чужакам вообще не было шансов. Чтобы немного отвлечь спутницу, которая почти пританцовывала на месте, намереваясь бежать в родное гнездо, русалке пришлось спросить.

— Анют, а ты не помнишь, чем закончилась история, про епископа, которому сестра Прасковья выговорила за поведение его служек?

— Ну, ты даёшь. Это до меня было. Кажется, он тогда запретил настоятельнице давать сестре любые послушания связанные с посетителями монастыря.

— Но она же продолжает у калитки дежурить.

— Так она не с посетителями общается, а просто молитвенное правило исполняет у калитки. Ей вообще свежий воздух для здоровья доктор прописал. Вот она по привычке и сидит на прежнем месте. И ни с кем не общается.

— Действительно, это с трудом можно назвать общением.

Они дружно рассмеялись. Но взгляд русалки уже зацепился за пару чрезвычайно знакомых силуэтов. Похоже, её каникулы закончились, а принц решил взять в осаду монастырь. Его фигура отчетливо выделялась в любой толпе. Не считая безошибочного опознания на уровне эмоций. Причем на посылках у него Стивен. Лучшая из ищеек, преданных лично мадам. Учитывая отсутствие взаимопонимания между разными поколениями этой семьи, когда она покидала сцену, это было опасно близко к нездоровой сенсации.

— Чудеса.

— Да? А матушка знает? Она говорила, что чудесам веры нет без разума и твердого руководства.

— Это не из тех чудес, солнышко. Просто знакомый один, которого я не ожидала увидеть. По крайней мере, так скоро. Придётся тебе Анют, самой донести сумки. Справишься?

— Конечно, мы дома таскали и не такое… Но что ты собираешься делать… Сестра Агриппина говорила, что не благословляется общение со старыми знакомыми для таких, как мы.

— Боюсь, что общение тут неизбежно. Вопрос только в условиях подъема белого флага. Хотя в том, кто именно его подымет сомнений практически нет. Беги. Скажи настоятельнице, чтобы держала оборону, а я вернусь чуть попозже и всё объясню.

Аня кивнула. В её круглых глазах плескалось удивление, хотя девушку, казалось, не особо смутила потеря собеседницы. Она еще что-то говорила, пока шла в полном одиночестве по тропинке. Русалка проводила свою спутницу взглядом до укрытой от посторонних взглядов калитки монастыря и пошла к деревьям, под которыми стояли охотники.

Идти пришлось довольно долго, ощущая себя невидимой. Казалось, все присутствующие смотрели на неприступные стены, закрывшие двери перед чужаками, и размышляли об осаде. А за время жизни здесь её фигура начала сливаться с пейзажем. Только вот привычка мерить происходящее в вариантах развития событий активизировалась при первом намёке на опасность. Мысль о том, чтобы сбежать она задавила в зародыше. То, что они дошли сюда уже большой успех и стечение обстоятельств. Но это укрытие было таким эффективным исключительно потому, что никто кроме напарника не знал, что здесь стоит искать. А теперь, после допроса сестер у них будет больше данных, чем она хотела бы предоставить. Пусть считают, что это только случайное укрытие, оплаченное пожертвованиями. И для этого их нужно уводить отсюда как можно скорее.

Ещё, выбрав путь через овраг, заросший колючим терновником, она постоянно ловила себя на странном ожидании встречи с принцем. Он пришел за ней, и это был сентиментальный жест, даже если им двигало только уязвленное самолюбие. С этим можно работать. Можно даже продолжить игру, не подставляясь. Хотя сам вопрос насколько она «не подставится» при близком контакте с обворожительным аристократом лучше оставить на потом.

Оставшееся свободное пространство она преодолела, плавно и мягко ступая под колпаком недоверчивого внимания людей резко обернувшихся навстречу незнакомке. Так или иначе, она была центром притяжения для этой полувоенной группы. Но её основной противник тянул время, прежде чем обернулся на звук шагов. Можно было только догадываться о том, что написано у него на лице и с какими эмоциями он борется, уже осознав, что она вышла из леса буквально в тыл его тщательно выстроенным солдатикам. Пришлось даже окликнуть его, чуточку насмешливо продолжая общение. Как будто не было этих месяцев охоты.

— Каким ветром вас занесло в эти края, многоуважаемый?

Она краем сознания ощущала, как странно выглядит со стороны. Полу монашка, в темной, заляпанной грязью одежде, сбившемся платке и тяжелых кирзовых сапогах. Почти нищенка, даже по оценкам этой небогатой местности. Рядом с неброско одетым миллионером. Его светлое кашемировое пальто почти светилось в тени. Пары дорогих сшитых на заказ лайковых перчаток, небрежно торчащих из кармана, хватило бы, чтобы выкупить весь урожай их монастырского огорода. Только высокие поношенные армейские ботинки напоминали о двойственности происходящего. Всё не бывает простым, когда втянута его семья. Он обернулся после небольшой задержки и ответил явно заготовленной фразой.

— Оказывается, очень трудно найти хорошую секретаршу.

— Да сэр. Это тяжелая и неблагодарная работа.

— Но еще труднее найти все твои деньги, адвокатов, схемы прикрытия…

«Подобное было бы трудно осуществить» мелькнуло в её голове почти одновременно с пониманием, что её напарник теперь мозги проклюет со своими «а я предупреждал, что поверенный гниловат». Но в целом перечисленная цепочка была в пределах заложенной погрешности, а значит, ничего важного они так и не нашли. Зато проявленное трудолюбие стоило поощрить.

— Понятно. Вы привлекли мое внимание.

Она на секунду замолчала, оценивая взаимоотношения между стоящими напротив неё мужчинами, их реакции и возможные последствия различных поступков. Бегство действительно пока не вариант. Придется предлагать капитуляцию и начинать новую партию. Ей не давали покоя только ботинки принца, выбивавшиеся из облика избалованного плейбоя, и отсутствие Бернара. Но пока можно было сделать закладку на будущее, не зацикливаясь на пустяках. Слова упали весомо и неотвратимо.

— Отзовите людей от монастыря. Мне нужно полчаса собрать вещи и я буду в вашем распоряжении.

— Безусловно, у вас есть это время.

Он ответил почти безразлично. Как будто у неё и в самом деле не было другого выхода. Хотя ему и пришлось взять себя в руки, чтобы не смотреть вслед удаляющейся бесформенной фигуре. Считанные месяцы прошли с их последней встречи. Но по ощущениям — будто пара лет. Сейчас опять перед ним стояла русалка, которая одновременно была кем-то другим. От женщины, с которой он провел ночь, прежними остались только глаза. Точнее выражение глаз. Улыбка, которая пряталась между взмахами ресниц. Но грубая одежда-оболочка делала её сильно похожей на неземное существо, прикованное к миру каким-то проклятьем. Неудержимо хотелось дотронуться, чтобы проверить — призрак она или живая.

От рассуждений его оторвал Стивен. Сыщик заговорил сразу после того, как она отошла на достаточное расстояние.

— У меня прямой приказ забрать её для допроса после обнаружения. Вы знаете от кого.

— Думаю, что сейчас вам стоит слушать меня, а не устаревшие приказы моей матери.

— Она сейчас сбежит. Полчаса форы это практически бесконечность для такой как она.

— Быстрота нужна при ловле блох. И она не сбежит. Это не её стиль.

— Слишком высоки ставки, чтобы бросаться подобными голословными утверждениями.

— Она слишком спокойна. Сама подошла, хотя сейчас ей исчезнуть ничего не мешало. Начала переговоры, попросила отсрочки. Она не изображает из себя кузнечика, когда может просто раствориться без следа.

Его собеседник продолжил спор исключительно из чувства противоречия. Как будто после того, как дилетант переиграл его в поисках неуловимой аферистки, нужно было хоть в чем-то быть правым. Но озвученные аналогии имели смысл, а он сам был достаточно профессионален, чтобы избегать споров по пустякам. Но самым обидным был равнодушный тон наследника, который сосредоточенно обдумывал что-то более интересное.

— Кто знает? Может в монастыре что-то важное спрятано… — Продолжил по инерции ищейка, прежде чем выдохнуть сомнения и узнать кое-что более актуальное. — Допустим, что вы правы. Что дальше?

— Ждем полчаса. Если не выйдет — штурмуем и уничтожаем монастырь.

— Жёстко. — Присвистнул Стивен. Внезапно он понял, что принц не шутил, когда спрашивал о пределе надежности людей, взятых на эту операцию. Похоже, варианты исправления ошибок не были ограничены общепринятыми моральными принципами. Выжженная земля вместо не покорившегося города — приемлемая цена при завоевании целой страны. И хороший показатель серьезности намерений для беглянки. Молодой человек, рассматривавший постройки монастыря, выглядевшие почти игрушечными отсюда, добавил с недоброй улыбкой.

— Если я ошибся, и она тянет время. Эту нору нужно сжечь, а свидетелей допросить. Уважения заслуживает только противник, играющий по правилам. А я не намерен допускать подобные промахи больше одной штуки за раз.

— Хорошо. Тогда займусь расстановкой бойцов.

Сыщик больше не раздумывал и не колебался. Отточенные и емкие приказы больше смахивали на витиеватую брань. Но спокойно наблюдавший за происходящим принц даже не сомневался, что происходящее — всерьез. Голоса из рации. Суета среди персонала. Снайперы, немного отсвечивавшие на фоне голого леса. Разговор с матерью, благодаря которому стала возможна вся эта полувоенная операция, был уже частью прошлого. Новой реальностью. Сейчас казалось почти чудом, насколько тонкая ниточка причин и следствий привела его сюда.

Два месяца безумной гонки и эта спокойная женщина берет всего полчаса времени на сборы. Без лишних вопросов. Как будто знала что он придёт и готовилась к встрече. Так что сейчас самое время узнать, кто кому попался в сети и не продешевил ли он в том договоре с матерью. Принц и сейчас, находясь в полушаге от победы, не мог точно сказать достиг ли желаемого. Просто закончился очередной этап погони за белым кроликом. Он нашел её! Но кого он нашел? Происходило опять что-то такое, чего он целиком не мог понять. Но это было не так уж и важно. Главное ввязаться в драку, а там будет видно.

Она старалась не смотреть за окно и не считать бойцов, аккуратно окружавших монастырь. Так или иначе, но их семья обычно держит данное слово, только пока ты сам соблюдаешь условия сделки. Её сильнее тяготила невозможность объяснить хоть что-то настоятельнице, которая стояла в дверях и упрямо напоминала о том, что хотелось забыть.

— Я никогда не спрашивала, когда ты приходила и когда ты уходила, о том, что происходит в твоей жизни.

— Да, матушка и я за это благодарна.

— Ты уверена, что сейчас благоразумно будет идти с ними? Они не посмеют причинить вред божьим людям, и святая обитель тебе послужит надежной защитой.

— Вас неприятно удивит то, что они могут себе позволить практически безнаказанно. И тут придется довериться моему опыту. Мне лучше идти.

— Но хочешь ли ты этого, милая?

Она широко и искренне улыбнулась.

— Я вас тоже очень люблю. И не знаю точного ответа на этот вопрос. Зато знаю, что есть вещи, за которые нужно платить назначенную цену и не торговаться. Эта обитель и люди, её составляющие — заменили мне семью. У меня только одна просьба…

Она обернулась к рюкзаку и вытащила оттуда икону, аккуратно обернутую отрезом чистой льняной ткани.

— Передайте её сестре Прасковье. Настоящее греческое письмо. Освящена на Афоне. Как и та, что я вам привезла. Хотела на праздник ей вручить, но видно нет на то воли Божьей. Это святой Георгий, покровитель сына, о котором она так сильно молится.

— Ты все никак не успокоишься? Не хочет старая женщина подарков ни от кого. Не хватило тебе истории с платком, который она на портянки пустила…

— Мое желание подкупить стража обители сильнее уколов мелких неудач!

Женщины рассмеялись. Молодая послушница была рада из-за того, что подарок удалось хотя бы оставить в обители. Если не в келье старушки, то в привратной сторожке повесят. Странными тропками ходила судьба в этом мире. А она и так была обязана жизнью человеку с рыбьим взглядом, за которого просила Бога неутомимая сестра Прасковья. Мать и сын сильно любили друг друга и одновременно были слишком разными. Камера в окладе даст ему возможность хотя бы убедиться в том, что она жива. Иногда это самый лучший подарок — просто знать, что с теми, о ком ты не можешь позаботиться лично, всё в порядке. А настоятельница уже не задавала вопросы. У неё хватало жизненного опыта за стенами монастыря, чтобы понимать, в каких случаях от прямых ответов лучше держать подальше. Она проводила девушку до самых ворот обители и перекрестила напоследок. Только Бог знал — встретятся ли они снова.

За воротами уже никого не было. Даже вертолет скрылся, оставив несколько участков полегшей травы. На небольшом, засыпанном гравием съезде стояла пара внушительных машин, больше похожих на небольшие танки, представительского класса. Её позабавила такая демонстративная игра мускулами. Не хватало еще пары автоматчиков за стволом соседнего дерева. Хотя наверняка они сидят в засаде по окрестным рощицам. Все-таки хорошая команда за ней гонялась все это время и достала она их конкретно, раз такая перестраховка идет. Тем интереснее будет последующая игра.

Она остановилась в паре метров от принца и, кинув рюкзачок перед собой, подняла руки. Выражение лица мужчины, стоявшего напротив, подсказало, что она немного переигрывает. Но это было только его мнение, потому что её сумку тут же забрали. Она же с интересом рассматривала людей с оружием, которые профессионально держали её на прицеле. Потом обыскивали. Потом досматривали багаж, мгновенно оценив тяжесть цепи и с рентгеновской точностью вычислив нож. Случайности исключены. Но мир не состоит только из тех, кто по-деловому подходит к поставленной задаче. Её целью всегда были романтики. Они обычно стоят у руля и могут так же спокойно убрать одним движением руки все преграды. И когда это происходит — можно будет и поговорить.

Глава 11. Улов

Они расположились в тени старого дерева рядом с дорогой. Полуразрушенная скамейка из выгоревшего строя пеньков служила ориентиром для остановки автобусов иногда привозивших паломников в их глухомань. Даже сейчас на них было удобно присесть. По крайней мере, её серые джинсы знали и более грязные места. Но не стоило давать противнику преимущество взгляда сверху вниз. Поэтому она прислонилась к влажному стволу, зафиксировав, гудящую после работы в поле, спину. Солнце рисовало зайчиков на лесной подстилке, а сквозь полупрозрачную листву и сетку ветвей ярко-голубое высокое небо рассматривало двух человек, выглядевших слишком разными, чтобы здесь беседовать.

Она пару секунд подождала вопросов, прислушиваясь к тихому шепоту ветвей старого дуба. Но пауза тянулась слишком очевидно, и пришлось разрывать её, начав разговор первой. Чуть прищурившись и подняв глаза на мужчину проделавшего весь этот путь.

— Значит, вы потратили свое время и силы, чтобы приехать сюда. Впечатляет и немного льстит моему самолюбию. Итак, чем я могу вам помочь?

— Для начала ответь на вопрос. Только честно. Кто ты? — Голос звучал глухо, но вопрос был правильным и она, пожав плечами, ответила с интонациями прилежной ученицы.

— Ну, раз вы меня нашли, то знаете большую часть ответа — я исполняю роль ангела мести. Со мной заключают договор и ставят цель. Обычно это развал бизнеса или разрушение жизни. Иногда, что-то меньше и не такое очевидное. Я нахожу слабые точки и выстраиваю схемы, благодаря которым можно… хм… уничтожить то, что для человека важно. Иногда забрать жизнь, но этого часто и не требуется.

Он немного растерялся. Ответ был совершенно не правильным. После всего того, что он о ней узнал. О многогранной лжи, уловках и масках. На этот раз она сказала полную правду, сделав все обнаруженное им вчерашней новостью. И это рушило то, как он планировал разговаривать, выводя её на чистую воду. Поэтому спросил первое, что пришло в голову.

— Зачем? — Этот короткий вопрос заставил её поморщиться от бессмысленности уточнения уже озвученных вещей. Но в допросах всегда так. Подозреваемого нужно заставлять повторять и ошибаться в заученной лжи.

— Я уже говорила — месть. Иногда это власть, иногда деньги, иногда личные мотивы.

— А границы?

Очередное пожатие плечами последовало после вопроса так же лишенного практического смысла. Хотя все зависит от целей. Поэтому ответ сформулировала предельно точно.

— Я никого не убиваю. Ничего не инсценирую. Если и ворую то не объекты материальной ценности, а скорее информацию и компромат, чтобы его нельзя было пустить в ход. Большинство падают под весом собственных грехов. Обычно мне можно инкриминировать только вторжение в личную жизнь. Да и то, те личности, которых можно обвинить, еще найти надо.

— А я вот нашел. — Констатация очевидного факта всегда помогает сопернику собраться с мыслями в ситуации, когда все идет вопреки сценарию. Но она тут же поправила, расставив фигуры по местам.

— Не надо утрировать. Не вы, а Ваша матушка помогла, предоставив материалы. И не нашли, а воспользовались лазейками, которые я оставила на случай сбоев в системе и человеческих слабостей. Мы уже пересекались с вашей семьей. Они были в курсе происходящего лично с вами и фирмой. Просто не стали вмешиваться. Еще что-нибудь хотите спросить?

— Наверное, глупо, но кто меня заказал, ты не скажешь? — Он уже начал смиряться, плывя по течению её ответов и встречных вопросов.

— Почему не скажу… Ваша жена и заказала. Бывшая. Вторая. Она не настаивала на конфиденциальности в договоре.

Происходящее было какой-то нереальной пьесой. Он задавал вопросы. Она отвечала. Насколько он понимал происходящее — все было очень точно и честно. Но ему нужно было не это. Нужно было, чтобы она вышла из себя. Удивилась, занервничала, обрадовалась или испугалась. Хоть что-то. Но она не боится этой встречи. Она не боится быть откровенной. Даже не смотря на то, что спокойствие это только маска, оно дает кучу преимуществ. Он изучил все известные её операции и аферы, включая те, где её участие не было доказано. И то, что его восхищала её работа, это было очень мягко сказано. Спокойно и элегантно с минимумом следов, ведущих в никуда. Но когда она хотела, чтобы её заметили, то это становилось грубо и показательно. Как прилюдная порка серьезной корпорации, из которой вытащили секретные данные, выставив на всеобщее обозрение лишь домашнее порно генерального директора.

И про её сообщников было ничего не известно. Как будто она все делала одна, хоть в это и слабо верилось. Еще меньше было известно о мотивах её действий, и это нервировало семью больше всего. Деньги явно были не главным. Секретами она не торговала. Власть? Но и так головоломка не складывалась. Оставалось что-то личное, а тут история про стог сена и иголку становилась актуальной как никогда. Поэтому и простые пути допроса, предлагаемые Стивеном и мамой, вряд ли сработали бы. Боль её не возбуждает и не пугает…

Все что оставалось в его руках — их ночь. Короткое замыкание, выжегшее у него внутри какой-то неприятный след. Он за свою жизнь имел достаточно много контактов с профессиональными лгунами. И в своей постели тоже. Но тут было что-то другое. Если она так хороша во всем, что касается работы, то знает, когда лучшим прикрытием намерений становится правда. И той ночью она требовала от него искренности и сама была до безумия открыта. Почти, как и сейчас. Тем хуже для неё. Откровенность за откровенность.

— А я могу использовать тебя? — Вопрос был намеренно двусмысленным. После паузы он небрежно уточнил. — В смысле — будешь ли ты работать на меня…

— Трудный вопрос. Мне нужно знать, чего вы собираетесь добиться.

— Что ж. Сейчас мне нужна конкретная женщина.

— Неужели? Вам мало тех, что у вас уже есть?

Этот вопрос, заданный как будто в шутку, выскочил автоматически. Он даже не нуждался в ответе, потому что удивил её саму просто фактом произнесения. Как будто рябь пошла по её тщательно выверенной броне. Эта была та самая возможность, которую он ждал. Какой-то особенный взмах ресниц и пауза между выдохом. Этого было достаточно, чтобы подойти поближе и заглянуть ей в глаза. А потом выдавить то, в чем он боялся признаться даже самому себе.

— Мне нужна ты. Сейчас больше, чем два месяца назад, когда ты сбежала, испугавшей безумия той ночи. Ты думаешь, я не пробовал тебя забыть? Это оказалось не очень просто, даже не зная о тебе ничего… А ведь я старался. Поверь.

Близость и тепло его тела и запах кружили голову. И безумно трудно было ощущать его вот так рядом, горячего и живого… Положительно, произошедшее тем жарким вечером была ошибкой. Слишком много воспоминаний. Слишком много мыслей о том, как это может произойти, превращающих происходящее прямо сейчас в прелюдию к сексу. А он, как будто читая её мысли, чуть слышно произнес, обжигая дыханием:

— Я хочу с тобой переспать. Твой ангельский кодекс это дозволяет?

Она засмеялась. Происходящее наполнялось каким-то абсурдным смыслом. Найти профессионала по теневому воздействию, только для того, чтобы заполучить её в свою постель. Не рационально, как минимум. Только дышать становилось все тяжелее. Возможно, смех может победить этот морок. Главное не дать слабины и не сорваться в глупости. Часть сознания, предательски шептала «А почему бы и нет? В прошлый раз все было супер. Чего ты ломаешься то, как девочка?». Но согласие будет предательством. Она смогла выжить в этом безумном мире только потому, что была честна с собой. А секс, который выдает себя за любовь, обернется новой болью. Поэтому, нет принц, спасибо за предложение, но оно не для меня. Она ответила хлестко, ускользая от прямого ответа.

— Возьмете меня прямо здесь, на травке, под стенами монастыря? Или в машине, окруженной автоматчиками? Хотя не исключено что здесь все ограничится словами, и вы таки до отеля дотерпите….

Но он, прислушиваясь к её сбивчивому пульсу, лишь уточнил:

— Так ты согласна?

— Нет. — Жесткий ответ прозвучал почему-то очень быстро и жалобно. — Я не буду с Вами спать. И планировала сбежать. Здесь, по дороге или на остановке. По обстоятельствам.

Но слова его не убедили. Слишком много букв для твердого решения, хотя он не сомневался в её попытках претворить сказанное в жизнь. Важнее были взбесившийся пульс, колебания и тело, готовое сдаться. Поэтому настало его время насмешливо комментировать происходящее, мешая сосредоточиться.

— Учитывая мой опыт, я бы сказал, что для тебя будет проще согласиться, чем сбежать. Как тогда, на вилле…

— Тогда была ошибка.

— Несомненно. Но она стоила каждой секунды безумия и поисков тебя. Я бы мог рассказать, как именно буду играть с твоим телом, во всех подробностях… Если это поможет тебе решиться… — Он чувствовал отклик, и не собирался отступать из-за любых слов, даже самых правильных. И от этого напора сопротивляться становилось все труднее. Она просто начала проговаривать вслух все доводы, которые только приходили в голову.

— Повторение ошибки — не в моих правилах. С учетом ваших возможностей вы можете только взять мое тело силой. Но, это плохо для семьи. У нас с мадам вооруженный нейтралитет и любое нарушение равновесия принесет ей большие неприятности. Или вас не предупредили, о далеко идущих планах?

— А мне наплевать, чего хочет семья. И наплевать на правила, которые были моими до встречи с тобой…. Что же касается того, чтобы разнообразить происходящее, и применить чуточку силу…. Ради того, чтобы тебе было легче принять собственное желание и то, что для нас обоих настолько притягательно…

Что-то в его интонациях было такое…. Холодным душем обдали воспоминания о словах того, другого, и всё последовавшее за признанием встало перед глазами….Кто-то опять слишком близко подошел к границам дозволенного. Не осталось и следа от желания, еще секунду назад плавившего все преграды. Она вернула контроль над телом и разумом быстрее, чем осознала что происходит.

Он успел заметить, как падает железный занавес. И даже занесенную для оплеухи руку видел. Только не успел перехватить. Пощечина прозвучала очень звонко и отчетливо, как сигнал гонга возвестивший «ты проиграл!». Оставалось только засмеяться. Холодным совершенно спокойным смехом человека, для которого все сказанные слова были только игрой, которую поняли не правильно. Не важно, что при этом сил хватило только на то, чтобы отвернуться и выдохнуть обжигающий воздух. Не важно, что она видела безумие, плескавшееся в глубине глаз. Потеря раунда не означает, что стоит сдаваться.

Всего доля секунды отделяла русалку от него. Он узнал самое главное — до неё можно достучаться. И хотя эти мгновения сложились в прозрачную и прочнейшую преграду, которая его буквально отбросила. А женщина, стоявшая рядом, уже смотрела с недоумением и даже жалостью. Но проблема была не в этом. Проблемой оказалась правда, которая вырвалась наружу во время попытки вывести её из себя. То, что русалка из снов не была ночной фантазией. Она не была обычной авантюристкой. Крепким профессионалом — возможно. Но её, похоже единственная, слабость была похожа на его собственную. И ключ — в той ночи.

Она сводила с ума и была реальнее всех, кого он встречал раньше. Она нужна была целиком. Не только её тело, которое можно было получить, используя нехитрые наркотики. Не мозги, которые считала главным призом, его мама. Только вот как этого добиться, он пока представлял плохо. Зато он всегда умел хорошо блефовать. И догадывался, как добыть еще немного времени для новых попыток штурма.

— Хорошо. Ты не будешь со мной спать. Это более чем понятно. А работать?

Вопрос был очередной наживкой. И очень аппетитной наживкой, судя по тому, как расширились её зрачки. Он осторожно наблюдал из-под полуприкрытых ресниц за тем, как она решает задачу, лавируя между очевидностью опасных последствий и собственными целями, заставившими её добровольно выйти из монастыря. Работа на семью открывала для неё заманчивые возможности. И если она умна, то колебания будут недолгими. В итоге шанс сбежать оставался всегда. Но если прозвучит отказ? Продумать эту мысль он не успел. Она уклончиво ответила:

— Если это реально работа. То, да. Думаю, договоримся. Только меня нужно будет довести до цивилизации. Вам это по силам?

— Вполне. — Усмехнулся он.

Так или иначе, но пока приз находится у него в руках. И это было главным итогом дня. Как бы не относился Стивен к условиям сделки. Сыщик ощущал себя странно. Безусловная радость от конца погони накладывалась на усталость. Но больше всего тревожило непонимание причин такого быстрого финта с материализацией объекта поиска из воздуха. Слишком часто он встречал подобное, чтобы не догадаться. Только в одном случае это имело смысл — девушка поднимала ставки. А оценивая количество проделанной работы, он мог только посочувствовать тем, что будет разбираться с ней дальше. Как хорошо, что это уже не его проблемы. Он едет домой.

Пара приказов и все закрутилось в обратном направлении, собирая разбросанные по лесу заградотряды и разведчиков. Мир возвращался в свое первоначальное состояние, и только следы в грязи красноречиво молчали о не случившейся бойне. Двигатели машин приглушенно рычали. И в кутерьме меняющейся реальности, девушка смотрела на монастырь, подсвеченный золотистыми лучами холодного зимнего солнца. Всегда сложно уезжать отсюда, но сегодняшний день просто бил все рекорды, по неумолимости и тяжести решений.

— По каретам, господа! И дама… — Мужчина церемонно поклонился, пропуская её в подъехавшую машину.

— У меня есть только одно пожелание. Если для вас это не пугает. Телефонный звонок. Говорят, его разрешают даже человеку арестованному властями. А на меня и наручники не надели. Можете, не давать аппарат в руки, если боитесь. Пусть кто-то наберет номер, а я побеседую, как соединят.

Стивен вопросительно посмотрел на расслабленного начальника, который кивнул со странным весельем от этой неожиданной просьбы. Ему не нравились манеры девушки, которая спокойно заранее согласилась с любой реакцией на свои слова. Слишком очевидная и продуманная ловушка. Но всё равно быстро ввел цифры. Всегда можно будет позже отследить, кому она пыталась звонить. В любом случае — данные редко бывают лишними.

— Говорят, что такого номера не существует. Может ошибка? — Он задумчиво смотрел в её глаза, не выражавшие удивления или тревоги по этому поводу. Но она только устало улыбнулась и пожала плечами.

— Не смертельно. Может номер сменили. Буду разбираться, как приедем. — Потом, зевнув, произнесла, ни к кому не обращаясь. — Если никто не возражает, я посплю. Разбудите, когда доберемся. День был ужасно долгим.

А через минуту пленница уже натурально посапывала, опираясь на свернутую куртку. Так засыпают смертельно уставшие люди или те, кому уже нечего скрывать. Сыщик с некоторым удивлением смотрел на бесшумные движения наследника, который достал плед и почти заботливо укрыл девушку. Даже жестокие люди способны быть великодушными, когда побеждают. Но понимает ли он сейчас, что до настоящей победы еще далеко?

Компьютер мигал и пищал, пытаясь привлечь внимание хозяина. Прошло, не меньше пяти минут, прежде чем тот сообразил отозваться. Вечные сбои сетевых компаний, выводящие звонки на его контрольные номера, заставляли его задуматься о том, что он выбрал не правильное место работы.

— Вот кто гребет деньги лопатой, вкладываясь только в глупое железо. В то время как логика хромает на все четыре перебитые ноги. — Мрачно декламировал сонный программист, отключая тревогу. Пробуждение было неприятным, как ни посмотри.

Но после вывода детализации он подскочил. Сон улетучился буквально с первых цифр номера звонившего. Через несколько ударов по клавиатуре он уже наблюдал за движением точки по карте. Судя по скорости — двигалась машина с очень любопытными пассажирами. Карта дорог, разворачивалась, подтверждая то, о чем он уже догадался. Наследник её вычислил. И она пошла с ним. Добровольно, судя по выбранной последовательности для звонка. Но то, что она в полной его власти — не хорошо. Нужно уравнивать шансы. А для этого — ей понадобится подмога.

Глава 12. Новые шаги танца

Быстрый поиск по персональной адресной книге выдал несколько номеров. После недолгой паузы компьютерщик заставил себя поднять трубку. На всякий случай, скрестив пальцы. Чтобы напарница не оторвала ему голову, после встречи с выбранными спасателями.

— Здравствуйте, девушка. Мне нужно поговорить с Алексеем. Кто говорит? Призрак говорит. Да. Так и передайте. Если у него есть возможность, то у меня есть работа. Пусть перезвонит, если интересует. Запишите номер.

— Да. Я хотел бы нанять пару боевиков. Если Красавчик в состоянии обеспечить конфиденциальность. Перезвоните. Мой номер…

— Будьте добры Льва Давыдовича. Рассматриваю возможность приобретения пары ледорубов по сходной цене. Только не нужно грубить молодой человек. Да и если товарищ решит перезвонить — запишите мой телефон.

Спустя несколько минут он уже выбирал из предложений агентств, параллельно наблюдая за траекторией движения машины с уловом. С учетом уровня привычек семьи оставалось не так уж и много вариантов окончания их поездки. Так что пригодились все отозвавшиеся головорезы. Только времени оставалось мало. Нужно еще проверить состояние дел принца. Не смотря на его увлечение охотой — золотому мальчику приходилось разбираться и с делами подразделения отписанного мамочкой. И дела там шли далеко не празднично, что обязательно заинтересует «пленницу» сразу после того, как пыль от встречи уляжется.

Перед этими черными машинами с непростыми путниками большинство границ были чистой условностью. И все это время в салоне висела густая и вязкая тишина. Вечер экспериментировал с оттенками красного и голубого на холсте неба, добавляя экспрессии нечеткими контурами облаков. Но темно-синяя тушь подкрадывающейся ночи потихоньку оттесняла увлеченного художника к горизонту, да и пассажиры обращали мало внимания на буйство красок за бортом. Даже во время недолгих остановок. Каждый из них был погружен в свои мысли, так или иначе связанные с этой поездкой. Ведь любая поездка дает время и информацию для размышлений.

Для Стивена это время было возможностью отдохнуть. Его люди прекрасно знали свою работу, и никто не хотел рисковать потерей драгоценного груза. Поэтому гонка подчиняла пространство и время, не делая скидок на желание расслабиться в пути. Ей потребовалось несколько дней кружения по Европе, чтобы надежно замести следы. Для возвращения к цивилизации хватит нескольких часов. В голом остатке эту поездку можно засчитать как победу. И единственная опасность сейчас была заключена в мужчине, который делал вид, что работает с компьютером. Его матери не понравится задуманное наследником. А скромной ищейке ни к чему встревать между хищниками, в момент раздела добычи.

Мысли принца, кружили вокруг хрупкой женщины, делавшей вид, что спит. Он нашел её. Как в детской игре. Она убежала и спряталась, а он догнал. Она в его машине. Он выбирает как, куда и зачем они едут. Все так. И все не так просто. Хотя его немного раздражало царственное спокойствие, с которым она воспринимала все происходящее, но эту сторону маски он уже видел. Что оставалось? Мелкие несоответствия. Начиная с изображенного вежливого удивления, при встрече у монастыря. Точные и прямые ответы. Почти заученные. В этом слышалась какая-то неуловимая игра. Учитывая опыт жизни с мамой — он кожей чувствовал, что это неспроста. Только он был мастером ломать чужие игрушки и наличие второго дна у этой ситуации его мало трогало. Так же как и недовольство матери, планы которой он нарушал. Но это все лирика.

Надо придумать ей работу. Работа. Кстати, а что у нас происходит?

— Зои, как обстоят дела с отчетом?

Его секретарь была образцом безупречной помощницы. Её любили и одаривали подарками по праздникам почти все, с кем ему приходилось плотно общаться. Вне зависимости от того, как складывался бизнес. В итоге, это давало им обоим спокойнее относиться к тому, насколько далека её личная жизнь от идеала. Собственно потому он и мог ей звонить в любое время дня и ночи.

— Я бы сказала, что великолепно, но это было бы не правдой. По почте данные уже отправлены, но вы лучше сами посмотрите. Задание перепроверить и согласовать с отделами я уже выдала. Если это поможет… В общем, вы поймете…

Пошел уже второй месяц работы на новом месте. Только Зои решилась переехать вместе с ним. И теперь им вдвоем приходилось несладко. Отчет был ужасен. Нужно было хорошо постараться, чтобы составить его таким абсолютно не пригодным для использования. Цифры, казалось, брались с потолка, показывая явные расхождения с текущей деятельностью. Он откинулся на спинку, пытаясь подсчитать, какое время прошло с того момента, как его представили как управляющим делами. Где-то как месяца полтора, если выкинуть время на знакомство и ритуальные танцы. И пусть, все это время он был занят охотой на русалку, но считать его идиотом… Раньше его мало беспокоила репутация. Сейчас стоило задуматься о том, насколько сложно, исполнять волю мамы о руководстве в компании.

Значит, предстоит война. Против всех этих ребят, которым его приход кажется неудачной шуткой. В итоге, неудачно складывается только то, что ему придется воевать сразу на два фронта. Хотя зачем устраивать две войны? Это удача, что в его руках оказалась русалка. Она поможет разобраться с этим бизнесом, который мама «доверила», и который буквально на глазах разваливается. Она же специалист — вот и пусть помогает. Опять же, упускать её из виду будет опасно. Значит, она должна работать в офисе. Это даст время придумать что-то более эффективное для штурма её самой…

Они еще не приехали, а он уже планировал все тонкости будущего разговора. Ночь уже давно вступила в свои права, когда кортеж остановился в конце пути. Комфортабельный отель «для своих» замаскировался под частный высокий особняк на окраине. Здесь их теплой компании никто не помешает и не задаст лишних вопросов. А у него, в любом случае, есть этот вечер, наедине с ней. Еще одна попытка добиться своего. Но для начала стоит сделать её сговорчивее, попросив Стивена надеть на неё наручники. Тот удивленно моргнул, но согласился, не сопротивляясь возможности осуществить свою давнюю мечту.

Но мужчины оказались не готовы к тому, что её это развеселило. Более того, возникало странное чувство, что настроение пленницы заметно повысилось в тот момент, когда она взглянула на улицу, поверх голов сопровождения. Вход в гостиницу не соответствовал внутреннему убранству. Скромная вывеска, которую легко пропустить, и небольшой фонарь над дверью. Рядом запаркована парочка дорогих машин. Ничего особенного или способного вызвать радость.

Охрана прошла внутрь, действуя синхронно и слажено, как единый организм. Они заберут ключи от номера. А значит, из формальности оставался кивок администратору, занятому подобострастной беседой с какими-то квадратными чужаками, и можно подниматься. Но течение событий изменило свой ход, когда он понял, что его охрану плотно уложили на пол. Как раз в закутке рядом с лифтом. Теперь они тихо и технично лежали, изо всех сил стараясь не схлопотать по пуле из приставленных к головам стволов.

— Добрый вечер, мадам.

— Здравствуй, Леший. Рада тебя с мальчиками видеть.

А вот это уже было в новинку. Неофициальное продолжение игры в «сравним свои возможности» явно оказалось не в его пользу. Вместо пленницы она оказалась хозяйкой положения буквально одним щелчком пальцев. Точнее одним щелчком ключа, снимающим нелепые металлические браслеты с её запястий. А человек, которого она только что назвала Лешим, очень бережно коснулся её руки губами. Соблюдая дистанцию и напоминая при этом несчастного влюбленного, которому запретили явно выражать свои чувства. Она улыбнулась и оперлась на предложенный локоть. Администратор гостиницы был само дружелюбие и гостеприимство, стараясь не замечать ничего, что может помешать душевному равновесию.

— О! Мадам, я как раз объяснял господам, что вы не собирались возвращаться сегодня. Моя вина. И конечно, ваш номер готов. Ваш секретарь звонил уже несколько раз. Оставил сообщения и пакет. И остальной багаж. Всё доставлено прямо в номер. По сделанным запросам работы ведутся. Думаю, проблем не будет. И завтра, на весь день девушки из салона к вашим услугам.

— Благодарю. Попросите еще массажистку к ним присоединиться. Что-то у меня спина побаливает от поездки.

Встреча дорогого клиента, наяву. Принц задумчиво потер переносицу, не замечая бряцканья оружия её новых друзей. Восхищение русалкой продолжало расти, отчетливо мешая злиться. Он загривком слышал мысли хорошо вымуштрованных бойцов и понимал, что ему даже не угрожают подобной встречей. Просто платят любезностью за осаду монастыря. Одновременно с этим становилась все очевиднее причина маминой покладистости. Эта девушка не отступает и не боится показывать зубы. И хотя было немного любопытно дойдет ли она до покушения на его убийство, он придержал Стивена, почти ринувшегося в бой. Пришлось даже включить голос на режим «лед»:

— Мне кажется, что драка только привлечет ненужное внимание. Особенно, когда мы достигли определённых договоренностей.

Этого хватило, чтобы она обернулась и кивнула. Молча. Без улыбки. В окружении персональной охраны она выглядела еще более хрупкой и ранимой, подчеркивая его исключительную наивность. Он оказался в роли первокурсницы, пришедшую на пьяную вечеринку в ожидании большой и чистой любви. Думал, что рушит планы и к чему-то принуждает. Сам выбрал этот отель… Где, оказывается, приготовления к её приезду шли уже давно. Всё идет не так. Всё должно быть не так.

Леший довел девушку до лифта и дождался, пока он двинется, прежде чем обратить внимание на посторонних. Мужчина оказался невысокого роста. В сравнительно дорогом костюме для простого бойца. Вооруженный, как небольшой отряд. Крепкий и жилистый боец. Смертельно опасный боец, судя по аккуратным движениям и жестким глазам. Он даже не пытался улыбаться и изображать удовольствие от встречи. На его лице висела лишь равнодушная оценка подставившегося противника.

— Не переживайте. Она попросила, чтобы ваши комнаты были на одном этаже. Через холл. Но охрана будет стрелять на поражение, в случае если кто-то решит ей докучать. Ваши договоренности в силе, но она примет окончательное решение позднее. Вас известят обо всех изменениях в расписании. — Небрежным жестом он приказал отпустить людей Стивена, даже не оглядываясь на своих подчиненных. И продолжил скучающим невыразительным голосом. — Надеюсь, мы пришли к взаимопониманию?

Принц кивнул. Кем бы ни был её представитель — он не простой костолом. Да и отношения между ними далеки от профессиональных или безразлично — уважительных. Хотя это не удивляло. Она слишком хороша. А её возможности явно выходят за границы «аферистки», чем бы она ни занималась. Но с цепным псом не получится вести переговоры. А судя по выражению глаз — любые попытки сопротивления будут ему только в радость. Парнишку, видимо, серьезно задели наручники на госпоже. Проводив взглядом её нового пресс-секретаря уходящего из поля зрения, принц со Стивеном обменялись недобрыми взглядами.

— Узнай, кто он такой. И как здесь появился. Пока сделка не закреплена бумагами — я должен быть в курсе её перемещений.

Ищейку не пришлось просить дважды. Он еще раздаст всем своим людям сладких пряников за некомпетентность. Но начинать действительно стоит с более насущных вопросов. Кабина лифта плавно остановилась и еле слышно мелодично вздохнула. Уютный холл третьего этажа был пуст, не считая роскошного куста китайской розы, усыпанного цветами и пары вооруженных охранников в креслах под её дверью. Нейтралитет на полную катушку, за исключением минирования территории. Впрочем, и этого тоже нельзя исключать. Он почти спокойно смотрел на происходящее. А потом произнес про себя: «было глупо надеяться на что-то другое». Повторяя эту фразу раз за разом, как заклинание. Только вот убедительней она от этого не становилась.

Она устало сидела в кресле, развернув сверток с телефоном и новыми документами. Пока еще не поздно сбежать. Леший подстрахует и даже обрадуется небольшой заварушке, как возможности проверить прочность чужих костей. Всё запутывалось и сейчас стоит решить уже всерьез, чего она хочет на самом деле. Благодаря друзьям у неё подобная роскошь. Выбирать сражения по своему вкусу, игнорируя всё остальное. Но только сама ситуация изменилась.

К вопросу о друзьях. Аппарат на столе ожил, стоило ей задуматься о дополнительных собеседниках. Взглянув на номер звонившего, она расхохоталась и не стала даже произносить стандартное «кто это», перейдя прямо к делу.

— Отдельное спасибо, за боевую окраску чемодана. Век не забуду.

— Ну, ты вечно выбираешь скучные вещи. Надо держаться в русле тенденций. Он практически коллекционная вещь. Ты не поверишь, с кем я сцепился на аукционе, чтобы его для тебя достать.

— Избавь меня от подробностей. А то кошмары замучают.

— К вопросу о кошмарах. Лешего я прислал не специально. Пришлось брать под контроль три гостиницы, и он просто оказался удачливее остальных. А фотки, которые он начинает постить когда напьется или хандрит, исключительно пейзажи вашего совместного отдыха. Уж не знаю, как его жена терпит.

— Я догадалась, гений. Но так даже проще — он сразу оценил потенциал наследника. Пусть учится выходить в высшие сферы. Для бизнеса полезно, особенно если от нас заказы прекратятся.

— Он отказался от оплаты, если тебе интересно. Хотя мне твой настрой категорически не нравится. На этот раз тебя все-таки сдал этот хомяк-поверенный. И я предупреждал.

— Ну, не парьте мне мозг, месье. Всегда должен быть клапан для сброса лишнего напряжения. А ты склонен переоценивать роль подобных ему стервятников. Он пешка, скормленная в начале дебюта. Теперь осталось через него протолкнуть пару ложных ниточек, и мир опять обретет равновесие.

— Уже сделал и без сопливых комментариев. Как принц? Ему понравилась ваш небольшой вечер воспоминаний и встреч?

— Не очень. Скорее всего, бросится проверять Лешего, силами маминой гончей. Что, с учетом потерь времени, хорошее капиталовложение. Наверное, в этом смысле наш добрый друг — идеальная кандидатура для изучения.

— Тебе иногда везет. Могу я еще что-то для тебя сделать?

— Угу. Меня интересует цена, которую установила его мать за информацию обо мне. Вряд ли она пошла бы на риск потери контроля над ситуацией, если бы не надеялась сорвать большой куш.

— На текущий момент она его вводит в семейный бизнес, только немного странновато, на мой вкус. Если я правильно понял — она хочет немного сбить с него спесь. Я пришлю информацию, как только ты запустишь мои гостинцы. Слушай, а почему ты вообще решила с ними прокатиться?

— Он предложил работу.

— Да ты что? А подробности?

— Пока только так. Надеюсь, только что это не будет только предлогом…

— Как-то все у вас там запутано… Ладно, отдыхай. Все-таки у вас там ночь. И насладись завтра массажем — у китаянки просто волшебные пальчики.

Она даже не стала спрашивать, откуда он это знает. Бесполезно. Из всех знакомых он не был самым странным, но путаница между его электронными общительными личностями и реальной жизнью затворника заставляла предполагать проблемы с психикой. Хотя кто может сохранить рассудок, когда мир катится к пропасти? Она сделала еще один глоток из стакана воды и задумалась. Ненадолго. Ровно до тех пор, пока в дверь не постучал мальчик Лешего с еще одним чемоданом. Прибыли игрушки от компьютерного короля, чрезвычайно щепетильно относившегося к тому, на чём крутятся присылаемые им данные.

Наследник провел не самую приятную ночь, ожидая её звонка. В сущности, хватило бы любого намека на то, что она согласилась. Но девушка демонстрировала полное отсутствие желаний упрощать ему жизнь. Так или иначе, у него тоже места для манёвра не оставалось. Но кроме шагов охраны за дверью и быстро прошмыгивающего персонала, утро он встретил всё в том же подвешенном «вас известят о принятом решении».

Глава 13. Обстоятельства сделки

Ледяная вода из душа била в затылок до появления в глазах разноцветных кругов. Потом горячая, чтобы согреться. Но кроме кристальной ясности во всем теле ничего не изменилось. Мир не собирался становиться более понятным. Зато прозвучал звонок, которого он ожидал еще вчера.

— Мне сообщили, что ты сошел с ума.

Мамин голос по-прежнему заставлял его держать ровно спину вне зависимости от причин выволочек. Он радовался только тому, что она его не видит. Хотя это было, в сущности, не такое уж и большое преимущество.

— Я тоже рад, мадам, что вы осваиваете телефон и решили ими воспользоваться, чтобы высказать свое мнение…

Мама выдержала довольно мрачную паузу, ожидая извинений и оправданий. Но это было пройденным этапом их отношений. Он совершенно спокойно ждал продолжения, поскольку она всегда говорила больше, чем считала нужным, если удавалось вывести её из равновесия. И продолжение последовало незамедлительно.

— Почему она спокойно занимается своими делами, вместо того, чтобы общаться с дознавателями?

— У вас мадам, совершенно точная информация.

— Я спросила почему. И что ты задумал?

— Я хочу дать ей работу.

Пауза была более долгой и красноречивой. Но мама умела справляться с эмоциями достаточно быстро и эффективно. Поэтому ответила по существу.

— Это не сработает. Она неуправляема и очень опасна. Ну, хорошо. Какую работу?

— Заняться безопасностью моего подразделения.

— Ты заигрался. Я не позволю тебе запускать эту тварь в корпоративную сеть.

— Мне казалось, у нас было соглашение, которое не ограничивало меня в методах ликвидации проблем с подразделением, который я занимаюсь. Вы хотели её найти — она в пределах досягаемости. Вы хотели, чтобы я занялся семейным бизнесом — я занимаюсь. Теперь я изо всех сил пытаюсь поверить в то, что вы были честны. И эта сделка не подразумевала, что мои решения будут приниматься всерьез, только в том случае если нравятся вам.

Конечно, мама была зла. Но, во-первых, он никогда не пытался доставить маме радость. А во-вторых, он ей сейчас нужен гораздо сильнее, чем когда-либо раньше. Он не видел всего расклада, и о маминых планах мог только догадываться, но сыграть можно и с такими картами. Она может, конечно, попытаться быстро убрать русалку с доски, учитывая, что Стивен со своими головорезами был ей абсолютно верен. И хотя это могло серьезно испортить дизайн местных интерьеров, силовое решение проблемы вряд ли в её интересах. А еще, ситуация выглядела так, будто русалка и руководство фирмой только приманка. Шестеренка более сложной комбинации. И последующие слова матери подтвердил догадку.

— Ты не понимаешь что на кону.

— Просветите меня. Хотя, нет. Лучше не надо. Поскольку вы отказываетесь следовать правилам придуманной вами же игры, то я не понимаю, почему до сих пор считаю себя обязанным помнить о них…

Мама молчала, просчитывая варианты. Упрямый сын со своими рискованными действиями, ставил под удар солидную сделку. Но чем сильнее он или его девица ошибутся, тем проще будет им управлять впоследствии. А сохранить семью важнее, чем все остальное. И эта авантюристка не лучше любой другой, забравшейся к нему в койку. Но чем сильнее он верит, что принимает все решения сам, тем меньше потом размер ущерба.

— Хорошо. Я тебя поняла. Принимаю это, как часть нашей сделки. Только потом, не говори, что я не предупреждала.

Когда она положила трубку, он, наконец, смог выдохнуть. Что ж. За такой результат стоит выпить. Если мадам готова сдержать эмоции только ради того, чтобы он вернулся и стал послушным мальчиком, то это уже новый опыт. И почти победа. Теперь нужно убедиться, что и русалка согласится на его предложение. И как реакция на его мысли в дверь постучал посыльный с запиской от девушки. В ней было указано только время встречи. Теперь оставалось расслабиться и спокойно ждать приговора.

Полдня он старался не думать о том, что происходило в соседнем номере. Не строить планов. Не пытаться предугадать то, что может произойти. Не думать о розовом слоне, занимавшем все мысли. Всё, что можно, уже учтено. Только чуточку любопытно, какой облик русалка выберет на этот раз для перевоплощения. Была безликая секретарь, деловая, собранная и, в случае необходимости, полностью сливающаяся с фоном. Еще — монашка, устремленная к Небу душой и телом, мало внимания уделяющая впечатлению, производимому на других людей. Кто будет теперь? Свободная художница? Куртизанка? Простая девушка «с улицы», чтобы легче было испариться?

Когда в назначенное время дверь открылась, он понял, что все догадки прошли мимо цели. Теперь перед ним стояла акула бизнеса, аккуратно подобравшая для гардероба только то, что подчеркнет статус и пол. Первое, чтобы считались с мощью её возможностей, а второе — чтобы заметили. Уверенная в себе и своих решениях. Мало обращавшая внимания на то, что об этом думают другие.

Дорогой шелк блузки. Мелкие пуговицы, виртуозно обтянутые тканью. Юбка, путавшая мысли тем, как временами облегала её фигуру как вторая кожа, а в другие моменты оставляла слишком много на волю фантазии. Чулки. Туфли. Белье, не выдававшее свое присутствие и намеком. Подобный облик был дорогим даже не по заоблачным ценам на каждую конкретную вещь. Всё создавало ощущение безнадежного совершенства. И хотя он хорошо представлял, по своей прошлой жизни, как обращаться с женщинами такого уровня, но всё равно на секунду сбился с мысли. Ей понадобилось неуютно мало времени, для того, чтобы слиться с фауной его аквариума, по внешнему виду и повадкам. Охранник за плечом тоже был только аксессуаром. Оружием, которое она предпочла в данный момент времени.

Эти мысли пронеслись за долгие секунды, пока она входила в его номер. Когда человек имеет власть — это чувствуется даже без слов. Тем любопытнее, как она заговорит сейчас. С позиции продемонстрированной силы и возможностей. Он почти автоматически проверил, достойно ли выглядит для подобной встречи. Как будто наличие галстука могло что-то изменить. Выпрямить спину. Держать голову. Расслабить плечи. Не позволять рукам жить своей жизнью. Подобные мелочи выдают волнение сильнее, чем заикание и бормотание во время переговоров.

— Присаживайся. Могу ли я предложить выпить? Коньяк. Вода. Кофе.

— Благодарю. Ничего не нужно.

Она напоминала снежную королеву в своем отстраненном спокойствии. Буквально движением брови выставив всех за дверь.

— Начнем с раздачи слонов. Будьте добры, позвоните моему поверенному. Тому самому, через которого вышли на монастырь.

— Вы так уверены, что я его знаю.

Она молча заглянула в его глаза. Пожала плечами и подошла к окну, за которым на мокрую землю летели хлопья первого безнадежного снега. Она не собиралась долго ждать или повторять просьбу. Только крупный камень, одиноко переливавшийся в вырезе блузки, на тонкой цепочке покачивался в такт шагам. Он набрал номер и передал телефон, когда на той стороне ответили. Голос молодой женщины был бесцветным и лишенным эмоций.

— Ты уволен. Сегодня подойдут за всеми материалами по нашей совместной работе. Надеюсь, ты запасных вариантов для шантажа не оставил… Да, предупреждать о последствиях я не буду. Опыт общения у нас довольно обширен. Был… Так что угрозы излишни? Вот и замечательно. Надеюсь, больше не увидимся.

Он хмыкнул, налил себе виски, только на один глоток, и расслабленно опустился в неудобное кресло. Теперь осталось узнать, что она приготовила для него. Восхищение перед продуманностью и элегантностью её решений — становилось все сильнее. Каждый раз. Каждую новую встречу, это была другая женщина. Казалось, колебался не только достаток, умение держаться на публике и посадка головы. Менялся возраст, происхождение и жизнь, прожитая в этом образе. Причем каждая из ролей не оставляла впечатления чего-то искусственного. Это всё была она. И устоять перед её притяжением было невозможно.

— Я вас слушаю.

— Если, не секрет, откуда здесь знали, что вы приедете?

Он искренне валял дурака, глядя на её тело, упакованное в дорогую оправу. Слишком хорошо она подготовилась к этой встрече. Хотя в первую ночь была лишена даже одежды и смогла подчинить его своей воле. Потом выдержала, хотя он мог буквально взять её силой. А сейчас…. Чего она добивается сейчас? Зная, что у него всё равно нет шансов отступить и бросить игру. Но всё равно он слышал её едва заметное волнение.

— Секрет. Такие как я не должны быть настолько бестактными, чтобы вызвать скуку у благородного кавалера. Опять же, перед возвратом к цивилизации нужно подготовиться и немного отполировать панцирь… Но может, хватит уже пустых вопросов?

— Не знаю. Тебе решать, кем быть и какие вопросы задавать. Ты знаешь, чего хочу я, и знаешь, какую цену готов за это заплатить. Твои гоблины слышали мой разговор с матерью. И мои намерения не изменились… Если, что-то осталось или показалось не озвученным — спрашивай.

Она спокойно кивнула. Пока он медленно и с удовольствие раздевал её в своих мыслях. Касался её кожи губами и размышлял о том, что сможет заставить ледяную даму отменить заклятье. Проблема была только в том, что фантазий было мало, а взгляд её телохранителя не оставлял сомнений в серьезности всех линий защиты. Поэтому пришлось сосредоточиться на её словах.

— Итак, вы хотите, чтобы я на Вас работала? Зачем Вам это?

— У меня довольно неприятное ощущение, что мою фирму кто-то сознательно топит. Не то, чтобы меня это сильно беспокоило… В бизнесе такое встречается сплошь и рядом. Но мне не нравится игра в одни ворота. Нужна информация о том, где именно у меня протечка на корабле. Раз уж бесценный специалист по разрушению жизней оказался рядом… Возьметесь? Сказать, как и чьими руками меня хотят придушить…

Она недоверчиво прислушалась к чему-то и уточнила.

— Вопрос о том «кто» — не стоит?

— Если честно — меня это как раз интересует мало. Жизнь показала, что врагов у нашего бизнеса достаточно.

— Значит, аудит систем безопасности и выявление проблемных точек… Ограничение по срокам есть?

— Лично я никуда не спешу.

Он улыбнулся, полностью расслабившись. Сейчас было гораздо интереснее смотреть на то, как русалка принимала решение. А она колебалась. Он бы многое отдал, чтобы узнать, что сейчас заставляло нервничать повелительницу льда. Для такой, как она, предложение было просто сказочным. Никакого подглядывания в замочную скважину и гадания на тенях — полный доступ к бизнесу. Деньги. Связи. Люди. Она могла получить это всё. И при этом держала паузу. Всерьез обдумывая свои неведомые подводные камни. Он ждал ответа, задумчиво поглаживая бокал, изо всех сил пиная мысль, что в случае её отказа — другого шанса уже не будет.

Она дотронулась до камня на груди. В голове крутилась мерзкая канцелярская фраза «воспользовалась доверием в корыстных целях». Но не в её положении вспоминать о высоких моральных идеалах. Он сам подставляется под удар. И хотя, в сущности, ему лично ничего не грозит, но она боялась размышлять над вопросом, какую выгоду он преследует. Подобные вещи приводили к воспоминаниям, которые не стоило будить. И совсем другой аспект, почему мадам допустила подобную ситуацию. Но у королевы всегда есть план и не воспользоваться возможностью подойти еще чуть ближе….

— Хорошо. Завтра я предоставлю ориентировочный план работ. И жду договор о конфиденциальности от ваших юристов.

— Ты уверена, что хочешь оформить всё официально? Законники имеют обыкновение закатывать в бетон то, над чем боятся потерять контроль… — В его глазах светилось удивление от подобной открытости. Хотя и не долго. Как он мог забыть, что девушка просчитывает ходы и не один год уже кружит вокруг семейных предприятий? Скорее всего, никто не увидит её настоящего лица. Всего лишь активизируется еще одна, очередная, легенда.

— Уверена. — Её спокойный кивок подтвердил догадку.

— Тогда не смею тебя больше задерживать.

Принц встал, оказавшись неуютно близко к её телу, сминая все зоны комфорта. Исключительно чтобы проверить её реакцию. И опять не заметил ничего кроме холодного удивления от бестактности, чем-то напоминающего мамину официальную улыбку. А еще тонкий, почти бесплотный, травяной аромат духов. В запахе не было и намека на страсть и секс, хотя он подействовал на него, завораживая и возбуждая. И пришлось оттаскивать себя подальше, натянув извиняющуюся улыбку. На почтительное расстояние.

И уже почти на пороге, официальное рукопожатие, скрепляющее сделку. Равные деловые партнеры. Ему уже нравилась эта новая игра. Хотя бы тем, что в прикосновении её пальцев слышалась мелкая дрожь. Какой бы искусной не была её роль — он не собирался отступать. На секунду дольше, чем следовало, задержал её руку в своей. Аккуратно и быстро склонился, касаясь губами её прохладной кожи. Отмел обманчивое наваждение вкуса морской соли и жары. И позволил ей уйти. В надежде на то, что сможет себе позволить и большее, если не станет спешить.

Но проводив свою гостью до двери её номера, он опять споткнулся о недружелюбный взгляд Лешего. Улыбнувшись ему открытой и добродушной улыбкой, наследник подумал, что её цепной пёс слишком много себе позволяет. Но вместо пререканий вызвал к себе Стивена.

Одежда сыщика была по-прежнему мятой, а простоватое лицо выражало удивление от оказанной чести. Наигранное удивление от жизни, которое никого не обманывало. Он просочился в номер, оглядываясь по сторонам как сельский житель, впервые попавший в шикарные апартаменты люксовой гостиницы. Но принц, чуть насмешливо следивший за этим спектаклем, не собирался поддерживать игру. Хватало других тем для разговора.

— Как я понимаю — ты завтра возвращаешься на службу к мадам?

— Да. Она уже это озвучила, услышав о вашей договоренности. Хотя, возможно я сделаю перерыв, чтобы отдохнуть от беготни на пару недель. Теплый песок, ласковое море и никаких погонь.

Наследник кивнул и протянул сыщику бокал с коньяком. Тот завороженно взял и вдохнул пряный аромат дорогого алкоголя. Чуть наклонив голову, человек в мятом костюме прислушивался к собеседнику, а не к стандартным фразам, которые произносились.

— Да. Я хотел поблагодарить за работу. Многому у тебя научился и рад, что мадам дала мне такую возможность.

Стивен усмехнулся, сделав глоток обжигающий нёбо. Он уже достаточно давно работал на эту семью и знал величину своего поводка. Но молодой хищник был просто очарователен, когда хотел произвести хорошее впечатление.

— Благодарю.

— Не за что. Я твой должник. И всегда плачу по счетам. А её поимка стала возможна только благодаря твоим наработкам. Для меня это важно.

— Её поимка? Смешно, да. Не стоит настолько недооценивать противника. Она умная и расчетливая тварь. Для неё сейчас было выгодно выйти из тени. И только поэтому вы смогли встретиться.

— Я догадываюсь. Ты что-то узнал о её лучшем новом друге?

— Да. Ребята занесут вам его папку. Любопытная штука. Он счастливо женат. Воспитывает двух мальчишек. Отличный семьянин, выстругивающий скворечники для птичек по весне. Только вот прошлое у него полностью сфальсифицировано. А настоящее — добротное и зубастое. Он работает по всему спектру услуг от убийства до защиты. Причем его бойцы, которые находятся на виду — вершина айсберга. Даже рутинная операция охраны всегда ведется минимум десятью людьми, пара из которых классные снайпера. Цены заоблачные, но с ним даже мафиози опасаются спорить, а спецслужбы регулярно предлагают выкупить весь штат и технологию работы. Забавно, что при этом его мало кто знает. А те, кто пользовались его услугами — берегут информацию. Так, что на мои осторожные вопросы, уже пришел невежливый совет держаться от него подальше.

Глава 14. Кто в домике живёт?

Принц покачал головой и озвучил очевидное наблюдение.

— Но он появился по первому её свистку.

— Боюсь что не он один. Я дозвонился еще в две гостиницы по пути нашего следования. Там её тоже ждала бронь и вооруженная охрана. Классика жанра «чтения мыслей на расстоянии». Достаточно было условного знака из монастыря, чтобы это осуществить.

— Понятно. Значит, правильным решением было бы, как ты предлагал, вести её сразу к матери?

— Нет. У ребят этого Лешего было штурмовое оборудование, насколько я понял. Они могли отбить её силой в любой момент на маршруте. Только при этом стреляли бы на поражение, а не просто укладывали мордой в пол. В некотором смысле вы спасли моих людей от бойни. Да и себя тоже. Так что ваша идея оказалась более продуктивной.

— Она готовилась к войне. — Задумчиво кивнул принц.

— Очевидно, что ваша матушка ей ничего другого и не оставляла. В отличие от вас. На самом деле мне очень любопытно, чем закончится ваше противостояние. Но боюсь, этой роскоши я лишен. Просто хочу попросить, чтобы вы были осторожнее. С обеими дамами.

— Да. — Задумчиво произнес принц, немного удивившись, что ему кто-то советует быть осторожнее с собственной матушкой. Хотя, знакомый дьявол его на самом деле мало волновал, но приятно было услышать от кого-то, что-то подобное. — А что насчет новой личности нашей беглянки? Она хочет заключить договор…

Сыщик пожал плечами.

— Я изучил личность, на которую снят номер. Документы — чистые. Кто-то действительно учился в университете, сдавал экзамены, брал кредиты и устраивался на работу. Это имя всплывало несколько лет назад в похожей ситуации. И вряд ли она стала за это время менее осторожной.

Принц продолжал впитывать информацию, осторожно рассматривая битого жизнью человека, сидящего напротив. У матери было много недостатков, но одна из черт характера вызывала зависть. То, как она выбирала людей и получала их лояльность. Чем-то она крепко держала Стивена за жабры. И это напоминало русалку с её собственной армией, возникшей буквально из воздуха, когда это стало необходимо. Отличие этих двух женщин только в глубине погружения. Хотя он еще не добрался до дна.

Уже попрощавшись с сыщиком, он подумал, что Стивен как-то очень странно и недобро улыбнулся в дверях. А в словах «теперь это будет не его юрисдикция» было что-то больше чем констатация факта. Но самым дурацким выглядел вопрос, застрявший в его горле. Из разряда не заданных. На кого бы опытный человек, знающих их троих, сделал бы ставку? Гипотетически…

А когда спокойный молодой охранник принес пачку бумаг, он позвонил юристам. Не стоило оставлять лазейку для бегства из мышеловки. Пока бумаги не подписаны, её здесь не существует. И хотя пружина событий сжималась всё туже, пока девушка может испариться как туман — это только видимость победы.

— Нет. Договор должен быть готов завтра утром. Да. С мадам согласованно. Да у меня оригиналы документов. Присылайте посыльного…. Хотя нет. Собирайте советников. Я сам приеду.

Но, по крайней мере, у него оставалась еще возможность честной игры. Сейчас, когда русалка выложила карты на стол. И надежда тоже оставалась. Той ночью он был самим собой. Без масок и игры в подобающее поведение. Можно попробовать ту же тактику. Она, как минимум обойдется дешевле всей этой буффонады. Если только не считать воплей матушки о нецелесообразности происходящего. Еще пару минут он позволил себе размышлять о будущем, а потом поехал в офис. Здесь сидеть всё равно не было смысла, а заснуть в эту ночь он вряд ли сможет.

Компьютерный король был занят своим персональным проектом. Но как водится, его выдернули как раз когда наметился прогресс. Поначалу он даже попытался возмутиться. Пока размах новости не поразил его воображение.

— Мы работаем по аудиту систем безопасности для него? Серьезно? И это он сам предложил и ты даже ему не угрожала? А если угрожала, то хотя бы без свидетелей?

— Сам предложил. Не угрожала. Да мы работаем. Может тебе все-таки слух проверить? Чтобы прекратить задавать такое количество уточняющих вопросов.

— Не подумай плохого. Я же интересуюсь, сколько следов заметать придется, ради такого. Ну, это же здорово! О таком даже мечтать было трудно учитывая…

— Слишком много эмоций.

— Прости. Сосредоточиться что-то трудно. Может и этот… Наследник… Уже в курсе и сам будет нам помогать? Шутка. Не удачная.

— Успокойся. Он озвучил предложение только что. И я согласилась. Так что работаем. Цели все те же. Повторять надо?

— Нет. Не надо. А аудитом тоже надо заниматься?

— Да. Этим — в первую очередь. Проверить компьютеры, людей, информационные и финансовые потоки. Все что мы делаем обычно, но с другим прицелом. Подготовить средства для зачистки. И бонусом, разработать варианты системы безопасности для работы без нас. Причем на серьезном уровне.

— Но при этом, все равно продолжаем… Понял. Цели прежние, но мы еще и пытаемся починить его бизнес. Это уже интереснее задача. Сыграть сам с собой в шахматы. Еще и без мухлежа.

— Если у тебя есть сомнения — говори сразу. Я под эту задачу найду временный персонал.

— Ну что ты сразу так кипешишься то? Зачем угрозы? Говорю — задача нетривиальная. Нужно подумать. Но я все сделаю, как надо. Просто все неожиданно… Опять же. Может это и не мое дело, но как-то ты… Не очень радуешься.

— Ты прав. Не радуюсь. Все сложно и к делу не относится. Будь добр постарайся быть предельно осторожным. Всё это похоже на огромную подставу. Только я не понимаю, кого подставляют. Я наследника, он меня, его матушка воду мутит или кто-то ещё выгоду ищет. С игроками сейчас явный перебор наметился. Уяснил?

— Да не вопрос. Сложные ситуации — мой любимый профиль. Замечательный улов получается, когда в суматохе бьют случайного прохожего. Все сделаю на высшем уровне. Меня беспокоит то, как близко ты к эпицентру. Без обследования они тебя не отпустят.

— Отпечатки и линзы у меня новые, благодаря твоим чудо-китаянкам. Внешность — не проблема. На самом деле те, кто знают кто я, вмешиваться не будут пока я играю по правилам… Ладно — риск дело благородное. И ты будешь присматривать за тем, что всплывет по ходу. Опять же, как только мы закончим работу — данные будут уничтожены…

— Хотелось бы в это верить, но, похоже, придется все проконтролировать и убедиться.

— Потому мы и работаем вместе.

— Не ценишь ты меня…. Ладно-ладно. Я понял. Завтра техники будет в твоем распоряжении. А я пока посмотрю, что мы сейчас сможем сделать с его системами безопасности.

— Только держи меня в курсе. Завтрашний день нуждается в планировании не только с твоей стороны.

Она положила трубку, а тоненький ехидный голосок спросил: «Может, на самом деле ты надеешься на отношения? Ведь он умеет добиваться своего, и ты как-то довольно слабо сопротивляешься… В итоге весь план может рассыпаться из-за твоего неумения совладать с эмоциями, как это случилось в первый раз…». А что такого-то случилось? Просто испугалась того, чем грозила связь с наследником, слишком точно понимающим её намерения и желания. И этому трудно было возразить. Только одна фраза помогала надеяться на лучшее «когда столько всего на кону — у меня просто нет другого выбора, как справиться».

Утро было хмурым и заспанным. Натягивая свежую хрустящую рубашку, он насвистывал какой-то бравурный марш. Когда секретарь вошла с небольшим серебряным подносом с завтраком, оставались только последние штрихи. Кофе своим ароматом манил, а хрустящая булка завтрака вполне соответствовала настроению.

Зои улыбнулась, увидев, как он аккуратно и почти безразлично одевался. За время их совместной работы только такое отношение к мелочам кричало о его волнении, когда всё остальное было игрой. Она сервировала столик для завтрака, стараясь сохранить серьезный вид.

— Охрана сообщила, что они выехали из гостиницы. Юристов я известила. Специалисты по безопасности тоже будут ждать.

— Мадам не звонила?

— Она прислала наблюдателя и лично провела инструктаж начальника охраны. К вам вопросов не было.

— Кто в качестве наблюдателя?

— Мистер Грейстоун. Он же получил право решать все коллизии от лица руководства службы безопасности корпорации.

Принц кивнул. Отставной полковник был хорошим выбором в данной ситуации. Он до боли аутентично изображал туповатого хама, при этом легко ориентируясь во всех закулисных играх. Прекрасный противовес любой тонкой игре.

— Попроси его зайти.

— Конечно. Еще что-то?

— Как её привезут — проводи в конференц-зал. Вы уже встречались, так что это будет жестом доброй воли перед тем, как юристы начнут прессовать.

Зои понимающе улыбнулась. На внешности девушки практически не отразилась тяжесть ночной работы, хотя и до русалочьего шика она не дотягивала. Принц удивленно понял, что всех женщин сравнивает с ночной гостьей. Это было странно. Но вполне объяснимо. Пригладив влажные волосы и накинув пиджак, он сел пить кофе. К приходу полковника его настроение уже поднялось. Вовремя съеденный круассан способен переломить спину верблюду его мрачных предчувствий.

Принц встретил гостя непринужденно, решив, что бесполезно спрашивать о планах человека, настроенного на войну. После обычного рукопожатия и стандартного приветствия спокойно задал личный вопрос:

— Как ваши внучки? Уже освоили фортепьяно?

Полковник внимательно посмотрел на собеседника и крутанул головой, как будто строгий галстук стал удавкой, затягивающейся на шее. Меньше всего он ожидал подобного светского интереса от непутевого и безалаберного наследника семьи. Но вежливая улыбка и муштра сделали свое дело.

— Всё хорошо. Уже меньше ошибаются и чаще попадают в такт. На выпускном концерте собираются играть дуэтом.

— Наверное, это семейное качество. Их матушка была певицей, если мне память не изменяет.

В невинной фразе светилась хорошо закамуфлированная издёвка. Многочисленные увлечения невестки полковника аккуратно скрывались от посторонних взглядов. И пение было самым невинным из них. Просто об этом никто не должен был знать. И особенно богатый бездельник, мало что знающий о родительском бизнесе.

— Я не совсем понимаю… — Осторожно начал старый лис, прежде чем наткнуться взглядом на роскошную фотографию мадам.

— Вы правы, времени осталось не много до встречи. А тут я с личными разговорами. Мне бы просто хотелось, чтобы вы очень внимательно наблюдали за приглашенным консультантом. Конечно, она будет пытаться влезть во всё, что только можно. И моя матушка была очень любезна, предоставив ваш опыт защищать всех нас…

Пожилой солдат задумчиво начал рассматривать собеседника. Судя по инструктажу, который проводила мадам — этого разговора не должно быть. Никакой осмотрительности и осторожности со стороны молодого гуляки.

— Вы же не думаете, что я собираюсь закрыть глаза на то, что здесь будет происходить?

— Что вы. Конечно, нет. Я прошу вас быть даже более бдительным. Это мой первый серьезный шаг. И помощь опытных товарищей, которые направят и поддержат…. В общем, мне нужны ваши комментарии буквально в режиме реального времени.

Легкая улыбка помогала полковнику контролировать выражение собственных глаз.

— Нет. Верность руководству корпорации в лице вашей матушки — это единственная возможность выживания.

Улыбка собеседника была более открытой и радостной.

— Конечно, я всё понимаю. Передавайте привет жене, когда будете её навещать… Не смею вас больше задерживать.

Это был более подлый удар, но судя по тому, что он видел из окна времени на реверансы уже не оставалось. Машина с русалкой прибыла вовремя. Ей оставалось минут пять на формальности. Возможно, она еще будет дожидаться юристов, но всё равно нужно закругляться с реверансами вокруг резко побледневшего специалиста по собственным секретам.

— Чего вы хотите?

— Я уже озвучил свою просьбу. Так как и нежелание нарушать чужие границы. Более того — мне кажется, у нас не осталось времени на дискуссию. О своем решении вы можете известить меня позже.

Его собеседник резко кивнул и вышел. На его абсолютной прямой спине читалось общее недовольство ситуацией. Но почему-то принц был уверен, что старик примет предложенные условия капитуляции. А еще забавляло то, как мамино окружение его считало дебилом. Пусть лучше так и будет дальше. Даже немного жаль, что людей знающих его становится всё больше. Он опять посмотрел на часы. Все по плану.

Перечитать злополучный отчет. Допить кофе. Проверить список дел на сегодня и вычеркнуть все до единого. Пройти по гулким пустым коридорам до конференц-зала не заняло много времени. Где-то в тихом офисе чуть слышно шелестел лифт. Ночные заседания явно не лучшим образом отразились на внешности юристов. Он до сих пор не мог выкинуть из головы их похожесть на слегка помятых и взъерошенных пингвинов. Но, не смотря на потрепанный вид — глаза горели, и они были в полной боевой готовности. Возможно, даже без стимуляторов не обошлось. А может, хватило только подбадривающих комментариев от седого полковника. Он только закончил свою зажигательную речь, которая явно пришлась не по вкусу законникам.

Напряженную тишину можно было резать ножом. Её охрана шла бесшумно, абсолютно не скрывая наличие оружия и спокойно рассматривая камеры внутреннего наблюдения. Похоже, не только его ночь была заполнена приготовлениями к бою. Но в ответ на вопросительный взгляд Зои он только покачал головой. Силой железа тут не победить. Сейчас только чернильные черви смогут изменить ситуацию.

— Рад вас видеть.

Казалось, её ресницы чуть дрогнули в ответ на такое добродушное приветствие. Голубое платье осторожно обнимало её фигуру, заставляя мысли сбиваться. А бледно-серый мех небрежно скинутой охраннику накидки дополнял образ. Немного колючий образ снегурочки. Которая может убить одним прикосновением и способна растаять без следа от слишком пристального внимания.

— Доброе утро. Я надеюсь, вы готовы?

— Доброе, да. Все бумаги подготовлены. Кто ваш юридический представитель? — вожак стаи пингвинов был в легком недоумении от того, что она пришла одна. Обшаривая глазами равнодушно-внимательные лица стоящих за её спиной людей в костюмах, он пытался вычислить, с кем именно из них придется разговаривать. Она села в кресло и ласково улыбнулась. Достала небольшой планшет и ответила, глядя ему в глаза.

— Сегодня я сама за себя. Вы позволите?

Еще один её безликий охранник подал стопку бумаг, еще теплую после ночных баталий, пока она сверялась с чем-то на своем планшете. Потом открыла договор с первого листа и начала озвучивать поправки. Негромкий шепоток пробежал вдоль стола и затих, когда она начала уверенно и быстро править документ. Юристы, планировавшие оставить все совершенно без изменений, и клявшиеся на толстых томах, что все должно быть сформулировано только таким образом, возражали не слишком уверенно. И в итоге, после обсуждения, почти все её корректировки были приняты. Хотя и глухой шум голосов мало что понимавших законников грозился выйти из-под контроля.

Так, собственно, и произошло, когда она небрежно бросила:

— И вообще самый первый вариант этого договора мне нравился больше.

Помимо ошалевших пингвинов взорвался и невозмутимый начальник службы безопасности. Он даже не попытался сделать вид, что понимает, в чём дело.

— Что вообще тут происходит? — по лицу бывшего военного пошли красные пятна. Оставалось надеяться, что инфаркт его тут не хватит. Но в ответ на волну переживаний, девушка подняла руки и произнесла, успокаивающе:

— О! Не переживайте. Это был режим тестирования защиты здания. Она слабовата, поэтому я как бы в курсе ваших ночных бдений. Собственно, как и мой юрист, с которым все мои поправки согласованы. Если других возражений нет — готовьте итоговый договор, и я его подпишу.

Глава 15. Начало работы

Фактически сейчас на его стороне зала спокойным оставался только сам принц. Он сидел на председательском месте и слушал, улыбаясь. Она в его офисе. Это немного странно, после всего, что между ними было. Впрочем, и офис не совсем его. Наверное, в свое дело он её бы не пустил, учитывая, что после последней встречи его карманы значительно облегчились. Но сейчас в маминой песочнице, среди марионеток, нити от которых уходят в далекие и неподвластные ему сферы, казалось, она была его единственным союзником.

Или единственным открытым врагом? Ему тяжело было оторвать от неё взгляд, но когда это случалось, он почему-то натыкался на пустые глаза Лешего. Хотя тот ничем не выделялся среди остальных телохранителей. Только спокойные и бесшумные команды, отдаваемые буквально одним движением руки, передвигали людей, красноречиво объясняли его роль в этом балете. Ничего личного, но даже от мимолетного касания этого ледяного взгляда хотелось отпрыгнуть. Эффективный цербер может отгонять неудачный контингент одним своим видом, даже будучи абсолютно незаметным.

— Хорошо. Насколько я понимаю, помимо подбитой гордости других причин для несогласия у вас нет? — спросил принц у своей взволнованной свиты, по-прежнему рассматривая девушку удобно расположившуюся напротив. Он понял, что за всё время её присутствия здесь их взгляды так и не встретились. Может это не она? Мысль испуганно отскочила от реальности и упала, вызывая расходящиеся круги.

— Нет. Всё в порядке. Доводы понятны, хотя и позиция наших оппонентов спорная…. Нет. Возражений нет. В течение получаса всё будет готово для подписания с нашей стороны.

— Полковник Грейстоун?

Служивый немного запнулся, подняв голову от блокнота, в который он, по всей видимости, фиксировал особые приметы её охранников. Или может какие-то особенности их поведения? В любом случае было смешно.

— Нужны более подробные данные о девушке. — Неуверенно начал он, упрямо наклонив голову. — Фото, отпечатки, сетчатка, ДНК… Без этого мы не сможем быть уверенными с кем именно работаем….

— Разумный вопрос. Мадам?

Улыбка пряталась в уголках её губ, когда она кивнула.

— Резонно. Но после окончания всех формальностей подписания бумаг. А пока я подожду здесь….

Удивление, метавшееся по конференц-залу, было почти материальным. Как идеальный аферист девушка буквально на все вопросы удивленной публики отвечала неожиданно. Не так, как было записано в сценарии. В его сценарии. Но именно так она всегда и действовала, легко проходя между схемами защиты. Ему оставалось только кивнуть с важным видом, отчаянно веселясь предстоящему разгрому. Думать о том, что будет дальше, он зарекся еще ночью. Слишком мало информации о причинах её поступков.

Формальности тянулись под шелест бумаг и быстрые комментарии. Потом она ушла, сопровождаемая девушкой из своей свиты. А полковника, попытавшегося дернуться следом, бесцеремонно остановили. Её охрана только пожимала плечами и кивала в сторону Лешего, становившегося в отсутствии русалки центром притяжения.

— У вас есть мониторы — по ним и следите. Только технический персонал может присутствовать. Вы же доверяете своим сотрудникам? — Улыбка была неприятной, но никто и не собирался создавать тепличные условия взаимной дружбы или уважения. Война, звучавшая во всей подготовке к встрече нежданной гости отражалась от жесткой и холодной поверхности её брони.

Если всё их сотрудничество будет именно таким — игра не стоит свеч. Хотя он и не надеялся на быструю капитуляцию, но и к настолько холодной войне оказался не готов. Всё что оставалось — наблюдать за происходящим и слышать её голос уже наяву.

— Вас все данные моего обследования устраивают?

— Да. На их основе будет создан ваш персональный ключ… Без него вы не сможете передвигаться по зданию. — После всех унижений седой специалист по безопасности, наконец, смог разговаривать высокомерно. С высоты консультаций с тщедушным компьютерщиком, терявшимся за его спиной.

Ответственный работник, выдернутый начальством из своего кабинета, соседствующего с серверной, старался не подымать глаза на пришлую тётку, которая собиралась его тестировать. Хотя он мало верил, что подобная фифа сможет разобраться с его оборудованием, сетями и протоколами, но он уже давно понял, что богатых непрофессионалов лучше не злить. Начальство плохо воспринимает даже намек на то, что может чего-то не знать или не понимать. И если наверху уже определились с тем, что безопасность нужно проверять, то лучше не мешать им своими заключениями о том, что проверять то с его точки зрения — нечего. Утечка точно не со стороны его круга обязанностей. Точнее они всё равно не смогут найти доказательств его вины, даже если в чем-то и были сбои.

— Вас ничему не научил факт того, что я спокойно читала с листа договор?

— Только тому, что вы пронырливая особа.

Смешок принца стоявшего и наблюдавшего в окно на падающие хлопья первого снега прозвучал немного мелодраматично.

— Нет, мистер Грейстоун. Вы выбираете не слишком точные формулировки. Она хочет сказать, что ключ ей без надобности. Я прав?

— Да. И систему безопасности мы отключим, на некоторое время.

— Это недопустимо.

— Это не вам решать.

Она впервые с момента появления в его офисе, коснулась его взглядом. Он слышал её голос в своей голове, даже не оборачиваясь. «Ты ещё можешь всё отыграть назад. Не проводить эту глупую ревизию. Не ссориться с мамой. И перестать вспоминать о том летнем инциденте. Одно слово и я растаю, а ты сможешь сделать ещё одну попытку меня забыть. Никто не знает, к чему нас может привести этот договор на самом деле. И результат может оказаться более печальным, чем тебе представлялось… Ты же ничего не знаешь об этой ледяной бизнес-акуле в которую превратилась русалка….».

— Она права. Мистер Грейстоун. Решать не вам.

Он обернулся и, сделав несколько быстрых шагов, оказался от неё на расстоянии вытянутой руки. Его движение не выглядело угрожающим. Он просто протянул ей руку для рукопожатия, не отрывая взгляда от пульса в её сонной артерии. Решение еще вибрировало внутри, не решаясь, какую из сторон монеты показать. И что последует за этим. Только когда её теплые пальцы коснулись его ладони, и между ними проскочила искра, причинявшая боль и говорившая о том, что произошедшее не было сном, прозвучал ответ.

— Мадам. Вы можете начинать разрушение моей вселенной. Только с условием, что соберете всё в более приличном виде, прежде чем снова исчезнуть. Все присутствующие слышали?

Её ускользающее прикосновение невозможно было удержать. Так же как и остановить это мгновение, когда её зрачки расширились.

— Да. Сэр.

На секунду ему показалось, что лед дрогнул. Но улыбка девушки была всё той же. Стальной и тщательно выверенной гримасой вежливого согласия.

— Благодарю.

— Тогда, не смею вам больше мешать, мадам.

Что ж. Он сделал всё, чтобы было в его силах. В любом случае унижение неизбежно. И меньше всего ему хотелось читать это на лицах подчиненных. Сегодня он вложил в руки незнакомки своё будущее, и у него не было оснований поверить в её добрые намерения. Поэтому он только улыбнулся и взмахнул рукой, подзывая свою помощницу.

— Зои. Проследи, чтобы у наших гостей было всё необходимое. Я буду у себя.

Добавку про планы «напиться и забыть этот день» он озвучивать не стал. Пусть мир катится, куда пожелает. Сегодня он будет смотреть на падающий снег. А завтра постарается придумать новую стратегию. Аккуратно закрыв за собой дубовую дверь, он устало упал в кресло и отвернулся к окну. Пелена из белых мух создавала завесу, укрывающую небо и землю от взглядов. Тихий интеллигентный стук в дверь не сразу смог пробиться к его сознанию.

— Входи. Кто бы ты ни был.

Фигура, появившаяся на пороге, была тем, кого он хотел бы видеть в последнюю очередь. Леший смотрел прямо в глаза, даже не скрывая, что предпочел бы оптический прицел личному визиту.

— Чем обязан?

— Она передала документы. План работ и данные, которые вам могут понадобиться. Исключительно для ваших глаз.

— Очень мило. Еще что-то? — Наконец принц смог сфокусировать свои мысли на чём-то одном. На единственной живой эмоции, которая заставляла двигаться в этом царстве льда и рациональной целесообразности. Злость подняла голову, ощущая, как энергия концентрируется и подпитывается возможностью драки.

— Да. Она попросила снять охрану. Завтра утром сопровождаем до офиса и уходим. Не считая символического присутствия инструкторов в охране здания. Она сказала, что хочет избежать коллизий безопасности. Я согласился.

— Удивительное рядом. Она хоть за ушком почесала за это?

Только сейчас и рядом с человеком, который мог спокойно его убить принц, наконец, смог стать самим собой. Нахальным идиотом, поставившим на кон большую часть своей жизни. Было даже любопытно сможет ли он вызвать бешенство этого сконцентрированного на самоконтроле бойца. Должен же кто-то быть живым в этой своре. С кровью вместо ртути.

— Она предупреждала, что вы будете хамить.

— Расслабься. Команды фас с её стороны пока не будет. Пока она ведет по очкам. Может, потом. Когда разберет мамину империю по винтикам. Или сведет меня с ума. Бумаги можешь положить на стол. Я посмотрю, как она планирует этим заняться.

Произнося эти, не имеющие смысла слова, он рассматривал реакцию спокойного человека, покачавшего головой.

— Боюсь, вы не совсем понимаете. Наверное, дело в том, что мы плохо знакомы.

— Тут и понимать нечего. Ты порвешь меня в клочья, если я буду недостаточно с ней любезен. Это же классика жанра. А я еще могу отличить влюбленного пса, когда вижу. Одного не могу понять за всей этой патетикой. Ты её хотя бы трахнул? Нет. Не говори. Дай я угадаю. Скорее всего, ты не заслужил доступа к телу, иначе бы продолжал хранить ей верность вне зависимости от того, кого она обслуживает….

Произнося это, он лениво встал и, отвернувшись к бару. Звякнул стеклом, наливая себе выпить. Он услышал щелчок затвора и улыбнулся, поворачиваясь всем телом. Инстинкты и навыки работали вне зависимости от попыток мозга их забыть. Но помимо самого факта наличия пистолета в руках Лешего ничего не изменилось. Даже выражение лица осталось прежним. Равнодушно-презрительным. Мужчина аккуратно положил оружие на стол и ответил.

— Вас удивит. Но мне действительно нет дела до того, с кем она спит и почему. А вам я хочу оставить пистолет. И совет. Застрелитесь, если вас посетит мысль её обидеть. Так действительно будет проще и сэкономит нам всем время.

В этой простой и незамысловатой угрозе было что-то первобытное, как сама смерть. Удивление заставило влиятельного и уверенного в себе принца поднять брови.

— Ты действительно не догоняешь? Кто я и кто вы с ней…

— А мне и не надо. Достаточно найти твое горло, если придет время. Оно точно такое же, как и всех остальных людей. А последствия меня не беспокоят. Так что ты оборачивайся чаще и следи за тем, что делаешь и говоришь.

Сама ситуация была странной. Как во сне. Он пытается говорить, но собеседник не реагирует ни на смысл слов, ни на артикуляцию губ. Оставалось только кивнуть и сделать еще глоток из стакана. Миры рушились и оставались прежними. На старом, незаметном для глаз фундаменте вырастали новые призрачные конструкции, меняя только внешние контуры башен. Но это создавало и новые возможности, трансформируя планы и оценки во всём диапазоне от «всё пропало» до «можно работать» в течение секунд. А значит и план на сегодня можно переписать набело.

Она стояла в центре его офиса, получив полные права на управление зданием. Это было до удивления просто, так что заставляло ощущать неприятное ожидание жесткой посадки. Леший, вернувшись после аудиенции, бесстрастно кивнул. Так или иначе, но формальности улажены. Осталось собственно работа, в которой на этот раз выдающимися были только наглость и объемы.

— Зои. Алексей. Будьте добры помогите скоординировать охрану и техников. Ребята внизу уже начали разгружать оборудование. Им нужен доступ во все помещения, которые они попросят и сопровождение.

— Конечно, мадам. Мы сейчас всё организуем. Есть какие-то дополнительные просьбы?

— Да. Рабочий день в офисе уже начался?

— В некотором смысле. Сегодня воскресенье, но после того, как были вызваны юристы и часть обслуживающего персонала — люди начали собираться. Слухи расходятся быстро.

— Тогда специалистам потребуется ваше сопровождение, чтобы не возникло недоразумений.

Крики возмущения, напоминавшие неуверенные возгласы «полиция» и «грабят», уже доносились из коридоров. Но что помощник генерального кивнула, постаравшись спрятать улыбку. В предложении утихомирить сотрудников была здоровая возможность отомстить всем, кто шептался по углам и предсказывал их быстрое падение после смены руководства. Рядом со спокойными охранниками Лешего можно было говорить людям всё, что о них думаешь.

— Да. Но вам тоже может потребоваться моя помощь. — Попытался увильнуть Алексей, но русалка лишь мягко улыбнулась и покачала головой.

— Я разберусь. Поработаю здесь с бумагами. А вы пока занимайтесь.

После всех волнений и ночных совещаний оставалось только ждать пока пройдет зачистка здания. Всё остальное не имело значения. Разве что послушать чужой разговор, который засёк напарник. Голоса в эфире она могла распознать без дополнительных подсказок.

— Мой сын действительно её нанял? — Голос пожилой женщины был усталым и высокомерно спокойным.

— Да. Бумаги подписаны с незначительными изменениями. Все ваши пожелания учтены. Её данные зафиксированы. И всё равно меня беспокоит, что вы этому не помешали.

— Тебе стоит меньше думать. Меня беспокоит только точность твоих данных, а уж точно не выводы. Она спит с моим сыном?

— Насколько я вижу — нет.

— А как он сам? Он понимает твою роль в этом фарсе?

— Нет. С его стороны всё ограничилось странными вопросами о семье. И предложением докладывать ему в первую очередь.

— И что ты ответил?

— Я верен вам. Как и всегда. — В этой фразе явно было больше уверенности, чем человек мог предъявить. Но и врать ему было тяжело, учитывая, что хозяйка слышала почти все, что творилось в кабинете её сына.

— Она все-таки привлекла его сильнее, чем он хочет признать, раз он решился на подобный блеф.

Русалка улыбнулась формулировке. Мадам действительно плохо знает своего сына, раз говорит так. Но проблемы внутри семьи пока не настолько существенны.

— Возможно, всё так и есть. Но сейчас между ними только деловые отношения. Слишком всё официально и с присмотром её охраны.

— Она не дура. Но это ей всё равно не поможет после того как она настолько засветилась. Долго еще этот аудит продлится?

— Срок в договоре не ограничен, но я не думаю, что больше полугода.

— Понятно. Дальше будешь сообщать данные через секретаря. Не рискуй и не делай своих идиотских предположений. В конце недели заезжай на обед. Приглашения будут завтра.

— Да мадам. Сочту за честь.

Никаких имен и шпионских заморочек. Мадам действительно далека от мысли насколько её подставил сын. Хотя это еще нужно посмотреть, кто тут заблуждается. Королева в интерпретации происходящего в своих владениях или нищенка, забравшаяся к ней во двор после нескольких лет бесплотных попыток. Но мысли об этом стоило гнать подальше. Особенно учитывая, что она сама отказалась от ребят Лешего.

— Вы услышали что-то настолько смешное, что даже улыбнулись по-человечески. Это достижение в рамках нашего общения за прошедшие дни.

Глава 16. Сухой остаток первого дня

Принц умел передвигаться бесшумно и видеть то, что ему видеть не следовало. А подобный талант нельзя оставлять без присмотра. Но, учитывая, что сейчас он был достаточно далеко и перестал изображать из себя безумно влюбленного, она поддержала разговор даже с радостью.

— А вы умеете говорить комплименты. Если закрыть глаза на их двусмысленность, то их честность меня тоже удивляет. Вы прочли план работ?

— Да. Он странный. Но обсуждать вы его всё равно не будете?

— Не буду.

Она поёжилась и накинула на плечи палантин, покрытый узорами, похожими на морозную вязь на замерзших стеклах. Пустой конференц-зал, в которым они сидели, был на удивление неуютен.

— Может, тогда хотя бы мой кабинет займете? Здесь климат-контроль барахлит. То сахару устраивает, то ледниковый период. Зои несколько раз ругалась с обслуживающим персоналом по этому поводу. Говорят, что виноваты ошибки при проектировании здания.

— Нет. Всё в порядке. Пока здание не зачистят от подслушивающих устройств… здесь безопаснее всего.

— А вы не будете против, если я тоже здесь посижу? Никогда жучков не любил.

— Это ваше здание. Вы можете находиться, где захотите.

В ответ на её спокойное движение плеч мужчина улыбнулся и ответил не в тему:

— Вот и хорошо. Тогда поговорим о чае. Вы какой предпочитаете?

— Хороший.

Расхохотавшись, он вышел в смежную комнату и начал шелестеть какими-то пакетами. Стучать посудой и демонстративно игнорировать удивленные взгляды сотрудников. Нескольких тихих фраз хватило, чтобы они поняли происходящее и начали помогать. Через несколько минут девушка с круглыми глазами в кружевном переднике принесла небольшую салфетку и начала сервировать угол стола. Аккуратные немного старомодные чашки с блюдцами. Тонкие полупрозрачные ломтики лимона на изящной тарелочке. Печенье даже на вид хрустящее и безнадежно тающее от прикосновения. Маленькие кремовые безе с темными вкраплениями ореховой крошки.

Охрана русалки смотрела на перемещение продуктов и посуды довольно спокойно. Даже когда появилось блюдо с нарядными бутербродами. Вскоре к нему присоединился и кофейник, распространяющий умопомрачительный аромат. Только по немного нервным движениям телохранителей было заметно, что искушение велико. Русалка занималась бумагами и наблюдала за перемещениями персонала в планшете, искоса поглядывая на их показное равнодушие.

Телефонная трубка в её руках ожила от одного прикосновения, как только она решила уточнить диспозицию.

— Леш. Гостеприимный хозяин предложил перекус. Вряд ли отрава, а работы на сегодня еще много. Решение за тобой.

Она выслушала ответ и кивнула. Слыша, как у неё за спиной стоял тот самый хозяин замка. Его слова уточняющие ситуацию прозвучали дозировано на том уровне громкости, чтобы ей не пришлось повторять своему собеседнику.

— Обед приготовят позже, в столовой. А сюда могут зайти ваши работники на чай и кофе. Если вы не против. Мне показалось, что это та любезность, которую я еще могу оказать своим гостям.

Его близость и подчеркнутая безличность обращения заставляли нервничать помимо её воли. И оборачиваться не стоило, ироничная улыбка слышалась даже так. А ещё великодушие победителя было у него в крови, даже если пока он проигрывал. Изогнутая чашка с ароматным горячим чаем, резная ложечка и небольшая ваза десертами удобно расположились на серебряном подносе, который он поставил рядом.

— Персональное обслуживание? Я польщена.

— Не стоит. Мне всё равно нечем заняться, и оставлять вас без присмотра было бы безрассудно.

Он сел, соблюдая дистанцию, и кивнул девушке, подавшей его собственный поднос с чаем. Взяв в руки кружку, он сделал глоток и произнес, не обращая внимания на её попытки демонстрировать свою занятость:

— Забавно, насколько меня пугает ближайшее будущее. Еще никогда я не отдавал свою жизнь под чужой контроль. Точнее под контроль кого-то вне моей семьи.

— Не стоит увлекаться попытками управлять мною. Вы и сейчас можете закончить происходящее одним простым жестом. Скажите, что отказываетесь. И всё закончится.

— Я не буду этого делать. И ты это знаешь.

— Тогда до вечера здесь всё будет перевернуто верх дном. А с завтрашнего дня начнутся жалобы и скандалы персонала. Включая апелляции к семейным авторитетам.

— В смысле маме побегут жаловаться? Да. Я в курсе. Более того, собираюсь тебе за это платить. Хотя бы ради того, чтобы увидеть, как перекосятся лица этих снобов, которые узнают истинное отношение к себе. Кстати, уже было несколько звонков и сообщений от юристов. С содержимым из разряда «грабят, и вы должны это остановить». Можно на эту тему подробнее? Хочется узнать, какое еще унижение вы для них приготовили…

Он улыбнулся и сделал еще глоток чая, слушая её голос и почти не вникая в смысл ответа, потому что просто не мог что-то изменить.

— На самом деле попытка установить систему безопасности в современном офисе больше напоминает попытку черпать воду дырявым дуршлагом. Электронные устройства буквально везде. А любая батарейка и источник энергии может питать шпионящее устройство. Подслушка, перехват электронных сигналов, хранилища украденных данных, электронные ключ-карты. Мы не сможем их все обнаружить и нейтрализовать, но сможем построить систему, в которой их использование будет нерационально и опасно. И самый первый шаг….

— Они забрали наши телефоны. Личные мобильные телефоны.

Судя по виду, ворвавшегося в помещение юриста, он пытался драться за право оставить себе телефон. Один из бойких претендентов на звание главы стаи. Мерлин, кажется. Перспективный, судя по его резюме и скорости построения карьеры. Умный, поскольку сейчас он разрывался, пытаясь понять, кому нужно адресовать свои жалобы. Молодому хозяину фирмы или зубастой захватчице. Ответила русалка, абсолютно серьезно сочувствуя и буквально предлагая руку помощи.

— Это вынужденный шаг. Внизу установлены экранированные сейфы для хранения подобных устройств.

— Но моё расписание, контакты…

— Вам будет предоставлен специалист, который поможет провести синхронизацию данных с вашего личного аппарата и того, что вам предоставит корпорация. Естественно, если вы захотите. Одним из преимуществ будет синхронизация расписаний и списка контактов с центральным сервером.

— Я не думаю, что какой-то захудалый агрегат сможет меня удовлетворить…

— Минутку. Где-то тут был каталог. Вы можете выбрать модель из трех вариантов для вашего уровня доступа. Но телефоны будут выданы завтра после того, как специалисты смогут создать контролируемую среду обработки данных.

Принц пил чай маленькими глотками и любовался тем, насколько сюрреалистично происходил перехват контроля. Минуту назад взрывоопасная ситуация теперь уже балансировала на грани торговли будущими благами и престижем. Еще чуть-чуть и пингвин будет просить сдать свой старомодный телефон, чтобы получить доступ к новому. И завидуя возможностям предоставленным своему начальнику.

— Почему мне предлагается выбрать из устаревших моделей?

— Вы можете попробовать обосновать свои требования в письменном виде. В некоторых случаях, первым заявившим мы сможем пойти навстречу… Но так же мы не гарантируем, что и подобные модели будут доступны…

Она спокойно рассматривала варианты из каталога, как будто забыв, что перед ней стоял возмущенный человек. А юрист пытался понять ситуацию, в которой он оказался, и что нужно сделать, чтобы не потерять авторитет при откате на другое мнение. В повисшей тишине появилось странное существо, застенчиво вплывшее в зал. Какое-то подобие униформы и странная прическа не позволяли определить даже пол и возраст.

— Сюда нельзя. Нужно сдать устройство. — Скрипучий голос существа так же не помогал идентифицировать лишнюю информацию. Странный металлизированный пакет, который он держал в руках, казалось, тоже шевелился и издавал какие-то звуки.

— А если мне позвонят? Семья? Знакомые?

— В течение получаса будет настроена маршрутизация. Все звонки будут направляться на ваш рабочий телефон в офисе. При выходе вы сможете забрать старый аппарат или получить новый. — Судя по странному выражению лица существо произносило эту фразу далеко не в первый раз.

— Вот видите — всё решаемо. Могу я ещё вам чем-то помочь?

— Пока нет. Я подумаю над тем, как сформулировать моральный вред, который собираюсь отстаивать в суде или просить в качестве компенсации за этот фарс. — Юрист с гордым видом протянул свой аппарат технику, который взял его немного брезгливо и аккуратно поместил в свой мешок.

— Как вам будет угодно.

Она кивнула и проводила склочника взглядом до двери, прежде чем обратиться к технику.

— Много таких?

— Нет, мадам. Завтра будет сложнее из-за объема работников. Но всё рассчитано. Сможем поставить на поток после первых же публичных споров.

— Хорошо. У вас еще были вопросы?

— Да, но Алексей почти всё решает, не доводя до конфликта. Глушилки и блокираторы по периметру установлены. Сеть остановили. Новые сервера монтируют. Секторами будем подключать технику после проверки. Будут пожелания по очередности?

— Программное обеспечение и документацию успеете переложить?

— Пока всё идет по плану.

— Начните тогда с этого этажа. Руководство у нас в зоне особого риска. Принц?

— Всё логично и не вызывает вопросов непрофессионала. Любой каприз дамы, когда он мной так щедро оплачен, должен быть удовлетворен.

С каждым новым поворотом сюжета этой утренней драмы его настроение повышалось. Если она и собирается его облапошить, то делает это настолько красиво, что оно того стоит. Юристы. Охрана. Компьютерщики. Завтра весь остальной офисный планктон. Даже если это всё только имитация работы…. Как будто прочитав его мысли, она мягко попросила:

— И ещё, будьте добры, настройте мне прямую трансляцию происходящего на экране побольше.

— Да. Как раз технику привезли. Я распоряжусь.

После еле заметного кивка он ушел.

— Ты их хорошо выдрессировала. — Произнес он, чтобы хоть как-то заполнить помещение, в котором они остались наедине.

— Не я. Они наемники.

Она секунду промолчала, не собираясь что-то прояснять или продолжать обмен репликами. Потом отошла от панорамного окна, за которым на город неторопливо падал снег. Казалось, она собиралась с мыслями.

Его присутствие будоражило, даже когда он просто сидел рядом. И он это знал. Просто никуда не торопился. Как настоящий хищник в полной уверенности, что способ достать добычу всегда найдется. Только вот в какой момент она ощутила себя жертвой? Они еще могут состязаться на равных…

Пришлось опять останавливать себя. Ложь как паутина снега пыталась смазать реальность до самых сильных эмоций. Тело помнило прикосновения и захлестывающий восторг оргазма, который касался не только физиологии и разума. Отчаянный рывок над пропастью, ставший полетом, мешал думать логично и трезво. Безумный голосок внутри твердил «а вдруг это было настоящим, не выдуманным, тем, что может всё изменить»?

— А я могу тебе чем-то помочь? Помимо чая….

— В некотором роде, да. Удовлетворите моё любопытство…

Усмехнувшись подбору слов, мужчина кивнул. В его глазах мелькнуло еле заметное удивление.

— А мне казалось, что у тебя и так всё как на ладони… Оказывается не совсем. Что ж, спрашивай. Отвечу на все, что смогу. Тем более, если слова останутся только в этой безопасной комнате.

Его любезность и почти радостная готовность говорить резко контрастировала с тем, как она старалась аккуратно подбирала слова.

— Безопасность — дело максимально деликатное. Почему я? Ведь Вы знаете, что я причастна к вашим прошлым неприятностям.

— Ну, не только ты делаешь домашнюю работу. За время твоего отсутствия я изучил все, что смогли накопать мамины ищейки о твоих операциях. Я говорил, что собираюсь открыть твой фан-клуб? Не важно. Меня озадачил один факт, который совершенно игнорировали люди, искавшие тебя. Во всех контрактах, которые стали известны, ты в точности исполняла договоренности. Более того, все найденные тобой секреты оставались таковыми и не поступали на свободный рынок. Аналитики посчитали, что это свидетельство целей не связанных с заработком на продаже тайн. Поэтому, мне показалось, что я могу рассчитывать, на то, что конфиденциальность будет соблюдена, а мои бизнес-цели — достигнуты. Опять же нужно учитывать мои личные намерения затащить тебя в свою постель. Сделать это проще, работая вместе.

— А почему вам не интересно, от кого именно нужно защищать фирму?

— О! Это самый легкий вопрос. Но для этого нужно знать историю. Историю нашей семьи. По моей личной статистике в 90 % случаев, проблем в бизнесе, к этому была причастна мама. Не то, чтобы она мешала намеренно. Просто она всегда имеет планы. И планы эти очень разнообразны. Поэтому во всем, что бы вы ни нашли в этой структуре — будет след мадам примерно с такой же вероятностью. Мне это не интересно. Зато интересно то, как на самом деле тут все устроено. Ниточки, за которые дергают кукловоды…

— Любопытное предположение, что мадам будет пускать ко дну целое подразделение корпорации…. Может все-таки внешние враги?

— Ну, пока то, что я вижу, говорит скорее о том, что наши сложности мало связаны с колебаниями рынка. Не то, чтобы у нас не было врагов и конкурентов. Но масштаб происходящего больше чем обычные бои без правил. А мои попытки нащупать что-то конкретное больше похожи на игры в прятки, где я на виду, а противники… В общем, они как-то неуловимо знакомы по стилю и манерам. Что касается вопроса «почему» — причин может быть много. От подготовки к продаже или слиянию, до желания сбросить балласт перед чем-то грандиозным. Мне только не нравится, что мне на спину повесили мишень. Как-то слишком грубо, даже для моей матери. Это если говорить предельно честно. Хотя у нас с ней перехлесты встречаются довольно часто.

Он поднял чашку и пригубил новую порцию ароматного напитка. Аккуратно и сосредоточенно поставил её обратно, прежде чем взглянуть на собеседницу.

— Раз уж ты согласилась работать. И все бумаги подписаны, а эльфы уже монтируют твою новую игрушку в моей песочнице. Могу и я задать парочку вопросов.

— Можете.

— Меня сильно тревожит одна вещь, которую я не понимаю в твоем поведении. Почему ты не сбежала после монастыря? Показала класс ухода из офиса, когда тебя пытались поймать в прошлый раз. А тут собралась и поехала, просто увидев меня. Только не говори, что не могла…

— Могла. Не захотела. Вы и так проявили настойчивость и заинтересованность. Ни к чему было распалять вас еще больше моей недостижимостью. Я вполне реальный человек со своими слабостями и людьми, за которых отвечаю. Плюс к этому… У нас очень близкая сфера влияния — прежде чем воевать, можно попробовать договориться. Война в посудной лавке — последнее дело. Такой ответ будет понятен?

— Да. Я понял. Ничего личного — только бизнес. Фантазии на тему моего несокрушимого очарования можно выкинуть. Твоя очередь.

— Если этот бизнес — мамина ловушка, то почему вы согласились? Почему опять не ушли в одиночное плавание?

— Устал сопротивляться неизбежности. Она и так повсюду. Стоит вывести свой бизнес на достаточно высокий уровень и все равно появится она. А мне довольствоваться содержанием небольшой гостиницы в провинции не позволяют амбиции. Опять же — зов крови. Семейное дело. Я не могу сделать вид, что мне все равно. Весь этот бизнес строила не только она, но и мои предки. Мой отец и его отец и пара прадедов до этого. Так или иначе, я все равно должен буду взять штурвал. Конечно, не сейчас. Но лет через десять или двадцать — она все равно уйдет. И только глупец может подумать, что справится со всей этой громадиной без опыта работы внутри… В общем, если в это все равно нужно впрягаться, то зачем мучить кота, делая вид, что все ограничится только кусочком хвоста. Я уже наигрался в независимость, пора заниматься делами. А ты? Почему ты ввязалась в эти грязные игры? Ложь. Деньги. Грехи. Есть множество более подходящих занятий для умной и привлекательной женщины.

Глава 17. Начистоту

Женщина улыбнулась и пожала плечами.

— Так получилось. Первый план мести я составила, по личным мотивам. А потом поняла, что проще разработанный план продать врагу моего врага, чем самой заниматься разрушением жизней. Во-первых, потому что я четко понимала, что не хочу становиться похожей на того, кто был предметом охоты. Во-вторых, человек, купивший месть, был готов идти по трупам, а план делал возмездие проще и эффективнее, при этом не страдали непричастные люди.

— Значит, твоя совесть чиста.

— Не совсем так. Но это помогает мне лучше спать по ночам. А он имеет меньше возможности гадить.

— Значит, ты занимаешься… Скажем так. Теми, кто заслуживает мести. Но тогда почему ты взяла меня? В моей жизни нет чего-то… Хм… Чего-то за что стоило нанимать тебя вместо попытки договориться. Не тот масштаб грехов, как мне кажется. Или я ошибаюсь, и ты знаешь действительно выдающийся проступок, делающий меня антихристом?

— Нет. Не ошибаетесь. Во-первых, из-за Вашей семьи. Вы правильно сказали, в то утро. Что я не могу не представлять масштаб сферы ваших интересов. Трудно вращаться в этом мире и никогда не сталкиваться. Мне хотелось узнать о вас больше. А, во-вторых, потому что для Вас это было не важным.

— Что?! — Изумление на его лице было чистым.

— Деньги. Власть. Своей фирмой Вы уже наигрались, и была определенная подготовка к продаже активов, а новые проекты всегда легко раскручивали. Уже не говоря о том, что развод висел на Вашей совести грузом неоплаченных счетов. А Кристина была в отчаянье и готова на глупости ради… В общем, наша с ней случайная встреча в кафе закончилась контрактом по перехвату контроля за бизнесом, хотя она изначально искала скорее наемного убийцу.

— Значит, ты спасла мне жизнь?

— Я спасла её жизнь, в некотором смысле, удержав от поступков, которые нельзя изменить и простить. А возможно просто придала ускорение и помогла понять, что нет людей, которых нельзя победить. В любом случае это новый этап.

— Тебе было не обязательно со мной спать, при этом.

— Есть много вещей, которые мне в жизни необязательно было…. Сделанного не изменить. Могу я задать личный вопрос? Не по работе…

— Если моя личность, а не только бизнес и деньги вызывает интерес, то я почту за честь на него ответить. — Он шутливо отсалютовал чашкой.

— Не совсем Ваша личность… Ваш отец. Расскажите о нем?

— Отец? Я его любил. Вот деда помню плохо, не смотря на бабушкины уверения, что мы проводили много времени вместе. А вот отца — замечательно. Он был примером во всем. Детским кумиром. Казалось, он умел делать все. Был сильным и очень умным. Возможно все дело в восторженном восприятии. А может в том контрасте с мамой. Она всегда была очень холодной и отстраненной. Нет, она меня всегда любила. Но как-то специфически. По-своему. Для неё была важна внешняя благопристойность и точное следование правилам. Возможно из-за воспитания в семье военных. Но даже её бунтарство по молодости и карьера актрисы не изменили до ужаса серьезный подход к жизни. То, что у отца выглядело легкой игрой и чем-то естественным, как дыхание. Этикет. Бизнес. Родословная. У матери это все становилось тисками заученного ритуала, которому нужно было следовать до последней капли крови… Черт. Вот опять. Рассказываю об отце, а вспоминаю её. И так всю жизнь… Мой чай уже остыл. Может налить тебе чего-нибудь? Виски, воды, кофе, чаю? Или чего-нибудь более экзотичного?

За окном кружились белые хлопья. Этот разговор и эта женщина. Все создавало странную атмосферу. Как будто он впервые услышал вопросы, на которые хотел ответить даже просто самому себе и спрашивал о том, что действительно было интересно. Может он и пожалеет. Как о безумии того летнего вечера, когда он настолько раскрылся перед незнакомкой с неясными целями. Но сейчас это было не важным. Их прерывали, а потом опять оставляли наедине. День был суматошным и наполненным. Но он знал, что все идет правильным курсом.

По крайней мере, она действительно профессионал. Почти ласково перебирая нитки марионеток, она спокойно и незаметно подчиняла себе всех работающих вокруг. Не важно — был ли это костолом Лешего, эльф-техник или его собственные сотрудники. Каждый считал, что именно он — ключевой элемент конструкции. И это реально создавало устойчивую систему управления изменениями.

— Леш, а без твоих орлов завтра не будет бардака? Что-то я не в восторге от того, как местные охранники работают…

— А офис я и не собирался оставлять без внимания. Бумаги уже согласованы. Несколько наших спецов будут присматривать за техниками. Твои личные выкрутасы — это твоё дело. Хотя их я не одобряю.

— Я поняла.

Принц усиленно делал вид, что его здесь нет, и этот разговор его не касается, хотя по сути всё сводилось к фразе «съесть лимон, чтобы не выглядеть таким довольным». Даже отчет по безопасности мероприятий, который сунул ему полковник со словами «завтра с утра доклад отправится мадам» вряд ли содержал и десятую часть изменений, о которых его известила русалка. Большой экран постоянно показывал как нервная система организации, состоящая из электрических линий, каналов связи и электронных приборов постепенно берется ею под контроль.

— Можно попросить вас включить ваш терминал? Проверяем сеть. И покажу сразу новые схемы доступа к данным. Ваш новый телефон — это устройство доступа. Он вместо карты доступа открывает двери, включает терминал, позволяет управлять всеми устройствами…

— Это не чересчур? А в случае его потери? Все яйца в одну корзину меня учили не складывать.

— Автоматически будет инициирована тревога по любым его действиям, не совпадающим с логичными. Не говоря о точной настройке непосредственно на человека, который им пользуется….

Русалка смотрела на скучающего принца, который задавая реальные вопросы, получал в ответ тонны дезинформации, состряпанной исключительно для запудривания мозгов.

— Скажи ему проще. Как заказчику всей этой байды. Мы идем на риск как раз, чтобы собирать информацию о том, как поведут себя сотрудники и какими из доступных дыр воспользуются. Вопрос не в том, чтобы сделать утечку невозможной, а в том, чтобы контролировать её и знать причины её возникновения.

И всё равно он ощущал, что она что-то недоговаривает. Слишком точно отвечая на вопросы и глядя в глаза. Даже с учётом её новой маски, что-то выбивалось из схемы. Такой нелогичностью стал мимолетный разговор о его семье и давно умершем отце. Это не имело смысла в любом случае. Ни как часть работы. Ни как что-то иное, имеющее ценность в качестве продающегося секрета. А она не была похожа на человека заполняющего голову сентиментальными и мелочными подробностями чужой жизни. Он откладывал подобные факты в отдельную стопку для того, чтобы разобраться позднее. Сейчас важнее было не позволять странным идеям, что происходящее может быть только искусной аферой, которая завтра закончится, укореняться в голове. И мамино молчание не было слишком обнадеживающим признаком. Мадам никогда не сдавалась, и её отложенные удары всегда были тщательно выверены и смертельно опасны.

Наблюдая за тем, как отбывает персонал, меняются смены техников, и охраны под занавес уходящего дня он позволил себе только один вопрос.

— Ты же завтра вернешься? Не сбежишь? После того, как всё разобрала….

Казалось, она не сразу поняла смысл его беспокойства. По её тщательно контролируемому лицу пробежала лишь тень улыбки, когда она кивнула.

— Завтра я буду здесь. И послезавтра тоже. Согласно контракту. Пока не выполню все поставленные задачи. Если вы еще не забыли — я профессионал.

— Не забыл. Как и твоё исчезновение. И многомесячные поиски. Именно поэтому и задаю вопрос, чтобы ты зафиксировала словами реальность своего присутствия здесь завтра.

— До свидания, принц.

— Я буду тебя ждать, русалка.

Она протянула руку для прощания, уже зная, что делать этого не стоит. Вместо осторожного делового рукопожатия, он коснулся пальцев губами. Впитывая тающий запах её духов и усталости после суматошного дня. Это движение как бы говорило «я подожду, пока ты сама придешь, и мы оба знаем, что так и случится, рано или поздно». А когда она скрылась за броней личной охраны, ему потребовалось некоторое время, чтобы утихомирить сердце. Потом вызвать машину и дома завалиться спать в темноту, отделяющую его от нового дня. Время сейчас имело значение только как еще один противник, которого он тоже должен победить.

Она вернулась в номер отеля, когда ночь уже вступила в свои права. Снег закончился, и тучи степенно расступились. И теперь небо в чуть заметных крапинках звезд рассматривало засыпающий город. Все происходило слишком быстро. Слишком личным и близким был контакт. Её тащило куда-то с бешеной скоростью. Как неуправляемое падение, которое вроде и пугает, но если земли не видно, то начинаешь думать «обойдется и время еще есть». Ведь начиналось все с такой безобидной кроличьей норы.

Впервые за многие годы она так близко подошла к влюбленности. И мужчина, еще недавно сидевший напротив, ни капли не возражал. Он просто наслаждался беседой. Был собой. Удачливым, умным, уверенным. Он впитывал каждое мгновение общения и ждал большего. Самое страшное заключалось в том, что и её влекло. Отрицать подобное было бессмысленно. Ей так же нравилось говорить с ним, строить планы, обсуждать случившееся. Даже приходилось немного останавливать себя, чтобы не сказать слишком много.

Ощутив возбуждение от воспоминаний прошедшего дня, она остановилась. До боли впив аккуратно подстриженные ногти в ладонь. Стоп. Что она делает? В какой момент стала позволять эмоциям руководить собой? Решила сыграть в любовный роман? Богатый мальчик встречает девочку-разбойницу и вспыхнувшая страсть преодолевает все преграды. Почти Ромео и Джульетта со шпионским подтекстом. Ха. Старовата она уже для подобных сказок. Да и концовка в стиле «все умерли» вдохновляет, только когда ощущаешь себя бессмертным. И это не её случай. Гормоны надо нейтрализовать по-другому. И подальше от рабочего места.

Злость опять начала прояснять реальность вокруг оттенками горечи… Она же знала, что такое развитие более чем возможно, когда согласилась на это аферу. «Когда передо мной такая важная цель — его обаяние не сработает». Брехня! Высшей пробы. Учитывая его возможности, способности и упрямство, если он поставил целью её получить, то это уже вопрос времени. Целиком или по частям, но итог этой игры всегда был одинаковым, для всех женщин, которые входили в сферу его интересов. И её подкашивающиеся коленки этому никак не помешают. Они как запах крови для акулы. Происходящее напомнило о том, как внутри предательски что-то дрогнуло, еще тогда в первую ночь. И теперь приходилось гораздо больше сил тратить на сопротивление ему, чем она могла себе позволить. И с этим надо что-то делать. Чем быстрее, тем лучше.

Сбить его со следа. Обмануть ожидания. Заставить его гордость бороться против эмоций. Может задействовать чувство долга? С мужчинами это срабатывает. Но не в случае принца, который столько лет противостоит своей матери с её неизменными требованиями вспомнить об обязанностях наследника. Тогда что? Её влюбленность в другого? После монастыря это будет сложно демонстрировать, учитывая, насколько он точно угадывал её настроение.

Леший постучал и дождался ответа, прежде чем открыть дверь.

— Ты уверена, что я тебе больше не нужен? Этот хлыщ всё равно будет пытаться контролировать тебя.

— Не терпится дать ему в челюсть?

— Идея сама по себе интересная, но меня больше беспокоит то, как ты собираешь информацию. Стоит им понять, что именно тебе нужно, и они только кости выбросят куда-нибудь на скотобойню для дальнейшей переработки.

— Это чересчур мрачный взгляд на мир.

— Это реальность, с которой я сталкиваюсь каждый день. И потому прошу. Еще раз хорошо подумай.

Она просто обняла его без предупреждения и лишних слов. Касаясь его небритой щеки губами улыбнулась. С суровым и жестоким мужчиной этот доверчивый поступок был единственно возможным способом настоять на своём. Он прижал её к себе и вздохнул. Слишком хорошо они знали друг друга. Во всех смыслах. Так и сейчас он не стал опять повторять предложение бросить всё и уехать вместе с ним. Ответ они знали оба. Поэтому просто сказал, аккуратно подбирая слова и фильтруя лишнее.

— Береги себя.

— Я постараюсь, учитывая, что тебя рядом не будет.

Он неохотно отпустил её и покачал головой.

— Временную базу уже монтируют на окраине, чтобы сократить время реакции, так что на отсутствие моего внимания не надейся. Твой «голос вселенной» знают, как меня найти. Тот долг всё еще не оплачен.

— Да — знает. Про долг — глупости. Лучше передавай привет жене и детям.

Кивнув мужчина развернулся. Еще оставалось много дел, прежде чем он сможет уехать. И стоило поторопиться, чтобы меньше времени оставалось на размышления о несбыточном. Русалка смотрела ему вслед, а в голове стучала идея пока не оформленная образами. Что-то насчет странной злости в глазах принца. Как будто единственное, что его смущало в присутствии её личной охраны, концентрировалось на Алексее. Начиная с момента их встречи. После первого потрясения от рокировки, он спокойно игнорировал вооруженных людей рядом с ней, но не Лешего. Дело было в фамильярности их общения, дружеском расположении или простая ревность к более удачливому игроку?

Пожалуй, самой правдоподобной причиной была ревность к человеку, влюбленному в неё. К тому, кого при всей внешней официальности общения, она не отвергала. Хотя отвергала его, даже зная о том, насколько фееричен был секс и глубоки чувства, которые он и сам до конца не понимал. Улыбка на её лице была злой, и решение — не добрым. Но если всё сработает, у неё возникнет пространство для спокойной работы. И сейчас для реализации плана сейчас ей нужен только звонок другу.

Компьютерный гений, похоже, летал где-то на своей волне.

— Я тебе показывал улетное видео, которое запостила одна его девица?

— Нет.

— Наш наследник развлекался. Разве что не на столе танцевал. Но девушек ублажал на камеру очень красиво. По крайней мере, это впечатляет даже меня, видевшего много качественного эпатажа. И все попытки удалить подобные, хм, следы его развлечений не очень хорошо продуманы, хотя и работали профессионалы.

— И почему мне это должно быть интересно? Я и так знаю, что ты лучший и по сокрытию следов и по их поиску.

— Не лучший, но прогиб засчитан. Я имею ввиду вопрос безопасности. Мы работаем на очень неоднозначного человека, у которого много слабостей

— Как-то всё слишком прямолинейно. Мне хотелось ожидать от тебя большего профессионализма. А выглядит так, будто ты сомневаешься в моей решимости и манипуляциями пытаешься заставить отказаться от проекта. Описывая его сексуальную неразборчивость.

— Насчет «отказаться» — ты не права. И не надо про профессионализм. Мне только не нравится твое молчание относительно ключевой проблемы этой операции. Мужчины от которого ты один раз уже сбегала, бросив работу. Но я на твоей стороне, во всех смыслах.

— Вот и хорошо. Тогда скажи, кто из «синего списка» сейчас поблизости от меня?

Напряженное молчание в трубке сменилось неуверенным бормотанием и стуком клавиатуры

— … Вроде не время устраивать твою личную жизнь. Или как раз время? Ладно. Намек понял. Как профессионал буду молчать… Пришлю информацию, как соберу в кучку…

Идея о создании списка хороших людей, с которыми она могла связать свою жизнь и осесть где-нибудь в тихом уголке, пришла ей в голову довольно давно. Иногда, так хотелось расслабиться и просто побыть слабой женщиной. Они все были хорошими людьми. Действительно стоящими и серьезными кандидатами. При том, что зная о ней слишком мало, не представляли опасности. Сейчас ей нужен кто-то особенный. Честный, искренний и обязательный. С безукоризненной репутацией и легким головокружением от неё при личных встречах. Это ключевые понятия. И если всё сложится — это собьет с принца большую часть спеси и желания ей докучать.

Глава 18. Ещё один рабочий день

Новый день начался в новом антураже. В окно его квартиры заглядывало солнце, заполняя пространство золотистыми отблесками. Выпавший вчера снег всё еще укрывал улицы, создавая иллюзию чистого листа. Новое начало возможное даже после всех совершенных ошибок. Только мимолетный сквозняк, ворвавшийся в приоткрытое окно, напомнил, что дорога к цели не будет простой. За простыми и понятными операциями выбора одежды и сборами на работу он удивленно понял, что насвистывает какой-то марш. Настроение боевое настолько, что даже обычный набор снов об упущенных возможностях был как-то почти в рамках приличия.

— Не нужно заезжать. Я дойду пешком. Благодарю.

Единственным минусом было, то осуждающее лицо Бернара, которое постоянно цеплялось боковым зрением, хотя рыжего охранника здесь не было. Старый друг отсутствовал всего неделю в своём законном отпуске. И если бы не сдвиг тектонических плит за эти пару дней, то это было бы как обычно — несущественным. Но мир не стоит на месте. И ещё почему-то казалось, что изменения бы ему не понравились. Интересно, где он сейчас? Собирался где-то пару дней подработать, кажется. Но в его формулировке это могло означать всё что угодно. От одолжения многочисленным родственникам, до лирики тайного романтического путешествия. В любом случае ему бы точно не понравилось решение начальника идти в одиночестве по утренним улицам.

Плохо расчищенные улицы были своеобразным символом неразберихи в его жизни. Красота стихийного бедствия, сглаживаемая только тем фактом, что всё не настолько плохо, как могло быть. Люди ворчали и кутались в теплые вещи, абсолютно не замечая красоты украшенных снежинками деревьев и домов.

— Единственная радость, что уже к вечеру обещают потепление.

— А мне нравится погода. Нормальная зима.

— Это вам не приходится на улице торговать… Возьмите сдачу.

— Оставьте себе. Только упакуйте цветок теплее, будьте добры.

Пока уставший и пожилой торговец рассыпался в благодарности, а потом искал теплую упаковку для подарка, принц усмехнулся своей причуде. Яркий цветок больше подходил простовато одетой секретарше, которая серой мышкой бродила по его загородному дому, чем холодной бизнес-леди, царствовавшей в его офисе. «Принеси мне папенька аленький цветочек». Обрывки старой сказки врывались в реальность, запутывая и без того странную ситуацию. Какое же он чудовище? Дорогой костюм и модная стрижка делали его в любом случае довольно респектабельным мужчиной, а не изгоем от которого девушки сбегали в ужасе.

Если быть предельно точным — сбежала только одна. Которую теперь приходится заманивать цветочком. Интересно, согласится ли она его принять? Обычно женщинам нравятся подобные знаки внимания, а ему не хотелось упускать ничего. Даже такого пошлого в своей повседневности одаривания цветами. Хотя и было немного странным даже то, как он выуживал наличность, почему-то стесняясь пользоваться корпоративной кредиткой. Как будто встретив строчку подобных расходов, русалка могла изменить мнение о нём в худшую сторону.

Холодная капля, сорвавшаяся с козырька, упала ему точно за шиворот. Поморщившись, он передвинулся. Нет уж, это слишком прямолинейная попытка мироздания обуздать его настроение. Он не допустит подобного проигрыша, когда она оказалась рядом. Поблагодарив цветочника, он натянул перчатки и, запахнув пальто, двинулся дальше, осторожно обнимая бесформенный сверток.

Когда принц зашел в офис, его секретарша пыталась заигрывать с кем-то из техников. Правда, зрелище было довольно странным, учитывая, что Зоины призывные невербальные сигналы приводили, пожалуй, к обратному результату. Тот старался держаться подальше, насколько позволяла работа. Водрузив ей на стол свою ношу и, игнорируя вопросительные взгляды, он уточнил диспозицию.

— Как тут дела?

— Ваша протеже в конференц-зале работает. Остальные техники расползлись по офису. И тут вот последние настройки идут.

— Хорошо. Работники уже в офис ломились?

— Приходят потихоньку. Но новые стандарты охраны работают на удивление хорошо. Организованных волнений стоит ждать не раньше, чем ближе к обеду.

— Это ведь уже достижение. Согласись. После вчерашнего бунта.

— Да шеф. Простите, мне нужно уточнить пару ваших вчерашних распоряжений.

Она гордо удалилась, чуть заметно демонстрируя занятость и отсутствие интереса к его поступкам. Совершенно не любопытно, что притащил увлекающийся начальник на этот раз. Он только вскинул брови, от странного ощущения. Его верная и обязательная помощница стала неуловимо похожа на консультанта по безопасности. Гордо поднятая голова и предельная точность движений. Интересно насколько эта аналогия точна? Может, нужно было выбрать более доступный вариант для сумасбродств. Но мысль эта растаяла, даже окончательно не оформившись…

Распаковав цветок, он пару минут еще сидел задумчиво на своем рабочем месте, рассматривая его одновременное несовершенство и законченность. Не запустит ли русалка этот подарок ему в голову? Но сомнения совершенно лишняя штука на войне, которую он ведет. Главное правильно подобрать гонца, которого она пощадит.

— Когда будет готов кабинет моего заместителя?

— Он уже готов. Только, насколько мы поняли, там пока никого не будет… — Главный из техников поднял круглые глаза, выныривая из омута собственных мыслей и забот.

— Я решил разместить там девушку, возглавляющую аудит. А то конференц-зал для её целей не слишком удобен. Это возможно?

— Да. Вполне. Так даже проще. Только она распоряжения не давала…

— Я согласую этот вопрос. Как у руководителя этой конторы у меня хотя бы на это должны быть полномочия…

Техник задумчиво пожал плечами и нехотя согласился.

— Ну, хорошо. Изменить конфигурацию будет не сложно, учитывая близость к вашему кабинету.

— Вот и чудненько. Сколько времени потребуется?

— При соблюдении остального графика — через полчаса.

— Замечательно. Мы же не хотим график рушить. Будьте так же любезны, поставить на стол этот цветок, после всех проверок… Естественно…

— Естественно… — Эльф задумчиво повертел горшок, как будто не представляя, что это такое и что с ним нужно делать. Но он быстро справился с эмоциями и кивнул. Оставалось только известить русалку.

Зал для собраний по-прежнему был чем-то средним между приёмной, столовой и бальной комнатой. Люди появлялись и исчезали, повинуясь какому-то скрытому пульсу организации. Он терпеливо дождался пока она останется одна, прежде чем дипломатично постучать по стеклянной створке приоткрытой двери. А она равнодушно улыбнулась в знак приветствия. Её настроение, опять выведенное на уровень «рабочая атмосфера во дворце снежной королевы» было частью танца, начатого вчера. Понятный и удобный стиль общения впитанный, так сказать, с молоком матери. Как оказалось, главное не торопиться делать выводы.

— Мы вчера еще что-то забыли обговорить? Вроде у вас довольно объемный список рабочих вопросов на это утро.

— Работы хватает. Просто хотел поприветствовать. И покаяться. Я сказал чудо-работникам, чтобы оборудовали второй кабинет приемной для тебя.

— Да, там будет удобнее, чем сюда коммуникации тянуть. Благодарю. Когда можно будет переезжать? — Меньше всего хотелось признаваться, что она слышала этот разговор и осторожно наблюдала за его перемещениями. Неправильные и скоропалительные выводы — самые опасные. Поэтому она спокойно подняла на него глаза и дождалась задумчивого ответа.

— По графику — через полчаса. Кстати, напомни, насколько долго ты тут задержишься? По договору сроки не указаны.… За вчерашний день вы заменили технику. За сегодня — выдадите следящие устройства работникам. Это уже внушающий уважение темп…

— Несколько месяцев. Вопрос безопасности более сложный, чем замена техники, разработка протоколов и слежка за персоналом. Потоки данных, их течение и пересечения с людьми основа происходящего. Придется искать продавцов информации, покупателей и провокаторов. Но вам не стоит беспокоиться. Громкая фаза этой операции закончится уже сегодня. Дальше будет только тихая подковерная борьба, скучный анализ и построение схем.

— А итог? В контракте как-то очень расплывчато определено «предоставление выводов».

— Небольшой доклад. В удобном для работы формате. И часть установленного оборудования. Не считая обучения обслуживающего персонала, работ по оптимизации сетей, защитных мероприятий… Но, в целом — да, только мой доклад. Остальное я делаю, чтобы удобнее и быстрее было разбираться с этими конюшнями. И часть останется здесь для вашего удобства.

Он улыбнулся и задал следующий вопрос, буквально повисший на языке.

— Поужинаешь со мной?

— Нет. Много работы.

— Давай тогда добавим в договор ещё один день или даже неделю. Это небольшая плата за то, чтобы ты могла спокойно поесть без решения рабочих вопросов на бегу.

— Меня прекрасно кормят ваши повара. Не стоит беспокоиться. Вчерашний обед был на уровне.

— Русалка. Я же не позволяю себе лишнего. Даже в мыслях, что само по себе удивительно, учитывая нашу историю. Только один тихий вечер за разговорами о работе, но на нейтральной территории.

— У вас хватает друзей, чтобы скоротать вечер. Если нет — могу порекомендовать пару девушек, ещё обделенных вниманием. Приятного возраста, внешности и не обремененных интеллектом.

— А вот это уже грубо. — Уточнил он, прищуриваясь.

— Только отсутствие у меня манер, способно служить извинением. Но что можно взять с аферистки, обманом проникшей в вашу жизнь. Еще чем-то могу вам помочь?

— Нет. Всё предельно ясно. Прошу прощения, что отнял время.

Он контролировал дыхание и сердцебиение для того, чтобы спокойно выйти в коридор. Единственным утешением в происходящем могло быть спокойствие насмешливой мысли «неужели ты ожидал её быстрой капитуляции?». Опять же когда она всегда начинала резко бить, когда ощущала угрозу. И это тоже давало определенную надежду. Несколько месяцев. Это значит — больше одного. Достаточный срок и для того чтобы её сломать и для того, чтобы удовлетворить все свои идеи относительно её тела. Дойдя до кабинета, он опять вернул себе боевой настрой. Насвистывая мелодию с бумагами работать гораздо веселее, чем ощущать себя отвергнутым даже в мелочах. Девушка пока плохо знает насколько он серьезно подходит к получению того, что он считает своим по праву.

Только вот в холодном взгляде, которым русалка сопроводила его уход, как раз сомнений не было. Первая атака выглядела скорее элементом позиционной борьбы и вопросом допустимых маневров. Вряд ли вопрос был в ужине, скорее в контроле её времени и расписания. И лучше бы он не заметил её колебаний. Хотя в любом случае повторение неизбежно. Так же как и неожиданные встречи, случайные прикосновения и аккуратно спланированные мероприятия, на которые им непременно следует быть вдвоем. Нет уж. Она достаточно откладывала необходимые шаги, под предлогом сомнений «стоит ли портить жизнь хорошим людям, которые заслуживают более честного отношения». Нужно спешить, пока она сама себя в ловушку не загнала.

— Могу я услышать Жана? Какая жалость. Фрау Шварц, вы, наверное, меня не помните. Нас представлял прошлым летом Жан. Да, на море. У вас замечательная память. Тогда вас не затруднит передать ему, что я в городе? И если будет возможность, хотела бы встретиться. Конечно, если это уместно. Я могу только догадываться о том, насколько могла измениться его жизнь. И меньше всего я хотела бы доставить ему неудобства. Полагаюсь на ваш такт и опыт. Да, если возможно, пусть он свяжется. В любом случае я благодарна за ваши добрые слова.

Интересная всё-таки у него дама работает в качестве личного секретаря. Кажется, их связывают какие-то дальние родственные связи. Чем-то иным трудно объяснить, что она была вовлечена буквально во все аспекты его жизни. Но присутствовала и опекала настолько ненавязчиво, что вызывала только улыбку. Интересно. У неё ведь счастливый брак, вполне обеспеченный муж и внуки, а она на пенсию и не собирается, как будто ей больше нравится упорядочивать жизнь своего начальника. Во всех смыслах. Будет грустно, если она не сможет ужиться с избранницей Жана. Девушка сразу же взялась уточнять список запланированных поздравлений на Рождество. Традиционная открытка и небольшой подарок для пожилой леди, конечно же, были включены в план на ближайшие годы. О некоторых людях всегда вспоминаешь с благодарностью.

Даже если Жан не перезвонит — это будет правильно. Но у него еще есть время до вечера. Пусть будет по дню на каждого претендента. В итоге не могут же солидные люди бегать по первому её звонку. В любом случае к концу недели она обзаведётся приличным кавалером и возможностью спокойно работать, не опасаясь атак принца. А пока действительно стоит найти место потише, чем этот проходной двор.

Но войдя в свой новый кабинет, она обнаружила, что он занят. На кресле восседала глава семьи и спокойно изучала какую-то папку документов. Картина, под которую просилась подпись «царственная особа инспектирует свои владения». Рыжеволосую женщину, даже сейчас можно было назвать красивой. Хотя возраст и множество забот оставили свою печать. А если суммировать ощущения от присутствия — она была королевой. Даже не по крови, а по контролю над реальностью. Заполняя любое помещение целиком, женщина оставляла воздуха ровно настолько, чтобы остальные могли дышать только по высочайшему дозволению. Трудно было не узнать владелицу всего окружающего, даже если не знать о ней ничего.

Без приветствий и предисловий, женщина в кресле подняла глаза на консультанта по безопасности и произнесла.

— Мы ни разу не встречались. Вот так. Лицом к лицу. Надеюсь, мне представляться не нужно?

— Не нужно, мадам. Я имею представление о том, кто передо мной. И вы правы — лично мы не встречались. — Девушка прошла внутрь и воткнулась в неудобное гостевое кресло. Зная, что эта встреча неизбежна, она всё равно не ждала её настолько быстро. А помимо этого не собиралась признавать, насколько близка к королеве была во время наблюдения. Есть вещи, которых противнику знать не стоит.

В звеневшей тишине полупустого кабинета они напоминали двух сфинксов, по воле случая решивших поиграть в загадки друг с другом. Мадам закрыла папку и положила на стол, сконцентрировав своё внимание на живом цветке, примостившемся на краю. Растению явно было не очень уютно. Но в промышленном дизайне современных офисов, редко какому живому существу приятно находиться.

— Как вам работается?

— Превосходно, благодарю за заботу. Пытаюсь помочь Вашему сыну усилить защиту фирмы. Насколько я понимаю, с вами это согласовано.

— Да, я знаю. Говорят, что из хакеров получаются лучшие специалисты по компьютерной защите. Значит, Вы из разрушительницы жизней решили стать… Кем? Защитницей? Наверное, трудно переключаться…

— Думаю, что защитников у него хватает. Я просто выполняю его просьбу об аудите. Учитывая проделанное ранее, по вашему заказу, это не слишком большая услуга. Тем более что подробностей о предыдущей работе я стараюсь избегать. Даже если он о чем-то догадывается — это остается только нашим секретом.

Обе женщины чуть заметно улыбались. Официально, относительно честный перевод активов инициировала бывшая жена. Но это такие мелочи в разговоре двух умных собеседников. А по воле природы милые улыбки так же мешали разобрать истинное выражение глаз. Вот и сейчас после неуловимой паузы мадам решила проверить почву для сотрудничества. Не ожидая особого рвения, но и не исключая возможности договориться.

— Раз уж вы знаете о моей роли в вашем предыдущем задании. Можем ли мы продолжить сотрудничество и немного подкорректировать то, как будет проходить этот аудит безопасности? За дополнительную плату, естественно.

— Что вы имеете в виду? — Девушка удивленно подняла бровь, рассматривая замешкавшуюся собеседницу.

— Ну не знаю. Чтобы меня, как фактического владельца предприятия извещали о происходящем тут и ваших промежуточных выводах.

Глава 19. Личные аспекты рабочих вопросов

Ответ на этот вопрос был продуман давно. Не стоило усложнять игру вводом нового параметра. Да и честность при прочих равных условиях — лучшая стратегия. Тем более в ситуации, когда любая договоренность является обоюдоострым оружием, рассчитывать на покровительство мадам было просто глупо.

— Это противоречит подписанному мною контракту.

Королева молча анализировала ответ, раскрыв другую папку. Ей не нравилась позиция этой выскочки, но и ссориться с сыном пока не было оснований. Напрасно подождав продолжения или оправданий, она произнесла задумчиво:

— Что ж. Раз вы собираетесь исполнять договор с такой скрупулёзностью, это похвально. Я надеюсь только что выполнение этой просьбы. Личного одолжения моему сыну, так сказать. Не вызовет у Вас каких-либо иллюзий.

Взгляды женщин опять соединились на инородно пламенеющем цветке.

— Иллюзий? — Как-то она слишком много переспрашивает в этом разговоре. Но мадам с царственным спокойствием продолжила, как будто этот вопрос был задан в строгом соответствии с этикетом.

— Да. Такое иногда бывает. Обеспеченный и привлекательный мужчина, облеченный властью. После известных событий он находит Вас и просит о чем-то. Кто-то мог увидеть в этом… Не знаю… Знак, что встреча не случайна, например. Однако не стоит в этом видеть что-то большее, чем предложение работы… Хотя, зная вашей репутации, вряд ли Вы подвержены…

— Зная о моей репутации, Вам не стоило приходить лично. Записки с требованием держать от него руки подальше было бы достаточно. У меня нет планов на любого вида отношения с вашим сыном. Только работа на срок, требующий достижения целей, указанных в контракте. И он знает об этом.

Королева внимательно и чуть недоверчиво рассматривала собеседницу, которую предположение заметно разозлило. Потом аккуратно положила документы на стол.

— Тогда вы узнаете первой. Со дня на день будет объявлено о его помолвке. Это очень важный день. И очень важный брак, после всего, совершенного им. Если вы попытаетесь, что-то сорвать… Точнее если что-то сорвется, то я буду априори считать, что вы замешаны…

— Избавьте меня от озвучивания угроз.

— Я рада, что мы нашли общий язык. Значит наши ранее достигнутые договоренности в силе?

— Пока я не вижу повода что-то менять.

Когда за королевой закрылась дверь русалка все еще сидела на месте. Визит был ожидаемой неожиданностью. Но все равно ощущения от такого близкого контакта были не из приятных. Хорошее напоминание о том, насколько серьезно происходящее. Чтобы не расслабляться. Потребовалось еще несколько минут, чтобы выкинуть из головы этот странный визит и вернуться к работе.

Когда он увидел собственную мать, выходящую из нового кабинета русалки, ощущения были похожи на пропущенный удар. Легкая дезориентация. Не пытаясь разобраться и анализировать, он бросился в бой.

— Мадам. Я сегодня не буду удостоен вашим визитом?

— Здравствуй, сын. Надеялась избежать споров. Их и так слишком много, на мой вкус.

Развернувшись к нему, женщина устало улыбнулась, постаравшись расслабить мышцы лица. После беседы с авантюристкой меньше всего хотелось думать, что он что-то слышал и может подозревать о причине визита. Но, в конце концов, может же мать позаботиться о своём непутёвом сыне.

Она благосклонно кивнула в ответ на приглашающий жест и зашла в его кабинет. Потом дотронулась губами до его тщательно выбритой щеки и автоматически отметила элегантность выбранного образа. При всех своих недостатках он умеет производить впечатление даже на неё.

— К тому же, не хотела отвлекать тебя, когда тут такие серьезные перемены.

— Но и не смогла удержаться от запугивания моего нового сотрудника. Да, я понимаю.

Она снова улыбнулась, обводя подчеркнуто деловой офис хозяйским взглядом.

— Ты уже обжился на новом месте? Не скучаешь по своей старой конторе?

— Благодарю за заботу. Всё именно так, как я и ожидал. Скучать просто не остаётся времени…

— Хорошо. Кстати, я тебя, кажется, не поздравила с её поимкой. Стивен был впечатлён твоим упорством и везением.

— Ты его недооцениваешь. Профессионалы такого уровня встречаются нечасто. Если бы я заинтересовался подобным бизнесом — переманил бы его в первую очередь….

Мадам засмеялась тщательно выверенным смехом, отгоняя призраки прошлого.

— Далеко не всякую преданность можно перекупить. Ты умный мальчик, но всегда предпочитал летать невысоко, так что некоторые прописные истины тебе еще предстоит выучить. Ладно, не буду тебя отвлекать. Забегай как-нибудь на обед. Обсудим наше соглашение подробнее.

Сын кивнул и предупредительно открыл перед ней дверь.

— Конечно, мадам. Телефоны всех ваших секретарей у меня в быстром наборе. Хорошего дня. Зои вас проводит, не так ли?

Его помощница умела справляться с эмоциями, и потому смогла изобразить счастливую улыбку при виде мадам. Сдержанно чирикая какие-то банальности про погоду и прекрасный внешний вид, женщины обреченно двинулись к лифту. Мадам в подобной ситуации могла лишь вежливо поддерживать беседу, отчетливо ощущая, как сын выставляет её вон. Мелкая неприятность ограничения передвижений по его зданию была не так уж и важной, но в очередной раз напомнила, что его не стоит недооценивать. Вся жизнь может в один момент заполниться подобными мелочами, которые она уже не сможет контролировать.

Принц задумчиво наблюдал из окна, как его мать покидает территорию, размышляя о том, что могла она обсуждать с русалкой и почему хотела оставить это в тайне, хотя имела все основания для публичного громкого выяснения отношений. Возможный альянс этих двух женщин беспокоил его сильнее, чем он хотел бы признаться даже самому себе. Нет. Это одна из тех возможностей, которая при всей логике не укладывалась в реальность. Русалка в этой партии самостоятельный игрок, а не очередная марионетка матери.

Взглянув на часы, он попытался сообразить, куда девушка делась из своего кабинета за то недолгое время общения с матерью. Заглянув в волшебный экран, показывавший передвижения сотрудников он её так и не смог обнаружить. Но её следы определённо вели на галерею. Большое и безликое помещение, служившее оправданием немного безумного отношения предыдущего управляющего к дизайну. Наполненное странной стеклянной инсталляции, в которой жили свой жизнью отражения развешенных по стенам картин.

Каждый раз, находясь там, он пытался понять, что именно это прозрачное сооружение ему напоминает. Непрактичную лестницу в небо? Безвкусную люстру-переростка? Или может оживающую по ночам зловещую паутину? Наверное, только в этом крыле обычно было пустынно. Только на корпоративных собраниях под шум лопающихся пузырьков шампанского и необязательных разговоров со знакомыми — незнакомцами здесь можно было относительно спокойно находиться. Во всех остальных случаях работники избегали этот не самый дружелюбный пример современного искусства.

Но она сидела на неустойчивой стеклянной жердочке, довольно удобно расположившись. Мило улыбаясь в ответ на слова, звучавшие из телефона. Очень мягко и доверчиво. Так улыбаются очень дорогому человеку, когда не могут сдержать эмоции. Это трогательное выражение лица, прядь, выбившаяся из строгой прически, и дорогие туфли, скинутые за ненадобностью. Подобное зрелище не сочеталось ни с вычурной никчемностью обстановки этого зала, ни с маской железную леди, занимавшейся чужими смертельно опасными тайнами. Но ещё хуже гармонировала с бурей ревности, которая поднялась в нём.

Выяснить, кого нужно было убить, чтобы она так улыбалась только ему, неожиданно стало первоочередной задачей. Хотя может это больная подруга или скучающий щенок, и он просто зря расходует эмоции? Всё дело в первобытных инстинктах собственника. Пока он размышлял о собственных реакциях, бесшумно замерев в дверях, её разговор закончился. И она, подняв глаза, наткнулась на него взглядом. И падение железного занавеса стало реальностью. И негромкое лязганье брони надёжно укрывающей суть вещей. Ему досталась только дежурная улыбка снежной королевы. Пришлось входить и пытаться объясниться.

— Моя мать почтила вас своим вниманием.

— Мы беседовали. Да.

— Можно узнать о чем?

— Разумеется, можно. О Вас. Мама беспокоится о Вашей чистоте и непорочности. Ну и еще, самую малость, о моей репутации и планах на будущее.

— Шутишь?

— Нет. Но и стенограмму разговора, в доказательство приводить не буду. Что-нибудь еще?

Одним спокойным, почти акробатическим, движением она спустилась на пол. Поправила блузку. Поднялась на каблуках, над поверхностью. Каждый шаг был продуманным и каким-то равнодушным. Как будто его присутствие было разновидностью вызова. А когда кто-то так старается не потерять равновесие — в этом есть возможность для манёвра. В пустоте повисшей паузы ему оставалось только спровоцировать еще один мелкий конфликт. Просто из исследовательского интереса:

— Да. У меня есть вопрос. С кем ты говорила по телефону?

— Это личное и не обсуждается. Мои планы вряд ли чем-то могут Вас заинтересовать.

Её быстрый ответ выглядел практически признанием.

— Напротив. Меня интересует причина твоего утреннего отказа. Ты не захотела со мной ужинать из-за желания провести время в более приятной компании?

— Это не Ваше дело.

Ответ был еще более четким и жестким. Такая форма «других планов» сильно похожа на пощечину, но девушка имеет право на капризы. Проблема заключалась скорее в её духах, которые сводили с ума, мешая трезво мыслить.

— Ты права. Не моё. Просто ты зря используешь подобные дешевые трюки. Тайные разговоры. Подчеркнуто романтичное общение. Это не твой стиль. Женщине не стоит подчеркивать количество своих любовников, если она хочет остаться… загадочной. Мы все взрослые люди.

— Может всё дело в том, что я не хочу быть загадочной, а просто стараюсь устроить свою жизнь?

— По идее, в этом случае тебя не должно так волновать моё мнение. И реакции. Стоило просто объявить о своих планах утром. Ведь смысл равнодушия, которое ты демонстрируешь в отношении моих претензий, именно в этом. Поверь, у меня большой опыт в изображении чувств. Или их отсутствия. Благодаря маме. И ты переигрываешь.

Спокойно рассматривая её, он был полностью уверен в себе. И та легкость, с которой он обходил все ловушки, тревожила всё сильнее. Если вечернее свидание пройдёт не так как она планировала ситуация может выйти из-под контроля. Оставалось только холодно поинтересоваться, в попытке сохранить лицо:

— Что-то еще?

— Нет. Я понял все, что мне было нужно. Удачной охоты, русалка.

Он вышел, осторожно притворив за собой дверь. Эта девушка продолжала пробуждать в нем самые разнообразные эмоции. И он мог обмануть её своей нравоучительной речью о том, как ей стоило себя вести. Мог выставить маму из офиса. Но фактически в голове крутились только обрывки идей о том, что следует сделать, чтобы сорвать её свидание. А в идеале хотелось сделать это незаметным для неё способом.

Остаток дня она параллельно рабочим вопросам вертела в голове слова настоятельницы. Муж и дети. Брак с хорошим и надежным человеком. Сдать планы мести в утиль, купить домик где-нибудь в провинции и зажить спокойной жизнью. Посвятить оставшиеся годы жизни тому, чтобы научиться доверять мужчине, быть преданной женой и любящей матерью. Жан был именно тем, кто прекрасно подходил на роль подобного спутника жизни. За те пять лет, что они были знакомы, он даже пару раз порывался сделать ей предложение. И она отказывала не потому, что влюблённости в него не испытывала. Обеспеченный, влюбленный и постоянный. Все, что нужно нормальной женщине для счастья. Можно прямо сейчас планировать свадьбу и колледж для детей. Дело было не в нём. А в перпендикулярности их миров.

И всё равно она улыбалась думая об этом мужчине, даже особо не замечая этого. Судя по тому, как быстро он объявился и сразу же организовал ужин — её кандидатура фрау Шварц одобрила. И это тоже было хорошим знаком.

— Мистер Грейстоун? Вы искали меня? — Окликнула она мужчину, неуверенно заглядывавшего в приёмную. Фактически она знала, что он спрашивал, где её найти, но хотела оставить ему шанс передумать.

— Да, мисс. Мне казалось, вам понадобятся мои предварительные выводы по безопасности. Мадам дала мне ясные указания помогать вам.

— Благодарю. А вы разве подчиняетесь непосредственно ей?

Она смотрела на седого и подтянутого джентльмена и не могла понять, что с ним не так. По задачам и должностям они должны конфликтовать практически смертельно. Он обязательно будет вставлять палки в колеса, и нарушать планы. А она рушить всё, что было им любовно выращено под этой крышей. Но злости или азарта в этом противостоянии не было ни на грош. Только уважение к старой школе, и пожилому мужчине, который делал всё что может, используя ненадежный человеческий материал. И еще немного жалости к его судьбе и потерям.

Полковник как будто замер, глядя на девушку, в глазах которой было только вежливое любопытство. Если даже сын хозяйки определенно знал, кто он и чем занимается, то эта пигалица уже давно просчитала все варианты и просто не могла задавать подобные вопросы.

— Вы считаете это смешным? Конечно, я подчиняюсь только ей. Хотя её сын шантажом и получает мои доклады до того, как мадам их прочитает. Но зачем унижать меня, делая вид, что вы не догадываетесь о происходящем?

— Я не хотела вас обидеть. Просто мы действительно работаем на единый результат. Вы мне не поверите и правильно сделаете. Моя репутация вполне определенно мешает восприятию меня в качестве помощницы для этой фирмы.

— Вы хотите помочь?

— Да.

— После того, как вас поймали в ловушку? Отрядом вооруженных людей выкурили из убежища. Под охраной привезли. И вы после этого помогаете? Я ничего не путаю?

— Не путаете. Просто вы неправильно акценты расставляете. Я могла просто сбежать на любом этапе этой операции по моей поимке. Тихо или громко. Аккуратно или по трупам. Просто не захотела. Мир не крутится вокруг этой семьи, но и ссориться с ними — не в моих интересах. А при этом вы сами знаете, что происходящее внутри этого подразделения не просто саботаж или утечки информации. Позиции семьи пытаются подорвать и даже мадам уже с трудом справляется.

Седой мужчина кивнул, не отрывая взгляда от собеседницы.

— Мне казалось, что вы одна и тех, кто пытается это организовать.

— Боюсь, вы мне льстите. При всей удаче и проворстве я не обладаю ресурсами для подобной операции.

— Может вас наняли?

— Тоже нет. Это не мой уровень, если говорить предельно откровенно. И хотя особых симпатий к мадам у меня нет, но тут идет более грязная игра, чем то к чему я привыкла. В этом вам придется мне поверить….

— Но почему вы мне сейчас об этом говорите?

— Потому, что вчера не было возможности.

— Вчера, сегодня. Что вам нужно?

— У меня есть просьба. И я до сих пор не уверена, что следует её озвучивать. В любом случае, даже если вы откажитесь…

— Говорите уже и дайте мне возможность самому решать.

— Хорошо. Проблема вот в чём. Я могу контролировать технику и доступ людей к данным. Но по большому счету это решит вопрос только мелких утечек. В ситуации, когда титаник тонет — важнее найти не утечку, а людей, которые создали возможность её появления. Если продолжать аналогию — не конкретный айсберг, а ошибки конструкции, сделавшие ледяную глыбу смертельным оружием. В этом мне не поможет молодой управляющий, потому что он еще просто плохо знает хозяйство. И доверять кому-то из тех, кто входит в команду корабля…

— Вам не хочется. Потому-то вероятность наткнуться на предателя высока. А рисковать сейчас означает ставить под удар вашу репутацию.

— Риск дело благородное. А моя репутация строится не на делах, подобных этому. Но в данном случае двойная игра будет слишком сложной.

— Но вы доверяете мне?

— Не особо. Но я считаю, что с точки зрения верности, мадам бы вас не держала так близко от своих секретов, если бы у неё были даже минимальные сомнения.

Седой мужчина засмеялся, откинувшись в кресле.

— Мне нравится ваша логика, юная леди. И нравится ваше предложение. Скажите, вы читали мой доклад?

— Да. Все три. И тот, что лежит в соседнем кабинете и тот, что вы отдали мадам, и ваш личный записанный дома в дневник, хранящийся в сейфе.

— Опуская вопрос о том, как вам это всё удалось. Ваше мнение?

Глава 20. Неожиданные союзы

Женщина искренне рассмеялась.

— Я думаю, что вы зря пытаетесь анализировать техническую сторону изменений. Половина новшеств описана не правильно, а остальные предположения просто не верные. Зато часть, касающаяся людей — меня как раз вдохновила на этот разговор.

— Не смотря на то, как я отозвался о вас?

— Я благодарна за попытки сгладить противоречия в моём образе, полковник. Это было очень мило, учитывая ваш жизненный опыт.

Теперь её слова вызвали смешинки в глазах полковника Грейстоуна, который кивнул, принимая решение.

— Хорошо. Тогда я согласен, если вы поможете мне выглядеть меньшим идиотом, в том, что касается ваших штучек.

Она кивнула и встала проводить своего гостя. Разговор был удачным, но из-за этого происходящее стало ещё более странным. Вместо долгих и выматывающих переговоров получился какой-то блицкриг. Либо у мадам действительно закончились варианты, и она решила посмотреть, как наёмница справится с заведомо проигрышной партией. Либо все эти проблемы насквозь искусственные и фальшивые, и её собираются тут хоронить в обнимку с планами любой гениальности. Но тогда становится еще интереснее роль наследного принца во всей этой игре. Он не похож на пешку, которой королева будет жертвовать в случае провала.

Эх. Хорошо бы с этим разбираться без тоскливой запутанности личных отношений. Всё и так сложно. Даже если забыть о её персональном интересе к этой семье. Она проводила взглядом подтянутую фигуру своего нового союзника и попросила охранника вызвать машину. Перед ужином стоило переодеться. Первая встреча с Жаном после долгого перерыва должны быть эффектной вне зависимости от спонтанности её назначения.

— Да, в гостиницу. Потом в ресторан и вы можете быть свободны. Я сообщу, когда освобожусь. Спасибо.

Улыбнувшись Зои, она попрощалась и накинула пальто. В некотором смысле даже хорошо, что принц сбежал куда-то. Они и так сегодня наговорили друг другу лишнего. А она еще не знает, чем закончится вечер. Вероятность того, что такой завидный жених как Жан до сих пор свободен и питает романтические надежды по её поводу, всё-таки не велика. Может он придёт с женой, и будет расхваливать счастливую семейную жизнь. Или с невестой. И тогда завтрашние ухмылки принца будут еще злее, чем сегодняшний допрос.

Но за ужином она смотрела на собеседника и, по прилипчивой привычке аналитика, мысленно составляла его характеристику. Уравновешенный, добрый. Самую чуточку занудный, как и положено состоятельному банкиру с безупречной репутацией. Но даже секс с ним был хорош. Из-за обезоруживающей честности и взаимного восхищения. Наверное, именно на это намекал компьютерный гений, незатейливо выведя его на первую строчку в присланном списке. Однако в большинстве аспектов этот худощавый мужчина был полной противоположностью принцу, от внимания которого она пыталась избавиться последние несколько месяцев.

Она уже выслушала уйму милых и незатейливых комплиментов. Жан пришел один. По-прежнему был немного застенчив в её присутствии и вдохновлен одновременно. Старался быть замечательным собеседником. При этом в его присутствии было легко молчать. Так почему же она, сейчас глупо скучая, улыбалась и избегала той темы, ради которой сама всё это затеяла. Вместо этого болтала о пустяках и отвечала на его деликатные вопросы.

— Сколько мы не виделись? Почти год?

— Да. Где-то около того. — Кивнув, девушка поддела листик салата и отправила его в рот, задумчиво фиксируя подобные уточнения дат последней встречи. Вечный беглец не может игнорировать фразы, которые могут его раскрыть и привязать к событиям, о которых не должно быть известно.

— После твоего звонка я начал вспоминать и знаешь, удивился. Мне казалось, что прошло гораздо больше времени. Дни тянутся дольше в отсутствии тебя. Но не подумай плохого. Ты действительно хорошеешь при каждой нашей встрече. И я на самом деле очень рад, что всё так сложилось. Вот уж не думал, что эта зима сделает мне подобный подарок.

— Да, в этот год все идет не совсем по правилам. Лучше расскажи, как твоя новая работа? В последнюю нашу встречу ты и не рассчитывал на такой взлет карьеры.

— Ну, какой тут взлет карьеры. Просто удачное стечение обстоятельств. И потом, это скучно. Я мог бы рассказать об итогах работы, за три квартала, но знаю, что только усыплю тебя. Красивую женщину нужно развлекать, а не вгонять в уныние цифрами.

Услышав смутно знакомую фразу, она мягко удивилась.

— Ты по-прежнему общаешься с психоаналитиком?

— Да. Мы учимся осуществлять коммуникацию. — Бесхитростный и добрый Жан просто не имел теневой стороны жизни, которую нельзя было обсудить за ужином в кругу друзей. Вот и сейчас он спокойно мог говорить о попытках психотерапевта сделать его более открытым и успешным в личной жизни. Было даже немного странно, что для него оказалось проблемой найти жену. Поэтому пришлось уточнить, чтобы не нарушить его действительно хрупкий внутренний мир своим вторжением.

— Я так и поняла. Как успехи? Ты смог познакомиться с кем-то? Нашел кого-то, кто тебе нравится по-настоящему….

— Основная проблема, что те, кто знакомится со мной, имеют больше внимания к моему кошельку, так сказать. Чем ко мне…

— Ты состоятельный мужчина, да. Можешь извлекать из этого пользу. — Почти испугавшись его решительного выражения лица, она попыталась свести всё к шутке. Но банкир даже не заметил её попытки увернуться.

— Это не по мне. Мы уже говорили об этом. И обсуждали с доктором. Я пока смог встретить только одну женщину, которая действительно невероятно меня привлекает. И ты знаешь, о ком я говорю. О тебе. Даже не сомневайся. И готов повторить свое предложение…. Ты на текущий момент единственная, с кем бы я хотел связать свою судьбу.

— Да. Я знаю. — Она грустно улыбнулась, спрятав глаза. Меньше всего ей хотелось причинять ему боль отказом. Он, был слишком понимающим. Поэтому вместо возмущения только кротко спросил.

— Но, с твоей стороны ничего не изменилось?

— К сожалению. Но я скучаю по нашему общению и дружбе.

— Ты хорошая женщина. И я не буду терять надежды, что ты передумаешь. Как показывает эта встреча — удача дама ветреная. А еще ты обязательно должна попробовать десерт. Его очень хвалила фрау Шварц, когда я просил совета в какой ресторан лучше тебя пригласить.

— Я была очень рада с ней пообщаться. Как её внуки?

Слушая очередной рассказ о проделках близнецов и мелких радостях большой семьи, она улыбалась. Ощущение что приближается время рождественской сказки, только усиливалось от подобных немудреных историй. Только болезненные укол зависти к чужому счастью заставлял выступать слезы. Но даже маскировка их смехом плохо помогала привести собственные чувства в равновесие. Как будто наблюдать с улицы через замершее стекло за огнями праздника, который для тебя недоступен.

Беззвучно треснувший телефон показал всего два слова «он рядом», которые заставили отложить в сторону все эмоциональные проблемы. Эволюция дала человеку хороший пинок, чтобы он научился различать степень важности решаемых вопросов. Вот и сейчас уход от хищника важнее невозможности порадоваться рождественской гирлянде в собственном доме.

Пряное мороженое в сочетании с теплым пирогом действительно стоило похвалы фрау Шварц. Жан — само очарование. Ресторан действительно уютен и респектабелен одновременно. Ужин прошел как нельзя лучше. И потому она не будет подаваться на уловки принца, расположившегося у бара и потягивавшего какой-то коктейль во время доверительной беседы с персоналом. Он действительно может серьезно осложнить её жизнь, если всё пойдет по вот этой накатанной колее. И все её навыки выживания будут уже бесполезны, если она сама откажется бороться.

Поэтому сейчас дело за малым. Улыбка. Мимолетная надежда в глазах. Простая просьба об услуге, в которой Жан мог спокойно ей отказать. Почему-то сейчас ей захотелось, чтобы предусмотрительный банкир ответил «нет», чтобы не пришлось его вовлекать в круговорот её запутанной жизни. Но и уходить отсюда, не задав вопрос, было бы не правильно.

— Жан, я хочу признаться, что мы встретились не случайно. Обстоятельства сложились так, что мне нужна твоя помощь, а я не уверена, что могу просить тебя об этом.

— Я сделаю для тебя всё, что в моих силах. — Ответ был прямым и неожиданно твердым, как будто под всей мягкостью доброты и понимания оказалась скала.

— У тебя же был дом где-то в этих местах?

— Конечно. Чуть дальше, у озера.

— Можешь мне сдать комнату на пару месяцев? Мне предложили контракт в городе, а от отелей я устала. Понимаю, что прошу о многом… — Она почти пыталась отыграть назад, чтобы ему было проще отказаться. Но у него в глазах были совершенно другие чувства.

— Нет, я понимаю. Но почему сразу так официально «сдать комнату»? Я буду рад тебя видеть своей гостьей. Я же переехал сюда, после открытия нового офиса. А дом для меня одного все-таки великоват. И вечерами бывает таким одиноким логовом холостяка. В общем, ты окажешь мне честь, разделив со мной кров.

— Но могу ли я злоупотреблять твоей добротой, особенно после того, как отвергла твои чувства…

— Не будем спорить. И тебе не стоит считать, что я буду меньше ценить тебя из-за проявленной восхитительной честности и прямоты, в сочетании с тактом. Может прямо сейчас, и заедем ко мне? Ужин почти закончен, а я еще не забыл, как варить твой любимый кофе. Выберешь комнату, и завтра уже можно будет перевести вещи… Если я не сильно тороплю события…

— Не торопишь и я очень благодарна… Но я точно тебя не стесню?

— Безусловно. Тут уж настаивать буду я.

Он накрыл её руку своей в знак того, что споры неуместны. Вот теперь все дела улажены. Оставалось насладиться остатком вина и шикарным десертом. Выслушать рассказ о красоте природы окружающей дом и том, как неожиданная гостья только украсит всё это великолепие. А потом позволить отвезти себя к нему домой и напоить изумительным кофе. В некотором смысле это действительно было даже похоже на свидание.

Он сидел в холодной машине и наблюдал за поместьем, в которое она вошла со своим новым кавалером. Попытки свести наблюдения к чему-то определенному натыкались на глухое недовольство. Признать тот факт, что она сейчас с кем-то другим было тяжело, особенно когда в этой встрече не было так ожидаемого им кокетства или лицемерия. В ресторане опять сидела та самая русалка, сводившая его с ума. Смеялась над шутками тщедушного собеседника, а потом позволила себя увести в этот уютный дом.

Задумавшись, он пропустил тот момент, когда дверь его машины бесцеремонно открылась. Лицо Лешего было немного отрешенным и каким-то спокойным. Удивительно неприятно видеть её охранника в данной ситуации. Ощущения подростка, застигнутого за подглядыванием в женскую раздевалку.

— А ты всё-таки дебил, не смотря на все свои закрытые школы и университеты.

— Чем обязан?

— Я ведь тебя предупреждал. Согласись. Чтобы ты её не доставал.

Принц откинулся на кресле и закрыл глаза. Проблема в том, что и Алексея здесь не должно быть. Так или иначе, но русалка в этот вечер хотела остаться наедине со своим приятелем, без любопытных глаз. Поэтому он просто задал вопрос неожиданному гостю.

— Ты хоть знаешь кто её спутник?

— Да. Тот, кем нам с тобой никогда не стать. Абсолютно безупречный банкир. Когда я видел его в прошлый раз, то отследил биографию до детского сада. Там даже намека не было на какие-либо грехи. Не думаю, что за прошедшее время он изменился.

— Это серьезно? Между ними?

— Не знаю. И не хочу знать. Это её жизнь и её выбор.

В темном салоне машины было почему-то очень просто говорить вещи, в которых и самому было трудно признаваться.

— А я не могу. Не верю, что это не очередной её финт.

— Как ребенок, у которого игрушку отобрали. У тебя же вроде хватает поклонниц и романов.

— Сам вон женат и тоже по ночам бегаешь.

— У меня хотя бы работа такая. — Пожал плечами Леший. Но и противоречить спокойным наблюдениям собрата по несчастью он не стал. Слишком много подобных ночных засад он сам провел. Поэтому только уточнил. — На самом деле она звонила, просила ребят проверить эту твою машину. Дескать, следят за ней и довольно нахально.

— И что они?

— Предположили, что ты приставил свою охрану. Номера корпоративные. Предположений не так уж много возникает в голове.

— Понятно. Спасибо, что предупредил.

— Не за что. Всё равно надо было проверить. Хотя она, скорее всего, и так догадалась. Хорошего вечера.

Выйдя из машины Леший сел в подъехавшую машину, неожиданно материализовавшуюся из ночных теней и так же быстро исчезнувшую за поворотом. Не смотря на довольно мирный разговор, у человека в дорогом костюме ощутимо вибрировали пальцы. Он отстраненно смотрел на них, некоторое время. Потом достал из бардачка пистолет, расстелил шелковый платок на коленях, и начал разбирать боевой механизм на запчасти. Рутинные действия помогали сосредоточиться на том, что действительно важно. После того, как железо опять было собрано в виде оружия и мозги тоже очистились от всего лишнего.

Взгляд на часы подсказал, что время давно перевалило за полночь. А значит, никаких превращений тыквы ждать не стоит. Достопочтенный банкир уговорил девушку в шикарном платье на продолжение развлечений, и они все знали, что в этом случае дело затянется до утра. Он попытался стереть раздражение от происходящего хотя бы у себя с лица, когда зазвонил телефон. Её номер, появившийся на экране, был довольно неожиданным продолжением вечера.

— Я могу рассчитывать на вашу любезность?

— Не знаю, насколько это в моих силах…

— Машина вашей охраны сейчас стоит буквально под окнами дома, в котором я нахожусь. Если отбросить реверансы, и вопросы как она тут оказалась, то у меня остается вопрос. Могут ли меня подбросить до отеля? Не хотелось бы беспокоить ребят Лешего, если есть возможность воспользоваться неожиданной предусмотрительностью работодателя…

Он сосредоточенно считал, хотя бы до пяти, отбрасывая колкости, которые сами лезли на язык. Опять же когда она поймет, что он как мальчишка сидел под окнами… Но это все не важно. Стало не важным, когда он вообще решил проследить за ней этим вечером. Это такая глупость космических масштабов, что вряд ли её вообще стоит скрывать. Особенно если Леший и так всё рассказал своей госпоже. Интересно, когда тот в последний раз совершал что-то подобное…

— Да, конечно. Моя машина к вашим услугам. — Спохватившись, в звенящей тишине ответил мужчина и тут же нажал на отбой.

Она выпорхнула через пять минут, и её спутник вышел проводить. Поцелуй у дверей и прощальные объятья. Не слышное на таком расстоянии предложение и её покачивание головой. Это все не его дело. Она свободная девушка. Никто никому ничего не обещал. Он подъехал, но даже не вышел поздороваться, решив отложить на время хотя бы знакомство с её ухажером. Хватало и отсутствия удивления в её глазах, когда она села на место рядом с водителем. Темная дорога. Ограниченная видимость. Всё это позволяло ему молчать, изображая сосредоточенное управление машиной. Если она догадывалась, кто следит за ней, то пусть теперь сама придумывает объяснения происходящему.

— Вы грустны, принц. Что-то случилось? Неужели кто-то отказался с вами ужинать? Ведь мне не показалось, и это вы были в ресторане? — В её словах была неожиданная легкость.

— Я сожалею о том, что в контракте не предусмотрел запрет на твои свидания, пока ты на меня работаешь. — Жесткий и предельно честный ответ вызвал только равнодушную реакцию.

— Это глупо и бессмысленно.

Что ж, она еще даже не знает, насколько права в своих характеристиках. Добавив скорости и адреналина в крови, он продолжил, не глядя на спутницу.

— Теперь ты с ним?

— Да. Он любезно предложил пожить в его доме, пока я работаю на вас. И даже согласился терпеть вмешательство моей охраны в свою жизнь. Завтра перевезут вещи.

Глава 21. Границы дозволенного

Он сжал челюсти, ощущая потрескивание эмали на зубах. Она не ответила на вопрос. Или ответила слишком точно. Но в любом случае он не собирался так просто сдаваться и начал блефовать на ровном месте.

— Знаешь, он ведь практически безупречен. Учеба, карьера, дом. Мне другое любопытно, а насколько хорошо он тебя знает? Собственно такому человеку как он нужно более тщательно выбирать женщин. Может, стоит рассказать пару пикантных подробностей о его избраннице?

— Будьте осторожнее в подобных предположениях. В любом случае никакие договоры и подписи не остановят меня от того, чтобы начать защищать то, что мне дорого.

— Почти убедительно. — Сложный рельеф дороги не заставлял его снижать скорость. Только сосредоточенная злость плескалась в глубине глаз. Он ждал её реакции на собственное безрассудство, а получал только насмешливый вызов.

— Проверьте, если сомневаетесь.

— Вот это буря эмоций. Просто-таки самка, вставшая на защиту своего детеныша.

— Будьте осторожнее со словами.

— Или что?

— Дешевые провокации могут слишком дорого стоить. Причем я буду нападать не на вас. Ваша репутация не дает ни малейшего шанса её ухудшить. Зато, вот чудо! Вокруг много родственников и людей, за которых вы отвечаете. У меня больше возможностей для выбора цели. Особенно сейчас, когда у меня контроль над частью вашего семейного бизнеса…

— Теперь ты вспомнила о моей семье. Удачный ход. Но я не собирался говорить о твоей работе. Пары слов о той ночи хватило бы, чтобы он как воспитанный человек уступил дорогу.

Еле удержав машину от заноса, он остановился на обочине. Подобный разговор не стоило вести подобным образом. Но пока он приходил в себя, она выскочила наружу и закричала.

— Зачем Вы это делаете? Зачем разрушаете мою жизнь? Мне и так тяжело приходится рядом с Вами. На сопротивление тратится безумно много времени и сил. Теперь еще и это. Жан — хороший человек, которого Вы пытаетесь заставить платить за вашу минутную слабость.

Он внимательно смотрел на женщину, которая казалось, потеряла контроль над собой, стоя на обочине и срывая голос глядя в безразличную темноту. Осторожно подойдя поближе, он заглянул в её глаза, наполненные слезами. Ветер, качавший вершины деревьев был холодным и безнадежно злым.

— Разве то, что происходит между нами, не достаточное основание? — Его тихий вопрос вызвал только новую бурю.

— А что происходит между нами? Что это, по-вашему? Мы были вместе одну ночь. Да. Страстную, безумную. Но это одна ночь. Одна ошибка. Мне казалось, что именно Вы должны понимать, что есть обязательства превыше чувств и желаний.

Он покачал головой, пытаясь отмахнуться от её ледяной логики и какой-то отчаянной искренности. Так похожей на их первую ночь и абсолютно противоположной по смыслу.

— Это пустые слова.

Но в её внезапно тихом голосе была решимость.

— Это мой выбор. Я выбираю его, а не тебя.

— К черту твой выбор! Ты играешь со мной. — Теперь уже он сам взорвался, пытаясь хоть как-то достучаться до женщины, которая еще полчаса назад была чужой, но гораздо более понятной. Сейчас её лицо выражало только боль. Без наигранности и отстраненной вежливости. Она смотрела прямо в лицо и вколачивала слова, подбирая их предельно конкретно.

— Когда уже до Вас дойдет, что я не играю и не навязываюсь. Я пытаюсь жить своей жизнью. В которой Вам нет места. Я только и делала с той ночи, как пыталась уйти. Сбежала, поставив свою работу и прикрытие на грань провала. Сидела в Богом забытом монастыре, замаливая произошедшее. Все это время пыталась стереть ту ночь из памяти и факторов, влияющих на мое будущее.

Её слезы. Ветер, разметавший волосы. Отсутствие косметики на лице. И темнота сгущавшаяся вокруг. В голове стучала только одна мысль. Что давно ему вот так в лицо не говорили «отвали из моей жизни, ты мне не нужен!». Без сантиментов, улыбок и попыток задобрить человека, от которого зависит её жизнь. В итоге, нужно совсем потерять гордость, чтобы так бегать за девицей, которая имеет привычку являться голой, поплавать в чужой бассейн и потом заниматься сексом с незнакомцем. Может, она всех так развлекает… Что ж, тем хуже для неё. Он чуть отстранился и с холодной улыбкой открыл дверь машины:

— Значит для тебя все именно так? Не вопрос. Ты заканчиваешь контракт, и я тебя больше не увижу. Клянусь. А сейчас садись. Тебе пора собирать вещи.

Слова упали, и повисшая тишина придавила своей определенностью. Выбор сделан. Это было ясно по её глазам, моргнувшим от быстроты его решения.

— Уважаю ваш выбор, принц.

Отрывистый кивок головы подтвердил сделанное признание. Она села в машину как будто слегка оглушенная произнесенными словами. Всё оказалось намного проще и сложнее, чем казалось с высоты прошлого дня. Закрыв с усилием глаза, она пыталась понять, почему для неё самой его решение сейчас отозвалось острой потерей. Ничего она не теряет. Доступ к данным уже получен. А работа будет даже более простой, если этот высокомерный нахал будет держаться подальше. Это вопрос выживания, а не любовная история.

Он сел на водительское сиденье, когда ярость еще стучала в висках, но тихий внутренний голос уже бормотал неразборчивые ругательства. Пожалуй, впервые его не просто отшили, но и выставили полным идиотом. На этот раз он вёл машину чрезвычайно аккуратно и плавно, молча обдумывая свой следующий шаг. Как будто забыв о женщине, сидящей рядом.

Разговор закончен. Шах и мат. Она имеет право жить так, как хочет. Она добилась этого, вырвав большой кусок его жизни. И теперь он не будет бегать за ней, умоляя. Не будет. Точка. Осталась только работа и он постарается ограничить контакты. В конце концов, представление о том, что такое обязательства в него действительно вбивали с детства. Хоть он и бегал от них всю сознательную жизнь. Более того эта лекция о необходимости трудного выбора, напомнила о его собственных долгах. Им самим, вполне сознательно было произнесено, обещание остепениться. Чем бы его мать ни руководствовалась, но она была честна и выполнила обещанное. Значит теперь его очередь. Нужно закрыть эту дверь и начать новую жизнь уже всерьез.

Когда машина остановилась возле отеля — он даже не проводил её взглядом. А зачем, когда сказано и так достаточно? Единственное дело, которое можно было сделать в оставшееся до утра время — созвониться с маминым секретарем и назначить встречу. Для поиска нынешнего номера потребовалось время. А гудки падали как капли в бесконечную темноту ночи. Он даже немного удивился, услышав голос мадам, вместо вечно-бодрого приветствия её мальчика на побегушках.

— Что заставило тебя звонить в такое время? Надеюсь, ты не влип в очередную историю….

— Нет мадам. Всё в порядке. Напротив. Хотел кое-что обсудить с вами, но боюсь это не телефонный разговор.

— Тогда приезжай. Я сейчас в городских апартаментах. Если дорога не займет много времени — предпочитаю обсудить причину твоего звонка сейчас, а не гадать.

Несмотря на холод её слов в формулировках чувствовалось любопытство. Нечасто между ними возникали подобные ночные звонки.

— Думаю, что буду минут через десять.

— Хорошо.

Пустой город был чем-то похож на скелет. Пустые и бессмысленные глазницы витрин, искусно подсвеченные и украшенные манекенами, без лиц и биографий. Имитация жизни во всем. Голые ветви деревьев и ошметки снега не добавляли уюта. Единственное преимущество — возможность быстро преодолеть расстояние до маминого дома. Никаких пробок и человеческих препятствий на пути. Отныне он берет свою жизнь под контроль. Хватит уже безумств и романтики. Наелся досыта и ими и последствиями.

Русалка скользила по полу вестибюля гостиницы, равнодушно замечая красивые и сдержанно аристократичные узоры, выложенные натуральным камнем. Легко привыкнуть к подобной неброской роскоши. Она устало кивнула улыбчивому метрдотелю и скинула пальто, не замечая его попытки помочь. Всё равно она чужая в этом гадюшнике. Не стоит привыкать к мишуре дорого оплаченных хороших манер. Был только один вопрос, который она задала в ответ на спокойное приветствие охраны.

— Леший тут?

— Да, мадам. Проводит инспекцию.

— Пусть зайдет.

— Я передам.

Она аккуратно повесила пальто и палантин, расправляя все складки дорогой ткани. Потом сняла платье и, сдерживая порыв выкинуть его в корзину для мусора, разложила его на кровати. Слишком много эмоций — вредно для работы. А одежда не виновата в ознобе, бившем её тело. Нужно согреться и уточнить пару фактов, прежде чем сделать попытку поспать перед завтрашним днём.

Когда она вышла из душа, Алексей смотрел в окно, потягивая виски. Он подал её другой стакан, не спрашивая и не пытаясь угадать причину своего появления здесь.

— Ты с ним разговаривал? Сегодня вечером?

— С твоим нынешним заказчиком — да. Пока ты пила кофе с банкиром. Почему спрашиваешь?

— Хотела убедиться. Он очень легко взорвался. Ему помогли в подозрениях, а я только сделала контрольный выстрел.

— Только не говори, что жалеешь о сделанном выборе.

— Сожаления — удел непрофессионалов.

Леший усмехнулся. Состояние, в котором она находилась, могла вызвать только влюбленность. Но девушка так отчаянно сопротивлялась этому знанию, что её хотелось встряхнуть. Точнее взять за шкирку, поднять над полом, трясти и ждать пока вся дурь не высыплется. Но в итоге выбор могла сделать только она сама.

— Если хочешь знать моё мнение, то тебе надо признаться ему в своих чувствах. А потом повести вдвоем неделю-другую, где-нибудь на морском курорте. Когда вы устанете, друг от друга и тайн, которые неизбежно будут стоять между вами, весь этот морок рассеется сам собой. Если ты, конечно, не рассчитываешь на что-то большее, чем короткий роман.

— Мне с ним даже короткий роман не нужен. Всё что мне нужно — это отработать задание на отлично и укрепить репутацию. Их мир очень закрыт и дальше порога меня не пустят, если я не докажу свой профессионализм.

— Ты ещё помнишь, как мы встретились? С тех пор ты научилась хорошо заметать следы и проворачивать всё незаметно. Но как зеленый новичок забываешь, что помимо всего этого есть сама жизнь. Твоя жизнь. Я понимаю, что не подхожу тебе. И на самом деле мне всё равно кого из оставшихся миллиардов мужчин ты выберешь. Этот высокомерный хам по большому счету не так уж сильно отличается от безупречного финансиста, по моему мнению, если сможет заставить тебя улыбаться и забыть о потерях, хотя бы на время. Просто потому, что ты заслуживаешь этого, после всего пройденного.

— Хочешь сказать, что не важно — смогу ли я достичь своей цели или нет? Или ты считаешь, что у меня ничего не получится? Поэтому должна остановиться на более простой задаче. Зачем? Чтобы всё остальное забыть?

Вырвавшийся вопрос не требовал ответа. Как будто она сама не знала, стоит на него отвечать или нет. От алкоголя и напряжения этой ночи она начала тихо плакать. Беззвучно скуля от боли, которая накатывала волнами. А Леший просто держал её за плечи, тихонько гладя по волосам, и пытаясь убедить себя, что она только младшая сестренка, которой сейчас очень плохо. По крайней мере, он раньше не видел её в таком раздрае и не собирался уходить только потому, что мог сорваться. Война всё-таки не женское дело, а эта хрупкая девушка и так застряла в самом центре всей это мясорубки, пока только чудом избегая последствий.

Подъехав к маминому дому, принц на секунду замешкался. Отменить то, что он собирался сейчас сделать, уже не получится легко и просто. Но с другой стороны, что заставляет его думать об обратном ходе? Он уже давно заложил свою голову. Формальность не изменит уже данные ранее обязательства. Оставив машину буквально посередине улицы, он кинул ключи подбежавшему консьержу. Тот кивнул и вымуштровано пояснил:

— Мадам вас ждет.

Но наследник уже двинулся вперед, не удивляясь тому, как перед ним распахиваются двери, и зажигается свет. Он был слишком сконцентрирован на предстоящем разговоре и его последствиях, проговаривая про себя, что пути назад уже нет. Что русалка сама сожгла все мосты. Он только принял желание дамы, как она того и хотела.

Дверь в апартаменты ему открыл мамин кавалер. Состоятельный и представительный финансист. Вдовец, если не изменяла память. Он уже давно привык спокойно и без эмоций относиться к её увлечениям. Тем более, что дальше совместного посещения оперы и ужинов при свечах — дело никогда не продвигалось. Как говорила мать «быть одной на светских мероприятиях не меньшая бестактность, чем пускать сопровождающих дальше гостиной». Вежливые отношения и светские ухаживания дополняли идеальные интерьеры. В этом была вся её жизнь.

Пожилая женщина стояла в гостиной, тщательно укладывая свои украшения в шкатулку. Платье и прическа говорили о том, что она только вернулась домой. По крайней мере, он не испортил романтические посиделки без свидетелей. Хотя даже если и испортил — сейчас он не собирался изображать идеального сына.

— Не стой столбом — помоги матери снять жемчуг.

Он послушно выполнил приказ, расстегивая тугую застежку и со странным чувством окунаясь в слишком знакомый аромат маминых вечерних духов. Слишком чувственный и томный, на стареющей даме, но вполне соответствующий её мнению о себе. Он аккуратно стряхнул подобные недовольные мысли, неизбежно появляющиеся в обществе матери. Сейчас шла речь о его собственной жизни, а не о недовольстве родственниками. Идеальный порядок и вывереность происходящего — то, чего ему не хватало на текущий момент. Пора учиться новым трюкам.

— Выпьешь чего-нибудь? Плесни мне капельку шерри.

— Нет. Благодарю, я себе воду налью. Мне еще ехать. Как сегодняшняя опера?

— Ты всегда был внимателен к мелочам. А представление — отвратительное. Современные постановки меня всё больше разочаровывают. Набирают каких-то странных типов в актеры, и потом половина зала пялится исключительно на азиата, которого почему-то назначили Отелло. Спасает только если смотреть с закрытыми глазами. По крайней мере, они еще петь умеют… А в остальном — безвкусица. Но ты же не моё возмущение приехал слушать. Как твоя новая фаворитка?

— Работает согласно договору. Как вы сами уже знаете. Я приехал разговаривать о другом.

— Любопытно.

Взяв резную рюмку из его рук, она сделала глоток и внимательно осмотрела сына. Он был абсолютно трезв и спокоен. Стакан воды у него в руках выглядел немного странно. Как атрибут новой незнакомой жизни

— У нас не так давно состоялся разговор о моем будущем. И цене за оказанную вами услугу. В смысле поимки девушки, которую вы называете моей фавориткой.

— Да. Ещё ты стал управляющим делами семьи. И я надеюсь, что в ближайшее время остепенишься. Мне уже нравятся те перемены, которые начали проявляться. Но это не тема для разговоров посредине ночи. Или я что-то путаю?

Он неопределенно покачал головой. Раз уж мадам согласилась его принять, то вопрос о времени суток служит исключительно для прикрытия тылов. Упоминание русалки явно заставило невозмутимую леди искать пути для того, чтобы отложить разговор до того момента, когда она будет больше знать о причинах. Но в его планы не входило продолжение ритуальных танцев. Иногда к поставленной цели лучше всего идти напрямик.

— Я не знаю, что ты путаешь. Речь шла о браке, который я обязался заключить. Во время нашего прошлого разговора предложение прозвучало довольно расплывчато. Вы говорили, имея в виду, кого-то конкретного или предоставите мне право выбора?

— С чего ты решил вспомнить о браке?

— С того, что это было частью сделки. А я держу свое слово.

— Подожди секунду, сын. Эта встреча. Все из-за моего утреннего разговора с твоей авантюристкой? — Сын внимательно наблюдал, как паника чуть заметно проявляется в словах и поведении матери. Очевидно, что она начала подозревать самое худшее, раз пытается вот так предупредить его недовольство. Для разнообразия было даже приятно быть настолько непредсказуемым, подумалось ему, пока он молчал, давая ей выговориться. — Право, не стоит сильно переживать из-за произошедшего. Я никогда не скрывала, что против её участия в бизнесе, особенно в роли консультанта по безопасности. А методы работы у особы, о которой мы говорим, не самые изящные. Но ты недвусмысленно дал понять, что сам разберешься. И я отступила. Я хотела только дать ей понять, что за её действиями присматривают. Чтобы ты о ней не думал — подобные хищники понимают только грубую силу.

— Ты ей сказала о моей предстоящей свадьбе? — уточнил он.

Глава 22. Новое русло военных действий

Мадам немного собралась, ожидая взрыва эмоций, но ответила предельно спокойно.

— Да. Кажется, могла что-то сказать. Это проблема?

Но мужчина только чуть улыбнулся и прокомментировал.

— Зная тебя, ты не ограничилась простым рассказом. Еще и пригрозила, чтобы она держалась подальше.

— Твои подозрения вульгарны. Если она нажаловалась, то это говорит только об уровне её некомпетентности. Я не опускаюсь до уровня своих собеседников, даже таких, как она.

— Какие уж тут подозрения. Но так даже лучше. В результате я пришел к выводу, что действительно пора остепениться. Слишком часто моя репутация начала мешать ведению бизнеса.

— Ты нашел кого-то на роль своей новой жены?

Он усмехнулся, заметив холодок ужаса, в мамином голосе. Она хорошо помнила катастрофы, которые носили названия его браков. Поэтому пришлось ответить предельно конкретно и точно:

— Пока нет. Мог бы начать поиски, но боюсь, что это отнимет время и силы, которым можно найти лучшее применение. Так что сделанный вами, мадам, выбор будет лучшим вариантом. Для всех сторон.

Это признание заставило её расслабиться настолько, что женщина позволила себе почти человеческую улыбку.

— Я рада, что ты образумился. И да, у меня есть несколько кандидаток. Я взяла на себя смелость провести предварительные переговоры от имени семьи, но ручаюсь — тебе понравится мой итоговый выбор.

— Кто она?

— Пусть это будет приятным сюрпризом.

— Вы знаете, что меня сюрпризы не вдохновляют. Особенно в данном случае. Я хотел бы знать наверняка.

Его предельно корректное и спокойно выраженное пожелание заставило её улыбнуться. Подобные фразы были чем-то новым в его лексиконе. Тем более важным было проверить его намерения. Если это не очередные маневры, то небольшое ожидание пойдёт ему только на пользу. Поэтому она ответила твердо.

— Нет. Теперь тебе предстоит набраться терпения. Как делала это я все годы твоих безумств. В любом случае — официально объявлять о помолвке мы пока не будем. Слишком много тобою было наломано дров. Но можно пустить слухи. Для большей эмоциональности даже пару раз вас столкнуть в подходящей обстановке.

Она задумчиво посмотрела на него и решила не слишком надеяться на перемены. Принцип «куй железо пока горячо» придумали не глупые люди. Стоит ему кинуть хотя бы наживку, пока раз уж он сам приехал.

— Кстати, хорошо, что ты здесь. У меня есть билеты на благотворительный ужин. И совершенно никаких вариантов сопровождения. Хотела уже отказываться, но раз ты здесь — заодно начнешь привыкать к нормальной жизни. Чтобы оглашение твоей помолвки не выглядело такой уж странной сенсацией. В общем — завтра… Или точнее, уже сегодня вечером, ты сопровождаешь меня. Постарайся прилично выглядеть. Где же они… Ах вот. Держи.

Протянув сыну конверт, она все еще ожидала какого-то подвоха. Но он повертел в руках безупречно оформленное приглашение и почти безразлично заметил о форме одежды для мероприятия.

— Надо же. Всего на всего — Cocktail. Немного странно, а то я уж думал, придется смокинг из нафталина откапывать. Хорошо, мадам. Я буду к назначенному времени. А сейчас прошу прощения — нужно идти. Я и так утомил вас столь неожиданным и поздним визитом.

Мадам проводила его взглядом и поняла, что беспокоило её всё время разговора. Он слишком спокоен и аккуратен в словах и движения. Такой самоконтроль для него — крайняя мера, к которой он прибегал только когда был взбешен по-настоящему. А это означало, что игры закончились и он стал танком, у которого на пути лучше не стоять. К сожалению последствия противостояния, она как раз представляла себе очень хорошо. Тем лучше, что сейчас ярость направлена не против неё.

Тогда в ком причина? Выбор невелик. Фактически из известных ей факторов остается только эта авантюристка. И это замечательная новость. Значит, было правильным разрешить им работать вместе. Запал потух достаточно быстро. И её руки остались чисты. Все сложилось практически идеально. Теперь пока его эмоции сильны — надо выковать достаточно прочные семейные узы. С правильной и тщательно подобранной спутницей. Кстати, надо организовать и её присутствие на этом ужине. Это будет стоить всего пару звонков, пока день не начался. Или, точнее, пока он не закончился.

Дорогу домой он уже почти не помнил. Сил на эмоции и желания уже не оставалось. Холод и пустота квартиры. Пригоршня таблеток для того, чтобы полностью вычеркнуть сновидения из списка ночных гостей. Он задержался только рассчитывая время на сон и с неохотой оставил только одну, остальные скинув обратно в банку. Иначе ожидавшийся вскоре рассвет он рисковал пропустить так же как остаток будущего счастливого дня.

Он знал, что завтра его разбудит резкий звонок будильника. Стимулятор даст необходимый заряд бодрости с утра. Кофеин изобразит причину для активизации организма. И мир покатится своим чередом ломая кости. Сборы не занимают много, когда точно знаешь, как сложится день. Когда он успел пройти путь от призрачной надежды до мрака, заполненного призраками? Еще секунду он смотрел на белый бок таблетки, прежде чем отправить и её тоже в ведро. Пусть русалка победила и выторговала себе свободу. Но здесь, в собственных снах, он еще может сделать вид, что властен над своей жизнью и мечтами. И если так, то выгнать её из собственных мыслей без использования химии, будет простой шахматной задачкой.

Утром земля не сошла со своей оси. Город по-прежнему жил суетой, выдыхая разнообразные запахи. Он отказался от машины, чтобы немного проветрить голову и теперь наблюдал за людьми, которые как муравьи заполняли улицы.

— Покайтесь, и Царствие Небесное снизойдет на ваши страждущие души!

Кинув, вопреки привычкам монету странному проповеднику, он грустно улыбнулся своим мыслям. Если бы всё было так просто. Натуральный обмен с Богом. Ты ему свои грехи — он тебе счастье. Эти религиозные фанатики знали, какую наживку предложить для своего легковерного стада.

— Не позвольте деньгам заслонить дорогу спасения вашей души! Жертвуйте на благое дело, пока еще не слишком поздно!

«Слишком поздно» это такая разновидность ада. Мир, где нельзя забыть о том, что случилось прошлой ночью. Шагая по полупустым улицам, он даже чересчур быстро добрался до офиса, где уже хлопотала секретарь.

— Доброе утро Зои. Как тут дела?

— Все в порядке, шеф. Корреспонденция у вас на столе. Совещание, как и запланировано — через пару часов.

— Как мадам?

Он помимо собственной воли заглянул к ней в кабинет через приоткрытую дверь. Вчерашний цветок стоял на прежнем месте. Как будто ничего не изменилось. Как будто произошедшее было только кошмаром, перевернувшим его реальность. Но спокойный голос из-за спины выбил табуретку из-под этих несбыточных надежд.

— Я тоже в порядке, Благодарю за беспокойство.

Он развернулся всем телом. В её глазах всё так же плескался равнодушный отказ.

— Мне казалось вам нужно время для переезда. — В холодной и светской улыбке был оскал волка, попавшего в капкан. И немного безумного желания услышать «с чего вы взяли подобную глупость».

— Вам не стоит забивать свою голову подобными мелочами. Вещами занимается охрана. На рабочем процессе это не отразится. — Она чеканила слова, стараясь унять странное ощущение от его взгляда. О чём бы он ни беседовал с мадам вчера вечером, это придало неуловимый оттенок окончательности происходящему.

— Не буду. Хорошего дня. — Кивнул он и просто ушел.

Разговоров больше не будет. Тектоническим плитам прошлого пора отчаливать. Плотно закрыв за собой двери, он позволил себе замереть на месте, уставившись невидящим взглядом в грязно-серую пелену облаков за окном. Вдох-выдох. Шаг. Потом другой. Снять пальто. Проверить узел на галстуке. Криво улыбнуться зеркалу, чтобы тут же поправить выражение лица. Время включаться в рабочий процесс. Разбирать сообщения, уточнять данные по контрактам, искать резервы опасно наклонившегося здания фирмы. Кроме него всё равно этим никто не займется.

— Нет записи его разговора?

— Ты сама отказалась вешать на него дополнительное оборудование. Сам факт разговора я зафиксировал, а всё остальное можешь сама попытаться выудить.

— Боюсь, это будет сложновато.

— Ну, матушка, тут уж вы сами выбирайте. Еще пару дней у меня еще будет возможность включить прослушку. А потом — всё. Мы же с тобой договорились прикрыть подобную возможность, чтобы уязвимости не плодить. Так что думай сама.

— Хорошо. Я проработаю этот вопрос. Как там полковник?

— Ты оказалась права — он сразу же начал составлять досье. Причем подробные настолько, что мы и не мечтали. И вполне объективные, насколько я могу пока судить.

— Не расслабляйся. Он старый и тертый жизнью лис. Попытка протолкнуть дезу будет просто обязательно. Для объективности — нужны еще источники.

— Ты опять будешь недовольна, но твой приятель бы подошел идеально.

— Думаешь, он согласится? Все-таки я его сильно задела историей с Жаном.

— Значит, поговорили вы жёстко. Хоть, это не моё дело. Но от твоего душевного равновесия зависит очень многое. Для такого опытного человека у тебя есть опасная тенденция недооценивать мужчин. Ты все равно ему небезразлична. А починить систему безопасности для него более важная задача, чем пытаться отыграться на твоей персоне. Хотя с его характером… Заклинить его может. Но в этом случае он просто будет молчать, предоставив выкручиваться самой.

— Ну, запасной план у меня есть. Просто хотелось бы иметь больше уверенности.

— Может, помнишь, это — люди. Твоя сфера ответственности. По мне с компьютерами проще договориться. Что я и делаю. Кстати я могу быть на связи во время этой конференции, если ты гарнитуру оденешь. Второй набор глаз и ушей лучше, особенно если ты ожидаешь подвоха от наследничка.

— Спасибо. Не помешает.

Она отключилась от разговора с неприятным чувством, что слышала уже подобные слова этой ночью. И они оба правы. Она раскисает, вместо того, чтобы сосредоточиться на том, что сейчас на самом деле важно. Запланированное совещание было слишком важным, чтобы его провалить.

— Зои. Мне нужно пообщаться приватно с начальником. Можешь организовать окно минут в десять?

— Я-то могу, но нужно уточнить у шефа.

— Конечно.

Когда через пять минут Зои удивленно произнесла «он вас ждет прямо сейчас — выделил 15 минут» это выглядело довольно странно, после холодной утренней беседы. Русалка, взяв в руки довольно тощую папку с данными, вплыла в кабинет.

— Слушаю.

Он был скорее сосредоточен на кружке чая, чем на женщине стоящей перед ним.

— Вопрос в совещании. Помимо решения общих вопросов связанных с моим появлением и общей реорганизацией, мне хотелось решить и некоторые вопросы безопасности.

— Например.

— Вот пример раздаточного материала. Тот минимальный объем информации, который удалось вытащить за прошедшие дни. Компромат, причем в довольно мягкой форме.

Папка, которую он держал в руках, помимо эха её духов, содержала нелицеприятные характеристики работников. Он хмыкнул, переворачивая страницы, автоматически отмечая неточности и явные ляпы.

— Довольно непрофессиональный материал, местами.

— Это сделано намеренно. Они должны испугаться и расслабиться одновременно. Но провокация никогда не сработает на полную мощность, если они не почувствуют свою безнаказанность.

— Ты вызываешь огонь на себя. Это понятно.

— Но я хочу, чтобы вы мне в этом помогли. Чтобы они считали врагом только меня, а вас — авторитетом, который может заставить меня замолчать.

— Не сработает. Я тебя нанял, и это всегда будет препятствовать подобной легенде.

— Сработает. Если выльется в серьезный конфликт, где вы станете на их сторону. Мой контракт препятствует тому, чтобы меня можно было резко выкинуть, поэтому ситуация будет напоминать «её терпят здесь только потому, что всё остальное — слишком дорогое удовольствие».

— Ты меня обманула и работаешь на разрушение фирмы, но я понял это слишком поздно?

— Да. Как-то так.

— Кто будет в курсе конфликта?

— Я бы оставила это между нами, но думаю, что Зои всё равно рано или поздно поймёт.

— Лучше поздно, потому что ей тоже лучше ничего не знать, особенно по началу. Посмотрю данные и пришлю по закрытому каналу. Некоторые ляпы слишком бросаются в глаза. И отвечая на твой не заданный вопрос, я постараюсь составить и более объективные характеристики для внутреннего использования.

— Спасибо.

Он опять кивнул, провожая её взглядом, прежде чем вернуться к списку. Времени до совещания оставалось немного. Но идея прилюдно и безнаказанно на неё наорать продавила сразу все остальные приоритеты. При всей топорности формулировок её команда реально хорошо поработала. Перехлесты исправить оказалось гораздо проще, чем казалось поначалу.

Закончив первый проход, он захотел еще раз с ней пообщаться, но остановил себя, в момент прикосновения к телефону. Нет. Смысл импровизации в её непредсказуемости даже для самих игроков. Учитывая скандалы, которые неизбежно последуют, будет лучше, если останутся естественные шероховатости. Она хочет скандал. Громкость как раз обеспечить не проблема. В его нынешнем состоянии. Но сумеет ли она сама справиться с бурей, которую вызывает? Интересный вопрос. И для начала стоит расслабиться и улыбаться, так как будто он совершенно не знает подробностей этой встречи.

Малый конференц-зал был полон народа. Только самые важные и приближенные к власти люди. Правда их оказалось не так уж и мало. Значит именно это тот самый «муравейник» которым он поставлен управлять? Забавно выглядело и то, что он общался далеко не со всеми людьми, собранными здесь русалкой. Но уже по тому досье, который она показывала, была немного понятна общая идея.

— Здравствуйте. Представляться не буду. Если вы здесь — подобные формальности не имеют значения. Все вы знаете, что три месяца назад мне поручили кризисное управление этим подразделением. Работа на такой должности подразумевает доверие. Но как ни странно именно ощущение, что я могу на вас положиться и привело к некоторой дестабилизации ситуации. Как будто вместо понимания того, что я здесь временно для того чтобы помочь исправить положение, кто-то воспринял мое назначение как приход захватчика, стремящегося выкачать быструю прибыль и сбежать. Но позволять кому-то раскачивать лодку я не намерен. Поэтому выждав более чем достаточно, я решил, что настало время отделить агнец от козлищ. И пригласил специалиста, который поможет мне восстановить управляемость нашего общего плавучего дома. Многие из вас, так или иначе, уже столкнулись с ней или её специалистами, которые проводили техническую модернизацию офиса. Сегодня мы собрались, чтобы начать следующий этап работы. И это в свою очередь потребует вашего внимания и участия.

Чтобы потом уступить ей внимание аудитории достаточно было одного жеста. Вопросов и недовольства от проблем за прошедший день у всех накопилось более чем достаточно.

— Здравствуйте. Благодарю за представление. Итак, я консультант по безопасности. Надеюсь, никого не смутит мой пол и возраст? Вот и хорошо. Потому что передо мной поставили вполне конкретную задачу и чем быстрее мы с ней разберемся, тем быстрее я от вас отстану. Теперь к делу… Для начала несколько формальностей….

Она знаком попросила секретаря раздать материалы присутствующим. Это были тоненькие папки. Даже то, что их текст был согласован с принцем, не давало полной гарантии нужной реакции:

— Я прошу прощения, что не разослала информацию заранее. Но лучше позже, чем никогда. Пожалуйста, ознакомьтесь. Продолжим через минуту.

Она видела как послушно, вместе со всеми, открыл папку. Трудно было предугадать его реакцию, не смотря на предварительное согласие. Хищное и злое выражение лица ощущалось издалека. На секунду подняв глаза на женщину, которая вызывала огонь на себя, он усмехнулся и углубился в чтение материалов. Потом взял ручку и пару минут что-то дописывал и вычеркивал в списке, который она дала. За это время тишина, наполненная немым возмущением людей, пойманных за руку, уже начала потрескивать от перекатывающихся зарядов эмоций. Но никто не хотел рисковать, поднимая голову.

Это хорошая новость. Закончив, закрыв папку и аккуратно щелкнув золотым паркером, опять начал буравить её взглядом.

— И что это за чушь? Вы были наняты для аудита безопасности, а не ради охоты на ведьм. Люди, находящиеся в этой комнате — элита. Да они не идеальны. Но всерьез считать, что Том озабочен только деньгами… Или что все эти годы Бренды, отданные благотворительным проектам, были только из-за желания уйти от налогов… Какая отчаянная глупость!

Он даже встал, чтобы бушевать было удобнее. Благо, что злость в словах была настоящей до последней капли. Внимательно наблюдая за реакцией слушателей и последовавшими вопросами — он мог абсолютно спокойно рассматривать русалку. Более того, всё написанное воплощалось буквально по нотам. А его жесткие и хлесткие ответы заставляли её быстро менять направление удара. Даже реальные вопросы, которые стоило действительно решать, в результате этой словесной потасовки выглядели камнями на шее.

Спустя два часа он окинул взглядом игровое поле.

— Всё. Время вышло. Мадам — в мой кабинет. Остальные свободны.

Жесткий голос и взгляд создавали ощущение, что сейчас будет второй раунд боя уже без правил и эвфемизмов. Но как только двери были закрыты — выражение лица изменилось. Теперь перед ней был усталый мужчина, ослабивший удавку галстука и недоверчиво качавший головой. Он молча подошел к бару и, не задавая вопросов, налил два стакана виски. Один поставил перед ней, прежде чем упасть в кресло:

— Твои эльфы фиксировали происходящий цирк?

— Да, разбор будет ближе к завтрашнему утру. Но придется еще пересмотреть с параллельной расшифровкой. Я не уверена, что всё поняла из происходящего.

Взяв стакан, она задумчиво сделала глоток содержимого и улыбнулась. Знакомый вкус всплыл в памяти абсолютно непроизвольно. Только тогда он был на его губах. Принц всё-таки последователен в привязанностях. Но он сам был погружен, события только прошедшего совещания.

— А куда полковник делся? Грейстоун. Он должен был тут громче всех кричать в перерывах между звонками матери.

— Он как раз расшифровкой и занимается. Вызвался сам, сказав, что всегда мечтал освоить новые игрушки.

— Старый лис. Еще бы он отказался. Суфлером поди напрашивался?

— Могут быть у девушки свои секреты?

Он расхохотался и понял, что по ледяной стене между ними, которую он строил в своем воображении всё утро, пробежала трещина. Надежды, что все изменится, не было, но и загонять себя дальше в конфликт — бессмысленно. Более того. Сейчас все было слишком похоже на то, что вся проблема именно в его голове. Женщина, сидевшая напротив, улыбалась ему спокойно, как старому боевому другу. И за неимением выбора, такое состояние его тоже устраивало.

— Классная работа.

— У меня был превосходный партнер.

— Мы в одной лодке. Вот и выпьем за это.

Теперь, наорав на неё прилюдно, он выпустил лишний пар, накопившийся с их последнего разговора.

— Что теперь?

— Скорее всего, они теперь рванули заметать следы и пытаться строить легенды, соответствующие тому идеальному образу, который ты озвучил. Это поможет найти недостающие факты и связи.

— Какой следующий шаг? Помимо разбора данных по совещанию?

— Сейчас я выйду отсюда, прижав хвост. И каждое день буду являться с докладом о ходе расследований. Все что не всплыло раньше — удастся выявить сравнительно просто.

— И все это время они будут бегать ко мне за информацией. Что озвучивать?

— Вы знаете их лучше… Пусть это будет экспромт.

— Всю свою жизнь я мечтал о возможности подергать их за усы. А используя твои данные этим можно заняться практически безнаказанно, закамуфлировав под защиту их честного имени…

— Вот и хорошо.

Она вытерла следы помады с бокала и, отполировав, пристроила на его в компанию таких же стеклянных солдат. Все детали должны соответствовать легенде. Потом подмигнув, тяжело вздохнула. Он улыбнулся и покачал головой.

— Надо капельку трагизма добавить.

Потом поставил стакан и заорал.

— Вон отсюда. Теперь каждый день будете мне докладывать о происходящем. Я не намерен терпеть подобные издевательства.

Её глаза чуточку заблестели. Гордо подняв голову, она ничего не ответила. Только развернувшись на каблуках, вышла, хлопнув дверью. Он отвернулся к окну и улыбнулся глядя на серый, замерзающий город. Теперь у них опять есть одна тайна на двоих. И пусть она только про работу. И только на ближайшие несколько месяцев. Но почему-то стало легче дышать.

Только где-то на горизонте маячил сегодняшний вечер с мамой. Снабжая организм нехорошими предчувствиями. У мадам слишком мало времени, чтобы устроить серьезные подвижки, но и преуменьшать её целеустремленность не стоило. Особенно в свете шума, который они с русалкой устроили.

Через пару минут его офис уже начали брать штурмом наиболее разгоряченные сотрудники. Считавшие себя наиболее уязвленными, они пытались добиваться справедливости и говорили слишком много. Внимательно сочувствуя и фиксируя основные претензии, ему оставалось только удивляться точности созданной системы. Большие и маленькие секреты людей, тщательно охраняемые в обычных условиях, сейчас просто таки лезли на свет.

Глава 23. На пороге

В итоге день закончился гораздо быстрее, чем он успел это понять. Пришлось гонять Зои за костюмом и потом быстро переодеваться, ощущая как время, выстукивает морзянку. Накопившаяся усталость путала события и лица, как колоду карт. Определенно не в таком состоянии он хотел бы встретить женщину, с которой проведет остаток жизни. «А вообще не так уж и сложно будет встать под гильотину» повторял он раз за разом, пытаясь совладать с галстуком. А руки почему-то отказывались слушать своего хозяина.

— Зои, я всё время забываю… Вы умеете завязывать галстук?

— Да шеф. Сейчас подойду.

Секретарь ловкими движениями приручила шелковую ленту и даже смахнула невидимую пылинку с плеча.

— Вы шикарно выглядите.

— Благодарю. В этом и заключался смысл использования данной бутафории.

— Кому-то сегодня повезет.

— Безусловно. Сегодня я буду уже недоступен для звонков. Личный телефон я тоже переключу на тебя. Проси всех перезвонить завтра.

— О! Кто-то собирается быть плохим мальчиком?

Его тянуло ответить правду на этот игривый вопрос. Но это прозвучало бы грубовато. Особенно учитывая русалку, заглянувшую в открытую дверь. Она безразлично скользнула взглядом по его лицу.

— Вам идет костюм.

— Я в курсе. Вы что-то хотели?

— Только уточнить ваше расписание на ближайшие дни. Но для этого достаточно участия вашего секретаря. Желаю прекрасно провести вечер.

— Я приложу к этому все усилия.

Он ослепительно улыбнулся зеркалу и понял что совершенно готов. Её напутствие придало ему достаточно злости, чтобы провести этот вечер на уровне. Холод высшей пробы заставляет забыть всё, что ещё недавно пугало. Это может даже сойти за рекламный слоган, если бы не пугающий подтекст.

Правда, эмоциональной подпитки хватило только на первую часть вечера. Сидеть рядом с мамой за столом и, аплодировать людям, рассказывающим о чем-то важном, было безумно скучно. Мадам напрочь игнорировала разговоры о бизнесе, хотя сегодня это выглядело очевидной точкой пересечения. Явно её телефон разрывался от жалоб и просьб повлиять на ситуацию. Но фраза, сказанная в самом начале вечера, прозвучала почти приказом:

— Избавь меня от рассказов о своей авантюристке. Особенно сегодня. Это было непросто, но твоя невеста тоже сегодня здесь. И если ты попытаешься сбежать…

Пришлось улыбаться и опровергать. Дорогой костюм и шелковая рубашка с каждым мгновением становились все тяжелее, а галстук напоминал змею, устроившуюся поближе к телу. Ожидание казни — хуже самой казни. Но мама была ослепительна, приветлива со всеми и, казалась, читала его мысли, пресекая на корню все попытки бегства.

Поэтому в какой-то момент, он просто устал от всей этой каши в своей голове. Страх, усталость и невозможность что-то изменить отошли на задний план. Как бы то ни было, он пришел и готов выполнить свой долг. Остальное уже не важно. Знакомые лица и обмен вежливыми любезностями постепенно дали возможность забыться. Неторопливый поток светской жизни подхватил его, заставляя жить по своим законам. Тело само вспомнило забытые навыки, даже когда объявили танцы, и кто-то вытащил его кружиться под звуки вальса. Обошлось без отдавленных ног. Семья может гордиться.

Очередная смена партнеров.

— Простите, я его украду у вас.

Кто-то неуловимо знакомый одним точным движением выудил его из толпы и решительно утащил на середину зала. Девушка в золотой маске была хороша собой и вполне уверена в своей неотразимости. Он вежливо подыграл, улыбаясь, и старался хотя бы приблизительно следовать мелодии.

— О! Вы очень ловко провели похищение!

— Я такая. Я могу.

— Как поживаете? Прекрасный вечер, не так ли.

— Не так. Организаторы сделали все возможное, чтобы уморить пришедших, с использованием скуки и допотопных развлечений. А у вас как дела?

Его партнерша была совершенно серьезна и продолжила, не дождавшись ответа.

— Впрочем, не отвечайте. Я видела, какое несомненное мучение доставляет вам присутствие на этой ярмарке тщеславия. Поэтому не пытайтесь сохранить видимость приличий. Хотя бы пока мы наедине, в центре этого зала наполненного людьми. Но к черту условности. Может, сбежим?

Он усмехнулся и ответил чистую правду.

— Мне нельзя бежать. Мама должна меня представить будущей невесте.

— Как все сложно. И кто эта бедняжка?

— Понятия не имею. Это должен быть сюрприз.

— Кто вы и почему выдаете себя за другого человека? Безропотно соглашаться на мамочкины условия, это чересчур.

— Мы знакомы?

— О да!

Он чуть отстранился в танце, пристально ощупывая взглядом свою спасительницу.

— Анжела?

— Надо же. А я думала, придется устраивать викторину. Но ты справился.

— Превосходно выглядишь.

— Как-то прозвучало неискренне. Ты не рад меня видеть?

— Скорее — удивлен. Прошло уже достаточно много времени, чтобы мы вот так случайно столкнулись.

— Мы плаваем в одном аквариуме. Такого исхода стоило ожидать.

— Ты чего-то не договариваешь?

— Да. Чуть-чуть. Как и положено мужчине — ты должен узнать последним, что танцуешь с невестой.

— Даже так. Что ж. Сюрприз удался.

— Конечно, дорогой. Я говорила твоей мамочке, что все получится.

— Подожди. Но если мне память не изменяет, тебе не очень нравились мужчины. Если использовать эвфемизмы. Я даже не могу припомнить приличных выражений о возможности спаривания с мужскими особями.

— О! Ты о моей ориентации? Тут все без изменений. Исключение только для зачатия наследников. Но я могу быть третьей в твоих развлечениях. И тебе понравится, обещаю.

— Зачем тебе это?

— Мне нравится мой статус и свобода. Но семье нужен брак, наследники, благополучное следование традициям. Поэтому когда появилась твоя мама с предложением — я даже не раздумывала долго. Мы с тобой останемся свободными, и получим официальный статус благонадежности.

— Это заманчивое предложение. Практически все, о чем может мечтать такой как я.

— Даже в нашей неглубокой песочнице всегда можно найти подходящую по повадкам пару. А мы с тобой подходим друг другу настолько идеально, что мне немного страшно…

Его партнерша засмеялась, показывая белоснежные зубы. Идеальная сделка с дьяволом. Ты теряешь свободу, получая иллюзию, что все стало гораздо лучше. И поводок на твоей шее это только украшение. Только почему появилось такое мерзкое чувство? Грязь, от которой уже не отмыться. Хотя на что еще он рассчитывал? На юное существо с голубыми глазами, похожее на ангела, которое будет боготворить его? Через это он проходил. Не сработало. Наверное, ему бы подошла обычная женщина. Просто хороший человек, которого было бы жаль расстраивать своими безумными выходками. В этом случае он бы попытался измениться. И, кто знает, быть может, со временем русалка стала бы только бледным воспоминанием. Но мама решила по-другому. И кому, как не ей, лучше знать, что именно позволит создать по-настоящему крепкий брак её сыну. Погруженный в свои мысли он даже не заметил, как надолго и бестактно замолчал.

Не дождавшись реакции на свою догадку, невеста добавила:

— Ты все же изменился. Возмужал, что ли. Но этот трагический отблеск, делает тебя еще симпатичнее. Боюсь, что в нашем соревновании тебе теперь будет еще легче отбивать моих лапочек. Ладно, расслабься уже. Ты переживаешь из-за своего третьего брака чересчур сильно. Не стоит. Я тоже не горю желанием трубить о помолвке прямо сейчас. График составлен и согласован с твоей мамочкой. Где-то, через пару месяцев, если все остальное срастется, мы объявим публично о намерениях. И через годик будет церемония. Скромная и деловая. Как и весь наш брак.

Он кивнул, приходя в себя. Оставалось дело за малым. Дождавшись окончания музыки, он улыбнулся и проводил до её столика. Аккуратно дотронулся губами до ухоженной кожи щеки. Пара слов в адрес её тётушки, показала, что он знает и ценит историю семьи, с которой предстоит породниться. Пожилой кавалер оказался знакомым мамы по гольф-клубу. Пришлось признаться, в неумении играть, за что его тут же пригласили на выходные взять пару уроков. Всё было в пределах вежливой светской церемонии ухаживания, если не замечать откровенного ужаса в глазах будущих родственников, которые ждали чего-то более экстравагантного. Взяв бокал шампанского для невесты, он случайно увидел своё отражение в одном из зеркал и понял, что на сегодня хватит.

— Прошу меня простить. Сегодня был сложный день на работе.

— Конечно, любимый. Я тебя провожу.

Анжела обвилась вокруг него с трудновыразимым ощущением безграничной власти над реальностью. Её горячий шепот заставлял волосы шевелиться от омерзения.

— А ты хорош. Я и забыла, каким ты можешь быть…. Значит, сильно тебя мать прижала?

Дождавшись пока они остались вдвоем, он аккуратно прижал её к каменной колонне. И властно приподнял подбородок, заглядывая в глаза.

— Это не твоё дело, подруга. Это соглашение. И я буду его придерживаться. Только уволь от подобных представлений.

— Хорошо. Если ты познакомишь меня с той, от которой ты бежишь с такой скоростью, что решил сотрудничать с самим дьяволом.

— Нет никакой другой женщины. Никогда не было.

— Ты ври своей мадам. Ври моим родственникам. Даже этой фифе можешь врать, которая раскатала тебя в пластилин. Только не думай, что сможешь обмануть старушку Жало.

Анжела была явно под кайфом, но очень дорогим и качественным, так что оставалось только ослабить хватку. Её хохот был немного инфернальным. И секунду подумав, он нашел единственный выход, чтобы избежать скандала, который только развеселит захмелевшую подругу. Он лишь на секунду замешкался, для того, чтобы подхватить на руки и вынести на улицу. Свист подходил для привлечения водителя не хуже других вариантов, когда руки заняты.

— Нет. Я хочу еще танцевать. Там было несколько цыпочек…

— Считай, что это плата за твою новую жизнь. — Пробормотал он, набирая мамин номер.

— Мадам. Попросите прощения, но вспыхнувшая между мной и моей драгоценной невестой связь требует уединения.

— Это немного не то, что я бы посчитала приличным, но нравы современной молодежи уже давно испортились. А ты был достаточно любезен с её семьей, что вопрос помолвки можно считать решенным. Все оставшиеся формальности я улажу.

Он откинулся на кресле, наблюдая за огнями улицы. Невеста перешла на тихое хихиканье и неразборчивое бормотание. Но ему уже было мало дела до её планов и подозрений. Хотелось домой и смыть весь этот вечер с себя. Но для начала нужно было избавиться от живого груза, который упирался и требовал продолжения вечеринки. Хотя при правильной постановке вопроса она скоро рассказала, где живет и где любит бывать. Могла бы и государственную тайну выдать, если бы знала. Сдав её на руки хмурой девице, и посчитав на сегодня долг выполненным, он поехал в свою берлогу.

В светившихся окнах пустой квартиры можно было заподозрить любую причину от воров до обыска, но он ехал в лифте, не позволяя себе думать. Надежды самые слабые прорастают настолько болезненно, что не стоило им давать и шанса. Так и сегодня это был только Бернар, спокойно разбирающий вещи из походной сумки.

— Привет. У тебя такое выражение лица, как будто ты ждал кого-то другого.

— Рад тебя видеть. День был тяжелый.

— Расскажешь?

— Да, но не сейчас. Только сон и смена одежды меня спасет от сумасшествия.

— Что-то новое… Обычно ты такими полумерами не обходился.

— Теперь я респектабельный наследник. Руки по локоть в семейном бизнесе. И с шебутной невестой в комплекте.

— Невестой?

— Ты опять недоволен…. По-твоему, я слишком быстро оправился после развода?

— Нет, просто боюсь представить кто эта девушка.

— Анжела. Мы учились вместе тысячу лет назад. Или две тысячи. Мама нашла полную аналогию меня и решила проблемы сразу двух семей одним ударом. А может таких семей и больше…Так что не бойся. Все в полном восторге. И насколько я понял — завтра об этом будет на всех первых полосах газет.

— Тогда поздравляю…

— Да. Хорошо, что ты вернулся. Это поможет мне вернуть хоть часть здравого смысла…

Бер усмехнулся, глядя на засыпающего на ходу, старого друга. Он выглядел не лучшим образом. Чтобы не произошло за эту неделю его отсутствия, это не было курортным романом. Забавно, насколько у них в этом смысле не совпадает времяпровождение. Если одному хорошо, то другому почему-то не очень.

— И как ваша беглянка? Раз всё с мадам у вас нормализовалось, и отсюда вывезли всю макулатуру. Могу ли я предположить, что поиски окончены…

— Да. Я её нашел. Она работает на меня и живет у своего бойфренда. А мир не совсем такой, как кажется.

— Не хочу тебе портить настроение еще сильнее, но Санта-Клауса тоже придумали маркетологи.

— Ха. Три раза. Про этого дурацкого старика мне мама еще в детском саду всё объяснила, рассказывая как дорого им обходятся мои подарки. Поэтому, спасибо за попытку. Я в порядке.

Принц не понял, в какой момент дружеской перепалки он отключился. И последней мыслью был вопрос о том, где Бер так загорел, и кто виноват в этом счастливом выражении лица. Но до языка он так и не добрался. В конце концов, он и сам расскажет, если посчитает нужным. Они же друзья….

После его отъезда работать стало гораздо проще. Хотя бы потому, что затихла волна сотрудников пытающихся добиться справедливости. Даже Зои смогла, наконец, разобрать накопившиеся бумаги. Тихий стук пальцев по клавиатуре, убаюкивающая пустота офиса. Аромат свежезаваренного кофе. Русалка с головой ушла в анализ данных по совещанию.

Разбор реакции людей был делом нудным, но необходимым. Куда они смотрят, а чего избегают. Как меняется мимика и жесты. Что именно из произнесенного только эмоциональный перехлест, а где реальная жестокость к врагу, вставшему на пути. Но многое видно только на пересечении данных с движением денег и информации. Только на словах это можно красиво формулировать, а по сути — рутина.

Полковник заглянул к ней, когда офис уже окончательно сбросил своих обитателей, как прошлогоднюю листву в окружающий мир. Пара минут светской болтовни в итоге вылилась в полчаса поверхностного обсуждения планов на завтра. Она могла только довольно улыбаться глядя на его возросшее самоуважение. За пару дней он из старого ворчуна, приставленного к бесполезному делу, он превращался в энергичного и деятельного человека, занимавшегося тем, что умел и любил. Даже семейные проблемы для него отошли на задний план. Пожелав спокойно ночи, она еще некоторое время улыбалась, захваченная мыслью о возможности вернуться домой к любимым людям.

Деликатно звякнувший телефон радостно озвучил последние новости:

— Кстати. Мадам тебе сдала совершенно точную информацию. Он женится. Хорошо подготовленные слухи уже «совершенно случайно» попали на язычок профессиональным сплетникам. Сижу как раз читаю о его сегодняшнем времяпровождении.

— Тем лучше. Меньше будет под ногами путаться.

— Я бы сказал, что это довольно грубо по отношению к работодателю, но, наверное, промолчу.

— Тоже хороший выбор.

— Ты недовольна? Чем? Он буквально мгновенно выполнил твою просьбу по «отстать».

— Действительно.

— Не пугай меня. Я понимаю, что с этой семьей всё не просто, но я впервые вижу тебя в таком странном состоянии. Неужели ты все-таки влюбилась? И теперь переживаешь из-за его свадьбы…

— Кто его невеста?

— Судя по публикациям — они давно знакомы. И вот встретившись на каком-то «зеленом балу» поняли, что зря расстались. Только не проси меня узнать больше…

— Не буду. Это была минутная слабость, на которую можно не обращать внимания.

— Ты разбиваешь мне сердце.

— У тебя его нет. И вообще — ты моя выдумка. Компьютерная программа.

— Злая девчонка. Завтра я заставлю своих компьютерных эльфов составить на неё досье. Только ради дела. И того, что нам нужно быть в курсе происходящего в их семье, а не ради твоих чувств, с которыми ты сама разберешься. Потому что это не мое дело. И вообще ты ничего не чувствуешь.

— Спасибо.

— Да. И ты мне обязана.

Положив трубку, она еще долго смотрела на замерзающий город. В итоге должно быть не важно, с кем он и где. Только почему так трудно смириться с тем, как легко ему дался этот уход? Как будто она действительно никто. Но всё так и есть. Она — призрак. Чуть слышное мурлыканье телефона оторвало от жалости к себе.

— Да, Жан. Конечно. Свободна и голодна.

В этот вечер было все равно с кем ужинать. Главное не оставаться одной.

Глава 24. Зимнее обострение

Ночь заморозила остатки растаявшего снега в ледяную пленку. Мир, укрытый серой тенью молчаливо и обреченно замер в ожидании будущего. А мужчина с гордо поднятой головой и спокойным взглядом ничего хорошего уже не ждал. Он просто двигался в соответствии с ранее разработанным маршрутом. Эмоции далеко не всегда помогают выжить. Чаще они только мешают и отвлекают от более насущных вещей.

— Доброе утро Зои. Согласуйте с мадам присутствие Бернара в офисе.

— Доброе утро, шеф. Он вернулся? Хорошо отдохнул?

— Эти вопросы вы сможете задать ему самостоятельно. Когда он закончит формальности регистрации в нашей новой системе безопасности.

С некоторой отстраненной задумчивостью он понял, что кабинет русалки приоткрыт.

— Мадам ещё нет?

— Она звонила. Какие-то вопросы, требующие решения…

— Хорошо. — Он чуть не добавил «значит, она тоже человек», но вовремя оборвал мысль, потому что ему не понравилось даже близко подходить к причинам её задержки. Особенно после вчерашнего вечера с невестой.

На его столе лежала коротенькая записка «предварительный анализ во входящей папке». Без подписи и объяснений, но довольно просто было понять, что она работала допоздна. Краем сознания прошла мысль о том, куда она торопится, укладывая рабочие вопросы в такие короткие промежутки времени. Хотя в некотором смысле даже хорошо, что их это крайне болезненно сотрудничество продлится не слишком долго. Он мог бы даже привыкнуть к тому, чтобы видеть её по утрам в офисе. Это стимул для подъема по утрам не хуже других, которые приходили ему в голову.

Попросив еще чашку кофе, он просто ждал её появления. Замерев у окна. Как управляющий этим гадюшником он имеет право на маленькие слабости. Пусть это будет несколько минут, подготовки к рабочему дню. Незнакомая серебристая машина в сопровождении её охраны двигалась по двору аккуратно и точно. Оставалось только убедиться, что её привез любовник. Тогда и злость в отношении её можно будет демонстрировать вполне правдоподобно.

Подошедший сзади Бернар внимательно наблюдал за происходящим внизу. Стройная фигура девушки и дежурные объятья незнакомца, который был слишком фамильярен для случайного прохожего или охранника.

— Она немного изменилась.

— Да.

— Но с людьми сходится всё так же быстро.

— Да.

— Мне стоит сейчас спросить о повышении зарплаты, раз тебя заклинило на этом слове?

— Не хами. У тебя зарплата адекватна выполняемой работе. Как мы и договаривались с самого начала.

Рыжеволосый мужчина хмыкнул, внимательно рассматривая своего друга. В странной сосредоточенности было что-то новое, мало похожее на жизнерадостность раздолбая, которым он был еще полгода назад.

— Не буду. Зои сказала, что инструктировать меня тоже будет наша общая знакомая. Я только хотел уточнить, что это не твоя очередная шутка.

— Не шутка. Она консультант по безопасности и немного поменяла здешние порядки. А поскольку ты часть старой системы — некоторые вещи будут в новинку.

— Девушка, забравшая у тебя фирму, консультирует по безопасности? Мир определенно сошел с ума.

— Не переживай. Это происходит каждый день, просто мы не всегда ставимся в известность. Прости, мне нужно работать.

Пробормотав нечеткое согласие, Бернар вышел в приёмную и аккуратно прикрыл дверь. И хотя у него в голове крутились шутки про жару и бассейны они очень быстро испарились, когда девушка вошла в сопровождении вооруженного охранника. Она мало напоминала простую секретаршу из северного городка. Сравнение было из разряда «малёк аквариумной рыбки, выросший в акулу».

— Рада вас видеть Бернар. Я уже стала беспокоиться из-за вашего отсутствия.

— Доброе утро, мадам. Мне сказали, что вы проведете инструктаж.

— Это громко сказано. Просто вводная беседа, прежде чем передать вас в более надежные руки. — В её улыбке была точная дозировка вежливости. Не более того. В такой ситуации юмор становятся неактуальным атавизмом.

— Мадам, как закончите, извольте появиться с докладом.

Ледяной голос своего начальника он тоже узнал не сразу. Эти двое, похоже, соревновались в замораживании реальности. И стоять между ними было довольно неуютно. Но девушка невозмутимо кивнула и отвернулась, вызвав в голове Бернара целый вихрь вопросов. Но он их тут же придавил, стараясь внимательно слушать и предельно точно реагировать на допрос, который начался внезапно.

Через пятнадцать минут выходя из её кабинета, он смог только смущенно улыбнуться Зои и сесть на диванчик, чтобы прийти в себя.

— Что-то она по старой памяти лютует.

— Нет, в этой реинкарнации она со всеми так проводит собеседование. Мне тоже досталось. Хочешь воды? А то я хотела расспросить тебя об отдыхе…

— Воды — хочу. — Он оглянулся, в поисках охранника, приведшего русалку с утра. — А куда этот её шкаф делся?

— А они по офису весь день передвигаются. Так, что появятся, если нужны, очень быстро. Вчера на этажах пару драк предотвратили. Мне потом говорили, что они всё гасили буквально на повышении звука голоса. Просто появлялись рядом и молча наблюдали.

— Драки? Тут? За время до отъезда я думал, что народ сюда приходит поспать. Не слишком благотворно девушка влияет на местный климат.

— Ну, я конечно не специалист, но до её появления эти кабинеты служили чисто декорацией для тех, кто реально здесь занимался своими аферами. По мне уж пусть ненавидят, но работают на своего хозяина. А имидж поправить всегда будет время.

— Ого, и ты заговорила как-то по-другому.

— Приму это за комплимент. А вот и твоя вода. Тебя будут ждать в диспетчерской через десять минут.

— Ух, как у вас всё точно… — Он с любопытством наблюдал за тем, как русалка проследовала в кабинет начальника. — А что с этими двумя?

— Она не слишком удачно вчера совещание провела. Теперь он орёт на неё второй день.

— А до этого?

Секретарь задумалась на секунду, лишь затем, чтобы пожать плечами и бросить, убегая куда-то по звонку.

— Более вежливые.

Ну, это означало только то, что богатый мальчик нашел не совсем то, что искал. И теперь пожинает плоды. Что ж. Так, наверное, будет даже правильнее. Бернар допил воду и пошел искать новых собеседников.

Русалка смотрела на мониторе, как рыжий охранник принца удаляется. Задумчивый комментарий выглядел попыткой осознать происходящее:

— Неожиданно он вернулся.

— Как закончились дела. Он человек свободный, а я не рабовладелец. — Выдохнув фразу, ему оставалось только удивиться, насколько в его словах отпечатывались настоящий смысл, которого бы он предпочел не озвучивать. Но девушка только кивнула, уточнив:

— Если это возможно, то лучше его не посвящать в тонкости этой работы.

— Не доверяешь?

— Он тесно связан с семьей. Не хочу рисковать.

— А как же Грейстоун?

— Вы видели наш разговор. Вчерашний. Он считает, что я работаю на свой страх и риск.

Иногда в общении с девушкой помогал опыт противодействия мадам и умение «держать лицо». Вот и сейчас, он не мог понять, насколько далеко распространялось её могущество. Как сейчас, когда она могла спокойно говорить о том, что он видел и что знает, как будто перебирая его мысли наподобие картотеки. Может и про Анжелу знает? От этой идеи по позвоночнику побежал неприятный холодок. Хотя, какая, в сущности, разница. Скоро об этом будет в курсе весь мир.

— Я понял. Ладно, рассказывай, что получилось в результате. Начнем с Андерсена. Сказочника нашего.

Она не улыбнулась шутке, сосредоточенно перебирая данные и выводя визуальный ряд. Работа сейчас важнее всего остального. Абстрагироваться и собраться на происходящем во внешнем мире, чтобы мысли о его помолвке не мешали тому, что на самом деле должно быть под контролем. Так и его слова важны только как источник информации, и можно меньше зацикливаться на голосе и внимательном обволакивающем взгляде.

«Козел отпущения». «Стрелочник — на него все повесят в случае провала». «Пешка». «Мамин партнер по преферансу». «Отвечает за часть маминых активов — очень скользкая и опытная тварь». «Пешка». «Работяга, случайно затесавшийся в этом террариуме». Фразы были очень точными и давали часть недостающей информации. А когда список закончился, он сухо кивнул, отсылая её прочь.

— Зои, выводите звонки в порядке важности. А вы мадам завтра должны быть лучше готовы. Это непрофессионально.

Она ответила быстро пробежавшей по лицу полуулыбкой. И быстро вышла, подняв голову. Арена боёв без правил и не должны быть местом приятным для времяпровождения. Она сама настояла на этом. И теперь оставалось только утешение в виде сочувствующего взгляда секретаря и её быстрых слов:

— Он отходчивый. Это всё равно ненадолго.

Забавно, насколько ей сочувствуют посторонние. Но сейчас всё равно не время погружаться в жалость к себе. Обдумав эти слова, она через десять минут уже погрузилась в другие рутинные и неотложные дела. Не такой и трудный это вопрос в шквале забот и неприятных обязанностей — дожить до вечера. Только иногда нужно всплыть на поверхность, чтобы глотнуть воздуха и съесть заказанный обед. Всё равно с принцем она не пересекалась — ему хватало своих проблем. А когда солнце заползало за горизонт погреться и отдохнуть, оставалось дождаться звонка Жана и уехать домой.

Смена дня и ночи становится рутиной довольно быстро, если суметь правильно справляться с чувствами. Ведь и взрывы могут быть разрушительными, а могут крутить движок, контролируемо сжигая топливо. Он старался общаться с ней как можно меньше, вне их регулярных псевдо-выволочек, издалека наблюдая за тем, как она работает. Сосредоточенная хищница, внимательно изучающая его игровое поле. Стратегия. Тактика. Разработка мини-операций и эффективных шагов. Ключевые люди, их слабые места и желания. Вместе работать оказалось достаточно просто, принимая её нехитрые правила.

Сильная, уверенная и чрезвычайно спокойная, она казалась рожденной для всех этих подковёрных игр. Но он уже знал, что это ледяное спокойствие отличается от холодной маминого высокомерия. Где-то глубоко под всем этим покровом была другая жизнь. Он иногда видел проблески этого, когда она общалась со своим кавалером или смеялась над простоватыми шутками охраны.

Люди рядом с ней тоже менялись. Неуловимо, но отчетливо. Для части персонала это означало более тщательное следование правилам и регламенту. Кто-то сильнее нервничал, чем обычно, что оборачивалась ужинами у матери. И это полу-деловые приёмы пищи он тоже перестал ощущать как что-то враждебное. Мадам, выслушав его, всё чаще задумчиво хмыкала вместо чтения нотаций. А пару раз даже помогала, выдавая недостающие куски информации или вполне полезные советы. В итоге жизнь налаживалась.

Даже с Анжелой удалось найти определенный баланс интересов. Редкие ужины с её знакомыми и семьёй. Уроки скучного гольфа, перемежавшиеся разговорами о современных нравах. И только ежедневный просмотр отчетов охраны был ритуалом, в котором он не мог себе отказать. Её фотографии и видео не возражали. И не пытались сохранить бесстрастное выражение. Как и сама русалка перестала замечать его каприз.

Этот вечер подводил итог очередной рабочей неделе. Больше месяца прошло с момента начала их совместной работы. Даже не круглая дата, но в такой ситуации каждый новый день был победой. Ночь уже накинула на дома города полупрозрачное покрывало сумерек. Теперь легкая вуаль сгустилась и надежно укрыла все, что смогла. Огни машин как драгоценные камни на асфальтовом ожерелье дорог. Да окна домов, как маячки, ждущие путников в шуме городских улиц. Она собирала данные для очередного доклада, устало и немного обреченно, радуясь тому, что в пустом офисе не перед кем будет изображать вражду.

Секретарь с некоторым оттенком жалости проводила её в кабинет своего босса. Вопреки всем предсказаниям, стиль общения этих двух не улучшился. Чтобы задать один единственный вопрос:

— Я вам больше не нужна?

— Нет. На сегодня всё. Удачного вечера.

— Да, сэр. Удачного вечера.

Когда дверь закрылась, она села в кресло, глядя, как он работает с бумагами. После последних недель совместной работы действия и слова стали проще.

— Ещё минуту.

— Я не спешу.

Он поднял глаза и улыбнулся, чтобы через секунду опять опустить взгляд. Ей было самую чуточку неуютно рядом с ним. Отчасти из-за необходимости повторять себе каждый раз «это здесь только ради работы». Вот, как и сейчас. Минимальное количество людей в здании. Полная изоляция от мира, которую организовали техники. Никто никогда не узнает, о том, что произошло в этом кабинете. И от этого накатывало желание. Безумное и искреннее раскаяние, что она сыграла в недотрогу. Насколько просто сейчас просто подойти и поцеловать. Хотя бы дотронуться. Обнять. Вдохнуть его запах. Отдаться на волю чувств и не задумываться о том, куда это заведет. Только это было совершенно лишним. Искушением и наваждением, от которого срочно нужно избавляться.

Такая тонкая преграда отделяла её от безумия. Даже ужинать и быть с Жаном по вечерам становилось всё тяжелее. Оставаться совершенно спокойной и видеть, как он ожидает позволения приблизиться. Тело предательски требовало прикосновений и ласки. Мужских рук. Но ни один из этих двоих не заслуживал быть использованным.

Даже если они согласятся, на её условия. Даже если она сама решит, что потом сможет спокойно всё забыть и уйти в назначенный срок…. Сказок не бывает. За лёгкие решения всегда платят вдвойне. И хватит думать о глупостях. Несбыточные мечты заслуживают лишь того, чтобы использовать их осколки на растопку. Зато работа в руках просто горит. Уже скоро все будет закончено. Гораздо быстрее, чем она планировала изначально…. Но рассуждения прервал его голос, скомандовавший:

— Давай, рассказывай.

Он слушал её последнюю сводку, даже не делая вид, что ему интересно. Единственный вопрос, который приходил на ум «а согласится ли она сегодня вместе поужинать?». Но предсказать ответ было тяжело, поэтому он молча слушал, рисуя неопределенные пометки и следя за временем.

А потом, насторожился, услышав какой-то посторонний шум за дверью. Русалка оглянулась. И через мгновение в кабинет впорхнула девушка, яростно споря с охранниками. Выдохнув очередную порцию ругательств, она спросила с невинной улыбкой.

— Я не вовремя?

Немая сцена тоже длилась не долго. Он жестами выставил охрану за дверь и подошел к ней, подставив щеку для поцелуя.

— Моя невеста всегда вовремя. Даже когда появляется без предупреждения.

— Как же я тебя, мой дорогой, обожаю…

— Анжела, познакомься с моим консультантом по безопасности.

Когда все падает в пропасть, самое время для соблюдения всех тонкостей этикета. Он не собирался разбираться в реакциях русалки, отчетливо понимая, что для неё происходящее только удобный повод сбежать. А эти две женщины еще официально не представлены.

— Польщена знакомством. — Произнесла русалка, быстро приходя в себя.

— Ой, милочка, не стоит лицемерить. Вас это не украшает…

Роскошная женщина взмахнула рукой в тонкой перчатке, кокетничая и заранее отмахиваясь от непроизнесенных комплиментов. Она была стильной, утонченной и пара часов проведенных перед зеркалом сделали её неотразимой. Все что ей было нужно это забрать своего жениха из офиса. И эта девица, олицетворявшая неоконченную работу, была помехой. Поэтому произнесенной фразе не было ни капли лжи.

— Дорогой, я хотела тебя вытащить на ужин, а то родители волнуются, что мы редко появляемся на людях. Они почему-то не верят в твою тотальную занятость. И даже подозревают какой-то подвох в нашем искрометном романе.

Глава 25. Светские обязательства

Он был на грани провала, размышляя, не придушить ли её прямо здесь «на глазах изумленной публики». В самом этом появлении был безвкусный фарс. Но ведь это всё часть сделки с мамой. Обязательства. Необходимость. Последствия и причины его согласия с ценой за голову беглянки. Это не первый и не последний раз, когда он должен делать то, что должен, невзирая на собственные чувства. Но кто сказал, что ситуацию нельзя обратить на пользу? Переводя взгляд с одной женщины на другую, он спокойно ответил, подсчитывая варианты развития событий:

— Может, мы вчетвером поужинаем? Ваш жених будет не против, к нам присоединиться, как думаете?

Шах и мат. Познакомишь меня со своим кавалером, если он реальный, а не картинка, разрекламированная Лешим. Или откажешься знакомить — будешь мишенью для неудобных вопросов. Но самый любопытный случай это полный отказ. Ты станешь должна мне ужин наедине хотя бы для того, чтобы объясниться. Он немного удивился, насколько быстро Анжела оценила достоинства этого предложения. Невеста улыбнулась, показывая идеальные зубы:

— Несомненно, ты гений. Всегда лучше ужинать в компании, чтобы не было искушения пораньше сбежать и уединиться. Куда поедем?

Он чуть не спросил в ответ «ты боишься, что нанятые папарацци не успеют занять места для удачных кадров?», но ограничился вопросительным взглядом на русалку, которой было некуда отступать. Она тоже прекрасно считала и, хотя имела пару собственных поправок, но в целом ловушка была понятной и красивой в своей простоте.

— Если вы дадите мне минутку, я позвоню и уточню наши планы.

— Безусловно.

Она отчаянно пыталась придумать пути к бегству, но Жан был уже дома и почему-то в восторге от перспективы общения с её боссом. Он мгновенно предложил своё видение решения:

— Если ты передашь ему телефон, мы решим вопрос о ресторане. У меня на сегодня уже есть забронированный столик.

Она поняла, что сопротивляться этому урагану событий практически бесполезно и послушно протянула трубку, которую принц взял очень осторожно, как опасное насекомое. И расслабился, только ощутив тепло её руки и чуть заметный запах духов.

— Превосходно. Да, я знаю, где это. Через час? Договорились.

Отдал телефон и тут же распорядился охране, до сих пор стоявшей навытяжку, прислать машину к подъезду. Потом протянул руку русалке для прощания.

— Вас отвезут. До встречи в ресторане.

Под пристальным взглядом его невесты она ответила на рукопожатие и очаровательно улыбнулась почти человеческой усталой улыбкой. В итоге она сама только что мечтала как-то определиться и убрать несколько неизвестных из уравнения своей жизни. Возможно, этот ужин покажет лазейку.

— Да. Благодарю за неожиданную честь.

Не хватало только книксена или земного поклона, но при всей фантасмагоричности ситуации всё соответствовало истории их отношений с безумным началом. Он слышал колебания русалки, и её решение немного разочаровало, но выбирать не приходилось. Проводив взглядом уходящую женщину, он задумчиво решил дождаться итога вечера. И отослал охрану следом. Количество свидетелей неформального общения с будущей супругой лучше ограничивать.

— Как ты меня нашла?

— Можно подумать это очень сложно… Твой приятель — рыжий медведь дал наводку. Сказал, что проще всего просить охранника проводить и дальше действовать по обстоятельствам. А чего он не с тобой?

Она бродила по офису, разглядывая дизайнерские безделушки и картины, призванные создавать уют, не отвлекая от работы.

— У него выходной.

— Странно, что ты работаешь, а у него выходной. После того, как мы поженимся, мне придется оптимизировать твои расходы на персонального компаньона. Теперь у тебя буду я.

— Он не только компаньон. Еще телохранитель.

— А так же нянька, сиделка и жилетка. Я в курсе. Твоя мама просветила насчет ваших отношений. Но я всё равно думаю, что ты слишком увлекся игрой в дружбу с персоналом. Когда у меня был роман с горничной — она сбежала, прихватив бабушкины украшения. И потом устроила мерзкий скандал…

Девушка, ткнув палец в компьютер, и убедившись, работе системы безопасности — решила всё-таки отыскать своего жениха. Поиски были не долгими. Он как раз вышел из душа, чтобы наткнуться на её оценивающий взгляд.

— А ты хорош для самца. Не в моём вкусе, но я понимаю, почему на тебя западают девицы.

Он равнодушно отвернулся, не собираясь пререкаться, сейчас она была в приподнятом состоянии и лучшая стратегия заключалась в том, чтобы дать ей выговориться. Времени было более чем достаточно для сборов. Чтобы не выглядеть бледно на фоне респектабельного жениха стоило продумать выбор одежды. Но не слишком. Колебаний хватило на пару секунд. В итоге он взял первый попавшийся комплект со словами «слишком много чести будет».

«Невеста», наконец, вышла из роли окончательно и продолжила комментировать, наблюдая за тем, как он переодевался.

— Как я понимаю у тебя тут все виды одежды при себе. Предусмотрительный у меня жених… Надо будет чаще тебя вот так «вытаскивать в люди». Дай помогу… — Она оценивающим взглядом прошлась по своему жениху, потом отобрала галстук. И, взлохматив волосы, равнодушно поинтересовалась: — Меня беспокоит один вопрос — зачем ты устроил этот спектакль с приглашением серой мыши на ужин? Ты с ней спишь?

— Энжи, прекрати глупости говорить. Я с ней не сплю. А учитывая весьма призрачную природу нашего брака, даже не понимаю, с чего ты вообще задаешь такие вопросы…

— Мне не понравилось, что ты был более заинтересован в её участии, чем полагается правилами приличия.

— От её работы многое зависит… Опять же, как тебя просветила моя мать — я за ней достаточно долго гонялся, и предпочитаю, чтобы она была на виду…

Смелая догадка про участие главы семьи девушка немедленно подтвердила, начав неуклюже оправдываться, отводя глаза.

— Какой ты скучный… Не надоело во всем подозревать заговор?

— Надоело быть правым в отношении любопытства своей драгоценной семьи.

Он глянул в зеркало и кивнул. Без галстука образ будет точнее. Богатый плейбой с невестой пригласил в ресторан ценного сотрудника. В рамках поощрения. Ничего предосудительного. Глянув на часы, оставалось уточнить планы:

— У нас еще осталось время. Останемся здесь или выпьем по коктейлю в баре?

— Спрашиваешь еще… Конечно бар, мой драгоценный женишок. Только бар. Нам нужно чаще бывать на людях.

Уже надев платье, и выбирая украшения, она поняла, что совершенно не помнит самого процесса выбора. Какие-то смутные тени бродили, напоминая, что она уточнила у своего спутника, предоставив ему два варианта нарядов. Он выбрал это серо-серебристое и открытое, сказав, что цвет удивительным образом подсвечивает лицо. И только приложив жемчуг, она поняла, насколько образ получился русалочьим. Почти провокационным для тех, кто знал историю.

— Жан ты уверен, что хочешь этого? Мы еще можем отказаться. Просить тебя о чем-то подобном просто бестактно.

— О, я бы предпочел, чтобы это была не только роль. Это честь — быть твоим спутником и женихом. Так что не переживай.

Он был галантен и улыбчив настолько, что её ощущения становились еще более мерзкими. Мало того, что ужинать придется в компании принца и его великолепной невесты. Так еще и репутация дорого ей человека может пострадать. Но неожиданно пришедшая СМСка гласила «Я прикрою, и никто тебя и твоего спутника не сможет опознать на фотках. Не дрейфь». Ох уж эти компьютерные гении. И все то они знают.

— Раз ты так любезен, поможешь застегнуть?

— Конечно. Ах, если бы все твои просьбы были так приятны, как сегодня…

Накинув меха, она улыбнулась. Если всё сорвётся, скандал будет таким, что никому не покажется мало. Принц в итоге умеет создавать взрывоопасные ситуации, почти не приходя в сознание, на уровне автопилота. А расхлебывать всё придется ей самой.

Он действительно был в восторге от этой идеи. Поужинать вчетвером. Поближе познакомиться с её женихом. Провести почти вместе этот неожиданно свалившийся вечер. Пусть рядом будут люди, но это неизбежное зло. Анжела улыбалась, достигнув своей цели совместного появления на публике, и вела себя на удивление мило. Что еще нужно для хорошего вечера?

Но он радовался ровно до того момента, как она вошла в ресторан. Её обнаженные плечи отчетливо напомнили то, что он пытался забыть. А в глазах метались тени, больше похожие на возбуждение, чем на страх.

— Вы прекрасно выглядите, мадам.

Потребовалось некоторое усилие, чтобы перестать на неё пялиться. Потом еще прикосновение щеки в ритуальном приветствии. Его соперник был консервативен и безукоризненно вежлив в личном общении.

— Я и не знал, что она работает с людьми такого уровня. Мое восхищение прекрасной женщиной стало еще больше.

По крайней мере, не придется играть комедию равных возможностей. Иногда принадлежность к семье давала преимущества не рассказывать о себе. Но он не успел обрадоваться этому факту, когда тщедушный банкир поцеловал её руку. Невинного движения хватило, чтобы волосы на загривке «счастливого жениха» поднялись, как у оскалившегося волка. Это было довольно болезненно, видеть как кто-то другой, так близок к её телу. Просто улыбнулся и уступил своё место у стойки русалке, чтобы хоть на немного оторвать её от спутника. И был почти уверен, что улыбка даже не вышла кривой.

— Да, мне везет на встречи с женщинами, достойными самых сильных чувств. Но невеста всех превзошла.

— Ты так любезен, дорогой. Давайте выпьем, за знакомство! Пока еще за столик не позвали…. Шампанского?

Он встал рядом, почти касаясь её бедра. И глядя на танцующие пузырьки в своем бокале решил на сегодня обойтись без спиртного. На трезвую голову будет проще справиться с отчаянным желанием сделать какую-то глупость. Например, пригласить танцевать и под взглядами удивленной публики просто прижать к себе. Но это ведь будет совершенно бестактно по отношению его невесте и её кавалеру. Через минуту, выныривая из омута своих мыслей, стало понятно, что отключился он крайне не вовремя:

— Вы заняты очень опасным делом, скажу я вам. Несколько моих знакомых упомянув реформы на фирме моего жениха говорили, что за такое могут и убить. Когда слишком активно пытаются докопаться до правды….

Если бы подобные слова говорил кто-то другой, а не его безмозглая спутница, принц, наверное, удивился бы меньше. Но Анжела так спокойно рассуждала о шпионаже и контршпионаже, как будто даже не замечала что говорит.

— Вы зря так безапелляционны. В любом бизнесе, где крутятся большие деньги, есть подобная опасность. Даже в таком скучном, как финансовый сектор, которым я занимаюсь. — Спутник русалки не был дураком, но и не до конца понимал что происходит, поддерживая светскую беседу.

— Жан, но одно дело заниматься чем-то в рамках закона и совсем другое — серая сторона, где стоит быть очень осторожным, выбирая врагов и друзей.

— Анжела права, дорогой. Мир жесток. Именно поэтому мы начали именно с усиления охраны, и тебе приходится терпеть моих сопровождающих в своём доме.

Беззаботная улыбка русалки была слишком искренней и уверенной, когда её наниматель всерьез обдумывал варианты завершения этого фарса, пока он не разберется в происходящем. Но его намерения сорвал обходительный распорядитель зала, пригласивший их за столик.

В результате вечер прошел вполне пристойно, только он не мог вспомнить ничего из происходящего. Как на автопилоте говорил, поглощал еду, пил и рассказывал забавные истории. Иногда быть душой компании было проще всего, отключив все чувства и эмоции. И даже когда улыбнувшаяся Анжела вытащила его потанцевать под мелодичный и негромкий джаз, он не сразу вспомнил о том, что собирался её придушить.

— Что это был за спектакль?

— Я совершенно не понимаю о чем ты.

— Если я начну, случайно, ломать тебе пальцы ты тоже не поймешь смысл происходящего?

— О Господи! Ты это о невинном предупреждении твоей фаворитке? Можно подумать она испугалась. Лыбится вон со своим задохликом.

— А ей и не надо быть страшно. Ты мне угрожаешь через неё. А я и за меньшее могу тебе испортить жизнь.

— И что теперь? Не надо мне угрожать я и так всё скажу…

— Кто просил передать послание?

— Я не знаю.

— Какой палец тебе нравится меньше всего?

— Ты варвар. И на мои крики сбегутся люди.

— Ах, какой я неловкий. Уверен, что тебе наложат какой-нибудь суперсовременный гипс, и ты не будешь похожа на утку. Уже не говоря о вынужденном перерыве в нашем общении на твою реабилитацию.

Что-то в его глазах и скучающем голосе заставило её резко передумать. Она быстро произнесла:

— Передали записку через моего дилера. С подарком. Это всё что я знаю. Клянусь.

— Ты самая лучшая! — Улыбнулся он своей роскошной улыбкой, крутанув её в своих объятьях.

Вспомнив уроки танца, он крепко держал свою испуганную партнершу в объятьях. Стараясь помнить, что реализовывать свои живодерские планы совершенно не обязательно. Достаточно активировать её память о прошлых развлечениях. Анжела под слоем грима становилась всё бледнее по мере того, как до неё доходило, насколько он близок к реализации угроз, даже после полного признания. После несколько смелых танцевальных движений по залу, он осторожно коснулся её губами, немного задумчиво рассматривая колыхавшийся на лице старой подруги страх.

Внешне очень милый танец вызвал сдержанные аплодисменты окружающих. И этого оказалось достаточно, чтобы остановиться и проводить партнершу до места. В этом зале был только один человек, который мог понять происходящее неправильно, и это стоило поправить до того, как вечер закончится. Усадив невесту на место, он обратился к Жану.

— Вы позволите украсть вашу даму?

Банкир улыбнулся

— Только если обещаете вернуть её. Я, к сожалению, не умеют достойно танцевать, но могу развлечь беседой вашу прекрасную невесту.

Принц предложил руку, стараясь не слишком надеяться на её согласие. Но она кивнула и приняла приглашение. Прохладное «да» было и так больше, чем то на что он рассчитывал. А тонкая ткань платья недостаточно защищала от прикосновений, оставляя на коже электрические разряды, как и в ту, первую ночь. Так что он не сразу вспомнил о том, что собирался объяснять.

— Она сказала, кто это был? — Её прямой вопрос помог сосредоточиться.

— Нет. Потому что не знает. Или боится сильнее, чем меня.

— Не удивительно. Вас редко кто принимает всерьез.

— Как раз она — принимает. У нас общее прошлое и некоторые скелеты из моего шкафа составляют её ночные кошмары. Так что я бы поставил на честное незнание.

— Вы прекрасно танцуете вдобавок ко всем своим недостаткам.

— Не надо. Ты поняла что происходило. И то, что я мог сделать. Перестань изображать, вывеску «всё в порядке».

— Просто я не вижу причин для беспокойства. Вы были вполне галантны, сдерживая порывы, которые на этот раз обошлись без битого стекла. А ваша невеста достойно вам подыграла. Что впрочем, и не удивительно, учитывая ваше общее прошлое.

Он закрыл глаза, пытаясь хоть как-то отвлечься от смысла её слов. В иронично-спокойном ответе была даже не ревность, а уверенная картина мира, где их роману даже не было места. Как будто та ночь всего лишь затертая калька со всех его нездоровых и авантюрно-пустых увлечений. Всплеск гормонов в южной ночи и ничего больше.

— Да, наверное, ты права. А что насчёт угроз? — Свернуть на безопасный путь профессионального общения помогает, когда в голове такая звенящая пустота и безнадега.

— Завтра утром проверим вашу невесту и её друзей. Кого бы мы ни прижали за последние дни — от этого остались следы. — Она пожала плечами, принимая правила игры. Её как раз больше беспокоила ситуация в которой причины угроз лежат вне рабочих вопросов. Отвлекать компьютерщика на анализ личных угроз будет слишком накладно, а выводы для подобного развития она могла сделать и прямо сейчас. Что-то вроде «слишком увлеклась его фирмой и выдала себя». Не важно кому. Врагов у неё было достаточно, чтобы ожидать атаку с любой стороны.

Глава 26. Мир и немного войны

В любом случае придется доводить аудит корпорации до логичного конца и только потом пытаться выжить. Даже хорошо, что принц при этом занят своей личной жизнью. Меньше отвлекает. Удобный факт, что в его окружении всегда найдется длинноногая девушка, которая увлечёт его и поможет ему расслабиться, когда этого потребуют обстоятельства. В какой-то момент она поняла, что просто плавает в молчании партнера, занятого своими мыслями.

— Боюсь, что я вас утомила рабочими вопросами. — С улыбкой она попыталась вернуть его внимание. Но его задумчивый ответ был немного странным:

— А я боюсь, что на нас смотрят. Особенно тот, кого бы я предпочел бы не знать. Вы правы только в том, что нам пора возвращаться. В реальный мир.

Он разжал руки, всё ещё надеясь, что она рассмеется и предложит сбежать. Но все странные идеи этого вечера реализовывались с причудливой логикой садиста. И каждый новый виток событий только усиливал ощущение невозможности счастливого итога. Он следовал за ней, наблюдая за движением локона по её шее. И старался улыбаться, произнося:

— Теперь она вся ваша.

И смех присутствующих от подобной фразы был немного смущенным. Возможно потому, что он сам при этом наклонился поцеловать невесту, изображая соскучившегося и влюбленного. Обиднее всего было то, что жених русалки действительно был честен в своих чувствах. По-настоящему. В безумной партии, которая велась за этим столом, он единственный говорил искренно и был тем, кем казался. Она достойна серьезных отношений с кем-то, и в итоге сделала правильный выбор. Лучше уж так, чем его семейка, в которой амбиции и интриги всегда стояли на первом месте. Каждый получил по заслугам.

Взгляд на часы и удивление от быстро бегущего времени — хороший предлог, чтобы перевернуть страницу наскучивших развлечений. Так или иначе, удовольствие подобного вечера он перестал получать. А значит, пора прощаться.

— Я очень рад нашему знакомству. Она прекрасный профессионал. А в нашей жизни успех в личной жизни стоит не меньше. И мне кажется, она не прогадала, выбирая спутника. — Он крепко сжал руку её жениха и поцеловал кончики её пальцев. В очередной раз, обжигаясь о прохладную кожу, равнодушно отметил очередную легкую тень на лице. Что ж, придется и вам сударыня терпеть это, ведь мой вечер тоже был не идеален.

Теперь, после этой небольшой провокации дело за малым. Нужно как-то пережить остаток вечера. Он чуть напоказ обнял свою невесту за талию и красиво усадил в машину. Уже внутри стер остатки вежливой гримасы с лица и уставился на дорогу. Почти не заметив, как невеста прижалась к нему и поцеловала в щеку. Её испуг от допроса уже, похоже, выветрился.

— Ты великолепен. И нас заметили, даже пару снимков сделали.

— Это прорыв.

— Не веди себя как ребенок. Все получилось превосходно. Хотя я бы предпочла, чтобы ты чуть меньше прилагал усилий к тому, чтобы быть совершенно равнодушным к ней. Но никто не идеален…

— По-моему, это все-таки не твое дело.

— Мое. Если ты демонстрируешь плохой вкус при выборе любовниц, то это плохо влияет и на мою репутацию. В нашей образцовой семье все должно быть идеально.

— Ты повторяешься. Она не моя любовница. Спит со своим женихом.

— Чаще повторяй это себе. Не думала, что для тебя такая проблема убедительно лгать.

— Она работает на меня. Ничего больше.

— Не напрягайся ты так. Верю. Просто она такая невзрачная, что мне трудно придумать что-то кроме секса, что могло бы вас связать… Хотя, наверное, совместная работа тоже хороший повод. Просто для меня это не очень актуальная штука…

— Если ты не прекратишь, то придется организовывать тебе первую семейную ссору.

— У меня есть идея. Может помочь тебе расслабиться? У меня есть несколько знакомых, которые помогут нам найти общий язык. А то ты как-то напряжен и разбрасываешься угрозами.

— Нет. Не сегодня. Тебя до дома довести?

— Да. Домой было бы чудесно.

Его планы на остаток дня были просты и понятны. Нужно отвезти невесту, поцеловать на прощание так, чтобы «случайно оказавшиеся поблизости независимые блоггеры» смогли зафиксировать официальное продолжение их романа. Потом вернуться домой и напиться. Во всем происходящем этим вечером был один несомненный плюс. Теперь он точно знает, кого предпочла русалка. И что она думает о нём.

С одной стороны богатый мальчик, у которого в «каждом порту» по гарему из старых подруг. А с другой — достойного человека, который любит её, готов заботиться и, несомненно, честен в намерениях. Пережить такое развитие событий оказалось даже труднее, чем тогда смотреть со стороны на их первую встречу. Учитывая, что он сам не уверен в том, что её представление о мире так уж и ложно. В таком соревновании его шансы и вправду не велики. Но боль полезна. Она отрезвляет.

Ночной город был пуст и тих. Буквально несколько встреченных машин не в счет. И поцелуй невесты он уже стер с лица без остатка, открыв все окна для холодного воздуха. Хорошо, что эта ночь закончится новым днём. И завтра в офисе всё будет по-прежнему. Она обработает данные и вечером спокойно расскажет с точёными и выверенными формулировками.

Только когда он подъезжал к дому какое-то нехорошее предчувствие начало голосить, отрабатывая почти забытое боевое прошлое. Он остановился в квартале от съезда на парковку, чтобы попытаться понять, что его беспокоит. Пока он размышлял, стоит ли включить телефон, одинокая тень Бернара отделилась от стены. Охранник двигался слишком быстро и сосредоточенно, для того, чтобы все эти предчувствия были только совпадением.

— Поехали. — Ситуация слишком напоминала реальные бои, чтобы мужчина мог игнорировать приказ. Бер сел в тут же стартовавшую машину и повернулся к принцу. Который только отрывисто спросил:

— Что?

— На ваш офис напали. До тебя дозвониться не могли… Убит один охранник и какой-то парень по фамилии Грейстоун. Полиция говорит, пытались вломиться на ваш этаж, но у них нет уверенности, что это получилось. Надо проверить. Поворачивай к офису.

— Нет.

Он газанул на красный свет, на ходу рассчитывая, какой дорогой русалка может поехать домой со своем приятелем. Пазл складывался на глазах, и ощущение потерянного времени заставляло его нарушать все немыслимые правила дорожного движения. Но Бернар переспросил, на всякий случай пристегиваясь.

— Что «нет»? Нас ждут.

— Энджи нас оттуда вытащила. Вовремя. Сейчас там могла быть только русалка. Она сидит допоздна. И я. Если бы ты не рассказал Энжи где меня искать…

— Думаешь, они искали её?

— Думаю, что хочу ошибаться. Но Энжи и так вела себя странно. Страннее, чем обычно. Чёрт. Как отсюда на трассу выбраться?

— Налево. Потом на кольце прямо. Далеко мы едем? Может проще полицию вызвать?

Но он уже не слушал вопросов и не хотел отвлекаться на звонки. Темная узкая дорога была слишком удобным местом для ночных засад. И ощущение эха далёких выстрелов ему совсем не нравилось.

— Мне кажется?

— Нет. Автоматическое оружие. И что-то покрепче. Ты оказался прав, хотя я бы не советовал туда соваться.

— Полиция на месте. Мы всё равно опоздали.

Глядя на мигающие огни машин охраны правопорядка он почти не слышал собственных мыслей. Адреналин заглушал всё. В таком состоянии у него на пути становиться было опасно. Хотя кто-то из полицейских и попытался это сделать. А через секунду резко передумал и начал чётко отвечать на вопросы мужчины вломившегося на место преступления. На все вопросы, включая не заданные.

— Двое пострадавших. Мужчина в тяжелом состоянии. Его увезли. Девушка в сознании. Немного контужена. С нею занимаются медики. Горит машина нападавших. Вашим друзьям повезло. Они, видимо, при выходе из поворота успели понять, что их ждут. После разворота протаранили вторую машину засады. Девушка, похоже, даже отстреливалась, но силы были не равны…. А потом подъехала частная охрана…. Ну и бой…. Потом мы…

Повезло остаться в живых. Он даже не ощутил радости от этой, несомненно, хорошей новости. Всё поглотила какая-то нереальная ярость оттого, что кто-то посмел перейти ему дорогу. И сделал всё происходящее чрезвычайно личным. Даже Жан в этой ситуации был не просто жертвой, а человеком, входящим в круг его интересов. Не оборачиваясь он приказал Беру уточнить ситуацию. И шагнул вперед, чтобы лично узнать в каком состоянии русалка.

На разорванном подоле её платья расцветало несколько пятен от крови. Какая-то специальная накидка-одеяло на плечах скрывала спину. А порез на ключице обрабатывал хмурый доктор. Она рассеянно смотрела перед собой. Чуть сбивчиво отвечая на вопросы медика. Он рассматривал происходящее со стороны, оценивая происходящее по-своему. Приблизился только когда она осталась одна для того, чтобы спросить.

— Ты в порядке?

— Да. Ребята Лешего успели поднять тревогу. Но мы всё равно попали в засаду. Прости. Безопасность фирмы… Наверное, можно считать, что я не справилась…

— Жан как?

— Врачи мне не сказали. Только то, что состояние тяжелое. Что в офисе?

— Грейстоун мертв. И ты была бы, если Энджи нас не вытащила на ужин.

— Да, я об этом тоже подумала. Но это только подтверждает версию о том, что она не знает заказчика. Иначе бы они рванули за ней…

В его спокойном лице появилась странная улыбка. Он кивнул и просто сел рядом на подножке, на секунду закрыв лицо рукой. Как будто пытаясь стереть ощущения от происходящего. Минутная слабость. Подошедший Бернар что-то тихо сказал, на что принц отрывисто скомандовал:

— Узнай когда её можно забрать.

Оттолкнувшись, он ушел, как будто её вообще не существовало. Она смотрела на его отрывистые движения и команды со странным чувством. Угораздило же связаться с человеком, который был рожден для войны. Все его игры в независимость и бестолковость заканчивалась, как только он ставил перед собой цель. Охота и война — два самых любимых развлечения. В голове после всплеска адреналина и взрывной волны была ватная и чуть звенящая тишина. И из этого состояния следить за изменившимся состоянием принца было даже забавно. Её саму пока только накрывало равнодушным медикаментозным безразличием. Всё закончилось — и ладно. После больницы можно будет начинать разбираться с последствиями. А сейчас у неё есть роскошь спокойного восстановления. Хорошо, что мужчины хотя бы на неё не орут. Жан вон вообще не может. Эта мысль её тоже немного развеселила.

Богатый наследник мимоходом стукнул кулаком по дереву, выходя на асфальтированный съезд, где уже начали копошиться полицейские эксперты. Но его больше интересовал командир полицейских, к которому стекалась вся информация. Визит вежливости и обозначение намерений семьи, будет полезным шагом, даже если мадам откажется участвовать. Рукопожатие. Визитка. Пара слов объяснения. И по мрачному лицу офицера пробежала тень понимания, предвестник подобострастной улыбки.

Ещё пары диалогов хватило более-менее прийти в себя, прежде чем он заметил Лешего. Для этого персонажа сказки у него имелось несколько своих предложений, поэтому пришлось подозвать его жестом и холодно объяснить ситуацию, не акцентируя внимания на свежезаштопанных следах от пуль.

— Держать при себе пса, который не может выполнять свою работу это сентиментальность. Я бы такого пристрелил, чтобы не путался под ногами. Но дамы обычно держат при себе подобные игрушки для забавы, так что не буду портить ей вечер еще сильнее.

Алексей кивнул. Ему хватало и самобичевания этим вечером, чтобы спокойно встречать подобные слова. Тем более что решать нужно было более серьезную задачу.

— Это не решает проблемы, что делать сейчас. Я не доверяю больнице там слишком много дыр в системе безопасности… — Начальник её охраны не успел перейти к сути предложений, перебитый жестким голосом принца.

— Она будет жить у меня. Внешний контур сможешь держать?

— Зависит от хозяина дома.

— Считай, что я хозяин. Это семейная недвижимость.

— Мадам знает?

— Как раз собираюсь звонить. Присмотри за тем, чтобы полиция не испортила следы, раз уж больше ничего не можешь.

Они понимали друг друга слишком хорошо, чтобы дальше тратить время на обсуждение. Один пошел собирать своих людей и помогать в принимаемых решениях. А второму предстоял разговор.

— Мадам. Прошу прощения, за поздний звонок.

— Ты в порядке? Секретарь мне только что доложил.

— Да. Офис попытались штурмовать. Напали на консультанта. Но в целом, всё уже под контролем.

— Чем я могу помочь?

— Стивен. Он мог бы заняться расследованием? Я не хочу полагаться на государственную рутину, помимо того, что это может быть связано с аудитом.

— Что заставляет тебя так думать?

— Полковник мёртв.

Она могла и сама убрать не оправдавшего надежды служаку. Сын недоверчиво рассматривал узор потрескавшейся коры. Но оставить ситуацию без расследования было бы для неё слишком подозрительным шагом. Особенно когда дело касается наследника. Поэтому особо не удивился ответу.

— Чёрт. Я прослежу, чтобы Стивен с тобой связался.

— Хорошо.

Тем для разговора больше не осталось. Он выполнил долг и теперь может заняться тем, что его серьезно беспокоило. Допрос бригады медиков много времени не занял. Она почти удивилась, услышав его вопросы и испуганный ответ медбрата.

— Мы сделали укол седативного препарата. В таком состоянии скоро отключится. Проспит пару часов.

— Хорошо, ваша машина следует за мной.

Оставалось только покачать головой. Не хватало, чтобы принц её запер где-нибудь в башне. С него станет. Но эта мысль была последним действием, прежде чем её сознание отключилось.

Она очнулась в комнате странной конфигурации. Неправильные ломаные линии, однако, не вызывали диссонанса. Это было симпатичной шуткой гения, запутавшегося в нашем трехмерном пространстве. Чужие запахи и незнакомая постель смущали сильнее. А через минуту, воспоминания выдали структурированную картинку произошедшего ночью. Она дотронулась до плеча, подумав о своём странном везении. Хотя вопрос о везении следует изучить подробнее, поскольку на больницу это помещение было не похоже. Несмотря на аппаратуру и беспроводные датчики, закрепленные на коже. Накинув предусмотрительно кинутый на спинку кровати халат, она решила прогуляться, прежде чем пытаться сбежать.

Дверь открылась бесшумно. И дом, казалось, спал. Только в одной из комнат горел свет, и доносились голоса. Точнее голос принца, который немного равнодушно и неразборчиво что-то обсуждал.

— Чего подскочила? — Спросил он, не поворачиваясь на звук шагов, положив трубку.

— Не люблю незнакомые места. Спится плохо.

Она не сразу поняла, что изменилось. Явно лишним в этой картине был пистолет на журнальном столике. А еще слишком уверенный и спокойный голос человека из-за работы на которого её чуть не убили несколько часов назад. Мог бы хотя бы сделать вид, что переживает. Но он только пояснил.

— Стив сказал, что офис будет закрыт. Сегодня и еще пару дней. Пока он не разберется, что там произошло.

Взгляд из-под полуопущенных ресниц на её босые ноги и то, как она куталась в халат, устраиваясь удобнее в кресле, был немного пугающим в своей отстраненности. Поэтому оставалось прикрыться очередным вопросом:

— Что он еще сказал?

— Засада на дороге и нападение на офис осуществляли две разные команды. Но под одним командованием. И синхронно. Время атак совпадает до секунд. Как будто не хотели тебя спугнуть, но не знали точного местоположения.

— Как далеко они в офисе прошли?

— До второго этажа. Судя по снаряжению, возможно, хотели забрать сервера или нарушить их работу. Но сработала твоя система безопасности. Пока больше ничего сказать не могу. Но в фойе они все выгребли — записей с камер не осталось.

— Маловероятно… Где мои вещи? Сумочка…

Он протянул ей клатч, почти не удивившись тому, как она достала оттуда свой вечный планшет. Пару движений пальцами спустя, она поморщилась.

— У Вас тут какое-нибудь железо есть? Компьютер?

Глава 27. В зоне боевых действий

Мужчина покачал головой.

— Нет. Я не люблю незнакомые вещи. Но твои эльфы всё притащат, когда я это разрешу. А пока не думаю, что стоит это делать. Врач сказал «полный покой и наблюдать в течение 12 часов». Пусть пока занимаются те, кому платят за разгребание завалов.

— Мне за это платят.

— Сейчас — нет.

Он рассматривал её так, как будто видел впервые, и от этого тяжелого взгляда хотелось провалиться сквозь бетон. В голове отозвался вопрос, который мог помочь.

— Как мой жених?

— Он как раз в больнице. Вряд ли дело в нём, поэтому у него только охрана. Врачи разбираются с его головой.

— Я помню. Он потерял сознание.

— А ты чудом уцелела…

— Ну почему чудом… Я же специалист по безопасности. Выживание — одна из существенных частей данного вида деятельности.

Она старалась не вспоминать тот короткий бой. Тьма и огонь — плохое сочетание. Особенно когда вспоминать об этом приходится под прицелом внимательных глаз принца. У него были содрана кожа на костяшках пальцев, хоть он этого и не замечал. Неожиданно для себя она зевнула. На что и получила насмешливый комментарий.

— Вот и занимайся этим в постели. Как и было рекомендовано врачами.

Она помахала головой, но сегодня спорить получалось плохо. Особенно, когда мужчина по-хозяйски берет тебя на руки и переносит в кровать, даже не замечая веса. А потом так же спокойно поправляет одеяло и равнодушно уходит. Даже тепло её тела сейчас его не тронули. Как будто она стала чужой. Ей хотелось пошутить на эту тему, но почему-то было страшно услышать ответ. Все его сегодняшние ответы напоминали что-то смутно знакомое.

Когда она проснулась в следующий раз у окна стояла девушка. Услышав шевеление, незваная гостья обернулась:

— Здравствуйте, я медсестра. Привезла вещи. И помочь вам…

— Привет, Мара. Как много слов. Чего сам Леший не появился?

— Они на ножах с хозяином дома… Меня пустили, чтобы вещи отнести и убедиться, что вы живы…

— Убедилась? — Спокойный голос хозяина дома был недружелюбен. Его фигура в рамке двери появилась бесшумно.

— Да, сэр.

— Как её состояние?

— Все данные датчиков совпадают с реальным положением дел.

— Вот и выметайся.

Он чуть отодвинулся в сторону, пропуская девушку, а потом двинулся следом. Рядом с подобным человеком русалка вообще не хотела бы находиться. Сейчас выглядело странным, что когда-то она ощущала себя влюбленной в него. Происходящее ещё пару дней назад взаимодействие двух взрослых людей, связанных работой, тоже сейчас выглядело как дурацкий розыгрыш воображения. Холодный и надменный взгляд, казалось, полностью раскрывал его истинную суть. И этого мужчину она совершенно не знала.

Пустой дом и занавешенные ставнями снаружи окна создавали странное ощущение бункера, отрезанного от мира. Его знаменитая квартира. И тишина полностью контролируемого мира, подвластного его желаниям. Мягкий щелчок двери, выпускающей гостью, обозначил проблему её одиночества. Что ж. Стоило одеться и узнать свою дальнейшую судьбу, когда он вернется. Она накинула брюки и футболку. Но хозяин дома так и не пришел. Поэтому она опять пошла его искать. Запах кофе и корицы звал за собой. Мужчина сидел за накрытым столом и читал старомодную бумажную газету.

— Она тебя всё-таки разбудила. — В его голосе звучало некоторое труднообъяснимое со стороны раздражение.

— Нет. Я и так уже проснулась. Странно ощущать себя пленницей.

— Глупости. Еще три часа предписанные тебе врачом, а потом сюда доставят железо, и сможешь работать. Раз уж тебе так скучно.

— Я могла работать и в гостинице. Или из дома Жана.

— Не пререкайся. Я плачу тебе за работу. А не за глупый риск и не за изображение из себя мишени. Достаточный уровень безопасности можно гарантировать только здесь.

— У меня вполне компетентная охрана.

Странное выражение лица принца появилось так же быстро, как и исчезло.

— Этот каприз ты осуществишь после окончания контракта. Или после ликвидации угрозы. А пока угощайся. Яичница. Хлеб. Варенье из цветков апельсинового дерева. Домашнее. Его делают как раз неподалеку от виллы, на которой ты останавливалась.

Казалось, он даже не особо прислушивался к тому, что говорил. Просто поднялся и надел пиджак, аккуратно дозируя движения. Она смотрела на мужчину, с которым была заперта с некоторым удивлением. А он, как будто не замечая её взгляда, продолжал сообщать информацию о происходящем спокойным скучающим голосом.

— Прости, я не смогу тебе составить компанию — мама собрала пресс-конференцию.

Сюрреализм, да и только. Она осторожно подошла поближе, проверяя реальность окружающего мира. Поправить его галстук. Символически расправила лацканы и воротник. Потом почти автоматически потянулась и чмокнула его в щёку. Интересно, смогла бы она привыкнуть к подобному распорядку дня? Быть респектабельной женой обеспеченного джентльмена. Вот такого отстраненного и холодного.

— Да, дорогой. Ужин в шесть. И с собакой я погуляю.

Он замер, изучая выражение её глаз, и печально покачал головой.

— Нет, мадам. Я вернусь раньше. Постарайтесь меня дождаться без новых фокусов. Если технику привезут до моего появления — располагайтесь там, где вам это будет удобно.

И обошел её как пластиковую куклу, стоящую на пути. Просто не акцентируя внимания на том, кто перед ним и что эта женщина делает в его доме. После всего что было между ними ситуация выглядела пародией на какие-то старомодные фильмы из жизни домохозяек. Наверное, так было даже проще. Ему не нужно было кричать и обвинять её в проблемах, которые она навлекла своим не профессионализмом.

Технику действительно привезли ровно через три часа. Но сначала появился пожилой врач. Проверил параметры, допросил о здоровье. Доброжелательно улыбнулся и дал согласие на её полную занятость.

— Только я завтра еще подойду. Наблюдать за вами всё равно нужно.

Она кивнула под внимательным взглядом Бернара, выполнявшего роль сторожа. Только рыжеволосый охранник не изменился с момента их последней встречи. В его глазах была всё та же хмурая недоверчивость. Но сейчас было не время и не место задавать глупые вопросы о причинах подобного отношения. Верность хозяину в любом случае не изменилась, и он будет терпеть любые капризы царственного раздолбая. Даже её присутствие. Хотя она и сама не могла объяснить реальные причины своего нахождения здесь.

Через минуту уже знакомые лица техников деловито и молча оборудовали гостиную. Как муравьи, общаясь на уровне ритма и инфразвука. Она следила за их слаженными движениями сидя в кресле, которое Бер вытащил в коридор. Всё равно возвращаться в кровать ей не хотелось, а других занятий скучающий мозг не принимал. Меньше чем через полчаса всё было готово. Старший техник, уходя, отдал её телефон-пропуск.

— Настроено на вас и управляющего. Права доступа, как и раньше.

— Спасибо.

Выдворив всех тут же, Бернар ушел, как будто ему было неприятно находиться рядом с ней в одной комнате. И тишина дома изменилась. Став шелестящей от еле-заметного звука работающих устройств. Такой мир был для неё привычнее и уютнее пустоты чужих стен. Тапочки, большая кружка кофе и много листов распечаток.

Компьютерный напарник вышел на связь как только убедился, что никто не сможет узнать об их общении:

— Как ты?

— В порядке. Как наши подрядчики? Насколько велики потери на самом деле?

— Отзвонились техники. Знающие люди так впечатлились пассивной безопасностью нашего ещё незаконченного объекта, что ценник на их услуги уже взлетел до небес. Проверка боем — это вам не шутки…

— Что с бойцами?

— Без потерь. Зато все прислали соболезнования и предложения помочь с разбором полётов. Особенно сильно Лев Давыдович наседал, что если бы он знал, что десятка автоматчиков и пары фугасов хватит, чтобы на сутки тебя выбить из бизнеса…

— Пошли ему в ответ пару дюжин черных роз с траурной ленточкой. Как Леший?

— Держится. Хотя в закрытом чате его и травят, что бойцы прозевали атаку и после всего заказчик смог забрать тебя, не встретив сопротивления. Если бы мне не пришлось повторять Лешему, что штурмовать эту халупу вредно для бизнеса, и ты напрямую запретила вмешиваться…

— Спасибо. Это было предупреждение. И не мне. Лучше пусть все считают, что я спряталась за спину наследника. Для этой игры ещё нужно силёнок подкопить. А пока грызи данные. Было бы хорошо закончить этот заказ побыстрее.

Ответ «без проблем» быстро затерялся в бесконечной пелене тестовой и аналитической информации. Как и всё остальное общение. Было любопытно, кому настолько мешала её деятельность, и почему кому-то показалось важным угрожать этой семье. Мадам, конечно, не золотая монета, чтобы всем нравиться, но подобные крайние меры в этой среде не приняты. Русалка пожала плечами и начала разбирать завалы последних сообщений.

Когда несколько часов принц явился, легкой походкой злого волка она его даже не сразу заметила. Закопавшись в анализ данных. На магнитной доске висело несколько фотографий. Заглянув в её царство фактов, он покачал головой. Скинул пиджак на манекен, стоящий в углу. Потом заварил чай и сел рядом, наблюдая за мельтешением изображений.

— Стив спрашивал можно ли прислать данные для восстановления? Камеры под офисом. Полицейские просят еще сутки для съема данных с окружающих домов и выбора подходящего. А у твоих эльфов возможностей хватает, хотя они и делают круглые глаза в ответ на все его просьбы.

— Не стоит. Ребята уже заканчивают моделирование нападения. Ещё полчаса. И будет готово. В общих чертах.

— Моделирование?

— Угу. Типа того, как мы рассматривали совещание, только здесь проще — физика, оптика и немного биологии. Ну, вот смотрите, что у меня есть.

Он, контролируя пульс, смотрел на очень чёткие кадры с камеры безопасности. Подсвеченные силуэты нападавших. Рядом мелькали уже разобранные детали — вооружение, наиболее точные ракурсы лиц, рост, вес и многое из того, что глаз не успевал фиксировать.

— И сколько у тебя камер?

— Все доступные. По некоторым из них есть ориентиры для поиска отпечатков пальцев внутри здания…. Частичные сканы сетчатки… Ну знаешь, данные в аварийном режиме начинают выкладываться на облако, так что если бы меня раньше…

Он поднял трубку, уже не слушая её объяснения.

— Стивен, у тебя сегодня день подарков. Поднимайся, пока за тебя всю работу не сделали. А ты сама, чем занимаешься?

— Копаю с другой стороны, конечно. Отсекаю обратным счетом возможную связь с заказчиками. Группа заинтересованных граждан пока слишком велика. И напрямую, конечно, не скажу, кому нужно было штурмовать офис. Но зацепок хватает. Только эти данные я Стиву не отдам. Там много связей с аудитом.

— Он взрослый мальчик. Списка фамилий ему хватит. Пакуй подарки и иди пить чай. Доктор сказал, чтобы тебе не давали засиживаться с игрушками. Жана погрузили в искусственную кому. Операции прошли успешно. Завтра собираются выводить, чтобы проверить показатели. Так что береги силы, сможешь его навестить, если будешь себя хорошо вести.

— А когда ты меня отпустишь?

— Когда Стив сделает свою часть работы. И возвращаться будет безопасно.

Отвернувшись и глядя на отражение её фигуры в окне, он задумчиво добавил про себя «но для всех нас будет лучше, если это случится попозже». Словно заперев её здесь, он сможет что-то изменить в их непростых отношениях. В любом случае, здесь и сейчас можно не только защитить её, но и просто отдохнуть от постоянного страха и незнания. Где она, с кем, чем занимается. Даже если с ним она только играет….

— Вы там чай заваривали?

— Да. Будешь?

— Да, если не отравите.

Он усмехнулся и поставил перед ней чашку. К её присутствию слишком легко привыкнуть. К не смешным шуткам про отношения. И беззащитно-обнаженным ногам. К тому, что ночью можно приходить проверять её дыхание и стоять за дверью в попытке отдышаться после случайного прикосновения. Он ощущал себя щенком, бегающим на невидимом поводке. Простая радость из-за возможности безнаказанно быть рядом. Хотя может вот это отсутствие романтики поможет? Быт совместного сосуществования, говорят, убивает романтические чувства на корню. А еще можно поспорить о деньгах. Ведь в итоге она сделала выбор и он согласился. По крайней мере, он точно помнил, что согласился за несколько минут до того, как на неё напали.

Вот и сейчас пришедший Стивен даже не пошутил про семейный совет. Его округлившиеся глаза, когда она показала отработанную модель, были лучшим призом. Такой озадаченно и благодарный вид был замечательной платой за все его высокомерные замечания времен поисков самой русалки. После первой попытки высказать сомнения он получил абсолютно точный и квалифицированный ответ, из которого явно не понял больше половины слов. Оставалось только молчать и с благодарностью принимать дары. Он замер в конце только для того, чтобы уточнить.

— А про нападения на авто такого нет?

— Там камер не было… — буркнула девушка.

— Ну, может спутник? Вон наследник может запросить по блату… — Продолжал канючить сыщик, убедившись в её почти волшебных возможностях.

Она задумалась, вопросительно взглянув на принца. В его глазах появилась нехорошая улыбка возможности найти тех, кто на неё напал. А она тут же вспомнила, как отстреливалась сама. Интересно, что скажут они, когда поймут, что она стреляла и как всё происходило. Хотя оружие Лёша выдал вполне цивилизованное и многое можно списать на шок.

— Если найдете. То да. Можете пробить еще камеры с полицейских машин, мне подсказывают, что там могут быть еще и дополнительные режимы, которые пишутся автоматически. Они хоть и поздно приехали.

— У меня там камеры еще стационарные со всех окрестных дорог есть…

— Ладно, тащите что есть. Но это не раньше, чем завтра к обеду.

— Вот теперь я понял, почему поймать вас мадам, было так сложно поймать. Если вы делаете такое в реальном режиме времени….

— Бог с вами. Задержка больше чем на сутки это уйма времени. Ребята начали без меня анализировать.

Она хмыкнула, пока мужчины обзванивали свои контакты и собирали данные. Уломать напарника было непросто. Особенно если делать вид, что никто с той стороны ей не помогает кроме безымянных техников и нечувствительных к лести компьютеров. Но на чувство вины за отсутствие своевременного прогноза о нападении она еще могла давить почти безнаказанно. А в итоге ему даже понравилась идея анализа столь разнородных видов информации.

Звук голоса Анжелы она распознала, когда та была еще за дверью, отчаянно споря с Бером на тему можно ли ей войти. Но близкое знакомство с пробивной невестой принца заставило предположить, что оборона не будет слишком долгой при таком эффективном таране. Поэтому даже не оглянулась, когда Анжела влетела со слезами на глазах.

— Шеф, она кричала. — Обреченно пояснил рыжеволосый мужчина, войдя следом.

— Я разберусь, Бернар. — Принц спокойно сделал шаг навстречу одновременно, уворачиваясь от удара сумочкой.

— Думала, что ты сдох, раз не звонишь и телефон не берешь. Уже траур начала готовить, а потом вижу твоё интервью…

Он, немного брезгливо улыбаясь, потащил её вглубь бесконечной квартиры. Даже не рассчитывая на отсутствие внимания русалки к подобным мелочам. А она только отпила из чашки и пожала плечами, адресуя сыщику свои наблюдения:

— Женщины иногда так странно свои чувства выражают…

— И не говорите, — пробормотал Стивен, диктуя ей коды доступа к данным.

А через час, выпроводив немного успокоившуюся невесту, они опять сели втроем тасовать данные, как карты перед раздачей. Только вот игра у них была разная и цели.

— А что есть на заговорщиков? Я задание своим людям дал и с ресурсами матушки это очень просто… Но вы так шустро про нападавших всё поняли, хоть и не опознали, а здесь только имена.

— В списке только те, у кого были возможности и потребность в подобной диверсии. Через пару часов я могла бы еще кого-нить выкинуть….

— Не. Так даже интереснее. Но почему они?

Глава 28. Новые факты и старые трюки

Пока девушка отчаянно фантазировала, надеясь, что тыканье пальцем в небо может убедить уставших мужчин, которым нужны сейчас простые ответы, заговорил принц.

— Думаю всё просто. Они работают на конкурентов, и я им стал мешать. Но меня обойти — не вопрос. Пока не появилась она. — Кивок в сторону русалки заставил её моргнуть. — Система безопасности. Контроль над потоками данных. Это серьезная помеха, учитывая кусок, который планировался быть оторванным от семьи.

— Согласна. Предварительный анализ подтверждает, что я была случайной… Хотя нет. Скорее показательной жертвой. Предупредительным выстрелом, перед тем как будут целиться в чью-то голову.

Принц кивнул, внимательно рассматривая девушку. А Стивен, покачав головой, начал осторожно собираться. Его чутьё подводило редко, а сейчас от её слов просто таки обязательно следовало держаться подальше, по крайней мере, пока он всё не проверит сам. А ещё повторение этих встреч втроём выглядело плохой традицией. Как будто ритм чужой мелодии, которую он не понимал. И это действовало на нервы.

— Ладно. Хорошо тут у вас. Спокойно. Но солнце клонится к земле. Пойду и я поработаю. — Сказал сыщик и исчез.

— В вашем бункере и вправду счет времени теряется. — Равнодушно произнесла девушка, перебирая глазами мелькающие на экране новости и чуть заметно улыбаясь узнаваемым интонациям напарника в анонимной перепалке специалистов.

— Вот и не сиди за компом. Ты свою часть сделала. Не заставляй выкидывать технику в окно. — Буркнул наниматель, плохо понимая, почему на него так действует её отстранённо-задумчивый вид. Все эти выражения её лица, означавшие расслабленность и доверие, били поддых. Как и невозможность остановить время. Вот бы запечатать эти моменты в банку и дегустировать в моменты отчаянья. Как то варенье, что теперь отдавало солёной терпкостью их первой встречи.

— Мне больше нечем заняться в этой башне из слоновой кости.

Она откинулась на спинку кресла, с любопытством наблюдая за нервничающим собеседником. Беседа с невестой или утренний визит в офис? Что именно теперь его беспокоит? Успокаивать его она не собиралась, учитывая, что он остался единственным собеседником. Так он был гораздо более разговорчивым и информативным.

— Тогда ничего не делай. — Раздраженно бросил он в ответ. — Иди спать. Или придумай наряд на костюмированный рождественский бал.

— Серьезно? Офис разгромили, в компании враг буквально пытается убивать, у меня жених в коме. А я должна сидеть и наряд придумывать? — Расхохоталась она, даже не пытаясь скрыть своего удивления.

— Это как раз было идеей наших корпоративных специалистов по имиджу. Показать несгибаемый дух и всё такое. Через две недели в нашей галерее. Соберутся представители всех подразделений. Заодно будут завидовать нашим достижениям. Логисты центрального управления уже заметили, что наша эффективность возросла, хотя должна падать пока идет аудит… И хотя мы по-прежнему еле держимся на плаву, но семейному делу не хватает веры в сказку. Так что моё триумфальное возвращение, помолвку и даже происки врагов будут праздновать с размахом.

— Поздравляю. Но причем тут я? — Маска серой мышки ей шла очень хорошо, особенно сейчас. Пижама цвета пыльной розы и отсутствие макияжа. Весь облик кричал о том, ей не следовало появляться на публике. Но он только и мог, что отвести глаза от участка гладкой кожи на шее, чтобы пожать плечами.

— Ты стала слишком заметной, чтобы я мог тебя прятать. Даже с учетом неоднозначной репутации, мне кажется, что мадам подумывает о продлении и расширении контракта.

— Я же могу подумать? Или отказаться. Или будучи пленницей, лишена выбора?

Он только поморщился.

— Шарашкина контора твоего Лешего организует силовое прикрытие любого выбранного варианта. У тебя полный контроль над системой наблюдения в этом здании, насколько я понимаю вон те символы в углу большого экрана. Я научился понимать, что происходит рядом с тобой, даже не зная, что у тебя в голове.

— Что Вы имеете ввиду? — Холодный тон и интонации снежной королевы заставили его форсировать события и кинуться в омут, не особо подбирая слова.

— Мне кажется, что ты не нашла то, что искала на самом деле в моём офисе. Можешь не отвечать. Просто назови цену. Скажи, чего мне будет стоить оставить тебя здесь. В квартире, городе, офисе. В любом качестве, которое ты выберешь. Безопасность корпорации или прикрытие в виде контрактов на разработку конкурентов. Хотя я бы предпочел твою отставку и что-нибудь скучно-благопристойное, но выбор за тобой.

Он был абсолютно спокоен после всех этих волнений с нападением, её отказа и последних нескольких суток, когда она находилась в полной его власти. Времени хватило, чтобы обдумать и оценить все риски. Это предложение занимало его мысли на сегодняшних совещаниях сильнее, чем он мог себе позволить. И теперь его больше интересовало, почему девушка не пыталась оправдаться. Не отказалась решительно и быстро. Её ответ звучал скорее задумчиво.

— Так странно, что Вы готовы торговаться.

— В первый раз я испортил всё, пытаясь манипулировать. Второй раз ты чуть не исчезла, когда я пытался сломать. Но ты согласилась работать. Может, есть что-то ещё? Скажи, чтобы я мог предложить это тебе. Я не тороплю. Обсуди с женихом, в конце концов.

— Какой же срок вы мне даёте, дорогой принц?

— До рождественского бала. Думай русалка. Считай варианты. Ты знаешь мои возможности иногда лучше меня самого.

— И что же получите вы? — Она тихо скользнула на пол перед ним и попыталась заглянуть в глаза. В человеке, который спокойно и устало сидел в кресле не чувствовалось страсти и безумия, покоривших её в своё время. Он был расслаблен и внимателен. Даже когда она находилась на расстоянии вытянутой руки. С таким собеседником можно обсудить всё что угодно. Хотя бы на уровне предположений. И она продолжила, рассматривая его практически в упор. — Торговля подразумевает обоюдный обмен. Что получите вы сам от моего присутствия?

Но для ответа на эту провокацию ему не понадобилось менять даже выражение лица:

— Ты действительно собираешься дуру изображать? Я хочу получить тебя. Ничего не изменилось. Готов видеть рядом с тобой другого мужчину, если он для тебя важен.

— Как же твоя невеста? Она согласится на подобную шалость?

— Наш брак — только политика. Объединение капиталов. И приведение в норму нашего с Энжи социального статуса. Ничего личного. — Он ещё говорил, но уже почувствовал ответ. И вместо того, чтобы снова его безропотно выслушать поднял руку и коснулся ладонью щеки. Аккуратно провел кончиками пальцев по волосам. Но мечтая лишь о том, чтобы подтащить поближе к себе и поцеловать. Не сдерживаясь и не встречая отпора. А она замерла под его взглядом, как мышь под лапой кота, еще надеющаяся, что может пронести. И слыша опасность её побега почти физически, он попросил почти жалобно:

— Не говори. Сейчас ничего не говори. Подумай. Или хотя бы сделай вид, что думаешь. Пожалуйста.

— Господи, ты действительно думаешь что я, выйдя замуж, буду бегать к тебе кувыркаться? Это твое идеальное будущее?

— Это реальный мир. Будущее, в котором будет хотя бы какая-то причина чтобы… Тихо ненавидеть себя, но жить.

От этих слов и его взгляда у неё перехватывало дыхание. Но лишь на секунду. Ложь убивает. Особенно ложь себе. И человеку, который любит по настоящему, даже если он сам не понимает, чего просит. Поэтому она прижала его руку к своей щеке и покачала головой, прежде чем отстраниться и уйти в спальню.

Он закрыл глаза и с усилием заставил себя сделать вдох. Потом выдох. Жизнь ведь продолжается. А ледяной ком где-то в груди, застрявший в тот момент, когда он решил, что она умерла, придавил своей окончательностью. Его будущее обрело кристальную ясность и завершенность. И среди этого сияющего совершенства рациональных решений не оставалось места для русалок и прочих сказочных персонажей. Зато у него появится прекрасная жена, которая его ненавидит чуть меньше, чем других мужчин и потому согласна даже женщин с ним делить. Мечта, а не жизнь. Только вот куда же затерялись ледяные кубики, из которых предстоит сложить слово «вечность».

Внезапно оживший телефон показал лицо старого приятеля. Кураж студенческих ночей и безумные эскапады всплыли в памяти, сразу как он увидел его имя на экране.

— Не знал, что ты в городе.

— Да вот. Отдаю долги родне. На похороны бабушки приехал. А ты как?

— Хреново.

— Да, ходят какие-то странные слухи, что ты то ли умер, то ли опять жениться собираешься…

— Все — правда. Ты же помнишь Анжелу?

— Прикольный выбор, по-своему уникальный. Она сменила ориентацию?

— Нет, решила получить клеймо благонадежности в глазах семьи.

— Не могу её в этом винить. У меня родные уже задумывают вычеркнуть мое имя из трастового фонда, если я не остепенюсь.

— Соболезную.

— Не парься — всегда можно найти обходные пути. И я звоню не ради слезливых историй. В нынешних клубах как-то все неуловимо изменилось. И мне не обойтись без твоей помощи и руководства. Тем более что ты уже задолжал мне пару мальчишников. Так что шампанское уже на льду и девушки почти разогреты. Но из-за твоего отсутствия я могу все перепутать. Приезжай.

А действительно, что оставалось? Сидеть и изображать вселенское горе? Не дождетесь. В итоге сбросить пар сейчас не такая плохая идея. Это лучше чем пытаться кого-нибудь убить или любые другие глупости, противоречащие законодательству. Решение было принято мгновенно.

— Диктуй адрес.

Через секунду он заглянул к Бернару, предупредить, что уезжает.

— В клуб? — Удивление в глазах старого друга было искренним, так же как и попытка предложить себя в качестве спутника.

— Да. Один. И хватит уже идиотских вопросов на сегодня. — Устало ответил он, не собираясь спорить или брать кого-то с собой.

Вход в клуб напоминал спуск в ад. Переливы потоков лавы. Управляемые вихри горячего воздуха. Внимательные взгляды монстров, готовых использовать гостей для своего удовольствия. Немного провокационная стилизация ради привлечения любопытной публики. Место явно было популярным, учитывая длинный хвост желающих пробиться внутрь. Но вышибалы профессионально отсеивали только самых достойных. Тем лучше, что его пустили без лишних вопросов и уговоров.

Большой зал, заполненный мельканием людей, красок и звуков, радушно принял его в свои мутные объятья. Он на секунду замер, осваиваясь с изменением атмосферы. За последние годы подобные места начали терять для него былую привлекательность. После строгой тишины офиса и шороха работы компьютерной техники — все было немного чересчур. Чересчур откровенной одежда. Призывные улыбки были слишком наигранными. Музыка забиралась в черепную коробку и стучала в висках. Но сегодня такое место было в самый раз. Не слышать даже собственных мыслей — почти забытая мечта.

А приятель расположился так, что его не пришлось искать. Как обычно — самый большой столик, для него и друзей. Его спутницы вполне соответствовали самым взыскательным вкусам. Во время краткого знакомство в их чириканье звучали ожидаемое «модель», «актриса», «у меня свой маленький бизнес» и по-простому «светская львица в поисках своего льва». Но он даже не забивал этим голову. Просто вытащил одну из них потанцевать, плохо понимая, зачем он это делает. Эта случайная девица была плохой заменой русалки, но тут секрет в количестве и качестве выпивки. Если соблюдать некоторые нехитрые правила, то мозг довольно быстро можно отключить, а тело и инстинкты довольствуются любой подделкой. Это срабатывало в старые добрые времена. И сейчас — не подведет.

Он очнулся ровно в полночь. В разгромленном гостиничном номере. Рядом подхрапывало юное, хорошо сложенное и в меру фигуристое существо. Хотелось курить, чего не случалось последние лет двадцать. Болела голова, и вообще было удивительно мерзко. Абсолютно круглое время на часах, заставило произнести сакраментальное:

— Вот и пробили куранты. А где же Золушка? Но она, как обычно, сбежала…

Спать не хотелось. А в зеркале ванной отражалась какая-то взлохмаченная и плохо вменяемая личность.

— Кто ты? И что ты делаешь в моем теле? — озвученный глупый вопрос, не прояснил ситуацию. А человек из зазеркалья смотрел на него с какой-то грустью и жалостью.

Последний раз он так напился после окончания университета. Мама встретила его дома и практически с порога предупредила, что ему пора остепениться, и она уже провела все необходимые приготовления и переговоры. Где-то на задворках сознания даже мелькало имя какой-то приличной девушки из состоятельной семьи. Вместо того, чтобы молча проглотить пилюлю — он ушел в запой. И через месяц очень громко и вульгарно женился на той, которую нашел в своей постели вот так же ночью.

Но тогда он был молод и мало задумывался о последствиях, желая насолить матери. А теперь-то что? Из-за чего все это? Кому он пытался доказать, что свободен, весел и вовсю радуется жизни? Матери? Так она нашла ему идеальную жену, которая рассердится только из-за того, что веселье прошло без её участия. Русалке? Если бы был, хоть малейший шанс, что ей не все равно: с кем он и чем занят…

Ладно, теперь, когда пар спущен, самое время разгребать последствия. Ведь судя по количеству народа в клубе, обязательно найдется кто-то из знакомых или просто любопытствующих, кто его заметит и зафиксирует подвиги с помощью цифровых технологий. И это означало, что семья будет в ярости. Но всяким эмоциям можно найти применение. Не закончив эту мысль, он спустился вниз, убедился в том, что номер оплачен и девушку накормят завтраком, прежде чем выгнать за дверь. Еще она получит цветы с запиской о прекрасно проведенной ночи, которую он не помнил, и вспоминать не собирался. Машина ждала у дверей, и ночной город быстро промелькнёт за её окнами.

Но проходя мимо бара, он сначала тряхнул головой, а потом решительно развернулся в сторону знакомой фигуры. Леший сидел спиной к проходу и пил томатный сок через трубочку. Принц тоже заказал сок, и некоторое время сидел молча. Вокруг русалки вечно происходили подобные накладки, так что стоило сформулировать вопросы точнее. Хотя больная голова мешала сосредоточиться и понять, что именно ему мешало в этой ситуации.

— Она послала?

— Нет. Она изображает пленницу и соблюдает правила твоей игры.

В равнодушном ответе охранника слышалось всё, что он думает о собеседнике, его развлечениях и стиле жизни. Остальное уже не имело смысла. Оставалась только жалобный вопрос, который мог понять только собрат по несчастью.

— Это можно пережить?

— Спрашиваешь, как маленький. Всё как обычно. Время, работа, жена, дети. Если совсем плохо, можно кому-нибудь голову проломить. Выпивка не действует — становится только хуже. Фарму я не пробовал. Но ты у нас мальчик с выдумкой — разберешься.

— Ты можешь сказать, что она ищет? От чего бежит…

— Всего не знаю. Но по части, связанной с тобой — могу. Но не буду. Это как раз, то, чего она никогда не простит. А мне шкура дорога.

Принц кивнул. Некоторые вещи стоило озвучить, даже не смотря на то, что они были очевидны.

— Ладно, поехали. Отвезу. Примешь аспирин. Проспишься. Займешься поимкой плохих парней. Вдох. Выдох. Потом закрутится со свадьбой. Чем больше дел и меньше времени будет оставаться на глупости, тем быстрее ты придешь в норму. Мир, он сложная штука и, одновременно, очень простая.

Проговаривая банальности Леший, знал, что пытается уговорить самого себя. Как и то, что работают на самом деле только такие простые рецепты. Хотя заноза из сердца никуда не уйдет. Для него, по крайней мере, это точно не сработало.

Глава 29. Странные альянсы

Утром он поднялся довольно поздно. Прислушался к тишине дома и обреченно взял телефон. Пустота списка звонков выглядела пугающей. Так же как и отсутствие данных в новостных лентах. Это выглядело почти разочаровывающим после шума, который обычно подымался. У него была одна идея, но её стоило проверить отдельно, сначала навестив русалку. Девушка сидела в одиночестве за своими играми с данными. Она немного смущенно улыбнулась, при его появлении.

— Доброе утро. Теперь я вас разбудила? В тишине вашей крепости слишком хорошо спится. Я подскакиваю очень рано и вот решила еще пару гипотез проверить.

— Доброе утро. Нет. Всё в порядке. Я просто поздно вернулся. Проветривался.

— Дело нужное. — Она кивнула, никак не отреагировав на странную формулировку происходившего вечером.

— Вот и хорошо. Если будут меня искать — я на пробежке.

— И за меня тоже разомнитесь. А то доктор запретил активные нагрузки.

— Всенепременно мадам.

Кто-то подчистил информацию в глобальной сети. Аккуратно и точно реагируя на происходящее. Поэтому не было звонков от матери, истерик невесты и равнодушных-понимающих улыбок русалки. Оставался только один человек, которому этот вопрос можно было безнаказанно задать.

— Лешего где можно найти? — Спросил он у бойца, стоявшего сразу за дверью.

— Зависит от того, кто будет искать… — Ответил глава её охраны, спокойно рассматривая на его спортивный костюм и кроссовки.

— Составишь компанию? — Произнёс принц, глядя в глаза и не удивляясь такой быстрой материализации объекта поисков.

Алексей покачал головой и согласился, выдержав небольшую паузу. В итоге он же и вчера следил за этим мажором не по своей воле. Пока команда аварийной ситуации не будет отменена — физическая безопасность принца тоже входит в контракт. Понимает он это или нет. А бег это не самое плохое занятие в это тихое утро. Хотя бежать рядом было странно. Выбрав комфортный для себя темп бега богатый мальчик, совершенно не удивился тому, насколько легким происходящее было для Лешего. Школы у них были довольно похожими.

Некогда бывший зеленым газон пружинил под ногами. А высокое небо было заполнено серой пеленой облаков. Свободное пространство и отсутствие людей создавало приемлемый фон для разговора, в котором на самом деле не было чего-то секретного.

— Почему никто не знает о происходившем ночью?

— Потому что это может её расстроить.

— Её гоблины умеют такие фокусы?

— Они — нет. Вселенная — да. Она иногда отвечает на молитвы отчаявшихся грешников.

— И часто это происходит?

— Нечасто. По крайней мере, у меня не получалось достучаться. В этом смысле ты счастливчик.

Хмурое подобие счастливого человека кивнуло. В итоге всё равно попытки простых решений не привели к успеху. Ему остаётся только идти длинным путём и надеяться, что за оставшиеся две недели она передумает.

— Ладно. Времени мало осталось. Придется прибавить темп, а то не успеем отвести её к жениху.

— Я бы предложил соревнование на скорость, но боюсь это не спортивно. После такой-то ночи.

— Вот и посмотрим. Догоняй.

Ответил принц и прибавил шаг. Ему сейчас было важно не столько выиграть, как избавиться от мерзкой слабости, накатывающей при воспоминаниях о совершенных ошибках. И хотя мир изменить невозможно, но попытка борьбы иногда тоже засчитывается.

Через полчаса легкие горели от холодного воздуха и мышцы ныли от непривычной нагрузки, но когда он залез под душ, стало понятно, что так гораздо легче. Физическая нагрузка дала такую нужную передышку.

Через пару дней настало время визита в больницу. Он переоделся, и смог даже равнодушно оценить милый наряд русалки. Пуловер, мягко подчеркивающий грудь и темные брюки. Неброско и романтично. Как раз для воссоединения с любимым.

— Я не уверена, что вам стоит со мной ехать.

Произнесла она, собирая волосы в хвост и краем глаза, наблюдая за тем, как он подгоняет кобуру для скрытого ношения оружия. До сих пор пистолет в его руках выглядел причудой богатого мужчины озабоченного собственной крутизной. А сейчас стало понятно, что это просто еще один инструмент, с которым он умел обращаться и не собирался полагаться на чужую внимательность.

— Тогда, тебе придется остаться дома. Ты едешь либо со мной и охраной. Либо никуда не едешь. — Принц остановился, уточняя. — Так что ты решишь?

— Конечно, я выберу компанию, если других вариантов нет. Просто забавно, как вы сначала спокойно говорите о том, что я могу сбежать в любой момент, а на следующий день под конвоем вывозите в город.

— Твоё бегство это форс-мажор на который я повлиять не могу. Визит в больницу — опасность, запланированная и потому теоретически менее предсказуемая из-за количества факторов. Так что мадам? Вы готовы?

— Да, дорогой. Ведите меня к жениху.

Опять легкая тень пробежала по его лицу, но в этот раз он смог даже улыбнуться. В итоге, она была совершенно точна в формулировках.

Передвижение с принцем по городу выглядело разновидностью туристического аттракциона. Он безупречно вежливо и спокойно говорил, рассказывая о городе и достопримечательностях. Даже историю больницы пересказал вкратце, успокаивающе произнося суммы инвестиций в оборудование и найм лучшего персонала. В итоге, когда они оказались внутри их сопровождал персональный менеджер, внимательно наблюдая за мельчайшими оттенками настроения гостей.

— Вот палата вашего друга. Процедура скоро закончится и пока всё идет по плану. Вы можете подождать в специальной комнате.

Вежливый представитель больницы заметно съёжился, наткнувшись на взгляд улыбающегося мужчины.

— Благодарю за сопровождение. Вы свободны. А я подожду мадам в коридоре.

Он только коснулся её плеча и невозмутимо устроился на жестком сиденье, жестами раскидав остальных охранников по этажу. Время и неудобство его сейчас волновало мало в отличие от растерянного взгляда девушки. Её ношу он уже не мог разделить. В приоткрытую дверь была заметна пожилая и полноватая дама, прильнувшая к окну в палату. Она обернулась при звуке шагов русалки, хоть он и не успел разобрать выражения лица.

— Простите, что меня не было рядом.

— Дорогая моя, это как раз не важно. — Фрау Шварц была по-прежнему мила и внимательна. — Вы работаете, чтобы исправить сделанное не вами. И как сказали в полиции, если бы не вызов от вашей охраны — они бы не успели к месту аварии. А так — всё не настолько серьезно. И лучшее обслуживание, благодаря вашему шефу. Уже не говоря о том, что Жан никогда не был таким счастливым как это время, пока вы жили в его доме.

Она грустно улыбнулась и сжала протянутую руку. Быть рядом, когда он откроет глаза после пробуждения, уже много. За стеклянной стеной всё еще без суеты и лишних движений медики занимались своим делом. Приборы показывали стабильность и после объяснений молодого интерна, который старательно комментировал действия старших товарищей, русалка уже почти могла ориентироваться в происходящем.

— Ну, вот и всё. К нему пока нельзя. Нужно понаблюдать хотя бы сутки. Если будет стабилен — завтра сможете поговорить.

Человек, опутанный проводами, открыл глаза, медленно приходя в себя. Даже по медленным движениям век было понятно, что он довольно плохо представляет что происходит. «Тьма не так просто отпускает тех, кто попал в её лапы» — мелькнуло у неё в голове. В его состоянии было что-то смутно знакомое. Тщательно скрываемый от сознания кусочек прошлого о котором тело помнило гораздо больше.

— Он всё равно не узнает вас. Нет смысла находиться тут.

— Да, я понимаю. Но можно мне остаться?

— Конечно. Я буду в ординаторской. Зовите, если что-то захотите узнать…

Она стояла завороженная зрелищем. Тем, как её жизнь рикошетом ударила по человеку. По тому, кого она даже задумываясь, подставила под удар. Потому что для неё так было удобнее прятаться от реальности. Жана не должно было быть в машине. Не должно было быть рядом с ней. В его скучной и размеренной жизни просто не было причин для столкновения с жестокостью её мира. Навалившаяся тяжесть сбивала с ног. Буквально. Реакция фрау Шварц была точной и своевременной.

— Даже не думайте себя обвинять. Он сильный. Он выстоит. А вы слишком много взваливаете на себя, хотя и сами не отправились от потрясения.

— Вы добры.

— Нет. Я прожила достаточно долгую жизнь, чтобы разбираться в людях. Вы может и не самый открытый человек со сложной работой. Но вы всегда были честны с ним. И в словах и в поступках. Так что лучше найдите мерзавцев, которые сделали это с ним. Вместо того, чтобы изображать разбитую горем вдову, которой вы не являетесь. И приходите завтра. Он будет рад.

Она улыбнулась одними глазами и обняла женщину, прежде чем выйти за дверь. Действительно, смысла скорбеть не было, пока долги не уплачены. Она молча вышла, встретившись глазами со своим сопровождающим. Обсуждать тоже было нечего. Поэтому обратный путь прошел в тишине, так же как и остаток дня. Пока она зло и сосредоточенно работала над данными.

Следующий визит в больницу смог состояться только через два дня. За всё это время она ни разу не заговорила с принцем. И даже привычные фразы приветствия и формул вежливости заменили кивки и жесты. Но он со своей стороны этого даже не замечал, продолжая общаться, так же как и раньше. Чуть отстранённо и сухо, но произнося в окружающее их двоих воздушное пространство полный набор слов от «Доброе утро» до «Вы прекрасно выглядите сегодня», перемежая их последними известиями о состоянии её жениха.

Второй визит в больницу оказался для него даже более болезненным. И бесполезным. Он понимал, что глупо быть рядом с ней и не мог отказаться. Только вот и адреналин с ожиданием опасности, спасавшие в первый раз, теперь отступили. Обыденность, светлые коридоры и суета персонала напоминали те редкие визиты, родом из детства. По иронии судьбы тогда, каждый раз, когда он был в подобных местах — люди умирали. А сейчас пациент идет на поправку, но от этого легче не становится.

Бернар сел рядом после обхода этажа и мимолетного флирта с дежурной медсестрой. Он всё еще улыбался, прежде чем коснуться взглядом своего старшего товарища.

— И зачем ты себя так изводишь? Или не думаешь, что я справлюсь с её безопасностью? Даже если забыть, что она сама прекрасно доказала живучесть и верность подписанным бумагам.

— Давай ты не будешь лезть в мою жизнь, а я окажу тебе ту же любезность. — Мрачно парировал принц.

— Зря ты так.

— А ты зря надеешься, что Кристина увидит в тебе что-то большее, чем говорящую мебель. У моей бывшей жены не так много недостатков. И умение избегать компрометирующих связей она освоила превосходно.

— Она не твоя забота и больше не твоя жена. — Бернару приходилось прикладывать усилия, чтобы не зарычать на своего работодателя, отчетливо ощущая темную злость от этих презрительных слов.

— Это точно. И никогда не станет твоей. Если тебя это утешит.

Мужчина даже не оглянулся на друга, очень точно попадая по самым болезненным точкам. Потому что основной задачей было избавиться от советов, которые он и сам мог себе дать. Пытаясь стереть с лица усталость и тяжесть происходящего, он просто не мог понять, что делать дальше. Нападение спутало карты, но проблемой было скорее усилившееся внимание к выжившей русалке.

Он почти физически ощущал, как её разорвут сразу после окончания контракта. Слишком хороша, она оказалась в работе. Слишком ценным кадром, чтобы выпускать из цепких лап семьи. И этот блеск в глазах матери он тоже уже видел раньше. Подобные игрушки подчиняют себе любой ценой или ломают, чтобы избежать работы на конкурентов. Но кроме этих совместных поездок, у него не было ничего. Разве что чувство вины за произошедшее с Жаном. Слишком неустойчивое чувство для серьезных ставок. Вот и получалось, что он сам её подставил под удар. Даже не представляя как выпутываться дальше, после её недвусмысленного отказа играть в его песочнице.

За стеной люди разговаривали о будущем, которого у них просто не могло быть.

— Врачи говорят, что реабилитация будет долгой. Больше, чем полгода. Из-за обширности перенесенных операций. И то подобные сроки исключительно из-за уникальной программы, на которую меня записали благодаря твоему начальнику.

— Да. Он делает всё, что в его силах, чтобы помочь тебе оправиться.

— Уникальный человек и я счастлив, что знаком с ним. Но хотел спросить… Ты поедешь со мной? Это практически курорт… Все условия…

— Не могу. Ты пострадал из-за моей работы. Я не хочу подвергать тебя опасности. И не могу всё бросить недоделанным…. Ты же понимаешь…

— Прости. Конечно, понимаю. Это так эгоистично с моей стороны…. Но ты же будешь приезжать в гости? Я помню твои слова, но я всё равно хотел бы тебя видеть. Хотя бы иногда. Ужинать…

— Да. Конечно. Я постараюсь приехать, когда всё закончится. — Она отчаянно лгала, стараясь не причинять ему боли и в ответ получала понимающую улыбку. Они оба притворялись, что надежда ещё не умерла.

Выйдя из палаты, она не замечала, что слезы бегут по щекам. Как будто приходилось прощаться навсегда. Почему-то даже осколки мечты о спокойной и счастливой жизни причиняли боль. А мужчина, мгновенно забывший о своих недавних тревогах, просто посадил её на жёсткий стул и сел рядом на корточки. Потом подал платок. Не отрывая от неё взгляда и не задавая вопросов. В итоге у него не было проблем с женскими слезами, а только с конкретной девушкой, которая оплакивала сейчас что-то слишком близкое и дорогое, чтобы её могли утешить любые слова. И всё равно он произнёс.

— Не стоит разводить сырость русалка. У него всё будет хорошо. В итоге, он самый везучий из нас. Пошли. Там ещё ждёт работа. Чтобы ты могла вернуть себе свою жизнь.

Это удивительным образом имело смысл. А до Рождества оставалось ещё чуть больше недели. Только работа. Даже не смотря на то, что она жила в его доме.

Днём его квартира больше напоминала офис из-за обилия знакомых и проверенных лиц. Зои стала заходить, получая задания и докладывая о ходе восстановительных работ в офисе. Стивен приезжал через день, с вопросами, на которые русалка почти всегда могла дать точный ответ. Почти в соответствии с её предсказаниями никого из боевиков взять живыми не удалось. А все претенденты на орден Иуды оказались так или иначе замешены в нападение, хотя прямой связи обнаружить не удалось. Принц почти, жмурясь от странного желания всё закончить быстро и жёстко, каждый натыкался на холодный ответ маминой ищейки:

— Если нужна показательная порка — можете выбрать любого. Но разведданных недостаточно чтобы сказать точно, кто отвечает за произошедшее.

— А что скажет наш эксперт?

Её голос звучал твердо, а отстраненный взгляд аналитика давал ей возможность формулировать отказ предельно размыто.

— Наказание невиновных, это, конечно, крутой шаг. Для любителей быстрого эффекта.

— В смысле — «ты-против»?

— Мне осталось несколько дней, чтобы разработать окончательные рекомендации. На их основании можете уже делать всё, что хотите. Быстро, медленно, громко или тихо.

— А пока пусть расслабятся?

— Что-то вроде того. Естественно хорошо было бы обеспечить настолько плотную и навязчивую слежку, чтобы им не пришло в голову сбежать, а заказчикам обрубить и эти концы.

— Ты думаешь, они притихли потому, что уверены, что их подозревают?

— Как вариант — считают, что их подозревают, и поэтому будут сидеть тихо, изображая невинность. В надежде, что сосед окажется замазан сильнее. Если конечно нервы не сдадут. Но судя по деньгам, которые крутятся, алчность сильнее страха.

— Хорошо.

Он задумчиво смотрел в окно, не замечая происходящего. Её точные и просчитанные слова помогли сложить всё воедино. Есть только один шанс дать ей фору для бегства. Если она позволит. Если согласится на небольшой спектакль для зрителей, которых здесь не должно быть.

Уже когда они остались вдвоем он уточнил:

— Рекомендации? Ты же не имела в виду итог аудита. По срокам у тебя ограничений нет. А с учетом этой свистопляски до весны я спокойно подожду результатов.

Спокойно продолжая споласкивать чашки, она выдержала паузу, прежде чем ответить. Эта новость хозяина дома вряд ли обрадовала, но обычно он не жаловался на отсутствие слуха и внимания. И вопрос, заданный наедине в тесном углу местного подобия кухни был не случаен. Она развернулась и поправила волосы, твердо ответив.

— Да, я имела в виду аудит. Нападение изменило баланс сил. Они слишком торопились, и это дало больше данных, чем, если бы они по-прежнему тихо занимались подковёрной борьбой.

Глава 30. Шаг вперед

Это имело смысл, и он должен был понять это сразу без наводящих вопросов. Но вместо того, чтобы как обычно отвернуться и уйти, он подошел ближе. В его глазах застыла холодная угроза. А она замерла, ощущая, как рушатся все правила, благодаря которым она ощущала себя относительно безопасно вблизи него последние дни. Его пальцы коснулись лица, подбородка, шеи. Очень осторожно и спокойно. Потом губы прошлись там, где должен был быть след от пореза осколком стакана. Но в этом движении была скорее продуманность символа понятного им двоим, чем эротика прелюдии. Поэтому когда он поднял её на руки, и понес в спальню, она наблюдала за его действиями как будто со стороны. И ждала объяснений.

Даже когда он осторожно положил её на кровать. Стянул свою футболку. Одним небрежно-точным броском смятой ткани, заставил дверь закрыться. И отвернулся, чтобы направиться в ванную. Она рывком села, глядя на его напряженную спину. И по-прежнему не решалась выбрать подходящую идею из удивительно пустой и гулкой тишины в голове. Он открыл воду в кране, и так же дозируя движения, повернулся к ней. Дождавшись пока он подымет глаза, она подала голос:

— И что это такое?

— Имитация вспыхнувшей страсти.

— Тогда надо было пытаться реализовать намерение прямо на кухонном столе.

— Нет. Я пока склонен беречь свою шкуру, а там слишком много колющих и режущих предметов.

— Зато последовавшее было бы точнее и доходчивее, чем слова. Потому что я не собираюсь с вами спать. По собственной воле. Хотя и не вполне уверена, что смогла бы отбиться, если вы чего-то захотите всерьез.

— Можешь считать меня дебилом, но это до меня дошло достаточно давно.

— Тогда что происходит?

— Представление. Спектакль для тех, кто считает нас любовниками.

— Например, твоей матери?

— Например.

— Но как же твоя невеста? Хотя с её наклонностями вряд ли кто-то будет ожидать страстных отношений…

Он холодно усмехнулся, выходя из ванной и тихо сползая по стене, пока не сел на пол устойчиво и соблюдая максимально возможное расстояние от неё.

— Вот именно. Скорее мое терпение разожжет её любопытство, чем то, что я тебя в очередной раз затащил в постель. Мои любовницы для семьи не будут иметь значения, пока все происходит тихо и не выносится на публику.

— И моя репутация?

— Она не пострадает, если ты воздержишься от непродуманных публикаций в прессе. В противном случае твоим возлюбленным скорее объявят Бера.

— Ты всё продумал?

— Почти. Только в этой комнате гарантированно нет наблюдения. Твои техники это должны были обеспечить. А они предельно точны и скрупулезны в том, что касается твоей безопасности и секретов. Но есть и другие проблемы. Если всё наше общение ограничится одной комнатой, это будет выглядеть неправдоподобно.

— Еще Стив, Зои и Бернар.

— Как минимум.

— Но зачем это мне надо?

— Ты же невидимка. Не заставляй меня говорить прописные истины. Ты знаешь, что лучший способ спрятаться это мимикрия. Подражая повадкам окружения и демонстрируя поведение, которое люди от тебя ожидают, ты становишься свободной от их внимания.

— Да. Люди должны быть уверены в том, куда я иду, чтобы можно было спокойно менять маршрут. Но значит ли это, что ты хочешь, чтобы я ушла после всего сказанного?

— Это значит, что я хочу дать тебе выбор. Уйти или остаться.

— И никакого секса?

— Ничего противоречащего твоим убеждениям. Хоть мне и придется создавать иллюзию нашей близости. И ещё я хотел бы остаться целым и по возможности без вилки в глазу, если поцелую тебя в гостиной.

Она рассмеялась и кивнула.

— Я сделаю всё возможное для этого.

— Благодарю, дочь морского царя, ты как всегда добра.

Он откинул голову и устало закрыл глаза. Несмотря на её быстрое согласие, он слышал, как что-то внутри надломилось. Продолжение разговора выглядело бесполезной тратой сил. Даже не хотелось спрашивать вернётся ли она к Жану. Это выглядело очевидным решением. И происходящее не доставляло радости, даже запах её кожи отпечатавшийся на кончиках пальцев. Как последний ужин приговоренного к казни заставляет остро чувствовать каждое мгновение и отравляет его своей неизбежностью.

Её тень перемещалась по комнате, готовясь ко сну, пока он обдумывал расписание следующего дня. Когда уедет. Когда вернётся. Встречи. Обед. Из кусков времени стоило собрать что-то целесообразное, не обращая внимания на легкий шепот её шагов. Можно думать, что ему происходящее только чудится и она осталась ночевать у Жана. После ужина. Что всё это только призраки чужого счастья, а у него простой нервный срыв, создавший в его воображении нападение, больницу и её присутствие в этом доме.

Неожиданно он услышал её голос

— А в монастыре сейчас пост. Рождественский. Последние дни — самые строгие. Послушницы почти не едят, если нет благословения на тяжелые физические работы. От этого такая легкость. И одновременный холод. Как будто тело истончается и начинаешь отчётливее слышать то, что слышать не положено. Чужие эмоции. В самые темные дни года трудно найти в людях что-то светлое и начинает казаться, что выхода уже нет. Но это лишь видимость и потому, монахини заранее ставят ёлку во дворе. Холодно. Снег то тает, то замерзает коркой, то снова засыпает всё кругом. А на зеленой красавице разноцветные игрушки. Шары, ангелы, колокольчики и много разной несуразной мелочевки, которую развешивают дети, прибегающие из соседней деревни. После того, как Рождество переименовали в Месяц Счастливой Торговли им почему-то интереснее прибегать с бедную обитель. Разучивать с монахинями святочные гимны. И клеить блестки на игрушечных стрекоз…

— Скучаешь по ним?

— И, да и нет. Я всегда чувствовала себя там странно. Как будто в щелочку за чужим счастьем подглядывала. За жизнью, которая не для меня…. Знаешь, в какой-то момент мне показалось, что уже не выберусь из той машины. Что заигралась отказавшись от усиленной охраны… В общем, мне подумалось, что так даже лучше. В самую темную часть года. На пике операции в которой не было особой необходимости. Операции, которую я не довела до ума. Да и вообще когда до проблесков тепла и света еще так далеко…

— Но ты выжила.

— Да. И в ночь перед Рождеством, я приглашена на бал. Говорят, что это как раз самая темная ночь в году. Аня, послушница, рассказывала, что в эту ночь черти ходили по деревне и могли утащить зазевавшихся прямиком в ад. А сестра Никодима на эту «дикую суеверность» начинала ругаться и рассказывать о том, как в античности самую длинную часть года праздновали не во имя Родившегося, а просто из страха. Из-за понимания невозможности своими силами вернуть свет в мир. Небесные тела слишком велики и далеки от нас, чтобы люди могли что-то изменить, если солнце решит больше не светить. С тех пор, в сущности, ничего не изменилось…. Мы зажигаем свет фейерверков в ночи, сжигаем свои города в электрических огнях, боремся с предрассудками. И всё равно, в глубине души, знаем, что над миром висит Тьма, которая нам не подвластна, а до весны доживут не все…

В её голосе было что-то невыразимое. Как будто в обмен за его попытку помочь она предложила кусочек того, что помогает держаться ей на плаву. Но у него самого были другие фокусы, более прагматичные, рядом с которыми рассказы о сказке Рождества выглядели крылом хрупкой и до невозможности прекрасной бабочки. Бабочки, которая просто не сможет выжить в жестокой буре его жизни.

— Спокойной ночи, русалка.

— Спокойной ночи, принц.

Он вышел, бесшумно ступая по тихим коридорам квартиры, когда наткнулся на Бернара. В полутьме было невозможно различить выражение лица старого приятеля, но его голос был спокойным и насмешливым

— Тебе не стоит красться по собственному дому. Если такая девушка ответила согласием на долгие ухаживания, то не стоит оставлять её надолго. А то ещё исчезнет. Под предлогом пробежки.

— Напротив. Если я решил стать образцовым семьянином, то меньшая из возможных формальностей состоит в том, чтобы ночевать в своей постели. Вне зависимости от того, где бы я хотел заснуть.

— Ты так говоришь, как будто кто-то за тобой следит. — Уточнил рыжеволосый мужчина, ощущая очередной холодок прогулки по лезвию.

— Я уверен, Бер, что ты не имеешь намерения шпионить. Но семья это святое. И мне стоит привыкать к новым порядкам в своём доме.

Так или иначе, но теперь действительно стоило попытаться заснуть. Не обращая внимания на тени и шаги. И её голос, всё еще звучавший в голове. Предстояли тяжелые дни, и силы ему пригодятся. Даже если всё идет по плану. Особенно когда всё пошло по плану. Оставался только Рождественский бал. Но к этому пункту еще нужно было подготовиться.

Его почти не удивил её утренний поцелуй. Осторожное касание и легкий ветерок дыхания на плече. Почти. Он улыбнулся и поймал при попытке к бегству, просто обхватив за талию и притянув поближе. Ничего особенного, но свет, запутавшийся в её волосах, раскрашивал мир в новые оттенки.

— Как спалось?

— Благодарю, мироздание ко мне настроено без предубеждений. А как ваш… твой день начался…

— Одиноко. Так же как и пройдёт большая часть дня. Дела сами отказываются решаться. Очаровывать Стива тебе придется самой. Справишься?

— Да, если ты привезешь мне аленький цветочек.

Он осторожно уткнулся головой в её грудь и произнёс очень тихо и отчётливо, закрыв глаза и сосредоточившись на подсчёте ударов сердца.

— Значит, ты всё поняла ещё тогда. И зная об этом, только водила меня за нос.

— Ну, ты же не ожидал чего-то другого? — рассмеялась она высвобождаясь.

Необыкновенная легкость слов и поступков, доступных хотя бы в рамках игры на публику позволяла балансировать на грани. Вот и сейчас она подняла его голову не рискуя заглядывать в глаза, просто коснулась губами лба. Он покачал головой «ниже». Она чмокнула в нос. «Ниже». Она коснулась его сухих губ, в последний момент, испугавшись этой игры. Но было уже поздно. Поцелуй вышел самый настоящий, выбивающий дыхание и властно требующий продолжения.

Но он остановился раньше, чем она поняла, что происходит. Шепнув на ухо «а вот это стоит оставить до другой реальности» прижал к себе её начавшее вибрировать тело. И держал крепко несколько секунд, пока она не пришла в себя.

— Прости, не могу остаться и продолжить. Все встречи расписаны.

Когда он открыл глаза в них опять стоял чуть заметный лёд самоконтроля и осторожная вежливость опытного игрока. Она легко вывернулась из объятий и начала наливать кофе.

— Да, мой принц. Вы и так сделали всё, что могли для скромной русалки. Государственные дела не ждут.

— Вот именно. Но кофе я всё равно с тобой выпью. Еще есть пара минут до прихода машины.

Он смотрел на неё болтающую ногами и пересчитывал шансы дожить до вечера. Иногда помогают только самые простые вещи. Например, закопаться в работу. Поговорить с матерью, тоже хороший вариант, когда мысли будут слишком далеко уходить за пределы разумного. А ещё вспомнить, что это она рискует своей жизнью, откликнувшись на его порыв оптимистичного идиота. Он просто позволил поправить галстук, пожелал хорошего дня и коснулся её щеки рукой. И всё равно сбегая по лестнице, напоминал себе улыбающегося кота, слишком довольного происходящим, чтобы пытаться это скрыть.

— Зои, упакуйте цветок из кабинета мадам и передайте с охраной в мою квартиру. Доброе утро. Да. Конечно. Я буду через пять минут и хотел уточнить расписание. Хорошо. Придется добавить в него еще парочку дел. Сейчас уточню…

Русалка сидела и рисовала схемы, когда появился Стив.

— А где ваш работодатель? Я надеялся, что он опять будет дома…

— Нет. У него что-то сбилось в расписании. Сказал, чтобы мы с вами вдвоем разбирались с текучкой.

Сыщик внимательно рассматривал цветок, стоявший рядом с монитором. Трудно было бы не заметить подобную яркость, даже менее наблюдательному человеку. Но девушка еле заметно улыбалась, когда её взгляд касался его невзрачно зеленой листвы. Так обычно реагируют на приятные мелочи, говорящие о чём-то личном.

— У вас всё в порядке? В смысле ваш жених без изменений?

Она позволила легкой тени сожалений пробежать по лицу. Слишком очевидной была провокация, и легко просчитывался ответ.

— Его увезли на реабилитацию сразу, как врачи признали это возможным. Жаль, я не смогу ехать с ним. Но фрау Шварц обещала писать обо всех изменениях.

Мужчина кивнул, увидев подтверждение догадки. И дальше уже разговор шёл по надежному руслу деловых вопросов. Её последних находок и информации, которая могла помочь расследованию. Закрыв за гостем дверь, она наткнулась на холодный взгляд Бернара. Но это была не её проблема. Пытаться убеждать своего компаньона должен сам хозяин берлоги. Хотя тот и спокойно передвинулся, преграждая дорогу.

— Тебе стоит быть хоть чуточку осторожнее. В хождении по канату главное не ловкость, а крепость натянутой верёвки. И сейчас под тобой очень непрочное основание. — Произнёс охранник, рассматривая её в упор. Как крысу, убить которую мешает только брезгливость и необходимость последующей уборки.

— Не вижу причём тут подобная аналогия. Даже моё присутствие здесь стало возможным без моего согласия. Я фактически хочу только выжить.

— Тогда ты выбираешь странные пути. И не сможешь долго прятаться за его спиной.

— Иногда пути выбирают меня. И хотя я ценю ваше мнение, но сейчас наша ссора вряд ли понравится хозяину квартиры. — Улыбнулась русалка, размышляя о том чтобы не выдать себя, если дойдёт до драки.

— Да. Но и твою двуличность он вряд ли поощряет.

— Может, стоит обсудить это с ним? Я только гостья. На тот срок, пока меня тут терпят.

— Тогда и не надейся на что-то большее. Мир довольно жесток, когда люди пытаются изображать то, чего не имеют на самом деле. — Бернар буквально выплёвывал эти слова. А его собеседнице приходилось прикладывать усилия, чтобы не расхохотаться.

— Я запомню. Спасибо. Это всё?

— Да. Сейчас, это всё.

Она усмехнулась и пошла работать. Все это странные игры с принцем не имеют никакого смысла, если она не закончит доклад. И хотя первый вариант уже правил напарник, но она всё равно чуть сомневалась. Спешка не должна влиять на качество работы. Но компьютерный гений вернувший текст пёстрый от изменений был, похоже, немного удивлён.

— Я всё время забываю, насколько ты хороша, сестрёнка. — Буркнул компьютерщик, выдавливая из себя похвалу.

— Ничего сверхъестественного. Много данных, твоя безупречно настроенная система обработки и концентрат из идей на выходе.

— Да, звучит просто, но если он сделает все, по написанному, то его проблемы исчезнут как капли на горячей сковородке.

— Ну, там же нет прямых указаний. Да и защита данных…

— Не надо. После того, как офис выдержал прекрасно организованную физическую атаку. На что не был рассчитан, если говорить откровенно. В общем, я пока не представляю, как это же сделать надежнее и качественнее.

— Хвастун. — Хмыкнула девушка, просматривая его правки и комментарии к докладу.

— Далеко не всегда и только когда оно того стоит.

— Всё меняется. Может технологии сделают твою защиту слабенькой уже через пару месяцев.

— Нет. Некоторые базовые принципы остаются неизменными. И хотя я не говорю, что обновлений не потребуется, или что люди изменятся…. Короче, я понял, что ты меня провоцируешь.

— Есть немного. Размышляю о том, не упустила ли я чего-то в этой спешке.

— Лучше ещё раз просмотри данные по нападению на себя и вспомни, что у каждой хорошей истории должен быть хороший конец. Мы перешерстили всё что нашли и даже немного из того, чего находить не должны были. Остальное — не твоя забота. Описывай всё красивыми словами, как ты любишь, и сдавай своему… работодателю.

— Ваши советы, монсиньор, очень полезны. Но лучше объясни-ка, что за хрень тут про сервера написана. — Заметила она очередные вставки, погружаясь в суть доклада.

Пока она увлечённо работала, принесли официальное приглашение на Рождественский бал. И хотя всё было давно расписано и уточнено, плотный старомодный картон с золотым тиснением выглядел пропуском в иной мир. Судя по данным, просочившимся в сеть, эта встреча была довольно грандиозной и действительно важной. Хотя настоящие решения не принимаются в подобных скоплениях народа, но слишком много там будет закулисных разговоров, которые имело смысл зафиксировать. Она могла только усмехнуться тому, насколько быстро потеряла осторожность и чувство меры. Азарт был велик и принц абсолютно прав в том, что она далеко не всё нашла из того, что хотела. И теперь было самое время решать хочет ли она остановиться или хочет пойти опять «ва-банк».

Глава 31. Близость сказки

Потом доставили платье. Небрежный почерк принца, исправлял её пожелания и заверял оплату. Когда он успел лично наведаться в магазин, и почему выбрал другой наряд, она не хотела обдумывать. Иногда быть просто девушкой казалось приятной и необременительной альтернативой принятию трудных решений. А вкус у богатого плейбоя был. В коробке с известным брендом лежал голубой шелк оттенка морской волны. Ей потребовалось несколько минут, чтобы заставить себя, его достать. Оно было очень изысканным, в той простоте и элегантности, которая встречается только у по-настоящему дорогих вещей. А после примерки совершенно не хотелось думать о том, что именно он имел в виду, выбирая это платье. Оно было идеальным и даже чуточку лучше. Хотя и открывало немного больше шрамов прошлого, чем стоило видеть посторонним. Но с этим она уже научилась справляться.

Единственное что вызывало улыбку это недавно прочитанное требование на приглашении. Белый бал. Дамы — в белых платьях. А нежно-голубой цвет платья, решительно подчеркнувший цвет её глаз явно не укладывался в строгие рамки. Ещё раз крутанувшись возле зеркала, она сняла это невесомое чудо. Но лишь для того, чтобы потом еще несколько часов ловить собственные мысли, убегавшие к вопросу подбора обуви, белья и прочих мелочей, способных, в случае ошибки, испортить идеальность строгих линий.

Встретив принца в дверях дома, поздно вечером, она произнесла только два слова

— Прекрасное платье.

— Тебе понравилось? — Он выглядел смертельно усталым и немного осунувшимся. Но еле заметная улыбка от подобного приветствия заставило его продолжать говорить. — Хорошо. Его доставили заранее, на случай если потребуется подгонка по фигуре. Украшения привезут завтра. Несколько вариантов. Сможешь выбрать. Напрокат их нашей семье дают даже без залога, так что можешь не стесняться.

— Тяжелый день?

— Да. Непростой.

— Ты уже ел?

— Не хочу. — С тоном капризного мальчика протянул он, стаскивая с себя пальто.

— Ну и не надо. Давай я тебе помогу.

Она быстро стащила обувь и пиджак, прежде чем он сообразил что происходит. Спорить и протестовать у него всё равно не осталось сил. Только послушно следовать, будучи зачарованным её настойчивостью и уверенностью. Происходящее напоминало странный сон, который ему меньше всего хотелось прерывать. То, как она бесцеремонно стаскивает рубашку. Потом брюки. Смеясь, отправляет в душ. В какой-то момент ему пришлось мимоходом задеть косяк двери плечом, чтобы убедиться, что это происходит на самом деле. Даже в самых смелых мечтах о том, как пройдёт этот вечер он не рассчитывал, что увидит её сидящей на собственной постели и командующей:

— Ложись.

Он осторожно приблизился и протянул руку. Но лишь для того, чтобы успеть заметить её смеющиеся глаза, перед тем как упасть лицом вниз. Подсечка и рывок были профессионально-быстрыми, так что мужчина даже не успел удивиться тому, как легко ей удалось всё провернуть.

— А теперь можешь и отрубиться, если на самом деле устал.

Произнесла девушка и начала аккуратно разминать его спину. Её движения были точными и сильными, подчиняя мышцы и связки новому ритму. Влажная кожа чуть поскрипывала под её руками, и через несколько минут он просто расслабился, принимая даже боль. Чувствовалось, что она знает что делает. Блаженное тепло разливалось по телу от прикосновений. А когда она замедлилась, он уже имел несколько сценариев развития ситуации. Оставалось только уговорить себя ограничиться тем, что не будет иметь негативных последствий.

Буквально одним движением он уложил её под себя. Осторожно придерживая руки над головой, заглянул в глаза. В любом случае она была идеальным партнёром для подобных игр. В прямом и спокойном взгляде было насмешливое доверие. По-хорошему, теперь надо было сдернуть её футболку или даже просто поднять повыше и дальше действовать, как подскажут инстинкты. До изнеможения. Но вопреки желанию он только осторожно поцеловал её губы и шепнул «ты рискуешь» прежде чем отпустить.

— А это было действительно классно.

— Ха. Как вижу, ты ожил. Хоть и ненадолго. Пойдём напою тебя, накормлю и покажу добычу Стивена.

Утро в день бала выдалось ясным. Небольшой морозец раскрасил город узорами из инея и ледяных игл. Она еще раз взглянула на папку с результатами работы. Стопка бумаги в простой темно-синей пластиковой шкурке. Все, что останется от их не-романа. Содержимое этой папки было, пожалуй, единственным, в чем она не сомневалась. Работа сделана на совесть. А всё остальное напоминало странную конструкцию изо лжи и правды, собранную воедино усилиями людей, которые видели только одну её часть и не догадывались о необходимости стабилизации.

Судя по звукам квартиры, он тоже давно встал. Просто не спешил появляться. Как будто подобные задержки могли что-то изменить в этом странном дне к лучшему. Устав ждать она сварила кофе и сервировала стол, выкладывая приборы и продукты в безупречном порядке. А потом села перечитывать собственное творение, углубившись настолько, что пропустив даже тихие шаги хозяина дома мимо сознания.

Он коснулся её шеи губами и молча сел завтракать. Пришлось положить на стол перед ним папку и небольшую перевязанную голубой лентой коробочку, и озвучить:

— Итоговый доклад. План работ, так сказать. И диск с данными. Модели, потоки и несколько вариантов развития основанных на вероятностных оценках.

Не поднимая глаз, мужчина кивнул, полностью сосредоточившись на намазывании хлеба маслом.

— Благодарю. Деньги за работу перечислят сегодня же. С бонусом, за работы по восстановлению после атаки, скорость и риск.

— С вами приятно работать.

Он спокойно изучил выражение лица девушки сидящей в пол оборота и снова невозмутимо кивнул. Она опять перешла на Вы. Как в старые недобрые времена. Только спросил, не меняя выражения лица:

— Надеюсь, ты не передумала насчет бала. Для меня очень важно твоё присутствие. И решение.

— Я сделаю усилие, чтобы Вас не разочаровать. Тем более что ювелир вчера был просто очарователен. И отказываться выгуливать игрушки, которые он предложил, противоречит моей женской природе.

— Да, он удивился твоему выбору. Изысканный вкус и цена, которой он немного стеснялся. За время моего общения с ним он впервые выглядел таким озадаченным.

— Нужен залог? Думаю часть уплаченных вами денег должно хватить…

— Не стоит иронизировать, над возможностями семьи. А то я откажусь принимать украшения обратно, назвав подарком любимой женщине.

— Вряд ли мадам спокойно воспримет подобное нецелевое расходование фонда, выделенного на ухаживание за невестой.

Она, проходя мимо, коснулась его плеча, стряхивая пылинки. Легкая холодность в отношениях создавала впечатление небольшой ссоры между влюбленными. Из-за его твердости по поводу семейных обязательств. Он закрыл глаза, пытаясь понять, как далеко он готов зайти в подобном фарсе, и перехватил её руку. Очень дозированно расходуя усилия, подтянул русалку к себе и начал отчитывать. На самом деле просто изучая её лицо в попытке оставить даже эту имитацию размолвки в своей памяти.

— Не считай мою мать глупее себя. Она знает, почему ты здесь всё это время. И что происходит за закрытыми дверями. Практически все заинтересованные лица считают тебя моей любовницей. Даже Бернар. Как бы они к этому не относились. И ты знаешь негласные правила. Пока они в это верят — ты часть семьи. Как только уйдешь — команда фас даже не понадобится.

Но фразы лишь отчасти были игрой. Сухая констатация фактов имела привкус горечи.

— А я никогда не говорила, моя жизнь проста. — Она просто села к нему на колени и поцеловала в щеку. — И я даже наверняка пожалею, какое бы решение ни приняла.

Но он осторожно разжал захват и убрал её руку от своего лица. Сквозь тонкую завесу полуправды проступали контуры ответов вопросов, которые он не мог задать ей даже за закрытыми дверями. И сейчас оставалось говорить то, что думал на самом деле. В бесплотной надежде, что это сможет изменить баланс сил.

— Не надо. Ты умеешь манипулировать людьми точно так же как и я. Но мне не нужны намеки и воздушные замки. Игры. Обещания, которые ценны только как разменная монета. И ты знаешь, что мне нужно на самом деле.

— Более того. — Отозвалась она. — Я вижу это в твоих глазах. Каждую ночь. Но не хочу повторяться… И не хочу слышать всё те же доводы…

Отсутствие доводов и повторов в реальных беседах их не смущало. Как после тысячи лет проведённых вместе, они могли начать этот диалог с любой точки и, не предсказывая ответов друг другу, плыть в одном ритме по безбрежности этой полуправды. Он поцеловал её раскрытую ладонь, больше не собираясь задавать вопросы и обсуждать. Она улыбнулась. Напряжение между ними уже давно исчезло вместе с надеждой, что мир можно изменить. Теперь он уже твердо знал, о чём будет сегодня лгать. Матери и всем остальным. Улыбаясь и честно глядя в глаза. Говорить, что она остаётся и рассмотрит контракты. И почему-то это выглядело правильным. Лгать и дать ей хорошее прикрытие для ухода.

— Ты сможешь подарить мне этот вечер? Только мне. Обещай!

— Ты уверен, что сможешь это выдержать? Все мои чары, которые рассчитаны на весь совет директоров и мадам, чтобы обеспечить более выгодный контракт. При всей моей циничности я не собираюсь ограничивать силу воздействия только на твоей персоне. Это нерационально.

Он впервые за утро улыбнулся злой гримасой хищника, которому предложили поделиться добычей в голодный год. Опять же задуманная мадам помолвка, в такой ситуации, уже будет занимательным аттракционом. Но ответил вполне нейтрально.

— Вряд ли тебе удастся заметить их знаки внимания. Даже если бы они вдруг захотели отозваться на твой призыв.

— О! Так ты считаешь, что я недостаточно привлекательна? — Кокетливо спросила она.

— Я считаю, что ты ослепительна. И идеальным было бы отсутствие наряда. — Ответил он быстро и предельно честно. — Но этикет предписывает платье и прочую лабуду. Это лишнее, но так приглашенные гости хотя бы смогут отвести от тебя взгляд.

— И ты на меня смотреть не собираешься?

— А вот на это тебе надеяться не стоит.

Слыша стук собственного сердца и взгляд рыжеволосого мужчины за спиной, он задумчиво проводил пальцами по спине от шеи до талии и ниже, позволяя своей руке забираться под футболку и внимательно следовать всем изгибам позвоночника. Глядя как её зрачки немного расширяются, и сбивается дыхание, меньше всего хотело останавливаться или продолжать пустые разговоры. Но она уже начала отстраняться со словами:

— Тогда мне нужно почисти пёрышки. Чтобы полностью исключить возможность твоего бегства или равнодушия. Мы встретимся сразу там?

— Боюсь, что так. Нужно принимать гостей и отвечать на вопросы. В твоё отсутствие. Тебя будет сопровождать Бернар. Ты же согласился?

— Да. Я был не против. — В голосе рыжего охранника плескалось отчужденное неудовольствие.

— Вот и хорошо. — Девушка вспорхнула с его колен. И он понял, что вечер действительно будет непростым. Игра в отношения хорошо удаётся, когда тело не реагирует настолько резко и предательски.

Это просто один вечер. Убеждала себя русалка. Их последний вечер. Но лучше об этом не думать. Не думать о том, что может произойти, и куда занесут их обоих, возможные эмоции, потому что вокруг будут толпы незнакомых людей. И даже его невеста. Мысли стоит занять подбором духов. И туфли, и сумочка, наверняка тоже не помешает. А еще нужно уложить волосы и освежить лицо. Даже с учетом всех проблем и неприятностей, не хотелось выглядеть даже на капельку хуже, чем он ожидает.

— Как мне вызвать твоих китаянок?

— Они будут через полчаса. Я обо всём договорился, как только узнал об этом странном собрании. Тебя что-то беспокоит?

— Да. И ты знаешь что. Он предложил карт-бланш.

— Но ты же отказалась… — Тяжело вздохнул собеседник.

— Да.

— Можно я не буду говорить, что думаю о твоих метаниях? То мы работаем, то мы не работаем. Опять, поди, вопрос уперся в постель.

— Ты же всё забрал?

— Да. Включая архивы и логи центрального офиса. И некоторые домашние компы сотрудников. Перехват отчёта их безопасников подтвердил, что нарушения целостности данных они не заметили.

— Тогда это больше, чем достаточно. Других наших шалостей не засекли?

— Нет. — Собеседник для разнообразия стал лаконичен.

— Хорошо. Даже к лучшему, что мадам видит ценность только своей семьи.

— Да. Хоть это и необычно. — Сарказм в голосе собеседника быстро затух, в объятьях её тяжелого взгляда. — В любом случае, я доверяю твоему чутью. И это больше добычи, чем за все прошлые операции вместе взятые. А твой приказ об отсутствии закладок на будущее тоже окупился. У них очень дотошные тестировщики попались на этот раз…. Так что если хочешь знать моё мнение — ты умница. Повеселись там, не обращая внимания на мою жадность. Команда эвакуации тебя ждёт. Только постарайся туфельку не потерять.

— Смешно.

— Да. И Леший подстрахует в случае силового варианта. Но ты знаешь, что твои солдатики поймут, если ты решишь отменить побег и остаться. Пара легенд на этот счёт тоже готова. Выбор за тобой.

— Я знаю. Спасибо.

Улыбающиеся и тихие девушки пришедшие привести её в порядок притащили с собой даже небольшой стол для массажа. В таком объеме вещей легко пропустить чемодан с вещами гостьи, которая еще не решила точно стоит ли ей уезжать, но на всякий случай готовится ко всему сразу.

Целый день, общаясь с людьми, он не мог не замечать периферийным зрением техников русалки. Они слонялись повсюду, переставляя аппаратуру и меняя вещи местами почти не обращая на себя внимания. Работники уже давно привыкли к странным фигурам, а посторонние плохо различали местных. Зои подписывала многочисленные акты, от имени своего шефа, воспринимая происходящее как последствия изменений внесенных после нападения. Многочисленные улыбки и обоюдные заверения звучали насквозь фальшиво, но даже его мать не понимала в чём дело. Мир катился к пропасти и всегда странно быть тем единственным человеком, который различает несомненные признаки происходящего, но не может рассказать об этом кому-то и не может отменить обратный отсчет. Вся зачистка лишних данных пройдёт тихо и незаметно для всех. Уходя закрывайте дверь. Но оставаясь, двери тоже закрывают, чтобы избежать сквозняков…. Ведь так?

Королева ощущала себя чрезвычайно довольной. Порядок в делах выглядел идеальным. А последствия работы странной девушки впечатляли техническим совершенством. Подводная часть её изысканий и выводы, которые должны были попасть в руки к сыну, мало беспокоили истинную владелицу бизнеса. Те клочки информации, которые она получала по своим каналам, выглядели как плохо смонтированный коллаж вчерашних новостей. И Стивен, не смотря на свою впечатлительность, был уверен, что ничего важного об истинном положении вещей не просочилось. Так что стоило сегодня продолжить обработку этой аферистки. Через пару недель она отдаст свой доклад. Возможно, каким-то чудом там будет что-то полезное. И это тоже можно будет использовать.

Так что сын всё-таки был прав в своём упрямстве. И теперь глядя на его свободные движения рыбы попавшей в привычную среду обитания матери оставалось только искренне улыбаться. Ради подобных мгновений и стоило бороться. Когда усилия окупаются, а выгода проявляется даже в таких неожиданных вещах. Закрепить взаимопонимание в семье поможет раскрытие ему пары тайн, но время пока терпит. А серьезность тех вопросов не потерпит поспешности, как и излишнего драматизма. Ей следует дождаться более подходящего случая, и нужного настроения у наследника. Сейчас же все его слова и решения были идеальны. И он сам явно знал об этом.

Глава 32. Рождественский бал

Галерея наполнялась людьми. Зал, усилиями декораторов, напоминал владения Снежной Королевы даже сильнее, чем раньше. Огромная стеклянная композиция, наконец, выглядела оправданной и уместной. Мама с небольшой компанией высшего руководства, встречала приглашенных гостей, пожимая все руки и выполняя привычную для неё роль хозяйки ледяного дворца. Самого принца, после пары шуточек про усыновление и Кая отправили в бар. Что было именно тем, чего он и добивался, чтобы хоть как-то избавиться от улыбки, приклеившейся к лицу за весь день непрерывных переговоров.

Он уже видел Анжелу в серебристо-белом полупрозрачном и открытом наряде. Но предпочёл не показываться ей на глаза, зная насколько сильно придется грубо хамить, чтобы отвязаться, когда придет время. А так, из засады, можно было наблюдать как несколько «счастливчиков» уже клюнуло на щедро разрекламированные прелести и теперь развлекали девушку бессмысленными для неё комплиментами и ухаживаниями. Интересно, на что ещё она рассчитывала, выбирая подобное платье? Что мадам оценит фотографии их помолвки, на которых невеста практически ничего не скрывает? Вот это вряд ли. Хотя и открыто возмущаться мама тоже не начнёт, чтобы не раскачивать и так неустойчивую лодку.

За рассуждениями о собственной судьбе и помолвке он прятал волнение. Сам не понимая, почему. Конечно, она придет. В некотором смысле он сделал все, чтобы у неё не было другого выбора. И выпрыгивающее из груди сердце вряд ли уместно в своем беспокойстве. Она обещала. И всегда выполняет условие контракта. Пришлось сделать несколько глотков из бокала с шампанским, обмениваясь парой фраз с проходящей мимо парой, когда он заметил русалку.

Платье действительно было превосходным. Тонкий шелк приоткрывал спину для нескромных взглядов и делал вид, что скрывает всё остальное. Но эта была лишь иллюзия. Каждый изгиб тела. Каждое несовершенство и достоинство было подчеркнуто сильнее, чем в полупрозрачном пеньюаре Анжелы. А цвет был прекрасным дополнением, выделявшим её из безлико-белой толпы. Он смотрел на то, как мадам задала очевидный вопрос кому-то из распорядителей и холодно улыбнулась невразумительному ответу. Ни того, ни другого он не услышал, зато успел вмешаться:

— Простите мадам, это моя вина. Выбирая платье для девушки, запертой в моём доме, я совсем забыл о выбранном стиле бала. Благодарю, Бернар, что привёз её.

Взгляд матери лишь скользнул по безупречности костюма сына полностью выдержанного в заданной теме, прежде чем она кивнула. На случай подобной бестактности гостей в подсобке было несколько накидок, способных сгладить неловкость. Удивительно безвкусных и лишающих любую фигуру формы, хотя гости могли винить только себя. Но принц спокойно достал из кармана живую белоснежную распахнутую розу, чтобы быстрым движением приколоть к плечу платья.

— Я думаю, так будет лучше, и цветовой акцент соблюдёт ваши требования.

Улыбка мадам, осознавшей продуманность провокации, была холодной, но спорить она не стала, в надежде, что это был последняя из шалостей на этот вечер.

Наследник, дотронувшись до кожи русалки губами, отослал своего друга с глаз долой быстрее, чем смог прийти в себя. Голос его персональной гостьи возникал из ниоткуда, а мозг формулировал ответы самостоятельно:

— Говорят, даже знаменитости будут?

— Да, кто-то из певцов развлекает сегодня.

— Как я выгляжу? Достойно этого великолепного зала?

Он, отчасти справившись с бурей эмоций, взял бокал шампанского с подноса официанта, для того, чтобы вложить в её ладонь. Потом, между делом провёл рукой по платью, поправляя несуществующие складки, и коснулся губами шеи, не обращая внимания на окружающих.

— Они тебя недостойны. Оставлю себе на весь вечер. Это не обсуждается.

— Вы уверены, что справитесь?

Прежде чем ответить он аккуратно положил руку на её талию, повернул к себе лицом, зафиксировал положение тел, и начал объяснять светским тоном:

— Уверен. Какой бы из вариантов развлечения ты ни выбрала. Чтобы подготовить почву, расскажу о самом вульгарном. Ты ведь в курсе, каким озабоченным животным сделали меня последние недели в твоём обществе? Как каждый день, слыша твоё такое сексуальное возбуждение, останавливал себя. Никакого продолжения и разрядки. Но, что самое волшебное, в твоём теле я слышу очень похожие нотки безумного желания. Эта очаровательная дрожь, перекатывающаяся под кожей. Пульсация крови, прилившей к таким правильным точкам. Запах вожделения. То, сколько усилий тебе приходится прикладывать, чтобы держать ноги сомкнутыми. И всё это реакция лишь на слова и довольно невинные прикосновения.

Она была слишком плотно прижата к нему, чтобы сомневаться в его желаниях или подвергать сомнению точность наблюдений. Особенно из-за того, как его вторая ладонь скользила по её груди, целиком и полностью игнорируя правила приличия и подливая масла в огонь реакций. И судя по выражению глаз, если она даст слабину, то притормаживать и заботиться о репутации он не будет. Более того, все его прошлые достижения из области эпатажа рисковали остаться в прошлом. Не в последнюю очередь из-за того насколько плохо она себя контролировала под действием его пьянящих прикосновений, после этих месяцев и попыток удержаться от глупостей.

— Какие альтернативы вы можете предложить? — уточнила она, осознавая, насколько жалобно звучит голос.

— Глотни шампанского, и забудь об уважительном обращении ко мне, как к своему работодателю. — Рассмеялся мужчина, не давая отстраниться. А потом жадно смотрел на то, как её губы коснулись бокала.

— Почему? Ты недоволен тем, как я выполнила наш договор?

— Конечно, я недоволен. — Фыркнул он, кивнув кому-то из гостей. — За формальную часть твоих услуг деньги уплачены. Но ни одна из моих личных целей не достигнута. Совершенно не представляю, как воспринимали твои махинации остальные наниматели, как и причины, по которым ты здесь. Но думаю, что получив желаемое, нужно хотя бы из вежливости бросить кость, чтобы отблагодарить сторожа, пропустившего целую стаю воришек на задний двор дворца. Моя цена — этот вечер. Нужны ещё уточнения?

— Нет. Всё ясно, кроме вариантов развлечения. — Она размышляла о том, насколько уютно ей было в его объятьях. Эти смешные угрозы больше похожие на ещё одну попытку соблазнения. Для них не нужно было выводить её на приём, покупать платье, арендовать драгоценности и дожидаться внимания толпы, семьи и невесты. Она, и так жила в его доме, не особо сопротивляясь любому развитию событий.

— Тебя, похоже, интересуют самые приличные из вариантов. Что ж. От тебя требуется лишь искреннее согласие с моими ухаживаниями. Смеяться. Флиртовать. Принимать поцелуи и прикосновения, как естественную часть общения. Прямо как за закрытыми дверями моей квартиры, только при очевидных зрителях. А я, со своей стороны, обещаю, что всё ограничится обоюдно приятным времяпровождением.

— Я должна изобразить твою подружку? — Почему-то удивилась русалка предложенной перспективе. Но его подобная реакция скорее разозлила, что немного изменило его шепот, а пальцы тут же проникли за край декольте, обжигая её грудь, чрезвычайно бесстыдным образом.

— Если я замечу, что ты хоть что-то изображаешь или принимаешь из вежливости, то обладание твоим внимание будет означать отсутствие платья и прочих условностей. Ведь, в сексе ты прекрасно справляешься безо всякой лжи. Сегодня вечером я лишь хочу узнать, способна ли ты на честность, когда вокруг люди и есть пара требований протокола, которым придётся следовать. Можешь злиться и говорить гадости, если это тебя развлечёт сильнее, чем флирт. Только будь честна.

— Мой принц, я же не спорю и не пытаюсь что-то выгадать. Просто объясни, зачем тебе это? — Ей пришлось закусить губу, чтобы хоть немного прийти в себя. И это движение не осталось им незамеченным. Только на этот вопрос он не собирался отвечать всю правду, включавшую желание пойти на любую хитрость лишь бы она осталась с ним.

— Это мой каприз. Хочу узнать каково это, быть рядом с настоящей тобой. Может и правда, у нас с тобой нет ничего общего, кроме въевшейся лжи. И к концу вечера я пойму, что не стоит даже пытаться цепляться за безумие, в котором нет ничего, кроме одержимости сексом. И не говори, что тебе самой совершенно не хочется это выяснить…

— Для человека, который только что говорил о почти полном контроле над желаниями моего тела…. Сравнивая, возможность трахать меня всю эту долгую и тёмную ночь, и светскую болтовню под внимательными взглядами твоей матери и невесты? Как-то мелковато выглядит каприз. Не находишь? — Насмешливо воспользовалась она предложением быть честной. Но его улыбка выглядела уже не такой напряженной, а свободная рука забрала бокал с шампанским вместо того, чтобы продолжить лезть под платье.

— Не надо. Мы оба знаем, что секс будет великолепным. И твоё удовольствие от этой ночи ничуть не уступит моему. Это помимо того, что ты в курсе: моим обещаниям можно верить. Но стоит ли мне надеяться на что-то большее? Есть ли живая женщина за всеми твоими увёртками, манёврами и тайнами? Есть ли призрачный шанс остаться хотя бы хорошими знакомыми? Ведь уничтожать возможность нашей даже случайной встречи.… Для этого я ещё недостаточно взбешен. Поэтому и предлагаю тебе выбор. Но мысли не допускай о том, что я поведу этот бал хотя бы вполовину менее весело, чем запланировал.

Русалка скорее размышляла о том, что в эту игру можно сыграть и в четыре руки. Узнать пределы его терпения казалось не менее волнующе, чем надеяться на новую встречу, которая может и не случиться.

— Не боишься, что нас обоих отсюда выставят? — Коснувшись его щеки губами, она и не скрывала провокацию. Сознательно отключая тормоза. А он лишь рассмеялся, наслаждаясь всем букетом ощущений пьяняще близкого контакта. От гладкости шелка и маняще изогнутой спины, до её дыхания и запаха духов.

— Это мой вечер. Мой аквариум. Мои ручные пираньи. Никто не посмеет даже сделать вид, что я поступаю вопреки правилам приличия. Хотя ты в любой момент дополнить происходящие ласками любой степени интимности, не удивляясь тому, что я, в ответ, поступлю точно так же. Или можем прямо сейчас уйти и сыграть в игру "кто хочет сильнее" уже без поддавков.

Она не возмутилась, потому что он был прав в отношении баланса их отношений. После всего сказанного и сделанного, он мог спокойно требовать многодневную оргию в качестве оплаты, и она всё равно осталась бы, должна.

— Ты продешевил. — Улыбнулась она, заметив, что он по-прежнему ждёт ответа. — Так сильно возбудив девушку, стоило сразу тянуть меня на сеновал, не давая увидеть альтернативу.

— Глупости. Пара вздохов и ты вернёшь самоконтроль. — Покачал головой мужчина, выигравший спор и добившийся её согласия на участие в официальной программе вечера. Но вместо законной радости он ощутил горечь и чуть не сорвался в объяснения. Насколько трудно будет отпустить её утром. Что долгосрочный контракт с корпорацией уже ждёт её в сейфе и похож на рабские кандалы. Что он скорее Анжеле запретит появляться в своей квартире, чем позволит русалке жить где-то ещё. Принц точно знал, какие чудовища ещё не наступившего будущего, укрываются под блеском обстановки. Только все они не делали его собственное желание слабее. Поэтому ему пришлось развернуть её от себя и начать рассказывать забавную историю об установке стеклянной конструкции в центре зала. Закончив рассказ и наклонившись к плечу, он тихо спросил.

— Ты готова к экскурсии по дворцу Снежной Королевы?

Правильно распознав кивок, он двинулся вперед из тени, аккуратно поглаживая шелковую кожу в глубоком декольте спины. Ведь выпускать её из своих рук не значилось в планах при любом раскладе. Как будто вокруг был уютный ресторан только для них двоих. Вино чуть переливалось оттенками золота в хрустале. Люди улыбались и спокойно раскланивались.

— Приветствую еще раз. Вот эту прекрасную леди я и прятал всё это время. И дальше собираюсь продолжать прятать без зазрения совести.

Он говорил с руководством, пожимал руки и ослепительно улыбался, но это выглядело лишь декорацией к тому, чтобы иметь возможность через секунду коснуться её своим дыханием.

— Западный офис. Они уже попытались взломать нашу безопасность, чем вызвали нервный смех у нашего компьютерщика.

— Когда ты успеваешь говорить с людьми о работе?

— А я и не успеваю. Всё было решено днём. И согласовано с мамой.

— Почему они так странно на меня смотрят.

— Потому что им интересно как ты завтра будешь проводить совещание по безопасности. И насколько окажешься профессиональной при таком внешнем виде и моей увлеченностью тобой. Подозревают подвох.

— Какое совещание?

— На которое ты не пойдешь. Твои техники оставили презентацию и мои специалисты ответят на то, что смогут. А ты будешь со мной. Или без меня. И это всё равно будет уже не важно. Пошли. И улыбайся. Только не сильно искренне, а то я буду ревновать.

— Это трудно. Учитывая то, как на меня смотрят мадам и твоя невеста.

— А знаешь, что было для меня самым сложным? Ужин с твоим женихом. Когда я видел, как он касается тебя. Ласково и нежно. Я слишком многое готов отдать, чтобы быть на его месте. Или разделить вас любым способом.

— Я заметила это.

Его ответ и выражение глаз на секунду стали колючими. Но потом он немного грустно улыбнулся.

— Вот и терпи. Это ненадолго. Всего до полуночи. А потом платье опять превратится в лохмотья, карета в тыкву и крестная фея забудет, что замарашке нужна помощь.

Внутри всех этих движений и водовороте человеческих лиц она ощущала себя довольно уютно. Как будто это всё было ненастоящим. Важны только его слова, объятья и подтрунивание.

— Даже не думай к ним прислушиваться. Они говорят о планах строительства на будущий год еще слишком размыто. По факту это только черновые идеи, которые переиграют с десяток раз. Да и вообще зря, что ли твои гоблины развешивали тут микрофоны? Обработаешь всё позже. Моей девушке не стоит забивать свою голову подобной чепухой, пока я рядом.

В его глазах и движениях была обескураживающая уверенность. Во всём. И казалось, что кружащая голову влюбленность единственный правильный ответ на все его не заданные вопросы. Она по-прежнему ждала какой-то неприятности, которая могла бы всё испортить. Но даже сейчас, когда он говорил со своей матерью, его глаза наблюдали за её вежливой беседой с бодрым старичком. Достаточно пожилым и безобидным старичком, чтобы ненадолго оставить свою русалку, отвлекшись на семейные дела. А глаза матери излучали просто таки лучи смерти, которые проходили сквозь него, не оставляя даже следа.

— Сын. Побойся Бога. Ты привел её на свою помолвку по моей просьбе. Но я и подумать не могла, что ты будешь себя так вести себя по отношению к невесте.

— Как именно? Я не отказываюсь от обязательств. И все положенные комплименты она получила.

Действительно это был почти цирковой фокус, поцеловать руку своей невесте не давая и шанса для бегства смеющейся русалке. Но в итоге, всё сработало и даже смогло удержаться в рамках приличия. Хотя глаза его будущей супруги и не горели особым дружелюбием из-за подобного унижения.

— Но опять-таки. Мадам. Вы уверены, что нам стоит именно сегодня объявлять о помолвке? Возможно, девушка, за которой волочится такой шлейф из ухажёров, не самый лучший вариант, чтобы говорить о планах на будущее?

Пожилая женщина даже не стала искать взглядом свою предполагаемую невестку. Ей хватало этого зрелища и первую часть вечера. Только покачала головой, немного смягчившись.

— У меня уже уточняли, с кем именно ты собираешься сочетаться браком. Но не забудь хотя бы первый танец протанцевать с Анжелой.

— Этого я не могу обещать.

— Я, конечно, понимаю, что в молодости кажется, что существует только этот момент и другого шанса не будет. И могу понять, что ты добивался этой особы довольно рискованными путями. Что потребовало времени. Но пусть хотя бы часть этого вечера будет отдано наследнице семьи деФайнс.

Откровенность, которая звучала в её голосе, заставило его говорить напрямую. Не совсем правду. Но ту часть происходящего, которая была бы приемлемой. Особенно в свете завтрашнего дня. Для этого пришлось выдержать паузу на обдумывание просьбы и тихо попросить, выкладывая карты на стол.

— Нет. Мадам. Русалка угрожала, что уйдет с бала, если я здесь объявлю о помолвке. Поэтому, так или иначе, но мир будет именно таким, как сказал я. По крайней мере, сегодня. Альтернатива не понравится никому. Для политики будет другое время. Узкий круг приглашенных гостей и продуманный сценарий.

Подобная прямота оказалась понятной даже для железной леди, которая ответила с какой-то мягкой грустью в голосе.

— Ты ещё такой ребенок. Ну, хорошо. Твоя девица впечатлила даже меня. Так что я поговорю с Анжелой. Только не увлекайся чересчур. Это не один из твоих стриптиз баров.

— Мама, ты умеешь быть понимающей, когда захочешь.

— Умею. И не уединяйся с ней слишком явно.

— Понял. Прости, мне пора.

Ему казалось, что весь вечер он только и тратил на то, чтобы идти к ней. Спокойно и уверенно. Не отводя глаз и не пряча улыбку. Какой смысл что-то скрывать, если этот вечер единственное, что есть у них на двоих. Она уже сменила собеседника и уже разговаривала с кем-то из французов, изящно посмеиваясь над их шутками.

— Позвольте мне украсть вашу собеседницу.

— И зачем ты это сделал?

Вместо того чтобы отвечать первое пришедшее на ум он почему-то предпочел пропустить первый десяток причин своей нелюбви к мужчинам, которые с ней заигрывают.

— Несколько официальных моментов. Мама скажет слово и передаст мне право произносить речь. А мне нужно вдохновение. И это ты.

— Твоё вдохновение это невеста.

— А ты изумительна, когда ревнуешь. Помолвка отменена до более удобного случая. Пока только меня назовут официальным наследником и дадут права на царство.

Он говорил прямо и немного нахально. Простые и понятные вещи. Так что занимать место рядом с ним казалось естественным как дышать. Даже рядом с трибуной под внимательным взглядом мадам. И за столом, где его рука осторожно касалась её бедра, или плеча не позволяя вольностей, которые могли бы её скомпрометировать. Просто лёгкий ужин в компании непростых людей. Обычные разговоры о погоде и мировых катаклизмах. Несколько тостов посещенных её героизму и профессиональным качествам. Но ничего, что доставило бы беспокойство. Самым смешным оказалось то, что он так и не дал никому прикоснуться, если не считать рукопожатий. Был милым и приятным спутником, очаровывавшим окружающих и её саму.

В очередной раз, кружась с ним в вальсе, она, смеясь над двусмысленной шуткой, смогла определить причину происходящего:

— Ты пьян.

— Да. Тобой. Точнее, тем, что ты рядом.

Искренность ответа и странное чувство свободы заставило её продолжить:

— Всё ещё не могу понять, зачем это тебе.

— За время нашего знакомства у меня не было шанса тебя очаровать. Угрожал. Ревновал. Искал. Работал. Даже пытался смириться с отказом. А теперь просто пытаюсь рассмешить. Чтобы ты передумала. Только не воспринимай это настолько буквально.

— В смысле?

— Ты как мимоза сразу грустнеешь и складываешь листья. А мне остается только пытаться тебя отогреть. Хотя бы вот так.

Он коснулся пальцев губами. А она тихо рассмеялась. Позволяя себе поверить в волшебство момента и не замечать окружающих. Довериться партнеру и забыть о течении времени. Чтобы очнувшись застать себя на крыше, целующейся под фейерверком вдали от людей.

Она даже не успела замерзнуть от прикосновения холодного воздуха, как он потащил её вниз. По пустым и смутно знакомым коридорам. Мимо пары скучавших охранников и парочек, разбегавшихся с праздника сбросить сексуальное возбуждение. Он насмешливо не замечал её попытки указать на схожесть ситуаций, останавливаясь лишь перед очередным постом безопасности.

В конференц-зале было темно. Да и весь этаж был пуст. Присутствие даже случайных свидетелей и равнодушных камер — исключено. А само хмурое и гулкое помещение старательно не замечала двух людей, укрытых тенями. Он на секунду выпустил её руку, чтобы погладить прохладное лакированное дерево стола переговоров и спросить:

— Помнишь твой первый день тут? Мой самый частый сон с тех пор о том, как мы здесь занимаемся сексом, не обращая внимания на народ, который ходит вокруг.

— Поэтому ты меня сюда и привёл? Осуществить сон? — Её насмешливый ответ выскочил вместе с понимание, что это было бы самым логичным из всего происходящего за вечер. Но мужчина, казалось, даже не заметил её страха, летая на своей волне.

— Ты была права, говоря, что я не справлюсь с ролью влюбленного. Даже черти смеются над этим обманом из каждого зеркала. Если это только роль, то слишком больно…. И сейчас, когда ты вот так рядом это кажется немного смешным, что очень скоро ничего не останется. Даже надежды. Только сны. Но и они быстро сотрутся от частого использования.

Он уже ни о чём не просил. Просто смотрел вниз на машины. В его глазах и безмятежном спокойствии было что-то слишком похожее на неё саму. Ни просчитанные варианты, ни необходимость отвлечь погоню, ни слова о семье и мести не имели значения. Это все была разновидность масок, прикрытая благочестивыми оправданиями. И сейчас в тени, которая позволяла говорить, не следя за выражением лица, всё становилось, очевидно.

Правда была неуютна и жестока. Она устала быть одной и постоянно во лжи по самую макушку. Она не могла оставаться одной, но и с ним тоже — не могла. Как бы она не тасовала варианты развития событий, все равно в результате получалась сопливая сказка о принце и русалке, в которой до последнего надеешься на счастливый конец. Но русалке, сменившей хвост на изящные ноги, придется пройти по бритвенным лезвиям, разрезающим плоть, а потом всё равно стать пеной, несмотря на все усилия и надежды. А верить в несбыточное… За это приходится платить самую высокую цену. Цену, которая ей уже не по карману.

— Ты дрожишь… Так лучше?

Он не замечал её странного приступа. Или сделал вид. Просто обнял. Молча и уже не пытаясь распускать руки или утешать. Честно пытаясь согреть. Как будто сейчас только вот такие прикосновения имели значение.

— Да. Прости… — Ей так сильно захотелось ему все объяснить. Вплоть до последней подробности своей нелепой жизни и смерти. Ведь он на самом деле не понимает, что происходит. А она уже научилась врать даже самой себе, не смотря на все уговоры и клятвы… Но с другой стороны, зачем? Они больше не увидятся. Всё что родилось между ними той ночью. Всё что произошло сегодня. Это перестанет быть важным уже вскоре. Вдали от его тела и голоса. Вдали от его попыток вернуть её любой ценой. Месяц — максимум.

Как будто услышав её мысли, он покачал головой:

— Не важно. Мне будет тебя не хватать. Сильнее, чем многих, кто был со мной дольше и откровеннее.

— Ты справишься.

— О, да. Я такой. Я живучий. Мне иногда самому страшно, насколько.

В наступившей тишине были только огни города и странное будущее, которого они оба ждали со страхом. Тихо вибрировавший в кармане телефон заставил его почти автоматически ответить, не взглянув на вызвавший номер.

— Да, мадам.

— Ты вернешься на праздник?

— Боюсь, что уже нет.

— Ладно. Веселись. Ты заслужил, как это ни странно. Тебя хвалят даже те, от кого было трудно этого ожидать.

Он кинул телефон на стол. Не отпуская её, просто слушая ритм сердца. Потом спохватившись и как-то равнодушно уточнил, как будто поняв, что озвученное матери решение было слишком поспешным:

— Но если хочешь — можем вернуться.

— Нет. Поехали уже домой. Этот праздник становится слишком грустным.

— Желание дамы — закон.

Он неохотно разжал руки. Потом поймал её ладонь и осторожно поцеловал, прежде чем начал рассказывать анекдот из прошлой жизни. Абсолютно неуместный и пошлый. А потом еще один. Так чтобы к первому этажу она уже хохотала. Стивен, хмуро наблюдавший за выходившими людьми, будучи на этот вечер самым главным в охране здания, уточнил:

— Может вас отвезти?

— Стив ты серьезно думаешь, что мне нужна дополнительная компания сегодня?

И тот только покачал головой. Эта парочка выглядела сейчас как единое целое. После всего, что он знал об этих двоих, и о чём говорила интуиция, пытаться их контролировать в такой ситуации выглядело грубостью, за которую можно получить пулю в глаз. Что бы они ни замышляли. Машина плавно катилась по городу, слишком быстро доставив их до темного здания. И внешняя охрана по-прежнему была на месте, сдержанно улыбаясь и отводя глаза от двух взрослых людей, целующихся в машине.

Он осторожно отпустил её, как только дверь квартиры закрылась. Не включая свет. Не задавая глупых вопросов. Сел в гостиной. Молча закрыл глаза. И начал считать удары сердца. Лишь для того, чтобы через час зайти к ней в комнату и закрыть окно. На кровати лежало её платье и тонкая змейка ожерелья. Он взял в руки уже остывший металл украшения и пошел читать её доклад о безопасности. Опыт сдержанно напоминал, голосом Лешего, что если проломить пару голов, то может стать немного легче.

Конец первой книги.

Content

Шторм для принца

Глава 1. Конец дня

Глава 2. Странная ночь

Глава 3. Маневр уклонения

Глава 4. Осколки прошлого

Глава 5. Детальный подсчет потерь

Глава 6. Пути отхода

Глава 7. Начало охоты

Глава 8. Неисповедимые пути

Глава 9. Монастырь

Глава 10. Гости дорогие

Глава 11. Улов

Глава 12. Новые шаги танца

Глава 13. Обстоятельства сделки

Глава 14. Кто в домике живёт?

Глава 15. Начало работы

Глава 16. Сухой остаток первого дня

Глава 17. Начистоту

Глава 18. Ещё один рабочий день

Глава 19. Личные аспекты рабочих вопросов

Глава 20. Неожиданные союзы

Глава 21. Границы дозволенного

Глава 22. Новое русло военных действий

Глава 23. На пороге

Глава 24. Зимнее обострение

Глава 25. Светские обязательства

Глава 26. Мир и немного войны

Глава 27. В зоне боевых действий

Глава 28. Новые факты и старые трюки

Глава 29. Странные альянсы

Глава 30. Шаг вперед

Глава 31. Близость сказки

Глава 32. Рождественский бал