Королева Людмила Александровна

В оковах бездны (СИ)

Пролог

Дождь лил как из ведра, видимость стала практически нулевая, но я, как угорелая, неслась на мотоцикле по пустой дороге. Мне бы добраться до трассы, выбраться из этого захолустья! Прибавила газ, выжимая все силы из железного коня. Мотор зарычал еще громче.

Родимый, только не подведи!

Обернулась и вздрогнула, заметив свет фар от машины. Дьявол! Они догоняли меня… Только бы оторваться, сбежать, скрыться, иначе конец! Мною двигала жажда мести, а еще чувство справедливости.

Вот только я не супергерой и жизнь у меня одна, так какого же черта полезла в пекло? Зачем ворвалась в логово врага? Я ведь всего лишь женщина — создание хрупкое и уязвимое.

Крепко сжимала руль, была собрана, сосредоточена. Адреналин пульсировал в висках, сердце трепыхалось в конвульсиях. Нет, я не боялась смерти, ведь тот, кто мертв душой, ничего уже не может потерять. Сцепила челюсти, прищурилась, пытаясь разобраться, в каком направлении двигаться. Заметила впереди иномарки, они преградили дорогу. Твари! Резко нажала на тормоза, но с мокрой дорогой сцепление ни к черту. Не удержав железного коня, на ходу слетела с него и кубарем покатилась по асфальту. Протяжно застонала. Черт! Боль поразила тело. Хорошо, что на мне был защитный костюм, иначе точно бы костей не собрала, после такого падения. Приподнялась, чтобы встать, но кто-то поставил свою тяжелую ногу мне между лопаток.

— Лежать, сука! Я сказал лежать! — прозвучал ненавистный мне голос.

Этот человек отнял у меня самое дорогое.

— Тварь! Где флешка? — зашипел он, стащив с моей головы шлем.

Огненные волосы рассыпались по плечам, сразу же промокнув из-за ливня. Я втянула в легкие воздух и улыбнулась. Добровольский ощупывал мои карманы, пытаясь найти флешку. Удивительно, такая маленькая штучка, а сколько для него значила. Хотя, ничего удивительного, на ней была информация, которая позволила бы засадить этого козла до конца его дней. Я была бы отомщена. Лев Владиславович рывком поднял меня с земли, а я поморщилась от боли. Смотрела в холодные зеленые глаза хищника с нескрываемым презрением. Он вытащил из-за спины пистолет и приставил к моему виску.

— Сука, в последний раз повторяю! Где флэшка? — рявкнул он, оглушая меня, а у меня губы растянулись в довольной ухмылке.

— Лев угодил в капкан? — ехидно проговорила я, ликуя, заметив страх в глазах Добровольского.

Это слаще меда, видеть отчаяние и страх того, кто отравил мою жизнь.

За свои слова получила увесистый удар по лицу. Качнулась, но удержала равновесие. Слезы непроизвольно покатились по щекам, но сразу же смывались дождем. Я оскалилась, сплюнула на асфальт кровь и рассмеялась, как истеричка. Сторожевые псы Льва Владиславовича стояли возле машин, наблюдая за происходящим. Вот пошли мужики… Женщину бьют, хоть бы один заступился. А нет… Они такие же отморозки, как и их хозяин. Наверное, я безумная, раз решила перейти дорогу подобным людям.

Я училась на следователя, чтобы бороться с тьмой. Одна против целого мира… Глупо, опасно, безрассудно. Да, я знаю это. Вот только когда душа разорвана в клочья, когда сердце уничтожено, уже не думаешь о себе.

Живешь лишь жаждой мести, она затапливает с ног до головы, питает, придает сил. Знала на что шла, осознавала, что мне придет конец, если поймают. Но уже не важно, что со мной сделают, итог у Добровольского будет один. Ему тоже конец. Данные, которые на него собрали, уже в надежных руках. А там все: махинации, взятки, а еще имена его партнеров. Даже если откупится от тюрьмы, его не оставят в живых крупные «рыбы» преступного мира.

Добровольский в два счета подскочил ко мне и схватил за волосы, больно сжав в кулак. Смотрел в мои глаза с лютой ненавистью.

— Хочешь знать, как он умер? Можем повторить тот сценарий, — выплюнул он зловеще, а я поморщилась.

Сердце сжалось до боли. Только бы не показать зверю свою слабость, только бы удержать эмоции. Судорожно сглотнула. Сволочь! Знал куда надавить, как выбить меня из колеи.

— Левушка, моя смерть не остановит процесс твоего крушения. Пока ты гонялся за мной, мой человек благополучно добрался до твоего сейфа, теперь твой покровитель отвернется от тебя. Всегда нужно иметь туз в рукаве, не так ли? — проговорила, вздернув подбородок.

Старалась не обращать внимания на боль.

— Сука! Сука! — завопил Добровольский, потеряв над собой контроль.

Он бил меня с такой силой, что в глазах потемнело. Однако ему не удалось стереть довольную ухмылку с моих губ.

Я отлетела в сторону, упала на асфальт, сбив ладони в кровь. Силы покидали меня, в голове стоял гул, а смерть дышала в затылок. Лев Владиславович приближался ко мне с пистолетом в руках.

Он застрелит меня и бровью не поведет. Прогремел оглушающий выстрел. Я вздрогнула, прислушалась к себе и удивилась, почему не почувствовала боли? Добровольский застонал и рухнул рядом со мной на колени. Началась перестрелка, а я не могла понять, что произошло?

Люди в черных масках повалили моих обидчиков на землю.

Я зажмурилась, подставив лицо под струи дождя. Ничего не видела, веки стали тяжелыми настолько, что не могла открыть глаза. Кожа горела, во рту был привкус крови.

— Девчонку не трогать, — прозвучал строгий приказ незнакомца. — Добровольского везите к главному, он сам с ним поквитается. И приберите тут, чтоб никаких следов не осталось…

Мужчина в маске присел рядом со мной на корточки, внимательно осмотрел.

— Обычно мы пешкам не сохраняем жизнь, но за твою шкуру отстегнули приличный кусок. Мне велено передать тебе это, — заявил незнакомец, всунув в мою ладонь что-то маленькое и гладкое. — А еще просили сказать, что адрес, где находится хозяин этой вещицы, тебе сообщат в ближайшее время. Все, я свое дело выполнил, дальше уже сама разбирайся, — бросил мужчина, поднялся и направился к машинам.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Превозмогая боль, я приподнялась и села, разжала кулак и замерла. Смотрела на обручальное кольцо, на выбитые внутри буквы и не могла поверить. Сердце учащенно забилось, я вмиг забыла о боли, об усталости, в голове громыхал лишь один вопрос: «Он жив?»

Глава 1

Я сидела на мягком ковре, поджав под себя ноги. Накручивая на палец локон рыжих волос, наблюдала за тем, как подруга Наташа шарила рукой внутри коробки, пытаясь найти фант. Ира и Даша напряглись. Сердце у каждой из нас зашлось в бешеном ритме. Всегда волнительно, когда решается твоя судьба. Наташа наконец-то определилась и вытащила какой-то предмет. Дьявол! Я залпом выпила бокал вина, готовясь к тому, что же подружки загадают для этого фанта. Только бы не моя резинка сейчас находилась в руках Спешиловой. Мы играли в детскую игру, вот только наказания для тех, чья вещица попалась, были не только жестокие, но и порой аморальные.

— Этот фант поцелует в губы Ларина Игоря Викторовича, — заявила Ирина Котова, так как настала ее очередь придумывать задание.

Черт! Они спятили?

— Отказ будет стоить пятьдесят тысяч.

Я подавилась вином, прокашлялась. Захлопала ресницами, уставившись на подруг. Вот это цену загнули. Естественно, ни у кого из нас не было такой суммы, а значит, одной из нас придется пойти на отчаянный шаг. Боже! Только бы это была не я. Ну пожалуйста! Почему не хотела выполнять это задание? Все очень просто. Ларин Игорь, как бы это сказать… Не то, чтобы друг моего отца, они работают над одним делом. Игорь Викторович — прокурор. Очень серьезный мужик, суровый. У меня при одном только взгляде на него трясутся все поджилки. Он очень симпатичный, подтянутый, сильный, ему недавно исполнилось тридцать три года. Игорь ровно на тринадцать лет старше меня. Несмотря на привлекательную внешность, этот человек отталкивал своей убийственной энергетикой, тяжелым взглядом. Ларин всегда смотрел на окружающих так, будто они виновны во всех грехах. Поцеловать его? Уж лучше пятьдесят тысяч отдать подругам.

— Наташа, не тяни, покажи, чья вещица у тебя в руке? — напряженно проговорила Дарья, заерзав на месте.

Спешилова улыбнулась и разжала кулак. Я застонала от досады. Дьявол! Моя резинка красовалась на ее ладони. А значит, мне предстояло выполнить это ужасное задание.

Со стоном обхватила голову руками и с силой сжала волосы. Зачем, вообще, позвала девчонок к себе домой? Ах, да. У нас же летние каникулы. Мы вместе учились в МВД академии.

Думаете, я горела желанием работать в органах? Ошибаетесь! Это все мой суровый отец. Он полковник, его жизнь связана с этой структурой. Мои старшие братья пошли по его стопам, вот и меня папа отправил учиться на следователя. Хотя, я не горела желанием этого делать.

Однако с ним не поспоришь. В нашей семье отец — это закон. Мама — она как адвокат. Она пыталась защитить наши интересы, но часто проигрывала в схватке с папой. Братья… Они всегда старались угодить отцу, боялись его. Одна я всегда творила глупости, шла наперекор, злила и выводила родителя. Одним словом, в семье я бунтарка. Как только меня не наказывали, ничего не помогало.

Отец немного смягчился, когда я отлично сдала сессию. Стал закрывать глаза на мои шалости, списав все на бушующие гормоны. Вот, чтобы не умереть от скуки дома, я пригласила к себе подруг. От души им завидовала, ведь у них родители не были такими тиранами, как у меня.

— Капец! — выдохнула Дарья, схватившись за сердце. — Как хорошо, что это задание выполнять не мне. Танюшка, что решила? Поцелуешь прокурора или положишь в общак пятьдесят тысяч?

Я задумалась на минуту. Столько денег взять негде. Отец не давал мне на личные нужды, если у меня и были наличные, то это потому, что сама заработала. То статьи продавала, то за деньги курсовые делала. Потихоньку крутилась.

Представила своего однофамильца Ларина, и внутренности стянуло жгутом. Жуть! Да если я приближусь к нему, он меня точно пристрелит. С таким шутки плохи. Искусала губу от волнения. Нет, ну какого черта я пригласила подруг? Лучше бы читала скучные учебники. Никогда не показывала окружающим свой страх, для всех я — смелая, отважная и безбашенная. У меня сердце болезненно сжималось, а вот внешне была сама невозмутимость. Встряхнула головой, гордо подняла подбородок и хмыкнула.

— Думаете, мне слабо поцеловать прокурора? — вскинула брови, одарив подруг холодным взглядом. — Запросто.

— Ты этого не сделаешь! — уверенно заявила Ирина.

Интересно, она специально придумала это задание? Хотела вытрясти из меня деньги? То, что моя семья жила в двухэтажном коттедже, еще не говорило о том, что я богаче подруг. Мама с папой всю жизнь работали, чтобы купить этот дом. Если бы отец брал взятки, мы, наверное, уже давно бы купались в золоте и бриллиантах. Но он был непреклонен. Уверена, что это качество и легло в основу дружбы папы и Ларина Игоря. Тот тоже славился своей неподкупностью.

— Если Танюшка выйдет замуж за Ларина Игоря Викторовича, то ей даже фамилию не придется менять, — хохотнула Наташа, а я закатила глаза.

Очень смешно! Приколистка! Да скорее планета с орбиты сойдет, чем я выйду замуж за этого злого дядьку.

— Натусь, ты забыла, что наша Ларина влюблена в Стасика Орлова? Она же по нему сохнет. Хотя, это неудивительно, — тяжело вздохнула Даша. — По нему все с ума в академии сходят. Красавчик. Глаза как озера голубые, губы чувственные, ходячий секс.

— Да, вот только он опытных девушек предпочитает, не станет связываться с девственницей. У него же в приоритете свободные отношения, — печально проговорила я.

— Пусть тебя прокурор сделает опытной, — хохотнула Даша, а мне хотелось чем-нибудь стукнуть ее по голове.

— Да что вы прицепились к Игорю? — рявкнула, потеряв над собой контроль.

Вот ведь пристали.

— А как к нему не прицепиться? Он же красавчик, жаль только в нашу сторону так ни разу и не взглянул. Как-то в глаза ему посмотрела, так чуть от страха не умерла. Как дьявол, за душу схватил. Может, ему женщины не нравятся? — предположила Даша Золоторева.

— Мы для него малолетки. Он мужчина серьезный, за решетку опасных людей сажает. Зачем ему такие дурехи, как мы? — хохотнула я.

— Ты нам тут зубы не заговаривай. Выполняй задание или плати. Ларин сейчас у твоего отца, вон его черная Тойота во дворе стоит, — заявила Наташа.

— Дождемся, когда он из кабинета выйдет. Вот тогда и поцелую, а пока, может, продолжим игру? — поинтересовалась я.

— Ой, спасибо, у меня больше нет желания выполнять задания. Я уже сегодня позвонила лейтенанту и призналась ему по телефону в любви. Теперь придется от симки избавляться. Надеюсь, он не станет пробивать номер, а то мне конец. Он же ведь экзамен не поставит, — вздохнула Даша.

— И я тоже пас. У меня чуть душа в пятки не ушла, когда ходила в соседнюю комнату к Танюхиному брату. Как дура, задавала ему пять вопросов, не связанных между собой. Он точно решил, что я чокнутая. Мишка симпатичный, видный, но теперь в мою сторону смотреть не будет, — вздохнула Наташа.

— Хочешь, я узнаю у Миши, как он к тебе относится? — хохотнула я, склонив голову набок.

— Не смей, Ларина! Слышишь? Убью! — рявкнула она, швырнув в меня подушку.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Мы рассмеялись, а когда услышали, как хлопнула дверь кабинета, затихли. Как партизанки выскочили из комнаты и застыли на лестнице. Игорь Викторович что-то сказал моему отцу, пожал руку, кивнул и направился к выходу. У меня душа ушла в пятки. Прокурор ведь точно меня пристрелит! Судорожно сглотнула.

— Ты чего застыла? Бегом через черный ход, перехватим его во дворе. Там и выполнишь задание, — прошептала Ирина, толкая меня в спину.

Мы пулей помчались в другую часть дома и выбежали на улицу. Я затормозила и встала как вкопанная. Игорь находился около машины и с кем-то говорил по телефону.

Черт! Как же страшно-то!

Душа в комок сжалась, колени тряслись.

— Пятьдесят тысяч, — напомнила мне Наташа.

Я с шумом втянула в себя воздух и сорвалась с места. В ушах гудело. Игорь бросил на меня безразличный взгляд, продолжая с кем-то общаться. Меня затошнило от страха, паника буквально парализовала все мышцы.

Все! Мне точно конец!

Не хотела, чтобы подруги называли меня трусихой до конца моих дней. Ларин покосился на меня, когда расстояние между нами осталось меньше шага. Игорь буквально пригвоздил меня своим ледяным взглядом.

Боже! Бежать!

Хотелось с воплем умчаться в противоположную сторону. Мне не хватало кислорода, сердце сжималось с такой силой, что я наверняка была в шаге от инфаркта. Еще никогда не подходила к Игорю так близко. Его убийственная энергетика подавляла, лишая кислорода. Он, как хищник, наблюдал за моими действиями, его черные глаза заволокло пеленой ярости.

Кажется, Ларин не любил, когда нарушали его личное пространство.

Простите, прокурор. Никогда бы вас не поцеловала, если бы не эта чертова игра!

Резко обхватила ладошками его щеки. Ощутила легкое покалывание. Судя по всему, Ларин сегодня не брился. Меня жаром обдало, на секунду задержала взгляд на его губах, а потом впилась в них своим ртом. Телефон выпал из руки Игоря, приземлившись где-то рядом с моей ногой. Пока я наслаждалась умопомрачительным вкусом губ этого мужчины, у Ларина все мышцы окаменели. Крепкие руки вцепились в мои плечи с такой силой, что я чуть не взвизгнула от боли. В черных глазах полыхала ярость и злость. Игорь оттолкнул меня от себя, как назойливую пиявку, смерил с ног до головы презрительным взглядом. Почему-то у меня все внутри оборвалось. Почувствовала себя голой. Хотя на мне были шортики и белая майка с соблазнительным вырезом. Однако все равно возникло желание прикрыться.

Ларин ничего не сказал. На его шее венка забилась, а на скулах заходили желваки. Игорь подхватил с земли телефон, открыл дверь автомобиля и сел за руль. Я стояла на месте и не шевелилась до тех пор, пока его машина не скрылась с поля зрения. Адреналин зашкаливал, дышать не получалось.

Боже! Я это сделала! Все не так страшно! Я жива! Ура! Ларин даже не оторвал мне голову и не пристрелил. Просто праздник какой-то.

— Вот это да! — воскликнула Даша. — У меня чуть сердце в пятки не ушло. Мы до последнего не верили в то, что ты на такое решишься.

— Вы видели его взгляд? Жесть! Наверное, поехал место в тюрьме готовить для нашей Танюхи. Найдет теперь сто причин, чтобы ее туда засадить. Какой же он грозный, суровый и неприступный как скала, — выдохнула Ира, схватившись за сердце.

— Зря мы придумали это задание. Если Ларин обо всем расскажет Танюшкиному отцу, боюсь, что мы подругу не увидим в ближайшие пять лет. Ее же под домашний арест посадят, — вздохнула Наташа. — Что-то мы заигрались, уже меры не знаем.

— Не думаю, что Игорь из тех, кто пойдет жаловаться. Подумал, наверное, что у полковника чокнутая дочка. Делов-то, — я небрежно махнула рукой. — Кто за то, чтобы поесть мороженое и посмотреть фильм? — сменила тему.

Мою идею поддержали все. Однако я смотрела в экран телевизора и не могла поймать суть. У меня перед мысленным взором так и стояли черные глаза, наполненные яростью. При этом воспоминании у меня душа переворачивалась, а сердце обрывалось.

Так, осталось дело за малым. Не пересекаться больше с Игорем… Вообще никогда. Только как это сделать, если он очень часто приезжает к моему отцу? Хотя, что я паникую? Сделаю вид, что ничего не было.

Глава 2

Через несколько дней собрались с подругами в ночной клуб «Сердце дьявола». Конечно, меня бы родители туда не отпустили. Папа у меня считает, что в клуб ходят только развратные девицы, а порядочные дома сидят. Поэтому я разработала целый план, как уйти из дома. Кому-то покажется смешным тот факт, что в двадцать лет я жила под пристальным контролем отца. Вот только мне было не до смеха. Полковник — человек суровый, повидал в жизни столько дерьма, что теперь чрезмерно оберегал своих детей.

Я уже говорила, что являюсь бунтаркой в этой семье?

Подошла к кабинету отца и постучала, вошла лишь после разрешения. Папа бросил на меня тяжелый взгляд, а потом снова уткнулся в бумаги. У меня коленки задрожали, переплела пальцы, чтобы унять волнение. Честно признаться, боялась папу. Он всегда грозился, что отправит меня на север к своему брату на перевоспитание. Тот жил в захолустье среди леса. Ни интернета, ни кабельного, одни елки, да медведи. Страшнее наказания не придумаешь. Папа никогда не бросал слов на ветер, поэтому знала, что он меня непременно зашлет к дяде Сереже.

— Я слушаю, — сухо бросил отец.

— Я сегодня останусь ночевать у Наташи. Она просила помочь сделать практическую работу, которую нам задали. Позанимаемся, потом фильм посмотрим, посекретничаем. А утром вместе приедем сюда, — четко проговорила я, словно на допросе.

Папа внимательно посмотрел на меня, сканируя карими глазами, словно детектор лжи проходила. У отца был дар, он умел различать ложь. Но! Я научилась быть убедительной. Он постукивал пальцем по столу, что безумно меня нервировало.

— Татьяна Олеговна, лжешь и не краснеешь, — цокнул он языком и откинулся на спинку кресла. — Значит так. Отпускаю тебя на гулянки до часу ночи. Этого времени достаточно, чтобы потанцевать, развеяться. Пришлю за тобой Мишу. Так что сообщи брату, в каком будешь клубе.

— Как ты догадался? — удивилась я, шокировано глядя на отца.

— Тебя выдали туфли на десятисантиметровой шпильке. Ты их надеваешь только на танцы. Всего-то нужно уметь подмечать детали. Тебе это очень пригодится, когда станешь следователем, — заявил он, а я судорожно сглотнула.

— Спасибо, пап, рада, что мы впервые обошлись без споров, — ответила и развернулась, чтобы уйти.

— Только будь осторожна. Не хочу, чтобы мою дочь нашли где-нибудь в канаве, — бросил он мне в спину, а я вздрогнула.

— Я всегда начеку, — пробубнила и вышла из кабинета.

Выдохнула. Фух! Впервые обошлось без войны. Папа меня никогда никуда не отпускал с ночевкой. Даже к подругам. Согласно его условиям, всегда должна возвращаться домой. Именно из-за отца у меня и не было парня. Вернее, желающих встречаться со мной много. И я даже пыталась построить отношения. Но все заканчивалось тем, что папа или братья выслеживали моего ухажера и проводили беседу. После этого, естественно, парень ко мне на пушечный выстрел не подходил. Так родные пытались уберечь меня от ошибок юности и ненужных связей. Та еще семейка.

Поднялась на второй этаж и подошла к спальне среднего брата Миши. Ему недавно исполнилось двадцать три. Нашему старшему брату Даниилу двадцать шесть. Он женат, у него есть сын. Старший живет на соседней улице и часто приходит к нам в гости.

Потопталась на месте, а потом постучалась в дверь.

— Мелкая, что опять стряслось? — распахнув дверь, спросил Миша. Бросил на меня взгляд исподлобья.

У него такие же голубые глаза, как и у меня, это у нас от мамы.

— Отец в клуб отпустил при условии, что ты заберешь меня оттуда, — тяжело вздохнула я.

— Танюх, сегодня никак. Извини, — цокнул он языком и провел рукой по коротко стриженным каштановым волосам.

Рыжеволосыми в нашей семье были только мы с мамой.

— И чем же ты занят? — хмыкнула, уперев руки в бока.

— С девчонкой одной замутил, она к себе пригласила на ночь, — ответил он, улыбнувшись, а в глазах загорелся хищный огонек.

— Супер! Всем можно творить все, что хотят, только я заперта в этом доме. Чудно! Так и помру в одиночестве, — возмутилась, сложив руки на груди.

— Тебе замуж надо. Тогда выйдешь из-под крыла отца. Он передаст тебя в руки мужа, и ты станешь свободной. Найди такого, чтобы полковник оценил, — посоветовал Миша, а мне его придушить хотелось.

— Спятил? Тот, кого одобрит отец, будет таким же тираном, как и он сам! Нет уж, спасибо. Миша, давай сделаем так: я пойду в клуб, а ты к своей принцессе. Я домой приеду на такси, прошмыгну незаметно в дом, а папе скажем, что ты меня высадил у ворот и уехал по делам. Как тебе такой план? — с надеждой проговорила я.

— Если с тобой что-нибудь случится, с кого отец три шкуры спустит? У нас в городе маньяк завелся, девушки пропадают, а потом их в канаве находят с ножевыми отметинами. Отец переживает за тебя, — серьезно проговорил Миша, а я надула губки.

— Ну Ми-и-и-ша-а-а, — протянула его имя.

— Ладно, черт с тобой. Все же не шестнадцать тебе, а уже двадцать. Только, не дай Бог, подставишь меня, придушу! — строго сказал он, а я взвизгнула от радости и повисла у него на шее.

— Спасибо! Спасибо! — тараторила я.

Мишу обожала. С ним легко можно было найти общий язык. Даниил бы ни за что не пошел мне навстречу.

Собрала необходимые вещи в сумку и поехала на такси к Наташе. У нее дома переоделась, натянув соблазнительное черное платье, которое едва прикрывало пятую точку. Огненные волосы накрутила локонами, нанесла яркий боевой раскрас… Одним словом, к походу в клуб была готова.

Вскоре к нам присоединились Ирина и Даша. Вчетвером мы вошли в клуб, при этом отдав приличную сумму. Обдираловка! Почему я так рвалась сюда? Не из-за того, что это было самым модным местом в городе, не потому, что тут часто устраивали различные шоу, и не из-за умопомрачительной обстановки. Я узнала, что компания Орлова будет здесь отмечать двадцатидвухлетие Стаса. Я млела от этого голубоглазого блондина. Общались мы исключительно только в академии. Я часто ему делала за деньги курсовые. Только благодаря этому, он знал мое имя.

Первым делом подошли к бару и заказали напитки. Алкоголь приятно разнесся по крови. Мы танцевали, веселились. Я все время искала взглядом Стасика. Когда заметила его компанию в вип-зоне, чуть не завопила от радости. Девчонки, проследив за моим взглядом, лукаво прищурились. Мы переместились поближе к той зоне. Стас заметил меня и подошел, а я чуть в обморок не свалилась от счастья.

— Какие люди! — воскликнул Орлов.

Его глаза блестели от выпитого алкоголя.

— Присоединитесь к нам? — предложил, переводя взгляд с одной моей подруги на другую.

— С днем рождения! — мы хором закричали ему и закивали, что согласны.

Орлов расплылся в довольной улыбке. Стас обнял меня за талию и подтолкнул к столику. Некоторых друзей Орлова мы знали, так как вместе учились и встречались на практике. С остальными познакомились по ходу веселья. Мы танцевали, пили, и естественно, я не следила за временем. В какой-то момент мне вдруг стало нехорошо, резко перед глазами все поплыло.

Я очень удивилась своему состоянию, ведь знала норму и никогда ее не превышала. Отец привил мне одну истину — голова всегда должна оставаться на плечах.

Меня замутило, и я отправилась в туалет. Видимо, мне что-то подмешали в коктейль. Освежилась прохладной водой, уперла руки в раковину и посмотрела в зеркало. Зрачки очень расширились, меня лихорадило. Проклятье! Достала из сумки телефон и чуть не умерла от разрыва сердца. Три утра! Двадцать пропущенных от Миши, сорок от отца и тридцать от мамы. Капец! Мне теперь точно оторвут голову. Не стала им перезванивать, потому что не желала выслушивать их вопли. И без того голова раскалывалась.

Вышла из туалета и сразу же попала в крепкие руки Стаса. Он без предупреждения припечатал меня к стене и стал целовать так страстно, что у меня вся кровь хлынула куда-то вниз. Внутренности стянуло узлом, между ног стало влажно, а сердце чуть из груди не выскочило. Орлов бесцеремонно скользнул ладонями мне под платье, сдвинул трусики в сторону, погрузив в мое тело пальцы. Я вздрогнула от новых ощущений, попыталась отстраниться. Как-то не входило в планы лишиться девственности в полуобморочном состоянии в коридоре, который вел в уборные. Для принца я себя не берегла, была невинна лишь по одной причине — женихов распугивали отец и братья.

— Ты же хочешь меня, — выдохнул Стас, впившись в мою шею, оставляя отметины. — Какая же ты мокрая и горячая, — прошептал он, задвигал пальцами внутри меня.

Я не удержала стон. Острота ощущений зашкаливала, происходящее сносило разум.

— У меня никогда не было мужчин, — ответила, посмотрев в его глаза.

Я была влюблена в этого человека. Мысленно представляла, как он исправится ради меня, перестанет вести разгульный образ жизни. Да, знаю, звучит наивно. Но ведь мечтать-то не вредно.

Стас замер, отстранился от меня. С шумом втянул в себя воздух, нервно провел руками по волосам.

— Черт! — выругался он и посмотрел так, что мое сердце замерло в груди.

Во взгляде этого парня читалось уважение.

— Прости. Невинных я не трогаю. Танюха, ты хорошая девчонка. Вот когда разочаруешься в мужиках, приходи, утешу. Ты же знаешь, я за свободные отношения. В мои планы не входит ничего серьезного. Не хочу быть первым у тебя. Ты же, дуреха, привяжешься ко мне, а мне этого не нужно.

Стас развернулся и скрылся с поля зрения, а я прикусила губу и чуть не разрыдалась от обиды. Счастье было так близко… Кто знает, если бы мы переспали, может, он бы изменил свое отношение?

Я отправилась в сторону танцпола, меня качало из стороны в сторону. Не понимала, что со мной происходило? Два бокала вина не могли так подействовать. Два высоких, крепких парня преградили мне дорогу. Прищурившись, сканировали меня взглядом. Я, конечно, выглядела кошмарно. Волосы растрепаны, платье перекошено. Стасик постарался. Заметила горящие, похотливые взгляды парней и судорожно сглотнула. Верзилы направились ко мне, а я попятилась. В два счета они оказались возле меня.

— Куколка, проведем приятно время? — зашипел один из них, а у меня душа ушла в пятки. Я сопротивлялась, но силы были не равны.

— Помогите! — рявкнула я, но мой крик потерялся в звуках громкой музыки, да и закуток этот не просматривался со стороны танцпола.

Где, вообще, мои подружки? Ах, да. Я же убежала в туалет, не предупредив их.

— Отпустите мою девушку, — услышала я ледяной тон знакомого голоса.

Парни обернулись, чтобы увидеть, кто там подал голос и застыли. Ларин стоял, привалившись плечом к стене. Деловой костюм, белая рубашка, верхние пуговицы не застегнуты. Волосы торчали в хаотичном беспорядке. Выглядел чертовски сексуально, будто являлся владельцем этого заведения. В руках тлела сигарета. На запястье дорогие часы. Взгляд стальной, а в глубинах черноты плескалась ярость и раздражение.

— Мужик, мы это… — запнулся один из парней. — Пошутили просто…

Они отпустили меня, развернулись и зашагали в сторону туалета. Удивительно! Игорь растоптал их одним взглядом.

Ларин сканировал меня так, что мне казалось, будто он руками прикасался к моему телу. Подошел ко мне, молча ухватил под локоть и потащил в неизвестном направление. Даже закрались мысли, а не он ли тот самый маньяк-убийца? А что? Неизвестно, что у него на уме. Ларин повел меня к выходу, вывел на свежий воздух. Игорь ухватил пальцами мой подбородок и с силой сжал, да так, что у меня чуть слезы не покатились по щекам. В тот момент Ларин меня очень напугал. Смотрел в мои глаза и злился.

— Какой дрянью ты накачалась? — зашипел он, а я судорожно сглотнула. — Живо в машину, — приказной тон, не терпящий возражения.

— Там мои подруги, я их не брошу, — прохрипела, вздернув подбородок.

Ларин сделал затяжку, бросил окурок в урну, а потом одарил меня убийственным взглядом. Открыл дверь автомобиля и силой усадил на переднее сиденье.

— За каким столиком вы сидели? — зарычал он.

— В углу… Кажется седьмой, — прошептала, поежившись.

Ларин запер меня в машине и поспешил обратно в клуб. Через некоторое время вышел в сопровождении моих подруг. Они испуганно на него косились.

Наташа, Ира и Даша сели на заднее сиденье автомобиля. Мы обменивались ничего не понимающими взглядами. У подруг были нормальные зрачки, только у меня расширенные. Странно! Мы ведь пили вино вместе. А потом меня озарило. Я вспомнила, что меня бармен угостил коктейлем за счет заведения. Неужели, что-то подсыпал туда?

— Эм… Простите, а как вы нас нашли? — подала голос Наташа, покосившись на Игоря.

— Приезжал поговорить с владельцем этого клуба. Он появляется здесь только ночью. Уже собирался уезжать, но чисто случайно наткнулся на Ларину, — сухо ответил он. — Где вы живете? Я отвезу.

Девчонки озвучили свои адреса. Игорь довез моих подруг до дома. Я осталась в его автомобиле одна. Меня специально оставил на закуску?

Украдкой смотрела на крепкие мужские руки, и в жар бросало. Игорь ведь свернет шею без напряга. Судя по внешнему виду, он очень сильный и выносливый.

Интересно, почему нет кольца на пальце? Боже! О чем я думаю?

Ларин бросил на меня такой тяжелый взгляд, что я затаилась, как мышонок, судорожно сглотнула. В замкнутом пространстве с этим мужчиной находиться невыносимо. У меня дыхание сбилось, заметив что-то дьявольское в его взгляде. Все! Точно убьет и в канаве оставит. Я боялась его.

Почему Игорь такой суровый, такой серьезный? Ни разу не видела на его губах улыбку.

— Как можно к вам обращаться? На ты или на вы? — нарушила я невыносимую тишину.

Попыталась поправить платье и прикрыть колени, но безрезультатно, оно слишком короткое. Мои длинные ноги были выставлены на всеобщее обозрение.

— Я тебе не друг, поэтому обращайся на вы, — сухо бросил Ларин, даже не взглянув на меня.

У меня брови приподнялись от удивления.

Ого! Какой важный. Надо ли говорить, что внутри меня проснулся бунтарь? Я же любила отцу перечить, вот и этот тип спровоцировал мою темную сторону.

— Какой же ты зануда, — хмыкнула, сложив руки на груди.

Его дыхание стало тяжелое, прерывистое. Кажется, я вывела этого мужчину из себя. Эх, нужно было сидеть тихо и смирно, но я так не умела.

— Теперь понятно, почему у тебя нет жены. Кто станет терпеть такого тирана? Ты, как мой отец, помешан на работе, — парировала я, вздернув подбородок.

Это все действие алкоголя или наркотика, которым меня накачали. Иначе не стала бы провоцировать Игоря. Ларин резко ударил по тормозам. Так как я не пристегнулась, стукнулась головой о приборную панель.

— Ты псих? — возмутилась, потерев ушибленный лоб.

Поморщилась от боли. Синяка не хватало для полного счастья.

Игорь схватил меня за горло, перекрыв кислород, подался чуть вперед и прошипел, обжигая своим горячим дыханием:

— Утихни, пока я тебя не прибил.

— Ты же на стороне закона, — прохрипела я.

У меня сердце стучало где-то в горле, внутренности стянуло жгутом. Липкий страх окутал душу.

— Если бы я был на стороне преступников, то уже отымел бы тебя где-нибудь под забором, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Еще бы короче платье надела. Жить надоело? В городе маньяк завелся, а вас так и раздирает голыми задницами крутить, ищите неприятности, — зловеще проговорил Ларин и разжал пальцы.

Я судорожно сглотнула и вжалась в сиденье. От его слов мурашки бегали по спине. Достала из сумки телефон и написала папе сообщение о том, что уже подъезжаю к дому. Сделала это специально, знала, что отец выйдет меня встречать. Надеялась, что увидев меня в компании прокурора, отец не станет сажать меня под домашний арест. Да-да, я собиралась использовать этого рычащего мужика, как бронежилет.

Машина притормозила у ворот моего дома. Ларин бросил на меня леденящий душу взгляд, а потом сухо проговорил:

— Выходи.

— Не могу, — заявила, встряхнув волосами. — Мне что-то в вино подмешали. Ног не чувствую и голова кружится. Ты мужчина или нет? Помоги выйти.

В глазах Игоря промелькнула ярость, он выругался, вышел из машины и открыл дверь с моей стороны. Еле удержала ехидную ухмылку.

Сильные руки обвили мою талию, рывок, и вот я уже на улице. Услышала шаги. Наверняка, отец. Резко обхватила шею Ларина, привстала на носочки и впилась в губы Игоря своими губами. Кажется, это начало входить в мою привычку. Вот в таком положении нас и застал мой отец.

Надо ли говорить, что у папы и у Игоря был шок?

Ларин резко отстранился от меня, а папа лукаво прищурился. Подставила я Игоря. Теперь он точно свернет мне шею.

— Игорь Викторович, а говорили, что не смешиваете работу и личное, — усмехнулся отец.

Ларин бросил на меня такой убийственный взгляд, что я поежилась и попятилась к папе от греха подальше.

— В следующий раз предупреждай старика о том, что задержишься, — с упреком сказал папа, посмотрев на меня с теплотой.

Невероятно! Значит, он не против того, что мы были с Игорем вместе? Даже не рассердился. Чудеса!

— Доброй ночи, — ледяным тоном сказал Ларин, сел за руль и уехал, а у меня колени дрожали, в висках стучало.

Ну надо же! Даже не стал оправдываться перед моим отцом.

Прошмыгнула в дом до того, как отец успел завалить меня вопросами. Приняла душ и вытянулась на кровати. Не могла выбросить из головы Ларина. Почему он такой злющий? Как колючая проволока, не подступишься. Может, из-за того, что его пару месяцев назад назначили прокурором? От большой ответственности теперь зазнался? Или он всегда таким был? Встряхнула головой. Зачем я вообще о нем думаю?

Телефон зажужжал, оповещая о входящих сообщениях. Это подруги интересовались о том, не прибил ли меня Игорь Викторович по дороге домой. Еще Миша написал, что утром свернет мне шею за то, что я его подставила. Я отправила брату сообщение:

«С папой уже все уладила. С тебя обвинения автоматически сняты».

Сон все не шел. Я размышляла о том, как бы мне поскорее потерять свою невинность? Уж очень сильно хотелось стать девушкой Стаса, а еще лучше — его женой. Однако у него нерушимое правило — никаких девственниц. Только где найти парня на одну ночь? С первым встречным я не смогла бы этого сделать. Может, солгать Орлову? А что? Заявлю, что уже не девственница. Ради достижения цели я на все готова. С этими мыслями и уснула.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 3

Проснувшись утром, сладко потянулась, прогнувшись в спине как кошка, а потом поморщилась от головной боли. Вздрогнула, заметив Мишу в комнате. Подозрительно покосилась на него. Зачем ему подушка в руках?

— Миша, ты чего? — зевнув, поинтересовалась я.

— Да вот, стою и думаю, что лучше: придушить тебя во сне или же прибить после пробуждения? — заявил он, а я махнула на него рукой.

— Говори тише, у меня голова раскалывается, — пробубнила, сминая волосы пальцами.

— Ты почему не отвечала вчера на мои звонки? — злился брат, а я шикнула на него и подняла руку, призывая замолчать.

— Хватит галдеть, я уже все уладила, — хмыкнув, поднялась с кровати и чуть не упала в обморок, заметив свое отражение.

Капец! Ну, Стасик! Ну, Орлов! Чтоб его! Вся шея в засосах. Это мне теперь неделю с распущенными волосами ходить? Летом не наденешь же шарф или свитер с высоким горлом.

Брат пристально наблюдал за моими действиями.

— Если моя казнь откладывается, то прошу удалиться из комнаты. Мне переодеться надо. И на будущее. Если решил убить, то делай это сразу, — усмехнулась я, пытаясь причесать непослушные волосы.

— Уйду, если ответишь на один вопрос, — лукаво прищурился Миша. — Меня отец попросил выяснить, что вас связывает с Лариным? Серьезно или как?

Я не удержала нервный смешок.

— Миша, ну сам подумай! Ларин — мужик серьезный? — спросила и тут же сама ответила: — Серьезный. Разве у него может быть: «или как»? Так что проваливай из моей комнаты. Разведчик чертов!

— Так тебя что, на стариков потянуло? — хохотнул Миша, а я швырнула в него расческу. Брат ловко увернулся, поэтому расческа врезалась в стену и с грохотом приземлилась на пол.

— Никакой он не старик, ему всего тридцать три года, — возмутилась, а потом осеклась. Какого лешего я вообще защищаю Игоря Викторовича?

— Да, я люблю старикашек. Доволен? Теперь я могу переодеться?

— Танюх, это плохо, что вы вместе, — серьезно проговорил брат, а у меня челюсть упала куда-то вниз.

— В смысле? — насторожилась я, нахмурилась. Что это значит?

— У Ларина врагов много. Он же недавно членов мафии в тюрьму засадил. Хотели подкупить его, а он взяток не берет, слабых мест, чтобы припугнуть, тоже нет. Представляешь, если слух пройдет, что у него девушка появилась, а следовательно — привязанность — слабость. За тобой явятся… — оглушил меня брат своими предположениями.

Я судорожно сглотнула и часто заморгала. Это такая шутка что ли? Хотя не похоже, Миша даже не улыбнулся, когда выдал все это.

— Миша, если ты из комнаты сейчас не выйдешь, я тебя покусаю, — зарычала, прищурилась.

Брата сразу как ветром сдуло, выскочил и дверью хлопнул, а я застонала, схватившись за голову. Боже! Тише дверь нельзя было закрыть? Отправилась в душ, привела себя в порядок, замазала тональным кремом засосы, но толком ничего скрыть не получилось. Пришлось распустить волосы. Спустилась на завтрак. Мама, как обычно, приготовила много вкусного: и омлет, и блинчики. Я же взяла себе лишь стакан апельсинового сока. Меня подташнивало после вчерашнего.

— У вас с Игорем все серьезно? — задал вопрос папа, отчего я подавилась соком.

Еле прокашлялась, не могла втянуть воздух.

Миша со всей силой постучал меня по спине. Чудно, теперь еще и синяки будут. Как только позвоночник мне не сломал накаченными ручищами? Что ответить отцу? Понятия не имела. Лихорадочно искала лазейки. Как бы выйти сухой из воды?

— Папа! — возмутилась я, покраснев. — Что тебя конкретно интересует?

— Игорь хороший человек… — начал отец, а я закатила глаза.

Не то слово! Огонь, а не мужик! Злющий, как волк, немногословный, зануда, вечно хмурый, тиран… Просто сказка. С таким не пошутить, не повеселиться. Представила себе нашу семейную жизнь: я целыми днями борщ варю и мясо жарю… Очень много мяса. Хищники — они же вечно голодные. А он постоянно на работе торчит, преступников в тюрьму сажает. Домой придет, молча поест и спать, утром молча позавтракал, дверь пуленепробиваемую на десять замков запер, чтоб жену недруги не украли. Просто идиллия. А как отец-то будет рад, что дочка под присмотром и в безопасности.

— Тебе как раз такой муж и нужен, — заявил папа, а я усмехнулась.

Вот кто бы сомневался, что такой зять ему придется по душе? Интересно, а Орлова бы он оценил?

— Папуль, не забегай наперед. Не думаю, что Игорь мне в ближайшее время предложение сделает. У него может, вообще, в планы это не входит, — пожала я плечами.

Вот я молодец. Выкрутилась.

— И еще мы свои отношения не афишируем. Опасно ведь это в свете последних событий. Игорек же серьезных людей упрятал за решетку, — добавила я, невинно захлопав ресницами.

— Да-да-да! — воскликнул отец. — Осторожность не помешает, поэтому мой дом в вашем распоряжении. Наша семья тайны хранить умеет. Общайтесь, знакомьтесь ближе. С ним ты точно не пропадешь. Надежный человек, ответственный. Может, хоть уму разуму у него наберешься.

Зря я в этот момент сок в рот набрала, опять подавилась, снова еле прокашлялась.

— Папа! Ну, сколько можно в мою жизнь вмешиваться? Я так до пенсии в девках просижу, — возмутилась, нахмурившись.

— Перестану вмешиваться, как только пойму, что у моей дочери в голове мозг имеется, а не один только ветер. Разбаловал я тебя, а теперь пожинаю плоды. Ты же, как котенок слепой, толком жизни не видела. Я тебя оберегал от суровой реальности, а теперь понимаю, что не стоило. Надо было позволить тебе разочек обжечься, чтобы думать научилась. Ничего, я поговорю с Игорем Викторовичем, если ты ему приглянулась, то пусть со свадьбой не тянет. Передам тебя ему на перевоспитание. Он точно с тобой церемониться не станет, поставит на путь истинный.

У меня рот открылся от удивления. Сердце бешено заколотилось, пытаясь выскочить из груди. Все! Вот теперь мне точно крышка. Игорь же меня в лесу закопает. Ой, капец! Влипла. Ну, ничего! Я же Ларина? Ларина! А Ларины не сдаются! На днях скажу отцу, что мы расстались. А что? Не подошли характерами. Очень даже правдоподобно.

Весь день провалялась дома, слушая музыку и болтая с подругами по телефону. Решили, что послезавтра днем сходим в тренажерный зал. Обычно вечером ходили, в такое время людей много. Большой выбор женихов. Вот только в последнее время что-то ну никто не нравился. А тут нам птичка шепнула, что Орлов с друзьями послезавтра в обед пойдет в тренажерный зал. Вот и мы сразу собрались. Моим подругам уж больно его друзья приглянулись. К походу в спортивный зал основательно подготовилась: глаза подвела, сарафанчик воздушный надела, босоножки на шпильке. Прихватила красную спортивную сумку с формой и упорхнула из дома. Ну как упорхнула? Попросила Мишу отвезти меня на машине. Своего же автомобиля не было. В машине, как обычно, чуть не подрались. Он хотел одну радиостанцию слушать, а я другую. В итоге победила грубая мужская сила. Я почти не обиделась, так только… Язык брату показала, губы надула, в окно отвернулась. Вот и все дела.

— Ну не дуйся, — возмутился Миша и включил мою любимую песню.

Я ехидно улыбнулась. Постоянно этот трюк срабатывает. Привыкла, что все мужчины в моей семье относились ко мне как к принцессе. Вот наивно и полагала, что все они такие: добрые и понимающие.

Миша высадил меня возле спортивного клуба, где меня уже дожидалась Спешилова. Брат оценивающе посмотрел на Наташу, а она затаила дыхание и залилась румянцем. Да, брат у меня любит блондинок. У Спешиловой глаза заблестели, и щеки стали пунцовыми, когда Миша подмигнул ей. Как все запущено… Подхватила подругу под руку и потащила в здание спортклуба. Там, на первом этаже нас уже ждали Ира и Даша. Вместе отправились в раздевалку. Я натянула черные легинсы, яркую малиновую майку, которая хорошо подчеркивала мою аппетитную грудь. Волосы собрала в высокий хвост. Поморщилась. Так засосы видно. А если волосы распустить, то жарко будет. Махнула рукой. Решила оставить, как есть.

И вот мы такие яркие, стройные, симпатичные вошли в спортзал. Естественно, на нас сразу все обратили внимание. Стасик даже гантель из руки выронил. Но мы по сценарию, как обычно, никого не замечаем, берем коврики и начинаем делать растяжку, а потом махи ногами. Соблазнительно так стоим на четвереньках, прогнувшись в спине, и ножки кверху тянем. Специально, чтоб у присутствующих мужчин все мысли из головы вылетели. Хулиганки мы. Наверное, остроты в жизни не хватало, детство еще в одном месте играло.

— Вот так встреча, — протянул Орлов, поймав меня за ногу. — Ларина, давай старайся, чтобы попа как орех была. Люблю упругие ягодицы, — издевался этот нахал.

Убила бы, если бы так сильно не желала его. И что я в нем нашла? Может, это все глупые мечты о том, что такого бабника, как он, смогу переделать? Хотя, зачем мне это? Влюблена в него, но не более того. Читала о том, что настоящая любовь обжигает, сердце с ритма сбивает, взгляд до косточек пробирает. Ничего схожего не испытывала со Стасиком. Да, сердечко с ритма сбивалось, но постоянно об этом парне не думала. Может, глубокие, всепоглощающие чувства меня ждут впереди?

— Девчонки, а вы что, тоже сюда заниматься ходите? — удивился Денис Синичкин.

— У нас годовой абонемент. На каникулах утром или днем тренируемся, а в учебные дни — вечером, — невозмутимо ответила Даша.

— Мальчики, не мешайте нам, — заявила Наташа, уперев руки в бока. — Хотите поболтать, пригласите в кафе, которое за углом.

— Да без проблем, — обрадовался Тимур Новиков. — Вот после занятий там и соберемся.

Наташа подмигнула нам. Снова в ход пошла отработанная схема. Каждый раз срабатывала безотказно. Мне надоело делать махи ногами, поднялась с места. Решила заняться приседаниями, чтоб ягодицы были как орех. Приседала с тяжелой штангой, а сама в зеркало смотрела на Орлова, подглядывала, что он делал. Любовалась его голубыми глазами, улыбкой соблазнительной. Он когда улыбался, у него милые ямочки появлялись на щеках. Не то, что этот сухарь, Игорь Викторович.

Закончила упражнения, подошла к другому тренажеру. Нагнулась, чтобы переставить рычаг под свой вес, но ни черта не получалось. То ли заклинило, то ли у меня сил не было. Кто-то за спиной обреченно вздохнул. Крепкая, жилистая рука наглым образом отодвинула мою руку с рычага. Одно легкое касание и тренажер сменил наклон. Вот, что значит мужская сила! Зацепилась взглядом за татуировку на руке. Красивыми буквами выведена строчка: «Dura lex, sed lex». Немного изучала латынь, поэтому в голове всплыл перевод: «Суров закон, но это закон». Обернулась, чтобы посмотреть на того, кто мне помог, и чуть не упала. Попятилась, как от дьявола, и, естественно, споткнулась. Упала бы, если бы Игорь вовремя не ухватил меня за руку. Я судорожно сглотнула. В какой стороне выход? Бежать! В черных глазах снова отражалось что-то зловещее. Ларин перевел взгляд на мою шею и с шумом втянул в себя воздух.

— Опять ты! — зарычал он, а я вскинула брови, сложила руки на груди и хмыкнула.

— Игорь Викторович, и что вы меня вечно преследуете? Меня не привлекают занудные старички, — заявила, вздернув нос.

Хотя… Старички — громко сказано. Против воли заскользила взглядом по крепким мышцам на груди, которые отлично прорисовывались через белую футболку. Руки крепкие, стоит ему пальцы на шее у меня сомкнуть, и все, не будет Танюшки. На его скулах желваки заходили, губы в тонкую линию натянулись. Кажется, снова вывела его из себя. Может, опять поцеловать? Так сказать для успокоения? Его же наверняка никто не целует и не любит. Иначе, почему он вечно недовольный?

Ларин подобрался, насупился, а я подбородок вздернула, грудь вперед выставила. Вот только он не отрывал взгляда от моих глаз. Кремень! И тут мысль закралась шальная, а почему бы мне с ним ночь не провести? А что? К нему я точно не привяжусь, у меня на него аллергия. Стану опытной, а значит, будут все шансы замутить с Орловым. Гениальный план! Разумная сторона, которая пробуждалась очень редко, завопила о том, что я сошла с ума, что так нельзя и неправильно. Другая часть шептала о том, что живу лишь раз, и надо отрываться по полной программе.

— Еще слово, и я тебя точно прибью, — процедил Ларин сквозь стиснутые зубы. В глазах молнии сверкали. — И как у полковника, такого умного и образованного человека, могла родиться такая глупая дочь?

У меня сердце больно кольнуло. Не глупая я! Медаль золотая, все сессии только на пятерки сдаю, к учебе серьезно отношусь. Подумаешь, немного повеселилась, похулиганила. Мне же всего двадцать! Успею еще бытом обрасти, проблемами. Вот будут в моей жизни любимый муж и дети, стану для них жить, заботу свою подарю и любовь. А пока свободна, что хочу, то и делаю. Ужалили меня слова Игоря, но вида не подала. Я улыбнулась ему самой очаровательной улыбкой, на которую только была способна. Пробежалась пальчиками по его твердой груди, лукаво прищурившись, и прошептала:

— Я знаю, почему ты такой злющий. Это все от недостатка секса и любви в твоей жизни.

— Я предупреждал, — зарычал он так, что у меня мурашки пробежали вдоль позвоночника. Ларин хотел схватить меня, но я оказалась шустрее, отскочила в сторону и забежала за спину Орлова с воплями:

— Помогите!

Денис, Стас и Тимур заслонили меня, как петухи, грудь вперед выставили.

— Мужик у тебя проблемы? — борзо спросил Денис.

Ларин одарил их таким ледяным взглядом, что пыл у ребят поубавился. Они, наверное, интуитивно чувствовали опасность, исходящую от Игоря. Я поежилась и не шевелилась. Цепкий, ледяной взгляд пробирал до костей. У Ларина кулаки сжались до хруста. Думала, убьет всех.

Однако Игорь отошел в другой край спортивного зала. Я наблюдала за тем, с какой яростью он избивал грушу, выплескивая свои эмоции. Не могла взгляд оторвать от него. Он назвал меня глупой, а во мне снова проснулся бунтарь. Вот хотелось в лепешку разбиться, чтобы доказать ему обратное. Чтобы понял, как ошибся на мой счет. И почему мне вдруг стало небезразлично, что обо мне думает, какой-то мужик?

Игорь отдышался, а потом бросил на меня убийственный взгляд. Как бы мысленно говорил: «Все, Ларина! Ты доигралась. Готовься к смерти». А я, вздернув подбородок, смотрела ему в глаза с вызовом, как бы отвечая: «Ларин. Не боюсь я тебя».

Позанимались, отправились в душ, переоделись, а потом зашли в кафе. Парни заказали всем сок. Мы сидели, общались, обсуждали предстоящий учебный год. У меня улыбка сползла, когда заметила Игоря. Он, придерживая за талию тренера по фитнесу, провел ее к столу. Я чуть шею не свернула, наблюдая за ними. Нахмурилась, ощутив странный укол под ребрами.

Девушка улыбалась ему, что-то рассказывала, а он слушал ее очень внимательно. Лишь однажды уголки его губ дрогнули, но улыбка так и не получилась. У меня душа ушла в пятки, судорожно сглотнула. Уже не обращала внимания на болтовню друзей. Я, как хищник, выслеживала добычу. Смотрела на Ларина и не моргала. Ему нравятся брюнетки? Хотя нет! Ему нравятся умные девушки. Я для него не только малолетка, но еще и без мозгов. Вот как ему доказать, что он не прав?

Кто-то позвонил Игорю, он принял звонок. Заметила, как он нахмурился, устало потер переносицу, а потом резко бросил на меня ненавистный взгляд. Я вздрогнула и отвернулась. Сердце гулко билось о ребра. К счастью, Миша приехал за мной, поэтому я простилась с друзьями и выскочила из кафе, как ошпаренная. Почему-то тот факт, что Игорь все же окружен женским вниманием, выбило у меня почву из-под ног. Какая же я дура! Почему решила, что он одинок? Если у него нет кольца на пальце, это еще не значит, что он ни с кем не встречается.

Села к брату в машину, он, заметив мое подавленное состояние, насторожился.

— Мелкая, ты чего? Обидел кто-то? — поинтересовался Миша.

— Миша, ответь честно. Ты меня считаешь глупой? — спросила, посмотрев в глаза брату. Он хохотнул и покачал головой.

— Ну, если честно… Дуреха ты, Танюшка. Но зато добрая и веселая, — заявил он, пальцем щелкнув меня по носу.

Я часто заморгала. Супер! Как же так случилось, что ко мне прилип статус дуры? Надо кардинально менять свое поведение, чтобы перестали обо мне так думать. Еще докажу всем, на что способна. Хочет папа, чтобы я следователем стала? Что же… Буду лучшей в этом деле, еще нос братьям утру. К машине подбежала Наташа и встала, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

— Ну что как не родная? — улыбнулся Миша, подмигнув ей. — Подвезти до дома?

— Если не сложно, — смутилась она, покраснела.

— Пока я в отпуске, весь к вашим услугам, — хохотнул мой брат.

Спешилова забралась на заднее сиденье, а я ушла с головой в себя. Смотрела в окно, и снова сердце оборвалось, когда увидела, как Игорь открыл дверь автомобиля, приглашая незнакомку сесть к нему в салон.

У меня резко упало настроение. Почему, вообще, думаю про Ларина? С катушек слетела? Черт! Он ведь спас меня, а я даже не поблагодарила. Миша и Наташа говорили о чем-то своем, я не обращала на них внимания. Домой вернулась темнее грозовой тучи, прошмыгнула в комнату и упала на кровать. Впервые ощутила себя одинокой, несчастной и никчемной. Закрылась в спальне, отказалась от обеда и ужина. Первой забила тревогу мама. Она постучалась ко мне и попросила впустить. Я открыла ей дверь и сразу же оказалась в ее теплых объятиях.

— Девочка моя, что случилось? — прошептала мама, нежно погладив меня по голове.

— Не знаю, — призналась, всхлипнув носом. — Просто сердце болит, и душа ноет, — призналась я.

— Влюбилась? — улыбнулась она, посмотрев на меня с теплотой.

— В кого? — удивленно вскинула брови.

— Это я должна у тебя уточнить. Игорь голову вскружил? — предположила она.

— Разве, когда влюбляешься, чувствуешь камень на душе? Думала, что крылья за спиной расправляются, — пробубнила я. — И при чем тут, вообще, Игорь? Он меня на дух не переносит.

— Ну, у нас с твоим папой тоже не все гладко было. Ты же знаешь отца, он тот еще любитель командовать и навязывать свою точку зрения. И ничего, притерлись, нашли общие точки соприкосновения. А в начале пути мне его придушить хотелось, — улыбнулась мама, ее глаза наполнились теплом и любовью.

— У вас все иначе. Папа тебя любит и до сих пор с трепетом относится. Игорь меня, скорее всего, ненавидит, — вздохнула я. — Да и нет у нас с ним ничего общего.

— Думаю, если бы он тебя ненавидел, то отказался бы прийти завтра на наш семейный ужин, чтобы лишний раз не пересекаться, — подмигнула мама, а у меня рот открылся от удивления.

Что он задумал? Решил отомстить? Страх сковал душу. Может, притвориться, что заболела и остаться в комнате?

Мама уговорила меня немного поесть. Я спустилась в гостиную и расположилась за столом. Вот только вкуса еды не чувствовала.

— Ты не заболела? — с беспокойством спросил папа, внимательно посмотрев на меня. — Какая-то ты тихая и спокойная.

— Зачем ты Ларина к нам пригласил? — выдохнула, посмотрев в глаза папы. — Я не хочу, чтобы он приходил.

— Поссорились? — прищурился папа, сканируя меня взглядом. — Знаешь, даже не удивлен. Характер у тебя не сахар, нет к жизни серьезного подхода.

— Уж извините, какая уродилась, — хмыкнула я, подскочила с места и поспешила прочь в свою комнату.

Решила, что все же спущусь завтра к ужину. Не покажу Ларину, что боюсь его. Еле дожила до предстоящей встречи, места себе не находила, строила план, обдумывала свои действия.

Надела скромное голубое платье, волосы заплела так, чтобы часть локонов прикрывала шею, нанесла неброский макияж. Посмотрела в зеркало — сама скромность.

— Какая же ты красивая, — прошептала мама, сложив руки на груди.

Папа тоже оценивающе посмотрел на меня.

— Наконец-то оделась, как приличная девушка, а то вечно платья и юбки еле-еле все прелести прикрывали, — констатировал папа.

Машина Ларина заехала к нам во двор, а у меня мурашки пробежали по телу. Игорь уверенной, жесткой походкой шел к нашему дому, а я гадала, чем обернется для меня этот ужин. Прокурор вошел в дом, поздоровался с отцом, пожал руку Мише, а потом бросил на меня такой многообещающий взгляд, что я буквально приросла к месту. Явился, чтобы растоптать меня и уничтожить? Что же, к битве я готова. Наверное… Выдержала его тяжелый взгляд, натянув непроницаемую маску.

Отец пригласил Игоря к столу. Судя по всему, некомфортно было только мне. Потому что Ларин чувствовал себя как рыба в воде. Общался с моим отцом и братом на рабочие темы, при этом не забывал хвалить маму, поблагодарив за вкусную еду. Меня же полностью игнорировал, будто и не было меня за столом. Это чертовски злило. Я сидела молча. Держала в руках бокал вина, пилила Ларина презрительным взглядом. Вот спрашивается, зачем он пришел?

— Татьяна, ну что же ты молчишь весь вечер? — обратился ко мне Игорь, у меня мурашки поползли по спине. Будто сотни иголок вошли под кожу. — Олег Павлович же в курсе наших отношений, не стоит стесняться отца, — проговорил он, сложив руки на груди.

Заметила в глазах прокурора довольные искры, он наслаждался моим смущением.

— Игорь Викторович, мы же с вами уже расстались. Я предупреждала, что мы слишком разные и не подходим друг другу, — уверенно проговорила, смотря ему в глаза.

Вдох не могла сделать, когда заметила, как в темных глазах заклубилась гремучая смесь.

— Танечка, что же ты ко мне так официально? После всего, что было, выкаешь мне, — вскинул он брови, прожигая взглядом.

Чего он добивался? Что за игру ведет? Мне это не нравилось.

От его слов покраснела. Это я знала, что между нами ничего не было, а вот родные подумали иначе.

— Можем поговорить наедине? — зарычала, выскочив из-за стола. — Папа, мы займем твой кабинет? — уточнила, на что отец кивнул, пряча улыбку.

Игорь сложил руки в карманы брюк и последовал за мной. Не спеша вошел в кабинет и прикрыл дверь, подпер ее спиной, смотрел на меня исподлобья, а в глазах смешинки. Он веселился! Что смешного?

— Что тебе от меня нужно? — зарычала, одарив его гневным взглядом.

— Совершенно ничего, — он спокойно пожал плечами. — У меня тот же вопрос к тебе. Какого черта ты ко мне прицепилась? Зачем выводишь из себя?

Честно признаться, не знала, что ему ответить.

— Спасибо за то, что спас меня в клубе, — искренне поблагодарила и тяжело вздохнула.

— Не за что. Только не забывай о том, что в следующий раз никого рядом может не оказаться, — серьезно проговорил он, а я переплела пальцы от волнения.

В кабинете вдруг стало как-то душно, кислорода не хватало. Когда Ларин не злился, был очень даже милым.

— Что теперь будем делать? — перевела я разговор, облизнув пересохшие от волнения губы. — Скажу папе, что ты меня бросил, потому что тебя не привлекают дурехи, вроде меня. В это он с легкостью поверит.

Ларин усмехнулся, впервые заметила на его губах улыбку. В моей душе что-то затеплилось, а сердце оглушило своими ударами. Как же Игорю шла улыбка! Я ухватилась рукой за стол, чтобы не упасть. Какая-то странная дрожь прошла по телу, а ноги стали ватными.

— Знаешь, я привык наказывать людей. Каждый день предоставляю суду множество аргументов и улик, чтобы у преступника не было лазеек, чтобы наверняка на нары попал. И ты считаешь, что так просто избежишь наказания? Предлагаешь мне забыть? Ты затеяла эту игру, так что, дорогуша, придется проучить тебя. Да так, чтобы на всю жизнь запомнила, что нужно в первую очередь головой пользоваться, — проговорил ледяным тоном, а я судорожно сглотнула.

— И что за наказание? — насторожилась я.

— Боишься меня? — улыбнулся он. — Правильно делаешь. Что ты там говорила? Я такой злой, потому что мне любви и секса не хватает? Что ж, у тебя есть уникальная возможность это исправить.

— В смысле? — насторожилась я.

— Я сейчас скажу твоему отцу, что намерен на тебе жениться. Заберу тебя из этого дома под свое крыло на перевоспитание, — оглушил он меня своим заявлением.

— Ты этого не сделаешь! — воскликнула я. Псих? Зачем ему это? — А если твои враги явятся за мной? — вспомнила весомый аргумент.

— Я только на это и рассчитываю. Они притаились, а так у них будет повод выйти из тени. Будешь приманкой, — заявил он, а у меня рот открылся от удивления.

— Это не смешно. А если меня убьют? — насторожилась я.

— Одной дурехой в этом мире станет меньше, — пожал он плечами. — Я точно горевать не буду.

— Игорь? Ты шутишь? — прошептала, а он оттолкнулся от двери и начал приближаться.

Я интуитивно попятилась от него, пока не уперлась попой в стол. Ларин обхватил пальцами мой подбородок и наклонился настолько близко, что ощутила его горячее дыхание. У меня мурашки бегали по спине.

— Естественно, — выдохнул он. — Знал, что тебя замужество напугает. Кому нужна такая пустышка, как ты? Никому.

Я со всей силой толкнула его в грудь, пытаясь отстраниться, но ничего не вышло.

— А ты кому нужен? — зашипела, глядя в глаза. — Просто ты боишься, что откажусь от такого фантастического предложения. Вот и не попросишь моей руки. Где же я еще найду такого классного мужа? — съязвила я. — Уже рыдать в подушку из-за того, что мы расстаемся?

— Как же ты меня бесишь, — зарычал он.

— Поверь, это взаимно, — хмыкнула я.

Вот чего не ожидала, так это того, что он обрушит свои губы на мои. Сжал мои волосы на затылке в кулак с такой силой, что я поморщилась от боли. Его язык бесцеремонно проник в мой рот, выбивая из легких весь кислород. Я на миг растерялась от такого напора, а потом меня захлестнула неведомая ранее страсть. Тоже вцепилась в его волосы, за что он рыкнул на меня. Мы целовались как одержимые, кусаясь, сплетаясь языками. У меня никогда ничего подобного не было. Сердце гулко билось о ребра, внутренности в узел скрутило. Ощутила степень возбуждения этого мужчина, и в жар бросило. Тот факт, что Игорь желал меня, лишало разума. Кровь устремилась по венам. Непроизвольно заскользила ладонями по его плечам, спине, словно хотела запомнить все рельефы. Он пальцами сжимал мою талию с такой силой, что удивительно, как только не переломил. В черных глазах горел дьявольский огонь, дыхание у нас стало прерывистое, тяжелое. Игорь отстранился от меня, нежно провел пальцем по моим припухшим губам. Я потерялась в волне новых эмоций.

Ларин развернулся и молча вышел из кабинета, оставив меня одну. Я встряхнула головой, собрала себя в кучу и вышла в гостиную. Игорь, как ни в чем не бывало, общался с моим отцом, а я вдруг поняла, что пропала. Этот поцелуй будто отравил меня. Мне хотелось чего-то большего. Словно под другим углом посмотрела на Ларина. Он проник в каждую клеточку. Чем так зацепил? Понятия не имела. Вроде обычный мужчина.

— Олег Павлович, мы с Татьяной поговорили с глазу на глаз. Она согласилась стать моей женой. В следующем месяце распишемся. Свадьбу пышную делать не будем, чтобы не привлекать к себе внимание, — серьезно сказал Игорь, а у меня бокал с вином выпал из руки и разлетелся вдребезги.

— На счастье! — воскликнула мама.

Отец сиял от радости, брат смотрел на меня, вскинув брови. Миша, судя по всему, тоже не мог ничего понять. Меня накрыл шок. Лишь в глазах Ларина плескалась уверенность и решимость. Боже! Что он задумал?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 4

Мне всю ночь снились кошмары, ворочалась с боку на бок. Когда разлепила веки, вздрогнула и часто заморгала. В моей спальне, вальяжно развалившись в кресле, сидел Ларин. Я судорожно сглотнула, а он лишь ухмыльнулся. Глюки? Или Игорь реально здесь?

— Розовые обои, плюшевые медведи на окне, на полке романы… — усмехнулся он, задумчиво потер подбородок. — Профессия следователя не для тебя.

Я подобралась, встряхнула головой и нахмурилась.

— Какого черта ты делаешь в моей комнате? — прорычала, сгорая от ярости, но в то же время приятные мурашки бегали по спине, и в животе все стянуло узлом.

Даже дыхание сбилось. Что за чертовщина?

Игорю очень шел деловой стиль. Как же красив этот мужчина. И почему раньше этого не замечала? Ледяной взгляд прокурора немного меня остудил.

— Зашел разбудить свою невесту, — процедил он сквозь стиснутые зубы, словно эта мысль его раздражала.

Но если не хочет жениться, то зачем Ларину вся эта игра? Как-то не вязалось с его образом. Что-то важное ускользало от моего взора. Я не наивная дура, поэтому версия о том, что он влюбился в меня, сразу отпала. Тогда зачем ему все это?

— Собирай вещи, ты переезжаешь ко мне на месяц.

— Что? — у меня рот открылся от удивления.

Ущипнула себя за руку на всякий случай. Может, ночной кошмар до сих пор не закончился? Поморщилась, ощутив боль. Значит, точно уже не спала.

— Я никуда с тобой не поеду. И будь добр, покинь мою комнату, — строго проговорила, испепеляя его взглядом. Указала пальцем на дверь.

— У меня мало времени. Живо собирайся. Твой отец уже дал добро на переезд. У тебя сорок минут на сборы, потом, вне зависимости от того, готова ты или нет, я отвезу тебя к себе, — заявил Ларин и поднялся с места, вышел из моей комнаты, закрыв за собой дверь.

Мне показалось, что меня огрели кирпичом по голове.

Что происходит?

Соскочила с кровати и помчалась к отцу за объяснениями. Как была в пижамной майке и коротких шортиках, в таком виде и залетела в кабинет.

— Папа! — завопила, нервно смахивая с лица волосы и откидывая их назад, — скажи Ларину, что я с ним никуда не поеду!

Отец бросил взгляд куда-то мне за спину, я обернулась. Игорь, сложив руки на груди, подпирал дверной косяк.

— Олег Павлович, — с нажимом сказал Игорь.

Они будто мысленно о чем-то общались. О чем договорились за моей спиной?

— Таня, тебе нужно переехать к Игорю без лишних вопросов. Как раз узнаете друг друга поближе перед свадьбой, — сказал папа и кашлянул, отвел взгляд в сторону.

Он нервно постукивал пальцем по столу, на скулах ходили желваки, а вена на шее пульсировала. Отец нервничал, но почему? Что, черт возьми, случилось? Почему он меня выпроваживает из дома? Может, свадьба — это всего лишь прикрытие?

— Олег Павлович, вы же знаете, что мне можно доверять, — серьезно произнес Ларин, а папа тяжело вздохнул и сжал пальцами переносицу.

— Таня, иди, собирай вещи, если за месяц не найдете общий язык, то вернешься, — заявил отец, а у меня рот открылся от удивления.

— Мама меня не отпустит жить к какому-то мужику, которого я едва знаю! — воскликнула, топнув ногой.

— Твоя мама рано утром уехала в другой город. Ты же знаешь, что Даниил с женой и сыном гостят у родственников. Так вот Ольга попала в больницу… Положили на сохранение, а Даня не может справиться с Юриком. Так что твоя мама отправилась к ним на помощь, — заявил папа.

Ого! У меня будет еще один племянник или племянница? Почему такое чувство, что папа всю семью решил выгнать из дома? Или у меня паранойя?

— Папа, — выдохнула я, смотря на него с мольбой. — Я не хочу, — замотала головой.

— Я не кусаюсь, — усмехнулся Ларин.

Впервые видела в его глазах смешинки. Его забавляла моя растерянность. Ах, так? Ну, погоди! Еще пожалеешь об этом.

— Таня, просто сделай так, как прошу. Тебе пора взрослеть, попытай свое счастье с Игорем, если не сойдетесь характерами, то вернешься, — устало проговорил папа, выделив из всего предложения лишь одно слово: «вернешься».

По его глазам поняла, что тут явно что-то не чисто. Точно, выпроваживает из дома, да еще ведет себя странно. Мы в беде? Нутром чувствовала, что случилось нечто плохое.

— Через тридцать минут буду готова, — сказала ледяным тоном и бросила на Игоря уничтожающий взгляд. — Почему бы не пожить вместе? Это же мечта всей моей жизни, — съязвила, проходя мимо прокурора.

В его глазах снова клубилась гремучая смесь. Ничего, я обязательно выясню, что произошло у отца.

Поднялась в свою комнату, достала две спортивные сумки и покидала вещи, которые могли понадобиться мне на первое время. У меня зазвонил телефон, на экране высветился номер Иры.

— Ларина, привет! Сегодня с нами пойдешь на вечеринку? — спросила она.

— Не могу, — тяжко вздохнула.

— Что, папа посадил под домашний арест? — с сочувствием спросила Котова.

— Хуже. Я замуж за Игорька выхожу. Сегодня переезжаю к «любимому» жениху. Будем жить вместе, чтобы поближе познакомиться перед свадьбой, а то ему некогда на свидания ходить, решил сразу меня у себя дома запереть, — ответила, бросив тоскливый взгляд на сумки.

Вот только я могла так влипнуть. Начала игру, а в итоге стала пешкой и никак не пойму правила.

— Да иди ты! — воскликнула она. — Офигеть! Прокурор решил на тебе жениться?

— Да. Честно признаться, у нас с Игорем давно был роман, но мы часто ссорились и делали вид, что не знакомы. Причем мой папа дал ему согласие на этот брак. Видите ли, такой муж мне подходит, научит меня уму разуму. Чувствую себя средневековой принцессой, судьбу которой решил отец-король, — пробубнила я.

Зачем я несла этот бред? Просто ничего другого в голову не пришло. Не говорить же подруге, что папа и Игорь замыслили какой-то заговор. Лучше уж выставить все в ином свете, пусть подруги считают, что я утаила свои отношения с прокурором, а то точно решат, что я чокнутая, раз собралась замуж за практически незнакомого мужчину.

— Жесть! Даже не знаю, радоваться за тебя или грустить, — призналась Ира. — Ну, ты и партизанка, Танюха. Вот так и думала, что у тебя с Лариным что-то было, поэтому ты его так легко поцеловала. Видимо, Игорь решил тебя проучить.

— Женившись на мне? — хохотнула я. — Этим он не меня проучит, а себя накажет.

— Ларина, вот ты попала. Держись, мысленно мы с тобой. Сейчас девчонкам расскажу, они в обморок упадут, — проговорила Ира и попрощалась со мной.

Я взяла сумки и бесшумно вышла из комнаты, прислушалась. Папа и Игорь о чем-то говорили.

— Олег Павлович, не переживайте, я за ней присмотрю. Пусть пока остается в неведении, для ее же блага. Потом все ей расскажем, — заявил Ларин, а я нахмурилась. Вот точно что-то затевают.

— Я у тебя в долгу, — сказал папа и пожал руку Ларину.

Ступенька подо мной скрипнула. Я сделала вид, что ничего не слышала. Спустилась и поставила сумки на пол.

— Я готова, мой любимый и обожаемый жених, — натянула любезную улыбку, убивая его взглядом.

Маловероятно, что Игорь женится на мне. Где-то очень глубоко внутри все же мечтала заполучить себе этого неприступного мужчину. Меня разрывали противоречивые эмоции. Игорь меня бесил и волновал одновременно, хотелось послать его ко всем чертям и в то же время, мечтала ощутить на себе его влажные губы. Ларин выбил почву из-под моих ног, и мне не нравилось это состояние.

— Таня, не обижайся на меня. Я же хочу, как лучше, — вздохнул отец и обнял меня. — Пусть все считают, что вы решили пожениться. Очень надеюсь, что все так и будет, — прошептал он мне на ухо.

Я нахмурилась. Так и хотелось поговорить с отцом наедине, узнать, что творится, но Ларин подхватил мои сумки, взял меня под локоть и потащил к выходу.

Игорь легко забросил вещи в багажник. Меня лихорадило, переминалась с ноги на ногу и не знала куда себя деть.

— Тебе особое приглашение надо? — вскинул он брови, открыв передо мной дверь автомобиля.

Я нерешительно села в салон. Меня окутал потрясающий запах мужской туалетной воды. Мышцы непроизвольно сжались. Мысленно попросила у Всевышнего сил и терпения. Только бы окончательно не потерять мозги из-за прокурора. Игорь расположился за рулем и утопил педаль газа в пол. У меня сердце чуть не выскочило из груди. Только дошло, что мне придется жить с этим человеком в одном доме. Липкий страх окутал душу. Сжала кулаки с силой и встряхнула головой. Не дождется, не покажу ему свое волнение.

— Я даже не завтракала, — сказала вслух.

Ларин бросил на меня тяжелый взгляд, от которого я поежилась.

— Поешь у меня дома, — сухо ответил он.

— Игорь, зачем тебе все это? — спросила, надеясь, что оставшись наедине, он все же раскроет правду.

— А почему бы и нет? Я не женат. Годы идут. Характер у меня не сахар, где еще найти дуреху, которая захочет связать свою жизнь с таким как я? Поживешь у меня месяц, присмотримся друг к другу, потом верну тебя отцу, — беззаботно проговорил он.

Из всего, что он сказал, мой мозг уловил лишь одну настоящую, не фальшивую фразу: «потом верну тебя отцу». Если бы Игорь хотел на мне жениться, или если бы у него возникло настоящее желание познакомиться со мной, то он не заявлял бы о том, что вернет меня. Значит, прокурор уже на все сто процентов уверен в том, что я уеду домой. Лихорадочно соображала, пока мою голову не посетила одна догадка. Боже! Папа решил спрятать меня у Ларина, а маму у брата? Семье грозит опасность? Игорь наверняка мог мне это рассказать, но не станет. Он решил запугать меня свадьбой, чтобы поиграть на моих нервах? Маленькая месть за то, что доводила его? Ну что же, Игорек. Я посмотрю, как ты живешь. Маленькое приключение пойдет мне только на пользу.

— Это точно, тебе предстоит очень постараться, чтобы найти такую девушку, которая добровольно пойдет за тебя замуж, — усмехнулась я. — Ты невыносимо скучный. Понимаешь, что тебя ждет месяц ада? Ради эксперимента, я все же переберусь в твое логово, — заявила я, одарив его довольной ухмылкой.

Ларин бросил на меня уничтожающий взгляд. Воздух вокруг нас накалился, мне казалось, что стоит нарушить тишину, и Игорь меня просто придушит. В его глазах сверкали молнии, желваки играли на стиснутой челюсти, а руль он сжимал с такой силой, что пальцы побелели.

Дальше ехали молча, но при удобном случае испепеляли друг друга взглядами, будто вели невидимую борьбу. Я умирала от скуки на каникулах, что ж, судьба подкинула «веселье».

Мы подъехали к высокому зеленому забору. Сразу отметила про себя, что через такой не так-то просто будет перелезть. Я уже мысленно готовилась к побегу? Усмехнулась своим мыслям.

— А где колючая проволока по всему периметру? — съязвила я.

Поежилась от тяжелого взгляда Игоря. Он промолчал, но я услышала, как скрипнули его зубы от злости.

Ларин нажал на пульт, и ворота отъехали в сторону, открывая моему взору большой одноэтажный дом. Везде аккуратные дорожки, зеленый газон, елки и туи вдоль забора. Очень ухоженно, уютно. Но взгляд сразу зацепился за камеры, которые висели у входа.

Игорь молча достал мои вещи из багажника, подошел к двери и открыл, кивнул мне, чтобы следовала за ним. Я сбросила босоножки и, ступая босыми ногами по ламинату, двинулась за хозяином дома. Из прихожей попали в большую уютную гостиную. Камин, диваны, плазма на стене, стеллажи с книгами и панорамные окна, за которыми виднелся бассейн. Из гостиной можно было попасть на кухню, в кабинет, в ванную, а так же в две спальни. Гостиная была связующим пространством. Меня поразил порядок. Все было гармонично расставлено, со вкусом. Вот только энергетика у дома холодная, веяло одиночеством.

Игорь пнул ногой дверь, ведущую в спальню, и поставил мои сумки на пол.

— Можешь занять эту комнату. В доме ничего не трогай, никуда не лезь без разрешения, гостей сюда звать запрещено, дом без моего ведома покидать нельзя. Вопросы есть? — прорычал он, смотря мне в глаза.

Я скрестила руки на груди и вздернула подбородок.

— Только один. Лоток и миска тоже в комнате? — съязвила я, а Игорь прищурился.

— Ларина, постарайся сделать все, чтобы у меня пропало дикое желание придушить тебя. Когда ты молчишь, кажешься умнее, — заявил он и вышел из комнаты.

Я чуть не задохнулась от возмущения. Да что он себе позволяет? Со злостью захлопнула дверь и осмотрелась. Просторная комната. Диван располагался вдоль стены, у окна письменный стол, на противоположной стороне встроенный шкаф-купе для вещей. На полу пушистый белый ковер. Вздохнула, пытаясь унять дрожь и бешенство. Разложила вещи и вышла в гостиную. Стояла такая мертвая тишина, что стало не по себе.

Интересно, мне можно хозяйничать у него на кухне или за каждый шаг отчитываться? Ох, папа! Надеюсь, у него были весомые аргументы отправить меня сюда.

— Есть кто живой? — крикнула я в пустоту.

Мне так никто и не ответил. Чудно! Отправилась в ту сторону, где находился кабинет. Без стука открыла дверь. Игорь сидел за большим дубовым столом, зажав телефон между плечом и ухом, и с кем-то разговаривал, параллельно что-то ища в бумагах. Ларин бросил на меня строгий взгляд, брови сошлись на переносице. Поняла, что отвлекаю его от чего-то важного. Молча вышла и закрыла за собой дверь. Решила воспользоваться моментом и посмотреть, какая спальня у Игоря. Прошмыгнула к нужной двери и осторожно открыла. Вошла и осмотрелась по сторонам. Тут доминировали серые и темно-синие оттенки. Двуспальная кровать, шкаф, комод и полка с различными наградами. Я не удержалась и подошла ближе. Присвистнула от удивления. Медали и грамоты за первое место по стрельбе, по боевым искусствам. Скользила взглядом по фото, которые стояли в рамках. Мне кажется, я не дышала, любуясь снимками, где Игорь в военной форме держал в руках автомат. Судя по всему, это были те времена, когда он служил в армии. Фото какого-то мужчины и симпатичной девушки были с черными ленточками. Кого он потерял? Кто эти люди?

— В мою комнату заходить тоже запрещено, — услышала рык за спиной и вздрогнула, сердце, как ошалевшее, сбилось с ритма.

Обернулась, попав под стальной взгляд. Ой! Нарушила границу? Вторглась в логово холостяка. Игорь сложил руки в карманы брюк и нахмурился.

— Господи! Какой же ты — зануда! Зачем пригласил к себе, если мне нельзя шагу ступить? Есть, что прятать? Я уже нагостилась, хочу домой. Так что вызову такси и отправлюсь обратно, — заявила я и уверенно зашагала в сторону выхода.

Игорь опередил меня и с грохотом закрыл дверь перед моим носом.

— Месяц ты будешь жить здесь, — ледяным тоном проговорил он.

На его руках вздулись вены, а дыхание стало тяжелым. Он злился, и я не понимала по какой причине? Потому что зашла в его комнату без разрешения или потому что собралась домой?

— Игорь, зачем? Ты меня на дух не переносишь, поверь, это очень заметно. Дома у тебя шагу никуда ступить нельзя. Какой смысл нам с тобой знакомиться ближе, если свадьбы все равно не будет? — спросила, серьезно посмотрев на него.

Сомнение мелькнуло в его взгляде, будто решал, рассказывать мне правду или нет.

— Здесь тебе безопаснее. Твой отец решил выступить в суде против своего коллеги — Зубарева Всеволода Дмитриевича, который взятки брал и преступников на волю отпускал. Так вот, пригрозили Олегу Павловичу, что убьют тебя и твою маму, если он в суд пойдет. За твоим домом постоянно следят враги, полковник нашел прослушку в своем кабинете, кто туда поставил жучок, неизвестно. Если сообщники Зубарева поймут, что Олег Павлович решил отправиться в суд, то за тобой и матерью явятся, чтобы надавить и повлиять на его показания. Спрятать он вас не мог, это натолкнуло бы людей Зубарева к активным действиям. Вот и попросил он меня слух пустить про свадьбу, чтобы не вызвать подозрений, почему дочка вдруг из дома переехала. Олег Павлович не знает, кому можно доверять, а кому нет. Мы давно знаем друг друга, вот он и обратился ко мне. Через две недели суд, поэтому ты на всякий случай месяц поживешь здесь. Когда опасность отступит, тогда сможешь вернуться к привычной жизни, а пока будь начеку. Я тоже не в восторге от этой затеи, но не мог отказать полковнику в помощи.

У меня рот открылся от удивления, часто заморгала. Я сплю?

— Бред! Кто поверит в то, что ты действительно решил привезти меня сюда, чтобы к свадьбе подготовиться? Думаешь, злые дядьки поверят в эту глупость? Да они поймут, что отец решил спрятать меня таким образом, — хмыкнула я, стараясь сохранить спокойствие, но сердце неприятно сжималось от страха.

— Уже поверили, — довольно улыбнулся он. — У твоего отца тоже есть шпионы, они сообщили, что шакалы Зубарева видели нас вместе в ночном клубе, а это было до угрозы. К тому же, твои подружки уже выложили в сеть новость о том, что Ларина Танюха выходит замуж за прокурора. На твоей страничке друзья тебя поздравляют, другие сочувствует. Так что слухи сделали свое дело. Да и интернет — кладезь полезной информации для шпионов. Поэтому в моем доме не фотографироваться и не выкладывать ничего в сеть! Ясно? Не хватало, чтобы по снимкам определили расположение комнат в доме, и нашли нюансы, которые потом обернут против нас.

— Игорь, ты серьезно? Сериалов не пересмотрел? Какие шпионы? Какая прослушка? Это только в кино бывает. В реальном мире нет ничего подобного. Наверное… — осеклась я, заметив странный взгляд Ларина.

Он смотрел на меня так, будто видел перед собой глупого ребенка.

— Тань, если ты ходишь в розовых очках и веришь в существование единорогов, это еще не значит, что у нашего мира нет темной стороны. Когда начнешь… Если начнешь работать следователем, тебе придется разгребать всю грязь изнаночной стороны нашего мира. Столкнешься и с жестокими убийствами, и с самими убийцами. Вот я и говорю, что эта профессия не для тебя. Получишь образование и иди работать обычным юристом. Ты не потянешь должность следователя, у тебя ветер в голове. А ведь от твоего решения будут зависеть судьбы. Ты это понимаешь? — строго спросил он.

Почему рядом с ним я чувствовала себя никчемной?

— Я справлюсь, — уверенно ответила, хотя из-за Ларина появилась тень сомнения.

— Считаешь, только в кино покушения происходят на других людей? — вскинул он брови и начал медленно расстегивать свою рубашку.

Меня в жар бросило. Что он задумал? Сердце билось о ребра, а дыхание сбилось, когда Ларин стянул с себя рубашку и бросил ее на кровать, а я пялилась на его обнаженный торс. Он издевается надо мной? Смутилась, но вида не показала. Взгляд зацепился за татуировку в области сердца. Красивыми небольшими буквами была выведена строчка «coute ton coeur», что означало: «прислушивайся к своему сердцу». Заметила три странных шрама: на боку, в области пупка, на плече. Нахмурилась, непроизвольно протянула руку и дотронулась пальцем до отметины на ребрах.

Игорь заметно напрягся, не ожидал, наверное, что я прикоснусь к нему.

— Это пулевое ранение, два года назад пережил покушение, — ошарашил он меня. — Чудом остался жив. А это… — сказал он, обхватив мое запястье и переставив мой пальчик на другой шрам. — Три года назад было ножевое ранение. Много крови потерял, но успели спасти, к счастью, лезвие не задело внутренние органы.

— А это? — прошептала, боялась сделать вдох.

Нежно провела пальчиками по плечу, где находилась третья отметина.

— Пуля прошла навылет… Это было очень давно. Так моего отца заставили уничтожить все улики против главаря одной банды. Меня взяли в заложники, чтобы надавить на него. Когда-нибудь расскажу подробности той ночи, пока не готов делиться с тобой личной информацией, — заявил он и отошел от меня, развеяв морок.

Смотрела на широкую спину, на то, как перекатывались мышцы при движении, и во рту пересохло. Игорь взял с полки футболку и натянул на себя.

— Кто тот мужчина и девушка на фотографии? — спросила, заметив, как Ларин подобрался и замер.

Он не обернулся, чтобы не встречаться со мной взглядом.

— Это тоже личное. Просто знай, что я решил помочь твоему отцу, потому что понимаю, как порой приходится детям расплачиваться лишь за то, что родители сражаются с преступным миром. У Олега Павловича много слабостей, а ты — самый лакомый кусочек для шакалов Зубарева. Ведь твой отец пойдет на все что угодно, лишь бы его дочку не изнасиловали и не убили. Поэтому ты в опасности, и в твоих же интересах сидеть здесь и не высовываться.

— Спасибо, — выдохнула я, задыхаясь от ужаса. До меня наконец-то дошла серьезность ситуации. — Я воспользуюсь твоей кухней, чтобы приготовить себе завтрак? — сменила тему.

В животе урчало от голода.

— Только не спали там ничего, и после себя все помой, я люблю порядок в доме. Да и во всем… — ответил он, продолжая смотреть на фото, стоящие на полке.

— Я не тупица, — возмутилась, с шумом втянув в себя воздух. — Спасибо за то, что приютил. Однако с тобой жить невыносимо. Это так, к сведению, — парировала я и выскочила из его комнаты.

Выдохнула, пытаясь угомонить колотящееся сердце. Тяжелая энергетика Игоря чуть не расплющила меня.

Отправилась на кухню и замерла как истукан. Дьявол! Чтобы приготовить завтрак, мне надо по всем шкафам пролезть, чтобы узнать, что и где у него лежит. Брать его продукты? Как-то неловко.

— Ну и куда подевалась твоя храбрость? — услышала насмешливый тон и обернулась.

— Может, покажешь, где и что у тебя хранится? — нахмурилась я. — И не хочу быть твоей содержанкой. Давай на продукты будем скидываться?

— Я не жадный, мне несложно прокормить нас двоих. Так что не бери в голову. Холодильник в твоем распоряжении. Если захочешь чего-то особенного, то говори, заеду в магазин и куплю, — спокойно проговорил он.

— А кто у тебя дома обычно готовит и уборкой занимается? — спросила я, осматриваясь по сторонам.

— Я все делаю сам, — пожал он плечами, а я удивленно заморгала.

— Думала, что у тебя есть домработница, — призналась и прикусила себе язык.

Игорь снова посмотрел на меня как на чокнутую.

— Сериалов меньше смотри, они мозг разрушают. Думаешь, после того, как пережил несколько покушений, я в дом приглашу чужого человека? Я никому не доверяю, поэтому все делаю сам. Иногда, правда, друзья все же выручают, — ответил он.

— У тебя есть друзья? — скептически посмотрела на него и вскинула брови. — Ты уверен в этом?

Игорь бросил на меня убийственный взгляд.

— Не беси меня, — прорычал он, а я хмыкнула и подошла к столешнице.

Включила электрический чайник, открыла холодильник и достала яйца, молоко и сыр. Решила приготовить омлет.

Ларин быстро показал мне, что и где находится, а потом скрылся в кабинете. Интересно, чем мне заниматься весь день? Приготовила себе завтрак. Поела, вымыла за собой посуду. Взяла свой ноутбук, который прихватила из дома, и полазила в интернете. Действительно, в социальных сетях под моей страничкой было очень много сообщений. Все интересовались о том, как мне живется у жениха. Я улыбнулась и принялась отвечать на комментарии, прекрасно понимая, что Игорь все это прочитает. Его страницы в интернете не существовало, это меня и не удивило. Скорее всего, он заходил в сеть под чужим именем.

На вопрос подруг о том, как у меня обстоят дела с Лариным, я ответила, что мы идеальная пара, что давно скрывала наши отношения, боялась огласки, а теперь собираюсь замуж и очень счастлива, ведь моя любовь взаимна. Улыбнулась себе. Вот я молодец! Теперь, если шпионы некоего Зубарева просмотрят мою страничку, у них не возникнет сомнений в том, что мы с Игорем вместе и не должны догадаться о том, что папа, таким образом, спрятал меня и готовится к суду. Развалилась на диване и включила телевизор, смотрела фильмы, бросая взгляд на дверь кабинета. Стало тоскливо. Понимала, что Ларин не будет меня развлекать, он предоставил мне убежище и на том спасибо. Черт! Но я ведь так от скуки помру. Отправилась на кухню и решила приготовить ужин. Хоть чем-то заняться. Очень старалась, хотелось, чтобы Игорю понравилось. Зачем мне это? Не могла объяснить. Приготовила картошку по-французски, она у меня получалась лучше всего. Отправилась в кабинет. На этот раз постучалась, чтобы не раздражать Игоря.

— Войди, — сухо ответил он.

Ларин обложился документами и что-то внимательно читал, на меня даже взгляд не поднял. Неприятно кольнуло под ребрами. Если бы я была его женой, это что же, меня бы ждала вот такая вот жизнь? Капец! Все, как я и думала.

— Я ужин приготовила, будешь? — спросила, чувствуя себя неловко в его присутствии.

— Тань, я очень занят. Ешь без меня, — ответил он, не поднимая взгляда.

Я вернулась на кухню, села за стол и принялась ужинать. Ком в горле душил, слезы собрались в глазах. Господи! Как же продержаться в этой берлоге месяц? Я же с ума сойду от одиночества. Привыкла к общению, у нас в семье всегда шумно, весело, а тут, как в пещере. Бедный Робинзон Крузо. Представляю, каково ему было на острове. После ужина отправилась в комнату, которую мне выделил Игорь, разложила диван и, вытянувшись, смотрела в потолок, пытаясь собрать мысли в кучу. Почитала книгу, походила по дому, на часах было одиннадцать вечера, а Ларин так и сидел с бумагами. Он, вообще, ест что-нибудь или, как граф Дракула, питается только кровью по ночам? Зашла на кухню, поставила на поднос тарелку с картошкой, салат, налила чашку чая и отправилась в кабинет. Пнула ногой дверь, вошла без разрешения. Поймала хмурый взгляд Ларина, но проигнорировала его. Поставила поднос на стол.

— И только попробуй не съесть! — заявила я, развернулась, чтобы уйти.

— Таня, я не люблю, когда меня отвлекают, — сухо бросил он.

— Очень постараюсь это запомнить. Ты же знаешь, у меня в одно ухо влетело, в другое вылетело. Сквозняк… — хмыкнула я и скрылась с его глаз.

Со спокойной душой пошла в душ, прихватив с собой сменные вещи и косметичку. Нежилась в ванной, а все мысли были про Игоря. Стоило только представить его обнаженный торс, крепкие мышцы, и внутренности сводило. Почему он меня так волновал? Он же, как айсберг — холодный. Наваждение какое-то! Или на самом деле влюбилась? Разум отвергал эту теорию, а вот сердце трепыхалось, как птичка в клетке.

Вылезла из ванной, натянула короткие шортики, надела майку, готовилась ко сну. Проходя через гостиную, заметила за окном движение. Как вор, крадучись, подошла к шторам и выглянула. Игорь плавал в бассейне. На улице включились фонарики и освещали дорожки около дома, бассейн был с подсветкой. Ларин очень быстро плавал от одного края к другому, а я зачарованно наблюдала за ним. Когда он вылез из воды, у меня перехватило дыхание. Жадно скользила взглядом по его обнаженному телу, по крепким ногам, по плоскому животу. Широкие плечи, накаченные, сильные руки. Жар распространялся по моему телу, в животе бабочки летали. До скрежета зубов хотелось прикоснуться к Ларину, почувствовать на себе его руки, снова ощутить вкус его губ. При воспоминании о нашем поцелуе сердце сладко сжалось и дыхание сбилось. Игорь вошел в дом, а я так и стояла у окна. Мне бы скрыться в спальне, но ноги приросли к месту. Ларин уверенной походкой подошел ко мне, на ходу вытираясь полотенцем.

— Хорошо, что ты еще не спишь. Таня, ты вообще в своем уме? Ты что там написала в интернете? — прорычал он, испепеляя меня гневным взглядом.

В гостиной был полумрак, однако хорошо видела, как в глазах прокурора снова промелькнули ярость и недовольство.

— Хотела как лучше, чтобы все поняли, что у нас якобы все супер. Что не понравилось-то? — вскинула брови.

Я старалась смотреть ему в глаза, но взгляд сам невольно скользил по его скулам, по небольшой щетине на щеках, по чувственным губам, по крепкой шее… Судорожно сглотнула, а сердце снова пустилось в скачки. Воздух накалился так, что чувствовала его каждой клеточкой. Боже! Как же хотелось прижаться к груди Ларина, услышать от него нежные слова. Я спятила? Однозначно! Игорь и нежные слова? Это несовместимо.

— Ты зачем написала про взаимную любовь? — злился он.

— Ну, подумаешь, малость пофантазировала и помечтала. Не понимаю, почему психуешь? — хмыкнула я, сложив руки на груди.

— Хочешь, чтобы за тобой начали охоту и мои враги? — спросил он, глядя жестко, в упор. — Взаимная — это значит, что я обрел слабость! А раз у меня появилась слабость, этим могут воспользоваться.

— Игорь, у тебя мания преследования? Если твои враги следят за твоей жизнью, значит уже в курсе того, что ты домой девушку привез, что жениться надумал. Они бы и без этих слов поняли, что я — твоя слабость, — заявила, сжав кулаки, чтобы унять дрожь.

У меня мысли спутались. Только и делала, что пожирала взглядом Ларина. В тот момент поняла, что мне никакой Орлов даром не нужен. Желала заполучить Игоря. Вот только прекрасно понимала, что я ему совершенно не нужна. От этих мыслей под ребрами саднило.

— Ты не первая девушка, которая приехала ко мне погостить, и не первая, на которой я якобы решил жениться. Я периодически такие слухи пускаю. С годами заработал себе статус холостяка, который, даже если и надумал жениться, то это еще не значит, что влюблен. У меня не должно быть слабостей! Отредактируй свое сообщение.

— Игорь, у тебя с головой все в порядке? Ты не только зануда, тиран, так еще и пугаешь меня своим психическим состоянием. Кому какая разница, что я там написала? Через месяц я съеду, и твоим врагам станет понятно, что от тебя сбежала очередная невеста. Они уже на это, скорее всего, и не обращают внимания, давно поняли, что ты — одинокий волк. Так что расслабься. Тебе больше отдыхать нужно.

— Хорошо, может ты и права, — выдохнул он. — Я перестраховываюсь. Все же в ответе за тебя.

Не знаю, где я снова взяла храбрость? Сделала два уверенных шага и резко прижалась щекой к его груди, крепко обняв. Услышала, как его сердце споткнулось и сбилось с ритма. Игорь окаменел и растерялся. Наверняка не ожидал от меня подобного. Я наслаждалась этим прикосновением, вдыхала умопомрачительный запах этого мужчины. Ладонями заскользила по широкой спине, чувствовала, как перекатывались мышцы под моими руками.

— Таня, а у тебя с головой все в порядке? Ты что делаешь? — выдохнул он и попытался отстраниться, но я как клещ вцепилась в него мертвой хваткой.

— Обнимаю тебя, — пожала плечами и посмотрела в черные глаза.

Заметила растерянность и настороженность.

— Хватит глупостями заниматься, отпусти, — рыкнул он, тяжело дыша.

Наверное, я вела себя неподобающе. Но Ларин все равно считал меня дурехой, поэтому, чтобы я не сделала, все равно бы не поднялась в его глазах. Вместо того чтобы разжать руки, я резко обхватила его затылок и впилась в его губы своими губами. Игорь с шумом втянул в себя воздух. Была уверена, что оттолкнет. Однако ошиблась. Сильные руки легли мне на талию и крепче прижали к себе так, что я ощутила его возбуждение. Мурашки пробежали по спине, когда почувствовала твердую, восставшую плоть. Ларин обрушил на меня свои эмоции, целовал так, что у меня душа в пятки ушла. Игорь нарочно имитировал толчок, а у меня истома разлилась по телу. Его ладони медленно заскользили по моей спине, а я затаила дыхание, тонула в омуте черных глаз, которые, казалось, прожигали меня насквозь.

Игорь заправил большие пальцы мне в шортики и водил ими, нежно прикасаясь к коже, а у меня электрические разряды проходили по телу, сердце грохотало так, что оглушало. Его крепкие руки пробрались внутрь, а я забыла, что нужно дышать. Игорь сжал пальцами мои ягодицы, крепче прижал меня к себе, снова имитируя толчок. У меня мурашки пробежали вдоль позвоночника, тепло разлилось внизу живота. Кровь пульсировала в венах и закипала. Голова кружилась от пьянящих поцелуев. Чувствовала его сильное, крепкое тело, вдыхала умопомрачительный запах этого мужчины, и мозг отключался, пробуждались инстинкты. Первобытное желание обжигало изнутри.

Глубокий, требовательный поцелуй дурманил разум и сводил с ума. Тишину в гостиной нарушало лишь наше прерывистое дыхание. Надо было бы остановить Ларина, но я не смогла. Здравый рассудок где-то затерялся. Ларин гладил мои ягодицы, то с силой сжимая, то поддевая пальцами кружевные стринги, дразнил, из-за чего у меня возникло болезненное томление между ног. Нежно провел рукой по животу, а у меня кожа горела от его прикосновений. Слова произнести не могла, потому что Игорь надежно запечатал мой рот своими губами. Наши языки сплелись в безумном танце или борьбе… Он скользнул мне в трусики, прикоснулся пальцами к промежности, а я не удержала стон, меня буквально прострелило от удовольствия. Одолевали противоречивые эмоции, было страшно, но в тоже время чертовски волнительно. Замерла, когда Игорь бесцеремонно проник внутрь пальцем. Непроизвольно сжала ноги, поймав его руку в плен. Однако мое сопротивление не помешало ему большим пальцем погладить и надавить на чувствительное местечко. Меня лихорадило, я будто сорвалась с края и летела в бездну. Никогда в жизни не чувствовала ничего подобного, эмоции затопили так, что боялась захлебнуться в этом водовороте. Казалось, что внутри все горело, между ног болезненно пульсировало. Хваталась за его шею, плечи, боясь упасть. В какой-то момент полностью доверилась этому мужчине. Дыхание стало рваное, тяжелое. Предвкушала испробовать нечто запретное, такое манящее и будоражащее.

Однако накатила волна разочарования и пустоты, потому что Игорь прекратил свои ласки и поцелуи. Ларин смотрел на меня жестко, в упор, пронзая холодным взглядом. Медленно наклонился и прошептал мне на ухо, обжигая мою кожу горячим дыханием:

— Терпеть не могу легкодоступных девиц.

Его слова подействовали на меня как ведро холодной воды… Нет! Как удар чем-то тяжелым и колючим. У меня сердце болезненно сжалось, ком подкатил к горлу. Чувствовала себя перепачканной в грязи. Почему он подумал, что я легкодоступная? Ну конечно! Какая же я дура! Сама ведь пристала к нему, да и тогда он видел мою шею в засосах. Представляю, какого он обо мне мнения. Попятилась от Ларина, как от опасного зверя, пытаясь удержать слезы и не показать ему свою обиду. Внутренности горели, тело ломило от неудовлетворенного желания, а душа кровоточила.

Дура! Какая же я дура! Мне не по зубам такой мужчина. Он слишком стальной, жесткий, беспощадный. Куда делась моя храбрость и острый язык? Почему бегу, поджав хвост? Ларин наблюдал за мной, не сводя хищного взгляда. Мне показалось, что в тусклом свете его глаза горели дьявольским огнем. Резко развернулась и убежала в комнату, закрылась на замок и прислонилась спиной к двери. Не могла отдышаться. Сердце, как ошалевшее, металось из стороны в сторону, врезаясь в ребра. Кислорода не хватало. Сжала пальцами волосы и сползла на пол. Слезы текли по щекам, рыдания душили. Пару раз ударилась затылком о дверь, надеясь выбить из своей головы всю дурь. Стыд накатил и раскаяние. Одной фразой Игорь спустил меня с небес и вкатал в грязь, расплющил. Его леденящий душу взгляд говорил о том, что он просто поиграл со мной, его эмоции не выходили из-под контроля, как у меня. Это я, как снежинка, растаяла от его прикосновений и умелых ласк. Позорище! Как теперь ему на глаза показываться? Вспомнила о том, что он попросил отредактировать комментарии. Поднялась и на негнущихся ногах подошла к столу, взяла ноутбук и забралась на диван. Стерла все сообщения. Ноутбук сообщил о входящем сообщении, и я удивленно посмотрела в экран. Какой-то Ярослав Алмазов попросился в друзья и прислал мне сообщение. Я щелкнула мышкой и открыла послание.

«Ты действительно выходишь замуж?».

Я удивленно уставилась в экран. Это, вообще, кто? Решила придерживаться плана, поэтому написала ответ:

«Да, собралась замуж, но у любимого такой несносный характер, что могу сбежать от него из-под венца. Мы слишком разные».

Перечитала сообщение и натянуто улыбнулась. Если это шпион, то я придумала отличный ответ. Удовлетворили свое любопытство? Ярослав снова прислал сообщение:

«Он тебе не подходит, посылай его к чертям и давай тусить вместе».

Против воли усмехнулась. Открыла страничку Алмазова и принялась изучать. Что-то знакомое показалось мне в его внешности. Высокий, подтянутый, симпатичный брюнет с голубыми глазами. Если верить дате его рождения, то он всего на год старше меня. На фото Ярослав был то в компании друзей, то на фоне черной спортивной машины. Заразительная улыбка, блеск в глазах. Не то, что некоторые…

«Мы знакомы? Прости, не могу тебя вспомнить», — отправила ему сообщение.

«Знакомы, но давно не виделись. Несколько раз пересекались. Я троюродный брат твоей лучшей подруги Иры Котовой. Встречались у нее на днюхе».

«С чего это ты про меня вспомнил?»

Я нахмурилась. Неужели заразилась подозрительностью и манией преследования от Ларина? Как же вовремя Ярик появился, хоть отвлек меня от самобичевания.

«Я про тебя и не забывал. Может, увидимся? Моя сеструха в клуб собралась через пару дней. Составишь нам компанию? Или будущий муж тебя не отпускает никуда?»

«Я приеду. Адрес назови и время».

Конечно, это очень опасно в свете последних событий, но суд у папы через две недели, и не думаю, что меня решили убить. Что же мне теперь всю жизнь прятаться? А если потом папе решат отомстить? Спустя полгода или год? Мне все равно вечно в окопе не просидеть, придется осенью на учебу вернуться, так что, как говорят: от судьбы не уйдешь. Поэтому не собиралась хоронить себя в четырех стенах. Да-да! У меня напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. Но по мне лучше один день провести ярко и незабываемо, чем целую жизнь скучно и серо. Так что я, несмотря на запрет Игоря не покидать дом, все же собиралась отправиться в клуб. Стоило подумать про Ларина, как краска прилила к щекам, и дыхание сбилось. Завтра, вообще, не выйду из комнаты, чтобы не видеть его. Бесит! Вот до скрежета зубов, до ломки костей бесит! Ничего! Я ему отплачу той же монетой. Самый лучший план мести — игнорирование. Посмотрим, как ему понравится. Хотя, он явно привык к одиночеству и легко обходится без общения.

Боже! Дай мне сил! Захлопнула ноутбук и легла спать, мысленно строя план побега из этого дома. Хотела попасть в клуб и немного развеяться, ведь скоро начнется учеба и снова будет не до гулянок, обложусь учебниками и конспектами, погрязну в законах и правилах. Пока есть возможность, желала вкусить глоток свободы. Осталось лишь улизнуть из-под носа Игоря. Представляю, как он будет метать молнии.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 5

Проснулась в шесть утра и не сразу поняла, где нахожусь. Осмотрелась по сторонам, и до сознания медленно дошло, что я в доме Ларина. Слышала, как Игорь собирался на работу. Притихла в спальне. Не собиралась показываться ему на глаза, надеялась, что он скоро уйдет и тогда смогу свободно выдохнуть. После вчерашнего как-то стыдно. Однако моим планам не суждено было сбыться. В семь утра в мою дверь раздался настойчивый стук. У меня сердце ушло в пятки. Думала: открывать или нет? Потом все же решила, что надо узнать, по какому поводу Ларин решил меня разбудить. На негнущихся ногах подошла к двери, с шумом втянула в себя воздух, а потом открыла. Попала в плен черных глаз, и снова сердце подпрыгнуло. Белая рубашка, темные брюки, на запястье дорогие часы, волосы торчали в хаотичном беспорядке, что придавало его образу сексуальности. Ларин не был писаным красавцем, просто обаятельный мужчина с тяжелой, но очень притягательной энергетикой.

— Я на работу. Буду очень поздно. Из дома не выходи, дверь никому не открывай. Если что-то заметишь подозрительное, сразу звони мне, — строго проговорил он.

— И чем мне заниматься весь день? — нахмурилась я, не в силах оторвать взгляд от его губ.

Вспомнила наш поцелуй, и мурашки пробежали вдоль позвоночника. Тепло разлилось по венам. Хотелось снова ощутить волну страсти, которой мы поддались вчера. Однако непроницаемый, безразличный взгляд прокурора резал меня без ножа.

— Как обычно — прожигай жизнь за просмотром сериалов, болтовней с подругами и созданием постов в интернете о том, какая у тебя тяжелая судьба, — заявил этот нахал, а я закипела от злости.

— И тебе удачного дня, — сказала, одарив его натянутой улыбкой, а потом захлопнула дверь и упала на диван.

Сжала пальцами волосы и зарычала. Бесит! Как же он меня бесит! Но в тоже время до безумия волнует. Действительно, запретный плод сладок. Мне хотелось доказать Игорю, что я вовсе не дуреха и не распутная, что тоже на многое способна, вот только не знала, как это сделать. Ларин уехал, а я осталась одна. Честно признаться, холодок пробежался по спине, и душу страх сковал. Я боялась одиночества. Сидеть в тишине в пустом доме — невыносимо. Переоделась и вошла на кухню. Улыбнулась, когда заметила завтрак на столе. Тепло разлилось по венам. Интересно, Ларин приготовил для меня омлет из-за страха, что я ему испорчу кухню или по иной причине? Налила себе чай и принялась уплетать за обе щеки завтрак. Чтобы хоть как-то скоротать время, решила навести порядок в доме. Помыла везде полы, включила стиральную машину, вышла во двор и полила цветы. Потом поплавала в бассейне, почитала книгу, посмотрела кино. Мне не хватало общения. Не привыкла сидеть в одиночестве.

Взяла телефон и позвонила Ларину. Пока слушала гудки в трубке, рассматривала свои ноготки.

— Что случилось? — ледяным тоном спросил Игорь, а я вздрогнула и растерялась на мгновение.

— Хотела спросить, чем тебе помочь? Я помыла полы, приготовила ужин, полила цветы, вещи постирала и развесила. Может, нужно что-то еще сделать? — проговорила на одном дыхании.

Замерла, меня оглушало собственное сердцебиение. Вытирала вспотевшие от волнения ладошки о шорты.

— Ждешь похвалу? — хмыкнул он.

— Вовсе нет, — с раздражением ответила, сжав телефон в руках до такой степени, что корпус затрещал.

— Спасибо конечно, но я в помощи не нуждаюсь. Что-то еще? — поинтересовался Игорь безразличным тоном, будто я пустое место.

— Нет, на этом все, — зарычала я и отключила телефон.

Сердце болезненно сжалось. Привыкла быть принцессой для папы и братьев, и такое холодное отношение Ларина меня коробило.

В десять вечера вытянулась в гостиной на диване перед телевизором. Игоря еще не было дома, с одной стороны меня это радовало, ведь не придется смотреть в его темные глаза и сгорать от стыда за свое поведение, а с другой стороны тишина неприятно давила. Не заметила, как провалилась в сон.

Когда сознание ко мне вернулось, было уже шесть утра. Я по-прежнему находилась в гостиной на диване, вот только кто-то укрыл меня пледом. Улыбнулась при мысли, что это Ларин позаботился о том, чтобы мне не было холодно. Услышала шум воды, доносящийся из ванной, и поняла, что Игорь в душе. Интересно, во сколько он вчера вернулся? Опять уйдет и оставит меня тут одну?

Мне не хотелось попадаться ему на глаза, поэтому встала с дивана, завернулась в плед и быстрыми шагами направилась в сторону спальни. Закрылась в комнате и не выходила до тех пор, пока не услышала, как захлопнулась входная дверь. Снова слонялась по дому. Заметила одну скрытую камеру в гостиной. Скорее всего, в каждой комнате стояли эти штуковины. Значит, Игорь в курсе того, чем я тут занимаюсь. Интересно, зачем ему дома камеры? Неужели, его жизни действительно часто угрожают? Поэтому он по-максимуму обезопасил себя? От одиночества и безделья на меня напала апатия. Свернулась клубочком на диване в комнате и лежала, размышляя о своей жизни.

Ларин вернулся домой в шесть вечера. Я прислушалась к шагам. Судя по всему, он снова закрылся в своем кабинете. В десять вечера раздался стук в мою дверь. Игорь вошел в комнату, не дождавшись моего ответа. Меня буквально обволокла его тяжелая энергетика, кожей чувствовала его пронзительный взгляд, и сердце зашлось в бешеном ритме. Притворилась, что сплю. Старалась ровно дышать, но ни черта не получалось. Каждый вдох отдавался болезненным уколом куда-то под ребра.

— Тань, ты заболела? Почему весь день лежишь и ничего не ешь? — спросил Игорь спокойным тоном.

Значит, точно просматривает камеры, раз в курсе того, чем я занималась.

— Да, я неважно себя чувствую, — солгала.

Хотя… Пусть физически здорова, но морально раздавлена. Старалась не смотреть на прокурора, не желала видеть его безразличный, холодный взгляд, который убивал меня.

— Врача вызвать? Может, лекарства какие нужны? — с беспокойством поинтересовался он.

Понимала, что Игорь в ответе перед моим отцом, вот и волновался, что его подопечная заболела, а не потому, что я ему была дорога.

— Ничего не нужно. Я в твоей помощи не нуждаюсь, — сухо ответила, надеясь, что Ларин уйдет.

Игорь еще несколько секунд постоял в спальне, а потом вышел. Я облегченно выдохнула. Вот только рано обрадовалась тому, что он скрылся. Ларин вернулся в спальню через несколько минут с подносом, поставил его на прикроватную тумбочку.

— Ты должна поесть, — спокойно сказал и ушел.

К еде я не притронулась, потому что не было аппетита. Я задыхалась в его доме, хотела обратно к родителям и брату. Папа звонил несколько раз, но я трубку не брала, потому что не хотела расстраивать его своим безжизненным голосом, написала ему несколько сообщений о том, что у меня все отлично. Поговорила только с мамой. Она нянчила внука и была в восторге от того, что снова станет бабушкой. Если верить УЗИ, то у Ольги в этот раз родится дочка. Я немного завидовала Даниилу. У него была своя семья, отец им гордился. Меня же считали маленькой и безмозглой.

Утром все же выползла из комнаты и отправилась на кухню, сварила себе кофе и села за стол. Игорь вошел в помещение и бросил на меня изучающий взгляд, я же не обращала внимания на присутствие Ларина. Игнорировала его.

— Как самочувствие? — спросил он, на что я молча пожала плечами.

Разговор между нами не клеился. Допила кофе и отправилась в спальню. Открыла ноутбук и прочитала сообщение от Ярослава.

«Танюшка, заеду за тобой в семь вечера. Напиши мне адрес. Отправимся в клуб «Сердце дьявола». Сегодня там бесплатный вход для всех желающих. Твоих подруг и свою сестру тоже прихвачу».

Пробежалась взглядом по сообщениям от подруг, они тоже написали мне о том, что в клубе день открытых дверей. Предвкушение затопило. Наконец-то я вернусь в свой прежний мир. Ответила друзьям, что тоже собираюсь с ними. Ярику отправила адрес. Знала, что Ларин поздно вернется, поэтому улизнуть из дома не составит труда. Разумная часть моего сознания вопила о том, что это плохая затея, и что опасно высовываться, а другая половина нашептывала всякие глупости и толкала к безумным действиям. Если за мной наблюдали враги, то у них наверняка вызвало бы подозрение то, что я никуда не выхожу и сижу взаперти. Сразу станет всем понятно, что отец меня спрятал. Если буду вести обычный образ жизни, то у шпионов не возникнет лишних вопросов. Мне казались эти размышления логичными. Да и с друзьями побуду пару часов, а потом вместе отправимся домой. Что может случиться в людном месте?

Долго думала, что надеть в клуб. Хотелось поменьше привлекать к себе внимания, поэтому достала белые обтягивающие брюки, подобрала к ним легкий топ, у которого был глубокий вырез на спине, а вот грудь наоборот полностью закрыта. Собрала волосы в высокий хвост, нанесла неброский макияж. Своим отражением была довольна. Подхватила клатч с полки и направилась к выходу. Дверь решила захлопнуть, ключей-то у меня не было.

Обула босоножки на каблуке и уверенной походкой направилась к двери. Сердце колотилось, адреналин разносился по крови. Было и волнительно, и в тоже время очень хотелось развеяться. Понимала, что если попадусь в лапы врагов, то очень подставлю папу. Однако надеялась на удачу. Распахнула дверь и взвизгнула от неожиданности. Напротив меня, сложив руки на груди, стоял Ларин и пилил меня убийственным взглядом. Он был не просто взбешен, а находился в ярости. Игорь немного грубо затолкал меня обратно в дом и с грохотом захлопнул дверь. Сложил руки в карманы брюк, дышал прерывисто, а я судорожно сглотнула. Все, мне конец! Точно убьет меня и глазом не моргнет.

— У тебя мозги напрочь отсутствуют? — рявкнул он на меня, а я вздрогнула. — Ты в своем уме? Собралась в клуб, в котором чаще всего девушки пропадают? Тебе приключений мало? Или решила снова там дрянью накачаться и оторваться, наплевав на свою жизнь?

— Не ори на меня, — ледяным тоном проговорила я, сжав кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони. — Как ты узнал, что я собралась в клуб?

— Прочел твои сообщения в социальных сетях, — рыкнул он.

— Ты что, пароль подобрал от моей страницы? — чуть не задохнулась от возмущения, брови сошлись на переносице. Нет, ну это уже, ни в какие ворота!

— Да, мой друг взломал все твои пароли. Теперь все, что пишут тебе, приходит мне на почту. Я взял на себя ответственность за тебя! Считала, что не буду за тобой присматривать? Твой отец предупредил меня о том, что у тебя непокорный характер. Я подготовился, — заявил Игорь, а у меня рот открылся от удивления.

— Если бы я у тебя спросила разрешение уйти на пару часов, чтобы встретиться с подругами, ты бы отпустил? — поинтересовалась я, наблюдая за тем, как у Игоря желваки ходили на челюсти.

— Нет! — безапелляционно отчеканил он.

— Почему? Если я буду сидеть взаперти, это вызовет подозрение, — прошептала, пытаясь унять дрожь в теле.

— Можешь со своими подружками встречаться днем в людном месте, но не в ночном клубе. Опять примешь какую-нибудь гадость и попадешь в беду. В прошлый раз, если не изменяет память, тебя чуть не увели двое. Если бы я не вмешался… — рыкнул он, сверкнув глазами.

— Игорь, я не принимала наркотики, мне их подсыпали в тот день. Меня бармен угостил коктейлем за счет заведения, после него мне стало плохо, и я отправилась в туалет. Я вообще редко алкоголь пью, да и некрепкие напитки выбираю, — попыталась оправдаться.

Ларин нахмурился и внимательно смотрел на меня. Я воспользовалась его минутным молчанием.

— Игорь, составь мне компанию. Давай сходим вместе в клуб на пару часов? Тебе тоже не помешает развеяться. Ты же работаешь, как раб, света белого не видишь. Это здорово, что ты так предан своему делу, но нужно же хоть немного и для себя пожить, — проговорила я, заметив, как он поморщился от моих слов.

Ларин без слов подхватил меня под локоть и потащил в сторону кабинета. Немного грубо усадил в кресло и с грохотом положил на стол передо мной толстую папку.

— Полюбуйся, — зарычал он, а я часто заморгала и нерешительно открыла папку.

У меня сердце ушло в пятки. Там были снимки найденных трупов девушек. Судя по одежде, девчонки были где-то на празднике или на танцах. Судорожно сглотнув, я перевела взгляд на Игоря.

— Зачем ты мне это показываешь? — проговорила дрожащим голосом.

— Следователи уже давно ведут это дело. Из клуба «Сердце дьявола» постоянно пропадают девушки, а когда у них день открытых дверей, похищений становится в два раза больше. У нас ни улик, ни свидетелей. Никто не видел, куда девались жертвы, мы просматривали камеры наблюдения, и ни одна не зафиксировала того, что девушки покидали здание. Так как тогда, черт возьми, их тела нашлись в пригороде в канаве?

— Может, у них есть какой-то черный ход? — предположила я.

— Проверяли, там тоже камеры, и все исправно работает. Не подкопаешься. Я нутром чувствую, что хозяин заведения замешан, ну, или прикрывает убийцу. Человек, который совершает эти преступления, судя по всему, псих. Он мучает своих жертв перед смертью, наносит им четкие ножевые ранения, да так, что смерть наступает от потери крови. Будто знает, на сколько сантиметров погрузить в тело нож, чтобы человек не скончался мгновенно. И еще, такой вопрос, ты уверена, что тебе подмешали в тот день наркотик? — нахмурился он, а я посмотрела на него с недоумением.

— Я же сказала, меня угостил бармен, — хмыкнула я, захлопнув папку, чтобы не видеть весь этот ужас.

— В крови жертв обнаружено наркотическое вещество, — задумчиво проговорил Игорь, постукивая пальцем по столу. — Могу ошибаться, но угостили тебя не просто так, скорее всего, тебя избрали в качестве следующей жертвы, но я тебя увез и нарушил их планы.

Я замерла, забыв, что нужно дышать.

— Враги моего отца и маньяк — это разные преступники? — уточнила, растерянно захлопав ресницами.

— Совершенно разные. До тебя наконец-то дошло, что ты в опасности, или инстинкты самосохранения напрочь отсутствуют? — вскинул он брови.

— Ты меня запугал до смерти, — призналась я. — Однако, сам посуди. Самолеты падают, машины разбиваются, но людей это не останавливает от поездок. Мы каждый день рискуем своими жизнями. Даже дома небезопасно. От судьбы не уйти. Не буду же я вечно прятаться у тебя?

— То есть после всего, что я тебе рассказал и показал, у тебя не пропало желание посетить клуб? — уточнил Игорь.

— Не пропало, — призналась я. — Ведь там буду не одна, а с подругами и друзьями. Просто не стану от них далеко отходить и принимать подарки от бармена.

Что-то странное промелькнуло в глазах Ларина. Игорь подошел к книжной полке, сдвинул книги в сторону, стукнул кулаком по картине, и она сорвалась с места, упав с грохотом на книги. Я увидела потайной сейф. Ларин быстро набрал комбинацию из цифр и достал оттуда черную коробочку. Снова закрыл сейф и спрятал его за картиной и книгами. Игорь задумчиво смотрел на черный футляр и водил по нему пальцем, будто решался на что-то очень тяжелое. Ларин протянул мне бархатную коробочку, а я нерешительно открыла ее. На подушечке лежали красивые золотые сережки, аккуратные, неброские, но чертовски милые.

— Что это? — удивилась я.

— Это безумно дорогая вещица. В них встроен датчик слежения. Я хочу, чтобы ты надела это украшение и, ни при каких обстоятельствах, не снимала. Так я всегда смогу вычислить твое местонахождение и прислать подкрепление, — серьезно проговорил он, а у меня рот открылся от удивления.

— Откуда у тебя это чудо техники? — спросила из любопытства, заметила, как в его глазах отразилась печаль и безграничная боль, но он быстро натянул на себя непроницаемую маску.

— Я приобрел их очень давно для одной девушки, но, к сожалению, она не успела воспользоваться подарком, — сказал еле слышно, отвернулся от меня и задумчиво смотрел в окно.

— Ты случайно не про ту девушку, фото которой стоит в твоей комнате? — насторожилась я. — Она погибла? — озвучила свою догадку.

Мне кислорода не хватало, сердце учащенно билось о ребра.

— Ее убили… Замучили до смерти. А я не мог ей помочь, потому что не знал, куда ее увезли. Тело моей сестры нашли в лесополосе. Мне так же, как и твоему отцу грозили расправой, но я все же предоставил собранные улики в суд. За это меня наказали. Да, я засадил за решетку всех, кто был замешан в преступлении, нашел каждую тварь, которая издевалась над моей сестрой. Однако ее это уже не вернет. Отец не выдержал, скончался от сердечного приступа. Так я и остался без родных, — ответил он, спрятав кулаки в карманы брюк.

В кабинете повисла давящая тишина. У меня душа сжалась в комочек, было безумно жаль Ларина. Потерять близких — это невыносимо тяжело.

— А мама? — прошептала я.

Игорь не обернулся, лишь непроизвольно потер свое плечо, где у него был шрам от пулевого ранения.

— Она умерла при родах, когда подарила жизнь моей сестре. Ангелина была всем для моего отца, ведь она являлась частичкой его любимой женщины. Когда ее убили, я поклялся себе, что посвящу свою жизнь борьбе с преступным миром. Ты думаешь, что я не женат, потому что желающих девушек нет? Ты ошибаешься, Ларина, мне пришлось разбить несколько сердец, пожертвовать своим счастьем только потому, что мне нельзя иметь слабости. Любое чудовище, которое попадет за решетку благодаря мне, захочет отомстить. И к кому явятся шакалы? К моей семье… Вот поэтому я один. Если начинаю отношения, то честно предупреждаю о том, что дело до свадьбы не дойдет. Не потому что не хочу семью, а потому что боюсь подвергать других смертельной опасности.

Я смотрела на Игоря, и слезы собрались в глазах, ком душил в горле. Теперь мне все стало предельно ясно. Все эти камеры в доме, леденящий душу взгляд, его настороженность и одиночество — это все не от хорошей жизни появилось. Он многое пережил, столкнулся со смертью. Конечно, в его глазах я взбалмошная, безмозглая девица, которая рискует собой, не думая ни о чем и ни о ком. Стало очень стыдно. Поднялась с места, подскочила к Игорю и прижалась щекой к его спине, обвив его живот руками. Ларин замер, заметно напрягся. Мне кажется, даже дыхание затаил.

— Тань, что ты опять делаешь? — строго спросил он, а я лишь крепче прижалась к нему.

— Прости меня, — прошептала еле слышно.

— Все нормально. Я поделился с тобой этой информацией не для того, чтобы ты меня жалела, а чтобы поняла, что в жизни каждый день случаются страшные вещи, и нужно быть осмотрительной и не заниматься всякими глупостями.

— Если ты прав, и меня выбрали в качестве жертвы, может, я смогу тебе помочь выяснить, куда деваются девушки? Надену сережки, а ты отследишь мое местонахождение, если вдруг пропаду, — предложила я.

Игорь отстранился от меня и смотрел так, будто я сказала нечто ужасное.

— Тань, ты прикалываешься или серьезно? Не могу понять, тебе жить надоело? — нахмурился он, обжигая меня пристальным взглядом.

— Я же будущий следователь, надо тренироваться. Внедрюсь в логово врага и все выясню. Мне кажется, отличный план. Приму угощения от бармена, но пить не буду, сделаю только вид, что меня накрыло, и посмотрим, что будет дальше. К тому же, группа захвата и следственно-оперативная группа будут на чеку, уверена, в случае чего — помогут. Зато сможем спасти невинных людей, постараемся понять, как им удается уводить девушек незамеченными. Да и не факт, что на меня снова клюнут, — проговорила я.

— Нет! — строго сказал он. — Я не буду рисковать твоей жизнью, и делать из тебя приманку. Это безумие, — зарычал Ларин, а я уперла руки в бока и хищно улыбнулась.

— С тобой или без тебя, я все равно добуду эти сведения, выясню, что творится в клубе, внедриться мне не составит труда, — хмыкнула, откинув волосы назад.

— Чокнутая! — воскликнул Игорь, в его глазах одна эмоция сменяла другую.

— Да, я такая, — усмехнулась. — Так мы идем на секретное задание или нет? Где ты еще найдешь приманку?

— Я не могу так рисковать. Ларина, если с тобой что-нибудь случится, как я твоему отцу в глаза смотреть буду? — нахмурился Игорь.

— Я это сделаю с тобой или без тебя, — напомнила, придав голосу уверенности. — Не сегодня, так потом, когда съеду от тебя.

— Ладно, — сдался Игорь, а мне хотелось ликовать. — Будь всегда на виду. Сережки не снимай. Побудем пару часов, осмотримся и домой. И без меня не смей лезть в логово врага! Это не шутки, это опасно!

— Договорились, как раз и враги отца поверят в то, что мы с тобой пара. Вместе отдыхать ходим, — подмигнула ему.

— Звони друзьям и говори, что приедешь со мной, пусть за тобой не заезжают. Я переоденусь, и отправимся в клуб. Сейчас еще попрошу друга подъехать, он из группы захвата, чтобы в случае чего смог вовремя ребят своих подтянуть, — заявил Ларин и скрылся в своей комнате, а у меня рот открылся от удивления.

Меня затопили невероятные эмоции, адреналин бурлил в крови. Мне совершенно не было страшно. Что со мной не так? Вот зачем спрашивается, мне нужна эта роль наживки? Почему-то хотелось выяснить, как девушки попадали в сети, чтобы эта информация помогла спасти другие жизни. Удивительно, что Игорь все же согласился. Наверное, решил, что лучше составить мне компанию, чем отпустить одну. Или решил подыграть, чтобы у меня интерес к этому делу угас?

Я позвонила друзьям и сообщила, что приеду не одна, а с будущим мужем. Девчонки визжали в трубку и с нетерпением ждали встречи со мной. Услышала, как хлопнула дверь и обернулась. У меня душа ушла в пятки. Впервые видела Ларина в таком образе. Потертые джинсы, синяя приталенная рубашка, верхние пуговицы не застегнуты. С виду обычный мужчина, которому проще простого затеряться в толпе. У меня внутренности свело, когда Игорь положил руку мне на талию и подтолкнул в сторону выхода.

— Не передумала? — уточнил он.

— Нет, — выдохнула я, непроизвольно облизнув пересохшие губы.

— Ох, надеюсь, что я не пожалею об этом. Таня, давай договоримся. Без геройства. Будем наблюдать за обстановкой, если заметишь что-то подозрительное, сразу мне сообщишь. Если соберешься в туалет, то только в моем сопровождении. Уяснила? — строго спросил он, а я улыбнулась и кивнула. — Кажется, твое безумие заразно, — вздохнул он и открыл дверь, пропустив меня вперед.

В машине царило полное молчание. Каждой клеточкой ощущала напряжение, исходящее от Ларина. Я бросала на него откровенные взгляды, с жадностью ловила каждое его движение. Полной грудью вдыхала, ощущая запах этого мужчины. Мне казалось, что я горела. Хотелось, чтобы он меня сжал в своих сильных руках, чтобы целовал с жадностью. Меня окутало желание принадлежать этому мужчине. Может, я решила стать приманкой, чтобы он заметил меня? Собралась проложить тропу к его сердцу таким образом? До скрежета зубов хотелось прикоснуться к Ларину, чувствовала странную ломку в теле. Пульс зашкаливал, а в животе бабочки порхали. Забыла про приличие, продолжала пялиться на Игоря. Он будто почувствовал это, бросил на меня мимолетный взгляд, на несколько секунд между нами установился зрительный контакт. Мое сердце плюхнулось вниз, кипятком ошпарило, не могла сделать вдох. Мне кажется, в тот момент, он все понял по моим глазам. Осознал, что я желала его. Холодок прошелся по спине, когда Игорь отрицательно покачал головой, как бы предупреждая о том, что этому никогда не бывать. Ларин перевел взгляд на дорогу, а у меня под ребрами саднило, и плакать хотелось. До чего я докатилась? Ради какого-то мужика рискую жизнью, лишь бы привлечь его внимание! Тупица! Какая же я тупица! Но что поделать, если меня распирали эмоции, если не могла контролировать их?

Мы вышли из машины. Ларин снова положил руку мне на талию, а меня будто прострелило, жар разливался в месте, где он меня касался. К нам подошел мужчина, на вид ровесник Игоря. Симпатичный, высокий, улыбчивый. Он так задорно улыбался, что я не удержала ответную улыбку. Ларин пожал ему руку и представил нас друг другу.

— Мой друг, Колесников Никита Максимович.

— Игорь, ты как всегда, — закатил глаза Колесников и посмотрел на меня. — Просто Ник. Я же не на работе, чтобы ко мне так официально обращаться, — подмигнул он мне, а Игорь заметно напрягся.

— А это Танечка, моя невеста, — заявил Ларин.

У Никиты брови взлетели от удивления, и рот открылся. Я удивилась, выходит, Игорь даже друзьям не доверяет, или настолько вжился в роль?

— Да, иди ты! — воскликнул он. — Почему твой лучший друг снова не в курсе того, что ты замутил с такой симпатяшкой? Уж мне-то мог довериться.

Я прикусила губу, чтобы удержать смешок. Никита мне безумно понравился. Вот с первого взгляда. Такой открытый человек, в глазах теплота и хитринка. Смотрела на него, и хотелось улыбаться. Энергетика легкая, позитивная, располагающая к себе. Не то, что у Ларина. Удивительно, что они друзья. На первый взгляд ничего общего между ними быть не могло.

— Ну что, повеселимся? Но при этом не забываем о том, что мы на спецзадании, — хохотнул Никита. — Ну, что Игорёк, как в старые добрые времена? Главное, от начальства потом по голове не получить, — улыбнулся Колесников.

Мы вошли внутрь. Людей присутствовало много, однако я думала, что будет больше. В будни, скорее всего, посетителей меньше. Я заметила подруг, они расположились в ВИП-зоне за четвертым столиком.

— Мы с Ником будем у бара, оттуда отлично видно всю ВИП-зону. Я с тебя глаз не спущу. И без глупостей, — зарычал Ларин, а я часто заморгала.

— Ты не останешься со мной? — поинтересовалась, почувствовав укол разочарования.

— Нет, я лишь поприветствую твоих друзей и все, — сухо ответил он.

Мы подошли к моей компании. Девчонки с диким визгом повисли на мне. Парни, заметив Ларина и Колесникова, сдержанно кивнули и пожали им руки. Когда мой «жених» скрылся с глаз, друзья заметно выдохнули. Орлов отсалютировал мне рукой, а я улыбнулась в ответ, мгновенно потеряв к нему интерес. Болтала с Наташей, Дашей и Ирой. Через пару минут перед нами появился Ярослав Алмазов с друзьями. Ярик принес поднос с напитками.

— Ребята, угощайтесь. Мой друг бармен отдал по скидке, — заявил Алмазов, и все с радостью расхватали бокалы.

Я же не притронулась к спиртному.

Ярослав бросил на меня хищный взгляд и улыбнулся. У меня мурашки поползли по спине. Душу окутало что-то липкое и неприятное. Интуитивно чувствовала какую-то опасность. Мне не понравился взгляд этого человека. Он смотрел на меня так, будто я ему принадлежала.

— Танечка, как же я рад, что ты пришла. Теперь вспомнила меня? — улыбнулся брат Иры, а у меня в памяти всплыли фрагменты из прошлого.

Точно! Ярик! Ого, он изменился за последние пару лет, которые мы не виделись.

— Ты тот, с кем я отказалась целоваться, когда мы играли у Иришки на даче в бутылочку! Как же давно это было. Смотрю, ты возмужал, в тренажерном зале часто бываешь? — улыбнулась я.

— Ага, мой братишка стал таким классным, — хохотнула Ира и повисла на шее у Ярика. — Ларина, хочешь, расскажу тебе секрет? Мой братец с детства был в тебя влюблен. Грезил о тебе и психовал, потому что ты его не замечала.

— Ира, прекрати, — возмутился Алмазов. — Мне тогда десять было. Нашла, что вспомнить, — хмыкнул он и, взяв стакан с алкоголем, протянул мне. — За встречу!

Я нерешительно обхватила пальцами бокал и стукнулась фужерами с присутствующими. Немного алкоголя ведь не повредит? И как я могла забыть Ярика? Просто виделись редко, да и время меняет людей. Никогда не смотрела в его сторону, он что раньше, что сейчас не вызывал во мне никаких эмоций, кроме настороженности. Орлов подсел ко мне и положил руку мне на плечо. Я поморщилась и вскинула брови, одарила его жестким взглядом и сбросила с себя его руку.

— Стас, грабли свои не распускай, — заявила я, встряхнув волосами.

— Что, уже остыла ко мне? С женихом помирилась и меня сразу вычеркнула из любимчиков? — прошептал он мне на ухо, прикоснувшись губами к моей шее.

Я вздрогнула и отодвинулась от него. Меня передернуло.

— Стас, отстань. Ты ведь не хочешь получить в челюсть от моего жениха? — спросила с вызовом.

— Танюха, ты сегодня сногсшибательна, — выдохнул он, подмигнув мне.

Что происходит? Когда я ходила за ним по пятам и грезила о нем, он не обращал на меня внимания, а теперь, как только узнал, что у меня есть мужчина, прилип. Взыграло чувство соперничества что ли?

Заиграла моя любимая мелодия. Подружки завизжали от восторга, схватили меня за руку и потащили на танцпол. Я закрыла глаза и отдалась на волю мелодии. Двигалась плавно, эротично, а перед мысленным взором был лишь один мужчина — Игорь. Бросила взгляд из-под опущенных ресниц в сторону бара. Игорь и Никита сидели, потягивая какие-то напитки, выглядели расслабленными, о чем-то общались, но не сводили с меня глаз.

Музыка сменилась на медленную, и я собиралась покинуть танцпол, однако Ярослав наглым образом подхватил меня на руки и потащил обратно. Прижал меня к себе и, раскачиваясь в такт музыке, заставлял повторять движения. Попыталась вырваться, но он только сильнее прижался. Прожигал меня голодным взглядом, от которого душа ушла в пятки. Заметила, что у него расширенные зрачки, и холодок пробежал по коже. Теперь понятно, что меня насторожило. Он под кайфом!

— Ярик, что ты себе позволяешь? — возмутилась я.

Может, Игоря позвать на помощь? Нет! Сама разберусь.

— Ларина, что ты как монашка? Один танец. Жалко, что ли? — хмыкнул он обиженно.

Действительно, что это со мной? Я ведь не замужем, у меня даже парня нет. Ну, подумаешь, потанцую с Алмазовым. Раз Игорь не вмешался, значит, одобрил. Ему же плевать на меня.

— Танюх, ты ошибку совершаешь. Зачем тебе замуж выходить? Живи для себя, успеешь еще, — заявил Ярик, а я прищурилась.

— Тебе-то какая разница? — хмыкнула, а он скрипнул зубами, на скулах желваки заходили, в глазах мелькнуло что-то опасное.

— Скажем так, увидел тебя в прошлый раз в клубе, и ты меня зацепила. Хотел подойти, но ты уехала со своим женихом. Не люблю, когда девушки от меня ускользают, — проговорил он мне на ухо, нежно провел пальцем по вырезу на спине, прикасаясь к коже.

У меня дыхание сбилось. Хотелось убежать, сверкая пятками.

— Найди себе другую, в чем проблема? — вскинула брови. — На мне свет клином не сошелся.

— Проблема в том, что я хочу именно тебя, — признался Алмазов, обжигая мою кожу своим горячим дыханием.

У меня сердце сжалось в тиски, снова страх окутал душу, но не показала этого. Понимала, что Ярослав под действием вещества нес весь этот бред.

— Это не мои проблемы, — строго ответила я. — У меня есть жених, и другие мужчины для меня не существуют.

В глазах Ярика отразился странный блеск, а на губах растянулась злая ухмылка.

— Спорим, что уже сегодня ты будешь принадлежать мне? — заявил он, посмотрев на меня с вызовом.

Липкий страх окутал душу. Мне кислорода не хватало. Какого черта происходит? Почему боюсь этого идиота?

— Мечтать не вредно, — зарычала, отпихнув от себя Алмазова. — Тогда в детстве я отказалась с тобой целоваться, потому что ты не в моем вкусе.

— Ларина, будь осторожна, как бы потом не пришлось умолять меня стать твоим навеки, — проговорил он, а я поморщилась.

— Ярик, завязывай с наркотиками, а то у тебя мозги окончательно откажут, — строго сказала я и вернулась за столик.

— Мой брат к тебе неровно дышит, — улыбнулась Ира. — Он все уши мне прожужжал про тебя. Выяснял, где ты живешь и чем сейчас занимаешься.

— У меня есть Игорек, и я выхожу замуж за него, — уверенно ответила, будто это правда.

— Вы с ним всегда отдыхаете отдельно друг от друга? Неудивительно, что тебе так легко удалось скрывать от нас свои отношения с Лариным. Компания малолеток ему не по душе, да? — хмыкнула Ира.

— Да, ему с нами не интересно. Меня устраивают наши отношения. Он дает мне полную свободу, разрешает общаться с друзьями, а я не против того, чтобы он проводил время со своей компанией, — пожала плечами.

Врала и не краснела. Мне надо было в театральный поступать, а не на следователя.

Перевела взгляд на Орлова, он уже вовсю обхаживал Дашу, а она отбивалась от него. Ярослав бросал на меня похотливый взгляд, а я старалась делать вид, что не замечаю этого. Он для меня пустое место. Меня пугали его расширенные зрачки. Какой гадостью он накачал свой организм?

Алмазов протянул руку и провел костяшками пальцев по моей щеке, а я дернулась от него как от прокаженного. Злая ухмылка появилась на губах Ярослава. В его взгляде плескалось раздражение и злость. Видимо, Ярика бесило то, что я не отвечала ему взаимностью.

Мне стало неуютно, хотелось скрыться. А что, собственно говоря, мне мешало это сделать?

— Наташа, я к Игорьку. С вами хорошо, но уже соскучилась по своему ненаглядному, — усмехнулась, радуясь тому, что нашла повод сбежать.

Потанцевала, пообщалась, пора и честь знать. Отдохнула душой, обстановку сменила и будто новый заряд получила. Теперь хотелось провести время с Лариным.

— Честно признаться, у меня тоже возникло желание поскорее отсюда сбежать. Зачем Ира пригласила брата и его друзей? Они какие-то странные, явно под кайфом, — прошептала мне на ухо Наташа и покосилась в сторону Алмазова и двух его друзей.

— Ларин у бара сидит. Бери Дашу и подтягивайтесь туда. Мы, если что, вас домой отвезем, — сказала Наташе, а она кивнула мне.

Я поднялась с места и направилась в сторону бара, но Ярослав поймал меня за руку. Глаза прищурены, губы сжаты. У меня снова сердце учащенно забилось, повеяло опасностью. Холодок пробежался вдоль позвоночника.

— Куда собралась? — зарычал Алмазов, испепеляя меня взглядом.

— К любимому мужчине, — ответила уверенно, натянув милую улыбку.

Выдернула свою руку из захвата, развернулась и поспешила прочь. Каждой клеточкой чувствовала тяжелый взгляд Иркиного брата.

Подошла к бару и обняла за шею Игоря, прижалась к нему, словно к родному. Как и ожидала, Ларин напрягся, окаменел, но не оттолкнул меня.

— Что, уже наплясалась с подругами? Быстро же ты, — улыбнулся Никита.

— Я по Игорьку соскучилась, вот и пришла к вам, — сказала чистую правду.

Ларин подавился соком и чуть не захлебнулся.

— Что-нибудь подозрительное заметила? — поинтересовался Колесников.

— Бармен в прошлый раз был другой, — ответила, посмотрев за спину Никиты. — Других изменений в клубе не увидела.

— Вот и мы с Игорьком смотрим по сторонам и пытаемся понять, что за чертовщина творится в этом заведении. Ведь наверняка убийца сегодня активируется. Он чаще всего это делает в день открытых дверей. Кстати, Игорь, ты заметил, что все жертвы чем-то похожи на твою Танюху? У них у всех голубые глаза и рыжие волосы. Причем многие девчонки были крашенными, но ублюдка это не остановило. Похоже, наш убийца любит такой тип девушек, — задумчиво проговорил Никита, а у меня мурашки пробежали по спине от его слов.

Я осмотрелась по сторонам. Показалось, что за мной кто-то наблюдал.

— С тобой никто не пытался познакомиться? — спросил Игорь, пристально глядя на меня, а я забыла, что надо делать вдохи. Смотрела в его глаза и тонула.

— Нет, — отрицательно покачала головой.

Заиграла медленная музыка. Мне хотелось немного отвлечься и расслабиться, а то, так и с ума можно сойти от напряжения.

— Потанцуем? — спросила, взяв Ларина за руку.

Он нахмурился и строго посмотрел на меня.

— Я не танцую, — сухо ответил.

— Ларин, от тебя и эта невеста сбежит, если будешь таким несговорчивым, — хохотнул Никита. — Давай, потанцуй с девушкой. Гляди, с какой надеждой она на тебя смотрит, — с этими словами Колесников подтолкнул друга ближе ко мне.

— Ладно, — рыкнул Ларин, опустил руку мне на талию, а меня в жар бросило.

Игорь прижал меня к себе, и мы начали раскачиваться в такт музыке. Я обвила его шею руками и пальчиками зарылась в волосы.

— Таня, что ты делаешь? Прекрати свои игры, — строго проговорил он, а я не удержала нервный смешок.

— Тебе не нравится, когда к тебе прикасается другой человек? Не любишь ласку? — серьезно спросила я.

— Дело не в этом, — хмыкнул он. — Я не смешиваю работу и личное. Я обещал твоему отцу присмотреть за тобой, через месяц верну тебя домой. Так что не строй иллюзии, у меня ты не останешься, — заявил Игорь, а я искренне улыбнулась, сильнее прижалась к его крепкому телу.

Волна возбуждения прошлась по моему организму, острыми иглами вонзаясь под кожу. Кровь стучала в висках, сердце колотилось как ошалевшее, а в животе порхали бабочки. Очень огромные, крылатые бабочки. Заскользила ладонями по крепкой шее, сжала пальчиками плечи, переместила ладошки на грудь Игоря. Чувствовала, как билось его сердце. Оно пару раз споткнулось, когда я невинно провела языком по своим губам, потому что они пересохли от волнения. Глаза в глаза… Мне казалось, что мир замер, все стало незначимым вокруг. Только воздух будто потяжелел, стал осязаемым. Я заскользила пальчиками по мужской груди, спустилась до пупка, а потом хищно улыбнулась и двинула рукой дальше, опускаясь вниз. У Ларина зрачки расширились. Он перехватил мою руку и зарычал, вызвав у меня мурашки. Я резко развернулась в его руках и, прислонившись спиной к его груди, задвигалась. Медленно, эротично, плавно. Как кошка терлась и выгибалась в такт музыке. Снова резко развернулась и обвила его шею руками. Смелости прибавилось, увидев, как загорелись огнем глаза Ларина. У него на шее нервно билась вена, а дыхание стало тяжелым. Неужели, лед треснул? Все же физиологию никто не отменял. Как ни крути, а он мужчина. Бедром ощутила степень его желания и ликовала, потому что смогла вывести этого человека на эмоции.

— Пора возвращаться домой, — заявил он, пытаясь сохранить хладнокровие. — К счастью, ничего подозрительного не заметили, ты развеялась, с друзьями увиделась, так что на этом твоя помощь в расследовании завершена.

Я прекрасно понимала, что Игорь просто создал мне иллюзию того, будто позволил мне стать наживкой. Чтобы я поиграла в шпиона и успокоилась, чтобы не лезла, куда не просят и не навлекла на себя беду. Надо признаться, его хитрый ход сработал. Я получила массу эмоций, и желание искать убийцу пропало. Всего-то нужно было почувствовать себя значимой, нужной. Никиту он тоже позвал не для того, чтобы иметь поддержку в тылу врага, а просто для компании. Ларину не хотелось проводить время с малолетками, да и одному скучно, вот он и прихватил с собой Колесникова. Но, несмотря ни на что, я была рада, что мы все же немного развеялись и сменили обстановку.

Я снова воспользовалась моментом, притянула Ларина за затылок и с жадностью впилась в его губы. Ощутила, как его пальцы с силой сжали мою талию. Игорь рывком прижал меня к себе крепче, ответил на поцелуй страстно. У меня внутренности узлом стянуло, а вместо крови бурлила кислота, прожигая мои вены насквозь. Между ног появилось болезненное томление. Как же я нуждалась во внимании этого мужчины! Мы остервенело целовались, кусались. Ларин заскользил ладонями по моей обнаженной спине, поглаживая кожу большими пальцами. Меня трясло от возбуждения. Не верилось в происходящее. Наслаждалась моментом, сжимала пальцами его волосы, проводила языком по его губам, замечая дикое желание в его взгляде. Огромных усилий стоило оторваться от Ларина.

— Да, поехали домой, — сказала, вздернув подбородок, с выражением полной безмятежности на лице, что далось мне с большим трудом, будто это не я таяла и плавилась от его прикосновений две секунды назад.

Развернулась и зашагала к бару, где нас дожидался Никита в компании моих подруг, Наташи и Даши.

— Нас подкинете домой? — уточнила Наташа, с опасением посмотрев на Ларина.

— Да, — сухо бросил он, отчего Спешилова поежилась.

Даша переминалась с ноги на ногу, стараясь не встречаться с Игорем взглядами. Мои подруги боялись Ларина. Это и не удивительно. Непробиваемый, сдержанный, вечно холодный взгляд кого угодно вгонит в ступор.

— Я отлучусь в туалет на минуточку? — прошептала Ларину на ухо.

Обещала же ему, что буду докладывать о каждом своем шаге. Игорь кивнул и последовал за мной. Я вошла в туалет, нашла свободную кабинку. Через пару минут подошла к раковинам и включила воду. Справа от меня была белая дверь с надписью «инвентарь». Скорее всего, уборщицы там хранили швабры и ведра. Уловила движение и бросила взгляд на эту дверь. Она приоткрылась, но оттуда никто не вышел. У меня сердце неприятно сжалось. Кровь застучала в висках. Слышала женские голоса из соседнего помещения, где располагались туалетные кабинки. Девушки что-то обсуждали. Я собиралась покинуть уборную и поспешить на выход, однако даже шаг сделать не успела. Дверь подсобного помещения резко распахнулась, и оттуда выскочил в черной одежде и в маске человек. У меня от шока мышцы сковало. Прежде, чем успела крикнуть или хоть как-то отреагировать, незнакомец зажал мне рот рукой, прижал к себе и уволок в кладовку. Я пыталась вырваться, но ничего не вышло. Увидела, что в подсобке открыт потайной люк в полу. Второй человек в черном костюме ухватил меня за ноги и дернул на себя. Так я оказалась в каком-то подвале или шахте. Я слышала, что ночной клуб находился в здании старого завода. Его реконструировали и открыли развлекательное заведение. У меня кровь сильнее застучала в висках, в ушах гудело, сердце колотилось так, что едва из груди не выскочило. Так вот как воровали девушек из клуба. Из туалетной комнаты. Заметила в руках одного из незнакомцев шприц и вздрогнула. Липкий страх сковал душу, будто увязла в паутине. Острая игла вошла мне в плечо, я поморщилась от боли. Я лихорадочно соображала, как быть. Слова произнести не могла из-за липкой ленты на губах. Мужчины сняли с головы маски, а у меня глаза округлились от удивления. Передо мной стоял бармен, тот самый, который в прошлый раз подсыпал мне наркотик. Перевела взгляд на второго — Ярослав. Чуть не задохнулась от возмущения. Что он творит?

Алмазов хищно оскалился, обхватил пальцами мой подбородок и процедил сквозь стиснутые зубы:

— Я же говорил, что ты сегодня будешь принадлежать мне.

— Яр, давай быстрее, — с раздражением проговорил бармен.

— Олежек, не психуй. Сегодня у нас отличный улов, — самодовольно произнес Алмазов.

Мне связали руки за спиной и поволокли по темному туннелю. Я судорожно сглотнула, когда заметила еще двух рыжеволосых девушек. Они лежали без сознания на полу. Олег и Ярослав подхватили их на руки, перекинув через плечо. Меня пнули в спину, чтобы я быстрее шагала. Трудно понять, сколько прошло времени, прежде чем мы оказались в большой комнате. Она напоминала какой-то заброшенный склад. Алмазов бросил на старый скрипучий диван девушку, тоже самое проделал и Олег. Я с ужасом осматривалась по сторонам. Парни пристегнули к нашим ногам длинную цепь, чтобы мы не смогли сбежать. Заметила в противоположной части помещения железный стол с многочисленными ножами, напильниками, веревками. Словно клубок змей зашевелился у меня в груди.

— Сейчас Лариска придет, и начнем. Она отлично справилась, подала нам сигнал, когда Ларина в туалет направилась. Прежде чем начнем игру — чья жертва проживет дольше всех, я отымею Ларину. Ты же знаешь, она — моя слабость. Бесят меня эти рыжеволосые недотроги. Не в ее вкусе, видите ли, — зло выплюнул Алмазов, смерив меня ненавистным взглядом.

Я судорожно сглотнула. У меня глаз задергался. Может, это всего лишь дурной сон? Такого ведь не бывает в реальности? Или бывает?

— Наконец-то поиграем. Мы с Лариской давно выбрали себе жертв, это твоя в прошлый раз улизнула. В следующий раз игру переносить не будем, останешься в стороне, — хмыкнул Олег.

— Проигравший вывозит трупы в лесополосу. Я больше не намерен один этим заниматься, — заявил Ярик, а у меня от страха язык к небу прилип.

Только бы Игорь сумел найти меня до того, как эти психи доберутся до меня и девушек.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 6

Не знаю, что мне вкололи, но эта гадость начала быстро действовать. Перед глазами все плыло, в голове был шторм, а еще меня пробивало на истерический смех. Самое ужасное — это ощущение, будто душа и тело жили отдельно друг от друга. Другие две пленницы пришли в сознание и застонали. Судя по их расширенным зрачкам, девчонок тоже накрывало по полной программе.

— Что-то Лариска задерживается, — с беспокойством сказал Олег, и закурил, нервно измеряя пространство шагами.

— Она вечно опаздывает, к тому же, скорее всего, заметает следы. У нас вся ночь впереди. Успеем повеселиться. А я, пожалуй, пока займусь Лариной, чтобы время попусту не терять, — ехидно проговорил Ярослав, бросив на меня голодный взгляд.

От его слов я рассмеялась, как ненормальная. Что за убойную смесь они мне вкололи? Где-то очень глубоко внутри подсознание боролось, вопило и пыталось вернуть контроль, но с трудом получалось.

Алмазов приближался ко мне уверенной походкой, скалясь, будто дикий зверь, загнавший свою добычу в угол. Страшно ли мне? Ни капельки. Вещество, которое распространилось по моим венам, притупило не только страх, но и отключило напрочь все инстинкты самосохранения. Мне было плевать, умру я или нет. Полный пофигизм к происходящему. Единственное, что волновало — мне не хотелось, чтобы пострадали девчонки, которые сидели рядом и рыдали, причитая и умоляя не трогать их. Я пыталась зацепиться взглядом за что-нибудь полезное и вдруг увидела в противоположной стороне помещения странную клетку, внутри которой хранились картонные коробки. Если бы мне удалось туда добраться, я бы закрылась там и смогла потянуть время. Игорь должен найти меня, не зря же я в чудо-серьгах, маячок в них покажет ему мое местонахождение. Сколько уйдет времени на это, я не знала, а вот умереть могла в любую секунду. Поэтому изо всех сил пыталась придумать план, как отвлечь психов и не дать им начать страшную игру. Холодные пальцы обхватили мой подбородок, а я даже не сразу сообразила, что Ярик уже добрался до меня. Смотрела в его глаза и улыбалась, это все действие наркотика. Хорошо, что окончательно разум не потеряла. С трудом, но удавалось улавливать здравые мысли. Алмазов вскинул брови, буравя меня тяжелым взглядом.

— Ничего, Ларина, улыбаться тебе осталось недолго, — зарычал он, склонившись надо мной. — Уже можешь начинать умолять меня не трогать тебя, — выдохнул Ярослав, провел влажным языком по моим губам, вызывая у меня отвращение и тошноту.

Вот только тело не поддавалось контролю, поэтому я продолжала лыбиться. До меня дошло, что Алмазов получал наслаждение от насилия, его возбуждал страх жертвы. На одной из лекций нам говорили, что с такими людьми нужно вести себя иначе — непредсказуемо, так, чтобы не давать им желаемое, но в тоже время не раздражать.

Алмазов хотел, чтобы я молила его о пощаде, оказала сопротивление, поэтому я решила поступить по-другому. Обвила шею руками и прильнула к его крепкому телу. Как одержимая впилась в его губы, кусалась, смотрела в глаза с дикостью, показала хищнику, что совершенно не боюсь его. Губы Ярика скривились в злой ухмылке.

— Почему ты не трепещешь от страха, как те две? — кивнул Алмазов в сторону девушек, сидящих на старом диване.

Они прижались друг к другу и то рыдали, то смеялись, как чокнутые. Тушь размазалась под их глазами, образуя черные круги. Я выгнула брови и посмотрела на Ярика.

— Не знаю, — пожала плечами. — Мне хочется шалить и творить всякие глупости, — прошептала и, прищурившись, укусила его за плечо. — Сними с моей ноги цепь, она мешает мне развлекаться, — заявила я, заскользив ладонями по груди Алмазова.

У меня внутри было пусто. Полная тишина, будто после ядерного взрыва не осталось ничего живого. В чем заключался мой план, понятия не имела, решила импровизировать. Главное, добраться до клетки, а там предстоит действовать по обстоятельствам. У Ярика дыхание сбилось, он больно схватил меня за волосы и заставил запрокинуть голову назад. Его зрачки загорелись яростью и страстью. У меня же ни одно нервное окончание не дрогнуло. Глухо, как в танке. Вот бы перед экзаменами испытывать такое спокойствие. От этой мысли рассмеялась. Боже! Что творится? Мне казалось, что у меня рассудок то появлялся, то исчезал. Кошмарное состояние.

— Сука, да ты не так проста, как кажешься. Любишь игры? — прорычал он, вцепившись зубами в мою шею. Я вздрогнула от боли, поморщилась.

— Ты меня с ума сводишь, — солгала я, заглянув в глаза демону. — Может, насладимся друг другом здесь? Пусть Олег посмотрит на то, какой ты самец, — вызывающе сказала я, громко рассмеявшись. Импровизировала как могла, главное не давать ему желаемое — страх.

— Черт, Ларина, я думал, что ты другая. А ты, оказывается, такая же испорченная, как и мы, — хохотнул Ярик, глаза заблестели в предвкушении.

Алмазов снял цепь с моей ноги, обхватил руками мои ягодицы и оторвал меня от пола. Его грудная клетка поднималась и опадала в бешеном ритме. Я наклонилась и набросилась на его губы, кусаясь до крови. Происходящее не вызывало у меня никаких эмоций: ни возбуждения, ни страха, ни отчаяния, ничего… Мой организм работал так, будто отключили все системы разом, и включился автопилот, который едва справлялся с задачей — удержать разум на месте и не позволить тьме утащить меня за грань. Ярослав прижал меня к стене, разорвал на мне кофточку, заскользил языком по моей ключице, спускаясь ниже, а меня чуть не стошнило. Нахлынуло отвращение, хотелось схватить мочалку и хорошенько потереть кожу, чтобы смыть эти ненавистные прикосновения.

— Не так я себе это представлял, — выдохнул Ярослав, сжимая с силой мою талию. — Ты мне весь кайф обломала. Я люблю видеть страх в глазах жертвы.

— Ярик, что ты медлишь? Я вся горю, — зарычала, сжав в кулак его волосы на затылке.

— Ты хочешь меня? — сипло проговорил он, в глазах страсть плескалась.

— Да, — заявила я.

Снова лгала и не краснела. Это от прикосновений Игоря я таяла как снежинка, в данный момент ничего подобного не происходило.

— Люблю сильных мужчин, которые всегда знают, чего хотят. Ты ведь желал заполучить меня?

Ложь давалась мне легко, в глазах ни капли сомнения. А все спасибо тому, что разум был будто в тумане. Ярослав потерял над собой контроль. Скорее всего, все, о чем, он мог думать — это как поскорее заполучить мое тело. Он поставил меня на пол, лихорадочно стащил с меня брюки. Я воспользовалась свободой и медленно попятилась, не разрывая с ним зрительного контакта, манила его пальчиком, дразнила, а сама держала курс к железным столам, которые напоминали операционные. Уже за ними в нескольких метрах располагалась клетка. Я бы могла резко развернуться и побежать, но понимала, что не смогу этого сделать, ноги точно подкосятся, да и в голове был шторм. Одним словом была уверена в том, что Ярослав успеет меня поймать. Алмазов с довольной ухмылкой шагал за мной, на ходу снимая с себя рубашку, расстегивая джинсы. Я уперлась попой в холодный металл и поняла, что дошла до нужной точки. Как и ожидала, Ярик усадил меня на прохладную поверхность и расположился между моих ног. Ладонями заскользил по лопаткам, прикоснулся к позвоночнику, сжал пальцами шею. Вот тут у меня сердце подскочило и сбилось с ритма. Понимала, что если мой план провалится, окажусь во власти чудовища. Позволила Алмазову целовать мою грудь, прогнулась ему навстречу, а сама рукой пыталась дотянуться до страшных инструментов, которые лежали недалеко от меня. Страсть застилала глаза Ярика, а я воспользовалась моментом. Он не сомневался в своей силе и превосходстве, поэтому не обратил внимания на то, что орудия пыток находились рядом. Может, ни одна жертва не пыталась сбежать подобным образом? Размышлять на эту тему было некогда. Как только мои пальцы прикоснулись к ножу, подтянула его к себе и сжала рукоятку. Одно резкое движение и нож оказался между лопаток Ярика. Он зашипел от боли и словно окаменел. Поднял недоуменный взгляд и смотрел на меня ошарашенно. Я отпихнула его ногами от себя, схватила еще один нож, который был ближе всего ко мне, и выставила его перед собой. Олег был занят одной из девушек. Судя по всему, он тоже решил позабавиться, поэтому не заметил, как я нанесла удар его другу, а когда увидел окровавленную спину Алмазова, бросился в мою сторону, но я зарычала:

— Только подойди и воткну эту штуку тебе в глаз!

Ярослав начал смеяться, как псих, хотя, он на нормального человека и не был похож.

— Сука! Ты же меня ранила, — рявкнул он, пытаясь вытащить из себя нож, но не мог достать. — Олег, что стоишь, как болван, помоги мне!

Я воспользовалась моментом и побежала к той части помещения, где была странная клетка, не знала, для чего она предназначалась, забежала внутрь и закрыла решетчатую дверь на тяжелый засов. Отошла к стене, подальше, надеясь, что там меня не достанут. Наверное, если бы у ножа было длинное лезвие, я бы убила Алмазова, но, к счастью или огорчению, он остался жив.

— Ларина! — рявкнул Ярослав, сжав кулаки. — Ты меня чертовски возбудила своими выходками. Надоели мне вечно ноющие и умоляющие. Ты — борец. Обожаю таких. Я передумал тебя убивать, выходи. Мы с тобой отличная пара, — облизнулся он, приблизившись к клетке.

Алмазов просунул руку между прутьев, намереваясь открыть засов, но я подскочила и со всей силой чиркнула ножом по его руке. Ярик зашипел от боли и отдернул руку.

— Сука, ты здесь вечно не просидишь. Так что можешь не радоваться, — выплюнул он, одарив меня убийственным взглядом, и зажал пальцами рану.

Олег подошел к Ярику и залепил скотчем рану на его спине.

— Позвони Лариске, куда она пропала? — опомнился Олег.

В дверь постучали, и он закатил глаза.

— Ну, наконец-то!

Я затаила дыхание, наблюдая за каждым действием психов. Олег открыл дверь, но тут же отлетел на пол из-за того, что человек в бронежилете, маске и с автоматом в руках пнул его ногой.

— Всем лежать и не двигаться! — рявкнул незнакомец.

За его спиной появился целый отряд бойцов. Алмазов опомниться не успел, как оказался прижатым лицом к бетонному полу. Девушки завизжали, завопили от ужаса, а я замерла и не шевелилась.

— Всем заткнуться! — последовала следующая команда незнакомца.

Девушки притихли, прижались друг к другу.

— Сколько здесь еще человек? — процедил сквозь стиснутые зубы командир, приставив автомат к виску Алмазова.

Ярик лишь истерически рассмеялся, за что получил пинок тяжелым ботинком по ребрам.

— Повторяю, сколько людей в этой шахте?

— Да пошел ты, — выплюнул Ярослав. — Тебе конец, мужик, ты не знаешь, кто мой отец. Готовься дворы подметать, тварь.

Командир поставил ногу на спину Алмазова, чтобы тот лежал смирно, пока ему надевали наручники.

Один из мужчин в бронежилете направился ко мне, а я прижалась к стене, выставив перед собой нож.

— Тань, спокойно, это я, — услышала знакомый голос.

Колесников приподнял маску и подмигнул мне, вот только видела настороженность в его взгляде.

— У тебя шок. Выброси нож, все позади, — сказал он ровным тоном, а я отрицательно покачала головой. Никому не доверяла. Делала глубокие вдохи. У меня гул стоял в ушах, перед глазами все плыло, с трудом удерживала сознание. Мужчины пропустили в помещение Игоря. Он подскочил к клетке, в которой я сидела, просунул руку между прутьев и сдвинул засов в сторону. Выставил перед собой ладони, демонстрируя мне то, что безоружен, и медленно подходил ко мне. Глаза в глаза… У меня мурашки бегали по спине, сердце учащенно забилось.

— Таня, отдай мне эту штуковину, — строго сказал он, кивнув на нож.

Не понимала, что со мной произошло, я не могла пошевелиться. Мышцы налились свинцом, тело задеревенело. Пальцы разжать не получалось, я держала нож так крепко, что кожа побелела на фалангах. Мне казалось, что если выпущу из рук оружие, то останусь беззащитной. И тогда мне наступит конец.

— Таня, выдохни. Тебя никто не обидит, — уверенно сказал Ларин.

Ему верила всей душой. Игорь осторожно обхватил прохладными пальцами мое запястье и попытался отнять острый предмет. Ему удалось это сделать, приложив немного силы. Ларин бросил нож на пол и прижал меня к себе. Я зажмурилась, вдыхая до боли родной аромат туалетной воды. Меня трясло как в лихорадке, во всем теле появилась ужасная ломота. До сознания дошло, что стояла перед мужчинами в одном нижнем белье. Капец! Только я так могла влипнуть!

Игорь отстранился от меня, очень ловко расстегнул свою рубашку, снял ее с себя и надел на меня, а потом снова прижал к себе. Ларин прикоснулся губами к моему виску, а я забыла, что нужно дышать. Это был бы самый волшебный момент в моей жизни, если бы не условия и обстоятельства. Пришлось признаться себе в том, что Игорь просто переживал за подопечную, не более того. Обидно… Поэтому даже в такой момент я не питала иллюзий.

— Ты ранена? — прошептал он и заметно напрягся.

Я отрицательно покачала головой, не в силах произнести ни звука.

— Он тебя… — судорожно сглотнул Ларин, тяжело задышав.

Я снова отрицательно покачала головой. Услышала, как Игорь облегченно выдохнул. Вокруг нас суетились люди, а я никого не замечала. Что-то липкое окутало душу, наконец-то пришло запоздавшее чувство самосохранения. Осознала, что была на волоске от гибели, изнасилования, и стало дурно. Даже страшно представить, что было бы, если бы Ларин меня не нашел. Мне бы пришлось обороняться от психов дальше. Сколько бы продержалась? Обидно было бы умереть так рано.

— Вот это улов, — присвистнул Никита, пнув ногой коробки, которые стояли в углу клетки. — Посмотри сколько дисков, и на всех напечатаны лица предыдущих жертв. Уверен, там в подробностях записано, как девушки погибли. Под потолком мы нашли камеру, так что эти ненормальные все записывали.

— Я отвезу Таню в больницу. Скажи ребятам, что завтра сам привезу свидетельницу для допроса, — строго сказал Ларин и подхватил меня на руки, как маленького ребенка.

Я уткнулась носом ему в грудь и хотела спрятаться от всего этого кошмара.

— Да, тут теперь дел до утра. Предстоит описать найденные улики, уже уведомили владельца, но он, как обычно, где-то в другом городе. Обещал приехать по возможности. Ему еще предстоит отчитаться за то, каким образом осталось это помещение, если по всем планам и схемам эта шахта числится замурованной. Мы проверили, есть еще один выход, он ведет к лесополосе. Проход там был когда-то заложен кирпичом, а сейчас приличная щель образовалась. Человек свободно пролезет. Вот как они трупы вытаскивали незаметно.

— Никита, потом поговорим, — сухо бросил Ларин и уверенным шагом направился прочь.

Я зажмурилась, вцепилась пальчиками в его плечи и тряслась, как заяц. У меня начался кошмарный отходняк. Эмоции выплескивались через край, бросало из крайности в крайность, мне то становилось резко холодно, то до одурения жарко. Ларин поднес меня к карете скорой помощи, к нам тут же подскочили медики, они попытались уложить меня на каталку, а я мертвой хваткой вцепилась в Игоря и не хотела его отпускать. Снова пальцы не слушались.

— Таня, у тебя сильный стресс, тебя надо показать врачу. Я поеду с тобой, отпусти и делай так, как тебе говорят, — спокойно проговорил Ларин.

Его голос был для меня, как бальзам для души. Послушно расцепила руки, Игорь уложил меня на носилки, запрыгнул в машину скорой помощи и сел рядом со мной. Взял мою руку в свою и легонько сжал. Доктора укрыли меня теплым пледом, в вену ввели какое-то лекарство. Измеряли мне давление, светили в зрачки.

— Психоэмоциональный стресс, а еще тахикардия, увеличено артериальное давление, — с тревогой сказал фельдшер. — Зрачки расширены, дыхание тяжелое. Если бы ей вкололи чуть большую дозу, она бы умерла от передозировки. В больнице очистим ей организм от этой гадости, — уверенно сказал незнакомец.

У меня веки слипались, снова голова кружилась, притупились все чувства. Стало так тихо, что испугалась, не умерла ли я.

Резко открыла глаза и часто заморгала. Я лежала на кровати, капельница медленно капала мне в вену. Перевела взгляд на Игоря. Он стоял у окна, задумчиво глядя вдаль. На нем была другая рубашка. Когда он успел переодеться? Сколько же я провела без сознания? Попыталась приподняться и привлекла внимание Ларина. Он повернулся и бросил на меня тревожный взгляд.

— Таня, ради Бога, лежи, — строго сказал он, нервно проводя руками по волосам.

— Ты был дома? Сколько я здесь нахожусь? Почему оставил меня тут одну? — проговорила осипшим голосом.

Во рту было так сухо, будто прошла пешком через всю Сахару в поисках воды, но так и не нашла источник.

— Сейчас два часа дня, ты несколько часов спала. Я никуда не уходил, попросил Катерину привезти мне рубашку и для тебя какие-нибудь вещи, — заявил он, а у меня рот открылся от удивления.

— Кто такая Катерина? Почему у нее есть ключи от твоего дома? — возмутилась я.

Ревность обожгла изнутри.

— Ключи от дома я никогда никому не даю — это раз. Во-вторых, Катерина вещи купила в магазине, надеюсь, что не ошиблась с твоим размером. В-третьих, тебя не касается, кто она такая, — строго проговорил он, спрятав руки в карманы брюк.

Я прикусила губу, чтобы не зарыдать. Мысленно дала себе оплеуху. Соберись! Это все отходняк, меня снова раздирали на части противоречивые эмоции, но самочувствие заметно улучшилось. Хотя, было ощущение, что всю ночь пила спиртное. Голова тяжелая, мысли мрачные. Хотелось как можно скорее обрести легкость и душевное равновесие.

— Это та брюнетка? Тренер по фитнесу, с которой ты был в кафе? Ты с ней спишь? Ты ее любишь? — закидала его вопросами и нахмурилась.

Понимала, что глупо и неприлично подобное спрашивать, но было уже плевать на все. Ревность меня отравляла, сводила с ума. Игорь с шумом втянул в себя воздух и сжал кулаки до хруста.

— Тань, — строго сказал Ларин, бросив на меня холодный взгляд, который подобно ножу полоснул меня по душе. — К чему все эти вопросы? Уже говорил, что моя личная жизнь тебя не касается. Лучше ответь, как ты себя чувствуешь?

Я смотрела на него и не верила глазам. Он снова закрылся от меня бетонной стеной. Наверное, он проявлял эмоции только в опасных ситуациях. Неужели, мне показалось, что между нами пробежала искра? Я молча смотрела на свои переплетенные пальцы, колючий ком обиды душил, разрывая меня на части. Вздрогнула, когда в палату вошел врач. Он присел ко мне на кровать, посветил фонариком в глаза, а я поморщилась от яркого света. Доктор проверил пульс и полистал медицинскую карту.

— Татьяна Олеговна, я бы вам посоветовал остаться у нас на пару дней, чтобы мы смогли за вами присмотреть. Меня настораживает ваше эмоциональное состояние. Чуть позже придет к вам психолог, обязательно пообщайтесь с ней.

— Спасибо, мне уже лучше. У вас я не останусь, хочу домой, — сказала, бросив на Игоря жесткий взгляд, и добавила. — Хочу вернуться к родителям. Одолжи телефон. Позвоню им, чтобы они приехали и забрали меня.

— Тань, я не говорил твоему отцу о том, что случилось, — насторожился Ларин.

— Раз не хотите оставаться в больнице, тогда подойдите в ординаторскую за выпиской, — сказал доктор и вышел из палаты.

— Хорошо, что не говорил папе, не хватало, чтобы у него сердечный приступ случился, — пробурчала я.

— Тань, не дури. Домой нельзя. Люди, которые за твоим отцом следят намного опаснее Алмазова. Тебе мало приключений в жизни? Скажи спасибо, что цела и невредима, а ведь могло произойти все, что угодно, — злился Ларин, вышагивая из угла в угол по палате.

— Спасибо, — съязвила я. — Тебе разве не плевать? Ну, убьют меня, тебе-то что? Мы ведь никто друг другу. Скажешь моему отцу, что я сбежала, что не смог остановить, да все, что угодно. Он не вправе тебя заставить силой меня удерживать. Так что я еду домой.

— Тань, прекрати меня раздражать. Ночь была тяжелая, не собираюсь выслушивать твои психи. Забери выписку, и поедем домой, — зарычал Игорь, а я хмыкнула.

— Ларин, это ты меня раздражаешь. Ночь у него тяжелая была, — передразнила я, закатив глаза. — Это не тебе вкололи какую-то дрянь в организм, это не тебя пытались изнасиловать и убить.

— То есть это моя вина? Если бы ты сидела дома и не рвалась в этот чертов клуб, ничего бы не случилось. Ты как магнит, притягиваешь к себе неприятности, — раздраженно бросил в ответ Игорь.

— Работу и дом я не смешиваю, — я передразнила Ларина. — Лжец! Ты сам себе врешь! Тебя просто бесит то, что я волную твою кровь. Хочешь поддаться чувствам, но не можешь, потому что сам себя загнал в какие-то рамки и правила.

— Не льсти себе, Танечка, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Как же с тобой сложно!

— Это со мной сложно? Кто бы говорил! — хмыкнула я. — То целуешь, то делаешь вид, что ничего не было. Ты уже определись, чего хочешь от жизни. В клубе, когда мы танцевали, ты желал меня, даже не отрицай, я это чувствовала. А сейчас снова включил зануду.

— Обычная физиология, — больно ужалил меня своими словами. — Я здоровый мужчина, естественно, что отреагировал на твои откровенные прикосновения. Я же не железный. Не знаю, в каких облаках ты летаешь, но не строй иллюзий. Как только пройдет суд, ты переедешь обратно к родителям, — жестко проговорил он, а я прикусила губу.

Внутренности сжались до боли. Пыталась удержать эмоции. Не собиралась показать ему свою слабость. Бесит! Как же он меня бесит! Ненавижу или люблю? Запуталась! Почему так сложно?

— Как ты меня нашел? Сережки работают? — перевела я тему.

— Через семь минут я проверил на телефоне твое местонахождение. Каково же было удивление, когда датчик показал движение. Я не мог понять, как такое возможно. Спросил о тебе у выходящих из уборной девушек, а они ответили, что не видели тебя. Когда я вошел в туалет, наткнулся на наркоманку, она, увидев меня, побледнела и почему-то сорвалась с места. Это вызвало подозрение. С чего бы ей пугаться? Могла вместо этого наорать на меня, что это женский туалет. Она помчалась в комнату с умывальниками, а я за ней. Не дал ей заскочить в подсобку. Ну а потом мы с Никитой надавили, и она раскололась, призналась, что тебя выбрали для игры. Мы вызвали подкрепление, надеялись, что успеем. Долго не могли вскрыть люк в полу. Наркоманка вырубилась то ли от передоза, то ли от страха и не успела рассказать, как открыть этот адский проход.

— Теперь улик хватит, чтобы засадить этих психов за решетку? — уточнила я.

— Да. Никита сказал, что на дисках видеозаписи о том, как издевались и убивали невинных людей, так что всем участникам светит тюрьма. Завтра тебя будет допрашивать следователь, тебе придется дать показания в суде.

— Хорошо, — сухо ответила я.

— Тань, еще ответь на вопрос. Ты нож всадила в спину одному из тех недоносков? — уточнил Игорь, как-то странно на меня посмотрев, будто я была преступницей.

— Да, воткнула ему лезвие между лопаток, — спокойно ответила, пожав плечами. — А что? Должна была смиренно ждать, когда он меня изнасилует? Я импровизировала. Согласна, что план был так себе, но у меня голова плохо работала, вообще удивительно, что хоть что-то придумала. Другие пленницы вообще только и делали, что рыдали.

— Тань, ты понимаешь, что тебе бы срок дали, если бы ты его убила? — серьезно проговорил Ларин, а я судорожно сглотнула.

— За то, что оборонялась от психа? Если бы хотела его убить, воткнула бы нож в шею, там артерий много, мгновенно бы умер. Я всего лишь собиралась его ослабить. Вообще не понимаю, к чему все эти вопросы.

— Алмазов может воспользоваться этим, так что будь готова дать четкие показания в суде, — заявил Ларин.

В кабинет вошла психолог, очень милая женщина. Она улыбнулась мне, бросила выжидающий взгляд на Игоря. Он будто ее мысли прочел.

— Буду за дверью, — сказал он на ходу, оставив меня наедине с психологом.

Она задала мне много вопросов, что-то записала, побеседовала со мной, а потом ушла. В палате появилась медсестра и вытащила из моей руки иглу. Мне совершенно не хотелось находиться в больнице, поэтому сползла с кровати и в больничной сорочке решила отправиться в ординаторскую, чтобы забрать выписку. Однако стоило выйти в коридор, как наткнулась на Ларина. Зарычав, он схватил меня под локоть и затолкал обратно в палату.

— Куда собралась? — спросил с раздражением. Началось!

— Отпусти меня. Психолог сказала, что со мной все хорошо, что я уже оправилась от стресса. У меня железные нервы. Так что я возьму назначение доктора и поеду домой к папе. Я могу и дома отлежаться, чтобы полностью восстановиться, — ответила ледяным тоном, одарив Игоря колючим взглядом.

— Твой отец сейчас очень занят, он итак переживает из-за предстоящего суда, не надо его волновать еще больше, — рыкнул на меня Ларин.

— Ты просто боишься, что мой отец разочаруется в тебе. Ведь ты допустил оплошность, когда меня выкрали у тебя из-под носа, — съязвила я.

— Вернемся домой, посажу тебя на цепь, чтобы точно никуда сбежать не смогла, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

— Варвар, — хмыкнула я.

— Дуреха, — ответил он.

Я чуть не лопнула от бешенства, задыхаясь от возмущения и желания придушить Ларина. Мы метали молнии, хорошо, что санитарка вошла в палату, а то мы точно бы убили друг друга.

Что там Игорь про вещи говорил? Катерина купила? Взглядом заскользила по палате и заметила на подоконнике пакет. Схватила его и вытащила оттуда юбку и футболку. Не стесняясь присутствия Ларина, стащила с себя ночнушку и отправилась в душ, который находился в палате. Игорь, выругавшись, резко отвернулся, я лишь хмыкнула и прошла мимо него. Освежилась, натянула на себя новые вещи и вернулась к Ларину.

— У твоей Кати отличный вкус. Передай ей спасибо за вещи, деньги потом ей занесу, где она работает, знаю, — проговорила, стягивая волосы в тугой хвост.

— Я уже отдал ей деньги, — сухо ответил Ларин.

— Тебе ничего возвращать не собираюсь. Это будет для меня моральной компенсацией, — заявила я, услышав, как хрустнули кулаки Игоря.

— Прекрати бесить меня, — зашипел он.

Бросила на него взгляд исподлобья. Ларин подобрался, губы сжались, на скулах желваки ходили, а в глазах молнии сверкали.

Я вздернула подбородок и направилась к двери, вышла в коридор и растерялась. Где ординаторская? Спросила у проходящего мужчины, он указал направление. Забрала выписку, послушала наставления о том, какой курс лекарств пропить и вышла из кабинета. Уверенной походкой прошла мимо Ларина. Чувствовала на спине его тяжелый взгляд. Когда вышла из здания больницы, Игорь ухватил меня под локоть и силой затолкал в такси. Назвал свой адрес водителю, и машина тронулась с места.

Всю дорогу бросали друг на друга уничтожающие взгляды. Меня раздражало то, что Ларин был как сталь. Еще бесило его отношение ко мне. Царь нашелся! Кого он обманывает? Видела же, что мои прикосновения сбивали его дыхание. Просто он упертый как баран и не хочет ничего менять в своей жизни. Еще эта Катерина… При мысли о ней у меня ревность по венам растекалась, разъедая все изнутри, будто кислоты плеснули на сердце. В машине воздух накалился до предела, а нервы оголились.

Игорь расплатился с таксистом, открыл дверь и подал мне руку. Я проигнорировала, выбралась из машины без его помощи. Когда вошли в дом, я смело направилась в спальню, достала из шкафа спортивные сумки и принялась складывать свои вещи. Ноги моей здесь больше не будет. С Игорем нам не ужиться вместе. У меня внутри все клокотало от обиды. Когда чувства остаются без ответа, это очень тяжело. Это разрушает, ломает на части. Я ведь могу уехать к Даниилу на пару недель! Потом достану накопленные деньги и на неделю улечу куда-нибудь отдохнуть. И почему раньше не пришла эта идея? Не думаю, что за мной на море последуют головорезы. Или поедут? Черт! Как же сложно-то.

Игорь вошел в комнату и молча наблюдал за тем, как я собирала вещи.

— Ты никуда отсюда не уйдешь, — сказал он медленно, но очень внушительно.

— А ты попробуй меня останови, — проговорила с вызовом, посмотрев в его глаза.

Там клубилось нечто пугающее. У меня невольно мурашки пробежали по спине. Суровый взгляд Ларина пробрал до костей. Этот взгляд напугал меня даже больше, чем встреча с убийцами. Мое сердце затрепыхалось, как маленькая птичка, попавшая в клетку. Судорожно сглотнула, подхватила сумки и уверенно направилась к двери, но Ларин преградил мне путь. Старалась не смотреть в его глаза, зато отчетливо видела, как поднималась и опадала его грудь в бешеном ритме.

— Тебе повторить? Ты никуда не уйдешь, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

— Я с убийцей справилась, а с тобой и подавно разберусь, — заявила я, встряхнув волосами.

— Глупая, наивная девчонка. Да тебе просто повезло, что ты цела осталась, — рявкнул он на меня.

— Не ори на меня, — шикнула на него. Бросила сумки на пол. — Знаешь, а я и без вещей обойдусь, — с этими словами попыталась протиснуться между Лариным и дверью, но он поставил другую руку на косяк, загородив выход.

— Ну и что дальше? — выгнул он брови, бросив на меня насмешливый взгляд.

Чувствовал свою силу и превосходство. Я прищурилась и со всей силой наступила ему на ногу.

— Черт! — выругался Ларин, он отвлекся, а мне этого хватило, чтобы нагнуться и проскочить у него под рукой.

Побежала к входной двери. Честно признаться, от всего происходящего сносило разум. Странное возбуждение волнами проходило по телу. Дернула за ручку, дверь лишь слегка приоткрылась, но тут же с грохотом захлопнулась, так как Ларин надавил на нее ладонью.

— Как же ты меня бесишь! — рявкнула я, потеряв над собой контроль.

Игорь смотрел в мои глаза тягучим, долгим взглядом. Он перевел взгляд на мои губы, а у меня сердце ухнуло куда-то вниз.

— А ты меня, — рыкнул Ларин и с силой припечатал меня к двери, грубо впившись в мои губы своими губами.

Меня как будто кипятком ошпарило изнутри. Крепкая рука заскользила по животу, пробралась мне под юбку. Игорь пальцами прикоснулся к моим трусикам, а у меня между ног стало неприлично мокро и жарко. Этот мужчина возбуждал меня, таяла от его невинных прикосновений и теряла разум. Ларин бесцеремонно сдвинул ткань в сторону, когда его пальцы проникли в мое тело, я чуть не умерла. Каждое его движение подобно электрическому разряду. Будто кто-то иголкой тыкал мне в сердце. Оно болезненно сжималось, отчего воздуха не хватало. Я не удержала стон, непроизвольно вцепилась пальцами в широкие плечи. Хотела сказать Игорю про то, что невинна, но испугалась, что он остановится, а мне очень хотелось, чтобы именно Ларин был моим первым и единственным.

Игорь придавил меня к двери сильнее, у меня сердце стучало где-то в висках, в ушах стоял гул, не могла ни на чем сосредоточиться. Мне казалось, что я лечу. Наши языки сплетались в безумном танце, мы кусались, но не причиняли боли друг другу. Глаза Ларина горели таким пламенем, что казалось, будто дьявол вселился в его тело. У меня кровь закипела, пульсировала, устремилась вниз живота. Лихорадило так, будто вышла на тридцатиградусный мороз без одежды. Умелые пальцы сводили меня с ума, дразнили, прикасаясь то дерзко, то нежно. Огненная лавина скопилась в груди, я задыхалась от новых эмоций, скользила ладонями по его шее, затылку, спускалась к плечам, мне хотелось чувствовать его, слиться в единое целое. Я нуждалась в Игоре так, будто он был моей недостающей половиной. Странные ощущения, ранее неизведанные.

— Игорь, — слетело с моих губ тихим шепотом, жмурилась от удовольствия.

— Молчи, — приказал ледяным тоном, однако я уловила в голосе и бархатные нотки.

Мое сердце замерло в груди, и дыхание перехватило. Ларин, скорее всего, боялся, что морок развеется, и нас снова накроет реальность. Игорь поддался страсти, потерял над собой контроль, и я очень надеялась, что разум к нему не вернется. Мне хотелось узнать, каково это — принадлежать мужчине, который вскружил голову, стал центром моей вселенной.

Целуя меня как одержимый, обхватил пальцами мою талию и приподнял. Не помню, как добрались до спальни. Я уже ничего не соображала. Смотрели друг на друга горящими от возбуждения глазами, и мир исчез. Его руки плавно двигались по моей спине, пальцы ухватили за подол футболки и потянули наверх. Я приподняла руки, позволяя Ларину стянуть с меня вещи. Горячие губы коснулись моей шеи, а я застонала от наслаждения. У меня нервы оголились так, что казалось, будто кожу содрали живьем. Его прикосновения и поцелуи острым уколом отдавались сначала в сердце, а потом горячим потоком устремлялись куда-то в промежность. Игорь расстегнул мой лифчик и откинул в сторону. Теплая ладонь накрыла мою грудь, пальцами поиграл с соском, а я у меня мурашки пробежали вдоль позвоночника. Дыхание стало тяжелым, а между ног появилось сладкое, болезненное томление. Игорь присел на корточки и потянул мою юбку вниз, не разрывая зрительного контакта. Я задыхалась, тонула в омуте его черных глаз. Облизнула пересохшие от возбуждения губы. Когда теплые пальцы обхватили мою щиколотку, я зажмурилась и судорожно сглотнула. Очень медленно Ларин вел ладонями вверх по моей ноге, подхватил кружево и потянул вниз, освобождая меня от последнего клочка ткани. У меня сердце колотилось так, что едва не разорвалось в груди. Куда делся кислород? Проникновенный взгляд Ларина прожигал меня до костей. Игорь прижался губами к моему пупку, а я вздрогнула, запустила пальцы в его волосы. Ларин прокладывал цепочку из поцелуев вверх, лизнул языком набухшие соски, слегка прикусил зубами мою шею, а меня лихорадило.

— Ты очень красивая, — его шепот, приятные слова впились иглами под кожу.

Только бы это был не сон! У меня каждая клеточка трепетала от возбуждения и наслаждения, даже наркотик не имел такого мощного эффекта на меня, как этот мужчина. Зачарованно смотрела на то, как Игорь ловко стянул с себя рубашку. Сильные руки обхватили ремень, звук расстегивающейся молнии заставил мое сердце замереть. Я забыла, что надо дышать и моргать. Глаза в глаза… Одинаково тяжелое дыхание… Смотрела на обнаженное крепкое тело, и страх окутал душу. Вдруг Ларину не понравится со мной? Я же неопытная, поэтому понятия не имела, что надо делать. Положилась на инстинкты.

Ларин ловко уложил меня на свою кровать, придавил своим горячим телом к прохладному покрывалу. Слегка приподнялся на локтях, позволяя мне сделать вдох. Когда Игорь вцепился зубами в мой сосок, я вскрикнула от прострелившего меня удовольствия. Непроизвольно прогнулась в спине, подаваясь навстречу его ласкам. Сжала в кулаке покрывало, искусала губу.

— Игорь, — прошептала испуганно.

Все же надо сказать, что я невинна. Как-то странно устроены мои мозги… Лежать перед ним обнаженной не стыдно, а признаться в том, что девственница никак не могла решиться.

— Т-с-с-с… — шикнул он на меня. — Ничего не говори, — выдохнул, запечатав мой рот требовательным поцелуем.

Его возбужденная плоть прикоснулась к моему самому горячему местечку, а я испуганно захлопала ресничками, продолжая отвечать на страстный поцелуй. Игорь осторожно проникал внутрь моего тела, а я забыла, что нужно дышать, замерла. Ощутила сильный толчок, а потом резкая боль пронзила все мышцы. Я вздрогнула, непроизвольно укусив Игоря за губу. Боль отступила, однако чувство наполненности было очень непривычным. Мне казалось, что у меня внутренности расплавились. Ларин застыл и смотрел в мои глаза с нескрываемым шоком. Я чувствовала, как его сердце ускорило ритм, вена на шее пульсировала, а на скулах ходили желваки.

— Таня? — вскинул он брови, буравя меня гневным взглядом. — Твою же мать! Ты девственница? — рявкнул Игорь так, что я поморщилась.

У меня губы задрожали, всхлипнула, а по щекам покатились горячие слезы. Комок в горле душил. Эмоции вышли из-под контроля, они мне чуть сердце не разорвали. Ларин нахмурился, осторожно стер мои слезы подушечками больших пальцев и тяжело вздохнул.

— С тобой чокнуться можно, — заявил он и впился в мои губы.

Этот поцелуй был особенный, непохожий на все остальные. Осторожный, трепетный, нежный, будто Ларин только сейчас осознал, что перед ним хрупкое создание, которое надо оберегать.

— Почему не сказала? — проговорил с упреком, но голос прозвучал бархатисто, прикасаясь к душе.

— Ты просил молчать, — пожала плечами, шмыгнув носом.

Ларин с шумом втянул в себя воздух и цокнул языком, а потом прошелся губами по моей шее, вызывая сладкие мурашки.

Игорь начал двигаться, осторожно толкаясь в мое тело. Я снова напряглась из-за необычных ощущений. Не могла понять, нравилось мне это или нет. Слава Богу, что не больно. Опасалась, что снова почувствую резкую раздирающую боль внутри.

— Расслабься, — рыкнул на меня Ларин и лихорадочно гладил по щекам, прикасаясь подушечками больших пальцев к моим припухшим губам, срывал легкие поцелуи и смотрел в глаза, удерживая мой взгляд.

Видела его дикое желание, нетерпение, а еще настороженность и беспокойство.

— Танюшка, дыши! Я больше не сделаю больно. Ты чертовски узкая, чтобы привыкнуть ко мне, тебе надо расслабиться.

Ему конечно легко говорить. Попыталась расслабиться. Как только я это сделала, Ларин возобновил толчки. Двигался осторожно, чувствовала, что он сдерживал себя. Сильные пальцы с силой впивались в мое бедро. Игорь, стиснув зубы, наблюдал за моей реакцией. Теплая волна прошла по телу, вспыхнуло возбуждение. Я начала получать немного удовольствия от происходящего. Наверное, это отразилось в моих глазах, потому что Игорь сразу же отбросил в сторону нежность и наращивал темп с каждым своим движением. Стал жадно и дико целовать меня. Я чувствовала, что его лихорадило точно так же как и меня, и от этого сносило крышу.

— Больно? — выдохнул он, провел языком по моим губам.

Я отрицательно покачала головой. Каждый его сильный толчок обжигал меня, появлялась сладкая боль в теле. Игорь переместил руку с груди на живот, нежно погладил, спустился ниже. Умелые пальцы настойчиво поглаживали чувствительный бугорок, массируя, надавливая. Я не удержала стон наслаждения. Ларин прекрасно знал, как обращаться с женским телом.

— Как же сладко ты кричишь, — прошептал он, прикусив мочку уха.

Я потеряла связь с реальностью, интуитивно прогнулась в спине сильнее, мне кажется, тело само откликалось на умелые ласки и мощные толчки, двигалось ему навстречу. Волна наслаждения пронзила меня. Сердце дергалось в конвульсиях, вены будто вспороли тупым ножом, а вот душа покинула тело. Игорь приглушенно застонал и содрогнулся, при этом успел выскользнуть из моего тела. Я перевела взгляд на окровавленные простыни и закусила губу. Стало безумно неловко, хотелось прикрыться, убежать, спрятаться.

Игорь отстранился от меня, сел на край кровати и обхватил голову руками, тяжело вздохнув.

— Танюшка, прости… Если бы знал, что ты невинна, никогда бы не прикоснулся к тебе. Почему не остановила меня, там у двери? Какого черта молчала? — отчитал он.

Вот умел Игорь испортить волшебный момент. Ларин — одним словом.

Значит, правильно сделала, что ничего ему не сказала. То, что произошло между нами, будоражило. Ведь нам было хорошо вместе в тот момент, еще несколько минут назад Игорь ни о чем не думал, дарил мне наслаждение, видела его настоящего, без колючек. А теперь он снова закрывался от меня, будто срабатывал защитный механизм. До меня вдруг дошло, почему Ларин никого не подпускал к своей душе. Он привык быть один, ему так проще. Боялся он привязаться душой, а потом снова потерять дорогого человека. Страх! Вот почему Игорь отгораживался, не хотел иметь слабости. Ему легче оттолкнуть меня, чем принять в свою жизнь. Понимала, что нельзя на него давить, чтобы быть с ним, нужно запастись железными нервами, ведь он даже себе не признается в том, что я стала его слабостью. А иначе, как объяснить то, что произошло между нами? Он ведь не удержал эмоции, тот, у которого всегда все под контролем. Я наверняка знала то, что волновала его кровь.

Я приподнялась, придвинулась к Ларину и обняла его. Прижалась щекой к его спине и слушала, как раскатисто билось сильное сердце. Нежно водила пальчиками по его груди. Ларин поймал мои руки и сжал их в своих ладонях, поцеловал мои пальчики, отчего блаженная улыбка растянулась на моих губах.

— Прислушивайся к своему сердцу, — прошептала я. — Так написано на твоей груди. Вот я и прислушалась, оно мне подсказало, что ты — тот самый единственный, с кем я хочу быть, — призналась и затаила дыхание.

Ларин с шумом втянул в себя воздух и покачал головой.

— Тань… — начал он, а я уже знала, что он скажет, поэтому перебила его.

— Игорек, не переживай, через месяц я уеду домой. Обещаю, что буду вести себя хорошо, если не станешь от меня закрываться бетонной стеной. Я не жду, что ты женишься на мне или попросишь остаться. У тебя своя жизнь, у меня своя… Тебе не понравилось, да? Я же ничего не умею… — проговорила, облизнув пересохшие от волнения губы.

Ларин резко развернулся, моргнуть не успела, как оказалась у него на коленях.

— Дуреха ты, Танюшка, — улыбнулся он так искренне, что у меня сердце кувырок сделало. — Как мне могло не понравиться? Я чуть не умер, когда понял, что я у тебя первый. Умеешь ты врасплох застать. Тань, для девушек первый раз — он особенным должен быть. Ты же видела, как я живу, знаешь, что веду холостяцкий образ жизни, понимаешь, что рядом со мной опасно… Я не хочу рисковать твоей жизнью. Танюшка, и характер у меня несладкий, могу словом ранить, порой не специально, конечно. Ты лучшего достойна… — серьезно проговорил он, а я приложила палец к его губам и покачала головой.

— Лучше молчи, — прошептала я. — Дурачок у нас ты, а не я. Это моя жизнь, и я как хочу, так и распоряжаюсь своей судьбой. Давай месяц не будем думать о том, что будет потом? Просто проживем это время так, как хочется, а не так, как надо. Договорились?

— Лить слезы в подушку и вскрывать вены себе потом не станешь? Из-за того, что не женюсь на тебе? — серьезно проговорил Ларин, а я рассмеялась.

— Погорюю немного, а потом найду себе другого, — прошептала ему на ухо.

Одному Богу известно, скольких усилий стоило беззаботно произнести эту фразу. Конечно, я буду страдать, но ведь надежда умирает последней! Может, за этот месяц все изменится, и Игорь не захочет меня отпускать? А если и отпустит… Что же, зато сохраню в памяти это волшебное время, которое провела рядом с ним.

— Договорились, — уверенно сказал он. — Месяц будем вместе, только никаких планов на будущее.

Я вскрикнула от неожиданности, когда Ларин подхватил меня на руки и понес в ванную. Осторожно поставил под теплые струи воды, а сам вернулся в спальню и снял грязную простынь, закинул ее в стиральную машину, а потом забрался ко мне. У меня дыхание сбилось. Никогда прежде не принимала душ с мужчиной. Это так волнительно…

Игорь закутал меня в полотенце и вернул в комнату. Вечером приготовили вкусности и расположились в гостиной на диване. Смотрели фильм, периодически бросая друг на друга прожигающие взгляды. В одном я была уверена, не только мне было непривычно, Игорь тоже выпал из своей колеи. Я сомневалась в том, что он изменится, радовало лишь то, что теперь Ларин не держал свои желания в узде.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

От автора: Буду очень благодарна за поддержку в виде звездочек. Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять.

Глава 7

После нашей близости Игорь не стал ручным и нежным. Он, как обычно, уходил на работу рано, приходил поздно. Всегда сдержан, серьезен. Лишь во взгляде иногда проскальзывало тепло, чего ранее не замечала. Еще одной из перемен стало то, что Ларин в течение дня мог мне позвонить и поинтересоваться, чем я занимаюсь. В его голосе хоть и сквозили стальные нотки, все же больше не улавливала раздражения. И даже эти мелочи заставляли меня летать в облаках, мечтательно улыбаясь. В свою очередь, я старалась не надоедать Игорю. У меня возникала уверенность в том, что мы сможем быть вместе. Я влюбилась в этого мужчину по уши. В этом не было сомнений. А иначе как объяснить, почему в груди полыхал огонь? Почему сердце обрывалось и внутренности стягивало, стоило только увидеть его пронзительный взгляд? От искренней улыбки Ларина, которая появлялась очень редко, у меня дух захватывало. Мне очень хотелось подарить Игорю счастье, стать для него солнышком в его темной и мрачной жизни. Он день изо дня старался помочь людям, боролся за справедливость, но кто позаботится о нем самом? Я всей душой желала стать для него надежным тылом. Вот только сомневалась в том, нужно ли ему это. Прекрасно понимала, что Ларин привык за эти годы к одиночеству, возвел вокруг себя бетонную стену, и пробить этот толстый слой защиты не так-то просто. Но как говорится: надежда умирает последней.

Я резко отдернула руку от горячей сковороды, поморщившись от боли. Задумалась и забыла про осторожность. Подула на покрасневшую кожу на пальцах. Решила приготовить на ужин мясную запеканку. Хотелось порадовать хозяина дома разнообразными блюдами. Когда услышала, как повернулся ключ в замке, у меня сердце затрепетало, мурашки пробежали вдоль позвоночника. Отбросила в сторону полотенце и выскочила из кухни, сразу же попав в плен черных глаз. Невольно что-то тягучее и горячее потекло по моим венам. Боже! Как же я соскучилась по Ларину! С жадностью наблюдала за каждым его движением. Игорь разулся, бросил ключи от машины на комод и уверенной походкой направился ко мне. В такие моменты я замирала, будто лань, которая готовится к нападению хищника. Коленки невольно дрожали, а ладошки вспотели. Появлялась странная робость и страх разочаровать этого мужчину. Мою уверенность, будто ветром сдуло. Не понимала, почему терялась в присутствии Ларина?

— Привет, — проговорил он, сорвав с моих губ мимолетный поцелуй, а мне этого было чертовски мало.

Каждая клеточка вопила и требовала большего. Однако Игорь старался не подпускать меня к своей душе, словно боялся привязаться. Меня больно жалила мысль о том, что пройдет еще три недели, и он отвезет меня обратно к отцу. Эту тему я не затрагивала, не спрашивала Игоря о том, что будет потом, потому что боялась услышать ответ. Подсознание подсказывало, что Ларин не из тех, кто с легкостью изменит свой привычный устрой жизни.

— Я тут ужин приготовила, — проговорила осипшим от волнения голосом.

В глазах Ларина отразилось тепло, а меня чуть не смыла волна эмоций, будто получила золотую медаль по мировой олимпиаде.

— Надеюсь, сегодня кухня осталась цела? — вскинул он брови, насмешливо посмотрев на меня. Я закатила глаза.

— Какой же ты зануда, — хмыкнула я. — Подумаешь, вчера молоко убежало. Ты мне теперь это каждый раз припоминать будешь? Я все оттерла, так что не ворчи. Иди лучше руки помой, и будем ужинать.

— Сначала решу один вопрос, потом поем, — заявил Ларин, направившись в сторону кабинета.

Я резко преградила путь этому упрямому мужчине, уперев руки в бока.

— Знаете, Игорь Викторович, ваши дела никогда не закончатся. Живо руки мыть и ужинать, потом хоть до ночи сиди со своими бумагами, — грозно рыкнула и гневно прищурилась.

— Мне уже трепетать от твоего воинственного взгляда? — усмехнулся он, щелкнув меня пальцем по носу. — Один звонок и сядем ужинать. Обещаю.

— Ларин! Если через десять минут не явишься на кухню, устрою тебе забастовку, — заявила я и прошла мимо него, вздернув подбородок.

Игорь покачал головой и усмехнулся.

Я накрыла на стол и ждала любимого, но он не появился ни через десять, ни через двадцать минут. Вот так всегда… Его кабинет — это бермудский треугольник. Если Игорь туда заходил, то пропадал.

Я осторожно подошла к кабинету и нерешительно открыла дверь. Игорь сидел, уперев локти в стол и опустив голову на сплетенные пальцы. Его что-то расстроило. У меня возникло непреодолимое желание обнять Ларина, забрать часть его душевного груза себе. Вошла в кабинет без разрешения, села на край стола и нежно провела рукой по волосам Игоря. Любимый поднял на меня уставший взгляд.

— Что случилось? — прошептала, заскользив пальчиками по его скулам.

— Все как обычно, — вздохнул он, откинувшись на спинку стула.

— Поделиться не хочешь? Знаешь, порой даже таким сильным и суровым мужчинам, как ты, нужно выговориться, чтобы облегчить душу, — заявила я, а Ларин не удержал смешок.

— Тань, я так-то обходился все эти годы без психолога и священника, но спасибо за предложение, — улыбнулся он.

— Игорь, почему ты такой сложный? — раздраженно бросила ему, нахмурившись. — Неужели, трудно поговорить со мной?

— Таня, а ты почему такая любопытная? — вскинул он брови, нежно провел ладонью по моей ноге, а меня в жар бросило.

Дикое, необузданное желание затопило вены. У меня от прикосновений Ларина плавилась кожа, и начинался сбой в работе головного мозга.

Игорь, уловив, как загорелись мои глаза в предвкушении, сразу же убрал руку.

— Тань, я занят. Решу дела, и тогда пообщаемся. Если хочешь, то ужинай без меня, — строго проговорил он.

— Ты вечно занят, — зарычала раздраженно.

Соскользнула со стола и села к Игорю на колени, обхватила его затылок и поцеловала с жадностью так, будто это последнее мгновение в моей жизни. Порадовало то, что у Ларина дыхание сбилось и сердцебиение участилось. Пальчиками вырисовывала узоры на его рубашке, а потом медленно расстегнула пуговицы под пристальным взглядом Игоря. Мурашки забегали по телу, когда заметила, как цепкий взгляд любимого переместился на мои губы. Его пальцы с силой сжали мою талию. В глазах Игоря отразилось желание. Как всегда Ларин боролся с собой.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Танюш, — выдохнул он. — Я, правда, очень занят, — проговорил еле слышно.

Вот кому он это повторял: мне или себе?

— Знаю, — прошептала, провела языком по его губам, дразня, лаская его тело руками.

Я безумно соскучилась по его прикосновениям. Понимала, что лишь в момент близости Игорь терял над собой контроль, был настоящим, убирал на время все преграды между нами. Быть может, приличные девушки так не поступают, не вешаются на любимых мужчин, но мне было плевать, как и что делают другие. Я желала Игоря и не собиралась упускать драгоценные минуты. Ждать, когда он сам проявит инициативу можно годами. С его непростой жизнью и бесконечными делами есть вероятность и вовсе не дождаться подходящего момента.

Почувствовала силу возбуждения Игоря, и в жар бросило. Провела рукой по его брюкам, прикасаясь через ткань к восставшей плоти. Ларин зарычал и сорвался с цепи, резко сжал пальцами волосы у меня на затылке и ответил на поцелуй яростно и страстно, да так, будто женщины у него лет десять не было. Я не удержала стон наслаждения, дрожащими руками расстегнула его брюки. Игорь приглушенно застонал, когда я нежно провела пальчиками по его животу, спустилась ниже, прикоснулась к твердой, пульсирующей плоти. Он как одержимый ласкал ладонями мои бедра. Забравшись под платье руками, судорожно втянул в себя воздух, а зрачки расширились от возбуждения, ведь на мне не было нижнего белья. Села верхом на Игоря, раздвинув шире бедра. С моих губ сорвался тихий стон. Я медленно опускалась, неотрывно глядя в черные глаза, которые заволокло пеленой страсти. Прикусила губу, чувствуя болезненное напряжение, образовавшееся внутри меня. Но вместе с тем ощущала дикий восторг из-за того, что Игорь проникал в меня все глубже и глубже. В такой момент появилось единение не только тел, но и наших душ.

Я медленно поднималась и опускалась, стараясь привыкнуть к новым ощущениям. Игорь сжал с силой челюсти, на лбу проступила испарина. Он терпеливо ждал, когда я привыкну к нему, сдерживал себя, впиваясь пальцами в мою талию. Я сосредоточилась на новых ощущениях, познавала свое тело. Меня будто током пронизывало, истома разлилась по мышцам, а кровь хлынула куда-то вниз. Вцепилась пальчиками в его волосы, с жадностью отвечая на безумные поцелуи Игоря. Телефон на его столе вибрировал, оповещая о входящем вызове. Я ладошкой захлопала по столу, пытаясь выключить сотовый. Боялась, что этот звук вернет разум Ларину, а мне не хотелось отпускать его. Когда ладонью ощутила телефон, сбросила звонок и нажала на кнопку, чтобы полностью выключить телефон. Игорь, не разрывая поцелуя, попытался отнять у меня сотовый, но я отшвырнула телефон в сторону, чтобы он не добрался до него.

— Тань, это важный звонок, — выдохнул он, покусывая мою шею, сводя меня с ума этим.

— Верю, — прошептала и быстрее задвигала бедрами.

Игорь застонал, сильнее сжал мою талию пальцами и проник в мое тело еще глубже, толкаясь мне навстречу. Я вскрикнула от остроты ощущений. Наплыв страсти и удовольствия заставил Ларина зажмуриться, а я ликовала, ведь видела, как он поддавался эмоциям, как трещала по швам его выдержка и желание держать все под контролем. Вот только против страсти никто не в силах устоять. Игорь не сдерживал себя, входил сильно, резко, глубоко, но при этом доставлял мне лишь безграничное удовольствие и ни капли боли. Мне не хотелось торопиться, но Ларин делал все, чтобы приблизить меня к оргазму. Я громко застонала, ощутив приближение волны. Хриплый стон вырвался из его груди, а у меня от этого звука напрочь снесло разум. Осознание того, что Ларину так же хорошо, как и мне, принесло радость и счастье. Игорь снова вошел в мое тело рывком, погрузившись до конца, а у меня судорога наслаждения пробежала от кончиков пальцев до макушки. В глазах плыл туман, а сердце едва не разорвало на части. Кровь стучала в висках. Я чувствовала, что Игорь тоже приближался к разрядке. Полностью потеряв над собой контроль, я отдалась во власть вихря бешеных ощущений. Ларин хотел в последний момент выскользнуть, но я не дала, опустившись и позволив ему глубже проникнуть в меня. Любимый замер, его тело сотрясало дрожью, и я ощутила внутри себя тепло. В глазах Ларина застыл неподдельный шок, брови сошлись на переносице. Игорь дышал часто и прерывисто, пилил меня убийственным взглядом, а у меня холодок пробежался по душе, судорожно сглотнула. Прекрасно понимала, к чему может привести моя выходка, но была уверена, что из-за одного штрафного раза не наступит беременность. Люди ведь годами, бывает, пытаются забеременеть, маловероятно, что у нас с Игорем получится зачать дитя с первого раза. Не хотелось выслушивать гневную речь. Сорвав с губ легкий поцелуй, осторожно встала с его колен, и умчалась, как ошпаренная, в ванную.

Подставила лицо под струи воды и зажмурилась. Тело всё ещё била мелкая дрожь. Прикусила губу, чтобы остановить блаженную улыбку. Вздрогнула из-за грохота, обернулась и замерла. Игорь вышиб дверь одним ударом ноги. Замок не выдержал такого напора и со звоном разлетелся на части. В глазах Ларина полыхал дьявольский огонь. Честно признаться, он меня пугал своим воинственным видом. Пикнуть не успела, как оказалась прижата к кафелю. Ларин, не произнося ни слова, целовал меня с неистовой силой, разжигая во мне новое пламя. Вода попадала на его брюки, которые он даже не удосужился снять, но Игорю, видимо, было не до этого. Он резко развернул меня лицом к стене, коленом раздвинул мои ноги в стороны и без предупреждения одним толчком вошел в мое тело. Я чуть не задохнулась от нахлынувших чувств. Ощущала его силу и сходила с ума. Улавливала волны раздражения и бешенства, исходящие от Ларина.

Он с силой прижал меня к стене, переплел наши пальцы и входил в меня быстро, глубоко, будто хотел за что-то проучить или наказать, но при этом сдерживал себя, чтобы не причинить мне боль. Его действия заставляли кровь закипать в жилах. Мы одновременно получили разрядку. Мне показалось, что по мне проехал каток, каждая мышца отзывалась сладкой болью. Ларин резко развернул меня к себе лицом, раскинул руки по обе стороны от моей головы и смотрел мне в глаза. Честно признаться, я дышать перестала. Такого звериного взгляда мне еще не доводилось видеть.

— Ларина, не знаю, в каких облаках ты летаешь, но я не намерен становиться отцом. Я не буду подвергать своих детей опасности, слишком много врагов нажил за это время. А теперь еще и новые добавились, — зарычал он.

Стало понятно, что он разозлился из-за того, что я ему помешала прервать половой акт. Он опасался, что забеременею от него.

— Игорь, постой под холодной водичкой, остынь малек. Не надо на меня всю вину спихивать. Ты — мужчина взрослый, должен понимать, что надо предохраняться. Сам же без защиты действуешь. Так что это не только мой косяк, но и твой, — заявила, вздернув подбородок. — И не переживай так, от тебя детей рожать в планах не было.

— Ты вообще относительно меня никаких планов не строй, уяснила? Я не буду рисковать твоей жизнью, не стану создавать семью, — заявил Игорь, а я, хмыкнув, вышла из душа, завернулась в полотенце и обернулась.

— Игорек, если это все, что тебя так гложет, то не переживай, не собираюсь липнуть к тебе и обивать порог твоего дома. Переодевайся и пошли ужинать, из-за тебя снова придется все подогревать.

— Тань, я серьезно. Не хочу, чтобы ты напрасно на что-то надеялась. Говорю честно, чтоб потом без обид, — бросил он мне в спину.

Показалось, что сердце пронзило насквозь, я поморщилась, натянула непроницаемую маску и снова обернулась.

— С чего ты вообще решил, что я строю на тебя планы? — хмыкнула я, стараясь не выдать истинных чувств. — Да, ты мне не безразличен. Но чтобы связать с тобой жизнь надо еще раз сто все взвесить. Характер у тебя, знаешь ли, ужасный. Раздражаешь ты меня порой очень сильно. Живешь в окопе с автоматом в руках, хоть бы раз расслабился и просто наслаждался моментом. Когда уеду домой, скучать не будешь?

— Скучать? Да я наконец-то наслажусь тишиной и спокойствием, — заявил Игорь, задорно улыбнувшись.

Я забыла, что надо дышать. Никогда не видела его таким беззаботным и расслабленным, будто передо мной иной человек. Понимала, что когда-то давно он был таким всегда, вот только реальная жизнь, трудности и беды изменили его. Мне не хотелось спугнуть этот волшебный момент. Когда еще увижу его таким, без брони?

— Тань, ты чего застыла? Обиделась? Я же пошутил. Прости, если обидел, — насторожился Игорь. Я швырнула в него полотенце и улыбнулась.

— Ларин, ты весь пол залил, так что тебе убирать. Шутки у тебя не смешные, но в них есть доля правды. И еще, мне надоело дома сидеть. Будь добр, в свой плотный график впиши и меня. Если едешь в спортзал, то меня тоже бери с собой, не хочу пропускать тренировки.

— Иди ужин разогревай, я сейчас приду и все обсудим, — спокойно ответил он.

Я отправилась на кухню, закинула тарелки в микроволновку. Увидела на телефоне пропущенные от папы, брата и мамы. Перезвонила родным, уверила их в том, что у меня все хорошо. Только закончила разговор, как кожей ощутила присутствие Ларина на кухне, сердце пустилось в пляс. Не оборачиваясь, поставила тарелки на стол.

— Тебе особое приглашение надо? — вскинула я брови, посмотрев на Игоря.

Он подпирал дверной проем плечом и наблюдал за мной, не моргая.

— Тань, я тут подумал, ты мне не жена, не домработница, зачем ты готовишь каждый день? Ты мне ничего не должна, — заявил он.

От раздражения у меня кулаки непроизвольно сжались и челюсти сомкнулись с такой силой, что зубы скрипнули.

— Игорь, не знаешь, почему у меня часто возникает безумное желание треснуть тебя сковородкой? Я просто оттачиваю кулинарные навыки. Ясно? Дома у нас мама хозяйка, поэтому не часто перепадает возможность попрактиковаться. Пока есть шанс угробить чью-то кухню, я от него не откажусь. Зато потом, когда выйду замуж, буду радовать своего мужчину разными вкусняшками, — сказала я, встряхнув волосами.

Заметила, как у Ларина глаза прищурились и губы в тонкую линию натянулись. Интересно, хоть капелька ревности появилась в его крови?

Ларин оттолкнулся от дверного проема и сел за стол. Я расположилась напротив него. Ели молча, бросая друг на друга пронзительные взгляды.

— Очень вкусно, — вдруг похвалил меня, а я чуть со стула не упала.

От него добрые слова — это на вес золота.

— Рада, что понравилось. Надеюсь, что тот, кто меня полюбит, тоже оценит. В моей семье будут строгие правила: сперва семейный ужин, а уже потом все дела. Надо родным больше внимания уделять, а не работе, у которой нет ни конца, ни края.

— Отличные слова человека, который еще не работает. Посмотрю я потом на тебя, как ты свое условие выполнять будешь, когда следователем станешь, — хмыкнул Игорь, изучающе посмотрев на меня.

— Даже спорить не буду с тобой на эту тему, нервы целее останутся. Итак, перейдем к вопросу нашего совместного времяпрепровождения. В зал меня будешь брать с собой, в магазин за продуктами тоже и давай хоть раз выберемся вместе в кино.

— Значит, похода в клуб тебе было недостаточно? Я думал, что тебе впечатлений теперь до конца жизни хватит, — проговорил Игорь, скрестив руки на груди.

Я невольно заскользила глазами по его татуировке.

— Как там, кстати, дела обстоят с Алмазовым? Я дала показания следователям, по сто раз им описала то, что произошло. Зачем ты мне адвоката нанял?

— На всякий случай, если вдруг Алмазов начнет ситуацию наизнанку выворачивать. Хотя, чтобы он там не говорил, у нас очень много видеозаписей о том, как они проводили свои игры. Леденящие душу кадры, — вздохнул Ларин, а я накрыла своей ладонью его руку.

— Что тебя беспокоит? Поделись, — настаивала я.

— Владельцем клуба «Сердце дьявола» является Добровольский Лев Владиславович. Он занимается темными делами, я на него кое-какую информацию откопал, но этого мало, чтобы засадить за решетку. Так вот, когда в его клубе обнаружили группу наркоманов, издевающихся над девушками, он сказал, что ничего не знал, что купил здание и не проверял, замурованы ли шахты. Вчера этот человек преградил мне путь посреди проезжей части и сказал, что хочет поговорить с глазу на глаз. Так я выяснил, что Ярослав Львович Алмазов — внебрачный сын этого человека. Это его единственный сын, в браке детей так и не дождался. Лев Владиславович предложил мне немалую сумму, чтобы я замял это дело и уничтожил улики, настоятельно просил, чтобы и ты не выступала свидетелем в суде. Пригрозил, что если его пацана отправят за решетку, то мы познаем всю его ярость. Так что в моей жизни добавился еще один враг. Хорошо, что слушание дела этого отморозка только через пару месяцев. Я уже приказал надежным ребятам спрятать все улики против Алмазова, чтобы ненароком их никто не уничтожил. Лев Владиславович уже подкупил тех двух девушек, с которыми ты была. Думаю, что и тебе бы он деньги предложил, да подобраться не может, ты же никуда из моего дома не выходишь.

У меня челюсть отвисла от услышанного, часто заморгав, сжала пальцами волосы. Вот же черт!

— Он в своем уме? Сынок людей убивал, а он хочет его на свободе оставить? Пусть сгниет в тюрьме этот псих. Я дам показания в суде, меня он не подкупит, — уверенно ответила, нервно заерзав на месте.

— Тань, я опасаюсь, что если ты выступишь, как свидетель, Добровольский тебе или твоей семье причинит зло, — проговорил Игорь и устало потер шею.

— И что ты предлагаешь? Всю жизнь прятаться? Дать показания и уехать в другой город, чтоб не нашли и не отомстили? — насторожилась я.

— Я хочу, чтобы ты не участвовала в этом деле. Нам хватит улик засадить Алмазова и без твоего выступления в суде. Тебе надо уехать, пожить в другом городе, на всякий случай.

— То есть, ты хочешь весь удар взять на себя? Если Ярика посадят, то Добровольский явится только за тобой. Супер! Не жизнь, а сказка, — вздохнула я, сложив руки на груди.

— Тань, я каждый день рискую получить пулю в лоб. Привык так жить, не хочу, чтобы ты тоже оглядывалась по сторонам и везде видела подвох. Меня не раз уже пытались убить за то, что не подчинялся воле преступников. У тебя жизнь только началась, хочу, чтобы ты выжила. Рядом со мной опасно… Я сестру родную не уберег, не прощу себе, если и с тобой что-нибудь случится. Если соберут мои ребята больше улик против Добровольского, то засажу за решетку еще и его.

Я поднялась со своего места, подошла к Игорю и села к нему на колени, прижалась своей щекой к его щеке и зажмурилась. Мысль о том, что Ларина могут убить, выворачивала мне душу наизнанку.

— Я сделаю так, как скажешь. Если будет нужно, то дам показания в суде, если посоветуешь уехать из города, я уеду. Только и ты обещай, что не будешь геройствовать и лезть в пекло. Не забывай, что смертен, — прошептала я, уткнувшись носом в его шею.

— Я не боюсь смерти, мне терять нечего, — пожал он плечами.

— Не говори так! Жизнь сама по себе бесценна. У тебя не возникало желания все бросить и уехать куда-нибудь на необитаемый остров, чтобы жить вдали от всех и ни о чем не думать, не переживать? — поинтересовалась я, вырисовывая невидимые узоры у него на плече.

— Нет, не возникало. Я никогда не бегу от проблем и не успокоюсь, пока не засажу за решетку как можно больше преступников. Пока жив, хочу помочь другим избежать участи моей сестры, — серьезно сказал он и отстранил меня от себя.

Я поднялась с его колен и вернулась на свое место. Осознала, что он не очень любил, когда нарушали его личное пространство. Поняла, что Игорь — это воин, который будет идти до конца и падет только в сражении, такова его сущность. Стало грустно от мысли, что даже ради меня он не изменится. Мне оставалось лишь ловить каждый момент, чтобы потом с теплотой вспоминать этого мужчину. Мне не хватит сил растопить лед на его сердце, мне не вытянуть его из темной бездны, не вернуть ему потерянный покой. Все, что могла — просто поприсутствовать в его жизни, немного скрасить серые будни и внести чуточку разнообразия.

— Можно задать вопрос? — спросила на одном дыхании, потому что собиралась затронуть тему о будущем.

— С каких это пор тебе нужно разрешение? — усмехнулся он, вальяжно развалившись на стуле.

— Ты будешь со мной общаться после того, как я перееду домой? Или сделаешь вид, что мы не знакомы? — проговорила и замерла, заметив, как его глаза потемнели, а брови сошлись на переносице.

Ларин отвел взгляд в сторону, а у меня сердце будто на части раздирали, отщипывая по маленьким кусочкам.

— Общаться будем, но как друзья… Хотя это неподходящее слово. У тебя своя жизнь, у меня своя — ты должна это осознать, — сказал он спокойно, а мне показалось, что мои внутренности выпотрошили.

— И ревновать не станешь, если я начну с парнями встречаться? Неужели, у тебя настолько каменное сердце? — нахмурилась я, посмотрев на него с недоверием.

— Тань, почему ты так упорно пытаешься залезть мне в душу? — с раздражением произнес Игорь и поднялся с места.

Достал с полки пачку сигарет, а я видела, как дрожала его рука. Ларин прошел мимо меня, направившись на улицу. Я последовала за ним. Любимый стоял, прислонившись спиной к кирпичной стене и курил, глядя куда-то вдаль.

— Я не пытаюсь залезть к тебе в душу, всего лишь стараюсь понять тебя, — спокойно проговорила и стянула с себя вещи.

Игорь замер, глядя на мое обнаженное тело. Я улыбнулась, а потом с разбегу прыгнула в бассейн. Прохладная вода приятно обожгла. Мне хотелось остудиться, потому что внутри все пылало. Вынырнула из воды и посмотрела на Ларина. У меня сердце колотилось как бешеное. Я умирала от осознания того, что нам не быть вместе. Эта мысль разъедала меня и причиняла мучения. Вот угораздило же влюбиться в этого сложного человека.

Я подплыла к бортику и закусила губу, изобразив боль.

— Игорь, у меня ногу свело, помоги выбраться, — позвала его на помощь.

Ларин затушил сигарету и подошел ко мне, присел на корточки, протянул руку, чтобы вытащить меня из воды. Я резко обхватила руками его шею и потянула на себя, из-за чего он потерял равновесие и в одежде свалился в воду.

— Я тебя сейчас убью, — зарычал Игорь, вынырнув из воды, я взвизгнула и отплыла от него на безопасное расстояние.

Как оказалось, Ларин плавал очень быстро, догнал меня в два счета. Цепкие пальцы впились в мою талию. Рывок и оказалась прижата к его груди. Бассейн был неглубокий, вода доставала до шеи.

— Меня безумно заводит, когда ты злишься, — прошептала ему в губы, обвивая руками крепкую шею.

Ларин, как дикий зверь, впился в мои губы с яростью и страстью, заставляя все мои внутренности сладко сжаться. Мы целовались словно одержимые, цепляясь друг за друга руками. В такие моменты чувствовала, что нужна ему. Он желал меня так же сильно, как и я его, просто его разум кричал о том, что нельзя поддаваться эмоциям, что это опасно. Понимала, что Ларин пытался оттолкнуть меня только потому, что желал защитить от своих врагов.

Глава 8

Игорь не разрешал мне ночевать в его комнате, и это меня очень злило. Две недели у нас был умопомрачительный секс, от которого напрочь сносило разум не только мне, но и Игорю. Однако в свое личное пространство он меня не впускал. Немного обнадеживало, что мы начали вместе ходить в спортзал, несколько раз съездили за продуктами в магазин и один раз навестили моего отца. Папа смотрел на нас так, будто пытался понять, что между нами творилось на самом деле. Игорь при моем отце был сдержан, как обычно от него веяло стужей. Как ему удавалось запирать свои чувства на замок? Я же смотрела на него влюбленными глазами и с жадностью ловила каждый жест.

Ворочалась с боку на бок и не могла уснуть. Смотрела в потолок на тени, которые образовались из-за дерева за окном, и размышляла о том, как мне жить дальше? Осознавала, что не смогу без Ларина, без его голоса, тяжелого взгляда, без жарких поцелуев, без его внимания. Прикусила губу, чтобы не расплакаться от боли, которая поселилась в сердце. На часах было два часа ночи, а мне не спалось. Осторожно поднялась с дивана и, бесшумно ступая по полу босыми ногами, отправилась в спальню к Игорю. Приоткрыла дверь и замерла на пороге. Мне кажется, что тишину нарушало мое колотящееся сердце, которое готово было в любой момент выскочить из груди. Скользила взглядом по родному лицу, и внутренности стягивались в узел. Спящим Игорь казался намного моложе. Он спал на спине, подложив одну руку под голову, а вторая вытянута вдоль туловища. Я не спеша приближалась к его кровати. Стараясь не дышать, осторожно легла рядом.

— Тань, что случилось? — шепотом спросил он, не открывая глаз, а я вздрогнула.

Черт! Напугал!

— Думала, что ты спишь, — сказала еле слышно и не шевелилась.

— Я сплю очень чутко, услышал, как ты вошла в комнату, — признался Ларин и посмотрел на меня выжидающе.

Ах, да, я же ему должна сказать, зачем пришла. Дьявол!

— Не могу уснуть, — призналась я. — Можно с тобой полежу?

— Тань, это не очень хорошая идея, — ответил он и нахмурился.

— Боишься, что когда вернусь домой, будешь скучать по нашим ночным обнимашкам? — усмехнулась я, пальчиком разглаживая морщинку на его лбу.

— Таня, как раз наоборот, опасаюсь, что ты привяжешься ко мне, — заявил он и обнял меня.

Я прижалась щекой к его груди, слушая, как учащенно колотилось его сердце. Ларин гладил меня по голове, как маленького ребенка, а я млела от происходящего. Ночь творит чудеса, она стирает невидимые границы.

— Игорёк, — прошептала я, сжав пальчиками его футболку. — Я люблю тебя, — призналась и перестала дышать.

Игорь заметно напрягся, его рука замерла на моей голове. Слышала, как его сердце споткнулось и сбилось с ритма. Он молчал, и эта тишина медленно уничтожала меня. Понимала, что не дождусь признаний с его стороны, но и в себе больше держать это не могла. Я хотела, чтобы он был в курсе того, что у меня на душе.

— Меня нельзя любить, — проговорил он еле слышно и тяжело вздохнул.

Я приподнялась, опираясь на локти, и посмотрела ему в глаза. Там столько тоски и печали отразилось, что мне стало не по себе.

— Ну, извини, сердцу вообще-то не прикажешь. Это ты у нас железный человек, тебе плевать на чувства других. А я так не умею! Я люблю тебя! И теперь делай с этой информацией что хочешь. Ты просто боишься серьезных отношений, — повысила я голос, потому что эмоции вышли из-под контроля.

— Глупая! — зарычал он, опасно сверкнув глазами. — Я же не раз предупреждал тебя о том, что между нами ничего не может быть! Я не отношений боюсь, а того, что однажды за тобой явятся мои враги. Не хочу портить тебе жизнь, ясно? Ты достойна лучшего, а не больного на всю голову мужика, который живет только с одной целью — упрятать за решетку насильников и убийц. Ты думаешь, я не начинал серьезные отношения?

— Кто тебе право давал решать за меня? Может, я согласна рисковать своей жизнью, лишь бы ты был рядом, — хмыкнула я. — И больше, чем уверена в том, что не было у тебя никогда серьезных отношений.

— Завтра зайдем в гости к Филатовой Катерине. У нее как раз будет тренировка в фитнес зале. Пусть она тебе покажет свой шрам от ножевого ранения, — с раздражением сказал Ларин, а я часто захлопала ресничками.

— Что? Ты о чем? — ничего не понимала.

— Несколько лет назад я предложение ей сделал. Мы собирались пожениться, но свадьба так и не состоялась. Я тогда работал над одним делом. Если вкратце, то упрятал за решетку главаря одной преступной группировки. Его дружки решили мне отомстить, потому что я отказывался от взяток и не пошел у них на поводу. Филатову выследили, когда она домой возвращалась… Ей воткнули нож между ребер и оставили на улице истекать кровью. Она бы умерла, если бы случайный прохожий вовремя не вызвал скорую помощь. В кармане ее брюк была записка для меня. Там говорилось о том, что в следующий раз Кате перережут горло. Мне пришлось спрятать Филатову в другом городе. Только я и Ник знали о том, где она находилась. После того случая я, если и начинал отношения, то заранее предупреждал девушек о том, что семью создавать не намерен. Я постоянно ворошу улей, лезу в пекло и связываюсь с такими людьми, которых другие опасаются и обходят стороной.

— Ты ее любишь? — спросила тихо, глядя глаза в глаза.

— Она мне дорога, мы общаемся как друзья. У нее есть парень. Тогда, в кафе, когда ты нас видела вместе, она мне рассказала о том, что он сделал ей предложение, — ответил мне Ларин.

— А что чувствуешь ко мне? — спросила, заметив, как он закатил глаза. — Не ревнуешь, что Катя выйдет замуж?

— Ты опять хочешь залезть мне в душу? — цокнул он языком.

— Да! Игорь, если на Катю напали, это еще не значит, что меня ждет та же самая участь. Можешь не жениться на мне, мы могли бы просто встречаться, — серьезно сказала, задумчиво посмотрев в его глаза.

— Тань, тебе не кажется, что два часа ночи — не подходящее время для таких разговоров? — с раздражением проговорил Ларин.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Почему он злился, стоило мне затронуть наше совместное будущее?

— Это отличное время, потому что днем ты то на работе, то чертовски занят. Просто хочу понять, что будет с нами, когда закончится этот месяц? Время почти на исходе. Мы хорошо провели все эти дни вместе. Или я для тебя ничего не значу? Ты со мной только ради секса?

— Господи! — застонал Игорь и опустил ладонь себе на глаза. — Таня, я с тобой точно чокнусь. — Только из-за того, что не хочу рисковать тобой, нам придется расстаться. Добровольский опасный тип, не желаю, чтобы он причинил тебе вред назло мне. Он ведь в курсе того, что ты живешь у меня. Поэтому пустим слух о том, что расстались. Так хоть появится вероятность того, что тебя оставят в покое.

— Мы не можем с тобой расстаться, — хмыкнула я. — Для этого нужно начать встречаться. А мы с тобой ни разу даже на свидании не были. Все, что нас связывает — это секс. Так что не отрицай, ты со мной только из-за этого, больше ведь желающих спать с тобой нет. Это и не удивительно. Ты же невыносим! Тебе девушка в любви призналась, а ты «заднюю» включил. Я сделала вывод — ты струсил. И не стыдись, все чего-то боятся в этой жизни. Спокойной ночи, Игорек, — заявила я, гордо вздернув подбородок.

Прикусила щеку изнутри, чтобы не заплакать. Снова как волна налетела на камень и разлетелась на тысячи брызг. Я хотела подняться, но Игорь не позволил. Одним резким рывком уложил меня на лопатки и навис сверху как скала. В его глазах мерцали молнии. Выводить его из себя — это я умела. Видимо мои слова ужалили его, иначе не отреагировал бы так.

— Ларина, я тебя сейчас точно убью, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

— Мне уже умолять о пощаде? — хмыкнула, вскинув брови.

— Я с тобой не ради секса. Боже! Даже не знаю, как достучаться до твоего здравого рассудка? Пытаюсь тебе объяснить, что со мной опасно, а ты не слышишь. Если бы мне было плевать на тебя, я бы тебя к себе в дом не пригласил пожить на целый месяц, — рявкнул он.

Дыхание у него стало тяжелое, прерывистое. Вот же упрямый! Поняла, что не добьюсь от него слов взаимности, не услышу того, что он на самом деле чувствовал ко мне. Интересно, а если я не буду инициативу проявлять, он первым начнет ко мне приставать?

— Отпусти, я пойду спать. Разговоры с тобой подействовали на меня как снотворное. Я тебя услышала. У нас нет будущего, потому что ты боишься серьезных отношений. Что ж… Нам осталось продержаться всего неделю, а потом я исчезну из твоей жизни. Обязательно пришлю тебе открытку с приглашением на свою свадьбу. Надеюсь, что ты за меня порадуешься так же, как и за Филатову.

У Игоря желваки заиграли на скулах, а глаза опасно прищурились.

— Прекрати меня раздражать, — ледяным тоном проговорил он, а у меня ни один мускул не дрогнул.

— А то что, Игорек? Убьешь меня? В таком случае окажешься за решеткой, будешь сидеть на нарах с ненавистными тебе преступниками. Знаешь, у тебя отличная тату выбита в области сердца. Чаще повторяй эти строки. Может, тогда до мозга дойдет значение этих слов: «Прислушивайся к своему сердцу». Почему ты написал эти строки? Хотя, не отвечай, — махнула рукой и попыталась выбраться из-под тяжелого горячего мужского тела. — Я же снова спрашиваю о личном. И вообще, отпусти меня! — сказала с раздражением и уперлась ладонями ему в грудь.

Игорь отстранился от меня, а я вскочила с кровати и направилась к двери.

— Сестра мне часто говорила эту фразу… — тяжело вздохнув, ответил Ларин, а я замерла, взявшись за ручку.

Уже собиралась выйти из комнаты, но обернулась. Игорь сидел на краю кровати, устало разминая шею рукой.

— Она мне советовала прислушиваться к сердцу, мол, оно никогда не обманет. В память о ней, сделал это тату.

— Мне очень жаль, что с твоей сестрой случилась такая беда, но твоей вины в этом нет. Такова жизнь. Одни умирают, другие рождаются. И мы с тобой смертны. Неизвестно, сколько времени отведено каждому из нас. Я всего лишь хотела прожить оставшиеся часы счастливо, ловя каждое мгновение. Ты же тратишь свою жизнь на месть, на опасения. Твой отец, несмотря на опасную работу, все же подарил жизнь тебе и Ангелине. У него были счастливые моменты, и после него в этом мире остался ты, а кто останется после тебя? Если бы все люди на Земле действовали по твоему гениальному плану: чтобы защитить семью — ее лучше никогда не создавать, то человечество давно бы вымерло, — с этими словами вышла из его комнаты и громко хлопнула дверью.

Бесит! Как же он меня бесит! И в то же время люблю до безумия.

Влетела в свою комнату и растянулась на диване. Уткнулась носом в подушку и завизжала, пытаясь выплеснуть эмоции. Звук потерялся в ткани, чему я была очень рада. Не хотела, чтобы Ларин узнал, как мне плохо. Я сильная! Я справлюсь. Ничего, посмотрим, как он спокойно отреагирует, если у меня парень появится.

— Игорек, ты не на ту нарвался, — прошептала я в тишину. — Ларины так просто не сдаются. Ничего, я заставлю тебя ревновать.

Если любит, то не сможет отпустить. Ведь так? Но и насильно мил не будешь. Если пойму, что действительно не любит, то уйду, а если любит, то буду рядом.

Утром встала пораньше. Несмотря на то, что мало спала, чувствовала себя бодрой. Отправилась на кухню и сварила кофе, на аромат которого пришел Игорь. Молча стоял на пороге, сложив руки на груди. Судя по его внешнему виду, он не выспался и был очень зол. Я решила сделать вид, что ночного разговора не было. Тоже возведу вокруг себя стену, посмотрим, как ему это понравится.

— Доброе утро. Игорь, тебе не сложно будет отвезти меня в библиотеку? Хочу подготовить реферат, нам на лето задание давали, а я все откладывала. Это общественное место, поэтому не думаю, что там на меня кто-нибудь нападет, — сухо проговорила я, поставив на стол чашку и для Ларина.

— Хорошо, — ответил он и сел за стол.

Старалась не смотреть ему в глаза. Уткнулась носом в экран своего сотового, переписывалась с Мишей. Брат интересовался, как у меня дела. Я у него уточнила, сможет ли он забрать меня из библиотеки, на что Миша дал положительный ответ. Чувствовала каждой клеточкой прожигающий взгляд Ларина, но не обращала внимания.

— Во сколько тебя забрать? — спросил Игорь, нервно постукивая пальцами по чашке.

— Меня Миша заберет, так что работай до посинения, на меня не отвлекайся, — ответила, так и не взглянув на Игоря.

— Как соберешься домой, позвони мне, я тебя встречу, — прозвучал ледяной тон.

— Ага, — буркнула без эмоций, поднялась из-за стола и отправилась в комнату, чтобы переодеться и взять с собой все необходимое.

Натянула приталенный бирюзовый сарафан, волосы затянула в тугой хвост. Слегка подвела глаза, закинула в сумку тетрадку и ручку, а потом вышла из комнаты и направилась на улицу.

Через три минуты из дома вышел Игорь. Как всегда выглядел отлично в темных брюках и светлой рубашке с коротким рукавом. Ларин нажал на брелок, и машина мигнула фарами. Любимый открыл передо мной дверь автомобиля. Я села на пассажирское место. Игорь расположился за рулем. Втянула в легкие воздух, уловив аромат его дорогой туалетной воды, и в животе бабочки запорхали. Почему этот человек так на меня действовал? Почему тянуло к Ларину как магнитом?

Игорь открыл бардачок и достал оттуда несколько крупных купюр, а потом протянул мне. Я удивленно вскинула брови и внимательно посмотрела на Ларина.

— Возьми. Вдруг захочешь перекусить или попить… На карманные расходы… Если что, то сразу звони, — серьезно проговорил он, а у меня будто почву выбили из-под ног.

Не могла понять этого мужчину. Он переживал о том, что я проголодаюсь, а у меня нет с собой денег? Это, что же выходит, Ларин обо мне думает? Взяла деньги и положила к себе в сумочку.

— Спасибо. Я тебе потом все верну, не люблю быть должником, — призналась я, пристегивая ремень безопасности.

— Не надо мне ничего возвращать, — ледяным тоном проговорил он, а я отвернулась к окну, лишь бы не видеть стужу в его глазах.

Ехали молча, каждый думал о своем. Я смотрела в окно и размышляла над тем, как могла так влипнуть? Сначала все казалось игрой и приключением, а теперь засосало, будто в болото, и каждое лишнее движение вело к неминуемой гибели. А если быть точнее, к тому, что я полностью и бесповоротно привязалась к Ларину. Вот как пережить расставание с ним? Хотя, глупо. Мы ведь не встречаемся. Понятия не имела, что за отношения у нас? Мы занимались жарким, страстным сексом, завтракали вместе, общались, но не спали в одной комнате, никуда толком вместе не ходили и не строили планов на будущее. Я мало что знала про Игоря, потому что он держал дистанцию. И вроде разумом понимала, что это гиблое дело, что мне не растопить лед в его душе, но вот мое сердце не хотело сдаваться. Я мысленно прорабатывала стратегии, думала, как лучше себя вести с Лариным, чтобы в итоге он стал моим и, к сожалению, не находила нужного варианта. А все потому, что не знала, что нравилось Игорю, а что нет. Как же сложно!

— Тань! — повысил голос Ларин, а я вздрогнула.

Как оказалось, он несколько раз позвал меня, а я не реагировала, ушла в себя.

— Что? — растерянно ответила, посмотрев на Игоря, он нахмурился.

— У тебя все в порядке? — насторожился он. — Прости, если обидел ночью.

— У меня все отлично, — соврала. — На друзей никогда не обижаюсь. Судя по нашему ночному разговору, именно в эту категорию ты меня относишь.

— Тань, — начал Ларин, а я подняла ладошку, призывая его замолчать.

— Игорь, лучше ничего не говори. Хорошо? Нервы целее будут у нас обоих, — заявила я. — Останови на остановке, к зданию все равно нельзя подъехать. Дойду пешком.

Ларин припарковал машину у обочины и включил аварийный сигнал.

— Уеду, когда ты войдешь в библиотеку, — сказал он, а я улыбнулась.

— До вечера, — проговорила и взялась за ручку.

Ларин притянул меня за затылок к себе, чтобы поцеловать, но я успела приложить ладонь к его губам и не позволила Игорю прикоснуться ко мне.

— Ларин, я с друзьями не целуюсь и, тем более, не занимаюсь сексом, — заявила, натянуто улыбнувшись. — Хорошего тебе дня, друг! — с этими словами выскочила из машины.

Чувствовала на себе его гневный взгляд, который будоражил каждую мою клеточку. Телефон завибрировал в сумке. Достала сотовый и увидела номер Игоря.

— Прокурор? Чем обязана? — спокойно спросила, приложила все усилия, чтобы голос не дрогнул.

— Тань, что за детский сад? — устало проговорил он, а я не удержала нервный смешок.

— Детский сад был раньше, а теперь я решила жить как взрослые. Раз мы друзья, то я буду соответствовать этой категории.

— Ты права, так будет правильно, — ответил он и отключил телефон.

Я прикусила губу, зажмурилась, роняя горькие слезы. Сердце вопило и кровоточило, а вот разум подсказывал, что это верное решение. Если Ларин захочет быть со мной, то пусть, как и подобает мужчине, предложит руку и сердце, а если нет, то надо его отпустить. Роль любовницы и не пойми кого, меня не устраивала. Это сначала было здорово, новые эмоции захлестнули так, что разум отключился, а потом поняла, что хочу стабильности, а не это подвешенное состояние. Знала, что сама во всем виновата. Неправильно себя вела, вот и осталась у разбитого корыта. Но так устроена жизнь, мы, прежде чем научиться ходить, падаем и набиваем себе шишки, однако это не останавливает нас от попыток начать все сначала. И ведь как бы сложно не было, мы все же в итоге делаем заветные шаги, обретаем равновесие и начинаем ходить. Так же и я справлюсь, научусь правильно жить, ну а синяки и ссадины станут для меня напоминанием о том, как нельзя делать.

Вошла в библиотеку и полностью погрузилась в написание реферата. Здание было трехэтажным. На первом располагался буфет, где я и перекусила, устроив себе перерыв. Тоскливо смотрела на телефон. Очень соскучилась по подругам, мы созванивались, вот только теперь редко виделись, потому что Игорь никуда меня не отпускал вечером. Встречалась с ними в основном утром и то под контролем Ларина. Знала, что и в данный момент он, скорее всего, отслеживал мое местонахождение. Когда на экране высветился номер прокурора, я улыбнулась.

— Чем обязана? — придала голосу спокойный тон, стараясь не выдать истинных чувств.

— У тебя все хорошо? — поинтересовался Ларин, слышала напряжение в его голосе.

— Да. Что со мной может случиться в библиотеке? — хмыкнула я.

— Переживаю, что Добровольский воспользуется моментом и пришлет к тебе своих головорезов, — признался Игорь. — Если это произойдет, скажи, что показания в суде давать не будешь, так как была под кайфом и толком ничего не помнишь. Поняла? Без героизма. А то я успел узнать, какой у тебя вспыльчивый характер.

— Вот только давай не будем обсуждать характеры. Кто бы говорил про вспыльчивость, — хмыкнула я.

— Таня! Ответь на вопрос: ты поняла меня или нет? — рявкнул на меня Ларин.

— Игорек, я сегодня вечером заварю тебе успокоительный чай. Что-то ты в последнее время нервный и агрессивный. Все я поняла, — спокойно ответила, сделала глоток чая.

— Если что, сразу звони, — выдохнул он и попрощался со мной.

Допила чай, посмотрела на часы. Миша должен был забрать меня через десять минут. Уже собиралась подняться с места, но неожиданно ко мне подсел незнакомый мужчина в темных брюках и светлой рубашке. Я судорожно сглотнула, но не подала вида, что испугалась. Заскользила взглядом по татуировкам на жилистых руках.

— Ларина? — уточнил верзила, смерив меня оценивающим взглядом.

— Да, а вы, простите, кто? — бросила на него холодный, безразличный взгляд.

— Тебе привет от Ярослава, — оскалился мужчина.

У меня сердце споткнулось, но я вида не подала.

— Спасибо, ему тоже привет передавайте, — сухо ответила. — У вас все? — спокойно поинтересовалась.

— Сколько денег хочешь за свое молчание в суде? — задал верзила вопрос в лоб.

— Мне не нужны ваши деньги, — хмыкнула, гордо подняв подбородок. — Если это все, то спешу проститься, опаздываю.

— Деточка, — с нажимом проговорил мужчина. — Не вынуждай нас действовать по-плохому.

— Дяденька, вы мне тут не угрожайте. Деньги свои можете засунуть себе, знаете куда? — прорычала я, заметив, как недобро загорелись глаза незнакомца. — Я вообще в суд не собираюсь приходить.

Мужчина заметно опешил и недоверчиво посмотрел на меня.

— Не понял… Тебе уже заплатили за молчание?

— Никто мне ничего не платил, — хмыкнула, сложив руки на груди. — Я в тот день была под кайфом. Толком ничего не помню, в голове все перемешалось. Уже явь от реальности отличить не могу. Ярику и без моих показаний срок светит. К тому же, мы с ним так страстно целовались и обнимались, что судья, навряд ли, посмотрев записи, поверит в то, что он меня там силой удерживал, — пожала плечами.

Видимо, верзила был в курсе этой записи, потому что понимающе кивнул, и его губы растянулись в ухмылке.

— Ларина, только не забывай о том, что герои живут не долго, — с нотками угрозы проговорил незнакомец и поднялся из-за стола.

— Дяденька, приберегите угрозы для других и берегите себя. Злодеи, они ведь тоже мрут как мухи, — заявила, вздернув подбородок. — Ярославчику пламенный привет.

— Не сомневайся, передам, — огрызнулся он и скрылся с моих глаз.

Лишь после этого я выдохнула. У меня ладони вспотели от волнения, а сердце сжималось до боли. Хорошо, что Игорь нашел мне хорошего адвоката, да и делом моим занимался знакомый следователь. Папа тоже приложил руку к тому, чтобы я выпуталась из этой истории «чистой» и невредимой.

Когда зазвонил мой сотовый, я вздрогнула. Взяла телефон дрожащими пальцами и ответила на звонок, стараясь придать голосу беззаботность.

— Танюшка, я подъехал, можешь выходить, — сказал Миша.

— Уже иду, — ответила и подхватила сумку.

Выскочила из библиотеки и, не оглядываясь, помчалась к остановке, где стояла припаркованная машина брата. В голове пульсировала лишь одна мысль: за мной наблюдали враги, а я этого даже не заметила. Ужас!

— Танюшка! — завопила Наташа, выскочив из автомобиля.

— Спешилова, а ты тут откуда? — удивленно уставилась на подругу.

— Я это… Мы… — засмущалась она, перевела взгляд себе под ноги.

Миша прижал к себе растерянную Наташу и улыбнулся.

— Я встречаюсь с твоей подругой, — заявил брат, а у меня рот открылся от удивления.

— Миша! Я тебя убью! Ты же обещал не лезть к моим подружкам. Ты ей сердце разобьешь, а я по твоей вине Наташи лишусь.

— Танюха, сбавь обороты, — строго сказал Миша, метнув на меня убийственный взгляд. — Мы взрослые люди, поэтому не обязаны перед тобой отчитываться. Так что прими эту информацию и не ворчи.

— Партизаны, — улыбнулась я, обняв обоих. — Ладно, я рада за вас, просто ошарашили новостью.

— Мы тут собрались на дачу к Даше, поедешь с нами? — спросила Наташа, с надеждой заглядывая в мои глаза.

Решение приняла за долю секунды. Я ведь с братом, под присмотром…

— Конечно! Соскучилась по нашей компании, так что не упущу эту возможность, — ответила я.

По дороге веселились, общались, смеялись, слушали музыку. Все-таки хорошо, что брат начал встречаться с моей подругой. Все родные для меня люди под боком. Когда выехали за пределы города, мой телефон завибрировал. На экране высветился номер Ларина.

— Ты где? — услышала его напряженный голос.

— С Мишей еду на дачу к Даше, — спокойно ответила я.

— Брату дай телефон, — приказной тон, не терпящий возражений.

— Миша, тут тебя хотят, — хмыкнула я, протянув сотовый брату.

— Да, она со мной, — ответил Миша, бросив взгляд на меня в зеркало заднего вида. — Вообще-то мы с ночевкой едем, — заявил он, а я удивленно заморгала.

Вот это поворот. И почему они меня не предупредили об этом? Думала, что немного пообщаемся и по домам. Однако услышанному была безумно рада. Хоть немного сменю обстановку.

— Не переживай, глаз с нее не спущу. Да и там твой друг Колесников будет, так что никуда сестра моя не денется, все присмотрим за ней, — усмехнулся Миша. — Никиту пригласила Даша, а он согласился. Давай, до связи.

— Не поняла, — проговорила я, скрестив руки на груди. — Даша и Никита встречаются? Когда они успели?

— Нет, они не встречаются, пока просто общаются. Когда тебя похитили, мы места себе не находили. Ник нас подбадривал, быстро вызвал группу захвата. А потом Игорь тебя в больницу повез, а Колесников нас с Дашей домой закинул на своей машине и вернулся на место преступления. С тех пор мы с ним поддерживаем связь. Он всегда за любые посиделки. Отличный мужик! — заявила Наташа, а Миша тактично покашлял, напоминая о том, что находится рядом. — Ой, только не говори, что ревнуешь, — усмехнулась Спешилова и потрепала моего брата по волосам.

Мы подъехали к воротам. Даша выскочила нас встречать. Подруга повисла у меня на шее и завизжала от радости.

— Наконец-то все в сборе! — с восторгом проговорила она.

Когда вошли во двор, заметила Орлова и его друзей. На деревянном стуле сидел Никита и курил, увидев меня, помахал рукой.

— А по какому поводу ты решила собрать всех у себя на даче? — удивилась я.

— Мы решили отметить то, что наша подруга осталась жива после встречи с маньяком, — воскликнула Наташа.

Девчонки из моей группы тоже принялись меня обнимать. Я не ожидала подобного.

— Мы все за тебя безумно переживали. Игорь у тебя, конечно, суровый, не позволил нам тебя навестить ни в больнице, ни потом. Так что мы решили устроить сегодня вечеринку, чтобы побыть всем вместе. Жизнь-то, оказывается, штука непредсказуемая, нельзя ее бесцельно прожигать, надо чаще видеться, любить друг друга!

— Вы похитили Танюшку из-под носа у Ларина? — хохотнул Ник. — Он ее ни на шаг от себя не отпускает. Представляю, как вы его разозлили своей выходкой. Игорек любит, чтобы все было под контролем. Ну и попадет же тебе Танюшка от него, когда домой вернешься.

— Не попадет, — сказала громко, вздернув подбородок. — Мы с Игорем расстались. Решили остаться просто друзьями, — заявила я.

Ларин ведь собирался пустить этот слух? Ну, так я ему помогу в этом.

— Ого, — присвистнул Никита и покачал головой. — Теперь ясно, почему Игорь сегодня на работе был такой злющий.

— Я вообще не представляю, как ты с ним столько времени продержалась? Он же одним взглядом заставляет сердце останавливаться в груди, — выдохнула Даша, обняв меня.

— Давайте не будем. Игорь хороший человек, просто мы не сошлись характерами, — ответила я, строго посмотрев на друзей.

Хотела, чтобы все поняли, что я не намерена перемывать кости Ларину и, уж тем более, вдаваться в подробности нашей личной жизни.

Друзья у меня понятливые, сразу сменили тему. Дальше мы мирно общались, слушали музыку. Парни жарили шашлыки, девчонки готовили салаты. Затопили баньку. Даша дала мне свои вещи. Друзья специально не предупредили меня заранее про эту встречу, потому что боялись, что Игорь меня не отпустит. У меня же сердце кровью обливалось. Я всей душой любила Ларина, мне его не хватало. Приходилось играть роль беззаботной девицы, улыбаться, а вот на душе кошки скребли. Игорь не звонил, а значит, ему плевать на меня. Он осознал, что я под присмотром Миши и Никиты и перестал волноваться.

Я отогнала от себя ненужные мысли и старалась беззаботно общаться с друзьями. Заметила, как Никита усадил к себе на колени Дашу, что-то прошептал ей на ухо, а она покраснела как рак. У подруги глаза блестели, а на губах играла улыбка. Миша, перекинув через плечо Наташу, потащил ее в дом. Она визжала и била его по спине, но он не обращал на нее внимания. То тут, то там стояли воркующие парочки. Мне же не хватало кислорода. Почему Ларин не может быть таким же, как все? Открытым, веселым? Он же был нелюдимым, замкнутым и одиноким. Я успела выяснить у Никиты о том, что у Игоря много друзей, но я никогда не видела, как Ларин вел себя в компании.

— Что грустишь? — спросил Орлов и сел рядом со мной. — Замерзла? — и, не дожидаясь ответа, скинул с себя спортивную кофту и накинул мне на плечи.

— Спасибо, — искренне поблагодарила и будто по-новому взглянула на Стаса.

Симпатичный парень с ясными голубыми глазами. Вот только не вызывал он у меня трепета в душе, и бабочки не порхали в животе. Я воспринимала его скорее как друга. Навязчивое желание заполучить этого человека развеялось как дым, осознала, что тогда это было что-то вроде азарта. Я уже поняла, что люблю сложные задачи, невыполнимые миссии.

— Значит, рассталась с женихом? — спросил он, делая затяжку.

— Что-то типа того, — пожала плечами, у меня не было желания говорить на эту тему.

— Как насчет свободных отношений? — подмигнул он мне, а я удивленно вскинула брови.

Орлов хочет со мной встречаться? Я сплю?

— Предлагаешь поплакаться в жилетку? — усмехнулась я. — Стас, я тебя не понимаю. Ты симпатичный парень, разумный, будущий следователь, но почему такой бабник? Зачем тебе свободные отношения? Не проще ли найти одну нормальную девушку и жить с ней?

Орлов снова сделал затяжку, отвел взгляд в сторону. Видела, как задрожала его рука от волнения.

— Тайны хранить умеешь? — спросил он, бросив на меня тяжелый, пробирающий до костей взгляд.

— Стас, вообще-то ты уже в курсе того, что я никогда ничего и никому не рассказываю.

— В общем… Я начал встречаться с одной девчонкой, переспал с ней, как оказалось, был первым мужчиной в ее жизни. Она считала, что я женюсь на ней, а я… Одним словом, бросил ее и замутил с другой. Тогда, в восемнадцать лет, я не собирался еще жениться, мне хотелось нагуляться, найти одну единственную. Ладно… Не суть… Ульяна не смогла пережить того, что я ушел, она спрыгнула с пятого этажа, оставив записку, что это я во всем виноват, — Стас судорожно сглотнул.

— Она погибла? — взволнованно прошептала и прикусила губу.

— Ульяна выжила, но теперь навечно прикована к инвалидному креслу. Я живу с грузом вины. Конечно, не я ее столкнул с пятого этажа, но из-за того, что разбил ей сердце, случилась эта беда. Чтобы как-то поддержать эту девушку, я стал приходить к ней каждый день в больницу, мы общаемся вот уже четыре года. Ульяна очень добрая, светлая девушка, и я влюбился в нее за эти годы, вот только врачи сказали мне, что осталось ей недолго. Мне не хочется заводить серьезные отношения, ведь душой тянет к Уле, ну а физиологию никуда не денешь. Я же не монах — жить без секса. Поэтому ни с кем серьезные отношения не строю и больше с девственницами не связываюсь. Пока Уля жива, я посвящаю ей всего себя, когда ее не станет, тогда подумаю, как жить дальше. Мне хочется быть рядом с ней, помогаю ей и финансово, и морально. Ты думаешь, я у тебя рефераты заказываю, потому что на учебу наплевал? Нет! Я подрабатываю ночами, чтобы помочь родителям Ульяны купить дорогостоящие лекарства, за учебу порой некогда сесть. Стараюсь каждый день навещать ее, а если не прихожу, то обязательно звоню ей. Такая вот история. Вот и подумал, раз ты рассталась со своим и пока не нашла ему замену, можем побыть вместе без обязательств.

— Стас, я не готова пока ни к каким отношениям. Если помощь потребуется, обращайся. У меня есть небольшие сбережения, копейки конечно, но могу дать тебе, чтобы помочь Ульяне. Мне очень жаль, что все так случилось, — вздохнула и положила голову на плечо Орлова.

Теперь стало понятно, почему он все эти годы ни с кем не стоил серьезных отношений.

Стас поцеловал меня в макушку, как ребенка.

— Танюша, спасибо, я знаю, что у тебя доброе сердце. Помощь лишней не бывает. Только ты никому из ребят не говори. Пусть считают меня бабником и козлом, это лучше, чем видеть сочувствующие взгляды. Мы с Улей завтра собираемся погулять в парке, хочешь, приходи, познакомлю вас. Она будет рада новому другу, — проговорил он.

— Обязательно приду. Почему ты только сейчас рассказал мне свою тайну? — удивилась я.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Честно признаться, ты мне сразу понравилась, как только мы с тобой познакомились. Вот только понимал, что ничего между нами не может быть. Потом ты единственная, кто откликнулся помочь мне с рефератами, да еще и за такую низкую стоимость. Я был рад нашему общению. Видел, как ты на меня смотрела, поэтому старался держаться на расстоянии, чтобы не разбить еще одно сердце. Теперь, когда узнал, что у тебя были непростые отношения с серьезным человеком, понял, что я не в твоем вкусе, поэтому можем стать друзьями.

— Стасик, я итак тебя считала своим другом, — улыбнулась я. — Не знаешь, почему Ира не пришла? — сменила я тему.

— После того, как против ее брата завели уголовное дело, она перестала с нами общаться. Наверное, ее расстроило то, что она родственница маньяка. Мы звали ее с собой, но она отказалась приезжать, — ответил Орлов.

Я поежилась от холода, несмотря на то, что было лето, ночная прохлада неприятно окутала тело. Стас ощутил, как меня лихорадило, и прижал к себе.

— Замерзла? — уточнил он, на что я утвердительно кивнула.

Перевела взгляд на Никиту, он заметно оживился и лучезарно улыбнулся, посмотрев куда-то в сторону калитки. Я проследила за его взглядом, и меня бросило в жар. Сердце учащенно забилось, мурашки поползли вдоль позвоночника, а ладошки вспотели. Уверенной походкой к нам приближался Ларин. У меня восторг смешался с чувством настороженности. Зачем он явился? Первым желанием было подскочить с места и обнять Игоря, но одернула себя. Нельзя забывать о том, что мы теперь просто друзья. Это слово больно резало слух, но деваться некуда, нужно привыкать к реальности, а не летать в облаках. Никита, придерживая за талию Дашу, подошел к Ларину и пожал ему руку. Миша с Наташей вышли из дома, чтобы поприветствовать нового гостя. Я так и сидела в объятиях Стаса и надеялась, что меня Ларин не заметит. Наивная? Конечно! Игорь метнул в мою сторону такой леденящий душу взгляд, что мне стало дурно.

В его глазах прочла фразу: «Таня, готовься к медленной смерти».

Орлов напрягся, но невозмутимо смотрел в глаза Ларина. Стас протянул руку для рукопожатия, и Игорь ответил на приветствие, при этом задержал на мне убийственный взгляд.

— Игорь, ты тут какими судьбами? — усмехнулся Никита. — Только не говори, что за бывшей невестой бегаешь. У нее теперь новый поклонник, — хохотнул Колесников, подмигнув мне.

Ларин заметно подобрался, достал из кармана сигареты и закурил. Делал это не спеша, вот только желваки, ходящие на скулах, выдавали его нервозность.

— Бывшая… — протянул Игорь и прищурился, испепеляя меня взглядом.

Он понял, что я всем рассказала о том, будто мы расстались.

— Ларин, поражаюсь тебе. Ты столько девчонок упустил. Не жалеешь? — без тени шутки спросил Никита, прижав к себе Дашу и уткнувшись подбородком ей в макушку.

— Ник, если хочешь остаться моим другом, держи язык за зубами, — зарычал Ларин, сделал затяжку и выпустил едкий дым из легких.

Я, как наркоман, ловила каждый жест Игоря, и кровь горячей массой ползла по венам, обжигая меня. Кислорода не хватало. Смотрела на Ларина, не моргая. Понимала, что одержима им.

— Дружище, расслабься, не выдам я твои тайны, — задорно улыбнулся Никита и похлопал друга по плечу.

— Игорь, проходите. У нас и мясо, и напитки есть, угощайтесь, — предложила Даша, проявив гостеприимство.

— Спасибо, мы с Таней сейчас уезжаем, — заявил Ларин, а у меня рот открылся от удивления. — У нас с ней серьезный разговор намечается, — метнул на меня колючий взгляд.

— Тань, я тебе утром позвоню, договоримся о встрече, — громко сказал Орлов.

— Хорошо, завтра увидимся в парке, — кивнула я и поднялась.

Сняла с плеч спортивную кофту и протянула Стасу.

— Оставь пока у себя, чтобы не замерзнуть, — заботливо проговорил Орлов.

Ларин выхватил из моих рук чужую вещь и протянул Стасу.

— Не пригодится, — сухо бросил Игорь, стянул с себя пиджак и набросил мне на плечи.

Я попрощалась с друзьями и направилась к выходу. Около ворот стояла машина Ларина.

— Спасибо, что не затеяла скандал и выяснение отношений, а спокойно согласилась уехать. Взрослеешь на глазах, — сказал Игорь, открыв мне дверь.

Честно признаться, первым порывом как раз и было устроить скандал и прилюдно послать Игоря. Но я сдержала свои эмоции и решила провести с этим мужчиной еще немного времени, которое утекало сквозь пальцы и приближало нас к расставанию.

— Если бы мы по-настоящему встречались и разошлись, тогда бы послала тебя ко всем чертям. А так, это всего лишь иллюзия. Друзья в курсе того, что между нами все кончено. Подумают теперь, будто мы решили попытаться снова, но, к сожалению, из-за твоего скверного характера у нас ничего не получится. Поэтому в эту ложь поверят все без исключения, ведь это так похоже на правду, — горько усмехнулась я и перевела взгляд в окно.

— Значит, если бы расстались по-настоящему, ты бы в тот же вечер с новым парнем зажигала? Это и есть твоя любовь? Сразу нашла утешение в объятиях другого? — с раздражением проговорил Ларин, резко маневрируя по проселочной дороге.

Воздух в салоне накалился до предела. Чувствовала нервозность и злость Игоря и не понимала его реакции. Кажется, мы оба запутались в иллюзии, которую создали для других.

— Ты ревнуешь, или мне показалось? — хмыкнула я. — И не искала я утешения в объятиях другого. Просто замерзла, — оправдалась, уткнувшись носом в пиджак Ларина.

Вдыхала умопомрачительный запах его туалетной воды и жмурилась от удовольствия.

— Завтра на свидание с ним собралась? — спросил Ларин, проигнорировав мой вопрос.

Снова закурил, приоткрыл окно, чтобы выпустить дым.

— Ларин! Я чего-то не понимаю… Тебе какое дело, с кем я и куда пойду? Мы же с тобой друзья. Ты забыл? Ты мне не муж и не парень, так что верность тебе хранить не обязана, — заявила, встряхнув волосами.

Ларин резко нажал на тормоз, и машина со свистом остановилась посреди пустой трассы. Игорь сжимал руль с такой силой, что пальцы побелели. У меня мурашки поползли по спине, когда заметила звериный взгляд, наполненный яростью и злостью. Сердце сбилось с ритма. Хотелось с криком: «Помогите!», выскочить из машины, однако выдержала этот взгляд и ни один мускул не дрогнул.

— Тань, я не дурак, знаю, для чего ты это делаешь. Ты пытаешься надавить на ревность и пробудить во мне чувство собственника. Спешу разочаровать, не одна ты так поступала, так что я привык уже. Да, бьешь по больному, молодец, нашла слабое звено. Вот только не учла одного — чтобы ты не делала, все равно через несколько дней вернешься к своему отцу. Суд прошел, виновные наказаны, поймали и тех, кто следил за тобой, так что тебе уже ничего не угрожает. На всякий случай еще несколько дней погостишь у меня, а потом собирай вещи. Спать с другими парнями или нет — это твое право. Ты мне не жена, не девушка, так что не обязана хранить верность. Просто будь осторожна, я опасаюсь, что тебя не оставят в покое. Рассказывай отцу или брату о том, с кем встречаешься и куда ходишь, чтобы они были в курсе твоих перемещений по городу, и сережки не снимай. Лучше перестраховаться, — ледяным тоном проговорил Ларин.

Я прикусила губу и шмыгнула носом. Слезы покатились по щекам, как не пыталась их удержать, все же не смогла.

— Тань, перестань, — устало сказал Игорь.

Он нервно тарабанил пальцами по рулю, а меня это дико раздражало.

— Какой же ты сложный… Прости меня, — глотая слезы, прошептала я. — Всей душой мечтала быть с тобой. Влюбилась в тебя по уши. Но опыта мало, не знаю, как понравиться мужчине. Ты с самого начала предупреждал о том, что ничего между нами не может быть, а я, как дура, надеялась на то, что ты оттаешь… Я все поняла. Поехали домой, — еле выдавила из себя слова, ком в горле душил.

Ларин нежно провел подушечкой большого пальца по моей щеке и стер слезы.

— Тань, вот этого я и боялся больше всего, что ты привяжешься ко мне. Пойми, я привык жить один. Дело вовсе не в тебе. Если бы у меня не было столько врагов, я бы открыл тебе свое сердце. Но я не стану этого делать, потому что не хочу быть повинным и твоей гибели. И поверь, мне тоже сложно, но я должен тебя отпустить. Перестань, пожалуйста, плакать. Я не стою твоих слез. Ты обязательно найдешь того, кто подарит тебе счастье, а про меня со временем забудешь, — заявил он и достал из пачки очередную сигарету.

— Тебе сложно? Не смеши меня, — нервно усмехнулась я, прикусив губу. — Ларин, как же я завидую твоей железной броне. Вот бы и мне так научиться закрывать свои эмоции.

— Тань, не от хорошей жизни появляется это умение. Давай договоримся о том, что ты не станешь делать глупости. Хорошо? — с нажимом проговорил он, посмотрев в мои глаза с теплотой.

— Вены вскрывать не стану, прыгать с крыши тоже, под колеса твоей машины бросаться не намерена. Удовлетворен ответом? — шмыгнув носом, натянуто улыбнулась.

Замерла, потому что Ларин нежно провел подушечкой большого пальца по моим губам.

— Вот и умничка. Если помощь какая потребуется, обращайся, но специально встреч со мной не ищи. Так нам обоим будет проще, — серьезно сказал любимый, а у меня от боли внутренности скрутило.

Мне вот точно проще не станет. Но я — Ларина! А Ларины не сдаются и не падают духом.

— Не переживай, я тебя не потревожу, — тяжело вздохнув, ответила и отвела взгляд в сторону.

Понимала, что Игорь решил расставить все точки, чтобы у меня не осталось сомнений в том, что нам не быть вместе.

— Поехали домой, — промолвила, задыхаясь от боли.

Ларин задержал на мне взгляд, отчего меня стало лихорадить, а потом завел двигатель. Машина сорвалась с места. Мы вернулись домой, и разошлись по своим комнатам. Я еще долго не могла уснуть. Смотрела в потолок и размышляла над тем, что жизнь несправедливая штука. Но кто виноват в том, что обожглась, в том, что сердце разбилось? Только я. Игорь изначально не собирался смешивать личное и работу, но я не оставила ему выбора, ворвалась в его жизнь без разрешения. Раз ему без меня будет лучше, значит, придется отпустить. Ведь мы на все готовы ради тех, кого любим. Даже способны наступить себе на горло, лишь бы нашей половине было хорошо. Вот и я решила посадить на цепь все свои эмоции и не мешать Игорю. Мама часто мне говорила о том, что настоящая любовь способна творить чудеса. Мне оставалось лишь надеяться на то, что когда-нибудь познаю силу ответной любви. Мечтала о такой семье, как у моих родителей, где царило уважение и взаимопонимание. А пока предстояло приготовиться к возвращению домой.

Глава 9

Утром проснулась с чувством потерянности и печали. Было грустно из-за того, что мне так и не удалось пробить броню Ларина. В шортиках и майке вышла из комнаты и отправилась умываться. Так ушла в себя, что не заметила Игоря, налетела на него и чуть не упала.

— Извини, — промямлила, не поднимая взгляда, и поспешила в сторону ванной.

— Я кофе сварю, приходи завтракать, — будничным тоном сказал он, а мне показалось, что меня распилили и выпотрошили внутренности.

Неужели, у него настолько крепкие нервы? Или просто все дело в том, что ничего не испытывает ко мне? Представляю, как он мысленно потешался над наивной дурочкой, которая возомнила себе, что способна покорить его сердце. Ларин всегда читал меня, как открытую книгу. Надо научиться прятать эмоции, чтобы больше никто не смог узнать, что на самом деле у меня на душе. Умылась прохладной водой, затянула волосы в тугой хвост, слегка подкрасила глаза с помощью теней, а потом отправилась на кухню. Игорь, как и обещал, сварил кофе.

— Что будешь на завтрак? — поинтересовался Ларин, открыв холодильник. — Есть йогурт, блинчики, творог.

— Ничего, я не голодная, — сухо ответила, устроившись за столом.

Ларин бросил на меня хмурый взгляд, достал из холодильника йогурт и поставил передо мной на стол.

— Ты практически ничего не ешь, так нельзя, — строго сказал он, отчитав меня, как это обычно делал мой отец.

— Мне нужно домой заехать, а потом у меня встреча в парке. Ты отвезешь или мне такси вызвать? — спросила, обхватив пальцами горячую чашку с кофе.

Пыталась унять внутреннюю дрожь, но плохо получалось. Ларин сел напротив меня и прожигал тяжелым взглядом.

— Домой тебя подвезу, оттуда вызови такси. Как сядешь в машину, мне сообщение пришли. Мне надо быть в курсе твоих передвижений по городу, — заявил Ларин.

Слышала в его голосе напряжение.

— Мне уже точно ничего не угрожает. Вчера, кстати, от Добровольского человек приходил. Предлагал мне деньги за молчание. Я отказалась и сказала ему, что не буду выступать в суде. Не думаю, что ко мне придут во второй раз, — проговорила, сделав глоток кофе.

Игорь выронил из руки чайную ложку. Она с грохотом приземлилась на пол.

— Вчера? И ты мне об этом говоришь только сейчас? — рявкнул он, ударив кулаком по столу.

Я вздрогнула и посмотрела на него широко распахнутыми глазами. Судорожно сглотнула, заметив ярость и дикость в глазах Ларина.

— Где это произошло?

— В библиотеке, как раз перед тем, как за мой приехал Миша, — запинаясь, ответила, боялась сделать вдох.

Таким разъяренным я еще никогда не видела Ларина. Он меня очень пугал.

— Надо было сразу позвонить мне! — зарычал Игорь, испепеляя меня грозным взглядом. — Ты хоть осознаешь, что за тобой следили и выбрали подходящий момент, когда никого не было рядом. Уверен, что с тебя до самого суда глаз не спустят, поэтому будь предельна осторожна. Ты не взяла денег, поэтому у Добровольского нет полной уверенности в том, что ты сдержишь слово.

— Могу еще пожить у тебя, пока Ярослава не упрячут в тюрьму, — беззаботно предложила, уже заранее догадываясь о том, что Игоря этот вариант не устроит.

— Ты отправишься домой, это даже не обсуждается. Твоему отцу больше никто не угрожает, всех упрятали за решетку, поэтому теперь тебе безопаснее будет дома, чем у меня. Добровольский знает, что я давно под него копаю, а тут еще выдалась возможность его отпрыска посадить, поэтому он все свое внимание обратит на меня.

— Как скажешь, — пожала плечами и поднялась из-за стола. — Я буду готова через пять минут.

— Хорошо, — смягчился Ларин.

Я прошла мимо него, ощущая каждой клеточкой тяжелую энергетику это человека.

В машине ехали молча. Игорь нервно стучал пальцами по рулю, часто бросал на меня хмурый взгляд, будто его что-то беспокоило, но он не решался задать волнующий вопрос. Любимый притормозил около моего дома и тяжело вздохнул.

— Когда будешь в парке, пришли сообщение или позвони, чтобы я был в курсе того, что ты добралась без приключений, — снова попросил он.

— Как скажешь, — без эмоций ответила я и собиралась выйти из машины, но Игорь меня остановил, схватив за руку.

От прикосновения его теплой руки, меня будто прострелило. Сердце больно сжалось, а кровь понеслась по венам, застучав в висках.

— Набери мне, когда нагуляешься, я тебя заберу из парка, — серьезно проговорил он, а я думать ни о чем не могла, все, на чем сфокусировался мозг — это на теплых пальцах на моем запястье.

Там, где наша кожа соприкасалась, приятно покалывало, и волны наслаждения расходились по телу.

— Хорошо, — еле выдохнула, создавалось ощущение, что у меня ребра стянуты колючей проволокой.

Тонула в омуте его черных глаз и понимала, что пропала. Я так запуталась, что уже не осталось сил анализировать действия этого сложного мужчины.

— Тань… — прошептал он еле слышно, смотрел на меня, не моргая.

У меня мурашки поползли вдоль позвоночника. Не знаю, что он собирался сказать, скорее всего, то, что ему жаль, что все так вышло. Я выдернула свою руку из захвата и открыла дверь. Предпочла спастись бегством, как трусливый заяц.

— До вечера, Игорь, — бросила на ходу и закрыла за собой дверь автомобиля.

Быстрым шагом направилась к воротам, будто за мной гнались волки. Чувствовала пронзительный взгляд Ларина, и хотелось спрятаться. Не оглядываясь, вошла во двор, после чего услышала, как машина Игоря отъехала. Из дома вышел Миша, на ходу строча сообщение в телефоне. Заметив меня, он резко остановился и вскинул удивленно брови.

— Как хорошо, что ты еще дома, — радостно проговорила я. — Отвезешь меня в парк?

— Тань, я на работу проспал. Завезу, конечно, но только давай быстрее, — пробурчал Миша, направившись к своей машине.

— Я быстро, — проговорила и забежала в дом.

Папы уже не было, мама еще не вернулась от старшего брата. Она собиралась погостить у них как минимум еще пару месяцев, чтобы помочь с внуком. Я поднялась на второй этаж, достала с полки шкатулку и открыла ее. Посмотрела на свои небольшие сбережения, сложила деньги в конверт. Без тени сомнения захлопнула шкатулку и положила и ее в сумку, а потом выскочила из дома и направилась к машине брата. Миша успел выгнать автомобиль за ворота.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Ехали первые несколько минут молча. Хотя, это было на нас не похоже. Обычно, оставшись вдвоем, трещали без умолку.

— Зачем тебе в парк? — поинтересовался Миша, бросив на меня быстрый взгляд.

— У меня там встреча с другом, — призналась я.

— В такую рань? — удивился он, разминая рукой шею.

— Нет, через пару часов. Я подожду в кафе. Просто Игорь не дает мне ключи от своего дома, поэтому пришлось сбежать пораньше… — отмахнулась и перевела взгляд в окно.

— Тань, мне отец рассказал причину твоего переезда, я в курсе всего. Хорошо, что ты у Игоря была. Мне тоже приходили угрозы о том, что если я не отговорю отца от дачи показаний, то тебя убьют. Мне только не ясно одно… Вы с Лариным реально встречаетесь, или это такая правдоподобная игра?

— Миша, не спрашивай. У нас все сложно. Скоро я вернусь домой. Как раз папа будет в отпуске, вместе поедем к маме. Про Ларина мне не напоминай, — попросила я. — Вообще никогда… Лучше скажи, как у вас с Наташей дела?

— Я от нее без ума, — хищно улыбнулся брат. — Планирую съехать на съемную квартиру. Хватит уже быть под крылом у мамы и папы. Предложил Наташе вместе жить, но она отказалась. Сказала, что только после свадьбы переедет ко мне.

— Да, у Наташи боевой характер, тебе придется постараться, чтобы завоевать ее сердце, — улыбнулась я.

— Может, подскажешь, что ей нравится, чтобы мне легче было завоевать твою подругу? — хохотнул Миша, а я покачала головой.

— Какой ты хитрый. Никогда и ни за что не раскрою эту тайну. Она хороший человек, если ты не настроен на серьезные отношения, то лучше не пудри ей мозги. Не хочу, чтобы она страдала из-за неразделенной любви. Это очень больно, — проговорила с грустью, ощутив как сердце неприятно сжалось.

Миша притормозил на светофоре и удивленно посмотрел на меня.

— Танюх, ты влюбилась, — то ли спросил, то ли констатировал. — А я-то гадал, что в тебе изменилось за этот месяц.

— Ничего во мне не изменилось, — хмыкнула я, сложив руки на груди.

— За подругу не переживай, я серьезно настроен. Получится или нет, покажет лишь время, — пожал плечами Миша.

Меня больно ужалило осознание того, что брат добивается расположения девушки, Наташа держит дистанцию, не то, что я… Наверное, только я поступила глупо и неправильно, когда всеми способами пыталась заполучить Игоря. Он ведь палец о палец не ударил, чтобы завоевать меня. Если верить книгам, то мужчины по своей природе — охотники и любят гоняться за добычей. Выходит, я лишила Ларина этого удовольствия. Сдалась ему без боя. Стало совсем скверно на душе.

— Спасибо за то, что подвез, — поблагодарила брата и вышла из машины.

Так как у меня еще было время до назначенной встречи, решила пойти в кафе. Заказала себе капучино и села у окна. Смотрела на то, как мамочки гуляли с детишками, на то, как малыши катались на каруселях, и впервые в жизни задумалась о своем будущем. Что ждет меня впереди? Ответа на этот вопрос я, конечно, не знала, но зато очень надеялась на то, что получу диплом, выйду замуж, и у меня обязательно будут дети. Хотела такую же большую семью, как у моих родителей. Почему-то представила малыша с черными глазами, такими же, как у Игоря. Встряхнула головой, отогнав от себя это наваждение. Нужно прекращать грезить о Ларине. Он ясно дал понять, что не будет со мной. Вот только как это объяснить своему сердцу? Раньше жила и порхала как бабочка, а теперь появилась тяжесть в груди. Мир померк после того, как не получила ответной любви. Куда-то исчезло желание веселиться. Когда телефон оповестил о входящем сообщении, я вздрогнула. Посмотрела на экран сотового и печально вздохнула. Сообщение от Ларина. Пока читала, в мыслях слышала его разгневанный голос.

«Ларина! Просил ведь сообщить мне, когда будешь в парке. Ну и почему не написала?»

Провела пальцами по сережкам. Догадалась, что Игорь уже в курсе моего местонахождения. Быстро настрочила ему ответ: «Извини».

Да, мне действительно было жаль, что не сдержала обещание, забыла ему написать, а все из-за тяжелых размышлений.

Через пару минут пришло сообщение от Стаса, он написал о том, что уже приехал с Ульяной. Я оплатила счет и отправилась к фонтану, который переливался всеми цветами радуги благодаря встроенным фонарикам. В выходные дни здесь много людей, а вот в будни очень тихо, нет суеты. Заметила Орлова, он сидел на скамейке, рядом с ним стояла инвалидная коляска. Стас улыбался, о чем-то рассказывал Ульяне. У меня сердце защемило, когда перевела взгляд на девушку. Золотистые волосы, глаза голубые, как озера, улыбка ангельская. Милая, юная, но теперь обреченная на смерть из-за опрометчивого шага.

— Привет, — поздоровалась я, остановившись рядом с друзьями.

— Улечка, познакомься это Танюшка. Та самая, которая выручает меня по учебе, — представил меня Стас.

— Приятно познакомиться, — сказали мы с ней в один голос и улыбнулись друг другу.

— Таня, ты ему больше ничего не делай, пусть сам учится. А если прогуливать будет, то смело давай ему подзатыльники, чтобы не губил свою жизнь, — заявила она, с теплотой посмотрев на меня.

— Обязательно присмотрю за ним, — подмигнула я ей.

— Это заговор, — вздохнул Стас.

Он бережно поправил плед, которым были укрыты ноги Ули, она перехватила его руку и легонько сжала.

Мы беззаботно общались на различные темы. Время незаметно летело. Уля оказалась открытым и добрым человеком. От нее исходил невидимый свет, который буквально пропитывал и заряжал энергией. Несмотря ни на что, она жила и радовалась каждому дню. Мне стало стыдно из-за того, что я нос повесила, а ведь в моей жизни ничего страшного не произошло. Ну, подумаешь, не сложилось с Игорем. Значит, обязательно встречу другого.

— У меня для тебя есть небольшой подарок в честь знакомства, — проговорила и вытащила из сумки шкатулку, украшенную ракушками, стразами и разноцветными камнями. — Раньше я увлекалась рукоделием и сама делала шкатулки. Захотелось тебе подарить ее. Когда будешь складывать свои украшения в нее, то вспомнишь о том, что у тебя появился еще один друг, — сказала я, протянув ей подарок.

Ульяна бережно провела пальчиками по камушкам и улыбнулась.

— Спасибо. Очень красивая. Сегодня же переложу все свои сережки и колечки из коробочки в твою шкатулку.

Поймала на себе благодарный взгляд Стаса.

— Мороженое хотите? — поинтересовался он.

Получив утвердительные кивки от нас с Ульяной, поднялся с места и направился к продавцу мороженого.

— Я рада, что у него есть ты, — заявила Ульяна, посмотрев на меня с теплотой.

— Мы не встречаемся, — выдохнула я.

Боялась, что девушка придумала себе лишнее.

— Знаю. Стас мне обо всем рассказывает. Между нами нет секретов. Он поведал мне о том, как тебя чуть не убили. Хорошо, что Бог тебя уберег. Когда придет время, я уверена, что ты поможешь Стасу, поддержишь его. У тебя доброе сердце, я это чувствую.

— Да, я чуть не стала игрушкой в руках маньяка. Хорошо, что эти ненормальные теперь за решеткой. Скоро будет суд, надеюсь, что их упекут туда на долгие годы, — вздохнула я и переплела пальцы. — За Орловым присмотрю, если потребуется.

— Потребуется и очень скоро, — печально улыбнулась она и отвела взгляд в сторону. — Врачи сказали, что у меня максимум есть полгода.

— Неужели нет способа помочь? — огорчилась я.

У меня внутренности стянулись в узел от ее слов. Как же это страшно, быть в курсе того, сколько отведено времени.

— Знаешь, чудо вообще, что я все еще живу. Обычно при таком падении мгновенно наступает смерть, а я выжила… Если это так можно назвать. Для чего-то судьба оставила меня в этом мире еще ненадолго. Отмотать бы время назад… Вот так всегда сначала делаем, а потом думаем, — покачала она головой. — Надо мне было смириться с тем, что он ушел, а я… Поступила сгоряча. Даже если бы Стас никогда ко мне больше не вернулся, это не беда, главное, что смогла бы и дальше кататься на коньках, танцевать, гулять. Наверняка бы нашла себе другого парня. Но я оказалась слабой. Теперь понимаю, какую совершила глупость, но уже ничего не изменить. Все умирают, просто я уйду чуть раньше остальных.

— О чем болтаете? — вклинился в наш разговор Стас, протянув нам мороженое.

— Рассказывала Тане о том, как я любила кататься на коньках, — проговорила Уля.

— Я раньше тоже немного пробовала, — поддержала разговор.

— Стас отлично катается, он в детстве хоккеем занимался. Знаешь, как он по льду скользит? Вмиг тебя научит.

Я заметила странный блеск в глазах Ули, будто она что-то придумала.

— Так! Стасик, дай мне слово, что научишь ее кататься на коньках так же хорошо, как когда-то умела я, — улыбнулась она.

Я заметила, как у Орлова брови приподнялись от удивления. Стас пристально смотрел на Улю, словно принимал для себя какое-то решение.

— Хорошо, обещаю, — вздохнул он, бросив на меня непроницаемый взгляд.

Уля подмигнула мне, а до меня дошло, для чего она взяла с него это слово. Эта девушка заранее решила пристроить своего любимого человека в надежные руки? Чтобы Стасу пришлось проводить со мной время, когда ее не станет. Он наверняка выполнит обещания, данные ей.

— Хочу на лед! — заявила она. — Посмотрю, как у вас получится выполнить мою просьбу.

Орлов без вопросов покатил Ульяну в другой конец парка, где располагался каток.

Мы оплатили два часа. Я с ужасом смотрела на коньки. Отказать Ульяне в ее просьбе не смогла, поэтому переобулась.

— Готова? — уточнил Стас, протянув мне руку.

— Нет, — честно призналась, пытаясь держать равновесие.

— Я помогу, — улыбнулся он и, придерживая меня за талию, повел на лед.

Уля помахала нам рукой с трибуны.

Стоило оказаться на льду, и я сразу же упала. Поморщилась от боли. Стас помог мне встать. Очень медленно переставляла ноги, получилось скользить и не падать. Орлов катался бесподобно. Кружился вокруг меня, подстраховывал.

— Мне никогда не научиться кататься так, как ты, — обреченно проговорила я, посмотрев на Стаса.

Он хохотнул и взял меня за руку. Благодаря его поддержке у меня появилась небольшая уверенность. Правда из-за того, что мы держались за руки, при падении я его случайно сбила с ног. Мы вместе повалились и не смогли удержать смех.

— Ларина, ты и лед — это две несовместимые вещи, — хохотнул он и помог мне подняться.

— Конечно, ты занимался хоккеем, а я за всю жизнь в третий раз на лед вышла, — хмыкнула, потирая ушибленный локоть.

Два часа пролетели очень незаметно. Я ног не чувствовала. Зато, увидев восторг и радость в глазах Ульяны, повторила бы эту пытку вновь, лишь бы она была счастлива.

— Тебя подвезти до дома? — поинтересовался Орлов, когда мы все вместе вышли на улицу.

— Нет, спасибо, — ответила я.

— Уверена? — уточнил Стас, на что я утвердительно кивнула.

Стас ловко пересадил Ульяну на переднее сиденье автомобиля, а коляску отправил в багажник.

— Спасибо за то, что провела этот день с нами. Она давно так не радовалась знакомству с новыми людьми. Ты ей пришлась по душе. Мне хочется, чтобы у нее было побольше ярких фрагментов, — признался Стас.

Я вытащила из сумки конверт с деньгами и вручила ему в руку.

— Это от меня. Пригодятся.

— Спасибо, — растерялся Орлов.

Я помахала Ульяне и собиралась их покинуть.

— Таня, будет время и желание, приходи к нам в гости, — улыбнулась Уля и подмигнула мне.

— Обязательно, — ответила я и направилась в сторону кафе.

Пока шла, набрала сообщение для Ларина.

«Заберешь меня из парка или мне пока к себе домой поехать?»

Ответ от него пришел мгновенно:

«Скоро буду. Жди».

Я вошла в кафе и решила заказать себе и Игорю что-нибудь на ужин. Катание на коньках отняло у меня много сил. В ожидании заказа задумчиво смотрела в окно. Мне было безумно жаль Ульяну, хотелось помочь этой девушке. Мои проблемы вдруг в один миг стали глупыми и ничего не значащими. Главное то, что я жива и здорова, а остальное когда-нибудь будет. Знакомство с Улей что-то изменило в моей душе. Я вдруг осознала, что тратила впустую свою жизнь. Прав был Ларин, когда говорил, что я занималась глупостями. Кто-то день изо дня борется за свою жизнь и молит у Всевышнего дать еще немного времени, а я совершенно не ценила того, что имела. Зациклилась на своих желаниях, ничего дальше своего носа не замечала. Даже на Стаса взглянула под другим углом. Мне всегда казалось, что он бабник, а на деле оказалось, что он заботливый и любящий парень. Я всего лишь поверила в иллюзию, которую он создал для других, чтобы не видеть жалостливых взглядов.

— Привет, — услышала родной голос и вздрогнула.

Посмотрела на Игоря и натянуто улыбнулась.

— Ты не рассердишься, если скажу, что заказала для нас ужин? Поедим и отправимся домой, хорошо? Что-то ты сегодня рано освободился.

Ларин сел за стол, расположившись напротив меня.

— Молодец, что заказала и для меня. Я чертовски проголодался. Работу взял на дом, — спокойно ответил он, сложив руки на столе.

У меня мурашки забегали по спине, стоило вспомнить, как Ларин сжимал меня в объятиях этими сильными руками. Сглотнула и отвела взгляд от черных глаз. Почему в его присутствии я терялась и будто уменьшалась? Тяжелая энергетика этого человека окутывала меня словно цепями.

— Что с тобой случилось? — нахмурился Ларин и обхватил мою руку теплыми пальцами, внимательно смотрел на проступивший большой синяк.

— Каталась на коньках и упала, — ответила, выдернув свою руку из его захвата.

У меня каждая клеточка трепетала из-за тесного контакта.

— Свидание удалось? — хмыкнул Ларин, откинувшись на спинку кресла.

— Тебя это не касается, — спокойно ответила я. — Свою личную жизнь не намерена обсуждать с тобой. Лучше расскажи, как дело обстоит с Алмазовым? Тебе больше не угрожали? — с беспокойством спросила я.

— Нет, — бросил, постукивая пальцами по столу и смотря на меня прищурившись. — По делу Алмазова и остальных у нас достаточно улик, чтобы отправить этих убийц лет так на двадцать без досрочного освобождения.

— Рада, что их не выпустят, — поддержала разговор.

— Не знал, что ты любишь кататься на коньках, — серьезно проговорил Ларин, сменив тему.

— Стас отлично катается, а я только падала. Он пытался меня научить. Это было не свидание, — пожала я плечами.

Не хотела рассказывать подробности своей прогулки. Но и не желала, чтобы Ларин решил, будто я ходила на свидание.

Официант принес заказ и поставил перед нами тарелки. Мы ели молча. Впервые меня это не напрягало и не раздражало. Наверное, я привыкла к Ларину и его замкнутости.

— Если у меня во время учебы возникнут какие-нибудь вопросы, я могу к тебе обратиться за помощью? — поинтересовалась, ковыряя вилкой салат.

— Да, можешь, — сухо ответил он, перевел взгляд в окно.

Чувствовала, как вокруг нас воздух накалился. Игорю не нравилось, когда я затрагивала наше будущее.

— Спасибо, — кивнула.

Разговор между нами не клеился, так и улавливала напряжение, исходившее от Ларина. Решила не нервировать его, поэтому больше ничего не спрашивала

Когда вернулись домой, Игорь ушел в кабинет, чему я ни капли не удивилась. Он там проводил большую часть своей жизни. Я вошла в комнату, достала сумки и сложила свои вещи. Тяжело вздохнула и сердце неприятно кольнуло. Надо признаться, мне понравилось жить у Ларина, не хотелось расставаться, но понимала, что это место было лишь временным пристанищем. Вышла в гостиную, включила телевизор и села на диван. Щелкала канал за каналом, пока не нашла интересный фильм. Спустя некоторое время Ларин присоединился ко мне. Молча сел рядом и осторожно переплел наши пальцы. Мне кажется, я в тот момент не дышала, боясь пошевелиться. Кровь стучала в висках, а по коже бегали мурашки. Не могла понять Игоря. Он то отталкивал меня, то тянулся ко мне. Я сделала вид, что ничего особенного не произошло, продолжила смотреть кино. Наверняка, Ларина окутало желание, но он, как обычно, ждал от меня первого шага. Таким образом, он, скорее всего, успокаивал свою совесть. Вот только я не собиралась сдавать своих позиций. Раз решили быть друзьями, значит, никогда больше не повисну у него на шее и первая не поцелую. Хотелось, конечно, до безумия обхватить его затылок и впиться с жадностью в его губы, признаться в том, как я соскучилась по его прикосновениями и поцелуям, еще раз сказать, что люблю его до потери разума. Мысленно кричала и умоляла Игоря о том, чтобы он сделал первый шаг и прикоснулся ко мне. Однако Ларин умело держал свои желания и эмоции при себе, не переходил черту. Игорь делал вид, что тоже увлечен фильмом, но я кожей чувствовала его пронзительный взгляд на себе, который он периодически бросал на меня. Я уже не могла сфокусироваться на сюжете, у меня все плыло перед глазами, я буквально задыхалась в компании Ларина, ведь намеренно душила себя и гасила свои эмоции. Однако не собиралась давать слабину.

— Чем займешься, когда вернешься домой? — еле слышно спросил Игорь, посмотрев на наши переплетенные пальцы.

Я не выдержала этой пытки, отдернула руку, сделав вид, что мне нужно заправить выбившийся локон волос за ухо.

— Поеду с отцом к маме, буду нянчить племянника, потом вернусь и подготовлюсь к учебе, скоро ведь новый семестр. Продолжу ходить на фитнес, общаться с друзьями, — пожала плечами.

— Уезжаешь? — удивился Игорь, и мне даже показалось, что в его взгляде промелькнула на долю секунды печаль, а потом там снова отразился лед.

А может, мне это лишь показалось? Уже не была ни в чем уверена.

— Да, — ответила я, чувствуя нарастающее напряжение между нами. — Ладно, я спать, а то завтра опять рано вставать, — проговорила и поднялась с дивана.

Мне хотелось как можно скорее скрыться с глаз Игоря. Заскочила в спальню, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, пытаясь угомонить колотящееся сердце. Я мысленно умоляла Игоря отправиться за мной и сделать первый шаг к активным действиям, но он не вошел в мою комнату. Это меня не удивило. Непробиваемый…

Ларин подгадал время так, чтобы мой отец был дома. Видимо, хотел передать меня лично в руки. Я с тоской смотрела на то, как Игорь сложил мои сумки в багажник. Покрутил в руках брелок от машины, а потом перевел задумчивый взгляд на меня. Может, решал: расставаться со мной или нет? Наивная, о чем я только думаю?

— Поехали, — сказал он, открыв передо мной дверь автомобиля.

Я судорожно сглотнула. Хотелось плакать и умолять не бросать меня, но понимала, что это глупо, да и не поможет. Поэтому гордо вздернула подбородок и села на переднее сиденье. Как обычно ехали в полной тишине.

Игорь поздоровался с моим отцом, они обменялись приветствиями, а я прикусила губу, чтобы не заплакать.

— Спасибо Игорь, очень тебе обязан, — сказал папа.

— Олег Павлович, если что, обращайтесь, вам я всегда помогу, — спокойно ответил Ларин, бросил на меня непроницаемый взгляд и сел в машину.

Я смотрела ему вслед, и сердце кровью обливалось, в глазах собрались слезы. Вот и все… Папа обнял меня и поинтересовался:

— Пообедаем вместе?

— Хорошо, — ответила без эмоций и вошла в дом.

Чувствовала себя потерянной и раздавленной. Папа, заметив мое состояние, не приставал с расспросами, за что я была ему очень благодарна.

Потянулись однообразные дни, я не хотела ни с кем общаться. Сидела дома, уткнувшись носом в книги. Вскоре я поехала в гости к маме. Вся семья была в сборе. Честно признаться, очень завидовала старшему брату. Отец смотрел на него с гордостью. Было заметно, что Даниил до умопомрачения любил Ольгу. Бережно гладил ее слегка округлившийся живот и не упускал возможности поцеловать жену. Я же, смотря на идиллию их семейной жизни, хотела выть от тоски.

Не раз брала в руку телефон и искала тысячи причин позвонить Ларину, но в последний момент одергивала себя. До безумия желала услышать голос Игоря, но даже этого не могла себе позволить, ведь обещала ему, что не потревожу. Приходилось выполнять данное обещание. Порой скучала так, что хотелось на стенку лезть. У меня явно была ломка. Страшная штука… В семье заметили мое состояние, но я не хотела ни с кем делиться переживаниями. Когда пришло время возвращаться домой, я отказалась. Решила еще погостить до сентября, чтобы приехать сразу на учебу. Лекции должны были помочь мне отвлечься. Время шло, а Ларин так ни разу мне не позвонил. Сердце кровоточило, и душа разлеталась на части, ведь понимала, что он отпустил меня и никогда не вернет.

В последний день лета мы с мамой вернулись домой. Если раньше новый учебный год вызывал у меня восторг и предвкушение чего-то нового, то теперь на душе было пусто и грустно. Наташа прислала мне расписание на первую учебную неделю. С друзьями я часто общалась по скайпу. Звонила и Ульяне, мы с ней болтали на разные темы.

Встретилась с подругами возле учебного корпуса. Они светились от счастья и любви. Это и не удивительно. У Наташи и Миши был бурный роман. Давно не видела брата таким веселым и улыбчивым. Он после работы летел за цветами, а потом в гости к моей подруге. Старался покорить ее сердце и уговорить на совместное проживание, а она крепко держала оборону и говорила, что только после свадьбы переедет к нему. На днях услышала разговор папы и Миши, так случайно узнала о том, что брат серьезно задумался над будущим и собирался сделать Наташе предложение на Новый год. Я хранила эту маленькую тайну, чтобы подруга не узнала заранее о сюрпризе, который для нее готовил Миша.

У Даши за лето тоже произошли изменения. Она начала встречаться с Никитой Колесниковым. Из-за его работы виделись не часто, но постоянно были на телефоне. Даша тоже сообщила о том, что Никита предложил ей жить вместе, но она не спешила переезжать к нему, хотела сначала проверить чувства. Я была рада за подруг, ведь они нашли своих половинок. Лишь Ира держалась от нас на расстоянии и избегала общения. Мы не могли понять причину такого поведения. Может, она считала меня виноватой в том, что ее родственника приговорили к двадцати пяти годам лишения свободы? От папы я узнала о том, что Алмазова и его друзей посадили на долгий срок. Я очень переживала за Игоря, ведь он, несмотря на угрозы Добровольского, все же довел дело до конца. Ира вела себя очень странно, но мы решили не давить на нее, если захочет, то вернется в наш круг.

В коридоре встретила Стаса. Его потерянный взгляд заставил мои внутренности стянуться в узел. Я переписывалась с Орловым и Улей по интернету, знала, что у нее ухудшилось самочувствие. Поймала за руку Стаса, он перевел взгляд на меня.

— Привет, не заметил тебя, — сказал обреченным голосом.

— Как она? — задала лишь один вопрос.

— Перевели в реанимацию, вторые сутки без сознания, — выдохнул он, а у меня мурашки поползли по спине, потому что увидела в его взгляде боль и нежелание прощаться с той, которую полюбил.

Я сжала его руку в знак поддержки.

— Очень надеюсь, что она справится. Если что-то будет нужно, говори, — прошептала, стараясь удержать слезы.

Ведь мне тоже было очень жаль эту девушку. Стас благодарно кивнул и поспешил на пару.

После учебы девчонки предложили мне сходить в кафе. Им не терпелось рассказать мне все подробности, которые я пропустила, пока гостила с мамой у брата. Мы зашли в кафе и расположились за столиком. Смеялись над рассказом Даши, пока выбирали себе салат и напитки. У меня возникло странное чувство, будто кто-то пронзал меня взглядом. Я осмотрелась по сторонам, а потом заметила Игоря. Мне показалось, что земля ушла из-под ног. Мир вдруг замер на мгновение. Смотрела в черные глаза и понимала, что безумно соскучилась по нему. Ларин сидел в компании двух мужчин. Скорее всего, они пришли сюда на обед. Мне не хватало кислорода. Я сдержанно кивнула. Заметила, как у Игоря дрогнули уголки губ, но улыбка не вышла. Ларин ответил мне таким же кивком и перевел взгляд на своих собеседников. Показалось, что меня сбил поезд, идущий на полной скорости. Каждая косточка заныла, каждая клеточка вопила о боли. Я отвернулась и набрала побольше воздуха в легкие. Думала, что за это время научилась жить без него. Ошиблась! Стоило увидеть Ларина, и будто отравилась. Яд тягучей болезненной массой распространялся по венам. Я любила Игоря всей душой, меня тянуло к нему, желала быть только с ним. Вновь хотелось завыть от боли и досады. Как обрести свободу? Как получить кусочек своего счастья?

— Танюшка, ты что застыла и побледнела, будто увидела призрака? — с беспокойством спросила Наташа и тоже осмотрелась по сторонам. — Дьявол! — воскликнула она, заметив Ларина. — Это надо же было выбрать кафе, где обедает этот человек.

— Тань, если хочешь, можем уйти, — предложила Даша, сжав мою руку.

— Все нормально. Не хочу, чтобы он подумал, будто спасаюсь от него бегством, — выдохнула я.

Теперь главное пересилить себя и не смотреть на него.

— Ты уверена? — насторожилась Наташа.

— Да, — четко ответила и перевела тему разговора в другое русло.

Мы обсуждали предстоящий семестр. Хоть и делала вид, что все хорошо, внутренности так и стягивало в узел. Чувствовала присутствие Ларина, и становилось трудно дышать. Все же не удержалась и перевела взгляд на него. Сразу же утонула в омуте черных глаз. Интересно, Игорь скучал по мне все это время? Встречается с кем-нибудь? Стоило представить Ларина с другой, и сердце сжималось от боли так, будто его кинжалом пробили.

Непроизвольно сжала кулаки под столом. Боже, дай мне сил! Почему не изобрели до сих пор лекарство от безответной любви?

Мы перекусили и оплатили счет. Направляясь к выходу, я снова не удержалась и обернулась. Игорь подмигнул мне, а мое сердце плюхнулось куда вниз, а потом резко подскочило.

«Бежать!», — вопил мой мозг.

«К нему в объятия!», — кричало сердце.

А я не знала, чей зов был правильным. В итоге победил разум, поэтому я выскочила из кафе.

Даша попрощалась с нами и отправилась домой, а мы с Наташей вызвали такси и поехали ко мне. У нее с Мишей была назначена встреча. Все вокруг ходили на свидания и строили отношения, лишь я увязла в болоте отчаяния и не могла выбраться. Очень надеялась, что Игорь после нашей случайной встречи позвонит мне или напишет, но этого не произошло. Он не собирался давать мне ложных надежд, поэтому и не звонил. Меня снова накрыла волна соблазна сделать к нему шаг, но вовремя одернула себя. Видела, как развивались отношения у Наташи и Миши, понимала, что мужчина должен быть инициатором. Раз Ларин не искал со мной встреч, вывод напрашивался сам собой — я ему не нужна. Правда больно жалила, но я наконец-то приняла ее.

Я старалась загрузить себя так, чтобы не оставалось времени на размышления. Учила лекции, готовила курсовые, поддерживала Стаса. Мы вместе с ним ездили к Ульяне в больницу. Девушка все же пришла в себя. Врачи разрешили ненадолго заходить к ней в палату. Подруга была очень слаба и пугала своей бледностью. Я всей душой надеялась на то, что Уля сможет окрепнуть. Чем хуже ей становилось, тем мрачнее делался Стас.

Я в выходные и после учебы продолжала посещать тренажерный зал, тайно мечтая там встретить Игоря, но, видимо, мы ходили в разное время. Старалась наладить свою жизнь, но все равно чувствовала себя неполноценной, мне будто чего-то не хватало, а если быть точнее, то кого-то. Но жизнь так устроена, мы не всегда получаем то, что хотим.

Незаметно подкрался октябрь. Честно признаться, я себя не узнавала. Вела затворнический образ жизни, в клубы не ходила, если парни приглашали меня на свидание, то отказывалась. Мне казалось, что я потеряла где-то частичку себя. Однако ничего с этим поделать не могла.

В середине октября случилось несчастье — умерла Ульяна. Хоть Стас морально и готовился к худшему, на деле оказалось, что он ни черта не готов к этой потере. Я поддерживала его как могла. Никто из наших общих друзей больше не знал о том, какое горе выпало на его долю. Стас держал свои эмоции в узде и никому не показывал, как ему больно и плохо. Он стал таким же затворником, как и я, а потом и вовсе начал прогуливать учебу. На мои звонки перестал отвечать. Я очень за него переживала. Время шло, наступил ноябрь, а Орлов так и не смог справиться с утратой. Вспомнила о том, что обещала Ульяне присмотреть за Стасом, поэтому решила всеми способами вернуть друга к привычной жизни. После учебы отправилась к нему домой. Орлов открыл мне дверь, а у меня душа сжалась в комочек. Передо мной стоял совершенно иной Стас: небритый, помятый, и, судя по всему, алкоголь до конца не выветрился из его организма.

— Чего тебе, Тань? — спросил он, прислонившись плечом к дверному косяку.

Сжал пальцами глаза и тяжело вздохнул. Догадалась, что разбудила его.

— И тебе привет, друг, — хмыкнула я. — Так и будешь держать на пороге или впустишь? — спросила и, не дожидаясь ответа, сильнее распахнула дверь и вошла в квартиру.

— Я не в настроении принимать гостей, — зарычал Стас, схватив меня за руку.

— Вижу. Я по делу, — уверенно проговорила и отдернула руку.

Скинула сапожки, повесила куртку на вешалку и вошла в комнату. Орлов жил в однокомнатной квартире. Посмотрела на беспорядок и тяжело вздохнула. Видимо, Стас в порыве ярости громил все, что попадалось ему под руку.

— Говори, что хотела и уходи, — с раздражением сказал он.

— Какой ты гостеприимный, — хмыкнула я. — У тебя чай есть?

— Нет, только это, — заявил Стас и взял с журнального столика недопитую бутылку коньяка.

Я отобрала у него выпивку и прищурилась.

— Орлов! — рявкнула на него, а он поморщился от громкого звука. — Ты в своем уме? Ты что творишь? Посмотри на кого стал похож! Ты же спиваешься! Занятия прогуливаешь, ты же себе будущее загубишь!

— Плевать, — заявил он, опустившись на диван и взявшись за голову. — Мне на все плевать.

— Это очень заметно, — ответила я и села рядом с ним. — Я вот по какому делу. Ты обещал Ульяне научить меня кататься на коньках. Так что приводи себя в порядок и пошли на лед.

Стас одарил меня таким жестким взглядом, что я поежилась.

— Я помню про все обещания, которые ей давал, но сейчас не в настроении кататься, — пробурчал он.

— Зато у меня полно свободного времени. Ты учти, я не отстану от тебя. Мы сейчас же пойдем на лед. Я ведь тоже дала ей обещание присмотреть за тобой. Ну и какой из меня друг, если никак это выполнить не могу? Так что живо в душ, а я пока заварю крепкий чай. На свежем воздухе тебе станет полегче, — проговорила я и поднялась с места.

Собрала пустые бутылки из-под алкоголя и отнесла в мусорное ведро. Стас что-то пробурчал, но все же отправился в душ.

— И побрейся, а то на бомжа стал похож, — крикнула ему.

Орлов развернулся и одарил меня убийственным взглядом.

— Ларина, ты настоящая заноза. Зачем я только дверь открыл? — вздохнул он.

— Потому что глубоко внутри ты рад меня видеть. Ведь я тебя жалеть не стану, поэтому будь мужиком — умывайся, приводи себя в порядок и бегом на кухню пить чай. У нас с тобой еще очень много дел, — заявила я, уперев руки в бока.

Мне хотелось растормошить Стаса, не дать ему уйти в горе с головой. А для этого его нужно было отвлечь и заставить двигаться дальше. Задача не из легких, но я привыкла к сложностям. Кто знает, может Ульяна это предвидела? Или она догадалась, что я не брошу ее любимого и помогу пережить этот тяжелый этап?

Я заварила крепкий чай, открыла холодильник и цокнула языком. Там мышь повесилась. И чем он питался все это время? Пока Стас был в душе, я собрала разбросанные вещи. То, что не уцелело, отправила в мусорное ведро, то, что не пострадало после тяжелой руки хозяина, расставила по полкам. Достала из кладовки пылесос и прошлась им по линолеуму, собрав крошки и мусор.

— Что ты делаешь? — удивленно проговорил Орлов, выйдя из ванной.

Я смутилась и отвела взгляд в сторону, так как Стас был без одежды, лишь в полотенце, которое держалось на его бедрах.

— Что за странный вопрос? Убираю свинарник, который ты тут устроил, — заявила я, покинув комнату.

Пока Орлов переодевался, я набрала ведро воды и принялась мыть полы.

— Ларина, ты с ума сошла? Положи тряпку на место, я сам в состоянии навести порядок, — зарычал Стас и попытался отобрать у меня швабру.

— Иди, пей чай, я там тебе уже налила кипяток в чашку. И отпусти швабру, иначе я тебя укушу, — с угрозой проговорила я, одарив Орлова сердитым взглядом.

Стас отступил, сдался, наверное, понял, что с безумными лучше не связываться. Пока он пил чай, я везде помыла полы и открыла окна, чтобы впустить свежий воздух. Ну вот, совсем другое дело!

— Спасибо, — пробурчал за моей спиной Стас, привалившись плечом к дверному косяку. — Ты меня так сильно раздражаешь своими действиями, что я на миг забыл про то, как мне плохо. И спасибо за то, что навела у меня порядок.

— Орлов, домработницы сейчас очень дорого обходятся, поэтому ты мне должен. Не отстану от тебя, пока не научишь меня кататься на коньках, — проговорила, скрестив руки на груди.

— Да у меня год уйдет на то, чтобы ты научилась кататься так, как Уля. Ты же на льду держаться не можешь, падаешь. Зачем тебе это? — возмутился он.

— А мне заняться нечем. Парня нет, поэтому решила свободное время провести с пользой. К тому же очень хочу научиться кататься, а когда я чего-то хочу, я этого добиваюсь, — сказала, вздернув подбородок.

— Надо срочно найти тебе парня, чтобы ты от меня отстала, — усмехнулся Орлов и сразу же пригнулся, потому что я швырнула в него подушку.

— Одевайся, такси на улице подождем, — сказала я, натягивая сапожки.

Стас еще долго бурчал и возмущался, говорил, что я испортила ему вечер, и что он собирался напиться и забыться, а я ему помешала. В такси ехали молча. Когда прибыли на место, выбрали коньки, оплатили два часа. Стас хотел потратить на меня лишь час, но я попросила у продавца билеты на два часа. Орлов лишь недовольно сопел и с шумом втягивал в себя воздух.

Я не сомневалась в том, что стоит встать на лед и упаду. Так и произошло. Растянулась в позе звезды и не могла подняться. Только бы кости не переломать!

— Так и будешь смотреть? Или все же поможешь? — злилась я, испепеляя взглядом Орлова.

— Ты хотела прийти сюда, вот и выкручивайся сама, — заявил он, сложив руки на груди.

— Очень надеюсь, что там, на небесах души ушедших видят нас… Ты же слово свое не держишь. Это, по-твоему, обучение? Стоишь и смотришь на то, как я подняться не могу, — закипела я от гнева.

Орлов тяжело вздохнул и, схватив меня за руку, резко дернул, помогая принять вертикальное положение.

— Теперь понятно, почему у тебя нет парня. Ты же настоящая заноза. Тебе человек говорит, что хочет побыть один, а ты словно в танке, ничего не слышишь, гнешь свою линию. Сюда я притащился только из-за того, что Уле пообещал научить тебя кататься, а не потому, что тебе вздумалось покорить лед.

Я прикусила щеку изнутри, чтобы не заплакать. Не знаю, осознавал Орлов или нет, но уколол меня в самое сердце своими словами. Он прав, это мой не достаток — врываться в чужие жизни и наводить там порядок. То Ларину хотела помочь справиться с одиночеством, хотя он этого не просил, теперь вот за Стаса взялась. Может, действительно, надо было, как остальные его друзья, исчезнуть и не мешать Орлову пить и прогуливать пары? Почему я вечно лезу не в свое дело? Ну, сопьется Стас, ну вышвырнут его из академии, ну загубит он свое будущее, мне-то что? Свою жизнь надо налаживать, а не чужие исправлять. А с другой стороны, я же обещала Ульяне, что присмотрю за Орловым? Обещала! А свои обещания Ларины всегда держат. Я тоже пришла на лед не по своей воле, а потому что Уля этого хотела, ее желание выполняю, иначе не было бы меня тут.

Я судорожно сглотнула и посмотрела на Орлова взглядом, полным боли, просто не удержала эмоции. Меня не столько его слова расстроили, сколько осознание своей никчемности. Он ведь прав. Кому нужна, такая как я? Неправильная, порой глупая, мечтательница, которая считает, что может перекроить мир и сделать других счастливыми. Пора взрослеть, я никому не нужна, кроме родителей. Заскользила по льду и отъехала от Орлова в сторону бортика. Очень надеялась, что не упаду. Вцепилась в спасательный борт руками и тяжело вздохнула. Стас оказался возле меня за считанные секунды.

— Тань, ты обиделась? — с беспокойством спросил он. — Прости, во мне эмоции говорят. Я теперь всех вокруг жалю, не специально конечно. Я тут другу рассказал все, а он растрепал остальным. Надоело, что все жалеют. Поэтому на учебу не прихожу. Не хочу никого видеть. Девчонки так вообще с ума сошли. Заваливают меня письмами, предлагают встречаться, намекая на то, что помогут залечить рану на сердце. А эти их фразочки: «Стасик, милый, это так ужасно». «Стасик, ты должен жить дальше, она бы хотела, чтобы ты смотрел только вперед». И все в таком духе. Меня аж тошнит от всего этого.

— Предлагаю тебе вступить в мой клуб, — серьезно проговорила я, а у Орлова брови приподнялись от удивления. — Одиноких и нелюдимых. Я тоже в последнее время провожу свободные минуты одна, — пояснила я, а он натянуто улыбнулся. — Возвращайся на учебу. Я не хочу, чтобы тебя отчислили. Скажи всем, что я твоя девушка, и они отстанут, сразу к тебе интерес потеряют. Так и ко мне никто приставать не будет, а то парни с соседней группы прохода не дают. Выручим друг друга, ведь на то мы и друзья.

— Таня, ты как что-нибудь придумаешь, — усмехнулся он и покачал головой. — Хотя, может и сработает. Но если нет, то я пока не готов посещать лекции. Мне тоже не хочется остаться без диплома, однако никак не соберу себя в кучу.

— У меня сложности возникли с некоторыми предметами, поможешь подтянуть? — с надеждой проговорила я.

Орлов внимательно всматривался в мои глаза.

— Что-то мне подсказывает, что это твой коварный замысел, как заполнить собой все мое свободной время. Я прав? Просто решила не оставлять меня одного и нашла предлог, чтобы быть рядом.

— Больно ты мне нужен, — усмехнулась я и покачала головой.

Черт! Как же он быстро меня раскусил. Неужели и Стас читает меня как раскрытую книгу? Я ведь действительно хотела озадачить его, чтобы у Орлова меньше времени оставалось на выпивку.

— Просто из-за того, что с женихом рассталась, совсем мозги отказали. Все время про Игоря думаю, поэтому мимо ушей информацию пропускаю. Вот и не поняла некоторые темы.

— Ладно, постараюсь помочь. Ты ведь не отстанешь, да? — обреченно поинтересовался он, а я мило улыбнулась.

Орлов закатил глаза и понял, что лучше сдаться, крепче нервы будут.

— Ну что, поехали? — спросил он, взяв меня за руку.

Я не успела возразить, Стас потянул меня за собой. Пришлось переставлять ноги, скользить, держать равновесие и еще успевать за ним. Он показывал мне, как правильно тормозить, как ставить ноги. В теории все ясно, но на практике был сущий кошмар. Я постоянно падала, у меня то ноги заплетались, то равновесие теряла, то в бортик врезалась. Стас закрыл глаза ладонью и смотрел на меня через щели между пальцев.

— Послезавтра продолжим, — пытаясь отдышаться, проговорила я.

— Почему послезавтра? — удивился он.

— Потому что завтра у меня будут ужасно болеть ноги, да и в тренажерный зал собралась с девчонками, — пояснила я, стаскивая коньки.

Блаженно прикрыла веки, сминая и разминая пальцы на ногах. Наконец-то свобода!

— Завтра, кстати, забери меня утром на учебу, а оттуда вместе поедем в спортзал.

— Ларина, да ты обнаглела, — хохотнул Орлов. — С чего взяла, что я пойду на учебу?

— Как хочешь, значит, я тоже прогуляю и буду сидеть под дверью твоей квартиры. Меня тоже выгонят из академии, и по твоей вине я загублю свое будущее.

Стас поморщился и с подозрением уставился на меня.

— Ты же не настолько глупа? Ведь не станешь? Это просто угрозы? — насторожился он.

Да, я знала, что била по слабому месту. Он винил себя в том, что Уля лишилась будущего из-за того, что он ее бросил, а тут я грозила ему чем-то похожим.

— Ох, Стасик. Лучше поверь на слово или у брата моего спроси. Он тебе расскажет о том, какая я, безбашенная. Так что завтра в семь я жду тебя, и не опаздывай.

— Ты чокнутая. Я поверю на слово. Я уже понял, что ты как пиявка вцепилась в меня и не отстанешь, пока всю кровь у меня не выпьешь, — вздохнул он.

— Орлов, еще спасибо мне скажешь, когда-нибудь, — промолвила, похлопав его по плечу. — И давай на выходных сгоняем в магазин, купим коньки, а то надоело брать напрокат. Раз мы теперь частые гости на катке, то лучше приобрести свои.

Стас обреченно вздохнул, догадался, что я действительно не оставлю его в покое.

Утром впервые проснулась в приподнятом настроении. Чувствовала себя нужной, хотелось помочь Стасу, стать его опорой хоть на время. Быстро привела себя в порядок, покидала тетради в сумку, набросила на плечи куртку, на ходу поцеловала маму и папу и выскочила из дома. Родители снова напомнили мне про завтрак, но я была неголодна. Орлов прислал мне сообщение о том, что уже подъезжает к моим воротам, поэтому я спешила, не хотела опоздать на пары. Открыла калитку и буквально врезалась в Ларина. Взвизгнула от неожиданности. Я бы упала, если бы он вовремя не подхватил меня под руку. У меня вмиг дыхание сбилось. Чувствовала умопомрачительный аромат его туалетной воды и внутренности сводило от желания. Смотрела ошарашенно в черные глаза и забыла, что нужно дышать.

— Извини, не хотел напугать, — спокойно произнес Игорь, не отпуская мою руку.

Боковым зрением уловила приближение автомобиля, услышала громкую музыку, доносившуюся из салона. Машина остановилась у ворот, дверца хлопнула. Я еле оторвала взгляд от Ларина и перевела внимание на Стаса. Сегодня он выглядел намного лучше, чем вчера. Заметно было, что выспался и освежился. Орлов протянул руку Ларину, и они обменялись рукопожатием.

— Танюшка, готова? — уточнил Стас, на что я утвердительно кивнула. — Смотри, что я купил в круглосуточном магазине спорттоваров, — задорно улыбнулся Орлов и подошел к багажнику своей машины.

Достал оттуда белоснежные коньки моего размера. У меня рот открылся от удивления.

— Готовься, вечером будешь испытывать их на прочность. Ты вчера меня не пощадила, вытащила на лед, так что сегодня моя очередь. Будем кататься до тех пор, пока ты от бессилия не упадешь.

— Какие они красивые! — с восторгом проговорила и отошла от Ларина, чтобы поближе рассмотреть покупку Стаса.

— Хотел тебе еще шлем приобрести, но без примерки боялся не угадать с размером, — улыбнулся Орлов, а я не удержала нервный смешок. — Все, поехали, а то опоздаем, — отдал приказ Стас и открыл мне дверь автомобиля.

Я бросила взгляд в сторону и вздрогнула, Ларин так и стоял у калитки, смотрел на нас и курил. Видела, как ходили желваки на его скулах, как губы сжались, а в глазах мерцало что-то дьявольское. Неужели ревновал?

— Всего хорошего, — сказал Орлов Ларину и сел за руль.

Игорь нервно отшвырнул от себя сигарету, кивнул, задержал на мне взгляд, а потом скрылся за дверью. Наверняка опять приехал по делам к моему отцу.

— Не передумала? — спросил Стас, а я вскинула брови, пытаясь понять о чем он?

Заметив недоумение, отразившееся в моих глазах, он пояснил:

— Притворишься на время моей девушкой, чтобы от меня все отстали?

— Конечно, если кто спросит, я скажу, что это правда, — ответила без эмоций и подумала о том, что мне не впервой притворяться чьей-то парой.

Когда же уже у меня появится настоящий парень, а не иллюзия? Орлова я больше не рассматривала в качестве своего спутника. Относилась к нему как к другу, ведь мое сердце было в плену у Ларина.

Подъехав к академии, заметила и своих однокурсников, и друзей Орлова. Стас положил мне руку на талию, и мы вместе шагали к входу. Заметила удивленные взгляды, брошенные в нашу сторону. Стас подвел меня к подругам, поцеловал в щеку и будничным тоном сказал:

— До вечера, не забудь у нас сначала тренировка в тренажерном зале, потом каток.

— Ты решил из меня всю душу вытрясти? — скорчила ему рожицу, с ужасом представляя, как буду ползти домой обессиленная и выжатая как лимон.

— Не переживай, к нагрузкам быстро привыкнешь, — заявил он и подмигнул мне, а потом отправился к своим друзьям. Сдержанно кивнул им и пожал руки.

— Вы что, встречаетесь? — удивилась Наташа, ошарашенно посмотрев то на меня, то на Орлова.

— Что-то типа того, — пожала плечами.

Не хотелось врать подругам, но и вдаваться в подробности не собиралась.

— Просто нам хорошо вместе, поэтому общаемся, — вроде и правда, а вроде и ложь.

Хотя… Все же больше в этих словах истины.

— Это хорошо, что вы общаетесь, — поддержала меня Даша. — Твое сердце разбито, его тоже. У вас много общего. Удивительно, как Стасу удавалось скрывать свои отношения с той девушкой? Теперь все о нем только и говорят. Уже начали придумывать свои версии этой трагедии.

— Вот поэтому он и не хотел посещать лекции, потому что не желает привлекать к себе внимание, — вздохнула я.

— Ничего, скоро шумиха вокруг него утихнет. Ты же знаешь людей, им бы чужие кости перемыть, — печально проговорила Наташа.

После пар меня уже дожидался Стас. Орлов курил около своей машины, общаясь со своим другом. Когда я подошла, он снова поцеловал меня в щеку и открыл дверь машины. Для нас с ним это был всего лишь дружеский жест, но окружающие почему-то поверили в то, что мы теперь вместе. Как же легко люди верят иллюзиям. Наташа и Даша сели на заднее сиденье, они вместе со мной собирались в тренажерный зал. Стас всю дорогу поддерживал разговор, улыбался, а вот в глазах так и отражалась печаль и боль. Еще нам не хватало Иры, привыкли к тому, что она всегда была в нашей компании, но Котова делала вид, что не знакома с нами. Ее поведение меня очень удивляло и настораживало. Однако все мы разные, каждый со своими тараканами. Как я только не пыталась наладить с ней контакт, она лишь сильнее закрывалась.

В тренажерном зале Стас не отходил от меня, не давал расслабиться.

— Таня, ногу выше, — командовал Орлов, стоя над душой.

— Ты издеваешься? У меня уже все отваливается, я не смогу на лед встать, — возмутилась я.

— Наоборот, мы тебе мышцы немного укрепим, чтобы проще на катке было, выносливость появится, — умничал этот наглец.

Я без сил вытянулась на коврике.

— Все, я больше не могу, — ответила, тяжело дыша.

Стас ухмыльнулся, схватил меня за руки и одним рывком поставил на ноги, потом оторвал меня от пола и потащил к тренажеру.

— Орлов! — рявкнула я на него, а он лишь усмехнулся и усадил меня на мягкую поверхность.

— Пресс покачаешь, и на сегодня я от тебя отстану, — довольно проговорил он, а я застонала от досады. — Можешь бросить эту затею, и не будем учиться кататься, тогда и тренировки такие не понадобятся. Ты же хотела научиться держаться на льду, как Уля, так вот, она не просто каталась, а выполняла сложные элементы. Чтобы повторить такое, ты должна быть выносливой.

— Поэтому ты сказал, что год уйдет на мое обучение? Боже! Нет, я не сдамся, даже не надейся, — заявила я и принялась качать пресс.

Пыхтела, возмущалась, но выполняла задание.

— Вот молодец, но если передумаешь или тебе надоест, только скажи и перестанем, — улыбнулся Стас.

— Не дождешься, — хмыкнула я и поднялась с тренажера, но тут же окаменела, попав под пристальный взгляд Ларина.

Он внимательно смотрел на меня, параллельно подтягиваясь на перекладине. У меня дыхание сбилось. Снова возникла тупая боль под ребрами. Что за издевательство судьбы? Игорь слышал, что я буду вечером в тренажерном зале и поэтому пришел? Или просто совпадение? Может, его зацепило то, что я не стала оббивать порог его дома, звонить, надоедать, а молча приняла тот факт, что нам не быть вместе и двинулась дальше?

Собиралась пройти мимо Ларина к выходу, мне не терпелось принять душ. Однако Игорь резко преградил мне путь, отчего мое сердце замерло в груди.

— Таня, не задерживайся, жду тебя в машине, — заявил Орлов, взъерошив мои волосы на голове.

Я закатила глаза, а потом перевела взгляд на Игоря. Вскинула вопросительно брови и ждала, когда он первый заговорит. Между нами повисла давящая тишина.

— Если на этом все, то спешу откланяться, — усмехнулась я и покачала головой.

Ларин в своем репертуаре.

— Рад, что ты нашла себе парня, — сухо проговорил он, заправив большие пальцы в карманы спортивных штанов.

— Спасибо, — ответила ему таким же тоном.

Чувствовала, как между нами сгустились тучи, как воздух стал осязаем. По глазам Ларина видела, что хотел что-то спросить, но не решался, опять боролся с собой.

— Почему не звонила? — оглушил своим вопросом, у меня рот открылся от удивления, часто захлопала ресницами.

— А надо было? — удивленно выдохнула. — Ты ведь просил не беспокоить тебя.

— Ты говорила, что обратишься ко мне, если по учебе что-то будет неясно, я так понимаю, что все хорошо? — поинтересовался он, буравя меня тяжелым взглядом.

— Возникли пара вопросов, но мне Стас обещал помочь, поэтому не стала отвлекать тебя от твоих важных дел, — пожала я плечами.

— Ясно, — проговорил он и отвел взгляд в сторону.

— Ну, а ты как поживаешь? Все так же? Проводишь время то на работе, то в своем кабинете? — спросила из вежливости.

Мне хотелось скрыться как можно скорее и не терзать себе душу. Что это вообще за разговоры? Для чего все это? Мне легче полностью вычеркнуть Ларина из своей жизни, чем ловить его внимание по крупицам, так ведь и чокнуться можно. В принципе, он тоже вычеркнул меня из своей жизни, иначе хотя бы раз позвонил поинтересоваться моими делами.

— Да, у меня ничего не поменялось, — натянуто улыбнулся.

Мне показалось, что он уже раз сто пожалел о том, что затеял разговор.

— Рада, что у тебя тоже все хорошо. Ладно, не буду отвлекать, мне уже пора, — ответила я, развернулась и ушла, не оглядываясь.

Каждый шаг давался с трудом, показалось, что шла по битому стеклу, а потом по раскаленным углям. Прикусывала губу, чтобы не заплакать. Этот безразличный тон, лед в глазах Ларина убивал меня. Что ему нужно? Никак не определится: быть со мной или отпустить? Хотя… Итак ясно какой вариант он предпочел. Приняла душ и отправилась на улицу, где меня уже дожидался Стас. Мы поехали на каток, где Орлов выжал из меня последние соки. Однако я была этому очень рада, потому что не осталось сил на размышления. Я ведь любила Ларина и цеплялась за соломинку. Этот его странный разговор в тренажерном зале выбил почву у меня из-под ног. Я боялась поверить иллюзии, а потом пораниться об осколки.

Глава 10

— Ларина, давай живее, — злился на меня Стас, нетерпеливо вышагивая по холлу. — На пары опоздаем.

Я бегала по дому и собирала вещи. Впервые проспала, поэтому Орлову пришлось меня ждать.

— Стас, может кофе? — предложила мама, улыбнувшись моему другу.

— Не откажусь, — кивнул он и сел в гостиной за стол. — Пока Таню дождешься, можно не одну чашку выпить, — усмехнулся он.

— Я почти готова, — сказала ему, побежав обратно в комнату, потому что забыла сумку с коньками.

— Ага, ты мне это пятнадцать минут назад говорила. Коньки не забудь, — крикнул мне Стас вдогонку.

И как только могла не услышать будильник? А все потому, что поздно легла. Сидела на подоконнике всю ночь и любовалась снежинками. Они крупными хлопьями ложились на землю, образуя белоснежный ковер во дворе. Мне не спалось, покоя не давали мысли. А думала я про Игоря. Ларин стал приходить к моему отцу несколько раз в неделю, мы часто с ним сталкивались в гостиной. Ловила на себе его прожигающий тяжелый взгляд и все время спасалась бегством. Порой мне казалось, что любимый намеренно мозолил мне глаза, чтобы я сорвалась и сделала первый шаг, однако я стойко держалась. Спокойно здоровалась с ним и делала вид, что мне безразлично его присутствие в доме. Судя по всему, Ларина это очень сильно зацепило. Ведь я училась жить дальше, искала счастье в мелочах, а он так и стоял на месте, в его жизни не происходило никаких изменений. Может, он и рад был бы что-то поменять, но страх, что из-за него пострадают другие, держал Ларина в строгих рамках. Иногда замечала в его глазах дьявольский блеск, от которого все внутренности переворачивались, и душа трепетала, а бабочки в животе сходили с ума, но теперь я гасила в себе эмоции и училась держать их в узде.

— Я готова, — запыхавшись, проговорила, спустившись на первый этаж в гостиную. Орлов усмехнулся, поблагодарил мою маму за кофе, взял из моих рук сумки и кивнул мне, чтобы я шла за ним.

Стоило выйти на улицу, как Стас сразу толкнул меня в снег. Я потеряла равновесие и приземлилась в сугроб.

— Не удержался, — хохотнул он и натянул мне шапку на глаза. — Ларина, шевели булками, мы уже на первую пару точно опоздали.

Гневно засопев, я слепила комок из снега и бросила в Орлова. Попала ему в спину. Он обернулся и хищно прищурился.

— Таня, не нарывайся, а то закопаю тебя в снег, — хохотнул он и тут же увернулся от второго снежка.

Орлов закинул мои сумки в багажник, а потом слепил большой комок. Я взвизгнула и попыталась увернуться, но снежок все-таки попал в цель. Мы как дети начали бросаться снегом друг в друга. Погода была прекрасная, небольшой морозец и солнечно. Видимо Стас решил, что раз мы опоздали, значит можно уже не торопиться. Мы сцепились с ним и пытались друг друга окунуть в сугроб, в итоге потеряли равновесие и свалились вместе. Я заливалась смехом и пыталась сбросить с себя Орлова. У нас щеки раскраснелись от мороза. Видела блеск в глазах Стаса и душа радовалась, ведь друг понемногу начал приходить в себя. Все наши знакомые считали, что мы встречаемся, но на самом деле мы были лучшими друзьями. Нам было хорошо и спокойно вместе, мы понимали друг друга с полуслова, вот только физического влечения друг к другу не испытывали. Стас признался мне в том, что любил меня как младшую сестру, а я воспринимала его как брата.

— Если хочешь, давай проведем Новый год вместе, поехали со мной, — в десятый раз предложил Орлов. Я уперлась руками ему в грудь и попыталась спихнуть его с себя.

— Стасик, ты тяжелый, раздавишь меня, — хохотнула я. — Уже говорила, что не поеду. Да слезь с меня! — возмутилась я.

— Заноза, — цокнул он языком и помог подняться, стал отряхивать меня от снега.

Я решила взять реванш, поэтому подставила ему подножку. Орлов, поскользнувшись, свалился в снег, но при этом ухватил меня за руку и потянул на себя. Я упала на него. Как назло еще и шапка налезла мне на глаза. Меня душил смех. Давно так не веселилась. Наверное, порой человеку просто полезно подурачиться, чтобы душа зарядилась новыми положительными эмоциями. Поправила рукой шапку и вздрогнула, зацепившись взглядом за темные, до блеска начищенные ботинки. Скользила взглядом дальше, пока не утонула в омуте черных глаз. Ларин стоял напротив нас, курил, а в глазах полыхал огонь. На скулах ходили желваки, губы поджал. Неужели, ему было неприятно видеть меня в компании другого мужчины? Но тогда какого черта не делает первый шаг? Ох, Игорь! С тобой точно чокнуться можно!

— Таня! Стас! Вы же на учебу спешили. Прогуливаете? — поинтересовался вышедший из дома папа, покачав головой.

Он протянул руку Ларину и поздоровался с ним.

Орлов помог мне подняться, снова отряхнул меня от снега, а потом серьезно ответил:

— Уже едем.

— Вы вечером опять на каток? — спросил папа, параллельно проверяя папку с документами. Наверное, боялся что-нибудь забыть дома.

— Да, — в один голос сказали мы со Стасом, я ткнула его локтем в бок, а он мне за это снова натянул шапку на глаза.

С одной стороны хотела придушить Орлова, а с другой — была очень благодарна, ведь он отвлекал меня от Ларина.

— Молодцы. Таня, ты потом не забудь нас позвать на просмотр, очень хотим с мамой увидеть, чему ты научилась, — сказал папа, а я поправила шапку и кивнула.

Отец перевел взгляд на Игоря и обратился к нему:

— Я документы все взял, можем ехать.

Ларин сделал последнюю затяжку, при этом не переставая сверлить меня взглядом, отправил окурок в урну, сдержанно кивнул нам со Стасом, развернулся и перевел все свое внимание на моего отца. У меня под ребрами саднило. Я до безумия соскучилась. Смотрела ему вслед и не дышала. Хотелось догнать Ларина, прижаться к нему, зацеловать до смерти. А еще хотелось выть, а еще лучше вырвать себе сердце, чтобы оно не ныло и не причиняло муку.

— Танюха, дыши, — строго сказал Орлов. — На этом, — кивнул он в сторону Ларина, — свет клином не сошелся. Уяснила? Когда мужик хочет связать свою жизнь с девушкой, он берет это и делает. Раз Игорь держится от тебя на расстоянии, значит, он не рассматривает тебя в качестве своей спутницы. Прости за правду, но тебе надо перестать о нем грезить. Если узнаю, что ты сама к нему липнешь, я тебя придушу, честное слово! Не смей ему писать, звонить и искать встреч. Это не поможет.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Я закатила глаза и тяжело вздохнула.

— Стасик, спасибо за поддержку, но к твоему сведению, я не собиралась преследовать Ларина. Очень хочется, но не буду. У него свой взгляд на жизнь, у меня свой. Мы слишком разные. Он замкнутый человек, и мне не хватило сил пробить его броню.

— Если ты ему дорога, он сделает все, чтобы вернуть тебя. Поверь мне. А если нет, то он не стоит твоих слез.

— Стасик! Советы раздавать и я могу, — хохотнула, толкнув его локтем в бок. — Вот только тебе ли не знать, что чувства не подвластны контролю? Хватит умничать, поехали на занятия, — сменила я тему.

Запечатала свои переживания глубоко внутри. Никому не покажу, как истекает кровью сердце, как мечется в истерике душа, ища взаимности.

— Танюха, будет и на твоей улице праздник, ты, главное, нос не вешай, — заявил Стас и щелкнул меня пальцем по носу, а я скорчила ему рожицу.

Мы сели в машину, включили музыку на полную громкость и пока ехали, весело подпевали. Настроение у меня сразу же поднялось, но тяжесть с души так и не сошла. Орлов учился жить без Ульяны, а я без Игоря. Всю себя отдавала учебе, а в свободное время трепала нервы Стасику на катке, чтобы ему некогда было скучать.

Несколько раз за день проверяла сотовый телефон, надеясь на то, что Ларин все же позвонит или напишет, но, как всегда, он этого не делал. Мы зашли в тупик и, казалось, что выхода нет, не сможем сдвинуться с мертвой точки. Даже если Игорь и ревновал меня к Стасу, он бы никогда не признался мне в этом. Раз Ларин спокойно отреагировал на новость о том, что его бывшая невеста вышла замуж, то до меня ему точно нет никакого дела. Наверное, он был уверен в том, что я начну ему надоедать, оббивать порог дома и искать тысячу причин для звонка. Опасался этого, но я его удивила. Взяла и исчезла из его жизни, будто никогда и не было этого месяца совместной жизни. Даже если Игорь и скучал по мне, я этого никогда не узнаю. Потому что он такой. Как кремень. Раз решил жить один, то никто не заставит его изменить своим правилам и принципам. Вот раздражал он меня до скрежета зубов, не раз возникало желание поколотить его кулаками, а с другой стороны тянуло к нему как магнитом. Все бы отдала, чтобы хоть день провести в его объятиях, почувствовать его властные, настойчивые губы на своих губах, но понимала, что это несбыточные мечты.

Вздрогнула, когда преподаватель обратился ко мне. Вот же черт!

— Татьяна, прекращайте летать в облаках, — сделал мне замечание мужчина.

Я виновато потупила взгляд.

После пар попрощалась с подругами и поспешила на автостоянку к Стасу, чтобы вместе отправиться на каток. За эти месяцы научилась держать равновесие и плавно скользить по кругу. На этом мои достижения заканчивались. Не густо, но для меня это был большой прогресс. Катание отвлекало меня от переживаний, размышлений, но самое главное — это то, что Стас тратил время на мое обучение, а не на выпивку. Только желание вытянуть Орлова из бездны горя и придавало мне сил, чтобы не плюнуть и не бросить все это. Я обещала Ульяне, что присмотрю за ее парнем, и сдержала обещание, была рядом с ним и не позволила натворить глупостей.

— Сегодня будем учиться выполнять самый простой трюк — ласточку, — заявил Стас и продемонстрировал мне, как это делать.

Я застонала и закрыла глаза ладонями.

— Ты издеваешься? На одной ноге катиться? Я же разобьюсь! — возмутилась, скрестив руки на груди.

— Ларина, не нервируй меня. Выполняй! Или напомнить, что мы можем в любой момент прекратить все это? — изогнул брови дугой и сердито посмотрел на меня.

Я сдалась, постаралась запомнить пошагово то, что необходимо сделать. Оттолкнулась, переместила вес на одну ногу, а вторую отвела назад, слегка подалась вперед и прогнулась в спине, при этом руки развела в разные стороны.

«Только бы не упасть! Только бы не упасть! Только бы ни в кого не врезаться!», — повторяла про себя, боясь моргнуть.

Мне не верилось, что я катилась и еще не растянулась на льду, как это обычно бывает.

— Танюшка, ты — умничка! Ведь можешь, когда хочешь! — воскликнул Стас.

— Сглазишь, — услышала я голос Игоря в стороне, сердце забилось с такой скоростью, что чуть не выпрыгнуло из груди.

От волнения я потеряла равновесие и упала. Стас быстро подъехал ко мне и протянул руку, помог мне встать. Я поморщилась из-за боли в ноге, а потом метнула взгляд в сторону и увидела Игоря. Он стоял, опираясь локтями на бортик, и не сводил с меня пристального взгляда. Я судорожно сглотнула.

— Ты что тут делаешь? — удивилась я и напряглась.

— Ехал мимо, решил посмотреть на то, как ты катаешься, — пожал он плечами, а у меня от этой фразы всколыхнулась надежда и счастье затопило. Но! Мысленно дала себе пощечину и тряхнула головой. Не поддаваться ложным мечтам! Ну, подумаешь, решил посмотреть! Это ничего не значит. Мы же вроде как бы… Друзья. Да, не общались все эти месяцы, но статус дружбы-то за нами закреплен.

— Как же ты оторвался от своих важных дел? Или всех преступников уже отправил за решетку? — усмехнулась, покачав головой.

Ларин бросил на меня непроницаемый взгляд.

— Ты катайся, я мешать не буду. Просто посмотрю, утолю свое любопытство, а потом уеду. Я, как обычно, взял на дом бумаги, — спокойно проговорил он.

— Ладно, — пожала я плечами и отвернулась от него, набрала в легкие больше воздуха.

Боже! Дай мне сил! Не хотела демонстрировать Игорю то, что он меня смутил своим присутствием. Старалась не думать о том, что он рядом, однако кожей ощущала его присутствие. Пыталась сделать ласточку, но часто падала. Орлов ругал меня, отчитывал и просил повторить все заново.

— Она так ноги переломает. Дай ей хоть пять минут передохнуть, — услышала я грозное рычание Ларина, вскинула брови и приоткрыла рот. — Удивительно, как она себе еще шею не свернула, — цокнул он языком.

— Таня на многое способна, просто сосредоточиться не может из-за того, что вы здесь, — хмыкнул Орлов, скрестив руки на груди. — Сложнее выполнять трюки, когда знаешь, что тебя оценивают.

— Я-то в чем виноват? Просто смотрю, не отвлекаю. Мало приятного наблюдать за тем, как Таня постоянно падает и набивает себе синяки, — строго проговорил Игорь. — Зачем ей учить сложные элементы?

— А это вы у нее сами спросите, — заявил Стас. — Таня, у тебя перерыв десять минут, потом продолжим.

Орлов оставил меня на льду, а сам отправился в сторону раздевалки. Я подъехала к бортику и остановилась напротив Игоря, прищурилась и посмотрела в черные глаза.

— Игорь, я хочу научиться выполнять сложные элементы, и я сделаю это. Синяки меня не пугают, уже привыкла к ним, зато получаю массу положительных эмоций, потому что тренировки дают хороший результат, — спокойно сказала я, а Ларин нахмурился. — Так что ты тут делаешь на самом деле?

— Я же уже сказал, что мне стало любопытно, вот и решил посмотреть на то, как ты катаешься, — ответил он. — Мы же друзья. Разве это преступление навестить друга?

Его слова резали меня без ножа, под ребрами так больно кольнуло, что я с шумом втянула в себя воздух.

— Ты надо мной издеваешься? — выдохнула я, прикусив щеку изнутри, чтобы не заплакать.

— И в мыслях не было, — серьезно ответил он, свел брови на переносице.

— Хорошо, если мы друзья, то почему же ты ни разу мне не позвонил и не поинтересовался моей жизнью? — спросила, сложив руки на груди

— Не хотел, чтобы ты попала в плен иллюзии. О том, как у тебя дела, я узнавал у твоего отца.

— Боялся, что начну за тобой бегать, названивать и надоедать? Опасался того, что пристану, как назойливая муха? — хмыкнула я. — Этого никогда не будет! Я же тебе обещала, что не побеспокою.

— Да, я очень опасался, что ты будешь искать встреч, не хотел, чтобы ты страдала, ведь знаешь, что я не смог бы ответить тебе взаимностью. Поэтому и не давал ложных надежд.

— Какой же ты заботливый, беспокоишься о моих чувствах, — хмыкнула. — Раз не хочешь, чтобы я окунулась в иллюзию, то, какого черта, приперся сюда? Не проще ли было бы окончательно вычеркнуть меня из своей жизни? — ледяным тоном проговорила, сжав кулаки с такой силой, что ногтями ранила кожу на ладонях.

В любимых глазах мерцали молнии. Ларин, с шумом втянул в себя воздух, быстро справился со своими эмоциями.

— Зачем мне тебя вычеркивать? Теперь, когда у тебя есть парень, мы можем общаться с тобой как друзья. Я же с Катериной поддерживаю отношения, хочу, чтобы и ты осталась моим другом. Ты для меня не чужая, особенно после того, что у нас было.

Я смотрела на Ларина и не моргала. Хотелось ущипнуть себя. Я сплю? Собрала всю силу воли в кулак, чтобы не прикоснуться ладонью к его небритой щеке, чтобы не припасть губами к его губам. Таких приятных слов от него ни разу не слышала, они были слаще меда, хотя, по факту ничего особенного он мне не сказал.

— Хорошо, друзья так друзья. Между нами ничего не было, Игорь. Просто ты первый у меня, вот и все. Мы не встречались, ты всего лишь сыграл роль телохранителя и исчез. Если хочешь быть моим другом, то будь им по-настоящему. Иллюзиями я уже сыта. А это значит, что тебе придется мне звонить хоть пару раз в год, ну там… С праздниками поздравить.

Игорь усмехнулся и покачал головой, отвел взгляд в сторону, а у меня сердце замерло в груди, когда заметила на его губах мальчишескую улыбку. Как же она ему шла!

— Ты надо мной издеваешься? — спросил он, метнув на меня строгий взгляд.

— Что ты! И в мыслях не было, просто привыкла говорить друзьям правду, — спокойно ответила, с вызовом посмотрев в его глаза.

И пусть моя душа плавилась, а сердце обливалось кровью, не собиралась Ларину показывать свою слабость. Он прав! Силен лишь тот, у кого нет слабостей. Мое внимание привлекли две фигуристки в красивых костюмах. Нас с Орловым предупредили о том, что сегодня будут тренироваться на льду девушки из других городов, которые приехали на соревнования. С восхищением смотрела на то, как они выполняли сложные элементы, скользили по льду так, будто были рождены именно для этого. У меня дух захватывало, когда фигуристки делали в воздухе несколько оборотов, а потом изящно приземлялись на лед.

— Ларина, чтобы так кататься, надо с детства заниматься, — сказал Стас, а я вздрогнула, даже не заметила, когда он успел оказаться рядом со мной. — Сейчас здесь будет тренировка, поэтому нам лучше уйти и не мешать. На днях продолжим.

— Хорошо, — согласилась я.

Стас взял меня за руку и потянул к раздевалкам.

— До свидания, Игорь, — бросила я, радуясь тому, что наше общение подошло к концу, ведь находиться рядом с ним невыносимо больно.

— До свидания, Таня, — ответил он мне таким же холодным тоном.

Я перевела взгляд на Орлова и тихо спросила:

— Ты специально оставил меня с ним наедине?

— Да, решил, что вам надо поговорить, — кивнул Стас.

— Решил он, — передразнила его. — Больше так не делай.

— Как скажешь, — пожал он плечами, помог мне сесть на скамейку, аккуратно стянул с моих ног коньки, а я чуть не застонала от удовольствия, ведь ноги наконец-то обрели свободу.

Орлов бережно обхватил пальцами мою щиколотку и нахмурился.

— Нога болит? — уточнил он, а я толком понять не могла, потому что сердце щемило с такой силой, что перебивало все остальное. — У тебя синяк очень большой и припухлость, похоже на растяжение. Видимо, ты неудачно упала. Надо сделать небольшой перерыв и позволить ноге зажить.

Я перевела взгляд на свою ногу и поморщилась от боли. Действительно, большой кровоподтек.

— До свадьбы заживет, — пошутила я и услышала звон за спиной.

Резко обернулась и увидела Игоря. Он еще здесь? Ларин уронил ключи от машины, смотрел на меня недоверчивым взглядом. Неужели подумал, что я замуж выхожу?

— Конечно, до свадьбы заживет, но все же в следующий раз постарайся не падать, — заявил Стас и натянул мне на ноги сапожки.

Игорь подхватил с пола ключи, развернулся и скрылся с моих глаз. Я смотрела ему вслед и чувствовала невероятную, безнадежную тоску.

— Тань, — позвал меня Стас, а я перевела на него невидящий взгляд. — Все в порядке?

— Да, — растерянно ответила и снова посмотрела в ту сторону, где еще минуту назад был Ларин.

— На ногу наступать больно? — с беспокойством спросил Стас.

Я попробовала сделать пару шагов. Мышцы болели во всем теле, как обычно. Чувствовала небольшой дискомфорт при ходьбе, но это не страшно.

— Не переживай, все нормально, — ответила я и последовала за другом на свежий воздух.

— Почему так загадочно улыбаешься? — поинтересовался Стас, открыв мне дверь автомобиля.

Я стряхнула снег с куртки, который успел укрыть меня, пока я шла по улице. Села в салон и включила печку.

— Как думаешь, судьба существует, или ее выдумали люди? — поинтересовалась я.

— Я уверен в том, что люди сами вершат свою судьбу. Мы делаем выбор, это и приводит нас к тому или иному событию, — пожал плечами Стас.

— Может ты и прав, — кивнула и перевела взгляд в окно, любуясь снегом, который крупными хлопьями ложился на землю.

Вечером вышла из ванной, вытирая полотенцем волосы, подошла к письменному столу, где лежал сотовый телефон. Заметила сообщение. Сразу подумала, что это либо Стас, либо Наташа прислали мне что-то. Однако когда открыла «конвертик», чуть не выронила телефон из рук. Мне написал Игорь.

«Как нога?»

Смотрела на экран и часто хлопала ресничками, сердце ускорило ритм, ладошки вспотели. Может, мне все это только кажется? Всего два слова, а у меня душа поет от радости. С шумом втянула в себя воздух, зажмурилась и с грохотом положила телефон обратно на стол. Не буду отвечать! Высушила волосы, забралась в постель и прикрыла веки. Мысли роились в голове, как пчелы. Отогнала от себя все переживания и провалилась в сон.

Утро выходного дня выдалось морозным. Я натянула спортивные штаны и футболку, спустилась в гостиную. Мама, как обычно, сварила кофе и приготовила завтрак. Миша теперь жил отдельно, и я, признаться, скучала по брату.

— Милая, иди завтракать, — ласково позвала меня мама.

Я улыбнулась ей, поцеловала родителей и села за стол. Сделала пару глотков горячего напитка и перевела взгляд в окно. Чуть не подавилась, когда заметила Ларина, идущего по тропинке в сторону нашего дома. Хотелось застонать от досады. Господи! Да, что же он зачастил-то?

— Папа, а вы с Игорем над каким-то делом вместе работаете? — поинтересовалась я.

— Да, — кивнул отец. — Прости, но в подробности не могу посвятить, там конфиденциальная информация.

Дверь открылась, и на пороге появился с раскрасневшимися от мороза щеками Ларин. Снял драповое пальто, повесил на крючок, разулся и вошел в гостиную. Я старалась не пялиться в его сторону, но все же украдкой любовалась. Ему безумно шел белый свитер и темные брюки.

— Доброе утро, Игорь Викторович. Кофе? Чай? — предложила мама.

— Светлана Сергеевна, не откажусь от кофе. На улице зима началась. Мороз сильный, хотелось бы согреться, — заявил он, потирая раскрасневшиеся руки.

Потом перевел взгляд на моего отца и сказал:

— Я привез документы, всю ночь над ними сидел. Нашел лазейку по вашему вопросу.

Папа хлопнул в ладоши и улыбнулся.

— Игорь, это отличные новости. Значит, к понедельнику успеем предоставить все в суд, — радостно проговорил отец.

— Таня, как нога? — обратился ко мне Ларин, а я чуть не захлебнулась кофе.

Прокашлялась. Игорь бережно похлопал меня по спине. У меня от его прикосновений внутренности в узел стянуло.

— Все хорошо, спасибо, — ответила, обхватив пальцами чашку, чтобы Ларин не видел, как у меня тряслись руки.

— Ты уверена? Может, к врачу отвезти? Вдруг что-то серьезное? — не унимался Ларин.

Мама и папа нахмурились и смотрели на меня с тревогой.

— Игорь, у меня все хорошо. Я даже не хромаю. Подумаешь синяк, и немного отдает глухой болью, но это пройдет, — махнула рукой, одарив его тяжелым взглядом.

В дверь постучали и на пороге появились Никита и Даша.

— Простите, что вошли без приглашения, но у вас калитка открыта, — сказал Колесников, расстегивая пальто.

— Таня? Ты почему не готова еще? — всплеснула руками Даша, а я удивленно заморгала. — Мы же собирались в торговый центр за подарками и елочными игрушками.

— Мы на эту субботу договаривались? — уточнила я, от досады хлопнув себя по лбу. — Черт! Я забыла. Буду готова через десять минут, — пообещала и подскочила с места, помчалась на второй этаж переодеваться.

Натянула джинсы, синий свитер, подхватила сумку и спустилась на первый этаж.

— Мама, папа, скоро вернусь, — сказала на ходу.

Даша обняла меня, и мы с ней вышли на улицу. Во дворе Никита и Игорь курили, о чем-то разговаривая. Колесников, заметив Дашу, подтянул ее к себе, бережно натянул ей на голову капюшон.

— Холодно, не хочу, чтобы ты простыла, — заявил он, посмотрев на мою подругу с нежностью.

— А ты почему без шапки стоишь? Живо в машину! — отчитала его Даша, а я улыбнулась.

— Зайка, держи ключи, идите с Танюхой в машину, я сейчас, — сказал он, вложив в ее ладонь ключ.

Даша взяла меня под руку и потащила к машине. Я прошла мимо Игоря и даже не подняла на него свой взгляд, однако чувствовала, что Ларин на меня смотрел. Мурашки бегали по спине.

— Ларин у вас прописался? — уточнила Даша, когда мы сели в машину.

— У него с моим отцом опять какие-то общие дела, — пожала я плечами, тяжело вздохнув.

Это очень непросто быть сильной и держать свои желания в узде. Дверь с моей стороны открылась, и я уловила знакомый аромат туалетной воды. Ошарашенно смотрела на то, как Игорь сел на заднее сиденье рядом со мной, а Никита расположился за рулем. Интуитивно отодвинулась от Игоря и затаила дыхание.

— Ты с нами? — удивилась я.

— Да, — спокойно ответил он. — Потом вернусь за своей машиной, ну или Ник подкинет, все равно тебя домой будет подвозить.

— А тебе зачем в торговый центр? — выдохнула, недоверчиво покосившись на Ларина.

— Не рада моей компании? — хмыкнул он, бросив на меня тяжелый взгляд.

— Это я его пригласил с нами, — сказал Никита, посмотрев на меня в зеркало заднего вида.

Я отвернулась к окну и искусала губу от волнения. Так и хотелось вопить и звать на помощь. Да что же это за издевательство судьбы? Мой телефон зазвенел, а я вздрогнула. Это все нервы.

— Да, Стасик, — ответила я на звонок.

Мне показалось, что воздух вокруг Игоря стал вибрировать. Ларин заметно подобрался и бросил на меня тяжелый взгляд.

— Танюшка, как нога? Переживаю, не повредила ли ты ее, — проговорил Орлов.

— Нога? Болит, но уверена, что после твоего очередного волшебного массажа, все пройдет, — усмехнулась я, вспомнив, как Орлов в последнее время часто массировал мне ноги после тренировок.

Игорь с шумом втянул в себя воздух, услышала, как хрустнули костяшки на его пальцах, с такой силой он сжал кулаки.

— Давай приеду и вместе к врачу сгоняем, на всякий случай покажемся специалисту.

— Нет, не приезжай сегодня. Мы с Дашей в торговый центр отправились за покупками. Завтра увидимся.

— А, ну раз за покупками собралась, значит, точно ничего серьезного с ногой, — усмехнулся Орлов. — Хорошо, Даше привет.

Я попрощалась с Орловым и передала Золоторевой привет.

— Стасик от тебя без ума, — сказала Даша, стараясь не смотреть на Игоря. — Не удивлюсь, если он тебе предложение сделает.

— Вот когда сделает, тогда обязательно вас всех приглашу к себе на свадьбу, — заявила я, посмотрев в глаза Ларину с вызовом.

Заметила, как в его взгляде клубилось что-то дьявольское, пугающее. Наверное, Игорь уже пожалел о том, что поехал с нами, а может, ему нет никакого дела до меня? Сложно понять этого человека.

— Ну а вы когда под венец? — поинтересовалась я у Даши.

У нее щеки вспыхнули, она покосилась на Никиту и смущенно потупила взгляд.

— Танюх, подруга у тебя упертая. Я уже устал ее замуж звать. Сказала, что когда диплом получит, тогда и согласится, — цокнул языком Никита, притормаживая на светофоре.

Пользуясь короткой остановкой, Колесников притянул к себе Дашу и впился в ее губы жадным поцелуем. Я слегка смутилась и отвернулась к окну, стараясь не дышать. Стало безумно грустно, ведь очень соскучилась по ласке, по объятиям, но свои переживания снова зарыла в глубинах своего сознания.

Когда прибыли в торговый центр, Игорь открыл дверь с моей стороны и протянул руку, предлагая помощь. Я, не раздумывая, вложила свою руку в его горячую ладонь и поблагодарила. Когда выбралась из автомобиля, отошла от Ларина, взяла под руку Дашу, и мы с ней зашагали вперед. Я старалась всячески игнорировать присутствие Ларина, держалась с ним холодно, но отвечала на все его вопросы. Сама не начинала с ним разговор. Такое общение вытягивало из меня все силы. Мы с Дашей нашли елочные игрушки, заодно купили подарки для родных и близких. Под ребрами заныло. Ведь мне предстояло встретить праздник в одиночестве. Мама и папа на днях собирались уехать к Даниилу. Он с женой и сыном перебрался в дом, который находился в другом городе. Я отказалась ехать с ними.

Не знала с кем отметить Новый год, потому что все подруги были по парам, а Стас собирался уехать с родителями в гости к родственникам. Миша с Наташей звали меня к себе, но я отказалась, ведь знала, что брат собирается делать предложение моей подруге, поэтому не хотелось быть лишней. Никита пригласил Дашу к себе домой, чтобы познакомить ее со своими родителями. Одним словом жизнь у всех налаживалась. Всей душой надеялась, что свершится чудо, и я тоже встречу свою судьбу.

— Таня, почему хромаешь? — с беспокойством спросил Игорь.

— Все нормально, просто мы полдня бродим из отдела в отдел, и я немного устала, — призналась.

Ларин, не церемонясь, схватил меня под руку, резко развернул и усадил на лавочку, стоящую напротив обувного отдела. Любимый быстро расстегнул мой сапог и стянул с ноги вместе с носком.

— Что ты делаешь? — возмутилась я.

— Никит, вези нас к травматологу. Посмотри на ее ногу, — вздохнул Ларин и покачал головой.

— Ого, Таня, да она у тебя синяя и отекла, — ужаснулась Даша.

— Все само пройдет, не в первый раз, — хмыкнула и попыталась отнять у Ларина свою обувь.

— Танюха, лучше показаться специалисту, — строго сказал Никита. — Быстро заедем в клинику и потом домой.

— Ладно, — сдалась я, отобрала у Игоря сапог и натянула на ногу, при этом поморщилась от боли.

Хотела встать, но Ларин не позволил, подхватил меня на руки и понес в сторону подземной парковки.

— Что ты творишь? — возмутилась я и попыталась вырваться. — Я в состоянии дойти сама.

— Я в курсе того, что ты самостоятельная, но не хочу, чтобы ты из упрямства навредила сама себе, — зарычал на меня Игорь.

Я умолкла, положила голову на плечо Ларину и зажмурилась, позволив себе быть капельку счастливой. Втянула в себя воздух, ощущая умопомрачительный запах его кожи. Судорожно сглотнула. Мне кажется, у меня каждое нервное окончание оголилось, совсем забыла про боль в ноге. Мечтала остановить время и побыть еще немного в крепких руках Игоря.

Ларин осторожно усадил меня на заднее сиденье автомобиля и расположился рядом.

В частной клинике сделали рентген. Врач сказал, что у меня вывих, но не тяжелой степени. Наложил эластичный бинт и рекомендовал держать ногу в покое до полного восстановления.

— Я же говорила, что ничего страшного, — сказала друзьям, а они заметно выдохнули.

Видимо, переживали за меня.

Ларин донес меня на руках от машины до дома.

— А на второй этаж слабо меня поднять? — пошутила я, чтобы хоть как-то разрядить накалившуюся обстановку.

Воздух между нами был осязаем. У Игоря был такой голодный взгляд, который пробирал меня до костей. Казалось, что еще секунда, и Ларин овладеет мной на пороге дома. Он молча понес меня к лестнице.

— Я пошутила! — воскликнула, но Ларин без проблем поднялся на второй этаж и занес меня в комнату, усадил на письменный стол и раскинул руки по обе стороны, заключив меня в плен.

Я забыла, что надо дышать, смотрела в черные глаза, и мурашки бегали вдоль позвоночника. Боролась с диким желанием обвить его шею, прильнуть всем телом и поцеловать с жадностью. Видимо, он меня на это и провоцировал. Хитрый!

— А ты сильный, — сказала первое, что пришло в голову.

Игорь усмехнулся и покачал головой.

— Спасибо и до свидания, друг, — напомнила ему о его статусе.

Ларин поморщился, отошел от меня.

— Выздоравливай, — бросил он на ходу и покинул мою комнату, а я выдохнула.

Прижала руки к груди, пытаясь угомонить колотящееся сердце.

На следующий день проводила родителей в путь, достала искусственную елку и принялась наряжать ее. Тишина давила на психику, поэтому включила музыку. Услышала какой-то странный хлопок, который раздался со стороны калитки, выглянула в окно и застыла на месте. Какие-то люди в черных масках взорвали замок и распахнули дверь. Они быстро передвигались по территории в сторону дома. Мои мышцы сковал шок на несколько секунд. Послышался звон разбившегося стекла. Я поняла, что нападающие уже в доме. Сорвалась с места и помчалась на второй этаж. Сотовый находился в моей спальне. Только бы успеть!

— Она здесь, — услышала я голос незнакомца, взвизгнула и, не обращая внимания на боль в ноге, взлетела по лестнице.

Топот мужских сапог заставлял мое сердце замирать от страха. Заперла дверь, схватила со стола телефон и забилась в вещевой шкаф. Знаю, наивно! Но лучше ничего не придумала. Дрожащими руками набрала номер Ларина и слушала гудки в трубке. По спине струился холодный пот, а сердце чуть не выскочило из груди. Липкий, мерзкий страх окутал душу.

— Пожалуйста, возьми трубку, — скулила я, слыша, как мужчины били ногами по двери.

Сколько у меня секунд, прежде чем они вышибут ее?

— Таня? — удивленно проговорил Ларин.

— Игорь! — завопила я не своим голосом. — Ко мне в дом пробрались люди в масках, спаси! — завизжала я, но тут же чья-то рука отобрала у меня телефон.

Сотовый бросили на пол. Мужчина разбил его двумя ударами ноги. Я учащенно дышала, смотрела на незнакомцев и не знала, что делать? Тошнота подкатывала к горлу, во рту пересохло от волнения.

— Хватай девчонку, и сваливаем, — отдал приказ один из громил.

Я пыталась вырваться, но ничего не вышло, меня легко перекинули через плечо и потащили на первый этаж. На улице был мороз, а меня вынесли в домашней одежде: в футболке и спортивных штанах, на ступнях лишь носочки. Мороз неприятно кусал тело.

Рот мне заклеили скотчем и грубо запихнули на заднее сиденье тонированной машины.

— Значит так. Увезите подальше от города в лес, всадите пулю в лоб, на теле оставите вот эту записку — послание ее папаше. Он не послушался, выступил в суде против моего дяди, так что пусть теперь всю жизнь винит себя в смерти дочери. Тело не прикапывайте, нужно, чтобы труп нашли.

— Девчонка аппетитная, ее можно перед смертью… — ехидно проговорил верзила.

— А это уже на ваше усмотрение, мне главное, чтобы она сдохла. Вернетесь, получите оставшуюся сумму денег, — заявил незнакомец и отправился к другой машине.

Я вздрогнула, когда два верзилы в масках сели в автомобиль.

— Ну что, куколка, покатаемся? — радостно проговорил тот, который был за рулем и утопил педаль газа в пол.

Я лихорадочно соображала. Как быть? Что делать? Из-за того, что заклеили рот, не могла ни слова сказать. Хотела снять скотч, но побоялась, что меня пристрелят раньше времени, поэтому вела себя тихо, как мышка. По щекам текли горькие слезы. Я понимала, что Игорь не успеет, что мне нужно будет полагаться только на себя. Мы ехали два часа, меня намеренно увозили подальше от города, чтобы поиски заняли больше времени. Когда внедорожник свернул в лес, у меня душа ушла в пятки, а сердце оборвалось. Неужели, это конец? Здесь встречу свою смерть? Машина остановилась в лесу, верзила вышел из автомобиля, открыл дверь и дёрнул меня за ноги, вытащил на снег. Я застонала от боли. Незнакомец резко сорвал с моих губ скотч, а я вскрикнула. Второй достал два пистолета с глушителями. У меня адреналин стучал в висках, легкие горели из-за холодного воздуха, я искала варианты, цеплялась за любую возможность выжить.

— Сразу пулю или развлечемся? — спросил задумчиво незнакомец у своего товарища, смотря на меня светло-карими глазами.

— Можно и развлечься, — усмехнулся тот.

Я попятилась на четвереньках обратно к машине, с ужасом наблюдая за тем, как один из мужчин принялся расстегивать свои штаны.

— Тебе от нас не сбежать, — ехидно улыбнулся тот, в руках которого было оружие.

У меня было меньше минуты. Я резко вытянулась на снегу и перекатилась под машиной на другую сторону, вскочила и побежала изо всех сил, при этом старалась вилять, чтобы в меня сложнее было прицелиться.

— Прыткая, — заржали за моей спиной мужики. — А ну, стоять, стрелять ведь буду! — с угрозой сказал один из них.

Я не оборачивалась. Услышала какой-то свист и щепки отлетели мне в голову. Взвизгнула, осознав, что это пуля прошлась рядом со мной и попала в дерево. Что-то обожгло ногу, и резкая боль отдалась в теле, но я не обращала внимания, бежала по снегу в носках, благо снега было немного, иначе бы увязла и меня бы точно уже пристрелили. Я продрогла до костей, но было на все плевать. Кровь стучала в ушах, все, что видела — это пространство перед собой. Ощутила сильный толчок в плечо и закричала от боли, но не остановилась. Что-то липкое и горячее заструилось по моей коже, спускаясь к пупку, но я на это не обращала внимания. Мозг был сосредоточен на том, чтобы найти выход и выбраться.

Споткнулась и кубарем покатилась по склону, плюхнулась в ледяную воду. Течение было таким быстрым, что я захлебывалась водой. Горная река несла меня непонятно куда, но главное — подальше от убийц. Мне не хотелось умереть такой смертью. Из последних сил пыталась бороться со стихией. Увидела ветвь дерева, склонившуюся над водой. Видимо, ураган вырвал дерево с корнем, и оно упало. Я схватилась за нее, вцепившись мертвой хваткой. Со стоном подтянулась и поползла по поваленному стволу на берег. Меня трясло так, что зуб на зуб не попадал. Перевела взгляд на свою промокшую, окровавленную одежду и поняла, что меня подстрелили. Из-за шока ничего не чувствовала, мозг защитился, отключил все чувства. Куда идти? Хотелось плакать, но слез не было. Это конец! Я до смерти замерзну или истеку кровью. Не знаю, что быстрее. Пока плыла, потеряла один носок, поэтому пришлось наступать голой стопой на снег. Шагала куда глаза глядели, и скулила от боли и холода. Меня качало из стороны в сторону, легкие горели. Рухнула на колени и повалилась на бок, перевернулась на спину и поняла, что больше нет сил. Смерть меня не страшила, мне просто не хотелось умирать. Шок стал немного отпускать, и тело пронзила невероятная боль. Я закричала на весь лес, выплескивая в крике все свои эмоции. Кричала, пока не сорвала голос, он охрип, и я закашляла. Вдруг услышала лай собаки. Лохматый пес подскочил ко мне и лизнул в щеку.

Где-то в стороне услышала, как захрустел снег под тяжелой подошвой, часто задышала. Неужели, эти отморозки нашли меня?

— Господи! — воскликнул незнакомый мужчина и подскочил ко мне.

У меня перед глазами начало темнеть, сил на борьбу не осталось.

— Дите, ты как тут оказалась? — спросил мужчина.

Тяжело было понять его возраст. Мне показалось, что он ровесник моего отца. Густая борода, усы, морщинки вокруг добрых голубых глаз. Незнакомец подхватил меня на руки и быстрым шагом куда-то понес.

— Девочка, не смей отключаться, иначе уже не проснешься, — предостерег он меня. — Тебя как зовут?

— Т-т-таня, — прошептала, заикаясь.

— Танюша, ты только держись. Как доберемся до моего лесничего домика, вмиг отогрею тебя, — ободряюще сказал он.

— М-м-мне… х-х-холодно, — зуб на зуб не попадал.

— Верю, милая, очень верю. Потерпи, родная. Граф тебя учуял, если бы не он, околела бы. Танечка, ты только глаза не закрывай, нельзя, милая, спать, — говорил он низким голосом.

— С-с-спасите… — попросила, чувствуя, что веки налились свинцом.

Мужчина практически перешел на бег. Веки слиплись, но сознание не покинуло меня. Я боролась изо всех сил.

— Таня, не отключайся, борись дитё, — приказывал он.

Ощутила, как меня положили на что-то мягкое. Мужчина стал стаскивать с меня вещи, но мне было все равно. Он укутал меня сухим одеялом. Я прислушалась, уловила треск поленьев в камине. Где-то рядом рыкнул пес, а потом тьма все же утянула меня в свои объятия.

Глава 11

Скользкие, мерзкие, мокрые щупальца окутали мое тело и тянули на дно. Я захлебывалась холодной водой, легкие горели, кислорода не хватало, пыталась вынырнуть, но течение было слишком сильное. И вот долгожданный вдох, но снова что-то тянуло вниз. Я боролась с невидимым врагом, пыталась выжить любой ценой, но сил оставалось все меньше и меньше. Вдруг картинка резко изменилась, и я опять оказалась в машине с оглушающе бьющимся сердцем, судорожно оглядываясь по сторонам. Человек в маске отдавал приказ уничтожить меня. Протянул верзиле записку для моего отца, взгляд выцепил тату на его запястье: змея, обвивающая череп.

— Сразу пулю или развлечёмся? — услышав ненавистный голос незнакомца, попятилась.

В голове снова пульсировала лишь одна мысль — выжить любой ценой. Упала и кубарем скатилась в воду и снова скользкие, мерзкие щупальца окутали мое тело и потянули на дно.

«Нет! Нет! Нет!», — взрывалось в мозгу.

Я же только выбралась, не хочу, чтобы темная мгла утащила к себе.

Резко вскочила и замерла, часто хлопая глазами и пытаясь сориентироваться в пространстве. Белые стены, выцветший линолеум в цветочек, железная кровать и неудобный матрас, заправленный белой простыней с некрасивым черным штампом. Рядом с кроватью тумбочка, в углу кресло, у входа шкаф для вещей. Все было как в тумане, голова кружилась, и чувствовала странную боль в теле. Где я?

— Танечка, как ты себя чувствуешь? — вздрогнула, услышав обеспокоенный голос Ларина.

Медленно повернула голову направо и заметила Игоря, он стоял у окна. Тошнота подступила к горлу, я снова откинулась на подушку и прикрыла веки. Ощутила прикосновение прохладной ладони к моему лбу, и стало на миг хорошо. Почувствовала разочарование, когда Ларин убрал руку. Услышала его быстрые шаги и хлопок двери. Ушел? Хотела его позвать, но поняла, что голоса нет. Стоило напрячь связки, как начал душить кашель. Дверь скрипнула, а я приоткрыла веки и снова попыталась сфокусироваться. Ларин привел медсестру.

— Она опять вся горит, — в голосе звучала неприкрытая тревога, а я удивилась.

Переживает за меня? Стоп! Где я? Что тут делает Ларин? Последнее, что запомнила — это лесника и лохматого пса. У меня галлюцинации?

— Арсений Иванович вызвал нас сразу, как только нашел ее. Ваша девушка получила переохлаждение, к тому же потеряла достаточно крови. Организм борется. Мы уже приняли все меры, чтобы избежать воспаления легких. Ей повезло, что лесник оказался поблизости, иначе замерзла бы до смерти. Я сейчас вколю жаропонижающее, но температура, скорее всего, так и будет держаться, — вздохнула женщина и вставила шприц в катетер, стоящий у меня на тыльной стороне ладони.

— Спасибо, — поблагодарил ее Ларин.

Когда медсестра ушла, Игорь сел на край моей кровати, отчего пружины скрипнули, и матрас прогнулся. Только сейчас заметила сбитые в кровь костяшки на его руках. Удивленно вскинула брови и слегка кивнула, надеясь, что он поймет меня без слов. Игорь перехватил мой взгляд и посмотрел на свои руки, сжал кулаки до хруста.

— Когда ты позвонила… Я сразу начал следить через спутник за твоим местоположением, поднял на уши все службы. Пока дождался вертолет… Боялся не успеть. Группа захвата обнаружила в лесу двух мужчин в масках, они прочесывали берег вдоль реки. Когда их повязали, я сорвался… — вздохнул Игорь, глядя на сбитые костяшки. — Пытался вытащить из них информацию. Когда один из них сказал, что подстрелил тебя, и ты свалилась в реку… — Ларин зажмурился и с шумом втянул в себя воздух, пытаясь сладить с эмоциями. — Я чуть не убил его. Бойцы спецслужбы с трудом оттащили меня и не позволили свернуть шею подонку. Спутник показывал, что ты где-то рядом, но найти тебя не могли, пока прибор не оповестил о том, что ты взяла курс в сторону деревни, которая расположена на другой стороне леса. Сигнал привел к местной больнице. В коридоре я встретил лесничего, он рассказал мне о том, что вызвал скорую, закутал тебя в свои вещи. Он боялся, что ты умрешь в его избушке и не дождешься помощи. Тебя несколько часов назад перевели в палату. Твои родители уже едут сюда. Когда в твой дом вломились, сработала сигнализация. Вот только когда приехал наряд милиции, тебя уже и след простыл. Опрашивали соседей, они сказали, что видели три черные машины с заклеенными номерами, и что автомобили разъехались в разные стороны. Если бы не сережки… Я бы тебя так быстро не смог найти, — выдохнул Ларин и нервно провел руками по волосам.

Я поморщилась от боли, левое плечо очень сильно саднило и не давало покоя, рука была прижата к животу. Пошевелила пальцами левой руки и вздрогнула от боли. Дьявол! Правой рукой приподняла край одеяла и посмотрела на себя. Я лежала в больничной, выцветшей сорочке, на плечо была наложена плотная повязка, ноги тоже забинтованы по колено.

— Тань… — позвал меня Игорь, внимательно всматриваясь в мои глаза.

Наверное, он не привык к тому, что я так долго молчала. Обычно мне рот не заткнешь. Даже если бы и могла говорить, то все равно бы молчала. На меня напал какой-то ступор. Разум никак не мог смириться с тем, что все происходящее — реальность. Поняла, что была в шаге от изнасилования и смерти, эти мысли вызывали ужас. Мне не хотелось никого видеть, желала спрятаться в темный угол и закрыться от всего мира. Казалось, что я выпала из колеи, будто произошел сбой в моей программе. Наступила пугающая апатия, мне ничего не хотелось, внутри была звенящая тишина. На своей шкуре прочувствовала, каково это, когда кто-то пытается отнять жизнь. Посмотрела в глаза Игорю и только сейчас начала понимать этого человека. Он прошел через подобный ужас… Теперь стало ясно, почему у него в доме стояли камеры. Ларин держал ухо востро, и я собиралась последовать его примеру.

Игорь нерешительно протянул руку и прикоснулся ладонью к моей щеке, отчего мое дыхание сбилось, а сердце пустилось вскачь как ошалевшее.

— Тань… — прошептал он, судорожно сглотнув. — Они тебя… — начал, но не успел договорить, потому что я отрицательно замотала головой.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Заметила, как облегченно он выдохнул и расслабился. В палату вошел мужчина с папкой документов.

— Я же сказал, что она еще слаба. Какого черта? — рявкнул Игорь, одарив вошедшего ледяным взглядом.

— Простите, Игорь Викторович, но чем быстрее запишем показания, тем больше шансов будет найти заказчика. Те двое не знают ни имени, ни внешности. Заказ был оформлен дистанционно, поэтому мне нужно допросить девушку, — проговорил незнакомец.

— Константин Александрович, у Лариной высокая температура, и за все время, что она в сознании, ни слова не промолвила. Вызовите в эту дыру психолога, — ледяным тоном сказал Ларин.

— Эту больницу через пару месяцев закроют, вот поэтому все специалисты перебрались в новое здание. Повезло, что здесь дежурила бригада врачей, иначе Татьяну не успели бы довезти до нового корпуса. Психолога пригласим, — кивнул мужчина и посмотрел на меня. — Говорить можете? — уточнил он, нахмурившись.

Я попыталась выдавить из себя хоть слово, но сразу же зашлась в сильном, хрипящем кашле. Игорь схватил с тумбочки стакан воды и поднес к моим губам. Я сделала глоток и зажмурилась. Устала так, будто прополола целое поле.

— Кость, имей совесть, — шикнул Ларин и снова приложил руку мне ко лбу. — Как только она сможет говорить, я тебе позвоню.

— Ларин, это же ты настоял на том, чтобы я взялся за это дело, вот и хотел тебя порадовать, поскорее все завершить. Хорошо, жду звонка, — улыбнулся незнакомец и пожал руку Игорю, а потом похлопал его по плечу.

Меня удивило то, что они начали с официального тона, а потом перешли на дружеский. Они давно знакомы?

Сил не осталось, поэтому расслабилась и провалилась в сон. Меня снова мучили кошмары, я металась по постели, на лбу проступила испарина, грудную клетку сдавливало, отчего трудно было дышать. Подскочила на кровати и пыталась вдохнуть больше воздуха, тело пронзила острая боль, поэтому не удержалась и зарыдала. Ну, как зарыдала? Молча содрогалась всем телом, шмыгая носом, по щекам струились слезы, ком в горле мешал. В свете ночника заметила Ларина, он спал, сидя в кресле, но услышал, видимо, что я очнулась. Поднялся и подошел ко мне, прижался губами к моему лбу.

— Ложись, — строгий тон, не терпящий возражений. — Я за медсестрой.

Я не послушалась его, так и сидела, пытаясь отдышаться. В палате появилась сонная женщина. Она зевнула, достала из коробочки градусник и протянула мне.

— Сорок, — выдохнул Ларин, отобрав у меня градусник.

Любимый покачал головой, смотря на термометр. Медсестра достала из кармана шприц и снова ввела мне жаропонижающее.

— Раскройте ее, нужно чтобы организм сам немного остудился, — посоветовала медсестра. — Еще холодное полотенце на голову положите, так вашей невесте станет легче.

У меня чуть рот не открылся от удивления. Что? Какая еще невеста? Что им наговорил Ларин? Прикинулся моим женихом, чтобы получать сведения от доктора, или чтобы ему разрешили остаться рядом со мной? Медсестра ушла, а Игорь, не церемонясь, откинул одеяло в сторону. Меня начало лихорадить, появилась боль в мышцах, и тихий стон сорвался с моих губ. Игорь осторожно закатал мою ночную рубашку, оголив мои живот и ноги. Он взял с тумбочки больничное полотенце, намочил в раковине и приложил прохладную ткань к моему лбу.

Снова неприятно тянуло плечо, оно пульсировало, дергало, а еще горели и чесались ступни. Мне хотелось прекратить эти неприятные ощущения.

— Тебе больно? — догадался Игорь, а я кивнула, и вновь слезы хлынули по щекам. — Я сейчас, — сказал он и выскочил в коридор.

— Игорь Викторович, нельзя часто давать обезболивающее, это может вызвать привыкание, — строго проговорила медсестра.

Не знаю, что ей ответил Ларин, но женщина вошла в палату и сделала мне укол. Через пару минут боль отступила, а я расслабилась. Мне было очень неловко, потому что часы на стене показывали три часа ночи, а люди из-за меня не спали.

Зажмурилась, но щекам так и катились слезы. Почувствовала, как матрас прогнулся под тяжестью Ларина. Теплая ладонь прикоснулась к моим щекам. Игорь стер мои слезы. Вот чего не ожидала, так это того, что Игорь меня поцелует. Его губы нежно прикоснулись к моим губам. От неожиданности, я распахнула веки и часто заморгала. Ради этого момента я бы еще раз пережила весь этот ужас. Мне не верилось, что Ларин сделал в мою сторону маленький шаг. Может, просто жалеет? Неприятно саднило под ребрами. Скорее всего, Игорю просто стало жаль меня, вот и поцеловал, потому что не знал, как облегчить мне страдания. Нельзя верить иллюзии!

— Спи, тебе отдых нужен. Знаю, что кошмары мучают, но постарайся уснуть. Я здесь, никому тебя в обиду не дам. Поняла? — прошептал он мне в губы, а я боялась, что стоит моргнуть, и Ларин исчезнет.

Вдруг это всего лишь галлюцинация из-за высокой температуры? Но тогда это самая приятная галлюцинация в мире!

— Не знал, что ты такая храбрая и сильная духом, — проговорил он, нежно погладив меня по волосам. — Все будет хорошо.

Мне хотелось сказать ему о том, как сильно я его люблю, могла прошептать, но говорить совершенно не было сил. Я будто замкнулась в своей невидимой раковине.

Голос любимого мужчины действовал на меня успокаивающе, и я провалилась в сон.

Утром, разлепив веки, увидела Ларина, спящего в кресле. Мне очень хотелось в туалет, поэтому осторожно села на кровати, свесив ноги. Очень пугали бинты. Зачем замотали ноги по колено? Пружины подо мной скрипнули, и Ларин резко открыл глаза.

— Ты куда собралась? — строго спросил он и нахмурился.

Я лишь кивнула в сторону двери, за которой располагался туалет.

— Не двигайся, доктор сказал, что тебе нельзя вставать на ноги. Во-первых, из-за головокружения можешь упасть и пораниться. Во-вторых, ты получила обморожение ступней, поэтому надо дождаться, когда все пройдет, прежде чем начнешь ходить.

Судорожно сглотнула, облизнув пересохшие губы, и обреченно посмотрела на Ларина. Быть беспомощной мне не нравилось.

— Я помогу, — заявил Игорь и осторожно поднял меня с кровати, отнес в туалет.

Мне было безумно неловко. Хотела попросить Ларина, чтобы он позвал медсестру, но не смогла выдавить из себя ни слова. Не понимала, что со мной произошло? Тут явно дело не в переохлаждении. Даже шепотом не получалось говорить, словно мешал какой-то невидимый барьер.

Ларин вернул меня обратно на кровать, я старалась не смотреть ему в глаза. Скорей бы мама приехала! С ней я буду чувствовать себя чуточку увереннее.

Вскоре подали завтрак. Из разговоров персонала поняла, что в этой больнице вместе со мной лежало всего пятнадцать человек. Ларин собирался покормить меня с ложечки, но я нахмурилась и отрицательно покачала головой. Сама справлюсь! Вот только не ожидала, что так трудно будет держать ложку. Кожа на пальцах была грубая, сухая и красная, поэтому они плохо сгибались, как будто стали деревянные. Обморозила! Да что же за невезуха-то такая? От обиды плакать хотелось. Игорь молча наблюдал за моими жалкими попытками поесть.

— Дай сюда, — с раздражением сказал он и отнял у меня ложку. — У тебя еще нет сил. Знаю, что можешь сама, но позволь помочь, — чуть мягче проговорил и, зачерпнув кашу, поднес ложку ко рту.

Я сверлила его гневным взглядом, но все же сдалась и открыла рот. Мне нужно есть, чтобы поскорее поправиться и уехать отсюда!

«Не хочу домой!» — эта мысль пронзила, как молния. Я боялась возвращаться туда, где, как оказалось, не безопасно. Вдруг кто-нибудь снова проникнет в дом? Страх окутал мою душу.

В палату вошел высокий, плечистый мужчина в белом халате, пожал руку Игорю, а потом обратился ко мне:

— Как поживает наша красавица?

Я лишь пожала плечами, а доктор нахмурился.

— Она не разговаривает, — сообщил Игорь и тяжело вздохнул.

— Даже шепотом? — уточнил доктор.

— Ни звука не произнесла за это время. Я попросил прислать сюда психолога, — заявил Ларин.

— Игорь Викторович, да-да, вы молодец. То, что она молчит — это последствия стресса, причина не в переохлаждении. Так, живо на перевязку, — сказал он. — Кресло привезти?

— Я на руках донесу, — ответил Ларин и без моего позволения подхватил меня, как куклу.

Игорь занес меня в помещение, где стоял металлический операционный стол, накрытый белой пеленкой, и стеллажи с различными баночками и коробочками. Я поморщилась от резкого запаха лекарственных средств. Ларин осторожно усадил меня на стол.

— Сергей Павлович, у нее всю ночь держалась высокая температура, — сказал Ларин, обратившись к доктору.

— Это защитная реакция организма. Если бы у нас тут просто было обморожение конечностей, а то пуля прошла навылет, а это дополнительная нагрузка. Несколько сантиметров ниже и попали бы в сердце, — вздохнул врач, а я удивленно вскинула брови.

— Что, Танюшка, так смотришь? Ночью штопал твое плечо, чтоб остановить кровотечение. Вторая пуля чиркнула слегка по ноге, там тоже, на всякий случай, наложил швы, чтобы быстрее зажило. Будем следить за твоим состоянием, а то, знаешь ли, купание в горной ледяной воде — дело опасное. Теперь главное воспаление легких не заработать. Ты, Танечка, в рубашке родилась. Ты — любимица судьбы, раз повезло выжить.

Сергей Павлович снял мне с плеча повязку, и я увидела шов длиною в три-четыре сантиметра. Но напугало меня не пулевое ранение, а вид моих раскрасневшихся ступней. Кожа покрылась волдырями и корками, в некоторых местах посинела. Доктор чем-то обработал мои ноги и снова наложил свежие бинты, а у меня в глазах потемнело. Боже! Я смогу ходить?

— Готово. До свадьбы все заживет, снова сможешь танцевать и бегать, — подмигнул мне Сергей Павлович. — Бывает гораздо хуже, тебе повезло, что наш Арсений Иванович тебя нашел и вовремя оказал первую помощь.

До какой свадьбы должно зажить? Не хотелось так долго ждать, мечтала спрыгнуть со стола и убежать подальше от всех, забиться в угол и спрятаться.

— Можете возвращаться в палату, — сказал доктор. — Медсестра сейчас принесет систему и уколет антибиотик.

— Когда можно будет перевести ее в городскую больницу поближе к дому? — поинтересовался Ларин.

— Через пару дней посмотрим на состояние организма, если все будет стабильно, то можно будет говорить о переводе, — ответил доктор.

Игорь бережно поднял меня на руки и отнес обратно. С одной стороны была безумно ему благодарна за то, что заботился обо мне, а с другой стороны — не хотела, чтобы он видел меня в таком состоянии и жалел. Мне не жалость нужна от него, а любовь. Поэтому старалась не поддаваться ложной надежде, понимала, что как только окрепну, его снова сдует ветром из моей жизни.

— Тань, если чего-нибудь захочется, говори мне. Договорились? Ты же шепотом можешь сказать. Только не молчи, ради Бога, — вздохнул Игорь и снова припал к моим губам в нежном поцелуе.

Я же на прикосновения не отвечала, потупила взгляд. Ларин запустил руку в мои волосы, прижался своим лбом к моему лбу и посмотрел серьезно в глаза.

— Не отвечаешь на мой поцелуй, потому что у тебя есть парень? — выдавил он из себя и тяжелее задышал.

Мне не хотелось ему врать, и меньше всего желала делиться тем, что у меня творилось на душе. Не могла позволить себе нырнуть в омут с головой, потому что боялась, что мое сердце не выдержит очередного потрясения. Лучше все оставить так, как было. В прошлом Игорь дал мне понять, что у нас нет будущего, это меня и останавливало, поэтому не отвечала на его поцелуи. Прекрасно осознавала то, что любимый испугался за мою жизнь, вот и дал слабину, а когда я поправлюсь то, Игорь вернется к своей привычной жизни. И это приносило больше мучений, чем обмороженные конечности.

— Тань, умоляю, не молчи, — выдохнул он, впервые не закрывшись от меня бетонной стеной.

Видела в его взгляде тревогу, боль и что-то теплое. Вот только теперь я выстроила вокруг себя забор из колючей проволоки и никого не собиралась подпускать к своей душе.

В палату буквально вбежала мама.

— Танечка! — воскликнула она, прижав руки к груди.

Игорь отстранился от меня, и я тут же попала в объятия мамы. Невольно застонала, когда она прижалась к плечу.

— Прости, родная! — выдохнула она, шмыгая носом.

По маминым щекам катились слезы, она лихорадочно гладила меня по голове и целовала в лоб.

— Доченька, родненькая моя. Как же они посмели?

Я тоже не удержала слез, зажмурилась и крепко обняла маму. Как в детстве ощутила себя в безопасности. Не заметила, когда папа успел подойти к нам. Он обнял и меня и маму, тяжело вздохнул и поцеловал меня в макушку.

— Прости меня, — выдохнул папа и зажмурился, пытаясь бороться со слезами.

Мне хотелось сказать им, что их вины нет, что во всем виноват наш мир, он полон злодеев. Однако не могла выдавить из себя ни звука. Разумом понимала, что это ненормально, мне действительно требовалась помощь специалиста.

— Танечка, как ты? — прошептала мама, а я лишь пожала плечами.

— Она не разговаривает, — вздохнул Игорь. — Я уже попросил прислать сюда психолога.

— Милая моя, — проговорила мама и нежно погладила меня по щеке. — У тебя так уже было… Очень давно. В пять лет ты чуть не утонула в бассейне. Ты так испугалась, что неделю не разговаривала. Мы тебя по специалистам водили, они помогли.

Я откинулась на подушку и поморщилась от боли в плече.

— Стасик нам все это время звонил, привет тебе передавал. Хотел тоже приехать, но мы ему сказали, что ты теперь под присмотром и обещали сообщить ему адрес новой больницы, надеюсь, что тебя отсюда разрешат перевести поближе к дому, — сообщила мама, а я натянуто улыбнулась.

Бросила взгляд на Ларина, он смотрел в окно, спрятав руки в карманы брюк. От него так и исходило волнами напряжение.

— Игорь Викторович, даже не знаю, как вас благодарить. Если бы вы так быстро не отреагировали на Танин призыв о помощи, страшно представить, чем бы все закончилось. Убийцы ведь могли найти домик лесничего. Их вовремя остановили. Спасибо за то, что были с Таней все это время здесь, — промолвил отец и пожал руку Ларину.

— Олег Павлович, Таня мне не чужой человек. Я не мог иначе, — сухо ответил он.

— Танечка, мы тебе фруктов привезли, будешь? — ласково спросила мама, а я отрицательно покачала головой.

Мама перевела взгляд на Игоря и обратилась к нему:

— Игорь Викторович, вам бы отдохнуть, вид у вас очень уставший. Мы теперь за дочерью присмотрим, а вы возвращайтесь домой.

— Светлана Сергеевна, ко мне можно просто по имени, — заявил он. — С вашего позволения, останусь здесь.

— Игорь, нам лесничий разрешил пожить в его доме, пока Таня лежит в больнице. Поэтому, если не хотите уезжать, можете у него отдохнуть хоть пару часов, а потом вернетесь в палату, — предложила мама.

Она беспокоилась за Ларина. Я только сейчас обратила внимание на то, что у него потерянный, уставший вид, а под глазами пролегли темные круги.

— Хорошо, — кивнул любимый и отошел от окна. — Дежурьте с ней днем, а я сменю вас на ночь, — Ларин посмотрел мне в глаза и пообещал:

— Скоро приду.

Я натянуто улыбнулась ему. С тоской смотрела вслед любимому. Не хотелось, чтобы он уходил, но понимала, что Ларину тоже нужен отдых.

— Милая, вернемся домой, и папа наймет для тебя телохранителя. Как только найдут того, кто организовал это, будешь в безопасности, а пока необходимо быть начеку, — проговорила мама и провела рукой по моим волосам.

Я жестом показала, что мне нужно написать им послание. Папа попросил у медсестры ручку и листок. Я быстро вывела красивым почерком: «Убийца назвал Зубарева Всеволода Дмитриевича своим дядей, хотел отомстить тебе за то, что ты упрятал его родственника в тюрьму. У того человека была татуировка — змея, обвивающая череп. Это все, что я смогла запомнить».

Папа внимательно прочел мою записку, а я продолжила строчить дальше.

«Домой не вернусь, даже не просите. Хочу жить одна в квартире. Можно, займу бабушкину, ту, которую она мне оставила в наследство? Сможете попросить квартирантов съехать до моей выписки? Я там буду отмечать Новый год, а вы возвращайтесь к Даниилу. Мне, если что, Миша и Наташа помогут».

Папа тяжело вздохнул, переглянувшись с мамой.

— Танечка, ты уверена, что хочешь жить в однокомнатной квартире? Там ремонта давно не было, — заявил папа, а я нахмурилась и снова принялась писать записку.

«Главное, что квартира близко к академии. С учебы буду сразу бежать домой. Поставим только новую железную дверь. Обещаю, что соседей не побеспокою, шум создавать не буду».

— Хорошо, дорогая, мы позвоним квартирантам и попросим освободить квартиру. Мише сегодня дадим задание сменить входную дверь. Он, кстати, снимает двухкомнатную квартиру на соседней остановке. Так что брат будет рядом, — кивнула мама, а папа нахмурился.

— Ей безопаснее было бы с нами, — начал папа, но мама выставила вперед руку, призывая его к молчанию.

— Олег, не надо! — зарычала мама, впервые видела ярость в ее взгляде. — Ты скрывал от меня информацию, умолчал о том, что нашей Тане угрожают. С нами безопаснее? Да ты должен был сразу же охрану нанять, как только угрозы пошли. О чем ты думал? Мы чуть не лишились нашей девочки!

— Света, давай дома поговорим на эту тему, — процедил папа сквозь стиснутые зубы. — Да, я облажался, считал, что все держу под контролем. Кто же знал, что у Зубарева такая огромная семья, что найдутся те, кто решится на месть.

В палату постучались, и на пороге появилась ухоженная, красивая женщина.

— Здравствуйте, меня зовут Лилия Николаевна. Я работаю психологом, могла бы я поговорить с Татьяной наедине?

Мама и папа всполошились, кивнули и вышли в коридор.

Лилия Николаевна оказалась душевным человеком, побеседовала со мной, приподняла мне настроение. Она приходила ко мне несколько дней подряд, помогла мне побороть внутренний барьер. Я снова начала разговаривать, благо голос к тому времени практически вернулся. Вот только с Игорем держалась отстраненно и большую часть времени молчала в его присутствии. Я рассказала следователям все, что смогла запомнить в тот день, и они обещали найти преступников.

Мой лечащий врач разрешил перевезти меня в город, чему я была очень рада. Сергей Павлович подготовил все необходимые бумаги, мама принесла мне вещи, которые они с папой прихватили из дома. Игорь взял меня на руки и понес к машине моего отца, осторожно усадил на заднее сиденье и расположился рядом. Мама и папа нарадоваться не могли, что я пошла на поправку. Однако мне предстояло еще лежать в другой больнице. Очень надеялась, что до Нового года успеют выписать. Не хотелось встречать праздник в палате. Перед тем, как отправиться в город, заехали к Арсению Ивановичу и поблагодарили его не только за спасение, но и за гостеприимство. Лесник поделился с Игорем вещами: рубашками и брюками своего сына. Ведь Ларин прилетел на вертолете и от меня не отходил все это время, поэтому не было у него с собой сменной одежды, а вещевых магазинов по близости не наблюдалось. Так что лесник очень выручил всех нас.

Всю дорогу домой Ларин держал мою ладонь в своей руке и нежно водил по ней пальцем. У меня мурашки бегали по спине, таяла от этого невинного прикосновения, но вида не подавала. Меня больше заботил вопрос: как теперь жить? Что, если бандиты решат довести дело до конца?

Городская больница отличалась комфортом и большой численностью пациентов. Мне выделили платную одноместную палату со всеми удобствами. К дверям приставили охранника, на всякий случай. Мама и папа поехали домой, чтобы отдохнуть с дороги, а вот Ларин снова остался.

— Иди домой. Ты вымотался за эти дни со мной, — сказала, посмотрев в любимые черные глаза. — Ко мне сейчас Миша приедет, он обещал побыть со мной всю ночь, и его завтра мама сменит, поэтому можешь заниматься своими делами. Спасибо тебе за все.

— Тань… Вот когда Миша придет, тогда и поеду домой. Я боялся, что не найду тебя живой… — признался он. — В тот момент понял, что нам с тобой нужно серьезно поговорить. Но сначала тебе надо окрепнуть и немного отойти от этого кошмара.

— Игорь, о чем поговорить? — вскинула удивленно брови.

— О нас, — выдавил он из себя и отвернулся к окну, спрятав руки в карманы брюк.

Мне кажется, его нервы были натянуты в струну. Да и у меня на душе лежала неподъёмная плита.

— О нас? — переспросила я, часто захлопав ресницами. — Ты о чем, Игорь? Никаких «нас» никогда не было, — проговорила, с тоской посмотрев на свои пальцы.

Кожа шелушилась и облазила. Левой рукой старалась не шевелить, потому что любое движение приводило к боли в плече. На ноги наступать еще не разрешали, но я очень надеялась, что в ближайшее время смогу ходить.

Ларин медленно обернулся и бросил на меня леденящий душу взгляд.

— Вот об этом и хотел поговорить. Я боялся к тебе привязаться, но против воли все же это случилось. Отталкивал тебя, чтобы защитить, но ты умудрилась попасть в беду и без меня, — вздохнул он и перевел взгляд себе на ботинки. — Теперь в полной мере ощутив, каково это, когда враги угрожают, ответь, ты бы смогла жить со мной? Зная, что в любой момент могут явиться недруги за тобой, только потому, что я кому-то перешел дорогу. На такое ты готова?

У меня рот открылся от удивления. Ларин надо мной издевается?

— Да, Игорь. Тогда была готова и сейчас ничего не изменилось. Когда думала, что меня изнасилуют и убьют, я не желала умирать лишь по одной причине — потому что еще не познала взаимной любви, не успела толком увидеть мир. Я всегда буду бороться за свою жизнь. Поэтому не боюсь отношений. Ты надеялся услышать иной ответ?

— Честно признаться, да, — ответил он и покачал головой. — Думал, что после всего пережитого, ты точно не захочешь повторения, поймешь, из-за чего мне пришлось отпустить тебя. Ведь я хотел уберечь тебя именно от этого ада.

— Игорь, твоя проблема в том, что ты все решил за меня. Посмотри на моих родителей! У папы тоже много врагов, но, несмотря на это мама его не бросила, потому что лишь вместе они сила. Папа бы не справился без мамы, она его всегда поддерживает. Даже сейчас, когда я попала в опасность из-за работы отца, мама не отвернулась от него, потому что понимает, что жизнь так устроена, и надо ловить каждое мгновение. Семья — это сила, а не слабость! Ты этого не понимаешь, потому что привык к одиночеству, — выплеснула я свои эмоции, сжала кулаки и тут же поморщилась от боли.

— Пока не найдут зачинщиков, поживешь у меня, — заявил Ларин, проигнорировав мою длинную речь.

— Нет! — сказала, как отрезала. — У тебя я жить не буду, спасибо за предложение, но теперь справлюсь сама. После выписки я перееду в квартиру своей бабушки. Там меня все соседи знают, так как в детстве я часто гостила у нее. Там безопасный район, да и Миша будет под боком, до академии можно пешком дойти. К тому же папа наймет охрану.

Ларин нахмурился, не сводил с меня тяжелого взгляда. Наверное, не ожидал такой реакции. В душе у меня все перевернулось от его предложения, но второй раз наступать на одни и те же грабли не собиралась. Я пыталась обезопасить свое раненое сердце. Выстроила неприступную стену вокруг себя. Слова Ларина теплом разлились по душе, но вида не подала, старалась держать эмоции в узде. Надо было еще в прошлый раз поселиться в квартире бабушки, но я послушалась отца и переехала к Ларину. Папа просто не знал, кому можно доверять, а кому нет, вот и спрятал меня у Игоря. Теперь, когда основные враги за решеткой, отец надеялся найти надежных телохранителей.

В палату без стука буквально влетел Стас с букетом цветом и пакетом сладостей. Орлов быстро сложил все на тумбочку, а потом, не обращая внимания на Ларина, сел ко мне на кровать и сжал в крепких объятиях. Стас с шумом втянул в себя воздух и проговорил на одном дыхании:

— Танюха, я чуть не умер, когда узнал о том, что произошло. Боже! Как ты?

— Уже намного лучше, — призналась, слегка смутившись.

Орлов поцеловал меня в лоб и снова прижал к себе.

— Больше не пугай меня так никогда, я не переживу, если потеряю еще и тебя, — признался он.

Я бросила взгляд на Игоря. У него желваки ходили на скулах. Ларин без слов вышел из палаты, громко хлопнув дверью. У меня сердце оборвалось. На миг стало не по себе, а потом отогнала от себя ненужные мысли. Игорь сам выбрал этот путь. Когда я была рядом, он оттолкнул меня, а теперь ждет, что я, как собачонка, завиляю хвостом от радости, стоит только почувствовать ласку с его стороны? Нет уж! Прав был Орлов, если мужчина захочет видеть рядом с собой женщину, он сделает все, чтобы добиться ее руки и сердца. Так что пусть Ларин определится, что ему на самом деле нужно от меня.

Мы болтали со Стасом обо всем и одновременно ни о чем. Вскоре ко мне в палату пришли Миша и Наташа, Никита и Даша. Они обнимали меня, желали скорейшего выздоровления, даже дали мне прозвище: «магнит для неприятностей». Я была чертовски рада видеть этих людей. Настроение заметно поднялось. После того, как прошлась по краю бездны, осознала, что безумно хочу жить, теперь-то буду ценить каждый момент. И лишь мысли о Ларине вызывали саднящее чувство под ребрами.

Глава 12

Я облегченно выдохнула, когда меня выписали из больницы тридцатого декабря. Опасалась, что придется встречать праздник в больничных стенах, но моим страхам не суждено было сбыться.

Миша и папа помогли мне собраться, забрали документы у врача, выслушав все его наставления. Оставался еще небольшой дискомфорт при ходьбе, но это уже терпимая боль, поэтому не жаловалась, понимала, что могло быть гораздо хуже. Радовало и то, что все время, проведенное в больнице, меня навещали друзья, родные и… Игорь. Не ожидала, что он будет проводить столько времени со мной. Хотя старалась не обманываться на этот счет и не поддаваться несбыточным мечтам, считала, что любимый всего лишь из чувства долга навещал меня или же в качестве друга. Так было безопасней для моего сердца и для моих нервов. Сложно было разобраться в этой непростой ситуации.

Родные отвезли меня в квартиру, когда-то принадлежавшую бабушке, как я их и просила. Очень обрадовалась, увидев новую входную дверь. Массивная, железная, она давала ощущение неприступности и защищенности. Значит, брат успел к моей выписке ее заменить. На душе стало тепло и спокойно. Приятно, когда родные проявляют заботу. Стоило переступить порог квартиры, и в нос ударил затхлый запах. Я поморщилась и осмотрелась по сторонам. Обои в коридоре выцвели, и, судя по торчащим клочкам, у квартирантов жил кот, любящий точить ногти о стену. Линолеум кое-где отошел от стены, старая мебель. Папа был прав, когда говорил, что квартира требовала хорошего ремонта. Поэтому до этого момента ни мне, ни Мише не хотелось тут жить. Однако теперь мне было плевать на условия, главное — это то, что я буду здесь одна и в безопасности. Так мне, во всяком случае, казалось. А что? Дверь надежная, пятый этаж из имеющихся девяти. Так что похитителям и убийцам не застать меня врасплох, как они это сделали в частном доме. Здесь не вломятся среди белого дня, побоятся свидетелей.

— Мы с мамой вчера ходили за покупками, купили тебе все самое необходимое: продукты, новое постельное белье, полотенца, обновили посуду. Надеемся, что здесь ты ненадолго и скоро снова вернешься к нам, — проговорил папа и обнял меня.

— Спасибо, — искренне поблагодарила родных и прошла в комнату.

Улыбнулась, заметив небольшую пушистую елку у окна. Любовалась зеленой красавицей и не верилось, что завтра ночью наступит Новый год.

— Решил купить тебе елку, а то без нее не чувствуется праздник. В кладовке должны быть игрушки, я, правда, вчера не смотрел, но бабушка их там всегда хранила, — заявил Миша, прислонившись плечом к дверному косяку. — Если надоест жить в этой убогой однушке, то перебирайся ко мне, выделю тебе уголок.

— Спасибо, — выдохнула, бросив на брата благодарный взгляд. — Мне здесь нравится, поэтому остаюсь. Можно, я побуду одна? — осторожно спросила, боясь обидеть папу и брата.

Они переглянулись между собой и кивнули мне.

— Я нанял двух телохранителей, они будут поочередно дежурить около дома. К работе приступят второго числа, постарайся до этого времени быть осторожной. Если соберешься куда-нибудь выйти из дома, то сообщай нам. В новом телефоне есть все наши номера. Очень надеюсь, что ребята, которых нашел, не подведут. Но запомни, Танечка, в этой жизни никому нельзя доверять, поэтому даже с охраной будь начеку, — предостерег меня папа, а я кивнула.

Это я уже давно уяснила, наверное, в тот день, когда узнала, что мой старый знакомый — маньяк, лишавший жизни невинных людей. Поэтому охранникам, естественно, никогда бы не стала стопроцентно доверять.

Отец и брат ушли, а я первым делом отправилась в душ, очень хотелось смыть с себя больничный запах. Посмотрела на свое отражение в зеркало, и сердце замерло. Осторожно провела пальчиками по шраму на плече. Эта отметина будет мне всю жизнь напоминать о том, что в нашем мире есть и темная сторона. Посмотрела на свои ноги и поморщилась. Кожа на ступнях была красная и шелушилась, на икрах в некоторых местах и вовсе огрубела и покрылась болячками. На руках тоже кожа то там, то тут казалась сухой и стянутой. Тяжело вздохнула и отвела взгляд от зеркала. Ничего, все заживет, восстановится, главное, что жива. Осторожно вытерлась полотенцем, натянула на себя длинную футболку, которая едва прикрывала пятую точку. Так как возникали неприятные ощущения при прикосновении ткани к ногам, решила не надевать штаны, все равно дома одна, можно и в таком виде походить.

Отправилась в кладовку за елочными игрушками, нашла их на самой верхней полке. Включив музыку, наряжала зеленую красавицу, вот только на душе не было праздничного настроения. Я словно застряла в зыбучих песках, и меня утягивало на дно. Лишнее движение могло лишь усугубить ситуацию. Хотелось не шевелиться, спрятаться и закрыться от всего мира. Хорошо, что после праздников снова предстояло ходить к психологу. Апатия меня очень пугала, нужно от нее поскорее избавиться. Рассматривала елочные украшения, думая о том, что надо найти какую-нибудь работу, чтобы отвлечься и не думать о плохом. Решение пришло как-то само. Может, попроситься на работу к отцу? А что? Буду разбирать бумаги или выполнять легкие поручения. И почему раньше не додумалась до этого?

Желала ли я сменить профессию? Нет! Теперь, как никогда, мечтала стать хорошим следователем, чтобы у отморозков, вроде тех, которые охотились за мной, не было шанса остаться на свободе. Во мне кипела жажда справедливости, хотела наказать всех, кто когда-либо причинял вред невинным людям. Передернуло при мысли о том, как погибла сестра Игоря. Я ведь могла закончить свою жизнь таким же образом. Искренне стало жаль бедняжку. Почему мне всегда казалось, что плохое случается только в фильмах? Почему разум не мог осознать всю серьёзность ситуации раньше? Где были мои мозги?

Так и сидела на полу, зажав в руке игрушку, ушла в размышления настолько, что буквально отключилась от реальности. Вздрогнула, когда раздался звонок в дверь. Сердце сразу же ускорило ритм, адреналин застучал в висках, а страх липкой массой окутал душу. Кто это? Это точно не Стас. Он уехал с родителями к бабушке. С подругами созванивалась, они все заняты своими делами.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Осторожно ступая босыми ногами по линолеуму, подошла к двери и замерла. С шумом втянула в себя воздух и посмотрела в глазок. По ту сторону стоял Ларин. Я удивленно заморгала, решив, что это галлюцинация. Когда раздался очередной звонок в дверь, поняла, что Игорь действительно здесь. Зачем пришел? Вдруг что-то случилось? После этой мысли повернула замок и приоткрыла дверь, сразу же попав в плен черных глаз. Ларин буквально ощупал меня взглядом с ног до головы, судорожно сглотнул. Черт! Совсем забыла, что на мне лишь футболка и кружевные трусы. В таком виде не принято встречать гостей.

— Игорь? — удивленно вскинула брови. — Что-то случилось? — насторожилась я.

Даже мысли не возникло, что он пришел ко мне просто так. Он как-то странно на меня посмотрел.

— Так и будешь держать меня на пороге или позволишь войти? — ледяным тоном проговорил он, прожигая меня взглядом, отчего вновь мурашки пробежали вдоль позвоночника.

— Извини. Проходи, — промямлила я и отошла в сторону, пропустив гостя в дом.

Игорь быстро скинул обувь, повесил пальто на вешалку, оставшись в светлой рубашке и темных брюках. Он растер свои покрасневшие от холода руки, не сводя при этом с меня голодного взгляда, от которого у меня почему-то внутренности стянуло жгутом.

— Так что случилось? — задала я снова вопрос, пытаясь найти логическое объяснение его появлению.

— Я могу прийти к тебе, только если что-то случится? Просто так зайти нельзя? — вскинул он брови, снова скользнув взглядом по моим голым ногам.

Хотелось прикрыться.

— Проходи, я только переоденусь, — смутившись, проговорила и сделала шаг в сторону комнаты, чтобы взять вещи.

Вот чего не ожидала, так это того, что Ларин резко обхватит мое запястье холодными пальцами и потянет на себя. По инерции впечаталась в его твердую грудь и замерла, вдыхая умопомрачительный аромат этого мужчины. Показалось, что внутри меня взлетела стая бабочек. Они порхали в животе. Я испуганно посмотрела в любимые глаза.

— Игорь… — сорвался шепот с моих губ, но договорить не успела, потому что Ларин с жадностью закрыл мой рот настойчивым поцелуем, запустив одну руку мне в волосы и обхватив затылок, а второй притянув меня к себе за талию.

Изнутри обожгло, кровь вмиг закипела и тягучей массой поползла по венам. Мне показалось, что сила притяжения Земли больше не действует, иначе как объяснить парящее чувство? Я будто летела, словно крылья за спиной расправились. Вот только разум вопил о том, что так нельзя. Интуитивно уперлась ладонями в грудь Ларина, намереваясь его оттолкнуть, но он, ощутив мое сопротивление, лишь усилил свой напор. Игорь резко припечатал меня к стене, прижав своим телом, чтобы у меня не осталось ни малейшего шанса освободиться. Я начала сопротивляться, а потом вдруг замерла. Не я ли решила ловить каждый момент в жизни? Не я ли недавно чуть не простилась с жизнью? Так зачем усложнять все сейчас, когда вся моя сущность желает этого мужчину так же отчаянно и страстно, как и он меня. Я нуждалась в его ласке, в его поцелуях, в прикосновениях, чтобы ощутить вкус к жизни, чтобы выбраться из зыбучих песков, чтобы хоть на миг побыть счастливой. Перестала сопротивляться и отдалась во власть страсти, которая захлестнула нас с головой. Обхватила затылок Игоря руками и ответила на его поцелуй, вложив все свои чувства в это прикосновение. У Ларина вмиг дыхание сбилось, глаза заволокло пеленой дикого желания. Он покрывал мою шею, щеки, губы неистовыми поцелуями, параллельно стаскивая с меня футболку. Я не мешала ему, позволила себя раздеть.

— Игорь… — непроизвольно вырвался шепот, который скорее напоминал мольбу, чем протест.

Я опасалась, что к Ларину вернется разум, что он остановится, а это уничтожило бы меня. Он замер, внимательно посмотрев на меня. В его глазах отразилось множество эмоций, заметила там и страх, и растерянность.

— Хочешь, чтобы я остановился? — проговорил Ларин осипшим от возбуждения голосом, ища что-то в моем взгляде. Наверное, ответ на свой вопрос…

— Нет, — выдохнула и отвела взгляд в сторону.

Игорь осторожно усадил меня на комод, стоящий в коридоре, припал к моей шее губами, спускаясь ниже к ложбинке. Его теплое дыхание вызывало у меня жгучие волны возбуждения. Непроизвольно зарылась пальчиками в его волосы и прогнулась в спине, подаваясь навстречу ласкам. Настойчивые губы Ларина снова впились в мои губы в страстном, жадном поцелуе. Не отрываясь от меня, Игорь ловко стянул с себя рубашку, и она, смятая в комок, полетела куда-то в сторону. Я прикоснулась ладошками к его горячей груди, ощутив биение сильного сердца, и застонала от удовольствия. Это неописуемое чувство, когда осознаешь свою власть над мужчиной, когда читаешь в его глазах нежность, желание, страсть и… любовь? Я не могла поверить в то, что этот мужчина влюбился в меня. Но тогда как объяснить этот взгляд, в котором читалось все, что было у Ларина на душе? Порой женщинам не нужны слова, им одних прикосновений и взгляда достаточно, чтобы понять, что на самом деле чувствуют к ним мужчины. В моменты близости они становятся настоящими, открытыми. То, что Ларин стал иначе на меня смотреть, я сразу заметила. Однако не хотела раньше времени радоваться своей маленькой победе. Зная, какой не простой характер у любимого, нужно быть готовой ко всему.

Его настойчивые пальцы требовательно сжали мои бедра. Игорь притянул меня к себе, а я закрыла глаза и откинула голову назад, держась за плечи. Почувствовала его тяжелое дыхание на своих губах, и весь мир замер, растворился.

— Открой глаза, — прорычал Ларин так угрожающе, что у меня волна дрожи прошла по телу.

Облизнула пересохшие от волнения губы и распахнула веки, утонув во тьме его глаз. С дикой яростью Ларин набросился на мой рот, прикусив губы, отчего я не удержала протяжный стон. Одним сильным толчком Игорь ворвался в мое тело, наполнив меня собой. Я непроизвольно впилась в его плечи длинными ногтями, но осознав это, сразу же разжала пальцы. Игорь рыкнул на меня и сильнее сжал руками мои бедра, сделав очередной сильный толчок, выбивая из моих легких весь воздух. Ни капли нежности, лишь животная страсть, которая будоражила сознание и заставляла сердце сладко сжиматься. В его глазах горел сумасшедший огонь, и я плавилась от этого взгляда, заживо сгорала. Уже не сдерживая себя, стонала в голос, подаваясь навстречу его мощным, глубоким толчкам. Я растворялась в нем, как и он во мне. Не осталось сомнений в том, что у него тоже давно никого не было. Его голод я ощущала каждой своей клеточкой, казалось, будто этот мужчина не мог насытиться мной. Одной рукой Игорь удерживал меня за затылок, второй ласкал спину, спускаясь от лопаток к ягодицам. Его прикосновения будоражили, вызывали всплеск невероятных чувств. У меня перехватывало дыхание, ощущая силу Игоря, чувствуя на своем теле его крепкие руки, которые то сжимали меня, то ласкали.

— Игорь… — лихорадочный шепот слетел с моих губ.

Не знаю, что хотела сказать, меня просто разрывали эмоции, и я боялась, что сердце не выдержит, что задохнусь от лавины чувств, которые накрыли с головой.

— Господи, какая же ты сладкая, — проговорил любимый напряженным голосом, усиливая свой напор, сливаясь со мной в единое целое.

Его слова заставили мое сердце замереть, а потом пуститься в скачки. Оно билось о ребра с такой силой, что, казалось, еще немного и разлетится на части. Невероятная волна освобождения снесла все на своем пути. Будто миллион иголочек разом ворвались в мое тело, и я, вскрикнув, получила долгожданную разрядку. Ларин через несколько секунд тоже достиг пика удовольствия, успев в последний момент выскользнуть из моего тела. Мы тяжело дышали, смотря друг другу в глаза. Не знаю, о чем думал он, у меня ни одной мысли не было в голове, я просто дрейфовала на волнах наслаждения и не хотела, чтобы этот миг развеялся.

Подушечкой большого пальца Ларин провел по моей нижней губе, его пальцы переместились на подбородок, а губы припали к моим в нежном поцелуе, вызывая трепет в моей душе.

— Таня, что же ты со мной делаешь? — выдохнул он мне в губы, прожигая взглядом.

Я задрожала в его руках, не находила нужных слов, поэтому просто молчала, отвела взгляд в сторону. Ларин ухватил меня за подбородок и заставил смотреть ему в глаза.

— Жалеешь? — спросил он ледяным тоном, прищурился.

В черных глазах мерцали молнии.

— Нет, — честно ответила. — А ты?

— Только об одном, — признался он, а я горько усмехнулась.

Конечно, вот и вернулся прежний Ларин, который беспощадно топтал чувства. Хорошо, что я не поддалась иллюзии, иначе бы снова поранилась. Надо принять тот факт, что мы занялись сексом, чтобы просто выплеснуть накопившиеся эмоции. Опять все шиворот навыворот. Видимо у меня такая судьба, полагаться на зов сердца, а не разума. Однако о том, что произошло, я действительно не жалела. Лишь в его объятиях почувствовала себя живой, настоящей и нужной. Ларин словно хищник наблюдал за моей реакцией, а потом после минутного молчания продолжил:

— Жалею о том, что, став первым мужчиной в твоей жизни, не получил статус единственного. Как бы там ни было, ты все равно будешь только моей, — заявил он, а у меня рот открылся от удивления и неожиданности.

Кто-то сдох в лесу? Что за перемены? Это точно Ларин?

— Если хотел быть единственным то, какого черта оттолкнул меня от себя? — нахмурилась я и, подхватив свои вещи с пола, умчалась в душ, не дав возможности Ларину ответить на вопрос.

Почему-то была уверена в том, что когда вернусь в спальню, не обнаружу там Игоря. Наверняка, получив желаемое, он уже ушел, захлопнув за собой дверь. Сердце сжалось до боли от этих мыслей. Натянула на себя футболку, сняла с сушилки шорты и надела их. Решила, что не стоит дома ходить полураздетой, а то, как выяснилось, гости могут нагрянуть в любой момент. В квартире стояла гробовая тишина, поэтому не сомневалась в том, что Ларина уже и след простыл. Вот только заметив в коридоре на вешалке его пальто, сердце ускорило бег. Осторожно вошла в комнату и замерла. Игорь, сидел на корточках, продолжал украшать мою елку. Невольно скользила взглядом по его обнаженному торсу, затормозила на красных отметинах, оставленных моими ногтями, и краска прилила к щекам.

— Поговорим? — спросил Ларин таким тоном, будто я пришла к нему в кабинет на допрос.

Снова в его глазах стужа, опять скрыл все эмоции, возвел вокруг себя привычную бетонную стену.

— Нам есть о чем? — задала встречный вопрос, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди.

Тоже возвела вокруг себя барьер, закрыв от него все свои чувства. Сердце как ошалевшее металось из стороны в сторону, моя душа кричала так, что оглушала, а внешне я была сама невозмутимость. Я любила Игоря так сильно, что было невыносимо видеть лед в его глазах. Это ранило меня, приносило мучения такой силы, будто под ногти щепки загоняли.

— Тань, я понимаю, что обидел тебя. Правда, понимаю… Просто хочу, чтобы ты осознала, почему я отпустил тебя тогда. Всего лишь хотел уберечь тебя, потому что ты не безразлична мне, — признался Ларин, не отрывая взгляда от меня.

Игорь был напряжен, собран, казалось, что воздух в комнате начал вибрировать вокруг него. Я же наоборот, на удивление, была абсолютно спокойна.

— Не волнуйся, я все прекрасно поняла. Если на этом все, то прошу тебя уйти, я хочу побыть одна, — сказала ледяным тоном, который присущ Игорю, а не мне.

Ларин поморщился от моих слов, с шумом втянул в себя воздух, губы поджал, а в глазах ярость плескалась. Мне не хотелось выслушивать очередную исповедь о том, что нам не быть вместе, что все сложно и опасно. Я осознавала это, поэтому просто смирилась с этим фактом, уже ни на что не надеялась и не собиралась тратить ни свое, ни его время.

— Нет не все! — рявкнул он, у любимого брови сошлись на переносице. — То, что сейчас между нами было, говорит лишь об одном… Я тебе до сих пор небезразличен.

— Допустим, — пожала плечами. — Я никогда не скрывала от тебя своих чувств. Как дура, влюбилась в самого черствого человека на планете.

Ларин зажмурился на миг, будто впитал в себя мое признание, а потом подошел ближе, заключил в плен своих рук, смотрел мне в глаза, не моргал. Как удав гипнотизировал перед тем, как придушить и съесть.

— Тань, если ты действительно не боишься опасных отношений, может, начнем все с чистого листа? Да, я не романтик, да, со мной сложно, да, я вечно в работе и делах, да, я боюсь создавать семью, потому что просто не выдержу, если снова отнимут то, что так дорого мне. Но когда думал, что ты погибла, накатило горькое сожаление, что не принял подарок судьбы, что вместо того, чтобы быть с тобой, выбрал более простой путь.

Его слова рушили стену, которую возвела, сердце сжалось в тиски, я зажмурилась и часто задышала. Голова кружилась из-за переполняющих меня эмоций. Ох, уж этот Ларин! То бесит меня, то наполняет светом надежды.

— У нас ничего не получится. Ты не желаешь создавать семью, а я о ней мечтаю. Игорь, я хочу побыть одна… Тебе уже пора, — процедила сквозь стиснутые зубы.

Мне нужно было время все обдумать, не могла прыгнуть в омут с головой, хоть безумно этого и хотелось. Мы несколько месяцев держались друг от друга на расстоянии, я привыкла жить без него. Да и какое будущее меня ждет рядом с ним, если он не намерен жениться? Нужны ли мне теперь такие отношения?

Посмотрела в черные глаза, там клубилась гремучая смесь. Ларин пытался удержать свои эмоции, но успела заметить печаль, безысходность и боль в его взгляде. Игорь сжал до хруста кулаки, молча отстранился от меня и направился в коридор. Быстро обулся, накинул на плечи пальто и открыл дверь, а у меня слезы собрались в глазах, и ком встал поперек горла. Не желала его отпускать, но и быть вместе у нас не получится. Зачем травить душу друг другу? Не хотелось ранить его, мне действительно требовалось время, чтобы все переосмыслить и решить, как жить дальше. После нападения преступников, я будто выпала из колеи, меня мучили по ночам кошмары, чувствовала себя потерянной и растоптанной.

— Игорь, — позвала его, когда Ларин уже переступил порог моей квартиры.

Видела, как напрягся любимый, а потом обернулся, натянув непроницаемую маску. Но стоило ему услышать следующие мои слова, как маска эта слетела.

— Ты до сих пор единственный мужчина в моей жизни, я ни с кем не спала. Стасик — мой лучший друг, у меня с ним ничего нет, — призналась, заметив блеск в черных глазах. — Дай мне немного времени отойти от потрясения, тогда решим насчет нас с тобой.

Взгляд Ларина заметно потеплел, а на губах появилось подобие улыбки.

— Хорошо, — кивнул он и захлопнул за собой дверь, а я смогла вздохнуть с облегчением.

На душе впервые не было груза. Если я действительно не безразлична Ларину, значит, не отпустит, запасется терпением, будет рядом, несмотря ни на что. Перевела взгляд на нарядную елку. Может, пригласить Ларина к себе, чтобы не отмечать Новогоднюю ночь в одиночестве? Встряхнула головой, отогнав от себя эти мысли. Наверняка, у него есть планы на праздники. Да и за один день не найду ответ на вопрос: чего хочу от жизни, куда двигаться и как быть с Игорем. С одной стороны мечтала о нем, с другой не желала отношений, которые заведут в тупик. Почему все так сложно?

Полночи меня мучили кошмары, просыпалась с диким криком, прижав к себе руки, пытаясь угомонить колотящееся сердце. Облизнула пересохшие губы, смахнула со лба выступившие капельки пота и снова откинулась на подушку. Удалось задремать лишь под утро. Однако ровно в восемь утра раздался настойчивый звонок в дверь. Я застонала и схватилась за голову. Сползла с кровати и на цыпочках подошла, посмотрела в глазок. Закатила глаза, когда увидела Ларина. Чуть не застонала, заметив свой растрепанный вид в зеркало. Схватила с полки расческу, собрала огненные волосы в хвост. Быстро зашагала к ванной и наспех умылась, почистила зубы, после чего открыла входную дверь.

— Если бы через минуту не открыла дверь, я бы ее выломал, — сверкнув глазами, заявил Ларин, а потом протянул мне букет красивых красных роз и торт.

Я удивленно захлопала ресницами и замерла на месте, приняв цветы и торт из его рук.

— Так и будешь держать меня на пороге? — вскинул он брови, тяжело вздохнув.

— Ой, прости. Как-то не ожидала, что ко мне придут гости в такую рань, — пробурчала, пропустив Ларина в квартиру.

Он по-хозяйски прошел на кухню, поставил чайник. Молча забрал из моих рук торт и поставил его на стол.

— Где у тебя ваза? — поинтересовался он.

— Понятия не имею, где-то тут должна быть, — пожала плечами.

Наблюдала за тем, как Игорь быстро открывал и закрывал шкафчики в кухонном гарнитуре. Когда он нашел на полке вазу, довольно улыбнулся, набрал холодной воды и поставил в нее цветы, после чего притянул меня к себе и с жадностью поцеловал.

— Сделаешь кофе? — спросил он, а я ошарашенно посмотрела на этого странного мужчину.

— Игорь, я же говорила тебе, что мне необходимо время, — напомнила, прибывая в шоке от его напора. Это точно Ларин?

— Тебе ночи было не достаточно? — лукаво прищурился.

— Честно признаться, нет, — ответила, достав турку и налив в нее воды.

— Таня, прекрасно понимаю твое состояние. Меня тоже выбивало из колеи, после каждого покушения. Каждый раз приходилось собирать себя по частям и жить дальше. У тебя сработала защитная реакция, ты решила закрыться от всего мира. Только вот правда такова, что тебе не удастся спрятаться от себя. Меня до сих пор мучают кошмары по ночам. Так что ты не одна с подобной проблемой, — сказал он будничным тоном, постукивая пальцами по столу.

— И что ты предлагаешь? — спросила, не оборачиваясь, сосредоточив взгляд на кофе.

— Чем быстрее вернешься к привычной жизни, тем проще будет справиться с потрясением.

— Спасибо за совет, постараюсь учесть на будущее, — ответила, достав чашки из шкафа. — Можно узнать, зачем ты приехал в такую рань?

— У меня есть для тебя подарок, но сначала нам нужно заехать в одно место, чтобы я смог тебе его вручить, — заявил Игорь, а у меня рука дрогнула, чуть кофе не пролила мимо чашки.

— А можно, я останусь дома? — с надеждой проговорила, посмотрев на Ларина.

— Нет, нельзя, — с раздражением ответил он. — Когда я хотел тишины и спокойствия, ты ворвалась в мою жизнь и все там перевернула вверх дном. Вот теперь я к тебе с ответным визитом.

— Только сейчас понимаю, как глупо я себя вела, — вздохнула, поставив чашку напротив Ларина. — Прости меня за все. Не следовало мне нарушать твой покой.

— Поздно, Танюшка. Ты уже заставила меня иначе взглянуть на свою жизнь, и ты права, надо жить одним днем.

— Куда мы поедем? — перевела я разговор.

— Не скажу. Главное, возьми полностью все свои документы. Не спрашивай зачем, — сказал он, как-то странно посмотрев на меня.

— Ты завтракал? — поинтересовалась я, а когда Ларин отрицательно покачал головой, открыла холодильник и вытащила оттуда яйца, молоко и сыр.

Быстро приготовила нам омлет, а уже потом порезала торт.

Мы завтракали молча, но это и не удивительно. Игорь ушел в себя, о чем-то размышляя, а я не мешала ему. Главное, что тишина не давила, наоборот, обстановка была домашней, спокойной.

— Я помою посуду, а ты иди, одевайся, — отдал приказ Ларин, выпроваживая меня из кухни.

Я открыла шкаф и окинула взглядом гардероб. Достала темно-бордовое платье и переоделась, осторожно натянула чулки, распустила волосы и подвела глаза. На меня в отражении смотрела милая, немного бледная девушка с потухшим взглядом голубых глаз.

— Я готова, — сообщила Ларину, вернувшись на кухню.

Он прошелся по мне оценивающим взглядом и улыбнулся.

— Отлично выглядишь, — искренне восхитился, а я смутилась, не привыкла к комплиментам с его стороны.

Игорь накинул мне на плечи шубку, взял меня под руку и вывел из квартиры. У подъезда стояла его припаркованная машина. Ларин помог мне сесть на переднее сиденье, а потом устроился за рулем. Глаза Игоря сияли странным блеском, будто он что-то затеял. Меня это чертовски настораживало. Всю дорогу, как обычно, ехали молча, слушая музыку.

Вскоре припарковались в каком-то дворе, где я никогда не была. Осмотрелась по сторонам, гадая, что мы тут забыли? Игорь взял меня за руку и повел к железной двери, на которой не было никаких обозначений, достал из кармана телефон и кому-то позвонил.

— Мы на месте, — сказал он и отключил сотовый.

Через пару минут услышала, как щелкнул замок, и дверь со скрипом открылась. На пороге стояла пожилая женщина в строгом костюме.

— Игорь Викторович, проходите, — приветливо сказала она, и мы вошли внутрь.

Длинный коридор с множеством кабинетов. Видимо, тут делали ремонт, потому что двери были обтянуты темной пленкой. Где мы?

— Прошу за мной, — пригласила женщина, открыв перед нами одну из дверей.

Игорь помог мне раздеться, повесил наши вещи на вешалку.

Незнакомка села за большой дубовый стол, а мы с Лариным расположились на стульях напротив нее. У меня началась лихорадка, трясло от волнения, потому что не понимала где мы, зачем сюда пришли. Может, снова надо дать показания для дела?

Ларин взял меня за руку и заставил обратить все внимание на себя. Чувствовала, что его тоже лихорадило, в черных глазах застыла настороженность. Не к добру!

— Тань, я красивых речей говорить не умею. Просто ответь, ты готова здесь и сейчас стать моей женой? — огорошил меня своим вопросом Ларин.

Я пару раз моргнула, открывая и закрывая рот, но слова где-то потерялись. Он вообще нормальный?

— Да-да, как только дадите согласие, выпишу вам свидетельство о браке и поставлю печати в паспорта, — подтвердила женщина, мило улыбнувшись.

— Игорь! — выдохнула я, пытаясь совладать с эмоциями.

Боже! У меня с этим мужчиной точно все шиворот навыворот.

— Мы же толком друг друга не знаем, — шикнула на него.

— Если хочешь узнать обо мне, то будь моей женой. Посторонним людям свою душу не раскрываю, — заявил он, выжидающе смотря мне в глаза.

— Ты ненормальный, — прошептала я, покачав головой.

— Как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься, — усмехнулся он, легонько сжав мою руку. — Струсила? — с вызовом спросил он, а я прищурилась.

— Игорь, тебе не кажется, что мы спешим? — проговорила, с тревогой посмотрев на него.

— Таня, спрошу еще раз. Ты готова здесь и сейчас стать моей женой и шагать со мной по опасной дороге жизни, или же навсегда мы останемся лишь друзьями? Третьего не дано. Покину этот кабинет либо в статусе твоего мужа, либо друга. Решать тебе, — заявил он, прожигая меня взглядом.

Я замешкалась лишь на несколько секунд. Ну, Ларин! Мне показалось, что в тот момент судьба замерла надо мной, ведь я выбирала путь, по которому собиралась двигаться дальше. Какая из двух предложенных дорог правильная, я понятия не имела, в одном была уверена на сто процентов — хотела быть с ним, потому что любила до безумия. Не я ли решила, что надо ценить каждый момент?

— Да! Игорь, я согласна стать твоей женой, — ответила уверенно, заметив, как в его взгляде промелькнуло облегчение. — Только потом не жалуйся на мой скверный характер, — предостерегла его, а он улыбнулся так искренне, что у меня душа замерла.

— А ты не жалуйся на мой. Я уже не раз говорил, что со мной будет очень сложно.

Ларин поднялся и подтянул меня к себе. Мы выслушали речь сотрудницы ЗАГСа, она объявила нас мужем и женой, разрешила поцеловать невесту. Игорь нежно прикоснулся своими губами к моим, с теплотой посмотрев в мои глаза. В тот момент показалось, что любимый приоткрыл завесу, подпустив меня к своей душе на шаг ближе.

Мы подождали несколько минут, пока нам отдадут паспорта и свидетельство о браке. Все это время я нервно елозила на стуле и крутила ремешок от сумочки, боясь поднять глаза на Игоря. Я понимала, что у Ларина были большие связи, раз нас расписали не в приемный день, да еще и в канун Нового года.

Выходили мы уже через главный вход, его открыли специально для нас. Муж подхватил меня на руки и вынес из здания, поцеловав на ходу.

— Куда мы теперь, муж? — улыбнулась я, смакую на вкус это слово.

— За кольцами, — ответил он, потянув меня за собой.

Прошли всего несколько метров и увидели ювелирный магазин.

Вскоре на наших пальцах блестели золотые кольца. Мы даже сделали гравировку внутри с нашими именами. Это была моя идея, и любимый не отказал. Я не могла поверить в реальность происходящего. Ларин подарил мне яркие, сильные эмоции, которые затмили все мои страхи и переживания. Игорь вытащил из внутреннего кармана пальто конверт и протянул мне.

— Это подарок тебе на Новый год, — заявил он.

Я дрожащими руками открыла и не могла сделать вдох.

— Путевка на двоих в Париж на десять дней? — воскликнула, зажав ладошками рот, чтобы не завизжать. — Игорь! Господи! А говорил, что не романтик.

— Я не романтик. На работе друг путевку купил, а жену на сохранение положили. Чтобы билеты не пропали, всем предлагал выкупить, вот я и взял. Думаю, что это отличное место, чтобы познакомиться нам друг с другом поближе, — подмигнул он мне, а я не удержала эмоций и крепко обняла его.

— Спасибо! Спасибо! — проговорила, посмотрев в его глаза с любовью.

— За что? — удивился он.

— За то, что вдохнул в меня жизнь, — призналась, а Ларин смутился. — Только… — начала я и отвела взгляд в сторону.

— Что? — насторожился он.

— Прости, но я у тебя жить не буду. Я теперь боюсь частных домов.

— Значит, на время перееду к тебе, а потом решим, где жить. Так тебя устроит, жена? — подмигнул он мне, а я удовлетворенно закивала.

— Вот и чудесно. Предлагаю отправиться в ресторан и отметить это событие. Вечером встретим Новый год, а послезавтра улетим в Париж.

— Родителям можно сообщить эту новость? — спросила, посмотрев на Игоря.

— Только при личной встрече. И давай договоримся, в социальных сетях этой информации не должно быть! Чем меньше о нашей семье знает людей, тем безопаснее. Обо всех своих передвижениях будешь сообщать мне заранее. Не забывай, что рядом со мной не безопасно, всегда будь начеку. Договорились?

— Хорошо! Тогда и ты заранее говори мне обо всех своих передвижениях, чтобы я не переживала.

Ларин сжал мою руку и улыбнулся. Я смотрела на мужа и, казалось, что мир резко изменился, стал красочнее, насыщеннее. Хотелось летать, кружиться и визжать от радости, но вместо этого, робко обхватила затылок Игоря и нежно поцеловала его, вложив в это прикосновение всю душу.

Глава 13

Все происходящее казалось иллюзией, однако блестящее гладкое золотое кольцо на безымянном пальце свидетельствовало о том, что мне это не приснилось. После обеда в ресторане мы отправились домой к Ларину за вещами. Игорь за двадцать минут покидал в спортивные сумки все необходимое, открыл мини бар и вытащил оттуда несколько бутылок коллекционного вина и коньяк. На мой невысказанный вопрос пояснил:

— Новый год, — пожал он плечами. — Вдруг гости придут.

У меня как-то вылетело из головы, что уже этой ночью цифры на календаре изменятся.

— Игорь, а у нас ничего не готово для встречи праздника, — огорчилась я.

— У нас достаточно времени, чтобы приготовить мясо и салаты. Раньше, в этот день, мы с отцом и сестрой всегда готовили праздничное угощение вместе, — признался Игорь, окунувшись в воспоминание, а потом, будто очнувшись, нахмурился. — Поехали, — кивнул мне, схватил ключи от машины с комода.

Я уловила в голосе Ларина стальные нотки и поежилась.

— Мне очень жаль, что ты потерял родных, — искренне проговорила, а муж вздрогнул и обернулся.

В его глазах лишь на долю секунды отразилась боль, а потом все эмоции снова исчезли, и уже было не ясно, что у Игоря на душе.

— Теперь я твоя семья, и у меня лишь одно желание — не закрывайся от меня, — попросила, с надеждой посмотрев на любимого.

— Поехали, а то точно ничего не успеем подготовить к праздничному столу, — строго сказал Игорь, проигнорировав мои слова.

У меня сердце неприятно сжалось, ведь снова чувствовала отчуждение между нами.

Было очень непривычно видеть Ларина на кухне. Он ловко разделывал мясо, будто всю жизнь работал поваром. Я смотрела с открытым от удивления ртом на то, как он разрезал филе на равные части.

— Тань, хватит на меня смотреть, лучше салатом займись, — усмехнулся Игорь.

— Как ты узнал, что я на тебя смотрю? — удивилась я, вскинув брови.

— Почувствовал, — ответил муж, обернувшись.

В черных глазах мерцали искорки, а на губах играла мальчишеская улыбка, которая сводила меня с ума.

— У тебя хоть кто-нибудь есть из родных? Я ведь о тебе ничего не знаю, — печально проговорила, принявшись нарезать кубиками колбасу.

У Ларина мгновенно исчезла улыбка, губы в тонкую линию натянулись.

Игорь тяжело вздохнул, отложил нож в сторону и уперся руками в столешницу.

— Нет… Отец говорил, что его троюродный брат был моим крестным, но я его видел лишь в детстве, а потом он куда-то исчез. Бабушки, дедушки давно умерли, теть и дядь тоже нет, потому что родители в своих семьях были единственными детьми.

— Мой отец очень хорошо относится к тебе, не раз слышала, как он говорил маме о том, что ты ему как сын, — призналась я, заметив, как уголки губ Ларина дрогнули.

— Тань, давай договоримся. Я сообщу тебе о том, когда буду готов рассказать о себе. Я не очень люблю посвящать других в подробности своей жизни. Прости, — ледяным тоном проговорил он, а у меня под ребрами вдруг засаднило, и влага собралась в глазах.

— Извини, — выдохнула я, кожей почувствовала, как воздух наэлектризовался вокруг нас. — Просто хотела узнать о своем муже чуточку больше, — специально выделила интонацией слово «муж».

Поднялась с места и вышла из кухни, направившись в комнату. Мне хотелось побыть одной, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. Резко пропало желание отмечать Новый год, снова хотелось забиться в угол, чтобы никого не видеть и не слышать. Какая-то безысходность окутала душу. Нет! Мы явно допустили ошибку, когда заключили этот брак. Чем я только думала? Господи, почему я такая дура? Ларин — он же, как был неприступной горой, таким и остался. Он никогда меня не подпустит к себе. Опять ощутила себя одинокой и никому ненужной. Скачки настроения пугали. Скорей бы прошли праздничные дни, чтобы вновь встретиться с психологом, ведь от общения с ней мне становилось немного легче.

Подошла к окну и обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. Плечо саднило, а внутри будто мышца дергалась, доставляя неприятные ощущения. Я смотрела на мелкие снежинки, и слезы обжигающим потоком покатились по щекам. Видимо, эмоции нашли, таким образом, освобождение. Вздрогнула, когда крепкие, теплые руки обвили мой живот. Игорь уткнулся подбородком мне в макушку и вздохнул.

— Тань… Дай мне свыкнуться с мыслью, что мы теперь семья. И я предупреждал тебя о том, что со мной будет тяжело, я дал тебе выбор, и ты согласилась стать моей женой, — напомнил он мне.

— Пойдем на кухню, мне надо доделать салаты, — проигнорировала его слова, закрывшись от него стеной.

Муж резко развернул меня и посмотрел в глаза. Его взгляд обжигал, волновал и заставлял сердце спотыкаться, но я не подавала вида. Игорь нахмурился, заметив слезы в моих глазах. Припал к моим сжатым губам, очертил кончиком языка контур, настойчиво пытаясь проникнуть внутрь. Его язык жгучим вихрем проник в глубины моего рта, подарив блаженство. Его жадные, крепкие руки блуждали по моему телу, горячие ладони вырисовывали узоры на моей спине, медленно спускаясь ниже. Сжал пальцами мои ягодицы и прижал меня к себе сильнее, чтобы я смогла ощутить степень его возбуждения. Любимый пальцами поддел мои кружевные трусики. От его откровенных ласк в глазах темнело. Я нуждалась в его внимании, хотелось почувствовать себя значимой. Игорь не умел выражать свои чувства словами, зато у него отлично получалось это продемонстрировать с помощью прикосновений.

Муж смотрел на меня с теплотой и страстью, и пусть он мне так ни разу и не сказал слова любви, зато я видела в его взгляде это всепоглощающее чувство. Наши языки сплелись в безумном танце. Я задыхалась от наслаждения, растворяясь в ласке. Глаза любимого заволокло пеленой страсти, обида на мужа вдруг ушла куда-то на второй план, на смену ей явилось дикое желание. Да и зачем обижаться? Игорю итак нелегко: родных нет, привык к одиночеству, наверное, ему стоило неимоверных усилий впустить в свою жизнь меня. А я тут налетела на него с расспросами. Успею еще выяснить подробности его жизни, а если и нет, то теперь смогу увидеть все сама, ведь с этого дня всегда буду рядом с ним. Все мысли вылетели из головы, когда горячие губы припали к моей шее, прокладывая дорожку из поцелуев. Его прерывистое горячее дыхание обжигало мою кожу, будоражило кровь, заставляло желать большего. Руки любимого нежно двигались по внутренней стороне бедра, поднимаясь все выше. Игорь ухватил пальцами край футболки и потянул ее вверх, освобождая меня от одежды. Любимый отшвырнул ткань в сторону и с жадностью припал к моей обнаженной груди. Я с шумом втянула в себя воздух, стараясь не закричать от удовольствия, но тихие стоны все же срывались с моих губ. Прикосновения и поцелуи Ларина вызывали сладкую дрожь, которая стягивала внутренности в тугой узел, между ног появилось болезненное томление, тело требовало разрядки. Игорь сел на диван и потянул меня на себя, снова с жадностью покусывая мои губы. Я чуть не сошла с ума от остроты ощущений. Игорь стащил с моих волос резинку, и они сразу же рассыпались огненным дождем по плечам. Часто и прерывисто дыша, любимый пропускал через пальцы пряди моих волос, буквально ощупывая меня жадным взглядом.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Я уперлась ладонями в крепкую грудь, прошлась по точеной линии мощных плеч, по сильным рукам. Ухватила за край его футболки, потянула вверх, желая кожей ощутить жар его горячего тела. Когда ткань была безжалостно отброшена в сторону, я припала губами к его пульсирующей венке на шее, вдыхая несравненный, только ему присущий мужской аромат. Игорь задышал тяжелее, непроизвольно сжав до боли мои ягодицы. Я пробежалась пальчиками по его груди, не отрывая пристального взгляда от глаз, где полыхал настоящий всепоглощающий огонь. Ухватила руками ремень и расстегнула бляшку, добралась до собачки, легко справившись и с замком. Мне кажется, мое сердце отбивало чечетку где-то в висках. Осторожно скользнула рукой в брюки, обхватив пальцами восставшую плоть. Меня в жар бросило. Услышала треск ткани и удивленно захлопала ресницами. Мои промокшие кружевные трусики были безжалостно разорваны и отброшены в сторону.

— Ты меня с ума сводишь, — выдохнул муж, возбуждая меня своими словами.

Любимый обхватил мой затылок и впился в мои губы настойчивым, напористым поцелуем, выбив весь воздух из моих легких. Я чуть привстала, позволяя изнывающей плоти получить желаемое. Одновременно застонали, когда он наполнил меня до упора. Меня опьяняла иллюзия власти над этим мужчиной. Осознавала, что Игорь специально позволил мне взять инициативу в свои руки, дабы загладить свою вину передо мной за свой скверный характер. Я легонько прошлась острыми ноготками по его груди, при этом плавно двигаясь. Чувствовала нетерпение мужа, понимала, что он желал большего, но специально дразнила. Игорь застонал и сильнее толкнулся мне навстречу, пытаясь навязать более быстрый темп. У меня от его действий сердце сжалось так сладко, что я едва не умерла. Я двигала бедрами, задав ритм, который нравился мне, поэтому Ларину пришлось сдаться и уступить. Наши протяжные стоны нарушали тишину. Мое сознание куда-то уплыло, интуитивно прогнулась в спине, вонзив ногти в его плечи и оставляя красные полосы. Игорь зарычал на меня словно опасный зверь, вызвав трепет в моей душе и в то же время невероятное возбуждение. Молниеносная вспышка пронеслась перед глазами, окончательно отключив мой разум.

— Черт! — выругался Игорь, не успев покинуть мое разгоряченное тело.

Смотрели друг другу в глаза и пытались отдышаться. И почему близость с ним срывает все предохранители, отключая разум? Тело сладко гудело, не успев отойти от чувственных ласк.

— Прости, — сорвалось с моих губ, хотя в этот раз моей вины не было.

Это Игорь не успел выйти из моего тела. Он нежно погладил меня по голове, как маленького ребенка.

— Это я — кретин. Надо предохраняться, а я с тобой опять забылся, — тяжело дыша, ответил он. — И коль затронули эту тему, то давай сразу определимся, чем будем предохраняться? Есть много всяких средств.

От его слов я покраснела и смущенно потупила взгляд. Игорь усмехнулся, поцеловал меня в нос и прижал к своей груди.

— Забыл, что ты у меня еще маленькая девочка. Стесняешься разговаривать на эти темы? — поинтересовался он, пропуская пряди моих волос сквозь пальцы, а я кивнула.

— В этом нет ничего постыдного. Привыкай. И сразу хочу предупредить, в ближайшее время детей планировать не будем.

От его слов я настороженно замерла, перестав дышать. Я всегда хотела семью и детей, а вот Игорь наоборот… Боже! Какие же мы с ним разные!

— Тань, расслабься. Что так сразу окаменела? Во-первых, тебе доучиться нужно, во-вторых, у меня очень много врагов, и я просто не переживу, если с нашим ребенком что-нибудь случится. В-третьих, я же не сказал, что у нас никогда не будет детей. Просто пока повременим с этим. Договорились? Сперва друг к другу привыкнем, а там видно будет.

— Хорошо, — кивнула я, немного расслабившись.

— Мир? — спросил он, посмотрев в мои глаза.

— А разве у нас была война? — удивилась я, вскинув брови.

— Тань, перестань. Я же видел, что ты обиделась из-за того, что я не захотел рассказывать о себе, — с раздражением проговорил он и отстранился от меня.

Нервно провел рукой по волосам, а потом бросил на меня леденящий душу взгляд.

— Я не обижалась! — возмутилась и вздернула подбородок. — Просто меня немного расстроила твоя замкнутость, — призналась и направилась в ванную, муж пошел следом.

— Взрослеешь на глазах, — улыбнулся он, а я не удержалась и брызнула в него водой.

— Ларина! Лучше не испытывай мое терпение, — зарычал он, смахнув рукой капли воды с лица.

— До сих пор не могу поверить, что стала твоей женой, — призналась, встав под струи теплой воды.

— Привыкай, — хмыкнул Игорь и присоединился ко мне.

Я поморщилась из-за резкой боли в плече, непроизвольно накрыла шрам ладонью.

— Болит? — с беспокойством спросил любимый, осматривая мою отметину на теле.

— Да, — призналась я. — То ничего не чувствую, то одолевает резкая боль.

— Лекарства принимаешь? — уточнил он, а я, закусив губу, отвела взгляд в сторону.

— Черт! Сегодня ни одной таблетки не выпила, потому что ты меня отвлек своим ранним визитом, и я забыла их принять, — с досадой проговорила.

— Забыла… — задумчиво повторил Ларин, протянув мне полотенце. — Значит, противозачаточные таблетки нам не подходят, потому что нет гарантии, что ты не забудешь их принять.

Я закатила глаза, заворачиваясь в полотенце.

— Зануда, — хмыкнула и прошла мимо Игоря, но за свои слова получила увесистый шлепок по ягодицам.

Обернулась и показала ему язык.

— Да, это я поспешил с выводами о том, что ты повзрослела, — усмехнулся Ларин.

— Игорь, пошли готовить, а то у нас точно будет пустой стол в Новогоднюю ночь.

— У нас в запасе еще четыре часа, успеем, — уверил меня муж.

На кухне повисла тишина. Я резала салаты, бросая взгляды на задумчивого Игоря и откровенно любуясь им. На его голове мокрые волосы торчали в хаотичном беспорядке, что придавало образу сексуальности. Заскользила взглядом по обнаженному торсу, и чувствуя новую волну возбуждения. Игорь был в спортивных штанах, которые держались на бедрах. Такой домашний, родной, но в то же время очень далекий. По сути я ничего не знала об этом человеке, но согласилась стать его женой. Глупо? Может быть, но я очень надеялась, что сердце меня не обмануло. Так хотелось сказать Игорю о том, как сильно я его люблю, но вслух произнести теперь боялась. Наверное, потому что не желала услышать в ответ тишину. Опасалась, что мое сердце не выдержит этого.

Я переоделась в легкое платье, Игорь надел светлую футболку с коротким рукавом.

За полчаса до Нового года мы накрыли на стол, Игорь приготовил бутылку шампанского, которую тоже прихватил из дома. Я включила телевизор, чтобы не пропустить обращение президента.

— Тань, ты завтра успеешь собрать вещи? Не забудь, что у нас второго числа самолет, — нарушил тишину Ларин, устроившись на диване.

— Я помню. Не волнуйся, успею, — сухо ответила и села рядом с мужем.

Пока президент говорил речь, Ларин открыл шампанское и разлил по фужерам. Под бой курантов я загадала желание, чтобы у нас с Игорем была настоящая семья, чтобы мы доверяли друг другу и стали единым целым. Смотря друг другу в глаза, соприкоснулись бокалами. Взгляд Ларина обжигал и будоражил похлеще алкоголя.

— С Новым годом, Игорь, — прошептала я, заметив, как губы любимого растянулись в улыбке.

— И тебя с Новым годом, Танюшка, — ответил он, посмотрев на меня с теплотой.

Я сделала несколько глотков шампанского и отставила фужер в сторону, нерешительно подалась вперед. Игорь понял, что я от него хотела, и склонился ко мне. Наши губы встретились. Заметила голод в глазах мужа, и бабочки запорхали в животе. В том, что он желал меня, не оставалось сомнений. Ларин нежно провел рукой по моим волосам, гипнотизируя взглядом. Мы оба вздрогнули, когда зазвонил мой мобильник. Ларин перевел взгляд на экран моего телефона и прищурился. Я ответила на звонок, наблюдая за реакцией мужа.

— Стасик, с Новым годом! — воскликнула, ощутив тепло на душе.

— Танюшка, солнышко мое, с Новым годом! — прокричал в ответ Орлов. — Как же я по тебе соскучился.

— Я тоже соскучилась, — ответила, не подумав.

Игорь с шумом втянул в себя воздух, а потом залпом допил шампанское в своем бокале.

— Только не говори мне, что ты сидишь там в одиночестве, — насторожился Орлов.

— Стасик, я не одна, — улыбнулась, бросив настороженный взгляд на мужа.

Игорь губы поджал, смотрел на меня так, будто решал, какую мучительную смерть мне уготовить.

— Очень рад, а то переживал, — признался Стас.

Мы пожелали друг другу всего самого лучшего, перекинулись новостями, а потом распрощались. Я боялась пошевелиться, потому что казалось, стоит сделать лишнее движение, и Ларин свернет мне шею. Он задумчиво потер подбородок, а потом ледяным тоном сказал:

— Соскучилась, значит, по другому мужику?

— Мы просто друзья… Лучшие друзья, — ответила, вздернув подбородок. — Ты ревнуешь? — нахмурилась я. — Выходит, что ты мне не доверяешь?

— Да, ревную, — прорычал он, испепеляя меня гневным взглядом. — Доверяю ли я тебе? — задумчиво проговорил Игорь. — Пока да. Хочу, чтобы ты уяснила раз и на всю жизнь, если вздумаешь крутить романы за моей спиной, мы разведемся. Я на дух не переношу измены.

— Игорь, — сложила руки на груди и подобралась. — Я тоже негативно отношусь к изменам. Стас для меня лучший друг, поэтому, если тебя напрягает моя дружба с этим человеком, то можешь уже завтра подавать на развод. Это ты привык к одиночеству, а я нет. У меня много друзей, но лишнего в поведении с ними я себе никогда не позволяла.

— Да неужели? — хмыкнул Ларин. — Ты поцеловала меня, хотя мы с тобой не общались, висла на мне и в открытую себя предлагала. Откуда мне знать, что ты не проделываешь все то же самое с другими парнями?

Я чуть не задохнулась от возмущения, а с другой стороны, Игорь прав. Показала себя не лучшим образом, он ведь судил по поведению, а то, что творилось у меня на душе, не знал.

— Игорь, признаюсь, вела себя очень глупо и некрасиво. Просто я… — отвела взгляд в сторону. Хотела сказать, что влюбилась в него по уши, вот и творила глупости, но промолчала. — Такую вольность я позволила себе только с тобой. С другими веду себя прилично. Потому что… В общем, поверь на слово, я не предам тебя.

— Потому что? Почему? Договаривай, раз начала, — строго сказал он.

Чувствовала себя как на допросе. Взгляд мужа стал жесткий, требовательный. Я поежилась и тяжело вздохнула. Посмотрела на свои переплетенные пальцы.

— Потому что полюбила тебя всей душой и не знала, как привлечь твое внимание, вот и вела себя как дура, — сказала на одном дыхании, боясь поднять на него глаза.

Игорь ничего не успел ответить, потому что раздался звонок в дверь. Я поднялась и отправилась посмотреть. Сердце наполнилось светом, когда увидела, кто пришел. На площадке стояли Миша с Наташей и Никита с Дашей.

— С Новым годом! — хором прокричала веселая компания. — Думала, что мы тебя одну оставим в такую ночь? — хохотнул брат.

Шумная компания вошла в квартиру. Все застыли на месте, заметив Ларина. Игорь стоял, прислонившись плечом к стене. По его непроницаемому взгляду было сложно понять, рад он гостям или нет.

— Какие люди! — воскликнул Никита и похлопал по плечу Ларина.

— Проходите, не топчитесь в коридоре, — спокойно ответил муж.

Ребята принесли с собой угощения и алкоголь. Миша быстро разлил шампанское по бокалам, и мы подняли тост за Новый год, чтобы он был лучше предыдущего.

— Таня! Мне Миша предложение сделал! — не удержала эмоций Наташа и показала мне красивое колечко с небольшим бриллиантом.

Я улыбнулась и обняла подругу, подмигнула брату.

— Очень за вас рада, — ответила искренне, поцеловав подругу и брата.

Никита смотрел то на меня, то на Ларина, а потом поймал меня за руку и внимательно посмотрел на обручальное кольцо. Я интуитивно хотела отдернуть руку, но он не позволил.

— Не понял, — насторожился Колесников, привлекая к себе всеобщее внимание, а мне хотелось под землю провалиться.

— Мы с Таней утром расписались, — спокойно ответил Ларин, сделав глоток шампанского.

Хорошо, что муж признался во всем сам, избавив меня от необходимости давать объяснение. В комнате повисла такая тишина, что ее, казалось, можно было потрогать.

— В смысле? — не понял Миша, ошарашенно посмотрев на меня.

— Таня теперь моя законная жена, — заявил Игорь, а Миша поперхнулся.

— Ларин, твою мать, ну ты в своем репертуаре, — усмехнулся Никита. — Тогда у нас есть еще один тост! За новобрачных!

— Родители знают? — строго спросил Миша, на что я отрицательно покачала головой.

— Нет, но Олег Павлович против не будет, — ответил Игорь, бросив на меня тяжелый взгляд.

— Надеюсь, вы знаете, что делаете, — вздохнул брат, с тревогой посмотрев на меня. — Береги, Таню, — обратился он к моему мужу.

— Миша, на этот счет не переживай. Теперь Таня — моя семья, а я из кожи вон вылезу, но не дам ее в обиду, — уверенно ответил Ларин.

— За молодоженов, — поднял бокал мой брат, смирившись с новостью.

Ребята выпили за нас, потом принялись расспрашивать подробности. Я нарочно молчала, поэтому отчитываться приходилось Игорю. С прибытием друзей атмосфера стала иной, более веселой и легкой, наполнившись смехом, шутками и забавными рассказами. Я смотрела на близких моему сердцу людей, и на душе было тепло. Стоило подумать о том, что этого ничего не было бы, если бы я погибла, и сердце неприятно сжималось. Потом начались звонки родным и друзьям, все поздравляли друг друга. На рассвете проводили гостей и остались с Игорем дома одни.

— У меня для тебя тоже есть подарок, — вспомнила я и достала с полочки красиво упакованную коробочку. Ларин на миг растерялся.

— Спасибо, но не стоило тратиться, — ответил он, приняв подарок.

— Мне захотелось сделать тебе приятное. Забыла, сказать, после праздников хочу попросить отца устроить меня на работу. Днем буду учиться, а вечером подрабатывать, — озвучила свои планы на будущее.

— Я могу тебя взять к себе, если хочешь. Зарплату большую не обещаю, — сказал Ларин, разворачивая коробочку.

— И чем я буду у тебя заниматься? — вскинула брови.

Муж открыл подарок и искренне улыбнулся, увидев на красном бархате золотые запонки и зажим для галстука. Честно признаться, купила ему подарок на деньги, которые подарили мне родители на Новый год. Я решила себе ничего не брать, зато потратила все на Ларина.

— Тань, спасибо за подарок, очень красивый, — поблагодарил он, с теплотой посмотрев на меня. — Ну, а чем заниматься будешь на работе, решим на месте. У нас работала девочка-студентка, но ушла в декрет. Займешь ее место. Она занималась тем, что разбирала документы по папкам, бегала на почту, отправляла письма, иногда мы ее засылали в архив, если требовалось найти ту или иную папку.

— Хорошо, я согласна начать хотя бы с должности «принеси-подай», — усмехнулась и переплела пальцы.

— Устала? — поинтересовался муж, заметив, как я, прикрыв ладонью рот, зевнула.

— Да, — призналась я.

Игорь помог мне разложить диван. Я закрыла окна плотными шторами, переоделась и забралась на постель. Муж тоже разделся, но ложиться не спешил.

— Игорь, ты спать собираешься? — спросила, обняв подушку.

Ларин что-то читал, смотря в открытый ноутбук. Несколько минут постучал по клавиатуре, видимо отправил кому-то письмо, и лишь после лег рядом со мной.

Я провалилась в сон мгновенно. Однако снова во сне видела кошмары: погоню, выстрелы и нестерпимую боль. Вязкая темнота пыталась утащить меня, а я сопротивлялась. С диким визгом подскочила на кровати и прижала руки к груди. На лбу проступила испарина, не могла отдышаться. Вновь вернулась в тот страшный день.

— Тише-тише! Таня, ты в безопасности, — услышала тихий, успокаивающий голос Ларина.

Меня окутал парализующий, липкий страх. Сердце гулко билось о ребра. Никак не могла совладать с эмоциями. Теплые руки обвили мой живот. Рывок, и оказалась прижата к твердой груди.

— Все позади, — прошептал Игорь, погладив меня по голове как маленького ребенка.

Я прижалась щекой к его груди, слушала, как билось его сильное сердце, и потихоньку успокоилась.

— Мне страшно, — призналась, закрыв глаза и судорожно сглотнув.

— Знаю, — спокойно ответил муж. — Главное, будь теперь всегда начеку и никогда не снимай сережки.

— Хорошо, — согласилась я.

Усталость взяла свое, и я снова погрузилась в сон.

Когда проснулась, мужа рядом не оказалось. Он курил на балконе, с кем-то общаясь по телефону. Часы показывали шесть вечера. Лениво потянулась, понимая, что надо вставать и собирать вещи для путешествия. Игорь вошел в комнату, впустив с собой морозный воздух.

— Игорь, — строго сказала я. — Еще раз увижу, что ходишь курить в одной рубашке, убью! Воспаление легких хочешь получить? — пригрозила.

Ларин улыбнулся, поцеловал меня в лоб и, слушая кого-то по телефону, направился на кухню. Я отправилась следом.

— Перекусим? — спросил муж, отложив сотовый на подоконник и открыв холодильник.

— Ты меня слышал? — возмутилась я, сложив руки на груди.

— Да, — кивнул. — В следующий раз накину куртку, — заявил он, достав с полки продукты.

— И с кем ты там болтал? — с любопытством уточнила я.

— С твоим отцом. Рассказал ему правду и сообщил, что мы уезжаем, — спокойно выдал Игорь, устроившись за столом напротив меня.

— Папу удар не хватил? — насторожилась я и нахмурилась.

— Он удивился, но потом сказал, что очень за нас рад. После путешествия заедем к твоим родителям в гости. Кстати, не забудь собрать вещи. Рано утром у нас самолет.

Мы ели в полной тишине, бросая друг на друга изучающие взгляды. Я бы все отдала, чтобы узнать, что творилось на душе у Ларина.

Достала чемодан и принялась собирать вещи. Управилась за час. Игорь же собрался за пятнадцать минут, а потом переместился за ноутбук, работая с документами. Я уперла руки в бока и нахмурилась.

— Ларин! — зарычала, испепеляя его гневным взглядом. — Ты можешь хоть пару часов не думать о работе? Сейчас же праздники, отдыхать нужно.

— Тань, мне необходимо кое-что доделать перед отъездом, — ответил он, даже не подняв на меня взгляд.

Я тяжело вздохнула. Вот ничего не изменилось. Когда жила в его доме, он запирался в кабинете, а я находилась в одиночестве. Теперь все тоже самое. Хмыкнув, села на диван и включила телевизор, щелкая канал за каналом.

— Игорь, у нас так всю жизнь будет? — уточнила.

Неприятный осадок появился на душе. А с другой стороны, чего я ожидала?

— Что? — переспросил он.

— Ничего, — буркнула, отвернувшись от него.

— Тань, прекрати вести себя как капризный ребенок, — строго потребовал он, бросив на меня такой ледяной взгляд, что пробрало до костей. — У нас впереди десять дней, все свое время посвящу только тебе. Так что перестань обижаться. Уясни, что у меня всегда было и будет много работы.

Я выдержала его гневный взгляд, ничего не сказав, открыла свой ноутбук и решила ответить на сообщения друзей. Злилась на себя. Почему думала, что Ларин, став моим мужем, изменится? Какая же я дура! Наивная дура! И почему меня так цепляет то, что муж не признался мне в любви? Это всего лишь слова… Ларин бы не женился на мне, если бы ничего не испытывал, ведь так? Черт! Как же сложно. Надо научиться принимать его таким, какой он есть. Мне его не переделать. Надо радоваться тому, что есть. Мы вместе — это главное. Немного успокоилась, взяла под контроль свои разбушевавшиеся эмоции.

Ответила всем друзьям, поздравив их с Новым годом, потом пообщалась с родителями по телефону. Обещала им рассказать все, когда вернусь из Парижа.

Накинула куртку на плечи и вышла на балкон подышать морозным воздухом. Смотрела на падающие снежинки, на мигающие гирлянды, висящие на окнах в доме напротив. Услышала, как скрипнула балконная дверь, но поворачиваться не стала. Игорь чиркнул зажигалкой и втянул в легкие едкий дым. Его присутствие вызывало трепет в моей душе, кожей ощущала взгляд любимого. Я любила Игоря каждой клеточкой, желала сделать его счастливым, хотелось подарить ему всю себя, вот только не знала, как правильно себя вести, как стать центром его вселенной. Почему нет пособия по тому, как правильно жить? Может, мы меньше бы совершали ошибок, если бы четко знали, как действовать в той или иной ситуации.

— Тань, не стоит так долго находиться на балконе, простынешь, — с беспокойством сказал муж, а я бросила на него взгляд исподлобья и нахмурилась.

— Кто бы говорил! Ты почему опять в одной рубашке? — цокнула языком.

— У меня закаленный организм, — заявил он, снова делая затяжку.

— И бросай курить! Это вредно, — посоветовала я.

— Пробовал, но с этой нервной работой меня надолго не хватает, — признался муж. — Я тут подумал, когда вернемся из Парижа, будем жить в моей квартире, — заявил Игорь.

— У тебя помимо частного дома, есть еще и квартира? — удивилась я.

Супер! Вообще ничего не знаю о своем муже.

— Да, двухкомнатная. Я там недавно сделал ремонт. Она раньше принадлежала моему отцу, по наследству досталась, — пожал он плечами. — Я больше люблю частный дом, но раз ты там боишься жить, то переберемся в квартиру.

— Хорошо, — согласилась я. — От моей академии далеко?

— Пятнадцать минут езды, — ответил он. — Я возьму машину в кредит для тебя. Не хочу, чтобы ты ездила на общественном транспорте.

— Меня раньше то Стас, то Миша подвозили, — напомнила я. — Попрошу их снова меня отвозить, они не откажут. А машину покупать мне не нужно, не могу принять от тебя такой дорогой подарок.

Ларин нервно затушил сигарету о пепельницу и прищурился.

— У Миши теперь своя семья, думаю, что у него не всегда будет получаться забирать тебя. Что касается твоего друга, то я ему не доверяю. У него много штрафов за превышение скорости. Да! Я проверил всех твоих друзей, на всякий случай. Поэтому возьмем тебе машину, и это не обсуждается.

— Хорошо, — кивнула, понимала, что спорить с мужем бесполезно.

— Люблю, когда ты такая послушная, — улыбнулся он, нежно провел костяшками пальцев по моей щеке.

— Что еще любишь? — поинтересовалась, желая как можно больше узнать о нем.

— Рыбалку, охоту, погонять на мотоцикле, отдых на природе, да много чего, — пожал Ларин плечами. — Так, живо в дом, а то простудишься, — строго сказал любимый, открыв балконную дверь.

Я вошла в комнату и стянула с себя куртку.

— У тебя есть мотоцикл? — удивилась. — С кем на охоту выбираешься? — завалила его вопросами, пользуясь моментом.

— Железный конь стоит в гараже, иногда ночью гоняю по пустой трассе, чтобы собрать мысли в кучу. Никита составляет мне компанию на охоте и еще некоторые мужчины с работы.

— А меня прокатишь на мотоцикле? — спросила, смотря в черные глаза.

— Если будешь себя хорошо вести, — усмехнулся он, а я хмыкнула.

— У меня тоже открыта эта категория, — вздернула подбородок. — Братья научили гонять не только на машине, но и на мотоцикле.

— Я в курсе, — отвесил доброжелательную улыбку.

Мы еще какое-то время болтали с Игорем. Вернее я клещами вытягивала из него информацию. Узнала его любимые блюда, о том, где он еще бывал, чем занимался. Я бы еще выпытала информацию, но муж уложил меня спать, так как утром предстояло рано встать.

Когда сработал будильник, я со стоном сползла с кровати. Не любила рано просыпаться. Игорь же поднялся спокойно, был бодрым. Пока я принимала душ, муж сварил кофе и приготовил завтрак. Проверив еще раз вещи, спустились на улицу, где нас дожидалось такси.

До аэропорта ехали молча, я стала уже привыкать к тому, что Ларин не многословен.

В самолете обсуждали маршруты и места, которые собирались посетить. Нам повезло в том, что отель, в котором мы остановились, располагался таким образом, что до большинства достопримечательностей было удобно добраться пешком.

С первых минут я влюбилась в Париж, в непревзойденную архитектуру. Мое знакомство с городом любви началось с Эйфелевой башни, куда нас доставил туристический автобус. Покатались на кораблике по Сене. На следующий день, после завтрака отправились к собору Нотр-Дам-де-Пари. Вход туда был бесплатный, выждав очередь, попали внутрь, полюбовались фресками. Меня переполняли эмоции, улыбка не сходила с лица, а в глазах был блеск. Нет не так… В глазах у меня горел огонь. Я фотографировалась на каждом углу, пищала от восторга, мысленно благодарила Всевышнего за то, что не забрал меня к себе. Ларин же был в своем репертуаре. Собран, сдержан, внимателен. Правда, на четвертый день отдыха он немного расслабился и стал чаще улыбаться.

Побывали мы и на рождественской ярмарке. Прилавки там ломились от всевозможных товаров: елочных игрушек, сувениров, лакомств и прочего. Муж не скупился и покупал все, что мне нравилось. Я старалась экономить, но Игорь сказал, что живем лишь раз, поэтому разрешил тратить его деньги в пределах разумного. С каждым днем мы становились немного ближе друг к другу. О себе Ларин рассказывал мало, зато с интересом слушал истории из моей жизни. Я старалась не давить на него. Если видела, что затронутая тема ему не по душе, быстро переходила на другую. Я пыталась подстроиться под своего мужчину, подмечала детали, старалась выявить, что его раздражало, что вызывало улыбку. Одним словом изучала этого человека, старалась сделать все, чтобы он не пожалел о своем решении жениться на мне. Игорь видел мои старания и постоянно вознаграждал ответной теплотой.

Гуляя по парку, зашли в музей шоколада. Там было невероятно уютно и тепло, а несравненный запах сладостей дурманил разум. Мы прошли мастер класс по изготовлению шоколада, а потом дегустировали полученный результат. Игорь ухватил зубами кусочек сладости из моих рук, дотронулся губами до моих пальцев, а у меня из-за этого невинного мимолетного жеста все внутренности сжались и дыхание сбилось. Очень остро реагировала на прикосновения мужа, вспыхивала как спичка. Заметив дикое желание в моих глазах, Ларин улыбнулся и прошептал мне на ухо:

— Какая же ты ненасытная.

— Какая есть, — ответила, показав ему язык.

Игорь закатил глаза и легонько шлепнул меня ладонью по мягкому месту.

Нагулявшись, зашли перекусить в кафе. Пока ждали заказ, сидели за столом и не сводили друг с друга взгляда. Ларин накрыл ладонями мои руки и легонько сжал.

— Не жалеешь? — ошарашил вопросом.

— О чем? — переспросила, вскинув брови от удивления.

— Что согласилась стать моей женой. Знаю, что со мной сложно. Когда встречался с Катериной, она не уставала повторять мне о том, что я невыносим. Если надумаешь уйти, я останавливать не буду, — оглушил меня Игорь своим признанием.

Я нахмурилась и подобралась.

— Игорь, у тебя от холода начались проблемы с головой? Да, ты не принц, да, с тобой чертовски тяжело, твое постоянное молчание порой доводит меня до бешенства, но я люблю тебя и не жалею ни о чем, — слетело признание с моих губ так легко, что не сразу до меня дошло, что снова призналась в своих чувствах.

— Я видел, как ты общалась с Орловым. Рядом с ним ты вела себя иначе, раскрепощенно. Когда он тебе звонит, ты, будто, оживаешь. Со мной же всегда собрана и напряжена, — подметил Ларин.

— Ты действительно невыносим, — вздохнула я, покачав головой. — Тебе только что жена в очередной раз призналась в любви, а ты не слышишь этого. Хочешь знать, почему я напряжена рядом с тобой? Да потому что понятия не имею, как ты ко мне относишься. Ты ни разу не признался, что чувствуешь ко мне. Это неведение и заставляет меня ощущать неуверенность. Стас же не устает напоминать о том, что любит меня как сестру.

— Я тебя тоже, — ответил он и перевел взгляд на наши переплетенные пальцы.

У меня сердце споткнулось, душа замерла. Смотрела на Ларина и не моргала. Это его скупое признание буквально оглушило.

— Что, тоже как сестру? — не удержалась и съёрничала, стараясь не показывать, что его слова вызвали во мне всплеск невероятных эмоций.

— Я люблю тебя, — еле слышно сказал Игорь, проникновенно посмотрев мне в глаза.

Я чуть в обморок не упала от его признания. Только бы сердечный приступ не получить. Создавалось такое впечатление, словно Ларин боялся произносить эту фразу вслух, чтобы не навлечь беду.

— Тань, я не романтик и красивых слов говорить не умею. Мне проще свои чувства выражать действиями, а не пустой болтовней.

— Игорь, теперь я уверена в том, что у нас с тобой все получится, — улыбнулась, сжав его руку. — Это же прогресс, мы почти поговорили по душам. Немного практики и с каждым разом будет проще открыться друг другу. В моих чувствах не сомневайся. Если бы не любила, то не вышла бы за тебя.

Официант принес нам заказ, немного разрядив накалившуюся обстановку.

— Можешь задать любой один вопрос. Обещаю честно ответить, — заявил Игорь, я чуть не подавилась соком, который пила в тот момент.

— Ларин, да ты сегодня щедрый как никогда, — хохотнула, ощутив, как прибавилось настроения. — Задам самый сложный вопрос. У тебя на левом плече есть такая же отметина, как и у меня. Ты говорил, что пуля прошла навылет, когда тебя взяли в заложники, чтобы надавить на твоего отца. Сколько лет тебе тогда было?

— Двенадцать, — вздохнул Игорь и перевел взгляд в окно, поморщился, словно опять окунулся в прошлое, которое не хотел вспоминать. — Я возвращался домой из школы. Черная машина преградила мне путь. Трое мужиков схватили меня и затолкали на заднее сиденье. Они оставили отцу записку о том, что меня убьют, если он не уничтожит документы. Папа приехал на встречу в лесополосу, где меня держали в заложниках, привез бумаги. Главарь банды поставил меня на колени и приставил дуло пистолета к голове. Сказал, что убьет меня, если отец снова попытается засадить его за решетку, а чтобы он понял всю серьезность ситуации, этот верзила прострелил мне плечо на глазах у отца. Я тогда от боли сразу сознание потерял. Если бы мама в то время была жива, она бы, наверное, получила сердечный приступ из-за всего случившегося. Хорошо, что сестру тогда не тронули, а только меня взяли в заложники.

— И Виктор Иванович принял их условия, не стал больше охотиться за тем главарем? — прошептала, забыв, что нужно дышать.

Представила всю эту ситуацию, и мороз прошелся по коже. Игорь был ребенком и пережил такой ужас. Безумно жаль, что мальчика подвергли такой пытке.

— Отец отправил меня и сестру к деду в деревню, приставил к нам охрану и сделал все, чтобы банду упрятали на долгие годы за решетку. Ему это удалось. Правда, мы потом переехали в другой город, чтобы никто нас не нашел. Потом у отца появились новые враги. Все, на сегодня вопросов о моей жизни достаточно, — вздохнул Ларин, а я понимающе кивнула.

— Спасибо за то, что поделился, — искренне поблагодарила, посмотрев на него с теплотой.

Когда возвращались в отель, я заметила большой каток, организованный на улице.

— Хочу покататься! — воскликнула я и потащила мужа в ту сторону, где давали напрокат коньки.

— Я не умею, поэтому просто посмотрю, — заявил Ларин, прикурив сигарету.

— Хорошо, — воскликнула я и натянула коньки.

Сначала неуверенно заскользила и через несколько мгновений шлепнулась, поморщившись от боли.

— Тань! — строго сказал Игорь, с беспокойством посмотрев на меня. — Пошли домой, не хочу, чтобы ты ноги себе переломала.

— Просто отвыкла, — призналась я и поднялась.

В этот раз вышло намного лучше, сосредоточилась и стала получать удовольствие от катания. Выполняла легкие трюки, которым меня научил Стас, и улыбалась, ведь благодаря Орлову смогла немного покорить лед.

Подъехала к Игорю и обняла его. Муж без слов прижал меня к себе и уткнулся подбородком мне в макушку.

— Пойдем в отель? Боюсь, что ты замерзнешь и заболеешь, — заботливо проговорил Ларин, натянув мне шапку на уши.

— Еще кружочек проеду, и пойдем. Хорошо? — попросила я.

— Хорошо, — согласился Игорь, повторив мои слова.

Вернувшись в отель, Ларин наполнил ванную горячей водой и заставил меня отогреваться. Я полежала десять минут, а потом вернулась в спальню, сбросила с себя полотенце, представ перед мужем в обнаженном виде. Глаза у Ларина вспыхнули огнем, он притянул меня к себе, одним резким рывком припечатал к кровати и впился в мои губы голодным, ненасытным поцелуем. Страстный, горячий, сильный и весь мой. Игорь сочетал в себе огонь и лед, то был неприступным как скала, то дарил мне заботу и тепло. Я сходила по нему с ума. Такой противоречивый, сложный, но до боли родной и любимый.

Мне казалось, что я в раю. Эта поездка действительно сближала нас, пусть и медленно, но мы открывались друг другу, учились жить вместе. Я понимала, что Ларину не так-то просто впустить меня в душу, но я и не торопилась, терпеливо ждала, не давила на него. Я ловила каждую минуту, проведенную с ним, каждый теплый взгляд, улыбку. В тот момент мы были по-настоящему счастливы, вдали от всех. Да, я не слышала от Ларина ни комплиментов, ни слов любви, но мне было достаточно одного его теплого взгляда, чтобы понять, что я дорога его сердцу, что Игорь боится поверить в счастье, ведь он очень часто лишался всего. Мы были с ним невероятно разные, но почему-то нас притянуло друг к другу как магнитом. Я очень надеялась, что мы с Игорем вместе навсегда. Не представляла своей жизни без мужа, понимала, что умру без него, ведь он стал моим кислородом.

Глава 14

Десять незабываемых дней в Париже пролетели словно один, и мы с Игорем вернулись домой. Пока я летала в облаках и покачивалась на волнах эйфории, любимый быстро собрал наши вещи и перевез меня в свою квартиру. Переступив порог нового дома, замерла в коридоре, озираясь по сторонам. Ну, что сказать? Настоящая холостяцкая берлога, от которой сразу веет строгостью: все тона холодные, ничего лишнего. Я чуть не застонала от досады, когда увидела, что одну из комнат Ларин переоборудовал под кабинет, а зал отвел под спальню. Благо, кухня оказалась довольно просторной и с легкостью могла вместить большую компанию друзей.

— Располагайся, чувствуй себя как дома. Вернее, теперь это и твой дом тоже, — заявил любимый, поставив в коридоре наши тяжелые чемоданы.

Я чувствовала себя немного неуютно, будто была чужой в этом месте. Все же на своей территории проще, там я ощущала себя хозяйкой, а тут… Надо ко всему привыкнуть.

— В кабинет без разрешения не заходи, ничего там не трогай, — выдал Ларин, стоило мне открыть дверь, ведущую в кабинет. Цокнув языком, я закатила глаза.

— Игорь, что-то у меня дежавю. Если это и мой дом тоже, то почему не могу войти сюда? Если не доверяешь мне, то я сейчас же вызову такси и уеду к себе. А ты живи тут… один, — проговорила с раздражением, скрестив руки на груди.

— Тань, только не начинай, — ледяным тоном произнес муж, одарив меня гневным взглядом. — В кабинете может храниться много секретной информации, которую тебе знать не положено. Я никогда не смешиваю работу и личное. Все, чем занимаюсь, останется для тебя темным лесом. То, что касается нас с тобой, тут я готов делиться с тобой мыслями, замечаниями и планами.

— Что-то ты ни разу не поделился со мной планами, слышу от тебя лишь замечания, — хмыкнула я, захлопнув дверь кабинета. — Хорошо, не хочешь, чтобы я туда заходила, значит не стану. Считаешь, что начну копаться в твоих бумагах? Просто чудно! Доверием тут и не пахнет. Ладно, Ларин, покажи, где мне можно ходить в этом доме, а где нет. Чтобы я случайно не пересекла невидимую запретную границу, — съязвила, вздернув подбородок, и собиралась уйти в спальню, чтобы разобрать вещи.

Успела сделать лишь шаг и оказалась припечатана к стене довольно массивной фигурой мужа. Вытянутые в тонкую струну губы и недобро блестящие глаза — все это подсказывало мне, что Ларин в ярости.

— Куда делась та милая девушка, с которой я провел каникулы в Париже? Почему стоило нам вернуться, и ты снова пытаешься вывести меня из себя? — процедил он сквозь стиснутые зубы. — К чему все эти детские обиды? Прекрати меня бесить. Я сказал тебе, что это теперь и твой дом тоже. Попросил не заходить лишь в кабинет, а ты начинаешь…

Я не дала ему договорить, приложив палец к его губам. Когда Ларин злился, меня это невероятно возбуждало. Бешеный стук собственного сердца оглушал, кровь неслась по венам с невероятной скоростью. Обхватила его затылок и впилась в его губы настойчивым поцелуем. У Игоря сбилось дыхание. В глазах загорелась страсть, вытеснив гнев. Крепкие руки сжали мою тонкую талию с такой силой, что кислорода едва хватало. Ларин превращался в моменты близости в настоящего хищника, которым двигали лишь инстинкты. У меня будто внутри сотни бабочек разом вспорхнули и разлетелись в разные стороны. Муж целовал меня то нежно, то горячо и страстно, так, словно между нами не было близости лет десять. Прикосновения его рук обжигали кожу, лишая разума. Нетерпение росло, воздух накалился до предела, а Ларин не спешил давать мне желаемое, дразнил, мучил, заставляя стонать в голос. У меня подкосились колени, но упасть мне любимый не позволил.

— Пойдем в спальню, — приказной тон, который вызвал у меня мурашки.

И я подчинилась, последовала за ним. Знал ли Игорь, что я готова бежать за ним хоть на край света? Хоть в рай, хоть в ад, неважно куда, лишь бы только он всегда был рядом.

Мы растворялись в объятиях друг друга, а получив долгожданное освобождение, лежали в обнимку и молчали. Я вырисовывала невидимые узоры на его груди, слушая, как сильное сердце входило в привычный ритм, и чувствовала умиротворение. В такие минуты ощущалось единение наших душ, стирались все барьеры.

— Тань, сегодня надо заехать к твоим родителям, а то завтра мне на работу. Обещал твоему отцу, что мы навестим их, — нарушил тишину Игорь.

Ларин гладил ладонью мою спину, а мне хотелось урчать от удовольствия.

— Хорошо, — прошептала, посмотрев в его глаза с безграничной любовью.

— Тань, я тебе доверяю, не сомневайся в этом. Если что-то и запрещаю тебе, то это ради твоего же блага. Порой информация опасна для жизни. Я же тебя оградить пытаюсь… — спокойно начал объяснять муж, а я, улыбнувшись, провела рукой по его небритой щеке.

Мне казалось, что еще немного и утону в омуте черных глаз. Игорь стал не просто моей вселенной, он — моя жизнь. Он опьянил меня настолько, что, не задумываясь, отдала бы свою жизнь за него.

— Знаю, — выдохнула и потерлась своим носом о его нос. — Я тоже бываю невыносимой, так что мы идеальная пара.

— Ты просто все время воспринимаешь в штыки мои запреты, как ребенок пытаешься сделать мне наперекор или показать свои колючки. Одно лишь радует — приятный бонус после наших стычек. Тебе надо научиться спокойно реагировать на мои замечания, я же хочу, как лучше, — серьезно сказал Игорь, а я закатила глаза.

— Постараюсь держать свои эмоции в узде, — пообещала, сорвав с его губ легкий поцелуй.

— Да уж постарайся. Завтра после учебы приезжай ко мне на работу, все тебе покажу и расскажу о твоих обязанностях. Если справишься, то официально оформим, — обрадовал меня муж.

— Справлюсь, — уверенно заявила я и, соскочив с кровати, отправилась в душ.

Вечером мы поехали в гости к моим родителям, рассказали им о том, что поженились. Отец сохранил в тайне новость о нашем браке, поэтому мама охала и ахала, прижимая руки к груди. Братья искренне порадовались за меня.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Я же прыгала от радости, когда узнала, что моих обидчиков поймали и уже готовили к суду. Пока мы с Игорем находились в Париже, следователи напали на след заказчика. Папа сделал все, чтобы упрятать врагов в тюрьму. Им выдвинули различные обвинения, в том числе и заказное убийство, которое, к счастью, не состоялось. Ранее задержанные исполнители подтвердили личность заказчика. Наверняка на них усердно надавили, раз они раскололись. Тем не менее, папа решил перестраховаться и охрану не отозвал. Ребята были словно тень, о том, что за мной присматривают, никогда бы не догадалась.

Еще одним приятным сюрпризом стало то, что Ира Котова снова начала с нами общаться. Мы были безумно рады ее возвращению в наш круг. Не спрашивали ее о том, почему она все это время держалась от нас отстраненно, главное, что наша четверка снова была вместе. После пар собиралась поехать к Ларину на работу, уже набрала номер такси, но Стасик предложил отвезти. Я согласилась. Всю дорогу мы оживленно болтали, смеялись. Я поделилась с ним новостью о том, что стала женой Игоря, на что Орлов лишь присвистнул.

— Значит, нашим тренировкам пришел конец? — печально проговорил он, а я хмыкнула.

— Нет! Мы продолжим кататься, — уверенно ответила я.

— Муж ревновать не будет? — скептически посмотрел на меня Стас, а я закатила глаза.

— Будет, — кивнула в ответ. — Пусть учится мне доверять. Почему я должна отказываться от своего хобби?

— Ну-ну, — хохотнул Орлов. — Вот увидишь, Ларин запрет тебя, обнесет дом колючей проволокой, чтобы никто не украл. Ты видела, как Игорь на тебя смотрит? А я тебе скажу как… Будто готов в любую минуту собой загородить от пули. Теперь ты его семья, и я уверен, что он ограничит тебя в передвижениях по городу, будет контролировать твое общение с друзьями.

— Стас! — строго его прервала. — Не говори глупости. Кстати, я после учебы буду подрабатывать, так что на каток останется не так много времени, но все равно не брошу занятия.

— Хорошо. Рад, что у тебя не пропало желание покорить лед, — подмигнул мне Орлов и остановил машину напротив работы Ларина.

У меня душа ушла в пятки, когда заметила мужа, стоящего на улице с сигаретой в руке. Глаза прищурены, на скулах желваки ходили, так и веяло от него бешенством и злостью. Знала, что Игорь безумно ревновал меня к Стасу, потому что не мог поверить в нашу дружескую привязанность.

— Ты опоздала, — услышала ледяной тон любимого.

— Прости, нас на учебе задержали, — оправдалась, наблюдая за тем, как Орлов пожал руку Ларину.

— На работе не приветствуются опоздания, — заявил Игорь, сделав затяжку.

— В следующий раз постараюсь приехать вовремя, — ответила таким же ледяным тоном, а потом перевела взгляд на Стаса и уже более ласково попрощалась с другом, поблагодарив его за то, что он подвез меня.

Когда вошла в кабинет, любимый с грохотом закрыл за собой дверь, отчего я вздрогнула. Честно признаться, муж в форме меня немного пугал. Его строгий, суровый взгляд пробирал до костей. Я чувствовала невидимую стену между нами.

— Сядь, — сухо бросил он, кивнув на стул, стоящий напротив письменного стола.

Я повиновалась. Против воли колени задрожали, и сердце сбилось с ритма, будто я в чем-то виновата перед прокурором. Монотонным голосом Ларин объяснил мне обязанности помощника, потом познакомил с коллективом. Я толком никого не запомнила, слишком много людей. Ничего, со временем со всеми буду общаться. Игорь проводил меня в архив, провел по всем кабинетам, представив сотрудникам новичка. Ни словом не обмолвился, что я его жена. Вообще держался так, будто между нами ничего нет. Эта холодность с его стороны резала меня без ножа. Игорь не показывал свою слабость, не собирался демонстрировать другим то, что у него есть жена. Лишь обручальное кольцо на его пальце притягивало любопытные взгляды сотрудников, но никто не отважился задать интересующий всех вопрос: кто же его избранница?

Спустя неделю коллектив все же узнал о том, что я — та самая бедняжка, которая связала себя с прокурором. Почему они сочувствовали мне, было не ясно. Хотя это и неудивительно. Все видели, с каким безразличием и холодом на меня смотрел Ларин. Игорь умело скрывал свои эмоции от посторонних. На работе он был для меня начальником, которого, надо признаться, я очень боялась. Если что-то у меня не получалось, Игорь отчитывал так, что у меня от стыда уши краснели и горели. Однако стоило переступить порог дома, Ларин снова становился моим мужем, одаривал меня теплым взглядом и улыбкой, заботой, но все так же был немногословен.

Через месяц после приезда из Парижа муж вручил мне ключи от белой поддержанной Тойоты. Автомобиль был в идеальном состоянии, несмотря на то, что пару лет служил первому хозяину.

— Обещай не гонять и быть внимательной, — попросил Ларин, вложив мне в руку ключи.

Я застыла, с изумлением смотря на него. Игорь сделал мне такой дорогой подарок, но вручил его так, будто это безделушка.

— Спасибо, — выдохнула, не веря в то, что теперь у меня есть собственная машина.

Да, муж был скуп на слова нежности и любви, но вопреки всему я чувствовала его защиту, тепло и понимала, что дорога этому человеку. День за днем мы учились ладить, находить общий язык и обходить острые углы. Я привыкла к тому, что Игорь приходил с работы поздно, порой до полуночи сидел дома в кабинете, изучая какие-то бумаги. Я старалась не мешать ему, относиться с пониманием, однако это не спасало меня от чувства разъедающего одиночества. Но в те моменты, когда Ларин посвящал мне свое свободное время, я будто парила над облаками, сердце пускалось в пляс, и казалось, что счастье осязаемо.

Учеба выжимала из меня много сил, а еще работа. Иногда ни на что больше не хватало времени, но обещание я свое сдержала. В свои выходные ездила с Орловым на каток и продолжала тренировки. Муж был не в восторге от того, что я проводила время с другим мужчиной, часто рычал и злился, но ни разу не запретил. Игорь ревновал, эмоции в нем бушевали, но старался держать их в узде, что очень меня радовало. Так и жили: то ссорились, то мирились, изучали друг друга, но, несмотря на то, что были разные, нас по-прежнему тянуло друг к другу.

Я стояла в архиве, замерев с папкой в руке. Вот уже полгода мы с Лариным были женаты, как же быстро пролетело время. В последние дни Игорь нагружал меня работой, да так, что я часто задерживалась допоздна. Единственным плюсом в данной ситуации было то, что вместе возвращались домой.

Взяв все необходимое, направилась в кабинет мужа. Прежде чем войти, постучалась. Переступив порог, поежилась под ледяным взглядом Игоря. Любимый казался невозмутимым, вот только его нервозность выдавал карандаш, который он крутил между пальцев. Черт! Снова чем-то не угодила? Ну что опять сделала не так? Требовательней начальника не отыскать на планете. Лучше бы к папе пошла работать.

— Татьяна, вас можно только за смертью посылать. Документы, которые просил найти в архиве, мне требовались очень срочно, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

Я молча положила на стол кипу бумаг и вздернула подбородок, выдержав суровый взгляд черных глаз.

— Не будете справляться с обязанностями, уволю. Вчера вы не по тому адресу отправили корреспонденцию. А если бы там были секретные сведения, и они попали не в те руки? Почему вы невнимательны? — отчитал меня Игорь.

В такие моменты я, как никогда, чувствовала большую разницу между нами. Снова щеки горели, потупила взгляд. Меня одолевали смешанные эмоции. С одной стороны огорчалась из-за того, что подвела любимого, ведь мне хотелось, чтобы он мною гордился, а с другой стороны мечтала послать его куда подальше, вильнуть хвостом и уволиться, раз не устраиваю, пусть ищет другого человека для этой должности «принеси-подай». Да вот беда, не могла так поступить, ведь Ларин бы мне весь мозг вынес еще и дома. Да и пока училась, не могла себе найти более подходящее место, чем это. Поэтому молча слушала, как он меня отчитывал. Терпение, только терпение, ведь с Игорем иначе нельзя. А еще меня бесило, что на работе, даже наедине, муж обращался ко мне так, как и к остальным сотрудникам — на вы. Это еще больше добавляло отчужденности между нами. На работе у меня не было никаких поблажек, да мне они и не нужны. Все, чего хотела, чтобы Ларин наедине со мной был моим мужем, а не начальником.

— Игорь Викторович, я все поняла, исправлюсь. Могу приступить к выполнению следующего поручения? — проговорила ледяным тоном, сжав кулаки, чтобы сдержаться и не нагрубить.

Давно уяснила одну истину — с Лариным лучше не спорить, целее будут нервы. Мечтала как можно быстрее покинуть кабинет этого упрямца. Боже! Как я с ним живу? После Парижа он занялся моим перевоспитанием, и это в последнее время меня стало напрягать. Мне приходилось отчитываться за каждый свой шаг. Понимала, что это для моего же блага, но за прожитые вместе полгода нам никто не угрожал. Благодаря психологу, мои страхи отступили. По ночам, конечно, так и мучали кошмары, но в целом я пришла в норму. Однако Игорь расслабиться не давал, постоянно напоминая про опасность.

— Нет, — сказал, как отрезал, а я вздрогнула и нахмурилась.

— Мне поступила информация, что вы решили перевестись к Олегу Павловичу. Не устраивает работа или зарплата? — с издевкой проговорил муж.

Ну, папа! Зачем доложил? Ведь всего лишь поинтересовалась, не требуется ли ему помощник. Видимо, отец решил уточнить у Игоря, почему я подыскиваю другую работу. Как могла забыть, что папа и Ларин тесно общаются?

— Меня не устраивает начальство, — заявила, сложив руки на груди.

— Вот как? — хмыкнул Ларин, отложив карандаш в сторону и откинувшись в кресле. — Если вам сложно на этой должности, то как же собираетесь работать следователем после получения диплома? Там в разы сложнее и ответственности больше, — вскинул он брови, прожигая меня тяжелым взглядом.

— Игорь, просто я устала, что ты все время чем-то не доволен. Хоть бы раз похвалил, но ты ведь любишь тыкать меня носом лишь в промахи, — обиженно проговорила, посмотрев ему в глаза.

Губы Ларина натянулись в тонкую линию, прищурился.

— Игорь Викторович, — поправил он меня, а у самого на шее от напряжения венка забилась.

— Да ладно тебе, мы же тут одни! Почему не могу обращаться к своему мужу по имени наедине? Меня бесит это! — хмыкнула я.

— Потому что с первого рабочего дня были установлены правила, и ты дала согласие на выполнение каждого пункта. Я не смешиваю работу и личное. За стенами этого здания я — твой муж, сейчас же — твой начальник.

— Ты невыносим! Вот поэтому и хочу уйти работать к папе. Его я могу наедине называть отцом, и он не такой зануда как ты, — вспылила я, поздно прикусила себе язык, не успела удержать разбушевавшиеся эмоции.

Просто в последнее время Ларин отдалился от меня, его поглотила работа. Ни тепла от него, ни слов любви, только постоянно отчитывал, вот я и сорвалась.

— Еще одно слово в подобном тоне и вышвырну тебя из кабинета, оштрафую за несоблюдение субординации, — зарычал Ларин, ударив кулаком по столу.

— Напугал, — фыркнула я, уперев руки в бока. — Не утруждайся, я сама уйду, — заявила и развернулась, направившись к выходу.

Дернула на себя ручку, но дверь захлопнулась с грохотом, потому что Игорь успел надавить на нее ладонью. Муж так быстро подскочил ко мне, что я вздрогнула от неожиданности.

— Я не разрешал тебе покидать кабинет, — зарычал у меня над ухом, отчего я судорожно сглотнула.

То, что любимый был в ярости, чувствовала каждой своей клеточкой. Меня трясло от всего происходящего. Немного грубо Ларин отодвинул меня в сторону и запер дверь на ключ. Первая мысль была — побежать к окну и выпрыгнуть на улицу, но перспектива переломать себе ноги не радовала, ведь тогда не смогла бы кататься на коньках.

Игорь ослабил галстук, спрятал руки в карманы брюк, смотрел на меня как на врага народа, будто поймал беглого преступника и теперь намеревался вынести ему смертный приговор. Невольно запаниковала. А с другой стороны, что он мне сделает?

— Твоя проблема в том, что ты никак не хочешь повзрослеть. Неужели не понимаешь, что я желаю тебе лучшего, хочу, чтобы ты развивалась, училась на своих ошибках? Ты любое мое замечание воспринимаешь в штыки. Ты просто привыкла к тому, что отец и братья с тебя пылинки сдували и не позволяли вкусить настоящую жизнь. Тань, с тобой никто сюсюкаться не будет. Я уже говорил, что работа у следователей очень ответственная, сложная, требует внимания. Я же тебя подготовить пытаюсь к этой должности. Пора взрослеть, отвечать за свои поступки. Ну, уйдешь ты работать к отцу, он тебя жалеть начнет, нагружать не станет, только хвалить будет, и что тебе это даст? Ты ничему не научишься, поверь мне на слово, — примирительным тоном начал Игорь, а я застыла на месте.

Не ожидала, что он так резко сменит свое настроение.

Я насупилась, подобралась. Понимала, что в словах Игоря есть доля правды, но, черт побери, мог бы хоть раз похвалить или, как сейчас, общаться со мной на ты, когда рядом никого постороннего нет. Я ведь из кожи вон лезла, чтобы правильно все делать, чтобы он гордился мной. Кто не ошибается? Другие сотрудники всегда благодарили меня за помощь, но только не Ларин. Это меня задевало и злило.

— А твоя проблема в том, что ты никак не уяснишь, что я — теперь твоя семья, — сказала с вызовом, бросив на любимого колкий взгляд. — Хоть бы раз уступил, но нет! Тебя раздражает все, что выходит за рамки, которые ты сам же и придумал. Мы сейчас с тобой общаемся на "ты", и посмотри, никто не умер от этого, — съязвила я. — Неужели нельзя пойти мне навстречу и изменить своим принципам? Выиграли бы от этого оба.

— Тань, жизнь — это не игра. Ты должна уяснить, что суров закон, но это закон, — повторил он слова, выбитые у него на руке в виде тату. — Дисциплина, уважение старших — тебе это порой неведомо. Есть определенные правила, ты дала согласие их выполнять.

— Ты как-то спросил, почему я с Орловым раскрепощенная и «живая», а с тобой всегда собранная и начеку. Все очень просто, он не пытается меня воспитывать, он просто доверяет мне, принимает меня такой, какая я есть. Мы с тобой живем вместе полгода, а ты до сих пор дома запираешь на ключ дверь кабинета. Ты мне не доверяешь. С самого первого дня общения, хочешь вбить мне мысль о том, что у меня не получится работать следователем, а Стас, наоборот, поддерживает и не сомневается во мне, — ужалила я Игоря.

Знала ведь, что он очень ревновал меня к Орлову. Муж замер от моих слов, а потом нервно провел рукой по волосам. В глазах клубилась гремучая смесь эмоций.

— Если он такой замечательный, так какого же черта ты живешь со мной, а не с ним? — рявкнул на меня Ларин, не сдержавшись.

— Хороший вопрос, — горько усмехнулась я. — Если бы ты знал, что такое любовь, то не задавал бы мне его, — ответила, тяжело вздохнув.

Не могла больше находиться в кабинете, задыхалась. Подскочила к двери, повернула ключ и выскочила в коридор, побежала к выходу.

— Стой! — крикнул Игорь, но я не обернулась.

Обжигающие слезы катились по щекам. Угораздило же выйти замуж за такого чурбана! В кабинете не позволяла себе лить слезы, зато, когда Ларин не видел, давала им волю. Что поделать, если душа требовала стопроцентной взаимности? Я отдавала Игорю всю себя, а он мне не отвечал тем же. Муж продолжал держать меня на расстоянии, в душу не пускал, в чувствах признавался крайне редко, а тут еще каждый день стал отчитывать за маленькие промахи. Мои нервы просто сдали, захотелось сбежать. Разве я много прошу? Всего-то капельку тепла и внимания. Села в машину, заблокировала двери, достала из кармана сотовый и набрала номер Орлова.

— Ты занят? — спросила, вставив дрожащей рукой ключ в замок зажигания.

— Ну как тебе сказать? — хохотнул Стас.

Услышала на заднем фоне женский голос.

— Опять за старое? — вздохнула я.

— Тань, ну я же не монах, физиологию никто не отменял. А ты по какому вопросу звонишь? — серьезно спросил он.

— Да так, просто хотела узнать, как у тебя дела, — соврала, смахнув слезы.

На самом деле собиралась поехать к другу и вытащить его на каток, но решила не отвлекать его. Лишь на льду мне удавалось собрать мысли в кучу и немного усмирить бушующие эмоции.

— Тогда давай немного позже созвонимся? — предложил он, а я кивнула, будто он мог меня увидеть, но быстро осознала это и ответила:

— До связи.

Постучала пальцами по рулю, а потом утопила педаль газа в пол и поехала, куда глаза глядели. Пока каталась по городу на машине, уже стемнело. Неосознанно свернула к пристани, припарковала машину и пошла вдоль набережной. На улице было тепло, летним вечером здесь гуляли влюбленные пары. Я направилась к пляжу, села на песок и смотрела на воду. Любовалась звездами, слушала, как волны нарушали тишину, налетая на берег, как стрекотали сверчки, и пыталась собрать себя в кучу, остыть. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем услышала «рычание» мотоцикла. Резко обернувшись, замерла. Сердце учащенно забилось, и липкий страх окутал душу. На черном байке сидел мужчина. Внешность скрыта черным шлемом, одет был в темную экипировку, на руках перчатки, на ногах массивные ботинки. Я судорожно сглотнула и осознала, что на пляже кроме меня никого уже нет. Дьявол! Если это маньяк, то мне просто не спрятаться, и никто не поможет.

Заглушив двигатель, незнакомец двинулся в мою сторону, а у меня от страха все мышцы сковало, однако разум лихорадочно искал пути к отступлению. Мужчина стянул шлем с головы, и меня одновременно накрыло удивлением и облегчением.

— Игорь? — ошарашенно выдохнула, еще раз оглядывая его с ног до головы.

Никогда прежде не видела мужа в такой одежде, да и мотоцикл он мне так и не показал за это время.

— Ты, вообще, нормальная? — с раздражением крикнул. — Три часа ночи! Я тебя по всему городу ищу! Тань, с тобой точно чокнуться можно. Живо поднимайся, поехали домой.

У меня вновь в душе шквал эмоций возник. Под ребрами щемило от радости, что муж здесь, рядом со мной, по глазам видела, что он волновался, а другая часть меня бунтовала.

— Игорь Викторович, а я с вами никуда не поеду, — заявила, отвернувшись, обняла себя руками, так как ночная прохлада неприятно холодила кожу. — Зачем вы меня искали? — пробурчала. — Вам же одному комфортней, наслаждались бы тишиной, никто мозг не выносит, слов любви не просит — идиллия, — проговорила, цокнув языком.

Понимала, что вела себя как ребенок, но как иначе привлечь внимание мужа не знала. От себя порой тошно становилось, но ничего с собой поделать не могла. Устала биться головой о каменную стену, именно так чувствовала себя, когда пыталась поговорить с Лариным по душам. Я не знала, как в других семьях, все время сравнивала свою жизнь с жизнью родителей. Они делились друг с другом своими мыслями, эмоциями, секретничали. У нас же с Игорем не было такого. Чтобы его вывести на разговор, мне приходилось приложить немало усилий. Понимала, что его не переделать, но верила в чудо, что он сможет открыть свою душу передо мной. Обижало меня то, что он мне не доверял стопроцентно, иначе не стал бы запирать дверь своего кабинета, делился бы своими переживаниями. Он ведь все носил в себе. Порой по глазам видела, что тревожит его что-то, но Ларин упорно продолжал молчать, просил лишь не переживать по этому поводу.

— Тань, прекрати меня доводить, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Можешь психовать сколько влезет, но делай это, ради Бога, дома, а не там, где тебя могут убить или изнасиловать. Живо поднимайся, и поехали, — строго добавил, нервно теребя в руке ключи от мотоцикла.

— Игорь Викторович, не хочу никуда с вами ехать. От вас слова доброго не дождешься, тепла нет… — призналась я.

Ларин сделал пару шагов, а потом, обхватив меня руками, резко дернул на себя, силой заставляя подняться с песка, развернул меня так, чтобы видеть мои глаза.

— Так вот чего тебе не хватает, а я все гадал, почему у тебя случаются эти приступы обиды. Тань, я уже устал повторять, что не романтик, привык жить так, как живу, — проговорил он, гипнотизируя меня.

Я невольно скользнула взглядом по его манящим губам. У меня дыхание сбилось, до одури захотелось ощутить его губы на своих. Видимо, наши желания совпали, потому что в тот же миг Игорь впился с жадностью в мой рот, языком проникая внутрь. Я не удержала стон наслаждения, подалась вперед, желая прильнуть как можно теснее. Зарылась пальчиками в его волосы, провела ладонью по крепкой шее. Ларин обхватил ладонями мои щеки и посмотрел в глаза, и от его проникновенного взгляда я словно сгорала заживо.

— Господи, Таня. Да если бы я тебя не любил, уже бы пристрелил тебя за твои выходки. Я же, как кретин, бросил все дела и помчался искать тебя, — выдохнул он мне в губы.

У меня по щекам покатились слезы, видимо, эмоции все же нашли выход.

Ларин стер их подушечками больших пальцев и нахмурился.

— Игорь, с тобой безумно тяжело, — прошептала я, всхлипнув носом. — Мне всего-то нужно капельку твоего тепла и внимания. Ты постоянно занят, а в те моменты, когда можем пообщаться, начинаешь меня жизни учить. Хочу, чтобы ты доверял мне.

— Знаю, — сказал он еле слышно и прижал меня к своей груди, гладил по голове как маленького ребенка. — Танюшка, я же о твоем будущем беспокоюсь, хочу, чтобы как лучше… А ты как капризный ребенок… — прошептал он, упершись подбородком мне в макушку.

Я уткнулась носом в его шею, вдыхая запах кожи и балдея от этого мужчины.

— Давай, пойдем на компромисс? Я буду выполнять твои наставления, а ты, в свою очередь, проявишь ко мне немного больше тепла, и чаще говори о том, что любишь меня.

— Поехали, — без эмоций сказал муж, проигнорировав мои слова.

Я с места не сдвинулась, смотрела в его глаза выжидающе. Игорь тяжело вздохнул, прежде чем ответил:

— Хорошо, Тань, я постараюсь не только отчитывать тебя, но и хвалить. Кабинет больше запирать не стану. Все? Или еще есть пожелания? — строго сказал он, испепеляя меня грозным взглядом.

Понимала, что Ларин не привык уступать, особенно, когда считал, что он во всем прав. Однако ради меня немного ломал свои принципы, терпел мои капризы.

— На работе, когда останемся наедине, пожалуйста, не "Вы-кай" мне. И ты обещал меня покатать на мотоцикле, а еще не отгораживаться от меня стеной, — дальше перечислила я свои требования.

Игорь нахмурился, задумчиво потер подбородок, решал, уступить мне или нет.

— Хорошо, на работе, когда никого нет рядом, обращайся ко мне на ты, но во всех остальных случаях соблюдай субординацию, — сдался муж, а я искренне улыбнулась и прижалась к нему сильнее.

— Я знаю, что тебе тоже со мной тяжело. Прости меня, пожалуйста, — выдохнула, посмотрев в его глаза. — Понимаю, что веду себя, как маленькая, обещаю исправиться, если будешь делать шаги мне навстречу. И на работе впредь стану более внимательной.

Лед в глазах Ларина меня пугал. Осознала, что своим поведением и словами, сказанными в кабинете, обидела любимого.

— Прости за то, что наговорила. Я люблю тебя, и всегда буду любить. Других мужчин для меня не существует, — призналась я.

Игорь тяжело вздохнул, взгляд заметно стал теплее.

— Хочешь покататься? — спросил он, а я уверенно кивнула.

Ларин взял меня за руку и подвел к железному «коню», достал шлем и надел на меня, осторожно застегивая. Скинул с себя кожаную куртку, набросил мне на плечи, при этом сам остался в рубашке.

— Держись крепче, — посоветовал муж и завел двигатель.

Я обхватила его живот руками и прижалась щекой к горячей спине.

Мы неслись по пустому шоссе с невероятной скоростью, от которой у меня дух захватывало, и душа уходила в пятки. Светофорные столбы мелькали очень быстро, огоньки мерцали у меня в глазах. Порывы ветра окутывали тело, но благодаря куртке Игоря, я не замерзла. Рассвет мы встретили в пути. Ларин свернул на дорогу, ведущую к кладбищу. Мое сердце замерло в груди. За все время нашего брака Игорь ни разу не показал мне место захоронения своей семьи. Припарковавшись на обочине, муж помог мне слезть с мотоцикла, взял за руку, и мы молча пошли по дороге. Тишина была пугающей. Где-то рядом каркнула ворона, перелетев с ветки на ветку, я вздрогнула и ахнула.

— Бояться надо живых, а не мертвых, — сухо бросил Ларин, остановившись у красивой оградки.

На гранитном памятнике были изображены лица трех людей. Его матери, отца и сестры. Все трое улыбались, будто рады были нашему визиту. Игорь нежно провел рукой по камню и с шумом втянул в себя воздух. Прикоснулся пальцами к образу сестры и печально улыбнулся.

— Она была такая же как и ты: романтичная, эмоциональная, жизнь била в ней ключом, — прошептал Ларин, а я сжала его руку в знак поддержки. — Там, — кивнул он на соседнюю могилку, — мои бабушка и дедушка. Вся моя семья покоится тут.

От его слов у меня ком в горле застрял, на глаза слезы навернулись.

— Я потерял всех, кто мне дорог, остался один. В моей жизни есть только ты — самый близкий человек. И мысль, что тебя тоже не станет, разъедает меня изнутри. Да, быть может, я чересчур опекаю тебя, контролирую каждый твой шаг, но не потому, что не доверяю, а потому что боюсь, что и тебя не станет, что ты погибнешь по глупости, по невнимательности. Да, я не хочу, чтобы ты работала следователем, потому что это не только сложно, но и порой опасно. Мне станет гораздо спокойней, если ты устроишься куда-нибудь на гражданку юристом, будешь сидеть в кабинете и держаться подальше от преступного мира.

Я прикусила губу, чтобы не разрыдаться, прижалась к мужу и всхлипнула носом.

— Игорь, прости меня, — проговорила на одном дыхании, глотая слезы. — Обещаю, что после учебы выберу более безопасное направление.

До меня наконец-то дошло, что Ларин все это время боялся за мою жизнь. Он говорил, что работа следователя не для меня не потому, что считал тупой и бездарной, а из-за того, что не хотел потерять меня. Игорь приоткрыл мне свою душу, за что я была безмерно благодарна ему, ведь видела по его глазам, как непросто ему давалось это признание.

Мы сели на скамейку напротив памятника и просто молчали, прижавшись друг к другу.

— Ты простишь меня за мои глупости? — прошептала, боясь смотреть ему в глаза.

— У тебя возраст сейчас такой — море кажется по колено, я тоже когда-то таким был, — улыбнулся он, приподняв мою голову за подбородок и проникновенно глядя в глаза. — Просто пообещай, что впредь сначала будешь думать, а не идти сразу на поводу у эмоций.

Мне кажется, я покраснела до пяток. Чувствовала себя малолетней дурой. Как он только терпел мои выходки?

— Обещаю, — промямлила, посмотрев на наши переплетенные пальцы.

— Замерзла? — заботливо спросил Ларин, ощутив дрожь моего тела.

— Нет. В твоей куртке тепло. Лихорадит из-за эмоций, — призналась. — А тебе не холодно? — забеспокоилась я.

— Нет. Я закаленный, — подмигнул мне Игорь.

В черных глазах снова появилось теплое пламя, и я выдохнула с облегчением.

— Поехали домой? — спросила, сорвав с его губ легкий поцелуй.

— Да, — уверенно ответил он, поднялся с места, снова провел рукой по гранитному памятнику, будто мысленно попрощался с родными, пообещав им прийти вновь.

— Ты здесь часто бываешь? — поинтересовалась я.

— Каждую неделю, — ответил Игорь, а у меня рот открылся от удивления.

— Почему меня не брал с собой?

— Не знаю, — пожал он плечами.

Я обняла мужа и тяжело вздохнула.

— Спасибо за то, что в этот раз захватил меня с собой.

Так я почувствовала, что на шаг стала ближе к Игорю. Видимо до этого момента Ларин еще не был готов «знакомить» меня со своей семьей.

После этого наша жизнь немного изменилась. Игорь перестал запирать кабинет, самую малость посвящал меня в свои дела, иногда мы гоняли ночью на мотоцикле, ловя порывы ветра и чувствуя себя свободными. Я же, в свою очередь, старалась держать в узде свои эмоции, не так остро реагировала, когда прокурор Ларин меня отчитывал за промахи. Теперь знала, что делал он это для моего же блага. Единственным камнем преткновения являлось мое желание стать матерью. Игорь категорически не хотел становиться отцом в ближайшие годы. Я старалась не затрагивать эту тему, но чем больше времени проходило, тем ощутимее становилось у меня желание подарить мужу сына или дочь. Может, все дело в том, что природа взяла свое и во мне проснулись инстинкты? Как бы там ни было, но этот вопрос всегда приводил нас к ссоре. Я решила просто ждать, когда Ларин созреет для этого ответственного шага.

Проходил год за годом, у Миши и Наташи родилась дочка Алиса, Никита и Даша поженились, даже Стас нашел себе постоянную девушку. Жизнь у всех налаживалась. Я закончила академию, как и обещала мужу, начала свою карьеру с юриста, работала в офисе, моя деятельность была далека от преступного мира. Игорь очень мне помогал, он был мне не просто мужем, другом, но и наставником. С ним я чувствовала себя как за каменной стеной, я доверяла ему стопроцентно и продолжала любить больше жизни. За несколько лет брака я осознала, что мне невероятно повезло с мужем. Со временем я научилась контролировать свои эмоции, смогла по-настоящему принимать Игоря таким, какой он есть. Его молчание, нежелание делиться проблемами принимала как само собой разумеющееся, когда он был готов пооткровенничать, внимательно слушала и всегда поддерживала. Мы научились жить в гармонии, понимали друг друга с полувзгляда, с полуслова. Как никогда я осознала, что мама была права. Она говорила, что семья — это тяжелая работа, в первую очередь над самим собой, ведь приходится уступать, учиться находить компромиссы, отдавать, не требуя ничего взамен. И судя по светящимся глазам Ларина, я справлялась со всеми своими обязанностями на отлично. Единственный минус в такой идиллии — забываешь о том, что вокруг очень много опасности, будучи поглощен яркими чувствами, теряешь бдительность.

Глава 15

Стоя у плиты, я по инерции помешивала лопаткой кипящий в кастрюле красный соус. Мыслями была далеко в воспоминаниях, поэтому приготовление ужина проходило автоматически. Месяц назад мы отметили с Игорем четвертую годовщину нашей свадьбы. За это время в нашей жизни особо ничего не изменилось. Ларин, как и прежде, был постоянно занят делами, я тоже работала. Свободного времени у обоих в обрез, поэтому полгода назад забросила свои тренировки и больше не каталась на коньках. Но общение со Стасом не прекратилось, мы настолько привыкли друг к другу, что созванивались хотя бы раз в несколько дней. Я знала, что муж очень любил частный дом, поэтому год назад перебрались сюда, а квартиру сдали. Из воспоминаний меня вырвал ворвавшийся на кухню Люк — черная овчарка. Я погладила его по голове, он в ответ гавкнул и лизнул мне ногу.

— Люк, ты же знаешь, что дома надо вести себя тихо, иначе Игорь выгонит тебя на улицу, — прошептала, потрепав собаку за ухом.

Люк будто понял меня, растянулся на полу, наблюдая за моими действиями.

— Какой ты у меня молодец, — подмигнула я псу, продолжая помешивать соус.

Люк — мой любимчик, мне его подарил муж два года назад на день рождения. Игорь переступил через свои принципы — не заводить животных. Любимый, скорее всего, надеялся на то, что Люк отвлечет меня, и я перестану надоедать с разговорами про детей. Надо признаться, с появлением собаки я больше не чувствовала себя одинокой в этом доме. Если Игорь был занят, то Люк развлекал меня. Однако муж ошибся… Желание родить малыша с каждым годом совместной жизни только крепло.

Выключив плиту, я полила соусом спагетти, поставила на поднос тарелку и отправилась в кабинет. Осторожно постучав, открыла дверь. Ларин сидел, уткнувшись в бумаги, нервно крутя карандаш в руке. Муж на меня даже не взглянул. Я осторожно поставила поднос на журнальный столик, подошла к Игорю и тактично кашлянула.

— Танюшка, дай мне одну минутку, сейчас приду ужинать, — сказал он, делая записи в блокноте.

— Ага, ты мне это два часа назад говорил, поэтому я принесла тебе еду сюда, не отстану, пока не поешь, — строго поговорила, выдернув из его руки карандаш.

Игорь с шумом втянул в себя воздух, потер ладонями глаза и откинулся на спинку кресла. Я воспользовалась моментом и села к любимому на колени, запустив пальчики в его волосы и сминая их на затылке.

— Прости, просто работы навалилось, надо успеть до понедельника все сделать, очень хотел провести эти выходные с тобой, но вышло как всегда…Обещаю, следующие выходные я весь твой, — вздохнул Ларин, нежно поглаживая ладонью у меня между лопаток, вызывая хоровод мурашек на спине.

— Ловлю тебя на слове, — улыбнулась, сорвав с его губ поцелуй. — Поешь, пожалуйста, тебе ведь нужны силы, — настаивала я, и муж согласился.

Поставила перед ним спагетти, приготовленные по новому рецепту. Пока Ларин ужинал, я рассказала ему последние новости, больше всего восхищенно описывая жизнь своей племянницы Алисы. И снова разговор подошел к запретной теме. Стоило увидеть, как у Игоря пролегла глубокая складка на лбу, осознала, что надо отступить, иначе поссоримся, поэтому быстро перевела разговор в другое русло.

— Спасибо за ужин, — искренне поблагодарил Игорь, а я, улыбнувшись, забрала поднос и выпорхнула из кабинета, чтобы не мешать.

Закинув тарелки в посудомоечную машинку, перевела взгляд на Люка, он сразу оживился.

— Пойдем гулять? — спросила я у него, на что услышала громкий лай. — Вперед, — кивнула ему, на ходу натягивая на себя куртку.

Обувшись, вышла на улицу и вдохнула полной грудью морозный воздух. Люк, как ошалевший, выскочил из дома и стал бегать по двору, кусать снег и гавкать. Я слепила снежок и бросила ему. Люк подпрыгнул, поймал зубами, а потом недовольно потряс мордой, чем развеселил меня.

Достала из кармана желтый теннисный мяч и бросила Люку, он помчался искать его, перепрыгивая через сугробы.

— Этот пес в тебе души не чает, — неожиданно хмыкнул Игорь у меня за спиной, я резко обернулась.

Любимый стоял на крыльце, прислонившись плечом к дверному косяку и курил, благо в этот раз надел куртку, а то часто выходил на мороз раздетый.

— А я люблю его. Это самый лучший подарок, который я когда-либо получала. Люк настоящий, верный друг, — улыбнулась, пытаясь отобрать мяч у овчарки.

Пёс порычал для приличия, а потом разжал челюсти. Я забросила мяч еще дальше, наблюдая за тем, как Люк за доли секунды настиг цель.

— Ко мне Люк относится иначе, — проговорил Ларин, сделав затяжку. — Скорее всего, потому что ты с ним больше времени проводишь. Тань, понимаю, что ты детей хочешь, но я пока не готов к такому шагу. Прости…

— А когда будешь готов? Ты пойми, время-то идет, оглянуться не успеешь, как пенсия подкрадется. Ты понимаешь, что род Лариных на тебе оборвется, если у нас детей не будет? Я знаю, что тебе страшно, мне тоже. А если задуматься, то жизнь — она вообще непредсказуема и опасна, никто не в силах определить свою судьбу заранее, но почему-то люди рожают, создают семьи. Чем мы хуже?

— Тань, мы же договорились, — с упреком произнес муж, скрестив руки на груди. — Не начинай, иначе это снова кончится ссорой, а я не хочу этого.

— Хорошо, Игорек, как скажешь, — хмыкнула я и переключила внимание на Люка. — Следующие выходные можешь заниматься делами, я поеду к Мише, хочу потискать Алису.

— Тань, не обижайся, — примирительным тоном начал Ларин, выбросил сигарету в урну, подошел ко мне и обнял.

Люк начал ревновать, зарычал, а потом гавкнул, демонстрируя свои клыки. Игорь усмехнулся и покачал головой.

— Это заговор, — выдохнул он, уткнувшись носом мне в макушку.

Я не удержала улыбку.

— Игорь, я не обижаюсь, — тяжело вздохнула и провела пальчиками по его руке, покоящейся у меня на животе. — Мы вместе четыре года, сколько еще должно пройти времени, прежде чем ты подаришь мне ребенка? Мне ждать еще десять лет? Заметь, я постоянно иду тебе на уступки, а ты?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Танюшка, — вздохнул он и начал покусывать мои губы, смотрел в глаза, пытаясь понять мой настрой.

Ссориться у меня не было никакого желания. Наверное, уже смирилась с тем, что Ларин — скала, его не сдвинешь с места, пока он сам не решится стать отцом, ничего не поможет: ни уговоры, ни слезы, ни обиды.

Люк залаял и уткнулся носом мне в ногу, чем привлек наше внимание.

— Пойдем в дом, — кивнула овчарке, и он помчался к двери.

Отстранившись от мужа, я поднялась по крыльцу и открыла дверь, впуская пса внутрь. Постаралась полностью переключить свое внимание на Люка, решив больше не возвращаться к теме, которая вызывала у меня горький привкус. Каждой клеточкой чувствовала, что Игорь наблюдал за мной. Мое напускное спокойствие и улыбка не смогли обмануть его, муж понимал, что я закрылась от него.

На следующих выходных с утра отправилась в гости к Мише и Наташе. Я пообещала им, что посижу с Алисой. Брат с женой хотели походить по магазинам, а вечером пойти в кино, побыть вдвоем. В те моменты, когда наша мама не могла присмотреть за внучкой, я выручала брата. Для меня это было в радость. Однако после общения с племянницей на душе чувствовала неподъемный груз, ведь до безумия хотела родить ребенка.

— Та-та! — завопила Алиса, бросившись меня обнимать.

Племянница не любила называть меня полным именем, но меня это не обижало. Я поцеловала ее в макушку и протянула новую куклу. В голубых глазах отразилось столько счастья и восторга, что у меня невольно стало тепло на душе.

— Ты ее разбалуешь, — цокнул Миша языком, а потом улыбнулся и притянул меня к себе, крепко обнял. — Спасибо за то, что не отказалась посидеть с ней.

— Миша, как я могу отказать? У вас дочка — настоящий ангел, — проговорила искренне, любуясь племянницей, которая пыталась открыть коробку с куклой.

— Скоро появится еще одна кукла, — улыбнулась Наташа, приподняв кофту.

Я судорожно сглотнула, заметив едва округлившийся живот. — Вчера на УЗИ сказали, что снова будет девочка.

— Поздравляю, — выдохнула я, ощутив, как сердце сжалось до такой степени, что дышать стало сложно.

Неимоверных усилий стоило удержать эмоции в узде, не хотела, чтобы брат заметил печаль в моих глазах. Я искренне радовалась за своих старших братьев Мишу и Даниила, ведь в их семьях были дети. Я одинаково любила своих племянников, навещала их, тайно мечтая о том, что Игорь мне подарит такое же чудо.

Миша и Наташа ушли, а я осталась с Алисой. Мы играли в куклы, я учила ее заплетать косички, потом покормила малышку и уложила ее спать. Когда раздался звонок в дверь, невольно насторожилась. Перевела взгляд на племянницу, она мирно спала в кроватке. Подошла к двери, посмотрела в глазок, и чуть не упала, увидев Игоря на пороге.

— Что ты тут делаешь? — открыла дверь, удивленно вскинув брови.

— Закончил дела, решил составить тебе компанию, — пожал он плечами. — Ты не рада меня видеть? — нахмурился он.

— Тебе я всегда рада, — ответила, все еще не веря в то, что Ларин приехал сюда.

— Тань, может пустишь? Что за привычка постоянно держать меня на пороге? — довольно холодно проговорил любимый.

— Ой, прости. Заходи, только тихо. Алиса уснула, если разбудим, то вечером она будет капризничать, — предупредила я.

Ларин прошел на кухню, кивнув мне, чтобы следовала за ним.

— Чай? Кофе? — предложила мужу, на что он отрицательно покачал головой. — Я только из дома, ничего не хочу.

Я же себе налила чай и стала размешивать сахар.

— С тобой все нормально? — насторожился Игорь, заметив, как я ушла в себя, беспрерывно водя ложкой по кругу. — Ты какая-то подавленная.

— Все хорошо — ответила на автомате, продолжая размешивать сахар, который уже давно растворился.

Муж накрыл ладонью мою руку, заставив тем самым обратить на него внимание.

— Не ври мне, — процедил Ларин сквозь стиснутые зубы.

Ответить не успела, так как Алиса расплакалась, видимо ей приснился страшный сон. Покинула мужа и направилась в детскую. Я прижала малышку к себе, уткнулась носом в ее висок, вдыхая ни с чем несравнимый запах ребенка. Балдела от племянницы. Она снова уснула у меня на руках. Осторожно переложила ее в кроватку и уже собиралась вернуться на кухню, но неожиданно налетела на Игоря. Вздрогнула, так как не заметила его присутствия в детской комнате.

Ларин скользил взглядом по спящей малышке, на долю секунды в его глазах отразилось тепло.

— На куклу похожа, — улыбнулся он. — Удивительно, но помню Ангелину в таком возрасте. Отец тогда смотрел на нее и шептал лишь одну фразу: «Я справлюсь».

Я сжала руку мужа, в те моменты, когда он вспоминал свою семью, у меня душа кровью обливалась. Не представляла, что делала бы, окажись на его месте. Даже подумать страшно о таком. Могла только догадываться о том, как Игорю сложно.

— У Миши и Наташи скоро еще одна дочка родится, — сообщила я новость, стараясь не смотреть Ларину в глаза.

— Через пару месяцев возьму отпуск, съездим с тобой куда-нибудь отдохнуть… В отпуске не будем предохраняться, — оглушил меня Игорь.

Я часто захлопала ресничками, ущипнула себя, чтобы убедиться в том, что не сплю.

Прежде, чем успела хоть что-то еще спросить, Ларин вышел из комнаты. Я прикрыла дверь и направилась на кухню. Игорь стоял у окна, спрятав руки в карманы брюк.

— Ты серьезно? — прошептала, буравя его спину тяжелым взглядом.

— Да, — вздохнул он, глядя куда-то вдаль.

— Что повлияло на твое решение? — меня просто разъедало любопытство. С чего вдруг такие перемены?

— Помнишь сотрудника Медведева у меня на работе? — ответил вопросом на вопрос. Я утвердительно кивнула. — Жена от него ушла к любовнику, на развод подала, потому что, как выяснилось, из-за проблем со здоровьем он не мог иметь детей. Это заставило меня задуматься…

— И ты примерил ситуацию на нас, — перебила его, скрестила руки на груди. — Ты решил, что я тоже уйду от тебя, если ты мне не дашь желаемое? Вот в чем причина. Ты не хочешь становиться отцом, но пойдешь на это только ради того, чтобы меня не потерять. Так что ли?

— Да, я боюсь тебя потерять, — резко ответил Ларин, отчего я вздрогнула. — В последнее время ты от меня закрываешься, все реже улыбаешься. Ты отдаляешься, и я это чувствую.

— Спасибо, — выдохнула и прижалась щекой к его спине.

Чувствовала, как окаменели мышцы у любимого, как он подобрался.

— За что? — не понял Ларин.

— За то, что наступил своим страхам на горло и наконец-то решился на этот шаг.

— А у меня был выбор? — хмыкнул Игорь.

— Выбор всегда есть. Если бы я не переборола в себе страх и не поцеловала бы тебя в прошлом, ты бы никогда сам не приблизился ко мне, и не случилось бы меня в твоей жизни. Мы сами вершим свою судьбу, особенно в те моменты, когда перешагиваем через свои внутренние барьеры, — улыбнулась я.

— Тогда своим поцелуем ты перевернула всю мою жизнь, мне тебя придушить хотелось за наглость, выбить из тебя всю дурь, но в тоже время впервые почувствовал в груди тепло, — признался Игорь, обхватил мои щеки ладонями и посмотрел в глаза.

Я затаила дыхание, боясь спугнуть этот момент. Ларин так редко открывал передо мной душу. Всегда знала, что под прочной броней, неприступной скалой таится настоящая душа Игоря. Нет-нет, но она проявлялась, особенно в те моменты, когда муж гонял по ночному городу на мотоцикле, когда скорость и адреналин разбивали его барьеры, установленные правила, в такие моменты в его глазах горел огонь и озорство. Однако стоило поставить мотоцикл в гараж, как возвращался прежний Игорь: сдержанный, внимательный, серьезный, всегда начеку.

Как зачарованная, я смотрела в его темные глаза. Игорь провел подушечкой большого пальца по моим приоткрытым, жаждущим поцелуя губам. Моргнуть не успела, как настойчивые, влажные губы приникли к моим. В такие моменты я теряла связь с миром. Игорь одним резким движением усадил меня на подоконник, целуя с жадностью, требовательно, дразнил, заставляя желать большего. Плач Алисы, вернул нас на землю. Игорь уперся лбом в мой лоб и прошептал:

— Кажется, тебя зовут.

Я отстранилась от мужа и поспешила к племяннице, вытащила ее из кроватки. И понеслось: покормить, поиграть, перед ночным сном искупать. Игорь наблюдал за тем, как я ловко справлялась, и улыбался. Подкалывал меня, говоря о том, что мне надо работать няней.

Алиса настороженно относилась к Ларину, но после того, как он построил для нее домик из кубиков, оттаяла. Даже показала ему свои любимые книжки.

Когда вернулись Миша и Наташа, маленькая принцесса уже спала.

— Спасибо за то, что посидела с Алисой, — поблагодарила Наташа, обняв меня.

— Если что, обращайтесь, — подмигнула ей.

Мы простились с моими родными и поехали домой. Я смотрела в окно и улыбалась. На душе будто цветы распустились. Всего одно решение Ларина перевернуло мою жизнь, словно увидела свет в конце тоннеля. Знала, что он сдержит свое обещание, а значит, осталось потерпеть совсем немного. Игорь возьмет отпуск, отвлечемся, сменим обстановку. Я вся была в предвкушении.

Теперь просыпалась с приподнятым настроением, выгуливала Люка перед работой, больше не выставляла барьер вокруг себя, и Игорь это чувствовал. Мы снова сблизились. Отдавала всю себя любимому, растворяясь в нем.

В феврале настали сильные морозы, земля покрылась толстой коркой льда. Я неудачно упала, когда гуляла с Люком и подвернула ногу. Пришлось взять больничный, потому что ступня сильно опухла. Хотя дома не бездельничала, взяла документы с работы с собой, поэтому некоторые вопросы решала через сеть интернета. Спустя несколько дней отек прошел, но опираться на ногу было еще больно, поэтому ждала, когда полностью восстановлюсь, прежде чем возвращаться в офис.

Телефон на моем столе «ожил». Я удивленно посмотрела на высветившийся номер Котовой Ирины. Не созванивались с ней около полугода.

— Да, — ответила на звонок.

— Танюшка, привет, — услышала голос подруги.

Показалось, что она немного взволнована.

— Я тут проезжаю мимо твоего района, думаю, дай наберу тебе, вдруг ты дома.

— Я как раз на больничном, приезжай в гости, — обрадовалась я, что подруга заскочит ко мне.

— Только у меня маленькая просьба, ты же знаешь, что я собак боюсь, — насторожилась Ирина.

— Не волнуйся, я закрою Люка в комнате, он не причинит тебе вреда, — пообещала я.

— Отлично, буду через пять минут, — ответила и нажала на отбой.

Я поднялась с места, отставила ноутбук на журнальный столик, рядом сложила документы.

— Люк! Люк! — позвала своего друга.

Он влетел в комнату, виляя хвостом.

— Прости, дружище, но тебе придется посидеть тут. Ко мне подруга едет, а ты ее в прошлый раз напугал. Так что сиди тихо и получишь от меня вкусняшку.

Люк недовольно фыркнул, вытянулся рядом с кроватью, опустив морду на сложенные лапы.

— Как только Ира уйдет, я тебя выпущу, — пообещала ему и закрыла дверь.

Не знала, понимают ли собаки человеческий язык, но я твердо убеждена, что мой Люк — абсолютно разумное существо.

Накинула на плечи куртку, обула кроссовки, так как в сапогах чувствовала дискомфорт в ноге. Немного прихрамывая, подошла к калитке и открыла замок.

— Привет, — улыбнулась мне Ира, и я пропустила ее.

Хотела запереть засов, но внезапно трое крупных мужчин оттолкнули меня в сторону и вошли во двор, прикрыв за собой калитку. Их губы скривились в злой ухмылке, а у меня душа ушла в пятки. Перевела взгляд на Иру, она явно нервничала, и насколько я могла понять, эти верзилы приехали вместе с ней.

— Ира? — обратилась к подруге осипшим голосом.

У меня каждая клеточка предчувствовала опасность. Адреналин застучал в висках.

— Тут такое дело… Ярослава вчера убили в тюрьме. Его отец в ярости. Тань, этим людям нужны какие-то бумаги твоего мужа, давай обойдемся без глупостей, ладно? Я не хочу, чтобы ты пострадала, — довольно миролюбивым тоном произнесла Ира, а я попятилась.

Успею ли добежать до дома и запереться изнутри? Доли секунды хватило, чтобы сорваться с места и побежать к крыльцу. Уже не обращала внимания на боль в ноге, слышала лишь шум в ушах и сильный грохот сердца. Однако мой план провалился, один из мужчин успел схватить меня за капюшон, и я по инерции свалилась в снег.

— Куда собралась, деточка? — ледяным тоном проговорил незнакомец, дернул меня за кисть, помогая подняться на ноги.

Завел руку мне за спину и подтолкнул в сторону дома. Не разуваясь, непрошеные гости вошли внутрь. Мужчины уничтожали камеры в моем доме, обрезали провода. Меня грубо усадили на диван в кабинете, а сами начали рыскать по бумагам, переворачивая все вверх дном. В соседней комнате от лая надрывался Люк, он чувствовал чужаков, но не мог прийти мне на помощь, потому что я его заперла. Ира села на диван рядом со мной. Она выглядела напуганной и напряженной.

— Таня, умоляю, не делай глупости, иначе они убьют нас, — прошептала Котова, с опасением перевела взгляд на мужчин.

— Это не твои дружки? — хмыкнула я, заметив, как подругу лихорадило.

— Это люди Добровольского, — шепнула она мне на ухо. — Когда Ярика посадили, Лев Владимирович пригрозил, что убьет меня, если я не буду приносить ему сведения о тебе. Я тогда сказала ему, что мы с тобой больше не общаемся, мне пришлось держаться от тебя подальше, чтобы Добровольский понял, что мы больше не подруги. Он потом отстал, у него проблемы появились, и ему было не до меня. А вчера Ярослава убили, и Лев Владимирович приказал мне поехать к тебе, его люди знали, что ты дома одна и откроешь дверь только знакомому человеку. Они использовали меня. Если бы я этого не сделала, Добровольский застрелил бы мою маму. Он безжалостный человек, — ошарашила меня Ира своими признаниями.

Мужчины нашли потайной сейф и, оскалившись, перевели взгляды на меня.

— Пароль? — обратился ко мне мужчина со шрамом на лице.

Я судорожно сглотнула и часто захлопала ресницами.

— Я не знаю, — выдохнула, боясь пошевелиться.

У меня сердце стучало где-то в висках. От страха тошнота подкатила, душу окутало что-то мерзкое и липкое. Пыталась сообразить, где оставила свой сотовый? Он в гостиной! Понятия не имела, как добраться туда и вызвать помощь.

— Ты видимо не расслышала, деточка. Пароль назови, — зло прорычал второй мужчина.

— Я не знаю пароль. Этот сейф принадлежит мужу, он мне никогда не давал код, — призналась, тяжело дыша.

Конечно, кто в это поверит? Вот только это было правдой. Несмотря на несколько лет проведенных в браке, Игорь так и не доверился мне до конца. Я давно смирилась с тем, что муж никому стопроцентно не доверял, поэтому не обижалась.

— Тань, да скажи им комбинацию цифр, что ты геройствуешь? — с раздражением проговорила Котова, сжав кулаки.

— Ира, тебе по слогам повторить? — злилась я на нее.

Если бы она не предала, то я не попала бы в такую западню.

— Игорь мне никогда не давал пароли и своими секретами не делился. Он никому не доверяет, даже мне!

Тот, который со шрамом, подскочил ко мне и, схватив за руки, дернул на себя, с размаху припечатал к стене, отчего я ударилась затылком. Застонала от боли, в глазах на миг потемнело.

— Сука, ты оглохла? Или назовешь комбинацию цифр, или мы убьем тебя, — ледяным тоном проговорил он, перекрыв мне кислород пальцами.

Сдавил мое горло так, что у меня слезы навернулись на глазах.

— Отпусти ее, а то задушишь раньше времени, — цокнул языком мужчина с татуировкой на пальцах.

Ощутив свободу, стала жадно глотать воздух, легкие горели от нехватки кислорода. Однако стоило расслабиться, и получила увесистый удар по лицу. Мне показалось, что увидела звезды, перед глазами все расплылось, и я невольно съехала по стеночке на пол. Ира с ужасом смотрела на меня, замерев словно мышь, и даже слова не произнесла в мою защиту.

— Тварь! Ты отнимаешь наше время. Нам нужно содержимое этого сейфа, — рявкнул мужчина с волосами, собранными в тугой маленький хвост.

— Я понятия не имею, что в этом сейфе и код мне тоже неизвестен, так что можете убить, — спокойно ответила, осознав, что живой меня не отпустят.

Скорее всего, Добровольский отправил этих людей не за содержимым сейфа, а чтобы отомстить за смерть сына, выплеснуть на Игоря свою злобу. И ударить он решил не по Ларину, а по его слабому месту — по мне.

— А девка-то храбрая, посмотрим, как быстро сломается, — злобно заржал мужчина со шрамом, а меня в ледяной пот бросило. — Заткните уже кто-нибудь этого пса, он меня раздражает.

— Нет! — выдохнула, заметив оружие в руках незнакомца. — Пожалуйста, не надо! — воскликнула, когда мужчина снял пистолет с предохранителя.

Меня затошнило от страха. Нет-нет-нет! Люк! Три громких хлопка, а потом послышался тихий скулеж, через минуту все стихло, а у меня душа оборвалась. Губы задрожали, по щекам горячим потоком потекли слезы. В комнату вернулся незнакомец с пистолетом, больно вцепился пальцами мои волосы и заставил запрокинуть голову назад так, чтобы я видела его холодные зеленые глаза. Мне было чертовски больно, но настоящие мучения доставляла мысль о том, что Люка убили, лишили меня близкого друга.

— Твой пес добегался, если бы ты рассказала, как открыть сейф, то я не стал бы убивать собаку, — ухмыльнулся он, заметив боль в моих глазах.

— Проваливайте из моего дома, — зарычала я, чувствуя, как удушливой волной поднимается во мне гнев и жажда мести.

Если бы могла, я бы голыми руками придушила этих подонков, которые посмели явиться сюда. Разум понимал, что я всего лишь слабая женщина, и они раздавят меня как муху, но где-то в глубинах сознания пробуждалась сила духа, если выживу, то найду способ покарать их, наказать их за ту боль, которую причинили мне.

— Смерть пса ее не сломала, — усмехнулся мужчина со шрамом на лице.

Эти дядьки не знали, что я уже пережила одно покушение, поэтому сейчас страх не сковал мои мышцы, разум был холоден и расчетлив, я искала пути к отступлению, оставив переживания на потом.

— Даю тебе последний шанс, говори код, иначе я вышибу мозги твоей подруге. В ее смерти будешь виновата ты, — с этими словами к виску Котовой приставили дуло.

Ира побледнела и зарыдала. В ее глазах читалась неподдельная паника.

— Таня, умоляю, они же убьют нас, — завизжала Ира и попыталась вскочить с места, но ей не позволили.

— Раз… — начал отчет верзила, а у меня мурашки пробежали по спине.

— Я не знаю код! — отчаянно крикнула им в лицо.

— Два… — мое сердце замерло в груди. — Три… — наступила тишина, и я зажмурилась.

— Она не врет, — подала голос Котова. — Нам здесь больше не чего делать. Лев Владиславович при таком раскладе просил оставить предупреждение для Ларина, — хмыкнула Ира, поднявшись с дивана.

Я распахнула веки и удивленно уставилась на бывшую подругу. Выходит, она с ними заодно? Она просто разыграла спектакль?

Из ступора меня вывел увесистый удар по лицу, потом последовал удар по животу, по ногам. Я интуитивно прикрыла голову руками, не в силах сопротивляться.

— Передай муженьку, что в следующий раз мы тебе жизнь не сохраним. Пусть прекратит копать под Добровольского, — зло выплюнул мужчина со шрамом и со всего размаху ударил меня пистолетом по голове.

Мир исчез, тьма утащила в свои объятия, но я была этому рада, мне не хотелось оставаться в реальности.

Когда пришла в себя, застонала, во рту все пересохло, хотелось пить. Открыть смогла лишь правое веко, левое так и не поддавалось. Заметила силуэт мужчины у окна и попыталась сфокусироваться. Накатило облегчение, когда поняла, что это Игорь.

Муж будто почувствовал мой взгляд и обернулся. В его глазах было отчуждение, губы поджаты, на скулах желваки ходили. Любимый тяжело вздохнул, сел рядом со мной, обхватив голову руками, и молчал. Меня это медленно убивало, потому что видела, что Ларин снова возводил вокруг себя забор из колючей проволоки. Зная Игоря, он во всем винил себя.

Завертела головой, сразу сообразила, что находилась в палате. Как я сюда попала и когда?

У меня дыхание сбилось, и аппарат, стоящий рядом с кроватью, пикнул, оповещая о том, что ритм сердца нарушился. Мне так хотелось поговорить с любимым, но ни звука не могла произнести. Снова возник барьер, как в прошлый раз. Хотелось рычать от досады, но все, на что меня хватило — еле слышный стон. Ларин напрягся, буквально окаменел.

— Я знаю, кто это сделал. Они обрезали все провода у камер, когда вошли в дом, все, кроме скрытой, которая расположена в кабинете. Мы их вычислим и накажем. Я успел посмотреть запись, видел, что произошло, — сказал на одном дыхании, смотря на свои переплетенные в замок пальцы, а не на меня. — У тебя, к счастью, переломов нет, только сотрясение мозга и многочисленные гематомы по телу. Я договорился с врачом, тебя продержат в одноместной палате две недели. Когда поправишься, переедешь в другой город вместе с Мишей и Наташей.

Я схватила Игоря за руку, заставив посмотреть на меня. Муж прочел в моем взгляде невысказанный вслух вопрос.

— Да, Тань, мы больше не будем жить вместе. Я тебя чуть не потерял… И чтоб ты знала, в сейфе действительно хранятся очень важные документы. Там улики против Добровольского, их мало, чтобы упрятать его в тюрьму, однако кто-то доложил ему о том, что я собрал некоторые данные. Видимо, на работе завелся крот, который сливает информацию. Я не хочу больше тобой рисковать. Прошу без истерик принять тот факт, что больше вместе нам не быть. Добровольский не успокоится, пока не отомстит мне за смерть сына. Они так и будут наносить удары по тем, кто мне дорог. Теперь понимаешь, почему я не хотел детей? Нападавшие убили Люка, а если бы в доме был наш малыш, они бы и его не пощадили…

У меня слезы нескончаемым потоком текли по щекам, трясло как в лихорадке. Твою же мать! Хоть бы слово выдавить из себя! Как же сложно.

— Это ради твоего блага, поверь, мне так же хреново, как и тебе, но лучше буду жить один и знать, что ты жива и здорова, чем ждать, когда они снова явятся за тобой. Они от тебя отстанут, когда поймут, что ты больше не моя слабость, — заявил Ларин и поднялся с места, намереваясь уйти.

У меня сердце чуть не разорвалось в груди, аппарат противно пищал, фиксируя скачки пульса.

— Нет, — выдохнула я через силу, снова схватив мужа за руку. — Не надо, — умоляюще проговорила. — Ты мне нужен, не бросай меня… — прошептала, глотая ком в горле.

Слезы душили. Слова давались с трудом, создавалось впечатление, что мне душу раздирали на клочья.

— Тань, так будет лучше. Так будет правильно, — твердо ответил Ларин, а я увидела в его глазах лед, он все уже решил, и теперь хоть тресни, не изменить этого.

Игорь наклонился, зажмурился и поцеловал меня в висок.

— Выздоравливай. Сейчас к тебе мама приедет, а я приду завтра. Я всегда буду рядом, никогда тебя не брошу, но жить вместе мы больше не будем, — оглушил он меня своими словами.

Ларин отстранился от меня и, не оглядываясь, вышел из палаты, оставив меня одну. Я чувствовала пропасть, возникшую между нами. Боже! Четыре года я прокладывала дорогу к душе этого человека, и когда казалось, что почти перешла через бездну, разделяющую нас, выстроенный мост разрушился. Игорь вновь закрылся от меня, решил оттолкнуть, потому что боялся за мою жизнь. Но, черт возьми, почему он не понимает, что без него мне не нужно все это?! Он — мой кислород!

Мама застала меня в оцепенении. Она плакала, причитая, прижимала меня к себе, а я ее не слышала, лихорадочно соображала, как вернуть мужа? А еще разъедало изнутри осознание того, что меня больше не будет встречать с работы Люк. Теперь понимала, почему Игорь никогда не заводил животных, он не хотел привязываться к ним. Он был прав, это нереально больно терять питомцев, но страшнее остаться без близких сердцу людей.

— Все будет хорошо, — повторяла мама, гладя меня по голове, а я продолжала молчать, словно закрывшись коконом от всего мира.

Игорь, как и обещал, пришел на следующий день, принес мне небольшой букет цветов и фрукты. Избегал моего взгляда, был сдержан, холоден.

— Завтра к тебе придет следователь, если будут силы, то ответь на пару его вопросов, если не сможешь, то он заглянет к тебе позже, — отстраненно проговорил Игорь. — Твои подруги Наташа и Даша сегодня приедут к тебе после обеда. Твои вещи я уже перевез в квартиру, замки там сменил на всякий случай. Наташа и Миша занимаются переездом в другой город, как устроятся на новом месте, помогут перебраться и тебе.

Зажмурившись, я с шумом втянула в себя воздух.

— Я не буду там жить без тебя, — сказала осипшим голосом, буравя мужа взглядом.

— Таня, это не обсуждается, — сухо ответил он и отошел к окну.

— Игорь, давай уедем в другой город вместе, туда, где нас никто не знает, и будем спокойно жить, — предложила я выход из этой ситуации.

— Ты ведь прекрасно меня знаешь, я не бегаю от врагов, я их сажаю за решетку. И теперь приложу все усилия, чтобы Добровольский поплатился за то, что причинил моей семье вред, — процедил сквозь стиснутые зубы Игорь, сжав кулаки до хруста.

— Игорь, ты всех не пересажаешь, появятся новые отморозки, это бесконечно. Давай уедем, начнем все с чистого листа. Найдешь другую работу, перестанешь копать под опасных людей. У нас с тобой жизнь одна, ты забываешь об этом, — проговорила с отчаянием, пытаясь достучаться до сердца Ларина.

— Тань, ты не изменишь моего решения, — без эмоций ответил он. — Я поклялся на могиле сестры, что уничтожу как можно больше тварей, подобных Добровольскому. Все эти годы, я отправлял виновных за решетку. Я не остановлюсь, не уйду с намеченной цели. Одному легче выполнить свой долг, поэтому ты уедешь. И даже не спорь!

— Ларин, проваливай отсюда! — крикнула я, бросив в него подушку. — Пошел вон, предатель! Трус! Видеть тебя больше не хочу! — завизжала, а потом разрыдалась, скатываясь в истерику.

Игорь подошел ко мне, хотел обнять, но я дернулась от него, как от прокаженного.

— Убирайся! — зашипела, потеряв над собой контроль. — Живи по своим дурацким правилам, а я найду себе мужика, который не боится трудностей, который будет со мной несмотря ни на что. Найду такого мужчину, для которого я буду на первом месте! Такого, который не одержим местью, который не цепляется за прошлое. Давай, отталкивай меня, вычеркивай из своей жизни. Считаешь себя благородным? Господи! Я же люблю тебя! А ты так жестоко со мной поступаешь! Так вот знай, Игорь, я ведь назло тебе наложу на себя руки от одиночества.

Боже! Что я несла? Это все стресс, мозг не желал принимать тот факт, что между нами все кончено, не хотела с этим мириться, стремилась вывести Ларина на эмоции, чтоб одумался, чтобы понял, какую ошибку совершает. Мы ведь погибнем друг без друга.

Игорь схватил меня за плечи и тряхнул с такой силой, что у меня голова закружилась.

— Прекрати истерику, — зарычал на меня Ларин. — Мысли о самоубийстве выбрось из головы, иначе я за себя не ручаюсь. Как же ты не поймешь, что это были цветочки! От нас не отстанут. Куда бы мы не поехали, Добровольский найдет нас. Он — тварь мстительная, злопамятная, не успокоится, пока меня со света не изживет, за своего гавнюка мстить будет. Я успел узнать многое про этого человека, он очень опасен. Лев не из тех, кто просто убивает, ему нравится наблюдать, как жертва мучается. И он знает, что ты — моя слабость. Думаешь, тебе просто так сохранили жизнь, не тронули? Они это на следующий раз оставили, дождутся момента и снова нанесут удар, чтобы мне больнее сделать. Я ведь тебе желаю лучшей жизни, Танечка. Со мной тебе ничего хорошего не светит, ведь я уже ступил на тропу войны. Лев не из тех, кто отступит, он добьется своего, будет превращать мою жизнь в ад. И это можно остановить только одним путем — упрятать его на долгие годы за решетку. Вот только этот черт очень хитрый и умный, его не так-то просто поймать. Со стороны закона он чист, у него всегда железное алиби.

— Игорь, я не смогу без тебя. Не бросай меня, — умоляла, обхватив его щеки трясущимися руками.

В глазах мужа был лед — острый, холодный, отталкивающий.

— Шшшш… Тань, все, тема закрыта. Поправляйся и прости меня, — сказал Ларин, сжав мою руку, а потом вышел из палаты.

Мир для меня поблек, глотала слезы, тихонько скулила в одиночестве, осознавала, что уже ничего не вернуть назад. Стоило опасности войти в наш дом, и муж принял кардинальные меры.

После обеда ко мне пришли подруги. Они поддерживали меня, обещали, что все наладится. А я понимала, что, пока жив мой враг, у меня ничего не наладится.

Оставшись в палате одна, бессильно сжимала кулаки.

— Я Ларина! А Ларины не сдаются, — повторяла себе как мантру. — Игорь, я не сдамся, не позволю, чтобы какой-то там Лев встал между нами, найду способ все вернуть.

Посмотрела на себя в зеркало и застонала. На щеке синяк, бровь разбита.

— Мда уж! Борец! Что я могу? Ни черта… Вот уже дожилась, разговариваю сама с собой, просто чудно, — выругалась и обессиленно упала на больничную кровать.

Со мной пытались общаться психологи, но я закрылась от всех, внешне казалась спокойной как удав, внутри же билась в истерике и лихорадочно искала варианты, как вернуть Игоря. Врачи думали, что у меня шок из-за пережитого стресса, вот только они ошиблись, депрессия была из-за того, что Ларин от меня отдалился. Он — моя слабость. Я поняла, что могу пережить все что угодно, но только не потерю Игоря.

Муж приехал за мной в больницу в день выписки. Молча собрал мои вещи, уложил пакеты в багажник, я села на переднее сиденье и посмотрелась в зеркало. Отеки с лица сошли, вернулся обычный цвет, только на теле то тут, то там еще виднелись синяки. Ларин сел за руль, бросив на меня мимолетный взгляд.

— Рад, что тебе лучше. Почему отказалась от психологов? — строго спросил он. — Ты пережила стресс, тебе надо поговорить со специалистами, а ты не идешь на контакт.

— Я чувствую себя хорошо. К прошлым кошмарам теперь добавились новые, но я уже привыкла к ним. Две недели рыдала в подушку, оплакивая Люка, но, сколько не плачь, его уже не вернуть. Я смирилась, приняла это и живу дальше. Единственное, с чем не хочу мириться — это ты, — проговорила без эмоций, смотря в окно на мелькающие фонарные столбы.

— Тань… — начал Ларин, а я подняла руку, призывая его к молчанию.

— Ничего не хочу слышать. Ты сделал свой выбор, надеюсь, что будешь счастлив, — сухо ответила.

Как же хорошо, что медсестра дала мне убийственные успокоительные, иначе не совладала бы с эмоциями, а так тишина внутри и спокойствие. Чудо средство!

Игорь бросил на меня недоверчивый взгляд, явно не веря моим словам. Мы подъехали к дому, любимый вытащил из багажника мои вещи и помог поднять в квартиру. Замер в коридоре, нервно теребя ключи от машины.

— Пройдешь на чай? — спокойно поинтересовалась, а внутри душа плавилась заживо, чувствуя, что это конец, что пропасть между нами уже настолько огромная, что мне не перепрыгнуть.

Мы словно чужие стали друг для друга.

— Тань, с тобой точно все нормально? — насторожился Игорь. — Глупостей не натворишь?

— Разве по мне не видно, что я самый счастливый человек на планете? — съерничала, скривив губы в подобие улыбки. — Игорь, если торопишься, то уходи. За меня не беспокойся, я девочка взрослая, покушение пережила, визит «вежливости» тоже, так что умею выживать.

— Я позвоню, — сказал муж, открыв дверь, а я горько усмехнулась.

— Не утруждайся, Ларин. Думаешь, только ты можешь вычеркивать людей из жизни? Ошибаешься, я тоже так умею, — проговорила, прищурившись.

Как же он меня бесил в тот момент, до дрожи. Это же надо быть таким упертым! Может, я не хочу, чтобы меня спасали, может, меня устраивает такая жизнь, главное, что он рядом. Да пусть все огнем горит, плевать, только бы он не уходил.

— Тань, ты достойна лучшего, надеюсь, когда-нибудь поймешь меня, — сказал Ларин и вышел за порог.

— Ты тоже достоин лучшей жизни, Игорь! — крикнула ему вслед. — Ты тоже… — прошептала в пустоту, когда дверь захлопнулась.

Гробовая тишина пугала. Вот и все. Пнула ногой пакет с вещами, вошла на кухню, открыла потайной ящик, скрытый под подоконником и вытащила оттуда пачку сигарет. Когда-то отобрала ее у Ларина, чтобы он меньше дымил. Зажав губами сигарету, подожгла и втянула едкий дым в легкие. Прислонившись лбом к прохладному стеклу, с тоской смотрела на отъезжающую машину Ларина и выть хотелось. Вот только слез не было, чудо успокоительное отлично действовало. Смотрела, как тлеет сигарета и думала, как дальше жить? К черту все! Решила уволиться. Я же собиралась работать следователем? Значит, устроюсь по профессии. Меня затопило жгучее желание поймать всех преступников и упрятать их в тюрьму, превратить их жизнь в ад, как они растоптали мою семью, так и я мечтала уничтожить каждого отморозка, гуляющего по этой грешной земле. Гнев — он всегда придает людям сил, и я цеплялась за эту эмоцию, чтобы не утянуло на дно самобичевания. Запретила себе думать о случившемся, иначе невыносимая боль окутывала душу.

— Извини, Игорек, но не позволю тебе бороться в одиночку, тоже встану на стражу порядка, — проговорила в пустоту, постукивая пальцами по столу.

Осталось лишь позвонить папе и попросить устроить меня куда-нибудь следователем. Я знала, что отец мне не откажет. Представляла, как психанет Ларин, но если он хочет, чтобы я работала в тихом месте, значит, ему придется вернуться ко мне. Я тоже умею быть упрямой и решительной…

Глава 16

Моя жизнь превратилась в череду сменяющих друг друга безликих дней. Как будто кто-то случайно нажал кнопку автоповтора. Мой персональный "День Сурка". Дом, работа и снова дом. Отец похлопотал, и я получила должность следователя. Конечно, мне не давали заниматься какими-то сложными заданиями, сначала вводили в курс дела, объясняли все нюансы, приставили меня стажером к опытному человеку, чтобы подучилась. Я очень старалась, была на удивление собрана и внимательна, из кожи вон лезла, чтобы доказать наставнику — я справлюсь с этой должностью. Практически всегда задерживалась допоздна, домой не спешила. Зачем? Ведь там меня никто не ждал, там меня настигало отчаяние, а потом уже и полная апатия. Порой казалось, что у меня отключились все эмоции. Словно робот, который запрограммирован на выполнение определенных функций и не более того. И если днем я была в силах переключиться на дела, то вечерами все было гораздо сложнее.

Против воли меня окутывали воспоминания, накатывала разъедающая тоска. Убеждала себя, что именно завтра все изменится, что Игорь одумается и вернется, но он этого не делал. Как я проводила свободное время? В основном сидела на подоконнике и курила, наблюдая за прохожими, за соседями. Безразличие ко всему, меня больше ничего не радовало. Почему у других все так просто в жизни, а у меня вечный кавардак? Почему притягиваю к себе одни неприятности?

Я медленно умирала от тоски. Три месяца прошло с тех пор, как мы с Игорем расстались. Он звонил каждый день, сухо узнавал, как у меня дела, хотя ему итак это было известно, ведь он приставил ко мне людей. За мной присматривали, охраняли, но делали это так четко и профессионально, что я ни разу не заметила слежки. Если бы кто-то напал на меня, обидчиков бы сразу вычислили. Однако Добровольский не дурак, он притаился, отступил, а вернее сказать, выжидал подходящего случая. Он мог атаковать в любой момент: через год или три, а может и через пять лет, тогда, когда мы не будем к этому готовы. Всю жизнь находиться под охраной — это нереально. Настанет время, когда Игорь отзовет своих ребят. И что тогда? Как же он не поймет, что нельзя обезопасить себя на сто процентов? Но любимый у меня упертый, если что-то решил, не переубедить.

Я потихоньку расспрашивала других следователей в отделе насчет Льва Владимировича. Все кривились при упоминании этого имени. Это и неудивительно, как успела выяснить, он был родственником главы города, поэтому ему все сходило с рук. У него был могущественный покровитель. Добровольский умел проворачивать незаконные дела так, что выходил сухим из воды, не подкопаешься. Я уверена, что все люди рано или поздно ошибаются, и стоит ему допустить оплошность, как попадет в руки закона. Вот только у этого гада все было четко. Если и ловили его шестерок, они никогда не раскалывались и босса своего не сдавали. Как он добился от них такой преданности? У меня было два варианта: заплатил огромные деньги, или же этих людей сдерживал страх за своих родных и близких.

Игорь, узнав о том, что я сменила работу, очень разозлился. Вот только изменить моего решения не мог. Я все ждала, когда же придут бумаги на развод, но их не было. Любимый не спешил разрывать невидимую связь между нами. За все это время он ко мне ни разу не приехал, держался на расстоянии. Скорее всего, он боялся, что стоит приблизиться и уже не сможет уйти, не хватит сил отпустить меня.

Знала, что ему было так же плохо и одиноко, как и мне. Однако страх, который сковал Ларина, не позволял любимому трезво мыслить. Если меня захотят убить, то достанут из-под земли, и убийцам неважно: в разводе мы с Лариным или нет. Ведь и по моей вине Ярослав угодил за решетку. Поэтому Добровольский мог отыграться на мне вновь. Кто знает, что творилось у него в голове? Я не собиралась жить в постоянном страхе, так ведь и с ума сойти можно. По этой же причине не собиралась уезжать в другой город.

Вот только мой муж слепо верил в то, что от меня отстанет Добровольский, если мы не будем вместе. Бред! Но разве Игорю это объяснишь? Он ведь упрямый, невыносимый, но до боли родной и любимый. Часто не отвечала на его звонки, просто не могла. Мне душу выворачивало наизнанку, хотелось прижаться к любимому, быть рядом, делить с ним и радость, и горе, но он не позволял этого. Слышать его голос, но не иметь возможности прикоснуться — это было для меня адом. Поэтому, чтобы не трепать себе нервы, просто не брала трубку.

В выходной день не знала чем занять себя, никого видеть не хотела, но и сидеть на одном месте наскучило. Натянула бордовое платье, собрала волосы в тугой хвост, подхватила с комода ключи от машины и выпорхнула из дома. Села в автомобиль, включила музыку очень громко, чтобы не слышать своих мыслей. Звук отдавался где-то на уровне диафрагмы и звучал настолько мощно, что заглушил крик души. То, что нужно! Бабушки, сидящие на скамейке возле подъезда, покачали головой, наблюдая за мной. Дала им повод для новых сплетен и бурных фантазий.

Завела двигатель и утопила педаль газа в пол, и машина с визгом сорвалась с места. По дороге остановилась у магазина и купила цветы. Я держала путь на кладбище. Какая-то неведомая мне сила потянула туда. Оставив машину у обочины, не спеша пошла по дорожке в нужном направлении. Тишина не пугала, наоборот успокаивала меня. Прав был Ларин, лучше бояться живых, мертвые уже ничего плохого сделать не могут. Подумать только, сколько же здесь покоится людей. И у каждого из них своя история. Страшно стало при мысли, что когда-нибудь каждый окажется тут. Меня передернуло, встряхнула головой, отгоняя от себя дурные мысли.

Встала напротив памятника и тяжело вздохнула. Присела на корточки и положила свежие цветы. Посмотрела на улыбающиеся лица семьи Лариных и под ребрами заныло.

— К сожалению, я не была с вами знакома, не имею представления, что вы за люди, но пришла сегодня к вам с одной просьбой… Если вы присматриваете с небес за Игорем, то вбейте в его голову мысль, что он совершает ошибку. Я люблю его, а он не подпускает меня к себе. Это невыносимо день за днем прожигать свою жизнь, ничего не чувствовать. Толку от такой жизни? А ведь мы можем быть счастливы, несмотря ни на что. Если бы он только позволил мне быть рядом. Или советуете мне найти другого мужчину? Может, подать на развод и начать жизнь с чистого листа? Как же сложно… Почему Игорь не понимает, что меня не страшит смерть? Почему не хочет осознать, что люблю его настолько, что не боюсь рискнуть собой. Наверное, вы считаете меня сумасшедшей? — печально вела разговор, смотря на образы родных Ларина.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Ты точно сумасшедшая, — услышала я голос Игоря за спиной и взвизгнула от неожиданности, дернулась, потеряла равновесие и случайно села попой на землю.

Выругалась. Так ведь заикой можно стать! Ларин, прожигая меня взглядом, протянул руку и помог встать. Я смутилась из-за его присутствия. Отряхнув платье, отошла на пару шагов от Игоря, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Ты давно тут? — пробурчала, рассматривая свои босоножки.

— Достаточно, чтобы выслушать твою исповедь, — заявил Ларин, а я покраснела.

Так ушла в себя, что не заметила, когда он подошел. Просто чудно!

— Как провел эти три месяца? — перевела я разговор в другое русло.

У меня душа горела огнем, до дрожи хотелось подойти к любимому, крепко обнять, почувствовать тепло и вдохнуть родной запах. Но усилием воли заставляла себя играть роль, от которой тошнило, делать вид, что у меня все в порядке, хотя это не так. Я соскучилась! Я сходила с ума без Игоря. Неужели он не понимает, что уничтожает нас обоих? Судя по его осунувшемуся лицу, темным кругам под глазами и легкой щетине — эти месяцы ему тоже было не сладко.

— Тяжело… — признался Ларин и отвел взгляд в сторону, нервно провел рукой по волосам, а потом снова бросил на меня пробирающий до костей взгляд. — Почему игнорируешь мои звонки? — в интонации сталь.

— Если тебе так хотелось услышать мой голос, мог бы приехать, адрес ты знаешь, — ответила без эмоций, до побелевших косточек переплела пальцы, чтобы удержать эмоции под контролем.

Воздух между нами становился с каждой минутой все тяжелее. Кровь зашумела, в висках застучало.

— Тань, думаешь, мне было легко пойти на такой шаг? Я просто иного выхода не вижу, — со злостью произнес Ларин.

И не поймешь, на кого он злится. На себя, потому что не мог справиться со своими чувствами или на меня, потому что попалась на глаза?

— Выход есть всегда, просто ты не хочешь его видеть. Ты заставляешь страдать и меня, и себя, но ради чего? Ради призрачной иллюзии безопасности? Глупости! Если Добровольский решит как-то навредить, нам останется лишь полагаться на удачу. Я не хочу терять те драгоценные минуты, которые у нас есть, не хочу сожалеть о потраченном впустую времени. Игорь, как ты не поймешь… Я ведь тоже до дрожи боюсь потерять тебя, да я погибну, если тебя не станет. Зачем нам жить в страхе, если можно здесь и сейчас жить друг для друга. Видимо, тебе нравится одиночество, раз ты снова отказался от меня, стоило опасности подкрасться к нашей семье, — на удивление спокойно проговорила, смотря в любимые глаза.

Наверное, уже давно смирилась с тем, что никакие слова не помогут вправить мозги Ларину на место. Люди устроены так, что надеются до последнего своего вздоха. Вот и я надеялась всей душой, что муж одумается, прислушается к своему сердцу.

— Ошибаешься, после четырех лет брака эти три месяца без тебя показались мне адом. Работа не спасает от одиночества. Дом без тебя опустел, — признался любимый, спрятав руки в карманы брюк.

— Ладно, рада была увидеться, но мне уже пора, — заявила, желая как можно быстрее сбежать от мужа, потому что находиться рядом с ним было невыносимо, подобно пытке.

Лучше скрыться с его глаз, не терзать свою душу, пора учиться жить без него. Если не хочет быть со мной, то не стану больше умолять одуматься. Надо сохранить остатки гордости и бежать, пока не поздно. Уверенным шагом поспешила прочь, не оглядываясь. Сердце колотилось где-то в висках, во рту был привкус горечи, ком душил, но я держалась из последних сил, чтобы не зарыдать.

Игорь резко схватил меня за руку и развернул к себе, я по инерции прижалась к его груди. Любимый с жадностью впился в мои губы, лишая рассудка, выбивая почву у меня из-под ног. Словно голодный зверь терзал мои губы, покусывал. Я чувствовала жар румянца, заливающий щеки от прикосновений любимого и его взгляда глаза в глаза. Дикое, необузданное желание зародилось где-то глубоко внутри меня, разливаясь волнами по телу. Все вдруг померкло: и страх, и обида, и злость. Хотелось раствориться в этом моменте. Его дерзкий язык проник в мой рот, лаская и дразня. Это взорвало мое сознание. Будто горячая искра отлетела от пылающих углей и прикоснулась к моему телу. Я уже не упиралась ладонями ему в грудь, а обнимала, лаская широкую спину и желая слиться воедино. Между ног появилось болезненное томление. Как же я соскучилась по Игорю! Мне хотелось испить до дна, я чувствовала себя умирающей от жажды, будто три месяца плутала по пустыне и наконец-то добралась до живительного источника.

— Прости, я не могу без тебя, — выдохнул он мне в губы, обжигая своим дыханием.

У меня бабочки запорхали в животе, голова закружилась.

— За что прости? — шепотом проговорила, боясь сделать вдох.

Только бы это был не сон. Только бы не сон!

— За то, что ты из-за меня подверглась опасности и быть может, еще не раз примешь на себя удар. Я говорил, что со мной опасно… Хотел уберечь тебя, но ты права, сделал хуже нам обоим, — признался любимый, а у меня от его слов слезы покатились по щекам.

Ларин осторожно собрал слезинки своими губами, прижался лбом к моему лбу и тяжело вздохнул. Я каждой клеточкой чувствовала, что ему тоже тяжело, тоже больно.

— Игорь, если бы меня страшила опасность то, я бы давно сбежала от тебя. И уже наверняка вышла бы замуж за Орлова, — слетело с моих губ. — Но я тебя люблю… Такого упрямого, сложного, противоречивого, невыносимого…

Игорь подобрался, глаза полыхнули ревностью. Прищурившись, обхватил мои щеки ладонями.

— Что-то в твоем списке только одни отрицательные качества, — хмыкнул он и провел языком по моим приоткрытым губам, заставив меня трепетать от желания.

— Положительные озвучу, когда окажемся в постели, — лукаво посмотрела на любимого, пряча счастливую улыбку.

— Только у меня огромная просьба к тебе, — серьезно сказал Игорь и отвел взгляд в сторону.

— Какая? — насторожилась я.

— Животных заводить больше не будем и с детьми повременим, хотя бы до тех пор, пока не упрячем главного врага за решетку. Договорились? — выжидающе смотрел мне в глаза, искал там ответ.

Я тяжело вздохнула, проглотила колючий ком в горле.

— Согласна. Но у меня тоже условие, — вздернула подбородок, стараясь совладать со своими эмоциями.

— Какое? — удивленно спросил муж.

— Когда Добровольский будет за решеткой, мы уедем подальше из этого города, ты устроишься на менее опасную работу, родим малышей, и будем жить как все, — озвучила свои требования.

— Хорошо. Три месяца, проведенные в одиночестве, я только и делал, что думал и все взвешивал, пересмотрел свою жизнь. Я действовал на эмоциях, когда решил, что нам лучше жить отдельно. Мне хотелось огородить тебя от всего плохого, вот только не учел, что с чувствами бесполезно бороться… — выдавил признание из себя Ларин, а потом сразу же перевел разговор. — У меня появились кое-какие зацепки. Теперь я собираю материал по этому делу один, чтобы избежать слива информации.

— Мне тоже удалось за это время кое-что узнать про Льва, — хитро прищурилась, наблюдая за реакцией мужа.

— Что именно? — вскинув брови, с неподдельным интересом в глазах спросил Ларин, а я улыбнулась.

— Это секретные сведения, и думаю, что вам, Игорь Викторович, придется меня немного попытать, чтобы выяснить эту информацию, — лукаво посмотрела на любимого и нежно провела пальчиками по его груди, сбив дыхание мужа.

За свои слова получила увесистый шлепок по ягодицам.

— Поехали, — кивнул он мне, направляясь к моей машине.

Муж хотел сесть за руль, но я не дала ему ключи. Игорь сдался и расположился на пассажирском месте. Мы покинули территорию кладбища, но вместо того, чтобы направиться домой, я резко свернула машину с дороги и остановилась посреди пустыря.

— Ну, и куда ты заехала? — цокнул языком Игорь, закатив глаза.

Я улыбнулась и заблокировала двери, стянула с волос резинку, позволяя локонам рассыпаться по моим плечам и спине. Заметила, как у Игоря забилась жилка на шее. Перелезла со своего сиденья на колени к мужу. Он понял, что я задумала. Глаза любимого пеленой страсти затянуло. Ларин лихорадочно стянул с меня платье, закинув его на заднее сиденье. Я, не разрывая поцелуя, пыталась расстегнуть его брюки. Пальцы не слушались, но все же справилась с задачей. Нам не нужны были никакие прелюдии, мы изголодались друг по другу. С диким стоном наслаждения Игорь вошел в мое тело, вызвав у меня мурашки.

— Боже! Как же я по тебе соскучилась, — прошептала, целуя и двигаясь навстречу сильным толчкам. — Никогда больше не оставляй меня. Слышишь? Никогда!

— Не оставлю, — выдохнул он мне в губы, сильно сжимая пальцами мою талию, толкаясь еще глубже.

От зарождающегося внутри оргазма у меня в глазах темнело, и голова кружилась.

— Моя, — зарычал, вцепившись в мою шею зубами, вызывая сладкую дрожь в теле.

Ларин с жадностью припал губами к твердым горошинам сосков, терзал их, целовал, дразнил, выбивая из меня громкие стоны. Острота ощущений нарастала, мне казалось, что еще немного, и сердце разорвется на части. Разрядка наступила очень быстро, мы достигли пика наслаждения одновременно. Отдышавшись, я вернулась на свое водительское место, все еще подрагивающими руками натянула платье, пригладила торчащие в разные стороны волосы и завела двигатель. Ехала домой на автопилоте. Игорь отчитывал за то, что я нарушала правила, но мне было плевать, хотелось поскорее оказаться дома, чтобы сполна насладиться друг другом.

Едва мы вошли в квартиру, и за нами закрылась дверь, Игорь подхватил меня на руки и быстрым шагом отнес в ванную. На водные процедуры потратили не больше десяти минут. Ларин снова подхватил меня на руки и направился в спальню. Наши губы слились в поцелуе, не заметила, как мы рухнули на кровать. Игорь приподнялся на локтях, чтобы не раздавить меня своим весом. Чувствовала на себе его горячее, крепкое тело и сходила с ума. Я в раю?

Наслаждалась неторопливыми ласками любимого. Его руки будто заново изучали мое тело, а губы и язык заставляли меня стонать и извиваться в экстазе. Игорь посасывал мои соски, сдавливая их пальцами, отчего я непроизвольно прогибалась в спине, кусая свои губы, чтобы удержать рвущиеся стоны. Когда его теплые, влажные губы оказались на моем животе, я судорожно сглотнула и напряглась. Ларин спускался все ниже, умело лаская меня при этом руками, разжигая невероятный пожар в теле. Ощутила его прикосновение у себя между ног и протяжно застонала. Шире раздвинула колени, позволяя любимому творить со мной все, что его душе угодно. На смену его языку, пришла горячая, возбужденная, пульсирующая плоть. Игорь вошел в мое тело, а я чуть не задохнулась от нахлынувших эмоций. Ларин был ненасытен, брал меня то нежно, то немного грубо и бесцеремонно, заставлял кричать и шептать всякие глупости. Изнеможенные мы уснули только на рассвете в объятиях друг друга. Все, о чем я мечтала, чтобы эта ночь не заканчивалась, чтобы так хорошо и сладко было всю жизнь. Очень боялась, что утром Ларин уйдет, оставив меня одну. К счастью, он этого не сделал.

Когда проснулась, приподнялась на локтях и любовалась Игорем. Он крепко спал. Во сне его ресницы немного подрагивали. Я не удержалась, очертила пальчиком контур его лица, прикоснулась нежным поцелуем к его губам. Совсем не ожидала, что Игорь резко припечатает меня к матрасу и придавит своим телом. Я взвизгнула, сердце едва не выпрыгнуло из груди. Смотрела в искрящиеся любовью черные глаза и не могла сдержать улыбку.

— Ларин, с тебя завтрак, — заявила я, облизнув пересохшие от возбуждения губы.

— Почему с меня? — удивился он, вскинув брови.

— Ну, ты у нас сторона провинившаяся, поэтому будь добр, приготовь завтрак, — хохотнула я, ощутив, как впервые за несколько месяцев на душе появился покой.

— Я думал, что ночью загладил вину за свой промах, — хмыкнул Игорь. — У меня идея лучше. Я сделаю кофе, а ты тосты.

— Одной ночи мне недостаточно, — призналась я. — Если бы мы не встретились на кладбище, ты бы так и избегал меня? — уточнила то, что не давало покоя.

Игорь перекатился по матрасу и освободил меня от захвата.

— Да… Я и сейчас не уверен в том, что правильно поступаю. Не прощу себе, если ты пострадаешь только из-за того, что я дал слабину…

Я приложила пальчики к его губам, заставив замолчать.

— Игорь, не надо… Не начинай. Давай жить одним днем — это лучший вариант в нашей ситуации, — предложила я.

— Когда я услышал твою исповедь и слова о том, что ты хочешь развестись и начать все с начала, меня будто прострелило. Понял, что не готов отдать тебя другому. Да, я просчитался… Просто рядом с тобой здраво мыслить не получается, — признался Игорь.

— Да, я бы с тобой развелась и нашла бы себе какого-нибудь ботаника, чтобы он сидел за книгами и ни в какие опасные дела не впутывался, — пошутила я и показала Ларину язык. — Обязательно прислала бы тебе пригласительную открытку на свадьбу.

— Тань, прекрати доводить меня до бешенства. Я даже представлять себе это не хочу, — зло ответил Ларин.

— А ты на что рассчитывал, когда бросил меня? Что я до пенсии буду ждать тебя? Размечтался. Еще раз так поступишь, и я через месяц выскочу замуж. Понял?

— Понял, — с раздражением ответил Игорь и поднялся с кровати. — Пошли готовить завтрак, я умираю от голода. И кстати, кто тот мужик, который тебя трижды с работы до дома проводил? — огорошил меня вопросом Ларин, я еле удержалась, чтобы не рассмеяться в голос.

— Следователь Фомин. Он мой наставник, помогает, подсказывает… Узнал, что я машину в ремонте оставила, и провожал, пока автомобиль чинили. Он в разводе, детей нет. Приглашал на свидание… Но это так, к сведению, — улыбнулась я, чувствуя небывалый подъем настроения.

У Игоря на скулах желваки заходили, а зубы скрипнули, с такой силой он сомкнул челюсти.

— Знаешь, еще бы месяц одиночества, и я точно бы нашла утешение в его руках, — дразнила мужа, заставляла его ревновать.

Конечно, я бы не пошла ни с кем на свидание, но Ларину знать об этом не обязательно, нечего ему расслабляться.

— Тань, еще одно слово, и я за себя не ручаюсь, — процедил Игорь сквозь стиснутые зубы.

Его эмоции впервые были видны как на ладони. Он не закрылся от меня, был настоящим, и мне это безумно нравилось.

— Пойдем, приготовлю тебе завтрак, а то не хочется морить вновь обретенного мужа голодом, — усмехнулась я и, с визгом помчалась на кухню, заметив, что Ларин сорвался со своего места, намереваясь поймать меня и, наверняка, наказать за мою болтовню.

Глава 17

Я сидела на работе, уткнувшись в материалы одного дела, которое мне недавно доверили. Очень хотелось все сделать правильно, поэтому была предельно внимательна. От напряжения глаза устали, и я, растерев их ладонями, откинулась на спинку стула, размяла шею рукой и перевела взгляд на фото, стоящее на столе. На нем мы с Игорем в обнимку, а рядом Люк. Сердце кольнуло при воспоминании о тех временах. Посмотрела на фото Игоря и улыбнулась. Душа мгновенно наполнилась светом. Наверное, так нельзя любить, но я любила мужа безрассудно, всецело ему отдаваясь. Внутри все закипало, когда он был рядом, жизнь, благодаря ему, казалась ярче. Вот уже пять месяцев мы оторваться друг от друга не могли, наверстывая упущенное время. Сегодня вечером планировала устроить любимому романтический ужин, представляла, как загорятся его глаза от предвкушения, когда он увидит новый откровенный пеньюар, специально купленный по этому случаю на днях. Ларин наверняка вновь припадет с жадностью к моим губам, завладеет телом и душой.

Прикрыла веки, поддаваясь головокружительным воспоминаниям. Казалось, что каждая клеточка помнит его сильные руки, прикосновение жарких губ… Эээ, нет, так нельзя. Я ж на работе! Встряхнула головой, отгоняя от себя откровенные мысли.

Сосредоточиться на бумагах снова не удалось, вспомнила о приближающейся пятой годовщине нашей свадьбы. Через каких-то два месяца наступит деревянная свадьба. Подумать только, как же быстро летит время! Я уже выбрала для мужа подарки из дерева, а еще купила билеты на четыре дня в турпоездку. Хотела провести с любимым время среди гор и лесов, освоить лыжи и просто отдохнуть от повседневной суеты.

Мой телефон завибрировал, увидев номер Даши, улыбнулась.

— Привет, — проговорила я, была очень рада услышать подругу.

— Можешь поздравлять! — крикнул в трубку Никита. — Мы только что родили богатыря на четыре килограмма, пятьдесят пять сантиметров, — у меня улыбка стала шире, старалась не обращать внимания на то, что сердце защемило. — Мы? — услышала я восклицание Даши. — Вообще-то это я рожала, — но тут же послышался возмущенный голос Никиты. — Да, но я же рядом был и морально поддерживал.

Я усмехнулась. Ох, уж эти Колесниковы.

— Как назовете? — поинтересовалась я, вырисовывая карандашом круги в блокноте.

— Алексеем, — гордо ответил Никита.

— От души поздравляю, когда выпишут, приедем с Игорем к вам в гости, — пообещала я.

— Ловим на слове, — ответила мне Даша.

Мы перекинулись еще парой фраз. Я пожелала маме и малышу здоровья, и мы распрощались. Невольно прижала ладонь к груди, чувствуя тревогу на сердце, как-то стало неспокойно на душе. Не могла объяснить себе, что со мной творилось в тот момент. Постаралась не обращать внимания на боль под ребрами. Перевела взгляд в окно и вздохнула. Я тоже хотела детей, до ломоты, но после того, как убили Люка, я больше с мужем на эту тему не разговаривала, осознавала, что любимый в какой-то степени прав — нам опасно рожать малышей. Игорь пытался засадить слишком опасного человека, и я понимала, что рано или поздно грянет гром.

С Лариным мы жили в квартире, так как после нападения мне не хватило духу вернуться в дом, даже несмотря на то, что муж сделал там ремонт.

Наконец-то выкинув все не касающиеся работы мысли, сосредоточилась на документах, погрузившись в них с головой. Вот только так и щемило под ребрами, душа была не на месте. Отложила карандаш в сторону и пощелкала пальцами. Интересно, как там любимый? Освободился уже или нет? У него сегодня слушание в суде, поэтому не звонила ему, чтобы не отвлекать. Может, все-таки набрать? Соскучилась по нему так сильно, что словами не передать. Потянулась рукой к сотовому, а он в тот же момент начал вибрировать. На экране высветилась фотография мужа.

— Игорёк, только о тебе подумала, — призналась я.

Пульс сразу подскочил, а по венам тепло разлилось.

— Танюш, — выдохнул он как-то очень напряженно, а меня накрыло чувство тревоги, сердце сбилось с ритма. Я нахмурилась и замерла на месте.

— Игорь, что случилось? — взволнованно спросила я, искусав губу.

— Танюш, я люблю тебя и всегда любил. Прости меня… И прислушивайся к своему сердцу, — прошептал он, и такой тоской были пронизаны его слова, что мне дурно стало.

— Игорь? — крикнула я, но в ответ была лишь пугающая тишина, сменившаяся на монотонный голос робота: «Абонент вне зоны доступа сети».

У меня ком застрял в горле, оцепенение напало, не могла вдох сделать. Я не знала что думать, места себе не находила. Душу словно колючей проволокой обмотали. Мое предобморочное состояние заметили сотрудники. Подали стакан с прохладной водой. Делала жадные глотки, но это не помогло успокоиться. Меня трясло как в лихорадке. Позвонила отцу и попросила выяснить, где Игорь. Отец обещал перезвонить, как только что-нибудь узнает, просил меня раньше времени не волноваться, вот только я нутром чувствовала, что случилось что-то плохое. Игорь очень редко признавался мне в любви. Эти его слова прозвучали так, будто он со мной хотел попрощаться. Тяжело вздохнула, пытаясь удержать слезы, отгоняла от себя дурные мысли. Смутно помнила, как добралась до дома. Места себе не находила, металась из угла в угол как раненый зверь. Телефон Ларина по-прежнему не отвечал. Мне становилось дурно, а еще безумно страшно. Будто темные тучи сгустились над головой, и повеяло пронзительным холодом, по телу пробежали мурашки.

Включила телевизор, нарушая пугающую гробовую тишину и отгоняя чувство давящего одиночества. Забралась на подоконник и с тоской смотрела на дорогу, казалось, что вот-вот и машина Игоря появится из-за угла, и любимый припаркуется на своем привычном месте.

— И последние новости, — услышала я голос из телевизора. — Сегодня после полудня была расстреляна машина прокурора нашего города Ларина Игоря Викторовича. Автомобиль, потеряв управление, на большой скорости слетел с моста, угодив в реку…

Дальше я не слышала, у меня в ушах загудело, чуть не свалилась с подоконника, смотрела на кадры, сделанные репортерами, и умирала. Показалось, что услышала треск собственного сердца, оно разлетелось на части, осколками врезаясь в душу, оставляя кровавые борозды. Мне казалось, что внутренности вспороли тупым ножом, превратив их в кровавое месиво. Каждый новый кадр, мелькающий с места происшествия, отзывался дикой агонией у меня в груди. Меня будто перемололи через мясорубку, мозг отказывался верить в происходящее. В ушах продолжало гудеть, а в глазах темнело. Мне было так больно, что не выдержав, завыла на всю квартиру, испугавшись собственного крика. Настойчивый стук в дверь и трезвонящий сотовый телефон, вывели меня из шокового состояния. На негнущихся ногах подошла к двери и распахнула ее, даже не посмотрев в глазок. На пороге стоял взволнованный отец, вместе с ним были какие-то люди. Мне хватило одного взгляда на папу, чтобы понять, что все, что услышала в новостях — правда. Почувствовала, как медленно стала оседать на пол. Упасть не позволил отец, он подскочил ко мне и прижал к себе.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Пожалуйста, — умоляюще прошептала, губы дрожали, а слова давались с трудом. — Пожалуйста, скажи, что это неправда, — заскулила я, захлебываясь слезами. — Почему это происходит со мной? Пап, почему?

Меня накрыла дикая истерика, я пыталась вырваться из папиных рук, но он не позволил, только крепче прижал к себе. Ощутила, как игла вошла в мое плечо, кто-то сделал мне укол. Мне было на все плевать, я умирала от огня, который выжигал меня изнутри.

— Машину подняли со дна… Игоря не нашли. Водолазы работают. Раз нет тела, то всегда остается крошечный шанс, — прошептал отец, поцеловав меня в висок. — Тань, ты должна быть сильной, — строго сказал папа, немного встряхнув меня, пытаясь привести в чувства.

— Не могу… Я не смогу без него! — закричала, стуча кулаками по груди отца, мои эмоции вышли из-под контроля.

Он схватил меня за запястья, крепко удерживая, шептал что-то успокаивающее, а я рыдала так громко, что наверняка распугала всех соседей.

А потом как-то резко все внутри стихло, тишина пугала. Я стала как безвольная кукла. Что мне вкололи? Наверняка какое-то успокоительное. Мне было плевать на присутствующих в доме людей, они зачем-то просматривали документы, даже в мой телефон залезли. У меня не было сил задавать вопросы, я притихла, уткнувшись носом в грудь папы.

— Я отвезу тебя к матери, — заявил он и, набросив мне на плечи куртку, взял под руку и повел прочь из дома.

В его машине я отключилась, очнулась лишь, когда автомобиль остановился. Посмотрела на стоящих на крыльце маму, Мишу и Наташу и вжалась в сиденье. Хотелось побыть одной, никого не желала видеть, но понимала, что родные не позволят мне этого. Миша открыл дверь, впустив в салон холодный воздух и, не говоря ни слова, подхватил меня на руки и понес в дом. Брат ловко поднялся на второй этаж, пнул ногой дверь и внес меня в комнату, которая когда-то была моей. Тут ничего не изменилось за эти годы. Миша осторожно уложил меня на кровать и погладил по голове.

— Наташа сейчас сделает тебе чай. Ни о чем не переживай, мы с Колесниковым лично будем следить за поисками. Ты, главное, держись и не смей сдаваться. Поняла? Еще есть шанс, — строго сказал он, а я уткнулась носом в подушку и зарыдала.

— Прости, — мягче проговорил Миша и снова погладил меня по голове. — Все наладится.

Мама и Наташа тоже вошли в комнату и обняли меня, они что-то говорили, а я их не слышала, в голове лишь билась мысль: «Игорь! Где бы ты ни был, не смей сдаваться, не оставляй меня! Ты же обещал!»

Родные напоили меня успокоительным чаем. Я сделала вид, что уснула. Когда все ушли из моей комнаты, я села на кровати, подтянула к себе колени и обхватила голову руками. Грудь горела огнем, каждый вдох приносил муку. Прокручивала в мыслях последние слова любимого и тихонько скулила, прикусив зубами кулак. Мне казалось, что меня выпотрошили, уничтожили, раздавили как букашку.

Окинула безразличным взглядом свою комнату, и тошно стало. Господи, какими же глупостями я занималась, когда жила здесь, считала, что мир кружится вокруг меня, что могу покорить любую вершину, психовала, когда Ларин спускал меня с небес на землю, не хотела верить в то, что жизнь сложнее, чем есть на самом деле. Вела себя как эгоистичная дура. Игорь показал мне другую сторону нашего мира, направлял, поддерживал, не давал сбиться с курса. Он был моей жизнью, моим кислородом.

Пролетали недели, а ничего не менялось. Игоря так и не нашли: ни живым, ни мертвым. Моя жизнь превратилась в одно сплошное ожидание. Я дергалась и подпрыгивала при каждом телефонном звонке. До одурения боялась услышать плохие новости. Родные и друзья поддерживали меня, как могли. Чтобы не сойти с ума, я все свое время посвящала работе. А еще прислушивалась к разговорам коллег, всякий раз, когда упоминалась фамилия Добровольского. Я не сомневалась в том, что это он убрал с дороги Игоря, но не могла это доказать. А еще не давал покоя вопрос: что же такого нарыл мой муж? Выходит, Ларин подобрался слишком близко?

Я догадывалась, что все ответы хранились в сейфе. Но как открыть его, не зная пароля?

Перепробовала все комбинации цифр, которые приходили в голову. И ничего.

Жизнь текла, словно быстротечная река, а я будто осталась стоять у ее берегов. Мимо меня прошли все Новогодние праздники, будни превратились в одну сплошную серую массу. Казалось, что меня засосало куда-то на дно бездны, где нет ни света, ни надежды, нет ничего. Я превратилась в ничего не чувствующее существо. Вновь и вновь мыслями уносилась в те моменты своей жизни, где была счастлива. Закрывала глаза, и видела любимый образ: упрямо поджатые губы, темные глаза взирали с хмурым прищуром, от которых внутри все обрывалось и плавилось, крепкие руки, которые умело ласкали. Сдержанный, спокойный, уверенный. Мне не хватало Игоря. И чем больше проходило времени, тем меньше оставалось надежды на то, что он жив. Полгода ни одной весточки.

Вздрогнула, когда зазвонил мой телефон. Встряхнула головой, удивленно прошлась взглядом по своему кабинету. Опять выпала из реальности, в последнее время это происходило все чаще. Приняла вызов, зажав телефон между плечом и ухом.

— Таня, ты помнишь, что я уже целый час жду тебя на улице? — выдохнул Стас.

— Иду, — сухо бросила, отключила телефон.

Как-то упустила тот момент, что рабочий день давно закончился. Стас все эти месяцы был рядом, приходил ко мне практически каждый день. То караулил около работы, то заявлялся ко мне домой. Я мечтала, чтобы меня оставили в покое, но Орлов, как назойливая муха, не отставал. Считал, что настала его очередь вытягивать меня из бездны отчаяния и одиночества. Кататься на коньках совершенно не хотелось, но Стас придумал для нас новые развлечения — ходили в парк кормить уток, то гоняли на мотоцикле по заброшенной трассе.

Подхватила сумку и вышла на улицу. Удивленно посмотрела на, появившуюся на деревьях, листву, на пробивающуюся зеленую траву. Природа пробудилась от зимней спячки.

— Тань? Ты как? — спросил Стас, притянув меня к себе.

Друг, как обычно, крепко обнял меня, поцеловал в щеку.

— Опять ушла в себя или завалили работой настолько, что потеряла счет времени? — поинтересовался он, подталкивая меня к своей машине.

— Можно мне побыть одной? — проигнорировала его слова. — Не хочу гулять.

— Нет, нельзя! — строго отчеканил Орлов. — Когда я мечтал утонуть в своем горе, и никого не желал видеть, ты ворвалась в мою жизнь, как ураган, заставляла двигаться дальше. Только благодаря тебе я тогда не сошел с ума.

Я тяжело вздохнула и потупила взгляд. Стас обхватил мои плечи и легонько встряхнул меня.

— Посмотри мне в глаза, — приказал этот «банный лист».

Я нехотя подчинилась. Поежилась под натиском сурового взгляда.

— Не смей сдаваться, слышишь? Ты сильная! Ты научишься с этим жить, — внушал мне Орлов. — Игорь бы разочаровался, если бы узнал, что ты раскисла. Возьми себя в руки и двигайся дальше.

В носу засвербело и глаза защипали. Стиснула кулаки, стараясь удержать слезы.

— У меня больше нет сил, — прошептала обреченно.

— Что он тебе тогда сказал? Прислушивайся к своему сердцу? Я уверен, Игорь хотел, чтобы ты не сдавалась. А может, вложил в свою последнюю фразу какой-то иной смысл… — рассуждал Стас, а меня ошпарило изнутри.

Смотрела на друга, приоткрыв рот от удивления. Сколько раз мы с ним обсуждали эту тему, но ни разу никому из нас не пришло в голову отыскать смысл в той последней фразе Ларина.

— Что ты сказал? — удивленно переспросила. — Иной смысл? Что если это была подсказка? — осенило меня.

Волна лихорадочной дрожи прошла через тело. У меня дыхание сбилось. Я цеплялась за новую соломинку, как за спасательный круг.

— Ты о чем? — оживился Стас. — Что за озарение на тебя нашло?

— Я уверена, что в этой фразе скрыт код. Поехали, — воодушевленно проговорила, открыла дверь и запрыгнула в салон автомобиля.

— Куда едем? — поинтересовался Орлов, улыбаясь. — Как же мне нравится, когда твой взгляд оживает и наполняется огнем.

— В дом, где мы жили с Игорем, — судорожно сглотнула.

Давно там не была. Не хватало духа. Там каждая деталь напоминала мне о том времени, когда я была счастлива.

Орлов молча кивнул и завел двигатель. По дороге мы рассуждали о том, как из этой фразы выжать цифры. Решили попробовать первые буквы слов перевести в порядковый номер алфавита.

На негнущихся ногах переступила порог дома. Сердце сжалось в тиски, а душу разрывало в клочья. Казалось, что вот-вот из кабинета выглянет Игорь, а из-за угла выскочит Люк и радостно залает. На миг зажмурилась, проглотила колючий ком в горле, а потом решительно вошла в кабинет мужа. Рука замерла напротив сейфа. Я обернулась, ища поддержку у Стаса. Друг одобрительно кивнул.

Набрала «17121919», и сейф издал писк. Красная кнопочка стала зеленой, послышался щелчок. У меня душа замерла, а рот открылся от удивления. Осторожно открыла сейф. Там аккуратной стопочкой лежали папки и переносной жесткий диск. Достав все содержимое, переместилась за стол. Орлов встал за моей спиной, с интересом рассматривая находку. Я бегло просматривала документы, читала наброски Игоря. Ларин делал пометки о том, где и с кем встречался Добровольский, в каких махинациях был замечен. Прилагались документы, подтверждающие незаконную деятельность, так же имелись и фотографии с каких-то встреч. В другой папке обнаружила еще различные улики, собранные против Добровольского, показания свидетелей. У меня не возникло сомнений, что кто-то помогал Игорю собирать все эти данные. В третьей папке наткнулась на черно-белую фотографию, на которой был изображен отец Игоря, а рядом стоял какой-то мужчина, между ними мальчишка лет шести. В этом мальчике узнала своего мужа. Перевернул снимок, заметила подпись, сделанную женской рукой: «Игорёк с отцом и крестным». А ниже была приписка другим подчерком: «Игорь, позвони мне, это важно» и указан номер телефона.

— Вот это да, — присвистнул Орлов, отчего я вздрогнула, совсем забыла про его присутствие. — Ты только посмотри. Этих документов хватит, чтобы запустить дело против Добровольского. Теперь понятно, почему твоего мужа убрали с доро… — тут друг осекся, виновато посмотрел на меня. — Прости, Тань. Раз его еще не нашли, значит, он жив, просто не может вернуться и нет возможности связаться с тобой, — поддержал. — Нельзя, чтобы эти документы попали не в те руки.

— Смотри, — выдохнула я, показав старую фотографию. — Тут есть номер. Позвонить? Как думаешь? Вдруг, этот человек что-то знает. Может, это он помогал собирать сведения? Иначе, зачем хранить это фото в сейфе?

— Тебе Игорь что-нибудь рассказывал про крестного? — уточнил Орлов, посмотрев на фотографию.

— Нет. Сказал лишь, что видел его только в детстве, а потом он куда-то исчез, — пожала плечами.

— Попробуй, позвони, — кивнул мне Стас.

Я взяла в руки сотовый телефон и набрала нужные цифры. Пот струился по спине, слушая гудки. Мне нужна была любая призрачная надежда, чтобы двигаться дальше. И я опасалась, что ее не окажется, что снова свалюсь в отчаяние.

— Да, — раздался ледяной тон на другом конце.

У меня сердце пропустило удар. Мысли смешались, язык не слушался.

— Здравствуйте, мой муж Игорь Ларин… Ваш номер нашла на фотографии и… — не успела договорить, как незнакомец меня перебил:

— Ни одна живая душа не должна знать о моем существовании. Сейчас пришлю адрес, будь там сегодня в десять вечера. Приходи одна. Увижу хвост, больше не выйду с тобой на связь. Уяснила?

— Д… Да — заикаясь выдохнула и услышала гудки в трубке.

Через несколько секунд пришло сообщение с адресом. У меня кровь застучала в висках, непроизвольно сильнее стиснула телефон пальцами.

— Тань, что случилось? На тебе лица нет, — забеспокоился Стас. — Что тебе сказал тот человек?

— Сказал, что я ошиблась номером, что никаких Лариных не знает, — соврала другу, потому что опасалась делиться информацией, не хотелось спугнуть того загадочного человека.

По его тону поняла, что он не шутил, когда говорил про хвост, значит, нужно явиться одной. Бросила взгляд на часы, висящие на стене в кабинете. Они показывали девять вечера. Я подскочила с места, собрала все документы и спрятала их обратно в сейф.

— Стас, ни одна живая душа не должна знать о том, что мы с тобой видели. Ты меня понял? Из-за этих бумаг напали на Игоря. Эти люди могут прикончить и нас, — проговорила строго.

— Смени пароль у сейфа, на всякий случай, — посоветовал друг.

Я кивнула. Изменила комбинацию цифр, благо это легко сделать, если знаешь текущий пароль.

— И не волнуйся, никому ничего не расскажу, — уверил Орлов.

— Отвези меня домой, а то уже поздно, — попросила, стараясь не выдать своего волнения.

Стас отвез меня домой.

— Что будешь делать с найденными бумагами? — поинтересовался друг, с тревогой посмотрев на меня.

— Пока не знаю, — честно ответила, пожав плечами. — Мне нужно хорошенько подумать, чтобы не оказаться на месте Игоря.

— Ты только, пожалуйста, не делай глупости. Нам с тобой нужно собрать команду из надежных ребят, которые не побояться взяться за это дело и довести все до конца. Нужен четкий и продуманный план, чтобы засадить этого козла за решетку, — рассуждал Орлов.

— Спасибо, — улыбнулась ему, печально вздохнув. — Будем на связи.

— Доброй ночи, Таня, — кивнул он, поцеловал меня в щеку, после чего разблокировал двери и выпустил меня из автомобиля.

Как только его машина отъехала от моего дома, я вызвала такси и отправилась по адресу, который мне прислали в сообщении.

Понимала, что поступила безрассудно, отправляясь на встречу с незнакомым человеком, но ничего не могла с собой поделать. Сердце подсказывало, что эта ниточка приведет меня к Игорю. А если это ловушка, что же… Все равно уже устала от такой жизни.

Глава 18

Прибыла по указанному адресу ровно в десять вечера. Старая пятиэтажка располагалась на окраине города, в самом неблагополучном районе. Под ложечкой засосало. По собственной воле угодила в ловушку? Отбросив все сомнения и страхи, вошла в подъезд, ощутив неприятный запах подвала. Наморщила нос. Разрисованные стены, мигающая лампочка на лестничной площадке — все, как в фильме ужасов. Сделала два глубоких вдоха, пытаясь унять дрожь. Я должна выяснить хоть какую-нибудь информацию об Игоре!

Поднялась на второй этаж, занесла руку, чтобы постучать в дверь, но стоило к ней прикоснуться, как она бесшумно отворилась. В коридоре стояла непроглядная тьма, и ни одного звука. Я судорожно сглотнула и, распахнув дверь шире, вошла в квартиру. В свете настольной лампы разглядела мужской силуэт. Кто-то сидел в зале в громоздком кресле, неотрывно наблюдая за мной.

— Проходи, — услышала приказ. От этого хриплого голоса мурашки прошли вдоль позвоночника.

Мужчина включил вторую лампу, и видимость улучшилась. Я смотрела в черные глаза, и сердце невольно дрогнуло. Этот взгляд, пробирающий до костей, знаком до боли. Этот общий ген — черных, как ночь, глаз был единственным сходством с Игорем. Перевела взгляд на татуировки на руках, на шрамы, которые красовались на лице незнакомца. Они его не портили, наоборот придавали образу воинственности. Мужчина задумчиво потер подбородок и сканировал меня оценивающим взглядом. Этот человек напоминал мне серийного убийцу, маньяка или сбежавшего заключенного. Его тяжелая энергетика пугала меня, но я старалась не подавать вида. Еще полумрак квартиры невольно навеял страх. Все мои инстинкты обострились, подсознание кричало об опасности, но сердце требовало отыскать Ларина, чего бы мне это не стоило.

— Вы крестный моего мужа? — спросила с сомнением в голосе.

Как-то не укладывалось это в голове. Игорь на стороне закона, а этот тип, явно, недавно вышел из тюрьмы.

— Да, Игорь сын моего троюродного брата. Меня зовут Чертков Сергей Иванович. Среди своих просто Черт.

— Вы знаете, где Игорь? — спросила с надеждой, приблизившись к Черткову. Застыла в паре шагов от него.

— Я так подозреваю, ты смогла открыть сейф, раз нашла мой номер? — спросил мужчина, проигнорировав мой вопрос.

— Да, — кивнула. — Это вы помогали Игорю собирать все те улики?

— Я, — сухо бросил он.

— Я не понимаю… — зажмурилась на миг. — Если Игорь работал с вами, почему мне ничего не говорил о вновь приобретенном крестном?

— Послушай деточка, о тебе Ларин тоже упомянул лишь раз. Я так полагаю, он либо тебе не доверял, либо всячески старался тебя спрятать от подобных мне людей, — ледяной тон привлек мое внимание. Я вся подобралась. Ничего не успела ответить, так как Чертков продолжил:

— Я всю жизнь крутился среди опасных акул бизнеса. Перегрызал глотки, поэтому меня бояться до сих пор. Так уж вышло, что одна гнида подставила меня, а потом смылась в неизвестном направлении. Мне светил пожизненный срок, но мой брат Виктор, приложил все усилия, чтобы мне помочь. Благодаря его поддержке, мне дали двадцать с хвостиком. Я недавно вышел из тюрьмы и решил найти всех своих родных, которые еще остались на этом свете. К несчастью, их можно пересчитать по пальцам. Когда я нашел Игоря, узнал, что он в большой беде. Там, где я обитаю, прошел слух, что один тип готовит покушение на Ларина. Я хотел помочь крестнику, как когда-то мне помог его отец. Подключив своих людей, выяснил, что некий Добровольский жаждет уничтожить Игоря за то, что тот упрятал его отпрыска в тюрьму. А когда я увидел Добровольского, то узнал в нем того самого гниду, который меня подставил. В то время он был сопляком, простой шестеркой. Этот червь сменил имя, менял города, поэтому я так долго не мог его найти, чтобы отомстить. А тут все так удачно сложилось. Я попросил Ларина не говорить никому о моем приезде в город, обещал ему помочь упрятать Льва за решетку. И мои люди за два года нарыли очень много сведений. Мы с Игорьком разработали целый план, как все провернуть так, чтобы Добровольский не смог выйти из тюрьмы. Но Лев, то ли почуял неладное, то ли кто-то слил ему информацию, что под него копают, активизировался раньше времени, отдал приказ уничтожить Ларина. Игорёк как раз ехал ко мне на встречу, чтобы забрать последние весомые улики, но заметил преследователей. Я уже знал в тот момент, что за ним началась охота, так как мои люди были поблизости и глаз не спускали с прокурора, — рассказал Чертков и замолчал.

— Игорь жив? — спросила, ощутив дрожь в теле.

— Любая информация стоит дорого, — заявил Сергей Иванович, одарив меня непроницаемым взглядом. — Сядь, — кивнул на стул.

Я невольно подчинилась, устроилась напротив, нервно заерзав на месте.

— Назовите любую сумму. Ради Игоря я на все готова, — уверенно проговорила, сжав кулаки.

— Меня не интересуют деньги, деточка, — ухмыльнулся Черт, и в его темных глазах отразился лед.

Я поежилась, стало как-то неуютно, страшно. Будто стояла перед дьяволом. Нервы натянулись до предела, в висках стучало.

— Что вы хотите? — устало выдохнула.

— Я не доверяю людям. Тебя я не знаю, но если докажешь, что действительно готова на все ради Игоря, то получишь все ответы, — заявил он.

— Говорите, что нужно делать? Я все выполню, — мой голос прозвучал твердо и уверенно.

Прекрасно понимала, что нет никаких гарантий, что этот человек действительно владел информацией, но другого выбора у меня все равно не было. Пока существовал призрачный шанс, я пыталась его ухватить. Это лучше, чем бездействовать и просто чего-то ждать.

Сергей Иванович улыбнулся одними уголками губ.

— Я хотел помочь Игорю засадить Льва за решетку, но в свете последних событий, мечтаю уничтожить Добровольского, но хочу все сделать так, чтобы его убил собственный покровитель. Тогда на меня не ляжет тень. Это очень важно. Я потратил лучшие годы за решеткой, поэтому не собираюсь оставшуюся жизнь бороться с вновь приобретёнными врагами.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Можно немного конкретнее? Я тоже мечтаю, чтобы этот гад поплатился за все. Добровольский отнял у меня Игоря, разрушил мою семью. Его шакалы застрелили моего пса, а меня избили. Моя подруга, которой я доверяла, оказалась шестеркой. Как выяснилось, она установила жучки в доме моего отца, чтобы твари могли найти слабые места моего папы. Ирка теперь в тюрьме. Лев Владиславович испортил ей всю жизнь. От этого человека одно зло, он использует людей. Я жажду мести.

— Добровольского прикрывает родственник из «верхов». Так вот мои ребята на днях узнали, что Лев Владиславович хранит у себя в сейфе очень интересные видео, которые опорочат честь его влиятельного покровителя. Видимо, Лев, таким образом, чувствует себя в безопасности, держит туз в рукаве. Если запустить процесс и начать дело против Добровольского, предоставив те улики, которые ты видела у Игоря, и, добавив то, что у меня есть, то Льва Владиславовича посадят, но этот влиятельный родственничек сделает все, чтобы выпустить эту тварь на свободу. Но, если мы сделаем так, будто Добровольский сам слил своих друзей, они ополчатся на него, и не оставят в живых. Нам просто нужно столкнуть лбами несколько влиятельных людей, и они сами уничтожат друг друга.

— И какая моя роль в этом плане? — нахмурилась я, так и не разобравшись, что предстоит сделать.

— Во-первых, ты должна найти настоящего союзника, который возьмется за дело и не побоится столкнуться с акулами, нужен неподкупный храбрый борец за справедливость. Во-вторых, ни одна живая душа не должна знать моего имени и того, что я прихожусь Игорю родственником. Если проболтаешься, я лично тебя пристрелю. И это не пустая угроза. В-третьих, ты возьмешь на себя самую сложную и опасную роль. Тебе придется разозлить Добровольского и выманить его из дома, он должен погнаться за тобой, как хищник за ланью, и тогда угодит в расставленную сеть. Тебя могут убить, если поймают. Однако, если сыграешь свою роль в моем гениальном плане, то докажешь мне, что тебе действительно можно доверять и получишь все ответы. В этой игре задействовано много людей, тебя оповестят о том, что и когда нужно сделать. Со стороны все будет выглядеть так, будто несчастная вдова Ларина, отважилась на месть. На тебя обратят внимание, это позволит мне и моим людям остаться в тени. Если справишься и не погибнешь, я обещаю дальнейшее покровительство и защиту. Но придется переехать из этого города навсегда. Ты согласна рискнуть жизнью, ради ответов на свои вопросы?

По сердцу, словно серпом прошлись, когда услышала фразу «вдова Ларина». Судорожно сглотнула.

— Я согласна рискнуть собой, чтобы узнать, что произошло с Игорем, — ответила без сомнений, без раздумий.

— Что же… Тогда с тобой свяжутся. Мои люди всегда будут произносить кодовое слово: «Люк» — кличка вашего с Игорем пса. Так ты сможешь понять, что это свои, а не враги.

У меня рот приоткрылся от удивления. Этот человек многое знал о нашей семье, а вот я о нем до сегодняшнего дня ничего не знала. И на откровенный разговор этот Черт пошел только потому, что, скорее всего, уже заранее меня изучил. И я не сомневалась в том, что стоило мне отказаться от этой опасной затеи, как получила бы пулю в лоб. Такие люди, как Чертков, свидетелей не оставляют. Выходит, он заранее знал, что я соглашусь. Стало не по себе. Теперь хотя бы ясно, почему Игорь не хотел знакомить меня со своим крестным. Любимый старался уберечь меня от всего плохого.

— Я все поняла, — кивнула, поднялась с места. — Тогда до встречи.

— Навряд ли мы еще когда-нибудь увидимся, но с этого дня мои люди будут за тобой присматривать, — заявил Черт. — От своих родственников я теперь держусь на расстоянии, чтобы не навредить. Слишком много у меня недругов, — пояснил.

— Поняла, — еще раз кивнула, развернулась и поспешила прочь.

Лишь на улице смогла вдохнуть полной грудью. Меня трясло, с трудом верилось в происходящее. Не могла собрать себя в кучу, осмотрелась по сторонам. Чужой двор едва освещался, ни одного прохожего. Где-то совсем рядом лаяли и дрались дворовые псы. Лай и скулёж нервировали. Надо поскорее выбираться отсюда! Достала телефон, чтобы вызвать такси. Зажмурилась от света фар, проезжающей мимо меня машины. Автомобиль остановился, водитель открыл дверь и обратился ко мне:

— Девушка, садитесь, подвезу до дома.

Я подобралась, сердце учащенно забилось. Стало страшно. Я ведь одна в чужом районе, никто не придет на выручку. Уже поздно, и я не сомневалась, что нарвусь на неприятности.

— Спасибо, я жду такси, — ответила ровным тоном, напряженно наблюдая за незнакомцем.

— Садись, не бойся. Люк тебя, поди, заждался дома, — улыбнулся мужчина, но в глазах все так же отражался лед.

У меня сердце оборвалось, когда услышала кодовое слово. Выходит, это проверка? Черт подослал ко мне этого человека, чтобы выяснить, действительно ли я готова играть по его правилам?

— Вы правы, он уже заждался, — кивнула я, распахнула дверь автомобиля и устроилась на заднем сиденье.

Когда машина плавно тронулась с места, я перевела взгляд на водителя. Мужчина спокойно смотрел за дорогой, не обращая на меня никакого внимания.

— Я адрес не назвала, — настороженно проговорила.

— Мне известно, где ты живешь, — без эмоций ответил мужчина, больше не проронив ни слова за всю поездку.

Когда автомобиль остановился напротив моего подъезда, я схватилась за ручку и открыла дверь, намереваясь как можно быстрее очутиться дома.

— Подожди, — строго сказал водитель. — Это тебе, — протянул мне папку. — Проследи, чтобы попало в надежные руки, иначе навлечешь на себя беду.

Я внимательно посмотрела в серые глаза незнакомца. По тяжелому взгляду поняла, что этот мужчина только что мне пригрозил. С кем я связалась? Нутром чувствовала, что влипла по самые уши, но дороги назад уже нет. Желание выяснить, что случилось с моим любимым мужем, пересиливало инстинкты самосохранения.

— Прослежу, — кивнула, забрала папку и, прижав ее к груди, как сокровище, поспешила прочь.

Трясущимися руками открыла входной замок, влетела в квартиру и захлопнула дверь. Прислонилась к ней спиной, пытаясь угомонить колотящееся сердце. Когда дыхание вошло в норму, включила свет в прихожей, разулась и прошла на кухню. Налила себе воды, залпом осушила два стакана прежде, чем приступить к изучению документов, которые лежали в папке.

Два часа ушло на то, чтобы вникнуть в содержимое бумаг. Люди Черткова потрудились отлично, раздобыв очень много улик и компромата. Как им это удалось, даже думать не хотелось. Догадывалась, что кто-то из приближенных Черткова вклинился в банду Добровольского и сливал сведения. Сергей Иванович был прав, когда говорил о том, что все это необходимо передать честному и неподкупному служителю закона. И на ум мне приходил только один — Урусов Константин Александрович. Тот самый, который по просьбе Игоря, вел все мои дела: нападение Ярослава и похищение. Игорь доверял Константину. Но прежде, чем открыться Урусову, я решила выяснить у отца, что он думал по поводу этого человека. Так же собиралась выяснить информацию у Колесникова и своего брата. Ошибка недопустима в моем случае.

Заставила себя поспать несколько часов, а потом отправилась на работу. И если до этого я походила на зомби, волочащего бессмысленную жизнь, то теперь во мне пробудилась энергия и жажда поскорее довести дело Добровольского до конца.

К счастью, отец, брат и Никита не вдавались в подробности, для чего мне, вдруг, понадобился Урусов, предоставили все данные. Так я выяснила, что Урусову сорок пять лет, он побывал в горячих точках, какое-то время работал в секретной спецслужбе, потом после серьезного ранения перевелся из столицы в наш город. Семьи и детей не было, жил работой. Все, кого я опросила, отзывались хорошо о Косте. Говорили мне, что он честный, неподкупный, многие сравнивали его с Игорем Лариным. При упоминании мужа, я старалась не показывать своих эмоций. Не желала, чтобы окружающие знали, как мне тяжело без любимого.

Неделю я потратила на выяснение всех подробностей о жизни Урусова. Мне казалось, что он идеальный вариант. Такой человек точно бы справился с Добровольским.

Как обычно, засидевшись на работе допоздна, совсем потеряла счет времени. Навела порядок на рабочем столе, подхватила сумку, и вышла на улицу. Направляясь к своей машине, сбавила ход, когда заметила Константина Александровича. Он стоял, сложив руки на груди, и буравил меня тяжелым взглядом.

— Добрый вечер, Татьяна, — поздоровался он. — Прокатимся? Разговор есть.

— Константин Александрович? — опешила я, часто заморгала, нервно теребила пальцами ключи от машины.

Растерялась, так как не ожидала увидеть этого человека в столь поздний час. Что его привело ко мне? И почему смотрит на меня, как на врага?

— Я с утра ничего не ела, собиралась заехать в круглосуточное кафе. Составите мне компанию? Или вы хотели устроить мне встречу где-то в ином месте? — поинтересовалась, переминаясь с ноги на ногу.

— Тогда поедем на вашей машине, — кивнул он, снова смерив меня странным взглядом.

Ехали в полной тишине. Я старалась внимательно следить за дорогой, но то и дело бросала взгляд на Урусова. Он казался расслабленным, смотрел в окно и о чем-то думал. Я решила не нарушать тишину, раз этот человек хотел со мной поговорить, пусть первый начинает.

В круглосуточном кафе других посетителей не оказалось. Официантка принесла нам кофе, пока мы ждали основной заказ.

Я сделала пару глотков горячего напитка, продолжая наблюдать за Костей. Высокий, широкоплечий. Правильные черты лица, серьезный взгляд серо-голубых глаз, упрямо поджатые губы. Каштановые волосы едва тронула седина. Передо мной сидел симпатичный мужчина. За все время нашего знакомства, впервые так детально изучала его внешность.

— Давай на чистоту, — нарушил он тишину. — Я знаю, что ты под меня копаешь. С какой целью? Что пытаешься выяснить? Сразу поспешу разочаровать, ведь никакого компромата ты на меня не найдешь.

Опешила, так как этот человек никогда не обращался ко мне на «ты».

— Не найду, потому что успел подчистить там, где наследил? — лениво откинулась на спинку стула, ответив в том же тоне.

Константин заметно подобрался, в глазах ярость вспыхнула, кулаки сжал, а потом процедил сквозь стиснутые зубы:

— Что ты о себе возомнила, девочка? Какую игру затеяла? Я слишком хорошо знаю твою семью, в курсе того, как часто ты влипаешь в разные неприятные ситуации. Из которых, заметь, вышла сухой благодаря моей честной работе.

— Да, за это вам отдельное спасибо, — искренне проговорила, снова соблюдая субординацию. — Игорь вам доверял, поэтому всегда звал именно вас на помощь, когда дело касалось меня. Вы с ним были друзьями? — поинтересовалась.

Сердце неприятно кольнуло, когда вновь пришло осознание того, что о своем муже я практически ничего не знала.

— Мы с ним хорошо общались, не раз выручали друг друга, — сухо бросил он, продолжая пилить меня взглядом. — Так может, уже ответишь, чем моя скромная персона, так тебя заинтересовала? Зачем ты всех на уши поставила, собирая обо мне информацию?

— Хотела понять, какой вы человек, Константин Александрович, и можно ли вам доверять, — призналась я, внимательно наблюдая за реакцией мужчины.

Он усмехнулся, откинулся на спинку стула, заметно расслабился. Официантка принесла наш заказ и упорхнула.

— Давай уж перейдем на «ты», раз общаемся в такой неформальной обстановке, — предложил Урусов, а я кивнула.

Отправила в рот кусочек стейка, заставляла себя есть. После исчезновения Игоря, у меня пропал аппетит. Жевала, практически не чувствуя вкуса. Константин внимательно следил за мной.

— За все время нашего с тобой знакомства, ты не поняла, можно мне доверять или нет? — цокнул языком. — Таня, ты попала в беду? Если снова нужна моя помощь, я помогу, — серьезно проговорил Урусов.

— Вы, как и Игорь, не доверяете людям? — уточнила я, проигнорировав его слова.

— Не доверяю, — кивнул он, сложив руки на груди. — Ты так и будешь ходить вокруг да около, или все же расскажешь, что происходит? По глазам вижу, что ты чего-то ждешь от меня, — нахмурился Константин.

— Вы… Ты прав, — исправилась я. — Мне действительно очень нужна помощь. И открыться могу только надежному, неподкупному человеку. Поэтому и собирала информацию о тебе, пыталась понять тот ли ты человек, который мне нужен. Раз ты не доверяешь людям, то поймешь, как мне сейчас тяжело решиться на очень важный и опасный разговор.

Константин заметно оживился, в глазах вспыхнуло любопытство. Мужчина чуть подался вперед, положил руки перед собой на стол и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Я весь во внимании, — прошептал он.

— Как ты относишься к Добровольскому? — понизила голос до шепота, поддавшись вперед.

Урусов поморщился при упоминании этого человека, в глазах промелькнула неподдельная ненависть. На скулах заходили желваки.

— Скажем так, я его на дух не переношу. Этот тип мешает порядочным жителям спокойно жить. Но в силу многих обстоятельств у закона связаны руки, чтобы засадить эту тварь за решетку. Игорь попытался… Ты знаешь, к чему это привело, — вздохнул он.

— Боишься Добровольского? — разочарование сорвалось с моих губ.

— Нет, — твердо ответил Урусов, покачав головой. — Просто нет у нас ничего стоящего, чтобы начать борьбу. Игорь что-то узнал, видимо, поэтому его убрали с дороги.

— Если я скажу, что у меня есть документы, которые способны засадить Льва Владиславовича и его партнеров на долгие годы, ты возьмешься за это дело? Не отступишь? Не испугаешься? — проговорила на одном дыхании, облизнув пересохшие от волнения губы.

Урусов осмотрелся по сторонам, убедился, что в кафе кроме нас никого нет, а потом с тревогой посмотрел на меня.

— Откуда? — насторожился он.

— Смогла открыть сейф мужа, там и обнаружила все это, — выдала частичную правду.

— Теперь мне ясно, почему ты так себя настороженно вела. Дело действительно серьезное и опасное, — задумчиво проговорил, взъерошил рукой свои волосы. — Я возьмусь, доведу до конца то, что начал Игорь. Только об этом пока никому не слова. Действовать нужно осторожно.

Одна моя часть свободно выдохнула, вторая же дрожала от страха и напряжения. Ведь если я ошиблась и доверилась не тому — мне конец.

Глава 19

Я передала все документы Константину Александровичу, а он обещал все изучить и приступить к делу. Мне оставалось только надеяться и ждать, что план Черткова сработает. Стоило лишь подумать про этого человека, как мне пришло сообщение с неизвестного номера.

«Сегодня жди курьера. Инструкцию найдешь в посылке».

Весь рабочий день я провела, как на иголках, ожидая курьера. Ни на чем не могла сосредоточиться. Вернувшись домой, уже и не ждала никого. Однако в десять вечера раздался звонок в дверь. На пороге стоял курьер. Незнакомец протянул мне коробку.

— Это от Люка, — заявил он, развернулся и ушел.

До меня дошло, что это никакой не курьер, а человек Черткова. Закрыла дверь, прошла в комнату, поставила коробку на журнальный столик. Сердце грохотало, ладони вспотели. Я волновалась, нутром чувствовала, что содержимое посылки мне не понравится.

Сделав пару глубоких вдохов, открыла коробку. Удивленно заморгала, вытащила шикарное вечернее платье. На дне коробки лежал красивый конверт — пригласительный на день рождения Добровольского в его загородный дом, а рядом инструкция. Мне было велено отправиться на этот праздник и засветиться перед Добровольским. Показать имениннику флэшку, сообщив, что на ней информация о его махинациях и партнерах, пригрозить расправой, если он не сообщит, где Игорь. Сыграть роль отчаянной вдовы, готовой на месть. После чего проследовать за нужным человеком в подсобное помещение, переодеться и забрать ключи от мотоцикла. Который, судя по схеме, будет ждать на парковке возле дома Добровольского. В инструкции говорилось, что Лев Владиславович непременно отправиться за мной в погоню, так как захочет лично расправиться со мной. Прилагалась карта моего маршрута и точка, куда я непременно обязана добраться, чтобы выжить. Чертков был уверен, что Добровольский покинет свой дом, чтобы разобраться со мной, оставив гостей одних. Тем временем человек Сергея Ивановича загрузит на проекторе информацию, которая поможет загубить репутацию Льва. Гостям продемонстрируют, как ненадежен их партнер. Пока я буду отвлекать, люди Черткова должны провернуть все быстро и четко, превратив союзников Добровольского в заклятых врагов. В теории все выглядело складно, но на деле было страшно. Я не знала всех нюансов, всех тонкостей проделанной работы Сергея Ивановича. Почему Черт уверен в том, что Добровольский погонится за мной? Почему не сомневается в том, что покровитель отреагирует правильно? Возможно, зерно раздора уже давно посеяно, мне остается лишь запустить процесс разрушения.

Вопросов было много, меня терзали сомнения, однако отступать уже поздно. Операция запланирована на завтра. Все, что мне оставалось — следовать инструкции и не отступать от плана. Последний пункт гласил о том, что если я выживу в этой игре, то узнаю о судьбе Игоря. Желание узнать, что случилось с любимым, заглушало все протесты разума. Я прекрасно осознавала, что иду на верную смерть, но отступить не могла.

Утром позвонила на работу и взяла отпуск за свой счет. На всякий случай написала прощальное письмо для родителей и оставила на столе. Ближе к вечеру привела себя в порядок, натянула шикарное платье, которое мне прислал Чертков, и вышла из дома. Напротив подъезда меня уже ждал водитель, тот самый, который в прошлый раз подвозил меня после встречи с Чертом. Мужчина окинул меня оценивающим взглядом и улыбнулся.

— Карета подана, — проговорил он, открыв передо мной дверь автомобиля.

Я устроилась на заднем сиденье. В висках стучало, дыхание сбилось, нервная дрожь накатывала волнами. Я безумно нервничала.

— Помни, ради чего ты все это делаешь, — подмигнул мне водитель и завел двигатель.

Игорь! Я обязана справиться, должна выяснить, куда он пропал. Сердце подсказывало, что любимый жив, но почему-то не может ко мне вернуться. Прошло много месяцев с тех пор, как все случилось, многие считали, что Ларин утонул, а его тело унесло течением, но я не желала в это верить. К тому же, была уверена в том, что Сергей Иванович знал правду.

Попыталась взять себя в руки. Пока ехала, вспоминала лучшие фрагменты своей жизни. Всплыл в памяти наш первый с Игорем поцелуй. Тогда Ларин боролся с желанием придушить меня. Нервно усмехнулась, смахнула одинокую слезу. Вспомнила наш первый раз… В груди огонь вспыхнул, а по венам разнеслось тепло, а потом накатила тоска и боль. Я умирала без Игоря. Ради него была готова на все. Осознала, что он тоже не опустил бы руки, а искал бы меня до последнего своего вдоха. Поэтому и я не должна бояться. Эти мысли помогли собраться.

Автомобиль остановился на просторной парковке, расположенной напротив огромного особняка.

— Вот флэшка — твой атрибут для спектакля, — нарушил тишину водитель, протянув мне запоминающее устройство. — Действуй строго по плану. Надеюсь, выучила необходимые слова для беседы со Львом? Никакой импровизации! Твоя задача — обратить на себя внимание, чтобы окружающие люди подумали, что это твоя месть, а не наша. Все ясно?

— Да, — кивнула, забрав у водителя флэшку.

— Мне только не ясно, зачем я передала все собранные улики надежному человеку, если Добровольского собираются убить? — прошептала еле слышно.

Водитель даже не обернулся, нервно постукивал пальцами по рулю. Когда я уже собиралась попрощаться и выйти из машины, мужчина заговорил:

— Сын Добровольского убил мою дочь. Этот садист мучал ее, а Лев прикрывал делишки своего единственного отпрыска. Я, так же, как и ты, мечтаю, чтобы эта гнилая порода исчезла из нашего города. Я живу местью. Когда Льва уничтожат, его партнеры и верные псы начнут искать виновников, и тогда мы все окажемся под угрозой. Но этого можно избежать, если твой надежный человек запустит дело, предоставит в суд все схемы и махинации Добровольского, а там все имена и фамилии его партнеров, закон обрушиться и на их головы. Поэтому этим тварям некогда будет заниматься местью, они начнут спасать свои шкуры. Да и босс провернул все так, что уже посеял зерно раздора, слив кое-какую информацию о Добровольском его партнерам и конкурентам. Нам с тобой остается лишь играть свои роли и не задавать лишних вопросов. Каждый участник этой операции всей душой ненавидит Льва Владиславовича. Поодиночке мы бы не смогли отомстить, не хватило бы ни сил, ни средств, но босс нас объединил и продумал все до мелочей. Вместе мы победим эту хитрую, лживую тварь.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Теперь мне стало ясно, что двигало людьми. Жажда мести. Добровольский и его сын причинили много зла невинным людям.

— Я не подведу, сделаю все, как было в инструкции, — проговорила уверенно, открыла дверь и вышла на улицу.

— Удачи, — искренне проговорил водитель, а потом уехал, оставив меня одну.

Гости прибывали, занимали места на парковке. Я осмотрелась, заметила мотоцикл, стоящий в стороне. Вот он — мой «железный конь», на котором придется покидать это место.

Я справлюсь! Я Ларина, а Ларины не сдаются!

Уверенной походкой подошла к массивным воротам, где на посту стояла охрана. Мило улыбнулась, протянула верзиле пригласительный. Мужчина проверил меня на наличие оружия, и лишь затем пропустил во двор. Передо мной предстал дворец императора, не меньше! Это сколько же надо было украсть денег, чтобы построить такой дом? Но больше всего меня интересовал вопрос: как я покину логово врага, минуя трехметровый забор? Надеялась, что Черт все это продумал.

На пороге меня встретила администратор. Мило улыбаясь, девушка проводила меня в зал, где собрались гости. Я судорожно сглотнула. Сердце трепыхалось в груди от волнения. Лишь мысли о муже придавали мне сил.

В банкетном зале собрались мужчины в деловых костюмах и дамы в шикарных вечерних платьях. Я в своем наряде легко вписалась в местную обстановку. Приятная музыка располагала к беседам, официанты бегали туда-сюда, разнося подносы с закусками и бокалами игристых напитков. Гости все прибывали и прибывали. Собралось человек двести, не меньше. А потом я увидела именинника, и лютый холод поселился в моей душе. Добровольский улыбался, общался с мужчинами, выглядел довольным, в то время, как я загибалась от своей потери, от боли. Жгучая ненависть обожгла вены. Я схватила с подноса официанта бокал с шампанским и сделала лишь один глоток. Сжимала бокал с такой силой, что он едва не треснул в моих руках.

Наблюдала за обстановкой, ни с кем не общалась. Ко мне подошла девушка официантка, мило улыбнулась и сказала:

— Попробуйте вот эти тарталетки с креветкой. Очень вкусные. Наш повар Люк привез рецепт из-за границы.

— Благодарю, — кивнула я, взяв угощение.

Теперь я знала, как выглядит моя помощница в логове врага. Когда часы показали десять вечера, я, по инструкции, начала игру.

Постучала ложечкой о свой бокал, привлекая к себе внимание гостей. Стучала громко и настойчиво, поэтому вскоре все присутствующие затихли и с интересом смотрели на меня. Добровольский прищурился, словно пытался вспомнить о том, кто я такая.

— Хочу сказать тост! — заявила громко, мило улыбнулась присутствующим. — Я очень долго думала, что же подарить такому богатому, влиятельному и опасному человеку, как наш дорогой Лев Владиславович? У этого человека есть все, кроме детей. Хотя нет, был у него единственный сын Ярослав Алмазов. Знаете, Ярославчик, как оказалось, на дух не переносил отца, поэтому чтобы папа не лишил его финансирования и прикрывал его садистские наклонности, Ярик нарыл очень много компромата на своего папашу и его приближенных людей. Мы с Алмазовым дружили, поэтому он подарил мне вот эту волшебную флэшку, которой мой милый друг запугивал Добровольского, — показала всем гостям маленькое черное запоминающее устройство. — Так вот, я решила, что самым лучшим подарком на день рождения станет эта маленькая штучка. Там помимо схем и цифр, есть еще и информация о том, кого из вас Лев обманул и кинул на деньги, а кого подставил под удар, получив с этого выгоду. Думаю, вам всем будет интересно узнать правду.

Добровольский смотрел на меня так, что кровь стыла в жилах. Как бы не хотел, он не мог навредить мне в данный момент, потому что тогда бы выдал себя. Все гости поняли бы, что мои слова — это чистая правда. Иначе с чего Льву бояться?

— Ларина у нас недавно стала вдовой, вот и тронулась умом. Бедняжка не перенесла кончины мужа, — наигранно мягким тоном проговорил мой враг и улыбнулся гостям.

Я отчетливо видела лед и промелькнувший страх в глазах Льва. И откуда только Чертков узнал про то, что Ярослав собирал на отца компромат? А может, и он и не собирал вовсе, возможно, Сергей Иванович специально это придумал, ведь знал, что Ярика нет в живых и подтвердить это или опровергнуть он уже не сможет. Хитрый ход.

Далее, по сценарию, я зажала рот ладошкой и завыла, как раненый зверь.

— Это ты убил моего мужа! — крикнула, топнула ногой. — Из-за тебя он умер! Ну, ничего, я отомщу, все твои партнеры узнают о том, какой ты на самом деле, о том, как ты их водишь за нос, — выплюнула, и, изобразив рыдания, бросилась в сторону туалетных комнат.

— Бабы, — услышала я насмешливый голос Добровольского, но как бы он не пытался превратить все в шутку, я была уверена, что он в ярости.

Около дамской комнаты, как и было указано в инструкции, меня уже ждала официантка. Она схватила меня за руку и резко потащила за собой по коридору, затолкала в подсобное помещение и закрыла дверь.

— Живо, переодевайся, — скомандовала она и помогла расстегнуть платье.

Пока я натягивала штаны и экипировку, девушка давала мне наставления.

— Выпрыгнешь в окно, окажешься на заднем дворе. Там охрану мы усыпили, на двери кодовый замок, просто прислонишь вот этот ключ, — заявила она, повесив мне на шею ленту с белой карточкой. — Как только окажешься за воротами, ключ брось на охранника, а сама направляйся к мотоциклу. Ключи от мотоцикла в кармане куртки. И еще… Наши люди уже открыли сейф Добровольского и отправили всю нужную информацию, кому следует. Ты должна успеть добраться до условного места, не подведи. Как только ты выпрыгнешь в окно, через пять минут я дам знак, и хозяин мотоцикла, объявит во всеуслышание о пропаже. Добровольский погонится за тобой. А в это время я включу проектор, и гости увидят, как и в чем их подставил Лев. Все будут думать, что это та самая флэшка, которую принесла ты, чтобы отомстить. Все, ни пуха, ни пера.

— К черту, — выдохнула я, забралась на подоконник, и, не оглядываясь, спрыгнула на газон.

Добежала до черного выхода. Охранники лежали на траве. Проскочив мимо них, прислонила ключ к замку, и дверь открылась. Сняла с шеи ключ и бросила к ногам спящего охранника. Побежала к стоянке автомобилей. С неба полил дождь, раздался гром, и сверкнула молния. У меня сердце ушло в пятки. Только грозы мне не хватало. Благо мотоцикл стоял ближе всего к выезду. Запрыгнула на железного «коня» и, трясущимися руками вытащила из кармана ключ. Завела двигатель, обернулась. Добровольский с охраной выскочил из главного входа. Они направились к машине, а я сорвалась с места и понеслась по дороге.

Адреналин стучал в висках. Загородная трасса вечером пустая, поэтому ехала беспрепятственно. Только бы успеть добраться до нужного места.

Дождь лил как из ведра, видимость стала практически нулевая, но я, как угорелая, неслась на мотоцикле по пустой дороге. Мне бы добраться до трассы, выбраться из этого захолустья! Прибавила газ, выжимая все силы из железного «коня». Мотор зарычал еще громче.

Родимый, только не подведи!

Обернулась и вздрогнула, заметив свет фар от машины. Дьявол! Они догоняли меня… Только бы оторваться, сбежать, скрыться, иначе конец! Мною двигала жажда мести, а еще чувство справедливости.

Вот только я не супергерой и жизнь у меня одна, так какого же черта полезла в пекло? Зачем ворвалась в логово врага? Я ведь всего лишь женщина — создание хрупкое и уязвимое.

Крепко сжимала руль, была собрана, сосредоточена. Адреналин пульсировал в висках, сердце трепыхалось в конвульсиях. Нет, я не боялась смерти, ведь тот, кто мертв душой, ничего уже не может потерять. Сцепила челюсти, прищурилась, пытаясь разобраться, в каком направлении двигаться. Заметила впереди иномарки, они преградили дорогу. Твари! Резко нажала на тормоза, но с мокрой дорогой сцепление ни к черту. Не удержав железного «коня», на ходу слетела с него и кубарем покатилась по асфальту. Протяжно застонала. Черт! Боль поразила тело. Хорошо, что на мне был защитный костюм, иначе точно бы костей не собрала, после такого падения. Приподнялась, чтобы встать, но кто-то поставил свою тяжелую ногу мне между лопаток.

— Лежать, сука! Я сказал лежать! — прозвучал ненавистный мне голос.

Этот человек отнял у меня самое дорогое.

— Тварь! Где флэшка? — зашипел он, стащив с моей головы шлем.

Огненные волосы рассыпались по плечам, сразу же промокнув из-за ливня. Я втянула в легкие воздух и улыбнулась. Добровольский ощупывал мои карманы, пытаясь найти флэшку. Удивительно, такая маленькая штучка, а сколько для него значила. Хотя, ничего удивительного, на ней была информация, которая позволила бы засадить этого козла до конца его дней. Я была бы отомщена. Лев Владиславович рывком поднял меня с земли, а я поморщилась от боли. Смотрела в холодные зеленые глаза хищника с нескрываемым презрением. Он вытащил из-за спины пистолет и приставил к моему виску.

— Сука, в последний раз повторяю! Где флэшка? — рявкнул он, оглушая меня, а у меня губы растянулись в довольной ухмылке.

— Лев угодил в капкан? — ехидно проговорила я, ликуя, заметив страх в глазах Добровольского.

Это слаще меда, видеть отчаяние и страх того, кто отравил мою жизнь.

За свои слова получила увесистый удар по лицу. Качнулась, но удержала равновесие. Слезы непроизвольно покатились по щекам, но сразу же смывались дождем. Я оскалилась, сплюнула на асфальт кровь и рассмеялась, как истеричка. Сторожевые псы Льва Владиславовича стояли возле машин, наблюдая за происходящим. Вот пошли мужики… Женщину бьют, хоть бы один заступился. А нет… Они такие же отморозки, как и их хозяин. Наверное, я безумная, раз решила перейти дорогу подобным людям.

Я училась на следователя, чтобы бороться с тьмой. Одна против целого мира… Глупо, опасно, безрассудно. Да, я знаю это. Вот только когда душа разорвана в клочья, когда сердце уничтожено, уже не думаешь о себе.

Живешь лишь жаждой мести, она затапливает с ног до головы, питает, придает сил. Знала на что шла, осознавала, что мне придет конец, если поймают. Но уже не важно, что со мной сделают, итог у Добровольского будет один. Ему тоже конец. Данные, которые на него собрали, уже в надежных руках. А там все: махинации, взятки, а еще имена его партнеров. Даже если откупится от тюрьмы, его не оставят в живых крупные «рыбы» преступного мира.

Добровольский в два счета подскочил ко мне и схватил за волосы, больно сжав в кулак. Смотрел в мои глаза с лютой ненавистью.

— Хочешь знать, как он умер? Можем повторить тот сценарий, — выплюнул он зловеще, а я поморщилась.

Сердце сжалось до боли. Только бы не показать зверю свою слабость, только бы удержать эмоции. Судорожно сглотнула. Сволочь! Знал куда надавить, как выбить меня из колеи.

— Левушка, моя смерть не остановит процесс твоего крушения. Пока ты гонялся за мной, мой человек благополучно добрался до твоего сейфа, теперь твой покровитель отвернется от тебя. Всегда нужно иметь туз в рукаве, не так ли? — проговорила, вздернув подбородок.

Старалась не обращать внимания на боль.

— Сука! Сука! — завопил Добровольский, потеряв над собой контроль.

Он бил меня с такой силой, что в глазах потемнело. Однако ему не удалось стереть довольную ухмылку с моих губ.

Я отлетела в сторону, упала на асфальт, сбив ладони в кровь. Силы покидали меня, в голове стоял гул, а смерть дышала в затылок. Лев Владиславович приближался ко мне с пистолетом в руках.

Он застрелит меня и бровью не поведет. Прогремел оглушающий выстрел. Я вздрогнула, прислушалась к себе и удивилась, почему не почувствовала боли? Добровольский застонал и рухнул рядом со мной на колени. Началась перестрелка, а я не могла понять, что произошло?

Люди в черных масках повалили моих обидчиков на землю.

Я зажмурилась, подставив лицо под струи дождя. Ничего не видела, веки стали тяжелыми настолько, что не могла открыть глаза. Кожа горела, во рту был привкус крови.

— Девчонку не трогать, — прозвучал строгий приказ незнакомца. — Добровольского везите к главному, он сам с ним поквитается. И приберите тут, чтоб никаких следов не осталось…

Мужчина в маске присел рядом со мной на корточки, внимательно осмотрел.

— Обычно мы пешкам не сохраняем жизнь, но за твою шкуру отстегнули приличный кусок. Мне велено передать тебе это, — заявил незнакомец, всунув в мою ладонь что-то маленькое и гладкое. — А еще просили сказать, что адрес, где находится хозяин этой вещицы, тебе сообщат в ближайшее время. Все, я свое дело выполнил, дальше уже сама разбирайся, — бросил мужчина, поднялся и направился к машинам.

Превозмогая боль, я приподнялась и села, разжала кулак и замерла. Смотрела на обручальное кольцо, на выбитые внутри буквы и не могла поверить. Сердце учащенно забилось, я вмиг забыла о боли, об усталости, в голове громыхал лишь один вопрос: «Он жив?»

Это кольцо Игоря, нет сомнений. Значит, Чертков не обманул, он знал, где мой муж! Иначе откуда у этих людей кольцо Ларина? Зажмурилась, пытаясь совладать с эмоциями. У меня все тело ломило от боли, но я заставила себя подняться. Хромая, добралась до мотоцикла, завела его с третьей попытки. Мне бы продержаться совсем немного, до условного места, а там, судя по инструкции, найду помощь. Остановилась на пустом перекрестке, сползла с мотоцикла, и опустилась на мокрую землю. Все, больше нет сил. Не могу!

Темноту разорвал свет фар приближающейся машины. Я понятия не имела свои это или враги. Мне было так плохо, что я буквально балансировала на грани, пытаясь удержать сознание. В какой-то момент тьма укутала меня мягким покрывалом, и я отключилась.

Глава 20

Очнулась я на больничной кровати. Застонала от боли. Казалось, что ныла каждая мышца. Потерла руками глаза, а потом сосредоточила взгляд на мужчине, стоящем у окна. Водитель, имя которого я не знала, внимательно наблюдал за мной.

— Как самочувствие? — с беспокойством поинтересовался он.

— Так, как будто по мне проехал танк, — выдала осипшим голосом.

Мужчина взял бутылку с тумбочки, открыл ее и налил в стакан воды.

— На вот, выпей, — протянул мне, а я удивленно посмотрела на него.

Сделала несколько жадных глотков. Стало гораздо легче.

— Спасибо, — искренне поблагодарила.

— Пустяки, — небрежно махнул рукой.

— Спасибо за то, что не бросили на дороге. Это же вы привезли меня в больницу, — догадалась.

Впервые этот мужчина посмотрел на меня с теплотой, как на родную дочь.

— Ты немного не дотянула до условного места, поэтому я, наплевав на приказ босса, все-таки отправился на твои поиски. Нашел тебя лежащей на обочине без сознания, привез в больницу. Врачам сказал, что ты моя дочь, поэтому они разрешили находиться рядом. Доктору сообщил о том, что ты каталась со своим парнем на мотоцикле, и вы упали. Парень, испугавшись, якобы свалил, ну а я, пришел дочери на помощь. Запомнила, что нужно говорить?

— Да, — кивнула. — У меня что-то серьезное?

— Врач сказал, что ты отделалась легким испугом. Ссадины и гематомы заживут. Как будут готовы все анализы, тебя отпустят, — сообщил водитель.

— Как вас зовут? — поинтересовалась, удобней устроившись на кровати. — А то не знаю, как к вам обращаться.

— Николай.

Он внимательно посмотрел на меня, а потом вытащил из кармана пиджака конверт и протянул мне.

— Что это? — удивилась я.

В палату вошел доктор, поэтому я спрятала конверт под подушку.

— Как самочувствие? — поинтересовался врач, измеряя мне пульс.

— Все хорошо, — ответила без эмоций.

— Значит так, если жалоб нет, то дождемся результаты анализов, и я подготовлю выписку. Я бы посоветовал вам пропить витамины, больше отдыхать. И берегите себя, — с этими словами врач удалился из палаты, а я вытащила конверт из-под подушки.

Открыла письмо. Текст был набран на компьютере и распечатан, но с первых строк я поняла, что это от Черткова Сергея Ивановича.

«Роль, которую я тебе отвел в своей постановке, ты сыграла отлично. Но, хочу, чтобы ты знала, спектакль состоялся бы и без твоего участия. Сценарий был продуман таким образом, что финал у этой истории все равно был бы один. Зло наказано, все недруги пойманы. Ты получила свою роль только для того, чтобы доказать мне на что способна, можно ли тебе доверять. И ты меня не разочаровала. Теперь я верю, что ты не пожалеешь своей жизни ради Него, действительно готова на все, а значит, справишься с теми трудностями, с которыми предстоит столкнуться. Ты стала частью моей семьи, а членов своей стаи я оберегаю и защищаю. Ответы на свои вопросы получишь, как я и обещал. Водитель отвезет тебя к хозяину той вещицы, которую ты получила в подарок».

Я несколько раз пробежалась по строкам и нервно усмехнулась. Ну, Черт! Даже послание написал так, чтобы никому из окружающих не было понятно, о чем речь. Зато мне стало все предельно ясно. Сергей Иванович просто проверил меня, посмотрел, на что я способна, прежде чем подпустить к своей семье. Вскинула взгляд на Николая. Мужчина так и стоял около окна, о чем-то думая.

— Николай, это вы должны меня отвезти к хозяину вот этой вещицы? — поинтересовалась, показав обручальное кольцо Игоря.

— Я, — кивнул он, а у меня сердце сбилось с ритма.

— Так вы знаете, где Игорь? Он жив? Что с ним? Куда пропал? — засыпала вопросами водителя.

— Татьяна, мне приказано молчать. Вы скоро сами все узнаете, наберитесь терпения. Как только вы будете готовы отправиться в долгую дорогу, я вас отвезу.

— Я уже готова, — подскочила с кровати, не обращая внимания на боль в мышцах. — Поехали, — умоляюще посмотрела на Николая.

Не могла ждать, я должна была выяснить, где мой муж и что с ним произошло.

— Хорошо, заберу выписку, и отправимся, — согласился Николай и вышел из палаты.

Вернулся он через пятнадцать минут, кивнул, чтобы следовала за ним. На парковке подвел меня к черному внедорожнику, открыл багажник.

— Босс велел собрать твои вещи, пока ты выполняла задание, — заявил водитель и открыл спортивные сумки. — Тут все необходимое на первое время. Документы тоже прихватил.

Я ошарашенно смотрела на мужчину. Он был у меня дома? Копался в моих вещах? Стало не по себе от осознания того, что Черт с такой легкостью распоряжался чужими судьбами.

— Тебе придется затеряться на полгода, пока все здесь не затихнет. Твою прощальную записку, которую ты оставила дома для родителей, я сжег. Прости, но пришлось написать от твоего имени новое письмо. Там говорится о том, что ты устала, что хочешь побыть одна и сменить обстановку, что обязательно свяжешься с родными, как только устроишься на новом месте… И все в таком духе. Босс решил перестраховаться на тот случай, если все же кто-то из шакалов захочет тебе отомстить. Поэтому лучше затаиться.

— Хорошо, — выдохнула, пребывая в шоке от происходящего.

— Тогда поехали, — улыбнулся Николай, открыл передо мной дверь автомобиля.

Я устроилась на переднем сиденье, пристегнулась. Меня не пугали перемены, не тревожила мысль, что еду с незнакомым мужчиной непонятно куда. Ведь если бы меня хотели убить, то давно бы это сделали. Я всем сердцем надеялась, что скоро найду ответы на свои вопросы.

Большую часть дороги я спала, организм требовал отдыха. Остановки делали, чтобы перекусить и на ночлег. За два дня пути я так и не смогла выведать у Николая информацию. Этот мужчина был немногословен. Судя по вывеске, которую проехали, мы находились в другом городе. Здесь я никогда не была, поэтому с любопытством смотрела в окно, рассматривая местность.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Хотела поинтересоваться, куда мы едем, но потом поняла, что водитель не ответит, а снова попросит набраться терпения. Машина остановилась напротив двухэтажного дома, вокруг которого стоял высокий кирпичный забор.

— Мы на месте, — заявил Николай, размял рукой шею, а потом разблокировал двери.

Я вышла из машины, вдохнув полной грудью свежий воздух. Пахло цветущими деревьями. Чирикали воробьи, а солнышко приятно ласкало кожу. Николай вытащил из багажника мои вещи и уверенно зашагал к воротам. Я последовала за водителем. Он опустил мои сумки на зеленую траву, нажал на дверной звонок, а потом похлопал меня по спине.

— Если понадоблюсь, мой номер есть в твоем телефонном справочнике. Так и записано «водитель Николай». Удачи тебе, — проговорил он и направился к машине, а я растеряно посмотрела на мужчину.

— А вы не пойдете со мной? — воскликнула удивленно.

Николай обернулся, улыбнулся, покачал головой.

— Я свою работу выполнил — доставил тебя по указанному адресу, пора возвращаться к боссу.

Я тяжело вздохнула, а потом замерла, когда услышала звук отпирающейся двери. На пороге стояла красивая девушка с годовалым ребенком на руках. У мальчика были такие же угольно черные глаза, как и у матери. Мое сердце невольно дрогнуло.

— Мама, а кто к нам пришел? — услышала я детский голосок и перевела взгляд.

За незнакомкой топтались на месте две девчушки, держась за руки.

— Татьяна? — уточнила у меня хозяйка дома.

— А? — я пребывала в замешательстве. — Да-да, меня зовут Татьяна, — опомнилась я.

— Проходи, — улыбнулась незнакомка.

Я подхватила сумки и вошла, осматриваясь по сторонам. Ухоженная территория. Газон, дорожки, пушистые туи вдоль забора.

— А меня зовут Яна. Это мои дети: Катюша, Анюта и Ванечка. Муж на работе, познакомлю вечером. Сумки можешь пока на крыльце поставить, помощница отнесет их в твою комнату, — улыбнулась черноглазая девушка.

Я вообще ничего не понимала, но сделала все, как велела мне хозяйка дома. Почему меня привезли сюда? Это какая-то ошибка! Однако стоило выйти из-за угла дома, как резко остановилась. Напротив бани Игорь колол дрова. Дрова? Я пару раз моргнула, но мой муж никуда не исчез. В спортивных штанах и футболке, такой домашний и родной. Я судорожно сглотнула. Любимый бросил на меня безразличный взгляд, а потом продолжил заниматься своим делом. У меня рот открылся от удивления. Шок сковал все мышцы. Больше полугода я ждала и надеялась, что Ларин даст о себе весточку, не желала верить в то, что он умер, мечтала, что однажды найду его, но не была готова к такой встрече.

— Игорь? — воскликнула, не веря глазам.

Ларин замер с топором в руках, внимательно смотрел на меня. Разряд тока прошелся по моему телу от этого цепкого взгляда, заставив вздрогнуть. Любимый нахмурился, на лбу пролегла глубокая складка. Я не выдержала, бросилась к нему. Прижалась к твердой груди и разрыдалась.

— Ты жив! Жив! — причитала, уткнувшись носом в его шею, вдыхая родной запах, туманящий разум.

Ларин окаменел, не сдвинулся с места, даже не обнял. У меня слезы текли по щекам нескончаемым потоком.

Нашла! Жив! Я знала! Я верила!

— Игорь, — выдохнула, отстранившись.

Шмыгнула носом. Бездонно черные глаза смотрели на меня с хмурым недоумением и раздражением.

— Таня, тебя не предупредили? — с беспокойством спросила Яна.

— О чем? — прохрипела, смахнув слезы.

Отчего так больно в груди? Я ничего не понимала. Почему муж смотрит на меня так, будто впервые видит?

— Когда на Игоря было покушение, стреляли по машине. Он не справился с управлением… Ты же в курсе, что машина упала с моста в воду? — уточнила Яна, на что я активно закивала. — За Игорем присматривали люди Черткова, они вытащили его и доставили на вертолете в наш город. Сергей Иванович собрал лучших врачей. Они спасли жизнь Ларина, несмотря на то, что он был в очень тяжелом состоянии. Его только несколько месяцев назад выписали. Из-за травмы головы у Игоря случилась потеря памяти, а еще он не говорит. Врач сказал, что речь вернется, что это больше психологическое…

— Вообще не говорит? И ничего не помнит? — ошарашено посмотрела на Ларина, он принялся дальше колоть дрова, потеряв к нам интерес.

— Днем не произносит ни звука, а вот по ночам, когда крепко спит, зовет Таню, — вздохнула Яна, посмотрев на меня с сожалением.

— А память? Должен же он хоть что-то помнить? — обеспокоенно спросила, с тоской наблюдая за любимым.

— Может, что-то и помнит, а возможно, что все стерлось… — заявила Яна, крепче прижав к себе сына.

— Разве так бывает, чтобы человек все забыл? — не верила я.

— У меня тоже была похожая травма головы, — призналась Яна, отвела взгляд в сторону. — Я так и не вспомнила свою прежнюю жизнь. Иногда всплывают какие-то фрагменты, но я до сих пор сомневаюсь: реальность это или просто сон.

Я схватилась за голову и зажмурилась. Не может быть! Что теперь делать? Вздрогнула, когда Яна обняла меня.

— Не отчаивайся, я уверена, что ты справишься, иначе, Сергей Иванович не отправил бы тебя сюда. Он спрятал Игоря здесь, чтобы ни одна живая душа не знала о том, что Ларин жив. Я уверена, раз Игорь зовет тебя по ночам, значит, где-то в глубинах его подсознания сохранился твой образ. Возможно, он вспомнит, а если нет, пусть заново влюбится в тебя, — поддержала меня Яна.

— Ты дочка Сергея Ивановича? — догадалась я, заметив некое сходство во внешности. Да еще и эти черные глаза, как у него и как у Игоря. Они явно родственники, иначе Чертков не стал бы здесь прятать племянника.

Яна вздрогнула от моего вопроса.

— Прошу не распространяй эту информацию. Никто не знает об этом родстве, слишком опасно… — проговорила она на одном дыхании.

— Не переживай, я умею хранить тайны, — заверила хозяйку дома, она заметно расслабилась.

— Ой, ты, наверное, устала с дороги, пойдем в дом. Покажу тебе комнату, да и пообедать не мешало бы.

Я еще раз взглянула на мужа, он в мою сторону даже не смотрел. Какая-то давящая тоска и стужа образовались в груди. Как быть? Как вернуть любимому память? Как вести себя с ним? Голова гудела от вопросов. Тяжело вздохнув, последовала за Яной.

В доме было очень уютно, просторно и светло. Яна познакомила меня со своей помощницей и охранником, показала комнату на первом этаже, куда уже успели отнести мои сумки. Как оказалось, спальня Игоря была напротив моей. Маргарита Петровна накрыла на стол. Игорь вошел в дом, бросил на меня непроницаемый взгляд, подошел к Кате и Ане, поцеловал малышек в макушку. Девочки звонко рассмеялись, а он улыбнулся и подхватил их на руки, поднес к столу. Маргарита Петровна забрала у него Анечку и усадила за стол, а вот Катя устроилась рядом с Лариным. Она что-то шептала ему на ухо, а он искренне улыбался, и в глазах отражалась теплота. Наблюдала за мужем, и сердце замерло в груди. Я никогда раньше не видела, как Ларин общается с детьми. Муж не хотел, чтобы я подарила ему ребенка, считал, что еще не время, мы постоянно ссорились из-за этого. Поэтому видеть его, окруженного детворой, мне было непривычно.

— Игорек, присмотришь за Ванечкой, пока я буду укладывать девочек? — спросила Яна, пристегивая малыша в стульчике для кормления. — С тобой он себя хорошо ведет, не капризничает.

Ларин кивнул, а потом снова сосредоточился на Кате. Подвинул ее стул ближе к столу, подал кусочек хлеба. Девочка улыбнулась и принялась уплетать суп.

— Дядя Игорь, поиграем вечером снова в прятки? — с надеждой поинтересовалась Катя, а он кивнул и погладил ее по голове.

Я выронила ложку, она с грохотом приземлилась на пол. Что? Игорь играет с детьми в прятки? Это точно мой муж, а не его двойник?

Маргарита Петровна протянула мне чистый прибор.

— Котенок, не приставай к дяде Игорю, дай ему спокойно пообедать, — строго проговорила Яна.

Я смотрела на эту идиллию и хотелось плакать. Сердце щемило от тоски. Как же так? За что? Как он мог забыть о нас? А с другой стороны я благодарила небеса за то, что Ларин жив. Можно исправить все, кроме смерти. Я не сдамся, буду рядом, даже, если он никогда не вспомнит меня. Теперь я понимала, почему Сергей Иванович устроил мне проверку на прочность, он прекрасно осознавал, что не каждый справится с подобной ситуацией. Но я ведь Ларина? А Ларины никогда не сдаются.

Мне кусок в горло не лез, аппетит пропал. Сидела за столом и с жадностью ловила каждое движение Игоря, каждое изменение в его взгляде. На меня он смотрел, как на чужака, недоверчиво, настороженно, а на Яну и детей с теплотой. Это больно жалило, но я не подавала вида. Лихорадочно соображала, как теперь жить, как наладить с ним контакт?

— Ванечка молодец, вперед всех все скушал, — улыбнулась Яна, целовала малыша в розовые щечки. — Папа сегодня обещал пораньше приехать с работы, чтобы с тобой поиграть, а пока иди к дяде Игорю, — ласково промолвила она, вручив карапуза Ларину. — Так, Катюшка и Анечка, быстро мойте ручки и побежали наверх. Вам пора отдыхать.

Меня поразило то, с какой легкостью Игорь взял на руки малыша, словно делал это всю свою жизнь. Он ведь никогда не подходил к моим племянникам, у него ни разу не возникло желания с ними поиграть, или потискать. А тут так ловко управлялся с детьми. У меня даже рот открылся от удивления. Кто этот мужчина?

Яна перевела взгляд на меня, заметила нетронутую тарелку с супом и нахмурилась. Осторожно сжала мое плечо в знак поддержки, и ушла укладывать девочек. Я хотела помочь Маргарите Петровне убрать со стола, но добрая женщина, не позволила, тихонько сказала:

— Игорь с Ванечкой там, на детской площадке во дворе, иди к ним. Знаешь, в последние дни мы не раз слышали, как Игорёк с детьми общается, когда остается с ними наедине. Дети его любят. Возможно, его речь скоро вернется.

Я улыбнулась. Мой муж никогда никому не доверял, выстраивал вокруг себя непробиваемую стену, и, потеряв память, снова закрывается от людей, будто отработанный годами защитный механизм срабатывал автоматически. А дети, выходит, нашли к нему подход. Удивительно!

Осторожно вышла на улицу и пошла по дорожке, стараясь держаться ближе к дому. Выглянула из-за угла. Ларин сидел на скамейке ко мне спиной, напротив него Ванечка ковырялся в песочнице. Малыш протянул Игорю лопатку.

— Хочешь, чтобы я построил тебе туннель для твоих машинок, как вечера? — услышала я родной голос и мурашки пробежали вдоль позвоночника.

Я безумно скучала по Ларину. И казалось бы, вот он передо мной, но в тоже время недосягаем. Хотелось скулить от отчаяния. Ванечка улыбался и хлопал в ладоши.

Ларин сел на корточки и принялся строить туннель, а я бесшумно подошла ближе. Игорь будто почувствовал мое присутствие, заметно напрягся, но не обернулся. Я тоже присела на корточки рядом с Ваней, да так, чтобы смотреть в глаза Игорю. Однако любимый не обращал на меня внимания. Это огорчало и злило одновременно.

— Афака, — пробормотал Ваня.

— Что маленький? — не поняла я, переключившись на ребенка.

— Афака, — повторил малыш и поднял с песка игрушечную собаку, протянул мне.

— У тебя есть собака, — сообразила я и улыбнулась. — Красивая. У нас с дядей Игорем тоже жила собака. Мы его звали Люк.

— Лю, — повторил малыш, протянув мне еще и машинку.

Ларин, при упоминании Люка, как-то замер, поднял на меня задумчивый взгляд, нахмурился, а потом зажмурился и потер пальцами виски, будто испытал боль. Я испугалась, что ему стало плохо, машинально схватила мужа за руку. Игорь приподнял голову и отвел взгляд куда-то в неведомую мне даль, намереваясь встать.

— Ты нужен мне, Игорь, — произнесла вслух то, что пульсировало в моем сердце.

Он ничего не ответил, лишь отошел от меня в сторону, увеличив дистанцию. Я прикусила щеку, чтобы удержать рвущиеся наружу рыдания. Сердце кровоточило. Мне было так больно, словно живьем содрали всю кожу. Вдох не получалось сделать.

— Так, девочки уснули, где тут мой мелкий разбойник? — услышала я голос Яны. — Игорек, спасибо, что присмотрел, но сегодня я сама поиграю с Ванечкой, а ты лучше покажи Тане наш огород, баню, проведи ей экскурсию по территории.

У Ларина желваки заходили на скулах, брови сошлись на переносице, ему явно не нравилась затея Яны. Но хозяйка дома не сдавалась, осторожно положила ладошку на плечо своего родственника, посмотрела в его глаза и проговорила:

— Игорёк, я тебе не раз говорила, что тоже прошла через этот трудный путь. Понимаю, каково это — все забыть. Это страшно… Я до сих пор ничего не помню, но это не беда, создавай себе новые яркие воспоминания. Прислушивайся к своему сердцу. И помни, мы твоя родня, пусть и дальняя, но все же желаем тебе только добра.

— Прислушивайся к своему сердцу, — повторила я. — Так гласит и твоя наколка, — постаралась улыбнуться, но наткнулась на жесткий взгляд.

Яна подхватила сына и куда-то с ним упорхнула, оставив нас одних. А мы с Лариным так и стояли молча, испепеляя друг друга взглядами. Что там говорила Яна насчет новых ярких воспоминаний? Может, напомнить Игорю о том, с чего у нас все началось?

Сделала два быстрых шага, резко обхватила голову мужа и прильнула своими губами к его губам. Мой пульс бухал так громко, что отдавался в каждой клеточке. Пока я наслаждалась умопомрачительным вкусом губ своего мужчины, у Ларина все мышцы окаменели. Крепкие руки вцепились в мои плечи с такой силой, что я чуть не взвизгнула от боли. В черных глазах полыхала ярость и злость. Игорь оттолкнул меня от себя, как назойливую пиявку, смерил с ног до головы презрительным взглядом. А я вздернула подбородок, смотрела на него с вызовом.

Ну же! Вспоминай, Ларин!

Игорь развернулся и пошел прочь от меня, а я обессиленно опустилась на скамейку, закрыла ладонями лицо. Где взять силы? Как вернуть мужу воспоминания?

Глава 21

Вечером я познакомилась с мужем Яны. Артём Романов явно был не в восторге от того, что на их голову свалились дальние родственнички. Однако этот мужчина смягчился и даже проявил интерес ко мне, когда выяснил, что мы с ним занимаемся в одной сфере деятельности. Даже обещал помочь с переводом и заявил, что возьмет меня в свой отдел на работу. Когда узнал, что мне было велено затаиться на полгода, обещал решить и этот вопрос.

Артём и Игорь жарили шашлыки во дворе, а я помогала Яне присматривать за детьми.

— Ты что загрустила? — поинтересовалась у меня Романова, заплетая косички дочке.

— Мне не хочется стеснять вас с Артёмом, — призналась, усадив к себе на колени Ванечку.

Малыш радостно захлопал в ладоши, а я не смогла сдержать улыбку. Я тоже мечтала о детях, но видимо не судьба.

— Таня, даже не переживай на этот счет. Летом вместе поживем тут, на свежем воздухе, а придет осень, я с детьми вернусь в нашу квартиру, будем в сад ходить. А ты здесь с Игорем спокойно живи. Дом отапливается, все удобства есть, магазин рядом. Потом решишь, как дальше быть. К тому же Сергей Иванович передал Игорю банковскую карту, как я поняла, там прилично средств, чтобы пока вам обоим не выходить на работу. Сейчас самое главное — наладить с Лариным контакт. Все остальное — потом. К тому же, я очень рада, что ты будешь жить с нами, — поддержала меня Яна, за что я была ей безумно благодарна.

В голове не укладывалось, как у такого опасного типа, как Чертков, могла родиться такая добрая и отзывчивая дочь. Романова права, нужно в первую очередь думать о том, как получить доверие Ларина, а со всем остальным разберусь потом. К тому же в сумке со своими вещами нашла приличную сумму наличных. Видимо, Сергей Иванович позаботился и о моем дальнейшем существовании.

Ужин прошел в семейной обстановке. И если сначала я чувствовала неловкость, то потом расслабилась, слушая удивительную историю Яны и Артёма. Как оказалось, эти двое прошли свой нелегкий путь. Они вселили в меня надежду, за что была им очень благодарна. Игорь внимательно за всеми наблюдал, кивал Романову, когда тот к нему обращался. Я видела, что между этими двумя мужчинами установилось взаимопонимание, уважение. Лишь на меня Ларин смотрел так, будто изо всех сил пытался вспомнить, но не мог. Я решила не давить на мужа. После рассказа Яны, поняла, как на самом деле тяжело ничего не помнить.

— Так, мы детей укладывать, — сказал Артём, взглянув на часы. — Первый этаж полностью в вашем распоряжении, — добавил, посмотрев на меня.

Наблюдала за Романовыми, и на душе становилось тепло. Артём смотрел на Яну так, будто она центр его вселенной, а она отвечала ему тем же полным любви взглядом. Когда они ушли на второй этаж, я помогла Маргарите Петровне собрать тарелки и загрузить в посудомоечную машину. Хотелось занять себя делом, лишь бы не впускать в свою голову грустные мысли.

Игорь ушел в свою комнату, а я, потоптавшись под его дверью, не решилась войти. Направилась в свою спальню, упала поперек кровати и лежала, рассматривая потолок. День выдался насыщенный, но сна не было ни в одном глазу. Меня переполняли противоречивые эмоции. Вспоминала нашу с Игорем жизнь, наши ссоры, жаркие примирения, как же мне не хватало всего этого.

Около полуночи я услышала голос любимого, он звал меня. Соскользнула с кровати, выскочила из своей комнаты и замерла перед дверью, ведущей в спальню Ларина.

— Таня! Таня! — с какой-то тоской и отчаянием звал меня любимый.

Хотела ворваться к нему в комнату, но вовремя остановила себя. Яна же говорила мне о том, что лишь во сне Ларин звал меня. Поэтому, чтобы не разбудить мужа, я осторожно открыла дверь и вошла в комнату. Игорь спал беспокойно, хмурился во сне, сжимал кулаки, ворочался. У меня сердце защемило, наблюдая за муками любимого. Осторожно легла рядом, дрожащей рукой погладила Игоря по голове. Ларин, ощутив ласку, прижал меня к себе и затих. Его дыхание выровнялось, мышцы расслабились. Я боялась пошевелиться. Зажмурилась, чтобы удержать слезы. Эмоции выходили из-под контроля. Как же долго я мечтала вот так оказаться в его крепких руках, почувствовать тепло родного человека. Наслаждалась моментом, этими крохами, которые подкинула судьба. Понимала, что нужно вернуться в свою комнату, но хотелось еще немного побыть в объятиях любимого. Даже не заметила, когда провалилась в сон.

— Опять ты! — услышала я грозный рык, проснулась, часто захлопала ресницами. — Какого черта ты делаешь в моей кровати? — прозвучало с раздражением.

Наткнулась на убийственный взгляд черных глаз и замерла. Вот же черт! До меня дошло, что я так и не вернулась в свою комнату. Проклятье! Мои руки и ноги полностью обвили Ларина, видимо, во сне я старалась прижаться к нему сильнее. Судорожно сглотнула и отползла чуть в сторону, увеличив между нами дистанцию, а потом посмотрела на Игоря с вызовом.

— Извини, но ты звал меня во сне, вот я и пришла. Ты мой муж, в браке мы уже пять лет. И я безумно соскучилась по тебе, — выплеснула все, что накипело.

— Я тебя не помню, — признался он, сканируя меня взглядом.

И тут меня словно молнией поразило.

— Игорь! Ты говоришь?

Ларин, судя по всему, тоже опешил. Сел на кровати, нервно провел руками по своим волосам.

— Все это время разговаривать мне мешал какой-то внутренний барьер, а сейчас его нет, — удивился Ларин, а я его прекрасно понимала, ведь тоже в прошлом через это проходила.

— Рада, что теперь мы сможем общаться, если конечно захочешь. Ты прости, я понимаю, что для тебя я чужая, но мне тоже нелегко видеть любимого человека, помнить о том, как мы были счастливы, но не иметь возможности приблизиться. Мне очень тяжело, Игорь. Как бы ты поступил на моем месте? — проговорила дрожащим голосом, предательские слезы все-таки хлынули по щекам.

Ларин нахмурился, протянул руку и стер большим пальцем мои слезы.

— На твоем месте я бы не сдавался, — серьезно проговорил муж, а у меня вырвался нервный смешок.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Таня, поставь себя на мое место. Я очнулся в больнице, а в голове пустота. Лишь какие-то образы, обрывки фраз. Меня безумно куда-то тянуло, всей душой желал вернуться… Но так и не вспомнил куда именно. И никого рядом… А потом пришел Сергей Иванович, заявил, что он мой единственный родственник. Обещал поставить меня на ноги. Потом появилась Яна, представилась четвероюродной сестрой, тоже сказала, что другой родни у меня нет. Эти двое навещали меня, и я привык к ним. Потом познакомился с Артёмом и детьми. После выписки Яна забрала меня к себе. За это время я так ничего и не вспомнил, но привык к семье Романовых. А позавчера Сергей Иванович выдал, что скоро приедет моя жена. Сказать, что у меня был шок — ничего не сказать. Не мог понять, почему он ничего раньше про тебя не говорил? Я задался вопросом, почему за все то время, которое я провел в больнице, ты ни разу не появилась?

— Игорь, я же… — начала говорить, но Ларин приложил палец к моим губам и покачал головой.

— Дай договорить, — строго потребовал. — И вот вчера ты появилась здесь. Смотрела на меня так, будто чего-то ждала. Я видел тебя впервые в жизни, и не мог понять, зачем ты приехала? Чего ты хочешь от меня? Где ты была, когда я нуждался в поддержке родных? А вчера ты меня поцеловала, и признаюсь, такого всплеска противоречивых эмоций я еще никогда не испытывал. А сегодня забралась в мою кровать, как ни в чем не бывало. У меня от происходящего даже речь вернулась. Я знаком с тобой всего сутки. Сутки! Понимаешь? Так ответь мне, как бы ты поступила на моем месте? — высказался ледяным тоном.

— На твоем месте, я бы доверилась тому, кто хранит память о пяти годах счастливой семейной жизни, — ответила ему тем же тоном.

— Счастливой? — буркнул Игорь, но я приложила палец к его губам.

— Теперь ты помолчи и выслушай, — парировала, смерив мужа строгим взглядом. — Я не знала, что ты жив. Все это время тебя искали, ты числишься без вести пропавшим. Все наши знакомые и друзья считают, что ты мертв, только я доверяла своему сердцу, оно подсказывало, что ты жив. И я верила всей душой, что найду тебя. Чертков — человек сложный и опасный, он оберегает свою семью так, что муха рядом не пролетит. Прежде, чем он подпустил меня к тебе, заставил пройти проверку на прочность, лишь доказав ему, что мне можно доверять, он позволил мне увидеться с тобой. Больше полугода я не знала: что с тобой случилось, и куда ты пропал, а вчера вот увидела тебя и благодарила небеса, что ты выжил. Если бы Чертков сразу сообщил мне, где тебя искать, я была бы рядом, поддерживала бы и никогда не бросила. Ты спрашиваешь, что мне от тебя нужно? Ничего мне от тебя не нужно, Ларин! Я люблю тебя больше жизни и всего лишь хочу быть рядом. Сергей Иванович тебя не обманул, когда сказал о том, что других родных у тебя нет. Когда появится возможность, я отвезу тебя на могилу твоих родителей и сестры, расскажу о том, что с ними случилось. В той жизни, которую ты не помнишь, я была для тебя единственным близким человеком. Ты можешь рычать, прогонять меня, но знай, я никуда не уйду, буду рядом если не в качестве жены, то в качестве друга, — высказалась, тяжело вздохнув.

Меня лихорадило, в груди бушевал ураган. Ничего не изменилось! Что в прошлом с Лариным было сложно, что сейчас. Горько усмехнулась собственным мыслям. Муж смотрел на меня задумчиво, переваривая информацию. А у меня после этого сложного разговора не осталось сил, морально была растоптана. Устала биться головой о стену, именно так себя чувствовала рядом с Игорем. Поднялась с кровати, намереваясь поскорее уйти, потому что боялась, что еще немного и снова хлынут слезы. Сделала лишь шаг. Ларин поймал меня за руку и резко потянул на себя, дернул так, что я не удержала равновесие и свалилась на кровать. Игорь навис надо мной, как скала, гипнотизировал взглядом, как удав. У меня сердце споткнулось в груди, а потом гулко забилось. Я невольно облизнула пересохшие от волнения губы. Глаза Ларина заволокло пеленой страсти и похоти.

— Игорь, — выдохнула шумно. — Ты чего?

— Когда ты меня поцеловала, всплеск эмоций вернул мне речь, что если нам попробовать… Может, что-то вспомню… — прищурился он, задрал мою ночную сорочку и прикоснулся горячей ладонью к бедру, медленно скользнул дальше, пальцами, дразня, провел по кружевным трусикам.

— Ах… — стон сорвался с моих губ.

Изголодалась по этому мужчине, и плевать, что он не помнил обо мне, главное, что я хранила все наши воспоминания.

Игорь поцеловал меня нежно, осторожно, словно пытался распробовать на вкус. У меня внизу живота появилось сильное томление. Я скучала. Безумно скучала. И надеялась, что Ларин не остановится. Он молчал и просто смотрел на меня, а я нерешительно заскользила пальчиками по его твердой груди. Мы будто начали изучать друг друга с нуля.

Ларин снова поцеловал меня, но уже не так нежно, но все еще осторожно. Мне окончательно снесло крышу от происходящего. Цеплялась за мужа, потому что боялась, что он исчезнет, испариться, что все это окажется сном. Подставлялась под ласки, выгибалась и не сдерживала стоны.

Его пальцы у меня между ног поглаживали, дразнили. Ларин понял, что возбуждать меня не надо, ведь я полностью была для него готова. Треск ткани вызвал во мне приятные мурашки. Игорь разорвал на мне ночную сорочку, а затем и трусики, отбросив все это в сторону. Резко заполнил меня собой, глядя в глаза.

— Игорь, — сорвалось с моих губ.

Ларин начал медленно двигаться, завоевывая и покоряя мое тело, так, как умеет только он один. Его жадные губы прильнули к груди, и я не удержала очередной стон наслаждения. Игорь целовал меня, кусал, толкался в меня сильно, глубоко, наращивая темп. Мы оба, как одержимые, цеплялись друг за друга, захлебывались происходящим. Мне хотелось раствориться в нем и не думать о том, что случилось, какие еще трудности нас поджидают впереди. Я просто отдавалась любимому без остатка. В его глазах звериный огонь. И я горела в этом пламени вместе с ним.

— Таня, — неожиданно хрипло выдохнул муж и прикусил мою шею, совсем аккуратно.

Я разлетелась на кусочки, и любимый тоже. Смотрели друг другу в глаза и тяжело дышали. Игорь не покинул мое тело, мы так и составляли единое целое. Его пальцы лениво прошли по моей шее, обрисовали ключицы, дошли до груди, отчего соски снова затвердели.

— Теперь я чувствую, что ты моя, — проговорил медленно, а мои мысли превратились в сплошной кисель.

Сил, чтобы пошевелиться, совершенно не было. Я выжата, как лимон. Не знала, как вести себя с Лариным после всего, что только что произошло. Все мои мысли снова рассыпались на осколки, стоило ощутить желанные губы на своих губах.

Игорь, как оголодавший зверь, снова набросился на меня. В этот раз в его действиях не было ласки, лишь страсть и дикое желание обладать. Я вспыхнула, словно спичка. Вновь по крови разнеслось пламя, обжигая, уничтожая все сомнения и страхи.

Он мой! Не отпущу! Мы справимся вместе!

Я позволяла Игорю вытворять со мной все, что ему хотелось, отдавала всю себя, получая гораздо больше в ответ.

— Хочу, чтобы ты горло сорвала от крика, чтобы стонала и забыла свое имя, — выдохнул мне на ухо, заставил сильнее прогнуться в спине.

И я, не сдержалась, закричала от новой волны оргазма. Показалось, что душа на мгновение вылетела из тела. Еще несколько сильных толчков и любимый тоже достиг разрядки.

Ларин подхватил меня на руки и отнес в душ. Мы целовались, стоя под струями воды, не в силах оторваться друг от друга.

— Вспомнил? — прошептала, смотря с надеждой.

— Не знаю, — признался Игорь, нежно покусывая мои губы. — Я вспомнил вкус твоих губ, вспомнил каждый изгиб твоего тела, понял, что тянуло меня не куда-то, а к тебе, — произнес, прислонившись своим лбом к моему лбу. — Не знаю, как объяснить… Я чувствую тебя, то, как откликается твое тело на мои ласки — все это очень знакомо и привычно. Но не могу вытащить из памяти фрагменты нашей жизни. Доктор сказал, что возможно, память вернется внезапно, а быть может, как и Яна, уже ничего не вспомню.

— И что будем делать? — спросила, боясь услышать ответ.

— Для начала предлагаю сбежать от семьи Романовых. Может, купим где-нибудь поблизости дом? Начнем все с нуля? — предложил Игорь, а я закусила губу, но это не помогло сдержать слез. На этот раз слез счастья.

— Это замечательный план, — шмыгнула носом, а Игорь нахмурился, снова стер пальцами мои слезы.

— Знаю, что тебе тяжело, мне тоже нелегко, но мы должны справиться. Пойдем, позавтракаем, а потом ты мне расскажешь о том, как мы докатились до всего этого, — проговорил он, а я невольно улыбнулась.

Привела себя в порядок, натянула спортивный костюм. Вместе с Игорем отправились на кухню, где встретили семью Романовых в полном составе. Дети смотрели мультики, Артём и Яна пили кофе, а Маргарита Петровна крутилась у плиты.

— Доброе утро, — поздоровался Ларин. — Приятного аппетита.

Артём поперхнулся, Яна похлопала мужа по спине, при этом удивленно смотрела на Игоря. Маргарита Петровна прижала руки к груди, ахнув.

— Ларин, смотрю, у тебя голос прорезался, — усмехнулся Романов, откашлявшись. — Если бы я знал, что у тебя есть жена, давным-давно бы разыскал ее и привез сюда. Она на тебя действует исцеляюще.

— Присоединяйтесь, — Яна пригласила нас за стол.

Маргарита Петровна поставила перед нами тарелки с омлетом и салат.

— Мы с Таней решили больше не злоупотреблять вашим гостеприимством, хотим купить себе дом и жить отдельно, — поведал свой план мой муж.

— Хорошо, мы поможем, — кивнул Романов. — Только вы пока нигде не светитесь, как просил Чертков. Чтобы не навлечь беду на наши семьи. Как все утихнет, тогда я помогу вам с работой. Договорились? — строго проговорил Артём.

— Договорились, — кивнул Ларин и пожал руку Романову.

Артём заметно расслабился. Я понимала этого мужчину, ему не хотелось, чтобы наши проблемы коснулись его семьи.

— А я напомню, что пока вы не приобрели себе дом, можете спокойно жить тут, — улыбнулась Яна и подмигнула мне.

После завтрака Романовы уехали с детьми в парк на прогулку, а мы с Игорем остались дома. Устроившись в беседке, я рассказала любимому всю нашу историю. Ларин слушал, не перебивая, то хмурился, то едва заметно улыбался. В его взгляде постепенно исчезла стужа, повеяло теплотой.

Любимый притянул меня к себе, поцеловал в висок.

— Теперь я понял, почему женился на тебе, — загадочно проговорил, а я вскинула брови от удивления и с любопытством посмотрела на мужа.

— И почему же? — уточнила.

— В тебе есть стержень. Только сильный человек мог пройти через все это и не сломаться.

— Быть сильной я училась у тебя, — призналась, прижавшись щекой к его груди.

Ларин обхватил пальцами мой подбородок, приподнял мою голову, заглянул в душу, а потом с жадностью и страстью завладел моими губами.

Глава 22

Мы с Игорем знакомились заново, часами общались по душам. В основном, конечно, я болтала, рассказывая о себе, о нашей семейной жизни, стараясь вспоминать только хорошие моменты. Ларин внимательно слушал, поддерживал разговор, даже задавал вопросы. Вместе помогали Яне присматривать за детьми. Игорь преображался в такие минуты. Ему искренне нравилось проводить время с Катюшкой и Анечкой. Девочки пищали от восторга, когда Ларин, изображая серого волка, гонялся за ними по двору. Вечерами мы с мужем просматривали объявления, выбирали себе дом. Сначала определились с районом, потом наняли риелтора, она показывала нам различные варианты. Но мы никак не могли определиться, то Игорю не нравилась планировка комнат, то мне, а хотелось найти компромиссный вариант. Три недели мы потратили на поиск нового жилища, и наконец-то, нашли то, что искали. Уютный, просторный, светлый одноэтажный дом со всеми удобствами. Большой сад. Вдоль забора красивые пушистые туи, рядом с дорожками росли кусты роз. Садовые качели напротив мангальной зоны, просторная беседка, где можно в теплое время собирать гостей за большим дубовым столом.

— Как же здесь хорошо, — улыбнулась я, взглянув на Игоря.

Он, как всегда, сдержан и задумчив, но по блеску в глазах, догадалась, что мужу понравился этот вариант.

— Оформляйте сделку, — кивнул он риелтору.

Меня затопило настоящее счастье. Наконец-то нашли тихую гавань. Игорь рядом, а большего мне и не нужно. С остальным постепенно справимся.

Ларин сосредоточенно смотрел куда-то вдаль, а потом вдруг спросил:

— Тань, а почему у нас нет детей? Мы же столько лет в браке… У нас какие-то проблемы?

Ошарашенно посмотрела на мужа и не сдержала нервный смешок.

— Ты не хотел детей! А когда я поднимала этот вопрос, ты все время психовал, и мы ссорились на этой почве, — проговорила с горечью, перевела взгляд на свои босоножки, лишь бы не смотреть в черные глаза.

— Почему не хотел? — удивился Ларин, нахмурился и потер ладонью лоб.

— У тебя было очень много врагов, и ты опасался, что… — я тяжело вздохнула, не хотелось рассказывать Ларину о той темной стороне, которая присутствовала в нашей жизни. — Ты боялся, что мне и ребенку навредят. Говорил, что семья — это слабость, что недруги обычно бьют по самому ценному… Просто ты пережил очень много потрясений в своей жизни, и это, судя по всему, оставило свой след… Давай не будем о грустном? — натянуто улыбнулась, не желая продолжать этот разговор.

— Прости, — прошептал любимый, притянул меня к себе и крепко обнял.

— За что? — пробурчала, уткнувшись носом в твердую грудь.

— За то, что не смог сделать тебя счастливой, — заявил он, нежно погладив меня по голове.

Я судорожно сглотнула, сердце заныло под ребрами.

— Игорь, с тобой было не просто, признаюсь, но я ни разу не пожалела о том, что стала твоей женой. Пусть в наших отношениях не было ничего романтичного, и ты постоянно пытался оттолкнуть меня, не подпускал к своей душе, все равно нас притягивало обратно, и мы были друг для друга опорой. У нас все было сложно, но при этом, я чувствовала себя счастливой рядом с тобой, — призналась, смотря в черные глаза.

Темнота этих глаз гипнотизировала, куда-то утягивала, лишая воли и здравого смысла.

— Из твоих рассказов понял лишь одно… Я жил во тьме и тебя пытался утянуть туда же. А ты осталась рядом, несмотря ни на что. Ты удивительная, Татьяна, и заслуживаешь большего, — заверил любимый, а я подобралась.

— Если ты сейчас скажешь, что мне нужно найти нового мужа, который сделает меня по-настоящему счастливой, я огрею тебя по голове чем-нибудь тяжелым, — процедила сквозь стиснутые зубы.

Игорь хитро прищурился и покачал головой.

— Прозвучит эгоистично, но я тебя никому не отдам.

— Все бумаги готовы, можем подписывать, — риелтор нарушила наше уединение.

После приобретения дома, мы занялись выбором мебели. Этот процесс обустройства поглотил нас настолько, что мы больше не возвращались к вопросу о прошлом. Через две недели после покупки, переехали в свой дом. На новоселье пригласили Яну и Артёма. Романовы искренне радовались за нас. Яна призналась, что будет очень скучать, но я пообещала часто приезжать к ней в гости. К тому же мы с Игорем собирались купить машину, а на своем личном транспорте за десять минут можно было доехать до Романовых.

— А вы хорошо обустроились, — похвалил Артём, осмотрев дом.

— Да, вы такие молодцы, — улыбнулась Яна.

— А у меня для вас подарок, — прищурился Романов. — Посовещавшись с начальством и подняв кое-какие связи, я вас беру в свой отдел на работу. Пока неофициально, чтобы вы нигде не засветились, но, думаю, от бумажной волокиты и легких дел вы не откажетесь? Постепенно вольетесь, а там решим, кого и куда из вас перевести. И я вышел на твоего отца, Татьяна, намекнул ему, что с тобой все в порядке, так что он обещал сообщить, когда утихнет шумиха в улье.

— Спасибо! — воскликнула я, и, поддавшись порыву, обняла Артёма.

Романов заметно напрягся и смутился.

Яна помогла мне накрыть на стол. Мы отмечали новоселье, и у меня на душе впервые за долгое время было спокойно. Жизнь налаживалась.

Телефон Ларина зазвонил, и муж, извинившись, отошел в сторону, чтобы ответить на звонок. Я удивленно наблюдала за Игорем. Кто ему звонил? За пять недель, которые я провела рядом с любимым, ни разу не видела, чтобы он с кем-то общался по телефону. Насторожилась, когда Ларин вышел из дома. Муж вернулся через десять минут, держа в руках щенка.

— Это мой подарок тебе, Таня, — улыбнулся любимый, протянув мне меховой комочек.

У меня сердце гулко забилось в груди, дрожащими руками прижала к себе крошечное создание. Как же он был похож на Люка, такая же расцветка и порода.

— Как назовете? — поинтересовалась Яна, погладив щенка.

— Пусть решает жена, — подмигнул мне Игорь.

— Люк, его будут звать Люк, — пробормотала, захлебываясь эмоциями.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Не ожидала, что Ларин сделает мне такой подарок. В прошлом мне пришлось долго упрашивать любимого завести питомца, муж категорически был против домашних животных. Я не удержалась, поцеловала Игоря, вложив в поцелуй все свои эмоции, всю свою любовь. В черных глазах вспыхнул огонь желания.

— Спасибо, — выдохнула, с любовью посмотрев на Ларина.

— Рад, что сделал тебя чуточку счастливее, — улыбнулся он, нежно провел большим пальцем по моим губам, вызвав томление в груди и в животе.

— У меня есть вещь, которая принадлежит тебе, сейчас принесу, — проговорила, вручив щенка Игорю в руки.

Я вошла в спальню, открыла шкаф и вытащила оттуда спортивную сумку, с которой приехала в этот город. Достала из потайного кармана обручальное кольцо Игорька. Все повода не было отдать, да и сомневалась, стоит ли? Ларин не помнил меня, и мне не хотелось давить. Но учитывая, что за это время мы успели подружиться, сблизились, и решили жить вместе, то настало время отдать кольцо.

Вернулась в гостиную, подошла к любимому, взяла его руку и положила обручальное кольцо на ладонь.

— Это принадлежало тебе. Носить ли нет — дело твое, — промолвила с тоской.

Ларин смотрел на кольцо, пальцем потер бровь, зажмурился так, словно ощутил резкую головную боль, чуть покачнулся.

— Игорь! — мы с Яной воскликнули одновременно, испугавшись за самочувствие Ларина.

Он распахнул веки, пронзив меня до боли знакомым взглядом. Игорь смотрел на меня так, как раньше!

— Таня! — выдохнул он, подскочил ко мне в два счета и впился в мои губы таким ненасытным поцелуем, будто мы век не виделись. — Моя Таня.

Ларин лихорадочно покрывал мои щеки поцелуями, скользил ладонями по спине.

— Кхм… — тактично кашлянул Романов, напомнив нам, что мы не одни.

Игорь нехотя оторвался от меня, крепко обнял растерявшуюся Яну, а потом и Артёма похлопал ладонью по спине, обняв и его по-дружески.

— Спасибо за все, что сделали для меня, — проговорил Игорь, посмотрев на нас троих с благодарностью. — Я все вспомнил. Посмотрел на кольцо и будто какой-то щелчок произошел в голове.

У меня слезы хлынули по щекам. Не верилось в происходящее.

— Таня, прости, что снова подверг тебя такому сложному испытанию, — выдохнул он, прижав меня к себе.

Слышала, как колотилось его сердце, судя по всему, эмоции у Ларина тоже выплескивались через край.

Яна улыбнулась, прижалась к мужу.

— Ребята, мы пойдем, а то нас дети заждались. Теперь будем часто видеться, — заявил Артём, подталкивая жену к выходу.

Мы проводили гостей. Как только Романовы уехали, Игорь подхватил меня на руки и, целуя, понес в спальню. Всю ночь мы занимались любовью, Ларин был нежен, будто пытался загладить вину за все, через что мне пришлось пройти. Изнеможенные мы уснули только под утро.

Когда отдохнули и набрались сил, вместе отправились на кухню позавтракать. Долго общались, теперь, когда Игорь все вспомнил, хотел узнать подробности о деле Добровольского. И я, ничего не скрывая, рассказала о том, как встретила Черткова, какую роль сыграла в его безумном плане. Любимый побледнел, покачал головой, осознав всю степень опасности.

— Я убью его! — рыкнул, подскочив с места.

Поймала за руку мужа и отрицательно покачала головой.

— Не надо. У Сергея Ивановича свои взгляды на семью и безопасность, он хотел защитить тебя. Лучше будем держаться подальше от этого человека.

— Нам надо вернуться домой, у меня же столько незаконченной работы осталось, — схватился за голову Ларин, а я нахмурилась.

— Наш дом теперь здесь, — сказала с яростью. — Возвращаться опасно. Мы же решили начать жизнь с чистого листа!

— Тань, ты не понимаешь… — начал муж, а я приложила пальцы к его губам, заставив замолчать.

— Это ты не понимаешь, Игорь! Девять месяцев все считают тебя погибшим. Твои дела давно ведет другой человек. Судьба дала нам шанс прожить тихую и мирную жизнь, и ты собираешься отказаться?

— Девять месяцев? — повторил Ларин, растирая виски, будто только сейчас дошло до него в полной мере, как долго он был в забытье.

— Девять… — кивнула и замерла, словно молнией пронзило, когда осознала, что уже больше месяца у меня нет месячных.

С этими переживаниями, переездом, вообще все вылетело из головы, поэтому и не обратила внимания. Да и не тошнило меня, самочувствие не поменялось. Может, просто сбой?

— Тань, ты чего побледнела? — испугался муж, налил в стакан воды и подал мне.

— Прости, что напугал. Хорошо, ты права, мы никуда не поедем, начнем обустраивать жизнь здесь, — проговорил примирительным тоном. — Тань! — встряхнул меня за плечи. — Что с тобой? — посмотрел в глаза, а я судорожно сглотнула.

— Игорь, все эти годы ты строго следил за тем, чтобы я не забеременела, а после потери памяти ты ведь… Мы же не предохранялись, и меня сейчас осенило, что у меня большая задержка, — прошептала, закусила губу от волнения.

Игорь снова схватился за голову, нервно провел руками по волосам, а потом посмотрел на меня нечитаемым взглядом.

Щенок заскулил, этот маленький пушистый комок выспался, и теперь бегал по комнате, гордо задрав хвост.

— Корм для Люка стоит в коридоре. Щенок, наверное, голодный, — вслух произнес свои мысли Ларин.

Муж развернулся и ушел за кормом для Люка, а я покачала головой.

Узнаю, Ларина. Запер эмоции, возвел стену и закрыл тему. Во рту появился привкус горечи.

Игорь вернулся в гостиную, поставил миску на пол и насыпал корм для щенка. Люк, подбежал и накинулся на угощение, громко причмокивая.

— Надо бы Яне позвонить, узнать, у какого она врача рожала, все-таки у нее богатый опыт в этом вопросе, — выдал муж, скользнув взглядом по моему животу.

А я забыла, что нужно дышать.

— Так ты не станешь психовать и злиться, говорить, что нам дети ни к чему, что это опасно и все в таком духе? — не веря, покосилась на мужа.

Он погладил Люка, тяжело вздохнул, а потом подошел ко мне и обнял.

— Знаешь, я несколько месяцев прожил в семье Романовых, видел, как нелегко растить детей. Это такая ответственность, но, признаюсь, завидовал Артёму. Они с Яной не побоялись дать жизнь троим детям, а ведь учитывая, как опасен Чертков… Если его враги узнают о внуках… Даже страшно подумать. Но Романовых это не остановило, и они по-настоящему счастливы. Ну и мне хочется, чтобы род Лариных на мне не закончился.

— Ларин, я с тобой точно с ума сойду, — шмыгнула носом, вновь не удержала эмоций.

И почему я стала такой плаксивой в последнее время?

— Тань, — заставил посмотреть в его глаза.

— Что? — пробубнила, смахнув слезы.

— Я люблю тебя, — проговорил, накрыв своим ртом мои губы. — Ты сказала мне, что я научил тебя быть сильной, так вот, ты научила меня верить в то, что вместе мы сможем преодолеть все трудности.

Я крепче обняла любимого, зажмурилась, наслаждаясь моментом. Нет, Игорь не стал мягким и ручным котом, он остался прежним, единственное, что поменялось — он начал доверять мне всецело, открыл мне свое сердце и душу, делился своими мыслями и переживаниями. Были у нас и ссоры и разногласия, но мы быстро мирились и находили компромисс, потому что не могли друг без друга.

Эпилог

Со злостью пнула ногой дверь, влетев в кабинет, как разъяренная фурия. Игорь сидел за столом, обложившись документами, даже взгляд на меня не поднял.

— Ларин! — зарычала я. — Гости придут через пару минут, а ты вторые сутки не выходишь из кабинета. Если так и дальше пойдет, я подам на развод! Да-да! И нечего так на меня смотреть!

— Таня, дыши носом, — спокойно проговорил Игорь, чем вызвал во мне новую волну ярости. — Тебе нельзя волноваться. У тебя опять бушуют гормоны.

— Ты обещал мне, что семья всегда будет на первом месте, а что в итоге? Ты зачем согласился занять должность прокурора? И почему эту информацию я узнала не от тебя, а от Артёма? — злилась, сжимая кулаки.

— Знал, как ты отреагируешь, поэтому и молчал, — вздохнул Ларин, размяв шею рукой. — Я люблю свою работу. В этот раз все будет иначе, не стану лезть в пекло, и я уже позаботился о безопасности нашей семьи. К тому же Чертков, если что, всегда заранее предупредит.

— Родители уже подъезжают, брат с женой немного задержатся, Романовы будут через пять минут, я еще пригласила Стаса Орлова. Но он извинился, сказал, что в другой раз навестит нас, они с женой решили встретить Новый год за границей. Ты обещал помочь мне накрыть на стол, а сам сидишь тут с бумагами, — проговорила на одном дыхании и поморщилась, растирая поясницу.

Ларин тут же подскочил ко мне, нежно погладил ладонью по большому животу.

— Таня! Все нормально? Нам же до родов еще две недели, или дочка решила не дожидаться и раньше появится на свет? — с беспокойством проговорил муж, усадил меня на стул. — Дыши! Вдох-выдох.

— Все нормально, отпустило, — улыбнулась любимому, раздражение потихоньку исчезло. Точно гормоны!

— Папа! — с воплем в кабинет влетел трехлетний черноглазый разбойник. — Смотри! — протянул елочную игрушку.

— Витя, — застонала я. — Я же просила не снимать с елки украшения. Весь в отца, такой же упрямый.

— Скорее всего, в мать, — улыбнулся Игорь и сорвал с моих губ легкий поцелуй.

— Ну, что разбойник, пойдем встречать гостей, да и маме надо помочь накрыть на стол, — заявил Ларин, подхватив сына на руки.

— Игорь, — позвала я, а муж обернулся, смотрел выжидающе.

— Что? Все-таки в роддом? — насторожился он.

— Нет, — мотнула головой. — Я тут подумала… Ты только не злись. Может, назовем дочку Ангелиной? Не в честь твоей сестры, а просто имя мне это уж больно нравится, — призналась.

— Ладно, сдался муж. Мне тоже нравится это имя, — сдержано кивнул, развернулся, сделав три шага к двери.

— Игорь! — воскликнула я, и муж снова обернулся.

— Да, Таня, — терпеливо посмотрел на меня.

— Игорь… Кажется, нам все же надо в роддом, — поморщилась я, растирая поясницу от очередной схватки, как оказалось не тренировочной, а самой что есть настоящей.

У любимого желваки заходили на скулах, а в глазах решимость отразилась.

— Таня, вдох-выдох, ничего не бойся, гостей встретит Яна, она и за Витей присмотрит, а мы за пять минут долетим до роддома, — успокоил меня Игорь.

Я моргнуть не успела, как Ларин быстро проинструктировал прибывших Романовых, вручил им Витю, подхватил приготовленные заранее сумки для роддома и вышел из дома. Потом вернулся за мной. Яна накрывала на стол, Артём смотрел за детьми. Пока муж помогал мне обуться, к нам в дом зашли родители и братья с женами и детьми. Не ожидала я, что старший брат тоже решит почтить своим присутствием. Все веселые, шумные. Начали обнимать меня, поздравлять с наступающим Новым годом, а я лишь морщилась от очередной схватки, пронзавшей все тело. Ну, почему именно сегодня? Так хотелось провести праздник с родными, но у дочери были свои планы на этот счет.

— А вы куда собрались? — удивился мой отец, наблюдая за тем, как Игорь помог мне надеть шубку.

— Чувствуйте себя как дома, угощения на столе, а мы едем за самым лучшим подарком в роддом, — огорошил всех новостью мой муж.

Пока гости прибывали в шоке, любимый быстро вывел меня из дома, открыл дверь автомобиля и помог сесть, а потом завел двигатель, и мы поехали. Я смотрела в окно, уже стемнело, везде горели гирлянды, люди гуляли по улицам, вокруг чувствовалось праздничное настроение. Ларин осторожно сжал мою руку, бросил быстрый взгляд на меня.

— Таня, ты как? — с беспокойством спросил любимый. — Я уже позвонил врачу, нас ждут, все будет хорошо.

— Так хотела отметить Новый год в кругу семьи, а тут все так неожиданно произошло, — вздохнула я, поморщившись от новой схватки.

— Ничего, у нас впереди еще много семейных праздников, — подмигнул мне любимый.

Когда подъехали к больнице, мое состояние ухудшилось, боль накатывала все чаще и чаще. Игорь подхватил меня на руки и, быстрым шагом, занес в больницу. Врач уже нас ждал. Осмотрев меня, велел срочно отправляться в род зал.

Прошло всего полтора часа с того момента, как мы с Игорем вошли в больницу, а у меня уже на животе лежала и кряхтела Ангелина. Наш маленький ангелочек. Ларин видел, как на свет появился Витя и теперь был рядом, когда родилась наша дочь. В глазах мужа отражалось столько эмоций, сколько я не видела за всю нашу совместную жизнь.

— Это лучший подарок на Новый год, — выдохнул любимый, поцеловал меня, а потом осторожно прижался губами к щечке дочки. — С годовщиной, любимая, — проговорил, посмотрев на меня с нежность.

Я улыбнулась. Да, так уж вышло, что под Новый год в нашей семье происходили все судьбоносные события.

Малышка недовольно поджала губы и нахмурилась, а потом улыбнулась во сне.

— Как же она похожа на тебя, — покачал головой муж. — Даже волосы огненные.

— Зато Витя — твоя копия, — улыбнулась я, посмотрев на мужа, испытывая безграничное счастье.

— Спасибо, Таня, за то, что помогла освободиться от оков прошлого, подарила мне новый смысл в жизни, — выдохнул он, прижавшись своим лбом к моему лбу.

— Ларин, если бы ты только знал, как я тебя люблю, — призналась, ощутив губы Игоря на своих губах. Муж целовал с жадностью, с огнем в глазах. — Но если снова будешь пропадать сутками в своем кабинете, то заберу детей и перееду к родителям, — строго проговорила я.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Обещаю так больше не делать. Просто конец года, навалилось много всего, пришлось разгребать, чтобы все праздничные дни провести с семьей.

— Угу, как же, — хмыкнула я. — Ларин, я тебя предупредила, потом не обижайся.

— Ты такая красивая, такая желанная, и я люблю тебя, — серьезно проговорил муж.

Понимала, что после родов вид у меня был не самый презентабельный, но Ларин смотрел на меня так, будто прекраснее никого нет на свете. И порой он меня раздражал до безумия своей непробиваемостью, но и любила его так же сильно, больше жизни. Как и он меня. И я была благодарна судьбе за то, что она дала нам шанс прожить счастливую жизнь.

Конец

Content

Королева Людмила Александровна В оковах бездны (СИ)