Руана Мила

Вишневая ветка (СИ)

Вишневая ветка

Мила Руана

Пролог

Вероника подходила к дому, когда почувствовала, что что-то не так. Странное внутреннее чутье, которое в тот момент не могла объяснить. Сердце забилось быстрее, и она замедлила шаг. Беспокойство неумолимо увеличивалось с каждой секундой, перерастая в настоящую панику, когда она увидела, что калитка осталась не заперта. Мозг же старательно пытался искать логичное, и главное, «мирное» оправдание случившегося. Возможно, кто-то пришел в гости и забыл закрыть. Рукой толкнула дверь, вошла в сад и направилась к дому.

А вот входная дверь была даже приоткрыта и это заставило волноваться еще сильнее. Шаг внутрь, и сразу стало ясно что именно не так. Все было перевернуто вверх дном. Все смешалось. На полу валялись книги, подушки, осколки ваз, картины, сорванные со стен. Ящики выдернуты со своих мест и перевернуты. Настоящий погром. На секунду Вероника застыла в ужасе, затем почувствовала болезненный ком, собравшийся и налившийся в груди. Ограбление? Или все же есть связь с тайной, которую она узнала на днях?

— Мам, пап! — тихо позвала, почти прохрипев. Родители в это время должны быть уже дома, и всегда были. Если задерживались, то предупреждали.

Но никто не ответил. Позвала еще громче, но ничего не изменилось. Девушка почувствовала, как ею овладевал ужас, паника. Даже не задумываясь о возможной опасности, бегом пробежалась по комнатам в поисках родных, но они оказались пусты. Беспорядок же наблюдался везде.

Дрожащими руками выудила из сумки телефон, набрала номера по очереди обоих родителей, цепляясь за ускользающую надежду. Никто не ответил. Нашла в списке «дядя Олег» и нажала вызов.

— Ника, привет. Ты как? — ответили в трубке мужской голос. Однако, вместо ответа последовали только всхлипы. И голос стал жестче — Ты где? Что случилось?

— Дядя Олег, я зашла домой, а тут все нараспашку, перевернуто вверх дном, и родителей нет. Никого нет. На звонки не отвечают.

— Сейчас же уходи оттуда. Бегом! Иди в кафе к Ольге и жди меня там. Не останавливайся и ни с кем не разговаривай. Бригаду сам вызову. Трубку не клади и говори со мной пока не доберешься до места.

Было слышно, как мужчина отдавал кому-то распоряжения. Как же хорошо, когда дядя работает в правоохранительных органах…

Маленькое кафе на углу Ника знала очень хорошо. Находилось оно в квартале от дома. Там подавали самые вкусные заварные пирожные, по крайней мере, ей так казалось, и кофе с корицей. А еще она дружила с хозяйкой. Вернее, та была другом всей семьи уже несколько лет.

Ольга — молодая улыбчивая женщина, проворная и всегда позитивно настроенная. Любопытно, но она старше вероники, но младшее ее матери, так сказать, где-то посерединке. И, наверное, именно эта разница в возрасте и сдружила всех вместе. Ника считала ее почти сестрой, которой никогда не имела.

— Я на месте! Жду тебя! — кинула в трубку и сунула телефон в карман. Нашла глазами хозяйку и направилась к ней.

— Верочка, что случилось? Ты в порядке? — При виде нового клиента с лица Ольги слетела улыбка, но появилось беспокойство.

— Похоже нас ограбили. А еще и родителей дома нет, на телефон не отвечают. Я тут посижу, должен скоро дядя Олег подъехать.

— Конечно проходи, и успокойся. Может, все не так, как кажется?! Полиция, я так понимаю, скоро приедет?

— Да, дядя сказал, сам организует. Не переживай, со мной все в порядке, только успокоиться нужно.

— И еще, сядь-ка сегодня лучше вон в тот уголок. Там тебя с улицы не будет видно.

— А это зачем?

— Ну мало ли. Мы же не знаем, что случилось. Вот Олег приедет, там и разберемся.

После этого хозяйка сразу же убежала, вернулась с чашкой ромашкового чая и заварным пирожным.

— На сегодня кофе с корицей заменен на успокоительный чай. Я отойду ненадолго, — услышав, как кто-то из посетителей окликнул ее, — но, если что-то нужно, сразу зови.

Однако, Вероника успела заметить, как с рук Ольги, прежде чем та удалилась, сорвались еле заметные желтоватые змейки. Они направились в ее сторону и мягко оплели. По телу разлилось тепло, стало приятно и вроде бы как даже спокойнее.

— Значит и она тоже, — хмыкнув, прошептала сама себе. Сделала глоток чая и погрузилась в мысли. За последние пару дней столько всего произошло, что она уже сама плохо понимала, реальность ли это. Будто все случившееся — это странный сон, который никак не заканчивался.

Из задумчивости вывел телефонный звонок.

— Вить, нас похоже ограбили, — ответила, не выслушав вопроса, — И родители пропали. Я жду полицию.

— Сейчас приеду, — прозвучал ответ и трубку повесили.

Еще один глоток, и она начала перебирать в голове все, что случилось за последние дни…

Глава 1. Неожиданные новости

Как же хорошо вот так сидеть. Это был безупречный момент, такой, что не хотелось шевелиться, чтобы не спугнуть. Ведь его так легко потерять. Насквозь пронизывала та самая романтика, о которой мечтает любая девушка. Казалось, что эмоции, вперемешку с умиротворением переполняли, пронизывая насквозь тело, отдаваясь легким покалыванием в кончиках пальцев.

И идеальным было буквально все: идеальный момент, идеальное место, идеальный человек.

Вероника устроилась на скамеечке, облокотившись спиной на Виктора и наблюдала за склонившимися над ними ветками вишни. Они как раз начали цвести. Легкий ветерок слегка покачивал их, приводя в движение тонкие белые лепестки. Создавалось впечатление, что под лучами весеннего солнца они даже мерцают. Почти как вишни в родительском саду.

Парень был задумчив и смотрел куда-то в пустоту. Одной рукой слегка обнимал за плечо Веронику и немного нервно теребил локон ее волос. Но через некоторое время все-же нарушил тишину:

— Мне кажется, я готов так сидеть целую вечность.

— Я тоже — почти шёпотом ответила девушка.

Парень немного привстал и развернул плечи подруги к себе. Затем слегка приподнял рукой ее подбородок и заглядывая в глаза сказал:

— А если я серьезно? Если я правда хочу, чтобы это не заканчивалось?

Ника смотрела на него, не понимая, куда он клонит.

— Если не будешь против, можем это устроить. Мышонок, давай поженимся!

Вероника уставилась на него широко раскрыв глаза, находясь еще в легком шоке. Да, конечно, миг был восхитительный и обстановка тоже. Но такого развития событий она определенно не ожидала. Конечно, это нормально, когда пары рано или поздно приходят к такому решению. Но вот не думала, что это может случиться так скоро: они встречались всего три месяца.

Виктор продолжал пытливо смотреть на Нику, будто пытаясь прочитать мысли. Держал ее подбородок, не позволяя отвернуться.

— Ну мы же совсем недавно вместе, может не стоит торопиться? — осторожно спросила, боясь спугнуть, и не желая обидеть друга.

— Вот именно. Уже три месяца. Это довольно серьезный срок. Мы уже достаточно знакомы. Нам хорошо вместе, мы ладим, не ругаемся, понимаем друг друга с полуслова, и я люблю тебя. И это самое главное. Хочу, чтобы ты всегда была рядом, видеться не пару часов в день, а постоянно, засыпать и просыпаться в обнимку, делить быт. Разве для этого нужно много времени. Я для себя уже все давно понял и решил.

— Послушай, не подумай, что я против. Да, мне нравится идея, но все это очень неожиданно. Мне нужно время подумать.

— Давай ты просто согласишься, а потом будешь думать — засмеялся Виктор — А завтра пойдем вместе в магазин и выберем кольцо. Пусть все видят, что ты — моя невеста и уже занята. А дата свадьбы уже не столь важна.

— Хорошо — улыбаясь и поддавшись на уговоры, протянула Ника.

Витя осторожно подтянул ее к себе.

— Моя невеста. Мне нравится, как звучит — прошептал прямо в губы и аккуратно и нежно поцеловал.

* * *

— Надо же! Невеста! — вслух произнесла Вероника, возвращаясь домой — А скоро стану женой. Аж самой не верится.

Они еще долго сидели в парке вдвоем, обсуждая и строя планы. Решали даты, мечтая о дальнейшей жизни.

Виктор был завидным женихом. Привлекательный, высокий, статный блондин со светло-голубыми глазами. У него была хорошая работа, одевался со вкусом, вел себя довольно уверенно. Незамеченным остаться не мог. Девчата так и всхлипывали завистливо и чуть не падали в обморок, когда он заезжал в университет, чтобы забрать подругу после лекций. Ведь было очевидно, что у него нет проблем с женским вниманием. А выбрал ее, Веронику. И это было приятно.

Первый раз они встретились в кафе, где Ника сидела вместе с одногруппницами, а он — с другом. Даже непонятно, как потом нашел ее, ведь она так и не назвала ни своего имени, ни оставила номера телефона. Он же, на этот вопрос загадочно улыбался, говорил: «У меня свои каналы». Хотя, наверняка выпросил у одной из ее подруг.

Так он начал ежедневно приезжать к окончанию занятий, и ждать у выхода из университета, провожая ее до остановки. Длилось это пару недель, пока Ника не согласилась пойти с ним на первое свидание. Может быть, согласилась бы и раньше, да уж очень грело душу подобное внимание. И с тех пор закрутилось.

Он ни разу не дал повода хоть каплю усомниться в нем. Удивительно внимательный, чуткий, отзывчивый. Исполнял практически любой ее каприз. За все время даже поссориться не получилось, хотя Вероника несколько раз начинала. Он лишь хмыкал при этом, улыбаясь подтягивал к себе, затем обнимал и просил успокоиться, шепча на ухо разные приятные вещи. И желание спорить сразу пропадало.

Ну и как тут остаться равнодушной? Клад, а не мужчина! Даже не был замечен в подозрительном интересе к другим представительницам женского пола.

Все это Вероника прокручивала в голове, по дороге домой. Немного смущало, что так быстро развиваются события.

— Но ведь это нормально. Все невесты сомневаются перед свадьбой, и все нервничают. Так, теперь надо рассказать родителям. — произнесла вслух сама себе, подойдя к дому, — Интересно, как они отреагируют?

Было решено, что новость сообщит она сама, и уже потом придут вместе с Виктором. Даже проводить себя не позволила.

Немного нервно походив возле калитки, открыла ее и зашла внутрь. Оставалось только пересечь сад.

Жила она с родителями в доме на окраине города. Располагался он посредине большого сада, обнесенного высоким забором. Ее мама безумно любила цветы и устроила почти ботанический сад, где выращивала растения со всего света. Чего там только не было. И многие знакомые специально приходили посмотреть на привезенные диковинки. А по периметру, вдоль забора были высажены вишневые деревья. И сейчас, когда они цвели, создавалась просто сказочная атмосфера с неповторимым ароматом. Мама, смеясь, говорила, что запах вишни, как и сок, ее успокаивают.

Вечерело, в окнах уже зажглись огни и было видно, что родители дома. Нервно втянула носом воздух, вместе с ароматом цветов, пытаясь наполнить им легкие и таким образом успокоиться. Ощущала, что сильно нервничала.

Кого-то сегодня ждет новость. Откладывать разговор ни в коем случае нельзя. Возле самой двери она еще раз остановилась, последний раз глубоко вздохнула, и потянула ручку. Прошла в зал, где родители сидели на диване. Отец смотрел новости по телевизору, мать что-то искала в кулинарной книге.

— О Ника, — заговорила женщина — мы как раз тебя ждем. Сейчас будем ужинать.

Вероника решила не медлить.

— Мам, пап, у меня новость. Мы с Виктором хотим пожениться.

Родители посмотрели друг на друга, а затем снова перевели взгляд на дочь.

— С Виктором? — мама отложила книгу на диван рядом с собой — Ты уверена в своем намерении?

— Конечно.

— Не слишком ли торопитесь? Тебе всего лишь девятнадцать лет.

— Уже с половиной.

— Разница не сильно большая. У тебя еще вся жизнь впереди. Брак — это ответственность. Тебе нужно еще закончить учиться. А если дети появятся?

— Вы в каком веке живете? Рождаемость сегодня можно контролировать. А учиться я буду продолжать. Витя тоже считает, что университет нужно закончить, даже если потом захочу сидеть дома.

— Я все-таки настаиваю, чтобы вы повременили.

— Ты случаем, не беременна? — вдруг вмешался, молчавший до этого отец.

— Не, пап, успокойся. У нас даже ничего не было, если это имеешь в виду.

Было заметно, как оба облегченно вздохнули.

— И вообще, — продолжала Ника, — что, люди в этом возрасте не могут решить создать семью?

— Решить то, конечно, могут. Но смысл? Вы еще очень молоды, вам стоит подождать. Не следует столь поспешно выходить замуж. Толя, почему молчишь?

— Я тоже считаю, что вы торопитесь, ведь только недавно начали встречаться. Прежде, чем принимать подобные предложения необходимо лучше изучить человека. Ты же ничего о нем не знаешь!

— Я знаю все, что мне нужно, — Вероника ощутила, как в ней растет злость, — и вопрос уже решенный. У вас что, какая-то личная неприязнь к Виктору? Если так, скажите сразу, что именно не устраивает.

— Да, неприязнь. Потому что мы совсем ничего о нем не знаем. И не устраивает столь поспешное решение.

— Я уже совершеннолетняя и сама в состоянии решать, что делать. — напряжение в воздухе нарастало.

— Да, конечно, совершеннолетняя, — подтвердил мужчина, — но пока живешь с нами, мы несем за тебя ответственность. И без нашего согласия не должна принимать важных решений.

— Мы что, в средневековье? Хорошо, тогда завтра перееду к Вите. И раз я буду жить с ним, то обязательства с вас будут сняты.

— Так, — слегка повышая голос, женщина прервала спор, — мы все сейчас на взводе и должны остыть. Поэтому немедленно идем ужинать, потом расходимся по своим комнатам и завтра поговорим на холодную голову. Утро вечера мудренее, да и на голодный желудок плохо думается.

Глава 2. Все резко меняется

За ужином все молчали. Поднимать тему никто не хотел, да и просто разговаривать. Каждый думал о своем.

После этого Вероника поднялась к себе в комнату. Закрылась на ключ, на всякий случай, и уселась перед туалетным столиком. С одной стороны, она понимала, что родители, в принципе, правы. Она бы, скорее всего, так же отреагировала на новость о замужестве одной из подруг. Но ведь никто же не знает ситуацию изнутри. Витя — замечательный парень, завидный жених. Причем настолько завидный, что по нему сохнет половина университета. А выбрал он ее, Нику.

Девушка посмотрела на отражение в зеркале. Распустила хвост. Ее длинные медные волосы упали на плечи. Она принялась медленно их расчёсывать. Это действие ее успокаивало и помогало думать.

Очень они были похожи с мамой. Даже глаза одинакового серого цвета. Только сейчас в них искрилась то ли злость, то ли обида. Что именно даже сама не определила.

— Ладно, утром еще раз поговорим, уже более спокойно. — сказала своему отражению.

Может и зря одна домой пришла? Может, при Вите не было бы столь бурной реакции. От мыслей отвлек телефонный звонок.

— Алло, — произнесла совсем тихо.

— Как все прошло, мышонок? Судя по голосу не очень. Давай, сам завтра приеду побеседовать?

— Нет, приезжать пока не надо. И да, прошло не так, как я ожидала. Родители уверены, что мы торопимся. Они против. Но я постараюсь еще раз поговорить.

— Слушай, приезжай ко мне, прямо сейчас. Завтра пойдем не только кольцо покупать, а еще и в ЗАГС заявление подадим. Поживешь пока у меня, все к тому времени успокоятся, свыкнутся с мыслью и согласятся. Как идея?

— Не очень. Не хочу так с близкими.

— Они же не хотят твое решение принимать. Так, собирай сумки, через час заеду. Не бойся, все наладится, — и положил трубку.

— А почему бы и нет? Я уже совершеннолетняя, — все еще злясь, произнесла Ника, — могу сама решать. И они тоже должны это понять.

Открыла шкаф, вынула оттуда спортивную сумку и начала быстро скидывать вещи. Брала лишь самое необходимое на первое время, заодно документы. Решила уйти незаметно. Но чтобы не сильно волновались из-за исчезновения, написала записку и положила на кровать.

Потихоньку, стараясь не шуметь повернула ключ в двери, открыла ее, шагнула, и…

Ударилась обо что-то лбом. Вероника не поняла, отошла, но ничего не увидела. Попробовала пройти еще раз, хотя и чуть осторожнее. То же самое. Как будто какое-то препятствие стояло в дверном проеме, причем невидимое.

— Это что еще такое? Они что, тут еще и стекло поставили? Когда успели? Да и где такие делают, что даже не видно совсем, будто и нет ничего? Новые папины разработки? Не зря в НИИ работает. Боялись, что сбегу?

Девушка отошла, пытаясь понять, что делать.

— Стекла всегда бьются. Ну и ладно, хотела уйти тихо — не получилось. Будет шум — буду быстро выбегать.

Не найдя ничего другого, взяла со столика расческу потяжелее и запустила в предполагаемую преграду. Да только та не разбилась, и что любопытно, даже звука не последовало. А сама расческа отскочила, как от резины и упала на мягкий ковер.

Ника на миг замерла, стараясь преодолеть шок. Подошла к дверному проему и выставила вперед руку в попытке потрогать то странное «нечто». Она четко его ощутила. Прямо под пальцами. Но оно не было холодным, как обычное стекло. Ощущалось не препятствие, а лишь необычное давление на ладонь.

— Что это такое?

Попыталась надавить, но ее рука попросту отпружинила. Не понимая, что происходит и что это, девушка закрыла дверь. Ею овладело странное чувство замешательства.

— Если нельзя через дверь, пойду через окно. Правда второй этаж, но там сточная труба недалеко.

Открыла створку, но решила сначала проверить проем. Почувствовалось то же самое препятствие.

Все еще не осознавая, что это, Вероника попробовала «постучать» по нему, разрезать, проткнуть. Ничего не сработало. Вариант «сбежать» отпадал сам собой. Подумала, что родители подозревали, что она может устроить подобное и поставили «новую папину разработку». Непонятно только, когда успели. Других объяснений у нее не нашлось.

Конечно, можно было позвать их и потребовать убрать ЭТО. Но ведь тогда они узнают о попытке уйти, и точно уже никуда не выпустят. Лучше постараться уладить все мирным путем. И правда, чего это она так легко поддалась на уговоры побега? Ну разозлилась немного, но это же не повод портить отношения с близкими людьми. Да и вообще, она не привыкла прятаться от проблем и всегда старалась с достоинством встречать их.

Спрятав сумку в шкаф и выбросив записку, Ника отправила Виктору сообщение. Просила не злиться, но объяснила, что предпочитает не расстраивать родных, а еще раз поговорить с ними. О барьере промолчала. Все равно же не поверит, подумает, что с ума сошла. Да оно и не мудрено. Кажется, она сама начинала так думать. Даже не стала отвечать на звонок.

Сама переоделась и залезла под одеяло, укутавшись, как в кокон. А может ей все приснилось?

До нее слабо доносились голоса. Родители спорили, но о чем именно слышно не было.

Попыталась закрыть глаза, но спать не хотелось. Мысли так и роились в голове. Вопросы копились, а ответы не находились.

— Наверное, это только сон. Завтра проснусь, и все будет, как всегда.

И вроде бы уже даже сама начала в это верить. Убеждение помогло, и скоро она провалилась в царство Морфея.

Вероника крепко проспала всю ночь. Проснулась только утром, и все произошедшее казалось просто сном. Она открыла дверь, чтобы проверить на месте ли барьер, но обнаружила пустоту.

— Все-таки приснилось, — подумала она. Быстро собралась и спустилась вниз на завтрак.

Нашла на кухне маму. Та сразу же развернулась, поставила на стол тарелку с омлетом, свежевыжатый сок и села напротив.

— Ешь. Нам сегодня нужно очень серьезно поговорить. Разговор будет тяжелый и долгий. На занятия сегодня не пойдешь, папа уже позвонил, предупредил.

— Это о Вите что ли?

— Нет, не о нем. Но Виктор может оказаться втянутым.

Ника округлила глаза, — Втянутым во что?

— Сначала поешь.

После завтрака повисло тяжелое молчание, которое сильно давило. Было заметно, что женщина хочет начать разговор, но не может решить с чего.

— Знаешь, кто такие маги? — спросила в конце концов.

— Ну-у-у… да! Так фокусников называют. А еще это те, у кого есть магия. Герои фэнтези.

— Да, это именно они, но не фэнтези. Видишь ли, мы не совсем обычная семья.

— В каком смысле?

— Мы — маги, — сказала мать и пристально посмотрела на дочь. Скорее, пыталась проследить за реакцией.

— Что? Иллюзионисты что ли? Это с каких пор? Что-то раньше не замечала подобного.

— Нет, не иллюзионисты. Самые настоящие маги, почти как в твоих книгах, но в жизни.

Вдруг у Вероники всплыли воспоминания о том странном стекле, но скептицизм они не победили. Все выглядело как какой-то розыгрыш.

Видя подобное неверие, женщина подняла руку и поднесла к завядшему бутону в вазе.

— Смотри, — сказала она и подвигала пальцами, будто солила цветок. Нике даже показалось, что увидела блесточки, падающие на него. Бутон тут же отреагировал: поднял голову, порозовел, посвежел и слегка раскрылся.

— И правда иллюзионисты! Мама, как ты это сделала? Научишь?

— Если захочешь, научу, но не сейчас. — Понимая, что ее словам не поверили, сделала еще одно движение рукой. Тут же пустая тарелка, оставшаяся после завтрака, поддерживаемая теми же голубоватыми блестками, взмыла вверх и плавно приземлилась прямиком в раковине.

— Ого! Удобно!

— Только это не иллюзии, а настоящая магия…

От ладоней матери потянулись два голубоватых ручейка, и на этот раз взмыли под потолок. Прямо на кухне, вопреки всем явлениям и законам природы, появилась маленькая тучка, из которой прямо на голову Нике посыпались снежинки. Она застыла пораженная, по-прежнему не веря в увиденное. Однако, в памяти вновь всплыл странный барьер в комнате.

— Скажи, — в голосе стало прослеживаться сомнение, — а что такое тогда было в двери. То стекло, ведь мне это не приснилось, верно?

Женщина внимательно посмотрела на дочь, как будто пытаясь сопоставить факты.

— Ты не должна была его обнаружить. Уж не собиралась ли сбежать к своему Виктору вчера?

— Нет, ты что, — стало стыдно за ту совершенно необоснованную попытку, но правду рассказать она не решилась, — не могла долго уснуть. Наверное, на нервной почве разыгрался аппетит. Хотела пообщаться с холодильником, но застала ЭТО. Я так и не поняла, что произошло, потом решила, что уже сплю и вижу сон. Но раз та штука действительно существует, то объясни, что это, откуда, зачем, как давно, и почему я не должна была ее обнаружить.

— Это просто защитное ограждение. Не должна была узнать о нем раньше времени, да и я тебя до этого не замечала за гуляниями по ночам. А стоит оно уже много лет. Вернее, сам включается по вечерам, чтобы защитить нас. У него таймер. Стоит на каждой комнате и целиком на доме, чтобы мы могли спокойно спать. А вокруг нашей территории вообще всегда. А ключи магические, то есть зайти сюда постороннему практически невозможно.

— Похоже я все еще сплю. А защищать от кого?

— Вот это очень правильный вопрос. Слушай внимательно…

Женщина начала рассказ.

— Магия всегда существовала в нашем мире. Это сила, вернее способность преобразовывать энергию, находящуюся в нас и вокруг нас в то, что нам нужно. Способность эта передается детям по рождению. У кого-то она сильнее, у кого-то слабее. Иногда, вместе с этим приходит и дополнительный дар. Я, например, иногда вижу будущее. Но он у меня так и не развился, поэтому только иногда вижу вспышки информации, с которой часто не могу ничего сделать. Твой отец умеет мастерски лечить ауру, а дядя Олег, выуживать у людей секреты и потаенные мысли.

— Что, и дядя Олег тоже?

— Да, и не только он. Еще многие из знакомых входят в наш близкий круг. Но об этом позже. Магия не существует светлая или темная. Все дела зависят только от самого мага, от его помыслов. Так она становится созидательной или разрушительной. И у всех разный потенциал. Но в мире очень важен баланс. Должны быть люди хорошие, и плохие, и позитивная энергия, и негативная. За всю историю человечества очень многие пытались заполучить безграничное владение ею, чаще всего в не совсем праведных целях.

Получить ее можно разными способами. Первый — отнять магию у других. Но это сильно карается и можно потерять свою силу и оставить без нее весь род. Через брак. В этом случае магия делится между супругами, переплетаясь. Для этого проводится специальный обряд. Даже если его не было, частичное переплетение и раздел происходит при консумации. И третий — от магических источников.

Когда-то еще на заре человечества они были цельные, не разделенные и обладали просто огромной мощью. Многие пробовали овладеть ими, чтобы завоевать если не весь мир, то целые земли, сеять на них войны, хаос и тьму. А это означает нарушение равновесия. Поэтому однажды, совет мудрецов решил разделить источники. Думаю, ты уже о них слышала, их четыре вида: силы воды, земли, огня и воздуха.

Они собирают энергию и направляют ее на восстановление баланса. Например, стихия воды питает растения, поливает землю дождем, или покрывает снегом. Но если скапливается слишком большое напряжение, сосуд переполняется, может вылиться в шторме или наводнении. Если же сосуд пустеет, то для того, чтобы восполниться, начинает выкачивать энергию из мира, приводя к серьезным катаклизмам природы, например, засухе. Кроме того, близлежащие сосуды при сильном дисбалансе делятся друг с другом частью ресурса с целью воссоздания равновесия.

Этому процессу нельзя мешать, но стоит поддерживать. Если кто-то с темными помыслами или жаждой власти завладеет источником, начнет попросту вытягивать энергию для своих целей. Сосуд при этом опустеет и баланс нарушится. Выкачивание энергии из одного приведет к частичному опустошению других по цепной реакции со всеми вытекающими последствиями.

Поэтому, поняли, что источники необходимо охранять. Задача хранителей не дать посторонним использовать энергию для себя, стараться сделать так, чтобы источники не переполнялись, но и не пустели. Хотя, принятие бремени уже подразумевает возможность ее использования для их же защиты. Но в ограниченных количествах.

Так вот, мы являемся хранителями одного из источников силы воды. Мы не одни, у каждого хранителя есть помощники. Но прямой доступ только у нас. По традиции бремя переходит первенцу. Обычно это самый сильный маг. Но если по какой-то причине он не в состоянии выполнить обязательства и в семье есть и другие дети, после определенного обряда, с разрешения совета старейшин и самого источника, бремя может перейти к другому ребенку. Но оно так и будет лежать на семье много поколений. Отказаться от него невозможно. Оно передается с кровью, которую однажды выбрали сами источники. Сам род связан с ним.

Ты наша единственная дочь, поэтому ответственность ляжет на тебя, и выбора, к сожалению, нет.

— Но я же не маг! — запротестовала Виктория

— Пока. Дело в том, что дети рождаются с запечатанной магией. Ее нужно открывать. И именно из-за соблазнов и из-за того, что дети очень подвержены постороннему влиянию, а неокрепшему телу сложно совладать с такой силой, однажды приняли решение оставлять магию таковой до магического совершеннолетия — до двадцати лет. В это время она самостоятельно развивается, крепнет, становится нейтральной. И уже после открытия, подстраивается под самого хозяина, которому из-за возраста с ней легче справиться.

У тебя тоже она есть, но пока еще запечатана. По традиции ребенку рассказывают о возможностях за месяц до этой даты, проверяют ее зрелость. Сам же новобранец готовится, и в день рождения или сразу после него проводится обряд. Это проходит у всех магов. Если кто-то попытается сделать это самостоятельно, вспышка будет сразу обнаружена, и виновник наказан за нарушение.

После этого начинается обучение владению силой. В семьях хранителей бремя передают преемнику обычно по возрасту, когда старшие уже не в состоянии выполнять обязанности.

Мы не должны были рассказывать это еще несколько месяцев. Вчера долго обсуждали и решили поторопиться. Теперь, возможно, ты понимаешь нашу реакцию на новость. Мы не запрещаем выбирать супруга, но ты должна понимать всю ответственность. Это будет не просто брак. Ведь ты не только поделишься с будущим мужем силой, но и автоматически дашь ему допуск к источнику. Как он отреагирует, попытается ли завладеть им, или будет вместе с тобой защищать? Согласится ли? Да, к сожалению, хранители не столь свободны в выборе. Рядом должен быть человек, который понимает всю важность и добровольно взвалит на себя подобную обязанность.

Вероника продолжала слушать, не произнося ни слова. Она так еще до конца не верила в происходящее, но видела, что мама не шутит.

— То есть, если мы поженимся, он тоже станет хранителем, и не знает об этом?

— Именно. И еще: он не маг. Он пуст, я проверяла, когда мы встречались. Помни, если выйдешь за него замуж, то поделишься с ним силой, хочешь ты этого или нет. Будет ли он согласен? Или попытается сжечь тебя на костре? Это не именно про него, но так в средние века и начались гонения на ведьм. А потом еще и бремя. Не вскружит ли голову простому человеку такая власть?

— А если мы поженимся еще до моего магического совершеннолетия?

— Ничего не изменится. Ваши энергии будут переплетены узами. И во время открытия твоей силы, она по этим узам перейдет к мужу, как и кровный доступ к источнику. Да даже если вы просто проведете ночь вместе без заключения брака, произойдет то же самое, хотя связь и будет слабее.

На дочь уставился очень внимательный взгляд, пытаясь высмотреть малейшие эмоции и реакции. Было заметно, что та находится в замешательстве, пытаясь переварить информацию.

— Я ничего не имею против Виктора. Он произвел положительное впечатление, кажется хорошим парнем. Но вы знакомы совсем мало. Ты так уверена в нем? В том, что он не стушуется, что готов к такой судьбе. И потом, он должен заранее знать, на что идет. Но нельзя рассказать об этом ни с того ни с сего. Сначала надо хорошо узнать его. Ведь помимо всего, магия должна быть укрытой от обычных людей и должна оставаться секретом. И тем более магия источников силы. Надо подходить к вопросу очень аккуратно, постепенно. Так сказать, сеять зерна и смотреть, какие всходы они дают. И уже потом принимать решения.

— Что же, значит маги женятся только на магах?

— Стараются, но и браки с немагами тоже не редкость. Естественно, нужно быть очень уверенным в своем выборе. Кстати, твоя прабабка была человеком, если что.

Вероника вернулась и закрылась в комнате. Такое количество новой информации следовало обдумать и переварить.

И что теперь делать? На телефоне висело одиннадцать пропущенных вызовов от Виктора, вкупе с сообщениями, а она не знала, что ответить. Да и что она могла сказать? Сама то еще толком не верила в происходящее, как же отреагирует он? И в этом свете вопрос правильности выбора снова встал сам собой. А не поторопилась ли? Хорошо ли его знала?

Вспомнился, хоть и не сильный, но напор парня. Ее попытка сопротивления была разбита вдребезги, еще даже не успев начаться. Да она вообще не в состоянии сопротивляться Виктору, когда он рядом. Ведь хорош. Да, если подумать, она всегда готова выполнить любое его желание, достаточно только попросить.

И сейчас надо как-то спустить процесс на тормозах. Нет, Ника не хотела отказывать. Просто стоит отложить решение, пока она окончательно не удостоверится в правильности выбора, пока не подготовит друга и не узнает его реакцию. Все верно, нельзя так неожиданно огорошить человека новостью. Причем надо это сделать так, чтобы он не обиделся и не решил, что она идет на попятную.

Любопытно, а стирать память тут умеют? Или попробовать рассказать правду, а если он неадекватно отреагирует, то подчистить воспоминания? Надо уточнить у родителей. Хотя, если бы это было так легко, мама бы не говорила о семенах и о постепенной и аккуратной выдаче информации.

Очередной раз пропиликал телефон, и Вероника снова взяла его в руки, прочитала несколько сообщений: «Ника все в порядке, почему не отвечаешь?», «Ты не поехала на учебу, ты здорова?», «Неужели родители так плохо отреагировали?» и так далее.

В чем-то он прав. И что отвечать? Почему сегодня дома? Наврать про прорвавшуюся трубу? Так ведь тут же приедет. А этого сейчас не хотелось бы. Сначала необходимо упорядочить мысли. В результате отправила: «все в порядке, пока не могу разговаривать, позже перезвоню. Не волнуйся, жених». И смайлик в придачу. Пусть не думает, что случилось что-то серьезное.

Решила дать себе немного времени подумать и определиться, что делать и говорить.

Послышался стук в дверь, после чего та приоткрылась.

— Мне нужно ненадолго отъехать по делам. Может, поедешь со мной, чтобы чуток отвлечься? — заглянула мама.

— Да нет, знаешь, лучше пока останусь дома. Пока не хочется выходить. Попозже загляну к Ольге ненадолго, и постараюсь забежать в библиотеку. Учебу и курсовые никто не отменял.

— Тогда увидимся вечером. Если что понадобится, сразу звони. Даже если появится какой-то вопрос.

Как же все рассказать Виктору? Как объяснить? В голову не приходило совершенно ничего. Но поговорить нужно. Значит, придется действовать по обстоятельствам. С такими мыслями Вероника выходила из дома.

Закрыла дверь, убрала ключи в сумку и… Почувствовала, как по спине пробежал холодок, будто чей-то взгляд. Она резко развернулась и замерла от неожиданности. На противоположной стороне дороги, усевшись на капот собственной машины сидел Виктор и смотрел на нее. И взгляд у него был странный, колючий, да и сам взъерошенный. Смотрел молча, не отводя взгляда.

— Злится, — поняла Ника, и уже вслух произнесла — Витя, привет, а почему тут?

— Что, не надо было? — от его тона, аж холодком повеяло.

— Ну почему же, очень рада тебя видеть. Как раз собиралась звонить, а теперь не нужно. — И на всякий случай помахала перед лицом телефоном, который почему-то держала в руке. При этом другой рукой попыталась его обнять. — Но мне непонятно, почему ты здесь и похоже, приехал не только что, но ничего не сказал.

— Ну ты же не перезвонила, не написала ничего. Только то, что занята. А мне что думать? Я уже волнуюсь?

— И поэтому решил уехать с работы и молча засесть перед моим домом? А если бы я вышла только через несколько часов или совсем сегодня не вышла?

— То есть хочешь сказать, что звонить мне не собиралась и я правильно сделал?

— Нет, хочу сказать, что не знала когда освобожусь и неизвестно сколько тебе пришлось бы ждать. — ответила Вероника, хотя понимала, что «жених» был прав, а она попросту трусливо бежала от проблемы. Но признаваться в этом было не время. — Вот почему не позвонил в дверь? Кстати, как давно ты здесь?

— Около получаса. Так что случилось, что была занята все утро? — При этом голос Виктора по-прежнему оставался колючим.

— Да трубу прорвало на кухне. У мамы какая-то встреча. Пришлось мне сантехника ждать. Вот недавно только ушел, — вспомнила утреннюю идею. Не зря же решила действовать по обстоятельствам.

— Недавно? Да из вашего дома уже час никто не выходил.

— Час? Так сколько ты здесь? А после сантехников, кстати, еще и убраться надо. Это я не говорю об устранении последствий аварии.

— А что же мне не позвонила? Я бы приехал помочь.

— То есть мало того, что я на учебу не поехала, чтобы полы мыть. Тебе тоже надо было взять выходной? Вдвоем бы мыли? И вообще, я написала, что все в порядке, что занята. Что же теперь, совершенно мне не веришь, и раз я дала согласие, решил за каждым моим шагом следить? Малолетняя и несамостоятельная? Няньки да контроль нужны? — ощутила, как ее начало заполнять раздражение. Вовремя вспомнила, что лучшая защита — это нападение. Даже руку попыталась убрать, которой обнимала друга.

— Да нет, просто перенервничал. Ты молчишь, не отвечаешь. Вчера сообщила, что родители плохо отреагировали, я и завелся.

Зато сам Виктор, кажется, начал успокаиваться. Он забрал ее в охапку, притянул к себе и зарылся носом в макушку.

— Я испугался, что ты передумала, — тихо произнес.

— Нет, не передумала. Но поговорить нам все-таки стоит. Пойдем, зайдем к Ольге. Я собиралась заскочить в библиотеку, но еще есть немного времени.

— Не нравятся мне подобные вступления, — заговорил Виктор, когда они усаживались за столик. — Что-то не так?

— Да нет, все так. Я думала целую ночь. Не хочу отказываться, всего лишь чуть-чуть подождать. Все слишком быстро завертелось. Понимаешь, я всегда мечтала о крепкой семье, так, чтобы раз и на всю жизнь. Потому должна быть уверена в том, что делаю. Но до сих пор не оправлюсь от шока. Мне необходимо расслабиться, обдумать спокойно, разобраться, понять хочу ли это сейчас или все-таки позже.

— Хочешь меня оставить? — Голос парня, как и взгляд, снова стали леденеть.

— Нет, а ты?

— Разве я неясно выразился? Почему не можешь просто сказать «да» и успокоиться?

— Ну, «да» я, вроде бы как, уже сказала.

Как же было тяжело отказывать Виктору, никто не мог представить. Да и у самой Ники будто душа выворачивалась наизнанку. Но теперь она точно знала, что делает и зачем. Однако слова давались с огромным трудом.

— Я только прошу немного времени, чтобы принять окончательное решение.

— Хорошо. Думаю, пару дней будет достаточно. И надеюсь, услышать все-таки положительный ответ.

— Послушай. Я не знаю сколько времени нужно. Может быть день, может неделя, а может и месяц. И мне неприятно, что ты пытаешься давить.

— Давить? — Виктор аж поскачи на стуле. Похоже, у него тоже стали сдавать нервы. — Мне начинает казаться, что ты попросту пытаешься слиться и не можешь найти способ. Я тебя не устраиваю? Так скажи это сразу.

— Не устраивает твое давление. — Тут злость начала заполнять и саму Нику. — Но раз тебе так сложно понять мои чувства и сомнения, похоже, решение подождать — все-таки правильное. Если сейчас меня не слышишь, что будет после свадьбы?

— А ты меня слышишь? Я признался в чувствах, в том, что желаю завести с тобой официальную семью. А теперь ты фактически отказываешь мне. Вернее, даешь отсрочку, чтобы дать отрицательный ответ через время. И прости, что не хочу ждать месяц. Мне нужна определенность. И в данной ситуации возможны только два варианта: либо женимся, либо расстаемся. Решай…

На этих словах Виктор встал, и вышел из-за стола. Помедлив секунду, развернулся, и произнес:

— Я все-таки жду положительного ответа.

— Не дави на меня.

Парень ушел, а Ника осталась сидеть с чашкой кофе в руках. Вот и поругались первый раз за три месяца. И на душе гадко, да выбора нет. Ну почему жизнь так несправедлива? Никто не спрашивал, желает ли она быть хранителем или нет. И в тот момент Ника совершенно не жаждала такой судьбы. Ну почему родители сразу не сказали, как только они начали встречаться? У них было три месяца на выяснение. Все могло бы быть совсем иначе.

И как после этого ему еще и про магию и источник рассказать? Возможно, надо было это сделать сразу.

Ох, и как теперь из всего этого выпутаться?

Глава 3. Похищение

И вот не хватало же всех этих проблем, так теперь еще домой кто-то пролез, и родители исчезли.

От мыслей Веронику отвлек дверной колокольчик. В кафе зашел статный светловолосый мужчина. На вид ему было лет сорок пять, а строгая выправка и цепкий взгляд сразу говорили о военном происхождении. Он быстро осмотрел посетителей заведения и зацепился на хозяйке. Та одним движением головы указала на угол, где сидела девушка.

— Дядя… — только и смогла вымолвить она.

— Ты как? В порядке?

Та лишь пожала плечами. Да и что говорить то? И так все понятно.

— Пойдем, нужно проверить дом. Специалисты уже на месте. Без тебя заходить внутрь никто не будет. И еще, необходимо провести ревизию на наличие или отсутствие ценностей, не пропало ли чего. Ну и заявление написать. Мне жаль, но это придется сделать тебе. Не переживай и не волнуйся, я буду рядом. Мы обязательно все выясним.

У калитки уже караулило несколько человек.

— Ого! Это каждый раз на вызов столько людей приезжает?

— На самом деле нет. Это чтобы побыстрее справиться. Поздно уже, темно. До завтра следы и улики могут не дожить.

На территории началась работа. Эксперты пытались разобраться с замками, снимали отпечатки, делали замеры. Вероника прошлась по квартире, стараясь понять, что украли.

— Странное ощущение. Как будто все на месте. Из явной пропажи: не нашла лишь мамину шкатулку с бижутерией. Как будто воры не разбирались, что там внутри. Мою же, например, не тронули. Драгоценности тоже здесь. Денег дома не хранили. Карточками в основном пользуемся, а налички — так минимум, да и тот, обычно в кошельке в сумке. Шубы мамины, телевизоры, остальная техника — на месте. Конечно, возможно пропало еще что-то, но для этого надо сначала разобрать этот бардак. Даже вазу китайскую, ту, что на выставке купили, не взяли. Вон так и стоит на столике. Уж не знаю, как ее не разбили, раз такой погром. Скажи, думаешь искали что-то конкретное, но не нашли, или это, — голос дрогнул, и она посмотрела в глаза Олегу, — просто имитация ограбления, а нужно было другое, например родители…?

— Мыслишь правильно. Больше похоже на имитацию. Только советую нигде об этом не болтать. Официально — ограбление. Поняла? А еще лучше вообще молчи. И подойди к Илье, надо официальные показания дать.

Пока Вероника составляла документы, во дворе послышался шум, ругань. Она глянула в окно и увидела Виктора, который стремился прорваться через охрану, но ему не позволяли.

— Пустите, он свой.

— Свой? — Олег вопросительно глянул на девушку, подняв одну бровь. — Ника?

— Ну да, жених мой…вроде как…

— Жених значит! Вроде как! — многозначительно повторил дядя и после этого крикнул, открыв входную дверь — Пропустите!

Остановил парня на крыльце. Несколько секунд всматривался молча тому в глаза, после чего спросил.

— Кто такой и с какой целью здесь?

— Виктор Кузнецов, жених Вероники Ильиной. Она сказала, что их ограбили. Приехал, как только смог.

— И давно жених?

— Какое это имеет значение к событию?

— В доме, вероятно, совершено преступление, и моя задача проверить все факты и контакты. Так как давно жених?

— Со вчерашнего дня, но встречаемся 3 месяца. В подозрительных связях не замечен, судимостей и нарушений не имею, можете проверить. На работе нареканий нет.

— Обязательно проверим, — он еще раз просканировал пронзительным взглядом молодого человека, — но показания все-таки придется дать. Проходи.

Витя зашел, осмотрел беспорядок, нашел Нику и кинулся к ней. Схватил в охапку, крепко обняв.

— С тобой все в порядке?

— Да, насколько это возможно в данных обстоятельствах. — Посмотрела в сторону двери и встретилась взглядом с Олегом. Он, нахмурившись и не отрываясь, наблюдал за ними.

— Ника, думаю тебе не стоит сегодня оставаться здесь, в целях твоей же безопасности. Будет лучше, если поедешь ко мне, — тихо, но с нажимом произнес Виктор.

А ведь и правда. Вероника даже не подумала о том, где будет ночевать. Оставаться дома одной было попросту страшно. Но она абсолютно не ожидала подобного предложение от жениха. Конечно, оно было, кстати и весьма заманчиво, но в свете последних событий не совсем приемлемо. Кроме того, хотелось немного отдохнуть и обдумать случившееся, а не заниматься разбором полетов, который был неизбежен. Не сегодня. Не сейчас.

— Да, молодой человек, Вы совершенно правы. — услышал их разговор Олег, — После случившегося, девушке одной в этом доме лучше не оставаться. По крайней мере до выяснения обстоятельств и смены замков. Но она поедет со мной. Так будет правильнее.

— С Вами? — Виктор вздернул бровь, вопросительно посмотрел сначала на мужчину, затем на невесту.

— Да, так будет лучше. Я с дядей поеду. Мы еще варианты разные проработать хотели, и знакомых вместе обзвонить, может кто что знает.

— Дядя значит… Не ожидал. — и помолчав добавил, — Да, хорошо. Тебе нужно быть с родными. Я только поговорить хотел, помириться. Не должен был срываться. Прости, я перенервничал.

— Мне не за что тебя прощать. Прекрасно понимаю твою реакцию. Но, пожалуйста, давай пока на некоторое время сделаем вид, что ничего не случилось. Я не готова сейчас обсуждать произошедшее, между нами. Ты рядом, в порядке, и это главное. А куда потратить нервы и так вон уже само собой нашлось.

— Да, ты права. Тогда до завтра, — парень поцеловал кончик ее носа и нежно обнял, — и постарайся все-таки поспать.

— Послушай, а вы давно знакомы с Виктором? И что значит «вроде как жених»? — спросил Олег у племянницы по дороге домой.

— Хм… три месяца встречаемся. А «вроде как» потому, что он сделал мне предложение. Я согласилась, а теперь начала просить отложить свадьбу. Дело в том, что мама рассказала про хранителей. Ей пришлось. И нет, Витя ничего не знает. Я еще ничего не рассказывала. Даже не имею понятия с чего начать. Он немного обиделся на просьбу подождать. И я в курсе, что ты тоже из окружения. Поэтому, могу предположить, что осведомлен о случившемся в доме гораздо больше, чем я. Мне бы хотелось тоже быть в курсе, чтобы понимать, что происходит.

— Откровенно говоря, не ожидал, что тебе рассказали, вроде бы рановато еще, хотя логично — хмыкнул дядя, — но так даже проще. Извини, но жениха твоего все-таки проверю. Работа у меня такая — никому на слово не доверять, да и ты не совсем простая девочка, будущая хранительница. Хотя не думаю, что он замешан, так как магически пуст, я его просканировал. А почему решила, что я что-то знаю?

— Ну, ты же далеко не последний человек. Посвященный, да еще и доступ к информации имеешь. Ведь явно, это не обычное ограбление. То ли что-то искали, то ли имитировали. И еще. Мне неудобно было на месте это говорить, слишком много ушей. А посторонние не должны даже догадываться об этом, как я понимаю. Но на участке стоит защитное поле, которое реагирует только на ауру проживающих на территории. Раз все было открыто, то либо родители сами впустили гостей, либо кто-то нашел способ снять магическую защиту, а значит это был не просто человек. И в последнем случае все сильно усложняется.

— Умненькая девочка. Быстро соображаешь. Да, все верно. Защитное поле было заблокировано, даже не отключено. Это кто-то из магов, причем сильных. Такую защиту, как у вас пробить нелегко. Там ее несколько человек, вернее магов, ставило. Их, кстати, тоже проверить придется. А насчет лишних ушей, в целом все верно. Но те ребята, что были на месте, все из «посвященных», как ты их назвала. Все из моей команды, хотя и работаем в разных организациях. Дело в том, что все нарушения, так или иначе связанные с чародейством, нужно расследовать очень быстро. Потому и людей много прибыло. Если бы знал, что тебе рассказали, объяснил бы все еще там. Отпечатков пальцев и обуви не нашли. Но вот следы магии, хоть и слабые зафиксировали. С ними поработаем, пока непонятно что это.

— Здорово! Так тоже можно? У магии есть свои «отпечатки»? Считаешь, источник искали?

— Не исключено. Вернее данные, следы или ключи к нему. Так, говоришь, нам варианты проработать нужно и знакомых обзвонить! — хохотнул Олег. — Вот уж не думал, что такая скромница так резко станет хитрой лгунишкой.

— Это еще почему? — возмутилась племянница, — Я, между прочим, не врала. Мне же надо было выяснить то, что не могла спросить на месте. Вот и проработка вариантов. Ну и пару звонков тоже сделаю. Я правду сказала, только перефразировала. Не готова еще на откровенные разговоры. Не сегодня. Случившееся бы переварить.

— Да ладно, не кипятись. Так даже логичнее в твоей то ситуации. Чем раньше научишься правильно преподносить информацию, тем лучше. Говорю же, умненькая девочка!

— И, дядя, спасибо, что к себе забрал. Я как-то в этой суматохе совсем не задумалась о том, куда идти. И, если честно, не хочу сегодня одна оставаться. Меня до сих пор слегка потряхивает.

— Да разве я бы тебя там оставил? Племянница ты в конце концов моя или кто? Да и Павел как раз дома. Ему будет кого забалтывать, а ты хотя бы немного отвлечешься. — скосил взгляд на Нику, — И еще, понимаю, что это с родителями нужно обсуждать, не со мной, но в данной ситуации очень важно уточнить одну вещь. У меня вопрос…

— Нет, силой я ни с кем не делилась, — правильно поняв, ответила Ника. — ты же об этом?

Уже сидя в выделенной ей комнате, Вероника смогла хотя бы немного расслабиться. Скорее даже не так. Силы и стойкость, которые позволили продержаться весь вечер и даже мыслить, и вести себя рассудительно, ее оставили. Незаметно подобралась дрожь и душащие слезы вырвались наружу.

За ужином она еще держалась, поддерживая светскую беседу. Хотя кого обманывать, самой хотелось думать о чем-нибудь другом. Еще и обсудить с дядей произошедшее сумела, рассказать подробности последних дней, даже те, которые она думала, уже давно забыла. Все-таки заметно, что с ней работал профессионал.

Хотя Олег напрямую размышлениями с племянницей и не делился, но ее идеи не отвергал. Только постоянно хмурился и погружался в раздумья. Это наводило на мысли о том, что ситуация гораздо серьезнее, чем казалось. Он, кстати, разрешил утром вернуться домой. Сказал, что защиту к тому времени обновят. Кроме того, установят дополнительную систему сигнализации на попытку не только взлома, отключения, блокирования защитного поля, но и даже на контроль входа-выхода с территории. Хотя посоветовал временно пожить у него, да и одной пока особо не разгуливать. Внутри-то безопасно, а вот за стенами ворот уже никаких гарантий нет. А за домом пока последят. Вполне вероятно преступники, а сомнений в том, что они таковыми являются не было, не нашли то, что искали. А это означало, что они могут вернуться.

Решили, что завтра девушка заедет к себе, чтобы забрать кое-какие вещи, но в сопровождении. Заодно постарается подробнее изучить, пропало ли что-то, и, если да, что именно. Проблема была в том, что следов практически не оставили и любая, даже незначительная на первый взгляд информация могла бы оказаться полезной.

Было тошно. От неожиданности произошедшего, от понимания того, что родители не просто так пропали, и что это связано с бременем, а еще от того, насколько резко поменялась действительность. Как прежде уже никогда не будет.

Пока Вероника обдумывала все это, дверь в комнату открылась, а затем показалась голова светловолосого кудрявого парня.

— Эй, Верчик, ну ты чего?

Так ее называл только Павел. Именно в этот момент поняла, что плакала далеко не беззвучно. Подняла глаза,

— Ничего, нервы сдали, сейчас пройдет.

— Э нет, так дело не пойдет. Давай-ка лучше выплачешься, а я могу даже побыть жилеткой. — Он зашел, не спрашивая разрешения, присел рядом на кровать, и уткнул девушку носом себе в плечо.

Паша был двоюродным братом и по совместительству лучшим другом Ники. Они вместе выросли, у них даже были общие друзья и интересы, несмотря на разницу в возрасте в три года. Не повлияли на отношение даже появившиеся у каждого из них личная жизнь, новые знакомые, одногруппники и увлечения.

— Отец передал ваш разговор. Я завтра поеду с тобой. Вдруг даже полезен буду.

— Скажи, — спросила, успокоившись Ника, — а тебе уже раскрыли магию?

— Да, уже три года как. Прости, но рассказать не мог. Это запрещено делать раньше срока.

— И каково это?

— Знаешь, странные ощущения. Как будто возвращаешь частичку себя и наконец-то становишься единым целым. Это приятно. Ну заодно и разные плюшки в виде дополнительных возможностей. Поначалу сносит крышу от ощущения всемогущества, как у супермена. Но это быстро проходит, потому как понимаешь, что не все так просто. Вообще, понятно, почему открывают так поздно. И ты поймешь.

Он сделал движение рукой, от нее оторвалась серая полоска, долетела до стола, подхватила и притянула бумажную салфетку.

— А вот и плюшки. Держи.

— Спасибо. — Вероника вытерла глаза.

— И еще, раз уж тебя ввели в курс дела. Никому не рассказывай о том, что ты — хранительница, пусть и будущая, другим магам в том числе. Никто ничего не должен знать. Даже помощники не в курсе всех ваших секретов. Это делается для защиты источников. Не известно, когда и у кого снесет крышу, или по пьяни проговорится или еще что. Полный список хранителей только у старейшин, но те не имеют права его разглашать. Я в теме потому, как меня уже готовят в помощники. Я буду всегда тебя защищать и помогать, сестренка.

— То есть моя работа теперь в хранении тайн, а твоя — в моей защите?

— Не совсем так. Это не работа. У каждого своя профессия, которая важна не только для существования, но и конспирации в гражданском обществе. Однако приоритет ставится на охрану источника. Я бы назвал это долгом жизни. Кстати, я даже понятия не имею, где он и как выглядит. Об этом тебе должны будут сказать родители, когда придет время.

— Голова кругом идет от обилия информации и событий. И при этом я совершенно не просилась на такую роль и не стремлюсь к ней.

— К сожалению, у тебя нет выбора. Ничего, все обязательно будет хорошо, вот увидишь. Прорвемся! И родителей найдем. Ложись, уже поздно и тебе нужно выспаться.

Глава 4. Договор

Утро выдалось на редкость теплое. Ласковое солнце нежно пригревало, напоминая о приближающемся лете, а слабый ветерок игрался в волосах, слегка путая их.

Вероника сидела на скамеечке под вишней возле своего дома и наслаждалась покоем, стараясь уловить и запомнить каждый момент. Белые лепестки цветов слегка покачивались, приводимые в движение стихией, заставляя кроны деревьев мерцать.

Это было ее любимое место в саду. Ей нравилось проводить там время за книгами или учебниками, да и просто так, любуясь облаками, лежа на лавочке, или слушая музыку. Любое занятие было более приятным там, в саду.

Мама называла его «Летней гостиной». Последней, конечно же, оно не являлось, но было довольно неплохо обустроено: скамейки, аккуратный резной столик, такие же кресла. Все это утопало в тени деревьев, и летом, вместе с легким ветерком, спасало от зноя. Вели туда тропинки, утопающие в цветах.

И еще, этот зеленый уголок связывал все семью. Вспоминались совместные завтраки на свежем воздухе, вечерние посиделки с друзьями, освещаемые многочисленными лампочками, развешанными на ветвях и создающими неповторимую атмосферу. В голове мелькали воспоминания, и Вероника почти видела свих родных, расположившихся напротив. Показалось, лишь на мгновение, все как прежде…

Ника внешне казалась спокойна, а внутри у нее шла настоящая борьба. Нужно было срочно решить, что сделать с найденной визиткой. Что-то подсказывало, что выполнить это следует как можно быстрее. И именно здесь, в любимом уголке, думалось легче.

Этим утром они вместе с Павлом, как и договорились, приехали к ней домой, чтобы забрать кое-какие вещи, ну и заодно проконтролировать помещения. Помочь привести дом в порядок приехал и Виктор. Хотя, скорее, это был только повод.

Как ни крути, а такая забота и желание помочь весьма приятны. Тем более он пока не заводил разговоры о срочном принятии решения. И уже это давало небольшую передышку и повод расслабиться хотя бы здесь. Он все прекрасно понял. Понял то, что в данный момент подруге требуется моральная поддержка, хотя и физическая тоже, а не капание на нервы.

Работа спорилась, бардак разбирался. Однако, пропажи так и не обнаруживались. Интересно, те, кто проник сюда, нашли то, что искали?

Познакомившись, парни сразу нашли общий язык и работали скоро и слаженно. Вероника, решив воспользоваться ситуацией, оставила их внизу, а сама поднялась туда, где находились спальни.

Со своей она справилась за короткий срок, так как проверила ее еще накануне вечером. Затем перешла в комнату родителей. А уже там начала подробнее изучать ситуацию. Других пропавших предметов, кроме шкатулки, так и не нашла. Проверила шкаф, развесила брошенную на пол одежду на вешалки. Проверила сумки, комод.

Села на кровать и потянулась к книге, оставленной на прикроватной тумбочке. Пальцы сами пробежали по обложке, когда Ника представила, как мама держала ее в руках, читая перед сном. Скользнула к оставленной внутри закладке и открыла, машинально пробегая глазами по первым строчкам. Хотя, даже не запомнила того, что прочитала. Пытаясь убрать мешающий кусок картона, подцепила его пальцем, перевернула, и…

Руку будто током пробило. От неожиданности Вероника отдернула ее и вскрикнула.

«Наэлектризовалась», — подумала она. Взгляд при этом упал на закладку и на напечатанное на ней имя. Оказалась визитная карточка.

Обычная, ничем не примечательная, каких много. Но взгляд так и приклеился, тем более, она слегка переливалась и мерцала рыжеватым цветом. Приблизила палец и вновь слегка коснулась ее. Снова удар. На этот раз слабый, но все же ощутимый.

— Верчик, ты в порядке? — в спальню с топотом ввалились оба парня.

— Да, вполне, — ответила та, захлопывая при этом роман, и возвращая его на тумбочку, — а в чем дело?

— Ты кричала.

— Ох, наверное. Да ничего страшного. Бардак разбираю, зацепилась ногой за ковер, чуть не навернулась. Напугалась, не больше. Нервы ни к черту. Вы уже закончили?

— Нет еще. Нашла что-нибудь? — поинтересовался Павел?

— Совершенно ничего интересного. Вернее, ничего нового отсутствующего. Все в порядке, можете спокойно возвращаться вниз.

— Я догоню через минуту, — Виктор кивком указал Павлу на дверь.

— Понял, не дурак. Но не задерживайся надолго, внизу еще много работы. Вер, ты, если этот громила будет приставать, сразу кричи. Я прибегу, — и, подмигнув сестре, вышел из комнаты.

— Хочешь, останусь тут с тобой? — парень подошел ближе.

— Спасибо, Вить, но думаю внизу твоя помощь нужнее. Тут дел не так уж и много, быстро справлюсь.

— Не волнуйся, все будет хорошо. И родители обязательно найдутся. Вот увидишь. С ними все в порядке.

— Будем в это верить. Тревожно как-то.

Парень притянул невесту к своей груди, запустив пальцы в волосы.

— Просто позволь быть рядом, помочь, хотя бы морально.

— Надеюсь на это — тихо ответила.

После этого их губы встретились. И было в этом столько нежности и заботы, что к глазам подступили слезы. Нет, не стоит его обманывать. Надо все рассказать как можно раньше. Он непременно поймет. Ведь его чувства и намерения вполне очевидны.

Как только Виктор ушел, девушка вновь схватила книгу. Сама не поняла, почему никому не рассказала про визитку. Разум кричал о том, что находкой необходимо поделиться, уж больно она была странной. Шестое чувство говорило, что нельзя, и его голос оказался сильнее.

Снова открыла нужную страницу. Легкое мерцание пресловутой карточки завораживало и притягивало. Взяла в руки. На этот раз удара не произошло. Возможно, ее задачей было обратить на себя внимание? Поднесла поближе к лицу и прочитала: «Эдуард Орлов. Частный детектив».

— Что у мамы общего с частным детективом, да еще и, похоже, магом?

Возможно, есть связь с похищением? Вдруг родителям угрожали, и они обратились за помощью? Это обязательно следовало проверить. Но можно ли об этом рассказывать? Нет. Исключено. Пока нет.

Визитка моментально перекочевала в карман, разбор бардака продолжился. Ничего другого подозрительного так и не нашлось.

Закончив с делами, Ника решила посетить любимый уголок сада, а заодно подумать. Находка нещадно тянула карман, будто весила как кирпич. Иногда казалось, что грела кожу. Даже потрогала ее, но та оставалась холодной. Странно.

Решила, что все-таки не стоит о ней говорить никому. Кто знает, какие тайны были у мамы, и не известно, насколько много знает дядя. Ведь хранители не делились секретами даже с помощниками. Витю вообще не следует в это посвящать. Пока. Сначала надо самой разобраться в ситуации.

Поехать к детективу? И что сказать? — «Здрасьте, не вы ли случайно похитили моих родных?». Хотя, вряд ли он бы этим занимался. Однако, выяснить, что их связывало — необходимо. Вдруг всплывет какая-нибудь подсказка. А уже потом решать, какую информацию выдать дяде.

Звонить небезопасно, да и подобные вопросы подлежит решать с глазу на глаз. Прочитала адрес. Место хорошо известно, в самом центре города в одном из элитных офисных центров. Пашу привлекать не следует, ведь одну не отпустит. Значит поедет сама.

Но как обезопасить себя? Поняла, что ехать лучше днем, когда много людей. Вряд ли к ней приблизятся среди бела дня. И лучше не откладывать. В конце концов, охотились не за ней, иначе пропали бы не родители.

Пока пробегали подобные мысли, подошел Витя и присел рядом.

— О чем задумалась?

— Тебе правда нужен ответ? — повернувшись, улыбнулась Ника, и поудобнее устроилась у него на плече.

— Да нет. Может, все-таки поедешь со мной? Думаю, смогу тебя защитить.

— Уверена в этом. Но я лучше к родне, поближе к источнику информации. Всё-таки разобраться хочется со всем как можно быстрее. Да и тебе необходимо работать, а не возиться со мной. Не то попрут из компании, на что жить будем?

— Будем? Хочешь сказать, что решилась? — при этом нервно сжал пальцы на плече подруги.

— Да, откровенно говоря, было немного не до подобных размышлений. Это так, машинально.

— Но тенденция мне нравится. — в голосе слышалась улыбка — Ладно, мне пора. Подвезти?

— Спасибо, но мы на машине.

Павел, остановился недалеко от входа в городскую библиотеку, как его и попросила Вероника. Она приняла решение не рассказывать про визитную карточку и самостоятельно посетить того самого детектива. А чтобы никто не догадался, сделать вид, что собирается в совсем другое заведение.

— Ты уверена? Не хочешь, чтобы я пошел с тобой?

— Учиться тоже вместе со мной будешь? — хмыкнула она, — не думаю, что надолго. Потом сама доберусь.

— Если задержишься, звони. Приеду, заберу.

На том и распрощались. Ника зашла в здание, но вместо того, чтобы пройти внутрь, свернула по коридору и остановилась возле окна. Чуть выглянув, чтобы ее не было видно, дождалась, когда друг отъедет и скроется из виду.

Рука сама собой легла на карман с визиткой. Закрыла глаза, попробовала прислушаться к ощущениям.

— Ох, надеюсь что-нибудь выясню. И раз начала, надо довести задуманное до конца, — сказала сама себе, вздохнула и вышла на улицу.

Бизнес-центр в любое время дня напоминал огромный муравейник. Высокое стеклянное здание возвышалось над близлежащей площадью, да и улицей, доминируя и поглощая. Люди куда-то бежали, суетились. Иногда останавливались, чтобы перекинуться парой слов с другими, а затем продолжали свой бег. Никому не было ни до кого дела. На ходу решали вопросы по телефону. Входили внутрь и выходил, готовя на ходу пропуска, чтобы не терять драгоценные минуты. Поймала себя на мысли, что и ей хотелось бы здесь работать однажды, когда закончит учиться.

Охранник на входе лениво наблюдал за пересекающими турникет, иногда позевывая и даже не задерживаясь ни на ком взглядом. Вероника, так и не найдя в списке нужную ей организацию, решила обратиться к нему за помощью.

Подошла, показала визитку и поинтересовалась, как туда попасть и где искать. Собеседник так же лениво, как и до этого указал, что ей следует обойти здание. У разыскиваемого ею офиса отдельный вход с крупной вывеской. Мимо пройти невозможно.

Ника шла к цели, пытаясь представить себе человека, с которым должна встретиться. Рисовался образ невысокого средних лет мужчины, с залысинами и очках. Обязательно присутствовал строгий костюм, периодически в образе всплывали усы и шляпа, видимо, сказывалось влияние современных фильмов, но последнюю она с усилием убирала. Да и офис, наверное, маленький, темный, неприметный. Скорее всего, попросту не было возможности снять его в основном корпусе.

За этими мыслями чуть не прошла мимо заветного входа. Лишь краем глаза зацепила неожиданно большую золотого цвета вывеску, на которой было выгравировано «детективное агентство ЭДОР».

Широкие стеклянные двери, автоматически открылись, стоило только оказаться поблизости. От неожиданности даже отскочила на пару шагов. Быстро справилась с испугом, и зашла.

Внутреннее убранство совершенно не соответствовало тому, что она себе напредставляла. Просторное светлое помещение оформлено в стиле современного минимализма. Имелись ресепшен, несколько дверей, скорее всего кабинеты, кожаный диванчик и несколько кресел для ожидания, раскидистое растение неизвестного происхождения, даже маленький настольный фонтанчик с его успокоительным журчанием.

Сотрудница модельной внешности подняла голову и нарисовала приветливую улыбку. Поинтересовалась, может ли помочь.

— Эдуарда сейчас нет, когда вернется неизвестно. Может быть, желаете пообщаться с одним из его коллег?

— Нет, мне нужно поговорить именно с ним.

По лицу работницы проскользнула легкая ухмылка, но вновь вернулась доброжелательная маска.

«Хорошо же их тут муштруют. Интересно, о чем она подумала?»

— Боюсь, даже не могу подсказать, когда придет. Он никогда не предупреждает. С новыми клиентами обычно работают его коллеги. Если по личному вопросу, — сделала многозначительную паузу, — советую записаться к нему на приём заранее.

— У меня к нему дело по его же делу. И я буду ждать тут. Это срочно и у меня нет выбора.

— Как Вам будет угодно.

Ника заняла одно из кресел, с любопытством отметив его удобство. Похоже, услуги частного детектива весьма востребованы. Судя по обстановке, деньги у агентства водились.

Чтобы скоротать время, достала учебник и погрузилась в чтение. Совместила приятное с полезным. Так углубилась в занятие, что не заметила, сколько прошло времени, когда входная дверь вновь открылась. Девушка подняла голову. Даже не так, она почувствовала. Атмосфера вдруг резко изменилась, в воздухе появилось что-то давящее, обволакивающее, то, от чего все тело наполнилось странным теплом. Хотя дискомфорта не доставило. Просто было очень странно, непривычно.

В помещение зашел мужчина. И именно он был причиной произошедших изменений. Сомнений не было, он был магом и этим особо привлек к себе внимание. Одет был весьма «неофисно»: синие потертые джинсы, кроссовки, черная кожаная куртка. Завершали образ кожаные мотоциклетные перчатки и шлем. Мотогонщик. Так про себя назвала его Вероника.

Еще на пороге мужчина потянулся руками к шлему и снял его. По плечам рассыпались темно каштановые волнистые волосы, а взору предстали красивые, четкие черты лица, тонкий прямой нос, волевой идеально выбритый подбородок. В дополнение к этому, посетитель обладал высоким рост и широкими плечами. Явно постоянный посетитель спортзалов.

«Правда гонщик? Или фотомодель? Интересно, что он тут делает?»

В этот момент его взгляд упал на Нику, да так там и завис. Мужчина, внешне лет 33–35, продолжил движение, не отводя от нее глаз, в сторону стойки и спросил:

— Лена, кто-нибудь меня искал, есть что-то срочное? — при этом так и продолжал рассматривать Веронику.

— Да, вот девушка давно тебя дожидается.

— Вы ко мне? — на этот раз обратился к Нике.

— А… Вы… Эдуард?

— С утра был.

— Вы детектив?

— А что, не похож?

— Если честно, не очень. Я Вас представляла себе немного другим, — смущенно протараторила та.

— Маленьким, лысым, в костюме, плаще, и шляпе? — улыбнулся гонщик.

— Почти. — хихикнула в ответ, — Что поделать: фильмы и клише.

— Вот, а нам приходится с этим бороться. Пройдемте в мой кабинет? — и открыл перед посетительницей дверь. — Лена, меня пока ни с кем не соединяй, никого не впускай. — и уже обращаясь к девушке, — Не люблю, когда отвлекают от работы.

Кабинет оказался просторным, тоже светлым без излишков мебели: небольшой стеллаж с папками, стол, кожаное кресло с высокой спинкой, и несколько кожаных креслиц для посетителей.

«Он что, помешан на коже? Или это тренд такой?» — пришло в голову.

Детектив жестом предложил присесть, а сам молча снял куртку, повесил ее на вешалку, и сел напротив. Остался при этом в тонком свитере молочного цвета, который не то, что не скрыл, а даже подчеркнул его и впрямь отличную физическую подготовку. Хотя, скорее всего именно этого его владелец и добивался. А Ника поймала себя на мысли, что рассматривает мужчину. Да, уж он совсем не совпадал с придуманным ею образом.

А тот все это время продолжал буравить девушку взглядом темно-карих глаз. При этом лицо оставалось невозмутимым и было невозможно даже предположить, о чем он думает.

— Так что Вы хотели? — наконец-то нарушил он странное молчание.

— Понимаете, — слегка замешкалась Вероника, — я к вам с весьма деликатным вопросом.

— К нам все приходят с деликатными вопросами.

— Понимаю. Мне нужно узнать, что вас связывало с моими родителями. Я нашла вашу визитку в маминых вещах, и очень надеюсь, что вы сможете помочь.

— Вы же осознаете, что это профессиональная тайна и я не в праве ее выдать? — так и не сводя с нее глаз высказал Эдуард.

— Да, конечно. Дело в том, что родители вчера пропали. И нет никаких следов. Вот, визитка только Ваша.

Впервые за разговор по лицу собеседника пробежала эмоция — удивление.

— А родители у нас кто?

— Анатолий и Светлана Ильины.

— Хранители, значит, пропали. Хм… — еле слышно проговорил он, будто для себя. А между бровей залегла глубокая вертикальная складка.

— То есть Вы знакомы, раз знаете о хранителях?

— Я знаю их всех в округе, правда только пофамильно. Профессия обязывает. Лично не знаком. А вот вы откуда посвящены. Не рановато ли? Сколько вам?

— Через четыре месяца исполнятся двадцать. Да, мне рассказали раньше. Были причины. А если вы их не знаете, откуда у них ваша карточка?

— Хм, вопрос интересный. Возможно даже встречались. Не так давно прошел благотворительный вечер. Я там много кому их раздавал. Надо же клиентуру нарабатывать.

Да, Ника помнила тот день. Мама регулярно участвовала в благотворительных компаниях и вечерах. Последний был как раз недавно, буквально пару недель назад.

— Значит они к вам не обращались, жаль. Получается, этот визит был бесполезным, а я рассчитывала. Простите, что отняла у Вас время, — и поднялась, чтобы оставить кабинет.

— Постойте. Присядьте, пожалуйста. Кто сказал, что бесполезно. Возможно, я смогу помочь?

Детектив откинулся на спинку кресла, поднес пальцы к щеке, опершись на подлокотник. Смотрел на девушку, не видя ее и напряженно думал о чем-то своем, только ему известном.

— Каким образом? — спросила тихо, боясь помешать мыслительному процессу.

Ответил не сразу.

— Ну, в конце концов, у меня детективное агентство.

— А, я уже думала, Вы что-то вспомнили. Не представляю, сколько стоят ваши услуги, но не уверена, что потяну. Видите ли, я еще студентка. На личном счете не так много, а родители, как я уже сказала, пропали. К их счету, как вы понимаете, у меня нет доступа.

— Решим вопрос.

— И можно узнать, каким образом? — ответила с некоторым раздражением. Не известно, что он задумал и что от нее хочет. Не дай бог еще расплату натурой запросит. Или, может, хочет узнать, где источник. Но она и сама не ведала. А денег у нее все равно нет. Кто, интересно, займется таким делом бесплатно? И добавила, — Кроме того, поисками занимается полиция.

— Выгодным обеим сторонам, разумеется. Не беспокойтесь. У меня честный бизнес и всегда можно прийти к консенсусу. Например, договориться, что вы оплатите прямые расходы, связанные с поиском, подтвержденные конечно же расчётным документами. Причем сделаете это не сейчас, а после завершения работы. Укажем это в договоре. И заплатите даже не вы, а родные в последующем, но от вашего имени. Вы же потом будете активно рекламировать среди знакомых и друзей мое агентство. Так сказать, бартер.

— А что имеется в виду под расходами?

— Не переживайте, ничего особенного. Проездные билеты, вероятные допуски. Возможно, покупку необходимого оборудования, но последнее — только с вашего предварительного согласия. Мы уже и так неплохо упакованы.

Было, в принципе логично. Но что-то все равно не вязалось. Хотя все то же шестое чувство подсказывало, что он правда может быть полезен.

— И все? Как-то объем работ и затрат не вяжется с запрошенной оплатой. Скажите честно, в чем ваша выгода.

Эдуард, встал из-за стола, подошел к окну и уставился куда-то вдаль, сложив руки за спиной.

— Выгода есть, и не одна, а даже несколько.

Немного помолчав, вздохнул и развернувшись продолжил.

— Во-первых, пропали хранители. Вы еще не знакомы с этим новым миром, но это плохо. Равновесие должно поддерживаться. Чем раньше поймем в чем проблема, тем лучше. Не хотелось бы, чтобы последовательно начали пропадать и другие, и кто-то начал добираться до источников. Это слишком сильно нарушит баланс и тяжело может быть всем. Так что, это косвенно и в моих интересах.

— Во-вторых, — чуть замялся, вернувшись в кресло, и посмотрел Веронике прямо в глаза. — последнее время, дела у фирмы идут не совсем гладко. Мало клиентов, денег на счету практически нет, а сотрудникам нужно платить. Поэтому я сейчас готов на любой, даже не самый прибыльный контракт. В нашем случае я потрачу только свое время, вы же возместите расходы. Зато, если все получится, лучшей рекламы и быть не может. Разыскать пропавших людей очень внушительно. Вы всего лишь официально подтвердите факт успешного завершения дела. После этого клиенты найдутся сами собой. Кстати, надеюсь на Вашу корректность, и что вы не расскажите об этом конкурентам.

— Само собой. Есть еще и в-третьих?

— А вам мало? Ладно… Вам в голову не приходило, что есть еще и честь, и элементарное человеческое желание помочь? Добрые дела благотворно влияют на карму.

— То есть Вы только лишь из благородства собираетесь этим заняться?

— Не только. Выгоды все же больше. Кроме того, госорганы вряд ли смогут помочь, если все серьезно.

— А вы, значит, сможете? — раздражение скрыть не удалось.

— Надеюсь. Видите ли, наши правоохранительные органы сильно связаны по рукам законодательством двух миров: гражданского и магического. Любое действие должно удовлетворять обоим, которые иногда даже конфликтуют. Каждый доступ, обыск, вызов на допрос, получение справки и так далее сопровождается запросом или предварительным разрешением. А это выражается промедлением. Я же обязан беспокоиться только о своей репутации. Бумаги мне не нужны, я действую другими методами?

— Идете против закона?

— Нет, я не совершаю преступлений. Это идет вразрез профессиональной этике и моим моральным принципам. Я просто иногда обхожу запреты, используя личные связи, коих немало. Протоколы мне не требуются, да и техники у нас побольше, и она поновее. А Вас, думаю, в первую очередь интересует семья и скорость, а не бумажные талмуды.

— Такое впечатление, словно передо мной развязалась широкая рекламная компания для одного зрителя. — ухмыльнулась почти клиентка.

— Ну как-то так, — искренне улыбнулся детектив.

При этом на щеках проявились ямочки, а в глазах засветились огоньки. И получилось это настолько мило, будто и не официальный разговор, а общение двух друзей. Вот не может настолько добродушный человек быть плохим и желать чего-то незаконного.

— И как я уже сказал, выгода у меня имеется. И да, я хочу получить этот контракт. Помимо всего срабатывает профессиональный азарт. Надоело подглядывать за неверными мужьями.

— Почти уговорили.

— Почти? Я уже не знаю какие еще доводы привести, — открыто в голос засмеялся тот.

А потом наклонился над столом поближе к Нике, и заговорщицки прошептал — Я Вас все равно никуда не отпущу без подписанного договора. — А в глазах заплясали смешинки.

«Интересно, он со всеми клиентами так мил? Хотя, раз упомянул неверных мужей, значит приходят к нему в основном женщины. Эх, похоже, умеет с ними общаться. Главное, не поддаваться его обаянию.»

— Хорошо. Начнем действовать, но только после официального подписания договора.

— Вы умная девушка. Мы обязательно найдем родных. Только у меня будет одно важное условие, — уточнил Эдуард, — полное подчинение. Скажу сделать что-то — будете делать, скажу не лезть — будете сидеть тихо и не высовываться. Попрошу рассказать что-то — расскажете всю правду, без утаек. Я знаю ситуацию лучше, так как с миром магией хорошо знаком. В любом случае, каждое из этих действий будет только для защиты Вас, Ваших интересов, и исполнения нашего контракта.

— Тогда и я хочу, чтобы Вы держали меня в курсе дела, не утаивая сведения и не уклоняясь от ответов. И позволили участвовать в поиске.

— Справедливо. Но привлекать буду только когда это будет безопасно. Тогда договор. Вы что предпочитаете, чай или кофе?

— Чай. Зеленый. — от неожиданности выпалила Вероника

Орлов взял трубку стационарного телефона

— Леночка, занеси второй бланк соглашения. А еще организуй, пожалуйста, двойной кофе, зеленый чай, бутерброды, — посмотрел на Нику, и добавил, — побольше, и пирожных каких-нибудь. Вкусных. И положив трубку, с улыбкой прокомментировал, — Простите, я еще не обедал. Не было возможности. Любите пирожные?

— Кто же не любит. Надеюсь, не включите в счёт, в качестве необходимых трат на расследование?

Эдуард рассмеялся звонко, искренне. И так это ему шло, что Ника даже залюбовалась. Правда быстро себя отдернула. У нее есть жених, а это просто красавчик модельной внешности, которой успешно пользуется. Наверняка за ним толпы поклонниц бегают. Вон и секретарша, похоже, за одну из них приняла.

— А Вы не промах: внимательная и осторожная. Сработаемся! — при этом хитро прищурился и, подмигнув, шёпотом добавил, — Это пока мои необходимые расходы, чтобы клиент не сорвался.

— А вы точно детектив? Не очень-то на него похожи. — спросила также шёпотом, прищурившись.

— Честное пионерское. Таков замысел. Все пытаются по внешности, а не по делам судить, а мне это только на пользу. Вот скажите, кому бабульки возле подъезда расскажут про Иван Иваныча: веселому, молодому, симпатичному «племяннику» в джинсах или детективу в строгом костюме и с папкой?

В кабинет зашла Елена с подносом в руках и папкой. Разместила их на столе и удалилась, ничего не говоря. Эдуард подпихнул Нике бланк.

— Это наш стандартный договор. Прочитайте внимательно, если есть вопросы задавайте, предложения — вносите. А пока читаете, берите бутерброд. — и поставил перед ней тарелку. — И еще, раз нам вместе работать, давайте перейдем на ты. Не люблю чрезмерный официоз. Кстати, ты до сих пор не назвала своего имени.

— Вероника.

— Вера. Символично. Мне нравится. А я — Эдик, или просто Эд. Ну или все равно как, главное не на Вы, — и расплылся в широкой улыбке.

В голову Вере закралась мысль. Это он что, к ней сейчас клинья подбивает? Или всего лишь счастлив получить важное дело? Все-таки, наверное, второе. Хотелось бы надеяться.

Контракт был прочитан, обсужден, внесены некоторые изменения. Эдик всучил Нике еще один бутерброд. Она пыталась отказаться, ссылаясь на то, что это он не обедал. Орлов же в свою очередь заметил, что у нее слишком голодные глаза, а поесть он всегда успеет. А затем с улыбкой довольного кота наблюдал, как она поглощала вкуснейшие пирожные.

— Все-таки у меня ощущение, что что-то не так с этим договором. Ты слишком довольный.

— Само собой. Не представляешь какое это счастье, заполучить серьезное дело. — Подтвердил ее мысли. — Не переживай. С моей стороны совершено никакого подвоха. Клянусь.

— Ладно, верю. Итак, с чего начинаем? — она пододвинула к нему подписанный документ, проследила за его подписью и забрала себе экземпляр.

— Итак. Начнем с информации. Сейчас ты мне расскажешь подробности. Абсолютно все, что произошло за последнее время и особенно последние три-четыре дня.

И Вероника рассказала. Хотя особо информацией не располагала. А заодно и про Виктора, и про предложение. Потому как пришлось объяснить тот факт, что она узнала про мир магии и хранителей, и про взлом защитного поля на доме. Эдуард слушал сосредоточенно, иногда задавая вопросы.

— Вот, надо было все-таки поехать вчера с мамой, когда с собой звала, знала бы больше. — произнесла в итоге Вероника.

— Ну да, и сейчас бы вас искать было не кому. Никто бы не подозревал о пропаже и драгоценное время было бы потеряно. Значит так, домой тебе одной нельзя. Лучше, чтобы вообще никто не был в курсе о твоем местоположении. По крайней мере пока не поймем, что и к чему. К дяде тоже не поедешь.

— Послушай, я уже говорила о моем материальном положении. Неизвестно, сколько это продлится. Я пока не готова платить еще и гостиницу.

— Да, помню. Необязательно гостиницу. У меня есть пустующая квартира. О ней никто даже не подозревает. Поживешь пока там, — и увидев скептическое выражение лица собеседницы, с улыбкой добавил, — Пожалуйста, понимаю, что пока трудно, но начни мне доверять. Я никогда не сделаю тебе ничего плохого, и тебя, кроме того, защищает наш договор. Квартира моя, но я там не живу. Предоставляю ее в полное твое распоряжение. Единственное, надо будет заехать продуктов купить. Сомневаюсь, что там есть еще что-то съедобное. Без меня никуда оттуда не выходишь, на телефон не отвечаешь. Мы вместе съездим к тебе домой, соберешь вещи, а я хочу посмотреть сам территорию. Оттуда позвонишь дяде и своему молодому человеку. Сообщишь, что все в порядке и что некоторое время не выйдешь на связь, потом выключишь телефон. Возьми вот этот — он достал из ящика смартфон. — С него будешь звонить только мне, номер уже забит в справочнике.

— А как же я буду общаться с родными, узнавать новости расследования?

— Будем вместе выезжать подальше от дома. Оттуда будешь звонить, потом опять выключать. Надеюсь, это на пару дней, пока не разберемся с ситуацией. Ты наследница хранителей, и, если ищут именно источник и до сих пор не нашли, могут попытаться найти его через тебя. Если родителей долго не будет видно, источник может принять твою кровь, даже несмотря на то, что сила еще запечатана. Насчет Олега не переживай, я сам с ним поговорю. И постарайся не вмешивать своего жениха. Ты и сама ничего не знаешь, а раз он не маг, то, как бы хуже не сделал в нашей ситуации. Понимаю, что прошу многого, но потерпи чуток, пока ситуация не прояснится. И еще: ни одна живая душа не должна знать, что у нас контракт и мы над чем-то работаем. Поняла?

— Почему это должно оставаться тайной?

— Чтобы не привлекать чрезмерное внимания. Проблема весьма щепетильная. И паника нам не нужна.

— А почему, собственно говоря, я не могу привлечь детектива? Что в этом такого?

— Любое дополнительно привлеченное лицо вызывает вопросы и привлекает внимание. Сразу решат, что полиция не справляется, а значит дело плохо.

— Хорошо, тебе виднее. И еще, скажи, ведь если источник принимает лишь наследственную кровь, как преступники могут получить к нему доступ, если даже и смогут найти.

— На самом деле это тоже возможно. — вздохнул Эдуард, — В старых книгах встречались повествования о том, что, воздействуя магией, можно перенаправить их потоки энергии. Как это работает — не знаю. Насколько помню, с тех пор как силу разделили на виды, попыток заполучить источник было немного. Это нам тоже придется выяснить. Даст бог, это не то, о чем я думаю, но лучше найти нужную информацию, чтобы предупредить возможные последствия.

Глава 5. Непрошеный гость

Наступил вечер и солнце уже стало клониться к горизонту, когда они добрались до дома Вероники. Мотоцикл оставили на соседней улице, а сами прошлись пешком. Как объяснил Эдуард, лишняя осторожность никогда не помешает.

Остановились у самых ворот, и детектив попросил дать ему немного времени. Оглядевшись по сторонам, поднес к двери руку, правда не дотрагиваясь. С ладони полился мягкий светло-рыжий поток, окутал замочную скважину, раздвоился и тонкими ручейками пополз вдоль щели вверх и вниз, оплетая по периметру дверь. Выглядело завораживающе.

Наконец-то получилось рассмотреть настоящую магию. Она напоминала дым, по крайней мере поведением: также перекатывалась, клубилась, поднималась, затем опускалась растекаясь, но продолжала свой путь. Но в отличие от него оставалась прозрачной, поблескивая и переливаясь рыжеватым цветом, похожим на вечерний закат. А еще, внутри кружились, будто исполняя только им понятный танец, рыжие звездочки.

Ника не могла отвести глаз. Красиво. Сама оглянулась, посмотреть на всякий случай, не видят ли это прохожие.

— Эй, кто такие, чего надо? — выглянула из-за забора соседка.

Орлов отдёрнул руку, и рыжий дымок всосался в дверные щели.

— Теть Маш, это я. Все в порядке.

— Ой, деточка, не признала. А то крутятся тут подозрительные личности, на всех кидаться будешь.

— А кто здесь был?

— Да был днем возле калитки мужик какой-то. Весь в черном, с капюшоном на голове. Постоял чуток да сбежал, когда меня увидел. Что надо было, не знаю. Но точно плохое задумал.

— А примет никаких не заметили?

— Да какое там? В перчатках он был, под капюшоном, высокий, плечистый. Но ничего необычного. Про родителей то что-нибудь слышно?

— Нет пока. Если вдруг еще кто появится, Вы мне сообщение на телефон отправьте, пожалуйста. Я как его включу, сразу прочитаю.

— Ой как жаль. Надеюсь, все с ними хорошо. Так, конечно, напишу, не сложно. Главное, чтобы польза была.

— Спасибо, теть Маш! — ответила соседке, открывая калитку и прошла внутрь.

— Серьезная тут у вас, однако, охранка. — отметил Эдик, как только они вошли во двор, — Чтобы ее взломать надо быть либо очень одаренным магом, либо артефактом воспользоваться, напитанным силой чародеев. Ваша, смотрю, самая новёхонькая, но и черный рынок на месте не стоит, постоянно работает в этом направлении. Надо будет, кстати, проверить, не интересовался ли кто такими в последнее время. Установили совсем недавно, с тех пор вторжений не было. Гость, похоже, попросту не смог одолеть.

— Да, дядя ночью поставил новую усиленную. А еще защита на доме выставляется на ночь и на каждую комнату, или только спальни. Последнее не уточняла.

Как и договорились заранее, оттуда решили позвонить близким, предупредить, чтобы те не волновались. Эдуард попросил набрать номер дяди и включить громкую связь. После непродолжительных гудков, последовал ответ.

— Ника, ты где, все в порядке?

— Да-да, со мной все хорошо.

— Привет. — вмешался в разговор маг, — Олег, ты ведь узнаешь меня?

— Да. — после нескольких секунд молчания ответил тот.

— Вероника некоторое время побудет под моей защитой. Телефон выключает. Выходить на связь будем раз в сутки. Никто не должен об этом знать, потому заблокируйся от прочитки.

— Думаешь, все настолько серьезно?

— Надеюсь, что нет, но рисковать не хочу. Сначала все проверим.

— Хорошо. Держи меня в курсе.

— Само собой, — ответил Эдуард, и вернул мобильник.

— Будь осторожна. Если что понадобится, звони. Удачи! — только и сказал ей дядя.

— Так вы знакомы? — спросила у детектива, отключая звонок.

— Да. По роду службы периодически сталкиваемся. Я пока помещение просканирую, а ты парню своему позвони. Но не говори, где находишься.

— Почему? Он же не маг, ни о чем не знает.

— Вот именно. Есть люди, которые умеют читать мысли. Вычислить и прочитать его труда не составит, если кому-то понадобится.

Тут он отвернулся, давая понять, что здесь не для разговоров, и вскинул руки. От них опять пошел поток магии, но на этот раз проектирующийся на стену тонкой светло-рыжей полоской. Она проходила вертикально через стену, выходя на потолок и немного на пол, и медленно передвигалась по периметру комнаты. И было это так впечатляюще красиво и мощно, что Ника восторженно залюбовалась, и не сразу заметила, что в трубке ответили. Открыла дверь и вышла из комнаты.

Разговор не был простым. Она сообщила Виктору, что отключает телефон и обещала связаться с ним завтра, когда снова будет в сети. Пришлось убеждать того, что ничего страшного нет, это необходимая мера, чтобы утрясти некоторые вопросы. Парень же настаивал, чтобы она оставалась на связи, и не дурила. Мало ли что может случится, а так хотя бы будет возможность позвонить и позвать на помощь.

Так и поговорили пререкаясь. В итоге побросали трубки. А на душе заскребли кошки. Как же все не вовремя. Вот опять поругались. И так толком не разрешили предыдущие разногласия, а теперь еще и новая напасть. Опять секреты, которые накатывались как снежный ком, и как вылезти из всего этого без потерь, не было ясно. Нужно подождать, когда найдутся родители, вернуться домой. И можно уже будет рассказать про магию. Начать это делать. Сейчас рано. И не нужно его втягивать. Ведь это ненадолго и скоро закончится.

Пока маг изучал верхний этаж и двор, Вероника, вместе с заново собранной сумкой с вещами, устроилась в саду на своей любимой скамеечке. Солнце подходило уже к самому горизонту, удлиняя тени и уступая место вечерней прохладе. Ника поежилась, достала белый свитер толстой вязки и надела его.

— Тебе идет белый цвет. — отметил детектив, присаживаясь рядом. И не делая паузу, чтобы не создавать неловкость, продолжил. — Все-таки Олег поторопился. Надо было меня позвать. Слишком много людей побывало в этом доме. Не разберу. Вроде два человека находилось внутри вместе с родителями, но точно не скажу.

— Даже так? Так дядя говорил, что все здесь проверили. Никаких следов не нашли, только отпечаток магии, который изучать забрали. Так ты прямо прошлое видишь, или как?

— Нет. У меня сильно развита поисковая сила. Именно она, кстати, и повлияла на выбор профессии. Я вижу отпечатки, только в пространстве. Это как ты видишь след обуви на земле, а я след человека, только в пространстве.

— Надо же как интересно. Надеюсь, я тоже смогу что-нибудь полезное. Так значит, с родителями было два человека?

— Возможно. Вот тебя я сегодня абсолютно точно увидел с двумя мужчинами. Они внизу были, ты больше наверху времени провела.

— Ого! — только и смогла выдать Ника, — вот так просто? А можешь увидеть кто именно? Сегодняшний день меня не интересует.

— К сожалению нет. Это как те же отпечатки на земле. Еще надо найти ту обувь, которая их оставила. А если сверху еще кто-то прошел, то они совсем размазываются.

Договорить не успел, как послышался странный звук от калитки, которая через некоторое время отворилась, пропуская на территорию человека.

Фигура протиснулась во двор, тихонько затворила за собой дверь. Детектив накрыл ладонью рот Нике, и приложил палец к губам, чтобы та молчала.

Разобрать, кем является непрошенный гость было невозможно. Одет в черную неприметную одежду, с надвинутым на глаза капюшоном и в лыжной маске. В точности, как рассказывала соседка. Он начал медленно осматриваться, прижавшись спиной к забору. Интерес его, однако, был направлен на дом.

Вероника почувствовала, как по телу разлилась дрожь, а вдоль позвоночника пробежал холодок. В этот момент человек повернулся в их сторону и посмотрел прямо на нее. В горле пересохло, а тело парализовало, не позволяя даже пошевелиться.

Произошедшее следом она запомнила плохо. Слишком быстро все случилось. Перед глазами завертелось, пронеслось: чья-то горячая рука, полет, холод камня. Буквально за доли секунды Эдуард схватил ее, кинул на землю, убирая при этом себе за спину, и вскинул правую ладонь.

А вот дальше уже было все как при замедленной съемке. С пальцев визитера сорвались два голубых сгустка, напоминающие шаровые молнии и полетели в их направлении. Очень страшно и в то же время завораживающе. Эдик запустил в ответ что-то, не имеющее формы и описания, которое в полете начало растягиваться и увеличиваться, превращаясь в сеть, напоминающую рыбацкую. При этом, одновременно выставил щит, явно магический, полукруглый с загнутыми внутрь краями, который и закрыл их двоих от посетителя. Он переливался и поблескивал все тем же рыжевато-золотым цветом, оставаясь при этом прозрачным и не ограничивая обзор.

Шары достигли щита, ударились об него, с шипением обратились в пыль и осыпались на землю. Сеть же, долетев до места назначения, была отброшена пришельцем, упала на тропинку и растворилась, будто ее и не было. А сам посетитель, наконец-то совладав с замком, открыл калитку и выскользнул на улицу.

Маг в считанные секунды, установил над девушкой купол, кинул: «Сиди здесь и не шевелись», — вскочил и ринулся к воротам. Она же принялась машинально изучать то странное нечто, которым оказалась укрыта. Даже не столько потому, что было действительно интересно, сколько для того, чтобы отвлечь мысли и успокоиться.

А походило это на большой мыльный пузырь, меняющий форму, такой же прозрачный и переливающийся всеми цветами радуги и возвращающийся затем к светло-рыжему цвету. Дотронуться так и не решилась, то ли от страха, что тот лопнет, то ли потому, что ей не велели шевелиться. Вдруг сильно ударит зарядом, например.

Детектив вернулся быстро, сообщив, что преступник скрылся. Как будто испарился.

— Порталом ушел? — поинтересовалась Ника.

— В нашем мире порталы запрещены. За один такой несанкционированный можно силы лишиться. След довел до дороги и пропал. Либо его ждал сообщник, либо убрал видимость. — И очередной раз проверив дверь, добавил, — артефакт.

Затем достал из кармана металлическую коробочку и пинцет. Подошел к месту, где осыпались шаровые молнии и собрал оставшуюся после них пыль. Закрыл крышку, по которой пробежала уже знакомая рыжая полоска.

— Вряд ли что-то осталось, мой защитный щит выжигает магию, но все равно завтра отвезу Олегу. Если повезет, узнаем, та же магия, или нет. Сейчас я дополнительную защиту поставлю и сигналок навешаю. Уйдем отсюда поскорее. Поговорим позже. — И повел Веронику к выходу.

Но сюрпризы на этом не закончились. Выйдя на улицу, Ника увидела, как, оставив машину на противоположной стороне дороги, к дому приближается Виктор.

Поддавшись эмоциям, кинулась к нему, обняла и уткнулась лицом в грудь. Ее еще слегка потряхивало после произошедшего, и голова шла кругом от нереальности происходящего. Захотелось вернуться в прошлое, расслабиться хотя бы на мгновение и почувствовать себя защищенной.

— Что случилось? — он прижал к себе Веронику, поглаживая спину в успокоительном жесте. При этом взгляд скользнул к детективу. — Он тебя обидел?

— К нам в дом кто-то зашел. Он был в маске. Я жутко испугалась. А Эдуард, наоборот, того спугнул, пытался поймать, но не смог.

— И как давно вы с ним… хм… У вас дома прохлаждаетесь? И чем именно вы там занимались?

— Это сотрудник дяди. — соврала, но тут же, ошарашенная только что посетившей идеей, взбудоражено продолжила. — Ты что, о чем подумал? Да как тебе только в голову такое могло прийти?

Задыхаясь от негодования, отстранилась. И тут же, отравляемая злостью и обидой продолжила:

— И кстати, что ты тут забыл? Я же сказала, что позвоню завтра.

— Был уверен, что найду тебя здесь. Хотел поговорить, узнать, что происходит и почему решила пропасть? Кажется, теперь начинаю понимать. С ним, пока я места себе не нахожу, решила покувыркаться?

Сама не заметила, как ее рука двинулась, с силой залепив звонкую оплеуху.

— Никогда. Слышишь? Никогда не смей даже думать о таком. И уж подавно обвинять в том, чем не виновата. Уйди! Немедленно!

— Оставив вас наедине? Что говорить, удобно. — и направился к детективу, обращаясь уже к последнему. — Не приближайся к моей невесте.

— Не то что?

— Не то я за себя не отвечаю. Руки поотрываю.

— По себе людей не судят. Если ты лапаешь всех, кого видишь, не значит, что остальные такие же.

— Да как ты смеешь… — и замахнулся на противника.

Орлов ловко увернулся от удара, схватил предплечье и завел за спину, прижав парня лицом к забору.

— А теперь послушай внимательно, малый, — продолжая удерживать Виктора Эдик проговорил почти на ухо. — Мне глубоко наплевать, что ты обо мне думаешь, да и на ваши отношения тоже. Но, чисто из уважения к леди, поясню: я чужих девушек не тискаю, потому что уважаю как их, так и самого себя. Я всего лишь ее сюда сопроводил. А вот пытаться лезть против меня не стоит, проиграешь. Я сильнее и опытнее тебя. И еще, сейчас отпущу руку, но настоятельно рекомендую пойти к невесте, признать ошибку и попросить прощения. Леди явно расстроилась. Иначе рискуешь потерять ее без чьего-либо вмешательства. У нее нынче весьма трудный период. Она напугана и взволнована, и нуждается в поддержке и понимании, а не капании на мозги и скандалах на пустом месте. Обещаешь хорошо себе вести?

Дождался положительного ответа и отпустил хватку.

— Спасибо. — произнес жених, растирая плечо, — Я дико нервничаю, не понимаю, что происходит и очень боюсь, что что-то не так. — Потом повернулся к Нике и попытался обнять, но она увернулась.

— Мышонок, прости. Не знаю, что нашло. Я так не думаю, помутнение. Хочу, чтобы ты мне больше доверяла, помочь хочу, а чувствую только, что отдаляешься.

— Я обязательно все расскажу, когда узнаю. Пока сама как слепой котенок по углам тыкаюсь. Но сильно обижает то, что до такой степени мне не доверяешь.

— Да просто разозлился, увидел этого, — кивнув на Эдика, — Могла бы меня попросить с тобой съездить, а не везти непонятно кого.

— Послушайте, — подошел к ним Эдик, до этого стоявший корректно в стороне, — мне жаль, не имею привычки вмешиваться, но давайте вы договорите в другой раз. У нас слишком мало времени.

— Он что, будет еще указывать, где и когда мы должны выяснять отношения? — оскалился Виктор.

— Знаешь, считаю и вправду надо остыть. И не только тебе. Конструктивного диалога сегодня не получится. Ты сам сюда заявился, хотя я предупредила, что свяжусь завтра. И мы действительно торопимся.

— Прогоняешь, значит? — зло рыкнул он.

— Нет, ухожу. У меня нет времени на бесполезные споры. И так слишком много навалилось, чтобы еще и за это переживать, — и, отвернувшись, зашагала прочь.

Глава 6. Друзья

Вероника слышала, как ее жених зло рыкнул, затем также хлопнул дверью машины и уехал.

Эдуард мгновенно поравнялся с ней и спросил:

— Послушай, здесь в окрестностях есть какое-нибудь кафе?

— Да, там хозяйка — моя подруга.

— Давай адрес и идем туда. Объясню позже. И помни, никто не должен знать о нашем договоре.

Послушно продиктовав местоположение, Ника завела спутника внутрь. Навстречу, как всегда, вышла улыбающаяся Ольга. Она оценивающе оглядела молодого человека и изогнула при этом бровь.

— Ох, Ника, с друзьями к нам?

— Да. После проведенной ею рекламы вашего заведения, просто невозможно устоять и не заглянуть сюда. Можно нам столик возле окна. Должны подъехать приятели, не хочу пропустить. Боюсь, заблудятся.

На этот раз пришла уже очередь Вероники удивленно вздернуть брови.

Проводив пару на место, подруга воспользовалась моментом, когда Эдик отвернется, показала Нике кулак со вздернутым наверх большим пальцем и наигранно подмигнула. Затем расплылась в улыбке, подавая меню.

— И что это за театр такой? — не выдержала Ника, когда хозяйка удалилась за заказом.

— Надо было представиться твоим новым парнем?

— Она и без того уже так подумала. И что за приятели?

— Друзей не будет. И всегда можешь сказать, что это я к тебе подкатил. А ты, наивная, и не поняла, что я такой злостный обманщик, и никаких друзей нет. — и заговорщицки улыбнулся.

— Можно было сказать правду. Семья ей доверяла.

— Я ее не знаю. И еще, так исторически сложилось, что в большинстве заговоров участвуют приближенные. Поэтому доверять пока не будем никому.

— Но дяде все равно сказал.

— Да. Вынужденная меря. Не хватало, чтобы правоохранительные органы твоими поисками занялись. И мне нужен доступ к результатам официального расследования. Кроме того, мы с Олегом работаем уже давно. Пусть и не полностью, но я ему доверяю. Надеюсь, не разочарует, но все равно буду осторожен. Помни, верить нельзя никому.

— Тебе тоже?

— Мне нужно. Я на твоей стороне. Кроме того, тебя защищает договор.

Повисла неудобная пауза, после которой он снова заговорил.

— Послушай, знаю, ты сейчас раздражена произошедшей сценой, но не осуждай его. Это нормальная реакция парня, который видит свою девушку рядом с другим. Ревность натуральна, когда есть какие-либо чувства. И, как я понимаю, ты его начала динамить последнее время, вот он и рвется, злится. Дай ему время успокоиться. — и помолчав, добавил. — А если честно, мне он не нравится, и считаю, что совсем тебе не подходит. Но выбирать в итоге тебе, не слушая никого. Главное не руби с плеча.

— И почему же это не подходит, с твоей точки зрения? — вот только не хватало, чтобы он тут ей нотации читал.

— Ну, во-первых, я бы посоветовал присмотреться к магам. Все будет намного проще. Ну и по характеру. Ты — сильная, стойкая, решительная. Это сразу видно. Пока еще малоопытная и знаний не хватает, но это легко устранимо. Тебе нужен кто-то, кто будет рядом как товарищ, как друг, как защитник. Кто-то сильный. У этого вон уже после первой трудности крышу сносит, себя в руках держать не может.

— Уж не себя ли имеешь в виду? — скрыть сарказм в голосе не удалось.

Улыбка с лица детектива сползла, а сам он стал серьезный. Тяжело посмотрел на нее, медля с ответом.

— Будь у меня возможность, ни за что бы тебя не отпустил. Ты слишком уникальна. Но у нас не может быть общего будущего, так как наши образы жизни не совместимы. — И, вернув свою улыбку, выделяющую ямочки на щеках, добавил. — А вот такого друга мне бы хотелось иметь. И очень надеюсь, что не забудешь про меня по окончании дела.

Это был комплимент, или наоборот? То есть такую отпускать нельзя, но лично он не хочет? Но, благо, отвечать не пришлось, так как детектив сразу же сменил тему и продолжил.

— У окна я попросил для другого. В дом пожаловали гости не просто так. Скорее всего засекли звонок и знали, что ты там. Надеюсь, твой Виктор не балуется этим же. Уж слишком вовремя он там появился. И скандал на руку преступнику сыграл — дал время дополнительное. Либо, второй вариант — кто-то следил за домом, а значит теперь и за нами. А здесь нас хорошо видно. Мы так внимание привлекаем. Боюсь, опасения подтверждаются, и пришли туда именно за тобой. А пока вы выясняли отношения, попросил моих ребят проверить, есть ли слежка за домом и за нами.

— Но я понятия не имею, где источник. Да и ведь они же не знают, что мне рассказали про магию. На что рассчитывают?

— Это ещё придется выяснить. Так, похоже, чисто. Подогнали Астру. Можем идти.

Ника посмотрела на улицу, увидела, как мужчина, припарковав у обочины мотоцикл Эдуарда, спешился и стал удаляться.

— Астру? Ты дал мотоциклу имя?

— А почему нет? В конце концов она — мой любимый питомец. — и снова озарился своей фирменной улыбкой.

Все-таки красив, шельмец.

На выходе пресек попытку Вероники заплатить за себя.

— Уже забыла, что официально я тебя сюда на свидание пригласил? — наклонился к ней и прошептал на ухо.

— А как же ваши друзья? Не будете дожидаться? — поинтересовалась Ольга.

— Да нет, к сожалению, у них форс-мажор. В следующий раз подъедут.

— Обязательно жду вас теперь с компанией — Ответила хозяйка, заговорщицки кивнув парню так, будто она все прекрасно поняла, но сделала вид, что поверила в сказанное.

Разбирая пакеты с покупками, Вероника пыталась проанализировать произошедшее, точнее поведение нанятого ею детектива. Началось с того, что он ее защитил в саду. Хотя этого следовало ожидать, ведь по контракту он обязуется заботиться о ее целостности и сохранности. Успокоил, относительно, Виктора, и еще и заставил того извиниться, потом же еще и на защиту его встал. Затем сделал сомнительный комплимент. Заплатил за нее в кафе, теперь еще и в супермаркете, скупив при этом, чуть ли не половину магазина. Ну ладно, просто тележку битком забил, причем даже с горкой. По-джентельменски дотащил все до дома. Ах, да! Еще и квартиру свою предоставил, не спрашивая при этом оплату. Хотя в договоре конкретно прописано, что расходы лежат на ней.

В другой бы ситуации, могла бы подумать, что он так пытается ухаживать. Но было четко сказано, что он рассчитывает только на дружбу. Или это отвлекающий маневр, чтобы расслабилась и потеряла бдительность?

И ведь как заковыристо все обставил. Оплатил продукты сам, пояснив, что рассчитывает на то, что Ника позволит ему иногда питаться у нее. Дескать давно домашней еды не ел, времени на это нет. И ведь не откажешь. Жильё то своё предложил. Вроде бы как плата, но незначительная. При этом на ужин напросился. Если и правда клинья подбивает, то он в сплошном выигрыше. А она… Да и она, в принципе, тоже. Пока. Не пристает, заботится, защищает, еще и платит. Родителей еще не нашел, но так поиски только начали. А она на него кидаться не собирается. У нее уже есть жених, пусть даже они и поругались. Витю тоже можно понять, он же ничего не знает. Потом помирятся. Значит пока все в порядке, пусть так и остается.

А так как говорили про домашнюю кухню, решила приготовить что-нибудь быстрое, а заодно необычное, в качестве благодарности, так сказать, а заодно и удивить. Выбрала карбонару и салатик овощной. А на время ожидания организовала нарезку сырно-мясную к вину, которое мужчина не забыл прихватить. Ну вот точно можно подумать, что он ухаживает.

Эффект произвести удалось, хотя, возможно, зря. Ведь не подумала, что теперь он будет постоянно у нее обедать и простой жареной картошкой не обойдешься. Ну да ладно, от нее не убудет. Да и готовить ей нравится.

После ужина плавно переместились в зал на диван, продолжая потягивать вино, которое, кстати, оказалось весьма недурным. Правда, как только уселась, Вероника почувствовала, как на нее вновь накатили грусть и апатия.

— Чувствую себя паршиво. Родители не известно где и что делают, а я тут рассиживаюсь и расслабляюсь.

— Ника, посмотри на меня, — спокойным мягким голосом попросил Эдуард, взяв ее за руку, — Мы обязательно найдем родных, обещаю. Вероятно, прозвучит жёстко, но в сводках не числится ни одного неопознанного тела, ни в одной больнице нет неизвестных пациентов. Это означает, что они в порядке. Да, их где-то закрыли, может быть, заблокировали магию, но это не смертельно. Все будет хорошо. Верь мне.

— Скажи, ты смог выполнить все контракты?

— Все.

— И что, ни одного нераскрытого дела не было?

— Ни одного. Да, иногда требовалось больше времени, порой несколько лет, но результат всегда был положительным.

— Это обнадеживает, — улыбнулась Вероника, выдергивая руку. А затем, задумавшись, спросила. — Слушай, у тебя случайно шоколада нет? Мне бы сейчас эндорфины не помешали, а в магазине не подумала об этом.

— Ммм… К сожалению, не могу помочь. Такого здесь не имеется. Сюда не ступала нога ни одной из барышень, ты — первая. Не подготовился… — хмыкнул маг.

— Так уж и не ступала? И ты это всем девушкам рассказываешь? — Сама не понимала, зачем спросила. По идее, ее это не должно интересовать, но любопытство пересилило. Хотя, пожалуй, этому поспособствовало вино.

— Нет, только тебе. Ты единственная, кто о ней в курсе. И это правда.

— А для чего же тогда держишь холостяцкую квартиру?

— Это секрет — расплылся он в улыбке, — но тебе, как другу расскажу. Иногда хочется, чтобы никто не дергал, вот так, чтобы совсем никто. Вроде как мини отпуск на денёк, так чтобы можно было выключить телефон, и никто не мог позвонить или прийти.

— Это тебя так поклонницы достают? От них прячешься? Ну вот нечего головы девушкам запудривать.

— И от них тоже, — открыто рассмеялся собеседник. — Иногда от них покоя нет, даже когда повода не даешь.

— Ой какие мы скромные и невинные! — на этот раз засмеялась Ника.

— Не скромный, и не невинный, но ложных надежд никогда не даю. Многие принимают обычную учтивость за интерес, которого и в помине нет. Думаю, ты понимаешь, о чем я. Готов поспорить, у тебя самой толпы воздыхателей.

— У меня их нет. По крайней мере не замечала.

— Идиоты и слепцы. Хотя, я в это ни за что не поверю. Или просто не обращала на это внимание.

— Еще и откровенно льстишь.

— Я этим не занимаюсь и всегда говорю то, что думаю. Ладно, уже поздно, я, пожалуй, пойду. И тебе отдохнуть надо. Завтра нас ждут дела, силы понадобятся.

— А где ты живешь?

— За городом.

— Это далеко. Надеюсь, не планируешь ехать на мотоцикле?

— Нет. Я выпил и расслабился. Хм. Забавно. Давно я не расслаблялся в присутствии девушки. Ты — хороший друг. — улыбнулся, а затем с серьезным видом добавил, — вызову такси. Идем я тебе расскажу, что где лежит.

И он провел ее в спальню, показал постельные и банные принадлежности. Включил защитный щит помещения. Велел не ставить будильник и хорошо отоспаться. Отвел ко входной двери, объяснил, как работают замки, которые нужно запереть за ним и стал надевать куртку.

В груди кольнуло, и Ника поняла, что ей страшно оставаться одной. Рядом с ним, купаясь в его энергетике, было спокойно и комфортно. И заступиться он тоже может, сегодня уже продемонстрировал. А еще испугалась, что после его ухода останется совсем без защиты и в полном неведении и одиночестве.

— Послушай, — поддавшись порыву, заговорила, при этом сильно смутившись, а щеки залились краской. От волнения даже обхватила себя за плечи, — Не подумай, что я одна из тех девиц, что тебе прохода не дают, про которых сегодня рассказывал. Но не мог бы ты переночевать сегодня здесь. Мне страшно одной оставаться. Слишком много всего произошло. В зале стоит безумно мягкий и удобный диван. Я там лягу.

— Тебе нечего бояться. — Он пытливо посмотрел на нее, — Про квартиру никто не знает, за нами не следили, защита есть. Если кто-то попытается проникнуть, я почувствую нарушение защитного поля и приеду.

— Тоже такси будешь вызывать? — скептически покосилась на него, а потом отведя взгляд продолжила. — Все нормально, я, наверное, себя накрутила. Забудь. У тебя наверняка дела есть, вместо того чтобы со мной нянчиться.

Детектив несколько секунд буравил ее взглядам с совершенно нечитаемым лицом. Она уже неоднократно пожалела о своей просьбе, мысленно надавала себе подзатыльников, покраснела и побледнела, и нервно скрестила на груди руки в защитном жесте.

— Хорошо. Но на диване я лягу. Я предоставил жилье тебе, поэтому спальня останется за тобой.

Вероника удивленно посмотрела на него, уже не ожидая такого решения.

— Спасибо.

Проснулась, когда солнце было уже высоко, полностью заливая светом комнату. Потянулась и взглянула на часы: 10:12. Надо же, давно не спала так долго и так крепко. А думала, что на нервах и глаз сомкнуть не сможет.

Встала, оделась и вышла из комнаты. Эдуарда уже не было.

Зашла на кухню и обомлела, увидев на столе салфетку, с красующимся на ней завтраком. На тарелке, заботливо прикрытой крышкой, обнаружился омлет с беконом. А рядом стояли чаша с овсяной кашей, медом и ягодами и стакан свежевыжатого апельсинового сока. Кроме того, там же, прижатая плиткой шоколада, лежала записка:

«Конечно, мне до тебя далеко, но кое-что я тоже умею. Надеюсь, не успеет остыть к тому моменту, когда встанешь.

У тебя есть свободное время до обеда. Одна никуда не выходи.»

Улыбнулась увиденному и подумала: «Еще и за шоколадом успел сбегать». Что не говори, а приятно.

С удовольствием опустошила тарелки. Вкусно. И не важно, что омлет давно был холодным. В конце концов она сама в этом виновата, но зато выспалась. Помыла посуду и пошла изучать территорию.

Жилье было небольшим: зал, спальня, кухня и санузел. Мужскую руку, вернее отсутствие женской, было видно сразу. Опять-таки кругом сплошной минимализм, серо-сине-черные цвета, полное отсутствие декоративных элементов, но вкус ощущался. Даже штор не было, только жалюзи. Хотя все аккуратно и чисто. Любопытно, он сам здесь убирает?

Переключила внимание на книжный шкаф и его содержимое. Там имелось небольшое количество фантастики, совсем немного фэнтези, остальное книги были по психологии, философии, физике, астрономии, юриспруденции, криминалистике и единичные экземпляры других тематик. Любопытный набор. Но совершенно ничего не было по магии. Жаль. Выбрала себе несколько книг и направилась к письменному столу.

Уселась в опять-таки кожаное кресло с высокой спинкой, положила книги на столешницу и стала осматриваться. Как везде, там находился минимум вещей: стационарный телефон, записная книжка, часы и рядом две фотографии в рамках. На одной из них обнимались и счастливо улыбались мужчина и женщина сорока-сорока пяти лет. Черты лица мужчины были настолько выразительными и узнаваемыми, что сомнений не было: это родители Эдуарда.

А вот на второй был сам детектив, который одной рукой приобнимал за плечо молодую очень красивую девушку. Ее темные волнистые, аккуратно уложенные волосы опускались на плечи, огромные зеленые глаза смотрели прямо в объектив, а широкая улыбка открывала ровный ряд белоснежных зубов. Она же положила голову мужчине на грудь, а тот смотрел на нее, а не в камеру. И оба светились счастьем.

На этой фотографии взгляд задержался дольше всего. В груди неприятно кольнуло, слишком много нежности было в том снимке. Наверняка, это его невеста и сердце занято. Потому и предупредил, что между ними возможна только дружба. Что же, так даже лучше. Никакой опасности. Он занят, она — тоже. Только дружба, и ничего другого. Да с чего, собственно говоря, она сама себя в этом убеждает? Ведь все равно ни о чем другом даже и не думала. И вообще, лучше заняться обедом, раз обещала домашнюю еду.

Детектив пришел в плохом настроении, сел в кресло, облокотился локтями на колени и начал пальцами растирать переносицу.

— Что-то случилось?

— М-м? А! Нет, ничего. Почти. Вернее случилось. В общем, мы проверили видеозаписи района. На вашей улице видеокамер нет. Но засекли неподалеку подозрительный белый универсал. Проблема в том, что у него были затемненные стекла и измененные магией номера. Поиск по базе, соответственно, ничего не дал. Да и не видели ее больше нигде. Может быть, перекрасили, или уехали из города. Хорошо преступники подстраховались. Следы грамотно подчищают. Да и поиск родителей по остаткам магии тоже прошел безрезультатно.

— И что делать?

— Работать. Идеальных преступлений не бывает. Рано или поздно обязательно проколются. Пока будем прорабатывать все варианты. А чем так вкусно пахнет?

— Борщ и голубцы. Не знаю, что ты любишь.

— Все люблю. Главное — домашнее и вкусное, — улыбнулся тот. — После обеда поедем в библиотеку, нужна твоя помощь.

— Что я должна сделать?

— Будем поднимать информацию по кражам источников и искать любые зацепки. Нужен ритуал передачи другому лицу или намек на таковой.

— Да где же такую найти то? Как будто она в свободном доступе лежит.

— Увидишь. — и загадочно улыбнулся.

Приехали они в ту же самую библиотеку, из которой Вероника сбежала днем ранее. Правда не стали проходить внутрь, а свернули по коридору. Спустились по лестнице, прошли по еще одному коридору, завернули за угол. Эдуард остановился, возле постамента, на котором красовался мраморный бюст неизвестного мужчины. Хотя его имя и фамилия были указаны, но все равно ни о чем не говорили.

Детектив огляделся по сторонам, убедился, что поблизости никого нет и полез в карман за бумажником. Достал оттуда золотистую карточку и приложил к металлической пластине, прикрепленной к постаменту. Ника ее даже не заметила по началу. Пластинка засветилась, замигала и погасла.

Но сразу после этого по стене побежал огонек, оставляя за собой светящийся след красного цвета и рисуя проход. После этого вспыхнул целиком весь рисунок и стал формировать детали: косяк, филёнки, ручку. Закончив «строительство» буквально за несколько секунд, рисунок снова вспыхнул и на этот раз погас окончательно, оставляя обычную дверь.

— Вот это да! — Только и смогла произнести Вероника.

— Привыкай, — улыбнулся Эдик и потянул за ручку, — скоро еще и не такое увидишь.

Зашли и оказались в маленьком помещении, где располагались двери лифта и список этажей с расшифровкой, что на каком из них находится. Эдик нажал кнопку вызова, посмотрел на панель, на которой менялись цифры, затем повернулся к Веронике.

— Готова? — спросил, по-детски хитро прищурившись и весело улыбаясь.

— К чему?

Но он только указал рукой на лифт в приглашающем жесте. Двери распахнулись.

У девушки вырвался возглас восторга, а она кинулась вглубь, увлеченная открывшимся видом.

Это был панорамный лифт, скользящий вдоль широкого атриума, прорезавшего 6 этажей здания. Перед взором предстало огромадное помещение с бесконечным числом стеллажей с книгами и кабинок на каждом уровне.

Так как эта часть библиотеки находилась под землей, у солнечного света не было шансов для проникновения. Зато под потолком устроились осветительные устройства, по форме напоминающие высокие стрельчатые окна, из которых лился мягкий свет, полностью имитирующие натуральный.

Почувствовав на себе взгляд, Ника смутилась, и повернулась.

Эдуард продолжал смотреть на нее, не сдерживая улыбки, а в глазах снова плясали огоньки. Казалось, он не хотел пропустить ни одной ее эмоции. Ведь наверняка и сам точно так же реагировал, попав туда первый раз.

— Впечатляет?

— Не то слово. Потрясающе. Дышать боюсь. — ответила девушка. — Это все под библиотекой?

— Под ней.

Лифт остановился, и они вышли. Ника не смогла удержаться и подошла к ограждению, положила руки на перила, и стала осматриваться по сторонам.

Шесть высочайших ярусов «мощного колодца» произвели впечатление важности места. Хотя, по сути, оно таковым и являлось. Резные перила из темного дерева обрамляли каждый из уровней и создавали своеобразный эффект кружева, добавляя помещению воздушности. А еще, все балконы поддерживались колоннами. По последним взбирались, вырезанные из того же материала, что и перила, лианы. Они устремлялись ввысь, переплетаясь между собой в сложные узоры, а под самым потолком раскидывали свои ветви россыпью листьев тончайшей работы.

Сами этажи соединялись между собой многочисленными винтовыми лестницами с коваными поручнями. В глубине же были заставлены высокими до потолка стеллажами из того же темного дерева, с расставленными на них в идеальном порядке книгами и манускриптами.

Внимание привлек и располагающийся в центре атриума фонтан. Это была большая резная чаша с возвышающейся над ней амфорой изящнейшей работы, из которой вырывались струи воды в несколько ярусов. По самой же амфора пролегал барельеф из языков пламени, потоков ветра, цветов, земли и полноводной реки. Фонтан, как пояснил Эдуард, олицетворял собой первородный источник силы.

Детектив повел спутницу к одной из кабинок. Стоило войти внутрь, как над ними зажегся свет и представил посетителям внушительный письменный стол и мягкие кресла вместо стульев. Девушка села в одно из них и довольно зажмурилась, настолько было удобно.

— Почему же верхняя половина не такая? — скорее пожаловалась она.

— Видишь ли, здесь хранятся только материалы, так или иначе связанные с магическим миром. А так как посторонние не должны прознать о нем, книги старого настрого запрещено выносить из хранилища. Кроме как здесь, их нигде не найти. Вот люди и проводят много-много часов в этих стенах. Вообще, тут можно даже остаться на ночь. Никто не выгонит. Спать здесь негде, кроме как в креслах, потому так редко кто поступает. И все это значит, что нахождение в читальне должно быть комфортным. Кстати, кабинки звуконепроницаемые. Можно спокойно разговаривать и никто не будет шикать. Это тоже для удобства. Можно приходить с друзьями, чтобы изучать магию, вместе заниматься и обсуждать.

Оставалось только удивляться и поражаться.

Тем временем, детектив взял лежащий на столе планшет, отсканировал QR код на своей карте и начал листать списки.

— Мой пропуск дает полный доступ к базе, даже к секретной. Вот и будем искать. Теперь видим перечень литературы, учитывая уровень доступа. Выбираем, отправляем запрос, книги приходят, мы их изучаем и возвращаем.

— Вот так просто: обычная сеть и никакого волшебства в магическом месте?

— Подожди, еще увидишь. Кроме того, волшебство, конечно, помогает, но зачем отказываться от благ цивилизации? — улыбнулся в ответ. При этом пролистал списки, что-то отметил и отложил гаджет. — Сначала будем смотреть случаи кражи источников. Потом читать легенды или исторические описания того периода. В общем любая зацепка на то, где и как осуществляется передача новому не кровному владельцу.

— Послушай. А что случается, если у хранителей, скажем, нет детей. Кому переходит бремя? Источник сам находит нового?

— Откровенно говоря, сейчас этим вопросом занимаются старейшины. Они точно знают, как можно это осуществить. Но подобные ритуалы держатся в строжайшей тайне.

— А нельзя пойти к ним и спросить? Ведь можно же рассказать, зачем нам это надо.

— Чисто теоретически, это возможно. Но вряд ли расскажут. И их можно понять. Подобные обряды лучше держать в секрете. Неизвестно кто и как им воспользуется. Пока это все наши мысли и подозрения. Вот когда будут неоспоримые доказательства, тогда и будем попробовать с ними разговаривать.

— Ну, так если это такая тайна, разве мы найдем это вот так просто в рукописях?

— На данный момент меня интересуют не подробности, а зацепки, то есть пока общие указания, ну там: в полнолуние, в присутствии кровного хранителя, обязательна ли то же направление магии и так далее. Для того, чтобы понять, что искать и чего ждать.

— То же направление? То есть необходимо ли быть водным, чтобы заполучить наш?

— Именно.

— А сила всегда должна быть одного типа? Ведь наверняка же случаются союзы между разными магами.

— Конечно, это совершенно нормально. Часто дети рождаются с двойной магией, но потом более сильная вытесняет слабую, как при естественном отборе. Еще и при бракосочетании, когда переплетаются силы, происходит их деление, и супруги могут начать владеть обеими. Но одна все равно остается превалирующей.

— А у тебя какая? Погоди, дай угадаю. Ты — огненный?

— В точку. Как догадалась? — улыбнулся, показав ямочки на щеках

— Нуу… Ты сам как огонь. Потом, я видела в деле твою силу, да и щит те шары выжег. Сжечь способен только огонь.

— Ты заметила те шары? Хм, видимо, пришло время. Твоя магия просыпается и пробиться пытается. Обычно боевые заклинания простые люди не видят, только маги уже после обряда открытия.

На этом разговор прервался, так как к ним в кабинку стали залетать книги и свитки, укладываясь в стопку на возвышении на столе.

— Вот тебе и волшебство, — хихикнул Эдик, — минимум работников, максимум эффективности. И ничего в руках носить не надо. Если какая-то не будет больше нужна, опять на этот же постамент положим. Это сигнал к тому, что можно забирать.

— Да когда же мы все это пересмотреть то успеем? — ахнула Вероника, когда стопка наконец-то закончила расти.

— Это только начало, чтобы определиться с направлением дальнейших поисков.

И они погрузились в чтение. В летописях было много интересного и хотелось изучить их поподробнее. Среди них попадались старинные, еще рукописные. Вот последние было сложнее всего читать, так как писались они уже неиспользуемым языком. И душа у Ники трепетала, когда она к ним прикасалась. Как будто удавалось дотронуться до тайны.

За несколько часов они пересмотрели все. Нашли перечень случаев, но никаких подробностей. Везде указывалось только вскользь. В глазах рябило и буквы плыли и не разбирались. Огорчал тот факт, что поиски не дали никаких результатов.

— Ладно, на сегодня хватит. Продолжим в другой раз. Возвращаемся. Правда сначала кое-куда съездим.

Глава 7. Следилка

Эдуард отвез Веронику в пригород, чтобы оттуда позвонить дяде. Однако убедил отправить жениху только сообщение, и написать, что в целях безопасности ее отсылают из города, и с неделю телефон будет выключен.

— Это необходимо, чтобы его не подставить. Тем временем и друг отойдет. Может быть. Будет более покладистым. В любом случае, учитывая то, как прошла предыдущая встреча, рисковать не стоит. Да и следить могут еще и за ним. — прокомментировал детектив.

Доводы слабенькие, но Ника сделала вид, что поверила. Витю и правда лучше не втягивать. И призналась себе, что пока не готова на серьезные разговоры. А таковой точно намечался.

На сей раз сыщик был уверен, что похитители разыскивают именно ее. Основная версия — с ее помощью планируют найти источник. Идея, конечно, тоже слабовата, напора не выдерживала, но другой у них не было. Пока.

Поэтому девушке предстояло, так сказать, временно залечь на дно и дождаться, когда преступники начнут допускать ошибки. А тем временем продолжать поиски информации, улик и связей.

Следующий день мало отличался от предыдущего. Орлов снова остался ночевать на диване, но ушел рано утром, также оставив на столе завтрак.

Заехал к Олегу и узнал, что магия, хоть и мало, но всё же осталась на пепле. Размытая, вернее почти сожжённая, но пригодная к работе. И два образца не соответствовали, и в картотеке не присутствовали. Это означало, что в доме побывало два мага. Или один, которого видели во дворе, и один артефакт. Последний, должно быть, был переполненным, раз при использовании начал разбрасываться "кусками".

После обеда молодые люди вновь поехали в библиотеку. Также просидели пол дня. Практически ничего не нашли, кроме упоминания, что проще присвоить источник родной категории магии, как и подозревалось изначально. Хотя и это тоже не было обязательным условием.

Согласно летописям, захватывались разные виды. Но всегда применялись насильственные методы, хотя на близкий тип магии и сил требовалось меньше. Это привело к новой версии. Кто-то собирает источники и хочет их объединить. Начать, скорее всего, решили с родственного вида, а семья Вероники попалась первой по списку. Ну или посчитали, что с ними будет меньше проблем. И уже с помощью приобретенной силы рассчитывают захватить и другие.

Вот и дел то всего ничего: найти всех водных магов и опросить. Можно сразу расписывать календарь на ближайшие несколько лет. Этот вариант не подходил, однако на водников стоило обратить особое внимание.

Но вот причем здесь сама Ника? Вопросы нарастали как снежный ком, а ответы не находились. Эдику стало казаться, что упускает что-то важное. Это что-то лежит на поверхности, но его никто не видит. А оно, в итоге, решит исход дела.

— Ты сегодня странный, слишком задумчивый. Есть новости?

— Нет, ничего. И да, я думаю. Что-то не так. Мы не видим очевидное.

— Что именно? Я могу помочь?

— Почему бы и нет. Попробуй придумать пару теорий, чем ты так важна. Пусть варианты будут даже странными и невозможными. Источников много, почему именно ваш? Можно предположить, что родители знают больше. Но тогда зачем им ты? Шантажировать? Плохо вяжется, чересчур просто и банально. Тем более существует масса других способов воздействия. Скорее, родных убрали с дороги, чтобы было проще до тебя добраться.

— Слушай. Бандиты ведь шкатулку мамину с бижутерией забрали. Может не нашли то, что искали и теперь захотели у меня спросить?

— А в доме другие подобные шкатулки есть?

— Нуу, есть.

— Пропали?

— Нет.

— Тогда, думаю что-то другое. Могли бы вернуться и поискать еще раз… Может там артефакты были?

— Понятия не имею. Всегда считала, что там была бижутерия, которой мама иногда пользовалась.

— Помнишь, что в ней было? Сможешь нарисовать?

— Не гарантирую, что вспомню подробности, но постараюсь.

— Ладно, если еще что придет в голову, говори. По поводу артефактов: давай домой отвезу, а сам съезжу кое-куда. Надо с одним человечком поговорить.

— Что за человек?

— Скажем так: знакомый, который много чего знает и может узнать.

— Ему можно доверять?

— Мы периодически выручаем друг друга. Обманывать ему нет смысла. Хотя, конечно, у него свои интересы.

— Я поеду с тобой.

— Вряд ли тебе понравится обстановка, да и одному проще.

— Я не из пугливых, кроме того, тоже хочу быть в курсе всего, что происходит.

— Да уж, заметил. Ладно, собирайся.

Место было незнакомым. Очередная промышленная зона, коих в любом мегаполисе имеется в достатке. Рабочий день уже давно закончился и сумерки непреклонно окутывали город. Район вымер, а высокие бетонные здания и узкие улочки сильно давили. Оживляли этот пейзаж лишь одинокие редкие машины, маршрут которых пролегал мимо заводских стен.

Кое-где включались первые уличные фонари, освещая только часть местности. Впечатление было не из приятных.

Эдик остановился на одной из пустующих стоянок, спешился, и знаком показал следовать на ним. Взял спутницу за руку и потянул за собой в темноту.

Ладонь буквально обожгло, пропуская тепло, в миг разлившееся по всему телу и выбившее все мысли из головы. Это ничего не значащее касание оказалось неимоверно уютным. Настолько, что шокировало неожиданностью. Оставалось задать себе вопрос: была ли это ее личная реакция на мужчину или все-таки воздействие магии огня. А ведь она наверняка будет управлять водой.

Место было жутким и темным, но страха не было. Все тот же внутренний голос говорил, что Эдик не только не обидит, но еще и в состоянии защитить. От него прямо-таки разило силой и спокойствием. Или попросту хотелось в это верить?

Пока Ника обдумывала это и анализировала, детектив привел ее в переулок, освещаемый одним единственным фонарем, висевшим на здании на уровне второго этажа. От него падал мягкий желтоватый свет, лучи которого не были в состоянии осветить территорию, и находящиеся там объекты. Поэтому девушка не удивилась, когда от стены, метрах в 20 от них отделилась тень и стала двигаться в их направлении.

— Эд, — мужчина подошел и протянул руку. Лица было не рассмотреть, предусмотрительно спрятанное под низким капюшоном. Виднелся только подбородок с аккуратно подрезанной бородкой.

— Привет, Алекс — ответил на рукопожатие детектив. Вероника готова была поспорить, что даже в тусклом свете умудрилась разглядеть в его ладони бумажную купюру. Хотя что удивляться, за сведения нужно платить. Оставалось надеяться, что не много. Ведь, согласно контракту, траты должна оплачивать она. Но они, по идее, должны согласовываться заранее. Стоит уточнить этот вопрос. — Что случилось, почему здесь?

— Обстановка последнее время нехорошая. Слишком много глаз и ушей, сложно остаться незаметным. А она? — и кивнул в сторону спутницы.

— Со мной. Требуется выяснить, кто недавно интересовался системами взлома защитных полей. И чем быстрее, тем лучше.

— Ого! Что-то серьезное грядет?

— Надеюсь нет. А что не так в последнее время?

— Волнения непонятные. Еще слухи прошли что объявился маг в наших краях, сильный и не учтенный. Нет информации ни кто такой, ни что ему нужно. Поговаривают, что девчонку какую-то ищет.

— Поподробнее.

— Да я не особо в курсе. Вроде как пропала, кем приходится не известно. Но на поиски не скупится. Кстати, про защитный купол подумал… Не удивлюсь, если это он искал. Стоп. Уж не ту ли самую ты себе прибрал — выразительно посмотрел на Нику и, усмехнувшись, продолжил, — тогда проблем себе нажил.

— Ничего, не с такими сталкивался. Зачем она ему?

— Кто же своими гениальными планами делиться будет? — и обращаясь уже к девушке, — Но тебе лучше испариться временно. Никто не знает, как ты выглядишь, но это дело времени. И на тебя вот-вот охота начнется. Тому человеку ты явно нужна будешь целая и невредимая, но нажиться на этом не попытается разве что ленивый. А тот товарищ скупиться не будет. Уезжай немедленно из города, используй момент.

— Можешь выяснить зачем она ему, а заодно кто такой, где живет и все остальное. И заодно, как на него выйти.

— Работка затратной будет.

— Позаботься сам, потом компенсирую.

— Договорились. Как будут новости — маякну. И про артефакт тоже.

У Ники появилось странное ощущение, будто затылок прожигает чей-то взгляд. Возможно, всего лишь нервы и отголоски страхов, но решила об этом рассказать.

— Эд, послушай, такое впечатление, что за нами сейчас следят.

Вероника ожидала, что тот никак не отреагирует, или даже скептически отнесется к сказанному. Однако все было иначе. Он внимательно на нее посмотрел и схватил за руку.

— Уходим.

— В заборе, метрах в 10 отсюда — лаз. В темноте его не видно, сможете уйти незамеченными. — сказал Алекс и скрылся в тени, будто и не было.

Не успел осведомитель уйти, как Орлов начал странные движения пальцами, а вокруг стал образовываться очередной "мыльный пузырь". В это время в противоположном конце переулка появились еще тени, и в их сторону полетели шаровые молнии. Маг за мгновение выставил щит, испарил боевые заклинания, сам запустил несколько огненных шаров и сеть в ответ. Купол растаял без следа, видимо не будучи законченным.

Тут произошло непредвиденное. Вероника почувствовала острую боль в области ключицы такой силы, что выбило воздух из легких, а в голове зашумело. Пытаясь отдышаться и прийти в себя, она остановилась, оперлась на стену, попыталась вдохнуть, но чувствовала себя только хуже.

Теряя контроль над собственным телом, последнее, что запомнила, окончательно погружаясь во мрак, это подхватившие ее горячие руки мага и его же отборные ругательства…

Пробуждение стало для Вероники тяжелым. Голова раскалывалась, тело ныло, концентрировать внимание не получалось. Ощущалось полное невосприятие окружающего: понимала, что знает, что происходит, но совершенно не могла вспомнить. Мысли будто разбежались врассыпную, напрочь отказываясь вновь собираться в логические цепочки.

Она так бы и осталась лежать, сил, да и желания шевелиться абсолютно не было, если бы не новые втиснувшиеся ощущения. Она сидела у кого-то на коленях. Горячая ладонь лежала на ее затылке, а длинные пальцы двигались массажными движениями, посылая тепло по всему телу. Оно ласково разливалось, расслабляя каждый мускул, а заодно и собирая разбежавшиеся мысли. Вторая рука слегка похлопывала, то поглаживала щеку.

— Ну наконец-то, очнулась. Девочка моя, хорошая, пожалуйста, постарайся, проснись. Мне очень нужна твоя помощь. Я столь сильные пологи не удержу долго, а мне ещё увезти тебя отсюда надо.

— Пологи? — информация все ещё отказывалась систематизироваться.

— Да, пришлось два ставить: невидимости, а он жуть сколько силы жжет, и блокирующий сигналы. На тебя следилку повесили. Мне нужно тебя увезти отсюда как можно скорее. И тебе придется сесть на мотоцикл. Другого транспорта у нас нет.

— Совершенно ничего не поняла, но постараюсь — ответила тихо и заметно растягивая слова, и дернулась в попытке привстать, но тут же рухнула обратно.

— Давай помогу. — Орлов встал, оторвал ее от земли и понес. Через некоторое время поставил на землю, крепко прижимая к себе, не давая упасть.

Голова до сих пор гудела, но Ника осмотрелась. Увидела, что стоит возле мотоцикла. Даже смогла помочь надеть ей шлем. Конечности постепенно начали отзываться.

— Сейчас сядешь, сомкнешь руки у меня на поясе. Я тебя привяжу магией так, что не упадешь. Но все равно, постарайся сидеть ровно и не пытаться проверить, насколько это действенно. — и дождавшись утвердительного кивка, усадил ее на заднее сиденье.

Вероника пододвинулась к нему ближе, обняла со спины, сцепив на животе кисти в замок, и положила голову на спину. Маг накрыл ее ладони своей, даря спокойствие и тепло и слегка помедлил, прежде чем тронуться с места.

Прохладный ветер, бьющий в лицо, помог немного прийти в себя. Память восстановилась, мысли продолжали усиленно систематизироваться. Зато пришел испуг от осознания того, что за ней охотятся. И даже не только это, ведь ее нашли несмотря на все принятые меры и вырубили какой-то убойной заразой. Сколько времени прошло, а она до сих пор ощущает себя амебой. При этом была рада, что рядом оказался сильный мужчина, знающий, что нужно делать в трудных ситуациях.

И теперь она его обнимала. Ну да, официальная версия — держалась, чтобы не упасть. Но ведь важно, не как все представлено, а изначальное намерение и желание. И она его именно обнимала. Пришлось, хоть и с трудом, признаться в этом самой себе. Правда Орлову об этом знать не стоит.

Да, это противоречило всякой логике, и, вероятно завтра мысленно надает сама себе подзатыльников. Она не имела на этот права: у нее был жених, а у Эдика, похоже, невеста. Но сейчас, когда она была слаба и перепугана, хотелось тепла и опоры. Пусть ненадолго, но она горячо желала воспользоваться ситуацией. И что греха таить, было приятно чувствовать его твердое тело в объятиях.

Дорога вышла короткой, и пусть и нехотя, пришлось признать, что это к лучшему.

На этот раз приехали к жуткому заброшенному пятиэтажному зданию и заехали прямиком внутрь. Спешились.

Эдик, подхватил все еще слабую девушку за талию, и поддерживая повёл ее вглубь. Выставил вперед руку, на которой потоками магии создалась огромная оранжевая бабочка. Она сделала пару взмахов крыльями, взметнулась вверх и полетела вперед, освещая путь. Далеко не как электрические лампочки, но достаточно, чтобы не споткнуться и не разбить нос.

— Бабочка? — Почему-то Веронику больше всего удивила форма сгустка, а не факт создания магического освещения.

— Ну да, — хмыкнул Эдуард, — вы же, девочки, любите бабочек.

— Аа… — только и ответила, будто его слова объяснили все.

Орлов вновь поднял ее на руки и двинулся дальше. Следуя за волшебным насекомым, они прошли коридор, спустились по лестнице, пересекли еще один коридор. Судя по состоянию, в здании уже давно никто не жил. Под слабым светом, излучаемым широкими крыльями, виднелись обшарпанные стены с потрескавшейся краской, толстенный слой пыли и куча хлама. Под ногами хрустели то ли, песок, то ли мелкие камни.

Пока шли, не раз задала себе вопрос, что они там делали. Но тут же отдёргивала себя. Зла ей маг точно не желал, иначе бы не приводил в сознание и не помогал бы потом. Но легче не становилось. Страх продолжал одолевать. А теперь еще и стала ныть ключица.

Остановились перед глухой стеной, такой же обветшалой, как и все остальные. детектив поставил спутницу рядом, продолжая придерживать за талию, и взмахнул кистью. Воздух заискрился рыжим цветом. Еще один взмах, и перед ними, на этой же стене стал прорисовываться проход. Когда процесс закончился, детектив открыл дверь ключом, приложив к ней непонятный кусок металла, а затем вошел внутрь.

Два хлопка — зажегся свет. А маг выставил руку, на которую вернулась бабочка и пропала под кожей ладони.

Они оказались в жилом помещении. Даже не так: в хорошо обустроенной квартире-студии. Единственное отличие — в нем отсутствовали окна. Да оно и не удивительно. Судя по тому, сколько пришлось спускаться, она находилась глубоко в подвале.

Еще пара движений и рыжие потоки подхватили два кресла, пододвинув их к искусственному камину, который так же мгновенно вспыхнул. Эдик посадил девушку в одно из них, сам упал во второе, откинувшись на спинку и закрыл глаза.

Ника повернула голову в сторону спутника. Было заметно, что он порядочно выложился. При этом восхитилась его силе: покидался магическими шарами, влил в нее кучу силы, чтобы разбудить, все это время держал два купола и ее магией на мотоцикле, потом еще и свет организовал, таская ее на себе… Было столько вопросов, но она боялась их задавать. Сама не ожидала, но его стало жалко и не хотелось тревожить. Пусть отдохнет.

Попыталась встать, опершись на подлокотники, но зашипела от пронзившей ее боли и от неожиданности рухнула обратно. Эдуард вскочил, и уставился на нее. Взгляд скользнул вниз и остановился под шеей.

— Болит? — спросил, отодвигая воротник рубашки. — Я посмотрю.

Ника опустила глаза, но не смогла ничего увидеть. Детектив понял ее намерение и подал взявшееся из неоткуда зеркало. Вот в отражении то Ника и рассмотрела голубой кристалл, вокруг которого виднелись легкие кровавые разводы.

— Сейчас помогу — маг положил сверху ладонь. От пальцев потекло успокаивающее тепло, и боль начала стихать.

Сам же открыл шкаф, достал оттуда кусок ваты и бутылек с беловатой жидкостью.

— Нужно промыть. Я снял боль, но это ненадолго. Как только начнет возвращаться, скажи, я опять поработаю.

— Что это за ерунда такая?

— Хм. Это очень плохая ерунда, и, должен сказать, дорогостоящая. Тот, кто тебя ищет, не скупиться. Знать бы еще, зачем.

— Это моя вина, — немного помедлив, будто собираясь с мыслями, продолжил Эдик, — не думал, что все может быть настолько серьёзно. Не стоило тебя с собой брать. Не знаю, как нас нашли, но, вероятно, следили от библиотеки.

— Так, все-таки, что это?

— Назовем это поисковым маячком. Те люди знали, что это именно ты. И это очень хитрая следилка. Она не просто сажается под кожу, а вживляется в мышцы с помощью магии. Это всегда болезненно, поэтому подобная операция обычно проводится под анестезией. В тебя устройством стрельнули, но, похоже, помимо обезболивания еще и снотворное ввели. Наверняка решили, что таким образом ты не уйдешь, и не будешь сопротивляться при похищении. Но если вдруг сработает не сразу и успеешь спрятаться, по сигналу все равно отыщут. Но они не предусмотрели того, что рядом буду я и блокирую пологами сигналы. А это мало кому доступно.

— А тебе доступно?

— Мне — да. Не многие в нашей местности сравнятся со мной по силе. Просто об этом почти никто не знает.

— Скромно. — хмыкнула Вероника, — Скажи, ее можно вытащить?

— Нет. Безболезненно, так, чтобы ты не умерла от болевого шока, я не смогу. У меня все-таки другое направление магии, я не лекарь.

— А кто может?

— Тот, кто поставил, тем же прибором, которым настраивал. Что-то наподобие противокражной метки в магазине: чтобы снять, нужно к специальному устройству поднести. Либо в любой клинике, где с магией работают, конечно же. Но тут есть проблема. Я смогу тебя отвезти и щитами накрыть, их придется снять при изъятии. Тебя сразу засекут. Это если там не будет соглядатаев и не доложат заранее. Помимо этого, в момент, когда маячок отсоединяется от плоти, посылает сигнал владельцу, причем такой мощи, что ни один щит не прикроет. И тебя опять найдут. Эта такой дополнительный уровень защиты.

— И что же тогда делать?

— Вынимать нельзя. Но, кое-что сделать можно. С твоего согласия, конечно же. Долго тебя тут держать невозможно. Да и расследованием надо заниматься. Можно "перебить" датчик. То есть он будет пока извещать о твоем местонахождении, но меня. Потом по завершении, спокойно удалим.

— Тогда почему не можем вынуть сразу после того, как перебьем?

— Я же, сказал, что штука дорогая. Видишь камень голубой, практически белый. Это высшая степень защиты. Перебить можно только верхний сигнал, поисковый, самый слабый. При изъятии все равно подаст сигнал изначальному владельцу, и еще оставит корни, по их следу тоже можно определить местонахождение. Они сами рассасываются в течение суток без вреда организму. Но сутки защитного купола даже я не выдержу, и резерв под ноль сейчас ни в коем случае нельзя оставлять, мы окажемся уязвимыми. Хотя, возможно, в нашей ситуации даже выгоден этот маячок, на случай если тебя попытаются украсть. Я найду.

— Какой ужас.

— Есть еще кое-что, тебе не понравится…

— Что именно?

— В тебя им так запульнули, что останется шрам. Его можно будет уменьшить, сделать менее заметным, но не убрать совсем.

— М-м-м — я готова убить того, кто его поставил.

— Хорошо. Лишний стимул для поисков, — попытался пошутить маг, — но пока мы не решим этот вопрос, тебе нельзя отсюда выходить.

— Здесь не найдут? Где мы вообще?

— Нет, здесь не найдут, если никто из моих не сдаст. Но в них я уверен. Они клятву верности и неразглашения давали. Это квартира, вроде перевалочного пункта по программе защиты свидетелей. Долго выбирали столь забытое всеми место. Мы на существенной глубине. Подвал укрыт ланитом. Это материал такой, который блокирует все магические сигналы и волны. Дверь запечатана иллюзией, если не знаешь где она, никогда не обнаружишь. И если доступа нет, замок тоже не реально открыть. Так что, найти, тут, конечно могут, но потратят слишком много средств и времени. Мы до этого уйдем.

— Что же им от меня надо? Или может быть правда, только чтобы через меня на родителей повлиять?

— Боюсь, что нужна ты. Грубую силу к тебе боятся применять, просто вырубили. Хотели бы — жахнули силовым полем, и все бы рухнуло, я даже купол поставить бы не успел. Но подобные средства сильно ослабевают магический фон. В данном случае ослабили бы и твой. То есть скорее всего ценно что-то, что есть в тебе. Скажи, тебе, случаем, родители, не вживляли каких-нибудь камней, артефактов. Пирсинг там, например, на пупке.

— Нет, ничего подобного.

— Не возражаешь, если я посмотрю?

— Мой пупок?

— Всё — улыбнулся он, — Не пугайся. Я только просканирую, но мне нужны твои оголенные плечи.

Эдуард сжал их ладонями, пуская новый поток тепла. Оно разливалось по телу и ластилось, как кошка, проникая в каждый уголок, согревая, расслабляя и унося с собой мысли и переживания. Как только убрал руки, стало вдруг холодно и одиноко. Странное ощущение.

— У тебя такая ласковая магия. С ней тепло становится. — отметила вслух Ника.

— Да? Обычно жалуются, говорят печет сильно.

— Может из-за того, что моя — водная? Нашел что-нибудь? — постаралась увести тему, чтобы самой больше об этом не думать.

— Нет. Ничего. Все строго натурально, никаких вмешательств. Странно. Будем искать дальше. Ладно, идем посмотрим, что здесь есть из еды. Будем ужинать и ложиться спать. Я изрядно потратил энергию сегодня, необходимо восстановиться.

Уже уплывает в царство Морфея, Вероника почувствовала, как к ней подошел маг, поправил одеяло, щелкнул выключателем ночника и удалился.

«Заботливый. Вот же повезло той зеленоглазке.» — Были последние мысли на этот день.

Вероника шла по лесу. Она была одна. Порывы холодного ветра заставляли ежиться. Укрыться было не во что и негде. Кругом одни деревья и ни одного куста.

Пытаясь хотя бы ненадолго спрятаться от стихии, зашла за ствол одной из вековых сосен. Ветер закружил с новой силой вокруг нее, обволакивая, и прошептал: "Ты не спрячешься, я все равно найду. Но не стоит бояться, я не причиню тебе зла".

Мозгом завладела паника, тело не могло пошевелиться, еще сильнее дрожа от холода и страха. Только огромной силой воли она заставила себя сдвинуться и продолжить движение. Бежать: для того, чтобы уйти, для того, чтобы согреться, для того, чтобы спрятаться.

В конце концов уже уставшая, вырвалась на поляну и оказалась у обрыва, возвышающегося над полноводной рекой.

Девушка подошла к краю, посмотрела вниз и обомлела. На выступе стояли родители. Тот клочок земли был столь узкий, что они не могли сдвинуться, рискуя свалиться с высоты в реку.

— Мама, папа, вот вы где! Я сейчас помогу

Стянула с себя легкую кофту, закрутила жгутом, и кинула им один конец.

— Хватайте, я вас вытащу.

— Нет Ника, — сказал отец, — беги отсюда, не волнуйся за нас.

— Я не уйду одна.

— Развей свой дар, он поможет. Уходи. Он близко.

— Не могу, — и видя, что родные не двигаются, легла на живот, подползла к краю и начала подтягиваться к родным. Одной рукой схватилась за ветку куста, растущего рядом, второй старалась дотянуться до кого-нибудь из них.

— Не смей, уходи. Позаботься о себе, это очень важно.

— Я не уйду без вас.

— Развивай дар. Только так мы вернемся.

В этот момент уступ стал обваливаться и родители съезжать вниз, ускользая от нее. Вероника тщетно силилась дотянуться до одного из них. Слезы застилали глаза, ослепляя. Горечь переполняла грудь, перекрывая кислород. Крики гасли не вырвавшись.

В этот момент, забыв об опасности, отпустила ветку. А земля на склоне, под ее тяжестью начала осыпаться, увлекая за собой…

Крик. Падение. Горячие руки, подхватившие ее. А затем где-то совсем рядом прозвучал тихий спокойный голос.

— Все хорошо, успокойся, это был сон.

Ника приподняла веки. Эдуард сидел возле нее, поглаживая по щеке ладонью и пропуская между пальцами локоны ее волос.

— Ты кричала, — он вытер катившиеся слезы.

— Мне приснился ужасный сон. Боюсь снова засыпать.

— Сны — это проекция наших переживаний. Все образуется. Не хочешь рассказать?

— Не сейчас. Может быть, завтра.

Ника опустила взгляд на его обнажённый торс, залюбовавшись рельефом мышц. Поймала себя на желании дотронуться, чтобы проверить, настоящие ли. Однако, вовремя себя отдернула. Лучше просто любоваться. С эстетической точки зрения, конечно же. Снова заставила себя перевести взгляд на лицо.

— Хорошо. Хочешь, помогу заснуть?

— Было бы здорово. Как это возможно?

Вместо ответа, маг взял в руки ее голову, провел большими пальцами по линиям бровей. Затем спустился к вискам и начал слегка массировать их, посылая мягкое расслабляющее, уже так знакомое тепло.

Манипуляции оказались неожиданно приятными. Даже слишком. Мягкие, почти нежные прикосновения дарили спокойствие и наслаждение. Да, именно оно! Сладкая пытка. Глаза сами собой закрылись, дабы не потерять ни частички этих ощущений. Захотелось, чтобы этот контакт никогда не разрывался. Ласковое тепло укутывало и убаюкивало. Сама не заметила, как снова провалилась в сон.

Проснулась только утром. Сладко потянулась и села на кровати. На рядом стоящей тумбочке нашла записку: " Уехал договариваться, скоро вернусь. Будь готова, одна никуда не выходи".

— Договариваться о чем? Ах, — припомнила, — по поводу следилки.

Ситуация, конечно же, не нравилась. Но, похоже, выхода не было, если дела обстоят так, как рассказал Эдуард. А причин ему не доверять не было, да и поинтересоваться не у кого. Хотя, вдруг и на самом деле ее похитят, так хоть найдет сразу, а не будет тыкаться в неизвестности, как и произошло с родителями.

Спустя пару часов, вернулся детектив, сообщил, что после обеда поедут к специалисту. Выглядел он довольным, что в их ситуации казалось весьма странным. Ника периодически ловила на себе его взгляд. Уж не заметил ли вчера, как она его рассматривала? Нет, этого не может быть. И вообще, лучше делать вид, что ничего подобного не было. На всякий случай. Вспомнила, что лучшая защита — это нападение. Поэтому, через некоторое время, она не выдержала и спросила:

— Что не так?

— Ты о чем?

— Не знаю. Все утро на меня косишься. Что, я опять что-то не так сделала?

— Да нет, просто любопытно посмотреть на твою реакцию.

— На что?

— Скоро узнаешь.

— Ты это сказал, чтобы заставить понервничать? Меня напрягают последнее время сюрпризы.

— Конечно нет. Я тут решил предложить татушку. Подборку сделал, она тебя в салоне ждет. Наверняка тебе не понравится шрам иметь. Камень пока останется, но он слишком заметен. И мы его в картинку впишем. Мне кажется, будет неплохо смотреться. А потом после изъятия датчика остатки дорисуем.

Вероника так и села, где стояла.

— Вот этого совсем не ожидала. Надеюсь, не бабочек подобрал?

— Как догадалась?

— Да так, стереотипы, — улыбнулась она.

— А кого бы ты хотела?

— Ну не знаю… Хотя бы дракончика. И пусть кристалл будет вместо глаза, например.

— Можно и дракончика.

— И как ты это провернул? — будто очнувшись, задала вопрос.

— Что именно?

— Да я вообще не собиралась делать татуировки, а тут не только согласилась, да еще и рисунок выбрала.

Детектив только звонко рассмеялся.

Эдуард завел Веронику в какую-то секретную лабораторию. По крайней мере, ей так показалось. Они миновали коридоры, зашли в потайные двери. В результате оказались в помещении, напоминающем медицинский кабинет. Такие же белые стены, стеклянные шкафчики, заставленные непонятными предметами, кушетка, стол, пара стульев и в самом центре — кресло.

Встретил их высокий парень в очках и с длинными рыжими локонами, собранными в тугой хвост на затылке. А вот одет он был в обычный медицинский костюм.

— Проходите, леди…

— Вероника.

— Очень приятно, Глеб. Располагайтесь — и указал Нике на кресло. — Эд, каких ты красавиц прячешь! — и, подмигнув девушке, повернулся к Орлову. — Бери стул, садись рядом. Постараемся быстро. Купол ведь так и держишь?

— Да, держу, поэтому хотелось бы, поскорее с этим закончить. — и затем, наклонившись к спутнице, прошептал — Не бойся. Он гений в своей области.

Глеб присел рядом, по другую сторону от кресла, и пододвинул столик с оборудованием.

— Спасибо, польщен. Сделаю все возможное. Можно? — и указал на воротник.

— Да, пожалуйста. — слегка повернулась к «врачу», расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки.

— Так, посмотрим.

Он взял в руки странный инструмент. Напоминал увеличительное стекло, правда диаметром не больше сантиметра, на длинной тонкой ручке. Включил его, и из "кольца" полился слабый голубоватый свет, как из фонарика. Выключил свет в помещении, и поднес устройство к кристаллу на ключице. Пара манипуляций другой рукой и над ним начало вытягиваться некое подобие голограммы.

Голубое облачко разрослось и появилась точная копия кристалла, только прозрачная, хотя и четко различимая. Она переливалась и помигивала. А внутри… Внутри виднелось множество тонких линий, немного темнее. Они тянулись и переплетались, создавая замысловатые узоры.

Специалист взял тонкий пинцет и стал раздвигать волокна, рассматривая плетения.

— Придется повозиться. Дорогая штука, с сильной системой безопасности. Эд, как дела с резервом, выдержишь щит еще часик?

— Вполне, я сегодня еще не тратился, хотя сильно расходовать энергию тоже не хотелось бы.

— Все понимаю. — а потом, уже обратился к девушке. — Вероника, а Вы уверены в том, чтобы на него заводить следилку? Зачем Вам нужен, этот зануда? Давайте, я на себя перенаправлю. А уж если вдруг, этот товарищ не сможет уберечь такое сокровище, и придется искать, я помогу.

Орлов глянул на него так, будто собирался взглядом прожечь друга. Глеб же откровенно развлекался. В глазах плясали огоньки, а уголки губ совсем чуть-чуть вздернулись. Он тщательно пытался скрыть эмоции, но выходило не очень хорошо.

— Не хотелось бы упустить эту рыжую красавицу. — продолжал он.

— Я не рыжая, я медная, — поправила Ника.

— Заметьте, возмутились только на цвет, значит с красавицей согласны?

— Может быть, наконец-то делом займемся? — перебил их Орлов.

Ника с Глебом одновременно посмотрели на детектива, как тот раздражённо хмурит брови и одновременно рассмеялись.

— Вы на него не обижайтесь, — наклонился к ней "врач" и довольно громко, чтобы слышали все, прошептал, — он очень хороший. Это только с виду такой грозный, а внутри он мягкий и пушистый, просто очень глубоко.

— Ага, и, чтобы добраться, понадобится вскрытие?

И оба прыснули. Эдик состряпал обиженное лицо, но чрезмерное напряжение ушло.

— Пожалуй, предпочту остаться злым и страшным, но целым. — окончательно разрядив атмосферу, ответил тот.

— Ладно, за работу!

Хакер снова взял пинцет и продолжил разбирать нити. Что-то сдвигал, смотрел, изучал. Орудовал, как хирург. Сколько прошло времени не известно, но было сложно оставаться неподвижной. Напряжение в комнате нарастало, и никто не пытался заговорить, дабы не нарушить тишину.

— Все, разобрал и нашел. Эд, сейчас будешь своей силой делиться. Вероника, будет немного больно.

— Почему? Насколько немного? — переполошилась она.

— Видишь ли, нити все завязаны на корни. При любом вмешательстве они напрягаются, как нервы, посылая сигнал корням. А те, в свою очередь, отправят команду твоим настоящим нервам. Пока мы будем только трогать некоторые из них, импульс хозяину не отправят, только небольшое раздражение в теле. Придется потерпеть.

— Ник, посмотри на меня, — врезался в разговор голос Эдика. — Я могу обезболить, не полностью, частично, но все же лучше, чем ничего. Дай мне руку и смотри прямо в глаза, старайся не отводить и не закрывать их.

— А простой анестезии нельзя?

— Это магия, детка, на нее обычные обезболивающие не действуют.

В ответ на это протянула руку. Орлов зажал ее в широкой ладони и уставился в глаза.

— Готова?

— Сложно быть готовой к тому, чего не знаешь. Но да.

Глеб начал проводить непонятные манипуляции. Вдруг Веронику пронзила резкая боль, прострел. Как будто дернули за нерв. Дыхание сперло, а взор стала застилать соленая жидкость. Но нельзя отводить взгляд. О, какие это были глаза — карие, в которых зажигались огненные искры. Как же завораживающе. И взгляд, полный сочувствия. Но именно от него становилось теплее и спокойнее, и будто, не так болезненно.

Еще один прострел. Голова закружилась, но зрительный контакт не потерялся. А по телу поплыла очередная ласковая волна силы. Она как будто убаюкивала, поглаживая.

Снова удар. Хватанула воздух ртом, а по щекам-таки потекли слезы. Вероника не выдержала, на секунду зажмурилась. Поймала себя на мысли, что плачет уже второй раз за сутки. Тут на ее щеку легла ладонь, вытерла мокрые дорожки и начала вливать магию еще и через нее. Большой палец при этом начал слегка поглаживать скулу.

Новый удар. Ника до крови укусила себе губу. Правда поняла это только по металлическому вкусу во рту.

Маг передвинул руку и провел большим пальцем по губе. Это вызвало новый залп, правда совсем другого рода, взорвавшийся в голове целым фейерверком эмоций.

"Он хоть понимает, что творит? Он же так меня с ума сведет! — начала мысленно его ругать Ника. — Хотя, наверняка просто рану заживляет. И я совершенно не должна так на него реагировать."

Мысли вперемешку с переживаниями закружились с небывалой скоростью. А вдруг не только она так реагирует. Что, если и он тоже? Взгляд вон какой обеспокоенный, потемневший. Между бровей складка, которую так и хочется расправить, проведя пальчиком. Все-таки красив. А еще умный и заботливый. Как же повезло той девчонке! Надо выбросить идею из головы. Это у нее наверняка на фоне стресса. Она не имеет права так на него реагировать. Ее по окончании дела ждет жених. И вообще, это реакция на магию. Огненная как-никак. В любом случае у них деловые отношения, и стоит держать от него дистанцию, насколько это будет возможно.

Поймала себя на мысли, что пока обдумывала это и любовалась карим бурным океаном, прошло еще несколько прострелов, но она их почти не заметила. Вернее заметила, но не ощущала больше первоначальной боли. Похоже обезболивание действует, и это главное в данный момент. Над остальным подумает позже.

— Все, закончил наконец-то. — сказал Глеб, убирая инструменты. — Снимай купол, отдохни, ты выложился.

Затем выдвинул ящик письменного стола, вынул фляжку, открыл и протянул девушке.

— Пей! Это настойка на травах, укрепляющая, расслабляющая и восстанавливающая. Вы молодец, стойко держались. Надеюсь, этот мужлан не сжёг своей силой?

— Спасибо. Да нет, я только мягкие расслабляющие волны ощущала. Под конец, так и правда боль почти ушла.

— Мягкие волны? — хмыкнул доктор, и посмотрел на Орлова. — И когда ты научился быть столь аккуратным?

— Ты бы тоже хотел, чтобы я медленно и мало вливал, вместо быстро и много?

— Он просто меня, да и не только, несколько раз чуть не сжёг. По-моему, Вероника, Вы на него хорошо влияете. — и задорно улыбнувшись, продолжил, — Я уверен, что и на меня повлияете крайне положительно. Могу я надеяться, что разрешите пригласить вас куда-нибудь? Кстати, может на ты? Не такой я уж и старый.

— Не до свиданий сейчас. Поговорите, когда все закончится. — вмешался Эдик.

— Даже в самый загруженный день можно найти время для паузы. А ты — собака на сене. И сам не ам и другим не дам. — и откровенно заржал Глеб.

Похоже, у них далеко не деловые отношения. Ведь они явно друзья. В разговорах слишком много недосказанного, но при этом отлично друг друга понимают. Вон как подтрунивает и развлекается. Решила не вмешиваться и повеселиться, наблюдая за развитием событий.

— Кстати, у нее уже есть жених.

— Аа! Ну тогда да, это действительно серьезный аргумент! Особенно для тебя! — сказал с совершено серьезным лицом, а глаза так и продолжали искриться весельем.

— Ладно, — обратился уже к Нике — Что с татуировкой решила? Будешь делать? Но я бы все-таки порекомендовал, чтобы внимание к кристаллу не привлекать.

— Да, буду. Если честно, давно подумывала сделать ее, но боялась. А тут такой шанс сам появился, грех не воспользоваться. Но не хочу бабочки — цветочки, хочу дракончика. А кристалл — вместо глаза.

— Ооо, наш человек. Видела бы ты, что он отобрал. Эд, говорил же, что ей не понравится. — И протянул папку с образцами.

— А ее тоже ты делать будешь?

— Да, и ее тоже. Магическую, они немного отличаются от обычных. Я еще в нее нити оберега вплету, если хочешь. Я вообще, артефактор по профессии.

— Здорово! А так можно?!

— Можно и не такое! — засмеялся в голос Глеб, и повернувшись к другу добавил, — Слушай, она мне нравится просто нереально, искренняя и непосредственная.

— А что еще можете? — поинтересовалась Ника, будто и не слышала их разговор, вернее сделала вид.

— Например, вплести нити, против потери памяти, на защиту от огня, от утопления, от падения с высоты, и так далее. Тебе вплету защиту от опасности.

— Напоминает страховку, — засмеялась — как это работает?

— Как оберег. Активирует твою магию, если почувствует опасность. Так как ты магичка, и похоже, сильная, сработает даже при закрытой силе. Запустится самостоятельно, потянув немного твоей энергии. Полностью раскроется после обряда.

— Ох, было бы здорово.

— Отлично. Так что насчет свидания? — улыбнулся, и покосившись на друга весело добавил, — Или меня уже опередили?

— Она будущая хранительница. — сказал Эдик безэмоционально.

— Вот так поворот. Неожиданно. — и посмотрел на детектива… Сочувствующе? — такая хрупкая, и такая сильная будет. Тогда тем более оберег вплету.

— Ладно, показывай, что там выбрала, будем делать. Эд, вольешь малость обезболивающего? Силы еще есть?

В ответ он снова взял девушку за руку, делясь уже таким близким теплом. Правда на этот раз без зрительного контакта. Наверное, анестезия была не нужна, достаточно обезболивающего, как решила Вероника.

Глава 8. Искра дракона

Они вышли из лаборатории уже после полудня, и направились в ближайшее кафе пообедать. А заодно проверить, удачно ли прошла работа по перепрограммированию. То есть, засечет ли кто маячок, или нет. Как пояснил Эдик, его сотрудники будут наблюдать, и, если вдруг появится кто непрошенный, отреагируют.

Выловить на живца, Орлов на отрез отказался. Сам заказчик точно не появится, только исполнители. А они наверняка клятвами связаны и выведать ничего не получится. Поэтому клиенткой рисковать не стоит.

— Скажи, а что умеют артефакторы?

Ника извлекла из сумочки зеркальце и стала на ходу рассматривать маленького дракончика, который теперь красовался у нее на ключице. Небольшой, восседавший с гордо поднятой головой и расправленными крыльями. Выбрала для него темно-красный цвет, местами переходящий в бордовый. Видно даже было чешую с золотыми прожилками. Именно эти прожилки, как объяснил Глеб, и были защитными нитями.

— Да вот как раз всеми этими энергетическими потоками и занимаются, связывая их воедино и заставляя работать как нужно, часто завязывая на физические объекты. Это как программист, но для магии. — Что, правда решила согласиться на свидание? Забудь об этом.

Вероника поражённо хватанула ртом воздух. Нет, она и не думала о свидании. Во-первых, у нее уже был жених. Кроме того, "программист" ей определенно понравился, но в другом смысле. Скорее, как приятель. Он весел, умен, даже мил, но в груди совершенно ничего не отозвалось. Не было даже близко той реакции, которая возникала при касании Эдуарда. Однако сработала гордость. Как бы там ни было, но никто не имеет права указывать, когда и с кем она должна ходить на свидания. В том числе детектив. Даже не так. В первую очередь, детектив.

— Это еще почему? — возмутилась скорее только ради отрицания самого факта.

— Потому что. Даже не вздумай. И вообще, пока что не до этого.

— Сейчас нет, зато потом будет до этого, когда найдем родителей. Кроме того, Эдуард, у нас деловые отношения, ты мне даже не брат, чтобы указывать с кем заводить отношения.

— Я не указываю, — Эдик подошел к ней почти вплотную, так, что Нике пришлось задрать голову. В его зрачках светились золотые искры. Злился.

— Раз уж заговорила про договор, — маг начал чеканить слова, — напомню, что по нему ты обязалась безоговорочно выполнять все мои указания, ради твоей же безопасности.

— О да! Но только если это связано с нашим делом. Моя личная жизнь касается только меня, и я не позволю командовать ею, выбирать за меня, запрещать и принуждать. — выпалила Ника. Кажется, у обоих начали сдавать нервы. Еще немного и воздух между ними заискрится.

— Это я-то принуждаю? Я, между прочим, только в твоих интересах и действую. Да я бы в жизни не поступил как твой Виктор. Глеб просто тебя подначивал, у него уже есть постоянная девушка.

— Ну вот с этого и нужно было начинать, а не с приказов. Стоп, а причем тут Виктор? — вдруг резко осадила сама себя.

— Не причем. — Эдик вдруг резко развернулся, и пошел по улице.

— Нет уж, погоди, — Ника подбежала к нему, дернула за плечо, развернув его и посмотрела в глаза. — Я хочу знать, чем на этот раз он тебе не угодил.

— Главное, что тебя все устраивает.

— Меня в данный момент не устраиваешь ты. Либо знаешь то, чего не знаю я, либо судорожно пытаешься придумать и мне это не нравится.

На лице детектива заходили желваки. Сам он нахмурился, будто пытался взвешивать в уме, стоит ли рассказывать новости.

— Скажи, — сказал твердым голосом, глядя ей в глаза, — никогда не задумывалась, почему у молодой, красивой, умной, веселой девушки не было ухажеров? Только один единственный.

— Продолжай…

— Твой Витя не позволял никому даже приблизиться к тебе. Запугивал и угрожал претендентам. Вот кто действительно выбора не давал. Настолько неуверенный в себе, что на здоровую конкуренцию просто не способен. Даже не удивлен, почему прошлый раз так сорвался.

— Ты о чем? С чего ты это взял? — нахмурилась Вероника

И ведь с этим было трудно поспорить. У нее и правда давно не было поклонников. Как-то резко пропали. Вернее, даже если и начинали выказывать некоторые знаки внимания, следом делали вид, что ничего не было. Только она списывала на возраст и ее погруженность в учебу. По сторонам не смотрела, глазки никому не строила. Ну а молодежи больше погулять хочется, а не серьезных отношений. И вообще, может просто не нравилась.

Да уж если откровенно, то она и не задумывалась особо над этим. Хотя, возможно, все дело в том, что не попался тот, кто тронул бы ее сердце. Это до знакомства с Виктором. Вот он проявил не дюжую настойчивость. То, что она ему сильно понравилась, сомнений не было.

— Когда все началось, я в университет ребят отправил почву прощупать, не крутился ли там кто странный ли подозрительный. Вот там твои однокурсники и рассказали.

— Как угрожал? — никак не получалось в это поверить.

— Вот так и угрожал. Поджидал с компанией мордоворотов и предупреждал, чтобы не приближались. И еще, это началось уже давно, а не только последние три месяца. Похоже он давно продумывал план, чтобы тебя добиться.

— Да что ты такое говоришь? Это невозможно! Придумываешь? И почему же сразу не рассказал?

— Знал, что не поверишь. И сейчас не можешь этого сделать. Да и к делу это не относится.

Пока спорили, к ним приблизился нищий.

— Молодые люди, дайте монетку на хлебушек.

— Отец, нет с собой. Иди. — с некоторым раздражением ответил маг.

— Да мне хоть немного, хоть сколько.

— Сказал же нет.

— Ну хоть что-нибудь.

— Иди отец!

От рук мага оторвались ручейки и подпихнули мужчину под спину. Тот качнулся, встряхнул головой не понимая, что произошло, развернулся и поплелся в сторону. Виктор сложил руки на груди, прикрыл веки и сдавил пальцами переносицу.

— Зачем ты это сделал? — удивилась вероника.

— Что сделал?

— Он бы и сам ушел, не надо злость на других срывать.

— Я ничего не делал, ты о чем?

— Ты его подтолкнул, что он аж пошатнулся.

— Пить надо меньше, чтобы не шататься.

— Прекрати. — чуть ли не выкрикнула Ника, — не держи меня за дуру, я видела, как ты применил магию, видела ее.

— Прости, что видела?

— Магию твою, — она ткнула указательным пальцем в грудь мага, — как от твоих рук оторвалась и подтолкнула мужчину в спину. Я видела ее и не надо прикидываться. Рассуждаешь тут о вселенской справедливости, а сам даже очевидного признать не можешь!

Эдуард перехватил ее запястье, наклонился, потом внимательно посмотрел ей в глаза, при этом стал очень напряжённым. По лицу забегало беспокойство, а между бровей залегла складка.

— Ведь не врешь. Видела, говоришь?

— Да, и не отнекивайся.

— Пошли. Пока идем ни слова, — маг повернулся, и чуть ли не бегом припустился, увлекая за собой девушку.

— Ты что делаешь? Куда мы идем?

— Здесь маленький парк недалеко. Надо поговорить без случайных свидетелей. Срочно.

В сквере было совсем мало людей. Наверное, этого и хотел Орлов. Нет свидетелей. Он выбрал одну из скамеек, стоявших в отдалении, и потащил за собой спутницу.

— Садись и повернись ко мне, — скомандовал Эдуард.

— Эд, да можешь объяснить в конце концов, что происходит?

— Сам хотел бы узнать. Подожди немного. И еще, сядь удобно и не шевелись.

Он выставил вперед руки ладонями вверх. С них сорвались потоки, закружились вместе, образуя вихрь, подскочили ввысь и раскинулись вокруг фонтаном рыжих искр. Вероника восторженно проследила за ними взглядом. Все-таки красиво.

Воздух вокруг них загустел так, что стал ощущаться физически. Будто в желе попали.

— Это что за дрянь?

— Это защита от прослушивания. Старайся не шевелиться, и разговаривая открывать рот как можно меньше. Чтобы вибрации не пошли.

— А обычный полог нельзя поставить?

— Читала слишком много фэнтези. Простые уже давно подслушивать научились. Этот — пока нет. Абсолютно не проводит звуковые волны. Любая попытка подключиться будет ощущаться вибрациями. А теперь поподробнее, что именно ты рассмотрела?

— Когда? Тогда, уже рассказала, сейчас вихрь твой увидела. Он фонтаном вокруг рассыпался. Красиво.

— И что еще заметила?

— Да что ты хочешь то? Я не пойму.

— Сам пытаюсь разобраться. По идее ты не должна ничего этого видеть.

— Ну, так сила же просыпается. Сам сказал.

— То мы говорили про боевую магию. Там сгустки энергии невероятной силы, боюсь представить, как ты их видишь.

— Напоминали молнии шаровые. Голубоватые. Зрелищно, но страшно.

— Обычную магию не видно. Исключение составляют только огневые и очень сильно сильно концентрированные потоки. Но я, например, те шары видел, как светлые, прозрачные. Еще специально произведенные предметы видно, например та световая бабочка. Но опять-таки это все очень высококонцентрированные сгустки энергии.

— А тот дымок, на двери, когда ты вход в наш сад проверял? Он тоже боевой?

— Нет, не боевой. — И глаза Эдика нервно забегали. — Почему сразу не сказала об этом.

– А я откуда знала, что не должна была? Думала, что это нормально.

— Искра Дракона. Вот что им нужно. — после небольшой паузы с совершенно серьезным выражением прокомментировал детектив. — Ну что же, у меня одна хорошая новость. Убивать тебя точно не будут. Ты нужна живая и исключительно здоровая?

— Смеешься? Это поэтому в меня вот этой ерундой стрельнули? — и указала пальцем на татушку.

— Так жива же осталась и здорова, и даже не покалечена.

— Ты объяснишь, что все это значит?

Оставаться там и дальше смысла не было, да и разговор требовал продолжения, но без посторонних ушей и свидетелей. Потому и вернулись домой, прихватив с собой пиццу.

— Что ты сейчас видишь? — поинтересовался Эдик, усевшись за стол.

— Не пойму. Постой, ты что, пиццу подогреваешь? — удивленно спросила Вероника, наблюдая за рыжими блестками, обволакивающими их будущий обед.

— Правильно. Ешь.

Эдуард молчал, думая о своем, или просто решал, что именно стоит рассказать.

— Существует легенда, — в конце концов заговорил он, поведав древнее сказание.

Когда-то на заре человечества мир населяли драконы. Они были сильны, мудры, прекрасны и наделены необычайной силой, не доступной никому другому. И в совершенстве владели магией.

Жили обособленно, соблюдая баланс в природе, могли вылечить кого-угодно, защищали людские поселения от хищников и катаклизмов. Никогда не злоупотребляли силой и не охотились на людей. Последним бы радоваться, но они чересчур боялись могущественных существ и им завидовали.

Однажды один из алчных представителей человечества решил, что негоже ящерам быть столь всесильными, и что нужно забрать у них магию и разделить между людьми. А для этого нужно убить дракона и выпить его кровь. Откуда взялась эта идея, так и не суждено выяснить. Он подначил и других единомышленников, и охота началась.

Магические существа были чрезмерно добры и наивны. И несмотря на силу, не ожидали такого исхода, тем более от слабых людей. И тогда первый дракон попал в ловушку. Его сердце пронзила стрела, а выпивший его еще не остывшую кровь, действительно приобрел небывалую мощь. Хотя и не сравнимую с драконьей.

Возбужденные новой неведомой мощью и легкой победой, люди открыли охоту на других драконов. Они хмелели от вседозволенности, и продолжали бесчинства. Длилось это много лет до тех пор, пока не был пойман последний.

Тот, перед смертью сказал:

Вы все равно никогда не получите нашу искру. Вы слишком слабы и тщеславны. Вы опьянены полученными возможностями, и даже не можете представить, что вас ждут еще и обязанности, и лишения. И вы никогда не узнаете, что такое настоящая сила. Только истинная искра способна видеть и управлять ею. А возродиться она сможет лишь в чистом добром сердце. В том, которое сможет оценить магию по праву и направить ее во благо. Вы же непомерно грязны для этого.»

Не в состоянии больше слышать такие речи, люди убили его, как и у предыдущих.

Но проблемы только начинались. Ведь магия досталась не всем. И теперь те, кто тоже желал заполучить ее, начали охотиться на тех, кто уже имел. Их также убивали и пили кровь.

И снова бесчинства длились годами. Пока маги не решили отдалиться от простых людей. Сначала они стали собираться в отдельные поселения. Вместе жили, учились владеть силой. Но и их деревни выслеживали. Нападали, грабили, убивали всех без разбора, будь то женщины, старики или дети, в жажде заиметь ценнейший ресурс. Так они решились вернуться в города и жить среди простых людей, сохраняя при этом свою тайну. Хотя и продолжали вместе встречаться и учиться, организуя тайные сообщества.

У магов появлялись дети, также одарённые. С годами и столетьями, они становились более образованными, просвещенными. Среди них рождались великие люди, в том числе с чистыми сердцами. Но искра, как и обещал дракон, не возвращалась.

Человечество постепенно забыло про легенду и про волшебников, и жизнь стала более размеренной.

Пока однажды в одной семье потомственных магов не родился мальчик Александр. Он единственный мог видеть силу и управлять ею, даже объединять разные потоки для достижения благих целей. Его назвали искрой дракона, хотя никто так толком и не знал, что это означает. Мальчик вырос великим магом, очень сильным, и прославился деяниями во благо мира. Народ его любил и уважал. И дали ему прозвище Драконий Глаз. Именно он первым организовал совет старейшин, который вершил суд по чести и справедливости.

Затем рождались и другие дети с даром, хотя и редко. Никто так и не смог выявить закономерность: почему, когда и у кого. Однако все они прославились, принеся в мир много пользы.

— И вот теперь ты. — помолчав добавил Эдуард.

Итак, картина начала складываться. Проявились 2 два возможных варианта. Первый — это чистое совпадение, и у мага другие цели, например источник. Правда встал вопрос, почему именно Ильиных, а не любой другой. И второй — преступник заранее знал о даре Вероники. Не понятно только, откуда у него эти сведения. Ведь ее сила до сих пор закрыта, да и сама девушка даже не подозревала о нем.

Ну и нужна она, скорее всего, для поиска источников. Ведь подобный дар может их не только найти, но и объединить.

— Кстати, а как давно ты видишь магию?

— С тех пор, как мама рассказала о ней. Вернее, она показала, чтобы убедить меня. Хотя, я теперь просто знаю об этом и осознанно обращаю внимание. Если честно, анализируя прошлое, подозреваю, что всегда видела. Помню, когда была маленькой, мама постоянно играла со мной, и мне нравилось смотреть, как она "сыпала блестки". Вот только они в реалии могли оказаться совсем даже не блестками. И спросить не у кого.

Как выяснилось, с пояснений детектива, магию ребенку закрывают в год, чтобы она не смогла самостоятельно прорваться. И вот встал резонный вопрос. Искра дракона вне магии? Или же сила Ники настолько велика, что пытается вырваться из кокона. Хотя, больше походило на второй вариант.

— Расскажи, какая она, магия?

— Красивая. Очаровывающая. Впечатляющая. — восторженно начала описывать Вероника. — Она прекрасна сама по себе, как отдельный организм. Наверное, не хватит эпитетов. Я раньше даже не подозревала, а сейчас замечаю, что она всегда разная. Та, что легкая, больше похожа на дым или туман. Но он не живет своей жизнью, а делает то, что от него требуется, даже если и продолжает клубиться или перекатываться. Боевую я не сильно смогла рассмотреть, слишком быстро всё происходило. Но она более четкая и яркая, лучше прорисованная что ли. Вот она форму в процессе не меняет. И еще, у меня подозрение, что у каждого мага свой цвет. Возможно, это индивидуально, как отпечатки пальцев. Твоя, например, рыжая, но не яркая, а спокойная, даже слегка поблекшая. Я столько раз за ней наблюдала, что теперь среди всех остальных узнаю. Мамина была светло-голубая, почти ледяная, у Паши — сероватая. Вот у меня еще небольшие подозрения, что ее направления сказываются на цвете. Но для этого у меня слишком мало опыта. Шары, те, что боевые, были ярко-голубые. Хотя, может быть, зависит от заклинания, или тоже от типа.

— Неожиданно. Наверное, красиво. Я только боевую вижу, и то, слабенько. Но это не мешает с ней работать, через время привыкаешь и быстрее ее замечаешь. Думаю, искра тебе дает, в первую очередь, серьезное преимущество. Боюсь даже представить твои возможности после совершеннолетия.

Так и прошло время за беседами. Эдика очень заинтересовало то, как выглядит сила. Он задавал вопросы, уточнял, и с большим интересом слушал рассказы Вероники. Хотя мысли так и продолжали крутиться вокруг безопасности. Ведь теперь это сокровище, хотя правильнее было бы назвать достоянием народа, надо не только сберечь, но и с ее помощью уличить преступников.

— Послушай, не говори пока никому про свои возможности. Давай сначала постараемся раскрыть дело, понять, откуда идет опасность, и уже потом решать, как быть. Продолжай делать вид, что не знаешь об этом, и еще лучше — не реагировать на магию, то есть не показывать, что ты ее видишь. Кстати, забавно, и символично, что ты выбрала дракона в качестве татушки.

— Хорошо, но как нам отыскать виновного? Может и правда на живца. Ведь раз я нужна целая и невредимая, он меня не убьет. Скорее всего, закроет где-нибудь, как и родителей. А может, еще и вместе с ними. Ты меня по маячку обнаружишь. И потом, как он может заставить на него работать?

— Поверь, способов много, вплоть до подчинения воли, если не захочешь добровольно. И нет, такой способ не подойдет. Думаю, ОН уже в курсе, что следилка не работает. Так что ее либо опять перебьют, либо извлекут. А может и новую поставят. И тебя так потеряем, и родителей не найдем.

— Слушай, а у вас есть какая-нибудь газета, или канал, средство массовой информации? Что если официально объявим о моей способности. Ведь тому человеку важно инкогнито, а так мы разобьем его планы.

— В этом что-то есть. Загвоздка в том, что сначала об этом должны узнать старейшины. Кроме того, никто не поверит, силу то тебе еще не открыли. Потеряем время. Хотя все больше склоняюсь к одному решению. Если, конечно, согласишься.

— Что нужно делать?

План был таков. Досрочно провести обряд открытия силы, после чего принять источник. Дело в том, что долго его без хранителя оставлять нельзя. Иначе связь начинает истончаться, что как раз и выгодно преступникам — в последующем проще его заполучить. После принятия, источник получит очередную порцию защиты.

После этого следует активизировать помощников хранителя, для усиления охраны. Эдуард тоже обещал помочь в этом. И тем временем, используя искру, усиленно искать злоумышленников.

Проблемы при этом тоже возникали. И заключались, скорее в необычайно большом объеме работы и относительно небольшом количестве времени.

Во-первых, придется в кротчайшие сроки овладевать магией. Это сулило постоянные, длительные, изнемождающие тренировки. Это Веронику не пугало. Она не считала себя ленивой, хотя и понимала, что в этом ей понадобится помощь. Детектив опять-таки вызвался посодействовать еще и с этим. Все-таки маг сильный, и практики у него хоть отбавляй, научить и подсказать может.

Во-вторых, придется выполнять и обязанности хранителя. И это не просто сидеть и ждать, когда кто-то из непутевых магов постарается его выкрасть. Как выяснилось, любопытствующих хватало во все времена. А это значит, что источник периодически приходится переносить, перепрятывать. Кроме того, нужно устанавливать персональную защиту, ремонтировать ее, обновлять, отслеживая инновации. Как ни крути, а техника и прогресс не стоят на месте, в том числе и в магическом мире. А еще, регулировать баланс источника, наполнять или опустошать его, что может быть весьма энергозатратно. Родителям бремя вернуть будет уже невозможно, так что этими функциями тоже следует заняться сразу же.

И, в-третьих, кроме озвученного выше, потребуется активное сотрудничество со следствием. Нику это даже заинтересовало. Ее врожденное чувство справедливости бурлило внутри, разливаясь желанием поймать и посадить того самого гада, затеявшего подобную махинацию. А уж если учесть, что она и училась на юриста, так участие в настоящем деле ей виделось как уникальный шанс получения драгоценного опыта. Потом и в университете рассказать сможет. Кто знает, может еще и дипломную работу напишет.

Так, Вероника, совсем недолго думая, согласилась на все пункты. Тем более Эдуард вызвался оказывать активную помощь. Ну хотя бы до момента, когда найдутся родные.

— Не торопись, хорошенько обдумай. Дел потом будет много. Хотя, я считаю это необходимым.

— Скажи, — немного замялась Ника, — раз уж все так поменялось, ты теперь поднимешь оплату по договору?

— Что? За кого ты меня принимаешь? Я всегда держу слово, если даю. Мне казалось, что мы все уже давно обсудили, и не собираюсь возвращаться к этому.

— Хорошо, извини! А как можно открыть магию до совершеннолетия?

— А для этого мы отправимся к старейшинам. Я поговорю, объясню, меня там знают, прислушиваются.

— Что? К тебе прислушиваются старейшины? Это что же такое ты сделал? А где именно они заседают? Куда надо ехать.

— В параллельную реальность.

Глава 9. Совет

На этот раз за ними заехала машина с водителем. На улице шел дождь, да и с собой были сумки с вещами на неделю. Почему так много, было непонятно, но Вероника поверила напарнику. Раз он предупредил заранее, значит в этом был смысл. В конце концов, он ездил туда далеко не один раз.

Они отправлялись в Магор. Так назывался город в параллельной реальности, где и заседали старейшины. Нику порядком потряхивало от такой новости. Хотя, как выяснилось, на открытие силы маги приезжают именно туда. И живыми же возвращаются. Всего-то дел, пройти в портал.

— Не нервничай. Все будет хорошо. — Эдик взял спутницу за руку и немного сжал ее в поддерживающем жесте.

— Надеюсь не придется прыгать на колонны?

— Хочешь попробовать? — раскатисто рассмеялся спутник. — Нет, не придется. Это будет стандартный портал, простой коридор между двумя реальностями. Ты его, наверняка даже не почувствуешь. Но тебе понравится. Хотя нет, первый раз все же не очень. Он часто тяжело дается.

Они подъехали к неприметному зданию в центре города. Прошли через арку во двор, и зашли через черный вход.

Орлов постучался в единственную квартиру на первом этаже с цифрой 8. Открыл им мужчина лет пятидесяти и быстрым взглядом пробежал по посетителям. Эдуарда узнал. Это было видно по глазам, а вот при виде Вероники его бровь удивлённо изогнулась. Но внутрь пустил без единого вопроса.

— Заявки не поступало. — произнес он, увидев багаж. — Новенькая?

— Да. Времени на формальности не было, дело срочное.

— Будем записывать. Он сел за компьютер и стал вводить их данные.

— По ту сторону нет интернета и сотовой связи, поэтому важен точный учет людей, находящихся на территории. — пояснил следователь.

— А на это нужно разрешение?

— Лучше да. Но можно спокойно обойтись и без него. В этом случае информация сразу передается в местную систему безопасности, для контроля. Там, кстати, шикарный парк. Часто парочки отправляются туда на прогулку, ну или на праздники местные.

— А как передаётся, если интернета нет?

— Да так же, как и все остальное — через портал.

— Так, готовы? Берите сумки и вперед. — сказал мужчина, открывая им дверь.

Перед ними предстала абсолютно черная дыра на месте дверного проема. Вернее было похоже на очень темную матовую плёнку. Ее поверхность шевелилась, как вода в озере, подгоняемая ветром или взбудораженная плавающей в ней рыбешкой. А через нее слабо проглядывались очертания … сада?

Детектив схватил ее ладошку и потянул за собой.

— Не бойся. Странным кажется только первый раз.

Шаг в направлении прохода, и кожу покрыли мурашки. Нет, холодно не было. Зато жутковато, непонятно, слишком необычно. Взяла себя в руки и шагнула, утягиваемая в темную муть.

Впечатление было странным, будто попала в густую тягучую массу, через которую сложно было двигаться. Барьер явно сопротивлялся, не желая вот так запросто пропускать путешественников. Движения будто замедлились. Но все закончилось в считанные секунды.

В глаза ударил яркий солнечный свет, подступила тошнота и закружилась голова, заставив девушку покачнуться.

— Как ты? — спросил Эдуард, придержав спутницу за талию и прижимая к себе, чтобы не упала, — в следующий раз будет проще.

Девушка машинально уткнулась лицом ему в грудь. В нос сразу же ударил терпкий аромат туалетной воды, и Ника решила, что он очень подходит детективу. Ощущения же сконцентрировались на горячих ладонях. Одна из них продолжала лежать на талии, вторая аккуратно успокаивающе поглаживала волосы. Этот контакт оказался чрезвычайно приятным. Таким, что попросту хотелось остаться так навсегда. В голове зашумело и закружилось, и на этот раз уже не из-за перехода. Похоже, это все-таки ее собственная реакция на мужчину.

Понимание пришло резко и неожиданно. Она не должна позволять себе так расслабляться. Ей же четко было сказано, что невозможно ничего, кроме дружбы. У него уже есть возлюбленная. Да и сама она не свободна. Тут посетила еще одна мысль. За последние пару дней она даже не вспомнила про Виктора. Скучала ли она? Возможно, самую малость, но не настолько, чтобы хотеть оказаться в его объятиях. Да, объятия ее сейчас волновали, даже чересчур сильно, да только другого человека. Надо срочно брать себя в руки.

— Головокружение, — собрала волю в кулак и отстранилась. О своей реакции решила подумать позже. А пока лучше не прикасаться к нему.

Эдик отпустил ее, и показалось…нехотя?

Нет-нет, это невозможно. Это всего лишь ее собственные желания. Не стоит принимать их за действительность и становиться в очередь из поклонниц. Он чересчур вежливый и обходительный, а девицы, с его же слов, тактичность принимают за что-то большее. Дала себе очередной подзатыльник, тряхнула головой, чтобы сбросить наваждение.

— Говоришь, тяжелый только первый переход? Воды можно здесь найти? — и приняла протянутую Эдиком бутылку.

— Не только первый, но с каждым разом будет легче. Пойдем, скоро будем у меня дома.

Вероника только теперь осмотрелась. Они вышли из глухой беседки посреди парка. Дверь портала была уже закрыта, а рядом дежурил маг.

— И все? Никаких тайных комнат, как в городе? Прямо посреди парка?

— Да, а зачем? Это там нужно прятать портал от непосвящённых, а тут и так находятся уже только так или иначе, связанные с этим миром.

— А как же учет и разрешения?

— На самом деле, они нужны только для нашей безопасности. Если тебя пригласили — за тобой присмотрят. Если приехал сам — кто-то все же должен отвечать за то, что с тобой ничего не произошло. Видишь ли, этот мир своеобразный, странный и необычный. И его населяют огромное количество магических существ. Мало ли куда ты влезешь или попадешь. Вдруг спасать придется. Поэтому за тобой магически присматривают. Вернее, считывают состояние, и, если что-то случается, сразу вмешиваются.

— Пока понятно. Так, а сколько, кстати, у тебя квартир и домов всего, что есть свой даже здесь?

— Это наследие моих предков. У нас очень старинный род. Вот и передаётся по наследству.

— А где родители живут?

— Они погибли, когда мне исполнилось 18.

— Прости.

— Ничего, я привык.

Тем временем они подошли к выставленным в ряд странным корзинам. Даже не так. Это были колесницы, но без колес и без лошадей. А, и еще руль сверху как у мотоцикла. Довольно странная конструкция.

Эдуард поставил внутрь сумки, зашел сам, и подал руку спутнице.

— Заходи, не бойся. Это местное транспортное средство.

— Что, вот так, бесплатно, никого не уведомив?

— Да, они в Магоре в свободном пользовании. Важно по окончании использования ставить на специальную стоянку, карта тут внутри, и подзаряжать немного. Дальше они сами. Этот мир полон энергии.

Девушка зашла внутрь и встала рядом. Колесница поднялась в воздух на несколько сантиметров и начало движение в сторону дороги.

— И почему в нашем мире такого нет?

— Иначе пришлось бы рассказывать про магию. А здесь можно все, не скрываясь.

Тем временем они вылетели из парка и продолжили двигаться вдоль одной из городских дорог. Все было как в сказке: мощеные улочки, выбеленные особняки с черепичными крышами и аккуратными уютными садиками за низкими цветными заборчиками. И много-много цветов. Везде. В них утопал весь город. А еще, улицы были удивительно чисты и ухожены.

Они подъехали, или даже можно сказать подлетели, к небольшому двухэтажному особняку, выложенному белым кирпичом, и спешились. Перед ним, как и соседними зданиями, разбит аккуратный садик, утопающий в цветах. Резные скамейки, такой же стол под навесом из плюща напомнили о родном доме.

— Кажется, я знаю, откуда мама взяла идею цветника. Здесь они у всех. — сказала вслух — Слушай, а можно узнать, было ли тут и у родителей какое жилье?

— Хм, можно попробовать.

Тут дверь открылась и на улицу выбежала маленькая пухленькая женщина. Миловидное лицо обрамляли серебряные пряди волос, собранные в простую прическу, а щеки залились румянцем.

— Мальчик мой приехал, — кинулась обнимать Эдика.

Смотрелось это забавно, но очень мило. Женщина слабо доходила до плеча "мальчика", который с явным удовольствием возвращал объятия, а на лице сияла та самая счастливая улыбка с ямочками.

— Здравствуй, теть Зин.

Явно люди близкие. Была заметна обоюдная радость от встречи. Ника невольно заулыбалась, наблюдая за ними.

— Ой исхудал как, опять щеки впали. Поди не ешь ничего, как всегда.

— Готовить мне не кому, ты ко мне не хочешь переезжать.

— Сам виноват, что готовить некому. Давно бы женился, и еда бы была, и тепло и внучки мне понянчиться.

— С твоей едой, тетя, никакая другая не сравниться.

— Ой, а кого это ты привез — только сейчас обратила внимание на ещё одного присутствующего человека. — Красавица какая. Неужто невеста?

— Скорее коллега, и клиентка, — постаралась вынырнуть из неловкой ситуации и протянула руку для приветствия. — Вероника.

— Жаль. Зинаида Павловна. Очень приятно. Ну что же мы тут во дворе стоим? Заходите в дом. — и уже к магу — сейчас твою комнату приготовлю, а Верочке соседнюю. Вы надолго?

— Если все пойдет по плану — недельку тут проведем.

— Замечательно.

Орлов лично проводил Нику в отведенную ей спальню на втором этаже, показал, что и где находится, а заодно указал на то, что его комната рядом. И в случае чего, она может к нему обратиться. Дал полчаса на обустройство, после чего просил спуститься вниз.

Вероника осмотрелась. Помещение оказалось весьма современным, с такой же мебелью, которой, на самом деле, было немного: кровать, тумбочка, платяной шкаф, комод, на котором стояли кувшин со стаканом, и кресло. Никаких телевизоров, радио и проигрывателей. Подумала, что надо уточнить этот вопрос. Зато порадовала отдельная ванная комната.

Попыталась разобраться с краном, но так и не поняла, где включатель. Поэтому просто использовала воду из кувшина, чтобы умыться. Разобрала сумку, привела себя в порядок. Надела тёплую кофту и удобные туфли. Детектив предупредил, что вернутся домой уже поздно вечером. И пошла на встречу.

Пока шла, Вероника с любопытством изучала дом.

Странно, но изнутри он казался гораздо больше, чем снаружи. Это такая пространственная магия?

В зале никого не обнаружила, зато из кухни доносились голоса.

— Так и не расскажешь про девушку. Мне она показалась милой.

Ника поняла, что это про нее, и затормозила. Хотя и не имела привычки подслушивать чужие разговоры. Сердце при этом бешено забилось. Стало очень важно узнать, что-же Эдик о ней думает.

— Да, весьма мила и не глупа, ответственна. Думаю, после принятия силы будет в состоянии помочь с расследованием. — прозвучал ответ.

Внутри все похолодело. Вот так вот, сухо и официально? К щекам прилила кровь. Да так даже о друзьях не рассказывают!

— Ну я же не об этом. Я видела, как ты на нее смотрел.

— И как же?

— Да как кот на сметану.

— Не выдумывай. И оставь подобные фантазии. То, что я привез ее в свой дом, ровным счетом ничего не знает. Между нами ничего нет и быть не может. Никогда.

Вот так вот просто. Как обухом по голове. Ведь и сама же себе говорила, что нечего на него засматриваться. Внутренности скрутило в узел. И кровь от щек отлегла. Это хорошо. Осталось только отдышаться прежде, чем зайти к ним.

— Так, а что у вас за дело то, что приехали? Вижу же, закрыта еще. — попыталась перевести разговор тетя.

— Ее родители — хранители, которые пропали. Скорее всего, похищены. И на нее, единственную дочь, объявили охоту. Сегодня будем просить открыть магию раньше срока для передачи бремени.

Восстановив дыхание, поправив одежду, все еще бледная, но оно и к лучшему, Вероника зашла к ним на кухню. Тетя стояла за столом. Одной рукой прикрывала рот, а в ее глазах виделось… сочувствие?

— Нашла вас. Я на голос шла. Нужна помощь?

— Да, Ника, кстати, тоже очень вкусно готовит. — прокомментировал ее приход Эдуард.

— Правда? — Зинаида бросила вопросительный взгляд на племянника. — Нет, спасибо, пока отдыхайте. Уже все готово, сейчас будем обедать. Что-то ты бледная деточка, все в порядке?

– Немного нервничаю. Ладно, сильно нервничаю — опять соврала. Что-то она слишком много лгать начала в эти дни. Но непривыкшая к такому, чувствовала себя не в своей тарелке. — Сегодня встреча серьёзная планируется. На ней будет решаться судьба моя и моих родных.

— Не волнуйся. Нервы никогда не помогали решать проблемы. Тебе трезвый ум нужен. Я тебе чаёк приготовлю, успокаивающий.

— Спасибо, было бы здорово.

Поблагодарила, а сама подумала, что, как ни странно, но встреча то как раз не сильно волновала. Она практически уверена, что все получится. А волновал ее совсем другой вопрос и чаек сейчас как нельзя кстати.

Сразу после обеда молодые люди оставили дом. Идти им было недалеко. Как выяснилось, городок столь маленький, что весь можно пешком за пару часов обойти.

Предстояла важная встреча, к которой они готовились. Любопытно, но Вероника ощущала себя вполне спокойной, и совсем не нервничала. Похоже чаек Зинаиды Павловны сработал. Не мешало бы поинтересоваться составом. Весьма полезно. Да и голову, вроде как, не туманит. Идеальное сочетание.

Однако Эдуард, видимо, не подозревал о таких свойствах напитка, потому всю дорогу пытался успокоить спутницу. Или сам нервничал?

— Не волнуйся, все будет хорошо. И еще, разговаривать с ними пойду я. Возможно, захотят задать пару вопросов и тебе. Мой совет — ничего не придумывай, говори, как есть. И про исчезновение, и про мага, что во двор зашел, и про следилку. Не рассказывай ничего про искру. Пока не выясним, кто за всем стоит, об этом ни слова. Будто и сама ничего не знаешь. — Начал давать инструкции детектив.

— Что? Думаешь замешан кто-то из старейшин.

— Надеюсь, нет. Хотя я не доверяю, скорее, их окружению. Ну согласись, подозрительно, что кто-то пытается завладеть источником, а то, как это сделать, знают только в Совете. Не обязательно старейшины, может кто-то из родственников, или работников, у кого есть доступ к манускриптам и документам, или помощники. Еще нужно как-то узнать, кто ответственен за хранение этой информации, кому передавалась, когда последний раз использовалась. Что касается искры… Да, мы обязаны уведомлять о необычных способностях. Но ты пока еще не магичка, и понятия не имеешь, что другие видят, а что — нет. Вот это потом и расскажем, но, когда придет время. Ответственность за сокрытие этой информации я возьму на себя. А пока ты обычная дочка хранителей, перепуганная, и готовая защищать достояние семьи любыми способами. Даже если толком не понимаешь, что и как делать.

Так они дошли до необычного круглого здания в несколько этажей с узкими стрельчатыми окнами. По форме напоминал сторожевую башню замка, но только в увеличенном размере. Даже зубцы над крышей имелись. С четырех сторон от него вытягивали шпили к самому небу узкие высокие башни. Соединялись они с основным сооружением полуоткрытыми ажурными переходами. Удивительный замок. Но на то это и здание Совета, чтобы отличаться от других.

Внутреннее же убранство главного корпуса оказалось на редкость помпезным. На вкус Вероники, даже чересчур, что граничило с безвкусицей. В изобилии присутствовала лепнина, золото, ковры и парча. Потолки украшены искусными фресками. Обстановка из дорого дерева и бархата, с золотыми украшениями, ножками и ручками. И наряду с ними еще и современные объекты попадались.

С другой стороны, этим помещениям уже несколько сотен лет, и часть этого убранства стоит здесь с самого его основания. И, наверняка, каждое поколение вносило дополнительные предметы и украшения.

Что еще удивило Веронику, так это наличие целой радуги магических потоков. Мерцающие предметы попадались чуть ли ни на каждом шагу: вот дверь с зеленым или синим отливом, диван — с желтым, шкаф с фиолетовым, окна с розовым, картины с зеленым. Надо будет потом поинтересоваться, чтобы это могло значить, и с какой целью накладываются подобные чары. Сейчас пока никто не должен догадываться о даре.

— Скажи, тут всех подряд принимают или по записи?

— Можно сказать по записи, — хмыкнул маг, — вернее по предварительной договоренности, но меня примут.

— Ты в этом так уверен?

— Абсолютно.

Тем временем они зашли в просторную приемную. Секретарь тут же стал раскланиваться перед Эдиком, а Ника крутить головой. Отделана комната была в красно-коричнево-золотых тонах. Большой мягкий ковер, мебель, обшитая красным бархатом, тяжёлые портьеры, и все с золотой отделкой. Странный выбор цвета. Хотя, загадочнее показалось мерцание на двух креслах, почти того же оттенка, что и обивка, даже едва заметно. Неужели здесь еще одна искра есть?

Детективу открыли дверь, приглашая пройти в зал, а девушку присесть.

Выбрав, само собой разумеется, не светящееся сидение, Ника устроилась в нем. Секретарь хитро хмыкнул и тут же отвернулся. И что же такое с теми другими то? Как бы уточнить на будущее?

Время ожидания тянулось мучительно долго. Можно было бы его скоротать в интернете, но и этого тут не было. Оставалось заниматься рассматриванием обстановки и помощника, так как последний не был разговорчив и на контакт не шел. Может обиделся, что она села не туда. Ну да ладно, это не важно.

Наконец-то, дверь открылась и из нее показался Орлов, приглашая ее пройти.

— Старейшины хотят с тобой познакомиться.

Ника вошла в просторное помещение с высоченными потолками, покрытыми лепниной и фресками. Хотя внутреннее убранство выглядело несколько проще, по сравнению с уже увиденными. Паркет из темного дерева, темно-бордовые стены, такие же портьеры. Стал понятен выбора цвета приемной. Зато по периметру развешаны искусно выполненные портреты. Как в школе. Наверняка знаменитые маги.

Внутри она ожидала увидеть немощных старичков, седых и мудрых. А в результате пред ней предстали довольно молодые мужчины. Среди них, кстати, была и одна женщина. Уже хорошо, значит предубежденность и разделение по половому признаку местным не характерны. На вид им было от 45 до 60 лет. Большинство подтянутые, не гнушающиеся физической подготовкой. Все одеты в одинаковую белую одежду: широкие брюки и рубаху, подпоясанные плетённым кожаным ремнем. А на груди у каждого из них висел массивный медальон из белого металла с изображением глаза внутри девятиконечной звезды. Скорее всего, это и был отличительный знак старейшины.

Ника насчитала 11 членов консилиума. Сидели они полукругом на стульях с высокими спинками, обитых красным бархатом, и украшенных золотой лепниной. Чем-то напоминали троны, только небольшие. Это как раз добавляло важности восседавшим на них персонам. А в самом центре перед ними стояли еще два кресла, куда и пригласили присесть посетительницу.

Орлов устроился рядом. Его осанка, выражение лица были слишком непохожими на те, что девушка привыкла видеть до этого. Серьезен, сосредоточен, даже немного суров и уверен в себе.

Веронике, кроме того, показалось странным, что вокруг каждого из членов Совета наблюдалось свечение, вроде ауры. Но ведь подобного у магов она не замечала, наверняка защитная магия. Возможно, они так пытаются предупредить вероятные нападение. Отметила в голове пунктик, который хотелось бы в последующем уточнить.

Цвета, кстати, тоже были разные, многие из которых уже встречались в здании: желтый, светло-зеленый, синий, два фиолетовых — темный и светлый, вернее почти лиловый, бежевый, бордовый, коричневый, охра, бирюзовый, а у женщины темно-розовый. Интересно, розовый — это из-за пола, или у нее все в роду такого цвета?

— Представьтесь, леди, — спросил тот, что желтый.

— Вероника Ильина. Дочь хранителей источника воды.

— И что же Вы хотите?

— Мне осталось 4 месяца до совершеннолетия. Я пришла просить разрешение на досрочное открытие магии, чтобы защитить источник. Либо, если у мудрейших будет какой-то совет, рада ему внять.

— А знаешь ли ты, что значит защищать источник, девочка? — поинтересовалась розовая. Поскольку Нике никто не удосужился представиться, она решила про себя звать их по соответствующим цветам.

— Пока только в общих чертах, то, что успела узнать. Предполагаю, что это не настолько легко, но я готова учиться. Раз смогли это сделать мои родители, смогу и я. А заодно, надеюсь, это поможет усилить охраняемый ими объект, не позволив остаться без защиты. В конце концов это дело их жизни.

— С которым они не справились, — вступил в разговор синий.

— На их месте мог оказаться кто угодно. Могу поспорить, что к такому развитию событий, то есть к столь открытому похищению, не был готов ни один из хранителей. Как я понимаю, такое не столь часто происходит.

— Уверена, что им нужен источник? — уточнил желтый.

— Это основная версия. Прямых доказательств пока нет. Но и родители до сих пор не нашлись. А оставлять его без охраны, просто надеясь на то, что пропажа людей — это чистое совпадение, сравнимо с обычной халатностью. Как я уже успела понять, источник очень важен, именно он стоит превыше всего. Моя семья защищала его много поколений, и раз мне в любом случае предстоит принять бремя, не вижу смысла увиливать. Пусть раньше времени, пусть будет сложно поначалу, но я постараюсь сделать все, чтобы его защитить.

— Ты чересчур молода для этого, — подал голос бирюзовый. — Не справишься. Подобные обязанности возлагают на уже состоявшихся магов.

— Возможно. Но я буду стараться и учиться. Так или иначе, это лучше, чем оставлять источник совсем без защиты.

— Истории известны случаи преждевременного раскрытия силы хранителям. Да еще и в гораздо младшем возрасте. И все они неплохо справились с обязанностями, — высказался молчавший до этого и только наблюдающий за происходящим Эдуард.

Видимо, это было правдой, потому как возражать никто не стал.

— А скажи-ка деточка, каким образом, — начал лиловый с долей сарказма в голосе, — тебе удалось узнать о магии, раз еще долго до совершеннолетия. Это серьёзное нарушение, хотя и не наказуемое.

— Мне рассказала мама накануне исчезновения. Ей пришлось. Дело в том, — к щекам прилила краска, — я сообщила, что выхожу замуж. А мой избранник не маг.

— Это может быть чревато последствиями, — это уже бежевый.

— Теперь знаю.

— И что собираешься делать?

— Для начала искать родителей и помогать следствию. Теперь вопрос о замужестве встает совсем другой стороной. Пока не готова дать ответ. Дело очень серьезное, требует таких же действий и решений.

— И где же сейчас твой жених? — снова лиловый

— Не представляю. Не хочу его втягивать. Он хороший, и не виноват в том, что оказался не в то время, не в том месте. Он ничего не знает об этом мире и может быть чрезвычайно опасно впутывать его именно сейчас.

— Уверена, что о нем так печешься? — все тот же лиловый. Что он так прицепился?

— Уверена, хотя не только о нем. В первую очередь сейчас пекусь об источнике, и, конечно же, обо мне и о родных. Но приходится делать выбор и принимать решения.

— Скажи, ты уже успела разделить с ним силу? — а это уже розовая. Вот любопытно, ни один из присутствующих не позволил себе столь некорректного вопроса, тем более перед стольким мужчинами. А вот ей приспичило. Хотя, в целом, их беспокойство оправдано.

— Нет, до этого не дошло, — голос Вероники слегка сел, а сама она залилась краской.

— Вы разумная особа, — подытожил бордовый, — и вполне адекватно воспринимаете ситуацию. Мне нравится, что не боитесь трудностей, хотя легко не будет. Хочу сказать, что я целиком на Вашей стороне. Но в любом случае, совету нужно посовещаться. По традиции это два дня. Затем вы вернетесь сюда, и мы огласим наше решение. Тем временем устройте себе небольшие каникулы, отдыхайте. Готов поспорить, вы еще не посетили Парк Грез. Он прекрасен. Но вам категорически запрещено покидать эту реальность. Не беспокойтесь, здесь вам ничто не угрожает.

— Конечно, спасибо за доверие.

Глава 10. Парк Грез

Вероника выходила из Совета в смешанных чувствах. Вроде бы и прошло хорошо, но на душе какая-то пустота. Возможно, она ожидала другого отношения Старейшин, и ее смутили не совсем приятные вопросы. А может быть, просто хотелось ясности, но она появится только через два дня. В принципе, она знала об этом заранее, но рассчитывала, что будет хотя бы намек на решение. Но в результате, прямо высказался только один. Остальные лишь тыкали в нее возрастом, не забывая сказать, что она не справится. Или так твердость настроя проверяют?

— Молодец, отлично держалась и правильно отвечала, — похвалил ее Эдуард, как только они вышли из здания.

— А тебя о чем спрашивали? — спросила она, понимая, что начала дрожать. Видимо так сказывался откат после чрезмерного напряжения, а может еще и чаёчка.

— Я всего лишь обрисовал вкратце ситуацию, привел плюсы и минусы решения.

Эдуард взял ее за руку, почувствовал дрожь и пытливо посмотрел на девушку. Не было необходимости объяснять, он и так все понял.

— Не переживай, встреча прошла замечательно, ты была на высоте. Я не сомневаюсь в решении. Пойдем, отведу тебя кое-куда.

Они зашли в уютное в кафе, и Орлов повел ее вверх по лестнице на балкон. Выбрал столик, стоящий немного в стороне, но полностью освещаемый солнцем. В эти прохладные весенние дни было приятно понежиться в теплых лучах.

Детектив заказал успокаивающий и расслабляющий чай для девушки, фирменные эклеры и шоколадный мусс со сливками.

Немного расслабившись, Ника начала осматриваться. Только теперь обратила внимание на полное отсутствие ветра. Несмотря на то, что они находились на открытом воздухе, холодно не было. Тут в поле зрения попал распростершийся над ними мыльный пузырь. Надо же как удобно. Тут вспомнила о вопросе, который не выходил у нее из головы последнее время.

— Скажи, почему маги сюда окончательно не переедут. Почему предпочитают жить в мире, где не могут даже рассказать о себе в полный голос?

— Хм. Причин, на самом деле несколько, — подумав, ответил Эдик, — Все сложно, и далеко не однозначно. Природа здорово пошутила. Наградила этот мир магией. Здесь ее столько, что можно из воздуха набирать. А сами источники она оставила в том другом, и последние влияют сразу на две реальности. Понимаешь, их надо оберегать. Одному это сложно, значит требуются помощники. Всем им необходимы обслуживание и защита, как например полиция, врачи, булочники, школы и прочее. Вот и получается, что проще сразу жить там. Кроме того, многим нравится чувствовать свою силу, особенно некоторым слабым магам. Здесь же они будут никем, слабее чем другие. А в том мире, они гораздо могущественнее людей, и это здорово тешит самолюбие. Кроме того, там есть изобретения, которые сложно перевезти сюда. Например, машины. Ведь им нужны нефть и заводы, перерабатывающие ее в бензин. Для сотовой связи — электростанции, связные вышки и так далее. Там же можно успешно комбинировать прогресс и магию, хотя и не в открытую как тут.

— Но я же вижу здесь целый город и люди тут живут.

— Да, живут, но немного. На земле таких городов девять. Между ними поделены территории и зоны влияния. Старейшины проживают здесь постоянно, пока числятся в Совете. Их жизнь и жизнь гостей тоже следует обеспечивать, поставляя все необходимое. Вот и едут в Магор добровольцы, желающие подзаработать, либо кому этот мир ближе.

— Как твоя тётя?

— Да, например она.

— Скажи. Ты упомянул, что это твой дом, вернее твоей семьи, а живёт там она?

— Она тоже семья. По сути, она заменила мне мать после гибели родителей. Да, я был уже совершеннолетним по земным стандартам, но моральная поддержка не бывает лишней. Она моя вторая мама. Когда решила переехать в эту реальность, чтобы доживать старость, я сам предложил особняк. Она о нем заботиться, а я всегда могу вернуться на несколько дней "Домой".

— Мне показалось, она тебя очень любит.

— А я ее. Она — добрейший человек с огромным сердцем. — и глаза его при этом так засияли, что Вероника даже залюбовалась, и улыбнулась, сама этого не заметив.

— Слушай, а что с креслами в приемной?

— В смысле? — детектив старался быть серьезным, но глаза смеялись.

— Я на них магическое воздействие увидела. Забавно, но того же цвета, что и обивка кресел.

— Любопытно. Ну раз спрашиваешь, значит выбрало «чистое». Вообще это как раз дело рук секретаря. Это он с виду такой серьёзный, а сам шутить любит. Местные знают это. Одно из сидений посетителей сбрасывает, а второе по залу катает. А он развлекается. Да еще и друзья приходят частенько полюбопытствовать, когда новеньких видят. Вот ты его обломила.

— И ему это с рук сходит?

— Конечно, всем же весело.

— А если кто из важных?

— Ну он не самоубийца. Волшебство не сложно отменить, тем более своё.

— А это совпадение, что у него магия того же цвета, что и мебель, или здесь есть ещё один видящий?

— Искра дракона должна стать публичным лицом. Ее ждут уже много лет. Но вопрос интересный. Кстати, сегодня сработали сигналки на твоем доме. Ребята проверили, но периметр не нарушен. Возможно попытались, но не смогли войти.

— Это странно, что преступники по-прежнему хотят попасть именно туда.

— Очень. Как вариант, потеряли тебя и теперь ищут, где могут. Начнем проверять всех сильных водников.

— Воздушников.

— Почему?

— Я тут вспомнила кое-что.

И Ника рассказала о кошмаре, приснившимся ей еще в скрытой в подвале квартире. О том, как она убегала от ветра, который с ней разговаривал, и о том, как пыталась спасти родителей. А те велели ей развивать дар, чтобы найти их.

Она уже давно забыла про тот сон, и сейчас он резко всплыл в памяти. Теперь, на фоне последних событий, он перестал быть столь бессмысленным. Стал понятен и смысл слов о даре. Могло ли это быть подсказкой? Вполне. Кто знает, может мама пыталась магически связаться с дочерью.

— Возможно. — задумчиво прокомментировал Эдик. — Ладно, это потом. Сегодня отдыхаем. Сейчас прогуляемся, покажу тебе город. Потом поедем смотреть местную достопримечательность — Парк Грез. Правда туда лучше идти ближе к вечеру.

И правда, Магор оказался небольшим, но аккуратным, похожим на средневековый городок. Веронике нравилось буквально все: мощеные улочки, низкие здания и с уютными садиками, салоны с большими окнами, через которые легко заглянуть внутрь. Над входами же красовались не привычные надписи и вывески, а точные копии средневековых, тех, что подвешивались на кронштейнах. Замечательная идея. Ведь их видно и легко читать даже издалека. А еще, оказалось неожиданно много гостиниц. Вот современные чемоданы на контрасте смотрелись немного чуждо.

Как выяснилось, у многих магов здесь дома и квартиры в собственности, обычно передающиеся по наследству. Люди приезжают сюда отдыхать на выходные или провести отпуск. Посмотреть здесь есть что. Один только парк чего стоит. Вот и гостиниц тоже порядочное число. Да и по работе здесь тоже бывают.

И сердце Вероники уже зашкаливало от предвкушения. Ее просто раздирало любопытство. Она жаждала увидеть ту самую достопримечательность, о которой так много говорят.

Так вот почему Парк Грез так назывался. Вероника поняла это, как только зашла на территорию. Это было потрясающее место, аналога которому она еще нигде не встречала. Сомнений быть не могло: его строили волшебники, причем настоящие. Уж слишком он был невероятен.

Оказывается, создали его несколько веков назад, и с тех пор постоянно совершенствуют, и усложняют.

Непонятная система дорожек, ручейков, гротов и фонтанов изумляли и вводили в ступор. Клумбы, усыпанные диковинными цветами, создавали причудливые картины и поражали воображение. А мостики через каналы, свитые из корней, располагающихся на противоположных берегах деревьев просто приводили в замешательство.

И было понятно, почему туда так стремились парочки. Чересчур романтическая обстановка там создана. Да еще и часто встречающиеся беседки, увитые цветами, или устроенные прямо в кроне широких деревьев только способствовали уединению.

И вот спрашивается, с какой стати Эдуард ее туда привел? Или это намек? Хотя, по его поведению, не похоже. Скорее, решил сыграть роль туристического гида, причем холодного и отдалённого.

— Пойдем, — Орлов схватил ладошку спутницы и потянул за собой. Привел к пруду, забрался в одну из лодок и помог устроиться и спутнице.

Оказалось, он умел еще и грести. И делал это так легко, будто так каждое утро на работу ездил. И мышцы на его груди при этом напрягались, натягивая и так узкую футболку, привлекая внимание. Вероника в какой-то момент поймала себя на мысли, что откровенно рассматривает его. Отдернула сама себя, перевела взгляд на лицо и увидела хитрую ухмылку. Заметил. Смутившись, отвернулась и принялась осматривать окрестности.

Возле берегов цвели кувшинки и лилии. Желтые и белые, такие же, как и в нашем мире, но только на первый взгляд. Здесь же они росли гораздо крупнее, пышнее и… двигались и кружились, будто танцевали только им известный танец. А над ними парила пара светящихся бабочек. Красиво.

— Посмотри в воду, — услышала совет.

Опустила глаза и стала всматриваться в глубину. Поначалу ничего не было видно, но затем, то там, то тут начали мелькать огоньки, которые на фоне темной воды виделись особенно отчетливо. Это были флюоресцентные рыбки. Их было много, даже очень, разного цвета и размера. Плавали под самой поверхностью, видимо, желая поймать последние лучи вечернего солнца. Они перемещались, создавая живые цветные картины. Зрелище завораживало. Оно было потрясающим. Настолько прекрасным, что Вероника забыла, как дышать.

— Скажи, ты их тоже видишь?

— Да, конечно. Их все видят.

— Значит это не магия?

— Нет, это собранные со всего света светящиеся виды рыб. Это их природа.

— А те бабочки над кувшинками?

— И они тоже. Этот парк особенно красив ночью. Специально для него сюда свозятся редкие виды растений, животных и насекомых. Скоро сама увидишь.

— Скажи, а вот возможность "видеть" можно выключать. Я боюсь, так все за магию начну принимать, как и этих рыбок. А мне хотелось бы понимать, что видят остальные.

— К сожалению, этого не знаю. Придется открывать самой. В наши дни подобия твоему дару, по крайней мере по официальным данным, нет.

— Пойдем, — подал руку Нике, причалив к берегу. Желательно успеть еще в одно место до заката.

Ника зашла на мост и ахнула. Они оказались в расщелине скал, в которой струился огромный водопад, метров двести в высоту. Бушующий поток полноводной реки с грохотом падал в сформировавшийся за несколько веков бассейн, рассеивая по округе мельчайшие капельки воды. И нет, сыро не было. Об этом позаботились устроители, накрыв площадку едва заметным, но отлично работающим защитным куполом.

Зрелище было настолько впечатляющим, что отвести взгляд стало затруднительно. Сила всегда привлекает. И не важно, природная она или магическая.

Стоять возле столь мощного потока было немного странно. Вода — это ведь сила Вероники. И сейчас она привлекала как никогда: сильная, несдержанная, необузданная, превосходная, очаровывающая. Она бурлила и рокотала. Такая же масса неконтролируемых эмоций накрыл с головой. Да, устроители парка знали, чего хотят добиться.

— Нравится? — шепнул возле уха Эдуард.

— Потрясающе! Люблю воду, — ответила совершенно искренне.

И вся эта мощь, бурля и перекатываясь, протекала под ногами бурной рекой.

— Идем. — руки мага сомкнулись на хрупкой талии, резко вздернули вверх, и перенесли девушку на противоположную сторону моста. — Место лучше занять пораньше, иначе можешь не увидеть.

Даже сложно сказать, какая из двух перспектив впечатляла сильнее. Перед взором высоченные скалы расступались, пропуская бурлящую реку, позволяя ей свободно впасть в бесконечное озеро. И в этот момент, в той самой расщелине садилось солнце. Желтый диск неумолимо менял тона, приближаясь к горизонту, прорисовывая на водной глади световую дорожку. Да вот последняя была не просто рыжего оттенка. Она переливалась всеми цветами радуги, периодически образуя цветные сполохи. Будто кто-то запускал разноцветные фейерверки.

То тут, то там слышались восторженные ахи и возгласы. А к их краю стали подтягиваться новые зрители, только теперь заметившие происходящее.

Эдуард, чтобы защитить спутницу от напора восторженной публики, положил ладони на перила по обе стороны от нее. Жест обычный, но вдруг заставил замереть, а щеки налиться краской. В этот момент Ника даже обрадовалась, что маг, стоял за спиной не мог этого заметить.

— И это тоже все видят? — пытаясь скрыть смущение, даже не узнала своего голоса.

— Да. Эти горы знамениты редким минералом. Поток его вымывает и уносит в озеро. Именно он окрашивает воду в разные цвета. А на закате, точно под этим углом, еще и заставляет ее сиять. — начал объяснять Эдик над самым ухом, от чего по шее побежали мурашки.

Тут один из нерадивых зевак, налетел на спину детектива, заставив вплотную придвинуться к девушке. Объяснение резко прекратилось и оба одновременно замерли от неожиданности. Но никто не спешил отстраняться. Так и простояли с минуту, плотно прижавшись друг к другу. Никто не двигался. Вероника же начала ощущать, как по телу разливался жар, закручиваясь где-то в области живота, голова затуманивалась, а к щекам прилила кровь

— Пойдем? — хрипло проговорил детектив, когда последние лучи солнца скрылись за горизонтом, и зрители начали расходиться, освобождая мост.

— Да, конечно, — отвернулась Ника, пряча предательски раскрасневшиеся щеки.

Мужчина на этот раз не стал привычно захватывать маленькие ладошки, а нарочито сунул руки в карманы.

Да что же такое? Что она не так сделала? Горечь вперемешку с обидой разлилась по телу. Хотя, никто никогда ничего не обещал. С чего бы обижаться то?

— Пойдем, уже темнеет. Сейчас самое красивое начнется. — и Эдуард, не оборачиваясь зашагал по дорожке, уверенный, что Ника последует за ним.

То тут, то там начали "зажигаться" деревья. Вернее, распускались светящиеся цветы, ожидающие, видимо, ночных насекомых. Розовые, сиреневые, голубые, лимонные. Необычно, но красиво и очень романтично. Жаль, что последним между ними и не пахло. Вон даже не смотрит на Нику и почти не разговаривает. Но это не важно. Пока надо наслаждаться прогулкой и видами. Кто знает, когда в следующий раз получится сюда попасть. Может быть, вернётся сюда с кем-то близким, кто не будет так тщательно избегать ее. И сама же поймала себя на мысли, что о Викторе даже не подумала. Или этот просто стресс?

Пошла в сторону диковинных растений, желая рассмотреть поближе ночные цветы, но даже не заметила, как спугнула целую стайку таких же бабочек. Рой взмыл в воздух и окружил девушку цветным вихрем. Как же это было восхитительно!

Поддавшись эмоциям, Вероника счастливо засмеялась, прокружилась вокруг своей оси и раскинула руки в стороны, приглашая сказочных существ устроиться на них. И те и вправду воспользовались приглашением, покрывая плечи, ноги, даже ее волосы. Бабочки же, складывая и раскрывая крылья создавали эффект мерцания. Сравнила себя с новогодней елкой. И эта мысль заставила захохотать.

Вспомнила, что она в парке не одна. Кинула взгляд на тропинку и нашла мага, который наблюдал за ней и довольно улыбался, при этом склонив голову и облокотившись на фонарный столб.

— Тебе идет.

— Роль новогодней елки?

— Волшебной феи бабочек, — хохотнул Эдик, отделяясь от опоры, — пойдем, мы еще не весь план выполнили.

Следующим пунктом стала поляна, вокруг которой уже собирались зрители. Место почти не освещалось, только слабые лампочки на тропинке указывали путь. Все чего-то ждали шумно перешёптываясь.

Вдруг в воздухе начали появляться одиночные светлые сполохи, превратившиеся в результате в сплошной мерцающий поток. Миллионы, или даже миллиарды разноцветных светлячков воспарили над землей в только им знакомом танце. Вероника даже не заметила, как от неожиданности и восторга по щекам скатилось несколько слезинок. А рука затеребила пуговицу на кофте.

— Не думал, что это тебя так расстроит, — неожиданно мягко, над самым ухом прошептал детектив. И как только увидел? Он, как и прежде, расположился за спиной у Ники.

— Это прекрасно — только и смогла ответить. Вся обстановка, нервы, поведение Эдика и сейчас его такой ласковый и обеспокоенный голос прорвали плотину эмоций, и она предательски захлюпала носом.

— Ну и что мне теперь с тобой такой впечатлительной делать? — прошептал маг в самую макушку. При этом положил ладони на плечи Вероники и слегка погладил.

Очень хотелось что-нибудь ответить, но в голову, как назло, ничего не лезло. Да оно и не понадобилось, ей попросту не дали этого сделать …

Веронику пронзило странное ощущение. Холод стал обволакивать ногу, запуская дрожь по всему телу. Тут же дракончик на ключице сильно нагрелся. Последовал непонятный звук, будто что-то лопнуло, и по телу прошла электрическая волна, моментально прекратив неприятные ощущения.

— Что это? — нервно прошептала Ника?

— Ты о чем?

— Нечто невесомое и очень холодное прошлось по ноге и, кажется, сработал оберег Глеба.

— Что? Уходим! — резко схватив под локоть спутницу, Эдуард чуть ли ни бегом потащил ее прочь, при этом выставляя над обоими щит.

Внутри все похолодело, но теперь по другой причине. Липкий страх начал овладевать ею, заставляя неметь кончики пальцев. Очень хотела забросать детектива вопросами, но понимала, что не время. Маг прекрасно знал, что это и явно был способен принять меры. В такие моменты лучше не отвлекать. Главное не паниковать.

Орлов, продолжая тянуть Нику одной рукой, поднял вторую, и носом, не сбавляя скорости нажал кнопку на браслете.

— Тени, центральная площадь. — выпалил туда же.

Они буквально вбежали в центр небольшой открытой площадки, по периметру освещенной фонарями. Это не было площадью как таковой, скорее огромным перекрестком с фонтаном посередине. От него в разные стороны парка отходили многочисленные дорожки и тропинки, теряющиеся в темноте.

Эдик одной рукой прижал к себе девушку за талию, другую вскинул перед собой и на ладони заискрились рыжие искры. Затем, увлекая за собой Веронику, начал поворачиваться вокруг своей оси, всматриваясь вглубь ночного парка. А она испуганно закрутила головой, в направлении взгляда мага. И увидела их…

Тени. Их было много. Темные жуткие пятна неопределённой формы, напоминающие кляксы. Они кружились вокруг перекрестка, опасаясь выходить на свет. Периодически некоторые из них все же пытались это сделать, но тут же, как ошпаренные, отскакивал во мрак.

Подобное противодействие длилось недолго. Одна из них приблизилась к фонарю с темной стороны, обволокла его своими щупальцами, словно в кокон, и через несколько секунд тот погас, издав глухой хлопок. Увлеченная таким победным действием, вторая поползла к соседнему, легко вырубив и этот. Лампочки гасли одна за другой, и площадь погружалась в темноту.

Тут по одной из тропинок на перекресток забежал мужчина, и молча встал за спиной у Эдуарда. Так же вскинул кисть, которая засияла зеленым цветом.

— Приступаем или ждем остальных?

— Ждем. Их слишком много, вдвоем не справимся, если пойдут в атаку. Даже купол не удержит.

С противоположных сторон к ним подбежали еще три мага, встали в круг и в темноту полетели шары и сети. Работали они быстро и слаженно, и почти без слов. А их движения казались отработанными до автоматизма.

Ника молча наблюдала за действием, как зритель в театре. Да и что она могла сделать? Магией не владела, про существ ничего не знала. Порой самая лучшая помощь — это не мешать. Этим она и занялась, прилагая для этого все свои силы.

Внезапно вновь почувствовала уже знакомое прикосновение. Одна из теней попыталась прорваться незамеченной по земле и дотронулась до ноги Ники. Взвизгнув, она привлекла внимание к твари, которая в миг получила разряд и растворилась.

— Одну взял, — прокричал кто-то из помощников.

— Ставим общий купол — скомандовал детектив через некоторое время, и в миг компания накрылась цветным мыльным пузырем.

Закончив работу, двое слаженно выскочили наружу в направлении той самой сети, из которой рвалась пойманная клякса, истошно пища.

Вероника, не отрываясь следила за происходящим и только сейчас заметила, что дрожит всем телом. Заметил и маг, так и прижимавший ее к себе одной рукой. Протянул вторую, положил ее голову к себе на грудь и нежно погладил волосы.

— Все хорошо, успокойся, они ушли. Испугалась? — прошептал на ухо, заправляя за него выбившуюся прядку, и затем, получив слабый кивок головок, уже чуть громче продолжил. — А ты молодец, стойко держалась. Обычно девушки в трудных ситуациях начинают верещать, сопротивляться, и вообще сильно мешают действовать, ты же стала послушной, как масло. Здорово этим помогла.

— Вот сомневаюсь, то ли стукнуть тебя за оскорбление всех девушек, — нервно усмехнулась Вероника, — то ли поцеловать за комплимент мне.

— Эдуард вздрогнул, и отстранился.

Что? Опять? Отстранился? На этот то раз что не так сделала? Надо превратиться в безвольную куклу и молчать в тряпочку? Хотя прошлый раз как раз промолчала, а итог тот же. Она же серьёзно не претендовала на него, и к себе ее он сам прижал, да и по голове гладил. Что в конце концов происходит?

— Это был комплимент. — ответил маг, — Но давай без поцелуев. Не переживай, мы отбились.

В этот момент под купол зашел один из его коллег.

— Не успели. Растворилась. На ней была печать обязательства. Не знаю как, но ее подчинили.

Детектив выругался.

— Что это вообще было? — спросила Вероника, пытаясь переключить мысли. Одной сразу стало зябко. Обняла себя за плечи в попытке то ли согреться, то ли закрыться.

— Темные сущности, или попросту тени. Это твари живут в темноте и боятся света. Нападают на своих жертв, парализуя холодом, и вытягивают магию. Они ею питаются. Но живут в одном конкретном месте, — лесу, куда никто не суется. И охотятся по одиночке, никогда стаями. Это то и странно.

– Как ты понял, что это они? Ждал их?

— На самом деле, совсем не ждал, но опасался, что к тебе попытаются подобраться. Поэтому ребят на территории поставил. Пока не узнаем кто за этим стоит, на чеку стоит оставаться всегда. Молодец, что сразу сказала. Могла бы и не обратить внимания, проблем бы было гораздо больше.

— А что странного?

— Во-первых, они никому не подчиняются. Похоже, что их наниматель даже сильнее, чем я предполагал. На такой ход силы расходуется очень много. Но вот вопрос в том, чего они хотели. Обычно магию они сами выпивают, но у тебя она еще не раскрыта, да и заказчик вряд ли захотел бы тебе навредить. Скорее обездвижить. Но тогда, где бы он на всех столько энергии для расплаты взял? Можно, конечно, использовать артефакты, но их нужно заранее заряжать. Значит давно готовился. И еще, раз тени пришли, он точно в курсе, что ты тут. Это кто-то, работающий либо на портале, либо в Совете.

— Час от часу не легче. Может их много, сообщников? Увидел, узнал.

— Возможно.

— А вдруг это совпадение?

— О нет. За ногу тебя потрогали, а не кого-либо другого, хотя людей на поляне было много, и уже раскрытых. И за нами погнались, а не там остались. Тем более целой стаей. Это далеко не совпадение. На сегодня гуляний хватит, у тебя еще будет возможность здесь побывать, когда все закончится. Возвращаемся домой. Кирилл, проверь тех, кто проходил через портал в последние три дня и пришли дежурных к дому. Надо усилить охрану. Уйти из этой реальности нам пока нельзя.

Домой возвещались молча и под охраной. Хоть от теней и отбились, но уверенности в том, что не нападут вновь, не было.

Территорию сада вместе с домом накрыли дополнительными щитами. По периметру выставили часовых магов.

— Вот так штат у тебя, однако. — произнесла Вероника, увидев очередных новых сотрудников.

— Нам надо продержаться до открытия силы. ОН наверняка боится, что после ритуала ты сразу узнаешь о своем даре и доложишь о нем, как и обязана сделать. Узнают все и тебя уже нельзя будет использовать. Потому и такая охрана. Можешь спать спокойно, никто не потревожит.

Орлов провел ее в комнату, включил свет и молча ушел. Даже не попрощался. И как это понимать. Что за качели? Ну быть такого не может, чтобы он так ко всем девушкам относился. Или может?

Устало упала в кресло. Тело ломило от перенапряжения физического, а голова от морального. Да, после такого дня хочется забыться. Просто лечь и вырубиться. Хотя, сначала неплохо было бы еще и поесть.

К своему удивлению, рядом обнаружила передвижной столик, на котором красовался ужин, любезно оставленный Зинаидой Павловной. Все-таки она замечательная и чуткая женщина. Ну да, для совместных вечерних посиделок уже слишком поздно. Да и чего греха таить, нет настроения.

Но сначала стоило пройти водные процедуры. Да и просто мечтала смыть с себя стресс. Посидев так некоторое время, собрав силы, направилась в ванную комнату.

Зажгла свет, приготовилась набрать воды. Да вот только выключателя так и не нашла. Кран был, но без каких-либо винтов или ручек. Исследовав помещение вдоль и поперек, но ничего не найдя, решила все-таки спросить у хозяев. Умыться то хотя-бы надо. Не пользоваться же опять той, что в кувшине.

Заставила себя и выйти из спальни. Не очень хотелось видеть мага, но все-же постучала. За дверью царила тишина и никто не открывал. Может, уже спал? Подождав с минуту, Ника развернулась, чтобы вернуться к себе, как на пороге появился Эдуард.

Похоже, сам только что после душа. Одет был в домашние брюки, но без майки. С волос падали капли, прямо на неприкрытую грудь, и спускались, прокладывая влажные дорожки. Поймала себя на желании повторить их путь пальчиком.

Мысленно себя отдёрнула, подняла глаза и встретила жёсткий, даже злой взгляд. Маг явно не желал этого визита и не хотел, чтобы его тревожили.

— Не очень хорошая привычка ходить в гости на ночь глядя, тем более к мужчинам. Ну, заходи, раз пришла. — холодно проговорил он с хищной ухмылкой.

Ника опешила и отшатнулась. Ее мгновенно осенила мысль. Это о чем он подумал? Что она к нему на ночь навязывается? Это за кого он ее принял? Внутри все похолодало, голова загудела, а тело предательски замерло.

— Так и будешь стоять, или пройдешь? — его тон привел в чувства.

— Извини, это не входило в мои планы, — развернулась и пошла проч. Ну и бог с ними, с водными процедурами. Завтра у Зинаиды спросит.

— Зачем же тогда приходила то? — прилетело в след

— Уже не надо, спасибо, — буркнула в ответ.

В одно мгновение Эдик ее нагнал и резко развернул к себе, схватив за локоть.

— Неужто только в дверь постучать?

На это разозлилась. Она же ведь ничего дурного не имела в виду. И что это вдруг убегает. Да кто он вообще такой и как смеет так с ней разговаривать? Она вскинула голову, задрав повыше подбородок и посмотрела прямо в глаза. А там бушевал целый ураган эмоций, разобрать которые не было возможным.

— Хотела, чтобы ты объяснил, как включаются ваши чертовы краны. Но ничего, еще никто не умирал без одного дня душа.

На лице Эдуарда проскользнуло удивление? Облегчение? Сожаление?

— Прости, да, не подумал заранее. Здесь это настолько обыденно, что вылетело из головы. — уже мягко извинился тот, — пойдем, покажу.

— Объяснений будет достаточно.

— Поверь, сама не сможешь. Местная система — смесь техники и магии. Ее сначала запустить надо, а у тебя сила еще запечатана. — и потянулся к ручке.

— Не важно, ты не зайдешь туда. — выдала девушка, а слезы стали застилать взор. Было больно и обидно, ведь она совершенно ему ничего не сделала.

— Почему? — сделал шаг в ее сторону. Ника попятилась назад и уткнулась спиной в стену.

— Негоже мужчинам ночами по спальням незамужних девиц шастать.

На лице Эдика проступило удивление, и брови взлетели вверх. Он уперся ладонями в стену по обе стороны от девушки.

— И что это сейчас было?

— А что было там, у твоей двери? — посмотрела прямо на него. — Злишься на меня за то, сто сегодня случилось? По-твоему, это я все устроила и тени призвала? Что, дело теперь усложняется и тебя это не устраивает. Я ведь предлагала цену увеличить. — голос предательски дрогнул.

— Прекрати ерунду городить. Да, я, возможно, был слишком резок. Прости, не хотел обидеть. — и резко отстранился. — Пойдем.

Детектив уже не спрашивая зашел в комнату к Веронике, и направился прямиком в ванную. Приложил ладонь к металлической пластине, после чего та заискрилась и в стене что-то зашумело.

— Включил. Чтобы отрегулировать температуру воды, достаточно провести пальцем вот по этой пластине: — показал на тонкую металлическую вставку в стене, — наверх — горячее, вниз — холоднее. Усилить или убавить поток — сильное или слабое нажатие на нее. Выключить совсем — двойной удар пальцем по ней.

— Спасибо.

Эдуард остановился возле нее, будто намеревался что-то сказать, но передумал.

— Спокойной ночи, — резко развернулся и ушел, закрыв за собой дверь.

С трудом совладав с эмоциями, Вероника разделась, уселась в ванную и обхватила колени руками. И уже там дала им волю. Было сложно понять, где вода, а где слезы. Они сами лились из глаз, душили, выбивая воздух из легких.

Как же так получилось, что мнение этого мужчины вдруг стало таким важным для нее? А его слова и поведение так сильно ранят?

Грудь жгло, и всхлипы пробивались наружу. И когда это произошло? Ведь он четко обозначил границы и нарушать их не собирается. Он выразительно дал это понять. Но что-же тогда было в парке. Он так нежно к ней прикасался, защищал. А потом?

Ох, уж эта зеленоглазая! Ника готовы была поспорить, что это из-за нее. И что в нем не устроило? Вон он как теперь страдает и мечется.

Надо было собраться и успокоиться. А еще лучше — запечатать все чувства к нему и эмоции под амбарным замком.

Виктор. Одно ясно: торопиться точно не стоит. Раз она так реагирует на другого, то чувства к ее жениху, и теперь уже явно бывшему, не были действительно сильными. И ведь правда жаль. Он хороший парень и готов на все ради нее. А этот…

И вообще, он возится с ней только ради выгоды. И похоже уже сам не рад, что ввязался. А влечение? Кто знает, может это всего лишь из-за стресса, а он оказался рядом, помог. Вот восхищение, уважение и благодарность Ника и спутала с чем-то другим. Главное самой в это поверить. Или он просто боится своих эмоций? Вот это стоит проверить. Только как? Не спрашивать же прямо об этом.

Выплакавшись, начала постепенно успокаиваться. По телу расплылось расслабляющее тепло. А вода слегка замерцала рыжеватым? Да нет, показалось…

Глава 11. Пещерные приключения

Утром Вероника окончательно взяла себя в руки. Она обязательно попытается вести себя как ни в чем не бывало. Ну подумаешь, легкое недоразумение в коридоре. С кем не случалось. Тем более после такого стресса в парке.

Спустившись вниз к завтраку, нашла в столовой Орлова вместе с тетей. И опять встретила этот его странный взгляд с примесью беспокойства и сожаления.

"Ой! Надеюсь, вчера не слишком громко плакала." — тут же пришло ей в голову, а вслух пожелала доброго утра, с легкой улыбкой на губах.

— Хорошо спала? — поинтересовалась женщина.

— Да, спасибо, насколько это было возможно после вчерашних событий.

Специально решила не уточнять, о чем именно идет речь. Хватит. Помотал маг ей нервы, теперь ее очередь. Видит же сожаление в глазах, значит он вину чувствует. Вот пусть теперь думает, почему ей не спится.

— Получается, до завтра выходить из дома нельзя?

— Можно, но днем и в сопровождении. Куда ты хотела сходить?

— Да не знаю, если честно. Просто не нравится сидеть в четырех стенах. И мир новый, есть что посмотреть.

— Да, пожалуй, я тебя свожу кое-куда. Тебе понравится. Кроме того, скоро пригодится.

Так они вместе с Эдуардом и под конвоем, как она мысленно назвала сопровождающую свиту из четырех магов, снова приехали в парк. Правда на это раз Орлов провел ее совсем другой тропой и завел под самый каскад уже знакомого ей водопада.

Пройдя по узкой тропинке они оказались во вместительном помещении, которое простиралось метров на семь в ширину, и вдвое больше в глубину. Эдакая необычная овальная пещера. Ни сталактитов, ни сталагмитов, почти ровные стены и потолок. Даже камней на полу не нашла. И сырости не было, несмотря на близость воды. Но больше всего Нику поразила тишина.

— Полог на входе, — пояснил маг, поняв ее замешательство.

— Но я слышу голоса снаружи.

— Да, он блокирует только шум воды. Техника безопасности. Мало ли что может случиться снаружи или кто позвать.

Чуть привыкнув к полумраку, Вероника шагнула вглубь и опешила от увиденного.

— Ооо! Ты тоже это видишь?

— Смотря что, — улыбнулся детектив, — расскажи.

— Стены перламутровые, переливаются всеми цветами радуги. И нити. Много-много нитей, разного цвета. Будто оплетают помещение. Что это?

— Нити, говоришь? Любопытно. Вот их я не вижу. Помнишь радужные сполохи на озере? Я рассказывал, что это из-за вымывающегося из скалы минерала.

— Это он самый?

Детектив поведал, что этот минерал называется эренит, по имени первого обнаружившего его свойства мага. Из него и состоят все близлежащие горы. Он обладает удивительной способностью накапливать магию. Из него раньше изготавливали сильнейшие накопители, а также защитные артефакты. Теперь понятно, почему стены такие гладкие, а на полу камней нет.

Но так как скала все-таки не бездонная, ее взяли под защиту и «отколупывание» кусков теперь карается тюрьмой. Ведь эти горы и так уже постепенно вымываются в озеро. Заодно и на учет поставили и контроль все изделия из эренита.

Но самым любопытным объектом оказалась сама пещера. Никто не знает почему, но находясь внутри, можно усилить действие магии. За ее пределами воздействие не срабатывает. И стоит выйти наружу, как полученный эффект сразу же испаряется.

Когда-то даже пробовали воспроизвести пещеру, сделав точную копию из этого же материала. И даже воду пустили, надеясь, что она является связующим звеном. Но ничего не вышло. Аналогичных свойств получить не удалось. Возможно, дело в природной толще или концентрации силы.

Кроме того, место нельзя прослушать, просмотреть, повесить сигналки. Все это нещадно блокируется самой породой. Зато внутри грота можно делать и говорить все, что угодно, и никто никогда не узнаёт.

— Мы будем приходить сюда обучаться магии после открытия. Так проще. Поначалу тебе будет тяжело с ней совладать, и именно здесь сила будет немного покладистее. Это до тех пор, пока не станешь управляться с ней увереннее. Потом начнем работать уже без помощи минерала.

— Скажи, а озеро? Значит, оно тоже обладает такими свойствами.

— Не совсем. У него скорее заживляющий эффект. Он восполняет магию, энергию, залечивает раны и даже некоторые болезни. На озере находится множество санаториев и сюда на лечение съезжаются маги со всего мира. А места раскуплены на несколько месяцев вперёд.

— Как интересно. Надо там хоть раз искупаться будет, может ле…

Договорить она не успела…

В пещеру залетел золотой силовой шар, оставляя за собой в воздухе такую же ленту. Орлов отскочил, ругнулся и убрал Веронику за спину. За одним полетели и другие. Эдуард начал их отбрасывать, и одновременно устанавливать щит. Но так и не успел его доделать. Приходилось слишком часто отвлекаться, чтобы отбиться.

Откинул Нику за небольшой выступ в стене и велел не высовываться. Хотя это было сложно сделать, настолько маленьким он был. Сам же продолжил крушить залетающие к ним объекты.

Шары заскакивали внутрь, ударялись о камни и гасли, будто впитывались последними. А вот их следы оставались еще некоторое время, растворяясь весьма медленно.

Секунда, и, не успев увернуться, Эдик все же получил удар в плечо.

Резко оцепенел. Попробовал повернуться, но ничего не вышло. От него, по тому самому ручейку в сторону выхода потек так знакомый рыжий дымок. У него что, выкачивали магию?

Было нужно что-то срочно предпринять, как-то отцепить ленту от мага. Вероника выскочила из своего укрытия и подбежала к нему, пытаясь сдвинуть с места, отдёрнув от этого щупальца.

Эдик покачнулся, и стал падать на колени. Он продолжал отчаянно сопротивляться, хотя и выходило донельзя плохо. Пытался выставить блоки, но те мгновенно растворялись. Девушка машинально, даже не думая, у нее то магия запечатана, схватила ленту и изо всех сил дернула. Не отсоединилась, но заметно истончилась.

— Вот что нужно делать. Держись!

Она опять взяла ее в руки и дернула. Еще, и еще раз, пока та не оторвала окончательно.

Эдик устало упал на пол. Поднял кисть и попытался выставить над Никой щит.

Только тут она заметила, что в пещеру большее ничего не летело. Орудие достигло цели — защитник был обезврежен.

— Не смей, у тебя сил больше нет.

— Они не должны тебя найти, — прошептал еле слышно, — надо поставить полог невидимости.

Хотел сказать что-то еще, но не смог. Рука обмякла, и он потерял сознание.

Сердце бешено застучало, по телу пробежала дрожь, а в кровь брызнул адреналин.

Их не должны найти. Оставлять Эдика одного посреди грота нельзя. Да и сбежать тоже. Наверняка снаружи их ждет ловушка.

Постаралась поднять мага за плечи и перетащить поближе к нише, в которой до этого пряталась сама. Какой же он был тяжелый. Очень тяжёлый. Да еще и приходилось избегать оставшихся подвешенных в пространстве следов оружия, которые еще не растворились. Маг не должен до них дотрагивался.

Подтащила его к выступу и облокотила на стену. В этот момент снаружи послышались мужские голоса.

Мозг ошалело работал, пролистывая информацию в поисках решения.

"Нужен полог невидимости" — вспомнила слова детектива. Но как его сделать?

— Скала поможет! — пришла в голову идея. Ведь она — сама сплошная магия. Особой надежны на удачу не было, но попытаться стоило.

Встала на ноги, даже толком не соображая, что делает. Действуя, скорее на инстинктах, схватила пальцами паутину цветных силовых линий, которые покрывали стены, и с силой потянула на себя.

Сеть поддалась и последовала за рукой новой магички.

Вероника зацепила ее за пол, скрывая угол, в котором они находились и села рядом с Эдиком.

— Ну давай милая, не подведи, спрячь нас, пожалуйста.

Орлов зашевелился и тихо застонал. А возле входа послышались приглушенные шаги.

Ника закрыла его рот ладонью. Кровь бешено пульсировала, а страх на этот раз сковал движения. Не в состоянии повернуться, она застыла и закрыла глаза, уже не надеясь на спасение.

— Где они? — прозвучал голос над ней?

Не веря своим ушам, она всё-таки подняла голову и посмотрела наверх. Возле них стояло два человека, одетых в черное. Лиц под низко опущенными капюшонами было не рассмотреть.

— Их здесь нет, — ответил второй.

"Что? Нас не видят? Сработало? Это реально?" — Ника даже сама опешила от полученного результата.

— Но они не могли уйти, мы откачали у него энергию.

— Значит не всю. Он сильный маг. Наверное, порталом ушли.

— Да ты видел объемы? И процесс прервать невозможно. Он точно пустой остался.

— Может артефакты были. Если порталом ушел, они рядом. На дальние расстояния все равно не хватит. Пойдем искать.

И мужчины ушли, оставив после себя оглушающую тишину.

Нарушал ее только дикий стук сердца. Нику всю затрясло, а из глаз полились слезы. После столь сильного перенапряжения всегда следует откат. Ну не привыкшая она к подобным переделкам. Их не увидели, значит правда сработало. Теперь надо срочно убираться оттуда.

Да только куда бежать, если рядом лежит безжизненное тело?

И куда, кстати, подевалась вся их хваленая охрана?

Главное, чтобы те два типа не вернулись. Временно можно и под щитом посидеть, но потом все равно придется найти способ убраться отсюда. Нужно привести в себя Эдуарда. И, если следовать логике тех людей, его энергию все-таки высосали не под чистую. Ника же нашла способ оборвать те щупальца.

Эх, вот бы его в то озеро свалить, что энергию восстанавливает.

— Стоп. Это же тот самый минерал, что в него вымывается. Получается, тоже может помочь.

Значит, нужен поток того же цвета магии, что и у Орлова, ну или близкий к нему. Вышла из укрытия и начала судорожно перебирать нити в поисках необходимой. Нашла и потянула. Но вдруг одна — это мало? Нашла, и подцепила еще парочку.

Но задумалась, куда их приложить. Вспомнила, что обычно говорят о солнечном сплетении, как о центре силы. Уложила мага на землю, расстегнула куртку, где-то даже нашла силы разорвать майку. Похоже адреналин так еще и не выветрился. Схватила нити, приложила их к мускулистой груди и прижала ладонью.

— "Вот, бойся своих желаний, — подумала она — хотела потрогать, вот и получай. Надо четче формулировать запросы".

— Так разозлилась на меня, что решила отомстить, заморозив? — еле слышно прошептал Эдик и чуть заметно улыбнулся. А руку Вероники накрыл своей широкой ладонью, да так там оставил, даже не помышляя убирать.

— Помолчи шутник. Ой, так ты в сознании?

— Если бы. — глаза мага при этом были закрыты.

— Сейчас постараюсь, потерпи. — привалилась к стене рядом, и сама закрыла глаза, продолжая удерживать нити. Конечно, можно было бы попробовать и убрать руку, вдруг они и сами бы присосались. Но очень не хотелось этого делать.

Через некоторое время послышался уже чуть более уверенный голос.

— Я начинаю тебя бояться, Искра. Кто знает на что еще ты способна.

Вероника подняла голову и увидела хоть и вымученную, но улыбку. Эдик попытался сесть, но снова упал на пол.

— Ну вот и хорошо. Значит понял, что не стоит меня злить. Лежи и не рыпайся. И вообще, где твоя хваленая охрана?

— Уволю всех за профнепригодность, — так же улыбаясь, мягко сказал он, — приму тебя на работу. Одна всех заменишь. Пойдешь?

— Ой нет. Если у вас все дни такие, то меня это не прельщает.

— Я умею уговаривать.

В это время в пещеру влетело два мага из свиты Эдуарда. Но не те, что их сопровождали. Один из них быстро оценил ситуацию и присел рядом с шефом.

— Давай-ка лучше я.

Ника, хоть и нехотя, но отодвинулась. Маг же призвал свою силу, заискрившую на кончиках пальцев, и приложил ладонь на то место, где до этого находились тоненькие пальчики. Вокруг руки все засияло темно-желтым и в Эдуарда полилась магия.

— На охрану напали, — тем временем начал рассказывать второй, — неожиданно, и сразу на всех. Отбивались, пытаясь защитить вход сюда. Нас успели вызвать. Мы одного взяли, но он самоликвидировался. Вернее, выпил ампулу забвения. Сам стер себе память. Уже ничего не узнаем. Остальные ушли. Эд, скажешь, черт возьми, кто она такая?

— Вот это нам и предстоит выяснить — немного приврал Орлов, — Но намного важнее — от кого мы ее прячем?

После таких приключений хотелось просто зарыться в подушки, и больше не выходить из дома. Да и из комнаты тоже. Да даже с кровати вставать. Вот этим Вероника и собиралась заняться в течение нескольких ближайших часов. Уж слишком нервным стало утро. Только здесь она могла расслабиться. Как ни крути, а в этом мире родовое гнездо Орловых казалось самым безопасным местом.

Отдавала себе отчет в том, что это то же, что засунуть голову в песок, и вряд ли поможет моральному настрою. Но рассчитывала на временную передышку.

Впечатление было двоякое. С одной стороны понимала, что и в своем мире было бы то же самое, ну или наподобие. С другой — как-то неправильно началось ее знакомство с этой реальностью. И все пошло кувырком. Что не день, то приключения. Кажется, у нее за всю жизнь столько их не было, как за последнюю неделю.

Послышался стук в дверь.

— Войдите, — выкрикнула, не желая вставать.

— Можно? — в комнату зашел Эдуард.

— Зачем встал? Тебе еще восстанавливаться.

— Да все в порядке. Меня зельем напичкали восстанавливающим и эринитом обвешали. К вечеру буду в норме.

Он прошёл и устало сел в кресло. Былая бодрость так еще и не вернулась.

Вероника попыталась встать с кровати. Вроде как, неприлично разлеживаться при гостях, но Эдик ее остановил.

— Нет, сиди, оставим этикет. Не до него сейчас.

— Что это было?

— Очень древний, не используемый, а потому забытый вид атаки. Он парализует противника и полностью лишае силы. Мои люди как раз штудируют рецепт, составляющие и ищут тех, кто к этому может быть причастен. В любом случае, мне жаль, но дороги опять ведут к Совету старейшин. Там есть и запрещенная библиотека, и возможность тренировок и получения редких ингредиентов.

— Но как они узнали о даре, если я сама о нем не подозревала?

— К сожалению, у меня нет ответа на этот вопрос. Пока…

— Думаешь, будут еще попытки?

— Не хочу тебя расстраивать, но боюсь, что да.

— До открытия магии?

— Думаю, пока все не поймут, кто ты.

— Так может, сказать сразу?

— Можно. Но в этом случае мы не найдем заказчика.

— И он не отпустит родителей?

— Не знаю. Послушай, — после минутной паузы вновь заговорил маг, — тебе придется сделать выбор: рассказать об Искре сразу, или потом. Я не буду тебя склонять ни к одному из решений.

— По закону ты обязана уведомить о даре, как только обнаружишь его. Но ведь и понять ты можешь только через время. Если расскажем сейчас — у тебя появится официальная защита. Информация разойдется и тебя не посмеют тронуть и не смогут использовать. Но мы так и не выясним, кто это был. Возможно, он со зла и наделает ошибок, но личность вряд ли проявит.

При втором варианте попытки похитить тебя наверняка продолжатся. Хотя, если начнешь развивать магию, осуществить это будет сложнее. И мы рано или поздно выйдем на заказчика. Но здесь слишком много рисков. И, как показал сегодняшний день, не факт, что я смогу защитить и предугадать все возможные варианты. Сегодня ты меня вытащила, и себя тоже спасла… Спасибо. Ты смелая девочка. Из тебя, получится сильный маг и отличный хранитель. И ценности у тебя что надо. Много хорошего совершишь.

— А что бы посоветовал именно ты?

— Еще вчера — оставить все в секрете, чтобы поймать того гада. Ведь моя задача состоит именно в этом. Сегодня — не знаю. Очень боюсь, что не услежу. Не хочу, чтобы тебе навредили.

— Эта сволочь должна ответить. И за родителей, и за все, что нам сделала. В конце концов, убить он меня не убьет. Я ему нужна живой.

— Но может волю подавить или подчинить. Станешь безвольной куклой. — нахмурился Эдик

При этом на лбу вновь залегла вертикальная складка и очень захотелось разгладить ее пальчиком.

— Тогда расскажешь совету правду. И вы вместе устроите операцию по спасению одного непутевого помощника детектива. Или ты уже забыл о предложении работы?

Эдуард мягко улыбнулся на это.

— Надеюсь, что все будет так легко. Но про работу, я серьезно. С твоими то навыками. Вон что вытворяла сегодня. Я ведь, хоть и не видел, но понял, что именно ты сделала. А если еще и магию тебе откроем… Наверняка, подпитываемый ею дар станет еще сильнее.

— То есть пока молчим?

— Молчим. Но у тебя еще есть время подумать. Завтра старейшины объявят о решении. Рассчитываю сразу на положительное. Но без оного мы отсюда не уедем.

— Ты научишь управляться с магией?

— Конечно. Как же я тебя такую бедовую одну оставлю? Есть еще одно НО, в копилку аргументов для решения. У меня серьезные подозрения, что и сила у тебя будет совсем даже не маленькая. Значит, ее пробуждение будет весьма болезненным. В таких случаях канал перекрывают, и процесс растягивают на несколько дней. Но у нас этого времени нет. Поэтому, если решишь скрыть искру, тебе будет больно.

— Но ты же можешь помочь? Как раньше.

— Могу, но мои способности тоже не безграничны. Я не лекарь. Полностью снять боль не смогу.

— Тебе тоже было больно?

— Да. И не было никого рядом. На тот момент родители погибли. Мое открытие растянули на три дня.

— Но ты же будешь рядом?

— Куда я от тебя денусь? — ласково улыбнулся, — Когда спросят, кого хочешь видеть рядом с собой на ритуале, назовешь меня. Обычно, это кто-то из родителей. Так как твои отсутствуют, могут не спросить и предложить одного из своих работников, или старейшин. Это традиционно. Настаивай. По закону имеешь право на сопровождение любым выбранным тобой человеком, без каких-либо ограничений. Кроме того, он не в праве отказаться. Обряд проводят в специальной комнате, и закрывают дверь снаружи. Новобранца оставляют внутри на ночь. За это время тело заполняется магией. Если плохо, слишком тяжело, или что-то идет не так, можно прервать процесс. Старейшины войдут, временно прикроют центр силы и на следующий день все повторится.

Вероника нервно обняла себя за плечи и прикусила губу. Как не крути, а было страшно. И боль. Ее все боятся.

Эдуард, заметив ее состояние, встал со своего места и сел на край кровати возле нее. Потянулся и зажал ее ладонь в своих.

— Что бы ты не решила, я буду на твоей стороне и поддержу.

От такого прикосновения, и от этого тихого успокаивающего тембра голоса по ее коже пробежали мурашки. Она закрыла глаза и порывисто выдохнула.

Маг, похоже, расценил это иначе. Поддавшись порыву, придвинулся ближе, взял ее голову обеими руками и приложил свой лоб к ее.

— Обещаю, что не останешься одна. Сделаю все, что в моих силах, чтобы с тобой все было хорошо. — странно прохрипел он и отстранился. Заправил за ухо выбившуюся прядку и посмотрел на нее, даже с нежностью. Потом коротко поцеловал в лоб и встал.

— Пока отдыхай. — и ушел, закрыв за собой дверь.

Эх, знал бы он, чего именно сейчас хотелось Веронике. И явно не остаться одной. И ведь это было в его силах. Но не в желании…

* * *

Эдуард зашел к себе в комнату, и устало рухнул в кресло. Откинулся на спинку и прикрыл рукой глаза.

— Чуть не сорвался. Надо быть осторожнее.

Он вспоминал точеную фигурку, забившуюся на кровати и перепуганные глаза. Такая молоденькая и такая решительная. Почти как он сам. Ведь Ника четко представляла, что ее ожидает и смиренно принимала будущее, да еще и готова была бороться за справедливость.

А какие глаза у нее — бездонные серые озера, в которых так хочется купаться.

И сколько нежности в них и доверия. Но достоин ли он? Она верила ему и ждала помощи. Разве мог он ей отказать?

А еще, у нее еле заметные веснушки, как маленькие искорки. Она так забавно морщит носик, когда злится. И как приятны на ощупь медные локоны, отливающие золотом под лучами солнца.

И ведь еще бы чуть-чуть, если бы дал слабину, если бы не опомнился… Поцелуй обязательно бы случился.

У нее ослепительная улыбка. Интересно, какого вкуса ее губы?

Она бы ответила. Он уверен. Слишком очевидно ее отношение. Еще молода и неопытна. Совершенно не умеет скрывать своих эмоций. Он видел, как она на него смотрит, исподтишка. Даже не подозревает, что он делает то же самое. Замечал, как она поддавалась на его нечаянные ласки. Это притом, что у нее есть жених. Эх, похоже, когда все закончится, жениха у нее больше не будет. Она не из тех, кто хватаются за первого встречного только для того, чтобы был. Да и не нужен он ей. Она достойна самого лучшего. Не его.

Как же Эдик жаждал слышать свое имя, произнесенное с придыханием ее милым ротиком.

И ему было жаль. Жаль уводить у нее все это. Он чувствовал себя виноватым. Он старше, опытнее. И он — мужчина. В первую очередь он должен держать себя в руках.

А еще она самоотверженная. Вон как его спасать кинулась, не оставила посреди пещеры. И какие нежные пальчики, что так аккуратно касались его груди. И пусть он сам нестерпимо желал до нее дотронуться, приласкать, узнать какая у нее на ощупь кожа. Неважно. Он не должен давать повода.

Как же он разозлился, когда она постучалась в его дверь ночью. На себя, не на нее. За то, что позволил себе лишнего в тот день. За то, что еще не успел прийти в себя, и не хотел видеть ее, боясь сорваться. А потом дико разрывалось сердце, слушая ее всхлипы в ванной и ненавидел себя за это. Хотелось ворваться внутрь, обнять и утешить. Лишь бы не плакала. Даже незаметно послал расслабляющие потоки в воду, чтобы успокоилось ее сердечко.

Она, наверное, шикарна в банном халате с раскрасневшимися от горячей воды щеками.

Он понимал, что невольно ранил ее.

Нужно как можно скорее закончить дело, и тогда они уже больше никогда не увидятся.

Нельзя.

Он мужчина и не должен позволять себе лишнего.

У него нет права на нее.

* * *

Ближе к вечеру Вероника решила спуститься вниз, потому что тошно было сидеть в четырёх стенах, да еще и без телевизора и интернета. Хоть поговорить с кем. Эдика видеть не хотелось.

Так никого и не встретив на своем пути, зашла на кухню и замерла на пороге.

За столом сидел, аппетитно уплетая ужин, внушительных размеров молодой мужчина. Эдакий медведь. Наверняка маг из охраны, иначе не объяснить.

Пытаясь решить, сделать ли вид, что все в порядке и войти или быстро ретироваться и не мешать человеку кушать, она на несколько секунд зависла на пороге.

— Да заходи, не бойся, не съем, — хмыкнул мужчина. При этом один уголок губ взлетел в веселой улыбке. — шеф потом, пожалуй, голову открутит.

Ника прошла, налила воды в стакан и присела рядом за стол.

— Приятного аппетита. Не хотела мешать. Не думала, что тут кто-то есть.

— Тетя Зина нас подкармливает. Добрейшая женщина. Мы по одному, сразу всем пост оставлять нельзя.

— Всю ночь дежурить будете?

— Сколько понадобится.

— И часто у вас такие ночные дежурства?

— Бывает.

— Надеюсь, семьи не страдают? Сам ведь женат. — спросила Ника, заметив обручальное кольцо на пальце.

— Да нет. Это работа. Да и мы не скрываем ее. А с девушками так и того проще. Тем более это же не постоянно, да и меняемся мы.

— А ваш шеф?

— А что шеф? — хитро посмотрел на нее медведь.

— Ну, у него же, наверное, тоже кто-то есть. А он со мной возится. Мне неудобно.

— Ну вот у него бы и спросила. — хмыкнул в ответ, хитро при этом улыбнувшись, — Да нет у него никого, не волнуйся. Хотя, чую скоро появится.

Что он имел в виду? Опять ту зеленоглазку? То есть Эдик надеется на их примирение? Под хитрым взглядом стало неловко, и Ника постаралась перевести разговор.

— Как хоть Вас зовут то?

— Максим. А ты Вероника, знаю. Приятно познакомиться. Давай лучше на ты, не такой я уж и старый. — и протянул огромную лапу.

— Давай. Скажи, и часто у вас такие передряги и бедовые клиенты бывают?

— Да нет, не часто. И как с тобой, Эд еще ни с кем не возился. Может, расскажешь, кто ты?

— Думаю, он и так уже сообщил, что мог. Да и я, откровенно говоря, сама пока мало что понимаю. Я вообще этот мир открыла несколько дней назад. Мне все в диковинку. И сразу вот так, в воду кинули, чтобы проверить, научусь ли сама плавать…

— Ничего, шеф поможет. Похоже, ты слишком ценная, чтобы, как говоришь, саму в воде оставлять.

— Давно ты у него работаешь?

— Я? Давно, с самого начала. Он мой первый работодатель и, вероятно, последний. Ни за что отсюда сам не уйду.

— Почему?

— Интересно. Здесь жизнь. Магию и силу в тонусе держать можно. И платят хорошо. Да и босса такого еще поискать надо. — в голосе послышались нотки гордости.

— Какого такого?

— Ответственного, справедливого, честного, хоть и строгого. Для него честь и долг превыше всего. Он на отца похож. Хороший был человек, правильный.

— Ты знал его родителей?

— Да, знал. Маги вообще тесно держатся. Многие друг друга знают. И ты вскоре узнаешь. Да не беспокойся, найдем родителей. Перероем всё, но найдем. Не смогут же их вечно прятать. Да и мир этот не такой страшный. Просто немного другой. Тебе понравится, когда освоишься.

— Лишь бы завтра разрешение на открытие силы дали.

— Дадут. Эду же дали. Тоже ведь досрочно. — Ника удивленно уставилась на Максима. — У него же родители погибли, пришлось дело отца продолжать. А там магия нужна. Так что, предполагаю, даже если старейшины завтра не согласятся, он все равно надавит. Ну а мы еще пару дней дополнительно тут подежурим.

— А что за дело?

В этот момент на кухню зашел Орлов.

Как же он не вовремя. Можно подумать, специально под дверью стоял, ждал удобного момента. Ведь можно же было Мака еще вопросами закидать. Он, похоже, и сам не против поболтать. Эдик то не слишком делится информацией. Пока у него что-то выудишь, год пройдет.

И вот, как выяснилось, ему тоже силу раньше времени открыли. То-то он такой спокойный, уверенный в конечном результате. И ведь даже ни разу не обмолвился. Хотя, чему удивляться. Она же не более, чем клиентка. Кто же им секреты то выдает.

Неплохо было бы еще разок этого мага выловить да расспросить, так сказать, с пристрастием. Глядишь, еще что интересное выяснится.

— Что за собрание? — раздраженно спросил детектив.

— Да так, болтаем. — широко улыбнулся медведь. — Хорошая девчонка, правильная. За таких не жаль вступиться.

— Это твоя работа. Контракты выполнять надо.

— Ну да, ну да. Дело в контрактах. — вставая из-за стола хмыкнул Максим. — Ладно, я пойду, следующего пришлю.

И удалился, весело подмигнув Веронике. И вот что он хотел этим сказать?

— О чем разговаривали? — поинтересовался Эдуард, как только мужчина вышел из кухни.

— Так, познакомились.

— И все?

— Тебя что-то конкретное интересует? Спрашивай.

— Да нет, не интересует.

— Скажи, — осмелев, решила спросить, — тебе правда силу досрочно открыли?

— Правда. Потому и знаю, что это возможно.

— А какова причина?

— У отца фирма была, детективная. Дело всей жизни. С магами работал. Вот я тогда его место занял.

— Только и всего?

— В смысле?

— Я переживаю, что мне не дадут согласие, хотя причина серьезная. А тебе дали только ради компании.

— Не переживай, обязательно дадут, даже если не завтра. Если задержимся на пару дней, ничего не случится.

— Почему сразу об этом не рассказал?

— Зачем? Тебе сейчас не нужна лишняя информация. К твоему делу это отношения не имеет.

Вот так. Очередная стена. Не хочет, чтобы Ника о нем что-то узнавала…

Глава 12. Ритуал

День ожидался стать плодотворным на события. Сегодня мудрейшие дадут ответ Веронике, разрешают ли ей открыть магию.

— Какое бы решение ты не приняла, я поддержу, — сказал ей Эдуард, слегка сжав ладонь, когда они выходили из дома.

Хотя смысла в этом уже не было. Ника все уже для себя решила. Отец всегда учил ее справедливости. И именно она заставляла внутренности кипеть от негодования, стоило подумать, что преступник может остаться без наказания. И кто знает, что он вообще задумал. Сколько источников собирается подчинить? И что еще придумает.

Было ли ей страшно? Ужасно. Все холодело внутри только от одной мысли, что с родителями может что-то случится. А еще от того, что нападения могут продолжиться. И методы становились с каждым разом изощреннее, и не известно, чем это может закончится.

Но ведь у нее дар, и, как считает Эдик, после открытия он усилится. И тогда появится шанс распутать весь клубок.

Совет их уже ждал.

Как и в прошлый раз, Ника прошла, поздоровавшись, в полукруг, и села на стул. Детектив устроился рядом и откинулся на спинку с выражением полного безразличия. Вот у кого надо поучиться владению собственной мимикой.

— Не передумала, девочка? — решил не ходить вокруг да около жёлтый.

— Нет. Я по-прежнему хочу раскрыть магию и принять бремя.

— Не боишься? — на это раз спросил зеленый.

— Боюсь. — честно призналась, — Но не собираюсь отсиживаться и ждать, когда проблемы самоликвидируются.

— Честный ответ, похвально.

— Мы слышали, что на вас пытались напасть. — вскинул бровь бордовый.

— Да, дважды. Но все обошлось, благодаря Эдуарду и его команде. Это еще одна причина, по которой я тверда в своем решении. Пока меня только все спасают, а будет сила, хоть что-то, да смогу сделать.

— Так как вам удалось спрятаться в пещере? Нам донесли, что преступники на вас напали, вырубив охрану и даже зашли внутрь, но не нашли там. — А это уже лиловый.

Ох, а вот об этом речи не шло. И кстати, откуда данные? Неужели соглядатаи и среди охраны. И что же отвечать…?

— Эдуард успел поставить щит невидимости из последних сил. Так, что потом даже сознание потерял.

— Что не так с тем событием? Ты замешкалась. — опять эта розовая.

Вот же зараза, никакой тактичности. Очередной раз неудобные вопросы. И что ей не так? Сама же женщина. Что не переносит других магичек?

— Конечно. Это было… очень стрессово. Я не привыкла к такому. Если бы не Орлов… Боюсь представить, чем бы все закончилось.

— Так может не стоит открывать, раз так страшно? — опять эта стерва, как ее мысленно назвала Ника.

— И послушно ждать заклания? Когда придут и заберут источник? Да, я не привыкла к такому. Я вообще о мире магии знаю всего несколько дней. А как я должна реагировать? Радостно хлопать в ладоши от происходящего и от получаемого адреналина? Да, мне страшно. Да, мне очень не нравится то, что происходит. Но я понимаю, что так будет правильно. Что это мой путь.

— Справишься? — вот и бежевый подключился.

— Сделаю все возможное.

— Хорошо. Могу говорить от лица Совета. — Поднялся бордовый. Похоже, он вроде председателя, — хотя и не единогласно, но решение принято. Некоторые были против, но все определяет голосование. Мы даем разрешение на досрочное раскрытие твоей силы. Церемония пройдёт сегодня вечером в северной башне. До этого тебе запрещено выходить за пределы здания, так как приготовления начнутся сразу же.

— Спасибо, — радостно произнесла Вероника.

— Можете идти, — указал рукой на выход зеленый.

— Я хотела бы, что бы меня сопровождали на церемонии.

— Не беспокойся, тебе будет предоставлен сопровождающий, который поможет. — попытался успокоить фиолетовый.

— Мне хотелось бы видеть конкретное лицо, а не чужого человека.

— Не тебе выбирать, твои родители отсутствуют, если помнишь. — раздраженно заявил лиловый.

Ууу, какие-же здесь злыдни!

— По закону я имею право выбрать абсолютно любого человека, не обязательно родственника. И я хочу, чтобы присутствовал Орлов.

На лице лилового заходили желваки. Злится. Ну надо же как им не нравится, когда перечат. А сами то, тоже, похоже закона не всегда придерживаются. Могли бы и сами предложить выбрать, а не подсылать неизвестно кого. Так нет же, все как один промолчали.

Вот, конечно же! Подослать… Кто-то определенно поспособствовал, чтобы ей подставили конкретного работника. Ведь Эдик упоминал, что следы вели в здание Совета. Хотелось верить, что это чистое совпадение, и старейшины не причем, но обезопасить себя стоит.

— Ты так ему доверяешь?

— Это единственный человек, который все это время мне действительно помогал и защищал. Да, я предпочитаю рядом видеть его, чем совершенно незнакомую персону.

— Что скажешь, Эдик? — спросил бордовый.

— Вы же знаете, что я не вправе отказаться. — все с тем же невозмутимым выражением, ответил детектив. Будто ему все равно. Вот ведь, хорошо играет. — Да, в принципе, и не хочу этого делать. К тому же, можно сказать, я являюсь ее опекуном в этот период. Почти родственник.

— Да будет так. Вас отведут на место.

Снова длинные коридоры, новые лица, ведущие в неизвестность. Орлов вышагивал рядом с Вероникой, и от этого становилось спокойнее. Хотя дрожь все равно начала нещадно прорываться наружу. Видимо нервы все-таки не выдерживали. Но отступать уже поздно. Раньше начнут, раньше закончат.

Сопровождающие вывели их из главного здания, провели по открытому переходу, который соединял основной корпус с отдельно стоящей северной башней. На самом деле, это был обычный мост, с крышей, поддерживаемой многочисленными колоннами. Но выглядел довольно эффектно.

От ворвавшегося внутрь ветра девушка поежилась, и обняла себя за плечи. Но мерзнуть не пришлось. Тут же почувствовала, как ее укрыла куртка, все еще сохраняющая чужое тепло. Мелочь, а приятно. И когда только Эдик заметил? Он и шел то немного впереди.

Их завели в просторную полукруглую комнату с высокими потолками, помпезную, как и все предыдущие. По периметру стояли мягкие диванчики, усыпанные подушками, в одном из двух углов — небольшой столик с двумя удобными креслами, а посредине — кушетка. А еще, там имелась дверь, как выяснилось, в уборную.

Окон не было, возможно, в целях безопасности. Тем не менее, на стенах висели тяжелые портьеры. Наверняка, так стремились создать более привычную атмосферу. В целом, довольно уютно.

— Располагайтесь, — заговорила встретившая их работница, — скоро принесут обед. Лучше поешьте хорошо, ужин будет легким. После этого начнете занятия и медитацию, так как тело и мысли к вечеру должны быть полностью расслабленными. А пока вам нужно переодеться. Это обязательно. Ничего не должно стеснять движения. Повседневная одежда не подходит для ритуала.

И она положила на кушетку два комплекта: простого покроя шаровары, широкую тунику серого цвета и легкие туфли, напоминающие, скорее, тапочки.

— Что за медитация? — спросила у Эдуарда, когда работница удалилась.

— Это для того, чтобы успокоиться и отвлечься. Магия легче растекается по расслабленному физически и морально телу. Это минимизирует неприятные ощущения. Тебе придется делать все, что попросят. И не переживай, я буду рядом и присмотрю за происходящим.

— Постараюсь. Если честно, мне страшно. Ведь если я буду неадекватна, меня будет проще окончательно вывести из кондиции.

— Открыто здесь никто не станет действовать, чтобы не подставлять Совет. А об остальном, я позабочусь. Верь мне. — и сжал руками плечи Вероники, смотря прямо в глаза.

Ника в этот момент почувствовала, что готова буквально утонуть в двух карих омутах. Она смотрела на детектива, и мир вокруг переставал существовать. И она верила ему безоговорочно. Как же так вышло, что он настолько втесался в доверие?

Как он успел за столь короткое время заменить ей весь мир? Теперь уже бесполезно отнекиваться, и придумывать оправдания. Он стал ей очень дорог. Даже слишком. Она хотела постоянно находиться рядом, тонуть в омутах его глаз и чувствовать его бархатную ластящуюся магию. И нет, к Виктору она точно не сможет вернуться. После всего, что произошло. После того как она узнала, какими могут быть чувства. Даже если с Эдиком ничего не получится, и, скорее всего, именно так и будет.

И сейчас мужчина стоял и смотрел на нее с такой заботой и нежностью, что Ника готова была поспорить, что ему НЕ ВСЕ РАВНО. И дело совсем не в договоре. Пусть он думает, что та зеленоглазая до сих пор владеет его сердцем. Она растопит этот лед. Ей не хотелось видеть рядом никого другого. Только его. И вот странно. Если бы родители не пропали, и ей предложили выбрать того, кто будет с ней на церемонии, она не задумываясь, назвала бы Эдуарда.

Маг не хотя разорвал зрительный контакт, убрал руки с плеч девушки и подал ей облачение.

— Переодевайся. Нам следует поторопиться.

Ника нехотя приняла вещи из его рук, и устремилась в ванную комнату.

Необычная ткань оказалась тонкой, но в то же время теплой и невесомой. А костюм — весьма удобным и совершенно не стесняющим движений.

Вернувшись в зал, застала странную картину. Орлов нервно расхаживал по комнате из угла в угол. Он остановился на секунду, бросил на нее быстрый взгляд, и затем продолжил "путешествие".

— Что-то случилось?

— Обед принесли.

— Из-за этого ты такой нервный? Мясо подгорело или картошка не доварена?

Он поднял на нее взгляд, будто не ожидал этих слов и очнулся.

— Нет, ничего. Послушай, тебя никто не заставляет. Если вдруг будет плохо прекращаем все. Растянем на несколько дней, ничего страшного.

— Ты же сказал, будет лучше, если никто не узнает о силе.

— Говорил. Это даст нам некоторое преимущество. Но боюсь, тебе будет больно.

— Ты же будешь рядом и поможешь.

— Конечно буду. Но я не уверен в своих способностях. Я не лекарь. Послушай, потом может не быть возможности. Мне все равно, что будет с расследованием. Самое главное, чтобы с тобой все было хорошо. Поэтому, как только станет тяжело, сразу жми на кнопку.

— Какую кнопку?

— Позже дадут.

Ника подошла к Эдику, дернула его за плечо, развернув к себе, и заглянула в глаза

— Ты такой нервный только из-за этого?

— А тебе мало?

— Вообще-то я должна сейчас истерить, тебе не кажется? — и провела пальчиками по колючей щеке.

Маг вздрогнул и сжал ее ладонь.

— Просто обещай, что не будешь геройствовать. Ну узнают, ничего страшного. Придумаем что-нибудь еще.

— Обещаю подумать.

Обед оказался не сильно калорийным и… чересчур здоровым. Небольшой кусок тушеного мяса и много самых разнообразных овощей, приготовленных всеми возможными способами. Они не утяжеляют желудок и приток магии, как объяснил Эдуард.

Затем следовала медитация совместно с пришедшим для этого тренером. Любопытно, что упражнения, которые он заставлял делать, правильное дыхание и еще и его мягкий спокойный голос действительно помогли. Тело немного расслабилось, а в голову пришла некая отстраненность, можно даже сказать, относительный пофигизм.

Наставник же и объяснил, что количество дней зависят от силы магии. Чем она больше, тем дольше процесс. Все дело в болезненных ощущениях. Слишком большой поток устремляется по телу. В этом случае энергетический центр опять закрывают. За день "вылившаяся" магия и тело привыкают друг к другу и это помогает легче усвоиться новому потоку.

Расслабляющие ванны и, вероятно, очередной настой на специальных травах после ужина, завершили работу. Вероника отчетливо понимала, что не боится. Она была расслаблена и умиротворена. Интересно, там подсыпали нечто, похожее на наркотик? Стоило уточнить. Но завтра.

В положенный час пришли пятеро старейшин. На запястье Вероники одели браслет с большим рубиново-красным камнем.

— Как только начнешь ощущать сильный дискомфорт или боль, когда поймешь, что не готова продолжать, нажми на камень-кнопку. Никто кроме тебя этого сделать не сможет. Камень сам подстроится под твою магию при открытии. Так что, решать только тебе, когда следует остановиться.

Ее уложили на стоящую в центре кушетку. Маги встали вокруг и выставили вперед руки, ладонями вниз. Через несколько секунд от каждой из них оторвался ручеек, сплетаясь с другими, образуя толстый жгут цвета радуги. Он стал постепенно опускаться, пока не коснулся солнечного сплетения девушки. Дальше Ника услышала у себя в голове странный звук. Будто сломалось что-то твердое, раскололось. И в то же мгновение потоки растворились, и маги убрали руки.

— Лежи не вставай. Удачи тебе, — пожелал тот, который зеленый.

Поначалу не происходило ровным счетом ничего. Вероника уже подумала, что c ритуалом ничего не вышло. Даже улеглась ровно на кушетке, прислушиваясь к ощущениям. Но изменения не наблюдались. Орлов при этом не дергал, не разговаривал, а тихо сидел на диванчике вдалеке от нее.

Только спустя час, или даже больше, стало нагреваться солнечное сплетение, медленно пульсировать и растекаться по венам эдакой жидкой лавой, заполняя огнем тело. И нет, больно не было. Неприятно, но терпимо.

Постепенно становилось все жарче и жарче. На лбу выступила испарина. А жидкий огонь заставил кожу и мышцы зудеть. Ника начала растирать предплечья.

— Ты как? — рядом присел Эдик.

— Горячо, но пока сносно.

— Дальше будет хуже. — он мокрым холодным полотенцем обтер ее лицо и запястья. — Знай, если станет невмоготу, ты можешь это прекратить. Но сделать это в состоянии только ты. Браслет уже подстроился под твою магию.

— Хорошо. Но ты обещал помочь.

— Само собой. Просто помни об этом.

Постепенно жжение начало усиливаться и отзываться в каждой клеточке и каждой косточке.

Неожиданно из груди вырвалась мучительная волна, растекаясь по конечностям ломотой и выбивая воздух ил легких.

Девушка невольно выгнулась, застонав.

— Начинается. — прозвучало где-то рядом — Чересчур быстро. Слишком большая сила. Неожиданно большая. Помни про кнопку.

При этом на лоб легла одна ладонь, которая уже не казалась горячей, как прежде. Вторая потянула за завязки на тунике, ослабляя ворот, и устроилась на верхней части груди.

Новая волна. Снова боль и всхлип. Правда следом прошла расслабляющая, даже можно сказать прохладная. Эдуард. Это точно он. И снова несколько минут относительного спокойствия, если не считать постоянного жжения.

— Можешь кричать. Это уменьшит чувствительность. Я поставил купол. Никто не узнает, что здесь происходит.

Еще волна. Ломота. Везде ломота. Больно. Очень. Руки и ноги перестали ощущаться. Будто вместо конечностей у нее один сплошной оголенный нерв. Мозг на пару секунд попросту потерял связь с реальностью.

«Неужели все это проходят?» — было первой мыслью, как только пришла в себя. Опять перерыв.

После очередного наката скорее почувствовала, чем увидела мокрое полотенце. Оно прошло по лицу, шее, запястьям и даже щиколоткам. Ее голову приподняли, и Ника ощутила прохладное стекло на губах.

— Пей.

Послушно сделала несколько глотков, пока вновь не скорчилась из-за новой порции боли. Спазмы прошибли тело, и Вероника застонала, кусая до крови губы.

— Хватит. Жми на кнопку. — услышала в полузабытьи.

— Нет. Я пока еще в сознании.

— Вот и жми. Без сознания ты уже не сможешь этого сделать.

— Позже. Больно. Очень. Но я пока держусь.

— Не нужно этого ничего! Забудь! Зови служителей. Сейчас! — чуть ли не прокричал Орлов.

— Нет!

— Ну почему ты какая упрямая? — уловила, уплывая в беспамятство очередного наката.

Ощущалось, будто лава, разливаясь внутри, выжигает на своем пути буквально все, включая душу.

Снова холодное полотенце.

Затем почувствовала, как ее перевели в сидячее положение и сняли рубаху. На верхние прелести опустилась какая-то ткань, возможно, та же туника, а спину прижали к обнаженному торсу мужчины. Одна рука Эдуарда улеглась под ее шеей, вторая залезла под ткань и устроилась на животе. Смущения, как ни странно, не возникло. Совсем. Возможно позже. Когда все закончится, и она в полной мере сможет осознать произошедшее.

Однако, как только волна схлынула, она спросила.

— Что ты делаешь? — возмутиться не получилось. Скорее, это походило на шепот.

— Забираю твою боль. Чем больше соприкосновение кожи, тем легче. — ответил на ухо, опалив его своим дыханием, и откинул ее голову к себе на плечо.

Вновь накатило. Тело потянуло выгнуться, как и прежде, но маг не позволил, крепко прижимая ее к себе, дабы не разорвать физический контакт. И да, на этот раз боль действительно оказалась не такой сильной. Да и, что греха таить, ей понравилось. В голову даже пришла идея возмутиться, почему сразу этого не сделал. Но она ее откинула. Не стоит наглеть. Да и вообще, это будет слишком нескромно.

Когда очередная порции магии разлилась, давая минуту покоя, услышала возле самого уха шёпот.

— Ну что же ты за упрямица то такая? — но голос не злой, а мягкий, даже ласковый. — ведь можно же растянуть на несколько дней.

— Издеваешься? Терпеть это еще как минимум раз? К тому же, похоже твой новый способ и правда работает. Мне немного легче. Спасибо.

Разобрать ответ не удалось из-за следующей порции магии.

Сколько это длилось, было трудно сказать, Веронике казалось, что целую вечность, хотя на деле всего лишь несколько часов. Болезненные ощущения постепенно стали уменьшаться. А потом, видимо из-за упадка сил, девушка попросту отключилась.

Пробуждение оказалось… весьма приятным. Придя в себя, но еще не открывая глаз, Вероника поняла, что лежит на той же самой кушетке по-прежнему прижатая спиной к груди Эдика. Одна его ладонь так и осталась лежать на ее животе. Вот вторая с шеи перекочевала на оголённое плечо. Видимо для удобства. Холодно не было, маг согревал лучше любого одеяла.

Сам же он, судя по размеренному дыханию над головой, мирно спал.

Прислушалась к телу. Больше никаких волн. Зато внутри, что-то буквально ходило ходуном. Сравнила себя с сосудом, который катится по дороге, а внутри плещется вода и не хочет успокаиваться.

— Проснулась? — Прошелестело над ухом. Кажется, ее потуги не остались незамеченными.

— Все закончилось?

— Почти.

— Почти? Будет еще и продолжение?

— Магии теперь нужно улечься. Но это не доставит неудобства. — прокомментировал детектив, — если только совсем чуть-чуть. Главное, без боли.

Его руки так и продолжали крепко держать девушку и отстраняться он, похоже, не собирался. А она даже не думала возмущаться. И нет, стыдно так и не стало. И что-либо менять тоже не хотела. Удивительно окрыляющее ощущение спокойствия и защищенности полностью заволокло сознание. Вот что дарили ей эти почти объятия.

— Тебе тоже было так же тяжело при открытии? — спросила она.

— Со мной была тетя. Ей было очень неприятно смотреть на мои мучения. Кажется, ей было даже сложнее, — хмыкнул Орлов, — и я растянул процесс на три дня. Тетя хотела еще и дольше, но я уже пошел против и решил завершить ритуал как можно быстрее, напрочь отказавшись подчиняться.

— Значит мне повезло, что со мной оказался ты. Мама бы вряд ли смогла бы на это смотреть. Ей было бы слишком жалко меня.

Почувствовала, как руки мужчины напряглись.

— Думаешь, мне не было тебя жалко?

— Не думаю. — и она положила свою ладонь поверх его. Эдуард слегка вздрогнул, но не отдернул ее. — ведь именно поэтому ты мне и помог. Спасибо за это. И за то, что понял и не препятствовал.

— А ты молодец! — хоть и не видела его лица, но знала, что маг улыбался. — твердо стояла на своем. Решительная. Смелая. Готов поспорить, что мы всех обманули. Все подумают, что в тебе совсем мало силы, раз хватило одной ночи. Будет большой ошибкой, недооценить противника, — хохотнул он.

При этом большой палец его руки пришел в движение, слегка поглаживая живот.

Сердце Ники пропустило удар, дыхание сперло, а по телу пробежал табун мурашек.

"Он хотя бы понимает, что делает? Какую реакцию вызывает? Хотя, наверняка понимает." — подумала она. Но останавливать его совершенно не хотелось. Собрав остатки самоконтроля в кулак, ответила.

— Мы оба молодцы. Без тебя я бы не справилась. Хорошо бы и вправду обманули.

И оба замолчали. И никто не попытался отстраниться.

Через некоторое время Эдик зарылся носом в ее локоны, будто наслаждаясь их ароматом.

— Нам надо вставать. Скоро за нами придут.

— Не хочу.

— У нас нет выбора. — и глубоко вдохнув последний раз аромат волос, он нехотя выпустил ее и сел на кушетку.

Вероника наконец-то повернулась и посмотрела на мужчину.

Красив. Безумно красив. Взгляд попросту не захотел отрываться от созерцания мага. Снова его обнаженный торс, на котором был заметен чуть ли не каждый мускул. Мощные накаченные руки, и плечи с выделяющимися на них венами. Кубики пресса так и притягивали к себе внимание.

Перевела взор на лицо, увидела круги под глазами, уставший взгляд, до сих пор прилипшие ко лбу пряди волос. Судя по всему, ему тоже пришлось этой ночью не сладко. Определенно, даже хуже, чем Ника изначально себе представляла.

Как бы ни было, а это утро стало лучшим утром в ее жизни.

— Скажи, а я давно отключилась? — она села, придерживая пальцами укрывавшую ее ткань.

— Час назад. Ты просто уснула из-за усталости, когда приход силы ослаб.

— А ты, поспал?

— Немного. Я собирал остатки.

— Значит не спал. Спасибо за помощь. Без тебя я бы не справилась. — тихо произнесла Ника и уперлась при этом лбом в его плечо.

Он не ответил. Вместо этого пододвинулся ближе к девушке, потянулся к лицу и заправил за ухо прилипшую к щеке прядку. Поднял ее голову и запустил обе пятерни в ее волосы.

— Мягкие, как шёлк, — улыбнулся он. — Я подсушу.

— Как удобно, фен всегда с тобой, — улыбнулась в ответ и закрыла глаза, наслаждаясь ласковыми прикосновениями.

Костяшки пальцев прошлись по щеке. Ника вздрогнула и открыла глаза.

— Нам надо собираться. Переодевайся. Сюда скоро придут. — резко встал и ушел в ванную комнату.

Вероника вздохнула. Ну да, на что она рассчитывала? На то, что между ними может что-то произойти? Ведь все же и так ясно. Друзья. Хотя, чувствовала, что она ему далеко не безразлична. И смотрел он на нее и "обнимал" утром далеко не как друг. Да что же там у него за проблема? Клятва вечной любви той зеленоглазой?

Вот, приехали. Вместо того чтобы радоваться удачно завершённому процессу, она сидит и размышляет, почему он ушел.

Нехотя поднялась, переоделась, причесала волосы.

В этот момент открылась дверь и в комнату зашел молодой человек, закатывая перед собой столик с завтраком. Ника окинула взглядом содержимое: йогурт, творожная запеканка, молоко, сыры, хлеб и несколько видов мармелада.

Видимо, увидев ее удивленное выражение лица, он пояснил.

— Молочные продукты помогают магии усвоиться. Рекомендую на неделю включить их в свой рацион в больших количествах.

— А кофе нет? Хотя бы немного? — и состроила невинно-просящую гримасу. — Пожалуйста.

— Обычно не входит в меню.

— А не обычно? Я никому не расскажу, обещаю. — и скрестила указательные пальцы на губах

Работник засмеялся, прищурился, а потом выдал.

— Ты мне нравишься. Открытых противопоказаний к нему нет. Будет тебе кофе.

Парень вышел, но вернулся уже через несколько минут с небольшим подносом. На нем красовались две кофейные чашечки, кофейник и сахарница.

— Спасибо, спасибо. — чуть не запрыгала от радости. — Не могу утром без этого напитка. Можно узнать, Ваше имя?

— Марк. А ты Вероника, я знаю. И еще, здесь принято обращаться на ты.

— Хорошо. Я еще плохо знакома с вашими правилами.

— Если что, рад буду помочь. Просто спроси меня. Ты тут столько шуму наделала, что я теперь точно на твоей стороне буду. — и хитро улыбнулся.

— Шуму? А что было, если не секрет?

— Старейшины столько спорили, что чуть не переругались, принимая решение.

— Даже так? А в чем шум заключался?

— Так в прямом смысле шумели, ругались. У нас тут даже ставки делали, разрешат или нет. Я, кстати, на тебя ставил. Так что, ты мне прибыль принесла. Одни говорили, что ты выскочка, и силы у тебя нет. Голову Эдику вскружила, что соображать перестал, раз за тебя просил. Другие защищали твоего мага, дескать он чересчур рассудительный. И что все не просто так, за тобой что-то серьезное и четыре месяца роли не сыграют. А источник сам решит, есть ли у тебя сила или нет. Если слаба, вряд ли он тебя примет при живых родителях.

Болтун — находка для шпиона.

— А сам что думаешь?

— Что ты чрезвычайно хитрая. Не имею представления, как умудрилась за ночь открыть магию, но ты явно не так слаба, как хочешь показаться. Вон какая спокойная сидишь и уверенная в себе. Как будто выполнила задуманное. А глаза уставшие, тяжко пришлось. Не переживай, никому не расскажу. Некоторых старейшин давно надо по носу щелкнуть. Слишком много на себя берут. Готов поспорить, мы о тебе еще не раз услышим. А сейчас завтракай. Через полчаса сюда придут.

И ушел из зала.

Как только за ним закрылась дверь, из ванной вышел Эдуард. И что он там все это время делал?

— Все слышал?

— Да. И он прав. Если хотим всех обмануть, тебя надо привести в порядок. Очень болезненная и уставшая.

Он подошёл, встал рядом с ней. Взял в ладони голову и пустил по ним ласковое тепло. Провел большими пальцами под глазами.

— Уберу синяки.

— А говоришь, что не лекарь.

— Но кое-что умею. С моей работой это жизненно необходимо.

— Удобно: фен, аптечка и косметолог в одном флаконе, — улыбнулась она.

Маг хмыкнул и слегка вздернул уголки губ. А глаза… Ника готова была поклясться, что увидела в них нежность. Надо бы выяснить, что с ним не так. Зато у нее появилась надежда и настроение резко улучшилось.

Он провел пальцами по векам, по щекам, проследил линию бровей. Запустил обе ладони в волосы, прошелся по подбородку и очертил линию губ, не сводя с них потемневшего взгляда.

Вот интересно, он ее действительно в порядок приводит, или… Скорее всего или, и оно безумно приятно.

— Так лучше. — прохрипел он, отходя к столику. — ты должна поесть.

Повисло неловкое молчание, разрядить которое взялась Ника.

— А если мы попробуем поспрашивать Марка о том, что тут творится? Он показался весьма словоохотливым.

— Не думаю, что стоит ему верить.

— Да и не собираюсь. Но узнать еще одну точку зрения было бы неплохо.

— Возможно. Подумаем. Одно ясно, не все так спокойно в местном королевстве. Кажется, среди мудрейших раскол.

Дверь открылась и в помещение зашли пятеро старейшин, сопровождаемых служащим с папкой под мышкой. Наверняка секретарь. Надо же, они, еще и конспектируют происходящее.

— Хм. Как на курорте. — начала розовая, — Вот и стоило все это начинать с таким низким уровнем силы? Ты так даже источник не сможешь принять, не говоря о его защите.

— Думаю, источник сам решит, признавать меня, или нет. А что касается защиты, лучше плохая, чем никакой.

— Не слишком ли ты дерзка? — это уже лиловый.

— Я всего лишь отвечаю на заданный вопрос. Вот Вы когда магию свою открывали, знали заранее ее уровень?

— Предполагал.

— Но точно не знали. А я по крайней мере пытаюсь хоть что-то сделать, чтобы продолжить дело семьи.

— Девушка права. Сейчас не место и не время для подобных разговоров. Давайте закончим ритуал. — прервал желтый и обратился к Веронике, — Выставь руки ладонями вверх.

Ника послушно выполнила просьбу, не понимая к чему это. Старейшина выставил свои руки, над ее, но уже ладонями вниз. Появилось странное ощущение, напоминающее нечто среднее между зудом и щекоткой, а затем от ее рук стали отрываться белые искры. Они взлетали, и зависали в воздухе, образуя белесый столп.

— Хм. Как интересно. — маг с хитрой улыбкой посмотрел на Нику, а затем подмигнув так, что никто не заметил, добавил, — объявляю ритуал открытия магии Вероники Ильиной завершенным. Сила проснулась и подлежит усвоению, а Вероника — обучению владению оной. Можешь вернуть браслет и отправляться домой.

Отстегнул с запястья артефакт, передал помощнику.

— Рекомендую задержаться здесь на недельку, пока магия окончательно не уляжется, во избежание непроизвольных выбросов в гражданском мире. — продолжил он. — А заодно научишься азам управления ею. Надеюсь, коллеги меня поддержат, если в качестве первого наставника для обучения базовым способам владения силой мы назначим Эдуарда Орлова. Он и так взял на себя роль опекуна, думаю, роль учителя не станет в тягость. Верно?

Посмотрел опять-таки хитро, даже заговорщицки, на Эдика.

— Сочту за честь.

— Почему его? — снова Лиловый. Становится понятно, кто был за, и кто против открытия ее силы, — лучше предоставим нашего профессионального мага со стажем учителя. Это будет эффективнее.

— Эффективнее, да. Но опаснее. Как видим, на девушку неоднократно совершались покушения. И благодаря именно Эдуарду, удалось не допустить печальных последствий. Наши преподаватели давно не практикуют, а значит защитить в случае опасности, вряд ли смогут. Мне казалось, это самый очевидный кандидат. Извините, коллеги, не ожидал, что вы будете против. В любом случае предложение дано, согласие получено. Первый наставник закреплён. В протоколе запись сделана. Если понадобится, заменим через месяц, согласно традиции. — и мягко, даже по-отечески, улыбнулся Нике.

— Что это было? — спросила у детектива, когда они выходили из здания.

— Видимо у нас появился поддержка в виде старейшины.

— Думаешь, ему можно верить? Вдруг заказчик, это не простой работник Дома Совета, а один из старейшин?

— Судя по всему он понял уровень твоей магии и не выдал. Еще и меня к тебе приставил. Он догадался, что мы что-то задумали, и решил поддержать. Ему выгодно, чтобы у нас все получилось

— А вдруг это он и есть? А подыграл для отвода глаз?

— Возможно. Но я склонен считать, что преступнику ты слабая, гораздо интереснее. Поэтому он бы, скорее, лишил тебя охраны и уличил в обмане. Нет, он явно хочет помочь, но открыто сделать это не может.

— А та розовая всегда такая стерва?

— Розовая? — в голос рассмеялся Орлов. — Да, характером она никогда не блистала. Зато сильный маг. И, кстати говоря, зарекомендовала себя как борец за справедливость.

— Как-то не похоже. — буркнула под нос.

Как только вышли на улицу, Вероника зажмурилась от яркого солнца, а потом, восторженно прошептала.

— Ничего себе! Если бы не знала про дар, не поверила бы.

— Ты о чем? — детектив резко развернулся и уставился на нее.

— Здесь воздух полон силы. Магия везде. Абсолютно. Я вижу цветные сполохи, ленты, нити. Они летают и переливаются самыми разными цветами. Почти как в пещере, только меньше и в воздухе. Потрясающе.

— Любопытно. Скажи, а почему розовая?

— А я старейшин в цветных коконах вижу. Как аура. Возможно, защита. Имен их мне никто не называл, поэтому для себя стала именовать по цвету магии. А у нее она розовая. Надо, наверное, найти цветовые таблицы, чтобы оттенки различать.

— Надо же! Никому об этом пока не рассказывай. Но это может быть очень полезно. — Эдик посмотрел на нее серьезно. — Надо как можно быстрее разрешить дело.

Глава 13. Обучение

День прошёл… странно. Вероника отсыпалась до самого вечера и привыкала к новым ощущениям. Внутри все бурлило и трепыхалось хотя неудобств не доставляло. Похоже, именно это и имели в виду, когда говорили, что магия должна прижиться и свыкнуться с телом. Чудным было то, что с пальцев иногда слетали белые искры. Видимо, это ее цвет — белый.

А еще очень хотелось пить. Много и постоянно.

Эдуард не тревожил. Наверняка тоже набирался сил. Хотя и не признался, но похоже ему тоже крепко досталось.

И следовало бы начать обучаться. Не нравились эти неожиданные искры, да и мир, внезапно оказавшийся чересчур раскрашенным. Надо было как-то научиться это отключать. Все стало слишком цветным. Даже воздух внезапно стал радужныс. И постоянно что-то блестело. Это, конечно, неудивительно, в магическом то мире, но порядком раздражало. И да, Эдик все-таки оказался прав, когда говорил, что после обряда она станет видеть гораздо больше. Подпитка дара магией. Так он это назвал.

И ощущения. Поразительно, но несмотря на бурление внутри, в душе наступило умиротворение. Возможно, это временно, но определенно приятно. Ника даже вспомнила слова Паши, который рассказывал, что после обряда начинаешь ощущать себя единым целым. Будто появилось нечто, чего раньше не было и теперь гармонично дополняло, и без чего уже не сможешь жить.

Спустилась вниз уже ближе к ужину. Зашла в гостиную, где и застала детектива. Он сидел в высоком кресле перед камином с бокалом вина в руке.

— Выспалась? — улыбнулся он, — Как себя чувствуешь?

— Немного необычно. Но удивительно, мне это нравится. По телу гуляет легкая эйфория.

— Рад слышать. Тебе обязательно понравится. Надо только научиться ею владеть, — прокомментировал он. При этом встал, наполнил еще один бокал и подал Веронике. — За твою силу и удачное завершение операции.

— За операцию! — пригубила напиток. — Сам то оклемался? Выспался?

— Немного. Дела были. Ты там, случаем, комнату не затопила? — хихикнул он.

— Да вроде нет, а должна была?

— А я вот шторы подпалил в свое время и юбку тетушкину, — открыто гоготал он.

— Тогда, наверное, водным быть выгоднее. — засмеялась Ника, — Я пока только сполохи наблюдаю, слетающие с рук. И вот бы еще понять, как выключать эту цветопляску. Раздражает неимоверно.

— Вот с этим помочь не могу. Я понятия не имею, о чем ты. Думаю, научишься управляться с силой, сама разберешься как это сделать.

— А как вы различаете, маг перед вами или нет? Вот у старейшин отчётливо видела цвета, а у тебя — нет. Да и сейчас ничего.

— О! Это проще простого! Надо открыть внутреннее зрение, вернее посмотреть внутрь. Вот смотри в мое солнечное сплетение и постарайся увидеть, что там под одеждой и кожей.

Мда, заманчиво посмотреть то, что там у него под одеждой. Видимо, эти мысли немного сбили с толку. Девушка начала всматриваться, тужиться, напрягаться, но ничего не вышло. Решила плюнуть и отвлечённо расслабиться. И о чудо! Сверкнул рыжий шарик.

Только заметила, как видение пропало. Расслабилась еще раз. И да, сразу стало видно. На этот раз получилось рассмотреть. Напоминало солнце, как его рисуют астрономы. Из него выходили волнистые дуги и лучи, которые рассыпались по телу или впитывались обратно. А шарик крутился вокруг своей оси.

— Судя по выражению, рассмотрела. И что видишь?

— Рыжее солнышко. А ты?

— Ну, в принципе, тоже также. Хотя, думаю, с твоими талантами, ты видишь больше.

— А как выглядят те, у кого сила еще запечатана?

— Хм. Сравнение с солнцем весьма показательно. Только его затмение. Вот помнишь такие фотографии с короной?

— А, то есть видно магию, пытающуюся прорваться через скорлупу?

— Ну как-то так.

— А когда мы начнем учиться?

— Завтра. Или послезавтра. Сначала магии в тебе необходимо улечься. Хотя бы немного. — и он устало откинул голову на спинку. — Пока отдыхай, пей вино.

— А как же молоко?

— Забей. Наслаждайся. Потом времени не будет.

Вечер превратился в милые посиделки. После ужина в гостиную переместилась и тетя Зина. Она сидела с вязанием в отдалении и слушала рассказы молодых людей, развязавших языки под действием градусов, об их забавных случаях из детства. И иногда кидала на них обеспокоенные взгляды, полные сочувствия. Еще бы разобраться, что не так, и о чем она думала…

Утром пришлось вставать рано. Нику ждали молочный завтрак, и поход в ту самую пещеру, где на них напали.

Ей не хотелось туда возвращаться, скорее даже на подсознательном уровне. Слишком неприятные воспоминания связывали с ней. Но это было необходимо для ускоренного обучения, а потому пришлось смириться.

На этот раз Эдуард подсуетился и принял дополнительное меры безопасности. Их сопровождали несколько магов, которые контролировали вход в пещеру и подходы к ней. Кроме того, были выставлены специальные защитные щиты и ограждения как на вход, так и на самих магов. В общем, попытались учесть предыдущие недочеты.

— А зачем нам такие огромные рюкзаки? — поинтересовалась Вероника перед выходом.

— В них все, что нам сегодня может понадобиться: коврики для медитации, вода, обед, запасная одежда, полотенца и аптечка. На всякий случай. Эти дни тебе придется серьезно поработать. К сожалению, у нас нет недели, как советовал старейшина. Азам придется учиться быстро. Чтобы могла сдерживать непроизвольные выбросы. Дальше тренироваться будем по возвращении.

На месте разложили коврики и уселись в позе лотоса, вернее ее подобии. До настоящей медитации, той, что проходила перед Ритуалом было далеко, но немного расслабить тело и мысли помогло.

— Теперь сосредоточься и постарайся прочувствовать потоки силы. Пещера тебе поможет.

Ника закрыла глаза и попыталась выполнить задание. Не сразу, но начала ощущать. Они перекатывались от груди к каждой клеточке организма и обратно. Даже почувствовала, как периодически сбивались со своих путей, устраивая хаотическую деятельность, можно сказать бунт и пляски, и через время нехотя возвращались на свои проторенные тропы, продолжая запланированное движение.

— Кажется получается.

— Хорошо. Теперь попробуй пропустить их через кончики пальцев, дай им выйти наружу. Почувствуй в них магию и направь что-то сделать. Например, подними вот этот бумажный платок — и расстелил его на полу между ними.

Это оказалось гораздо сложнее. Магия совершенно не хотела подкатывать к пальцам, а уж выходить наружу и формировать ручейки и подавно. Разве что отдельные искры. Но такие всплески происходили спонтанно и не были подчинены хозяйке, хотя их стало существенно меньше.

Тело перенапряглось, мышцы начали ломить, а на лбу стал проступать холодный пот. Совершенно ничего не выходило. Никак.

— Бери полотенце и воду. Пей как можно больше жидкости. Пять минут перерыв.

Тщетные попытки длились несколько часов, прежде чем Вероника смогла упорядочить потоки, вынудив их подчиняться. Первое что она смогла, и нет, не поднять платок, до этого слишком далеко, просто передвинуть его. И это стало настоящим прогрессом. Радость было невозможно описать. Пусть и получилась тоненькая ниточка, вместо ручейка.

Зато подобный успех замотивировал на новые свершения и попытки. Под вечер ей-таки удалось заставить его воспарить. После этого захватил азарт, и Ника стала пытаться поднять все, что попадалось на глаза. Удавалось пока только с мелкими и легкими предметами. Зато выявила закономерность. Чем тяжелее был объект, тем больше требовалось сил, чтобы это осуществить. Однако принцип был один и тот же.

Домой возвращалась, уже не чувствуя своего тела, но довольная результатом, и вся в предвкушении новых занятий…

Следующий день прошел так же: ранний подъем, завтрак, тренировка в пещере.

Стало немного легче, и начали получаться простейшие действия. Ввиду недавних событий, научилась обмену энергией и продолжила работать над ее концентрацией и переносом объектов.

В этот день Вероника собралась делать как можно меньше пауз на отдых, и как можно больше сил пустить на пробы. Практиковалась, даже когда Эдуард уходил, оставляя ее одну, для решения рабочих вопросов.

Хотя чего скрывать, таким образом она пыталась еще и отвлечься от мыслей о маге, который ее старательно избегал. Нет, не общения с ней. Он усердно выдерживал дистанцию, избегал разговоров на личные темы, даже тон сменил на официальный. Четко разделил границы: наставник — ученик. Ничего больше. И эта холодность болезненно терзала душу.

И все это несмотря на постоянные похвалы с его стороны за стремление и упорство. Ну да, конечно, надо же мотивировать подопечную. Тем более результаты она показала действительно хорошие, да и сама осталась весьма ими удовлетворена. Это, несомненно, было приятно, хотя хотелось иного.

В результате так выжала себя за день, что домой зашла, уже не чувствуя ног, и затем чуть не уснула прямо за ужином.

Орлов же лишь посоветовал поскорее лечь спать, а сам удалился без лишних слов.

Третий день договорились посвятить попыткам создания материальных объектов. Эдик показал, как сформировать огонь, близкую стихии магию. И был "неблагодарно" полит дождем. Как и следовала ожидать, работать с водой Веронике оказалось проще всего.

— Упс. — только и выдавила она, захихикав в ладошку. Как ни крути, а задание все-таки выполнила. У нее это получилось. И не важно, что она таким образом слегка сорвала на маге злость, в прямом смысле выплеснув обиду. Он то об этом не знает.

Орлов так и не позволил себе ничего лишнего. Ни разу не дотронулся, не намекнул на что-то. А Ника не осмелилась первой завести разговор. Однако постоянно натыкалась на странный взгляд мага, полный нежности, и, возможно, даже гордости.

Хотя, последнее было вполне очевидным. Как-никак он являлся учителем, а успехи учеников всегда вдохновляют. Вот что делать с первым? Или ей всего лишь показалось, потому как очень хотелось в это верить?

Твердо решила по возвращении поискать в интернете информацию о той самой девушке. Может быть, станет понятнее, что между ними произошло.

В этот вечер, она, как и в предыдущие, вернулась домой сильно уставшая, мечтая поскорее добраться до кровати. И провалилась в царство Морфея, как только ее голова коснулась подушки.

Однако безмятежное забытье продлилось недолго. Вероника неожиданно попала в полутемное помещение. Сон? Скорее всего, но уж чересчур он был реалистичным. Атмосфера давила почти на физическом уровне.

Перед ней стояла мама, такая же, какой ее видела последний раз. Только слегка осунувшаяся и с уставшими глазами.

За ее спиной находился мужчина, одетый во все черное и с низко опущенным капюшоном. Лица было невозможно разглядеть. Его руки держали женщину за плечи. И это не отец. Слишком высок и слишком широкоплеч.

— Ника, будь осторожна. Опасность ближе, чем ты себе представляешь. Не верь…

Договорить она не успела — мужчина закрыл ей рот ладонью.

Все в миг пропало, а девушка подскочила на кровати в холодном поту. Ведь это не просто кошмар. Это предупреждение. Вот только что именно оно могло означать?

Пробуждение далось тяжело. Выспаться и полноценно отдохнуть уже не получилось из-за удручающих мыслей и переживаний. И, увидев за завтраком вопросительный взгляд Эдика, решила рассказать тот сон.

— Завтра возвращаемся. — не раздумывая ответил он. — Сегодня доделаю кое-какие дела. Мы нашли человека, заказавшего ингредиенты для того оружия, которым из меня выкачали магию. К сожалению, он тоже пропал. Сейчас занимаемся поисками его контактов. И да, он работал в Совете. Но маг он совсем слабый, так что, это всего лишь один из служителей.

Может, мама это хотела сказать? Ведь они как раз находились рядом с сердцем Магора. В принципе, все сходилось…

Дальше обучение прошло более напряжённо. В этот день Вероника тренировалась усиливать выбрасываемую энергию. То есть создавать небольшой сгусток, а затем дополнительно вливать в него силу и уже затем отпускать. И сотворила свой первый, пусть и слабенький боевой шар.

Именно это, посоветовавшись, запланировали отработать прежде всего. Раз над Никой висит угроза, то стоило начать именно с атакующей магии.

Выяснилось, что такой тип ей дается еще проще из-за того, что она различает потоки. Так ими легче управлять.

А еще стала самостоятельно учиться "выключать" свои способности. Для того, чтобы иметь представление, что видят другие. То есть на что ей нужно реагировать, а что лучше скрывать. Если для того, чтобы увидеть внутренний источник, нужно было расслаблять зрение, то тут приходилось ставить щит от своего же собственного. Систему поняла, но осознала, что придется еще знатно потрудиться, чтобы довести до ума и автоматизма подобное умение.

По крайней мере она смогла избавиться от столь оглушающего цветопредставления. Хотя бы одним раздражителем стало меньше.

Вечер прошел немного нервно, а утром их ждало возвращение. И оно сулило ох как много изменений. И уж точно не обещало спокойной жизни.

И кто бы мог продумать, что оно столь невообразимо изменит жизнь, буквально перевернет все вверх дном…

Глава 14. Бывший жених

Переход через портал прошел гораздо легче, чем в предыдущие разы, как все вокруг и обещали. А вот сам город встретил проливным дождем, под стать настроению.

Орлов вызвал такси, помог занести вещи домой, велел отдыхать и особо не заниматься, чтобы не разгромить квартиру. Пообещал позже отвезти ее в одно, специально предназначенное для тренировок, место. А сам ушел по рабочим делам, заверив, что вернется к обеду.

На том и сговорились. Вероника собралась воспользоваться ситуацией, вернее наличием свободного времени, и позволила себе понежиться в ванной. Неизвестно, когда еще доведётся, с ее то плотным графиком.

Завернулась в халат, намотала на мокрые волосы полотенце и вернулась в комнату, когда услышала, как открылась входная дверь.

— Что-то случилось? Почему так быстро вернулся? — поинтересовалась, выходя из спальни и обомлела.

У входа оказался не Эдик. Прислонившись спиной к двери, стоял злющий Виктор.

— Как ты сюда попал?

— Через дверь. Что, не ждала?

И он начал продвигаться внутрь, улыбаясь. Хотя улыбка больше походила на хищный оскал. Вот он, охотник, который увидел жертву и теперь играясь с ней, загоняет в угол. Шаг уверенный, спокойный и решительный. Он точно знал, зачем пришел. У него была цель, и он намерен ее достигнуть, во что бы то ни стало.

— Значит здесь ты прячешься! Что же, быстро, однако, нашла мне замену.

— Да что тебе в голову лезет? И вообще, тебе лучше уйти.

— И оставить вас заниматься непотребствами?

– Кого нас? Ты здесь ещё кого-то видишь?

— Нет, не вижу. Но ты явно ожидала увидеть другого. А значит он здесь бывает. Будешь возражать?

— Что ты себе позволяешь, — проигнорировала прямой вопрос, — да и надумал? Ты даже половины того, что произошло не понимаешь!

— Конечно. Ты же не соизволила меня поставить в известность. Хотя, я знаю гораздо больше, чем ты думаешь. Даже больше тебя. Неожиданно? — и двинулся на Веронику.

— Витя, это не ты. Приди в себя! — попыталась успокоить его Ника, отступая назад.

— А может, я как раз сейчас настоящий? Не думала об этом? И мне надоело бегать за тобой. Я пришел взять то, что принадлежит мне.

— Что же?

— Тебя.

Ника пыталась выиграть время. Хотя никак не могла придумать, что делать. Испуг сковал тело. Это был не он. Не тот добрый Виктор, которому она сказала ДА, а его полная, противоположность. Брат-близнец? Вряд ли. Это определенно тот же человек. Но что с ним случилось? Его опоили? Под воздействием? И что значит, знает больше нее?

— Что тебе от меня нужно?

— До сих пор не поняла? Ничего, сейчас подробно расскажу. Или лучше покажу на деле. — и потянул за пояс халата.

Резко вспомнила, что обучалась магии. С боевой у нее все еще были проблемы, ударить не сможет, только разозлит. Зато с перемещением объектов дела обстояли довольно неплохо. Вот что нужно! Тяжёлые предметы пока не подвластны, а мелкие его не вырубят. Зато дадут пару секунд для реагирования. Подняла магией в воздух вазу и с размаху заехала мужчине по затылку.

Он замычал и схватился за ушибленное место. Секунда, и Вероника постаралась протиснуться мимо него. Но не тут-то было. Реакции Вите было не занимать. Он схватил ее сзади за талию, прижав к себе.

— Далеко ли собралась? Мы еще не поговорили, — прошипел ей на ухо и с силой впечатал спиной в стену.

От удара у нее в глазах полетели цветные мушки, а в груди сперло дыхание. Полотенце слетело с волос и те рассыпались по плечам. Но Ника на это даже не обратила внимания, силясь прийти в себя. И, будто во сне, увидела, как парень одел ей на запястья странные браслеты, усыпанные разноцветными камнями.

— Это чтобы не хулиганила.

Полы халата на груди при этих манипуляциях разошлись, представив взору часть татуировки.

— Это еще что? — и он потянул в сторону воротник. И так злое лицо еще сильнее перекосило, а глаза залила темнота.

— Да как ты посмела? — воскликнул он, и замахнувшись ударил девушку по лицу.

От неожиданности и силы удара, Вероника упала на пол. Попробовала призвать магию, но ничего не получилось.

Виктор присел рядом с ней на корточки, намотал на кулак ее волосы, заставляя откинуть голову и посмотреть на него.

— Что, не выходит? Не трать силы. Я одел на тебя браслеты. Они блокируют любую магию.

"Что? О чем он? Как он узнал?" Сделала попытку снять украшения, но они не поддались.

— Не ожидала, что я в курсе? — и злорадно ухмыльнулся. — Я год потратил на то, чтобы захомутать тебя. И все шло хорошо, пока не появился этот… Где только его откопала? Но ты же не думаешь, что я откажусь от своих планов? И сегодня… даже нет, сейчас я получу то, что мне полагается.

Отпустил волосы и принялся снимать куртку.

Вероника решила воспользоваться новым случаем и отползти подальше. Нужно было срочно найти тяжелый предмет, чтобы защититься. Но не успела. Виктор, заметив маневр, грубо схватил ее за щиколотку и резко дернул на себя.

Потеряв при этом равновесие, девушка упала спиной на пол, больно ударившись головой. Снова перед глазами закружили звездочки, а звуки стали приглушенными. Она была близка к потере сознания.

"Нет-нет-нет! Нельзя! Не сейчас! Надо срочно успокоиться и придумать, что делать. Он явно сильнее, победить можно только хитростью."

Придя в себя, рискнула ударить его ногой, но была поймана.

— Будь покладистой, если не хочешь, чтобы было больно.

"Он издевается? Стать безропотной и позволить ему все, что заблагорассудится? И так ведет себя, как отморозок." Нет, это не для нее. Она должна придумать, как вырваться. Адреналин бешено гонял кровь, как и мысли, отчаянно придумывая вновь и вновь новые варианты.

— Витя, ты же не такой, ты же хороший, добрый, — попыталась заговорить зубы.

На руках тяжёлые браслеты. Если ударить ими по голове сразу с двух сторон, можно на пару секунд его дезориентировать. Ника села и размахнулась.

Но и это у нее не вышло. Моментально оценив ситуацию, жених, и теперь уже определенно бывший, разгадал ее план. Схватил ее за запястья, повалил на пол и завел руки за голову, скрепляя браслеты между собой и удерживая их одной рукой. Тем временем коленом стал раздвигать ноги.

— Не решила же ты, что сможешь убежать? — еще одна сильная пощечина. Пальцем раскрыл ей рот и сунул внутрь платок. — Не переживай, сегодня ты обязательно станешь моей. Но я тут подумал. Так и быть, раз уж не хочешь, жениться мы не будем. Да и мне не нужна жена-шлюшка. Стоило только отлучиться на день, как сразу на другого начала вешаться. — второй рукой скользнул вниз, отодвинул полу халата и провел костяшками по животу.

Ника принялась извиваться, норовясь вырваться, или хотя бы скинуть ладонь, но была с силой возвращена обратно.

— Какая нежная кожа. Даже жаль, если испортится. — просунул пальцы под резинку белья и с силой дернул. Ткань затрещала и болезненно опалила кожу. А ладонь мужчины пустилась оглаживать бедро.

Девушку затрясло, а из глаз полились слезы. Она порывалась сдвинуться, покрутится, стараясь высвободиться. Но Виктор надёжно сдерживал ее.

— Я же предупреждал, чтобы вела себя смирно, иначе будет больнее.

Послышался звук расстегиваемой молнии…

Пришло осознание безвыходности ситуации. Веронику затопила волна горечи, а в горле застрял комок. Слезы еще сильнее хлынули из глаз беззвучным потоком. Прикрыла веки, стараясь успокоиться и придумать очередной выход.

В этот момент что-то произошло. Виктор резко замер, нервно хватая воздух, будто лишился его. Глаза округлились, потемнели, а пальцы ухватились за горло. После чего парень попросту взмыл в воздух и с силой впечатался в стену.

Зато открылся вид на причину. В коридоре с почерневшим взглядом стоял еще один злющий мужчина — Эдуард. Волосы взъерошены, а руки сжаты в кулаки.

Но Виктор не упал, а с той же силой влетел в противоположную стену. От удара посыпалась штукатурка, а мужчина рухнул на пол безжизненной куклой. С ладоней Орлова сорвались магические линии пут и оплели непрошенного гостя.

Эдуард подошел в Нике, взглядом скользнул по лицу, распахнутому халату, щиколотке, даже по остаткам белья рядом. Быстро оценил ситуацию и вновь посмотрел на нее.

От этого злого взгляда сделалось не по себе. Это он ее упрекает? Вдруг стало больно и обидно. Разве она виновата в случившемся? Слезы снова хлынули по щекам, и она зажмурилась, ожидая дальнейших действий мага. А тело нещадно затрясло.

И даже слегка опешила, когда Эдик присел рядом ни слова не говоря, аккуратно вынул кляп, взял девушку на руки и отнес в комнату. Сорвал с кровати одеяло и завернул в него, как в кокон.

Взял в руки ее лицо, вытер соленые щеки, заглядывая в глаза. На этот раз он выглядел виноватым, и казалось, хотел уловить каждую эмоцию Вероники. Похоже, злился все же не на нее. Закусив нижнюю губу, опустила взгляд. По щекам снова беззвучно потекли соленые ручейки.

— Скажи, я ведь успел? — голос дрогнул.

Ника только и смогла, что кивнуть. Эдик же рвано выдохнул, и приложил свой лоб к ее.

— Прости, это моя вина. Не должен был оставлять тебя одну. — сипло прошептал и коснулся губами ее виска.

— Почему ты вернулся?

— Сработали сигналки. Почувствовал, что отключили защиту. Побудешь еще немного одна? Последний раз отойду, надо сдать этого подонка. Пока я еще держу себя в руках. Впервые в жизни хочу забить до смерти.

Дождавшись кивка, провел пальцем по опухшей щеке.

— Нужно будет снять побои. Потом уберу. Потерпи еще немножко. — поправил подушку и вышел из спальни, но дверь оставил открытой.

Вот вроде бы и мелочь, а приятно отозвалась в груди. Ника сейчас как никогда нуждалась в заботе и поддержке.

Она слышала, как детектив звонил по телефону, вызывая коллег. Затем вернулся и сел рядом с ней на кровать.

— Обещаю, что больше тебя не оставлю. И этот подонок ответит за то, что пытался сделать и за то, что уже успел. Сильно испугалась?

Она лишь кивнула. Слезы перестали катиться. И только сейчас почувствовала себя по-настоящему спокойно.

— Браслеты. Он одел мне браслеты.

— Что? Дай посмотрю.

Эдуард распутал одеяло, вынул руки и принялся рассматривать новое «украшение».

— Он не смог их закрыть. В нем нет магии. — и освободил запястья, растирая их. — Обычно, они запечатываются магией и их уже никто не может открыть. Только маг, надевший их. Твой жених…

— Бывший… теперь уже. — прервала Вероника.

— Да, прости. Бывший жених не смог этого сделать, потому я легко их снял. И ты могла бы. И здесь тоже моя вина, я не успел тебя этому научить.

— Откуда ты мог знать. Ведь и я… — новый всхлип — похоже, я совсем не разбираюсь в людях. Как так получилось? Он никогда таким не был. Всегда добрый и обходительный. Что произошло? И как я могла не заметить его наклонностей?

— Мы обязательно разберемся. Не переживай. — и видя подступающий мокрый поток, притянул к себе и начал мягко поглаживать по волосам. — Ты здесь больше не останешься. Поедешь ко мне домой. Его, конечно, многие знают, но и защищен он посерьезнее. Никто тебя больше не тронет.

— Ну и зачем мне все это? Это бремя, этот дар, ели я жить спокойно не могу. Мне что, теперь, всю жизнь прятаться?

— Я не умею успокаивать. Но не переживай. Мы можем просто рассказать Совету и тебя возьмут под защиту.

— Ну да, и преступник останется безнаказанным.

— Лучше так, чем с тобой что-то случится. Слышишь?

В квартире послышался шум. Приехали команда во главе с Олегом.

— Я самолично буду курировать это дело и следить за каждым его шагом. Прослежу, чтобы он ответил за содеянное по заслугам. — пообещал он племяннице. Не стал ни упрекать, ни расспрашивать, а постарался перевести тему. И Вероника благодарно оценила эту попытку.

— Вижу, ты открыла силу. Поздравляю со вторым совершеннолетием. — и пожал ее плечо.

После этого у пострадавшей взяли показания, сняли побои, а затем надели наручники на оклемавшегося к тому времени Виктора.

Ника слышала это из комнаты, но у нее совершенно не было желания выходить и смотреть на него. Лучше забыть. Раз и навсегда.

Эдуард не стал церемониться, и просто взял Веронику на руки как была, завернутую в одеяло, да, так и отнес в машину и отвез в свой загородный дом.

Да, его особняк был явно лучше охраняем, чем квартира. Можно было даже сказать так же, как его родовое гнездо в Магоре.

Прошел внутрь, поднялся на второй этаж, ногой открыл одну из дверей. Занес ее в комнату и усадил на кровать.

— Здесь можешь быть спокойна, никто тебя не тронет. Вещи скоро привезут. — и развернулся, чтобы выйти из комнаты.

— Побудь немного со мной, пожалуйста.

— Боишься оставаться одна?

— Похоже на то.

— Я быстро вернусь. Нужно решить кое-какие вопросы. Сможешь потерпеть полчасика?

— Конечно, постараюсь.

Эдик ушел, а она легла на бок и свернулась калачиком. Но каждый раз, когда закрывала глаза, видела Виктора, его самодовольную ухмылку, противные прикосновения на бедре. И как ей могли нравиться в прошлом его объятия? Как смогла так сильно ошибиться? Ведь она не замечала никакой разрушительной наклонности.

Маг вернулся быстро. Принес вещи и уже не уходил далеко. Рабочие вопросы решал у себя в кабинете. При этом девушка находилась или рядом с ним, или в гостиной, с которой их разделяла только одна дверь.

Эдуард не знал, как успокоить ее. Он не умел правильно и красиво говорить. Да и о чем, если и так все понятно. Но видел растерянное лицо Вероники и отсутствующий взгляд и понимал, что ей тяжело пережить подобный шок. И он старался, как мог. Не оставлял ее одну, принес вечером целое ведерко мороженого и предложил устроить совместный просмотр фильма, желательно лёгкого. И, кажется, у него стало получаться. Порой хмурое выражение ее лица озарялось легкой улыбкой. И тогда он понимал, что усилия не прошли даром.

— Можно я тебя попрошу об одолжении? — поинтересовалась вечером Ника.

— Все что угодно. Могла бы просить напрямую. Что нужно сделать?

— Тебе будет не очень трудно, посидеть со мной, пока не усну? Пожалуйста. — последнее слово произнесла почти шёпотом.

— Боишься кошмаров?

— В некотором роде. Теперь Витя — мой персональной кошмар. Стоит закрыть глаза, как…

— Нет смысла объяснять. Конечно побуду.

Ника ушла к себе готовится ко сну. Легла на кровать и закуталась в одеяло. Она ждала. Ведь Эд обещал. И он не заставил себя ждать. Зашел к ней в комнату, одетый в пижаму.

— Что? — спросил он у Ники.

— Что что?

— Ты странно на меня смотришь. Что-то не так с пижамой?

— Да нет, все так. Просто непривычно. Ты такой… домашний сейчас.

Он улыбнулся, но не ответил. Вместо этого подошел ближе и уточнил.

— Не возражаешь, если я прилягу, пока тебя усыплять буду?

— Усыплять? Мне бы не помешало. — и улыбнулась, — Конечно нет.

И он улегся на спину поверх одеяла, заложив обе руки за голову.

— Послушай. Я долго сомневался, стоит ли рассказывать. Но решил, что ты должна знать. Так будет честнее. Сегодня в квартире твоего Виктора…

— Он не мой. Больше не мой. Не хочу даже вспоминать, что…

— Прости, не хотел. Это скорее по привычке. Так вот, в его квартире сегодня провели обыск. Нашли плоды Акиты.

— Это что?

— Это куст. Растет в другой реальности. Настойка и экстракт из его ягод обладают подчиняющим действием. Я не хочу утверждать прежде, чем сможем это подтвердить. Но вероятно именно поэтому ты не заметила в твоем бывшем — на этом слове он сделал особое ударение, — парне ничего странного.

— Хочешь сказать, что он меня чем-то опаивал?

— Вполне возможно.

— И что же, вот так легко можно подчинить?

— Не совсем легко. Во-первых, Акита редка. И, во-вторых, у нее есть особенность. Она влияет на слух и все, что с ним связано. Чтобы она начала действовать, надо опаивать жертву регулярно, причем так, чтобы во время приема она слышала голос. С одного раза не сработает. Но, как я предполагаю, вы часто виделись, и, скорее всего, ели вместе, или пили напитки. Начинает работать только после многократного и регулярного применения. Эффект тоже не стопроцентный. Не заставляет безропотно подчиняться. Но в последующем при прослушивании этого голоса, все сказанное становится правильным и верным, абсолютно заслуживающим доверия. Сопротивляться можно, но сложно. А если сделать паузу, то эффект уменьшается. Именно из-за сложности использования и отсутствия гарантий ею перестали пользоваться и даже сняли с контроля. Зато она не дает побочных эффектов и полностью исчезает из крови, не оставляя никаких следов. Когда-то им поили рабов. И уже не требовались кандалы, запреты или что-либо подобное. Люди безропотно и благоговейно следовали за хозяином.

Вероника слушала, и не верила в происходящее. Ассоциации сами собой являлись ей. Она ведь и правда никогда не могла отказать Виктору. Почти никогда.

— По лицу вижу, что на тебе ее использовали.

— Похоже на то. Да кто же он такой? Ведь он знает о магии. Повесил на меня браслеты. Да и сказал, что знает больше, чем я. Думаешь, он замешан в охоте на меня?

— Не знаю. Пока не знаю. Может быть. Слишком много совпадений. Но он не заказчик даже потому, что не маг. Не исключено, что ему пообещали магию за работу. Твою магию, вот и старается.

— Он что-нибудь рассказал?

— Нет, пока молчит. Надеется, что его вытащат оттуда. Но мы приняли меры.

— Как легко разрушить мир.

— Ломать всегда легче, чем строить. Теперь все будет хорошо. Ты справишься, обязательно. А я помогу. Иди сюда. — повернулся на бок, притянул девушку спиной к себе и обнял.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Нежно погладил ее волосы и стал вливать тепло.

— Что это? — испуганно спросила она.

— Хочу, чтобы ты выспалась. Как в том подвале, помнишь?

Да, она помнила и на этот раз она не боялась закрывать глаза. Рядом с этим мужчиной не было страшно. С этими мыслями она и провалилась в глубокий и на это раз спокойный сон.

Глава 15. Новый удар

Пробуждение было сладким. Очень. Ведь Вероника проснулась точно так же, как и уснула. А точнее, в объятиях самого дорого мага.

— Проснулась? Хорошо спала? — Похоже он уже давно бодрствовал и только и ждал, когда она откроет глаза.

Как же приятно! Значит, он боялся ее разбудить, а может еще и сам наслаждался их близостью. По крайней мере, хотелось в это верить.

— Замечательно. Похоже, благодаря тебе.

Но понежиться в постели в этот раз не удалось. Детектива ждала работа. И на том спасибо, ей посчастливилось провести целую ночь в объятиях.

На этот раз, детектив разрешил ей попрактиковать магию, и выделил для этого отдельное подвальное помещение, которое предварительно завесил щитами и другими видами защиты. А потом и совсем уехал, оставив ее с уже знакомым Максимом.

— Ты не думай, — заговорил тот, — не все мужики сволочи, если один такой попался. Обязательно встретишь нормального, кто любить будет и на руках носить. Не подумай ничего такого, просто остро реагирую, у меня самого две девчонки растут. Малые еще, но как подумаю, что кто-то может также с ними… Кровь закипает. Руки поотрывать хочется, а в первую очередь причинное место…

И вот как ему удалось? Вот и вроде бы слова незамысловатые, и разговор. А на душе и правда легче стало, даже веселее. Ника даже благодарно ему улыбнулась.

Вечером явился Эдуард с бумажным пакетом в руках и довольной улыбкой на лице.

— Это тебе. Собирайся.

— Куда?

— В клуб. Сегодня мы едем отвлекать тебя от дурных мыслей. Надеюсь, с размером угадал. Не беспокойся, на людях никто ничего не сделает. Но в любом случае охрана там усиленная, как снаружи, так и внутри. Да и одна не останешься.

Заглянула в пакет. Там оказались платье, туфли и короткая куртка. Платье подобрано со вкусом. Светло-голубое. Открытое, но не откровенное, короткое, но не слишком, яркое, но не вычурное. Интересно, Эдик сам его подбирал? Подошло идеально, как и туфли. Как только размер узнал?

Вероника быстро оделась, собрала волосы в высокий хвост, который безупречно вписался в образ и слегка накрасилась. Она сильно желала понравиться одному конкретному мужчине, подчеркнув свою естественную красоту. Покрутилась перед зеркалом, и, довольная собой, спустилась в гостиную, где ее и поджидал Орлов.

— Это артефакт. — и протянул кольцо из белого металла в виде цветка. В центре красовался крупный камень насыщенного голубого цвета, того же, что и платье. Не украшение, а произведение искусства тончайшей работы. — Фамильная драгоценность. Мне бы хотелось, чтобы ты его носила. На всякий случай. Не должно ничего произойти, но, как мы уже видели, неприятности могут подобраться из неоткуда. Мне так будет спокойнее. Если что-то случится, пойдет не так, нажми на камень. Сработает силовая защита, а заодно и вызов меня. — И надел его на палец подопечной.

Перстень идеально обвил палец, будто и был создан для него. Или это магия? Где-то глубоко закралось смутное сомнение, что колечко — непростой артефакт, но девушка отбросила эти мысли. Раз Орлов хочет, чтобы она его носила, она это сделает. В конце концов о ней заботится.

Видимо, Вероника давно не ходила в подобные заведения. Толкотня, громкая музыка, невозможность поговорить, дым. Казалось, ее раздражало буквально все. Хотя, вполне возможно, давали о себе знать расшатанные нервы. За последние пару недель случилось столько всего, сколько не произошло за всю ее жизнь. И далеко не все события были приятными. Особенно вчерашнее. От одного только воспоминания о нем, внутри все леденело.

Молодые люди прошли на балкончик, и сели за стол. Место оказалось стратегическим. Находилось немного в отдалении, при этом видно было и зал, и танцплощадку, и сцену. А почти сплошной диванчик вокруг круглого стола позволял свободно перемешаться, для лучшего наблюдения за интересующей зоной.

— Что будешь?

— Можно сок?

— Можно. Но давай я тебе возьму хотя бы бокал вина. Я привел тебя сюда, чтобы ты расслабилась. Кстати, скоро подойдут мои друзья. Вместе будет веселее.

— Такие же, как и в прошлый раз в кафе?

— Нет, — хмыкнул Эдуард, — на этот раз настоящие.

Пока маг ходил за напитками, Вероника осмотрелась. Ничего необычного. Все как во всех ночных заведениях. Вот только сцена с живой музыкой привлекла внимание. На нее зашел привлекательный молодой человек с длинными, ниже плеч светлыми волосами. А его голубые глаза было видно даже в потёмках и издалека. А когда он запел… Какой у него был прекрасный голос. Он струился и переливался, трогал сердце и выворачивал наизнанку душу. И мелодия играла медленная, будто отзывающаяся на ее настроение.

Ника так заслушалась, что не заметила, как вернулся маг.

— Начинаю считать себя ущербным, — попытался пошутить он. — привел девушку на танцы, а она открыто пялится на другого.

— У него очень красивый голос, — промямлила она, чувствуя, при этом, как щеки заливаются краской. Хорошо, что в темноте не заметно.

— Пойдем, потанцуем? — Эдик взял ее за руку и повел в толпу.

Остановились где-то посередине. Он поймал ее ладошки и положил себе на шею. Сам же мягко привлек ближе тонкий стан и обнял за талию. При этом начал медленно вести ее в танце.

Вероника стала задыхаться от нахлынувших эмоций и положила голову ему на плечо. Да еще и музыка, бередящая душу. Ей ужасно хотелось большего. Мало. Невообразимо мало. Он так только дразнил ее, не позволяя ничего лишнего. Да что же такое происходит? Почему он себя так ведет? Четко решила для себя, что завтра, по возвращении домой обязательно с ним поговорит. Так дальше продолжаться не может. Нужно или делать новый шаг, либо резко прекращать все это. Было слишком тяжело.

Но пока Ника наслаждалась этой, пусть и мимолетной, близостью, теплом и ароматом дорого мужчины. Она прикрыла веки и утянула носом его запах. Она узнавала его среди всех остальных. Даже несмотря на тысячи других, кружащих в воздухе.

Нехотя открыла глаза и вдруг увидела ее…

В зале, среди толпы стояла та самая зеленоглазка — девушка с фотографии. Так же молода, так же прекрасна, настоящая фотомодель. Идеально одета, причесана. И она обнималась с другим. Не то чтобы именно обнималась, скорее чересчур плотно прижималась в танце к темноволосому парню. Тоже высок, широкоплеч, красив. Но в чем-то Эдику все же проигрывал. Да, что греха таить, во многом. И что ее не устроило?

Вот так встреча. Настроение резко пропало, как и желание танцевать. Музыка закончилась, и она попыталась отстраниться. Маг, явно нехотя, отпустил ее. И тут же сбоку послышался звонкий женский голос.

— Эд, вот ты где! — и девушка бросилась к нему на шею. Он не отклонился, а наоборот, нежно обнял ее, погладив по волосам и коротко поцеловал в висок.

Из груди будто выбило воздух, в ушах зашумело, а к горлу подкатил ком. Ну вот знала же все с самого начала. Так почему же теперь так обидно? Просто раньше только догадывалась, а сейчас увидела своими глазами. Вот почему.

Казалось, что сердце разбилось на миллион крохотных осколков, которые отчаянно резали и царапали душу. Надо срочно брать себя в руки и желательно уйти и как можно дальше. Никто не должен видеть предательской влаги, которая уже стала пощипывать глаза.

Нет смысла в разговорах, в выяснении отношений. Все и так предельно ясно.

— Привет. Куда де ты исчез? Ничего не сказал, я же беспокоилась и соскучилась.

Ника, скорее даже, чтобы отвлечься, включила внутреннее зрение, чтобы проверить, очередная ли это магичка. Нет пуста. Так может, в этом дело? Не зря он однажды предложил ей присмотреться к магам, дескать так все будет гораздо проще. Вот, наверное, и у него проблемы из-за этого. Может быть, она отказалась, или он не захотел обычного человека. Но спрашивать не было никакого желания. Не хотелось услышать нежелательный ответ.

— У меня были дела, — и как бы нехотя посмотрел на Веронику. — Вот, познакомьтесь. Карина, это Вероника, Вероника, это Карина.

Оказалось, чрезвычайно тяжело, совладать с собой. Требовалось простейшее действие, отработанное с детства до автоматизма: пожать руку и произнести стандартное приветствие. Но ноги сделались ватными, а тело перестало слушаться. Пришлось собирать всю свою волю в кулак, чтобы натянуть любезную улыбку. Хотя были сомнения в том, что она таковой в результате вышла.

— Рада знакомству, — подала руку.

— Я тоже, — ответила фотомодель.

И Вероника отметила, что брюнетка была не только красива, но и воспитана, вежлива, добра и нисколько не заносчива. Мага можно было понять. Она весьма очаровательна. Нике до нее далеко. Оставаться там больше не было сил.

— Пойду за столик, хочется пить, — Выдавила из себя Вероника, и это было правдой. У нее встал ком в горле и требовался живительный глоток. И на негнущихся ногах удалилась.

Уже выходя с танцплощадки, поднимаясь по лестнице она обернулась. Девушка опять висела на шее у Эдуарда. А он кружил ее вокруг себя и оба улыбались. А взгляд. В его взгляде было слишком много любви.

Больно. Очень больно. Хотя, сама виновата, напридумывала невесть что. Ведь он сразу предупредил, что между ними возможна только дружба. Только как бы это еще сердцу объяснить?

Она рухнула на диван и залпом выпила бокал вина. Надо бы заказать еще. В этот момент к ней подошла пара.

— Привет, — произнес парень.

Ника подняла голову.

— Привет. Глеб?

— Узнала? — и расплылся в широкой улыбке.

— Да, но не ожидала.

— А это — Оксана, моя невеста. Нас пригласил Эдик. Он всегда берет этот столик. Можно? — и указал на диванчик.

— Да, конечно, прости. Эд сказал, что придут друзья, но не сказал, кто именно.

Вернулся и Орлов, едва завидел друзей. За столом полилась ненавязчивая болтовня. Ника приклеила дежурную улыбку. Несколько раз ловила на себе внимательный взгляд Эдуарда. Но он никак не комментировал произошедшее. А что она хотела? Что он упадёт в ноги и будет слезно просить о прощении? Хотя, было бы здорово.

Вот, привел сюда, чтобы она отвлеклась от мыслей о нападении на нее. Что же, у него это получилось. Вот только неизвестно что хуже.

Через некоторое время молодые люди удалились под предлогом полезных знакомств, оставив их вдвоём с Оксаной.

— Давно вы с Эдиком? — спросила она.

— Мы не вместе.

— Что же, для тебя лучше. Слушай, не думай, что лезу не в своё дело, но я заметила, как ты на него смотрела. Будь осторожна. Он никогда не крутит шашни подолгу. Да если честно, за два года что мы с Глебом, я вообще не видела у него постоянной девушки. Ну или чтобы у него с кем-то были постоянные отношения.

И Вероника кажется, догадывалась, почему.

— Спасибо. Но нет необходимости. У нас дружески-деловые отношения. Сегодня — это так, вылазка, чтобы отвлечься. У меня были… небольшие неприятности.

— Извини, просто ты первая нормальная, кого я с ним вижу. Ты мне понравилась. Хотя он хороший, добрый и за друзей всегда горой. Но…было бы здорово, если бы в результате… Вы бы здорово смотрелись вместе. — кажется она слишком много болтала и это начинало раздражать. — Давай лучше выпьем за любовь!

— Давай!

— Кто знает, с кем Эд Глеба еще знакомить пошел. Что-то долго нет.

— Ну мало ли, может кто-то полезный для, агентства, например.

— Агентства?

— Ну да. У него же вроде детективное агентство.

— Ой да нет. Это так у него, просто игрушка. Он туда и не вкладывается особо. Да и смысла нет, на нем много не заработаешь. Он чем-то другим занимается. Чем точно — не в курсе. У него вообще несколько бизнесов. Да и денег куры не клюют, чтобы на мелочовку разбрасываться. Вот девки и вешаются. Этот клуб, кстати, тоже его.

— Что? Клуб его? — надо было как-то скрыть шок от услышанного.

— Да, ты не знала? Ой, не думала, что это секрет. Тогда не говори ему, что я проболталась. Потом сам расскажет.

Музыка и люди перестали раздражать. Да попросту Вероника их больше не слышала. Не заметила даже вернувшихся мужчин. В ее голове словно набатом звучали слова Оксаны. "Агентство — просто игрушка", "Он чем-то другим занимается", "Этот клуб его". Даже переживания из-за той зеленоглазой ушли на второй план.

Вспомнилось их знакомство. Как он расписывал, что у него идут дела плохо и нужны клиенты. И работникам нечем платить. А тут оказывается, он неимоверно богат. Что же, выходит он пытался таким образом заманить ее на договор?

Хотя, может же быть, Оксана сама не все знает или не понимает. Надо бы узнать по поводу клуба. Вдруг, все не так.

Тут к столико подошел один из работников, что вернуло Нику в реальность.

— Эдуард, срочный вопрос. Можно тебя на минутку?

— Иду. — и уже компании — сейчас вернусь. Развлекайтесь пока, — и удалился в дверь с надписью "Только доя персонала".

Значит, как минимум работает тут, но точно не в обслуживании, раз к нему обращаются для решения вопросов. Кажется, правда в словах соседки по столику была.

Но ведь он действительно вел расследование, защищал ее. Память вдруг резко подбросила пункт из договора, согласно которому все расходы ложатся на нее. Но ведь столько времени прошло, а он так до сих пор не спросил ничего. Не предоставил ни единого документа.

Понимание выбило воздух из легких, и выбило бы и почву из-под ног, не сиди она на диване. Как она умудрилась забыть об этом и не обращала внимания?

Но люди, охрана, помощники, тот же Максим… они ведь реальны. Но сама же себя и поправила. Кто сказал, что они работают именно в агентстве? Возможно, это охрана клуба, например.

Но зачем ему обманывать ее? Личные интересы?

И ведь в Совете его знают и прислушиваются. Простой детектив не может иметь такой вес. Значит есть и деньги, и власть. Зачем тогда этот маскарад? Что за этим стоит?

Спросить? Ведь все равно выкрутится и придумает ответы. И она опять поверит. Нет. Надо постараться выяснить самостоятельно.

Но что тогда ему от нее надо? Он ведь вон как с ней возится, одну не оставляет. Но здесь явно не чувства, как она до этого наивно полагала. Сегодняшний вечер все расставил по местам. Он же с самого начала предупреждал, что между ними возможна только дружба. Искра? Да он сам о ней узнал не сразу. Источник — да вряд ли. Тогда что? Или он главный зачинщик охоты? Хотя нет, у него за это время было много шансов ее вырубить, выкрасть и не только.

Но факты между собой не вязались. Почему она не замечала этого? Влюбленная дура. О да! Стоило признаться хотя бы самой себе, что она попросту влюбилась. В того самого НЕ детектива. На что-то надеялась? Приняла желаемое за действительное. Пора прозреть.

Все оставшееся время ловила на себе тяжелые взгляды Эдуарда. Он хмурился, думал о своем, но ничего не говорил. В глазах застыл вопрос. Он не мог понять, что делается у нее в голове. Или мог? И старался понять, как это случилось? Да и как знать, может он специально ее привез в клуб, чтобы она столкнулась с Кариной?

Сколько вопросов и все без ответов. Но от них хочется выть и реветь.

Интересный получился вечер, продуктивней. Столько потрясений разом, и каждое последующее выбивает предыдущее.

— Что случилось? Что-то не так? Ты немного странная.

— Устала, наверное.

— Хочешь домой?

— Пожалуй.

В такси ехали молча, каждый думая о своем. Под конец Вероника решила не тянуть быка за рога, а хотя бы один из пунктов выяснить на месте.

— Скажи, ведь ты этот клуб выбрал не просто так, верно?

— Верно, — он нахмурился.

— Он твой?

— Почему ты так решила?

— Слишком стратегический столик, слишком хорошо знаком с местностью, тебя привлекли к решению проблем, зашел в служебное помещение. Точно не обычный работник, а из руководства. Но наемному вряд ли бы позволили отсутствовать две недели.

— Отпуск.

— На время отпуска принимают другого, или чаще обязанности возлагают. И тогда тебя бы не дергали.

— Из тебя получится отличный следователь. Да, он мой. Это плохо?

Хм. Интересно, она бы сама до этого догадалась, не уведомь ее Оксана?

— Нет. — уже вслух ответила — Это такая же работа. Непонятно, почему сразу не сказал. А агентство? Сложно распыляться на столь разные направления.

Эдуард пытливо посмотрел на нее, пытаясь узнать, о чем она вообще думает.

— Мое основное направление — детективное. А здесь управляющие есть.

— Хорошо.

Так молча и доехали.

— Я скоро приду к тебе, — сказал Орлов хмурясь уже возле двери в спальню Ники.

— Спасибо. Сегодня нет необходимости.

Конечно же, ей этого хотелось, и даже очень. Но она понимала, что чем раньше вырвет с корнем чувства и надежды, тем будет легче. Она уже и так все глубже погружалась в болото собственных эмоций. Пора выбираться.

Оставшись одна, вновь погрузилась в размышления. Переживания окончательно выбили ее из строя, лишив сна. А мысли кружились пчелами, ну или тараканами, или всеми вместе. А такие посиделки впустую не проходят. Они жужжали, шушукались и поджучивали Нику на то, чего она никогда в жизни не делала. И она поддалась.

Встала, накинула халат, связала волосы в хвост, чтобы не мешали. Беззвучно открыла дверь и, как и была босиком, стала спускаться на первый этаж. Свет не включала, освещая путь телефонным фонариком. Ступать также старалась неслышно, дабы никто не узнал раньше времени о ее проделке. Ее целью был кабинет, может и не детектива вовсе. Ей была чертовски необходима информация.

По пути никто не встретился. Хотя оно и не удивительно, в столь поздний час. А охрана устроилась снаружи дома.

Зашла, включила настольную лампу и стала осматриваться. Даже сама не знала, что именно ищет. Проверила стол, выдвинула один ящик, второй, но не нашла ничего любопытного. Дернула третий, но он не сдвинулся с места. Заперт.

А раз так, то именно он ей и нужен. Начала судорожно искать ключ по всему кабинету, заглядывая в каждую щель. Не мог же маг носить его с собой. Будь содержимое столь важно, запрятал бы в более надежное место, например, сейф. И вот удивительно, но нашла, даже сама не ожидая такой удачи. Он лежал в маленькой вазочке на одной из полок книжного шкафа.

Дрожащими руками вставила ключик в замок и повернула. Ящик поддался. Потянула на себя. Никакой магической защиты на нем не оказалось.

Внутри находились личные дела. Наверное, его клиенты. Стала перебирать папки с документами. Имена ничего не говорили и Нику не интересовали.

И вдруг, среди них, почти внизу стопки, увидела знакомую фамилию. Открыла и обомлела…

Это было ее личное дело, но совсем не то, которое она ожидала увидеть.

В папке обнаружились ее фотографии. Но не новые, а сделанные еще ДО их официального знакомства. Изображения ее вместе с Виктором в кафе, парке, магазинах, ее с подругами в Университете. Подробное ее расписание: где была, во сколько, что делала, с кем встречалась. Данные на Виктора, ее подруг и ближайшее окружение.

Вероника накрыла рот рукой, пытаясь погасить немой крик. Голова закружилась.

Он собирал на нее информацию, следил за ней. То есть он прекрасно знал, кто она такая, когда Ника впервые появилась у него в офисе.

А он? Он делал вид, что не имел понятия, кто перед ним. Так вот почему у нее оказались столь странные и выгодные условия договора. А уж напридумывал то! Ему всего лишь было выгодно держать ее рядом с собой. И она поверила. Какая же глупая!

Воздух. Не хватало воздуха. Захотелось открыть окно, но встать не получилось. Ноги стали ватными и попросту не слушались. На лист упала капля и только так Ника заметила, что ее щеки давно намокли от слез.

И что еще он скрывает. Какую игру ведет. Может, он и есть тот таинственный заказчик. А ведь она ему верила. Слушалась. Что же теперь делать?

В груди стало жечь. Больно. Что же так больно?

Подняла на звук голову. В дверях стоял Эдуард и молча смотрел на нее. Руки сложил в карманы и хмурился. Он даже не переоделся. Выходит, тоже не спал, и, возможно даже караулил Нику.

— Ты с самого начала знал, кто я. Тогда зачем весь этот цирк? Все ложь. — всхлипывая затараторила девушка.

— Нам надо поговорить. — пространство разрезал жесткий голос детектива, или кем бы он ни был.

— Говори.

В ответ тишина.

— Придумываешь, чтобы еще наврать? Скажи… — Вероника пыталась отдышаться, — ты это здесь специально оставил, чтобы я нашла?

— Нет. Ты не должна была видеть дело, да и не лазила никогда нигде. Что произошло?

— Все когда-то бывает в первый раз. — сбивчиво пробормотала она. — Это ты меня спрашиваешь, что произошло? Это ты врал мне все это время. — голос стал переходить в крик.

— Ты не должна здесь лазить. Это мои дела и мой рабочий кабинет. И тебя это не касается. Разве не ясно, раз ящик закрыт?

— Меня вот это не касается? — и потрясла перед его носом папкой. — Детектив, который не детектив, бедняк, который сказочно богат, честный, который только и знает, что врет на каждом шагу.

— Ты, может, меня еще и краже твоих родителей обвинишь? — спросил он, нависая над ней.

— А что, разве я не права? Разве не ты устроил за мной слежку, а потом сделал вид, что видишь впервые. Разве не ты убеждал, что денег нет, и платить сотрудникам нечем. Разве не ты рассказывал, что детективное агентство — это твоя основная работа. Что дома — это наследство, оставшееся после родителей, а ты такой весь бедный и несчастный? И да, раз уж зашла речь, ответь, причастен ли к их пропаже и охоте на меня?

— Что? Ты серьезно? — кажется, не веря своим ушам спросил Эдик, а затем, схватил ее за плечи и, заставив посмотреть ему в глаза, продолжил. — То есть то, что я защищал и помогал тебе все это время ничего не значат. Разве я мало для тебя сделал?

— Для меня ли? — и снова прямой цепкий взгляд. — Зачем я тебе?

— Может, это элементарное желание помочь?

— Без выгоды для себя? Ну да, конечно. — наружу вырвался нервный смешок. — Кто заказчик?

— Не могу сказать.

В груди опять сперло дыхание. Рухнули последние надежды. И ей захотелось сбежать, скрыться, забиться в угол вдали ото всех.

— Вот видишь, просишь, чтобы я тебе верила, а сам не доверяешь даже простейшего и продолжаешь врать. — и попыталась пройти к выходу.

— Ты куда?

— Все равно, лишь бы уйти отсюда.

— Ты не в том состоянии сейчас, чтобы…

— Да. В этом ты прав. Я неадекватна. Теперь еще и ты предал. А ведь я тебе доверяла, тебе одному, безоговорочно…

— Это все для твоей защиты.

— Ложь во благо? Вот, даже сейчас не можешь сказать правду. Слишком заврался. — и пошла на выход. — Я разрываю контракт.

— Ты не можешь. — Эдуард нахмурился, а в карих глазах разбушевалось пламя.

— Согласно нашему договору, заказчик может его расторгнуть, если отпадет необходимость в услугах. Я больше в них не нуждаюсь.

Развернулась и ушла, гордо подняв подбородок и расправив плечи. И не важно, что внутри все бурлило и кипело, а предательская влага застилала взор, лишая зрения.

Поднялась в свою комнату, ополоснула лицо холодной водой. Мозг истерично продолжал искать ему оправдания, но они не находились.

Быть может, если бы Эдик все объяснил, рассказал, она бы снова поверила. Но сама же себя отдёрнула. Ей очень этого хотелось. Но нужно снимать розовые очки. Что ему нужно — непонятно. Желание помочь? Никто не помогает посторонним просто так, безвозмездно. А то, что она для него посторонняя — факт, хотя и весьма болезненный.

Или может, тоже решил попользоваться ее даром? Только как? Хотя и оставаться для того, чтобы это выяснить, не хотелось. Слишком опасно. К сожалению, верить никому нельзя. Совсем никому.

Позвонила Павлу и попросила приехать за ней. Переоделась и принялась судорожно собирать сумку.

Открыла дверь и столкнулась на пороге с магом.

— Куда собралась?

— Возвращаюсь к себе?

— С ума сошла? Ночь на дворе. Это небезопасно.

— А здесь безопасно?

— Я ведь ни разу тебя не обидел. Ведь знаешь, что, если выйдешь отсюда, окажешься в опасности.

— То есть ты мне мягко намекаешь на то, что у меня нет выбора и я должна и продолжать сидеть в твоем доме как безмолвная и безмозглая кукла, ожидая очередного предательства?

— Я обычный человек и тоже совершаю ошибки. Но поверь, я не желаю тебе зла. Я действую в твоих интересах.

— Нет. В своих. Только в своих.

С улицы послышался сигнал автомобиля.

— За мной приехали.

— Ты никуда не пойдешь, — и он обнял ее сзади, силой удерживая. А от рук вокруг тела поползли рыжие ручейки

— Будешь держать насильно? И при этом просишь доверять? Я готова остаться в обмен на правду, всю без исключений.

Вновь тишина.

Разозлилась, сконцентрировалась, пустила магические потоки, притормозила их, влила силу и ударила. Все прошло в считанные секунды. Даже сама не ожидала, что выйдет так легко.

Мага, не ожидавшего такого расклада, откинуло к стене. А сама она подхватила упавшую на пол сумку и кинулась на выход, на этот раз не сдерживая слёз.

Глава 16. Разговоры по душам

Дом казался пустым и холодным, и даже каким-то чужим. Несмотря на то, что отсутствовала совсем недолго, казалось, прошла целая жизнь. Слишком много и слишком сильно все изменилось.

Павел решил остаться с Вероникой. Вдвоем не так страшно, заодно поможет позаниматься магией. Как ни крути, а дел меньше не стало, скорее наоборот. Ну и одну ее лучше не оставлять.

Вместе поставили дополнительные щиты и сингалки. В их ситуации защиты много не бывает. Все-таки с Эдуардом она расслабилась. Ведь именно он заботился о безопасности. Странно, но с ним она ощущала себя спокойнее.

Забравшись в ванну с водой, решила дать волю слезам, выплакать все и сразу. Так, чтобы потом успокоиться, запечатать чувства и постепенно начать приходить в себя. Раскисать нельзя, уж очень много дел. Да, может оно и лучше. Меньше будет голову ерундой забивать.

Ведь теперь придется самостоятельно организовывать поиски родителей. Позже обязательно следует продумать план. Скорее всего придется прибегнуть к помощи дяди. Самостоятельно она вряд ли осилит. Чрезмерно молода и неопытна, несмотря на дар, чтобы бороться со взрослым опытным магом.

Наверное, вернуться в дом Олега было бы самым идеальным вариантом. Но пока ей хотелось побыть одной. Павел не в счет. Он ее слишком хорошо знает и непременно поймет.

Сон, несмотря на бессонную ночь не шел, и девушка спустилась в сад, прихватив с собой плед. Именно сейчас она нуждалась в тепле и уюте, хотя бы от одеяла.

Села на диванчик, подтянула ноги и укуталась в мягкую ткань. Солнце поднималось над горизонтом, сильнее согревая своими лучами.

Любопытно, но в этой реальности Вероника не замечала "летающих" лент магии. Только изредка, местами и отдельные сполохи, а не целые пучки, как было в той, другой. Или может, она больше не видит силу на нервной то почве?

Попробовала выпустить с ладони сгусток, который тут же закружился белой воронкой. Все в порядке, видит.

Вот как интересно, оказывается, мир распорядился. Там энергия повсюду и пользоваться ей могут все, кто хочет, а здесь, получается, существуют только источники и собственная сила. За последние пару дней даже и времени подумать об этом не было. Все к лучшему.

Даже сама не поняла как, но подняла глаза на вишню и замерла. Ника ясно увидела окутывающее ее сияние. Так, значит, ее мерцание ей не привиделось.

Волшебная вишня? Стоп! Мама же их обожала. Даже говорила, что их запах ее успокаивает. Не может быть! Источник! Так вот куда его спрятали!

На самое видное место, чтобы никто не догадался. Потрясающе!

Будто в ответ на эти мысли, ветки заискрились еще сильнее и зашевелились.

— Так вот, значит, ты какой! То-то мне здесь рядом с тобой сидеть нравилось. Я сейчас не в лучшей форме. Немного приду в себя, и мы поговорим, хорошо? Я ведь даже не знаю, что мне следует делать, никто этому не научил. А еще нужно будет тебя спросить, примешь ли меня своим хранителем, или будем пока искать родителей.

Ну вот, окончательно нервы сдали. Уже начала с источником разговаривать. Похоже, недосып сказывается.

В этот момент от ветки устремился мощный поток к Нике, с силой ударив девушку. От неожиданности, выбило дыхание, а Ника откинулась на спинку дивана. Но больно не было. Совсем. Даже, некое подобие эйфории ощутила. Тело начало будто покалывать иголочками, наполняя странным ощущением. Затем резко схлынул, оставив при этом нечто, напоминающие ниточки. Они тянулись обратно к дереву. Вероника их четко различала.

— Марионетка — пробормотала себе под нос. Чересчур ярким было сравнение.

Будто в ответ увидела, как по этим волокнам к ней полилась энергия.

— Это что было? Так ты что, меня принял хранителем? Точно. Вот что означают нити — нашу связь.

Чтобы проверить догадку, попыталась притянуть к себе еще энергию, и она поддалась. Притянула, выпустила, создала маленькое облачко, и вылила его дождем обратно на вишню. Капли даже земли не достигли, и впитались в раскатистые ветви, почувствовав родную стихию.

Пустила часть своей силы по связи, и ветвь приняла ее.

— Вот этот да. Спасибо тебе за доверие. Я не ожидала, что это случится так быстро и так просто. Ты же мне поможешь научиться магичить? Но не сегодня. Я немного не в кондиции. Очень устала и не в состоянии сосредоточиться.

Источник будто понял. Окутал Нику тёплым коконом, успокаивая раненое сердце. И на душе стало легче, и спокойнее. Ну да, трудности, но со всем можно справиться. Глаза сами закрылись.

Почувствовала, будто заботливая рука уложила ее там же на скамейке и поправила, как одеяло на своей дочери, окутывающую ее магию.

— Спасибо тебе, — прошептала Вероника, проваливаясь в глубокий сладкий сон, в котором не было места боли.

* * *

В доме царили полумрак и тишина. Можно было бы подумать, что никого нет, если бы не человек. Он сидел перед горящим камином в полном одиночестве, думая о своём. Голова откинута на спинку кресла, глаза закрыты. В руках бокал, наполовину наполненный янтарной жидкостью, в которой плавали остатки растаявшего льда.

Эдуард так и не выпил ее. Просто забыл, да и не хотелось. Ему вообще ничего не хотелось. Не сейчас. Хотя нет, хотелось много чего. Но все желаемое ему было слишком недоступно.

Мысли роились как пчелы и сильно жалили, доводя до отчаяния и глубоко раня. Хотелось бросить все то, чего он с таким трудом добился, работая годами не покладая рук.

И да, он впервые в жизни столкнулся с препятствием, которое не в состоянии преодолеть. И, по иронии судьбы, оно было чрезмерно важным для него. И это выбивало почву из-под ног.

Эдик так и не мог решить, что ему делать, как следует поступить. Никак не получалось просчитать результаты от всех возможных решений. Ему сильно мешали эмоции.

Нет ничего более разрушающего чем сомнение. Правильно ли поступил? Стоило ли долг ставить превыше собственных желаний?

Нет, он все сделал правильно, как и должен был. На нем чрезмерно большая ответственность. Такова его судьба и ему придется смириться. Всеобщее счастье против его личного — малая цена.

Послышались мягкие тихие шаги. Посетитель прошел в комнату, и без приглашения сел в соседнее кресло. Вытянул ноги к огню и потянулся к столику за порцией напитка, но уже для себя.

— Что, совсем плохо? — спросил незваный гость.

— Отлично.

— Почему ты ей не сказал?

— Что?

— Правду.

— Зачем?

— Она теперь считает тебя мерзавцем.

— Пусть считает, быстрее забудет.

— А ты сможешь?

— Это только мое дело и никого не касается.

— Еще как касается. Слишком много поставлено на карту. Кстати, выяснил, почему на нее охотились.

— Да. Но тебе придется дать клятву о неразглашении и непричинении вреда.

— Так серьезно? Хорошо.

— В ней Искра Дракона. — ответил детектив, после проведения стандартной процедуры.

— Неожиданно. — поперхнулся посетитель, — То есть все еще хуже. — и после паузы добавил — Ей плохо. Она ни с кем не хочет разговаривать, даже с Пашкой, и изнуряет себя тренировками.

— Верю. — тяжело вздохнул Эдик и начал растирать переносицу.

— Ты ведь понимаешь, что она одна не справится, но ничьей помощи не примет. Она никому больше не поверит.

— Тебе поверит. Ты же ее дядя. Бери моих ребят, сколько нужно. Я подстрахую.

— Я не смогу. Моих сил и возможностей не хватит. Тем более искра. Да и слишком я на виду и ограничен в средствах. Почему сам открыто не поможешь?

— Нам не стоит больше встречаться. Ведь знаешь, что мы не можем быть вместе.

— А ты хотел бы?

— Не имеет значения. Этот невозможно.

— Значит хотел. Любопытно, что ты заговорил об этом, ведь я спрашивал о другом. Знаю, что невозможно. И ей тоже стоило бы знать. Думаешь, после двух предательств она будет заводить отношения? Решится вновь довериться? Сможет быть счастливой? Сомневаюсь. Вряд ли когда-либо обзаведется семьей, и источник останется без наследника. Готов нести ответственность за это?

Толстое стекло в пальцах Эдуарда предательски лопнуло, выдавая истинные эмоции.

— Кроме того, — продолжил Олег, посмотрев на результаты срыва, но тактично промолчав, — Кроме тебя ее сейчас никто не защитит. Да, я поставил у дома своих людей, но ты же понимаешь, что этого мало. Ее поймают, и не известно, чем это закончится. Да и ты без нее дело не распутаешь.

— Пытаешься манипулировать мною?

— Нет. Констатирую факты и хочу, чтобы ты посмотрел на ситуацию без эмоций, со стороны. И просто подумал об этом.

— Ты же понимаешь, почему я так поступил?

— Понимаю, хотя и не разделяю твоего решения.

— У меня не было выхода.

— Выход есть всегда. Нужно только найти его. Ты взрослый мальчик, — допив залпом напиток, продолжил Олег, — решать только тебе. Да и мне не по статусу тебя учить. Но она моя племянница и я переживаю за нее. И я же вижу, что тебе далеко не все равно. Увидимся.

Встал, вернул стакан на столик и вышел их комнаты, оставив Орлова в одиночестве и разбередив еще больше и так кровоточащую рану.

* * *

Вероника, как обычно сидела под вишней, практикуя магию. И источник с радостью, по крайней мере ей так казалось, помогал в этом. Он вплетал свою силу в ее потоки, увеличивая потенциал и облегчая получение результата.

Проблема состояла в том, что ей не хватало учителя. Она не знала всех возможностей и что вообще можно получить с помощью магии и попросту импровизировала.

Редкие воспоминания того, что видела у мамы, или у Орлова и его работников помогали работать фантазии, а упор и бесконечные тренировки с многократным повторением движений — оттачивать мастерство.

Помимо прочего, плотно работая с источником, научилась его ощущать и свободно перемещать энергию. Даже научилась понимать, насколько он полон. В конце концов задача хранителя состоит, в том числе, в поддержании уровня его наполненности. И была очень довольна собой. Ведь, по сути, ее так никто и не научил этому, не объяснил, и пришлось самостоятельно находить пути и способы.

А еще, усиленные тренировки помогали ей не думать. Они отвлекали. Но стоило только сделать паузу, как раненое сердце снова начинало болеть. Вот кто бы мог подумать, что за столь короткое время можно так сильно к кому-то привязаться. А еще что-то Виктору говорила про три месяца, а сама…

Ей нужно время. Только оно способно вылечить. Хотя вряд ли, скорее притупить боль. Но и это было бы неплохо. А еще жизненно важны регулярные занятия. Они заглушают воспоминания.

Павел постоянно крутился рядом, но расспросами не донимал. Возможно, и так все понял. Сама расскажет, когда будет готова.

Неожиданно, в доме сработали сигналки и калитка отварилась. Но Ника, как ни странно, не испугалась. Во двор зашел Эдуард. Он быстро пробежал взглядом по территории и нашел Веронику. Плотно закрыл за собой дверь, запечатав все замки, и направился прямиком к девушке.

— Не подходи, — выпала она.

— Я не причиню зла, — выдал маг спокойным уверенным тоном, — на мне блокаторы силы.

И он поднял руки, задрав рукава куртки. На запястьях красовались браслеты, похожие на те, что одел на нее Виктор.

— Ну да, только сам же их и снимешь.

— Я не заливал в них силу, чтобы это сделала ты. Разве я хоть раз навредил тебе? Я пришел поговорить. И рассказать правду. — подошел, и сел в стоящее рядом кресло.

Вероника отметила, что вид у него был потрепанный: лохматый, заросший, с потухшим взглядом. Похоже, и ему было несладко эти дни. И в груди все сжалось. И вот что же она так на него реагирует то? Никак душа и мозг примириться не хотят.

— Ложка дорога к обеду. Почему же сразу не рассказал?

— Это не моя тайна. Я и сейчас многое смогу объяснить, только если ты дашь клятву о неразглашении, которую дают все мои работники. И да, агентство не совсем моя настоящая работа. Хотя деятельность все равно детективная.

— Почему я должна тебе доверять?

— Я не сделал тебе ничего плохого и не сделаю. Я не смогу. Не такой я и ужасный, каким ты себе меня нарисовала. Чересчур серьезные моральные принципы во мне взрастили. И…я слишком сильно люблю тебя.

— Что? — сердце выполнило кульбит и пропустило пару ударов. Может, Ника ослышалась? Ведь это невозможно.

— Сам не ожидал, как сердце ты мое выкрала, под кожу въелась. Дышать без тебя тяжело. — душа Вероники затрепетала, переполняясь счастьем. Но длилось это недолго, так как детектив продолжил, — Но, к сожалению, нам нельзя быть вместе. Я — хранитель огня. Вот это самое странное. Непонятно как это произошло.

— По-твоему в меня невозможно влюбиться?

— Как раз наоборот. Очень легко. И готов поспорить ты уже немало сердец разбила. Дело не в этом. Строго-настрого запрещено объединять источники. Магия их такова, что отталкивает хранителей друг от друга. Да и за всю историю не было ни одного случая, чтобы два хранителя создали семью. Потому я никак не ожидал, что все так получится. Но меня не то, что отталкивает от тебя, а как магнит тянет. Ты во всем особенная.

— Неужели нет шанса?

— К сожалению нет. Кстати, ты нашла источник, он принял тебя?

— Да, принял.

— Хорошо. Он почувствовал твою силу. Ведь ты же даже не знала, что нужно для этого делать.

— Все прошло само собой.

— Я верил в тебя. Так вот, ты — единственная наследница семейного источника, как и я. На самом деле я не один в семье. У меня есть сестра, младше меня на двенадцать лет, но я не могу передать бремя ей. У нее проблемы с венами, и еще в раннем детстве наши врачи запретили ей открывать силу. Это может убить ее. Я сам возил ее по госпиталям, когда это вскрылось. Потому ее силу попросту окончательно запечатали. — и медленно, сделав паузу и неотрывно следя за реакцией Ники, продолжил. — Ты с ней знакома. Это Карина.

— Что?

Голова закружилась, а Ника шумно вдохнула. Это та самая зеленоглазка, к которой ее сердце ревновало Эдуарда. Вот откуда эти нежные объятия и взгляды. Она все неверно рассудила. Ну да, по сути, он ее вырастил после смерти родителей. Она ведь была еще совсем маленькой. Конечно, он в ней души не чает.

С груди будто тяжёлый камень свалился. Хотя, радоваться то, по сути, нечему. Все даже хуже, чем ожидалось. Если с соперницами еще есть шанс бороться, то с мироустройством и законом — уже нет.

И вот наконец-то пазл начал складываться. Вот они, эти его теплые взгляды, забота, которой он ее окружил, его переживания и помощь. Но при этом каждый раз будто отдергивал сам себе, старался отстраниться. Пытался строить барьеры.

Если бы он рассказал об этом сразу, может быть, и она бы постаралась держать дистанцию. Хотя, ведь он сам гораздо опытнее нее и то не смог. Куда уж ей, молодой зеленой.

— Я ведь заметил твою реакцию в клубе на нее. Прости. Поверь, мне самому было тошно. Но в тот момент я надеялся, что столь маленькая ложь поможет, отдалит нас. Я дурак. Самое ужасное в этой ситуации знаешь что?

— Что?

— Я чувствую, что тоже нравлюсь тебе. Если бы у тебя был парень, да тот же Виктор, до происшествия, — поправился он, — было бы не так болезненно. Есть другой, сердце занято. Что же, сколько людей с этим живет. А вот когда понимаешь, что взаимно, и не можешь обладать только потому, что это запрещено законом…

— Почему сразу не рассказал этого? — почти шепотом задала вопрос.

— Надеялся, что из-за недосказанности будет легче. Хотя бы тебе. Чувства не станут слишком глубокими. Но нет, за эти дни осознал, что ошибался и что больно будет в любом случае. И мне невероятно тяжело только от мысли, что ты плохо обо мне думаешь. Никогда не было важно мнение других. Только твое.

Сказать, что Вероника осталась шокирована рассказом — это не сказать ничего. Он попросту перевернул все с ног на голову.

А первоначальная радость и даже счастье от взаимности разом улетучились, разбившись о действительность. И что же теперь делать? Как быть?

— И выхода совсем нет?

— К сожалению, пока мне не удалось его найти. Я намерен помочь тебе с расследованием и потом, — он сделал паузу, набрав в легкие воздух, будто пытаясь принять трудное решение, — нам придется расстаться. Я действительно очень хотел бы, чтобы ты работала у меня. Грех терять столь ценный кадр. Но я не в состоянии видеть тебя каждый день и знать, что будешь принадлежать другому. Это невыносимо.

И он грустно улыбнулся. Повисло гнетущее молчание. Все было неправильно. Все не так. Не может быть, чтобы двое людей, которые хотят быть вместе, не имея противников среди родственников, были разделены судьбой, вот таким жестким методом.

Вероника закрыла глаза и принялась растирать виски. Она не знала, что сказать. Новости обрушились на нее как снежный ком. Внутри все бурлило и клокотало, эмоции глушили рассудок. Как быть? На этот вопрос она была не в состоянии ответить. И за мыслями даже не ощутила, как Эдик подсел рядом, и убрал за ухо ее непослушную медную прядку.

— Я не хочу ничего обещать просто потому, что не могу. Я, постараюсь найти выход. Я его уже ищу, хотя, пока и безрезультатно.

Ника подняла на него глаза и буквально утонула в его карих, пугающих в это мгновение, омутах. И даже сама не сообразила как, наверняка виновата магия, но оказалась у него на плече, уткнувшись носом в шею. Вдыхала терпкий аромат мужского парфюма и наслаждалась тихим дыханием, щекотавшим висок.

Детектив напрягся, нервно втянул воздух и крепко, но в то же время ласково обнял. Вынул из волос заколку, стягивающую их, и запустил в упавшие на плечи локоны ладонь. Другой же рукой начал аккуратно, но немного нервно поглаживать ее по спине.

По щекам снова катились соленые капли, увлажняя мужскую футболку, а душа рвалась на части. Что-то она очень много стала плакать последнее время. Ника даже сама не запомнила как, да она вообще не могла объяснить свое поведение, будто перестала контролировать свое тело, крепко обняла мужчину.

Видимо, в какой-то момент она излишне громко всхлипнула. Маг немного отстранился, посмотрев на нее внимательно, взял ее лицо обеими руками, вытер слезы и стал покрывать щеки лёгкими, почти невесомыми ласковыми поцелуями.

Никто их них двоих так и не понял, и уже никогда не объяснит, как это произошло, но их губы встретились в умопомрачительном поцелуе. Он был полон нежности, чувственности и упоения, вспыхивающих цветными фейерверками. Они горели и плавились в объятиях друг друга, не в силах оторваться, будто выплескивали нерастраченные за это время чувства.

Кажется, в их случае, магия просчиталась, и они не только не оттолкнулись, а намертво примагнитились друг к другу.

Сколько продолжались их ласки и поцелуи, сказать сложно. Счастливые, как говорится, часов не наблюдают. И сколько бы продлились — не известно, если бы не звук с грохотом открываемой калитки.

Внутрь буквально ввалился Павел, захлопнул за собой дверь, прислонился к ней спиной и начал оседать на землю. Затем и совсем завалился на бок и даже прикрыл глаза.

Оба разом кинулись к нему.

— Паш, что случилось? Что с тобой? Ответь, пожалуйста. — Ника стала его потряхивать. Хотя потряхивало, скорее ее саму.

Но тот молчал, только слегка беззвучно шевелил губами.

Орлов вскочил на ноги, влил силу в калитку, запечатал замок, взвалил Павла на плечо и понес в дом. Сам же попутно нажал на браслете кнопки вызова.

Сгрудил обездвиженное тело на диван. Расстегнул ему куртку, рубашку и положил ладонь на солнечное сплетение.

— Молодец парень. Твой защитник?

— Да. Что это?

— По нему парализующим заклятьем ударили. Успел ведь и домой зайти, и дверь за собой закрыть. Справился. Значит они уже в курсе, что ты здесь сейчас.

Решение могло быть только одно. Как только Павел придет в себя, отправить его домой, чтобы зря не подставлять. А Вероника вернется в особняк Эдуарда. Он гораздо лучше защищен и охраняем. Однако под условием, что он все же расскажет и остальное, то, что обещал.

А тем временем маг новый урок преподал — научил очищать организм от легких заклинаний. Эдик выжигал их, Ника же училась их вымывать. Благо было на ком попрактиковаться. А Павел и не сопротивлялся, добровольно представ в роли подопытного кролика. Зато, как и следовало ожидать, воздействие сразу двумя стихиями показало наилучший результат.

Первое, что он сумел выдать, придя в себя — так это попросил принести воды, что Ника и сделала, сбегав на кухню. Вдвоем подняли голову парню и влили немного в рот.

Пришел в себя через время и наконец-то смог сесть. И уже тогда парень рассказал, что уже подходил к дому, когда заметил подозрительного типа неподалёку. Он стоял по другую сторону от дороги сканировал территорию. Что именно пытался высмотреть — непонятно, да и времени не было, и негде спрятаться, чтобы проследить.

Предвидя неладное, друг стал быстро сплетать защитный купол. Не успел совсем немного, как его заметили. Удар соскользнул с незаконченного щита и прошелся по плечу. Это и дало ему дополнительные минуты, чтобы добежать до ворот и запереться изнутри, пока заклинание разливалось по всему телу. Вот предупредить оказался уже не в состоянии.

Любопытно, где в это время была охрана Олега и куда смотрела. Но этот вопрос пришлось оставить до приезда коллег.

— Хорошо, что ты не одна. Боялся, что до тебя доберутся, в одиночку против них одна не потянешь.

— Надо ехать к старейшинам и рассказывать правду. — Вновь поднял вопрос детектив. — Только так ты будешь защищена. Заказчик активировался. Он понимает, что сможет использовать тебя только пока никто не знает о даре.

— Но так мы оставим его безнаказанным.

— Твоя безопасность важнее.

Они еще немного поспорили, но сошлись пока на необходимости переезда. Да и Веронике хотелось закончить разговор и выяснить другие волнующие ее вопросы. Ведь у них так это и не получилось. Эдик ее огорошил признанием и рот поцелуями закрыл. А она расслабилась и забыла обо всем.

Совсем нездорово она на него реагирует. Контроль теряет, как и все мысли. Неправильно это, но как приятно.

Да, она поверила ему. Снова. Не мог он врать. Слишком сильно о ней заботился. Но и оставшуюся правду тоже нужно было узнать…

Вероника сидела в кресле возле уже полюбившегося камина, заботливо укрытая пледом, с бокалом вина в руках и коробкой шоколадных конфет на подлокотнике.

Эдуард уселся рядом и выглядел даже чересчур довольным. Вот уж котяра. Похоже, добился того, чего хотел. Не сказать, что это было неприятно, как раз напротив. Просто выглядел слишком непривычно. Вероника уже привыкла видеть его серьёзным, строгим и даже требовательным. Потому было необычно наблюдать столь расслабленного детектива.

— Ты же не думаешь, что совсем запудрил мне мозг и я забыла о разговоре?

Эдик вздохнул, повернул голову в сторону Ники и загадочно улыбнулся.

— Всеми силами пытаюсь усыпить твою бдительность. — А глаза при этом весело сверкали отблесками пламени из камина. И так это ему шло. Красив. Чертовски.

— Ты слишком довольный.

— О да! Мне есть чему радоваться! — и расплылся в широкой улыбке, вырисовывающей ямочки.

— Расскажи, чей заказ ты выполнял, когда следил за мной? Может это как раз тот, кто на меня охотится!

— О не-ет! Этот человек точно ничего плохого тебе не желал. Ну вот, снова ты о работе — и театрально вздохнул. — Ладно, и так собирался все рассказать. Но тебе придется дать клятву.

— Что еще за клятву?

– О неразглашении. Ту, что дают все без исключения мои сотрудники. Это обязательное требование для доступа к информации. По сути присяга, магическая, и никто ничего никому не сможет рассказать физически. Даже я. Оформим тебя временным сотрудником. Ты же помогаешь следствию, собой рискуешь. Еще и зарплату тебе выпишу.

— А если я не хочу?

— Значит придется продолжать жить в неведении. И, кстати, ты была права, насчет нашего контракта. Я не собирался брать с тебя с денег. У меня в нашем сотрудничестве были свои серьезные интересы.

— Что? Что за интересы?

— Присяга! — Орлов демонстративно поднял палец кверху силясь сдержать пробивающуюся улыбку.

— В чем подвох? — прищурилась Ника.

— А подвох в том, — Детектив поднялся с кресла и подошел вплотную к девушке. Поднял ей пальцем подбородок, склонился, и прошептал в губы, — Я буду твоим начальником, и тебе придется во всем мне подчиняться. — и коснулся их легким поцелуем.

— Даже не думай. Я этим не занимаюсь. — выпалила нервно.

— Ты о чем сейчас подумала, глупенькая? Ты такого ужасного обо мне мнения? Нет, мне, конечно, хотелось бы большего. Но я никогда не позволю себе ничего подобного. Мы не можем смешивать магии. Но вот воспользоваться служебным положением и наслаждаться объятиями и поцелуями все это время, я намерен. — Поднял ее и усадил себе на колени, — с ума по тебе схожу.

— Похоже не ты один такой. Даже не знаю, когда и как это произошло.

— Девочка моя, мне бы очень хотелось пообещать тебе будущее, но я не могу. — и запустил руку ей в волосы. После минутной паузы добавил, — Знаешь, не хочу, чтобы твои родители находились.

Ника отстранилась, заглядывая в карие океаны. Маг был серьезен. Фраза сильно резанула слух. Хотя она прекрасно поняла, что он имел в виду. Но вот того же сказать не могла. Она тосковала, беспокоилась. Ей не хватало родных, и хотелось увидеть их как можно скорее. Но и понимала, что чем раньше это случится, тем у них меньше времени.

— Не нужно отвечать. Я в любом случае сделаю все, что от меня зависит, чтобы быстрее найти ту сволочь. Ладно, готова давать мне клятву?

— Какую?

— Ну как какую? В печали и радости, богатстве и бедности, болезни и здравии.

Оба засмеялись. Затем были даны стандартные клятвы о верности, о том, что дело будет ставиться превыше всего, о неразглашении полученной информации, о невозможности ее использования в незаконных целях, о подчинении закону, о его соблюдении, о помощи коллегам и тому подобные. Вероника повторяла произнесённые тексты, а слова застывали в воздухе светящимися буквами.

По окончании, Эдик взял ладонь ники, подготовленную булавку и проколол палец. Наружу выступила капля крови, которая взметнулась в воздух и окрасила буквы красным оттенком. После чего надпись вспыхнула, сжалась в комок. А тот, в свою очередь разогнался и с силой ударился в грудь девушки.

— Дыши. Все хорошо. Ты умница.

— Это теперь на всю жизнь?

— О неразглашении, соблюдении закона, неиспользовании информации в преступных целях — да. Остальное само испарится при увольнении. Ты теперь мой полноценный сотрудник.

И Эдуард принялся рассказывать, не выпуская Веронику из рук. Он подтвердил то, что она и так подозревала. Детективное агентство — это не основное занятие, зато превосходное прикрытие. Настолько идеальное, что никому и в голову не приходило заподозрить его в чем-либо ином.

А еще рассказал, что Александр Драконий Глаз — тот, что оказался первой драконьей искрой и получил такое имя, организовал не только совет старейшин. Он был весьма мудр, и понимал, что давать безграничную власть кому-то одному попросту небезопасно. Да и заняться всем без исключения он не сможет. Так он же и создал первый свод магических Правил и Охранную Канцелярию. Она стала первой организацией по контролю за поддержанием баланса, и соблюдению магами сводов и правил.

Но если в самом начале она была открытая, быстро стало ясно, что нападки и попытки сорвать операции и расследования, препятствуют ее деятельности. И ее сделали тайной. Так и повелось. Да и название тоже оставили, как дань традиции.

Все считают, что вспышки незаконных обрядов, порталов, вскрытий магии отслеживает Совет. Но на самом деле именно эта организация. Они же расследуют все важные или сложные дела, то, что может привести к нарушению баланса. А еще, контролируют чрезмерное опустошение источников, как и резкое переполнение. То, с чем не может справиться обычная полиция. У них неограниченный доступ к данным, в том числе секретным.

И только она может проверять деятельность старейшин. Так как они тоже должны соблюдать закон. В противовес же ему, старейшины контролируют работу Канцелярии, ограничивая ее и так чересчур обширные полномочия. Кроме того, работники связываются сильнейшими клятвами, чтобы ни у кого не было соблазнов уйти на темную сторону.

Но если Совет избираем из самых сильных и мудрых магов, то руководство охранной канцелярией передаётся только наследникам его рода. Так было организовано специально. Потому, что при ее основании Александр больше никому не доверял, кроме как своей семье, воспитанной в четких моральных принципах.

Так и повелось. Наследники с малолетства выращиваются с определенными образованием и воспитанием. Постепенно готовятся к будущей профессии. В отличие от бремени, от этой должности можно отказаться, но за несколько веков истории такого не случилось.

И вот, оказывается, первой известной искрой оказался предок Орлова. И сейчас его дело продолжает Эдик, как и его отец до смерти.

— Поэтому, я бы взялся за твой случай и совсем без договора. Потому что пропажа хранителей — это энергетический дисбаланс. А сам документ был подписан для того, чтобы было удобно за тобой приглядывать, как и обещал.

— Кому?

— Твоей матери.

— Что? — Вероника даже глаза вытаращила от удивления.

— Да. И те фотографии… — заказчики — твои родители. Потому я и уверен, что не они на тебя охотились.

И он рассказал, что некоторое время назад к нему пришла ее мама. У нее, как оказалось, слабый дар предвидения. И она чувствовала, что Веронике грозит опасность, но не могла разобрать откуда. Потому и обратилась к детективу. В одном из видений, она узнала, что помочь ей сможет только Орлов. Но не была способна объяснить этому причину. Конечно, она же не знала о Канцелярии. Просила проверить окружение дочери, не только Виктора, ну и присмотреть в случае чего. Но просила сделать это тайно. Опять-таки видение показало, что Ника усугубит ситуацию, узнай о такой слежке и видениях, и даже в состоянии сорвать все. Да и про магию ей было рановато рассказывать.

Эдуард знал, что Ильина является хранительницей, списки то по роду деятельности, у него тоже имеются. Потому и заинтересовался делом и отправил работников последить повнимательнее и окружение проверить.

За ней приглядывали, хотя ничего подозрительного так и не заметили. Разве что Витя, который на поклонников Ники наезжал. Но это не имеет отношение к магии.

А потом Вероника сама пришла к нему с новостью о пропаже родителей. И раз так все сплелось воедино, ситуация представала гораздо сложнее, чем казалось изначально. Потому и решил держать девушку возле себя: и за ней присмотреть, и хранителей искать. И тот договор стал единственным способом это осуществить.

— Кстати, последний раз, я видел твою мать в день исчезновения. Она рассказала про Виктора, предложение, и про то, что ты узнала о магии, и про завядший бутон, который оживила при тебе. А еще про то, что ее шестое чувство буквально вопило об опасности. Но понять, в чем дело не представлялось возможным.

Сказать, что девушка была в шоке, значит ничего не сказать. Чего она только не ожидала, но ни такого развития событий. Даже новость о том, что Эд возглавляет почти тайную канцелярию ее не поразила столь сильно, сколько сообщение о родителях. И даже не понимала, что больше: то ли факт слежки за ней, то ли предвидений, то ли того, что ничего ей не сказали.

— А почему сразу не объяснил?

— Ну да, и сразу бы клятвы с тебя, попросил? Что бы ты ответила? И каузу потерял бы, и тебя. Кроме того, твоя мать включила в договор пункт, согласно которому ты не должна была о нем знать. Она считала, что как только это случится, все пойдет кувырком и только ухудшится.

Все это сложно. И стоило тщательно это обдумать. Потом, когда будет одна. Сейчас же у нее зрел другой вопрос.

— Скажи, а как дядя с тобой связан?

— А он тут причем?

— Я помню, как ты с ним разговаривал по телефону, еще в первый наш визит ко мне домой. Он так спокойно меня тебе передал. Тогда я была настолько в шоке от происходящего, что не задумалась.

— Скажем так: мы с ним сотрудничаем.

— Он тоже на тебя работает?

— Не совсем. Но да, тоже считается членом Канцелярии и связан клятвами. Он что-то наподобие связующего звена между правоохранительными органами магического мира и гражданского. Нам нужна информация о подозрительных случаях, а еще и преступников часто приходится людскому суду предавать. Вот он и помогает, а мы ему.

— То бишь ты у нас серым кардиналом приходишься.

— Вот фантазия у тебя, — звонко рассмеялся маг. — Нет, я просто контролирую соблюдение закона. Причем всеми, без исключения. Потому и я не могу его преступить, хотя последнее время очень хочется.

— Кстати, не хотела тебя расстраивать…но, похоже, тебе придется перепрятать источник. Кажется, я знаю где он.

— Хм. Этого следовало ожидать. И где же?

— В твоем любимом камине. Уж слишком он сильно блестит, и в твоих глазах отражается.

— И толку то мне его переносить, если все равно найдешь? Только лишняя затрата энергии. А ты никому не расскажешь, я знаю.

И при этом вновь зарылся носом ей в волосы. Нюхает, что ли? Хотя, было довольно приятно ощущать легкую щекотку. Однако еще волнительнее было другое. Он чересчур спокойно отреагировал на известие об источнике. В груди разлилось нежное тепло. Он ей доверяет.

Обдумывая новую информацию, пытаясь сложить ее во едино, вспомнила о Викторе. Ведь он знал о магии, и даже открыто признался в этом. Уж не замешан ли и он? Или даже участвовал в охоте.

— Он молчит. Хотя, я убежден, что он причастен. — поделился мнением Орлов.

— Я хочу с ним встретиться, — почувствовала, как рука мага напряглись на ее талии, — возможно со мной поговорит. А ты рядом будешь. При тебе он мне ничего не сделает.

— Ты уверена, что готова к этому?

— Я постараюсь.

Уже когда укладывались ко сну открылась дверь и в комнату зашел Эдик, одетый в пижаму.

— Ты что-то хотел?

— Да, спать. — и улыбнулся

— Здесь?

— Ну да. Расслабься, просто спать. Так мне легче контролировать, все ли с тобой в порядке. Не бойся, приставать не буду. — И залез под одеяло.

Врал, конечно. Это был всего лишь повод, но Вероника не стала сопротивляться. А зачем, если ей самой этого хотелось.

Эдик притянул девушку к себе, прижимая спиной к своей груди, и заключив в кокон рук. Крепко обнял и уткнулся носом в шею.

Проваливаясь в сладкий сон, Ника услышала, как маг прошептал:

— Моя. Никому не смогу отдать.

Глава 17. Предупреждение

После долгих разговоров и уговоров, Эдуард согласился взять с собой Веронику поговорить с Виктором.

На самом деле она и сама толком не знала, что именно хотела услышать. Извинения — так извиняются за случайность, а с его стороны были осознанные и спланированные действия. Вот неплохо бы было узнать откуда у него браслеты и сведения о магии.

И чем больше она думала о произошедшем, тем сильнее уверялась в том, что он никогда к ней хорошо не относился. Скорее, Ника была его планом. Продуманным, проработанным, четко выполненным. Слишком идеального парня он играл. А сам отгонял от нее поклонников, опаивал акитой и пытался как можно скорее присвоить ее. И ведь наверняка действовал не один, а с помощниками. От этой мысли по спине пробежал озноб.

Но пообщаться все же хотелось. Где-то, пусть и совсем глубоко в душе, теплилась надежна, что все не так как кажется. Ну не могла же она так глубоко заблуждаться на его счет. А может просто внутреннее чутье подталкивало ее ко встрече.

Так и поступили. С утра поехали в отделение. Нику, конечно же, одну с ним в комнату никто не пустил. Орлов зашел следом, хотя и устроился в отдалении, у самого входа.

Виктор сидел за столом, опустив голову. При звуке открывающейся двери сразу же поднял ее. По лицу пробежало удивление. Не ожидал увидеть бывшую невесту. Совсем.

За ними следом вбежал мужчина маленького роста, в костюме, очках и с глубокими залысинами.

— Все разговоры с клиентом будут проводиться в моем присутствии.

— Это не допрос, — ухмыльнулся детектив, — всего лишь посещение.

Вероника всмотрелась в солнечное сплетение этого человека, и ничего не обнаружила. Значит не маг. Он что, пригласил обычного адвоката? Ведь наверняка рассчитывал на то, что в его присутствии ничего магического предъявить не смогут. Вот так тонкий расчет. А она еще надеялась на то, что его поведению найдутся объяснения.

— Ну, здравствуй, — присела за стол напротив.

— Что ты здесь забыла? — хмыкнул тот.

— Как грубо. Неужели не рад меня видеть?

— Чего тебе?

— Стараюсь понять. Я до сих пор не хочу верить в то, что можешь быть столь плохим.

— А этого теперь везде за собой таскать будешь? — кивнул на детектива. — Быстро же, однако, переметнулась. У тебя нынче с ним шашни? Ты хоть знаешь, кто он такой?

— Вот интересно, откуда ты у нас такой осведомленный взялся. Я-то знаю. И нет, у меня с ним не шашни, а трудовой договор. Работаю я на него.

— Что? — удивление скрыть не успел. — Как работаешь?

Тут Вероника обратила внимание на слабое сиреневое свечение в его груди. Магия, сомнений не было. Проверила силу — ничего, пуст. Неужто под воздействием? И что греха таить, ей хотелось в это верить. Она попросту не могла смириться с существованием того нового неизвестного ей Виктора, совершенно ей незнакомого.

Нет, она не собиралась к нему возвращаться. Но ей было неприятно вспоминать, как сильно она ошиблась, как не разглядела его. Ведь она ему безоговорочно доверяла. Когда-то.

Но сейчас нужно было понять, что именно с ним не так. У нее и опыта то маловато. Да и при адвокате открыто с Эдиком не посоветуешься. Придется добираться до сути самостоятельно.

Но если он под воздействием, почему тогда светится грудь, а не голова? Тут что-то другое.

Вновь перешла на внутренне зрение, проверить еще раз силу. Пуст. Снова выключила его, стремясь как можно лучше разглядеть магию и разобраться, что именно она видит. И не поверила самой себе, когда внезапная идея осенила ее. Шок. Но ошибки быть не может.

— Чего подвисла? — хмыкнул подследственный.

— Почему ты не прошел обряд?

Шок на лице, и не только у парня.

— Вы о чем? — поинтересовался адвокат.

— Он знает, понял.

— Мой клиент не будет отвечать ни на какие вопросы.

— Мы не на допросе. И он уже большой мальчик, чтобы самостоятельно решать, что можно рассказать и что нет.

— Вы пытаетесь оказать давление.

— Если только на Вас. А я, если Вы не в курсе, пострадавшая сторона. Как раз та самая бывшая невеста, которую он пытался изнасиловать. Имею право. — и злорадно улыбнулась. И откуда в ней вдруг взялось это? Но, пожалуй, подумает об этом позже. И снова повернулась к Виктору. — Так почему?

— Я же предупреждал, что знаю больше тебя. — он почти лег на стол, чтобы приблизиться к ней. Продолжил шепотом, чтобы слышала только она. — Думаешь, обезопасила себя? Нет, и твой "трудовой договор" — на нем сделал особое ударение, кивнув в сторону Эдуарда, — тебя не спасет.

— Так может расскажешь?

— Ты же понимаешь, что не могу.

— Скажи, было хоть что-то искреннее в эти три месяца? Или все это лишь игра?

— А какой ответ хочешь получить?

— Сложный вопрос. Хочу ответить — правду. Но ловлю себя на мысли, что ищу тебе оправдания. Не можешь ты быть таким ужасным.

— Я бы на руках тебя носил, выйди ты за меня. Ты это хотела услышать?

— А я ведь действительно собиралась это сделать. Только сначала родителей найти, чтобы тебя, не дай бог нечаянно все эта история не зацепила. Уберечь старалась. А ты… Если бы ты себя иначе повел…

— Но если подумать, — после минутной паузы, продолжила она, — лучше увидеть истинное лицо ДО свадьбы, чтобы не совершить роковой ошибки.

— Не оставляй спину открытой. И помни, ты моя должница.

— В тот день ты перечеркнул все договоренности. И в том, что ты здесь, только твоя вина. — и вышла из комнаты.

И вот странно, вроде бы чувствовала себя спокойно и уверенно, но стоило выйти, как пришел откат. Все то скрытое напряжение, которое она так тщательно подавляла, не желая показывать этому… человеку… слабости, вдруг выплеснулись наружу.

Руки затряслись, сердце забилось быстрее, дыхание участилось, а из глаз выкатилась пара слезинок.

Что это? Злость? На него за то, что натворил, или на себя, за то, что не рассмотрела и позволила себе так сильно обмануться.

За ней сразу вышел Орлов и обнял ее.

— Ты на самом деле собиралась за него замуж?

— Ты поверил? — подняла взгляд на Эдика. Тот продолжал хмуриться, — Хотя, это хорошо. Поверил ты, значит поверил и он. Да, я действительно почти согласилась в самом начале. Просто он только что пытался угрожать, вернее запугать и мне жутко захотелось его уколоть. Ну, типа, по его же вине все его планы полетели в тартарары. Наверное, слишком по-детски. Это ведь плохо? Хорошие люди так не делают.

— Он заслужил гораздо больше, чем твою злость. Он тебе угрожал?

— Косвенно. Сказал, чтобы за спину смотрела, и что ты меня не спасешь.

— Не надо было тебя сюда везти, вон вся дрожишь.

— Как раз надо. Он маг.

— Что?

— Да, у него силу запечатали, похоже, как твоей сестре. И он уже второй раз говорит, что знает больше меня. Он точно замешан в этой истории и охоте. Я, пожалуй, пойду умоюсь холодной водой, может в себя приду.

Она прошла в туалет. Открыла кран с ледяной водой, вымыла руки, начала прикладывать прохладные ладони ко лбу, щекам, шее.

В голове набатом звучало "не оставляй спину открытой", "я знаю больше тебя", "думаешь, обезопасила себя", "он не спасет".

Что же, ему удалось ее напугать. И что он имел в виду? Как бы узнать их план? Ведь те люди явно не шутят. И он сам наверняка связан клятвами, не расскажет ничего, даже если захочет. А становиться безвольной куклой не хотелось. Она понимала, во что ввязывалась. Нужно взять себя в руки и продолжить работу. Теперь появилась новая зацепка.

Она вытиралась бумажной салфеткой, когда услышала звук отворяемой двери. В туалет кто-то зашел. Удар. Перед глазами расплылась темнота, обволакивая и погружая в небытие.

"А ведь сказал, чтобы не оставляла спину открытой. Предупреждал?" — стало ее последней мыслью.

Тело ломило и не слушалось. Глаза не открывались. Вероника прислушалась к себе. Мысли не путались, но пошевелиться не получалось.

В голову пришла мысль, что в нее очередной раз запульнули какой-то убойной штукой. И на этот раз их попытка увенчалась успехом. Эдика рядом не было. И вот ведь предупреждал же ее бывший жених. Могла ведь послушаться. Хотя, Ника его слова приняла не как предупреждение, а как угрозу. Причем с его же стороны.

Любопытная ситуация вырисовывалась. Что все-таки это было? И на чьей стороне Виктор? Рассказать он ничего не мог. Это его слова. Наверняка ведь связан клятвами.

Но он маг, она видела, хоть и с запечатанной силой. Почему? Если у него заболевание, как и у Карины, зачем он пытался ее изнасиловать? Ведь у нее создалось четкое ощущение, что это было с целью получения ее силы. Или всего лишь месть? Слишком много вопросов.

И угрозы. Он ведь точно заодно с преступниками. И, вполне возможно, знал о том, что ее будут караулить. Но в участке? Под носом у полиции? Да ещё и магов? Рискованно. Хотя, скорее всего рассчитывали на эффект неожиданности. Кто бы из тех же полицейских мог подумать об этом.

Но, кажется, на этот раз им все-таки удалось. Осталось только понять куда ее везут, и что будут с ней делать. Совершенно не желала, чтобы ее волю подчинили.

А вдруг увидится с родителями? Это, конечно, здорово, но стоило все-таки попытаться сбежать. Но как это сделать? Глаза закрыты. Может завязаны? И тело не движется. Или ее парализовали? Да, наверняка так и есть. Сама наблюдала на днях результат на Павле. Ну хотя бы мозги в этот раз работают. Уже хорошо.

Прислушалась. Покачивание и звук мотора. Она в машине. Дышится легко, значит, наверняка на заднем сиденье. Резких движений делать нельзя. Пока непонятно, кто с ней и где. Пусть лучше думают, что она в отключке.

— Ну что, я же говорил, что она явится к нему. Надо было деньги ставить. — послышался рядом мужской голос.

— Ок, признаю, ты был прав. Не был уверен, что она к нему сунется после всего.

Вероника стала вслушиваться, стараясь дышать как можно реже.

— Повезло. Еще и вышло застать ее одну, без хвоста, который по пятам за ней ходит.

— Кстати, как долго она в отключке будет?

— Недолго. Сильная она, а особо магией ее бить не разрешают. Шеф сказал голову открутит. Кто знает, что в ней такого особенного.

— Не наше дело. Давай быстрее, пока ее не кинулись. На ней маячок перебитый.

— Пока пропажу обнаружат, мы уедем. Нас уже ждут. Передадим ее, получим деньги и исчезнем. Там пусть сами разбираются.

То есть вот так просто. Тот охотник не один. Он элементарно объявил о премии, и все дружно кинулись на ее поимку. Как же легко. Ох, хитер. От такого сложно уйти. Зато теперь знает, что запрещено на ней использовать сильные приемы магии.

— Приехали, заезжай вон туда. Видишь, ворота открыты?

Машина остановилась, последовал звук закрывающихся дверей, оба вышли.

Вот и все. Нику обуяла злость. Неужели это конец? Столько проделали, прошли. А в итоге лишь для того, чтобы облегчить задачу тому "нехорошему человеку".

Мужчины удалились, и слышно их больше не было. Удачный момент для побега. Она одна, ее не видят. Надо только выскочить и хотя бы попытаться спрятаться. Поставить щит. Не уверена, что удастся невидимости, но стоит попытаться.

Попробовала пошевелиться, но тело еле поддавалось. Веки немного приоткрылись, хотя было тяжело держать их в таком положении. Но она смогла осмотреться.

Да, оказалась лежащей на заднем сиденье автомобиля. Конечности слушались плохо. Магия, пусть и слабо, но отозвалась. С трудом поднесла ладонь к солнечному сплетению и постаралась «вымыть» заклятие, как ее научил Эдуард. Подтянула силы, какие смогла и направила поток. Дышать стало легче.

По-прежнему одолевала слабость, но зато возвращалась чувствительность. Попыталась отправить поток магии, чтобы открыть дверь, и у нее получилось, даже почти безшумно.

Судя потому, что голосов не было слышно, мужчины были далеко. Но выпасть из машины прямо перед ними не хотелось, а подняться, чтобы осмотреться, была не в состоянии. Отправила магические нити во всех направлениях, чтобы проверить, где ближайшие люди-маги находятся. Затея удалась. Обнаружила их вдали, в придачу в помещении. Осталось выбраться.

Собрав всю свою силу, и не только воли, подтянулась к выходу и буквально "вылилась" наружу. Всего-то осталось отползти на пару метров. В процессе стала плести полог невидимости.

Но… Ее блестящему плану было не суждено реализоваться. Почувствовала подхватившие ее руки.

— Далеко собралась, да еще и не попрощавшись?

И ее тело перекочевало на мужское плечо.

"Вот и все" — подумала она, повиснув безжизненной тушей.

И Вероника уже почти смирилась. Вернее, не так. Она свыклась с мыслью, что сейчас ее продадут и придётся искать новые пути побега. Ну, хотя бы в себя придет. А там уже будет думать и смотреть по обстоятельствам.

И вдруг послышался непонятный шум. Грохот. Но единственное, что она могла лицезреть в тот момент, пребывая в столь неудобном положении, это широкую спину.

Человек же, несший Нику, неожиданно развернулся, и выпустил ее. Она мягко соскользнула с плеча и упала на землю. А взору предстала странная картина: машина, в которой она еще недавно находилась, перевернута и отброшена в сторону, а мужчина держится за горло, нервно хватая воздух.

Немного приподняла голову. Вблизи стояло несколько незнакомых мужчин. Маги.

Мысли Вероники сами пришли к выводу, что теперь и другие решили на ней поживиться, отбив у первых. Продадут сами и деньги получат. Затопила апатия. По сути, какая разница, кто именно будет ее продавать, все равно пока не может за себя постоять. Откинулась обратно на землю и попыталась прикрыться щитом невидимости. Хотя толку в нем было мало. Ее и так уже видели.

Со стороны дома послышался топот и на крыльцо выбежали люди. Затем очередной шум. Но развернуться и посмотреть, что происходит, сил не было. Судя по звукам, там устроили битву.

Неожиданно Нику накрыло так ей знакомое тепло. Эту энергетику ни с чем спутать невозможно. Сомнений не было, Эдик ее нашел. Он пришел за ней. В груди бешено забилось сердце. Радость. Больше не страшно. Он рядом, а значит все будет хорошо.

Услышала голос любимого детектива. Строгий, даже жесткий, каким он обычно отдавал распоряжения, и так непохожий на тот, к какому привыкла она.

Затем он подошел к ней, присел на корточки рядом и сжёг ее купол. Вот так просто, будто и не было ничего. Надо срочно учиться магии.

— Ну что же мне теперь, с тобой и в туалет ходить? — Но голос не злой, скорее уставший. Это хорошо.

Ника только и смогла приоткрыть глаза и слегка улыбнуться. Язык все еще слушался с трудом.

Орлов поднял ее на руки и понес на выход. Но держал аккуратно, как драгоценность, крепко прижимая к груди.

Уложил на заднем сиденье очередной машины. Расстегнул блузку и устроил ладонь под шеей, впуская ласковую магию. Дышать стало легче, да и двигаться тоже.

— Понятно. Дилетанты на нашу удачу. Парализующий удар, но слабый.

— Я слышала их разговор. Заказчик не позволил на меня сильно влиять магически, только лёгкими заклинаниями. Иначе голову снимет.

— Хм. Любопытно. Ты посиди здесь, мне нужно вернуться на место. Макс, ты с ней. Отвечаешь головой.

— Что сестренка, досталось тебе? — спросил медведь, подсаживаясь рядом и помогая подняться Веронике. Видимо, не смог смотреть спокойно на ее бесполезные потуги.

— Похоже на то. Спасибо. — прошептала она, но тот услышал. — Я уже почти успела смириться с неизбежным.

— Своих не бросаем. Ты ведь теперь среди нас? — скорее подтвердил, чем спросил. Взял ее запястье в руку. — Я знак вижу. Дай-ка немного волью, быстрее в себя придешь.

— Да. Что за знак? Где и как его можно посмотреть?

— А когда силу проверяешь, чуть выше солнечного сплетения, в сторону сердца, драконий глаз заметно. Это символ нашей организации.

— Ого, это в честь Александра основателя? — и стала всматриваться в грудь Максима. И да, она увидела очертание глаза красного цвета. — Да, точно. Рассмотрела.

— Именно. Но самое главное, видеть его могут только сотрудники. Ни один другой маг не разглядит. Это влияние метки-клятвы. Что же, Эд тебе этого не рассказал?

— Нет. Наверное, времени не было. Других забот полон рот. Да и я совсем недавно в ваши ряды затесалась.

— Тебе понравится. От нас по собственному желанию не увольняются. — и подмигнул. — Работа интересная, да и шеф хоть и строгий, и требовательный, но справедливый.

Эдуард вернулся быстро. Похитителей задержали, и даже допросили. По сути, ничего нового не выяснили. Есть заказ на девчонку. Вернее, награда за ее поимку. Очень щедрая. Трогать и сильно влиять магически строго запрещено. Заказчик обещал спустить шкуру, и не для красного словца, а в действительности. Мужик серьезный, сомнению его слова никто не подвергал.

Выслеживали ее долго. Вырубили, сразу согласовали место. Именно в этом доме должна была произойти передача третьему лицу. А тот, в свою очередь, под клятвами. И сколько их еще таких посредников — неизвестно. Так объяснили задержанные. Вот такие сложные цепочки настроил заказчик, только чтобы до его личности не добрались.

Покупателя же взять не удалось. Как только началась заварушка он благополучно ретировался через окно и задний двор. Эдуард обнаружил его «отпечатки» в пространстве. А то, что его никто не заметил, так наверняка щиты использовал. Внимание же остальных было направлено на Нику и похитителей.

Что же, система продумана, а процесс хорошо организован. Преступник не шутит и готов пойти на многое, чтобы заполучить Искру. Даже создалось ощущение, что план придумывался и прорабатывался давно. Уж чересчур идеальным в мелочах он представал.

Нашли Веронику по маячку. Эдик почувствовал что-то неладное, когда пришел сигнал о ее удалении. Не могла же ни с того ни с сего сама сбежать. Поймал пару магов из участка, других вызвал и кинулся отбивать. Успели вовремя.

Получилось, без серьезных последствий. Отделалась девушка только легким испугом. Ну или не совсем легким.

Ника же рассказала о похищении, подслушанном разговоре и своей неудавшейся попытке побега.

— Могла бы и нас подождать, а не геройствовать, — усмехнулся Эдик.

— То есть, вместо того чтобы действовать, должна была отдаться во власть врага, и ждать когда спасут? А вдруг тоже куполом, блокирующим накроют, или следилку извлекут? — начала слабо возмущаться Ника. — А вдруг ты бы сигнал не ощутил или попросту не успел?

— Да, ты права. Просто я очень испугался, — и привлек девушку к себе. Нам сегодня действительно повезло. В следующий раз такого не будет.

— А почему оберег не сработал? Я совсем ничего не почувствовала.

— Так парализовали не только тебя, но и твою защиту. К сожалению, она не панацея. Удар был прямой и разлился мгновенно. Шансов не было.

— Послушай, — начала Вероника, — время поразмыслить у меня было. Завтра вернемся в участок…

— Нет! — жестко прервал ее Орлов.

— Что, дома теперь запрешь? Послушай сначала. Так вот. Организуем мне встречу с Виктором. А еще — палитру цветовую. Я подберу тон, которым его магию закрыли. Ведь запечатать могут только Старейшины, как я поняла. И я там двух фиолетовых видела. Точнее одного фиолетового и одного лилового. Так вот, мы туда явимся, я сравню цвета. Поймем, правда ли это был кто-то из них. Если да, зададим несколько вопросов, может что знает. Если нет — будем дальше искать мага с таким цветом.

— Неплохая идея, может получиться. Я все подготовлю на завтра. Но ты только посмотришь и дальнейшие шаги будем прорабатывать.

— Вот только надо придумать причину, по какой мы к ним явимся. Не скажем же, что тона сверить хотим.

— Поедем просить разрешение пожениться.

— Что?

— Разрешение! Пожениться! Я знаю, что все равно не дадут. А если дадут, то я не против.

— А? — не веря своим ушам выдала Ника,

— Ну-у-у, нам же надо найти предлог, чтобы попасть к старейшинам. Чем не повод? — а на лице снова хитрая улыбка. Казалось, будто он попросту забавлялся произведенным впечатлением. И, добавив торжественности в голос, продолжил, — Ты согласна ехать со мной, спрашивать разрешение на наше бракосочетание?

— Какое любопытное предложение. — совладала с первичным шоком Ника. — Конечно согласна. Все равно не разрешат.

— А вдруг? — он обнял ее сильнее и коротко поцеловал в нос.

Глава 18. Операция "Разрешение на свадьбу"

В этот вечер Вероника укладывалась спать в растрепанных чувствах. Это странное предложение Эдика не выходило из головы. В груди трепыхалось сердце от одной только мысли о нем. Хотя и ясно было, что разрешения они все равно не получат. Благополучие мира важнее стремления двоих людей быть вместе. И на месте правителей она бы тоже сделала такой выбор.

Скрипнула дверь, и в комнату зашел Эдуард. Как и в прошлый раз в пижаме, взъерошенный и… домашний. Уютный. Ника хмыкнула своим же собственным мыслям.

— Что?

— Ты в пижаме.

— И что?

— Мне больше без нравится. — призналась честно, хихикнув.

— Без, нам лучше вместе не спать, может плохо закончится.

— А ты разве здесь спать собрался?

— Конечно. Так проще за тобой присматривать. Будешь возмущаться, начну с тобой в туалет ходить.

— Зачем? — Вероника округлила глаза.

— Помогать трусики снимать, — и хохотнув добавил. — Видела бы ты сейчас свои глаза, как у перепуганного мышонка. Тебя откуда украли?

До Ники дошло, о чем он говорил, поняла и свой неуместный вопрос, двусмысленность фраз, да и вообще саму глупую ситуацию. Щеки залились краской, и она натянула одеяло по самый нос.

— Ну так твой дом же отлично охраняется, сюда никто не пролезет. Сам говорил.

— Не спорь, мне виднее, как тебя защищать.

Орлов улегся на кровать, притянул девушку к себе, чмокнул в нос и положил ее голову себе на грудь.

Ника попыталась улечься поудобнее, когда услышала хриплый голос мага.

— Постарайся сильно не ерзать.

— Почему? — наивная простота, даже не подумала, прежде чем задать вопрос.

— Потому что я не железный. И это может для тебя очень и очень… приятно закончиться, — маг привстал на локте и слегка навис над девушкой, — Правда потом будет очень плохо обоим.

Ника очередной раз покраснела, хотя она думала, что больше уже некуда.

— А еще мне нравится смотреть, как ты смущаешься. — на этот раз совсем ласково продолжил Орлов, и обвел пальцем ее скулу. — Твои эмоции натуральны, и они выдают чувства — короткий поцелуй в губы, и он со вздохом откинулся на подушку, возвращая девушку к себе на плечо.

Веронике было безумно страшно обнажить сами переживания, желания и чувства. Она прекрасно понимала, что все это временно. И от того в груди сворачивался ком. Ей так хотелось продолжения, отношений именно с ним. Его объятий, поцелуев, да и простых разговоров. Ведь осознавала, что скоро все закончится и они расстанутся. А ей будет тяжело. Она точно будет страдать, если откроется и впустит его себе в душу.

Хотя, ведь она это уже сделала. И сердце будет болеть в любом случае. Так почему бы тогда, хотя бы на некоторое время, не воспользоваться обстоятельствами и не насладиться тем, что есть здесь и сейчас.

Она сама потянулась и поцеловала его. И он ответил. Перекинул ее на спину, вновь навис сверху и завладел ее губами. Целовал с напором, сильно, будто утолял жажду, обуревающую его не один день. Но в то же время был безумно ласков и нежен.

И Ника таяла, наслаждаясь этой близостью, теплом его тела, жаром его поцелуя. Растворялась в эмоциях и ощущениях полностью и без остатка.

Эдик резко прервалcя и отстранился тяжело дыша.

— А теперь мы лежим и не шевелимся, — прошептал он.

— Я постараюсь. — Вероника легла к нему на плечо. Руку устроила на его груди и закрыла глаза, стараясь прийти в себя. Еще никогда поцелуи не заставляли ее так остро реагировать.

Маг взял ее ладошку, поднес к губам, и стал целовать пальчики.

— Скажи, — дождавшись, когда поцелуя удостоится каждый из них, решила поинтересоваться Ника, — А если старейшины согласятся? Ну вдруг.

— Я буду счастлив, а ты?

— Мы же знакомы без году неделю. Виктор после трех месяцев руки попросил, и то я считала, это непомерно быстро.

— Истинным чувствам не важно время. Кроме того, мы столько пережили вместе, что у других за всю жизнь не накопится. Думаю, я успел неплохо узнать тебя.

— Ты какой-то неправильный, чересчур хороший. Таких не бывает.

— Не такой уж я и хороший. Я храплю по ночам, иногда бываю деспотичным, терпеть не могу бардак и печенку. А ещё жутко ревнивый. Так что, все в порядке, я вполне реален. А вот ты… Иногда мне кажется, что ты плод моих мечтаний, и скоро растаешь.

— Я тоже вполне реальна. И, похоже, совсем потеряла из-за тебя голову. И сердце.

Эдуард напрягся всем телом.

— Это значит да?

— Да. — почти прошептала, но он услышал. Даже сама поразилась, до чего легко это было. И на этот раз у нее совершенно не было сомнений.

— Мы найдем выход. Я постараюсь. — он прижал Нику крепче, сплел их пальцы и поцеловал тыльную сторону ее ладони. — А потом я сделаю тебе предложение как следует, настоящее.

— Я очень боюсь, что мы не сможем этого добиться. Кажется, я сама начинаю хотеть, чтобы родители подольше не находились, и проклинаю себя за эти мысли.

— Не стоит. Ты ведь совсем не это имеешь в виду. Просто, как и я не хочешь, чтобы мы расстались.

— Слушай, а у твоего отца, ну, случайно так, нет внебрачного ребенка?

— Куда тебя понесло. — расхохотался Эдик, — хотя, мысль интересная. Но насколько я знаю, нет. И вряд ли он документировал свои добрачные связи. Так что, выяснить это будет не так уж и легко. И потребуется много времени. А у твоей мамы? Как я понимаю, это ее род становится хранителями.

— Я бы точно была в курсе.

— Жаль. Но идея посмотреть на нестандартные способы решения, любопытна. Похоже, я чересчур эгоистичен. Не смогу тебя никому отдать. Для себя хочу, всю без остатка. Если только сама не оттолкнешь. — и запустил пальцы ей в волосы.

— Не хочу отталкивать, мне слишком хорошо с тобой. Что же нам делать?

— Пока наслаждаться тем, что имеем. Ощущаю себя идиотом. Боялся чувствам поддаться, уберечь и тебя хотел. Больно в любом случае будет. Зато столько времени вместе потеряли.

— Знал бы, где упасть… Ты пытался сделать как лучше. И по идее, нам и правда стоит находиться как можно дальше друг от друга. Только я не могу.

— Я тоже. Моя будешь. Пусть без брака, без консумации, но со мной останешься. Не отпущу.

— Ты готов прервать два рода хранителей? А как же ответственность?

— Сколько лет гоняюсь за преступниками. Теперь начинаю понимать, частично, тех, кто законы нарушает.

И оба замолчали. На сердце стало легко от обоюдных признаний. Сняла тяжесть этого секрета, который уже давно перестал быть таковым.

Ника начала ощущать, что злится: на сам магический мир, на то, что не вправе быть с любимым, на бремя, что на нее повесили, даже не спросив о желании, на то, что теперь живет в страхе за родителей и быть схваченной.

Это только в книжках о магии все было здорово. Герои получали силу и жили долго и счастливо. А у нее все не как людей. Да и искра эта. Что толку от нее, если даже научиться пользоваться не может. Да и из-за нее как раз и проблемы.

А хочется лишь обычного счастья.

— Хочешь, помогу уснуть? — Эдик почувствовал ее состояние.

— Хочу. Завтра сложный день.

Ко встрече готовились тщательно. Была выбрана охрана, ее виды и стратегия. Практика показала, что враги могут преподнести сюрпризы, а этого не хотелось бы.

Подобрали удобные цветовые палитры. Сегодня перед Никой стояла сложная задача: поговорить с Виктором, и подобрать цвет, соответствующий той магии, которой закупорили его силу. Причем сделать это надо так, чтобы ни у кого не возникло подозрений. Этого не должен заметить бывший жених, и понять адвокат, который тоже обещался присутствовать при разговоре.

Надо бы получше рассмотреть того защитничка. Вдруг тоже маг и тоже с наглухо запечатанной силой. Ну а вдруг? Ведь и на Витю никто не думал.

Орлов пообещал постоянно находиться поблизости и не оставлять Веронику одну. А на случай «нужды», в участок должна была подъехать девушка, опять-таки сотрудница канцелярии. Вот так вот. Человека оторвали от работы, притащили неизвестно куда, и это всего-то на тот случай, если ей вдруг приспичит отправиться в уборную. С ней пойдет. А еще лучше вообще туда не ходить, одного раза хватило.

Мысли, что Эдуард перебарщивает, конечно же посещали. Но, с другой стороны, лучше быть чрезмерно опекаемой, чем очередной раз похищенной. Ведь не все же время им будет везти.

В комнате для допросов уже дежурил защитник. И по раздраженной гримасе легко читался укор за опоздание. Это на две то минуты. Или он рассчитывал, что именно этого времени им достаточно для общения?

А вот Виктор удивился, увидев бывшую невесту. И вот любопытно: это потому, как не ожидал, что она снова захочет встретиться с ним, или знал о похищении и был уверен, что все получится? А она тут взяла, и не укралась. Но кто же поведает мысли то. Тем более, как сообщил Эдик, на него еще запрет от их прочтения поставили. Основательно ребята подготовились.

— Не ожидал?

— Нет. Что тебе нужно?

— Да вот любопытно, ты меня вчера подставить или предупредить пытался?

— Мой ответ что-то изменит?

— Не удивлен. Значит знал. Возможно. Смотря что расскажешь.

Ника приподняла папку, которую до этого положила на стол и пальцами сдвинула верхний листок, открывая палитру всех фиолетовых оттенков. Последнюю они приклеили к нижней части второго листа. Главное Виктор не заметил, а адвокат все равно не поймет. На нем она никакой магии не обнаружила.

— Ничего не расскажу. — и зло оскалился. Ника сосредоточилась на магии. Она отчетливо видела ее, закупоривающую энергетический центр несостоявшегося мага.

— Не можешь, или не хочешь? — сопоставляла оттенок с образцами.

— Не хочу.

Есть. Вот он. Эх, ручку взять забыла. С силой провела по соответствующей клеточке ногтем, чтобы оставить след.

— Почему ты закупорен?

— Не важно.

— Просто пытаюсь понять, по желанию или по здоровью.

— Ты все равно не поменяешь мнение. Ты уже все решила для себя.

— Как знаешь. Сказала бы, счастливо оставаться. Но боюсь, счастливо тебе еще долго не светит. — и направилась к выходу с чувством выполненного долга и чересчур довольной улыбкой на устах.

— Зачем приходила то?

— За ответами. И я их получила. — и улыбнувшись еще шире, вышла, оставляя в недоумении подследственного.

— Нашла? — спросил на выходе детектив.

— Да, вот этот. — показала ему лист с образцами. Теперь надо какой-нибудь объект сделать такого цвета, чтобы поменьше внимания привлекать.

— Кольцо. Мое родовое кольцо. Сейчас цветок изменю. Иллюзию наложу. Она временная, но нам хватит. — и положил свою руку поверх пальцев Вероники, фиксируя при этом взглядом отмеченный тон. — Вот так. Похоже?

— Оу! Научишь? Это же потрясающе. А сколько продержится?

— Часа три, возможно четыре. Мы успеем. И да, если хочешь, научу, но не сразу. Ну что, готова выйти за меня замуж? — подмигнул маг.

— Кажется да.

Уже через полчаса детективы летели на колеснице по Магору. Вероника ощущала себя то ли большой аферисткой, то ли Джеймсом Бондом в юбке. Ведь они собирались втайне провернуть "цветовую операцию". И не важно, что вреда она не принесет совершенно никому, но вся соль в слове "втайне".

Они, как и договорились заранее, держась за руки с наглухо переплетёнными пальцами, зашли в Совет. Дорога была уже знакома. Но вот сегодня девушка нервничала. Эх, надо было сначала за "Волшебным чайком" Зинаиды заехать. Но не важно, естественнее смотреться будет. Им предстояло играть сильно влюбленных. С этим, правда, проблем не было. Всего-то нужно — не притворяться.

Знакомая распахнутая дверь, знакомый зал, знакомый состав.

— Приветствуем уважаемых старейшин.

— И вам не хворать. С каким вопросом пожаловали? — поинтересовался бордовый.

— Приехали просить разрешение на наше бракосочетание, — не расцепляя рук, четко произнёс заученную речь Эдуард.

— Что? — отреагировали сразу несколько членов совета.

— Мы хотим пожениться. — Жесткий взгляд. Как всегда уверенный, холодный, четкий.

Вероника решила не терять времени, прижала к груди кулак с заветным кольцом, вроде как переживает. А сама стала изучать присутствующих.

— Вы с ума сошли, это невозможно! — первым отмер лиловый.

"Опа. Вот он. Точно он. Его цвет, совпадает один в один. То-то первый запротестовал. Значит он замешан и спрашивать его бесполезно." Прошло даже легче, чем предполагала.

Ника сжала ладонь Эдуарда. Это был предварительно обговоренный знак. Если она узнает магию — пожать пальцы, когда тот будет говорить.

— Раньше считалось невозможным притяжение между двумя хранителями. Мы любим друг друга и хотим быть вместе. Нельзя разрывать истинные чувства. — продолжил Орлов.

— Так у тебя же, мне кажется, жених был. Не маг. — опять эта розовая. Постоянно лезет с неудобными вопросами. — Что, так быстро забыла?

— После того, что он сделал… Вернее попытался. Вы, наверное, слышали, — тихо проговорила Ника надтреснутым голосом, — все хорошее, что я могла к нему чувствовать, умерло.

— И как же ты отбилась одна? — поинтересовался зеленый.

— Эдик помог. Он как раз к домой пришел.

— То есть ты у него дома была?

— Да, я предоставил ей свою пустующую квартиру с серьезной встроенной системой безопасности. Сработали сингалки о постороннем вторжении. Зашел и увидел, — тут и его голос дрогнул, а ладонь сжалась. Вероника была готова поспорить, что у него при этом зло сверкнули глаза. — вызвал полицию. Больше ни за что не оставлю.

При этом он повернул голову и посмотрел на девушку. Она же завороженно уставилась в его полыхающие золотистым огнем глаза. Никогда такого еще не видела.

— Правила написаны для всех. И вы не станете исключением. — вернул их в действительность лиловый.

— Правила говорят, что хранителей друг от друга отталкивает магия. — Орлов беседовал со старейшинами, а сам не сводил глаз с Вероники, — В нашем случае что-то пошло не так и она же нас и притянула. Бес толку с ней бороться. Ни один из нас не в силах этого сделать. В последующем вы же сможете вновь разделить два источника. Огонь и вода.

— Вероника, а почему ты молчишь? — вновь поинтересовалась розовая. Интересно, ее правда интересует чье-то мнение? — Что ты хочешь?

Вот момент. Вероника должна открыто признаться в своих подлинных чувствах. Хотя это и была операция по выяснению цвета, но другого шанса у них может не быть. Главное действовать не головой, а сердцем.

— Я не хочу жить без него. — прошептала она, но все услышали.

Эдик подтянул вторую руку Ники и поцеловал тыльную сторону ладони.

— На ней твое родовое кольцо? — удивился Бирюзовый. Ах, вот для чего был этот жест. Чтобы старейшины увидели, что это не шутка. То есть родовое кольцо дарят только невестам. Стоп. Так ведь он надел его ей на палец еще перед клубом. Что-то не вяжется…

Ника проморгалась, посмотрела на кольцо, сердцевина цветка которого все еще была окрашена в лиловый и вновь подняла взгляд на Эдуарда.

— Да, это оно. Я подарил ей его. Это моя защита, какой бы ни была ваша резолюция.

— Ты же понимаешь, что, если не заберешь его, не сможешь сделать официальное предложение другой девушке?

— Понимаю. — Вероника уставилась на него открыв рот. — Я в любом случае не смогу жениться ни на ком другом.

Он по-прежнему смотрел только на нее. Это даже не признание в любви. Это больше. Гораздо больше. Значит, он уже тогда решил, что никогда не женится и предоставил ей свою защиту. В глазах защипало, голова закружилась, а сердце бешено заколотилось.

— Почему ты не сказал? — прошептала Вероника. Маг же лишь улыбнулся и снова припечатал ее руку к своим губам.

— Оставишь род без наследников?

— Я все же надеюсь на положительный результат.

— Этому не бывать. — опять лиловый. Конечно, ему это меньше всех выгодно. Наверняка завяз по горло в этой истории, и они только рушили его планы. — Правила писаны для всех, и никто не вправе нарушать их. Не будете и вы. Ваши сердечные дела только ваша проблема.

— Правила гласят, что Совет может принимать решения о попущении правил при достаточных на то основаниях. Разве влияние магии и сильные чувства двоих людей не являются таковыми? — Эдик наконец-то отвел глаза от Ники и перевел их на лилового. Взгляд вновь серьезный, и даже жесткий.

— Как бы то ни было, нам нужно обдумать решение. Оно намного сложнее досрочного открытия силы. Мы дадим вам знать. — прервал споры, как всегда, бордовый.

— Нам следует оставаться в городе?

— Нет, вы свободны. Не знаю, сколько времени нам понадобится. Вас уведомят.

Вот так вот, рука об руку, влюбленные шли по коридору к выходу. Оба молчали. Оба обдумывали случившееся. Вроде бы и рады тому, что миссия удалась, но в то же время на душе ощущался осадок после разговора. Ведь они против. Они никогда не дадут согласия.

Проходя мимо очередного поворота, из-за угла вывернул парень в деловом костюме.

— Молодые люди, прошу следовать за мной. С вами хотят поговорить.

Не говоря ни слова, он развернулся и стал удаляться уверенный в том, что они пойдут следом. Никаких объяснений или пояснений. Ни кто пригласил, ни о чем поговорить. Эдик сжал руку невесты в качестве поддержки и накрыл ее щитом.

Ника удивилась, но комментировать не стала. Он лучше знает, что делает.

Они прошли по коридорам, поднялись на один этаж, следуя за безмолвным сопровождающим. Рассматривать обстановку не хотелось из-за поднимающегося в душе беспокойства. Новый поворот событий, которого не ожидали. Вопрос только: положительный он или же все-таки нет.

Остановились перед массивной двустворчатой дверью, поблескивающей желтым цветом. Получается, это его кабинет. Он хочет поговорить. Это же тот, который назначил ее учителем Эдика, сразу после ритуала. Что же ему надо?

Парень в костюме подошёл ко входу, и положил ладонь поверх нарисованного знака. Щелчок. Дверь открылась.

— Проходите, присаживайтесь. Старейшина сейчас подойдет.

Это был не совсем кабинет, скорее приемная, или зал. Никаких книжных шкафов, письменных столов, только удобные диваны, кресла, журнальный столик. Порадовало то, что на этот раз хотя бы цвета были приемлемые — бело-серые.

— Что все это значит? — задала вопрос Вероника, как только их оставили одних.

— Думаю, скоро узнаем. Либо у нас появится союзник, либо новый враг. Зависит от нас. Ничего не бойся. — и сжал ее ладонь.

Дверь вновь открылась, и в комнату зашел еще один сотрудник, занес поднос с чаем, кофе и сладостями. Поставил его перед молодыми людьми на столик и удалился.

Эдик снял с груди кулон, и стал подносить его поочерёдно к содержимому подноса. Камень на нем светился зеленым, испуская во все стороны такие же лучи. Что он делал, не было ясно, потому как ровным счетом ничего не происходило.

— Что ты творишь?

— Проверяю на яды.

— Что?

— Ш-ш-ш. На всякий случай. Пока чисто.

Девушка захлопнула рот. Сказать, что она шокирована, значит не сказать ничего. Он что, опасался, что их могут отравить, да еще в здании Совета?

— Даже так? — послышался голос из-за спины, хотя шагов они не слышали.

Эдик дернулся, но руку не убрал, а продолжил исследование.

— Лишняя осторожность никогда не помешает. Особенно если учесть количество покушений на Нику.

В зал зашел желтый старейшина. Эдик закончил, вернул кулон на шею и протянул руку для приветствия.

— Выходит, это ты нас "пригласил»?

— Я.

— Что случилось?

— Это я хотел узнать у вас. — и протянул руку Веронике, но отдёрнул и засмеялся. И уже повернувшись к детективу — Даже от меня бережёшь?

— Я же не знал, куда нас ведут. — сделал пасс рукой, и купол слетел.

— Игорь — Старейшина повторил движение. — Ты Вероника, я помню. И присел в кресло напротив них. Налил себе чай. — Ну вы уж сами выбирайте, что предпочитаете.

Дождался, когда гости разольют по чашкам напитки и снова заговорил.

— Не расскажете, что происходит?

— Ты о чем?

— Для чего был этот спектакль?

— Это не спектакль.

Ника сжалась, не понимая, как ей реагировать. Решила позволить разговаривать мужчинам. Они явно знакомы вне стен Совета. Это было заметно по крайней неформальности общения между ними.

— Да ну? Хранители никогда не притягиваются. Магия их отталкивает.

— Вот в нашем случае что-то пошло не так.

— Не ври мне. Это невозможно. И не стоит делать дураков из старейшин. Меня ты не обманешь, кольцо, не родовое. На том цветок был голубым, а этот — лиловый.

Ника только рот открыла от удивления и вытаращилась на Эдика. Тот понял ее смятение, и прокомментировал.

— Игорь был лучшим другом отца, и мама всегда носила кольцо на пальце. — провел рукой над цветком, и уже обращаясь к мужчине, продолжил. — Это то самое. Но под временной цветовой иллюзией. Так надо было. И то, что было в зале правда. Мы правда хотим быть вместе, но не знаем как…

— Для чего нужна иллюзия? — Игорь нахмурился.

— Ты же понимаешь, я не могу выдать тайны следствия?

— Ты явился в Совет с безумной просьбой, с иллюзией, проверяешь еду на яды, думаешь меня это не касается? Это ведь ты помог ей пройти обряд за ночь, чтобы все решили, что она слабачка, чтобы недооценивали. Только девчонка так сильна, что выкачала еще и твой резерв под чистую. Ты был слишком вымотан. Я хочу знать, что происходит.

— Хорошо. Возможно, союзник нам не помешает. Но тебе придется дать клятвы о неразглашении и о том, что не причинишь нам никакого вреда. Все очень серьезно. Нити ведут в Совет.

— Скажите, — вмешалась Ника, — а у вас какая магия? Стихия?

— Воздух.

Девушка чуть не задохнулась от паники и схватилась на плечо Эдика.

— Успокойся, у того, на кого ты указала тоже воздух.

– У кого него?

— Готов давать клятвы?

Необходимые процедуры были проведены. Как ни странно, Игорь не стал противиться, произнес все, что должен был.

А за этим пошло признание Эдуарда. Рассказал про охоту, похищения, сон, и про Искру Дракона. А заодно про арест закупоренного мага и про одного из старейшин, с таким же цветом.

— А не выдумываешь ли ты девочка? Это серьезное обвинение. Магический центр закупоривают минимум трое старейшин. То есть, если бы это было так, ты бы увидела три цвета. Так же, как и у Карины. Ты не могла этого не заметить.

— Дело в том, — покраснела Ника, — когда познакомилась с Кариной, я еще не знала, что она сестра Эдика, — и кинула на него косой взгляд, — я тогда была слегка не в себе и не в состоянии замечать подобные вещи.

Игорь хмыкнул, но ничего не ответил. Вероника же продолжила.

— В любом случае, центр Виктора закупорен одним цветом. И я не обвиняю. Я даже доказательства предъявить не могу. Сон — это всего лишь сон. Магию вижу только я. Можете испытать как-то. Пока у нас только догадки и сбор доказательств. Да, после открытия я вижу ваши центры, но, например, вокруг ни одного из магов не видела светящейся… ауры что ли… Только вокруг вас, старейшин. Но это я увидела еще до обряда. Это у вас защита такая стоит?

С рук Игоря потянулся желтый ручеек к лежащим на коленях рукам девушки и начал оплетать их.

— Эй. Вы что, меня связать хотите?

— Хм. Убедила, верю. Не бойся, я должен был проверить. А какого цвета моя магия?

— Желтая. Чистая.

— Верно.

— Что? Вы тоже видите?

— Нет, но в летописях моего рода было упоминание последней искры. Вы же понимаете, что обязаны уведомить о даре.

— Само собой. Но придется подождать. — вновь заговорил Орлов. — Если сделаем это сейчас, так никогда и не узнаем, кто предатель. Единственная возможность выманить его — держать пока это в тайне. В данном случае цель оправдывает средства. Даже не представляешь, сколько раз Нику пытались выкрасть. Ставили маячки, подсылали теней, в меня шарахнули древнейшим, уже всеми забытым заклинанием, выкачивающим силу. Я установил сильнейшую охрану, бросил основные силы, и тем не менее ее смогли выкрасть. Мы отбили. Преступник активировался. Он испугался и скоро начнет совершать ошибки. Не вычислим сейчас, не поймаем уже никогда. Подступиться к официально обнаруженной искре он уже никогда не сможет.

— Хорошо. Какую именно помощь я могу вам оказать?

— То, что Дмитрий закупорил Виктора еще говорит о его вине. Но все нити, источники информации, ритуалы, закупка материалов ведут в Совет. Нужно узнать, кто имеет доступ, интересовался в последнее время, кто что приобретал. Ведь и ягоды акиты дома у парня тоже отсюда. Кто-то же их покупал. Пока предполагаем, что Ника нужна для поиска и объединения источников.

— Веронику кормили ягодами?

— Вот именно. Пробиваем пока прошлое парня, но связи ни с кем из ваших пока не выявили.

— Договорились. Предоставь мне данные, что искать. Завтра в твой офис явится человек, скажет, что от меня. Покажет это кольцо — и он снял с мизинца перстень и протянул для изучения Эдику, — и ты передашь документы. Пока можете быть свободными. Но с родовым кольцом ты погорячился. Коллеги, конечно, повелись, но это слишком серьезно.

— Когда я дарил кольцо, не думал о Совете. И я не шутил. На встрече не было произнесено ни одного слова лжи. Скажи, вдруг ты в курсе, у отца есть внебрачные дети?

— О как! Готов отдать источник? Насколько знаю — нет. Он очень любил твою мать.

— Если честно, не знаю. Других наследников все равно нет. Пока лишь ищу возможные варианты.

— Ну что же, кто ищет, тот всегда найдет.

Глава 19. Цветок желаний

Встреча оставила странные впечатления. Игорь и правда готов им помочь? Или он заодно со злодеем? Или сам он им и является?

Эдик подтвердил, что его отец дружил с этим старейшиной и полностью доверял ему. Кроме того, сопротивляться было бессмысленно, потому как Игорь был прав в своих сомнениях, и они бы привели только к раздражению и конфронтации. А им нужны единомышленники. А добраться до сведений, хранящихся в Совете практически нереально. Может только кто-то из своих.

И вот он и пошел ва-банк. В лучшем случае у них будет свой человек в Совете, в худшем, если он тот самый маг, ничего не изменится. Преступник и так уже знает все, что они рассказали. Но зато клятву взяли о непричинении вреда.

— Надо-бы пробить связь между Виктором и Дмитрием. Что-то мне подсказывает, что все не так, как кажется. А заодно начнем изучать всех сильных магов, начиная с воздушных.

— Послушай, а что, если мы найдём адреса всех домов и квартир Дмитрия и поедем их смотреть? Не знаю, может защиту чересчур сильную замечу, или отголоски родителей.

— Отличная мысль. Стоит попробовать. А пока пойдем тренироваться.

— В пещеру?

— Нет. Туда пока тебе лучше не соваться. Она хороша для самых азов. Ты уже немного управляешь силой. Теперь стоит учиться развивать ее самостоятельно, без магпомощи. Пойдём на озеро. Оно поможет восстановить силы.

И они отправились. Эдик привел ее на полянку на самом берегу водоема. Высокие сосны отгораживали их от внешнего мира, открывая вид на водную гладь. Создавалось ощущение, что об этом месте никто не знает, эдакая поляна для уединения и философских размышлений.

Единственным следом пребывания здесь людей был ухоженный спуск к воде. Кто-то постарался и выложил аккуратные ступеньки и даже соорудил поручни. Остальное же так и сохранилось без изменений. Даже трава смогла вырасти по пояс и осталась непримятой.

Легкие наполнял аромат полевых цветов, слегка покачиваемых ветерком. Тишина и умиротворение царили в этом сказочном уголке природы. Нарушал их лишь хор лягушек, предвещавший скорое потепление.

Ника подошла к берегу, завороженная видом. Кромку водоема усыпали танцующие кувшинки, которые она уже видела в Парке, а над ними также парили люминесцентные бабочки и стрекозы. Не удержалась, присела рядом и протянула руку к цветку. Одна из бабочек вспорхнула, подлетела поближе, но моментально развернулась и удалилась испугавшись.

Вероника улыбнулась и перевела взгляд на озеро. По темной глади гуляли радужные сполохи. Именно это мерцание она наблюдала на закате, но тогда оно было ярче. Вода полна силы.

Дотронулась до поверхности.

— Ой, теплая! — воскликнула удивленно.

— Да, вода в этом озере теплая, круглый год. Можно даже зимой купаться.

Ника скинула туфли, закатала брюки и, усевшись на траву, опустила ноги в воду.

— Ох, поплавать бы сейчас!

— Если хочешь.

— Так у меня с собой ни купальника, ни полотенца.

— Можешь без купальника. — хитро улыбнулся Эдик и вынул из высокой травы спортивную сумку. — На самом деле, полотенца есть. И купальник тоже. Надеюсь, подойдет.

— Ого. Рояль в кустах? Вижу, основательно подготовился.

— Конечно. Спонтанные прогулки в нашей ситуации осуществлять нельзя. Твоя безопасность превыше всего. В лесу дежурят маги, щиты выставлены, можем заниматься.

— А со стороны озера?

— А это сейчас устроим.

Он достал бумажный сверток и подошел к воде. Положил ладонь на поверхность и похлопал по ней.

Через некоторое время показались пузырьки, а затем над гладью появилась голова девушки, надо сказать, очаровательной. Огромные ярко-зеленые глаза обрамляли длинные густые смоляного цвета ресницы. А по плечам спускались цвета морской волны волосы, часть прядок которых заплетена в тонкие косички.

— Привет Мариша. — поздоровался Орлов.

— Русалка? Настоящая? — не сдержала возгласа, тут же пожалев о своей несдержанности.

— Привет, Эд. Что, новенькая? — кивнув на Нику, и уже последней, — Конечно настоящая, не заметно?

— Ой извини, конечно, заметно, я просто…

— Да ладно, не тушуйся, так все реагируют.

Мариша вылезла из воды и устроилась на камне, представив свой хвост во всей красе. Наверняка специально, решила покрасоваться.

А показать там действительно было что. Перламутровые чешуйки того же цвета, что и волосы поблёскивали на солнце, заставляя хвост буквально сиять. Да еще и мелкие капельки влаги, скатываясь, переливались под яркими лучами, отражая их. И все это еще больше добавляло сияния. Сказочный персонаж становился еще более сказочным.

— Зачем звал то?

— Хотел попросить кое-что. Можно мы тут покупаемся и позанимаемся. Желательно, чтобы сюда никто не подобрался из воды. Я тут тебе гостинчик привез. — и протянул ей сверток.

— Ого! Важная птица? — поинтересовалась, разворачивая пакет. — О-о-о! Сы-ы-ы-р! Эдик, ты чудо. За сыр все что угодно. К вам никто не сунется. Ну вот почему никто понять не может, что я не рыба, и не ем червяков. Да и рыбешка мелкая уже осточертела. Мне бы сырочку побольше. Ой, да ты мне три вида принес. Вкуснятина.

Мариша открыла рот, обнажив острые зубы, которые и вонзила в треугольный кусок.

— Мммм! Блаженство! — промурлыкала она, закрыв глаза и размазывая по небу деликатес.

— Что, нравится? — она пошевелила хвостом, увидев, как Вероника не сводит с него взгляда.

— Очень. Ой, извини, я не хотела, просто… Ты… такая красивая!

— О, приятно, когда оценивают по заслугам. — и уже к Эду, — так расскажешь, что за птица, что такая охрана? Я же видела твоих в лесу. Как хоть зовут?

— Вероника. Пока не могу. Не моя тайна. Но поверь, скоро ты о ней услышишь.

— Заинтриговал. Твоя?

— Хотелось бы верить.

— А что верить то, ты у нее спроси, и знать будешь, а не верить. Вот скажи, Вероника, ты хочешь нашего Эда?

— Эээм. — Ника зарделась, и ткнулась носом в плечо детектива — Да…, но дело не в этом.

— Она тоже хранитель. — маг обнял девушку.

— Оу. Обидно. И что же делать? — Мариша надула и без того пухлые розовые губки.

— Пока ищем выход.

— Не люблю грустные истории любви. — Русалка положила изящный пальчик с аккуратным маникюром на губу и задумалась. После этого неожиданно вскинула его вверх. — Придумала. Я сегодня добрая. Тем более после сырочка. Сделаю вам подарок.

Опустила руку в озеро, вынула оттуда странный предмет и протянула Нике. На ладони красовалась хрустальная, или скорее ледяная лилия, по которой проходили сполохи цвета морской волны, как и волосы Маришы.

— Он прекрасен! — завороженно прошептала Вероника.

— Наконец-то появился ценитель моего творчества. Держи. Это ваше желание. Одно на двоих. Вряд ли поможет решить проблему с бременем, да и на мироустройство я влиять не умею, — тяжело вздохнула Мариша, грустно опустив глаза, — но кое-что исполнить всё-таки в состоянии. Можете даже попросить ночь любви без каких-либо физических или магических последствий. Вы просто станете невидимы для мира на некоторое время, после чего вернетесь в тела в момент желания. Нужно взять цветок обоим одновременно, вслух загадать желание и бросить его на пол. Только будьте осторожны, выбирайте с умом.

— Спасибо, Мариша.

— Ладно, я пойду работать, а то куда же там без меня то? Ведь не справятся. Да и не люблю печальные истории, сейчас заплачу. Эд, ну ты как будешь здесь, сырочка еще занести. — выдала русалка, и прыгнула в воду махнув хвостом.

— Это очень щедрый подарок. Русалки редко их делают, да и то в основном по мелочам.

— Не уверена, что готова использовать именно это желание. Если нам все-таки придется расстаться, после такого… ведь будет еще больнее.

— Знаю. Может, что другое придумаем.

— Мне братика? — хихикнула Ника.

— А потом ждать 21 год до открытия силы?

— Ну да. Ладно, нам ведь не обязательно сразу решать?

— Не обязательно. Нужно подойти обстоятельно, и использовать только в действительно безвыходной ситуации.

Эдуард подтянул к себе Нику и впился в ее губы, заставляя таять. И она растаяла, как и прежде, забывая обо всем. Здесь и сейчас есть только они.

— М-м-м. Какие же вы вкусные, — Оба резко прервались, обернувшись к Озеру. Над поверхностью торчала голова Мариши, — Вы меня совсем своей историей растрогали, да еще и целуетесь так… — и она мечтательно прикрыла глаза. — В общем, если у вас все получится, сделаю вам еще один подарок — свадебные наряды. Обоим. А у Веронички будет самое красивое платье, которое когда-либо видел Магор. Ну все, теперь правда пока, а то работать надо.

И нырнула в глубь, махнув перламутровым хвостом.

— Вот это да! Скажи, а кто еще, кроме русалок здесь есть?

— Почти все, о ком ты слышала. Думаешь люди сами всех магических существ выдумали? Просто раньше они порталами между реальностями гуляли, а теперь эту возможность прикрыли. А на сегодняшний день у нас договоренности. Все живут сами по себе, и никто никого не трогает. Потому из города лучше не выходить. Там теряется защита.

— Ох. Неожиданно. А можно узнать, про какую работу говорила Мариша и откуда ты ее знаешь?

— Ревнуешь? — маг поцеловал Нику в нос. — Ее тут все знают. Помнишь, я тебе говорил о домах отдыха на озере. Так вот, она следит за тем, чтобы с водой, всеми находящимися в ней и рядом с ней объектами и постройками, а заодно и с купающимся было все в порядке. Согласись, удобно принимать на такую работу русалку. Кстати, она очень ответственна.

Опять несколько часов тренировок. Тело ломило и совершенно не хотелось заниматься. Не сегодня. Но Ника не жаловалась. Строго выполняла задания мага и временного учителя.

Темой стали защитные щиты, но они никак не получались. Возможно все дело в том, что из-за усталости стала снижаться концентрация внимания.

— Не забудь хорошо растереть ладони. Пока не научишься свободно владеть силой, это поможет разгонять магию по телу. Затем плавно разводишь руки, наблюдаешь, как потоки зацикливаются, переливаясь из одной в другую. Раскрываешь их, и направляешь потоки вверх, заставляя их разливаться фонтаном вокруг тебя. А, да! При посыле вверх, нужно четко формулировать вид и цель щита. Очень важно. Без одного из них, он не построится.

И снова растирает руки, разводит их, наблюдает, раскрывает, дает посыл, ставит цель и… ничего.

— У меня похоже мысли где-то не там летают. Может что-нибудь попроще сегодня?

— Когда на тебя нападать будут или пытаться украсть тоже будешь просить попроще? Не уйдем отсюда пока не научишься ставить хотя бы простейший от дождя. Ладно, попробуем по-другому.

Эдик сел на землю, притянул к себе Нику и усадил, прижав ее спину к своей груди. Взял в руки ее ладони и начал растирать

— Тепло пошло? Чувствуешь его?

— Да, но не в ладонях. — хихикнула в ответ — Не думаю, что это хорошая идея. Я так точно сосредоточиться не смогу.

— Сможешь, в этом вся соль. Если прочувствуешь его при раздражающих факторах, потом будет легко создать при любых условиях. Ты же видишь силу. Вот и рисуй картинки. Магия сама будет все повторять. Давай с начала. Тепло пошло?

— Да.

— Разводим. Чувствуешь, как циркулирует сейчас? Здесь не надо резких движений, скорость потом отработаешь. Раскрыва-а-аем, — и стал медленно отводить руки. При этом между ними сформировались отчетливые белые линии, — плавно, не спеши. Отлично, а теперь разворачивай кверху, вот так, формулируй запрос и посылай потоки вверх фонтаном. Во-о-от, молодец. Получилось.

— Циркуляция схожих сил! Точно! Мне нужно домой, ко мне. Хочу связаться с мамой.

— Каким образом?

— Как между ладоней, одна магия циркулирует. Надо постараться отправить ей сообщение. Ведь мы близкие родственники, еще и источником связаны. Не знаю, смогу ли, но хочу попробовать. Нам все равно надо туда возвращаться, вот завтра перед офисом поедем ко мне домой. Ненадолго.

— Не хочу тебя расстраивать, но это невозможно. Такого еще никому не удавалось.

— Но и искры дракона у других тоже не было. Позволь мне попытаться.

Занятия продолжились. Теперь ставить щиты стало проще. Даже начала пробовать более сложные, монотонно повторяя движения тысячи раз.

Все эти манипуляции сильно расходовали энергию. И в какой-то момент, Ника поняла, что ей необходим перерыв. Упала на землю без сил.

Эдик подошел и опустился рядом с ней. Убрал волосы с лица.

— Сейчас пойдем купаться. Тебе стоит переодеться.

— Я не в состоянии.

— Не в состоянии переодеться? Хочешь, я помогу? — хмыкнул он.

— Да даже если я и смогу это сделать, то плавать уже вряд ли. Еще утону, чего доброго.

— Не утонешь. Эта вода творит чудеса. Не зря же я именно это место выбрал для занятий.

— А где я могу это сделать?

— Прямо здесь, я отвернусь, — и протянул ей купальник. Развернулся, и встал к ней спиной. И так как не услышал никаких движений, продолжил. — Смотри, через 2 минуты разворачиваюсь без предупреждения.

Вероника с трудом села и начала стягивать с себя одежду, бросая быстрые взгляды на детектива. Мало ли, вдруг решит повернуться раньше времени. Хотя они уже спали вместе, да и видел он многое, раздев на ритуале, но она все равно смущалась. Постаралась сделать это как можно быстрее.

— Я готова. Купальник сел идеально, спасибо. Мне тоже отвернуться?

— Ну-у-у… Если хочешь, можешь смотреть, — хохотнул маг, — я не стеснительный.

Ника заалела и спрятала лицо, уткнувшись в колени. Через минуту, ничего не говоря, Эдик поднял ее на руки и отправился в озеро.

Вода была непривычно теплой для этого времени года и расслабляющей. Хотя нет, она как раз бодрила, и казалось, что питает энергией, а не забирает ее. Ника даже попробовала поплавать, хотя получилось не очень хорошо.

— Ну как, лучше? Это волшебное озеро.

— Да, я чувствую. Необычные ощущения.

— Иди ко мне, — Эдик схватил ее за запястья и притянул к себе, впечатав в свою грудь. Подхватил под бедра, вынудив скрестить ноги у него за спиной. И начал перекатывать пальцы вдоль позвоночника. — Мне плохо становится, когда долго тебя не обнимаю. Ты мой наркотик.

— Значит мы оба стали наркоманами. Потому что, кажется, я тоже не могу долго без твоих объятий, — Ника оплела руками его шею, погружая пальчики в густые волосы, и облокотилась лбом на его плечо.

— Я люблю тебя, — стал прокладывать на ее шее дорожку из поцелуев, запуская полчище мурашек по телу и вызывая совершенно новые неизвестные ощущения. Они страшили и притягивали одновременно, путая мысли и заставляя терять контроль, — не смогу никому тебя отдать. Моя.

— Не отдавай. Твоя. Ничьей больше не смогу быть. Умру если оставишь.

— Не оставлю, не позволю. — обхватил ладонями ее голову, заставляя поднять глаза и всматриваясь в них, — Будь со мной. Вместе мы все преодолеем. Моя Маленькая искорка, которая разожгла в груди большое пламя.

— Любимый, — успела прошептать Вероника, прежде чем маг накрыл ее губы своими.

В этом поцелуе было все: нежность, желание, надежда, страх потери, боль. Слова не были нужны, слишком острыми были ощущения. Мир перестал существовать. Остались только они, и соприкасающиеся тела. А их обнаженные души, кружились в танце любви под музыку бьющихся в унисон сердец.

Первым прервался детектив, тяжело дыша. Закрыв глаза приложил свой лоб ко лбу Ники и запустил пятерню в ее волосы.

— Нам стоит остановиться, — хрипло произнес он.

— Не хочу останавливаться.

— Я знаю, моя маленькая. У нас нет выбора. Пока нет. — и вышел на берег, так и не выпуская девушку из рук.

Ее размякшее от ласк и губ мага тело не хотело шевелиться. Поэтому даже не сразу обратила внимание на разложенный на траве плед.

Орлов аккуратно поставил Веронику на него, укутал в большое пушистое полотенце и начал вытирать.

— Тебе лучше переодеться. Потом будем кушать. — и отошел, оставив ее одну.

И вот странно, почти обессиленная совсем недавно, сейчас она была готова на новые активные действия. Похоже, вода в озере и правда обладает поистине магическими свойствами.

Или это Эдуард незаметно поделился своей силой. Хотя, наверное, все-таки второе.

Переодевшись, молодые люди устроили пикник. И было в этом что-то щемяще нежное, душевное, что стало страшно от мысли, что судьба способна их развести.

Этот день. Это обучение. Этот пикник. Да и вообще все походило, скорее на свидание. Они вдвоем. И нет ничего и никого другого. Весь мир остался там, за лесом, с его проблемами и жуткими законами. Сейчас же с ними жила надежда на счастливое окончание их истории. Не могла же магия так сильно ошибиться. Ведь она позволила им влюбиться, вопреки правилам. Значит должна как-то помочь им быть вместе.

Глава 20. Поиски

Эдуард взялся за дело со всей серьёзностью. Обучал Нику магии каждую свободную минуту. Когда он был занят, она практиковалась самостоятельно, закрепляя пройденный материал. Показывала результаты и регулярно получала похвалу. Это серьезно мотивировало на дальнейшие тренировки.

В свободное же от учебы время, он рассказывал об обязанностях хранителя и много интересных вещей о новом мире, его историю, знаменитых людей и местные правила, и законы.

А еще Вероника активно, насколько позволял ее опыт и знания, помогала следствию. Занималась поисками информации, систематизацией данных, подбором документов, а иногда и новым незамыленным взглядом на проблемы ну или просто идеями.

И да, она четко понимала, что ей нравится такая работа и хотелось бы и дальше этим заниматься.

Времени больше не оставалось ни на что другое. А ведь еще над ней висела учеба в университете и приближающиеся экзамены. Но они, на фоне остальных проблем, казались даже мелочью.

Сил тоже больше ни на что не хватало. Разве что добраться вечером до комнаты, упасть в пушистую кровать и уснуть в объятиях любимого мужчины. Эдик так и продолжал приходить к ней каждую ночь. Подтягивал Нику к себе, заключал в объятия, утыкаясь носом в ее волосы и засыпал. Но никогда не ложился с ней под одно одеяло. Для этого к ним в спальню перекочевало второе.

Вот в такой среде вылазка на озеро стала некой отдушиной, паузой в бешеном ритме, глотком чистого воздуха среди повседневной суеты.

Ту ночь они решили провести в Магоре. Уходить с поляны не торопились. Да и тренироваться им никто не мешал, а вода позволяла вовремя восстанавливать силы. Но даже несмотря на это, вернулись домой как два выжатых лимона.

Зинаида Павловна ничего не комментировала и не говорила, только с грустью смотрела на парочку. Да и что говорить, все и так понятно.

По возвращению в обычный мир, Орлов, как и обещал, отвез Веронику к ней домой. Но прежде, чем оставить ее одну, перепроверил территорию, снабдил подругу коммуникационным браслетом, правда показал одну единственную кнопку — прямой связи с ним, навешал дополнительных сигналок, расставил магов в саду, сам расположился в зале на первом этаже. Только потом отпустил к себе в комнату собрать вещи.

Теперь предстояло выполнить задуманное. Ее этому не учили, и, судя по словам Орлова, еще никому и не удавалось. Но попробовать все равно хотелось. Ощущала странное чувство уверенности, что именно у нее выйдет. Вот как это сделать? Пришлось действовать по наитию.

Чтобы было легче сосредоточиться, прилегла на кровать. Закрыла глаза, расслабилась и попыталась прочувствовать энергию своего источника. Пусть и не сразу, но он отозвался.

Объяснила ситуацию и попросила помочь связаться с предыдущей хранительницей, показать, где она, и что с ней. Проверять близлежащую территорию на наличие магов Ника уже научилась. Решила применить схожую технику, но с более тщательной проверкой.

Представила, как ее магия разливается туманом и проходит через весь мир в поисках родных людей. Она разливалась и перекатывалась, проникая в каждую щель, постепенно опустошая резерв. Но рядом с ней был источник. Он обязательно поможет. Она в этом уверена.

Сначала ничего не происходила, хотя связь чувствовала. А затем перед глазами все подернулось дымкой и начала прорисовываться картинка.

Очень маленькая тесная комнатка. Можно было бы сравнить с тюремной ячейкой, только где-то в старинном замке.

Рассмотрела большие каменные кирпичи темного серо-коричневого цвета, узкое окошко с решёткой под самым потолком, светильник там же, слабо освещающий помещение. Вдоль стен стояли две лежанки, а между ними небольшой столик. Прямо как в купе поезда. И ещё и небольшая дверь. Наверняка в уборную.

Отец лежал, положив предплечье на лоб и закрыв глаза. Мама же сидела, облокотившись спиной на стену. Поджала под себя обе ноги, и откинула голову, о чем-то задумавшись.

Вдруг встрепенулась, села и начала крутить головой.

"Мама. Ты меня слышишь" — позвала мысленно, но ответа не последовало, как и реакции. Повторила уже вслух, но с тем же результатом.

Значит поговорить невозможно. Подобный вид связи, наверняка, на грани фантастики даже в мире магии. Может быть попробовать во сне? Ведь у мамы, похоже, это удалось.

Женщина же вернулась на место, в ту же позу, что и до этого. Она повернулась, подняла руку и поправила волосы.

Веронику словно током прошибло. На запястьях красовались блокаторы силы. Присмотрелась к отцу — то же самое. И у обоих браслеты слегка поблескивали лиловым.

Сравнить тона нельзя, не открыв глаза, но уж чересчур подозрительное совпадение.

Стала осматривать помещение внимательнее, и увидела магию на окне, того же цвета. Да и сами стены тоже слабо искрились.

Чуть не захлебнулась эмоциями, потеряла концентрацию и изображение пропало.

Это что сейчас произошло? Ей действительно удалось? Или это всего лишь игра воображения? Нет, не может быть. Ей помогал источник, она чувствовала его, а значит это настоящее видение. У нее получилось.

Ника села на кровати, задыхаясь от переизбытка чувств. Вскочила, и бегом понеслась вниз по лестнице, и чуть не упала поскользнувшись.

Орлов оказался весьма прытким малым и подхватил ее буквально на лету магией. Затем притянул к себе, посадил на колени, взял ее голову двумя руками и заглянул в глаза.

— Дыши. Медленно. Вдох, на счет пять — выдох. — и дождавшись, когда Ника пару раз повторит упражнение, продолжил, — Теперь говори.

— Я видела их. Мне удалось.

— Кого и что именно удалось?

— Ну-у-у, что-то вроде сеанса связи, но без обратной связи, только картинка, вернее картинка в движение, как видео. — затараторила она.

— Стоп. Еще один вдох. Какой сеанс?

— Я пыталась с родителями связаться. Просила помощи у источника. Я их увидела. Они живы. С ними все в порядке. Но у них браслеты на запястьях лиловые, и они будто в тюрьме, и на окне магия того же оттенка, и на стенах. Это Дмитрий, Эдик. Это он. Ты мне веришь?

— Успокойся, верю. Но мы твое видение не сможем приложить как вещдок. И вообще считается, что подобные способы контроля или сообщения невозможны.

— Но я видела…

— Верю. Будем проверять его дома, все равно собирались.

— И отношения с Виктором.

— Кстати да. Не просто же так он самостоятельно силу закупоривал. Расскажи поподробнее, что ты сделала и увидела.

И Вероника все подробно изложила. Информации было немного, но ничего утаивать не стала. Описала и технику, которую применила для поиска. Эдуарда заинтересовало описание помещения. И из последнего, он сделал вывод, что место находится, скорее всего, в Магоре. В этом мире, тоже есть старинные здания и замки, но до них ехать далеко, а значит слишком невыгодно.

Появилась новая зацепка и стоило проверить. Успокаивало то, что с родными все в порядке.

Приехали в офис детективного агентства уже ближе к обеду. Дел предстояло много. Необходимо систематизировать информацию для человека Игоря, а заодно подготовиться к проверке домов Дмитрия.

Леночка, завидев их, вскочила со своего места и радостно заулыбалась начальнику. Скосила глаза на сопровождавшую его Веронику, на их переплетенные пальцы рук и скорчила кислую гримасу, сразу же отвернувшись.

Видимо, не хотела показывать Эдуарду своих эмоций. Не смогла с ними совладать. Похоже, сама имела виды на шефа, да что-то не клеилось. То-то при прошлой встрече проскальзывали оценивающие взгляды, да надменные улыбки. Ну и ладно, главное, чтобы палки в колеса вставлять не начала.

— Здравствуй, Лена. Меня ни для кого нет. Совсем ни для кого. — и заметив, как та разглядывает Нику, ее скептически взлетевшую бровь, добавил. — Кстати, познакомьтесь. Это наша новая сотрудница, зовут Вероника. В мое отсутствие ей предоставлен полный доступ к данным и помещениям, включая мой кабинет.

Вот так. Сразу четко определил границы: кто, где и как. Что же, приятно, конечно. Особенно то, что он сам на Леночку то не ведется. Хотя, похоже, далеко не слеп и все замечает.

— Да, сейчас Кирилл подойдет. Отправь сразу ко мне. И через пару часов посетитель будет. У него назначено. Вот о нем сообщишь. — прошел к себе.

— Скажи, а Елена тоже в Канцелярии работает? Она в курсе?

— Нет, она обычный секретарь в агентстве. К магическому миру отношения не имеет.

— Кажется, у нее на тебя виды были.

— Это ее проблемы.

— Это тебе мужское самолюбие тешит? Когда окружают девушки, которые при взгляде на тебя слюням пол закапывают? — возмутилась Вероника.

Эдик секунду удивлённо смотрел на нее, а потом разразился громким хохотом. Схватил девушку за запястье, дернул, подтягивая поближе, и усадил себе на колени. Подцепил пальцем подбородок и повернул к себе.

— Ревнуешь? — расплылся довольной улыбкой чеширского кота, — Знаешь, а это чертовски приятно. А Лена…, я об этом не думал. Мне все равно. Но мне безумно нравится, когда, как ты выразилась, на меня пускает слюни, одна конкретная особа. — приблизился к ней, и уже в губы прошептал, — можешь смотреть сколько угодно, иметь виды и все остальное. Я и так весь твой.

И накрыл ее губы своими. Целовал нежно, чувственно, вкладывая эмоции, убеждая в только что сказанном. И Ника поверила, как и верила до этого. И мир перестал существовать. Эд уже давно полностью заменил его.

Вероника с трудом разорвала поцелуй и отстранилась. Заметила, как маг покачнулся вслед за ней. Слишком явно. Слишком заметно его нежелание разрывать контакт. Он прикрыл потемневшие газа, постарался выровнять сбившееся дыхание и пересадил Нику в рядом стоящее кресло.

— Ты права, нам надо работать. — голос прозвучал хрипло. А Ника пыталась успокоить безумно колотившееся сердце, пуская по телу успокаивающую волну. Все-таки есть польза от магии и в быту.

В кабинет вошел Кирилл. Надо сказать, вовремя. Зайди он чуть раньше — случился бы конфуз, а сейчас помог двум бедовым молодым людям быстрее прийти в себя. И работа пошла.

Втроем они быстро подготовили необходимые документы, проанализировали данные. Даже успели обсудить варианты, спланировать и организовать тайный рейд по домам старейшины. А еще парню поручили выяснить, при каких обстоятельствах Дмитрий познакомился с Виктором. Интересовало также то, чем один мог зацепить другого и заставить участвовать в своих операциях.

Как только пожаловал посетитель, Вероника, вместе с Кириллом, оставила кабинет, чтобы вернуться через несколько минут.

Эдуард сидел в кресле, повернувшись к окну, хмурый с вертикальной складкой между бровей.

— Что-то не так. Игорь отказался нам помочь?

— Да нет. С ним все в порядке. Он привез письменное решение Совета — отказ. — смял письмо и кинул в мусорную корзину, прямехонько в центр. — Попал.

Вероника обошла стол и села к нему на колени, запустив пальчики в его шевелюру и заставила посмотреть на нее.

Эдик положил ладони ей на талию и нервно сжал.

А у Ники наконец-то появился шанс разгладить складку между бровей пальчиком, о чем частенько мечтала до этого.

– Мы же с самого начали это знали. Что нужно искать другие варианты. Давай отправимся сегодня в библиотеку, как раньше. Может быть, найдем какое-нибудь перечисление, сообщение или подсказку.

— Я уже все проверил. Нигде нет даже упоминания о браке двух хранителей. Либо не возникло такой пары, либо им не позволили. Ну и обычно магия источников их отталкивает.

— Тогда неудивительно решение старейшин. Будем настаивать. Через время еще раз попросим. Возможно, увидят наш настрой и согласятся.

Орлов поднял на нее взгляд. И не стоило ничего объяснять. В нем было буквально написано его мнение. Он не верил в такую возможность.

— Ладно, нас ждут дела. — Он подхватил Нику, поставил ее на пол и сам встал. Взял ее за руку и потянул за собой на выход, — Пойдём, кое-что покажу.

Они вышли из кабинета, прошли по коридору и зашли в… Архив? Хотя напоминал, скорее склад. Это было небольшое помещение, заставленное стеллажами, заваленными самыми разными предметами. Здесь были и книги, и папки с делами, и коробки с неизвестным содержимым.

Орлов закрыл за собой дверь на ключ, прошел мимо шкафов вглубь, остановившись у противоположной стены. Положил ладонь на что-то, напоминающее розетку, и рядом побежал уже знакомый огонек, рисуя очередную дверь.

— Оооу! — Воскликнула Вероника, оказавшись внутри. Перед ними предстала очередная комната, но на этот раз она походила на музей или выставочный центр. Множество шкафов, ветрин, постаментов, на которых красовались предметы разнообразной формы, величины и неизвестного предназначения.

Маг щёлкнул выключателем и на полках зажглась дополнительная подсветка.

— Нравится? — и дождавшись утвердительного кивка, продолжил, — Это наш чудо-склад. Как ты понимаешь, у полутайной организации не может не быть такой же лаборатории и оборудования. В лаборатории ты уже была, когда с Глебом познакомилась, а это просто склад, вернее один из них. Это для удобства. Тут находятся всякие приспособления, технические штучки для облегчения работы. В основном работают на связи современной техники и магии. Нам может кое-что понадобиться сегодня.

— Зачем?

— Ну мы же идем проверять дома Дмитрия. Или ты думаешь, что он нас с радостью впустит внутрь и экскурсии проведет?

Прошелся по залу, схватил одну из диковин, сунул в руки Нике.

— Держи. Это позволяет просматривать скрытые помещения.

— Что, и прямо людей внутри видно?

— Хм. Что-то наподобие прибора ночного видения. Не совсем. Но ты сама увидишь. Так, теперь вот это, — и передал ей маленькую коробочку, — Это может отключить защитное поле.

— Скажи, а это все законно?

— Прямого запрета на использование нет. Так, еще вот это, это и это.

К отобранному полетела также коробочка с наушниками, вторая часть которого смахивала на головку фонендоскопа, баночки с радужной мерцающей пылью и темно-фиолетовой, фотоаппарат, что-то еще, что Вероника уже перестала изучать.

— А, вот он где. — детектив потянулся на верхнюю полку и снял оттуда массивный браслет из разноцветных камней, мерцающих всеми цветами радуги. — Даже заряжен. Отлично.

Подошёл к Нике и защёлкнул это ювелирное чудо на ее запястье. Браслет пришелся идеально по размеру, что даже не повернуть.

— Что это?

— Это твоя защита. Как только выйдем отсюда, нажми на вот этот камень, — и указал на темно-зеленый с прожилками, напоминающих малахит, — любой, кто попытается дотронуться до тебя, например, схватить, остановить, или еще что, будет парализован. Не переживай, он сильный хватит человек на 50, а может и больше. Просто дальше уже никто не проверял.

— Это вы столько человек усыпили? — захлопала глазами.

— Ты что, засмеялся Эдик, элементарные математические расчёты.

Для выполнения операции их уже ждали четверо магов, экипированных, и готовых к действиям. Предстояло проверить одну квартиру старейшины, коттедж, дом его сына — будущего хранителя, фамильный особняк в Магоре и там же недавно им арендованный. Последний — для любовницы, о которой все знали, но тут всякое может быть. В общем, работы достаточно.

Перед Вероникой же стояла задача обнаружить любые следы его магии, и в идеале — узнать помещение из видения.

Квартира располагалась в многоэтажном доме и проблем с доступом к ней не обнаружилось, как и следов родителей. Вполне очевидно. Изучили даже подвал на наличие потайных пространств, скрытых магией. Но оных не выявили.

Личный коттедж мерцал лиловым цветом. На нем стоял мощный защитный полог. Отключить его не было проблематично, но не понадобилось. Территорию проверил Эдуард, и подтвердил, что здесь уже долгое время не появлялось ни одной живой души. Свежих следов не было, а те, что увидел, были уже очень старые и размытые. Все-таки заметно, что Дмитрий давно проживает в другой реальности.

Следующим по очереди на обследование стоял дом сына. Вот тут вставала проблема, так как он был обитаем. Жил будущий преемник с женой и дочерью. Конечно, не факт, что был заодно с отцом, но возможность отсеивать не стоило.

На владениях также был установлен охранный полог. Орлов достал наушники и приложил второй конец к своду.

— Внутри есть люди. Слышу детский смех. Заходить нельзя. Выходили пару часов назад, мужчина. Наверное, хозяина нет. — Он прошелся магией у калитки. — Макс, проверь.

Максим встал спиной к ограждению, положил на него обе ладони, закрыл глаза. Эдуард поставил прямо перед ним раскрытую коробочку с темной пылью. Его коконом окутала магия, а затем отсоединилась от тела, подхватила порошок, распределяя смерчем по кокону, и просочился за забор.

— Что это было? — Вероника вытаращила глаза.

— У Макса редкий дар. Он может отсоединять свое сознание от физической оболочки, и перемещаться в пространстве. Сейчас это сделал для того, чтобы выяснить, сколько человек находится внутри. А порошок делает магию невидимой для защитных устройств и сигналок. Это временно. Потайные помещения не найдет, но нам нужно узнать, охраняема ли территория.

Через несколько минут вихрь вернулся, и мужчина снова зашевелился.

— Никого. Жена и дочь на месте. Все чисто. Защитный купол на участке и на доме, оба активированы.

— Отлично. Ника, идёшь со мной, будем искать скрытые комнаты, а ты смотреть, та ли она самая. Федь, прикрой.

И от рук Федора потекли бирюзовые потоки. Они закручивались, становились плотнее, пока перед ними не появился пушистый трехцветный кот. И все было бы нормально, если бы он не искрил бирюзовым цветом, но вряд ли это видел кто-либо еще.

Эдик Вынул на этот раз коробку с радужным порошком, насыпал немного на ладонь. Сунул при этом коллеге кристалл блокировки защитного поля.

— Дуй! — скомандовал Веронике.

— Что?

— Порошок. Дуй его на меня.

Ника сделала, как он просил. Пылинки встрепенулись, взлетели и начали оседать на маге, который плавно сделался прозрачным. И теперь наверняка, его не видел никто, кроме Вероники. Для нее же он обратился рыжим блестящим пятном. Так засмотрелась, что даже не заметила, как и на нее полетели блестки, и девушка тоже стала "растворяться", пока не исчезла. Эд подхватил ее за талию, предварительно отключив ее браслет, и скомандовал.

— Поехали.

Дальше следовали четко отработанные и заранее спланированные действия. Федор приложил кристалл, отключив поле. Эдик подпрыгнул и элементарно перелетел через забор, поддерживая Нику. А следом, на него же запрыгнул кот и уселся на столбике, облизывая лапу.

Орлов застыл, шепнув на ухо спутнице, — "Ни звука и ни одного движения."

Сработала сигнализация, на улицу вылетела женщина с расставленными руками, которые искрились, готовые запустить боевые шары.

Увидела котика и немного успокоилась. Застыла, прислушиваясь к чему-то, прошлась по саду взглядом, и снова уставилась на усатого красавца.

— Брысь. — Подошла ближе.

Тот лишь повернул к ней морду, мяукнул, и спрыгнул внутрь.

— А ну кыш отсюда. — Но животное оказалось непослушным, и вместо того, чтобы удалиться, пробежалось по клумбе и забралось на ближайшее дерево. Вальяжно расселось и принялось вылизывать задние лапы.

— Да ну тебя, — женщина убрала искры, махнула на гостя рукой и ушла в дом, плотно закрыв за собой дверь.

— Видишь его магию?

— Пока нет.

— Пошли, — прошептал Эдик, и повел Веронику к зданию. Вынул из кармана тот самый прибор, который позволял искать спрятанные пространства.

Представлял собой очередную коробочку, напоминающую современный фотоаппарат: объектив с экраном на другой стороне. И детектив принялся сканировать двор и даже землю. Судя по тому, что картинка не менялась и маг продолжал занятие, он ничего не нашел.

Приблизился к дому, и начал точно также сканировать и его, уделяя особое внимание подвалу.

Вот тут стало интересно, потому как на экране вместо стен показались комнаты, мебель и даже хлам. Как при инфракрасном наблюдении, пусть изображение и было слегка размытым. Прошлись, ничего неожиданного не обнаружили и уже почти заканчивали, когда послышался щелчок, и калитка распахнулась. На пороге появился мужчина.

Детективы замерли, как и до этого. Человек остановился, будто прислушиваясь. Повернулся, приложив руку к забору, нахмурился и поспешил к дому.

— Сюда кто-то заходил? — успели услышать наши шпионы, когда тот закрывал дверь.

— Уходим, — скомандовал Эдик в браслет. Усатый спрыгнул с дерева и размеренно зашагал к выходу, давая шанс остальным вовремя до него добраться. Присел, помялся лапками, готовясь к прыжку. Это был знак. Орлов сильнее прижал Нику за талию. Прыжок кота, визг сигнализации, открывающаяся дверь дома, выбегающий хозяин, которого девушка увидела в последний момент, и полет через забор.

Снаружи их ждал Федор. Молниеносно вынул кристалл, и без слов бегом увел парочку шпионов в сторону, отправляя кота "погулять" по забору, но в противоположном от них направлении.

— Яху-у-у — проскакала Вероника, когда они удалились на приличное расстояние. — Это было… круто. Супер! А адреналин… я думала сердце разорвется, как сильно билось. Как агент 007. — тараторила она.

Маги же смотрел на нее благосклонно улыбаясь.

— С почином тебя, сестренка, — хмыкнул Максим. — Понравилось?

— Не то слово. Мне кажется, что, если меня прямо сейчас не остановите, я и другие объекты проверять начну. Меня буквально распирает.

— Шальная она у тебя Эд, — расхохотался маг, — нам такие нужны. Ну как результат?

— Здесь ничего, — пояснил Орлов. — но, если честно, я и не ожидал. Думаю, их в Магоре спрятали. Но проверить стоило.

— Двигаемся туда?

— Да.

— Слушай, — обратилась новоиспеченная секретная агентша, а разве то, что мы сделали законно?

— Пока да. Хотя и ходили по грани. Самое главное — ничего и никого не трогать, не передвигать и не менять. Мы просто собираем информацию. Кроме того, наша организация занимается контролем за соблюдением магических законов. У нас немного расширенные полномочия и возможности, особенно в сборе информации.

— Вроде и понятно, хотя границы все еще размыты. И в отношении старейшин?

— Особенно в отношении их. Они — закон. И они в первую очередь должны его соблюдать. Нечестный человек не должен находиться в Совете.

— Как-то слишком сложно. Скажи, а как ты выискиваешь людей с такими редкими дарами?

— Все маги должны уведомлять Совет о подобных случаях. А у меня доступ к списку, по договоренности. Вот и работаем.

— Все соглашаются?

— О нет. Да и я же не сразу подхожу с предложениями. Сначала присматриваемся, информацию собираем, а уже потом, если все устраивает, знакомимся лично. И потом, не все же хотят проживать жизнь, полную приключений. Одно могу сказать, на меня работают самые редкие кадры.

Так за разговорами они добрались до портальной станции. Вышли, и накрылись пологом невидимости. Это чтобы местные жители не заметили ничего необычного. А заодно пошли окольными дорогами до особняка, где жил сам Дмитрий.

А вот здесь их ждал сюрприз. На территории стоял не только защитный купол, но и находились три охранника. В самом доме — жена и мать. Так что встала задача не только обезвредить стражу, но и сделать это так, чтобы никто ничего не заметил.

— Готова попробовать себя в роли актрисы?

— Что я должна сделать?

— Придется постучать в калитку, дождаться, когда дверь откроют и немного заговорить. Защитный контур на этот момент отключится, и мы запустим сонный газ. Достаточно одного вздоха, чтобы охрана уснула прямо в том положении, в котором находится, минут на 10. А когда проснутся, даже не будут знать, что они спали. У нас максимум 5 минут на порошок невидимости, он работает именно столько, чтобы проверить дом.

— А почему полог нельзя, он же дольше действует?

— Через полог визором не пробраться. Да и от него всплеск магии можно почувствовать, если прислушаться. Порошок же действует иначе и без спецсредств не засечешь.

— Готова?

— Попробую. — Ника направилась к воротам, и постучала.

Поначалу никто не открывал. Затем послышалось раздраженное бурчание, и калитка чуть приоткрылась.

— Что надо? — высунулся бугай, с недовольной, и даже злой гримасой. Его явно отвлекли от весьма увлекательного занятия.

— Ой, день добрый, — Расплылась в широкой улыбке Ника. — извините за беспокойство, мистер, мне очень нужна помощь, и я уверена, что именно вы в состоянии это сделать. Вы такой…сильный и умный. — и на всякий случай похлопала ресницами (видела, как это делали в кино).

Боковым зрением увидела, как Орлов накрыл лицо ладонью. Ничего, сам просил заболтать. Надо было лучше объяснять, ну или хотя бы идею подать. А ее этому никто не учил. Вот и пришлось придумывать на ходу.

Она даже не была уверена в том, что это подействует, ведь и не тренировалась никогда. Но, судя по внешнему виду, мужчина большим умом не обладал. А так как он все же повелся, расплывшись в ответной улыбке, на нем прием сработал.

Маг шире открыл дверь, представ во весь рост.

— Что стряслось у столь милой барышни?

— Кажется, я слегка заблудилась. Я здесь всего второй раз и сегодня совсем одна. Не могли бы вы помочь? Мне нужно в Совет — И стала удаляться в сторону колесницы. Вернулась с развернутой картой города.

— Так это вам надо в другую сторону. Карта здесь не понадобится. — Мужчина распахнул калитку и шагнул наружу. — езжайте вот по этой улице, не сворачивая, и увидите здание.

Этого хватило остальной команде, чтобы запустить на территорию маленький шарик. Он проскользнул внутрь, завертелся вокруг оси. После этого с него слетела крышка, распространяя газ без цвета и запаха. Маги внутри безмолвно застыли, а вот того, что вышел — не затронуло.

Он развернулся, быстро оценил произошедшее.

— Ах ты…, — и кинулся на Веронику, пытаясь ее задержать…

Ника попыталась увернуться, но не успела. Маг схватил ее, но тут же отдернул руку, как ошпаренный, даже вскрикнув.

Сработал защитный браслет на запястье Вероники. Он мгновенно нагрелся и послал волну ледяного холода по телу. Собрался на предплечье, за которое ухватил охранник и перетек в него. Он попросту застыл в том положении, в каком был.

— Этот в отключке на сутки, не меньше. Придется с собой брать. — прокомментировал случившееся Эдуард, — Тем более, когда проснется, может нас сдать. Пока это нежелательно. Надо дотянуть до конца операции.

Дальше следовали уже знакомый порошок, проникновение на территорию и обследование подвала дома. Искомого помещения не нашли несмотря на то, что дом буквально светился лиловым цветом. Кто знает, какие именно чары Дмитрий пытался наложить на своё жилье.

После этого побывали и в местном офисе Канцелярии. Любопытно, но в этой реальности она занимала большое отдельное здание, расположившееся в живописном месте на берегу озера. И даже имело целое лечебное крыло. Туда-то и отвезли парализованного мага.

По просьбе Орлова "больному" была отведена одноместная палата с решетками на окнах и двери. А ещё, глава просил врача сделать так, чтобы специально больного не откачивали, дабы очнулся сам. И чем позже, тем лучше. И сразу сообщить об этом.

Оставался последний особняк, где старейшина не жил. Именно тот, что он даже не напрямую, а через подчиненного снял для своей не очень тайной пассии. И надежда, что он спрятал родителей именно там, постепенно таяла. Ну не в самом же здании Совета. Тем более там не было ни одной тюремной камеры. Хотя, кто в этом мог поручиться?

Все было, как и прежде: защитный полог, прослушка, Макс со своим даром.

— На территории четверо магов: двое снаружи, двое внутри.

Вход проверил и Эдик.

— Да, совсем недавно сюда приходили двое, и быстро ушли. Возможно, что-то принесли. Не знаю, может даже еду.

— Нам нельзя допускать ошибок в этот раз. Если и здесь кто уснет, будет слишком подозрительно. Нас заподозрят, или, еще хуже, перевезут бывших хранителей, если они тут. — начал Максим.

— Да, и даже если найдем кого-то, нам необходимы доказательства для запроса на официальный обыск у Старейшины. Иначе нас внутрь никто не пустит. Нужно тихо временно отключить тех, кто во дворе, чтобы затем отключить тех, кто внутри. Купол вырубать нельзя, иначе сработают сигналки.

— Эд…, можно тебя на минутку? — девушка отвела его в сторону. Послушай, я ведь вижу купол. Что если я попробую его приподнять?

— Что? В смысле приподнять?

— Ну помнишь, в пещере, я ведь смогла стянуть ее защитную сеть, чтобы накрыть нас. И те щупальца, что энергию из тебя качали, тоже смогла отодрать.

— Этого никто никогда не делал.

— Ну и Искры у вас не было. Возможно, выглядит чересчур самоуверенно, но мне кажется, я могу это сделать. Проблема в том, что придется как-то объяснять твоим магам. Одни мы не справимся. И я… ни разу этого не делала, а у нас только одна попытка.

— Хорошо. Скажем правду.

— Что? Но…

— Под клятву. Хотя этим я полностью доверяю, сам подбирал для этого дела, но никто не застрахован от случайностей. Все равно, если найдем внутри хранителей, придется рассказать о тебе Совету в ближайшее время. И все узнают. Вопрос пары дней. Но сейчас нам нужна помощь. Незамеченными сюда нам самим не пробраться. Да и охранять тебя после этого, поверь, будут намного тщательнее. Макс вон, похоже, вообще к тебе симпатией проникся.

— У нас есть одна очень абсурдная идея, но может сработать. — Начал Эдуард, когда они вернулись к коллегам, — Но вам придется дать клятву о неразглашении того, что вы здесь услышите.

— Похоже, мы узнаем тайну нашей малышки. — Широко улыбнулся Максим. Вот как ему удается? Создается впечатление, что он всегда и всему доволен. Что бы ни услышал, ни говорил, всегда улыбается, да так при этом открыто. — Я готов.

За ним без каких-либо проблем согласились и остальные и стандартные процедуры были соблюдены.

— Она Искра Дракона.

Маги ожидали многого, но не такого. Повисла пауза, глаза их увеличились в размерах, а рты пораскрывались. Их же никто не торопил, ожидая, когда переварят новую информацию.

— Хм, я, конечно, понимал, что она ценна, — первым отмер медведь, — но не думал, что до такой степени. А как же Совет?

— Он не знает. Пока. Сначала надо найти зачинщика.

— Ну да, дороги ведь туда и ведут. И если признается, то преступник сразу заляжет на дно. Но Эд, ты же понимаешь, какой опасности ее подвергаешь?!

— Поверь, понимаю. Потому и работают сейчас все только на ее охрану.

— Так, ладно, давайте про вашу идею. Раньше начнем, быстрее закончим.

— Ника постарается поднять щит над калиткой, она низкая. Ты, Макс, самый высокий, будешь его держать приподнятым. Все под иллюзией пыльцы, чтобы никто не заметил. Мы вдвоем, и Алекс проходим внутрь, он притягивает на себя наружных охранников. Илья с Федором снаружи контролирует возможную опасность. Мы проверяем дом, хватаем Алекса и выходим. Проблема в том, что на операцию есть только 5 минут, а Ника ни разу этого не делала и права на ошибку у нас нет.

— А как я узнаю, что вы закончили? Я так понимаю, связь лучше не использовать. — резонно поинтересовался Алекс.

— Я подойду к тебе и возьму за руку.

— Мы же под пыльцой будем, не видно.

— Это вам не видно. Я вас всех по сгусткам магии найду, не беспокойтесь.

— Эд, надеюсь, ты ее оставишь среди нас. Нам такие кадры точно не помешают, — хмыкнул Илья.

— А как Алексей будет внимание отвлекать — полюбопытствовала Вероника. Это маги в курсе, кто каким даром обладает. Она то еще нет.

— В прямом, запуская отвлекающий дар. Люди видят то, чего больше всего хотят в этот момент. И видя, замирают в собственном сознании и иллюзии. Когда отпускаю, принимают произошедшее за простое погружение в свои мысли и мечты. — пояснил тот свои способности.

— Ого, сложный дар. Как ты его выявил то?

— На родителях тренировался, — хохотнул тот, — когда из дома надо было незаметно улизнуть.

— Может, тогда я тоже сразу вступлю? — вмешался в диалог Илья. — На этот раз у нас нет второго шанса.

— Он время замедлять может, — пояснил Эдик, видя вопросительное лицо спутницы.

Ника только уставилась на него, широко распахнув глаза. Тот же довольно хмыкнул. Все-таки они все позеры. Хотя, стоит отметить, есть причина.

План был обговорен, составлен и подтверждён. Все заняли позиции, сцепили руки, замыкая круг. От Ильи начало распространяться голубоватое облако, продвигаясь по кругу и обволакивая всю компанию. Затем закружилось, взорвалось и стало очень медленно распадаться мелкими каплями, осаживаясь на участниках.

— Эффектно, — прошептала Ника, завороженно наблюдая за парящими кусочками магии.

Но времени не было. Компания быстро раздула пыльцу и встала на позиции.

Вероника подошла к куполу, подхватила снизу. Хоть и не сразу, но удалось. Стала тянуть наверх, но он не поддавался. Даже будто отпружинивал обратно, стоило только ослабить силу.

— Не дается. Макс, попробуй вместе со мной.

Снова приподняла свод, поставила ладонь мага куда следовало, но та прошла насквозь, даже не зацепившись. Будто и не было ничего.

Кажется, их план летел в тартарары. Парень не сможет держать полог, а Ника одна не в состоянии его осилить.

"Так, стоп. Раз тяжело поднять, можно отогнуть."

Мужчины молча ждали от девушки сигнала к дальнейшим действиям. Она же подцепила купол и потащила в сторону растягивая и отклоняя. И полог и впрямь поддался.

— Ооо, нужно держать не над забором. Всем придется пригнуться, чтобы пролезть. Но я не смогу войти, а вы потом выйти.

— Расскажи поподробнее о загвоздке. — спросил Эдуард.

— Рука Макса прошла сквозь силовую ткань. И пройдись чуть больше, точно бы сработали сигналки. Похоже, кроме меня работать с потоками магии не может никто…

— Хм. А если он попробует придержать своей магией? Ею же он управлять может. Ты подсунешь ее под купол, и Макс попытается поднять.

— Поднять, думаю нет. Но… Если на полог действует только моя сила, и я прикажу ей "слушаться" Максима…

Тут же с рук слетели белые ленты, формируя некое подобие доски. Это было первое, что пришло в голову Веронике. Снова потянула купол, подложила под него созданный предмет. Собственноручно подставила под него ладони мага и попросила поднять. И вот чудо, получилось. Магия поддалась.

Ника оттянула край на пару метров в сторону. Отгибала и поднимала до тех пор, пока не получился достаточный по размеру проход. Теперь им можно было воспользоваться, не задевая края. Подозвала Макса и показала, как следует держать.

— Выдержишь так, не двигаясь?

— Все будет в порядке, сестренка. Если понадобится, применю частичный стазис. Идите.

— Группа по очереди, под чутким руководством искры пролезла в созданный лаз и подошла к калитке.

Первым в действие вступил Алексей. Перепрыгнул через нее и уже через несколько секунд подал знак товарищам, разрешая войти.

Эдик открыл замок и завел во двор Веронику, где находились два охранника. Один сидел на стуле, второй стоял, облокотившись на забор, и оба со стеклянными глазами. Потрясающее зрелище. Ника непроизвольно восхитилась силе Алексея.

Любопытным оказалось то, что лишь нижняя часть особняка светились сиреневым. Старейшина собственноручно поставил защиту. Но почему только на половину дома, а не на весь целиком? И зачем тут такая охрана, если никого из близких людей здесь нет?

Снова достали прибор и стали просвечивать стены. Обычный дом, обычные комнаты. Скрытые пространства отсутствовали и во дворе под землей.

Неужели они ошиблись? Или им нужно пройти внутрь и поискать наверху.

И уже осматривая последний угол полуподвальных помещений, она увидела его. Это было то самое окно: высокое, узкое, с решеткой, которая искрила сиреневым.

Сердце бешено застучало, а тело пронзила нервная дрожь.

Подойти близко, не задев выставленную магию невозможно. Выхватила прибор у Эдика и дрожащими руками направила на стену.

И она их увидела. Да. Хоть лиц было невозможно рассмотреть, только силуэты, но это были именно они. Все как в ее видении. Та же комнатушка, те же кровати и два человека: мужчина и женщина.

Сложно передать эмоции, которые овладели ею в этот момент. Радость от того, что нашла тех, кого так долго искала, от того, что с ними все в порядке, перевозбуждение от удачного разрешения операции и боль. Сильная боль в груди из-за того, что в данный момент она не в состоянии что-либо сделать. Не может обнять их, поговорить, успокоить. Не может вывести оттуда.

Орлов без слов понял все. Притянул девушку, прижав к себе и погладил по плечам.

Вероника попыталась воспрепятствовать этому, и непроизвольно рванула к окну.

— Щ-щ-щ. Не наделай глупостей. — еле слышно прошептал на ухо, сильнее прижимая ее к груди.

Это отрезвило, и Ника остановилась.

— Мы вернемся за ними, обещаю. — и повел дрожащую девушку прочь.

Глава 21. Новые данные

Вероника пыталась взять себя в руки. Даже смогла подойти к Алексею и увести его к выходу. Но ее усиленно тянуло назад, как магнитом, к тому окну. Сердце рвалось, не желая оставлять родителей и уходить. Мысли и действия стали рассеянными.

Тем не менее, из последних сил, совладав с собой, вывела коллег за территорию, вернула купол на место. И вовремя. В этот момент к воротам подошли еще два человека. Приложили ладони к замку, пуская свою магию, и вошли внутрь.

За забором завозились, тихо переговариваясь, затем проследовали в дом.

Маги же отошли на приличное расстояние, укрывшись под ветвями раскидистой ивы, прежде чем начать говорить.

— Судя по твоему виду, операция прошла успешно? — поинтересовался Максим.

Ника только кивнула, не в состоянии выронить ни слова.

— Мы их вытащим, слышишь? — Эдик тряхнул ее за плечи.

Снова кивок. Почувствовала, как слезы стали застилать взор. Вот она, цель, которую так долго искали. Разве же можно оставить все как есть? Почему нельзя прямо сейчас ворваться и забрать их? Это вопрос она и озвучила вслух.

— Потому что для открытого вторжения нам нужно разрешение. И раз этот дом старейшины, пусть и взятый в аренду, это его территория. И одобрение нужно самого Совета. Иначе все будет впустую. Виноватыми окажемся мы, а он только в победителях.

— Но ведь родители смогут подтвердить, кто их выкрал?

— Не уверен. Скорее всего он это сделал не своими руками. Вполне возможно, что они и не знают, кто это был.

Но что же делать?

Впервые за все время со дня их пропажи Вероника чувствовала себя бессильной. Даже скорее деморализованной. Она совершенно не знала, что предпринять и делать дальше. Прекрасно понимала, что следует взять себя в руки, но в тот момент никак не выходило.

Ника полностью ушла в свои мысли, и только краем уха слышала, как Орлов распоряжался по поводу круглосуточного наблюдения за особняком и за людьми, которые входят или выходят с территории.

Затем обнял девушку, и потянул прочь от этого места.

Уже в своём особняке усадил ее в кресло, сунул в руки чашку чая, а сам сел рядом.

— Мы их вытащим. Завтра или послезавтра пойдем к старейшинам за ордером.

— Почему не сегодня?

— Нам необходимо тщательно подготовиться. Мы же не можем прийти и сказать, что мы думаем или предполагаем. Нужны доказательства, веские и четкие. Такие, чтобы ни у одного из старейшин не возникло вопросов.

— Придется рассказать про Дар.

— Да, теперь придется. Боюсь, это основа нашей доказательной базы. Но этого мало. Катастрофически. Не хватало, чтобы нам не поверили и обвинили в предвзятости или личной неприязни.

— Но я же продемонстрируют мои способности.

— Да, само собой. Но сделать это придется в считанные секунды, пока старейшины будут в шоке и не начнется отторжение ими информации. Но этого мало. Нам нужны причины. И еще то, как он узнал о даре.

— Но у нас нет времени собирать такие данные.

— Есть, но мало. Без доказательств я бессилен. И старейшин тоже можно понять. Кому понравится, если начнут ходить все подряд и требовать обыска в квартирах. Сделаем вид, что мы не осматривали дома и будем просить обследовать всю его собственность. Для начала ту, что находится в Магоре.

Итак, сведений, которые можно было бы предоставить существовало немного: нападения на Веронику, неоднократные попытки ее выкрасть, Виктор с закупоренной магией, причем без соответствующего ритуала. Но последнее — не преступление, и не является доказательством его виновности. Нужна связь между ним и Виктором. А новости от Кирилла еще не поступали. Был еще усыплённый маг, но вряд ли он в курсе происходящего. Его то увезли из совсем другого дома. Кроме того, он очнется только через пару дней, а им стоит действовать незамедлительно.

Еще Игорь. Но он сразу же дал понять, если что-то раскопает, сам свяжется с ними. И раз он до сих пор не вышел на контакт, значит пока ничего криминального или полезного не нашел.

Не густо. Неплохо было бы покопаться в прошлом Дмитрия. Хотя, Старейшина — это выборная временная на десять лет должность. Чтобы попасть туда, необходимо быть сильным магом с идеальной историей и послужным списком, и быть примерным горожанином. И коли он переизбирался уже дважды, и теперь подходит к концу и третий срок, и скорее всего будет снова переизбран, с прошлым у него все в полном порядке. По крайней мере официальном. К неофициальному у них пока доступа нет. Слишком мало времени.

Так молодые люди и продолжали строить гипотезы, логические цепочки, искать связь между событиями. Делали это даже во время обеда. На это тетя Зина только хмурилась, но молчала.

Она не любила, когда за столом говорили о работе, но прекрасно понимала ситуацию, и не хотела мешать в столь ответственный момент.

Близился вечер, когда в дверь постучали и на пороге показался Кирилл, встревоженный и взбудораженный.

— Что-то случилось? Мы же вроде договорились только документы передать.

— Такие данные нужно вручать только лично, — и довольно улыбнулся.

— Рассказывай, — приказал Орлов, когда коллеги зашли в кабинет и расселись вокруг стола.

— Виктор — сын Дмитрия.

— Что? — спросили одновременно Ника и Эдик.

— Родной, но внебрачный.

— Но как это возможно? У него же другая фамилия, он говорил, что отец оставил их с матерью и он даже ни разу того не видел.

— Видел и еще как! — начал Кирилл. — Он вообще изначально признал сына и дал свою фамилию. И помогал материально, исправно и ежемесячно перечислял кругленькую сумму на счет парня. Причем до сих пор продолжает это делать. Вот счет в банке и все перечисления. — и он протянул лист со списком. — Кстати, есть свидетели, готовые подтвердить, что Дмитрий не только платил, но и регулярно навещал сына.

Эдуард внимательно изучил содержимое, и отдал Веронике.

— Но как же фамилия, если он признал ребенка?

— А вот тут любопытно. Когда мальчику исполнилось пять лет, он вдруг резко исчез, причем из всех баз и регистров. Зато на его месте появился другой, с той же датой рождения, тем же именем, но с пробелом в графе «отец», и фамилией матери.

— Но зачем? — Ника не смогла сдержать удивление.

— Постой, — детектив стал вдруг напряженным, будто поймал идею за хвост, — на сколько тебя старше Виктор?

— На 4 года.

— То есть, когда ему сменили фамилию, тебе исполнился год.

— Получается.

Эдуард встал из кресла и принялся расхаживать по кабинету, сложив руки на груди.

— Что не так? — вкрадчиво поинтересовалась девушка.

— Я думаю. Кирилл, еще что-то интересное?

— На этом все.

— Спасибо. Есть над чем поразмыслить. Можешь еще покопать, но уже на Дмитрия. Совсем старые данные. Что-нибудь необычное. Понимаю, что вряд ли. Все старейшины с идеальной биографией, но мало ли… Хочется узнать откуда ноги растут. И еще, подними информацию, кто именно запечатывал магию Веронике.

— Постараюсь. — Кирилл положил на стол папку с документами, и удалился.

— Расскажешь?

— Совершенно бредовая идея, но пока единственная, в которую вписываются все факты. Помнишь, я говорил, что в год ребенку запечатывают силу? Она и так закрыта, но при созревании может сорваться в любой момент, и чем она больше, тем выше шанс срыва. Поэтому ее дополнительно закрывают до 20 лет. Для этого проводится специальный ритуал. Достаточно трех старейшин. Возможно, один из них заметил, как ты проследила взглядом за потоками магии и обратил на это внимание. Скажи, у вас с мамой было какое-то парное украшение? Кольцо, серьги, но скорее подвеска?

— Ну-у, наверное. У нас было два одинаковых кулона: серебряный цветок с камнем в центре. Мой — желтый, ее — красный. Мама не давала его надевать, хотя говорила, что он мой.

— И держала в шкатулке, которую украли?

— Да. — Вероника удивленно распахнула глаза. — Что это?

— Хм об этом я и подумал. Существует традиция. Во время закрытия силы, мама просит старейшину зарядить парный артефакт. Это такая защита. Между двумя украшениями устанавливают связь. Мама носит его, заряжая своей энергией. И, если ребенок заболевает, второй одевается ему, передавая часть энергии, помогая ему выздоравливать. Магия лечит быстро, но до 20 лет она закрыта.

— А причём тут это?

— Я точно не знаю, что делают с артефактами, но процедура длинная и интересная. Не удивлюсь, что именно Анатолий ее проводил и там-то и заметил твое внимание к потокам.

— А украл зачем?

— Артефакт имеет свойство и обратной передачи силы. То есть если один оденут на тебя, через второй можно выкачать твою. Поэтому мама не позволяла тебе его носить, чтобы избежать непроизвольной передачи. Просто в том случае, если человек здоров, и магия не находит, что делать, направляется в энергетический центр — единственное место, с которым поработали извне. А после обряда открытия оба украшения часто используются для взаимной передачи энергии. Это гораздо быстрее и эффективнее, чем пытаться влить ее вручную.

— То есть ты хочешь сказать, что ту шкатулку забрали, чтобы найти те кулоны?

— Не хочу. Но согласись, теория вполне вероятная. Они ведь хранились именно там.

— Да. — побелела Ника, — А выкачать может кто угодно? Как это сделать, если кулоны прикреплены к нам.

— По идее это сделать может только родственная магия. То есть вы с матерью, и тот, кто вложил в них свою, то есть напитал — старейшина.

Вероника схватилась за голову. Сказать, что она была в шоке, значит не сказать ничего. Вот так ее планировали использовать — как дойную корову. Да ладно еще для благих целей, так ведь нет, явно для другого.

— Даже не хочу думать, что выкачивают магию из матери. Стоп. А если откачать и напитать этой силой артефакт, ведь можно использовать для снятия защитного поля. И никто никогда не узнает.

— В теории да. Но на практике… Ты ведь сразу ушла из дома, а на родителях браслеты-блокаторы. Ты сама рассказывала.

Картина вырисовывалась страшная и беспросветная. Ведь даже если так все и обстояло, то это было только на словах. Всего лишь идея. Никаких прямых доказательств.

То есть, с чем бы они не пошли сейчас к старейшинам, он может все вывернуть против них, обвинив в клевете. Ну и что толку от ее дара, если не может выступить как свидетель. Или нет. Это единственный способ: доказать сразу всем, что она и есть Искра Дракона. Та самая, которую мир ждал столько времени.

Но этого мало. Слишком мало. Она видела, как часть настроена изначально против нее. Можно подумать, сразу поведутся на их идеи.

Вот приблизительно за такими планами и мыслями их и застал вновь явившийся Кирилл.

— Вы правы. Анатолий участвовал в закрытии магии Вероники. И еще двое старейшин, которые уже не работают. Кстати, оба на пенсии. Но и это не все. Там произошла какая-то мутная история. Во время ритуала, девочка закатила истерику. Причем столь сильную, что успокоить ее не мог никто. Официально поставили диагноз — «Болезненное закрытие магии из-за чрезмерной силы». Ребенка устроили в Лазарете Совета на три дня без родителей. А Дмитрий был назначен ответственным за лечение и за случившееся.

Роль свою он выполнил. За ребенком ходил хорошо, дежурил круглосуточно, от себя не отпускал. Вроде как вину заглаживал. Девочку вернули матери. Он извинился перед родителями и о казусе благополучно забыли.

Но и это тоже не все. Оказалось, что маг нередко вступал в конфронтацию со старейшинами из-за своих идей. Он неоднократно предлагал инновации, ни одна из которых не была принята коллегами. Самой любопытной было избрание президента, как единолично принимающего решения. Совет собирался оставить, но в качестве советников. Дескать, слишком много людей и сложностей для принятия решений. Его никто не поддержал, и он затаил злость. Никто так и не понял, почему. В роли президента его все равно никто не видел. Слабоват. Пожизненную должность тоже отвергли, так как взгляд замыливается. Но это из самого яркого. Он постоянно пытался выдвигать какие-то бредовые идеи, типа: жилье в Магоре только избранным, проход по порталу только по предварительному разрешению. В общем, хотел разделить на элиту и всех остальных. Но все элементарно отмахивались от него, не обращая внимания.

В молодости же изобретал кое-какие магические вещицы, которые никто не оценил. А еще, он активно интересовался историей и артефакторикой. Хотя и здесь тоже не преуспел. Зато проявил себя как стихийник. Чего только не вытворял со своим ветром. Этим и привлек всеобщее внимание, и получил звание одного из сильнейших магов. Пару благотворительных кампаний, и вот он уже и благодетель, выдвинутый на весьма серьёзную должность.

— То есть всегда жаждал власти. Но неужели начал реально готовить план 20 лет назад? Если так, то он просто больной и ему нужно лечение.

Стало понятнее, хотя и это тоже не являлось доказательствами его причастности. Одна надежда — на Дар Вероники.

Глава 22. Спасение

В это утро здание Совета сотрясли громкие шаги. По коридорам ровным строем шли Эдуард, Вероника и дюжина магов.

Никто не пытался воспрепятствовать им. Всех окутало безмолвное понимание важности происходящего. Ну а заодно и безмерное любопытство, выросшее до самых звезд.

Строй молча, не останавливаясь и не реагируя ни на что и ни на кого, пересек коридоры, и явился в приемную.

Времени медлить не оставалось. Кровь нервно пульсировала в висках, но на лицах не дрогнул ни один мускул. У них сегодня нет места слабости. Сегодня они идут ва-банк. Сегодня будет решаться судьба сразу нескольких людей.

Секретарь моментально убежал докладывать о посетителях и уже через секунду вернулся, распахивая перед ними дверь.

Внутрь вошли только Ника и Эдик. Последний моментально выставил защитный щит вокруг комнаты.

— На всякий случай, — прокомментировал он. Само собой разумеется, действие не осталось незамеченным.

Старейшины лишь удивленно на них поглядывали, а некоторые даже раздраженно и зло.

— И к чему этот балаган? Что такого могло произойти, что вы сюда отряд приволокли? — начал выступать зеленый, — Это что, попытка переворота и захват власти?

— Да нет, меня единоличная власть не привлекает. — ухмыльнулся Орлов, — А вот за справедливость я с удовольствием поборюсь. Мы здесь, чтобы просить разрешение на обыск жилых помещений старейшины Дмитрия Круглова и предъявить ему обвинение в похищении хранителей и покушении на их дочь.

— Вы совсем рехнулись? — вспыхнул как раз тот, что лиловый. — Как вы смеете?

— Смеем, и у нас есть существенные основания полагать, что родители Вероники содержатся в заточении в одном из его домов.

— Да что вы себе позволяете? — начал он, но тут же был резко остановлен бордовым.

— Это тяжкое обвинение. У вас есть доказательства?

— Да, у нас есть основания его подозревать, хотя он и очень постарался, чтобы скрыть все улики. Но даже самое тщательно спланированное преступление не бывает без ошибок. А это готовилось, как я понимаю, как минимум 19 лет, так ведь, Дмитрий?

— Да ты белены объелся? Совсем власть тебе крышу снесла? Что ты себе позволяешь? — похоже, старейшина не был готов к такому повороту событий и попросту перестал себя контролировать.

— Если ты не виновен, то и бояться нечего, верно? — вступилась розовая. — Давай-ка послушаем молодых людей. Наверняка им есть что сказать. — и уже к последним, — Обвинение очень серьезное. Зачем ему это нужно?

— С целью кражи источников с их последующим объединением с помощью Искры Дракона.

По залу пронесся хохот нескольких старейшин.

— Только где бы он взял ту Искру, если она так до сих пор не объявилась. — на этот раз бирюзовый.

— Уже объявилась. — прервал его Орлов. — Это Вероника, — и сделал шаг в сторону, как бы позволяя всем взглянуть на девушку.

В зале наступила гробовая тишина. Шок, а возможно неверие. И дальше, согласно заранее отработанному плану, не давая опомниться, вступала в разговор сама Ника.

— Я вижу магию. Всю. Все потоки. И похоже с самого рождения, только понятия не имела, что это, и принимала за фокусы. Потом считала, что их все видят. Понимание, что это не так, пришло совсем недавно, и то чисто случайно. Полагаю, вам трудно в это поверить, поэтому предлагаю провести испытания прямо здесь и сейчас. Можете по желанию по очереди направить ко мне свою магию, а я скажу кто из вас это сделал. Имен я ваших не знаю, вижу только цветные коконы вокруг каждого из вас, возможно, защита. — на этом некоторые из старейшин переглянулись. Кажется, она попала в цель. — Могу назвать по цветам или цифрами, если считать по порядку.

— Справедливо. Очень неожиданно е заявление. Я готов к испытанию, и буду рад, если новость об Искре окажется правдой. — заявил бордовый. — Сейчас мы решим, как будем проверять. Для чистоты эксперимента вам лучше не подслушивать, — и накрыл компанию «мыльным пузырем», поглотившим все звуки.

Старейшины долго переговаривались, беседовали, иногда спорили, и даже ругались, прежде принять решение. Вероника и Эдуард же молча сидели и внимательно наблюдали за происходящим.

Дмитрий периодически косился на нее, кидая злые взгляды, но открыто выступать опасался. Не место и не время для этого. Иначе сильно себя подставит.

— Хорошо, объявил бордовый. Теперь тебя ждет маленькая проверка. Ни один из старейшин не шелохнулся, дёрнулся только лиловый, отвлекая внимание. В этот момент от четырех из магов оторвались ручейки, потянулись к пятому и окутали путами. После этого, так же, совершенно не двигаясь с любопытством уставились на Веронику ни слова не говоря. Эдик даже ничего не заметил.

Она поняла, что испытание началось, но не поняла какое. Похоже, она должна сама догадаться. Встала со своего стула и двинулась в сторону окутанного. Им оказался бежевый.

— Я не уверена, что смогу распутать. Я такими вещами еще ни разу не занималась, но попробую, — и ближе подошла к связанному.

Попробовала подцепить один из жгутов, и он поддался. Показалось, что бордовые путы легли последними. Нашла конец, осторожно размотала вокруг старейшины.

Все это время никто не осмелился проронить ни слова. Ника смотала ручеек в клубок, подошла к бордовому, взяла его ладонь, и положила на нее моток.

— Кажется, это Ваше. Там еще трое. Простите, что медленно, но я еще никогда не снимала путы.

В зале послышались легкие смешки. Похоже, это было не совсем то задание, которое от нее требовали, но отступать было нельзя. Нужно довести до конца. Затем последовали фиолетовый, бирюзовый и синий. После этого Ника отошла к креслу, на котором до этого сидела.

Бежевый встал и подвигался. Хмыкнул, и заговорил.

— Любопытно. Мы не знали и о таких возможностях искры. По задумке ты должна была лишь описать, что мы сделали и кто именно. Но думаю, после такой демонстрации, сомнений ни у кого не осталось.

Говоря это, он подошел к девушке, зааплодировал, а затем протянул руку в приветственном жесте.

— Добро пожаловать, Искра Дракона. Мы давно ждали тебя.

Вероника с удовольствием пожала руку в ответ.

Постепенно стали подниматься и другие старейшины, подходить и приветствовать ее. Подошел и Дмитрий, но Ника инстинктивно отшатнулась. И это не осталось незамеченным.

— Что, даже руку не пожмешь?

— Вам — нет. От вас я ожидаю подвоха каждую секунду.

— Да, пожалуй, стоит вернуться к нашему делу. Объясните, почему вы решили, что это Дмитрий?

— Боюсь, придется начать издалека. Сейчас я вам кое-кого представлю. — вступил в разговор Эдуард, подходя к двери, открыл ее и жестом пригласил войти коллег.

В зал зашли два работника Канцелярии, сопровождая закованного в наручники Виктора.

Лиловый дернулся и зло перекосился, но виду не подал. Да и его реакции не заметил никто, кроме Ники. Все были чрезмерно заинтересованы новым действующим лицом.

— Узнаете, Дмитрий?

— Первый раз вижу.

— Даже так? — улыбнулся Эдик. — а если я расскажу, что есть свидетели того, что вы постоянно встречаетесь, ежемесячно переводите на его счет крупную сумму денег?

— Может еще и расскажите, зачем это мне могло бы вдруг понадобиться?

— Может быть, потому что это ваш сын? Внебрачный…

По залу пробежали удивленные возгласы.

— Не только сын. Это как раз и есть мой бывший жених, как выяснилось подосланный. И вот странные совпадения: как только я ему сообщила, что родители плохо отреагировали на новость о нашей свадьбе, они пропали. Только я сорвалась с крючка — он меня попытался изнасиловать, чтобы получить силу. А у него дома при обыске найдены плоды Акиты, а я никогда ни в чем не могла ему отказать…

— Но ты же понимаешь, что это не доказывает вину Дмитрия и его связи с Виктором? Да и он не маг.

— Вот здесь я с вами готова активно спорить. Виктор — маг, но его сила не закрыта, а закупорена, причем одним единственным старейшиной, вопреки правилам. Магией Дмитрия. Думаю, вам будет легко это проверить.

— Этот молодой человек, — продолжил Орлов, — до 5 лет носил фамилию Круглов, и имел данные последнего в графе "отец". Затем Дмитрий участвует в ритуале закрытия силы Вероники, когда ей исполнился год. Да еще и заряжает парные амулеты, и проводит с девочкой довольно много времени, пока та находится в лазарете. И вот странность. Сразу же после обряда, фамилия ребенка меняется, а данные отца исчезают не только из документа, но и из баз. Но не всех, благодаря чему мы и выяснили это. Официально, он подчистил все, но от сына не отказался, продолжая ежемесячно пополнять его счет. Здесь он оказался не слишком аккуратным. Видимо, не рассчитывал, что родство обнаружат.

— Но это не доказательство вины. Вы только показали, насколько он некорректно себя повел, нарушив ряд моральных принципов.

— Скажем так, у нас есть основания полагать, что родители удерживаются в его доме и просим разрешение на обыск. Если мы ошиблись, готовы открыто принести извинения и возместить моральный ущерб.

— У вас нет доказательств, и я не позволю унижать меня таким образом. Я не дам согласия на обыск.

— А чего боишься? — вновь вмешалась розовая. — Если невиновен, то тебе нечего опасаться. Ничего не найдут, извиняться, ущерб возместят.

— Да что вы! Девка совсем из ума выжила, богиней себя почувствовала, способной чужие жизни решать. Сына мне приписала не существующего, да еще и криминал.

— Для начала проверим парня, — прервал его тираду зеленый, и встал.

К нему присоединились еще двое, встали напротив Виктора.

— Не хочешь сам ничего рассказать?

— Это что-то изменит?

— Чистосердечное признание облегчает наказание?

— Наказание за что? Я и так уже под следствием. А здесь меня ни в чем не обвиняют.

— Пока что. Что ж, дело твое. — и от рук магов полились ручейки к солнечному сплетению Виктора. Секунда, и кокон его силы увидели все.

— Значит все-таки маг.

— Расскажешь сам, или будем проверять родство по кристаллу? — бордовый выгнул бровь.

— Да, это мой сын. Что в этом такого? Я решаю, кого признавать, кого нет. И уж подавно не дает основания считать меня виновным в преступлениях.

— Теоретически нет. Но согласись, странно, что ты сразу не рассказал правду о сыне. — снова розовая. Может, не такая уж она и стерва? — А вот вопросов о твоем назначении на должность прибавилось. У старейшины должна быть безупречная репутация, так как сюда попал человек, нарушивший столько моральных принципов? Помимо этого, твой сын пытался жениться на девушке, да еще и изнасиловать. Хочешь сказать, что ты не причем, и не знал об их отношениях? А Акита? Явно не сам за ней явился.

— Вы готовы на меня все грехи теперь повесить?

— Нет, но вопросы возникают. И мы обязаны проверить. Объяснишь, почему скрыл ото всех ребенка и сменил его фамилию?

— У меня есть свои причины. К делу, о покушении на Веронику, отношения не имеет.

— Ну я бы так не сказал. — вступил желтый. — Я тут тоже небольшое расследование провёл, и выяснил, что ингредиенты для Золотой Жатвы приобретались твоим помощником.

— Что? Желтая жатва запрещена и давно не используется. — удивился бирюзовый.

— Это то, чем из меня в пещере силу выкачали. — пояснил Эдик на ухо Нике.

— Понятия не имею об этом, и уж тем более о том, что покупают мои помощники.

— Даже если они оплачивают с твоего счета? Хочешь убедить нас, что не заметил огромные суммы, ушедшие с него?

— Ты то куда лезешь? О чем вообще говоришь?

— Золотой жатвой напали на Нику и Эдуарда в пещере. Я уже некоторое время изучаю эту проблему. А еще, твой же помощник собирал данные уже год как на Искру. Акиту тоже, кстати, покупал, только я не понял для чего. Теперь ясно. А еще кристаллы для отключения защитных полей, парализующие шары и много других интересных вещиц. И все оплачены тобой, хотя фамилия и не фигурирует.

— Давайте пригласим моего помощника и у него спросим, для чего все это. Мне теперь тоже интересно.

— Обязательно пригласим, но позже, а пока проверим твою жилплощадь. Если, как ты говоришь, не виноват, тебе нечего терять. — прервал спор Эдуард.

— А знаете, что? Давайте!

— Добровольное согласите получено. Прошу разрешение на обследование двух объектов: места его постоянного проживания и особняка, незадолго до событий снятого для любовницы. Это неофициально. Официально для Анастасии Жуковой.

— У меня только один дом здесь. — Дмитрий побледнел.

— Один из твоих помощников его снял, уж не знаю, тот же, или нет. Некоторое время назад взял в аренду особняк в Магоре по доверенности от твоего имени и оплатил также с твоего счета, да еще и через второй подставной.

— Уже сказал, что понятия не имею, чем занимаются мои помощники.

— Тем более, стоит проверить.

— Да, Дим, чего боишься то? — это бордовый. — если ты не виноват, то и переживать не о чем. Я даю согласие. Надо проверить все и сейчас.

— Я тоже даю, — желтый.

За ними стали подтягиваться и остальные.

Поначалу совет, для объективности исследования, хотел, чтобы Эдик и Ника остались ждать там же, но их убедили в необходимости присутствия Искры и Орлова — для ее защиты. А для чистоты эксперимента решили, что следует привлечь двух старейшин. Вызвалась розовая и бежевый.

Остальные остались в зале. К ним же были приставлены пятеро магов из канцелярии, для охраны присутствующих и контроля за Дмитрием. Двое занялись переправкой Виктора в местный изолятор. Выставлены дополнительные щиты на зал, чтобы никто никому не смог передать информацию, заблокирован также подход к нему. Еще пятеро отправились на операцию для защиты всей группы.

— Куда сначала? — поинтересовалась Розовая.

— В арендованный. — пояснил Эдуар.

— Они там?

— Да.

— Как вы узнали?

— Искра помогла. Но о методах не хотелось бы рассказывать, дабы не нарушать тайну следствия.

— Хорошо, — хмыкнула женщина.

Зашли во двор. Навстречу высыпала охрана, но завидев старейшин, тут же преклонила колени и голову. Им они сопротивляться не могли, какую бы клятву верности не давали.

Вероника знала куда следует идти. Сердце бешено колотилось. Страх. Что она может все испортить, что поняла что-то неправильно, ошиблась. И эта ошибка может стоить ей самого ценного — родных, а еще доверия старейшин и своей безопасности.

Зайдя в дом, спустилась на негнущихся ногах в подвал в поисках нужной комнаты. Попали в коридор, из которого отходили двери в разные подсобные помещения: винный и пищевой погреба, склад, небольшая лаборатория, кухня и все. Ничего другого.

Вероника встала и почувствовала, что задыхается. Перенервничала, не оправдала надежды. У нее ничего не вышло. Устроила не пойми что, обвинила неповинного человека. Она все испортила.

Эдик подошел к ней, встряхнул за плечи и нежно погладил по волосам.

— Успокойся. Ты ведь их видела. Они здесь. Из дома никто не выходил, мы устроили внешнюю слежку. Нужно понять, где именно.

К Нике подошла розовая, стоявшая в это время рядом и наблюдавшая за происходящим.

— Ты видела их здесь?

Нервный кивок.

— Ты была абсолютно в этом уверена, раз пришла в Совет?

Еще кивок.

— Ты очень хочешь найти родителей и сильно перенервничала, не обнаружив.

Кивок.

— Иди сюда. Помогу успокоиться.

Взяла за плечо, и свободной ладонью провела перед лицом. От нее полился розовый блеск, который успокаивал и расслаблял.

— Помнишь, в какой части дома их обнаружила?

— Да! — глаза Ники полезли на лоб. Она точно помнила тот угол. Начала судорожно соображать, в каком направлении от входа находилось помещение.

— По глазам заметно, что поняла. Вон какие сегодня фокусы показывала в Совете, неужели не найдешь магически спрятанную дверь? Помни, мы не ограничены во времени. Сосредоточься.

И Ника была за это благодарна. Уж от нее то она совсем не ожидала помощи и сочувствия, учитывая их не очень приятный опыт общения. Но она права, необходимо собраться.

Вероника вернулась ко входу в здание, определила направление, сохранила его пройдя все коридоры и переходы и подошла к совершено глухой стене.

Нигде никакого блеска. Но этого быть не может. Было же окно, и решетка на нем. Значит, камера где-то здесь. И начала водить руками по стене и по всем выступающим камням, пока один из них не заискрился.

Нажала — ничего.

— Приведите одного из охранников. Ключ завязан на магию конкретных людей. Кто-то же им носил еду.

Один их магов канцелярии притащил не желавшего идти охранника, взял его ладонь и прислонил к указанному выступу.

По стене побежал лиловый огонек, открывая решетчатую дверь.

Дыхание сперло, а ноги покосились. Из глаз покатились слезы и девушка села пол, не в силах вымолвить ни слова, приложив дрожащую руку к губам! За решеткой сидели встревоженные родители и молча наблюдали за происходящим.

К ней подбежал Эдуард, подняв ее за талию.

— Щ-щ-щ. Все хорошо, но еще не закончено. Нам надо освободить их и доставить в Совет. Рано раскисать. Ты у меня сильная, бери себя в руки. — ласково приобнял и принялся поглаживать волосы.

Пока Эд пытался привести ее в чувства, а Розовая хитро улыбалась, наблюдая за ними. Маги искали ключ.

Потом было все как в сказке. В смысле, некоторое неверие, что все наконец-то закончилось. Опасение, что очередной раз что-то случится и им постараются помешать. Объятия родителей, слезы, радость, счастье и гордость за собственное дитя.

Хотелось увезти их подальше ото всех, обнять, накормить, расспросить. Так, чтобы на это время они стали только ее. Но нельзя.

Сначала следует побеспокоиться о безопасности, а уже потом думать об отдыхе. А это значит, нужно закрыть дело и отправить преступников за решетку.

Так и доехали до Совета, молча войдя в зал.

Дмитрий посерел, а остальные старейшины вздохнули с облегчением. Пострадавшие указали на похитителя, и, следовательно, вопросов больше не осталось, и всех отпустили по домам. Правда до этого отправили родителей к местным лекарям, чтобы те проверили их состояние, как физическое, так и магическое. Они ведь столько времени находились в блокирующих браслетах.

Тем временем Эдик и Ника заняли беседку в саду. Тяжело было обоим.

— Этот все? — прошептала девушка. — Все закончилось?

— Да, теперь можешь расслабиться. Завтра тебе выдадут знак и поставят защиту, как у старейшин. А затем придется предстать перед обществом. На полную приватность больше не рассчитывай. — и привлек ее к себе, укутывая в кокон своих рук.

— Ты ведь понял, о чем я.

— Конечно.

— Нам придется расстаться? — в глазах защипало, а голос сорвался на шепот.

Орлов не ответил, лишь сильнее сжал Веронику и зарылся носом в ее волосы. Да и не нужно было ничего говорить.

— Мое предложение в силе. Мы можем жить вместе без заключения брака. Без близости, но рядом. Пока не найдем выход. А мы его рано или поздно найдем.

— А если нет? Я тебе так быстро надоем, и ты меня прогонишь. Ведь захочешь однажды семью и детей. А я умру от горя.

— Нет, не смогу коснуться ни одной другой. Ты слишком глубоко проникла в душу, в кровь впиталась. Выдернуть теперь только вместе с сердцем можно.

— У нас есть цветок Мариши, — она подняла на него мокрые глаза. — Кажется, я готова его использовать.

— Ну, развели мокроту — послышалось рядом.

Ника повернула голову, проморгалась, пытаясь освободиться от предательской влаги, застелившей взор. У входа в беседку стоял Игорь.

— А я вас по всей территории ищу, а вы вон где.

— Спасибо за помощь. Без Вас не представляю, чем бы дело закончилось. — пролепетала Вероника.

— Да не за что. Я за справедливость, и рад, что все так разрешилось. Что вы тут делаете, прощаетесь?

Сил у Ники не осталось, она всхлипнула, не в состоянии сдерживать слезы, и отвернувшись уткнулась в грудь Орлова. На голову легла его ладонь и нервно затеребила волосы.

— Так говорите, у вас есть подарок Мариши. Извините, не собирался подслушивать, так получилось. — хмыкнул, усаживаясь рядом, — знаете, а я ведь был почти уверен, что это вы обычный спектакль устроили, чтобы цели достичь.

— Неужели таким лгуном меня считаешь? — нахмурился Эд.

— Нет! Но согласись, странно, учитывая тот факт, что за всю историю со времен раздела сил два хранителя ни разу не влюбились. Магия источников такова, что отталкивает. Естественно, вопросы возникают. — и не получив ответа продолжил. — теперь вижу, что не играете. Вон у обоих внутри все рвется. Невооруженным глазом видно. Никаких артефактов не надо.

Тут Веронику совсем прорвало, и она попросту некрасиво разревелась, громко хлюпнув носом. Эдуард еще крепче прижал ее к себе.

— Хорошо, что видишь, мог бы интеллигентно промолчать… И без этого тошно.

— Вы в курсе, кому Мариша подарки дарит? — проигнорировал последнюю фразу, — У нее ведь тоже дар, о котором мы уведомлены. Она истинные чувства видит. Всех подряд не одаривает, только истинно нуждающихся в помощи. Но не торопитесь цветком пользоваться. Я вам другой способ подскажу, до банальности простой. Даже не знаю, как вы сами до него не додумались.

— Какой? — поинтересовался Эдик. Ника при этом выпуталась из его объятий, села ровно, вытерла рукавом глаза, шмыгнула распухшим носом и уставилась на старейшину.

— Очень действенный. Скажу, но только при одном условии. Вы пообещаете выполнить одну мою просьбу.

— Какую? — детектив нахмурился и сильно сжал ладонь возлюбленной.

— Вы меня на свадьбу пригласите, и устроите ее тут. — расплылся в улыбке, довольный произведённым эффектом. — Да и объявить о бракосочетании Искры так будет проще.

— В Магоре. Мариша платье обещала, если мы способ найдем и тут жениться будем.

— Еще и платье. Вот расщедрилась. Чем вы так ее зацепили?

— Может чувствами? — Эдик так и продолжал хмуриться. — Это вы оказались непробиваемыми. Так мы можем узнать, как это возможно.

— Конечно можете, — расхохотался Игорь, — простите, но безумно приятно видеть надежду в глазах. На меня давно никто так не смотрел. Вы знаете, кто и как разделил источники?

— Старейшины, после принятия такого решения.

— Так-то оно так. Но только в ту пору должность одного из старейшин Искра занимал. Поверьте, ни одно собрание даже самых сильных магов не в состоянии этого сделать. Мы не видим магию. И уж тем более не можем ею манипулировать. То, что ты сделала сегодня в зале, — обратился к девушке, — выше всяких похвал. Потрясающая демонстрация. Так вот, это сделал твой предок, Ника. В смысле коллега. И ты, кстати, тоже можешь. Ты нам это продемонстрировала. Просто во время ритуала бракосочетания, в процессе слияния сил, тебе нужно их разделить. Можно, конечно и после этого, но тогда пройдет объединение, скандал и много других неприятных последствий. Но придется ещё раз разрешение у Совета запрашивать.

— Мы уже однажды просили.

— Так и никто не знал, что ты Искра. А мы сами разделить не можем. Похоже, на тебя никакие ограничения не действуют, потому как их обойти можешь. Только боюсь, вам тяжело придется. У вас ведь под охраной два источника появятся. И детей вы должны будете завести, как минимум двоих. И выбор у них будет не тот, что обычно: не быть или не быть, а какой источник забирать.

— У нас обоих выбора тоже не было. — пробубнил маг.

— Вот вы где, а я по всему парку ищу, — к ним зашла розовая.

— А я тут молодежь учу, что им делать. Видишь, девица зареванная сидит, любимого отпускать не хочет.

— Надеюсь, рассказал? Все у них настоящее, я целое утро за ними наблюдала. Они точно не играют.

— Да что, играют. Я тут подслушал, случайно. Их, оказывается, Мариша одарила. Еще и платье свадебное обещала. — громким шёпотом поведал Игорь, чтобы все слышали. Он явно веселился.

— Не только, еще ему костюм, — Вероника указала пальцем на Эдика и снова всхлипнула, — чтобы в тон с платьем.

— Ого, вот так расщедрилась, — развеселилась женщина. — Приходите завтра. Тебе все равно защиту ставить надо и официально представиться, план взаимодействия составить. Тебе предстоит у нас частенько бывать. Вот заодно и разрешение опять спросите. Хотя, было бы здорово, если бы и ты стала старейшиной, но пока рановато. Молодая слишком.

— Думаю ее место не среди нас, а у Эдуарда. Вон как дело раскрутили благодаря ей и дару… Мы бы без нее Димку бы не поймали. Чересчур хорошо следы за собой подчищал. Я настоятельно рекомендую работу у него…

* * *

Это был счастливый день, полный слез, объятий и разговоров. Родителей вызволили, преступников упрятали, способ быть вместе нашли. С души свалился груз. Чего еще можно желать?

Пришлось остаться в Магоре еще на пару дней. Следовало закончить кое-какие дела, представиться обществу. Хотя чрезмерный интерес к ней тяготил Веронику. Не привыкла она быть в центре внимания, да никогда и не стремилась. Но, судя по всему, и здесь у нее не было выбора.

Вот такой странный мир. Казалось бы, магия должна давать дополнительные возможности и свободу, а по сути, в этом еще больше ограничений, как и обязанностей, от которых невозможно отказаться. Ну да ладно, ко всему можно привыкнуть и смириться.

На этот период родители также были любезно размещены в особняке Орловых. Оказалось, у них, в городе тоже имелся свой, но до выполнения всех требующихся процедур и формальностей, получения защиты, лучше находиться под постоянным контролем и охраной. Излишняя предосторожность, как выяснилось в последнее время, совершенно не лишняя.

Но родовой дом посмотрели. Не столь большой, как у Эдика, но тоже милый и с таким же садиком.

Уже вечером, когда сидели в маленькой беседке в саду за чаем, Эдуард встал, и пригласил отца пройти с ним в кабинет, чтобы обсудить некоторые вопросы. Мужчины удалились, и ставили женскую часть вдвоём.

— Вот теперь верю. — улыбнулась мама.

— Чему? — Ника удивленно на нее взглянула.

— Что действительно влюбилась. У тебя глаза светятся, когда на Эдика смотришь.

Тяжелый разговор. Совсем не хотелось его начинать, но было необходимо. Слишком много неизвестных и недосказанностей. И, похоже, мама тоже хотела поговорить по душам.

— Да, на этот раз все серьезно. До этого не верила?

— До этого — нет. Слишком равнодушным оставался твой взгляд.

— Есть подозрение, что меня акитой опаивали. Но подтвердить уже невозможно, а мне проще списать на нее сие помутнение рассудка.

Женщина разразилась смехом.

— Скажи, что тебя побудило нанять Эдика следить за мной?

— Рассказал, значит.

— Если бы не рассказал, — вздохнула Ника, — мы бы до сих пор вас искали. А может и делать это было бы уже некому. Мы тогда сильно поругались, и я домой вернулась. Даже боюсь представить, чем бы все закончилось.

— Любопытная штука — судьба. Вроде и написана, а все равно все не окончательно.

— Объяснишь?

— Ты же знаешь, что у меня дар прорицательский, хоть и совсем слабый. Не вижу четких путей, только смазанные направления и иногда даже просто на уровне интуиции. Да и то только если очень близких касается. Вот и не нравился мне твой Витя. Мутный слишком. Глаза твои не блестели рядом с ним, а у меня предчувствие, что с ним что-то не так. Никак понять не могла. Вот и пошла к детективу, чтобы окружение проверил. Он незадолго до этого на одном из вечеров карточки визитные раздавал. Я когда ее получила, сразу почувствовала, что человек для нас безумно важный. Да, понимаю, что некрасиво за спиной твоей это делать, но я, скорее сама успокоиться хотела. Если все нормально, то ты бы и не узнала ничего. Это за неделю до новости о замужестве было. А уж когда ты нам ее сообщила, мое шестое чувство вопило от паники. Буквально кричало, что за него тебе нельзя замуж, что-то плохое случится.

— Почему не рассказала?

— А ты бы поверила? И так чересчур эмоционально отреагировала, когда я попыталась тебе предложить подумать. И в тот же день к Эдику пошла. Опять же там появилось четкое ощущение, что он единственный, кто сможет тебя защитить. Я тогда не подозревала, кто он на самом деле. Рассказала, что все внутри вопит, что надвигается что-то страшное, никак разобрать не получалось, что именно, и просила за тобой присмотреть, подстраховать. Лишь одно условие было, чтобы ты этого не обнаружила. Включила в договор пункт о неразглашении. Опять-таки предчувствие, что ничего не выйдет, если узнаешь. Даже не так, как узнаешь, сразу все кувырком пойдет, рухнет. Опять шестое чувство говорило, что он один в состоянии тебе помочь, но цена — молчание. Об этом его и уведомила.

— Интересно. В тот день, когда он отказался рассказывать правду, все чуть было не рухнуло.

— Судьба — странная штука. Все и началось рушиться, только в нашу пользу.

— Ты знала, что он тоже хранитель?

— Как? — глаза округлились, а пальцы сами потянулись к губам. — А как же это? Вы ведь не должны… Не можем…

— Вот и мы так же отреагировали поначалу. Долго пути искали. Старейшины подсказали. В моем случае повезло, что я Искра.

— Детка моя, — потянула руку к Нике и обняла, — прости, что навалила на тебя все это. Надо было не только тебя защищать, но и нас тоже. Не хотела тебя одну оставлять. К новой жизни постепенно готовят, а тебе бедолаге досталось.

— Ничего, все живы и здоровы. Главное, вас нашли. Знала, что у меня Искра?

— Догадывалась. Ты с детства реагировала на магию и наблюдала. Пока маленькая была, я еще игралась с ней, а потом старалась не показывать, чтобы у тебя лишних вопросов раньше времени не возникало. Вот и помешалась на твоей охране, забыв, что к тебе через меня могут подобраться.

Эпилог

Возле двери в комнату Вероники стояли родители и слушали шум, грохот, ругательства и причитания, исходящие из-за нее.

— Кажется, кто-то волнуется.

— Может, все-таки зайдем? Она так всю комнату разгромит, — Анатолий посмотрел на жену, улыбаясь.

— Давай я сама попробую. По-женски поговорим.

Женщина прошла внутрь и чуть не упала, зацепившись ногой за какую-то тряпку, валявшуюся на полу. Дочь же металась в панике по спальне.

— Ника, ты решила генеральную уборку в доме устроить? Или только в гардеробе?

Из-за открытой дверцы показалась ещё одно платье.

— Нет, это тоже не то. Мне совершенно нечего надеть. Он уже скоро заявится, а я не готова.

Вероника так ждала этот день, но как на зло, именно сегодня сильно задержалась в университете. Времени теперь оставалось совсем мало, она ничего не успевала, отчего еще больше нервничала.

Мама подошла к дочери и мягко вырвала вешалку из рук. Провела девушку к туалетному столику и усадила на стул. Сама открыла шкаф, порылась и вытянула оттуда бледно-зелёный сарафан с голубыми вставками по низу, лямками и поясом.

— Идеально подойдет под цвет твоих волос и кольцо. Ему понравится, поверь мне. И курточку к нему голубую возьми.

— А не слишком простое?

— Безупречное. Вы не на свадьбу, и не званый вечер собираетесь, чтобы вечернее одевать. А это аккуратное, выходное.

— Это наше первое свидание. Я хочу быть красивой.

— Будешь. Он тебя уже выбрал, и считает самой красивой, такую какая ты есть. Не порть это впечатление излишествами. Тем более день бракосочетания уже назначен. Об этом уже весь Магор знает.

— Да он когда будет! Через три месяца. После моего дня рождения.

— Всего три месяца, зато будешь уже полностью совершеннолетней. Это было условием старейшин.

— А вдруг Эдик передумает за это время? Вдруг разонравлюсь?

— Не передумает, поверь мне. — в голос засмеялась мама, — Он готов тебя глазами съесть, даже скрыть не может. И потом, даже если вдруг это случится, то и не надо нам такого непостоянного.

— Легко сказать.

— Ты переживаешь, будто под венец собираешься. Вы уже и так знакомы, столько вместе пережили. Первое свидание — просто формальность.

— Да уж. Все не как у людей, начали не с начала, а с конца.

— Да и ты у меня девочка непростая. У тебя вся жизнь необычная будет. — и поцеловала ее в макушку. — Давай помогу волосы собрать. Уже знаешь, куда он тебя отведет.

— Нет, он сказал сюрприз будет.

Эдуард уже ждал ее, когда Ника спустилась в зал. Как всегда, красив и уверен в себе. На этот раз надел рубашку, которая ему безумно шла. Рядом же лежала кожаная куртка. Похоже, мама оказалась права насчет платья, выбрав не слишком вычурное или элегантное.

В руках он держал огромный букет белых лилий.

И взгляд. Он моментально изменился, как только Орлов ее увидел. Эмоции одна за другой сменяли друг друга: нежность, восхищение, интерес и ничем не прикрытое желание.

Как же приятно ощущать себя настолько важной мужчине. Любимому мужчине.

Эдик постарался. Устроил настоящее свидание по всем правилам. Цветы, прогулка по набережной, поездка на теплоходе с заказанным на нем же столиком. Изысканный ужин и вино. Хотя пьянило не оно.

Уже после него, молодые люди спустились на нижнюю палубу, наблюдая за проплывающими перед ними огнями ночного города, и их отблесками на воде, и наслаждаясь теплым вечером.

— Замерзла? — Эд подошел сзади и обвил ее тонкий стан руками.

— Если ты таким образом спрашиваешь разрешение, чтобы обнять меня, то да, замерзла.

— Хитрюга. — прошептал на ухо, и крепче прижал ее. — Последнее время все чаще начинаю ненавидеть старейшин. Ещё и запретили нам находиться под одной крышей до самого бракосочетания. Только свидания.

— Боятся, что не сдержимся. Их тоже можно понять. Никто из них не понимает, как работает вся эта скрытая магия. Они не уверены, что я смогу это осилить. А лишние проблемы никто не хочет.

— Как по мне, так ограничивая наши объятия и времяпрепровождение, сорваться еще проще. Но браки между магами нельзя заключать до совершеннолетия.

— Мне же открыли силу. Фактически, ускорили.

— Легче подстроить двоих под закон, чем закон под двоих. — и развернул девушку к себе, накрыв ее губы своими.

— Мне кажется, я не дождусь нашей свадьбы. — тихо проговорил Эдик, оторвавшись от поцелуя. — Теперь, когда знаю, что можно, хочу тебя еще больше. До умопомрачения.

— А если мы не будем ждать ритуала, — так же прошептала Ника и спрятала лицо у него на груди, потому как почувствовала, как краснеют ее щеки. — Я же могу разделить потоки.

— Поверь, я сделаю так, что тебе будет не до них. Поэтому как бы сильно нам этого не хотелось, лучше дождаться свадебного ритуала. — Эдуард вздохнул, затем откинул ей волосы, обнажив шею. Проложил по ней дорожку языком от ключицы до уха, слегка прихватив мочку, от чего по спине Вероники пробежала толпа мурашек, полностью выбивая мысли.

— Убедительно, — прохрипела она, приходя в себя.

— К тому же, не так долго осталось. Кроме того, еще много всего нужно сделать для организации торжества. Если меня никто не знает, то ты скоро станешь самой знаменитой среди магов. Это обязывает. Ты будешь самой прекрасной невестой.

— У меня сюрприз. — Эдик постарался сменить тему. — Хотел оставить до понедельника, когда начнешь работать, но похоже не дотяну.

Он протянул длинную узкую коробочку, обшитую белым бархатом. Ника открыла и обнаружила браслет. Точно такой же, что красовался на запястье Эдуарда, но более утончённый, элегантный. Очень даже милый. Квадратные камни, что украшали запястье мага, приобрели круглую, восьмиугольную форму и даже форму сердца. Завороженно начала перебирать пальцами по самоцветам.

— У большинства моих сотрудников есть такой. Это браслет экстренной связи и коммуникации между коллегами. Потом подробнее расскажу, как они работают. Уникальный — потому как единственный образец — женский вариант, и сделан именно для тебя. Обычно у всех одинаковые. И еще, вот видишь, этот красный камень в форме сердца? Я позволил себе добавить эту кнопку связи непосредственно со мной. И неважно в какой из реальностей мы оба находимся.

— Красивый. Значит скоро стану полноценным твоим работником?

— Пока на полставки. На полную только после получения диплома. Но да. Жду не дождусь. Так будем видеться еще чаще.

— Ох, вот вы где, — послышалось из воды.

На поверхности появилась голова Мариши, со светящимися глазами и хитрой улыбкой.

— С ума сошла, тебя же увидят. И теплоход быстро плывет.

— Этот-то плывет? Пфф… — оскалилась та, — движется как черепаха. Да не переживай, Эд. Ты же знаешь, что я законы не нарушаю. Я полог на нас поставила. Никто не увидит и не услышит.

— Но ты же в нашей реальности оказалась. Что за портал использовала?

— Мой личный разрешенный. Мне Старейшины его открыли. Я вас искала.

— Что случилось?

— Как это что? Тут такая новость, такая сенсация! Я аж прослезилась, когда узнала, что вы женитесь. Я так переживала за вас, так переживала, что аж похудела. Вон даже водяной тощей селедкой прозвал. — На что Ника хихикнула, и закрыла рот рукой.

— По-моему, он твое внимание на себя обратить хочет.

— Пусть хочет, сколько угодно, — фыркнула русалка, а глаза блеснули подозрительным огнем. — Ладно, я не за этим. Я же платья вам обещала. Веронютка, времени мало, и ты просто обязана навестить меня в эти дни без своего бодигарда. Вот увидишь, у тебя будет самый шикарный наряд всех времен и народов. Будешь блистать, как ярчайшая звезда на небосводе.

— Скажи, мы еще не отправляли приглашения, но ты же сможешь прийти на нашу свадьбу? — спросила девушка, — мы будем рады. Тебе нужно будет какое-то дополнительное оборудование?

— Вообще на это и рассчитывала, — захихикала та, — разве же я могу пропустить такое событие, как свадьба Искры с главой Канцелярии, да еще и в моих шедеврах. Ничего, ради такого на своих двоих явлюсь. Эд, ты уж ее не обижай, она мне нравится, особенно своей непосредственностью. Да и ты Эда тоже. Он хоть и вредный, но добрый. Ладно, жду тебя на снятие мерок. — подмигнула и исчезла под водой, махнув хвостом.

— Хорошая она, добрая, мне нравится. — проговорила Вероника куда-то в пустоту.

— Ой, а как мне приятно, — над водой снова вылезла голова и звонко засмеялась, — Ладно, теперь точно пока. У меня время заканчивается. — и помахала рукой прежде, чем окончательно исчезнуть в глубине.

— Ну вот, еще один вопрос решен — с одеждой. — улыбнулся маг, снова обнимая невесту. — Разве может быть лучше. Все сбывается, и никто не отнимет у нас наше счастье. Никто не сможет.

— Никто, — повторила Ника, обняв мага и зарываясь носом в его ключицу. — Теперь несомненно все будет хорошо. У меня есть все, о чем могу мечтать: семья, любимый мужчина, потрясающая работа, и наконец-то — будущее.

Конец

Content

Руана Мила Вишневая ветка (СИ)

Вишневая ветка Мила Руана

Пролог

Глава 1. Неожиданные новости

Глава 5. Непрошеный гость

Глава 10. Парк Грез

Глава 15. Новый удар

Глава 20. Поиски

Глава 22. Спасение

Эпилог