Сделка с чудовищем. Наследник

Часть 1. Саид

Поднимаюсь по лестнице, твёрдо делая шаг за шагом. Совсем скоро мне придётся посмотреть в глаза предательнице, женщине, которая обещала быть моей, хранить мне верность, но предала меня. И я бы не стал искать встречи с ней, если бы не одно «но».

Она знает, что я приеду, я предупредил, чтоб уж совсем не шокировать своим внезапным появлением. И вот теперь оказываюсь в коридоре убитого общежития и сталкиваюсь с ней. Она всё такая же красивая, но теперь из её взгляда исчезла невинность, и появилось что-то иное, то, что жалит меня, бьёт в самое сердце.

— Здравствуй, Нежка! — говорю негромко, продолжая двигаться в её сторону.

— Я просила оставить меня в покое! — испуганно заявляет она, пятясь назад, но я надвигаюсь и хищно смотрю ей в глаза.

— Оставлю, после того, как вернёшь кое-что, принадлежащее мне, — приглушённо отвечаю ей я.

— Я не взяла ничего твоего. Всё оставила в доме. Все твои подарки, драгоценности, я не взяла ничего.

— Ошибаешься, милая! Все эти побрякушки не имеют для меня совершенно никакого значения.

— Тогда почему ты здесь? — всхлипывает она.

— Неужели, ты думала, что я не узнаю о твоей беременности? Ты ждёшь моего ребёнка, признайся, Нежка, ведь это мой малыш?

Беру её за подбородок, приподнимая голову так, чтобы смотрела мне прямо в глаза. Нежка дрожит, и я понимаю, что сделал верные выводы: она беременна от меня.

Она боится меня, потому что отлично знает, что предателей я не прощаю, а я хищно смотрю в её большие глаза и улыбаюсь. Признаюсь себе, что мне не хватало её близости, пусть сделать это несколько сложно, ведь приходится в который раз переступить через себя.

Стоит большого труда находиться на столь близком расстоянии от женщины, которая чуть было не забралась в мою душу. Я обещал себе, что не доверюсь обольстительницам снова, но эта оказалась ближе к моему сердцу, чем следовало. Она слишком вовремя показала свою истинную натуру, и я не намерен прощать.

— Саид, я никуда с тобой не поеду, — мотает головой Нежка и резким движением головы стряхивает мою руку, заставляя перестать прикасаться к ней.

— Неужели ты услышала вопрос в моих словах? Я не спрашивал, чего ты хочешь. Я сказал, что ты сделаешь. Кажется, это разные вещи, не находишь?

Она отводит взгляд и смотрит в пол.

Поселилась в каком-то мрачном общежитии и надеется, что я позволю ей вынашивать моего ребёнка здесь? Рожать его в условиях антисанитарии?

— Я уже всё решила и записалась в больницу. Этот ребёнок… — Нежка обрывается и начинает сопеть носом, словно старается сдержаться, чтобы не разреветься, как маленькая.

А ведь именно так мы и познакомились полтора года назад. Нежка сидела на скамейке и ревела, а я не смог пройти мимо. Лучше бы прошёл. Так было бы лучше даже для неё самой.

— Зачем ты записалась в больницу, Нежка? Только не говори, что в твою голову посмела закрасться мысль избавиться от ребёнка…

Руки сжимаются в кулаки, а я гляжу на девчонку и едва сдерживаю себя, чтобы не закинуть её на плечо и не унести отсюда прямо сейчас, чтобы не напомнить, как хорошо нам было вместе, тем самым вытравив из её головы всю эту чепуху.

Нежка поднимает взгляд и с отвращением смотрит на меня.

— Я всё о тебе знаю. Зачем ребёнку такой отец? — в голосе Нежки звучат нотки истерики.

Я чувствую, что ещё немного, и она сорвётся.

— Какой отец? — продолжаю давить, выдерживая накалённую атмосферу между нами.

Хожу по самой грани, стараясь следить за ситуацией, чтобы остановиться, как только наш спор дойдёт до критической точки.

— Убийца…

Я начинаю хохотать, но быстро смолкаю и стискиваю зубы, глядя на Нежку, как на чужого человека, который совсем не знал меня, у которого не было шансов познакомиться со мной. Ей удалось узнать обо мне только то, что я позволил, но это малость.

— Ты ничего обо мне не знаешь. То, что тебе известно, лишь крохи от того, что творится в моей душе, которую я никогда и ни для кого не раскрываю. И если ты действительно веришь в то, что я убийца, то скажи мне, Нежа, кого я лишил жизни? Хорошего человека? Верного и преданного семьянина? — Она молчит, лишь теребит своими тоненькими пальчиками шёлковую ткань лёгкого сарафана нежного мятного оттенка. — Давай, Нежка, собирай вещи, и поехали. Я не собираюсь тратить время на пустую болтовню.

Девчонка продолжает переминаться на месте, и меня уже начинает злить это. Чего она хочет добиться? Желает, чтобы я разозлился ещё сильнее? Почему доводит меня до критической точки кипения? Она ведь понимает, что я всегда добиваюсь желаемого.

— Тебе серьёзно нравится жить в этом клопушнике? — спрашиваю, окидывая взглядом обшарпанный коридор, в котором мы находимся.

Она ничего не отвечает. Вряд ли ей нравится всё это после той роскоши, в которой успела искупаться Нежа, когда была МОЕЙ женщиной.

— Снежана, может, пора уже помочь тебе?

Из комнаты Нежки выходит здоровенный амбал, и меня буквально встряхивает от ярости.

А это кто ещё такой?

Решил предложить ей помощь?

Сам-то готов к тому, что ждёт при столкновении со мной?

— Всё нормально… Не нужно мне помогать. Я справлюсь. Саид, мы всё обсудили. Я не стану менять своё решение.

Амбал продолжает стоять и смотреть на меня исподлобья, а мне становится смешно: неужели она думала, что сможет остановить меня с помощью этого надувного бойца, накаченного наверняка не без помощи стероидов? Да я его размотаю на раз, если мне придётся бороться за своего ребёнка, а мне придётся сделать это.

— Уверена, что не пожалеешь о принятом решении, Нежка? — спрашиваю я, считывая недоумение на лице девушки.

— Уверена, — кивает Снежана и делает шаг назад.

— Просто прекрасно, — киваю я и разворачиваюсь на месте, делая вид, что собрался уйти.

Часть 2. Саид

Мне достаточно всего несколько секунд для того, чтобы резко развернуться, схватить Нежку за руку и потянуть на себя. Она не ожидала, что я останусь, наивно думала, что прислушаюсь к ней и уйду, и это играет мне только на руку: девушка податливо оказывается в моих руках. Её защитник дёргается, сделав шаг вперёд, но опасливо поглядывает на меня, словно она успела рассказать, с кем ему придётся иметь дело. Тем лучше для меня. Она считает меня монстром. Убийцей с большой дороги. И он, скорее всего, тоже.

— Не советую, — отрицательно мотаю головой. — Ты, Большой Плюшевый Мишка, держись подальше от моей женщины, потому что пока она вынашивает моего ребёнка, она принадлежит мне!

Я угрожающе щурюсь, а здоровяк начинает негромко рычать. Нежка пытается вырваться, но я крепко держу её за руку.

— Не забывай, что ты подписала договор, Нежа, — шепчу ей на ухо, чтобы слышала только одна она, но здоровяк тут же напрягает свои большие уши, чем раздражает меня ещё сильнее. — Согласно этому договору ты должна принадлежать мне, и только жест моей доброй воли то, что ты оказалась на свободе. Если ты считаешь меня таким чудовищем, надеюсь, ты предупредила, своего друга о том, что ждёт его, если он попытается остановить меня?

Конечно, я никого не собираюсь убивать, но пригрозить стволом могу. Этому Мишке хватит только вида пушки, чтобы потерять сознание, и если он разозлит меня, то придётся оскалить зубы. Знаю я таких, как он: выглядят угрожающе, но стоит бросить клубочек, побегут за ним, как ручные коты.

— Слушай, мужик, она же сказала, что не собирается никуда с тобой уходить. Ты это, отпустил бы её, — чуть заикается здоровяк, пытаясь угрожать мне.

Понимаю, что он уже спасовал. Мне даже запугивать его не придётся. Хотя… Я мог бы вызвать ребят, которые дожидаются внизу, чтобы уж наверняка всё прошло гладко. Вдруг, я впервые в жизни ошибся, и этот малый попытается оказать сопротивление?

— Это моё дело… И её. Никак не твоё.

Нежка вырывает руку, царапая моё запястье своими острыми коготками, и влепляет мне пощёчину. Глаза широко распахиваются от неожиданности, а уровень ярости мгновенно поднимается до предела. Негромкий рык слетает с моих губ, я хватаю Нежку и ловким движением, стараясь сделать это как можно мягче, перекидываю её через своё плечо, заставляя плетью повиснуть на мне. Здоровяк подаётся вперёд, но понимает, что это не его дело и отступает. Он буквально прижимается к дверному косяку, показывая мне, что это не его дело и встревать он точно не станет. Не догадался бы вызвать полицию. Мне проблем с законом хватает, не хочу, чтобы ещё раз пришлось выкладывать крупную сумму, заставляя забыть о моём существовании.

Молча спускаюсь вниз, пока Нежка пытается колотить меня по спине. Один из ударов больно жалит в лопатку, но я стараюсь держать эмоции под контролем. Несмотря на то, что она предала меня однажды, она станет матерью моего ребёнка, и я буду уважать её.

Заставляю девушку сесть в машину, и когда сажусь сам, то моментально блокирую дверцы, чтобы она не сбежала.

— Это всё против моей воли! Ты отпустил меня! — возмущается Нежка.

Щека всё ещё горит от её удара, а во рту до сих пор стоит металлический привкус крови, но я выдавливаю улыбку. Не стану показывать, что ей удалось ударить меня прямо по внутреннему ЭГО.

— Ты сбежала, наведя на меня пистолет… Помнишь? То, что я не стал искать тебя и подарил тебе свободу — мой дар, но некоторые обстоятельства вынудили меня передумать.

— Этот ребёнок никогда не станет счастливым с таким отцом! — с обидой выплёвывает Снежка и отворачивается в сторону окна.

Я не сделал ей ничего дурного, но она возненавидела меня. Поверила кому угодно, но не мне, и даже не попыталась поговорить со мной, несмотря на то, что между нами царила идиллия отношений. Или это была всего лишь иллюзия, которую я спонсировал?

— Кто этот мужик? — спрашиваю холодным тоном я.

Девушка молчит и нервно трясёт правой ногой, отчего у меня качается машина так, словно тут устроили самый настоящий аттракцион страсти. Стараюсь не обращать на это внимания, чтобы не сделать девушке замечание. Мне нет дела до того, что подумают ребята из эскорта, сидящие в машиной за нами. Пусть считают, что у нас страстное воссоединение, я не против.

— Хороший же из него защитник вышел, — посмеиваюсь я, стараясь разозлить Снежану и заставить смотреть на меня, а не на улицу. — Сразу же полез в кусты, даже не попытался меня остановить. Это аниматор был, что ли?

Я добиваюсь желаемого, но тут же жалею, потому что Нежка смотрит на меня с такой ненавистью, что пробивается брешь даже в моей мощнейшей обороне. Она никогда раньше не смотрела на меня так. Даже в день нашего расставания в её взгляде было больше боли, чем презрения.

— Ну так что? — спрашиваю сдавленным голосом. — Ты же не решила заменить меня им?

— Это мой сосед по общежитию, — отвечает Нежка и снова отворачивается.

Ладно.

Хотя бы я получил ответ на свой вопрос — уже что-то.

— Я не дам тебе делать аборт. По крайней мере, пока ты не пройдёшь обследование в хорошей клинике. Если врач скажет, что тебе нельзя рожать, только в том случае я соглашусь на эту процедуру.

— Не тебе решать, что я буду делать со своим организмом, — огрызается Нежка, но не смотрит мне в глаза.

— Правда? Ты сама подписала договор однажды… Договор, согласно которому позволила мне решать всё, что касается тебя… Но сейчас затронута не только твоя жизнь, но и жизнь моего ребёнка. Однажды я потерял не успевшего родиться малыша, и не позволю, чтобы подобное случилось снова.

Нежка бросает на меня взгляд и задерживается ненадолго на моих губах. Она не знала этой части моей биографии, но я и не планировал пытаться давить ей на жалость этим.

— А ещё я вот чего не могу понять: врач подобрал тебе хорошие противозачаточные. Как так вышло, что ты забеременела?

Нежка начинает нервно пожёвывать губы, теребит пальцами ткань своего сарафана и часто дышит.

Что она скрывает?

Неужели, она специально хотела забеременеть?

Часть 3. Нежка

Я не могу смотреть на Саида. Ужасно волнуюсь, потому что если скажу, что просто забыла о противозачаточных средствах, он разозлится на меня и будет прав. В последнее время наши отношения с ним отошли от подписанного контракта, и я забылась. Сама не знаю, как так получилось, что я перестала принимать таблетки, но сделанного уже не воротишь, и ему совсем необязательно знать правду. Наверное, мне казалось, что между нами появились какие-то чувства, возможно, я так сильно вжилась в отведённую мне роль, что стала на самом деле воспринимать его своим мужчиной, а себя его женщиной…

Это моя ошибка, и я хотела исправить её. Не желала рожать ребёнка, которого не смогу потянуть, как это сделала моя мать, успешно перевесив меня на шею бабушки, а потом заставив сидеть в своей комнате и не высовываться, чтобы не мозолила глаза отчиму.

— Не знаю, — отвечаю я. — Раз в год и палка стреляет, правда?

Мужчина косится на меня. Он заводит машину и отъезжает, а я пытаюсь воспротивиться и открыть, но дверца не поддаётся.

— Там мои вещи, телефон, документы, — возмущаюсь я.

— Странно, что ты не собрала их сразу, как только я сообщил, что приеду. Должна была понимать, что я не стану тратить своё время просто так.

— Саид, так нельзя. Мы оба взрослые люди. Пожалуйста, давай поговорим.

— Не о чем говорить, Нежка. Ты уже дала понять мне, что от своего решения отступать не планируешь, поэтому будешь сидеть под замком.

Чудовище…

Какое же он чудовище.

Так жаль, что я не разглядела этого раньше.

Когда Саид спас меня, дав мне крышу над головой, я подумала, что он хороший человек. Он дал мне работу, и какое-то время просто был моим другом — я так считала. Потом этот контракт… Не следовало мне его подписывать. Если бы я знала, что за Чудовище на самом деле скрывается под маской благотворителя, то никогда бы не связалась с ним. Мне казалось, что Саид просто занятой человек, уставший от коварства женщин, что он хочет иметь рядом с собой ту, которая будет верна, и при этом не будет ждать большой любви, заранее зная, что отношения основаны на выгодности для обеих сторон.

— Саид, ты не можешь удерживать меня силой. Это незаконно.

Он негромко посмеивается, давая понять, что плевать хотел на любые законы и правила. Я злюсь больше на собственную беспомощность, потому что ничего не могу поделать. Не следовало соглашаться на эту встречу с ним. Нужно было собрать вещи и бежать подальше. Вот только я точно знала, что он найдёт меня. Ещё и Антон так подставил… Не думала я, что он окажется таким трусом, мне казалось, что качки смелые и легко вступятся за беззащитную девушку. Он ведь пытался ухаживать за мной. Хорошо, что показал себя сразу.

Просто трус.

Впрочем, и я хороша: мне не следовало вмешивать постороннего человека в эти разборки, потому что я знала, что Саид опасный человек.

— Саид, там мои документы и телефон… — пытаюсь снова воззвать к жалости, но есть ли она у Чудовища?

— Их заберут мои люди. Что-то ещё?

Я негромко цокаю языком и закатываю глаза.

Он так сильно хочет сохранить этого ребёнка, но при этом не боится, что доведёт меня до выкидыша своим поведением. Странную он выбрал стратегию.

— А если это не твой ребёнок?

Понимаю, что последние слова говорю очень зря, потому что Саид резко сворачивает на обочину, за нашими спинами сигналят возмущённые водители, а мужчина ускоряется, пролетает ещё несколько метров вперёд и жмёт на тормоза.

— Ты в своём уме говорить такие вещи, Нежка? — спрашивает он, не глядя на меня.

Мужчина обхватывает руль руками и стискивает пальцами до побеления костяшек. Он злится. Сильно злится на меня, но пытается контролировать свою ярость.

— До того, как ты стала моей, ты была девственницей. Во время наших отношений я контролировал каждый твой шаг… После ты бы не успела, просто не успела… — Саид поднимает взгляд и какое-то время выдержанно смотрит на меня: — А теперь скажи, что ты решила соврать, чтобы я отпустил тебя, Нежка.

В его тёмных глазах плещется ненависть. Мужчина готов возненавидеть меня, если скажу обратное, но я не могу врать, потому что он знает каждый мой шаг, может перепроверить, и тогда обозлится ещё сильнее.

— Я не хочу жить как птица в клетке… Если ты желаешь, чтобы я родила и выносила этого ребёнка, то давай заключим новый контракт, — говорю я, понимая, что хожу по слишком тонкой и острой грани, которая может разорваться в любой момент.

— Новый контракт? — Саид выдавливает из себя хищную улыбку и начинает смеяться.

Кажется, он облегчённо выдыхает, но довольно скоро становится серьёзным и снова пристально смотрит на меня.

— Ты серьёзно хочешь новый контракт, Нежка? Так понравилось купаться в моём внимании и роскоши, которую я тебе давал?

— Дело не в этом! — пытаюсь противиться я.

— Не будет никаких новых контрактов, Нежка, потому что сделки с предателями я не заключаю. Ты сделала свой выбор, решив доверять кому угодно, но не мне, навела на меня ствол… Теперь уже тебе придётся делать то, что скажу я, и если оступишься, то будешь наказана.

Меня захлёстывает несколько чувств: вина, обида и разочарование. Где-то на фоне проявляется ещё и пульсирующий страх. Я не знаю, что мне делать. Как сбежать от этого Чудовища? Но у меня будет минимум полгода, чтобы придумать… Потому что когда родится ребёнок, я буду не нужна Саиду, что он сделает со мной в таком случае? Вряд ли отпустит снова.

Мужчина выворачивает машину на дорогу и потихонечку набирает скорость, а я откидываюсь на спинку сиденья, отворачиваюсь к окну и бесцельно смотрю в него, думая, как мне поступить дальше.

Часть 4. Нежка

Саид подъезжает к воротам своего особняка, нажимает на кнопку автоматического открытия, а меня пробирают мурашки. Внутренности стягиваются в узел, стоит только вспомнить побег. У меня тогда не было другого выхода. Я узнала о Саиде всю правду и единственное, чего отчаянно желала тогда — сбежать от него как можно дальше. Мне пришлось взять его оружие, пришлось угрожать ему. Знаю, что он мог легко остановить меня, но он отпустил. В ту секунду в его взгляде промелькнула сильнейшая боль. Я не знала, почему именно, не хотела узнавать. Мне было страшно. Я боялась, что он решит поступить со мной точно так же, как с ней, с той девушкой.

Мысли ненадолго возвращают в меня в тот самый день.

— Нежка, спокойно, опусти пушку. Что с тобой происходит?

— Я всё знаю… Ты жестокий человек, убийца! Я на такое не подписывалась и ухожу… Уйди с дороги, иначе я выстрелю!

— Ты ведь боишься нажать на курок.

— Тебе так кажется… Ты меня не знаешь, Саид! Уйди с дороги!

И он ушёл…

Сжал руки в кулаки, стиснул зубы и отошёл в сторону.

Я долго задавалась вопросом — почему всё вышло настолько просто, почему он ушёл с моего пути, даже не попытавшись остановить, а потом радовалась этому, как безумная. И вот теперь я снова не понимаю — почему он так просто отпустил меня.

Зачем вернул меня теперь, прекрасно понятно — ему нужен этот ребёнок. Но как он хочет воспитывать его один?

— Любая женщина может принадлежать мне, Нежка, но я не хочу любую! Хочу тебя! — шептал мне на ухо Саид в нашу первую ночь.

Ну конечно!

Любая женщина будет рада стать матерью для его ребёнка.

Конечно же, по контракту, но не суть. Этот человек признаёт только деловые отношения, только то, что оговорено договором, который составляет его доверенный юрист. Вот только значит ли этот договор хотя бы что-то для суда? Вряд ли… Хотя, маловероятно и то, что Саид ходит на суды. Он считает себя вершителем судеб. Вспоминаю фотографию убитых женщины и мужчины. Он просто избавился от своей бывшей женщины, застукав её на измене. Жестоко мучил её на прощание. Он не думал, что у кого-то могут оказаться фотографии, и что они попадут мне в руки однажды.

— Можешь выходить из машины. Только без глупостей, если не хочешь, чтобы я приковал тебя наручниками к батарее, — угрожающе заявляет Саид, и я киваю ему.

Медленно открываю дверцу и выхожу. Втягиваю в себя побольше воздуха и мельком поглядываю на мужчину. Саид распрямляет свои широкие, идеально ровные плечи и делает ими круговые движения, чтобы размяться. Он снимает с себя пиджак и закидывает его в салон автомобиля. Мой взгляд скользит по рельефному телу мужчины, спрятанному под рубашкой. Когда он предложил мне этот проклятый контракт, я согласилась не из-за роскоши, которую сулила мне связь с мужчиной, а из-за него самого. Меня влекло к Саиду, как к мужчине, и я хотела, чтобы именно такой стал моим защитником и первым мужчиной. Я считала его мужественным, справедливым, но сильно ошибалась.

Или ошиблась, доверившись незнакомому человеку?

Последнее маловероятно, если учитывать тот факт, что в доме Саида множество оружия, за ним постоянно ездит кортеж с верной охраной. Он ничего не говорил о себе, не впускал меня в свою душу, хотя мою вытряс, узнал обо мне всё. Он вёл себя слишком подозрительно, но я думала, что это как-то связано с его фирмой, с делами строительной компании, в которой мне удалось поработать несколько месяцев.

Я ошибалась.

— Добро пожаловать домой, Нежка… — произносит с издёвкой в голосе Саид. — На ближайшие девять месяцев.

— А если я не захочу отдавать тебе ребёнка?

Мужчина щурится, угрожающе глядя на меня. Раньше он никогда не смотрел на меня так. Я не видела Саида настолько рассвирепевшим.

— Я дал тебе выбор?

— Я мать ребёнка, я могу захотеть воспитывать его… Лишишь меня этой возможности и предпочтёшь нанять постороннюю женщину? Скажешь ребёнку, что я бросила его?

Саид молчит, но желваки на его лице дёргаются, выдавая напряжение. Он нервничает, и я понимаю, что зацепила его, задела за больное. Он не планировал детей, поэтому не обдумал, что и как будет складываться дальше.

— Я решу, что буду делать, но я не подпущу к ребёнку мать, которая хотела избавиться от него.

Я молчу.

Наверное, он прав.

Есть ли такой матери прощение?

Голова начинает кружиться от палящего солнца. Капельки пота проступают на лбу, а ладони в мгновение становятся влажными.

Наверное, Саид замечает, что чувствую я себя, мягко говоря, не очень, поэтому он зовёт меня за собой, и я решаю согласиться, ведь укрыться в прохладном доме куда лучше, чем получить тепловой удар. Рано или поздно я должна буду войти в этот особняк в любом случае.

Вхожу в дом, и навстречу тут же вылетает прислуга. Молоденькая девушка зло зыркает в мою сторону. Она давно хотела забраться в постель Саида и, наверное, у неё получилось, когда я ушла. Она ненавидела меня и всячески пыталась подставить. Несмотря на всё, что она сотворила, Саид снова принял её на работу. Чтобы позлить меня? Стискиваю зубы и кошусь в сторону мужчины.

— Лейла, пожалуйста, распорядись, чтобы подготовили травяной чай для Снежаны и крепкий кофе для меня. Мы будем в гостиной.

Девушка ещё раз очерчивает меня недовольным взглядом, покорно кивает и уходит, а я прохожу следом за Саидом в гостиную и бросаю на него злойвзгляд.

— Твоя новая фаворитка? — спрашиваю негромко, стараясь не выдать обиду голосом.

— Это тебя не касается, — сухо отрезает он.

— Не боишься, что она подсыплет яд мне в чай, чтобы окончательно избавиться от меня и ребёнка, живущего во мне?

Саид начинает чаще дышать, а я продолжаю наблюдать за его реакцией.

Часть 5. Саид

— Я ничего не боюсь, — отвечаю я с негромким придыханием. — Это тебе следует опасаться, ведь если что-то случится с ребёнком, я буду считать виноватой именно тебя.

Нежка чуть морщит носик и дёргается, а я мысленно возвращаюсь в прошлое, в тот самый день, когда перепуганная служанка прибежала в зал, где мы сидели с отцом, и заявила, что моя беременная жена мертва. Яд, которым окропили её цветы, сделал своё дело быстро. Амина умерла, не успев выносить моего ребёнка. Флакон с этим ядом был быстро обнаружен у Анны, и я долгое время был уверен, что её подставили. Конечно, потом я убедился, что именно она убила мою жену с ребёнком, но я точно знал, что сделала она это с чьей-то наводки. И сейчас я не могу позволить истории повториться. Лейла приехала сюда от отца. Он не мог подставить меня под удар, а вот мой брат… Вполне. Я не могу никому доверять. Только самому себе.

Лейла входит в гостиную и сообщает, что чай скоро будет готов, а я отмечаю, как они с Нежкой смотрят друг на друга. Это напоминает мне встречу двух ревнивых жён, которые не могут поделить своего супруга. Я злюсь и хочу прямо в эту секунду поставить обеих на место.

— Дождись меня здесь, — бросаю, посмотрев в сторону Нежки, и она негромко выдыхает, словно испугалась звучания моего голоса. Иду в сторону Лейлы, хватаю её за запястье и тяну за собой. — Ты уезжаешь домой сегодня же. Я точно знаю, что ночью будет рейс. Билеты я тебе достану.

— Домой? — удивляется девушка.

— Ты ведь не думала, что у тебя получится выполнить миссию, ради которой отец и отправил тебя сюда? Он хотел, чтобы я купился на очаровательное личико обольстительницы и обзавёлся потомством… — рычу сквозь зубы и чуть дёргаю девушку, которая тут же вырывает руки.

— Саид, отец просто хотел, чтобы я приглядела за вами, чтобы помогала вам по дому… — начинает оправдываться Лейла.

Всегда покорная…

В эту секунду она сорвала с себя маску, сама того не подозревая.

Всегда покорная никогда бы не стала вырывать руки и вести себя как строптивица.

Я оказался прав: Лейлу сюда отправили не просто так. И если она всё это время плясала под дудочку моего брата, Али, то ей лучше бежать подальше от меня.

— Мне до этого нет дела. Хватит с меня твоего присутствия в этом доме. Я пожалел тебя и не отправил домой сразу. Ты слишком много времени провела в этом доме.

— Вы решили прогнать меня из-за предательницы?

Во взгляде Лейлы мелькает ревность, и она снова сдаёт себя.

Нет…

Она совсем не покорная девушка, воспитанная по нашим обычаям.

— Собирай вещи. Сейчас же.

Девушка опускает голову и уходит, а я звоню в аэропорт и прошу забронировать билеты на имя Лейлы. Вызываю своего доверенного человека, который должен будет посадить девушку в самолёт и убедиться, что она улетела.

Возвращаюсь в гостиную, где Нежке уже принесли чай, но она не прикасается к кружке, отрешённо смотрит себе под ноги, скрестив руки на груди.

— Я не хочу, чтобы ты совершила какую-нибудь глупость, Нежка, — негромко говорю я, а она вздрагивает и поглядывает на меня.

— Тогда, может, поговорим по душам, и ты ответишь мне на вопрос, который так сильно тревожит меня?

— А может, ты просто перестанешь ставить мне условия? Неужели с самого начала нашего знакомства ты так и не поняла, что я не собираюсь плясать под твою дудочку? Если тебе хотелось находиться под крылом подкаблучника, следовало выбирать какого-нибудь стероидного соседа. Я не плюшевый мишка, и ты знала это с самого начала.

— Почему ты убил её, Саид? — срывается с губ Нежки вопрос, и кровь стынет в жилах.

— Убил кого? — цежу сквозь зубы, уже примерно понимая, что именно ей удалось узнать обо мне, и почему Нежка бежала от меня без оглядки.

— Свою бывшую… Ты и меня точно так же растерзаешь? После того как родится ребёнок?

Мелкие мурашки пронизывают кожу. Мне кажется, что это от холодного ветра, ворвавшегося в окно, но оно закрыто, а на улице вовсю палит солнце.

— Вот почему ты сбежала от меня… Это он тебе сказал? Мужчина, которого ты впустила в дом?

— Я никого не впускала в дом, Саид!

— Ты впустила моего врага, — отрицательно мотаю головой я.

— Эти снимки мне прислали с твоего телефона… А потом письмо на почту. Я никого не впускала в твой дом.

Я слушаю Нежку, но взгляд прилипает к силуэту Лейлы, мелькнувшему в коридоре. На секунду мне показалось, что это была Нежка, словно она только сидела тут и оказалась там. Те же тёмные волосы волнами, такая же хрупкая фигура…

Подскакиваю на ноги и спешу догнать девушку, чтобы заставить ответить на все мои вопросы на прощание.

Неужели меня обманули и заставили думать, что это Нежка впустила в дом того, кого я перестал считать своим братом?

Конечно, это не было решающим в нашем расставании. На меня сильнее повлияло то, что она послушала кого-то другого и решила, что должна бежать подальше от жестокого убийцы, коим меня считают. Да и то, что в моём доме был Али, я узнал спустя время после расставания со Снежаной, но в любом случае я не прощаю предателей.

— Лейла, стой! — заставляю женщину замереть на месте и остановиться.

Она с надеждой смотрит в мою сторону, словно ждёт, что я велю ей остаться.

— Это ты впустила Али в дом… На камерах не было видно лица… Но сейчас я увидел схожесть… Ты надела платье Снежаны и впустила Али в дом, чтобы подставить её. Зачем тебе это потребовалось?

— Али вынудил меня служить ему и передавать ему всю информацию о вас. Это он заставил меня притвориться Снежаной и заставить вас думать, что она предала вас, — всхлипывает Лейла. — Я боюсь его. Если мне придётся вернуться домой, он будет в гневе и избавится от меня.

Девица слишком быстро сдалась и сказала правду, но я понимаю, что не всю. Кровь в жилах буквально кипит. Я стискиваю зубы и какое-то время пристально смотрю на ту, что сейчас льёт слёзы попусту. Она просто пытается надавить на жалость.

— И много ты передала ему обо мне? — спрашиваю ледяным тоном.

— Я ничего не передавала, говорила, что вы почти не бываете дома, я не хотела подставлять вас, Саид, ведь вы чудесный человек. Ваш отец хотел, чтобы я заботилась о вас, а брат… Али начал угрожать мне, но я не сдала вас.

— Не сдавала меня, но подставила Снежану, — ухмыляюсь я. — Хороша твоя преданность.

— Она вам не подходила… И вы это прекрасно знали. Саид, прошу вас, позвольте мне остаться рядом и доказать, что я на вашей стороне…

Лейла делает шаг вперёд и несмело берёт меня за руку, но я стряхиваю её пальцы с себя и делаю шаг назад.

— Собирай вещи быстрее, потому что ждать тебя никто не будет и погрузят в самолёт в любом случае.

Лейла рыдает, а я не верю её слезам. Если она всё это время была заодно с Али, то как можно верить тому, что она не будет продолжать идти на его поводу и дальше?

А мне, похоже, придётся встретиться с братцем и расставить все точки в наших отношениях.

Я понимаю, что открывшаяся правда никак не повлияет на наше будущее с Нежкой. Тот факт, что это не она впустила Али в дом, совсем ничего не значит. Она подняла на меня заряженный ствол и готова была выстрелить, хоть я всегда был добр к ней… Она уверена, что я способен на жестокое убийство. На сердце выжигается очередной шрам, очередное напоминание о том, что никому нельзя верить.

Часть 6. Саид

Возвращаюсь в гостиную, где Нежка продолжает сидеть, так и не притронувшись к чаю. Бросаю взгляд на полный стакан, а затем медленно перевожу его на девушку, сидящую в кресле. Она кажется какой-то родной, но одновременно чуждой. Смотрю на неё и вижу предателя, человека, воткнувшего нож в спину.

— Сегодня Лейла покинет этот дом, — говорю холодным тоном.

Вспоминаю тот день, когда позволил себе сотворить, пожалуй, самую большую глупость за последние полтора года и привёл Снежану в этот дом. Тогда я не знал её и совсем не думал, что она может оказаться такой…

— Почему молоденькая девушка сидит в парке одна в столь поздний час? — спросил я, приблизившись к скамейке, на которой сидела и рыдала Снежана.

Она вздрогнула, убрала ладони от своего прекрасного нежного лица и посмотрела мне в глаза. Почему-то она привлекла моё внимание, когда я прогуливался у фонтана, и я решил заговорить с ней. Мне казалось, что там банальная для девиц её возраста история о том, какой сволочь оказался её ухажёр, но всё было куда интереснее.

— Вы это мне?

— Вам, — кивнул я.

— А мне некуда идти… Меня оставили без денег и крыши над головой, поэтому даже если попадусь в лапы бандитов, то делать мне всё равно нечего.

Меня покорила её прямота, и я присел рядом.

— Если я предложу крышу над головой, поделишься, что именно с тобой приключилось?

— У меня ещё не было мужчины, если вы хотите найти себе девицу на ночь, то ошиблись местом.

А эта правда покорила меня ещё сильнее. Очертив взглядом нежные черты лица немного искажённые длительными рыданиями, я улыбнулся.

— Обещаю, что не стану прикасаться к тебе. Просто хочу помочь и найти себе собеседника на вечер. Ну так что?

— Почему ты решил прислушаться ко мне, Саид? — спрашивает Нежка, вырывая меня из воспоминаний.

Тряхнув головой, возвращаю своё внимание к ней.

— Узнал кое-что интересное о человеке, находящемся в стенах моего дома. А ты ведь знаешь, что я не терплю предателей, правда, Нежка? Сейчас привезут твои вещи. Ты можешь располагаться в той комнате, где жила здесь раньше. — Я негромко покашливаю, прочищая горло, и смотрю ей в глаза: — До того, как стала моей женщиной.

Нежка опускает голову. Вижу, что она устала и не может больше спорить со мной. Сейчас нам обоим следует отдохнуть немного, привести чувства в порядок, а потом будет видно, что делать дальше. В любом случае сейчас мы не сможем говорить нормально. Завтра я отвезу её в хороший медицинский центр, где врачи проведут обследование и сообщат, можно ли ей рожать. Если нет, я позволю ей сделать задуманное и отпущу. В груди клокочет щемящее одиночество, я разворачиваюсь на пятках и бреду в сторону коридора. Ненадолго я представил, как по дому может бегать маленький карапуз, называющий меня папой, но пока нельзя было мечтать, ведь у Нежки могут быть противопоказания к рождению ребёнка.

Мои люди будут тщательно следить за Нежкой, поэтому если она задумает сбежать, то у неё всё равно ничего не получится. Лучше бы ей не делать этого. Не хочу разочароваться в ней ещё раз.

Перед глазами снова появляются её дрожащие руки, вцепившиеся в пистолет, выуженный из моего сейфа. Нежка была готова убить меня. Она растоптала те тёплые чувства, которые появились у меня к ней. Порой мне казалось, что лучше было бы получить пулю в лоб, чем видеть, как человек, который стал тебе дорог, поднимает на тебя заряженный ствол.

— Саид, не уходи! — зовёт меня Нежка.

Я замедляю шаг, но не останавливаюсь и не оборачиваюсь в её сторону.

— Пожалуйста, давай поговорим. Я хочу знать, что меня ждёт дальше… Стоит ли мне готовиться к тому, что случилось с той девушкой?

Оборачиваюсь в сторону девушки и зло зыркаю на неё, давая понять, что её вопрос чересчур неуместен, и ей лучше вовремя прикрыть рот.

На меня накатывает волна воспоминаний.

Мои люди нашли бывшую, воткнувшую кол мне в сердце. Я хотел встретиться с ней, хотел заставить испытать страх, но дать сбежать, чтобы она мучилась и жила в агонии, но когда приехал на место, опоздал. Она была уже еле живая. И мучитель добил её, глядя мне в глаза с маниакальным истерическим смехом, за что получил пулю в лоб. Я не прощаю предателей, и, наверное, мне следует встретиться с Али. Скорее всего, именно этого добивается мой братец. Он всегда считал меня недостойным носить фамилию нашего отца, потому что я не был точно таким же жестоким, как мой брат, как многие в моей семье, в клане, много лет назад основанном моим кровожадным прадедом.

Выхожу из гостиной и направляюсь к себе в кабинет.

Никого не хочу сейчас видеть.

Хочу просто отдохнуть.

А потом я решу, как быть дальше.

Али постоянно выискивал мои слабости, пытался ударить побольнее, и если он узнает о беременности Нежки, она будет находиться в серьёзной опасности. Быть может, она была права, и ей следовало самой решать, как жить дальше?

В висках появляется неприятное ноющее ощущение. Давление поднимается, и мне бы вздремнуть немного, потому что я практически не спал сегодня, после того, как узнал новость о беременности Нежки. Зеваю, но решаю не расслабляться и дождаться, когда Лейлу увезут из моего дома. Надеюсь, что она не решит навредить Нежке на прощание. Подзываю дворецкого и прошу проследить за безопасностью Снежаны, а сам захожу в кабинет и плюхаюсь в кресло.

Часть 7. Нежка

Кошусь на травяной напиток, стоящий на столике, но так и не решаюсь выпить его, хоть во рту царит самая настоящая Сахара. Решаю, что могу пойти на кухню самостоятельно и выпить хотя бы воду. Надеюсь, что не столкнусь с разъярённой Лейлой по пути. Мне становится интересно, что она такого сделала, чтобы Саид прогнал её, ведь он точно не из-за моих слов решил сделать это. Я видела в его взгляде нечто похожее на прозрение, словно он узнал о девушке что-то важное. Но он не скажет, что именно. Я для него теперь враг.

Осторожно поднимаюсь на ноги и медленно плетусь на кухню. Слабость отчего-то стала только сильнее. Наверное, я перенервничала сегодня. Я наивно предполагала, что Саид не тронет меня, оставит там, ведь он отпустил меня. Ещё и с Антоном получилось очень некрасиво. Не следовало мне просить его о помощи. Тяжело вздыхаю и вхожу на кухню. Этот дом хорошо знаком мне, каждый угол, в котором паучок может сплести паутинку. Единственное место, которое всегда находилось под запретом для меня — кабинет Саида. Мужчина не желал, чтобы я заходила туда, а я не особо-то рвалась. Я была там всего один раз. Когда выкрала пистолет. Пароль от сейфа Саида мне прислали в письме. Тот, кто составил то письмо, хорошо знал мужчину. Тогда я даже не задумывалась об этом, а сейчас вдруг забеспокоилась. Могли ли его оболгать? Конечно, Саид не невинная овечка, но и жестоким убийцей может не оказаться. Сердце подпрыгивает, но быстро успокаивается.

— Снажаночка! — приветствует меня пожилая домработница, Эльвира Аристарховна и тут же обнимает. — Как же пусто в доме было без тебя!

Я улыбаюсь, отстранившись от женщины.

— Эта змея возомнила себя здесь хозяйкой, но я знала, что ты обязательно вернёшься. Как ты себя чувствуешь? Вы с Саидом помирились?

Никто в доме не знал, что мы с Саидом вместе по контракту. Я должна была стать для окружающих влюблённой в него глупышкой. Мы были парой в глазах остальных, даже в глазах тех, кто работал на мужчину и помогал с домашними делами.

— Можно сказать и так, — пожимаю плечами я и выдавливаю усталую улыбку.

Краем глаза замечаю, что в дверном проёме застыла Лейла и пытаюсь согнать усталость и тяжесть, которая в эту секунду давит на сердце.

— Саид сделал мне предложение сегодня, — говорю я, сделав вид, что не заметила девушку. — Он доказал то, что я на самом деле дорога ему, поэтому я и вернулась. Совсем скоро мы начнём готовиться к свадьбе.

Мне противно от того, что приходится врать, но почему-то захотелось поставить эту девицу на место. Со стороны Лейлы доносится возмущённый вздох, скорее похожий на всхлип.

— Саид никогда бы не поступил так, — заявляет она. — Он чтит наши традиции. Пусть его мать и была русской, но Саид однажды женился на своей. И во второй раз он выберет ту женщину, которую для него подберёт его отец.

Эльвира Аристарховна покачивает головой. Ей Лейла тоже не нравится с самого начала, и она часто помогала мне в прошлом, когда эта девица пыталась вставлять мне палки в колёса.

— Я не собираюсь никому ничего доказывать, — улыбаюсь я и подхожу к кулеру, чтобы набрать воду. Беру одноразовый стаканчик и на мгновение бросаю взгляд на недоумевающую Лейлу. — Тем более тем, кто находится в доме последние часы.

Лейла начинает шипеть, стискивает зубы, резко разворачивается на месте и уходит, а я подношу стакан с водой к губам трясущейся рукой.

Если она скажет Саиду о моих словах, то мне придётся как-то выкручиваться.

Вспоминаю его грозный взгляд и приказы, слетающие с губ мужчины голосом полным презрения. Если когда-то у меня и был шанс на его милость, то теперь его нет. Нужно подготовиться к тому, что он обрушит гнев на мою голову.

— Лейла уезжает? — спрашивает Эльвира Аристарховна.

— Да. Саид приказал ей собираться.

Я стараюсь больше ничего не говорить о нашей с ним свадьбе, которую сама и придумала, допиваю воду и выбрасываю стаканчик в мусорную корзину.

— Хоть легче дышать будет. Как здорово, что ты вернулась, девочка. Надеюсь, что теперь Саид станет добрее, а то ведь он сам не свой ходил всё это время, на всех срывался, кричал постоянно, не ел ничего толком.

Неужели из-за меня?

Скорее всего, дело в его личных проблемах, о которых он никогда и никому не рассказывает.

Вряд ли мой уход мог так сильно повлиять на него.

— Он любит тебя, девочка! Пусть порой и не может показать свои чувства.

Я широко распахиваю глаза, но тут же стараюсь подавить смятение.

— Спасибо вам за поддержку. Я пойду, отдохну немного. Уморилась сегодня.

— Жду тебя к ужину. Приготовлю твою любимую запечённую курочку под сырной корочкой.

— Спасибо, Эльвира Аристарховна, — благодарю женщину я и выхожу.

На душе слишком мерзко, потому что я солгала человеку, который всегда был добр ко мне. Не следовало мне говорить об этой свадьбе и пытаться как-то уязвить Лейлу, ведь она всё равно уезжает из этого дома.

Уезжает домой.

Эта мысль оглушает молотом Тора, и внутри появляется дурное предчувствие.

Что будет, если Лейла расскажет семье Саида о том, что он решил жениться на мне?

В этом случае мужчина точно решит распять меня после того, как рожу ребёнка.

Решаю, что следует поговорить с ним и направляюсь в сторону его кабинета. Приближаюсь к массивной двери из белого дуба и долгое время стою, не решаясь занести руку и постучать.

— Боишься зайти в кабинет жениха без стука? — спрашивает Лейла, скрещивает руки на груди и вздёргивает подбородок.

Она за мной следит?

Часть 8. Нежка

— Я уважаю своего жениха и его личное пространство, — отвечаю я, с вызовом глядя на девушку. — А ты пришла попрощаться?

— Не думай, что это наша последняя встреча, Снежана, — зло цедит Лейла сквозь зубы. — Мы ещё непременно встретимся…

— Воспринимать твои слова как угрозу? — спрашиваю я, продолжая смотреть на неё пристально, не отводя взгляда.

— Как предупреждение, — растягивает губы в хищной улыбке Лейла. — Саид поймёт, что ты ему не подходишь, и снова выберет меня.

— Не слишком ли много ты на себя берёшь? — раздаётся властный голос за спиной, от которого мурашки бегут по коже.

Я оборачиваюсь и смотрю на Саида. Во взгляде мужчины плещется разочарование. Он пристально смотрит на Лейлу, а та ёжиться под его взором.

— Или хочешь, чтобы я рассказал всем причину твоего изгнания?

Лейла вздёргивает подбородок вверх.

— Уходи, Лейла. Богдан уже приехал и сейчас зайдёт за тобой. Счастливого пути.

Замечаю, что в глазах девушки появляются слёзы, и мне становится ненадолго жаль её. Лейла разворачивается на месте и громко шаркая тапками уходит, а я повторяю за ней, но Саид хватает меня за руку и тянет на себя.

— А ты куда собралась, невеста? — спрашивает мужчина, и склоняется ко мне, обжигая кожу моей шеи свои горячим дыханием.

Он всё слышал и теперь устроит мне выговор.

— Саид, я как раз хотела поговорить с тобой об этом…

— О нашей предстоящей свадьбе? — строго спрашивает он, сопит мне в ухо и касается губами шеи, отчего пробуждаются воспоминания, от которых мне становится дурно.

— Я не знаю, как так получилось…

Расслабляюсь и ненадолго забываю, кто стоит передо мной, а губы мужчины касаются моей шеи, оставляя влажную дорожку до ключицы. Саид отстраняется от меня, разворачивает лицом к себе и смотрит прямо в глаза.

— Но уже получилось, а я не позволю всем думать, что я бросаю свои слова на ветер из-за лживой девчонки, которая хотела уязвить другую, поэтому готовься к свадьбе, любовь моя.

— К свадьбе? — дыхание спирает, а Саид смотрит на меня и улыбается.

— Ну ты же не думала, что твои слова сойдут тебе с рук?

— Саид, я не знаю, как так получилось…

— Думаешь, мне это интересно? — спрашивает, продолжая сверлить меня взглядом, в котором мелькает усмешка. — Скоро вся моя семья узнает о предстоящей свадьбе, и если ты не станешь моей женой, то можешь попасть под их гнев. Ты ведь не хочешь этого, Нежа?

Мурашки бегут по коже. Я делаю шаг назад и пристально смотрю в глаза, пропитанные холодом.

— Саид, это как-то неправильно.

— О, правда? Неправильно решать за двоих, Нежка, но раз ты уже все решила, то будь добра нести ответственность за свои слова. Или тебя не учили этому в детстве?

Мужчина наступает и прижимает меня к стене. Рядом с ним мне ничего не страшно. Его взгляд гипнотизирует, и мне хочется впиться в его губы, пусть я и понимаю, что это неправильно, ведь он…

Убийца.

— Что же… тогда ты должен быть откровенен со мной. Я ничего о тебе не знаю. Я хочу узнать тебя, Саид. И для начала я хочу понять, почему ты сделал с ней такое…

— Ты так уверена, что это сотворил я, Нежка, что не готова услышать правду. Когда-нибудь, возможно, я расскажу тебе историю своей больной любви, но это будет позднее… Когда ты будешь готова слышать. Я не хочу сталкиваться с тобой до завтра. Нам обоим следует остыть, а позднее… Позднее мы непременно поговорим обо всём.

Неужели Саид готов раскрыться мне? После того, как я навела на него пистолет, пусть и не собиралась стрелять, я надеялась, что он отпустит меня, испугается и позволит мне уйти. Но он не испугался… В тот день ему было больно, и я читаю эту боль в его взгляде сейчас.

Часть 9. Саид

Слежу за тем, чтобы Лейла покинула мой дом. Она смотрит на меня так, словно безмолвно говорит, что я непременно пожалею о том, что отослал её, но я даю ей понять, что ничего и никого не боюсь. Даже хорошо, что Нежка сказала о свадьбе. Пора встретиться с хищником, чтобы показать ему, кто здесь хозяин. Я никогда и ничего не ждал от семьи, не рассчитывал, что мне достанется наследство отца или какие-то почести… Всего, что у меня теперь есть, я добился сам. Бизнес поднимал сам. Отец настаивал на том, что я должен встать во главе его дел по праву старшинства, но мне ничего не нужно было… Я всё оставил Али. За что брат так сильно ненавидит меня? Почему продолжает упорно идти против?

Наверное, он не даст мне ответа на этот вопрос, но если посмеет снова прикоснуться к моей семье, то я заставлю его ответить, даже если ему придётся захлебнуться собственной кровью.

Возвращаюсь в дом, отдав своему человеку приказ, чтобы глаз не спускал с Лейлы и убедился, что эта змеюка улетела, а потом набираю номер отца. Нам придётся серьёзно поговорить с ним.

— Саид, — приветствует меня отец и машет рукой. — Неважно выглядишь.

— Пожалуй, — отвечаю я. — Отец, я отправил Лейлу домой. Позаботься о том, чтобы Али не приблизился к ней, потому что мне стало известно, что она работала на него.

— Какую игру вы затеяли снова, Саид? — хмурится отец. — Неужели я неправильно воспитал вас? Что я сделал не так, что получил наказание в виде вражды своих сыновей? Наверное, наказан за то, что женился на твоей матери.

Я усмехаюсь, хоть и понимаю, что проявляю таким образом неуважение. Вот только слова отца ничуть не радуют, и они никак не вызывают уважение к человеку, который сказал их. В последнее время я всё чаще слышу от него, как он жалеет, что женился на моей матери. Кто-то здорово промыл его мозг, ведь когда-то отец с нежностью отзывался о женщине, подарившей ему любовь и отдавшей всю себя без остатка. Они любили друг друга, но после её смерти отец словно забыл обо всём, что их связывало.

— Уж не близость ли Али так сильно повлияла на тебя? — спрашиваю я.

— Саид, послушай, тебе не следует повторять моих ошибок… Лучше тебе вернуться и жениться на своей…

— На своей? Кажется, ты забываешь, отец, что в моих жилах течёт смешанная кровь. Кто будет для меня своей? Кроме того, я уже всё решил. Скоро я женюсь, но на свадьбу приглашать не стану, потому что знаю, что теперь уже ты не будешь повторять ошибки прошлого и идти против семьи. Просто решил предупредить, чтобы ты узнал не от Али или Лейлы. Это обдуманное и хорошо взвешенное решение.

Отец хмурится и начинает тяжело вздыхать, а я говорю, что сильно устал сегодня, прощаюсь с ним и отключаю телефон.

Никогда не понимал этого разделения на «своих» и «чужих». Конечно, если человек глубоко верующий, то он будет действовать согласно своей религии и убеждениям, но в нашей семье каждая заповедь, каждый устой препираются. Никогда не любил это фальшивое пристрастие к одним правилам и пренебрежение другими.

«Не убивай!», — вспоминается мне, и плечи передёргиваются.

Вспоминаю тот самый день, когда первый и последний раз в своей жизни нажал на курок. Перед глазами мелькают ужасные кадры. Я пытался найти женщину, которая разбила моё сердце, предала меня, а потом убила мою жену и нерождённого малыша. Она сделала это только с лёгкой руки моего братца, но никто не обратил внимания на пострекателя. Я хотел просто посмотреть в её глаза, вселить в её душу неистовый страх, а потом отпустить. Я видел, как она мучается в агонии, живёт в постоянном страхе перед нашей следующей встречей, но мой брат обскакал меня. Он нанял киллера, безжалостного убийцу, который кожу с людей сдирал с улыбкой на лице и с маниакальным наслаждением. И я не смог сдержаться, когда увидел, что этот маньяк сделал с женщиной, которую я когда-то любил. Пусть не я давал ему жизнь, но именно я отнял её. И вот теперь я несу наказание.

Нежка считает меня убийцей.

В какой-то степени так оно и есть, мне даже против нечего сказать, пусть хочется дать ей понять, что я не такой ужасный, как она думает.

И я знаю, кто заставил её думать именно так.

Мой брат…

У Али нет совершенно ничего святого.

Он будет тенью ходить за мной и постоянно напоминать о том, что любви нет, что все предают, а убийцу никто и никогда не полюбит.

«Тебя даже уважать не за что!» — слышу голос Нежки в ушах, и он причиняет мне боль.

Иду к себе в комнату, а по пути останавливаюсь у приоткрытой двери. Слышу, как всхлипывает Нежка, и борюсь с желанием войти туда, чтобы спросить, как она себя чувствует и почему плачет. Мне больше нельзя впускать женщин в своё сердце — слишком дорого стоит «любовь».

Переборов желание войти к ней и убедиться, что всё в порядке, прохожу мимо и захожу в свою спальню. Ложусь на кровать, даже не снимая одежду, и закрываю глаза.

— Снежана, зайди, пожалуйста, ко мне в кабинет, — попросил я, готовясь к серьёзному разговору.

Отключив телефон, я негромко покашлял в кулак, чтобы прочистить горло, и постарался собраться с силами. Мне нужно было подготовиться к разговору с ней. К непростому разговору. Девушка вошла, и мой взгляд прилип к её обворожительному виду. Даже в простой блузке и строгой юбке-карандаш, прикрывающей колени, она выглядела соблазнительно.

Я встал и приблизился к девушке, проводя подушечками пальцев по её щеке. Она вздрогнула, но не отшатнулась, а лишь чуть поёжилась и повела плечами.

— Снежана, у меня есть к тебе предложение. Ты симпатична мне, и я хочу предложить тебе контракт. Согласно нему ты станешь моей женщиной, и я обеспечу тебя немыслимой роскошью. Ты ни в чём не будешь знать нужды, а взамен я попрошу только уважения и преданности. Как ты на это смотришь?

Её реснички начали дрожать, а губы приоткрылись, но тут же закрылись. Взметнув на меня взгляд, она застыла, глядя глаза в глаза.

Часть 10. Саид

Проснувшись, я открываю глаза и кручу головой в попытке понять, который сейчас час. Будильник ещё не зазвонил, а солнце только-только стало выглядывать, и пока освещение достаточно тусклое. Поднимаюсь на ноги и ищу свой телефон.

Пять утра…

Куча пропущенных от брата.

Неужели думает, что я захочу говорить с ним по душам после всего, что он мне сделал?

Не захочу.

Но придётся.

Ради Нежки и нашего ребёнка.

Я не хочу, чтобы мой брат как-то навредил им.

Голова идёт кругом, и я набираю номер Али. Плевать на разницу во времени, потому что он тоже не особо задавался этим вопросом, когда звонил мне.

— Брат, — слышу хриплый голос, вырывающийся из трубки, и меня пробирает до омерзительных мурашек.

— Али, — отвечаю я, держа ледяную интонацию.

— Ты снова решил опозорить имя семьи, — заключает мужчина.

— Опозорить? У каждого свои понятия позора, — хочу напомнить ему о том, что его человек сотворил с Анной, но не делаю этого.

— Отец проклянёт тебя и откажется от тебя, если ты снова ударишь лицом в грязь! — с омерзением бросает брат.

— Меня это не пугает. Мне интереснее вот что: чего ты хочешь от меня?

— Чего я хочу? Хочу, чтобы ты понял, наконец, что у тебя есть семья, ради которой и нужно жить, а не эти бабы, бросающиеся на размеры твоего кошелька.

Я стискиваю зубы и вспоминаю Анну. Мне казалось, что со Снежаной у меня всё иначе, но она тоже согласилась на отношения ради роскоши, по крайней мере, была честна со мной и не обещала, что будет любить.

— Ты отправил моей женщине фотографии… Страшные фотографии, Али. Ты оболгал моё имя и запятнал мою честь. Что ещё ты хочешь?

— Это ты опозорил себя и семью! — противится Али, и я понимаю, что разговор у нас не складывается, потому что мы говорим на разных языках. — Если бы ты не привёз эту потаскуху в наш дом, то ничего бы не произошло, а ты опозорил нас. Опозорил отца. Хочешь, чтобы очередная твоя подстилка жила, Саид? Тогда откажись от семьи и от фамилии, которую ты носишь. Публично разорви все отношения со своими корнями.

Я понимаю, чего именно пытается добиться Али: он хочет стать единственным сыном своего отца. Отец не отказывается от меня из-за тёплых чувств к моей матери, хоть уже сотню раз мог сделать это. И не откажется теперь. Али злится. Хочет остаться единственным, получив ещё больше уважения семьи.

— Я не стану отказываться от своей фамилии, брат, но и наследство отнимать у тебя не стану. Ты можешь быть спокоен. Я больше не появлюсь в родном городе.

— Нет, так не пойдёт. Ты должен отказаться, потому что пока ты не сделаешь этого, кровь тех, кто тебе дорог, будет пачкать твои руки, Саид!

Али отключает телефон, а я с силой сжимаю трубку, слыша хруст пластика и стискивая зубы до противного скрежета. Брат дал понять, что он не собирается останавливаться, и мне нужно сделать всё возможное, чтобы защитить Нежку от его поползновений.

Нежка…

Выхожу из комнаты и спешно иду к двери в её спальню. Она приоткрыта. Заглядываю и вижу, что она спит, поджав колени к груди. Красивая, нежная и безмятежная. Именно такой она запала мне в душу и смогла прочно засесть там, оторвав огромный кусок моего сердца. Вот только я обещал себе, что не стану влюбляться.

Вздрогнув, Нежка открывает глаза и смотрит на меня какое-то время.

— Что-то случилось? — спрашивает она чуть хрипящим голосом и натягивает на себя одеяло, кутаясь в него, как гусеничка.

Замёрзла?

— Нет. Пока ничего не случилось. Просто решил проверить, в порядке ли ты.

— Всё хорошо. Я не сбежала, если ты боялся, что попытаюсь сделать это…

— От меня нелегко сбежать. Ты ведь знаешь это, Нежка, — пожимаю плечами я и чуть мотаю головой, не давая ей шанса спорить.

— Саид…

Девушка привстаёт, упираясь ладонью в матрас, и её густые тёмные пряди падают на лицо. Как же я любил наматывать локон её волос на указательный палец, находясь в близости со своей Нежкой. Мне казалось, что она теперь всегда будет моя. Жаль, что я ошибался.

— Что ты хочешь сказать? — спрашиваю и немного щурюсь, наблюдая за её эмоциями.

— Мы должны поговорить об этом письме. Сейчас я готова услышать твой рассказ. Так будет проще.

— Хочешь оправдать Чудовище, ставшее твоим первым мужчиной, Нежка? Что это поменяет? Ты уже сделала для себя выводы, а я не намерен распахивать душу и выворачивать её наизнанку. Ты сделала свой выбор, разве нет?

— А как бы ты поступил на моём месте? Я испугалась… Я не знала, что думать. Ты никогда не был откровенен со мной, и я ничего о тебе не знала…

— Потому что ты продала своё тело мне за роскошь… Помнишь?

Нежка поджимает губы и отводит взгляд в сторону. Я чувствую, что если задержусь ещё ненадолго, то мы поссоримся, поэтому решаю спуститься вниз и выпить кофе.

— У тебя есть пара часов, чтобы проснуться и привести себя в порядок. Поедем в медцентр сдавать анализы.

— Ты не даёшь мне шанса узнать тебя и понять! — бросает Нежка, когда я уже разворачиваюсь, готовый уйти.

— У нас нет будущего, Снежана…

— Ты обещал, что расскажешь всё, когда я буду готова, — с обидой всхлипывает она.

— Я передумал.

Ухожу, чувствуя, что внутри разливается чёрная ненависть к самому себе.

Она не должна проникнуться ко мне чувствами и не должна стать моей слабостью, потому что в таком случае Али найдёт её, чтобы причинить мне боль.

Часть 11. Нежка

Саид уходит, оставляя меня снова в неведении. Я пытаюсь сделать шаг вперёд и понять его, но ему это не нужно. Он просто хочет, чтобы я родила его ребёнка и исчезла из его жизни, а я снова вспоминаю чувства, которые вспыхнули у меня во время отношений с ним. Они никогда не умирали, и я сотню раз успела пожалеть, что испугалась тогда, но что меня ждёт рядом с таким человеком? Саид никогда не изменится. Он ясно дал понять мне, что он такой, какой есть. Ему не нужна любовь, не нужны отношения, не нужны чувства. Он бесчувственный. Ему никто не нужен.

Негромко всхлипываю и падаю на подушки. Он дал мне время для того, чтобы успела собраться в медицинский центр. И ждать он точно не будет.

В голове появляется мысль сбежать от него, но она быстро исчезает, потому что Саид найдёт меня, куда бы я не спряталась, а прятаться мне негде. У меня никого и ничего не осталось. Да и я не уверена, что хочу сбегать снова.

Заставляю себя подняться на ноги, принимаю душ и на автомате одеваюсь, как робот, который не живёт, а просто существует. Именно такой я стала рядом с Саидом. Он не отвечал на мою взаимность, заставлял скрывать свои чувства внутри и… бояться его.

Спускаюсь вниз и сталкиваюсь с ледяным колючим взглядом, проникающим глубоко в душу. Саид окидывает меня с головы до пят, одобрительно кивает и указывает, что я должна идти следом за ним. Вспоминаю, как часто плакала у него на коленях, рассказывая о том, насколько сурово со мной обошлась жизнь, и мне казалось, что он понимает меня, поддерживает, а теперь было ясно одно — он слушал, но не проникался моей жизнью, не желал подружиться, как-то сблизиться. Он будто бы боялся, что влюбится и не сможет побороть свои чувства, поэтому не подпускал меня близко.

— Саид, я хотела бы вернуться к разговору о…

— Нет, — отрезает он и отрицательно мотает головой. — В одном ты была права, Нежка, когда решила разорвать любую связь со мной — забираться в мою душу опасно.

— Уж точно не опаснее, чем жить в неведении.

— Если я скажу, что тебя хотят убить, тебе будет легче жить?

Мурашки бегут по коже, и я отрицательно мотаю головой.

— А тебя хотят убить… После того, как ты заявила Лейле, что выходишь за меня замуж. Моя душа — потёмки, Нежка, и тебе лучше не забираться туда. Даже самый яркий огонёк света меркнет в этой тьме, потому что она поглощает его.

— Да кто тебя убедил в этом? — не выдерживаю я и чуть ли не топаю ногой, остановившись около машины мужчины.

— Ты, — говорит он так, словно втыкает нож в сердце.

Я?

На секунду мне становится горько.

Что, если Саид готов был раскрыться мне, но я не дала ему шанса? Я назвала его жестоким убийцей, навела на него пистолет и сбежала от него. Что, если мой поступок заставил его закрыться в себе ещё сильнее?

Сажусь в машину и пристёгиваюсь, пока мужчина обходит её. Горло стягивает узлом, словно кто-то нацепил на него удавку. Я не понимаю себя. Мне тяжело даже просто дышать. Очень тяжело от мыслей, которые кружат в голове. Сбежав от Саида, я думала, что больше никогда не окажусь рядом с ним, а теперь оказалась, и мне было тошно, омерзительно тошно от ненависти к самой себе. От непонимания происходящего.

Саид садится в машину, и салон заполняется сладким ароматом его парфюма. Мужчина заводит двигатель, открывает ворота с пульта и медленно выезжает.

— Послушай, я хочу помочь тебе…

— Ты уже помогла, Нежка… Просто помолчи немного. После медицинского центра мы поедем в ЗАГС, где нас распишут. Белого платья и торжества у нас не будет, как ты уже могла понять это…

— Но…

— Никаких но. Ты должна получить мою фамилию. Так шансы обезопасить тебя и ребёнка возрастут, а дальше будет видно.

— Кто угрожает мне? Лейла? — хмурюсь я.

Саид смеётся, выезжает со двора и закрывает ворота. Он поворачивается и несколько секунд смотрит на меня, словно я сказала какую-то несусветную глупость.

— Лейла всего лишь жалкая пешка во всей этой жестокой игре. Она меньшее зло из того, которое существует.

— Твоя семья? Они хотят, чтобы ты женился на выбранной ими невесте? Они желают избавиться от меня? Мне важно знать это!

Я знала, что отец Саида имеет восточные корни, а ещё знала о том, что он связан с какой-то преступной группировкой. Наивно предполагая, что мужчина сбежал от всего этого в другой город, я доверилась ему, а теперь не знала, как мне поступить. Что случилось с той девушкой на самом деле?

— Ты задаёшь слишком много вопросов, если учесть тот факт, что я уже дал понять, что не собираюсь открывать свою душу. Просто уйми своё любопытство, Нежка. Ты знаешь больше, чем должна. Я защищу тебя, а остальное не должно тревожить тебя.

— Саид, мне действительно важно знать правду. Что случилось с той девушкой? Она тоже была вместе с тобой по контракту?

— Я её любил!

Ответ мужчины врезается в сознание. Бьёт наотмашь. На глаза наворачиваются слёзы. Он её любил… А меня нет. Этим всё сказано. И если он любил её, то это только подтверждало, что он не причастен к её смерти. Он бы не смог убить её, ведь даже обо мне пытается заботиться.

Замолкаю и отворачиваюсь в сторону окна.

Саид с таким пылом ответил, что теперь мне не хочется снова заводить разговор и пытаться добиться ответов от него.

Он её любил…

Часть 12. Нежка

Все анализы у меня берут довольно быстро. Врач проводит осмотр, но ничего не говорит. Наверное, Саид дал ему команду не отчитываться передо мной. Внутри закипает сильнейшая злость. Все и всегда решают за меня. Вспоминаю, как впервые оказалась в этом городе — я просто решила, что пора сбегать и бежать как можно дальше. Собрала всё, что у меня было, — нажитые пожитки уместились в рюкзак, — и уехала в другой город, который встретил меня своим недружелюбием. Если бы Саид не попался на моём пути, то всё закончилось бы слишком плачевно. Я поджимаю губы и отвожу взгляд в сторону, когда врач хмуро поглядывает на меня.

— Вы можете идти. Всё, что необходимо, выпишу в рецепте и передам.

Я киваю, глухо благодарю мужчину и выхожу из кабинета. Саид поднимается на ноги и смотрит на меня, словно выжидает, что я расскажу ему уже все результаты анализов. Или он ждёт что-то иное? Может, рассчитывает, что начну огрызаться и винить его во всём происходящем?

— Он сказал, что всё выпишет в рецепте, — пожимаю плечами я.

— Я в курсе. Мы должны поехать в ЗАГС.

— Саид, я не уверена, что это действительно стоящая идея.

— Сомневаешься в том, что выбрала себе достойного мужа? — хмыкает мужчина.

— Да нет же! Дело не в этом! Я просто не понимаю, зачем тебе нужно, чтобы я носила твою фамилию, и как это может уберечь меня.

— Всё просто… Мой брат не станет трогать ту, что носит его фамилию. Он будет искать изощрённые способы мести мне, но не тронет тебя. Не своими руками точно.

Саид погружается в мысли, а я тяжело вздыхаю и пытаюсь прикусить язык, потому что мне снова хочется наброситься на мужчину с расспросами.

— Ладно. Поедем в ЗАГС… Я сделаю всё, что ты скажешь, — выдаю я, и во взгляде мужчины появляется заинтересованность.

Он смотрит на меня так, словно не верит мне, ждёт подвоха в моём поведении.

Саид кивает, велит администратору отправить заключение врача на его почту и выходит из медицинского центра, придержав дверь и пропустив меня вперёд.

Только когда мы садимся в машину, мужчина смотрит на меня несколько секунд, а затем задаёт вопрос, который рвался у него ещё там:

— Почему ты так легко согласилась со мной?

— Я устала спорить… Ты всё равно сделаешь так, как считаешь нужным и не поделишься своими мыслями со мной. Если ты так хочешь, я стану послушной куклой и буду выполнять все твои поручения, — отвечаю, понимая, что на самом деле мне хочется взорваться и обрушить на мужчину шквал негодования.

Неужели гормоны начали шалить?

Раньше я была более спокойной.

— Отлично. Я рад, что ты сама пришла к этому.

Он рад?

Просто замечательно!

Я рассчитывала, что он, как минимум, попытается успокоить меня и скажет хоть что-то о своей странной семейке и о мести брата, но он молчит.

— Кто сделал это с той девушкой? Твой брат? — спрашиваю, а в горле тут же встает предательский ком.

Он любил её…

— Я расскажу тебе её историю, раз тебе так интересно, но сделаю это позднее. Это сделал наёмник брата. И ты права — я убийца, потому что… Увидев то, что он сделал с той, которую я когда-то любил, я расправился с ним одним выстрелом. И я сделал бы это даже в том случае, если бы его жертвой оказался незнакомый мне человек, потому что такие пытки никто не заслужил…

— Маньяки, — выдаю я.

— Ты обо мне? — хмурится Саид.

— О маньяках… Они заслуживают такой смерти.

Вспоминаю жестокие заголовки новостей, где убийцы расправляются с детьми изощрённым способом, и мне становится плохо.

— Вряд ли… Понимаешь, у них ведь тоже это происходит не просто так. Нарушена психика, проблемы со здоровьем. Я не знаю, как это объяснить, но жестокие бесчеловечные пытки не заслужил никто. Я считаю, что если кто-то делает это с другими, то они ничем не лучше. Мы не боги, и я не Бог… Но я забрал жизнь, которой не давал, и буду нести за это заслуженное наказание.

— Ты не виновен!

Саид резко вжимает педаль газа в пол и негромко хихикает. Он поглядывает на меня и покачивает головой.

— Я не хочу, чтобы меня жалели… И уж тем более пытались убедить в том, что я герой, потому что в моём поступке нет ничего героического, Нежка.

Замолкаю и отворачиваюсь в сторону окна. Отлично понимаю, что сейчас лучше помолчать какое-то время, потому что Саид начал раскрывать передо мной душу, и я боюсь спугнуть тонкую нить доверия, которая появилась между нами.

Пусть я сама боялась этого мужчину ещё какие-то сутки назад, считала его убийцей, но теперь поняла, как сильно заблуждалась. Теперь нам обоим нужно было время, чтобы снова научиться доверять друг другу… Хотя… Саид не доверял мне раньше, с чего вдруг начнёт делать это сейчас?

В голове начинает бороться множество мыслей, и я медленно схожу с ума. Не знаю, за какую из них зацепиться. Моя жизнь похожа на какой-то жестокий триллер, в главной роли которого находится маленькая глупышка «Нежка».

И уже скоро я стану женой Саида…

Вот только у нас не будет белого платья, праздничного ужина, запуска фейерверков и первой брачной ночи, потому что всё это фальшивка.

Негромко всхлипываю, вспоминая, каким именно представляла себе этот день, когда была маленькой.

Часть 13. Саид

Нас с Нежкой расписывают быстро. Мой знакомый проводит всё на высшем уровне и даже сам забирает паспорт Снежаны, чтобы выдать его позднее с новой фамилией. У него всё налажено, поэтому новый документ она получит очень скоро. Мне становится крайне не по себе, ведь женюсь второй раз. В первый всё было иначе: торжество для «семьи», которое для меня стало, скорее трауром. Жена, которую я не хотел видеть и спал с ней только в темноте. Мне было жаль эту девочку, проданную своей семьёй, но её ничуть не смущал подобный расклад, так как она росла, осознавая, что однажды станет женой человека, которого ей выберет «семья». Вот только не того мужа ей выбрали. Я не уверен, что смог бы прожить так всю жизнь… Я женился только ради того, чтобы спасти Анну, но она и там умудрилась предать меня.

Я до сих пор не могу понять: сама она решила отравить мою беременную жену, или всё это было с «настояния» моего братца? Али не хотел, чтобы я становился частью семьи, а женитьба автоматически делала меня первым наследником отца… И если бы у меня родился сын… Мурашки ползают под кожей, но я старательно игнорирую их.

Мы с Нежкой выходим из ЗАГСа, и я замечаю сильнейшую тоску, написанную на её лице. Наверное, ей было бы проще, если бы я раскрылся, но сейчас не время делать это. Я пока не готов раскрывать свою душу, пусть эта женщина и запала в неё, прочно засела там и я боюсь, что уже не смогу избавиться от неё. Правильно было бы прогнать её подальше, но я точно знал, что Али найдёт её. Как нашёл Анну.

Телефон звонит.

Смотрю на экран и велю Нежке сесть в машину.

Это мой человек, живущий в доме отца, и если он звонит, значит, хочет поделиться какой-то интересной новостью.

— Саид, у меня немного времени, — начинает тараторить он. — Сегодня Али вылетел к тебе. Не знаю, решится ли он на личную встречу, или попытается навредить издалека. Он не один, вместе с ним Лейла.

— Понял, Амир, спасибо. Разберёмся.

Отключаю телефон и негромко хохочу от обиды. Может ли моя жизнь когда-то стать спокойной? Мне надоело постоянно от кого-то зависеть, постоянно находиться в кругу каких-то разборок и перипетий. Я просто хочу жить. Но мой брат едет, и это хорошо. Чем быстрее мы с ним встретимся, тем быстрее я освобожусь от груза в виде его зоркого глаза и постоянных страхов за жизнь тех, кто мне дорог.

Сажусь в машину и некоторое время смотрю на Нежку. Кажется, есть один человек, в стенах дома которого я могу укрыть её, пока мой братец будет находиться в городе. Мне следует поговорить с ней и спросить, согласится ли помочь.

— Что будет дальше? Теперь мы женаты, но когда закончатся твои семейные войны… Что будет с нами Саид? — вдруг спрашивает Нежка.

— Я отпущу тебя, — отвечаю сразу, даже не раздумывая над её вопросом, но понимаю, что поторопился.

Вряд ли я отпущу Нежку от себя снова. Она слишком глубоко проникла в моё сердце.

— Просто отпустишь? А ребёнок?

— Ты хотела от него избавиться…

— Я погорячилась…

Я киваю. Завожу машину, и мы едем домой. Мы больше не говорим с Нежкой, потому что все мои мысли заняты её безопасностью.

Закрывшись в кабинете, я набираю номер человека, с которым судьба столкнула меня всего один раз… И который показался мне очень хорошим.

— Татьяна?

— Добрый день! А это кто? — отвечает звонкий женский голосок.

— Добрый день. Вероятно, быть мне ещё богаче, — посмеиваюсь я. — Это Саид. У меня есть просьба.

— Саид? Вот уж не ожидала, что мы когда-то столкнёмся снова.

— Я тоже не думал, что это случится, и я не хотел бы вмешивать тебя в свои семейные разборки, но случилось кое-что, и мне нужна помощь. Нужно укрыть важного мне человека в вашем доме на недельку, может, несколько дней… Поможете?

Слышу тяжёлый вздох Татьяны и думаю, что зря решился на это. У неё ведь маленькие дети. Зачем ей проблемы? А вдруг брат каким-то образом прознает, что Нежка скрывается там?

Нет. Не узнает. Я сделаю всё тайно. Вывезу её ночью.

— Конечно, мы с Демьяном поможем… Что случилось?

— Привет из прошлого нагрянул слишком внезапно… Только, пожалуйста, не рассказывай ей ничего обо мне. Ладно?

— Я ничего о тебе не знаю… — отвечает Татьяна.

— О моём прошлом с твоей сестрой тоже, — настойчиво говорю я.

— Конечно… Это твоя новая женщина?

— Жена. Беременная жена.

— Конечно, Саид. Когда ты привезёшь её? Я сообщу Демьяну.

— Может, для начала следует посоветоваться с мужем? Всё-таки я плохой человек… Помнишь, Татьяна?

— Перестань, Саид… Мы оба знаем, что это не так. Демьян будет только рад помочь. Когда ты привезёшь её?

— Если можно то… сегодня. Ночью.

— Договорились.

Я благодарю Татьяну и отключаю телефон. Теперь мне стоит как-то преподнести эту новость Нежке… И что-то подсказывает мне, что она не обрадуется, узнав, что я хочу отвезти её под крышу дома совершенно чужих ей людей. Возможно, мне придётся снова угрожать ей, а я не хочу этого делать. Надоело корчить из себя плохого человека… Я не хочу уподобиться своему брату или кому-то из нашей семьи.

Я тяжело вздыхаю и несколько секунд смотрю на фото матери, стоящее в чёрной изящной рамочке на моём рабочем столе.

Почему я родился?

Я чужой для отца…

Почему она не скрыла моё существование?

Она могла остаться в живых, если бы он не привёз её в «семью»…

Отец говорил, что любил её, но отчего-то я не уверен в этом, ведь он ни разу за последнее года не отозвался тепло о женщине, которая покинула этот мир.

Мотаю головой и выхожу из кабинета. Медленно бреду в сторону спальни Нежки, готовясь к спорам и возмущениям с её стороны.

Часть 14. Саид

* * *

— Подожди, что ты сейчас сказал? Ты хочешь, чтобы я поехала в дом незнакомых мне людей, да и тебе едва знакомых и попыталась спрятаться у них? Затаиться? Мне не нравится эта идея! Я хотела бы остаться здесь. С тобой.

— Кажется, ещё несколько дней назад ты желала иного — скрыться от меня, сбежать подальше.

— Я заблуждалась. Была не права. Саид, пожалуйста, дай мне шанс…

— Ты и сейчас заблуждаешься, Нежка! — срываюсь я и сжимаю руки в кулаки. — Пойми ты, что сюда едет мой брат. Я хочу расставить все точки в наших недопониманиях с ним, и я не знаю, что из этого выйдет. Я не желаю, чтобы он сорвал свою злость на тебе.

— Не сорвёт. Ты ведь сам говорил, что если я получу твою фамилию…

Говорил.

Нежка права.

Я сам это говорил, но теперь думаю иначе.

В конце концов, ведь я имею право изменить своё мнение?

Я не знаю, что руководит моим братом, но если он взял с собой Лейлу, то может попытаться воспользоваться её руками, как уже однажды воспользовался Анной. Мне становится страшно от мыслей, что станет с Нежкой, если Али доберётся до неё. Смотрю в её нежное лицо, наполненное беспокойством, и на мгновение представляю её на месте Анны. Всё внутри тут же закипает от сильнейшего страха. Меня начинает трясти, и я рычу сквозь плотно сжатые зубы. Не могу позволить кому-то причинить ей боль. Кому угодно, но не моей Нежке. Пусть уничтожит меня, но не трогает её…

Резко сокращаю расстояние, разделяющее нас, и, несмотря на то, что Нежка до сих пор возмущается, говорит какие-то странные слова, которые просто сливаются в моей голове в какофонию звуков, я смотрю ей в глаза и затыкаю рот поцелуем. Зарываюсь пальцами в густых и таких приятных на ощупь волосах, напоминающих дорогой шёлк. Несколько секунд Нежка сопротивляется, пытается молотить меня кулачками в грудь, но сдаётся под моим напором и обмякает в моих руках. Она становится послушной и податливой, льнёт к моему телу и обвивает руками мою шею. Можно сойти с ума от фейерверка чувств, которые в это мгновение бушуют, закипают внутри меня. Я схожу с ума, негромко рычу и продолжаю жадно целовать столь желанные уста.

Глупо было бы спорить и опровергать очевидное — я скучал по ней.

Всё это время я искал её в других, хотел снова прижать к себе, несмотря на то, что она сделала.

Совсем не вовремя (а может, как раз вовремя?) вспоминаю, как она сжимала трясущимися руками ствол, наведённый на меня, и просила оставить её в покое, позволить ей уйти, словно думала, что я не сделаю это в любом случае, даже если она просто попросит.

Нежка негромко всхлипывает, цепляется пальчиками за мою рубашку и тянет на себя, а я понимаю, что нас ждут. Таня дала добро и сказала, что они будут ждать нас, поэтому я не могу позволить себе слабость, о проявлении которой обязательно пожалею.

Прилагаю немало усилий, чтобы разорвать поцелуй и отстранить от себя Нежку. Девушка шепчет, что всё это неправильно, ненормально, и мне хочется сказать, что она права. Это действительно неправильно и ненормально. Если бы я знал, что Али нужно от меня… Я смог бы остановить его, но я понятия не имею, как далеко готов зайти мой брат в этой слепой ненависти, в желании избавиться от меня любой ценой.

— Я сделал это просто, чтобы заставить тебя замолчать и услышать меня. Успокойся, Нежка, и пойми вот что: я не спрашиваю твоего разрешения. Я говорю тебе, что ты уезжаешь. Сегодня. Всё остальное не так важно.

— Чтобы заставить замолчать? — тяжело выдыхает Нежка.

Она расстроена. Я вижу, как тяжело ей даются эти слова, но ничего не могу с собой поделать, потому что должен оттолкнуть её от себя, заставить думать, что она не нужна мне. Впрочем, я ведь и сам так думал, пока не понял в эту секунду, что хочу быть вместе с ней, защитить её, сберечь от любых невзгод.

— Ты всё верно поняла. Я просто пытался усмирить твою истерику. Татьяна надёжный человек. Они с мужем укроют тебя, пока не появится возможность выйти из тени. Просто сиди тихо и не выныривай из их дома. Я обо всём позабочусь.

Нежка кивает.

Я вижу, что мои слова ранили её, но иначе нельзя. Если она поймёт, что дорога мне, то никуда не поедет, она будет до последнего спорить и пытаться помочь мне, а лучшая помощь — затаиться и ждать.

Она ничего не сможет сделать, лишь только станет идеальной приманкой для Али, а я не собираюсь вылавливать своего брата на живца.

— Собирай самые необходимые вещи на пару дней. Поедем сейчас. Таня уже ждёт.

— Она твоя бывшая любовница? — дрожащим голосом спрашивает Нежка.

— Нет. Она чудесный человек с такой же непростой судьбой, как наша… Вы познакомитесь, и я уверен, что она понравится тебе.

— Моего мнения всё равно никто не спрашивает! — огрызается Нежка и отводит взгляд в сторону.

Она скрещивает руки на груди в защитной позе и отводит взгляд в сторону, делая вид, что всё в порядке, что она будет слушать меня, но я чувствую, сколько боли и разочарования кипит у неё в груди. Столько же было у меня в тот день, когда она навела на меня пистолет и велела мне убраться с её пути. Когда она поверила кому-то и посчитала меня жестоким убийцей. Жаль, что всё так…

— Я буду ждать тебя в гостиной, — говорю, потому что больше не могу смотреть на её боль.

Мне нельзя проявить слабину.

Важно как можно быстрее отвезти Нежку в безопасное место и подготовиться к встрече с братом. Если Али едет сюда, то он непременно замышляет что-то жестокое.

Часть 15. Нежка

Мы с Саидом подъезжаем к чужому дому, и мне хочется сбежать оттуда как можно быстрее. Пусть дальше варится в своей каше сам, а я должна просто скрыться, но понимаю, что теперь у меня нет даже паспорта. Да и куда бежать? Меня нигде не ждут…

— Саид, рад познакомиться лично! — слегка грубоватым голосом произносит незнакомый мне мужчина.

Светловолосая женщина здоровается с Саидом, тепло улыбнувшись ему, а в её взгляде появляется тоска, словно их связывало нечто большее, чем мне поведал мужчина.

— Привет. Меня зовут Таня, а это… — она кивает в сторону мужчины, разговаривающего с Саидом, — мой муж, Демьян. Уверена, что мы с тобой быстро подружимся. Тебе нечего бояться, потому что в стенах этого дома ты будешь в безопасности.

Я киваю.

— Привет. Меня зовут Снежана, но Саид, наверное, уже рассказал, — пытаюсь выдавить улыбку, но получается как-то слишком вымученно, и, скорее всего, нелепо выглядит со стороны.

— Саид сообщил, что тебе нужна помощь. И мы поможем. Надеюсь, что мы с тобой подружимся, потому что подруг у меня нет, — улыбается Татьяна.

Я неловко переминаюсь с ноги на ногу, а Саид приближается к нам и обнимает меня со спины. Немного непривычно и неприятно, когда он делает это на людях, словно пытается заявить на меня свои права, но при этом ясно дал мне понять, что как женщина я его не интересую, да и поцеловал он меня только для того, чтобы заставить замолчать. Безумно обидно слышать такие слова от мужчины после жаркого поцелуя, от которого вся кожа покрывается мурашками, а в груди разгорается самое настоящее пламя.

— Вы уже познакомились? Татьяна, моя жена очень скромная и пугливая. Она беременна.

— О! Это не проблема! Два пузика в доме будет, — посмеивается Таня и поглаживает свой округлившийся живот. — Мы с ней быстро найдём общий язык. Ты не переживай, Саид, решай свои дела, а у нас всё будет в порядке.

— Спасибо! — кивает мужчина.

Я чувствую себя третьим лишним. Мне просто хочется исчезнуть. Сбежать подальше и раствориться, чтобы просто «раз» и меня не стало. Знаю, что такого не бывает, но всё равно испытываю не самые приятные эмоции. Я ревную Саида к Тане, потому что он говорит с ней как-то слишком ласково. Мне кажется, что со мной он так давно не говорил. Понимаю, что всё это может просто казаться, но ничего не могу поделать с ревностью, застилающей сознание.

— Прости, Татьяна, я заберу жену на пару минут, чтобы попрощаться, а потом поеду.

Таня кивает и отходит к своему мужу, а Саид сжимает мою руку и ведёт в сторонку. Как-то это несвойственно мужчине — шушукаться в стороне.

— Просто пережди немного, затаись… Когда всё закончится, мы с тобой обо всём поговорим. Я обещаю тебе!

Саид обхватывает моё лицо руками и довольно быстро впивается в мои губы, я даже не успеваю отреагировать на это. Не отвечаю на поцелуй, потому что меня накрывают болезненные воспоминания: его слова о том, что он сделал это, дабы просто закрыть мне рот, ранят снова и снова, колышутся в воспоминаниях и вызывают слёзы на глазах.

Саид перестаёт целовать меня, отстраняется и отходит, передавая меня своим знакомым, как игрушку. Он уезжает, а я остаюсь одна со спортивной сумкой в руках, в которую положила только пижаму и нижнее бельё. Кажется, я даже забыла взять зарядник для телефона…

— Не расстраивайся. Скоро он во всём разберётся, и вы снова будете вместе! — приближается ко мне Таня и приобнимает за плечи, а мне хочется сбросить её руки, но я держусь. В конце концов, она не виновата в том, что Саид решил отдать меня на попечительство своих… друзей?

— Пойдём на кухню, чай попьём? Демьяну завтра вставать рано, он уже ушёл, а близнецы с Асей уже давно по кроватям.

Я кошусь на живот этой Тани. У них с мужем так много детей… И когда она всё успевает? Мне кажется, что я едва буду справляться с одним ребёнком… Губы трогает улыбка, и я киваю. Мне не стоит враждебно относиться к человеку, который пытается помочь, из-за собственных проблем.

Покорно прохожу следом за своей новой знакомой в дом. Немного расслабляюсь, потому что внутри нет каких-то причудливых богатых изысков: всё оформлено просто, но со вкусом.

Таня показывает мне, где находится кухня, и принимается готовить чай.

— Сделаю ромашковый, иногда его полезно пить в нашем положении, — улыбается Таня. — Беременность прекрасная пора. Ты уже научилась бороться со сменой настроения, или пока срок слишком маленький?

— Маленький, — отвечаю я, глядя себе под ноги.

Я чувствую себя лишней в этом дома. Кажется, словно маленького щенка притащили к новым хозяевам. Интересно, это ощущение отпустит меня или останется теперь надолго?

— На самом деле это очень сложно… Иногда просто вспыхивает неконтролируемая ярость, или хочется поплакать. Мне было сложно контролировать такое состояние в первую беременность, но я быстро научилась.

Я ничего не отвечаю, поэтому Таня перестаёт разговаривать. Она ставит передо мной кружку с чаем, а после того, как я выпиваю его в молчании и скромно благодарю женщину, она отводит меня в гостевую комнату.

Чувствую себя виноватой перед ней, но ничего не могу с собой поделать: я здесь лишняя, и я не уверена, что готова заводить себе друзей, потому что не знаю, что ждать от завтрашнего дня.

Когда Таня желает мне спокойной ночи и закрывает дверь, я переодеваюсь в пижаму и ложусь в кровать. Сворачиваюсь клубочком и думаю о том, что первая брачная ночь должна быть точно не такой, но у нас с Саидом всё с самого начала пошло как-то наперекосяк.

Вспоминаю его поцелуй в доме, а потом около дома Тани на прощание, и на глаза наворачиваются слёзы. Кажется, что я влюблена в него, но я ему не нужна, и мне следует просто смириться с этим…

Вот только на словах всё кажется простым и решаемым, а на деле не так. Я не хочу смиряться, ведь я живой человек. И я желаю взаимности.

Часть 16. Нежка

Проснувшись утром, я не решаюсь выйти из комнаты, вспоминая, что нахожусь в чужом доме. Почему Татьяна согласилась приютить меня? Как она связана с Саидом? Мне кажется, что он не рассказал мне нечто важное, значимое. И я хочу узнать, что именно. Привожу себя в порядок, переодеваюсь, но выходить не спешу, потому что не знаю, о чём можно говорить с хозяевами дома. Наверное, я даже побаиваюсь их.

Негромкий стук заставляет поднять голову.

— Войдите, — нерешительно отвечаю я.

— Доброе утро! — заглядывает в комнату Таня.

— Доброе утро…

— Демьян уехал по делам, а дети с няней… Я решила… Может, мы с тобой прогуляемся немного? Как ты на это смотришь? Могли бы позавтракать, а потом полежать в гамаках в саду… Беременность сделала меня такой вялой… Постоянно хочется лениться и спать. Пришлось даже няню нанять, потому что сложно в таком состоянии носиться за двумя непоседами, — щебечет Таня.

Вижу, что ей тоже неловко. Она пытается найти ко мне подход, и я не должна вести себя как неблагодарная бука, срывая злость на Саида на человеке, который просто хочет помочь мне. Думаю о Саиде… Он даже не написал мне, даже не спросил, в порядке ли я. А сам он? Что если его разборки закончатся плачевно? Меня вдруг оглушает мысль, что не просто так мужчина решил так срочно зарегистрировать наш брак. Возможно, он желал, чтобы я стала наследницей его состояния?

— Всё в порядке? — вырывает из размышлений голос Тани, и я начинаю кивать ей, а сама думаю.

Нормально ли?

Саид ничего толком не сказал…

Что можно ждать от его встречи с братом? Вернётся ли он ко мне? Он поцеловал меня так, словно делал это в последний раз. Что, если на самом деле так и было? Быть может, мужчина не уверен, что всё пройдёт хорошо? Страх опутывает сознание, как идеальные сети, расставленные пауком.

— Послушай, я вижу, что тебе непросто находиться в чужом доме, — говорит Таня и присаживается рядом на кровати. — Наверное, на твоём месте я чувствовала бы себя точно так же, но… Саид хороший человек. Если он сказал, что тебе лучше затаиться у нас, то это на самом деле так. Он заботится о тебе. Видно, что он любит тебя. Он изменился с момента нашей последней встречи, в его взгляде появился жизненный блеск. Если честно, я не думала даже, что когда-то увижу его таким.

— Изменился? — переспрашиваю я. — Когда вы в последний раз виделись?

— На похоронах моей сестры, — тяжело вздыхает Таня.

Той девушки, чьи фотографии мне прислали. Скорее всего, прислал брат Саида. Я снова вспоминаю, как в панике украла оружие из сейфа мужчины и навела на него, даже не зная, как правильно пользоваться той штукой. В мысли вдруг ударяет осознание — что, если бы пистолет выстрелил? Я не желала Саиду смерти, просто хотела сбежать и спрятаться. Тогда я поверила тому, кто оболгал его, и теперь хотела хоть как-то искупить свою вину за это.

Сердце больно колит, а перед глазами мелькают ужасные кадры. Снова и снова вспоминаю снимок, который увидела, и на глаза наворачиваются слёзы.

— Прости. Мне жаль. Я не хотела напоминать тебе о сестре и о том, что случилось.

— Да ничего страшного… Если честно, мы с ней никогда не были близки, и она чуть было не лишила меня самого главного — любимого человека в своё время. Я рада, что мы с Демьяном смогли вовремя поговорить и решить всё. — Таня хмыкает и покачивает головой. — Ладно, мы могли бы поговорить раньше… Если бы не серьёзное заболевание Аси, то мы могли больше и не встретиться.

— Ася ваша старшая дочь?

— Да… — Таня мечтательно улыбается.

— Вы помирились, когда девочка заболела?

— Можно сказать и так… Понимаешь… В общем, я не биологическая мать Аси, но это не имеет значения, потому что она любит меня и считает родной. Мы с моей сестрой, Аней, близнецы… В своё время она воспользовалась моей наивностью и провела ночь с моим женихом. Мы с Демьяном встретились спустя годы, когда Асе потребовалась помощь, и Демьян обратился ко мне. Не самая приятная история, но факт остаётся фактом — я не страдаю из-за потери сестры. Саиду тоже в своё время досталось из-за неё, и я рада, что он нашёл женщину, которая помогла ему залечить душевные раны…

Понимаю, что Таня может раскрыть мне хоть немного завесу тайны над прошлым Саида и хватаюсь за эту возможность.

— Всё не совсем так… Саид рядом со мной из-за ребёнка… Наши отношения начались не с любви, и я не уверена, что он любит меня… Ты сказала, что он пострадал из-за твоей сестры… Как? Что она сделала такого, чтобы ранить Саида? Возможно, знания помогли бы мне сблизиться с мужчиной… Я хочу понять его. Хочу стать ближе, но он не подпускает меня. Не знаю, есть ли у меня хоть какой-то шанс…

Таня виновато улыбается, словно выдала чужую тайну и начинает нервно заправлять выбившийся локон за ухо. Она не хочет отвечать и пытается уйти из разговора.

— Пойдём завтракать? Малышка ужасно голодна и, кажется, я готова съесть целого слона, а ещё мне пора пить витамины…

Таня не стала откровенничать со мной. Что такого сделала её сестра? И почему они с Саидом сбегают от этого разговора? Решаю, что непременно докопаюсь до правды и постараюсь выудить у Тани всё, что ей самой известно об этом.

Часть 17. Саид

Всю ночь я толком не спал, потому что беспокоился за Нежку и часто просыпался. Я то и дело думал о нашем поцелуе, о том, что слишком строг с ней. Этот поцелуй действительно многое значил для меня. Сам того не понимая и не осознавая я открыл ей душу, хоть обещал себе, что больше никого туда не впущу.

Нет, не душу…

В душу я её пока так и не смог запустить, а вот в сердце…

Я полюбил Снежану.

И с ней всё совсем не так, как было с Анной.

Нет сжигающей дотла страсти, но есть любовь, необходимость защитить.

Я не смог держать себя в руках у дома Татьяны и поцеловал Нежку в губы снова. Возможно, она думала, что я делаю это, чтобы покрасоваться перед своими знакомыми, обозначить тем самым свою территорию и показать всем, что она моя жена, но нет… всё было совсем не так.

Я поцеловал её, потому что не знал, увидимся ли мы снова.

Странно полагаться на завтрашний день и слепо верить в то, что он может наступить. Так в любой ситуации, ведь жить нужно не «завтра», а здесь и сейчас. Раньше я не руководствовался этим принципом, но теперь понимал, что «завтра» может не наступить. Кто знает, понял бы я это, не нависай над нами угроза под названием «Али».

Что задумал мой брат, одному только Всевышнему известно. Возможно, он попытается убить меня во время встречи? И в этом случае я позаботился о Снежане и нашем ребёнке. По большей части именно для того я и женился на ней: чтобы она стала наследницей моего состояния. Если со мной что-то случится, то всё перейдёт тем, кого я люблю.

Я успел отдать поручение одному из тех людей, которым доверяю. Он знает, что ему придётся быстро сделать Нежке новое имя, новую личность и отправить их подальше из этого города, туда, где никто и никогда не отыщет их. Там она сможет начать всё с чистого листа, а здесь в то время распродадут всё, чтобы обеспечить им с моим наследником или наследницей хорошую обеспеченную жизнь.

Надеюсь, что всё-таки мой брат не падёт столь низко и оставит меня в покое. Что он хочет? Чтобы я отказался от фамилии? Я могу взять фамилию матери, да хоть Нежки, какая разница? Важнее не то, что у тебя в документах, а то, что внутри… А внутри я уже давно не принадлежу семье, которой оказался не нужен. Вот только я усвоил одно правило — пока ты носишь фамилию «семьи», ты принадлежишь к ней, и никто не посмеет навредить тебе.

Заставляю себя подняться на ноги и плетусь в кабинет. Всё думаю, как там Нежка. Нашла ли она общий язык с Татьяной? Простит ли меня за то, что оставил её там без лишних объяснений? Вспоминаю, как она навела на меня ствол и немного унимаю ненависть к самому себе, перестаю ругать себя за то, что оставил Нежку в чужом доме и даже не объяснился перед ней.

Войдя в кабинет, плюхаюсь в компьютерное кресло, открываю крышку ноутбука и пытаюсь пробить, в каком отеле остановился мой брат, но найти ничего не могу. Я даже успеваю пообщаться с одним из своих лучших «сыщиков», но и он ничего не находит в своих базах. Али затаился. Сидит в засаде и ждёт подходящий момент, чтобы напасть.

Мне становится смешно.

Вроде бы мы давно уже вышли из детского возраста, когда всё было вот так наивно… Когда можно было побороться за внимание взрослых, чтобы получить машинку покруче. Мы выросли. Или вырос только я?

Ничего не понимаю, и от этого страшнее всего.

Если бы я знал мотивы брата, если бы смог понять, почему он так взъелся на меня, то уже давно во всём разобрался. Я не желаю его крови. Мог давно смести его со своего пути, как единственный источник проблем, но я не знаю, кто управляет им.

Али слишком глуп, чтобы проворачивать всё самостоятельно.

Кто-то стоит за спиной моего брата.

Вопрос: кто?

Позвонить Али лично и задать ему вопросы я не могу. Нельзя сдавать моего шпиона, живущего в доме отца, потому что в слепом желании вычислить его, брат накажет невинных.

И тут меня вдруг озаряет мысль: Али не просто так взял с собой Лейлу.

Ну конечно!

И как я сразу не догадался?

В отеле они остановились на её имя.

Только я решаю проверить эту территорию, как телефон начинает звонить, и я перевожу взгляд на экран, надеясь, что это Нежка…

Вот только это не она.

Скорее всего, она обижается и не желает со мной общаться…

Может быть, даже сладко спит в это мгновение?..

Но…

Рыбка бежит на ловца, потому что входящий от брата.

Али решил появиться на горизонте, и я думаю, что нам с ним есть о чём поговорить.

— Брат, я не мог пропустить твою свадьбу и не поздравить тебя, — голосом довольно кота произносит Али. — Нехорошо жениться тайно, как крыса. Что же ты решил свою возлюбленную нормальной свадьбы? Она ведь стала частью нашей семьи… А ты нас даже не представил друг другу.

Сжимаю телефон в руке до появления скрежета корпуса.

Я зол.

Али понимает это. Он специально пытается вывести меня на эмоции, заставить злиться на него, на всю ситуацию в целом. Он думает, что я не знаю о его приезде, и это хорошо. Братец решил произвести на меня эффект неожиданности? Что же, пусть считает, что вышло.

— Спасибо за поздравления, — сухо отвечаю я.

— Простым спасибо ты не отделаешься, брат. Я заказал столик в одном уютном ресторанчике… Не откажешь мне во встрече? Можешь прийти без супруги, потому что я уверен, что нам есть о чём с тобой поговорить… По-братски, разумеется.

Я негромко хмыкаю.

Хочет вытянуть меня из дома, чтобы пробраться сюда и напасть на Нежку? У него точно ничего не получится, потому что брат понятия не имеет, где её искать.

— Где встретимся? — спрашиваю я ледяным голосом, и даже самому становится не по себе от его вибраций.

— Правильный вопрос, — довольно отвечает Али.

Часть 18. Саид

Я еду на встречу с Али, понимая, что убивать меня в общественном месте брат не станет. Он пока толком не наигрался, только успел включить охотничий инстинкт, поэтому у меня есть время… Время для того, чтобы понять его мотивы.

Подъезжаю к ресторану, где брат уже забронировал столик, а меня встречает администратор. Она женщина в самом соку, всё как положено. Улыбается своими пухлыми, накаченными губами, а мне становится не по себе. Такое ощущение, словно это не человек, а кукла. В детстве девчонки играют в точно таких же, неужели у них оттуда пошла любовь к этим всем искусственным неровностям на теле?

Девушка показывает мне, как пройти к шатру, который снял брат, и я направляюсь туда спешным шагом, не тратя время на сюсюканья с ней, которые она, судя по виду, ждёт. Сердце бухает в груди, а когда я сталкиваюсь с этим взглядом, то тошнотворный ком тут же стягивает горло. Карие глаза с вкраплением красного смотрят на меня, на губах брата блуждает таинственная улыбка.

— Здравствуй, брат! Заказал нам с тобой кальянчик. Дорогой изысканный табак. Со вкусом чёрной смородины, как ты любишь.

Я морщу нос.

Если честно, никогда не любил чёрную смородину, да и к кальянам особой любви не испытывал. Окидываю взглядом туманную обстановку, где брат уже успел надымить, а потом снова смотрю на него. Выглядит Али более чем хорошо: нарядился в дорогой костюм и всем своим видом пытается дать понять, что он царь этого бала.

Хочу спросить у него, зачем нужна была вся эта секретность, и к чему он притащил с собой Лейлу, но вовремя прикусываю язык: нельзя сдавать своего человека и лишаться дополнительных ушей и глаз.

— Али, я не думал, что моя свадьба так сильно взволнует тебя… — начинаю и присаживаюсь на мягкую подушку напротив брата.

Странно, что он явился один, без своих головорезов. Быть может, где-то снаружи меня уже поджидает свора киллеров, или брат просто решил подсыпать мне в еду яд? Радует то, что я совсем не голоден. Да даже если бы и хотел есть, то аппетит точно отбила бы эта самодовольная рожа.

— Я не мог пройти мимо такого события. Ты тайно женился, даже не познакомил свою избранницу с близкими тебе людьми… С отцом, — брат говорит как змей-искуситель и делает затяжку, выпуская кольца дыма изо рта. — Будешь? — Я отрицательно мотаю головой.

Али пытается вести разговор непринуждённо, но я вижу, что в нём кипит ненависть. Ненависть, которую я начал замечать только когда привёз в дом Анну.

— К чему эта мнимая любвеобильность? Чего ты хочешь, Али? Я уже говорил тебе, что не претендую на наследство отца. У меня есть всё для того, чтобы я мог жить и не соприкасаться с тобой. Так что тебе нужно?

— Мы братья, Саид… Зря ты забываешь об этом, — посмеивается Али. — Может, я приехал, чтобы познакомиться с невесткой? Я видел её фото. Ты умеешь выбирать девиц по внешности, но какие-то они у тебя пустые внутри…

Руки сжимаются в кулаки, а зубы стискиваются до появления скрежета.

Я с ненавистью смотрю на брата, потому что не позволю ему оскорблять Нежку.

— Ты наказал человека, который стёр с лица Земли недостойную… Нехорошо, брат, ведь я всего лишь хотел защитить твоё имя, отомстить за смерть твоей первой и настоящей жены с ребёнком…

Голос брата настолько омерзителен мне, что появляется желание уйти. Понимаю, что он завёл разговор об Анне, но не собираюсь поддерживать его, а проигнорировать не могу.

— Кровь за кровь… Не этого ли принципа ты придерживаешься? Я наказал бы её по-своему. Это было моё право. Моя задача, — рычу я, угрожающе глядя на Али.

— Жаль, что ты так считаешь, ведь в семье совсем иные принципы, брат… Твоё горе — моё горе. Ты не забыл?

Я мотаю головой и отвожу взгляд в сторону. Мне кажется, что Али находится в эту секунду под какими-то препаратами, потому что выглядит он, мягко говоря, не очень трезвым. Впрочем, запаха алкоголя я не чувствую. Возможно, именно эти вещества и подкрепляют ненависть внутри него? Необоснованную ненависть. Понимаю, что приехал зря. Разговор с Али не поможет, потому что говорить напрямую брат не собирается.

— Чего ты хочешь от меня? — пытаюсь выудить из него хоть долю правды.

— Я всё решил, Саид… Ты должен вернуться домой и отказаться от семьи, от своего имени… Тогда наши пути разойдутся.

— Зачем тебе это? Что мой отказ даст тебе? Я не понимаю… Он только развяжет тебе руки, и ты сможешь избавиться от меня и от тех, кто мне дорог? — спрашиваю, в упор глядя на брата.

— Если бы я хотел избавиться от тебя, я давно сделал бы это, брат… Я хочу, чтобы ты стал изгоем… Отщепенцем, коим всегда был я, из-за того, что отец любил тебя больше. Тебе доставалось всё самое лучшее в детстве, теперь я желаю получить это…

— Я давно стал изгоем, Али… Если ты не заметил, то я давно уже живу вдали от отца и практически не общаюсь с ним. Он выбрал семью, а не меня… И тебя. Отцу давно нет дела до меня.

Понимаю, что оправдания не помогут. Брат твёрдо уверился в чём-то своём, и я совсем не понимаю мотивы его поведения.

— Что я сделал тебе, Али?

— Ты стал первенцем, — угрожающе бросает брат. — Ты просто появился на этот свет, как ошибка природы. И я хочу, чтобы ты освободил дорогу более достойному.

Я понимаю, что мы поубиваем друг друга. Ничего хорошего от разговора ждать не следует, потому что состояние брата оставляет желать лучшего, поэтому я просто мотаю головой и ухожу, а Али хохочет мне вслед.

— Совсем скоро мы встретимся снова, Саид… И тогда игра пойдёт по моим правилам.

Наверное, мне следует приготовиться к смертельной схватке…

Часть 19. Нежка

После завтрака мы с Таней всё же выходим прогуляться на свежем воздухе. Саид так и не позвонил мне, пусть я наивно надеялась, что он сделает это утром.

Понимая, что Татьяна знает гораздо больше, чем говорит, я решаю любым путём попытаться выудить у неё информацию о Саиде и его отношениях с сестрой Тани. Мне хочется узнать всё, чтобы понимать мужчину лучше. Возможно, знания помогли бы нам наладить отношения. Или же подсказали мне, как действовать дальше. Быть может, лучше оставить его? Перестать пытаться добиться его расположения?

— У вас здесь так хорошо, — первой начинаю разговор я.

— Это точно. Мне нравится, как Демьян всё обустроил. Практически всем занимается он… Мне некогда. Раньше я постоянно находилась рядом с детьми, но беременность вынудила нанять няню. Не справляюсь сама, потому что состояние оставляет желать лучшего.

— Наверное, это здорово, когда дом наполнен детским смехом? — я улыбаюсь, впервые осознав, что совсем скоро у меня тоже появится малыш.

Наверное, раньше я не могла принять этот факт, но теперь становится как-то теплее от мысли, что я стану мамой.

— Да… Это на самом деле здорово, но иногда мне кажется, что нам с Демьяном не хватило времени побыть вдвоём, просто моя сестра… Она отняла у нас целых семь лет. Знаю, по большей части всё это моя вина, ведь в своё время я была слишком наивной и доверчивой…

Таня тяжело вздыхает и отводит взгляд в сторону.

— Сестра использовала мою доверчивость против меня. Она сделала так, что мы с женихом расстались и ненавидели друг друга…

— Знаешь, это хорошо, что вы смогли спустя семь лет обсудить всё и принять свои промашки, оставив их в прошлом. Порой мне кажется, что мы с Саидом никогда не сможем сойтись. Он рассказывал, как мы с ним познакомились?

Таня мотает головой и заинтересованно смотрит на меня, а я решаю, что если хочу вывести на откровенность её, то должна сама быть откровенной с ней.

— Моя мама умерла… Через несколько месяцев после её похорон, отчим стал водить в дом других женщин. Он постоянно говорил, что я живу на его территории и должна слушаться его. Тот факт, что квартира была куплена путём слияния средств от продажи его комнаты в общежитии и нашей с мамой квартиры, которая осталась нам от отца, никого не волновал. Я ничего не могла сказать против. Так получилось, что мама оформила всё имущество на отчима. Можно сказать, что я осталась ни с чем. Отчим требовал, чтобы я была обслугой у него и его женщин. Я подрабатывала в кафе разнорабочим на кухне, пыталась учиться, но в итоге поняла, что жить так дальше не смогу. Всю зарплату я была вынуждена тратить на «семью», приносить в дом продукты, а отчим… Он тратил свои деньги на женщин и алкоголь. Взяв ещё одну подработку, о которой никто не знал, я подкопила немного, собрала вещи, всё, что уместилось в рюкзак, и рванула в большой город. Вот только встретил он меня не так приветливо, как хотелось бы. Я хотела снять себе квартиру на окраине, но попалась в лапы мошенников, которые облапошили меня. Они дали ключи, но когда я пришла в квартиру, меня оттуда прогнала хозяйка, заявила, что муж ее частенько глупых вот так вокруг пальца обводит, а помогать она мне не станет. Позвонить в полицию я пыталась, говорили, что сама виновата, что если хочу, то могу написать заявление, конечно, но им нужны свидетели и… В общем, я осталась без денег и крыши над головой. Тех средств, что остались в кармане, хватило бы на одну ночь в гостинице, или плотный ужин. Я не знала, что мне делать, бродила по парку и рыдала, а потом села на скамейку, уронила лицо в ладони и… Ко мне подсел Саид.

Я кошусь на Таню, пытаясь понять, слушает ли она меня ещё. Она чуть приоткрыла рот, впитывая все мои слова. Наверное, я на верном пути.

— Он протянул мне руку помощи, пригласил к себе на ночь, не требуя ничего, кроме дружеского чаепития и ужина вместе. После ужина он отправил меня в гостевую комнату, а наутро предложил небольшую студию в аренду, которую он оплатит на пару месяцев, и работу. Я сразу же ухватилась. Если честно, то я не верила, что такие добрые люди существуют… Работая на Саида в течение полугода, я часто сталкивалась с ним и стала испытывать к нему тёплые чувства. Меня влекло к нему, но я даже не рассчитывала на взаимность, ведь кто он, а кто я… Однако однажды он предложил мне отношения… Не совсем настоящие, конечно. Саид предложил стать его женщиной за деньги.

Таня громко ахает. Я понимаю, что она удивлена. Тогда я тоже была поражена, не знала, как реагировать, но не смогла отказаться.

— Он боялся обжечься, поэтому сказал, что хочет, чтобы я принадлежала ему, за что буду жить в роскоши, и я согласилась. Согласилась, потому что меня влекло к нему. Я наивно думала, что смогу очаровать его, смогу заставить раскрыться передо мной, но ошибалась… Мы стали жить вместе, но что-то пошло не так. Его родственникам это не понравилось и тогда…

Снова вспоминаю тот злополучный день, когда получила фотографию истерзанной женщины и испугалась.

Вкратце рассказываю Тане, как наши пути с Саидом разошлись, но сошлись снова, едва он узнал о моей беременности.

— На этом всё… Его брату снова стало известно, что я появилась в жизни Саида, и он решил вмешаться. Саид говорит, что мне угрожает опасность, но я не понимаю почему… А ещё меня терзает чувство вины за то, что обидела мужчину, наведя на него… — замолкаю и опускаю голову, потому что говорить о прошлом очень больно. Оно буквально наступает на пятки и терзает душу. — Саид мне дорог, но я не понимаю его. Он закрылся и не хочет впускать меня в свою душу.

— У него есть на то причины, — выдаёт Таня, нервно теребя свои пальцы.

— Расскажешь? Я понимаю, что не можешь, но молю тебя, Таня… Расскажи мне. Я хочу сблизиться с ним, понять его и любить, но он не позволяет мне этого… Ради будущего нашего с Саидом малыша, открой мне тайны Саида хотя бы ты!

Часть 20. Нежка

— Я не уверена, что могу, — покачивает головой Татьяна. — Понимаешь, в своей жизни я так часто выдавала чужие секреты, за что получала сильнейшие пощёчины от судьбы… Я боюсь навредить ещё кому-то. Возможно, вам лучше решить этот вопрос с Саидом.

— Не выйдет. Я боюсь, что мы с ним раньше разбежимся, чем решим все вопросы. Он не хочет говорить со мной, словно боится, и я пытаюсь понять, чего именно он опасается. Таня, клянусь тебе, я не стану никому вредить. Я просто хочу наладить отношения с отцом своего будущего ребёнка и человеком, который стал моим мужем формально. Я чувствую, что Саида тянет ко мне… И меня к нему тоже, но из-за недоговорённости и секретов мы не можем быть вместе… Это убивает меня, уничтожает изнутри.

— Понимаю, — Таня опускает голову. Она думает какое-то время и зовёт меня присесть на скамейку.

Наверное, она ничего мне не скажет, скорее всего, я сильно ошиблась, раскрывшись ей, но мне кажется, что на душе стало немного легче. Мы садимся на скамью под деревом с широкой кроной, и Таня негромко выдыхает.

— Ладно. Я обязана Саиду. В своё время он помог мне, раскрыл глаза на правду и лживую натуру моей сестры. Я расскажу тебе всё, что известно мне самой. Мы с Саидом не лучшие друзья, и я не понимаю, почему он решил доверить нам с Демьяном твою жизнь, возможно, почувствовал, что я не такая, как Анна.

— Ты хороший человек, Таня. Одного взгляда на тебя достаточно, чтобы понять это. Прости, что вчера я так повела себя… Я немного разозлилась на Саида, ведь мы поженились вчера, и он решил сразу же избавиться от меня.

— Понимаю твоё состояние. Я сама была немного шокирована, если честно, но не суть… Моя сестра познакомилась с Саидом и очаровала его, но она хотела только денег. У Саида были серьёзные намерения, но когда он повёз её на знакомство со своей семьёй, Анна показала коготки. Вероятно, брат Саида предложил ей что-то более выгодное, и моя сестра изменила Саиду с ним. Естественно об этой измене узнали все. Чтобы спасти Анну от смертельной казни, Саид был вынужден подарить её своему брату и жениться на женщине, которую ему выбрала семья. Знаю только то, что долго он с ней не прожил. Когда жена Саида была беременна, Анна подмешала ей в напиток какие-то ядовитые травы, или что-то вроде того, и бедняжка погибла вместе с нерождённым ребёнком. Анна сбежала, а Саид стал кем-то вроде изгоя. Вот и всё, что мне известно об этой истории. Саид искал Анну, он мечтал отомстить ей, но он слишком хороший человек, чтобы лишать кого-то жизни. Слишком благородный. Когда он вышел на след моей сестры, было уже поздно — от неё избавились с лёгкой руки Али. Саид в тот день действительно отнял жизнь маньяка. Знаю, что самосуд это плохо, но я бы поступила точно так же на его месте. Даже если бы этому человеку и выдали какое-то наказание, он всё равно нашёл бы пути выбраться и продолжить свои злые деяния.

— Наверное, Саид считает меня такой же, как и твоя сестра, — вздыхаю я, а Таня берёт меня за руки.

— Нет! Конечно, нет! Ты видела, как он на тебя смотрит?

— Как?

Наверное, цепляюсь за последнюю связующую соломинку. Ничего необычного во взглядах Саида на меня я не замечала.

Он смотрит на меня, как на человека, который предал его ожидания.

Пусть он не требовал любви, но теперь смотрел на меня как на предательницу, которая растоптала его чувства.

— Как влюблённый мужчина. Если бы он не любил тебя, он бы ни за что не попросил меня о помощи. Ты дорога ему, и он пытается наладить с тобой отношения, но шрамы прошлого не позволяют ему сделать это.

Я пожимаю плечами.

От рассказа Тани мне стало чересчур грустно.

Саида предавали настолько часто, что он разучился видеть что-то хорошее в людях. Наверное, мне следует стать другой, попытаться доказать ему, что я его не предам, что он действительно стал мне дорог… Что я влюбилась в него. Да, я оступилась, когда испугалась, но я готова была искупить свою вину. Готова была просить прощения за тот день…

Мы с Таней немного говорим о том, как наладилась её жизнь, как они спасли Асю, дочь её сестры и нынешнего супруга от смертельного заболевания, и я радуюсь. Чудеса в этой жизни всё ещё есть. Это здорово. На губах блуждает улыбка, но надолго она не задерживается. Таня решает пойти к детям, а я прошу у неё немного времени отдохнуть и иду в отведённую мне комнату.

Долгое время сверлю взглядом экран телефона. Хочу позвонить Саиду и узнать, как у него дела, но мне одновременно страшно.

Вдруг он не ответит?

Что, если с ним случилось что-то?

Кручу телефон в руке и, наконец, решаюсь отправить сообщение.

Я: «Саид, я соскучилась и хотела бы встретиться с тобой. Нам о многом нужно поговорить, и это очень важно для меня».

Отправляю сообщение, а потом несколько раз жалею, что сделала это.

Захочет ли он встречаться сейчас?

Ответит ли мне?

А если не ответит, то я ведь сойду с ума.

Наверное, это слишком глупо и опрометчиво — назначать с ним встречу, ведь за ним могут установить слежку, но мне кажется, что жизненно важно для нас обоих встретиться и поговорить обо всём, расставить все точки и решить, как быть дальше.

Или куда важнее сначала разобраться с Али?

Этот человек, наверняка, не остановится, пока не достигнет своей цели, вот только какую именно он преследует?

Не отрываю взгляда от экрана телефона и жду, когда Саид хотя бы прочтёт моё сообщение. Кажется, что минуты стали превращаться в самую настоящую вечность. Набраться бы немного больше терпения и научиться ждать…

Часть 21. Саид

Разговор с братом так ничего и не дал. Посмотрев в его глаза и прочитав на лице звериный оскал, я понял, что эта негласная война может закончиться только кровью. Чьей это не так важно, но финал будет один: кто-то из нас должен погибнуть. И я не собираюсь умирать, потому что у меня есть жена, и скоро появится ребёнок. Можно сказать, что я только начал жить, а что есть у моего брата?

Кроме его маниакальной зависимости — ничего.

Али одержим, и им движет именно это — охотничий азарт. Я откидываюсь на спинку сиденья и какой-то время покачиваюсь, размышляя над происходящим. Я не стану убивать брата, но как мне избавиться от его давления?

Сделать другие документы, продать всё и уехать?

Сбегать, как побитый пёс, я не привык.

Скорее всего, это только распалит моего братца, и он будет считать себя победителем. Возможно, он продолжит искать меня и будет до скончания своих дней заниматься этим.

Смогу ли я жить спокойно, зная, что на меня и на тех, кто мне дорог, открыта охота?

Нет.

Получится ли у меня отпустить любимую женщину?

Нет.

Я не хочу жить вдали от неё и малыша, которого она носит под сердцем.

Кроме того, жизнь без меня совсем не гарант спокойствия. Её могут всё равно найти и попытаться причинить мне боль, навредив моей женщине.

Выезжаю с парковки, на которой остановился, чтобы немного успокоиться и еду в сторону дома. Мне нужно взвесить всё и прийти к какому-то решению. Возможно, следует обратиться за помощью к отцу? В конце концов, он может поставить своего младшего сына на место.

Наверное.

Когда на телефон прилетает сообщение, я думаю, что Али решил написать мне то, чего не хватило смелости сказать, но сильно удивляюсь, увидев имя отправителя: Нежка.

Руки трясутся, но я всё равно открываю сообщение, потому что не привык жить в неопределённости. Вчитываюсь в текст, опасаясь, что с ней что-то случилось, и сильно удивляюсь её откровенности.

Нежка: «Саид, я соскучилась и хотела бы встретиться с тобой. Нам о многом нужно поговорить, и это очень важно для меня».

Она хочет встретиться?

Соскучилась?

Пытаюсь найти хоть какой-то подвох в столь простых словах и ловлю себя на мысли, что становлюсь таким же маниакальным, как и Али. Нежка просто сказала, что скучает. Я тоже скучал по ней и желал увидеться, но пока не мог подставлять под удар наше тайное убежище. Скорее всего, люди братца теперь будут хвостиком следовать за мной, чтобы докладывать ему о каждом моём шаге.

Решаю пока ничего не отвечать и позвонить Нежке позже, когда приеду домой, вот только заехав во двор, я тут же набираю своих людей и требую, чтобы не спускали с Али глаза. Мне важно знать, что он планирует делать, и где находится. Хочу, чтобы мне докладывали о каждой его встрече, чтобы доносили даже то, что он и во сколько успел съесть, если такое возможно. А я уверен, что для моих людей нет ничего невозможного.

Войдя в дом, я сразу же спешу в свой кабинет и плюхаюсь в кресло. Голова кружится, и я вспоминаю про сообщение Снежаны. Я должен ответить ей, должен сказать ей хоть что-то…

Не игнорировать же её признания в том, что соскучилась?

Решаю не писать сообщения, а позвонить ей, вот только почему-то Нежка не отвечает мне. Я начинаю волноваться, но она перезванивает, и от звучания нежного голоска становится легче.

— Прости, я ждала от тебя ответ и задремала, — щебечет Нежка.

— Привет…

Не знаю, что ещё можно сказать.

Я тоже скучаю по ней, но я обещал себе больше никому не говорить этих слов, не раскрывать свою душу ни перед кем.

— Саид, я хочу поговорить с тобой… Мне важно поговорить с тобой, потому что я ошиблась. Я была неправа, когда поверила кому-то, а не тебе. Не прошу тебя встать на моё место и попытаться понять меня. Я просто хочу, чтобы ты дал мне ещё один шанс. Те чувства, которые я испытываю к тебе…

Нет…

Только не говори о чувствах, Нежка!

Не сейчас.

— Послушай, я уверен, что всё это не телефонный разговор, и мы с тобой обязательно поговорим обо всём при личной встрече.

— Я хочу увидеть тебя. Хочу к тебе. Я боюсь за тебя!

Голос Нежки дрожит.

Мне непривычно слышать такие слова, непривычно, что кто-то боится за меня.

— Не стоит. Я справлюсь. Важнее, чтобы вы с малышом находились в безопасности. Послушай, всё, что происходит со мной сейчас, слишком опасно. Вам следует держаться в стороне от этого. Я постараюсь приехать к тебе сегодня в полночь, если мои люди убедятся, что слежки за мной нет.

— Пообещай, что приедешь?..

Я не могу говорить что-то против, сдаюсь и обещаю ей, что в полночь мы встретимся, потому что ощущаю острую потребность прижать эту женщину к себе и снова впиться в её губы.

Она необходима мне как воздух, как бы я ни пытался отрицать этот факт.

— Обещаю, Нежка. Мы встретимся в полночь. Я посплю немного, приведу себя в порядок и приеду.

— Я буду ждать тебя. Обязательно сообщи, если не получится.

— Сообщу. Конечно, сообщу.

Мы прощаемся, и я откидываюсь на спинку кресла. Закрываю глаза и расслабляюсь. Признания Нежки превращают меня в комок тающей сахарной ваты. Это странно, но в то же время так приятно. Её слова придают мне силы и увеличивают желание жить дальше.

Я засыпаю, а когда просыпаюсь и привожу себя в порядок, на пороге моего дома появляется Лейла. В разорванной одежде, перепуганная и заплаканная, она смотрит на меня и цепляется пальцами за мою рубашку, сминая её.

— Прошу тебя, Саид, спаси меня! — молит Лейла и начинает рыдать ещё сильнее.

Часть 22. Саид

— Лейла? Что происходит?

Инстинктивно хватаю женщину за запястья и заставляю отстраниться от меня. Мне неприятно, когда кто-то прикасается ко мне. Кто-то, кого я не желаю даже просто видеть. Лейла скрещивает руки на груди и продолжает истерично мотать головой, всхлипывая и поскуливая.

— Саид, твой брат окончательно озверел, он превратился в монстра. Я боюсь его, Саид. Он чуть было не убил меня, сначала надругался надо мной, а потом… После он пытался избавиться от меня. Я не смогу вернуться туда. Пожалуйста, помоги мне.

— Почему? Под какими препаратами он находится? — спрашиваю я, пытаясь понять, что заставило брата разозлиться на собственную помощницу, приспешницу я бы даже сказал.

Лейла поджимает губы и мотает головой, делает шаг назад, словно боится, что я могу прижать её к стене за правду, которую она озвучит.

— Пообещай, что дашь мне кров, приют и защитишь от своего брата, и тогда я всё расскажу, — просит Лейла.

— Я ничего не стану тебе обещать. Пока ты находишься под крышей моего дома, Лейла. И если ты думаешь, что я менее опасен, чем мой брат, то сильно ошибаешься.

Лейла начинает рыдать в голос, фыркает и обхватывает голову руками.

— Он заставил меня нарыть больше информации на твою жену. Я была в общежитии, в том самом, где жила Снежана. Там мне удалось поговорить с одним парнем, такой добрый здоровяк, он сообщил, что Снежана беременна. Я рассказала Али об этом, и он разозлился.

Похоже, разозлился не только мой брат.

Руки сжимаются в кулаки. Ногти хоть и короткие, а протыкают кожу на ладонях. Стискиваю зубы и негромко рычу себе под нос. Я сам готов прибить Лейлу. Теперь моему братцу известно, что Нежка беременна, и он не остановится, пока не доберётся до неё.

— Саид, молю тебя, дай мне защиту от твоего брата. Он вынудил меня поехать с ним и искать всю эту информацию. Позволь мне остаться здесь, с тобой. Я сделаю всё, что ты прикажешь, если хочешь, я стану прислугой… Если хочешь, преданной любовницей… Если хочешь, верной женой… Прошу тебя, помоги мне.

Лейла буквально набрасывается на меня и начинает трясти, впившись пальцами в края пиджака, а я смотрю на неё и думаю — искренняя ли она в эту секунду. С одной стороны такие эмоции невозможно подделать, а с другой — змеи умеют всё.

Станет любовницей или женой?

Спасибо, но я не нуждаюсь ни в той, ни в другой.

Жена у меня уже есть, а изменять ей я не планирую, как и заводить вторую.

— Что Али будет делать? Тебе известно что-то ещё?

— Он хочет, — Лейла обрывается и отводит взгляд в сторону. — Саид, твой брат желает твоей смерти, но это не остановит его: он избавится от твоего потомства, чтобы от тебя не осталось ничего на этой планете. Он ненавидит тебя.

— Почему?

— Я не знаю! — взвизгивает Лейла и отпускает мой пиджак, прижимаясь спиной к стене. — Я не знаю. Он не делится своими планами, своими мыслями. Он пользуется мной, держа меня в страхе — вот и всё.

— Я понял тебя.

Понимаю, что теперь Али начнёт рыскать активнее и искать доступ к Нежке. Он попробует добраться до неё, где бы она ни находилась, чтобы сделать мне больно, навредив ей. И мне следует опередить его. Важно снова встретиться с братом и покончить с этим.

Быстрым шагом иду к себе в кабинет и беру пистолет. Прячу его во внутреннем кармане пиджака и выхожу. Лейла косится на меня, зажимается, боится, что я прогоню её. Вот только я в любом случае не доверяю ей и выставлю из дома сразу же, как только вернусь. Возможно, братец отправил эту лживую дрянь сюда, чтобы снова вызвать меня на какие-то игрища, но мне не нравится то, что им стало известно о беременности Снежаны, и чем быстрее война окончится, тем лучше будет для всех. Я не Всевышний, чтобы отнимать чужие жизни, но я могу сделать так, что моему брату будет совсем не до погони за мной.

Губы трогает улыбка, как только я представляю ошеломлённое лицо Али, когда я наведу на него дуло, чтобы завершить то, что начал он сам. А потом это состояние лёгкости покидает меня. Внутри появляется стойкое ощущение, что сегодня кого-то из нас не станет, но виной всему будет не шальная пуля, а что-то другое.

Пытаюсь отогнать от себя дурное предчувствие, разливающееся по венам. Не хочу думать о плохом, а о хорошем не получается, ведь я еду к своему братцу, к исчадию ада.

Выезжаю за ворота и забываю позвонить Нежке, предупредить её, чтобы не ждала меня на встречу, ведь у меня появились куда более значимые дела.

Часть 23. Нежка

Я рассказываю Тане о встрече с Саидом, и она помогает мне навести марафет. Мне хочется выглядеть на все сто, когда он приедет. Долго кручусь перед зеркалом и, наконец, остаюсь довольна собой. Хочу произвести на Саида впечатление, хочу, чтобы он восхищался мною. Понимаю, что в его жизни было немало разных женщин, в том числе и роскошных нимф, с которыми мне не сравниться, но всё равно желаю понравиться ему.

Время переваливает за полночь, а Саид так и не приезжает. Он даже не звонит мне, и я переживаю. Всё ли в порядке? Мог ли он так крепко заснуть, чтобы забыть о встрече? Это вряд ли, ведь он всегда сдерживает свои обещания, тогда что случилось?

Почему он не звонит?

Почему не едет?

Вопросов в голове много, а ответов на них нет.

— Он ничего не сообщил? — спрашивает Таня, заглянув ко мне в комнату.

— Нет… Не позвонил, — отрицательно мотаю головой я.

— Может, тебе следует позвонить самой? Знаешь, я порой обрываю Демьяну телефон, даже если он на важной встрече. Иногда накатывает дурное предчувствие, и я начинаю звонить ему, пока не возьмёт трубку.

Я смотрю на экран телефона и киваю.

Таня права: будет правильным позвонить самой, чем мучиться от мыслей, отягощающих душу. Пусть лучше скажет, что забыл, что передумал и не посчитал важным уведомить меня, чем с ним что-то случится…

Набираю номер Саида, но он не отвечает мне, и я начинаю волноваться ещё сильнее.

Почему он не берёт трубку?

— Может, тебе следует просто успокоиться и дождаться утра? Саид мог заснуть, ведь уже ночь, а он не спал вчера, скорее всего.

Конечно, он мог заснуть, и я уже думала об этом, но…

У него серьёзные разборки с братом, который ненавидит его. Всё могло закончиться плохо, поэтому мужчина и не отвечает.

— Спасибо за поддержку, Танюша, — киваю я.

Понимаю, что мне просто необходимо сбежать от компании и побыть наедине с собой. Конечно, возможно, это скажется не самым лучшим образом на моём состоянии, но иначе я попросту не могу: не хочу заставлять ещё и Татьяну нервничать вместе со мной. Саид мог попросту забыть о том, что мы договорились с ним о встрече, ведь я ничего не значила для него, он слишком часто пытался мне напомнить, где моё место…

— Пойдёшь попить чай? — улыбается Таня, но я отрицательно мотаю головой и улыбаюсь.

— Спасибо, но я лучше полежу. Голова раскалывается, из-за этого ничего не хочется.

Таня понимающе кивает и оставляет меня в комнате одну, а я снова пытаюсь дозвониться до Саида. Я не верю в то, что он заснул или забыл о том, что мы договаривались о встрече. Этот мужчина привык не разбрасываться словами и сдерживать обещания…

Мне кажется, что дело в чём-то другом, более серьёзном, значимом.

Вряд ли я смогу простить себя, если с ним случится что-то, а он так и не узнает, что я с самого начала была рядом с ним не из-за предлагаемой роскоши. Возможно, знание того, что он дорог мне, помогло бы ему сейчас, придало сил бороться.

Решаю написать ему сообщение. Если даже мужчина сейчас проводит время с другой и решил попросту игнорировать меня, я должна сказать ему главные слова, которые порой могут спасти от гибели.

Я: «Ты мне очень дорог».

Возможно, следовало сказать, что я люблю его, но…

Я пока не готова к таким громким признаниям. Сложно любить человека, которого ты совершенно не знаешь, или знаешь лишь малую часть из того, что следовало бы.

Саид не отвечает и даже не читает моё сообщение, и я волнуюсь всё сильнее. Каждое мгновение усиливает внутри меня тревогу. Он молчит. А я веду себя как дура…

Навязываюсь ему…

Зачем я это делаю?

Кажется, что у меня нет совершенно никакого чувства собственного достоинства.

* * *

Заснуть не получается, как бы сильно я ни пыталась. Тревога становится только сильнее, и я подумываю уже даже сбежать из особняка Татьяны. Если Саид в беде, то я должна помочь ему, но я не понимаю, как помогу, ведь даже не знаю, где именно он находится в эту секунду.

Поднимаюсь на ноги и решаю пойти попить воду, потому что во рту появляется сильнейшая сухость. Низ живота начинает жутко тянуть, как обычно бывало при месячных. Тошнотворный ком стягивает горло.

Я захожу на кухню, едва передвигая ноги.

— Ты так и не смогла заснуть? — спрашивает Татьяна.

Они с мужем сидят на кухне и пьют сок, а я смотрю на них, но не могу выдавить из себя и слово, потому что боль становится сильнее и стягивает все внутренности.

— Всё в порядке? — первой подскакивает Таня, а на помощь ей спешит супруг, когда я сгибаюсь пополам и постанываю от боли.

— Не уверена, — мотаю головой, понимая, что такая боль не может оказаться нормой.

— Ты сегодня слишком сильно перенервничала. Нам нужно вызвать скорую, — щебечет Таня.

— Нет, не стоит… Думаю, что мы разберёмся без врачебной помощи… Кажется, меня уже отпустило.

Я стараюсь дышать поглубже, но боль на самом деле начинает отступать, так что, по факту, я никого не обманула.

— Поверь мне, я через это проходило, и тебе не желаю. Я потеряла своего первого ребёнка после сильного стресса…

Демьян с Таней переглядываются, и на лице мужчины появляется каменное болезненное выражение, но видно, как дёргаются желваки — вероятно, жена напомнила ему нечто ужасное из прошлого… Скорее всего, ту самую измену, которая послужила причиной их расставания на довольно длительное время.

Боль начинает усиливаться, и я не могу снова сдержать рваный вздох.

— Думаю, лучше на самом деле вызвать скорую… — соглашаюсь я, и Демьян спешит помочь мне сесть на стул, а Таня уже набирает номер экстренной помощи.

Часть 24. Саид

Залетаю в номер, в котором остановился мой братец, и грозно смотрю на него. Лейла дала мне свой ключ, и пока я ехал сюда, я отлично понимал, что верить ей нельзя, что она может оказаться простой приманкой, что меня уже ждут.

Конечно, Али знает, что я поеду, чтобы заступиться за обиженную, но он не знает одного — я приеду, чтобы окончательно поставить его на место, потому что устал. Убивать брата я не буду, если потребуется, то знатно поколочу его и заставлю бояться меня. Давно следовало поставить его на место, и я очень жалею, что не сделал этого, когда встретился с ним утром. Важно было показать, что я не боюсь его, именно это я и планирую сделать сейчас — покажу Али, что бояться должен именно он, потому что сейчас он находится на моей территории, но для начала я хочу выяснить, кто скрывается за его спиной и наступает мне на пятки.

Смотрю на Али, сидящего на кровати со скрещёнными по-турецки ногами. Братец ехидно улыбается, глядя на меня, делает затяжку кальянной смеси и медленно выдыхает дым. Глаза брата бегают: видно, что он находится под какими-то препаратами, кроме этой, обволакивающей лёгкие дряни.

Есть ли смысл общаться с человеком, который находится под действием запрещённых препаратов?

Скорее всего, нет.

Можно просто вызвать полицию и определить Али туда на суток пятнадцать, а когда всё выветриться из его больного мозга, то поговорить уже по-мужски.

Несколько охранников, преданных шавок моего брата, выступают вперёд. Они напряжённо глядят на меня, словно ждут команду «фас», но я их не боюсь. Во-первых, я надел бронежилет. Конечно, он не спасёт, если стрелять решат в голову, но обычно они не так умны, а мой брат слишком жесток и решит бить сначала по болевым точкам, чтобы насладиться моей гибелью.

Скорее всего.

Али точно не удовлетворит моя смерть: она жаждет наблюдать за моими мучениями, как его почивший посыльный наблюдал за муками Анны. Есть люди, которым чужая боль доставляет удовольствие, и такие люди омерзительны мне.

— Саид, я даже не сомневался, что ты примчишься сюда, — мерзко хихикает Али. — Лейла потрудилась на славу. Следует поблагодарить эту девочку. Она большая умница. Ей бы светило прекрасное будущее, если бы она решила играть в фильмах… Тебе так не кажется? Мне повезло с людьми, работающими на меня, правда, брат?

— Я тебе не брат, — рычу я сквозь зубы. — Я пришёл сюда не для того, чтобы спасти обиженную и обездоленную Лейлу. Ты ошибся, Али! Я явился сюда для того, чтобы покончить со всем этим фарсом. Мне надоел спектакль, который ты затеял. Твои детские игры слишком затянулись, и я хочу понять, какого дьявола ты пытаешься добиться от меня? У меня нет ничего твоего, я даже за брата тебя не считаю и не претендую на наследство отца. Какого чёрта ты отравляешь мою жизнь? Что я тебе сделал, что ты не можешь просто отпустить меня и живёшь одной только местью? Когда я перешёл тебе дорогу? Только говори мне правду и не увиливай. Я хочу знать всё прямо сейчас.

Я не уверен, что Али тут же развяжет язык и начнёт делиться со мной своими мыслями, но он может хотя бы подтолкнуть меня, намекнуть, кто именно стал его подельником.

— Я думал, что наш разговор будет складываться несколько иным образом, — хохоток вновь слетает с губ Али. Брат щурится, а потом недоумённо почёсывает затылок.

— Мне плевать, что ты там думал. Мне нужна правда, и я никуда не уйду, пока не получу ответы на все свои вопросы.

— Ты слишком нудный, Саид… — фыркает Али. — Признаться честно, меня это расстраивает. Я придумал немало вариантов развития событий, но ни в одном из них не было вот такого наглого вторжения на мою территорию с требованиями раскрыться здесь и сейчас. Ты удивил меня, брат.

— Говори со мной по-мужски, Али, а не как тряпка какая-то. Отвечай на мои вопросы, а если нечего ответить, то просто исчезни из моей жизни.

— Хочешь поговорить по-мужски? — Али чуть вздёргивает подбородок. — Ну давай поговорим по-мужски, братец… — Возьми пистолет и убей одного из моих охранников… Любого, кто не понравился тебе. Сделай это, и тогда… Возможно, я поверю в то, что ты готов к разговорам по-мужски. Если боишься и не способен сделать это, просто смирись с тем, что родился не в том теле.

Я достаю из кармана ствол и навожу его на одного из охранников. Мужчины стоят, не дёрнувшись: они не посмеют сделать что-то без приказа моего братца. Почему они всё это терпят? Почему ещё никому не пришло в голову просто избавиться от него? Они таскаются за Али как собачонки и делают то, что нравится моему братцу… Даже сейчас стоят и ждут моих действий. Вижу, что тот, на кого наведён ствол, уже изрядно взмок, но не решается даже просто пошевелиться. Просто стоит и трясётся под дулом. Ему страшно, потому что я могу отнять его жизнь… Но Али ещё страшнее, чтобы пойти против его воли… И я лишь сильнее убеждаюсь, что за моим братцем стоит кто-то ещё. Слишком страшный, значимый для них.

Перевожу ствол на своего брата и некоторое время просто смотрю на него, впитывая все его страхи.

— Кто за всем этим стоит, Али? Кто заставляет тебя всё это делать? Можешь не говорить, что ненависть движет тобой, потому что это не так. Отвечай!

Палец нажимает на спусковой крючок, но не до конца.

Я хочу испугать Али, но в его взгляде не вижу ничего кроме азарта.

Он не верит, что я выстрелю, поэтому и не говорит…

Стреляю в стену над его головой. Пуля пролетает в паре сантиметров, но Али всего лишь вздрагивает, словно произошло что-то само собой разумеющееся и истерически хохочет.

— Ты слабак, Саид! Всегда был слабаком, но я, в отличие от тебя, не такой… — зловеще поглядывает на меня тот, кого я зря называл своим братом раньше…

Часть 25. Саид

Я продолжаю смотреть на своего безумного братца, на губах которого становится слишком выраженным звериный оскал. Али улыбается, но напоминает совсем не человека, скорее монстра.

— Ты слабак, который не достоин носить нашу фамилию. Тебе на самом деле интересно, почему я так сильно захотел избавиться от тебя? Что же… Я скажу тебе, Саид. Ты ведь знаешь, что твоя мать, точнее любовь к ней сделала нашего отца пятном, он стал позором для своей семьи, но он не отказался от своей одержимости и женился на той, что была не достойна…

Я стискиваю зубы.

Кто должен решать — достойна она или нет?

Уж точно не мой братец.

Если отец на самом деле любил мать, то они оба были достойны этой любви. Впрочем, после её смерти он довольно скоро позволил склонить себя на сторону семьи и постарался избавиться от всех воспоминаний о женщине, которая любила его всем своим сердцем. Он не избавился только от меня. Всю свою жизнь я служил ему напоминанием и, вероятно, добавлял позора на его седую голову…

Отец мог отречься от меня и изгнать, но он не сделал этого.

Скорее всего, именно по этой причине мой братец и злится, но повлиять на решения отца или оспорить их он не может.

— Ты ведь знаешь, что сейчас наш дядюшка — глава семьи, но он должен будет передать правление нашим кланом и заботу о нём кому-то другому, тому, кто будет достоин этого… Понимаешь, о чём я говорю, братец? У нашего дяди нет сыновей, а передавать дела мужьям своих дочерей он не хочет, поэтому он выдвинул мне предложение… Довольно заманчивое, и я согласился с ним, не сразу, но согласился. Конечно, я долгое время думал, пытался понять — нужно ли оно мне… Несмотря на то, что ты всегда был лучшим для отца, я всё равно любил тебя. Я хотел стать таким же как ты, чтобы отец гордился мной точно так же, но потом ты привёз в дом недостойную. Именно когда твоя избранница появилась в нашем доме впервые, я понял, что ошибался. Я не хотел стать таким как ты. Я решил, что переплюну тебя, и тогда отец точно будет гордиться мною… Именно в тот момент я согласился на предложение дяди. Я должен были избавиться от тебя и доказать, что справлюсь с управлением нашим кланом и сохраню семейные традиции.

Мне становится смешно…

Эта повёрнутость на семейных кланах пошла у нас откуда-то из далёкого прошлого. Уже многие жили в современном обществе, пусть и соблюдали большинство традиций и устоёв, но ни о каких кланах не было речи, а наша семья старалась сберечь эту привычку. В прошлом многим приходилось объединяться в условные кланы, чтобы как-то выживать и выстоять против врагов, но это осталось в прошлом.

Теперь я понимаю за чьей спиной прячется мой братец, вот только он сильно ошибся, доверившись дяде… Возможно, тому и удалось подсадить Али на запрещённые препараты, убедив в том, чего нет на самом деле, но отец всегда оставался в центре. Даже после женитьбы на маме родители не изгнали его… Дядя боится моего отца, потому что он старше. Он видит в нём угрозу, поэтому решил разрушить нашу семью изнутри, но у него ничего не получится.

— Ты несёшь бред, Али… Дядя не сможет передать тебе правление каким-то тайным кланом, потому что у него ничего нет. Он сам зависит от нашего отца, живёт за его счёт, если ты не знал… Наш дядя совсем не тот человек, у которого следует набираться опыта, с которого следует брать пример: он жалкий паразит, пользующийся нашим отцом. Просто опомнись, брат. Ещё не всё потеряно, и мы можем продолжить общаться, как нормальные люди.

Али начинает заливисто смеяться.

— Сейчас пообщаемся, как нормальные…

Он поднимается на ноги и немного покачивается.

— Мои люди уже уехали в дом, в котором ты укрыл свою жёнушку… Через минут пятнадцать они будут там… Не поздоровится всем, кто попадётся на их пути, поэтому советую тебе поспешить, Саид! Да начнутся гонки.

Глаз брата дёргается, и я понимаю, что он блефует. Он пытается вынудить меня привезти его в то место, где сейчас находится Нежка.

Нежка…

Глаза широко распахиваются, когда я думаю, что даже не предупредил её о том, что встретиться сегодня не получится. Злюсь на себя и разворачиваюсь на месте, желая как можно быстрее вернуться в машину, взять телефон в руки и позвонить ей, чтобы успокоить. Скорее всего, она волнуется…

На секунду в висках стучит мысль о том, что Али может быть прав. Если его люди на самом деле едут туда и смогли выяснить, где именно скрывается Нежка, то под удар попадёт ещё и семья Татьяны, люди, которые просто согласились помочь мне.

— Давай, Саид… Езжай быстрее. Нас ждут гонки! — смеётся Али, а я спешу к машине.

Понимаю, что Али не пошутил, когда он садится в свою тачку и заводит её. Я успеваю отправить Снежане сообщение, сказав, что тоже скучаю по ней, что она дорога мне, и что мы обязательно встретимся, но не сегодня.

Завожу мотор и выруливаю с парковки. Али несётся на бешеной скорости, поэтому я решаю вырваться на трассу, где смогу свернуть на знакомый мне и незнакомый ему поворот и скрыться от преследования. Я не собираюсь играть с ним в гонки. А потом преследователем стану я. Буду наступать ему на пятки, загоню в угол и поставлю на место.

Слежу за тем, как яростно Али пытается догнать меня, а на светофоре резко сворачиваю вправо. Вот только погони за собой я не наблюдаю, а вскоре слышу гулкий сигнал, свист тормозов, снижаю скорость, и меня оглушает гулкий взрыв.

— Что случилось?

Моя машина взлетела?

Я уже отправляюсь к Всевышнему?

Понимаю, что я в порядке, а погони за мной нет. Машина уже стоит на обочине — встал как-то на автомате. Выхожу на улицу и вижу, как летят спецслужбы с мигалками в сторону аварии. В мыслях пульсирует только одна: Али попал в переделку… И судя по валящим клубам дыма, он не выжил.

Часть 26. Нежка

В ушах стоит непонятный гул. Я пытаюсь вспомнить, что было перед тем, как задремала, а как только вспоминаю, сразу же открываю глаза и с ужасом смотрю вокруг себя. Я нахожусь в больничной палате. Кажется, врачи говорили, что поставят мне капельницу с успокоительным… А что с ребёнком? У меня ужасно болел живот, казалось, что внутри разрывается что-то, а потом надо мной нависли люди в белых халатах.

Врачи…

Саид…

Что с ним?

Понимаю, что кто-то сжимает мою руку и успокаивающе поглаживает. Одёргиваю её, но после соображаю, что рядом со мной сидит Саид.

— П-прости… Я не сразу поняла, что это ты, — пытаюсь оправдаться я.

Если честно, я и не рассчитывала, что первым человеком, которого я увижу, придя в себя, станет он.

— Ничего страшного. Всё хорошо. Ты, главное, не переживай. Всё будет хорошо. Теперь всё плохое позади. Мы вместе.

— Ребёнок, — спохватываюсь я. — Как ребёнок? Врачи сказали тебе что-то о его состоянии?

В висках пульсирует. Конечно, только узнав о беременности, я планировалась избавиться от этого малыша, но теперь понимаю, что это были самые глупые мысли на свете, посетившие мою голову. Повезло, что Саид подоспел вовремя и не дал мне совершить такую серьёзную ошибку.

— Всё в порядке. Вчера ты перенервничала, чем чуть было не спровоцировала выкидыш. Теперь всё хорошо. Врачи проставили тебе витаминную капельницу и ввели в неё успокоительные. Самое главное больше не волноваться так сильно, придерживаться определённого графика, о котором мы поговорим чуть позднее.

— Прости, — я отвожу взгляд, чувствуя себя виноватой.

— За что ты извиняешься, Нежка? Это я должен просить у тебя прощения. Если бы я сразу рассказал тебе всё, то ничего подобного бы не произошло. Знаю, что ты переживала за меня, а я забыл даже просто отправить тебе сообщение и предупредить, что не смогу приехать на встречу. Если бы я сделал это, ты бы так сильно не переживала.

— Я в любом случае волновалась, ведь твои разборки с братом это… — я выдыхаю и всхлипываю, не в силах сказать что-то ещё.

Сколько ещё эти разборки будут продолжаться? Когда брат Саида, наконец, оставит мужчину в покое? Он уже отнял у него любимую женщину, а потом жестоко расправился с ней, да ещё и по рассказам Татьяны расправился с женой, которому Саиду навязала семья, чужими руками. Этот человек не заслуживает права жить.

— Что это, Нежка? Ты ведь не думала, что я сдамся своему брату? Кроме того, война с ним закончилась. Али разбился насмерть.

Я всхлипываю и прикрываю рот рукой, хоть сделать это сложно, потому что тело какое-то свинцовое. Возможно, оно затекло, ведь я проспала часов восемь в одной позе.

Али умер…

Мне не жаль его, с одной стороны, а с другой, я не знаю, что сейчас чувствует Саид. Наверняка, он испытывал к брату родственные чувства, раз до сих пор не поставил его на место. А потом на меня вдруг накатывают мысли, что вместо него разбиться мог Саид, и мне становится плохо. Этого не случилось, и мне не стоит продолжать нервничать, а то снова могу довести себя неизвестно до какого состояния.

— Когда меня отпустят домой?

Мне не хочется оставаться в больнице.

Хочу вернуться в дом Саида и провести с ним как можно больше времени.

— Сегодня. Сейчас тебе поставят ещё одну капельницу, а потом отпустят.

— Т-ты побудешь со мной?

Я сжимаю руку Саида, а на его губах появляется тёплая улыбка, от которой даже моя душа начинает ликовать.

Кажется, раньше он никогда не улыбался мне точно так же.

Искренне?

— Конечно, я побуду с тобой и дождусь, пока тебя прокапают, а потом мы прогуляемся на Набережной. Доктор сказал, что тебе важно как можно больше гулять, проводить время на природе, на свежем воздухе. Возможно, у нас получится поехать куда-то вместе.

— Тебе не нужно будет похоронить брата?

Понимаю, что эту тему лучше было бы не поднимать, но что я могу сделать, если не знаю. Наверное, просто не следовало затрагивать эту тему, ведь если ему придётся куда-то отлучиться или появятся дела, то Саид обязательно сообщит мне.

— Нет, Нежка. Этим займутся родители. Его тело отправят на Родину. От меня ничего не требуется. Принимать участие в его похоронах я не планирую, потому что… Ты наверняка и сама понимаешь, что брата у меня не было никогда. Всё это время Али путался у меня под ногами и мешал мне жить. Возможно, мои слова прозвучат жестоко, но я даже рад, что всё закончилось так. Он объявил мне войну по неизвестной причине. Всё это могло закончиться плачевно либо для меня, либо для него.

— Я понимаю тебя, — киваю я.

В палату входит медсестра, проверяет моё самочувствие и ставит капельницу, а я не могу поверить, что мы с Саидом в это мгновение разговариваем не как кошка с собакой.

— Теперь тебе больше не угрожает опасность? Я о том, что…

— Нет. Теперь всё будет иначе, и мне не придётся ни от кого бегать.

Саид говорит уверенно, и я больше не хочу мучить его вопросами в попытке вытянуть из него что-то ещё. Не хочу заводить в эту секунду разговоры о его прошлом, а уж тем более выдавать Таню и то, что она рассказала мне правду о своей сестре и её отношениях с Саидом.

— Как Татьяна? Наверное, я заставила её понервничать?

— Таня в порядке. Она дозвонилась до меня практически сразу, как тебя доставили в больницу.

— Получается, ты сидел со мной всё это время?

Я немного смущаюсь и отвожу взгляд в сторону, чувствуя, как алеют щёки.

— Прекрати! Мы с тобой спали вместе, и ты ждёшь от меня ребёнка. Не думаю, что есть причина для стеснения. Кроме того, я хочу исправиться и проводить с тобой больше времени, чем раньше, если ты дашь мне шанс показать себя с другой стороны.

На глаза наворачиваются слёзы, а я смотрю на Саида и не могу поверить, что он практически предложил мне настоящие отношения. Или я неверно истолковала его слова?

— Ты хочешь, чтобы мы узнали друг друга получше?

— Ты всё правильно поняла, Нежка. Я понял, что как бы ни старался огородиться от окружающих огромными прочными барьерами, не смог отгородиться от тебя. Ты проникла в моё сердце и стала частью моей души.

Меня переполняет нежность от услышанного, и я лишь улыбаюсь, потому что если открою рот и начну что-то говорить, то точно разревусь, как маленькая глупая девочка.

Часть 27. Нежка

Как только капельница заканчивается, меня отпускают из больницы. На улице уже ярко сияет солнце, а у меня в душе звонко поют птицы. Улыбка не сходит с губ, и мне хочется кричать от счастья.

Саид сказал, что хочет попытаться наладить отношения, и что я смогла проникнуть в его душу. Пожалуй, это первая радостная новость за последние несколько дней. Я даже не рассчитывала на взаимность со стороны мужчины. Надеялась, конечно, что однажды она появится, но не думала, что это случится настолько скоро. Особенно после того, как я поверила лживым слухам, наглой лжи и навела на мужчину дуло пистолета. Наверное, я на его месте не смогла бы простить такое предательства, а он смог. Саид простил меня и признался в том, что я смогла стать частью его души.

Так странно, но наши отношения развиваются вопреки всем привычным правилам: у нас не было свиданий и конфетно-букетного периода перед тем, как мы оказались в одной постели — только условная договорённость… Мы стали мужем и женой и только теперь Саид решил поближе познакомиться. Если бы раньше мне сказали, что нечто подобное может произойти, то я точно не поверила бы, рассмеялась в глаза человеку, сказавшему это, а потом…

А что потом?

В жизни может произойти и не такое.

— Моё прошлое было не таким уж радужным, поэтому я обещал себе, что больше никогда не впущу в своё сердце женщину. Я знаю, что ты хотела узнать всю правду, и теперь я готов поделиться с тобой… — начинает Саид, когда мы идём вдоль реки, переплетя пальцы наших рук.

Саид рассказывает всё то, что произошло между ним и Анной, всё, что мне уже успела поведать Таня, но я всё равно внимательно слушаю его, понимая, что он должен поведать мне эту историю самостоятельно. Возможно, так ему станет легче, а доверительные отношения между нами укрепятся ещё сильнее. Да и выдавать чужие секреты я не имею ни малейшего права.

— Я понимаю, что не должен был судить всех женщин по той, которая предала меня, но случилось то, что случилось… Я долгое время не мог оправиться, проклинал себя за то, что повёлся на её сладкие речи. По факту я ведь сразу видел, что в наших отношениях Анну больше интересует размер моего банковского счёта. Она с самого начала не стеснялась и стала просить у меня деньги на дорогие наряды, посещения салонов красоты. Конечно, мне ничего не было жалко, но я должен был ещё тогда понять, что никакой любви между нами нет и быть не может.

— Это грустная история, — шепчу я. — Но я никогда не тянулась к твоим деньгам… Когда ты предложил мне отношения по договору, я согласилась только потому, что ты мне нравился. Наверное, ты посчитаешь меня наивной девочкой, но в тот момент я на самом деле возомнила себя красавицей Бель, которая непременно должна спасти Чудовище. Я думала, что со временем ты влюбишься в меня, и наши отношения станут настоящими, а если нет, то прекращу это. Чем больше времени мы проводили вместе, тем сильнее я убеждалась в том, что проигрываю, но я уже не могла ничего поделать с собой, потому что эти отношения стали напоминать зависимость, и я не представляла, как буду жить дальше, если не буду утопать в глубине твоих глаз. А потом та фотография. Мой внутренний мир перевернулся. Я испугалась. Подумала, что если ты расправился так жестоко со своей прошлой девушкой, то что помешает избавиться от меня. Я понимаю, что тебе будет сложно простить меня за тот ужасный побег, но я не устану просить у тебя прощения.

— Нет, ты не должна просить прощения, Нежка! Если бы я вёл себя иначе и сразу доверился тебе, то ничего подобного бы не случилось. Это моя оплошность, моя вина. Это я должен извиняться перед тобой, молить, чтобы ты дала мне ещё один шанс.

Как истинный мужчина, Саид берёт всю вину на себя, даже не пытаясь углубляться в истинные причины того, что наши отношения пошли наперекосяк. Я вижу, что он не желает, чтобы я продолжала спорить, поэтому просто замолкаю. Мне больше нечего сказать ему, потому что лишние слова могут только испортить это мгновение.

— Саид…

Мужчина покачивает головой и прижимает указательный палец к губам.

— Не говори ничего! Я просто хочу наслаждаться твоей близостью, Нежа!

Мужчина обнимает меня, притягивает к себе и целует с такой нежностью, что у меня голова идёт кругом, а земля уплывает из-под ног как в самой настоящей сказке.

— Всё хорошо! Я тебя больше не отпущу! Не предам! Всегда буду любить тебя! — шепчет Саид, когда ловит небольшие паузы в поцелуе.

Рука мужчины ложится мне на затылок, словно он боится, что я решу вдруг остановиться, отстраниться от него и сбежать, но я обвиваю его шею руками и отвечаю с любовью.

Наверное, я даже не мечтала о том, что этот день когда-нибудь настанет, но мы вместе, и это невероятное чувство, которое захлёстывает мощнейшей волной цунами.

Саид разрывает поцелуй, тяжело дыша. Он прижимает меня к себе и покашливает, прочищая горло.

— Я должен сказать тебе, что в доме сейчас находится Лейла, но это ненадолго. Я вышвырну лживую дрянь, как только мы вернёмся домой. Именно из-за неё я рванул на очередную встречу с Али. Впрочем, я ни о чём не жалею, потому что теперь смогу спокойно выдохнуть.

Я сглатываю тугой ком и утыкаюсь лбом в плечо Саида.

Не хочу сейчас говорить о Лейле. Жажду насладиться мгновением близости с ним.

— Неважно, почему она в доме… Я тебе доверяю, — шепчу я, и Саид крепко обнимает меня.

Вот только после его слов сердце начинает биться хаотично, словно подсказывает, что ничем хорошим встреча с Лейлой не закончится. Дурное предчувствие вселяет страх, который я пытаюсь побороть, но удаётся с огромным трудом.

Часть 28. Саид

Мы с Нежкой возвращаемся домой. Пусть я и чувствую себя уставшим, ведь за пару суток удалось поспать всего несколько часов, но, несмотря на сонное состояние организма, я счастлив. Кажется, что могу ещё пару суток не спать и любоваться своей женой.

Жена…

Поверить только, а ведь Нежка действительно моя жена.

Пусть этот брак был вынужденной мерой в попытке защитить её от Али, но я точно знаю, что теперь это до конца наших дней. Я не захочу разрывать этот брак, да и Нежка тоже нет.

Охранник сообщает, что Лейла спешно покинула дом буквально через несколько часов после меня, и мне уже страшно заходить туда. Не решила ли она заложить бомбу?

Вроде бы явилась она сюда с пустыми руками.

Вспоминаю слова Али, что это была актёрская игра в попытке выманить меня. Брат рассчитывал, что сможет убрать меня с дороги, приложив минимум усилий и подставив во время этой безумной езды, но погиб сам, как бы сурово всё это ни было.

Нежка просит немного времени, чтобы переодеться и принять душ, а я иду в кабинет. Нужно позвонить отцу и поговорить с ним о случившемся.

Конечно, шавки Али уже могли донести семье информацию о произошедшем, но так или иначе я тоже должен позвонить и поддержать. Не дело прятать голову в песок как страус, словно я чувствую себя виноватым. Не чувствовал. Кроме того, отцу нужно знать, что дядюшка копает под него и пытался использовать его сына…

Нет.

Сыновей.

Дядя хотел стравить нас с Али, чтобы один убрал с дороги другого, а потом обвинить во всём моего отца, наказать его по законам семьи, и заполучить всё его имущество, ведь прямых наследников у отца не останется.

Как же это мерзко.

Вхожу в кабинет и застываю на пороге, потому что внутри всё перевернуто вверх дном, словно стая диких кошек устроила здесь игры. Кошусь на фотографию мамы, валяющуюся на полу. Рамка разбита. Я зло стискиваю зубы, отчего слышу их скрежет, и шумно выдыхаю весь воздух, скопившийся в лёгких.

— Лейла, — зло цежу имя женщины.

Зачем ей это было нужно?

Не понимаю.

Возможно, пыталась выместить злость на меня, перевернув всё вверх дном, или по приказу моего брата искала какую-то информацию?.. Вот только я всегда работал чисто, так что копать под меня можно было сколько угодно, а вот нарыть что-то ценное не получится.

Ставлю фотографию матери на стеллаж, думаю, что попрошу прислугу убраться позднее и удобно сажусь в кресло.

Набираю номер отца, понимая, что это будет крайне непростой разговор с ним. Он отвечает быстро: ждал моего звонка.

— Здравствуй, отец.

Понимаю, что «доброе утро» будет звучать слишком жестоко, когда я хочу рассказать ему такие неприятные новости.

— Саид, — кивает отец, хмуро поглядывая на меня.

— Ты уже в курсе? — спрашиваю осторожно, на что получаю лишь лёгкий кивок.

Тишина давит на виски. Мне сложно говорить о смерти брата, пусть братом он был лишь условно. Для отца он был сыном в любом случае.

— Не вижу скорби в твоих глазах, — с укором говорит отец после непродолжительного молчания.

— Ты ведь понимаешь, что я не стану скорбеть по брату, который даже во сне мечтал убить меня, — отвечаю без тени смущения, не опасаясь, что отец обидится. Он отлично видел, какие отношения были у нас с младшим. — Я ничего не скажу об Анне, но жизнь жены, которую ты навязал мне, и сына, не успевшего родиться, теперь отплачена. Ты же понимаешь, что они погибли с лёгкой руки Али?

Отец кивает и отводит взгляд в сторону, словно ему стыдно смотреть мне в глаза. А ведь я остался его единственным наследником.

— Вы встречались с ним? Виделись перед случившимся?

Я понимаю, что юлить в этом случае не следует. Отец узнает и без меня правду, поэтому киваю и собираюсь с духом, чтобы рассказать всё с самого начала.

— Он подослал ко мне Лейлу. Али хотел избавиться от меня, но он решил это не сам. Дядя всё это время науськивал его против меня, чтобы свергнуть тебя и получить твои деньги.

Отец вытирает пот со лба. Он не кажется мне удивлённым. Неужели поймал дядюшку с поличным?

— Твой дядя с малых лет действовал исподтишка: он завидовал тому, что родители каждый раз выделяли мои успехи. Конечно, я не просил их делать этого. После моей женитьбы на твоей матери, твой дядя рассчитывал, что родители изгонят меня, но они с любовью приняли мою любимую женщину и сына, которого она родила. Мне казалось, что мой брат притаился, залёг на дно, но это было не так. Он пытался разрушить жизни моих детей. Тяжело осознавать это, Саид, но у нас история была куда похуже, чем у вас с Али.

— Была? — удивляюсь я.

Вряд ли дядюшка успокоится, узнав о смерти Али. Скорее всего, он продолжит свои попытки изгнать моего отца. К чему это приведет известно одному Всевышнему.

— Ночью он умер. Никому неизвестна причина. Многие подозревали, что к этому как-то причастна Лейла, ведь, как выяснилось, она была любовницей не только Али, но и моего брата. Зачем ей нужно было убивать одного из мужчин, я не знаю, но она слишком опасна, Саид, поэтому тебе лучше проследить, чтобы её отправили домой, а здесь мы уже сможем разобраться и поставить её на место.

Лейла…

Яды…

Она не могла пронести в кармане бомбу, но легко могла прихватить с собой яды.

— Извини, отец, но я должен проведать свою супругу.

— Конечно. Вы приедете на похороны?

Вопрос застаёт меня врасплох, но я беру себя в руки и отрицательно мотаю головой. Раньше мне было сложно отказать отцу в чём-либо, но теперь не тот случай. Стоит стать жёстче во благо тех, кто мне так дорог.

— Прости отец, но нет. Слишком много горя мне принесли дядя с Али, чтобы скорбеть по ним. Кроме того… Я не готов привозить свою любимую женщину и знакомить её с семьёй. Если хочешь познакомиться с ней, приезжай к нам сам.

— Я подумаю, Саид. Я подумаю. Будь здоров.

Я киваю и отключаю телефон.

Неужели невинная овечка Лейла ловко обвела всех вокруг пальца?

Не могу поверить в это, но боюсь за Нежку и бегу к ней, чтобы убедиться, что она в порядке, что никаких ядов в комнате нет, и больше нам действительно ничего не угрожает.

Часть 29. Саид

Забегаю в комнату, чтобы проверить Нежку, и замечаю, что она спит с безмятежной улыбкой на губах. Однако беспокойство так и не оставляет меня. Не могу понять его причину, но мне страшно. Возможно, следует вызвать клининговую службу и попросить сделать генеральную в доме, чтобы наверняка быть уверенным, что здесь всё чисто. И вообще я хочу продать его, снести… Не знаю, что с ним сделать. Теперь мне кажется, что в каждом углу могут быть напрысканы яды. Конечно, это может быть моя паранойя, но я не могу успокоиться.

— Всё в порядке? — Нежка открывает глаза и зевает, как маленький котёнок.

— Не знаю. Наверное… Как ты смотришь на то, чтобы продать этот дом и купить что-то в другом районе? Допустим, там, где живут Таня с Демьяном?

Нежка удивляется и слегка хмурится, поглядывая на меня.

— Я не против. Наши дети могли бы дружить… Но с чего вдруг ты захотел принять такое решение?

— Во-первых, это место у меня давно просили, потому что оно отлично подойдёт под строительство торгового центра, так как владельцы участков рядом готовы продать своё имущество. Во-вторых, мне кажется, что с этим домом связано немало неприятных воспоминаний. Здесь находилась Лейла, и она могла многое сотворить, поэтому я подумал, что нам было бы здорово начать всё с чистого листа на новом месте.

— Если ты так хочешь этого, то я поддержу тебя.

Я улыбаюсь. Мне приятно, что Снежана не задаёт лишние вопросы и не говорит, что это всё мои глупые домыслы, что стоит быть реалистом, а не вот так опрометчиво бояться всего вокруг.

— Тогда давай прямо сейчас соберём вещи и временно переедем в гостиницу? Я понимаю, что мои слова могут напугать тебя, но если уж начинать с чистого листа, то прямо сейчас. Мы займёмся поиском нового дома, как только ты немного отдохнёшь и придёшь в себя.

Нежка теряется.

Я знаю, что мои слова звучат глупо, но я не могу потерять её. Я люблю эту женщину, пусть длительное время пытался отрицать тот факт, что наши отношения стали слишком серьёзными.

— Ладно… Давай соберём вещи. У меня их не так много.

— Я тоже не стану брать все. Я быстро.

Целую Нежку и иду к себе в комнату, чтобы взять только самое необходимое. Я чувствую, что поступаю правильно. Так будет лучше всего. По крайней мере, я буду уверен, что в доме чисто, и мы не надышимся отравленными парами.

Однако когда мы собираемся, а я инструктирую прислугу, какие вещи нужно отделить для того, чтобы раздать бедным, в дом вламывается полиция. Охрана пытается остановить их, но всё тщетно.

— Вы задержаны, так как подозреваетесь в совершении убийства своего брата, — заявляет полицейский, тыча мне в лицо какой-то корочкой.

— Что? Какое покушение? Вы в своём уме?

Нежка громко ахает и прикрывает рот руками.

— Вижу, вы уже собрались сматывать удочки, но ничего не выйдет. Нам передали флешку, которая содержит информацию, что вы собирали на своего брата. Вы последний человек, который навестил его перед гибелью.

С губ срывается нервный смешок.

— Ладно. Только подождите пару секунд. Моя жена беременна, и ей нельзя волноваться.

Я подхожу к Нежке и беру её за плечи.

— Ты веришь, что я невиновен? — спрашиваю, глядя ей в глаза.

— Да, конечно, да. Я верю, что ты не причастен к этому покушению, но с чего они взяли?

— Ты же знаешь о моих отношениях с братом. Судя по всему, Лейла выкрала из моего кабинета флешку с местонахождениями и любимыми местами Али, но это совсем не компромат. Мне просто нужно было знать, где находится братец с маниакальными наклонностями. У них нечего предъявить мне. Я выберусь. Скоро. А ты пока позвони Тане и попроси, чтобы они приехали за тобой. Главное, не нервничай и береги малыша, хорошо?

Нежка кивает, а я впиваюсь в её губы поцелуем, но вынужден разорвать его, так как полицейский поторапливает меня и грозится применить силу.

— Покинь этот дом. Оставайся у Тани.

— Я поняла. Сделаю всё так, как ты сказал! — кивает Нежка.

Вижу, что ей нелегко, но она держится молодцом.

— Вы ещё проверьте погром, который в моём кабинете устроил человек, добывший флешку. Это уже серьёзная статья на самом деле.

Полицейский бубнит что-то, вроде — он явился сюда по другой причине, — и надевает мне на руки металлические браслеты. Забавно, но одновременно страшно. Вдруг братец оставил мне прощальный подарок, и меня действительно посадят? Как будет справляться со всем Снежана? Не спровоцирует ли волнение очередной приступ?

Я мог бы попытаться договориться с копами, дав им взятку, но не хочу делать этого, потому что они могут посчитать, что я почувствовал вину и желаю откупиться. Нет. Я добьюсь справедливости и докажу, что не виновен.

Меня выводят на улицу, и около полицейской машины замечаю такси. Лейла стоит, прислонившись к капоту, и ехидно улыбается.

— Зачем ты сделала это? — спрашиваю, пытаясь понять, что именно движет ею, но в лучах солнечного света её лицо словно преображается, и я вижу наивную девушку, которую отец выбрал мне в жёны когда-то… Которая не успела пожить, жестоко погибла.

— Что молчишь? Смог понять что-то? Я ничего не делала, Саид, просто передала информацию на злостного преступника… По вине которого погиб не только Али, но и моя сестра. Теперь она отмщена, ведь все, кто был замешан в этом злодеянии, понесли заслуженное наказание. И да… Хочу, чтобы ты знал, что Агору заплатил за всё, что он сделал, не Али, — добавляет Лейла шёпотом. — Это сделала я. Анна тоже была виновна.

— Только посмей тронуть Нежку, — цежу я сквозь зубы.

— Какой ты грозный мальчик, — хохочет Лейла.

Я бросаюсь в её сторону, но полицейские одёргивают меня и пытаются запихнуть в машину.

— Что вы творите? Вы не видите, что она сошла с ума? Моя жена в опасности. Эта ведьма только что призналась в том, что заплатила за убийство другого человека. Жестокое. И вы позволите ей остаться на свободе?

Получаю по хребту и сгибаюсь пополам, что позволяет полицейским впихнуть меня в машину с довольными физиономиями. Я злюсь на них, рычу себе под нос, что они крупно пожалеют и кричу охраннику, который стоит позади меня, чтобы глаз не спускал с Нежки.

Надеюсь, что он не в стане врага, и с моей женой на самом деле всё будет в порядке.

Часть 30. Нежка

Саида увели полицейские.

Не могу в это поверить. Мне хочется побежать следом за представителями закона, сказать им, что они допустили огромную ошибку, что Саид хороший человек, и ему нечего предъявить, но я останавливаюсь. Мне нельзя навредить ребёнку снова. Важно взять себя в руки. Саид хотел, чтобы я уехала из этого дома, и я выполню его просьбу.

Ищу свой телефон. Не помню, куда сунула его, когда началась вся эта заварушка. Нужно позвонить Тане и снова попросить о помощи. У Демьяна есть связи, и он может оказаться нашим спасением. Быть может, ему удастся доказать, что Саид не виновен в смерти своего брата, ведь там произошла случайная авария.

Или не случайная?

Снова вспоминаю, как уже однажды поверила посторонним и навела на Саида пистолет. Я бы не смогла выстрелить, но тогда даже не представляла, что ранила его хуже, чем сделало бы оружие

Руки трясутся, когда ко мне выходит кухарка и обнимает.

— Как ты, девочка? Саид сильный, он справится со всем, — поддерживает меня женщина.

— Спасибо. Всё в порядке. Саид попросил меня уехать отсюда. Он боится, что дом небезопасен. Вам, наверное, тоже стоит поехать домой. Всё равно пока некому готовить.

— Конечно, девочка, но я уеду только, когда буду убеждена, что ты в безопасности.

Я киваю. Наконец нахожу телефон и набираю номер Татьяны. Стыдно просить о помощи совершенно чужого человека, сестру бывшей моего мужа, но больше ничего не остаётся. Пока слушаю гудки, понимаю, что порой чужие люди становятся куда ближе родных. Возможно, именно так и в нашем случае, ведь не просто так Саид настолько сильно доверяет Тане: он разглядел в ней того самого человека, которому можно вернить.

— Снежана, привет! Как дела у тебя? Ты вчера всех нас перепугала, — сходу начинает Таня.

— Таня, здравствуй. Мне снова нужна ваша помощь.

Вкратце рассказываю, что случилось и о просьбе Саида.

— Конечно. Мы сейчас приедем. Ты там в безопасности? Может, тебе пока лучше закрыться в комнате или наоборот уйти подальше от дома? — лепечет Таня.

— Не думаю, что кто-то сможет пройти в дом. Повсюду охрана.

— Будь осторожна, потому что даже прислуга может подставить…

— Буду, — обещаю я и с опаской поглядываю на кухарку, но женщина уходит восвояси, а я остаюсь в гостиной одна. Перед собранными нами чемоданами. Всё складывалось хорошо, а теперь я не знаю, что и думать. Страшно, что Саида могут не отпустить. Что тогда будет? Как мне бороться за справедливость и свободу супруга?

Отключаю телефон, когда мы с Таней прощаемся, плюхаюсь на диван и скрещиваю руки на груди. Голова болит так сильно, что даже начинает подташнивать. Наверное, всё из-за перенесённого стресса. Я даже не думала, что может произойти нечто подобное.

Саида взяли под стражу.

Как убийцу.

Пусть я и сама думала о нём точно так же, когда неприятели оболгали мужчину, но теперь всё было куда серьёзнее.

Татьяна и Демьян приезжают быстро, и женщина тут же ловит меня в объятия. Никогда раньше у меня не было подруг, но теперь появилась. Я точно уверена, что после всей этой истории мы продолжим общаться с Таней. Да и Саиду не помешает друг, а Демьян хороший человек.

Я рассказываю обо всём ещё раз, но теперь во всех подробностях, и Демьян сразу же связывается со своим знакомым полицейским, который обещает помочь разобраться в следствии и проследить, чтобы всё обошлось без взятничества со стороны обвинения.

— Всё будет хорошо. Они проверят все камеры в том районе, перероют всё, но смогут доказать, что Саид не виновен, — старается успокоить меня Демьян, а я устало улыбаюсь ему в ответ.

Демьян забирает сумку с моими вещами, и мы едем к ним. Впервые вижу старшую дочь счастливых супругов, а она любезно протягивает мне ручонку в знак приветствия:

— Я Ася, — щебечет она.

— Снежана, — приятно познакомиться.

Внутри вдруг пробуждается что-то светлое, и я представляю, что у меня может быть такая же умница и красавица дочь.

Демьян отвозит Асю на какие-то занятия, и мы с Татьяной остаёмся наедине. Она наливает чай с успокаивающими травами и присаживается напротив меня.

— Вам с Саидом удалось поговорить, когда тебя выписали?

— Вкратце. Он рассказал мне историю его отношений с Анной, но ты не переживай, я не выдала, что уже всё знаю и внимательно выслушала его. Мне жаль Саида, ведь теперь ему сложно раскрыться из-за сурового прошлого. Однако он обещал, что постарается, потому что наши чувства… Они настоящие. Раньше я никогда не задумывалась, что будет, если его не станет, а теперь мне страшно подпустить к себе такую мысль, потому что я не смогу без него. Вся эта история с Али заставила меня встряхнуться и заглянуть внутрь себя. Я люблю Саида и хочу быть с ним вместе.

— Я прекрасно тебя понимаю, — кивает Таня. — Мне тоже помогла история с болезнью Аси. Конечно, девочка не заслужила того, через что прошла, но… Грустно думать о том, что было бы, если мы с Демьяном так и не поговорили обо всём, если бы продолжали лелеять обиды друг на друга? Это ужасно страшно и несправедливо. Свои чувства следует признавать сразу и бороться за них. Жаль, что мы понимаем это порой слишком поздно, но… Есть и преимущество — мы начинаем сильнее ценить то, что имеем.

Я улыбаюсь и киваю, но в следующую секунду думаю, как там Саид, и сердце сжимается от боли. Ему не так радужно находиться в камере, где его наверняка будут вынуждать дать именно те показания, которые хочет видеть полиция.

* * *

Ночью мне приходится заставить себя лечь спать. Истязая организм бессонницей, я сделаю только хуже себе и ребёнку, а я не хочу этого. Я должна сберечь нашего малыша, поэтому ради Саида и нашего первенца беру себя в руки, пью ещё раз успокаивающий чай, предложенный Таней, и быстро засыпаю. А утром сверлю взглядом телефон в надежде получить хорошие новости, но их нет.

— Проснулась уже? — заглядывает в комнату Таня, предварительно негромко постучав.

— Да… Спала, на удивление, как убитая.

— Это хорошо, что ты отдохнула. У меня есть новости.

Сердце заходится бешеном ритме, и я поднимаю на женщину взгляд, надеясь, что эти новости не сведут с ума, не заставят страдать ещё сильнее.

— Ч-что случилось?

— Это хорошие новости, не нервничай ты так, — посмеивается Таня и проходит в комнату. Она присаживается в кресло и складывает руки на коленях. — Демьяну удалось доказать невиновность Саида. Его приятель проверил все камеры, в том числе и камеры подземной парковки из гостиницы, где останавливались Али и Лейла. На камерах видно, как один из охранников в компании Лейлы портят автомобиль, подрезая тормозные шланги. Уверена, что теперь так просто они не отделаются, ведь на них висит не только авария, в которой пострадал и невинный водитель, так ещё и убийство. И оно не по осторожности, как ты догадываешься.

Я ахаю, осторожно опускаю ноги с кровати и с надеждой смотрю на Таню. Боюсь даже задавать какие-либо вопросы, ведь уже один раз мы думали, что всё закончилось.

— Эту Лейлу удалось задержать?

— Да. И охранника тоже. Он, к слову, сразу дал показания и рассказал, сколько ему заплатили за помощь. Знаешь, мне не жаль эту девушку, ведь теперь я знаю, что отчасти вина за смерть моей сестры лежит на её плечах. Конечно, я не оправдываю Аню, но то, что с ней сотворили… Лейла больная. Демьян говорит, что когда их задерживали, она кричала, что сделала это ради отмщения, что правда на её стороне, и что теперь её сестра сможет успокоиться. Возможно, у них с сестрой были близкие отношения, раз она решила таким образом отомстить за её смерть. Однако она сильно просчиталась в своих последних действиях. Возможно, просто устала… Или не привыкла жить по нашим законам и делать что-то своими руками. В любом случае, теперь у вас всё наладится. Больше нет тех, кто желал Саиду зла. Скоро его отпустят, и мы могли бы поехать в участок, чтобы встретить его, если ты хочешь. К слову, о том, где вы будете жить дальше. Ты сказала, что Саид хотел переехать в другой район и купить новый дом. Есть у нас тут один пустующий домик, и Демьян взял на себя смелость договориться с его владельцем об аренде на пару месяцев. Если вам понравится, то сможете позднее выкупить его. Дом на самом деле сказочный, и там сейчас наводят порядок, чтобы вы смогла заселиться туда.

Я улыбаюсь, смаргиваю слезинку, подхожу к Тане и обнимаю её.

— Спасибо большое за такую заботу. Знаешь, если бы у меня была сестра, то точно такая же чудесная, как ты! Мы знакомы всего ничего, но я поняла насколько хороший и светлый ты человек, Танюша, — улыбаюсь я.

— Я тоже всегда мечтала о такой сестре как ты. К слову, у меня есть брат, и я вас обязательно как-нибудь познакомлю. У Виктора сейчас небольшие проблемы на личном, но как только он разберётся с ними, то непременно приглашу его с возлюбленной к нам на барбекю. И вас с Саидом, конечно же, тоже. Сейчас я понимаю, что мы сильно засиделись и стали какими-то дикими. Следует нам с мужем побольше общаться с друзьями и приучать к этому детей.

Я продолжаю улыбаться и отстраняюсь от подруги.

— Тебе хватит полчаса на сборы? Потому что пока мы с тобой здесь болтаем, документы на освобождение Саида, наверняка подготовили, и мы опоздаем, а ему придётся добираться своим ходом.

— Я быстро. Соберусь за десять минут.

Таня кивает и оставляет меня одну, а я смотрю по сторонам, нахожу взглядом свой чемодан и спешно достаю из него вещи, чтобы поскорее переодеться. Мне не хочется заставлять Саида ждать. Желаю как можно быстрее утонуть в его объятиях и сказать самые главные слова, которые так и не успела произнести, глядя ему в глаза.

Эпилог

Когда меня отпускают, я прошу у знакомого Демьяна позволить мне встретиться с Лейлой. Знаю, что скоро её депортируют домой, где она будет отвечать за всё по законам своей страны, если, конечно, её родителям удастся добиться этого, и я хочу посмотреть ей в глаза перед тем, как наши пути окончательно разойдутся навсегда. Что я хочу увидеть в них? Сам не знаю. Возможно, я ищу ответ на вопрос — получила ли она удовлетворение от своих злодеяний. Стоили ли эти попытки стольких жизней?

— Саид? Так сильно мечтал о встрече? — взглядом сумасшедшей смотрит на меня Лейла и посмеивается, словно находится под какими-то препаратами.

— Мечтал посмотреть в глаза главного виновника всех моих бед. Ничего не хочешь сказать мне?

— Жаль, что тебе тоже не досталось.

— В чём моя вина? Я уважал женщину, которую мне дали в жёны. Если бы она была жива…

— Заткнись! Не смей ничего говорить о ней! Ты продолжал любить эту предательницу! Твоё сердце принадлежало ей даже после свадьбы. Моя сестра мучилась рядом с тобой, понимая, что никогда не станет любимой.

— Каждую девушку обучают любви к супругу, но никто и никогда не обещает ей любовь, и ты прекрасно знаешь это, Лейла. Жаль, что твоя сестра не понимала этого. Я говорил ей, что не смогу полюбить её, и она соглашалась с этим. Ей достаточно было уважения. То, что делали за моей спиной дядюшка и брат, не моя вина. Я не сделал ничего дурного твоей сестре, и я скорбел не меньше, потеряв нерождённого малыша и её. Ты заигралась, Лейла, взяла на себя роль Всевышнего и проиграла. Желаю, чтобы ты осознала свои ошибки и смогла впоследствии найти смирение и любовь в своём сердце. Ненависть ни к чему хорошему не приведёт. Твоя сестра не хотела бы, чтобы за неё мстили таким образом.

— Ты ничего не знаешь о ней! — кричит Лейла, но полицейские берут её под руки и уводят, а я чувствую, как неприятный осадок застилает душу.

Не следовало с ней встречаться. Ничего нового я не узнал, лишь то, что Лейла так же безумна, каким был Али. Один мстил брату за то, что тот родился, а вторая… Вторая хотела отомстить всем за смерть своей сестры. В душе появляются двойственные чувства, ведь мотивы были у каждого разные, а финал один.

Когда я выхожу с участка, ко мне в объятия бросается Нежка. Не ожидал, что она решит приехать сюда, чтобы встретить меня, но я чертовски рад, что она рядом. Прижимаю её к себе, утыкаюсь носом в её волосы и наслаждаюсь этим мгновением.

— Я больше не хочу тянуть, потому что наиболее подходящий момент может и не настать. Я рассказала тебе не всю правду, — принимается тараторить Нежка. — Понимаешь, когда ты спас меня и приютил, а потом дал мне кров и работу, я влюбилась в тебя. Меня очаровало твоё доброе сердце, именно по этой причине я согласилась на отношения по договору, надеясь, что ты сможешь полюбить меня точно так же, как и я тебя, а потом… Когда пришло то фото, я будто бы оказалась перед неизвестностью, на краю необъяснимой пропасти. Ты ведь не открывался мне. Я тебя фактически не знала. Я боялась, что полюбила придуманный собой образ, я оступилась, но я не переставала тебя любить. Даже когда я находилась в общежитии, я чувствовала, что если ты вернёшься, если попытаешься объяснить всё, даже если ты сделал то ужасное с несчастной девушкой, то я прощу и постараюсь помочь тебе залечить душевные раны. И меня пугали собственные чувства, ведь многие девушки слепнут из-за любви, а потом становятся жертвами. Я пыталась убедить себя, что ты плохой, чтобы не позволить чувствам одержать верх. Но я не переставала любить тебя. Ты даже не представляешь, как сильно я обрадовалась, когда поняла, что ошиблась, что тебя оболгали, и ты не убийца. Я люблю тебя, и хочу быть рядом с тобой до конца своих дней. Если ты сможешь простить меня и отпустить наше ужасное расставание.

— Или моих, — с улыбкой выдаю я. — Уверен, что я проживу куда меньше своей любимой девочки.

— Постой, с чего ты уверен, что у нас будет дочь?

— А при чём здесь дочь? — удивлённо вскидываю правую бровь я.

Кажется, Нежка не поняла, кого именно я имел в виду, в отличие от Татьяны, которая стоит в сторонке и утирает слезу, прижимаясь к своему супругу.

— Ты сказал, что проживёшь дольше любимой девочки… Мы пока не знаем сын или дочь у нас будет и… — Нежка замолкает, глядя в мои смеющиеся глаза. — Постой! Ты говоришь обо мне?

— Теперь ты всё верно поняла. Я люблю тебя, Нежка, пусть мне потребовалось время, чтобы понять это, я рад, что понял свои чувства. Я безумно тебя люблю.

Взвизгнув от счастья, Снежана вешается мне в шею и впивается в мои губы, а я отвечаю на её поцелуи, дыша её близостью.

— Демьян и Таня сняли нам дом, думаю, нам лучше поехать туда, — шепчет мне на ушко Нежка, и я верно истолковываю ход её мыслей.

* * *

После умопомрачительного вечера и последующей за ним волшебной жаркой ночи, мы с супругой нежимся в кровати.

— Кажется, мы даже не успели толком осмотреть дом. Таня сказала, что внизу есть сауна и бассейн, вроде бы ещё речь шла о караоке и бильярде, но я могу ошибаться. Не помню толком её слова, потому что тогда думала лишь о тебе.

— Я и сейчас думаю лишь о тебе, и мы обязательно успеем осмотреть дом, но для начала я хочу задать тебе вопрос: ты выйдешь за меня замуж?

Нежка удивлённо смотрит на меня и хмурится.

— Я, конечно, понимаю, что именно так и начинаются все красивые истории, но… Не поздновато ли ты спросил? Я уже твоя жена, Саид. Надеюсь, ты не забыл?

— Я говорю о настоящей свадьбе, Нежка… С гостями… С белым платьем и фатой… С большим тортом и фейерверками. Ты достойна только лучшего. Разумеется, чуть позже, когда мы все придём в себя, а отец отойдёт от траура. Хоть Али и ненавидел меня, он был моим братом, и я не могу закатить праздник на его костях. Отец тоже приедет на нашу свадьбу, чтобы познакомиться с тобой, если хочешь, конечно же.

Нежка некоторое время молчит, а потом вдруг всхлипывает.

— Я обидел тебя своим предложением? — хмурюсь, напряжённо глядя на неё.

— Нет! Что ты? Наоборот… Я не ожидала такого предложения и немного растеряна, но я согласна. Конечно, согласна.

Content

Сделка с чудовищем. Наследник

Часть 1. Саид

Часть 2. Саид

Часть 3. Нежка

Часть 4. Нежка

Часть 5. Саид

Часть 6. Саид

Часть 7. Нежка

Часть 8. Нежка

Часть 9. Саид

Часть 10. Саид

Часть 11. Нежка

Часть 12. Нежка

Часть 13. Саид

Часть 14. Саид

Часть 15. Нежка

Часть 16. Нежка

Часть 17. Саид

Часть 18. Саид

Часть 19. Нежка

Часть 20. Нежка

Часть 21. Саид

Часть 22. Саид

Часть 23. Нежка

Часть 24. Саид

Часть 25. Саид

Часть 26. Нежка

Часть 27. Нежка

Часть 28. Саид

Часть 29. Саид

Часть 30. Нежка

Эпилог