Ольховская Вероника

Фиктивная любовь (СИ)

Глава 1. «Это не можешь быть ты»

— Опять все занято, — подъехав к дому, я стала искать свободное место куда можно было бы припарковаться. В последнее время автопарк соседей слишком расширился, и это лишило меня возможности спокойно оставлять свою малышку.

Сделав пару кругов, я увидела небольшой карман между большим чёрным внедорожником и белым купе, печально известным в нашем дворе. Его владелица была той еще скандалисткой, считавшей, что общая придомовая территория является ее собственностью.

— Надеюсь, помещусь, — аккуратным движением руки я вывернула руль и попыталась влезть в маленькое пространство. С первого раза не получилось и я чуть не задела бампер чёрного великана. Второй раз практически поцарапала крыло белой Ауди.

— Бог любит троицу? — подумала я, и прищурив глаза, нажала на педаль газа. Молитвы были услышаны и мой желтый жук как родной вписался в компанию больших автомобилей.

Осторожно открыв дверь, я потихоньку вылезла из машины и побежала осматривать ее со всех сторон. Целостность имущества соседей нарушена не была, и со спокойной душой можно было идти домой.

Не смотря на пасмурную погоду, день сегодня выдался удачным — одна крупная компания выкупила права на экранизацию моего нового романа. Мне даже предложили отобрать кандидатов на главные роли.

По этому поводу я заехала в магазин и закупилась продуктами для праздничного стола. Готовить у меня плохо получалось, но Тоня — моя подруга и по совместительству соседка, обладала особыми кулинарными талантами и из ничего могла сделать отличное блюдо.

— Помоги с пакетами, — крикнула я, открыв входную дверь.

— Все прошло удачно? — жуя, спросила она и забрала увесистые пакеты.

— Да, — счастливо ответив, я рухнула на пуфик, стоящий около шкафа. Ноги ужасно сводило — бегать по большому бизнес-центру на каблуках было не лучшей идеей.

— Тогда иди отдыхай, а я займусь ужином.

Еле заставив себя встать, поплелась в свою комнату. Тело ныло от усталости, но воодушевление первым контрактом заставляло его порхать. Включив любимую музыку, я раздевалась и пританцовывала — отличное настроение буквально освещало маленькую комнату.

— Тихо ты, — открыв дверь, прошипела подруга, — или хочешь, чтобы Ираида Павловна под ручку с участковым снова навестили нас?

— Ну, Тоня-я-я, — протянула я, затаскивая ее за руку в свое логово, — давай лучше вместе танцевать. Сегодня такой прекрасный день: денег заработала, договорилась о следующем тираже книги, да еще и такого красавчика видела. Надеюсь, именно он станет главным героем в моем сериале.

Махнув рукой, подруга начала танцевать вместе со мной ровно до того момента, пока не послышался стук по батарее. Рассмеявшись, мы громко извинились и пошли на кухню.

Пока Тоня готовила, я открыла бутылку шампанского и разлила по бокалам. Приятный кисло-сладкий вкус растворил напряжение дня и вскружил голову.

— Включи телевизор, — попросила подруга, нарезая салат, — не люблю готовить в тишине.

— Может музыку? — я уже хотела идти за мини-колонкой в комнату, но Тоня остановила меня.

— Нет, — она покачала головой, — если мы сейчас включим твой плейлист, Ираида Павловна точно нанесет нам визит.

— Скучная ты, — сев обратно на диван, включила первый попавшийся канал.

— Просто не хочу новых проблем, — Тоня пожала плечами и продолжила резать помидор.

Квартира, в которой мы жили, досталась ей от бабушки, которая устала от городской жизни и уехала в деревню к сыну. Правда свою подругу она не забрала, и та часто усложняла нам жизнь.

Я же мечтала о своем уютном гнезде и даже накопила на первоначальный взнос по ипотеке. Но подходящий вариант в нашем районе было не так просто забронировать, словно люди в первую секунду появления объявления звонили и сразу же вносили залог.

— О чем задумалась? — спросила подруга, отпив шампанское.

— Ни о чем, — я перевела взгляд на телевизор, где шло интервью любимого актера Тони, — смотри, твоего белобрысого показывают.

— Тс-с, — она шикнула на меня, прибавив громкости. — Неужели тебе не нравится эта лапочка?

— Не испытываю и грамма симпатии, — усмехнулась я, опустошив первый бокал.

В жизни бывают люди, с которыми ты не знаком, но они на подсознательном уровне отталкивают, вызывая чувство неприязни. Вот и Кирилл Покровский был одним из них. Вроде бы красивый как ангел, даже слишком смазливый, и умный, судя по количеству восторженных отзывов Тони, и добросердечный — его помощь тяжелобольным детям часто сверкала в различных публикациях, но такой отталкивающий. Было в этом милом личике что-то фальшивое, напускное — отвернись, и он с радостью воткнул бы тебе в спину нож.

Вот и сейчас на очередном интервью он мило улыбался ведущей, но меня воротило от этого лицемерия.

— Скажи, пожалуйста, — они уже перешли на неформальную речь, чтобы придать своей беседе большей откровенности, — а давно ли ты испытывал чувство влюблённости?

— Интересный вопрос, — Кирилл замялся, поправив упавшую белокурую прядь. — Сейчас моя жизнь полностью посвящена творчеству во всех его проявлениях: занятия актерским мастерством, участия в выставках и модных показах, и, открою секрет, — он наклонился к ведущей, прикрыв рот ладонью, — даже написание первого хита.

— А как же любовь? — девушка сделала вид, что расстроенна ответом Покровского.

— Скажу так, — молодой человек сцепил ладони в замок и положил их на колени, — есть та, к которой я испытываю искреннее влечение, — он ухмыльнулся, — но, к сожалению, она не разделяет моих чувств.

Массовка в студии вздохнула, а на фоне появилась грустная музыка.

— Это так печально, — ведущая набралась смелости и взяла Кирилла за руку. — Надеюсь, ты сможешь растопить ее сердце, и мы в скором времени насладимся новостью о начале ваших отношений.

— Надеюсь, — Покровский грустно улыбнулся, пустив скупую слезу.

Смотреть на этот фарс я больше не могла и быстро переключила канал.

— Зачем? — крикнула Тоня, попытавшись выхватить пульт.

— Хочу послушать музыку, — засунула его под диван, — и не хочу видеть этого клоуна, — добавила, но шепотом, чтобы подруга не услышала.

Этим вечером мы еще долго разговаривали, рассуждая о планах на будущее. Тоня мечтала пройти повышение квалификации и получить желанную должность на работе, а я хотела скорее увидеть оживление любимых героев и начать писать новую историю, на которую пока не хватало вдохновения.

День кастинга

Утро началось замечательно — проснувшись с первыми лучами солнца, улыбнулась зеркалу, стоящему напротив кровати, и побежала в ванную. Тёплая вода и мандариновый запах мыла расслабили напряженное тело, дав ему время отдохнуть перед важным днем.

Наблюдая за растворяющейся пеной, поймала себя на мысли, что сейчас абсолютно счастлива. Странные ощущения максимального воодушевления, единства чувств и мыслей, умиротворения. Но, не смотря на покой внутри, муза покинула меня и не желала возвращаться.

Недавно я пожаловалась Тоне на отсутствие вдохновения и опустошенность сознания, на что подруга усмехнулась и посоветовала влюбиться. Словно мужчина рядом сможет что-то изменить. Наивная.

Несколько лет назад я хотела подарить свое сердце человеку, которого считала своей судьбой. И мы даже практически закрепили наш союз узами брака, но в день свадьбы я узнала, что он любит другую. Позже мне рассказали, что наша встречала была не случайна и Денис долго планировал за счет меня добиться признания отца.

Это сильно ударило по моей самооценке и я ушла из дома, уволившись с высокооплачиваемой должности в семейной компании. Правда после этого он тоже не долго продержался и с треском вылетел после первой проверки.

Теперь мысль о любви, вместо предвкушения чего-то сладко-приятного, вызывала раздражение и отрицание ее существования.

— Ты там еще не размокла? — Тоня постучалась в дверь, вытянув меня из воспоминаний. — Уже десять часов. Вылезай, собирайся и поезжай на кастинг. Сомневаюсь, что продюсер и режиссер оценят твое опоздание.

— Да-а-а, — протянула я, включив душ, — уже выхожу.

Наряд долго выбирать не пришлось — любимое черное платье и белые кеды для удобства передвижения. Несколько взмахов туши, легкие румяна и пунцовая помада завершили образ.

— Я готова, — произнесла, улыбаясь в зеркало. Сердце ускоряло темп, а ладони предательски потели от мысли, что сегодня начнётся новая глава моей жизни. Но я изо всех сил пыталась побороть нарастающую панику.

— Все же будет хорошо?

— Все будет отлично, — Тоня крепко меня обняла и три раза постучала ладонью по макушке — это был наш маленький ритуал на удачу.

К тому времени, как я вышла из дома, пробки рассеялись, что позволило мне в двенадцать часов стоять перед небоскребом, в котором проходил отбор.

Наблюдая за людьми, входящими и выходящими из бизнес-центра, решалась сделать шаг на встречу своей удаче. Но пока я собиралась с мыслями, рядом остановился черный тонированный внедорожник, владелец которого, не задумываясь, припарковал его рядом с центральным входом.

— Ну и что ты здесь встала? — сзади послышался низкий мужской голос, от которого по спине пробежали мурашки.

— Извините, я уже… — начала оправдываться, но закончить фразу так и не смогла — передо мной стоял тот, кого видеть здесь мне хотелось меньше всего.

— Вот только без визга и писка, — вздохнул молодой человек, сняв очки. — Ненавижу, когда фанатки сходят с ума при виде кумира.

Пребывая в состоянии шока, я не смогла вымолвить слова и молча хлопала ресницами, рассматривая того, кого вчера могла видеть лишь в телевизоре.

Покровский понял, что из-за ступора разговаривать со мной бесполезно. Он самоуверенно ухмыльнулся и обогнул мое вкопанное тело справа.

Мысли роем клубились в голове, держа меня в оцепенении, пока громкая мелодия телефона не вытащила в реальность.

— Да… — ответила я, не посмотрев кто звонил.

— Лина, — недовольный голос менеджера не предвещал ничего хорошего, — Вы опаздываете? Нам подождать Вас?

Выделяя обращение, Илона намекала — она очень не довольна моим отсутствием.

— Извините, уже бегу.

Если раньше я думала, что кастинг — это большие очереди из молодых актеров, старающихся произвести впечатление на режиссера и продюсера, то сейчас мои розовые фантазии разбились о скалы жестокой реальности.

— Лина, — Илона быстро подхватила меня под руку и повела к столу, за которым сидели двое мужчин и одна женщина, — позволь познакомить тебя с режиссером Яковом Михайловичем, продюсером Петром Станиславовичем и сценаристом Яной Викторовной.

— Можно просто Яной, — миловидная блондинка улыбнулась, протянув мне изящную ладонь.

— Приятно познакомиться, — еле выдавила из себя, не скрывая смущение.

— Так как Вы начальное звено нашего проекта, мы решили позволить находиться на пробах и последующих съемках, — равнодушно констатировал Петр Станиславович, даже не посмотрев на меня.

— Да, да, — согласился Яков Михайлович, — но просим не питать лишних иллюзий — актеры уже утверждены. Сегодня пройдёт знакомство и первое общее прочтение сценария.

Надежда воплотить в жизнь полюбившихся героев разбивалась на глазах. Сердце кричало: «Это я их создала! Это я жила с ними целый год, стараясь наделить мельчайшими деталями образа, дабы не превратить их в пустую картонку». Но разум отвечал: «Сидящие перед тобой — профессионалы. Они знают, как сделать так, чтобы сериал полюбился большой аудитории и стал хитом. По крайней мере, надеюсь на это».

Молча кивнув, я мягко улыбнулась и села на предназначенный стул.

— Посмотрите, — Илона положила передо мной журнал, на котором красовалось название книги, — здесь Вы найдёте фотографии актеров и предложенные им роли. Как сказал Яков Михайлович, они уже дали согласие на съемки, поэтому сегодняшняя встреча — формальность.

Согласившись, я открыла первую страницу, на которой было фото девушки. Алина Васильева — начинающая, но уже довольно известная актриса. Статьи желтой прессы пестрели заголовками о ее связи с одним высокопоставленным депутатом. Правда это не мешало Алине сниматься в популярных проектах российского кинематографа.

На второй странице была фотография Леонида Цветкова — звезды второстепенного плана. Парень никогда не был замешан в крупных скандалах, даже наоборот, его все знали как добропорядочного семьянина с красавицей женой и двумя милыми мальчуганами. И вот его звездный момент настал — первая главная роль. Правда с любовным интересом ему не повезло. По сюжету Леонид оставался одиноким — объект его любовных воздыханий выбрала решительного и мужественного соперника.

Открыв третью страницу, я замерла. С глянцевой бумаги на меня смотрели небесно голубые глаза Кирилла Покровского. На фотографии он самодовольно улыбался, словно дразня мое задетое самолюбие.

— Нет! — чересчур громко крикнула я, стукнув ладонями по столу. Почувствовав на себе удивленные взгляды окружающих, мое тело застыло.

— Какие-то проблемы? — шипя, спросила Илона.

— Я не согласна с выбором главного героя! — посмотрев на нее исподлобья, прошипела я. — Покровский не сможет сыграть Шамаша!

— Позвольте узнать почему? — с любопытством поинтересовался Яков Михайлович.

— Шамаш — олицетворение мужественности, дерзости и даже отважности, граничащей с безумием. Сначала он может показаться отрицательным персонажем из-за его связи с мафией, но Игнат — человек, ставящий заботу о ближнем выше собственного благополучия. Попадая в опасные ситуации, он всегда оставался верен себе и именно этим зацепил искреннюю Лизу, которая в итоге помогает герою оборвать связь с преступным миром.

— Все мы читали Вашу книгу, — кашлянув, отметил Петр Станиславович, — и прекрасно знаем сюжет. Но причем тут Кирилл? Мне кажется, Покровский давно доказал, что прекрасно вживается в любые роли, а все его проекты становятся хитами с удивительно высокими кассовыми сборами.

— Но он совершенно не подходит под описание героя! — не выдержав, вскочила со стула. — Игнат — жгучий кареглазый брюнет с недельной щетиной и запахом табака, пропитавшим кожу! А Кирилл… — голос истерично надорвался, заставив снизить тон. — … Покровский — миловидный блондин с ангельским лицом и слащавым прошлым.

— Извините, — сзади послышался знакомый голос, — может я смогу изменить Ваше мнение обо мне?

Медленно повернувшись, я вновь наткнулась на обжигающий взгляд холодных глаз. Резко возросшее напряжение сотрогало воздух, сжимая большое помещение до размера картонной коробки. Дышать становилось труднее.

— Кирилл, — Яков Михайлович, встав со своего места, направился в сторону Покровского, — извини, что стал свидетелем эмоционального всплеска нашей писательницы. Прошу, пойми — Виталина — натура творческая, темпераментная… Тем более она женщина…

Слова, пропитанные нотами мизогинии, распаляли во мне ярость. И, если раньше я была не согласна лишь с выбором актёра, то сейчас меня не устраивал режисёр.

— Яков Михайлович, — Кирилл перебил подошедшего мужчину, — давайте не будем бросаться громкими словами. Каждый человек имеет право на собственное мнение. Тем более, я давно понял, что не все девушки являются поклонницами моего творчества.

Слова Покровского должны были остудить мой пыл, но видя его двуличие, градус раздражения рос.

— Давайте поступим так, — Покровский сложил руки в замок, — если после сегодняшнего прочтения сценария уважаемая Виталина останется недовольной мной в роли Шамаша, я откажусь от съемок и даже посоветую отличного актера, которой сможет меня заменить. Но если…

Кирилл не успел договорить.

— Никаких если, — сухо отрезал Петр Станиславович. — Рекламодатели хотят видеть тебя в главной роли, я с ними полностью солидарен. А что до Вас, — он грозно посмотрел на меня, — Вы не можете указывать съемочной команде. Все основные моменты давно утверждены, и я бы не советовал вносить смуту в отлаженный процесс. Если, конечно, не хотите лишиться последующих гонораров…

Слова продюссера заставили меня окончательно замолчать. Сев на место, я пыталась свыкнуться с жестокой реальностью, начисто разрушившей мои облачные ожидания.

Глава 2. «Лицемер/лицемерка»

Океан чувств, бушевавший внутри, постепенно перешел в штиль. Осознание необратимости и беспомощности позволило смириться неизбежным — Покровский будет играть моего обожаемого Шамаша.

Актёры, уже час пытавшиеся наладить взаимодействие друг с другом, постепенно вживались в роли. И, если игра Леонида и Алины мне нравилась, и я даже видела в них Яна и Мирославу, то глядя на Кирилла, мое задетое самолюбие искало малейшие способы упрекнуть его за непрофессионализм.

— Виталина, может быть дадите нам советы, как лучше отразить характеры героев? — Кирилл неожиданно сел рядом со мной и протянул стаканчик кофе.

— Вы читали книгу? — сквозь зубы спросила я.

— Если честно, нет, — Покровский улыбнулся и облокотился на подлокотник, стараясь быть ближе ко мне. Я рефлекторно отодвинулась, показывая нежелание находиться рядом с ним. — Но обещаю, сегодняшний вечер посвятить роману. Может сможете мне с этим помочь?

«Он что, флиртует со мной?», — от одной только мысли о том, что любимый актёр Тони заинтересовался мной, по спине пробежал липкий холод. И он был далеко не приятный.

— Пожалуй, откажусь от такого предложения, — ответила, попытавшись мило улыбнуться. — Думаю, Вы прекрасно сможете почувствовать Игната и без моего участия. Актёр с таким большим опытом должен схватывать все налету, — мне очень хотелось казаться воспитанной, но едкий характер вырывался наружу.

Поджав губы, Кирилл кивнул головой и направился к остальной группе, оставив меня в гордом одиночестве.

Возможно, я перегнула палку и мои личностные предпочтения должны были остаться дома, но недоверие к Покровскому взращивалось годами, что лишало меня права так легко поменять свое мнение.

Спустя несколько часов плодотворной работы все устали, и продюсер принял решение, что на сегодня мы можем быть свободны.

Взяв свою сумочку и телефон, я пошла на выход, где меня поймала Алина.

— Извините, Виталина? — прощебетала она, с надеждой посмотрев в мои глаза.

— Да, — улыбнулась я.

— Возможно, моя просьба покажется Вам докучливой, но я бы хотела попросить помочь понять характер Мирославы, — было видно, Алина нервничала, крутя кольцо на указательном пальце. — Мне очень понравился роман, но я стремлюсь узнать все тонкости развития ее личности, увидев взгляд автора.

— Конечно, давайте позже договоримся о встрече, где я с радостью отвечу на все вопросы, — достав телефон, я записала номер девушки и, попрощавшись, пошла к лифту.

Народа на этаже уже не было, и я в полном одиночестве хотела спуститься вниз, чтобы наконец-то отправиться домой. Но в последний момент между дверей появилась мужская рука.

— Виталина, — улыбнувшись, ко мне присоединился Кирилл, — Вам на первый?

Я согласно кивнула. Покровский нажал кнопку, и встал рядом, скрестив руки на груди.

— Милая Вита, скажите, — парень с интересом посмотрел на меня, — какое качество Вы больше всего ненавидите в людях?

— Двуличие, — не задумываясь, ответила я.

— Не поверите, я тоже терпеть не могу лицемеров, — Кирилл усмехнулся. — За мою карьеру пришлось повстречать немало тех, кто в глаза боготворил, а за спиной проклинал, оправдывая свои гнусные слова благими намерениями. Но это лишь одна сторона монеты, а есть и другая…

— Какая? — спросила я, посмотрев на довольного парня. Он явно предполагал, что женское любопытство заставит продолжит разговор.

— Для меня двуличным является человек, который на одну и ту же просьбу двум людям дает разный ответ.

— Вы путаете понятия, — левый уголок моей губы поднялся вверх. — Не вижу ничего лицемерного в том, что человек может относится ко всем его окружающим по-разному. Например, Алина вызывает во мне симпатию, что подразумевает желание помочь ей. А вот Вы, Кирилл, — я повернулась к нему, взглянув в бездонные глаза, — вызываете лишь отвращение. Сейчас, когда рядом нет никого, Вы начинаете разговор о лицемерии, подводя к тому, что я таковой являюсь. Но пренебрежение к одному человеку не делает меня плохой. Наоборот, я открыто заявляю Вам, что не питаю и капли симпатии, даже не смотря на милую мордашку.

Сигнал лифта поставил точку в моем рассуждении. Гордо подняв голову, я вышла в холл и быстрой походкой пошла к машине.

— А кто сказал, что я желаю слушать Вашу правду? — Кирилл догнал меня на парковке. — Или не так… Кто сказал, что я хочу знать твое мнение?

Переход на «ты» и заведенный тон Покровского не на шутку напугали меня. Но давать заднюю я не привыкла.

— А что не так в моей правде? Или ты просто привык слушать хвалебные отзывы в свой адрес? Так знай, что есть те, кто не переносит твое кривляние на камеру. Слишком переигрываешь.

Открыв дверь жука, кинула сумочку на пассажирское сиденье.

— Явно не тебе — второсортной писательнице и любительнице пончиков, рассуждать о моей актерской игре. Написала бульварный романчик и думаешь, что стала профессионалом в большом творческом мире?! Если так, то ты либо наивная, либо глупая, — Кирилл рассмеялся, взъерошив волосы.

— А зачем ты — гениальный актеришка, принял предложение сняться в сериале по мотивам бульварного романчика от второсортной писательницы? Или в кино по Достоевскому и Толстому после множества развлекательных шоу не зовут?

— Да как ты смеешь?! — Кирилл намеревался подойти ближе, но я быстро запрыгнула в машину и закрыла дверь.

— Наш бессмысленный разговор на этом закончен. Каждый останется при своем мнении, но я очень надеюсь, что это не скажется на нашей работе, — договорила я, открыв окно, и резко нажала на педаль газа, с рёвом выехав с парковки.

Всю дорогу эмоции били через край, влияя на скорость моего передвижения.

— Надо было сказать, что он сам лицемер, — проворчала я. — С чего вдруг ему рассуждать о моих писательских способностях?! Читателям нравится, даже сериал предложили снять. Хам! — стукнув по рулю, случайно нажала на гудок.

Зайдя домой, кинула сумку на шкаф.

— Тоня, ты пришла? — полная тишина, царившая в квартире, говорила о том, что подруга еще не вернулась с работы. — Отлично, смогу успокоиться…

На кухне в верхнем шкафчике была запрятана бутылка вина, в лучшие времена привезенная из живописного Ланге. Взяв бокал, наполнила его до краев и взяла, нарезанный сыр.

Переместившись в гостиную, включила телевизор, надеясь послушать хорошую музыку. Но даже там, в клипе одной популярной певицы, мелькал приторный светлый мальчик.

— Я могу провести этот вечер без тебя?! — спросила пустоту и нажала красную кнопку.

Терпкий вкус алкоголя, наполненный лёгкими нотами фруктов, приятно обжигал горло. Налитая порция быстро закончилась, и я хотела идти на кухню, но остановилась, услышав мелодию телефона.

«Папочка» — высветилось на экране, показывая наше последнее общее фото.

Мы не общались уже год. После того, как я отменила свадьбу с Денисом, наши отношения начали портиться — родителю слишком нравился будущий зять. Но окончательная ссора произошла прошлой весной.

Дом семьи Громовых

— Куда ты собралась? — грозный голос отца эхом отражался от стен моей комнаты. — Я вложил в тебя столько времени, сил и денег, а что сделала ты? Бросила жениха, сбежав в Турцию к матери, а после заявила, что в гробу видела мой бизнес и нашу компанию!

— Почему ты не хочешь меня понять? — слёзы душили, но я продолжала кидать вещи в чемодан. — Я не хочу заниматься финансами и не желаю больше слышать его имя! Даже после той проверки, ты все равно боготворишь Швецова, считая его лучшей партией для своей родной дочери?! Папа, в чем твоя проблема?

— Моя проблема — это ты! — он подошел и резко выхватил чемодан. — Всю жизнь была ты! Все, что ты имеешь сейчас — моя заслуга! Квартира, машина и даже эти вещи! Но ты ничего не ценишь, считая меня должным…

— Папа?! — горький комок обиды встал в горле. — Вот, что ты обо мне думаешь…

Хотелось кричать, доказать — «Я не пустая и могу прожить без всех благ, предоставленных тобой!». Но спазм, стянувший шею, не позволил вымолвить и слова. До боли стиснув зубы, я вытерла слеза и вышла из комнаты.

Отец пытался догнать, остановить, но я не стала его слушать. Поймав первое такси, захлопнула перед ним дверь и назвала адрес подруги.

Болезненные воспоминания волной накрыли сознание и я не смогла ответить на первый за такое долгое время звонок.

Пить больше не хотелось и я с ногами забралась на диван.

Солнце постепенно уходило за горизонт, освещая комнату огненно-рыжими лучами. На улице кипела жизнь — соседи громко спорили около подъезда, дети играли на площадке, а птицы щебетали на березе, растущей рядом с нашим балконом. Но внутри нашей квартиры жизнь остановилась.

— Неужели она еще не приехала? — послышался шорох в коридоре. — Одиннадцатый час…

Открыв дверь, Тоня включила свет в комнате.

— Господи, напугала! — взвизгнула она, увидев меня на диване.

Погруженная в свои мысли, я не заметила, как уснула. Было трудно открыть глаза, но переселив себя, поднялась и облокотилась на спинку дивана.

— Прости, — протянула, потерев переносицу, — так устала, что вырубилась сразу, как голова коснулась подушки.

Про звонок отца благоразумно промолчала — Тоня с пол оборота заводилась, услышав его имя. В ту ночь, когда я, как побитый зверь, позвонила в ее дверь, подруга еще долго отпаивала меня валерьянкой, пытаясь успокоить.

— Могла бы переодеться и сразу же лечь спать, — сказала Тоня, но в последний момент заметила стоящий рядом бокал. — Праздновала?

— Было бы что… — встав с дивана, поплелась в ванную.

— Что случилось? — подруга увязалась за мной.

— Ничего особенного, — я долго думала, рассказывать ли ей про Покровского. — Просто все мои ванильные фантазии насчет российского кинематографа разбились о суровую реальность.

— Ты можешь нормально объяснить? — не унималась Тоня.

Пересказывать все события сегодняшнего дня не хотелось, поэтому я обрисовала картину в общих чертах, немного эмоционально преукрашивая. Злость и обида, копившияся в последние часы, вышли наружу. Груз, лежавший на моих плечах весь вечер, как рукой сняло и мы со спокойной душой пошла на кухню пить чай.

— Расскажи мне лучше, какой он? — Тоня налила большую кружку и села рядом, с энтузиазмом открывая конфету.

«Самовлюбленный, наглый и бесчувственный», — хотелось ответить мне, но задеть чувства подруги я не решилась.

— Обыкновенный он, Антонина, — горько усмехнувшись, отпила чаю. — Такой же обыкновенный, как этот Эрл Грей.

— Тебе никогда Кирилл не нравился, поэтому ты оцениваешь его сквозь призму предубежденности и субъективности.

На самом деле она была права. Подсознательная антипатия мешала объективно рассматривать талант Покровского. Сейчас, вспоминая сегодняшние пробы, я могла допустить, что Кирилл сможет придать Шамашу уникальный шарм, сыграв брутального героя с миловидной внешностью.

— Он очень талантливый. Дай себе возможность узнать его лучше, — Тоня доедала очередную конфету, а я не могла выкинуть из головы его слова.

«Второсортная писательница. Любительница пончиков, не имеющая права рассуждать о способностях великого актера».

— Я прошу, — тяжело вздохнула, — давай мы больше не будет говорить о Покровском. Совсем. Если получиться, я попрошу у него автограф для тебя. Возможно, удастся выбить билеты на предпоказ нашего сериала и познакомить вас лично. Но я не хочу больше слышать его имя, не хочу знать, какой он прекрасный и какая плохая я.

Встав из-за стола, я пошла в свою комнату. Уснуть долго не получалось и мелодии, живущие в плейлисте, прокручивались несколько раз.

Съемки начинались через неделю, поэтому следующие семь дней я могла посвятить другой работе. Да, я не отказалась от основного образования и удаленно работала с несколькими компаниями. Именно подработки позволяли держаться на плаву.

Утром я решила съездить к одному из своих работодателей и обсудить график в следующие два месяца. Но, выйдя из дома, рядом со своим желтым жуком увидела внедорожник отца.

— Здравствуй, Тала, — послышался папин голос.

Глава 3. «Свидание в слепую»

— Здравствуй, Тала, — рядом послышался голос отца.

Сердце, равномерно бившееся до этого, замерло. Я не была готова встретится с ним, не хотела слышать его и боялась вновь почувствовать гнев.

— Неужели не соскучилась по мне? — папа подошел сзади и крепко стиснул меня в объятиях. — Я очень скучал, моя маленькая Тали.

«Я скучала. Папочка, как же я по тебе скучала», — хотелось кричать ему, но слова были излишни. Непрошенные слезы затуманили взгляд и я крепко прижалась к нему.

— Моя девочка, — он гладил меня по волосам, словно успокаивал ребенка, а я не могла надышаться родным запахом парфюма. — У тебя есть время? Давай съездим в «Амани», ты обязательно должна попробовать их новое меню. Геворг нашел удивительный рецепт твоей любимой утки.

Всхлипнув, я согласно кивнула.

Не смотря на разногласия, я всегда считала себя папиной дочерью. В детстве он был ближе мамы, которая часто путешествовала по работе. А когда она решила навсегда улететь в Турцию, я осталась с отцом. Зачастую он бывал строг и требователен, но всегда трепетно любил, оберегая как хрустальную вазу.

— Слышал, по твоей книге снимают сериал, — сказал папа, отрезая нежное мясо. — Я тобой горжусь.

— Да, — кивнула, наслаждаясь любимым блюдом, — а как дела в компании?

Непринужденная беседа словно мы никогда не ругались и не было целого года тишины. Наше быстрое примирение казалось диким, но мне его так не хватало, что злость и обиды улетучились сразу, как только отец обнял меня, сделав первый шаг.

— Все идёт своим чередом, — ответил он, отпив воды. — Но, Тала, я хотел попросить об одном одолжении.

— Что-то случилось? — напряглась я.

— Я уже не молод, — начал папа, — и мне бы хотелось передать тебя в хорошие руки.

— Ты опять? — хорошее настроение начало улетучиваться.

— Послушай, — он положил столовые приборы и сложил ладони в замок, — сейчас в компании стажируется сын Геворга — прекрасный молодой человек. Я хочу, чтобы вы познакомились и сходили на свидание.

— Папа! — вскрикнула, привлекая излишнее внимание посетителей ресторана.

— Тала, — папа постарался взять меня за руку, но я убрала ее под стол, — я хочу, чтобы именно Артур занял мое место, когда решу отойти от дел. Так вышло, что Бог не подарил нам с Тамарой сына, но у нас появилась замечательная дочь. И я не могу позволить, чтобы после моей смерти, ты осталась одна, без сильного мужского плеча рядом.

— О чем ты говоришь? — меня раздражала тема разговора. — Какая смерть? Зачем меня вообще кому-то оставлять? Папа, я думала, что мы забыли тот разговор и решили начать все с чистого листа. Но, видимо, ошиблась.

Встав из-за стола, я хотела уйти, но в последнюю секунду он удержал меня за запястье.

— Прошу, Тала, подумай о моей просьбе, — его голос изменился, словно за секунду он постарел. — Этот год без тебя был самым тяжелым временем для меня. И я не могу гарантировать, что дождусь следующей встречи.

Его слова больно кольнули сердце, но я не смогла остаться и уехала домой.

Настроение окончательно испортилось и я решила поговорить с мамой. Пока шли гудки, обдумывала слова отца.

«Я не могу гарантировать, что дождусь следующей встречи», — эхом раздавалось в мыслях.

— Вита, ты меня слышишь? — голос мамы выдернул из рассуждений.

— Да, — попытавшись улыбнуться, ответила я.

— С отцом виделась? — неожиданный вопрос.

— Откуда ты знаешь?

Оказалось, недавно папа прилетал к ней в Стамбул. Причину резкого желания увидеть ненавистную бывшую жену мама не назвала, но уверила, что встреча прошла хорошо. И они долго разговаривали о жизни и даже обсуждали меня.

— Вита, ты же знакома с Геворгом, — она начала из далека, — знаешь и Олю. У них прекрасные сыновья и, думаю, тебе нужно согласиться встретиться с одним из них.

— Мама, и ты туда же? — внезапное желание устроить личную жизнь дочери сильно напугало меня. — Я чего-то не знаю?

— Просто у тебя не получается построить отношения… Артур тоже давно одинок. И, может, это судьба, что он сейчас попал на стажировку в компанию отца? Дай шанс этой встрече. Если ничего не получится, никто не будет заставлять вас заводить семью. Поверь, папа и я желаем тебе только самого лучшего.

С одной стороны я ничего не теряла, встретившись с Артуром и даже могла закончить наши неначавшиеся отношения на первой встрече. Но с другой, это было неправильно. Я чувствовала себя породистым зверьком, заводчики которого хотели нажиться на нем, заставив завести потомство.

Этой ночью долго не могла уснуть, думая о предложении родителей. Ближе к утру решила, что не хочу снова портить отношения с отцом. Тем более я хотела понять смысл слов, сказанных в ресторане.

— Я же ничего не теряю, если один раз встречусь с Артуром, — вслух рассуждала сама с собой в ванной. — Познакомлюсь с ним, а папе скажу, что он мне не понравился. Отличный план, — думала я, не зная, как ошибаюсь.

Наша встреча была назначена в «Амани» вечером следующего дня. Такая спешка пугала, но отец объяснил — Артур ночью улетит в другой город, заключать договор на поставку нового оборудования.

Одеваться мне помогала Тоня. Выбор подруги пал на темно-синее платье в пол, вырез которого открывал левую ногу. Я долго спорила и пыталась ее убедить:

— Я не хочу производить на него впечатление! Наоборот, наше первое свидание должно стать последним!

Но она парировала:

— В первую очередь ты должна отлично выглядеть для самой себя, — Тоня улыбнулась, — а во вторую, может он тебе понравится и захочется продолжения.

Отмахнувшись от нее, нашла в шкафу черный клатч и лёгким слоем нанесла красную помаду.

— Не опаздываю?

В ресторан я приехала во время. Оказалось, Геворг закрыл его на спецобслуживание, чтобы нам с его сыном никто не смог помешать.

Милая девушка официант проводила меня до сервированного стола, за которым никого не было.

— Артур Геворгович просил извиниться и передать, что опоздает минут на пятнадцать, — она подала меню. — Вы пока можете сделать заказ.

— Воды, пожалуйста, — я отложила его.

Официантка улыбнулась и удалилась на кухню.

Надо отметить, в абсолютной тишине и полумраке «Амани» казалось сказочным местом. Вычурность, присущая стилю армянских интерьеров, вечером обретала новые краски. Словно в замке, я почувствовала себя принцессой, попавшей на бал. К сожалению, история, начинающаяся в таком прекрасном месте, обречена печально закончится и в полночь, карета обещала превратиться в тыкву, а Золушка должна была вернуться в свой спальный район, оставив принца ждать истинную любовь.

Осматриваясь, мой взгляд зацепился за картину, висящую над камином. Подойдя ближе, я рассмотрела два размытых силуэта, соединенных в страстном поцелуе. Рыжая девушка казалась нагой, а молодой темноволосый человек закрывал ее тело широкой спиной.

— Отец говорит, что эту картину нарисовала мама, когда в первый раз увидела его, — сзади послышался бархатный мужской голос. — Я люблю наслаждаться ей, когда остаюсь здесь один.

Повернувшись, я увидела молодого брюнета. Он выглядел так, словно приехал со сложных, многочасовых переговоров, сняв по пути душащий галстук и сковывающий пиджак. Легкая небритость, немного взъерошенные волосы и усталый взгляд. Артур не смотрел на меня, отдав предпочтение картине.

— Мне всегда хотелось иметь такую любовь: чувственную, жаркую, граничащую с помешательством. Но чем старше становился, тем отчётливее понимал — семейное счастье должно быть тихим. Огонь страсти горит недолго, а крепкие дружеские отношения способны выдержать шквал недопонимания, сохранив при этом здоровые отношения. Вы согласны со мной?

Он перевёл взгляд на меня. На секунду я ощутила себя кроликом, почувствовавшим взгляд грозного ястреба. В полумраке лицо Артура выглядело устрашающе, не смотря на то, что разница в наших возрастах составляла четыре года. Он был старше меня на целых четыре года.

— Я думаю… — едва слышно начала, — любовь — это взаимопонимание. Не важно, являетесь ли вы друзьями или все же страстными любовниками. Если люди не могут понять или даже принять друг друга, рано или поздно отношения дадут трещину и придется заканчивать эту историю.

Отвернувшись обратно к камину, тяжело выдохнула.

— В этом я согласен с Вами, — Артур расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и поправил воротник, — но дружба подразумевает общие взгляды, позволяющие не ломать себя в угоду другому. Сомневаюсь, что Вы решитесь назвать другом того, кто смотрит в противоположную сторону.

— Почему же… — я обхватила себя руками. — Разный взгляд на вещи позволяет оценить ситуацию полностью, а не смотреть на нее лишь под одним углом. К примеру, картина Тивадара Костки Чонтвари «Старый рыбак». Один посмотрит и увидит пожилого мужчину, а другой сможет разглядеть дьявола. Это так же как инь и ян, дополняющие друг друга.

— Интересно… — усмехнулся Артур, — я поразмышляю над Ваши словами на досуге. А сейчас, не хотите ли поужинать со мной? Если честно, так устал, что готов съесть быка.

— С удовольствием, — ответила я, не поверив, что поддалась чарам молодого демона.

Время ожидания заказа мы провели в тишине. Артур с интересом наблюдал за мной, а я не знала, как спрятать смущение и рассматривала оставшиеся без внимания картины.

— Чем занимаетесь в жизни? — молодой человек прервал молчание.

— Пишу романы, — без особого энтузиазма ответила я.

— Неужели это приносит достаточно денег, чтобы самостоятельно обеспечивать свои расходы? — каверзный вопрос насторожил. — Или принимаете помощь отца?

— К сожалению, я самодостаточна, — усмехнувшись, отпила воды.

— Почему «к сожалению»? — Артур словно оценивал мою реакцию.

— Возможно, это мое субъективное мнение, и оно не отражает действительность, но… — я подбирала слова, чтобы не задеть хрупкое мужское самолюбие, — … мне всегда казалось — в странах восточного менталитета мужчины желают, чтобы женщина сидела дома, растила детей и облизывала мужа.

На последнем словосочетании парень засмеялся, устало потерев переносицу.

— А что плохого в таком отношении к семье? — мы зацепились взглядами.

— Ничего, — я пожала плечами, — кроме того, что девушка превращается в бытовую технику, не имея возможности самовыражаться. Она становится тенью мужчины, теряя себя.

— А кто сказал, что для неё это потеря, а не приобретение?

Я хотела ответить, но не успела — официанты принесли наш заказ.

Кухня «Амани» мне нравилась больше других в городе. Здесь изысканность блюд сочеталась с домашней простотой, что придавало им неповторимый вкус.

Ужинали мы так же в тишине, лишь несколько раз Артур спросил мое мнение насчет повара и сбалансированности меню. Но эти вопросы были слишком поверхностны и не несли в себе значения.

— Теперь мы можем поговорить о причине нашей сегодняшней встречи, — вытерев салфеткой уголки губ, молодой человек откинулся на спинку стула.

Его слова заставили меня напрячься. Еще несколько часов назад я не хотела иметь с этим человеком ничего общего. Но сейчас, увидев Артура, поговорив с ним в живую, мне захотелось лучше узнать его. Мы могли не стать любовниками, но, думаю, из нас бы получились хорошие друзья.

— Недавно мы разговорились с Вашим отцом, и он предложил мне взять управление компанией на себя, — парень улыбнулся правым уголком губ. — Предложение показалось очень заманчивым, но в нем было одно «но»…

— Отношения со мной? — усмехнулась я, отведя взгляд в сторону.

— Значит Вы в курсе, — Артур сложил ладони в замок, — так даже лучше. Будь я безродным бастардом — с радостью согласился бы на эту безумную идею… — Артур растягивал предложения, словно еще думал над окончательным ответом. — Но мой отец владеет успешным ресторанным бизнесом, и стажировка в «ОсинПродукт» больше вклад в будущие контракты. Компания Альберта Романовича — основной поставщик для нашей кухни.

— Это мне так же известно, — я слегка наклонилась вперёд, прищурив взгляд. — Может, перейдем сразу к делу? И не будем распыляться в лишних объяснениях.

— Прекрасно, — молодой человек скопировал мои движения. — У меня для Вас, Виталина, есть встречное предложение — давайте сыграем в любовь?

Глава 4. «Неожиданности судьбы»

— Давайте сыграем в любовь? — спросил Артур, а у меня засвербело в горле.

— Подождите… — прокашлявшись, облокотилась на стол. — Вы же сами сказали, что не бастард и не видите смысла играть комедию для моего отца.

— Нет, я лишь отметил, что от этого решения не испытаю радости, — парень выпрямился. — Тем более, мое предложение имеет другие условия и цели.

— Позвольте поинтересоваться, какие? — этот разговор все больше забавлял меня.

— Свадьба — слишком рискованная афера. Поэтому мы сделаем вид, что просто пробуем построить отношения. Займет это несколько месяцев, не больше. За это время я обещаю повысить прибыль «ОсинПродукт», заключив выгодные контракты с партнерами. Так же, если не надумаете вернуться в компанию, постараюсь найти толкового управляющего.

— Зачем это Вам? — я до сих пор не понимала смысл происходящего.

— Выгодные условия поставок для наших ресторанов, — верхняя губа Артура дрогнула, и он быстро отвернулся. — Надеюсь, такой ответ устроит Вас, потому что другого у меня нет.

— Допустим, — я тяжело вздохнула, — но для чего мне соглашаться?

— Виталина, Ваш отец болен, — мое сердце замерло, — и совсем скоро он не сможет управлять компанией. А я смогу стать подушкой безопасности.

— Что? — в висках резко застучало, а воздуха стало так мало, что я начала задыхаться.

— Вы не знали? — Артур удивленно посмотрел на меня. — Виталина?

Но я уже не слышала его. Вскочив со стула, быстро побежала на улицу. На мою удачу рядом припарковалось такси, высаживая пассажиров. Слегка оттолкнув девушку, запрыгнула на заднее сиденье и сказала:

— Маршала Василевского, 7.

Дорога до дома казалась бесконечной. Ужасающие мысли одна за другой возникали в сознании, порождая желание разрыдаться в то же мгновение. Но я держалась… Сжав в кулаки ладони, до крови кусала губу — физическая боль помогала немного заглушить моральную.

«А что, если это правда? Если папа действительно болен?», — пазл начинал сходиться. Именно поэтому он летал к маме, поэтому настоял на встрече с Артуром, сказав те самые жуткие слова.

Когда машина подъехала к коттеджу, не дожидаясь полной остановки, выпрыгнула на улицу.

— Девушка, а платить кто будет? — услышала вслед крик таксиста, но не смогла остановиться, словно на счету была каждая секунда.

После того, как я уехала, наш загородный дом совсем опустел. Раньше, каждый уголок был наполнен эмоциями: смех, радость, слезы, горечь, все это делало его живым. Сейчас же, даже светлые обои прихожей наполнились серыми оттенками уныния и отчаяния.

— Зачем я уехала? Неужели это того стоило? — горечь осознания необратимости спёрло дыхание.

Отец, как обычно, находился в своем кабинете. Приглушенный свет, звуки качающегося кресла — я словно попала в детство. Казалось, сейчас снизу послышится мамин голос, зовущий на ужин, и мы на перегонки побежим по лестнице, сшибая все на своем пути. Но, к сожалению, это была лишь игра моего воображения.

— Папа… — прошептала я, но он меня услышал.

— Тала? Ты приехала? — отец удивленно снял очки и отложил на столик книгу.

— Скажи, что он наврал… Признайся, что это всего лишь коварный план, чтобы выдать меня замуж… Папа, прошу… — последнее самообладание было потеряно и я расплакалась прямо в дверях.

— Тала… — он подошел ближе и крепко обнял меня. Только сейчас я поняла, что от здорового, взрослого мужчины, осталась только тень. Папа похудел, да так сильно, что сейчас я могла обхватить его руками.

— Нет, пожалуйста, скажи, что Артур — лжец…

— Я бы очень хотел, — его голос был едва слышен, — но он был честен с тобой.

Эмоции захлестнули меня с головой, и я горько зарыдала, облокотившись на его ослабшее плечо. Словно мой крик мог что-то изменить… Но мне не становилось легче не через минуту, не через пять. Поток безудержных слез замочил белую футболку отца, оставив на ней след черной туши и ярко-красной помады.

Спустя какое-то время мы переместились к маленькому диванчику, стоящему около окна.

— Как давно ты узнал? — всхлипывая, спросила я.

— Два месяца назад, — папа скорбно усмехнулся. — После встречи с партнерами почувствовал себя плохо. Артур был рядом и настоял посещении больницы. Там и диагностировали хроническую сердечную недостаточность…

— Какие прогнозы? — тихо прошептала я.

— Меньше стресса, правильные лекарства, здоровый образ жизни и я буду способен дождаться внука, — он засмеялся, но я чувствовала фальшь в голосе.

— Поэтому ты решил оставить компанию Артуру? — я немного успокоилась, крепче сжав его руку.

— При условии, что вы будете вместе управлять ею, — папа нежно погладил меня по щеке. — Никто не знает, сколько мне отмерено. Даст Бог, и я проживу долгую и счастливую жизнь. Но ты должна быть готова к тому, что в один прекрасный момент меня не станет.

— Не говори так! — крикнула я, разозлившись на его слова. — Теперь, когда я все знаю, буду следить за тобой. А еще обязательно проконсультируюсь с лучшими кардиологами страны.

— Моя Тала, — нежно произнёс отец, поцеловав меня в лоб. — Переедешь обратно ко мне?

— Нет, — вздохнула. — Точнее мне бы хотелось, но я должна продолжить жить самостоятельно. Обещаю приезжать домой как минимум пять раз в неделю, — улыбнулась я.

— Если согласишься оставаться здесь по выходным, то дам добро на свободное плавание.

— Договорились.

Закрывая дверь, ощутила облегчение. Узнав про болезнь отца, больное воображение нарисовало самые ужасные картины, но все оказалось немного легче придуманного. Если я буду рядом и смогу в любой момент помочь, папа проживет еще много долгих лет.

— Виталина, — рядом послышался голос Артура.

— Что Вы здесь делаете? — удивилась я, обернувшись на звук.

— Прости Вы забыли сумочку… — парень подошел ближе, протягивая клатч. — А еще мне бы хотелось извиниться. Я думал, Вы знаете о приступе отца и причине желания найти дочери мужа.

— Мы не общались последний год, — я забрала сумочку и благодарно кивнула. — Спасибо, что привезли ее. Не знаю, чтобы делала, если бы забыла вещи в такси. Кстати, водитель уже уехал?

— Я заплатил ему, — Артур пожал плечами, — поэтому Вам не о чем беспокоиться.

— Не знаю, как отблагодарить Вас, — подул холодный ветер, заставив меня поёжиться.

— Давайте, я довезу Вас до дома, и мы будем в расчёте, — парень первый раз искренне улыбнулся.

В другой раз я бы отказалась, сославшись на всевозможные оправдания, но сегодня была настолько вымотана, что смогла лишь согласно кивнуть и сесть в машину.

Ночной город очаровывал. Приглушенный свет фонарей освещал небольшие улицы, на которых, не смотря на позднее время, кипела жизнь. Смотря в окно, я наслаждалась спокойствием и умиротворением старинных улочек, ведущих к нашему спальному району.

— Я полюбил этот город сравнительно недавно, — произнёс Артур, постукивая пальцами по рулю. — В детстве, когда родители часто уезжали по работе, я ненавидел это место, держащее меня в заточении учебы. Хотелось вырваться в мир вместе с ними, — он горько усмехнулся. — Становясь старше, я вообще перестал замечать все, что окружало меня, принимая как данность. А потом уехал в Москву, поступил в университет. Там я и понял — большой мегаполис подходит для сильных людей. Я же оказался достаточно слабым и после получения диплома сразу же вернулся в свой захолустный городок.

Я слушала его, не перебивая. Не смотря на то, что мне хотелось тишины, этот момент казался таким правильным, нужным, словно Артур понимал — оставить меня в размышлениях стало бы главной его ошибкой.

— После первого собеседования в компании Альберта Романовича я так морально устал, что целую ночь бродил по улицам, впитывая энергетику этих мест. Именно тогда в моем сердце появилось новое чувство — чувство влюбленности.

— Никогда не понимала тех, кто считает наш город захолустным, — я усмехнулась. — Конечно, не Москва, но здесь есть все, что нужно для жизни. Даже своя киностудия.

— Это удивительное исключение, — Артур легким движением руки припарковался около подъезда. — Насколько я знаю, они держаться только благодаря талантливому режиссеру и заказам из Москвы, которые он выбивает.

— А как же Покровский? — вспомнив свое последнее разочарование, досадно выдохнула.

— Не понимаю, что его держит в этом городе, — молодой человек заглушил автомобиль. — Постоянно мотаться в разные города для съемок и продолжать жить здесь. А мог бы давно переехать заграницу.

Мне хотелось, чтобы он разделил мое мнение, но увы… Артур был объективен.

— Спасибо, что подвез, — неожиданно для себя, перешла на «ты» и даже не заметила этого. — Не смотря ни на что, рада, что познакомилась с тобой.

— Взаимно, — я улыбнулась и начала открывать дверь. — Виталина?

— Да? — поставив одну ногу на асфальт, остановилась.

— Мое предложение все еще в силе, — каждое слово давалось ему с трудом. — Альберту Романовичу пора уйти на покой, оставить компанию в надежные руки и заняться своим здоровьем.

— Мне нужно несколько дней, чтобы подумать, — я все же вышла из машины. — Спокойной ночи, Артур.

— Добрых снов, Виталина, — он улыбнулся и завёл двигатель.

Поднявшись в квартиру, поняла, что Тоня уже спит.

— И даже не переживает, что лучшая подруга допоздна находится рядом с привлекательным мужчиной, — проворчала, снимая туфли. — Подождите, неужели Артур мне понравился?

Ноги гудели, но я постаралась на цыпочках пройти в ванную. Как только дверь закрылась, громкая мелодия телефона заиграла из сумочки.

— Алло, — полушепотом ответила я, даже не посмотрев на номер звонящего.

— Лина, извини, что беспокою так поздно, — в трубке послышался запыхавшийся голос Илоны, — но у нас форс-мажор. Съемки начинаются завтра, поэтому будь добра к восьми утра приехать по адресу, который я пришлю сообщением.

— Мне обязательно присутствовать? — вспоминая последнюю встречу со съемочной командой, безучастно спросила я.

— Конечно, мы все будем ждать тебя.

Отключившись, тяжело вздохнула. Экран телефона показывал двенадцатый час и мне неохотно пришлось умываться и брести в кровать.

Утро началось слишком быстро. Еле разлепив глаза, посмотрела на часы, которые показывали семь утра.

— Черт, мне через час нужно быть на другом конце города, — простонала я и побежала чистить зубы.

Через двадцать минут запыхавшаяся уже сидела в жуке и пыталась выбраться из оков соседних автомобилей. Живот крутило то ли от нервов, то ли от голода, и чтобы отвлечься пришлось включить на полную музыку.

На удивление пробок не наблюдалось, словно наступило утро субботы, а не четверга. Но это было мне на руку — спустя сорок пять минут я приехала на съемочную площадку и даже по пути успела заехать в любимую кофейню за стаканчиком латте.

Выйдя из машины, хотела включить сигнализацию, но дверь не закрывалась — сумочка застряла в дверном проёме.

— Кто-то проспал? — неожиданно сзади послышался надменный голос Кирилла.

Мое сонное сознание не было готово к этой встрече и я напугалась, пролив на себя горячий кофе.

— А-а-ай, — бросив стакан, одернула футболку — кожу сильно жгло, — почему от тебя одни проблемы?

— Кто же знал, что ты такая безрукая? — Покровский ехидно улыбнулся.

— Извиняться не учили? — открыла заднюю дверь, попытавшись найти во что переодеться. — Я же помню, что оставляла здесь блузку.

— Идем в гримёрку, — нехотя сказал парень, засунув руки в джинсы, — у меня там есть рубашка.

Я недоверчиво посмотрела на него.

— Не переживай, она должна на тебе застегнуться, — Кирилл еле сдержал смех, — безразмерная же.

Хотелось огреть его чем-нибудь тяжелым, но мокрая одежда и горящая грудь не оставили мне шанса — работать весь день в таком виде я не могла.

— Подожди здесь, — сказал Покровский, зайдя в небольшую комнату, находящуюся в большом загородном коттедже.

Как писала Лада — здесь планировалось снимать дом Шамаша. Пока мы шли в гримёрку, я успела разглядеть обстановку и была приятно удивлена. Оказалось, мое видение совпало с взглядом режиссера.

— Вот, — Кирилл протянул мне большую чёрную рубашку, — можешь не переживать, я надевал ее всего лишь раз. Так что там даже остался аромат моего парфюма.

— Давай уже сюда, — я выхватила ее из мужских рук и прошла вглубь комнаты. — Может выйдешь?

— Ты думаешь, там есть на что смотреть? — он усмехнулся, пройдясь по мне взглядом.

— Тогда я раздеваюсь, — вздохнув, начала снимать футболку.

— Нет, подожди, — засмеялся Кирилл, — мои глаза этого не выдержат.

Парень развернулся и открыл дверь, чтобы выйти, а я уже успела стянуть футболку и начала одевать рубашку. Но он вдруг остановился и потихоньку закрыл дверь.

— Совсем забыл! — прошипел он, повернувшись ко мне. — Прячься!

— Ты с ума сошел? — ответила я, пытаясь прикрыть оголенные участки тела.

— Молчи и залезай за вешалку! — он буквально закрыл мне рот рукой и затащил за гору висящей одежды.

Неожиданно дверь открылась и в комнату зашли мужчина и молодая девушка.

— Где же он? — мягко спросила она.

— Должен был быть здесь, — он посмотрел на часы и потянулся в карман за телефоном.

— Черт, — сказал Кирилл, так и не убрав свою ладонь с губ.

Постепенно нежная ткань начала сползать с плеча, обнажая мою грудь. Я замычала, показывая свое недовольство, но Покровский сильнее прижал меня к себе, обхватив второй рукой плечи.

Напряжение, витавшее в воздухе, в любой момент могло заискриться. Тело начало затекать, а пара, удобно расположившаяся на креслах, не собиралась уходить.

— Подожди еще немного, — прошептал Кирилл.

И видит Бог, я хотела продержаться, но увидев сбоку маленькую, приближающуюся к нам мышку, не выдержала и инстинктивно дернулась вперед.

Покровский, явно не ожидающий такого развития событий, не сумел меня удержать и мы вместе с вешалкой рухнули на пол.

— Мышь! — заверещала я, когда маленькая серая мордочка чуть ли не коснулась моего лица. Но встать не удалось — Кирилл прижал своим весом и не был готов подниматься. — Там мышь! Мышь! Пусти же меня!

Я вырывалась из его объятий, совершенно забыв, что в комнате мы были не одни. Правда он, видимо, помнил это и совсем не хотел встречаться взглядом со своими гостями.

— Это совсем не то, о чем вы подумали, — Покровский одним резким движением встал, оставив меня лежать на полу.

Я вскочила следом за ним и не заметила, как не застегнутая рубашка окончательно сползла до локтей.

— Очень интересно, — произнесла девушка и неожиданно сделала снимок на фотоаппарат.

— Пожалуйста, удалите снимок, — грозно попросил Кирилл.

— Не вижу в этом смысла, — ответила брюнетка. — У нас было запланировано интервью, но я получила больше — целую сенсацию.

Мужчина, до сих пор сидящий в кресле, молча поднялся и приблизился к нам. Взгляд его карих глаз не предвещал ничего хорошего и я рефлекторно сжалась, спрятавшись за Кириллом.

— Давайте остановимся, — раздражительно сказал он. — Каждый человек имеет право на личную жизнь и актеры не исключение. Мы готовы провести интервью и даже дадим согласие на несколько фото, при условии, что Вы сейчас же избавитесь от этого снимка.

— Нет, — упрямо ответила она. — Если покажу это в редакции, то сорву куш. Первая девушка Кирилла Покровского! Да все каналы разорвут за такую новость.

— Она не моя…! — хотел закричать парень, но агент перебил его.

— Хорошо, — его грозный голос буквально понизил температуру помещения на несколько градусов, — не Вам, не нам. Сейчас сделаете несколько фотографий, где не будет видно лицо девушки. В заголовке укажете — «Незнакомка, похитившая сердце известного актера». Обещаю, что немногим позже, именно Вы рассекретите ее личность.

— Эрик! — крикнул Покровский.

— Зачем это мне? — журналистка нахмурилась.

— В случае, предложенном мной, Вы получите две сенсации. Уверяю, снимок Кирилла даже рядом с нераскрытой девушкой даст всеобщее признание, со всеми из него вытекающими. А вот распространение личного фото обнаженной писательницы может довести ваш портал до суда. В итоге и вы и мы проиграем.

— Хорошо, — подумав, ответила брюнетка.

— А меня кто-то спросил? — собравшись с мыслями, спросила я.

— Молчи, — прошипел Кирилл, прожигая меня взглядом.

— Заварили кашу, будьте добры расхлебывать, — добавил Эрик, скрестив руки на груди.

Глава 5. «Сумасбродная ситуация»

Несмотря на произошедшее, Кирилл отлично вжился в роль и профессионально отыграл намеченные сцены. Я же весь съемочный процесс была в себе, изредка выходя из мыслей, объясняя как вижу ту или иную ситуацию.

После окончания рабочего дня, попрощалась со всеми и уже хотела идти на парковку, как вдруг меня остановил Эрик.

— Виталина, — он преградил путь, — предлагаю Вам присоединиться к нам за ужином.

— Извините, — решила обойти его справа, — вынуждена отказаться.

— Вы меня не поняли, — его голос стал тверже, когда он взял меня за локоть. — Нам всем вместе необходимо обсудить ситуацию, в которую вы по глупости вляпались.

— Если Вам надо, то обсуждайте, — я попыталась освободиться от его оков, — но без меня.

— Так не выйдет, — мужчина не собирался сдаваться, немного усилив хватку. — Сейчас на кон поставлена не только репутация Кирилла, но и Ваша. Я, конечно, могу позвонить милой Анастасии и попросить опубликовать первое фото. Но, думаю, не захотите, чтобы Ваше обнаженное тело попало на первые полосы новостных порталов.

— Но тогда и Покровский пострадает, — сжав кулак, зло процедила я.

— Как сказать, — Эрик иронично усмехнулся. — Черный пиар — тоже пиар. Для мужчины попасть под прицел фотокамер с голой девушкой не настолько унизительно, как для неё самой.

Его слова неприятно задели меня, но подумав об отце, я не могла доспустить, чтобы тот снимок стал достоянием общественности.

— Скажите время и место, — произнесла сквозь зубы.

— Сейчас Кирилл закончит и можем ехать, — улыбнувшись, мужчина отпустил мою руку.

— Я сама приеду.

Ресторан, выбранный в качестве места нашей встречи, находился в центре города. Вечером все стоянки этого района были заняты и найти свободное место было тем еще квестом. Найдя небольшой закуток на обочине, поставила жука и отправилась на встречу неизбежному.

Покровский вместе со своим агентом уже ждали меня и даже успели сделать заказ.

— Надеюсь, Вы не против — я заказал отличный стейк. Шеф-повар этого места мой давний друг и… — Эрик не успел договорить, я перебила его.

— Мне бы хотелось как можно скорее уехать домой, поэтому прошу прощения, но ужинать с вами не буду, — гордо вздернув нос, избегала встречи с наглыми голубыми глазами.

— Я же тебе говорил, что женщина с гонором, — Кирилл усмехулся, отпив апельсиновый сок.

— Женщина? — возмутилась я. — Да как у тебя язык повернулся!

— Хватит! — тихо, но в то же время властно произнес Эрик. — Не хотите есть — ничего страшного. Тогда мы просто обсудим условия ваших отношений.

— Что?! — хором удивились мы с Кириллом. Улыбка молниеносно сползла с его лица.

— Подожди, подожди, — начал тараторить он, — я думал, пару фото и слезливой истории расставания хватит, чтобы закрыть рот той журналистке.

— Нет, — отрезал агент. — Поразмышляв, я пришел к выводу — фиктивная любовь между актером и писательницей может стать лучшим рекламным ходом для будущего сериала.

Мне захотелось вскочить и охладить его пыл водой, стоящей рядом.

— Какая любовь, Эрик?! Ладно бы она была симпатичной, милой девушкой, с которой я мог попросту находиться рядом. Но эта… — Кирилл скривил губы, с разражением посмотрев на меня. — Да кто поверит, что я смог влюбиться в подобие хлебобулочного изделия?

— Покровский! — не выдержав, крикнула я.

— Это даже лучше, — ухмыльнулся агент, пройдясь по мне взглядом. — Думаю, ее фигура нам на руку. Скажем — «Известный актер поддерживает бодипозитив, ломая стереотипы о своих вкусах». Замечательно же!

— А ничего, что я тут? — спросила, тихо постучав по столу.

— Вам тоже вся эта ситуация на руку. Расширите круг поклонников, увеличите объеме продаж книг.

— Но у меня есть жених! — неожиданно заявила я.

— Да кто на тебя позариться, — засмеялся Покровский. — Разве только фетишист.

— Кирилл, — строго осек его Эрик. — Виталина, я же не предлагаю Вам влюбляться в него, строя настоящие отношения. Я лишь хочу провернуть отличную пиар-компанию, которая закончится сразу после премьеры.

— Я так не могу, — обессиленно ответила, желая уйти.

— Тогда завтра же в сети появится ваша фотография, — мужчина пожал плечами. — Я уже говорил: черный пиар — тоже пиар.

В этот момент мне захотелось кричать. Почему все это происходит именно со мной? Что я такого натворила, раз высшие силы так испытывают меня на прочность?

— Сколько по времени мне придется изображать любовь этого недоразумения? — обреченно спросила я.

— Эй, — Кирилл поднялся на локтях, но Эрик быстро его осадил.

— Три месяца.

— Хорошо, — кивнула я, собираясь скорее сбежать домой.

— Завтра буду ждать в нашем офисе, — Эрик отпил принесенное красное вино. — Подпишем контракт, а так же соглашение о неразглашении.

Выпрямив спину, я с гордо поднятой головой вышла из ресторана.

Вечером погода испортилась — стояла неприятная изморось. Боясь промокнуть, прибавила шаг, но, не успев дойти до места, где припарковала жука, увидела, как его увозит эвакуатор.

— Стойте! — что есть сил крикнула я, но водитель не остановился, наоборот прибавил скорость.

Слёзы бессилия подступали к горлу, но я старалась держаться. Весёлая мелодия телефона, словно издевка прозвучала из сумки.

— Да что вам всем от меня надо?! — закипев от злости, взвизгнула я.

— Виталина, у тебя все хорошо? — спросил мужской голос.

— Артур? — его бархатный тембр поубавил пыл. — Нет, все в порядке.

— Я слышу, — серьезно ответил он. — Где ты сейчас находишься?

— Не знаю, — тяжело вздохнув, набрала воздуха. — Рядом с рестораном «Ирис».

— Сейчас приеду, — сказал Артур и отключился.

Я так и осталась стоять с поднесенным к уху телефоном. В одно мгновение захотелось стать маленькой девочкой, проблемы которой решались по щелчку пальцев.

Прошло буквально пять минут перед тем, как около меня остановилась черный тонированный седан, из которого выбежал Артур.

— Садись скорее, — он открыл дверь и помог мне спуститься с бордюра. — Совсем промокла, — парень прибавил температуру на кондиционере.

— Все нормально, — ответила я, пытаясь не скрипеть на кожаном сиденье.

Артур покачал головой и вывернул на дорогу.

Полдороги мы молчали, слушая музыку. Я вжалась в кресло, постепенно отогревая замёрзшие руки.

— У меня сегодня был тяжелый день, — молодой человек начал разговор. — Вчера ночью улетел в Москву, оформить несколько новых договоров на поставку. Но утром пришлось возвращаться обратно — оказалось, мой секретарь перепутал бумаги и дал контракты для Сибирских клиентов.

Он грустно рассмеялся, посмотрев на меня.

— Можно сказать, мне было не легче, — я безнадежно улыбнулась.

— Поделишься?

— День начался с того, что на меня пролили горячий кофе, — погладив обожженную кожу, произнесла я. — Потом цепь случайных событий привела к тому, что меня вынудили изображать возлюбленную одного актёра.

Артур нахмурился, сжав руль.

— Я даже сказала, что у меня жених есть, но мне не поверили, — печально усмехнувшись, потерла указательным пальцем тыльную сторону ладони.

— Почему? — удивился парень.

— Видимо, мой внешний вид не подразумевает присутствие любви в жизни, — усилившийся дождь, увесистыми каплями бил в стекло. — Но не будем о грустном.

Мне хотелось как можно быстрее перевести тему, но Артур спросил:

— В качестве жениха должен был быть я? — правый уголок его губ поднялся вверх. — Или ты на самом деле с кем-то встречаешься, а Альберт Романович об этом не знает?

— Ты, — ответила я. Неожиданно щеки разгорелись, а внутри разлилось смущение. Странное чувство, словно я совершила что-то преступное, постыдное.

— Могу ли я считать это ответом на мое предложение?

— Хочешь сказать, что одних фиктивных отношений мне мало и необходимо срочно обзавестись вторыми? — воздух в машине начал тяжелеть, благо мы уже практически доехали до дома.

— Хочу сказать, что могу спасти тебя от участи стать возлюбленной актёра, — Артур припарковался, включив аварийку.

Вспомнив снимок, которым меня еще несколько часов назад шантажировал Эрик, по телу пробежала дрожь.

— Никто не сможет этого сделать, — я потянулась за сумочкой, упавшей на пол.

— Тогда может попробуем настоящие отношения? — Артур повернулся, впившись в меня пристальным взглядом.

— Что ты сказал? — я переспросила, думая, что поймала галлюцинации от напряженного дня.

— Ты будешь моей девушкой? — поставил прямой вопрос.

— Артур… Я… — это было настолько внезапно, что я потеряла дар речи.

— Можешь не отвечать сейчас, — парень отвернулся к лобовому стеклу, по которому спускались замедлившиеся капли дождя. — Я готов подождать до завтра.

— Хорошо, — лишь смогла кивнуть головой и выйти из машины.

Зайдя в лифт, долго смотрела на мигающую лампочку и думала, как могла оказаться в такой сумасбродной ситуации. Остановившись на седьмом этаже хотела выйти, но меня сбила запыхавшаяся Тоня, которая ураганов влетела в кабину.

— У нас пожар? — нервно усмехнувшись, прислонилась к холодному железу.

— Я просто очень опоздываю, — подруга рылась в сумке, пытаясь найти телефон. — А ты выходить не собираешься?

— Нет, — обессиленно ответила я, — прокачусь с тобой.

— Где ты последнее время пропадаешь? — Тоня несколько раз нажала на кнопку, словно это могло ускорить спуск. — Не могу застать тебя дома.

— Где я только не пропадаю, — устало вздохнула. — Думала, может сегодня смогу поговорить с тобой по душам. Мне это так нужно.

— Прости, но у меня другие планы, — подруга посмотрелась в зеркало, поправив губную помаду. — Может быть завтра?

— Думаю, завтра уже будет поздно, — я завидовала ее беспечности, но пересилив себя, улыбнулась. — Но ничего… Прорвемся…

— Боевой настрой — половина победы! — ответила она, когда мы остановили на первом этаже. — Ты только не грусти, а то грудь не будет расти.

— Куда уж больше…

Добравившись до дома, решила наполнить ванну. Растворив в воде соль с ароматом апельсина, привезенную из недавней поездки в Крым, направилась в комнату, чтобы раздеться и взять чистые вещи.

Только подойдя к зеркалу обнаружила, что на мне все еще надета рубашка Покровского. Растегнув вернюю пуговицу, с любопытством вдохнула запах его парфюма. Ванильное мороженое, малина и ягоды были дополнены мёдом и мускусом.

«Интересный выбор для молодого человека», — подумала я, аккуратно положив чужую вещь на кровать.

Вода, и правда, расслабила уставшее тело, немного освежив мысли. Не смотря на это, стопроцентного выхода из сложившейся ситуации я не видела — с одной стороны стояла моя репутация, а с другой понравившийся мужчина.

— Стоп, — схватившись за края ванной, приподнялась, — неужели я хочу начать отношения с Артуром?

Вспоминая его, мне захотелось улыбнуться. Теплота внутри и легкий трепет говорили о многом. Решение возникло спонтанно — завтра утром я должна поехать в офис «ОсинПродукт».

В предвкушении предстоящего дня долго не могла уснуть. От осознания того, что у меня может появиться шанс на любовь, бросало то в жар, то в холод. Бедное одеяло, заботливо подаренное мамой, за несколько часов было полностью истискано. Вдоволь наворочавшись, я наконец-то уснула.

Утро началось рано. Как только солнце взошло, я открыла глаза и не смогла закрыть их обратно.

На цыпочках выйдя в коридор, открыла дверь в комнату подругу. Тоня мирно посапывала, обнимая большого плюшевого медведя.

«Где ты была? И во сколько вернулась?», — подумала я, любуясь распластавшимся телом.

Вдохновленная предстоящим событиям, я даже умудрилась приготовить завтрак — правда омлет получился слишком жидким, а тосты подгорели. Но я все равно гордилась собой — кулинария никогда не была моим коньком.

Тоня не проснулась ни в одиннадцать, ни даже в двенадцать часов дня. Не выдержав накапливающегося напряжения, решила быстрее навести визит Артуру, обрадовав его положительным ответом.

Надев чёрный шелковый топ и нежно-желтый брючный костюм, достала с верхней полки лаковые лодочки, купленные на помолвку с Денисом. Образ завершили слегка растрепанные волосы и слой нюдовой помады.

Офис «ОсинПродукт» был такой же, как в день моего увольнения. Милые девушки за административной стойкой приветливо улыбнулись, спросив цель моего приезда.

— У меня назначена встреча с Артуром Георгиевичем, — ответила я, поставив на глянцевую поверхность сумочку.

— Секунду, — сказала Маргарита и набрала служебный номер. — Извините, но в его офисе не отвечают. Может быть Вы приедете в другое время?

— А могу я его там подождать?

Родство с генеральным директором и прошлые заслуги перед компанией делали свое дело — меня без лишних вопросов пропустили к лифту.

Выйдя на нужном этаже, без труда нашла дверь, ведущую к кабинету Юматова. Секретаря в приемной не было и я хотела сесть на диван, но в последний момент услышала мужские голоса.

— Ты на самом деле решил начать встречаться с Осиной? — тихо приоткрыв дверь и заглянув внутрь, увидела Артура в компании незнакомого молодого человека. — Это же сумасшествие!

— Прекрати истерить, — холодно отрезал Юматов, зло посмотрев на друга. — Ты прекрасно знаешь в какой ситуации я оказался.

— Неужели нет другого выхода, как забавляться с директорской дочкой? — блондин нервно стукнул стул, после чего отодвинул его и сел.

— Нет, — Артур покачал головой. — Отец сказал, что благословит наш брак с Кариной только после того, как смогу занять место Осина.

Я тихонько взвизгнула, закрыв рот ладонями. Слава Богу мужчины меня не услышали, продолжив разговор.

— Я даже предложил ей фиктивные отношения, — Юматов положил руку на стол, сжав кулак, — но тут влез Покровский. Этот прихвостень и тут решил мне все испортить, — Артур стукнул по столу так, что подставка для ручек упала на пол.

— И что планируешь делать дальше? — собеседник облокотился на стол.

— Вотрусь в доверие к этой дурочке, попытавшись влюбить в себя. Уверен на это уйдёт не так много времени — видел бы ты, как вчера вечером она смотрела на меня, когда забрал ее около ресторана. Словно котёнок, благодарный хозяину, подобравшего его с улицы, — парни рассмеялись. — Потом постепенно оформлю бумаги на себя, прибрав к рукам компанию. Ей она все равно ни к чему, а Альберт Романович все равно уже не вернется в бизнес. Как только все официальные вопросы будут решены — расстанусь с Витой и женюсь на Карине.

— А сестра, — прищурившись, спросил блондин, — она согласна, чтобы ты находился рядом с другой девушкой?

— Я же не собираюсь ей изменять, — Артур встал с кресла, подойдя к панорамному окну, — даже целовать ее желания нет. Как вообще Денис смог дотянуть до свадьбы?

Их смех разнесся по кабинету, а по моей щеке спустилась одинокая слеза. До боли прикусив кожу на пальце, хотела развернуться и уйти, но сзади послышался женский голос.

— А Вы кто? — спросила маленькая, темная девушка. — Могу чем-то помочь?

Но я не стала отвечать на ее вопросы, поспешив сбежать из офиса Юматова.

Весь путь до парковки сжимала зубы, стараясь улыбаться окружающим — мне не хотелось, чтобы отец знал, что его дочь зареванная бегает по компании.

Только в машине я смогла расслабиться, откинувшись на спинку кресла.

«Ты же знала… Чувствовала, что не можешь просто так понравиться такому привлекательному мужчине… У всех есть меркантильные причины любить тебя», — шептало подсознание.

Боль от нового предательства разрывала душу, но я не могла позволить себе оказаться слабой. Тогда, когда мои чувства растоптал Кирилл, я проглотила, уступив ему место под солнцем. Но сейчас такого не случиться — я обязательно смогу поставить на место зарвавшегося Юматова и доказать отцу, что могу одна отлично справиться с компанией.

Правда для получения кресла генерального директора мне нужен был помощник.

Заведя двигатель, нажала на педаль газа и понеслась на встречу своему счастливому будущему.

Глава 6. «Хочу, чтобы ты стал моим»

Остановившись у агентства Вебера, буквально выбежала из машины.

— Здравствуйте, Эрик назначил мне встречу на сегодня, — остановившись у администратора, запыхалась. — Можете позвонить ему, узнать могу ли зайти?

— Виталина Ланская? — не отрываясь от компьютера, спросила девушка.

— Да, — закивала я. — Вас предупреждали обо мне?

— Можете проходить на второй этаж, он ждёт.

— Спасибо, — поблагодарила я, направившись к лестнице. — А Кирилл Покровский приехал?

— Да, — девушка первый раз подняла взгляд. — Что они вообще в Вас нашли? Самая обыкновенная, заурядная… — добавила она.

Настроения перерекаться не было и я лишь пожала плечами, отправившись к Эрику.

Агентство Вебера — единственный путь в кино и эстраду для артистов нашего города, поэтому здесь всегда толпился народ, пытаясь привлечь внимание придирчивого продюсера. Но сегодня в здании было удивительно тихо, что позволило мне беспрепятственно к нему пройти.

— Можно? — спросила я, несколько раз постучавшись.

— Виталина? — за дверью послышался голос Эрика. — Ты рано… Проходи.

Зайдя в небольшой кабинет, увидела Кирилла, сидящего на диване и нервно пролистывающего бумаги в черной папке. Сам продюсер кормил рыбок в огромном аквариум.

— Если ты здесь, значит решила послушаться меня, — он самодовольно усмехнулся, защелкнув крышку банки.

— Не совсем, — я подошла к Кириллу и с вызовом посмотрела на него.

— Что ты задумала? — он поднял испуганный взгляд и на всякий случай приготовил папку к удару.

— Хочу, чтобы ты стал моим, — отчеканила, протянув руку.

В кабинете повисла немая тишина. Время словно остановилось, пока двое взрослых мужчин пытались придти в себя от моего заявления. Не выдержав, я добавила:

— Я притворюсь, что люблю тебя. Сделаю вид, что наши отношения — самое драгоценное, что есть в моей жизни. Готова даже стать тенью, если это поможет твоей карьере, но прошу, помоги мне, — наклонившись взяла его ладонь.

Она была такой холодной и шершавой, что я ослабила хватку, но через секунду его пальцы обвили мои.

— Ты забыла с утра выпить таблетки? — спросил Кирилл, прищурившись. — Или вместо весны у тебя обострения выпадают на лето?

— Покровский! — закричала, сильнее сжав ладонь. — Мне очень нужна твоя помощь!

— Стоп, стоп, — он попытался отстраниться, — можешь нормально объяснить? Почему ведешь себя как умалишенная?! Это меня пугает!

— Кирилл, девушка — натура творческая, и ей простительны экспрессивные выходки, — Эрик подошел ближе и расцепил наше рукопожатие.

— И что? Я тоже личность зиждительная! Но не имею импульсивных привычек, — парень подвинулся вправо, стараясь быть как можно дальше от меня.

— Виталина, присядьте, — продюсер отставил стул, — расскажите все в подробностях.

— Я согласна подписать любой контракт, если мы будем парой не только для общественности, но и для близких тоже, — протараторила я, сев за стол. — А это значит: совместные походы к родным, частые совместные вылазки в общественные места, и может даже мне придется переехать к Кириллу. Это будет тяжело, даже невозможно, но я…

— Эрик! — закричал Кирилл, вспрыгнув с дивана. — Провести фотосессию — легко! Постоять рядом, держась за руки несколько минут на мероприятии — запросто! Я даже попытаюсь не перерекаться с ней на съемочной площадке! Но поселить ее со мной? Нет, увольте!

— Позвольте узнать, — продюсер поднял руку, прекратив монолог Покровского, — чем вызваны эти просьбы? Еще вчера Вы отказывались находиться в одном помещении с ним, а сегодня просите поселить в одну квартиру.

— Это мои личные дела, и к контракту они не имеют никакого отношения, — я гордо отвернулась, показывая, что не желаю объясняться.

— Допустим, — Эрик облокотился на стол. — Я попрошу секретаря добавить несколько новых пунктов и мы подпишем бумаги прямо сейчас.

Кирилл схватил маленькую подушку и швырнул ее в окно.

— Как же меня все достало! — крикнул он. Вылетев из кабинета, молодой человек громко хлопнул дверью, заставив дрожать бетонные стены.

Подписав контракт, я почувствовала как попала в капкан. Теперь отказаться от отношений с Покровским было не возможно, и завтра утром я должна переехать в нашу новую квартиру.

Мне правда не хотелось заходить настолько далеко, но опустить руки и позволить Юматову заполучить нашу компанию я не могла. Отец не отстал бы просто так, требуя сблизиться с Артуром, а Кирилл стал отличным предлогом поменять планы, позволив дочери строить судьбу самой.

— И после всего, я — лицемер? — усмехнулся Покровский, подойдя ко мне на парковке.

— Прости, — я не решилась посмотреть на него, — у меня действительно не было другого выхода.

— Конечно, Виталина, — он нервно поправил футболку, — одна ты здесь можешь быть святой. Будь уверена — я заставлю тебя побежать к Эрику в первую же неделю. Ещё будешь умолять быстрее закончить этот цирк.

Задев плечом, Кирилл пошёл к своему автомобилю, а я так и стояла, думая над его словами.

/Кирилл/

Сумасшедшая девчонка согласилась на условия Вебера, и уже завтра мы должны были начать наши фиктивные отношения.

— Пошли вы все к черту! — кричал в машине, до боли сжимая руль. — И ты, Эрик, и ты, рыжая стерва! Ненавижу! Ненавижу Вас, ненавижу этот город! Полгода, шесть проклятых месяцев и я смогу забыть все как страшный сон.

Нажав на педаль газа, ловко маневрировал в потоке. Сегодня съемки отменились, и я мог провести вечер в гордом одиночестве.

Жилой комплекс, в котором я в прошлом году купил студию, находился загородом в одном из самых чистых районов. Недвижимость здесь стояла слишком дорого, поэтому соседями были люди, которым не было до меня никакого дела.

Зайдя домой, пошел сразу к холодильнику, открыв который, достал бутылку воды. Включив музыку, лёг на кровать — в зеркальном потолке отражалось уставшее выражение лица.

— Ещё не устал менять маски? — спросил себя.

Но я правда устал. Глупо, наверное, слышать от актера, что он обессилел от славы и внимания посторонних людей. Чем старше я становился, тем скорее хотел закончить весь этот фарс и уйти в тень, начав снимать авторское кино.

Жаль контракт, подписанный с Эриком имел свой срок. Нет, я был очень благодарен Веберу за гигантскую работу, проделанную с сырым мальчиком. Но жизнь шла, и чем дальше мы продвигались, тем отчетливее понимал — наши дороги в итоге должны разойтись.

Мои рассуждения прервал настойчивый звонок телефона.

— Слушаю, — устало ответил я.

— Можешь приехать? — разбитый женский голос на том конце заставил вскочить с кровати.

— Ты где? — схватив ключи с тумбы, побежал на парковку.

Ехать до места назначения было не больше получаса, но я настолько прибавил газ, что через десять минут стоял перед воротами коттеджа.

Сердце учащенно билось, пока я ждал, когда ко мне выйдет хозяйка.

— Я так испугалась, — на меня с разбегу налетело маленькое девичье тело. — Думала, он не остановиться и заберёт с собой в Прагу.

— Тише, тише, — гладя белокурые волосы, шептал я. — Давно он уехал?

— Час назад, — девушка буквально вжалась в меня. — Пожалуйста, останься на ночь.

— Идём, — я обнял ее за плечи и повёл в особняк.

Зная каждый угол этого дома, без труда заварил чай с лесными ягодами, мелиссой и пятой. Достав с верхней полки рахат-лукум, поставил все на поднос и понёс в гостиную.

— Почему сразу не позвонила? — строго спросил, передав чашку.

— Сначала все было хорошо, — девушка с благодарностью грела руки об горячий напиток, — а потом зашел разговор о тебе. О нас…

— Твой отец до сих пор против? — мои губы скривились от раздражения.

— Он ничего и слышать не хочет про наши отношения, — девушка поставила чай на стол и легла ко мне на колени. — Как мне убедить его?

— Скоро истечет срок действия моего контракта, и мы сможем улететь в Москву. Там я уйду в тень и клеймо главного сердцееда уйдёт другому смазливому актеру, — я губами нежно коснулся ее щеки. — Как только исчезнет слава — он изменит мнение.

— Уверен? — спросила Алина, с надеждой посмотрев на меня.

— Конечно, — согласно кивнув, с трепетом погладил ее по щеке.

Наши отношения начались год назад. В первом совместном проекте мы играли женатую пару, пришедшую через измену мужа и воссоединившуюся, не смотря на предательство. Фальшивые поцелуи, взгляды и прикосновения переродились сначала в глубокую привязанность, а позже в влюблённость.

Узнав про нашу связь, отец Алины запретил ей приближаться ко мне на пушечный выстрел. По его мнению, актеры — люди непостоянные, играющие роли даже в обычной жизни. Девушка даже несколько раз сбегала из дома, пряталась у меня в квартире, но Валентин Эдуардович всегда находил ее, забирая домой.

Два месяца назад он переехал в Прагу, намереваясь перевезти дочь с собой. Но Алина упёрлась, требуя позволить заниматься любимым делом в России. Новые съемки в сериале позволили продлить наш роман, и я собирался как можно дольше продлить их.

Но после подписания сегодняшнего контракта, это стало невозможно.

— О чем задумался? — спросила девушка, поглаживая мои колени.

— Мне нужно с тобой серьезно поговорить, — новость о моем совместном проживании с другой могла ранить ее хрупкое сердце, но я не мог молчать.

— Что случилось? — Алина села рядом, исподлобья посмотрев на меня.

— Дело в том, — не знал как начать, — завтра в одном новостном портале выйдет статья о моих отношениях с Виталиной.

— Что? — взвизгнула девушка.

— Прошу, не переживай, — я неловко потёр затылок. — Это всего лишь рекламная компания для предстоящего сериала. Сегодня мы подписали контракт, по которому обязуемся прожить в одной квартире следующие два месяца.

— Кирилл, ты сошел с ума! — Алина вскочила с дивана, нервно двинулась к окну.

— Ты прекрасно знаешь, что пока у меня подписан контракт с Эриком, я не могу выдвигать свои требования! Все, что есть у меня — его заслуга! — я начал переходить на крик, пытаясь доказать свою правду.

— Разорви контракт, начни с нуля! — она подошла ко мне, посмотрев сверху вниз. — Твоя популярность, фанаты помогут держаться на плаву первое время…

— А неустойку за нарушение кто заплатив? — подняв взгляд, спросил. — Ты прекрасно знаешь, что мне никто кроме тебя не нужен, — прижался к ее бедрам. — Обещаю постараться сделать так, чтобы эта рыжая стерва первая побежала к Веберу, требуя избавить себя от моего присутствия. Ты веришь мне?

— Да, — прошептала Алина, беспокойно погладив меня по голове.

Как бы мне не хотелось остаться с ней, эту ночь я провёл в своей квартире, собирая самые необходимые для переезда вещи. Привести лису к себе в дом я сразу отказался, поэтому Эрик нашел нам двухкомнатную квартиру в самом центре города.

Утром, забрав чемодан, несколько минут посидел на дорожку и отправился на встречу к своей новой, фальшивой жизни.

Глава 7. «Давай жить мирно»

Собрав вещи на первое время, поехала по адресу, который вчера прислал Эрик. Тоня долго выпытывала почему я так резко решила съезжать, и куда, собственно говоря, отправляюсь. Через несколько часов постоянного потока вопросов я сдалась, и рассказала про сделку с Кириллом.

— Ты сошла с ума! — вопила она, отбирая чемодан. — Несколько недель назад заявляла, что и думать о нем не хочешь, а сегодня собираешься с ним жить!

— У меня есть на это причины, — шипела я, пытаясь перехватить свои вещи.

— Да какие могут быть причины для того, чтобы согласиться жить с посторонним парнем, подписав при этом контракт?

— Я не хочу, чтобы с нуля выстроенная моим отцом компания ушла в липкие руки Юматовых! — прокричала я, и, не выдержав напряжения, рухнула на диван.

— Что? — Тоня поставила чемодан к стене и села рядом. — О чем ты говоришь?

Вздохнув, мне пришлось рассказать ей о подслушанном разговоре Артура и неизвестного мне парня. Подруга внимательно слушала меня и даже приоткрыла рот, а потом резко обняла, чуть не задушив.

— И что планируешь делать дальше? — она отпустила меня, но держала ладонь.

— Для начала съедусь с Кириллом и расскажу про наши отношения отцу, — задумчиво улыбнулась. — А дальше посмотрим по ситуации…

— Согласится ли Покровский играть в твои игры?

— У него нет выхода, — я пожала плечами. — Понимаю, что поступаю не правильно, но не могу допустить, чтобы компания ушла Артуру.

— Надеюсь, у тебя все получиться, — Тоня потянулась ко мне и три раза постучала по макушке. — Если что, ты всегда можешь позвонить, и я прилечу к тебе на любой край света.

— Спасибо…

Разговор с подругой успокоил разбереденную душу и я, собрав все силы в кулак, поехала в свой новый временный дом.

Квартира, выбранная Эриком, находилась в самом центре города. Новостройка располагалась на закрытой территории и только начала заселяться жильцами.

— Идеальное место для популярного актера, — подумала я, остановившись около ворот.

Эрик предупредил о моем приезде, поэтому показав документы, охрана беспрепятственно пустила меня во внутрь.

Этот дом настолько отличался от нашей старенькой с Тоней хрущевки, что по началу было дико, словно я приехала из деревни на прием к самому президенту. Но к хорошему быстро привыкаешь, и увидев новый лифт, который не издавал рычащие звуки при остановке, я радостно заулыбалась и нажала 9 этаж.

Ещё большим удивлением для меня стало то, что наша квартира была единственной на этаже. Минимум соседей — утопичная мечта для собственников недвижимости в многоквартирных домах.

Подойдя к большому окну, удовлетворенно вздохнула — даже из подъезда открывался удивительный вид на старую часть города, не загроможденную современными постройками.

— Вита, — сзади послышался голос Эрика, — почему не заходишь?

— Простите, — оторвавшись от пейзажа, ответила я.

Надо признать — вкус у Вебера был потрясающий. Квартира, выбранная им, превзошла все мои ожидания. Оказалось, что вместо двух комнат, здесь было целых три. Правда одна совмещенная с кухней, но это не лишало ее привлекательности.

— Никогда в своем селе не видела современного ремонта? — из комнаты вышел недовольный Кирилл.

— Да, — поставив чемодан в угол, ответила я. — В моей глуши главной достопримечательностью был коровник.

Улыбнувшись приятным воспоминаниям детства, с интересом разглядывала новое жильё.

— Виталина — дочь Осина, — усмехнулся Эрик, отщипнув виноград.

— Да хоть Папы Римского, — Покровский лег на диван, задрав ноги на подлокотник.

— Не обращай внимание, — сказал Вебер, прожевав ягоду. — Съемки сериала из-за болезни режиссерской команды сдвинулись на неделю, поэтому у нас есть время раскрутить ваш роман. Сегодня же вечером будет первая фотосессия…

— Так скоро?! — перебила его я.

— Привыкай к моей жизни, Фокс, — Кирилл расслабленно потянулся.

— Я не договорил, — продолжил Эрик. — Завтра, когда по всем новостным порталам разлетится новость об отношениях Покровского, для увеличения интереса вместе посетите любое общественное место. Можете сходить в кино, прогуляться по магазинам или съездить в парк-аттракционов. Важно, чтобы все поверили в нашу сказку.

— Во сколько будет фотосессия? — задумавшись, спросила я.

— Думаю, не раньше одиннадцати вечера, — Вебер сел на стул. — А почему ты интересуешься?

— Мы сможешь с Кириллом съездить в одно место до официальной новости о наших отношениях?

— Я не хочу никуда с тобой ехать! — Покровский резко выпрямился, бросив на меня презрительный взгляд.

— Если ты забыл — в контракте есть мои условия, которые ты согласился выполнять, — я скрестила руки на груди.

— Это не вызовет проблем? — нахмурился Эрик, внимательно вглядываясь в меня.

— У моего отца больное сердце, и новость о новых отношениях дочери может довести его до инфаркта, — поджала губы, пытаясь скрыть волнение. — Я напрошусь к нему на ужин и в спокойной обстановке объявлю о нас с Кириллом.

— Так зачем тебе я? — вздохнул Покровский.

— Он не поверит, если я приеду одна, — ответила, подойдя ближе к парню. — Ты будешь живым доказательством моих слов, — наклонившись, добавила: — А если будешь препираться, заставлю целоваться для большей убедительности.

— Фу, какая гадость, — Кирилл притворился, что расплевался и тыльной стороной ладони вытер губы.

— Он в твоем полном распоряжении, — заключил Эрик. — Только к десяти вы должны приехать в студию — нужно подготовиться.

— Конечно, — радостно закивала я.

Договориться об ужине с папой было совсем не трудно — он обрадовался возможности провести время с дочерью.

Единственной проблемой был Кирилл, который изо всех сил отказывался играть по моим правилам. Долго уговаривая одеться его более-менее прилично, я все же сдалась.

— Да, серые заношенные трико и безразмерная толстовка — лучший выбор для знакомства с моим отцом, — сжав губы, огрызнулась я, когда мы выходили из подъезда.

— Если тебя что-то не устраивает, можешь ехать одна. Мне и дома не плохо, — пожав плечами, ответил он.

Я предложила ехать на своем жуке, но Кирилл не был готов на такие кардинальные перемены и предложил свою машину.

Всю дорогу мы провели в тишине, но я иногда с любопытством боковым зрением рассматривала Покровского.

Да, я прекрасно понимала его чувства и даже была согласна, что происходящее — театр абсурда, не имеющий для него и малейшего смысла. Но для меня это было жизненно необходимо.

Припарковашись около дома, мы вышли из автомобиля.

— Не думал, что коровник выглядит именно так, — удивился Кирилл, хлопнув дверью.

— Раньше родители занимались животноводством, поэтому я не соврала, сказав про коровник, — я усмехнулась открывая калитку. — Именно с домашней скотины начался бизнес отца.

— Из грязи в князи? — улыбнулся Покровский, проходя во двор.

— Можно сказать и так, — я хотела закрыть дверцу, но мое внимание привлек внедорожник, стоящий около гаража.

«Папа сменил машину?», — единственное логическое объяснение, пришедшее на ум.

Уже при входе в дом чувствовался удивительный запах утки, доносящийся из гостиной. Разувшись, я поверила сумочку на вешалку.

— Пожалуйста, веди себя прилично, — прошептала, схватив Кирилла за локоть. — Папа довольно консервативный, и нам необходимо, чтобы он одобрил наши отношения.

— Это нужно тебе, Фокс, — огрызнулся Кирилл, презрительно оцепив меня от руки. — Максимум, что я могу предложить — драгоценность молчания.

— Кирилл… — хотела возразить я, но боковым зрением заметила приближающийся силуэт отца. — Папа!

Прикрыв глаза, сдавленно вздохнула и побежала к нему обниматься.

— Тала, — удивленно сказал отец, оторвав меня от себя, — кто этот молодой человек?

— Это мой, — каждое слово давалось с трудом, — Кирилл. Мы встречаемся.

Возможно, это было слишком резко, но родитель мужественно выслушал и даже попытался улыбнулся.

— Интересно, — они обменялись рукопожатием. — Но давайте присоединимся к столу, тебя уже заждались гости.

— Кто? — удивилась я, не рассчитывая на присутствие посторонних.

Зайдя в гостиную, увидела сидящих за столом Артура и его родителей. Ноги остановились, и Кирилл, видимо, не заметил этого, врезавшись в меня со спины.

— Ну чего ты встала? — прошипел он, потирая ушибленное плечо.

Я не хотела встречаться с чёрными глазами, но взгляд сам зацепился за Артура, равнодушно смотрящего на нас. Он, как всегда, идеально выглядел, но сейчас его образ плыл перед глазами, а в ушах стояли отвратительные слова.

— Присаживайся, — папа отодвинул стул. — Кирилл, извините, не рассчитывал на Ваше присутствие, но сейчас же исправлю эту оплошность.

— Ничего страшного, — Покровский неестественно улыбнулся. — Если хотите, я могу помочь.

— Не нужно, — отец махнул рукой и удалился на кухню.

Все это время мы вели немую борьбу с Артуром. Он знал, что наши отношения с Кириллом не больше, чем неумелая игра, но, стиснув зубы, молчал. Я же была в курсе его низменных целей, по продолжала улыбаться, изображая дурочку.

Принеся столовые приборы для Покровского, папа перестал суетиться и мы могли насладиться прекрасным ужином — правда в горло не лез даже маленький кусок мяса. Зато Кирилла ничего не напрягало — он даже позволил себе выпить алкоголь, убедив, что пустит меня за руль.

Поначалу разговор шел на непринужденные темы, но постепенно мы добрались до причины нашей встречи — отношений Виталины Осиной.

— Давно вы вместе? — спросил папа, накладывая салат.

— Да! Нет! — хором ответили мы, путаясь в показаниях.

— Я давно его знаю, — начала я. — Ещё до нашей встречи я наблюдала за Кириллом, наслаждаясь его игрой в фильмах. Иногда мне даже казалось, что он ненастоящий, словно кукла, — усмехнулась, пытаясь расслабится.

— Почему? — удивился Покровский. Алкоголь явно развязал его язык.

— Не бывает таких красивых людей, — я пожала плечами.

— А как Вы познакомились? — неожиданно спросил Артур. Вопрос, на который он знал ответ, но решил сыграть в мою игру.

— Не поверите, — решила не врать я, — на кастинге к сериалу по моему роману.

— Так это же было совсем недавно, — усмехнулся Юматов, отрезая мясо. — Насколько я знаю.

— Это было три месяца назад, — влез Кирилл, исподлобья посмотрев на Артура. — Именно тогда маленький рыжий лисёнок принёс свой роман для продюсера. До сих пор помню ее длинное голубое платье, странно запахнутое сзади, — Покровский улыбнулся, вспоминая. — Мы столкнулись в коридоре, но Вита даже не посмотрела на меня. Если честно, это ударило по мужскому самолюбию, взращенному поклонницами. И после того момента я решил, что хочу, чтобы эта девушка стала моей.

— Какая красивая история, — усмехнулся Геворг. — Но мы здесь собрались, чтобы обсудить свадьбу Виталины и моего сына и, увы, ваши отношения станут препятствием к этому.

— Какую свадьбу? — сквозь зубы спросила я.

— Тала, Артур сегодня позвонил мне и сказал, что безумно влюблен в тебя и хочет, чтобы ты стала его женой, — нервно протараторил папа.

— А Артур не захотел сначала спросить меня, хочу ли я этого? — с вызовом посмотрела на парня. — Или восточные традиции предполагают принуждение?

— Я хотел сейчас спросить тебя и даже приготовил кольцо, — Юматов хотел встать, но я подняла руку в верх, жестом прося сесть.

— Этой свадьбы никогда не будет, — раздраженно произнесла я. — Даже не будь у меня отношений с Кириллом, никогда бы не выбрала в мужья лживого человека.

— Альберт?! — возмутился Геворг.

— Отец, успокойся, — Артур положил руку на плечо родителя. — Позволь поинтересоваться, на чем основаны твои обвинения?

— Считай это выдуманной причиной дурочки, смотрящей на тебя, словно уличный котёнок, — моя губа дрогнула. — Пусть я не красива, но гордость, взращенная папой, не позволит прогнуться перед таким, как ты. Двуличный, лицемерный мерзавец.

Артур хотел что-то ответить, но я не стала слушать — взяв за руку растерянного Покровского, потащила его на выход. Эмоции взяли верх, и я даже не подумала о состоянии своего отца, решив успокоить свое задетое самолюбие.

— Садись, — крикнула я, открывая машину.

Кирилл послушно выполнил мой приказ, разместившись на пассажирском сиденье.

Пустой город позволил прибавить скорость, и в назначенном Эриком месте мы были уже через час. До фотосессии оставалось много времени, и я, закрыв глаза, откинулась на спинку кресла, попытавшись успокоиться.

— Может объяснишь, что произошло? — практически шепотом спросил Покровский.

— Вчера утром я услышала разговор Артура, — в горле образовался тяжёлый ком, — в котором он говорил, как хочет прибрать к рукам компанию моего папу. В этом ему должна была помочь я. Наши отношения стали бы отличным предлогом сесть на место генерального директора, завладев имеющимися активами, — я грустно усмехнулась. — Но хуже всего, что этот подлец любит другую девушку, а его отец покрывает весь этот цирк, мечтая завладеть «ОсинПродукт».

— Да-а, — протянул Кирилл, откинувшись на кресло и нацепив капюшон. — Мне кажется, это прекрасный сюжет для нового романа.

Я засмеялась, пытаясь скрыть непрошенные слезы.

— Если бы не узнала правду — никогда бы не согласилась изображать фальшивую любовь, — горько усмехнулась, протерев щеку. — Можно сказать, я втянула тебя в свои семейные разборки. Прости за это…

— Интересная картина, — задумчиво произнёс Покровский. — Даже не знаю, как теперь смотреть на тебя после всего сказанного.

— Я жалкая, да? — повернувшись к нему, спросила.

— Нет, — мы встретились взглядами. — Теперь я хотя бы не считаю тебя расчетливой стервой, попытавшейся соблазнить известного актера.

— Я говорила, что не являюсь поклонницей твоей красоты, — смотря на Кирилла, освещенного лучами заходящего солнца, первый раз заметила какой уставший был у него взгляд.

— Врушка, — улыбнулся он. — Меня любят абсолютно все. И ты — не исключение. Просто ещё не знаешь об этом.

Алкоголь, выпитый на семейном ужине, действовал на парня, заставляя его веки тяжелеть. Пригревшись на кресле, Кирилл засунул ладони под мышки и прикрыл глаза.

— Фокс?! — прошептал он.

— М-м-м…? — я продолжала рассматривать точенные черты его лица.

— С этого момента давай жить дружно? — он ухмыльнулся уголками губ. — Добродушный Кирилл Покровский окажет услугу Виталине Осиной и станет ее прикрытием на следующие два месяца. Идёт?

Глава 8. «Конфуз»

Кирилл уснул и тихо сопел на пассажирском сиденье.

— Видимо, алкоголь — не твое, — шепотом усмехнулась я, поправив выбившуюся из-под капюшона белокурую прядь. — Такие мягкие…

Что-то по отношению к Покровскому изменилось во мне в этот вечер. Нет, он по-прежнему мне не нравился, но степень антипатии явно снизилась на несколько градусов.

Тихо открыв дверь, аккуратно вылезла из машины. Из-за своего вспыльчивого характера я не смогла толком поговорить с отцом, и совесть гложила меня за это. Набрав его номер, со страхом ждала ответа.

— Все хорошо? — сразу же спросил он, не дав произнести мне и слова.

— Да, — виновато сказала я. — Ты в порядке? Сердце не прихватило?

— Со мной все нормально, — его голос был слишком удручен. — Тала, зачем ты нагрубила Артуру? Он действительно хороший молодой человек…

— Папа, — я облокотилась на капот, — прошу, позволь мне самой выбирать судьбу. Я могу извиниться перед Юматовым, если тебе станет от этого легче. Но я никогда не выйду замуж за Артура — он не достоин занимать должность генерального директора нашей компании.

— Но почему, Тала?

«Да потому, что он — предатель! Твой друг — лжец, решивший забрать твой бизнес! Потому, что хочу оградить тебя от лишних переживаний, хоть и треплю сейчас нервы…», — хотелось кричать мне, но ответила я иначе:

— Я передумала и решила вернуться в компанию, — сдержанно вздохнула. — Мне нужно несколько дней, чтобы решить некоторые вопросы, ты можешь в это время заново организовать рабочее место?

— А как же съемки сериала? — удивленно спросил папа.

— Мне не обязательно постоянно там присутствовать. Для консультаций хватит несколько часов, остальное время я готова посвятит труду на благо родной компании.

На самом деле я не горела желанием возвращаться в «ОсинПродукт». Особенно меня тяготил тот факт, что там мне придется постоянно видеть напыщенное лицо Артура. Но ради отца я готова терпеть.

— Это прекрасная новость, Тала! — воскликнул он. Новость о возвращении дочери в дело всей его жизни вытеснило гадкий осадок от прошедшего вечера. — Завтра же займусь этим вопросом.

— Отлично, — я улыбнулась. — Очень рада, что ты счастлив.

Закончив разговор, тяжело вздохнула и закрыла глаза.

Легкий августовский ветер коснулся кожи, и я подставила лицо ему на встречу. Пылающие от бушующих эмоций щёки, постепенно остывали, а душа успокаивалась.

Солнце зашло и на небе начали появляться первые звезды, наблюдая за которыми, по привычке пыталась найти Большую медведицу.

— А где Кирилл? — рядом послышался голос Эрика.

— Спит, — равнодушно ответила я, пожав плечами.

— Что? — Вебер подошел к машине, пытаясь выглядеть своего подопечного в тонированных стеклах. — Он пил?

— Да, — кивнула головой, — а это проблема?

— Нет, — неожиданно пассажирская дверь открылась. — стилисты на месте?

— Должны сейчас подъехать, — Эрик настороженно подошел к парню. — Сколько раз предупреждал: алкоголь только в одиночестве. Опять пренебрегаешь моими правилами?

— Во-первых, не опять, а снова, — Кирилл снял капюшон и потянулся, вытянув руки вверх. — Во-вторых, алкоголь в одиночестве называется алкоголизмом. Разве ты хочешь, чтобы я обрел такую вредную привычку?

— Извините, Эрик, — вмешалась в разговор. — Это я во всем виновата — папа предложил Кириллу выпить. мне следовало его остановить.

— Успокойся, Фокс, — Покровский захлопнул дверь. — Я уже взрослый мальчик — мне не нужна защита боевого лиса.

Вебер недовольно на него посмотрел, но сказать ничего не успел — вибрация телефона отвлекла его. Ответив на звонок, Эрик направился к студии.

— Я думала, у нас перемирие? — недоуменно посмотрела на него, выгнув бровь.

— Что? — Кирилл в голос рассмеялся. — Хочешь сказать, потрясающая утка сделала из нас союзников? — он подошел слишком близко, смотря сверху вниз. — Или ты решила сдаться до начала боевых действий?

Даже на расстоянии, я чувствовала сладкий запах его парфюма, который вызывал непреодолимое желание вдыхать его как можно глубже. Словно токсикоман, нашедший новое пристрастие, я потянулась к Кириллу, стремясь стать ближе.

Парень на секунду замер, не зная, как ему поступить дальше…

/Кирилл/

Я хотел подразнить ее, вывести на эмоции и снова насладиться всплеском гнева на пухлом лице, но что-то пошло не так.

Вита рассеянно наблюдала за мной, а потом неожиданно двинулась вперед, практически коснувшись моей груди своим маленьким носом.

В ту же секунду мне захотелось отстраниться, толкнуть ее, приведя в чувства. Но я так и стоял, молча смотря на рыжую макушку. Невидимая сила держала меня на месте, не давая и шелохнуться — или ей был сам я?

— Идеальный кадр! — неожиданно крикнул Эрик, выглянувший из окна студии, а с меня спало наваждение. Сделав шаг назад, уперся в машину, переводя дыхание.

— Скажи мне название своих духов, — заговорщически прошептала Вита. — Я обязана их купить.

— Что? — удивился, повернувшись.

— Говорю, что твоя толстовка очень вкусно пахнет, — она улыбнулась одним уголком губ. — Я не фанат мужского парфюма, но у тебя очень интересный вкус.

На меня словно ушат холодной воды вылили. Оказывается, вот для чего она потянулась ко мне: не потому, что хотела быть ближе, а лишь для того, чтобы по-лучше прочувствовать запах духов.

Идиот!

/Виталина/

Кирилл загадочно на меня смотрел. Моя просьба показалась ему странной?

— Стилисты приехали, — крикнул Эрик, приглашая нас начать подготовку к фотосессии.

Это был первый раз, когда со мной работали профессионалы. На все школьные праздники меня собирала мама, а в университете я никуда не ходила, с головой уткнувшись в учебу.

Несколько взмахов кистью, легкий начес, белая рубашка и нежно-голубые джинсы и вот он — новый человек. Чужой, совершенно не знакомый и ужасно странный.

— Мне кажется, я стала лет на пять старше выглядеть, — обратилась к кудрявой девушке.

— Нет, что Вы, — она мило улыбнулась, расчесывая волосы на макушке, — на фотографиях будете выглядеть прекрасно.

Выйдя в небольшое помещение, освещаемое многочисленными лампами, увидела Кирилла, сидящего на высоком стуле. Он нервно разговаривал по телефону, жестикулируя руками.

— Прекрати, пожалуйста, — злился он. — Нет, сегодня я не смогу приехать, возможно завтра…

Подслушивать разговор не были никакого желания, и я уже хотела выйти, но в этот момент в студию вошёл Эрик.

— Решила сбежать? — усмехнулся он, обхватив меня за плечи.

— Нет, — прошипела я, вырываясь из его захвата. — Просто Кирилл сейчас занят, и мне не хотелось ему мешать.

— Я уже освободился, — сзади послышался голос Покровского. — Можем начинать?

— Конечно, — Вебер хлопнул в ладони.

Меня посадили на стул рядом с Кириллом. Поначалу его серьёзное выражение лица пугало, даже заставляло испытывать смущение. Но спустя несколько минут, гипертрофированная важность парня начала веселить, что вызывало неконтролируемую улыбку.

— Мне казалось, ты не выпила и грамма за сегодняшний вечер, — Кирил наклонился ближе ко мне. — Так в чем же причина такого идиотского выражения лица?

— Просто ты похож на павлина, — хихикнув, расправила руку и приложила ее в макушке Покровского. — Теперь точно не отличить.

Смешки перешли в открытый смех и, чтобы не упасть, я оперлась ладонью на колено Кирилла. Его мышцы мгновенно напряглись, и он уже хотел отодвинуть меня от себя, но фотограф сказал:

— Отличный кадр! Виталина, Вы такая живая!

— Зато я скоро мертвым буду, — прошипел Покровский, ерзая на стуле. — Она сейчас мою ногу раздавит!

— Кто-то мало в спортзал ходил, — усмехнулась я, возвращаясь на свое место.

— Кто-то много ел, — пробухтел Кирилл, гладя бедро. — Если завтра у меня будет синяк — я тебя лично на диету посажу.

Грубый тон Покровского и замечания по поводу моего лишнего веса испортили настроение. Оставшуюся часть съемок я принуждала себя улыбаться, но выходило откровенно плохо.

— Обними меня, — прошептал Кирилл.

— Что? — удивилась я, растерянно посмотрев на него.

Внезапно парень встал. Тяжело вздохнув, он обошел меня, наклонился ниже и заключил в капкан своих рук.

Почувствовав тепло мужского тела, я замерла. В последний раз меня обнимал Денис за день до нашего бракосочетания. Сейчас же это было настолько неожиданно, что я боялась даже вздохнуть.

Повернув голову вправо, я подняла взгляд. Покровский настолько проникновенно смотрел на меня, что мне действительно показалось, что он влюблен.

Аккуратно прикоснувшись ладонью к щеке, Кирилл большим пальцем поглаживал кожу, а по моим рукам пробежали мурашки.

Дыхание углубилось…

— Расслабься, ты слишком зажата, — парень ещё сильнее прижался ко мне, а наши лица оказались слишком близко друг к другу. — Давай сделаем последний кадр самым красивым.

Я лишь смогла согласно кивнуть, и неожиданно для самой себя потянулась к Кириллу. Лёгкий, почти невесомый поцелуй разжигал желание притянуть его ближе.

— Ты что творишь? — Покровский оттолкнул меня и с раздражением вытер губы.

— Прости, — придя в себя, я поняла, что натворила. — Мне очень жаль…

— Съемка закончена! — крикнул он, быстрым шагом покинув студию.

Оставшись перед камерой одна, не знала куда деть глаза — совершенно не хотелось встречаться взглядом с Эриком. Но он неожиданно хлопнул в ладони и сказал:

— Вита, ты превосходна! — подойдя ко мне, помог встать со стула. — Последний кадр просто обязан украсить новостные таблоиды!

— Не думаю, что это лучшая идея… — но Вебер уже не слышал меня.

— Сейчас для интервью приедет Анастасия, — он посмотрел на часы. — Понимаю, что уже поздно, но ничего не поделаешь. Посиди пока здесь, я поговорю с Кириллом.

Зачем я потянулась к нему? Для чего поцеловала? Может это из-за того, что рядом со мной давно не было мужчины? Или я решила напрочь отбить слухи о нашем романе? Как теперь вести себя с Кириллом?

Мысли роем клубились в голове, но на вопросы у меня не было ответов. Одно было понятно точно — я сильно усложнила наши отношения с Покровским.

Интервью прошло довольно быстро — Анастасия уложилась в тридцать минут. Кирилл все это время пытался незаметно отстраниться от меня. Это очень диссонировало с его словами о внезапно вспыхнувшей между нами любви. Я же все это время иногда поддакивала ему, пытаясь не разрушить выстроенную Эриком историю.

— Я поехал, — сказал Кирилл, переодевшись и забрав ключи.

— Не возьмёшь меня? — скомкано спросила я, не рассчитывая на положительный ответ.

— Доберешься сама, не маленькая, — он накинул капюшон с поспешил скрыться за дверью.

Как только осталась одна, судорожно вздохнула.

«Главное, что он разговаривает со мной», — подумала я и, взяв сумку, направилась на выход.

Августовские ночи не отличались особым теплом, но эта была другая. Полной грудью вдохнув свежий воздух, решила прогуляться до квартиры пешком. Путь предстоял не близкий, но одиночество должно было помочь разобраться в своих мыслях.

Дойдя до комплекса, в котором мы жили, перешла на тротуар, выложенный большой плиткой. Находясь в плену своих мыслей, не заметила чёрный седан, припаркованный около нашего подъезда.

— Виталина? — послышался голос Артура, который я не услышала. — Виталина! — парень догнал меня, коснувшись плеча.

Он слишко резко дотронулся до меня, что заставило инстинктивно резко повернуться и со всего размаху огреть его сумочкой.

Глава 9. «Противоречивые чувства»

— А-ай, — простонал наклонившийся Артур, потирая ушибленный нос. — Зачем так жестоко?

— А зачем подкрадываться к девушке сзади? — я достала телефон, включив фонарик. — Кровь идёт?

— Надеюсь, нет, — он усмехнулся, выпрямившись. — Не идёт же?

— Нет, — я внимательно осмотрела его лицо, сжав двумя пальцами челюсть. — Скажи спасибо, что баллончик не успела достать.

— У тебя и такое есть? — Артур улыбнулся, поправив упавшие на лоб волосы.

— Конечно, — нахмурилась. — Папа в детстве учил защищаться от подозрительных мужчин.

— Я же звал, почему не ответила? — парень хотел подойти ближе, но я отступила на несколько шагов назад.

— Что ты вообще здесь делаешь? Как нашел адрес и зачем приехал? — скрестив руки на груди, внимательно смотрела на лицо Артура, освещенное уличным фонарем.

— Что произошло на ужине? И как давно я стал «лживым человеком»?

— Сначала ответь ты, — наш диалог вопросом на вопрос заставлял топтаться на месте.

— Хорошо, — Юматов поджал губы, сложив ладони в замок. — Адрес дала подруга, кажется ее Тоней зовут. Увидела, как я сидел около подъезда и, не выдержав, сжалилась. А приехал для того, чтобы поговорить. Ещё вчера все было хорошо, а сегодня ты заявляешь о моей лживости.

— Ещё вчера ты говорил, что свадьба — слишком рискованное мероприятие, на которое никогда не пойдешь. А сегодня приходишь в дом моего отца, прихватив с собой родителей, и говоришь о женитьбе! Так почему же я не могу назвать тебя лживым?

— А если ты и правда мне понравилась так, что я готов бросить все, взяв тебя в жены?

— Какого это жить двойной жизнью? — я горько усмехнулась. — Да что же это за мужчины такие пошли, что ради своей выгоды они готовы врать, юлить, морочить голову варящим им дурочкам?

— Я совсем не понимаю, о чем ты говоришь, — продолжал препираться Юматов.

— Я все слышала, — выпалила, не выдержав. — Знаю, что ты хочешь жениться на другой, но твой отец против, ведь надо охмурить идиотку Осину, компания которой должна перейти под ваше семейное крыло. Знаю, что тебе противно находиться рядом со мной рядом, а мысль о поцелуе вызывает рвотный рефлекс. Но, Артур…. — запнулась, с укором посмотрев в чёрные глаза, — ты мне искренне понравился там в ресторане. Когда в дождь по одному звонку сорвался и забрал с улицы, я даже подумала: «Вот он! Идеальный мужчина, которому я могла бы посвятить свою жизнь!». Но нет, Артур, ты не достоин и минуты рядом со мной, — не выдержав накала эмоций, всхлипнула, сдерживая слезы. — Ещё вчера утром мое сердце содрогалось от мысли, что я могу стать твоей, но сейчас оно молчит. Молчит, потому что боится биться рядом с безнравственным подонком.

— Вита… — парень хотел протянуть ладонь ко мне, но я отпрянула.

— Не переживай за мои чувства, Артур. Мне не привыкать разочаровываться в людях. Продолжай жить своей жизнью и, если можешь, уволься из компании. Через несколько дней меня назначат заместителем генерального директора, а немногим позже я собираюсь занять место отца. Как бы мне не хотелось входить в бизнес, я сделаю все, чтобы разрушить ваши планы. Единственное, могу успокоить — папа не знает про предательство близкого друга, и обещаю, что буду держать язык за зубами. Но не потому, что хочу сохранить хорошие отношения в твоей семьей, а потому, что боюсь за его состояние. А сейчас, можешь молча уходить и жить счастливо с Кариной. Желаю вам бо-о-о-ольшого счастья!

— Все сказала? — неожиданно рядом послышался голос Кирилла. — Зачем ты вообще объясняешь с таким как он? Этот человек все равно ничего не поймет, — Покровский взял меня за руку и потянул в сторону подъезда.

— Что ты делаешь? — прошипела я, семеня за ним.

— Устал слушать твой монолог, — Кирилл крепче сжал ладонь. — Да и хотел избавить соседей от этого нытья. Ты бы ещё лужицей перед ним растеклась. Дура ты, Осина!

— А какое право ты имеешь меня оскорблять? — как только мы скрылись за дверью остановилась, вырывав руку. — Перед тобой я в чем виновата? Ах да… Прости, что втянула во всю эту историю! Прости, что заставила играть в любовь! Прости, что поцеловала!

— Прекрати, — отчеканил Кирилл. — Зачем этот фарс?

— Фарс? — я устало рассмеялась, перестав сдерживать слезы. — Да моя жизнь сейчас больше похожа на комедию, чем все фильмы, в которых ты снимался!

— А на мою жизнь тебе наплевать? — он подошел ближе ко мне, буквально выплюнув каждое слово. — Если думаешь, что только ты страдаешь от происходящего, то очень ошибаешься! Представляешь, у меня есть любимая девушка, которая весь сегодняшний день выносит мне мозг, желая, чтобы я бросил все! Разорвал контракт и уехал с ней в Москву! Но я тут, перед тобой. И после этого ты говоришь, что твоя жизнь — фарс?

— Я же не знала, — ответила, практически шепотом. — Ты мог сказать раньше…

— И что бы это изменило? — Кирилл обреченно усмехнулся. — Если Вебер решил устроить цирк перед выходом сериала, он бы нашел способ заставить тебя согласиться на его условия. Но ему даже стараться не пришлось — маленькая Вита сама пришла, умоляя начать играть в фальшивую любовь…

— Как же все запуталось, — простонала, сев на корточки и закрыв голову руками.

— В машине я сказал, что стану твоим прикрытием, — Покровский сел рядом, соприкоснувшись со мной плечами. — И я не отказываюсь от своих слов… Мы проживем вместе два месяца, а после разойдемся, как в море корабли, оставив лишь воспоминания о проведенном вместе времени. Но, прошу, пожалуйста, больше не целуй меня. Никогда.

Кирилл засмеялся, заставив меня улыбнуться. Зная о его отношениях, я бы не посмела позволить себе такое своевольство. Но сделанного не вернешь.

— Обещаю держать свои губы под контролем, — усмехнулась я, подняв на него зареванный взгляд.

Оказалось, выплеск эмоций, долго игнорированных мной, помог освободить разум и успокоить душу. Мы наконец-то поговорили с Кириллом и разрушили стоящую между нами стену недоверия.

После выхода статьи о наших отношениях, я проснулась популярной. Тысячи новых подписчиков в социальных сетях, увеличившиеся продажи книг, а так же гора гневных комментариев от девушек, считавшись Покровского своей собственностью.

— Даже не думай их читать, — строго наказал Кирилл, увидев поднявшуюся волну хейта. — Скоро они свыкнуться с мыслью, что ты моя девушка, и отпустят эту ситуацию.

Съемочная команда выздоровела раньше, чем предполагалось, и уже через несколько дней возобновились съемки сериала. Правда мне пришлось отказаться от присутствия на них — папа быстро освободил для меня место, и с сегодняшнего дня мне необходимо было работать в компании.

— Ну как, ты готова влиться в наш дружный коллектив? — радостно спросил отец, поймав меня в лифте.

— Как никогда, — нагло соврала я. Сжимая в руке сумочку, дико нервничала, боясь ответственности, внезапно рухнувшей на мои плечи.

— Все обязательно получится, — он поцеловал в макушку прямо перед тем, как двери распахнулись.

Выйдя в большой холл, не сразу поняла, что это приемная перед моим кабинетом. Но чем дальше проходила, тем отчетливее осознавала — с сегодняшнего дня я не просто Виталина Осина — девушка, пишущая романы о любви. Теперь я заместитель генерального директора крупной продуктовой компании, ответственная за благосостоянии тысячи подчиненных.

— Виталина Альбертовна, — милая девушка секретарь широко улыбнулась, — рада Вас приветствовать. Надеюсь на плодотворную работу.

— Спасибо, — ответила. — Мне тоже приятно познакомиться. Мой кабинет находится там? — я указала на большую стеклянную дверью.

— Да, — она кивнула.

Пройдя в небольшой по сравнению с холлом кабинет, пальцами провела по столу. Ноутбук, канцелярские принадлежности и гора бумаг. Мне ещё предстояло обустроить свое новое рабочее место, но, признаюсь, дышать здесь было легче, чем на съемках сериала.

Сев в массивное мягкое кресло, откинулась на спинку и закрыла глаза.

— С чего начать? — спросила вслух.

— Думаю с заключения нового контракта с партнерами, приехавшими сегодня из Санкт-Петербурга, — мягкий, но уверенный голос Артура прозвучал около входа.

— Признаться честно, я надеялась, что ты послушаешь совет и решишь уволиться, — не открывая веки, ответила ему.

— Не вижу и единого повода для этого, — парень прошел дальше и сел напротив меня.

— То есть то, что заместитель генерального директора считает тебя мерзавцем, не подталкивает сбежать, сверкая пятками? — я все же решилась посмотреть на Юматова.

Даже сейчас, когда я обо всем знала, внутри меня искрило от ощущения его властной энергии. Мне не нравилось это чувство — оно казалось таким низменным, инстинктивным. Словно овечка бессильная перед натиском волка, я подсознательно видела в нем того, кому хотелось покориться.

— Нет, — он уверенно посмотрел на меня. — Я признаю, что поступил бесчестно по отношению к тебе. Но был ли у меня выбор? Когда ты приходишь к отцу, надеясь на благословение своей любви, и слышишь, что ты предназначен для другой… Как бы ты поступила на моем месте?

— Попыталась поговорить с той, которой ты предназначался. Возможно, она тоже не хотела этих отношений? Возможно, вы нашли бы выход из сложившейся ситуации. Но ты поступил иначе, и даже сейчас пытаешься убедить меня в правильности своего решения, — я насмешливо улыбнулась, отведя взгляд.

— Хорошо, — Артур поднял ладони вверх, — ты чертовски права. Я не должен был врать, не должен был играть в любовь. Но что сейчас делаешь ты? Покровский… Неужели кто-то может поверить в то, что он выберет такую как ты?

— Такую как я? — встав, с гордо поднятой головой подошла к нему. — А что со мной не так?

— Буду откровенен, — Юматов развернулся ко мне, — твой внешний вид оставляет желать лучшего. С возможностями отца ты давно могла найти отличного диетолога, превосходного тренера, способных привести твою фигуру в порядок.

— А что, если я не хочу? — оперевшись на спинку стула, наклонилась к нему. — Почему я должна соответствовать стандартам мерзавца?

— Потому, что хочешь быть рядом с ним, — его чёрные глаза бесовски сверкнули, и Артур подался вперед.

— Большего абсурда я в жизни не слышала, — усмехнувшись, не желала отступать.

Меня страшно тянуло к нему. Противоречивые чувства, борющиеся внутри, создавали невыносимый сумбур. Лживый, коварный, но такой манящий… Артур словно демон играл со мной, а я, как бы не хотела, не могла выйти из этой игры.

— Твое дело говорит об обратном, — он хотел дотронуться до моей щеки, но в сантиметре остановился. Не прикасаясь к коже, провел пальцами вниз по шее, словно гладил меня. — Я чувствую, что до сих пор нравлюсь тебе.

— Мое влечение вызвано лишь тем, — отвернулась, выпрямившись, — что рядом со мной слишком давно не было мужчины.

— А как же Кирилл? — усмехнулся Артур.

— Ты прекрасно знаешь, что наши отношения лишь рекламная компания для поднятия интереса к сериалу.

— Тогда ты ничем не лучше меня, — он встал, кинув мне на стол принесенные бумаги. — Я все уже проверил — с полной уверенностью можешь подписать сегодня контракт.

— Предпочту сама ознакомиться с условиями партнеров, — взяла чёрную увесистую папку.

— Как сочтешь нужным, — Юматов пожал плечами. — И да, — он повернулся ко мне, — надеюсь, что ты как можно скорее займешь пост Альберта Романовича.

— Надеюсь, ты как можно скорее женишься на своей любимой девушке и наконец-то уволишься из моей компании, — улыбнулась, не поднимая взгляд.

Артур ушёл, а внутри меня все горело. Странное чувство обиды, смешанное с желанием и досадой. Даже, если бы я решилась простить Юматова, он любил другую, что изначально ставило крест на наших отношениях.

— Господи, как же все сложно, — простонала я, закрыв лицо принесенной Артуром папкой.

/Артур/

Черт дернул меня пойти в этот кабинет. Контракт с питерцами я мог заключить и без ее согласия. Но мне нужно было увидеть ее, поговорить, попытаться объясниться.

Вернувшись к себе, попросил секретаря ни с кем не соединять. Липкое, неприятное чувство засело в груди, терзая, как мне казалось, не существующую совесть.

В последнее время моя жизнь была похожа на многосерийную бразильскую оперу, завершение которой в ближайшее время не планировалось.

Оказалось, отец уже давно решил оставить семейный бизнес старшему брату, буквально оставив меня ни с чем. Сказав вчера об этом Карине, услышал поток упрёков в свой адрес.

— Ты не можешь называть себя мужчиной, Артур! — кричала она. — Почему даешь Рустаму спокойно забрать рестораны в свои руки? Почему ты не борешься с ним?!

— Он мой брат, Рин, — пытался убедить ее я. — У него есть семья, две прекрасных дочери. Как я могу оставить их ни с чем?..

— Ну он же может так поступать с тобой!

Но Карина не хотела ничего слышать о том, что ее будущий муж планирует увольняться из ОсинПродукт и пытаться начать собственное дело.

— Я не из тех девушек, Артур, кто могут и в огонь, и в воду, и в медные трубы, — под конец сказала она. — Поэтому, прости, но пока ты не решишь финансовые проблемы, вопрос о наших отношениях остаётся открытым.

— Это все, на что способна твоя любовь? — обреченно усмехнулся я.

— Извини, что разочаровала, — равнодушно ответила она, бросив трубку.

Сейчас в моей жизни наступила полнейшая разруха, но я должен был выбраться из нее. Как бы сложно не было.

Глава 10. «Штиль или шторм?»

В последние дни моя жизнь начала течь слишком размеренно, что в определённой мере пугало.

С Кириллом мы жили вместе уже две недели и за это время успели несколько раз «появиться в свете», как говорил Эрик. Удивительно, но его фанклуб быстро успокоился, поэтому гневных комментариев стало гораздо меньше.

Наши отношения тоже улучшились. Если раньше одна только мысль о нахождении рядом с ним вызывала табун противных мурашек, то сейчас мы мирно сосуществовали рядом, практически не замечая друг друга.

— Ты сегодня приедешь на съемки? — спросил Покровский меня утром.

— Да, — кивнула, наливая свежесваренный кофе. — Яна решила изменить несколько сцен в сценарии — ей требуется мое одобрение.

— Давай вечером сходим в кино, — неожиданно предложил Кирилл. — Я слишком устал от работы в последнее время. Хочу большое ведро карамельного попкорна и литр газировки, не меньше.

— А как же правильное питание? — усмехнулась я.

— Нет ничего правильнее, чем отдохнуть, смотря премьеру отличного боевика, ну или фильма ужасов, — парень присоединился к завтраку, сев напротив.

— Не-е-ет, — протестующе протянула. — Моя нежная психика не выдержит такого удара.

— Ну соглашайся, Фокс, — Кирилл жалобно посмотрел на меня. — Я не хочу сидеть в кинотеатре в одиночестве — это глупо.

— А как же твоя девушка? — не подумав, спросила я.

— Не кажется ли тебе странным, что во всех новостях мелькают наши с тобой фотографии, а в кино я пойду с другой? — он отпил кофе.

— Точно, — я кивнула, проглотив последнюю ложку каши. — Тогда поедем в «Синема» на ночной сеанс.

В компании ситуация тоже устаканилась. Артур принял правильное решение и уволился после последнего нашего разговора. Не смотря на нашу ссору, я надеялась, что у него все в порядке.

Сегодня мне предстояло решить вопрос с поставками в рестораны Юматовых. Оказалось, в их семейном бизнесе произошли кардинальные перемены — Геворг забрал жену и уехал в отпуск на родину, оставив свое дело на страшего сына.

— Виталина Альбертовна, к Вам приехал Рустам Геворгиевич, — позвонила секретарь.

— Скажи, что он может зайти, — закрыв финансовые отчеты, достала подготовленный новый контракт.

Легко постучавшись, в кабинет вошел мужчина лет тридцати пяти. Объемная щетина, густые черные волосы и глубокий взгляд. Он свободной походкой подошел к моему столу, сев напротив.

«Должно быть у всей мужской половины семьи Юматовых особая уверенная аура», — подумала я, наблюдая за взглядом орехово-карих глаз.

— Виталина Альбертовна, — начал Рустам, — в последнее время наши повара жалуются на качество вашей продукции. Мы заказываем чистое филе, но в крайние доставки количество костей превысило все возможные рамки. Так же, проверив вчершний привоз, мне показалось, что мясо не первой свежести.

— Такого просто не может быть, — удивилась я. — Уверена, что это досадное недоразумение.

— Досадное недоразумение — выбор вашей компании в качестве нашего основного партнера, — казалось, о тон его голоса можно легко порезаться. — Отец просил заключить новый контракт, но я принял решение о разрыве наших деловых связей. С сегодняшнего дня сеть наших ресторанов не нуждается в ваших услугах.

— Рустам Геворгиевич, — хотела ответить я, но он даже слушать меня не захотел и молча вышел из моего кабинета.

— Да что за порода?! — крикнула, стукнув по столу.

Настроение испортилось и я, взяв вещи, поехала на съемочную площадку.

Сегодня снимали примирение Мирославы и Шамаша — одна из сложных в написании, но горяче любимая мной сцена. Съемки проходили в небольшом ресторане, расположенном в городском парке.

День выдался жарким, поэтому я решила снять одетую утром джинсовку и остаться в легком изумрудном платье. Волосы благоразумно убрала в хвост.

На площадке кипела жизнь. До захода солнца команда работала в помещении, снимая ссору влюблённых, а во время заката все должны были переместиться на улицу, чтобы запечатлеть страстный поцелуй в багровых лучах.

Не смотря на то, что в начале я не была в восторге от выбора актеров на главные роли, сейчас все происходящее казалось таким гармоничным, что, прислонившись к стенке, с удовольствием наблюдала за разворачивающимся действием.

— Больше экспрессии! Огня! — кричал режиссер, размахивая сценарием. — Кирилл, твой взгляд должен граничить с безумием, но при этом не быть сумасшедшим, понимаешь меня?

Я повернула голову в ту сторону, куда обращался Яков Михайлович. За небольшим черным столом сидел Покровский, исподлобья смотря на оператора.

Увидев Кирилла, я сначала не поверила глазам. Как может человек так измениться? Парень наклонил в бок голову, нервно сжимая губы, а я не могла отвести от него взгляд. Такой необычно красивый. Зачесанные назад белокурые волосы, непослушная прядка которых неаккуратно спадала на лоб, пухлые губы, искаженные в нервной усмешке и легкая щетина — явная заслуга визажистов. Белая рубашка с расстегнутой пуговицей придавала его образу мужественности, граничащей с сексуальностью. Сейчас он был безумно хорош.

Наблюдая за Покровским, не заметила, как ко мне подошла Яна.

— А ты не хотела, чтобы он снимался, — усмехнулась она, проследив за моим взглядом.

— Признаю, что ошибалась, — заворожено ответила я. — Какие сцены ты хотела поменять?

Выйдя на улицу, мы долго разговаривали о ходе событий. Яна решила переиграть самое важное — финал. По ее виденью Мирослава должна была оставить Шамаша и постепенно сблизиться с Яном.

— Игнат — больная любовь, которая не сможет принести ей счастье, — утверждала она. — Тем более рейтинги просмотров должны взлететь, когда начнут говорить о необычном завершении этой истории.

— Но тогда теряется весь смысл… — мне не хотелось менять конец романа. — Суть в переосмыслении его жизни, принятии решения завязать с преступным миром и остаться с любимой женщиной. Если мы изменим финал, тогда зачем все это?

— Затем, что в первую очередь нужно выбирать себя, — Яна спокойно улыбнулась. — Мирослава решит жить счастливой жизнью с человеком, который станет для нее благословением. Но можешь не переживать — у Игната обязательно тоже все будет хорошо.

— Может тогда сделаем открытый финал? — спросила я, нервно потирая запястье.

— Хорошо, — девушка похлопала меня по плечу, — подумаю над этим на досуге.

Когда мы с ней разговаривали, съемочная группа переместилась на улицу. Пока операторы настраивали свет и камеры, я решила поговорить с Покровским, но подойдя ближе к актерам, поняла — он занят. Кирилл мило разговаривал с Алиной, и даже позволил себе убрать за ухо выбившуюся из пучка прядь ее волос.

«Неужели это она?», — подумала я.

— Начинаем! — прокричал режиссер. — Помните, у нас не так много времени. Буквально через пятнадцать минут свет уже будет не тот, а мне совершенно не хочется возвращаться завтра. Поэтому, собрались и снимаем!

Сцена, развернувшаяся на моих глазах, вызвала колючие мурашки. Мирослава выбежала из ресторана, а Игнат пытался ее догнать. Девушка кричала, вырывалась, горько плакала, но сильные мужские руки не выпускали из захвата, крепко прижав девичье тело к груди.

И вот этот момент…

Кирилл развернул Алину к себе и без промедления впился в ее губы страстным поцелуем.

Мое сердце, на секунду взлетевшее в небо, упало на землю, забыв как биться. Хотелось кричать: «Я верю! Верю в вашу любовь!». Но чем дольше думала над этим, тем больше понимала: «Они не играют. Они проживают свою жизнь. И эта сцена — единственный раз, когда можно не прятать свои чувства».

— Очень красиво, — сзади раздался голос Артура.

— Что ты здесь делаешь? — удивилась я, повернувшись к нему.

— Неделю назад я выкупил этот ресторан, — Юматов подошел ближе, встав справа. — А три дня назад мне позвонили и сообщили, что хотят провести здесь съемки. Сначала я хотел отказаться, но подумав, решил — деньги лишними не бывают.

— Странно это слышать от наследника прибыльного дела, — я усмехнулась, отвернувшись.

— Скажем так, — Артур скрестил руки на груди, — я теперь птица свободного полёта. После нашей неудавшейся свадьбы отец оставил бизнес на Рустама, предложив мне до смерти впахивать на твоего отца. Но, как видишь, совесть не позволила мне этого сделать.

— Но этот ресторан он все же помог тебе купить, — я наблюдала за аплодисментами съемочной команды и улыбающимися Кириллом и Алиной.

— Кто сказал? Мне пришлось потратить практически все свои сбережения. Немного осталось, но я решил сделать здесь ремонт.

— Я рада, что у тебя все хорошо, — мне хотелось уйти, но Артур задержал, взяв за предплечье.

— Ты пытаешься меня избегать? — он внимательно смотрел в мои глаза. — Не смотря на то, что мы разошлись на не самой приятной ноте, мне бы не хотелось прерывать наше общение.

— А как на это посмотрит Карина? — уголок моих губ приподнялся.

— Надеюсь, никак, — Юматов пожал плечами, и отвёл взгляд. — Мы расстались.

— Что? — удивилась я. — Как? Почему?

Но Артур не успел ответить — к нам подошел Кирилл.

— Все хорошо? — спросил он, недоверчиво смотря на нас.

— А должно быть плохо? — саркастично усмехнулся Юматов.

— Все в порядке, — ответила я, почувствовав себя максимально неуютно, находясь между двух мужчин. — Вы закончили?

— Да, — сказал Покровский, неожиданно обняв меня за талию. — Сейчас переоденусь и можем ехать в «Синема».

Артур медленно опустил взгляд на место, где лежала ладонь Кирилла. Его лицо исказилось от кривой ухмылки, но парень быстро взял себя в руки и понимающе улыбнулся.

— Виталина, — к нам подошла радостная Алина, — наконец-то я Вас застала!

Но как только она увидела как Покровский обнимает меня, ее лицо дрогнуло. Нервно прикусив губу, девушка продолжила:

— Хотела набраться наглости и позвонить, но, к сожалению, оказалось, что Ваш номер пропал из моих контактов. Как так могло произойти — не представлю…

— Ничего страшного, — ответила я, — мы можем сейчас договориться о встрече. В ближайшие дни у меня не так много планов.

— А как же компания? — удивился Артур, недовольно нахмурившись.

— Я все успею, — проворчала, пытаясь скрыть негодование от его вмешательства. — Вам удобно завтра?

— Все следующие дни мы будем слишком заняты, — отчеканил Кирилл, сжав ладонь, лежащую на моей талии. Повернув голову, я снизу вверх посмотрела на него. — Алина с Леонидом займутся съемками совместных сцен, а мне придется ненадолго уехать в Москву.

— Зачем? — непонимающе спросила. — Почему раньше не сказал?

— Я потом тебе все объясню, — внезапно Покровский прикоснулся губами к моему виску. Так обычно, буднично, словно он делал это каждый день. — А сейчас поехали в кино, я так устал.

— Вы собираетесь на премьеру нового боевика? — Алина наигранно улыбнулась. — А можно мне поехать с вами? Давно никуда не выбиралась.

— Отличная идея, — поддержал ее Артур. — Я бы тоже не отказался провести время с компании таких талантливых людей.

— Вам не кажется, что мы хотели провести время вдвоём? — Кирилл нахмурился, взяв меня за руку.

— Не строй из себя буку, — девушка надула нижнюю губу. — Обещаю, мы вам не помешаем.

Они всё обсуждали возможность совместного похода в кино, а я молча смотрела на Покровского. Такой невинный жест — поцелуй в висок, парадоксально отозвался в моем сердце. Приятное тепло разлилось внутри, снося разумные мысли и создавая хаос в душе.

— Ты согласна, что они этот вечер проведут с нами? — спросил меня Кирилл, а я не нашла лучшего, чем согласно кивнуть. — Ну раз так, тогда встретимся около кинотеатра. Лисенок, ты же поедешь со мной?

Всю дорогу я наблюдала за Покровским. Многое хотелось его спросить, но я упорно молчала, прислонившись головой к спинке кресла. Уверенное вождение парня завораживало.

— Прости, что поцеловал, — не выдержав, начал разговор Кирилл. — Недалеко от нас стоял фотограф, мечтающий сделать провокационные снимки. Не нашел лучшего выхода, чем прижать тебя к себе.

Его слова вызвали одновременное облегчение и разочарование. С одной стороны, я была рада услышать, что причина его поступка банальное желание не стать объектом желтых разговоров, но с другой…

Господи, я окончательно сошла с ума!

Чувства к двум не похожим мужчинам окончательно сбили меня с толку. Да, мне нравился Артур, и я даже могла сказать, что меня к нему магнетически тянуло. Но сегодня пришло осознание, что Кирилл тоже мне не безразличен.

Два совершенно разных мужчины и два совершенно разных чувства. Но мое сердце не могло разорваться…

— Ты меня слышишь? — Покровский пощелкал пальцами перед моими глазами. — Мы уже практически приехали. Если не хочешь, я могу позвонить Алине и сказать, что мы едем домой.

— Просто немного задумалась, — ответила я, тяжело вздохнув.

Кирилл понимающе кивнул и припарковался около торгового центра, около вдоха в который нас уже ждали Артур и Алина.

Как и собирался, Покровский купил большое ведро карамельного попкорна и большую колу.

— Тебе что-нибудь взять? — спросил он меня, проживая сладкую кукурузу.

— Нет, — покачала головой и мы направились в зал.

Оказалось, Кирилл купил нам места рядом. Артур же сел по правую руку от меня, а Алина довольно устроилась по левую руку от Покровского.

— Если будет страшно, можешь прижаться ко мне, — усмехнулся Юматов.

— Если ей будет страшно, она прижмется к своему парню, — Кирилл наклонился, раздраженно посмотрев на Артура.

— Тише вы, — прошипела Алина, — начинается уже.

Надо признать, ужасы был совершенно не моим жанром. Излишняя жестокость, кровь и убийства заставляли меня практически постоянно держать закрытыми глазами. Иногда я даже вжималась в кресло, стараясь абстрагироваться от происходящего на экране.

— Зачем согласилась, если так боишься? — прошептал Кирилл мне в ухо.

— Ради тебя, — ответила я, закрыв лицо правой рукой. — Ты же хотел увидеть эту премьеру.

Я не видела, но почувствовала — парень довольно улыбнулся. Взяв меня за левую ладонь, Покровский крепко ее сжал, поглаживая тыльную сторону. Это так успокаивало, что я решила открыть глаза. Но то, что я увидела сильно расстроило… Алина смотрела на Кирилла, сжав в тонкую линию пухлые губы. В ее глазах я увидела такую боль, что не выдержала и выдернула руку.

— Мне что-то нехорошо, — сказала я, и под недоуменные взгляды вышла из зала.

Оказавшись в большом холле торгового центра, тяжело выдохнула и оперлась на стеклянные перила. Сердце предательски билось, а я пыталась успокоиться.

— Они будут красивой парой, — подошел Артур, встав рядом, — когда решат раскрыть свои отношения.

— Кто? — ошеломленно спросила я.

— Кирилл и Алина, — парень пожал плечами. — Если честно, я давно знаю про их роман. Один хороший знакомый — известный папарацци. Ещё полгода назад он хотел опубликовать их снимки из загородного дома Васильевой. Но Вебер заплатил настолько приличную сумму, что он быстро отдал оригиналы фотографий и обещал забыть об этом недоразумении.

Мне хотелось сказать, что он не прав, но я прекрасно понимала обратное.

— Лучше, если ты не привяжешься к нему, — Артур посмотрел на меня, соприкоснувшись с моим плечом. — Боюсь, потом будет больно.

— А с кем не не будет больно? — усмехнувшись, спросила я.

— Со мной, — неожиданно ответил Юматов. Легким прикосновением он прошелся по моему запястью, сплетя наши пальцы.

Время остановилось, а я окончательно запуталась.

Глава 11. «Мой мальчик»

/Кирилл/

Вита вышла из зала, сказав, что плохо себя чувствует. Я сначала остался на месте, но после того, как за ней пошел Артур, почувствовал неладное.

— Куда ты? — спросила Алина, схватив меня за рукав рубашки.

— Узнать, все ли с Витой хорошо, — я понимал, что ей не понравится мой ответ, но не мог ничего с собой поделать.

За две прошедшие недели я прикипел к Виталине, почувствовав с ней определенную близость. Нет, это не была влюблённость, а скорее ощущение родственности душ. Оказалось, мы во многом похожи. Нам нравятся одинаковые продукты, музыка и даже день рождения у нас в один день, правда в разные годы.

— Для чего Кирилл? — Алина не хотела отпускать меня. — Побудь со мной. Я же так скучаю по тебе…

— Прости, — я аккуратно отцепил ее руку, — может ей действительно плохо…

Выйдя из кинотеатра, начал спускаться по лестнице, когда увидел стоящих в холле Артура и Виталину. Я не мог услышать их разговор с расстояния, поэтому подошел ближе.

— Лучше, если ты не привяжешься к нему, — парень подвинулся к Вите, соприкоснувшись с ней плечами. — Боюсь, потом будет больно.

— А с кем мне не будет больно? — девушка горько усмехнулась, подняв уставший взгляд на Артура.

— Со мной, — неожиданно ответил он, соеднив их ладони.

Когда я услышал его слова, в груди появилось тягучее чувство, смешанное из тревоги, растерянности и возмущения. С одной стороны, меня не должны были волновать отношения Виталины, но с другой… Мне хотелось выйти к ним, схватить девушку за руку и увезти подальше от этого скользкого мужчины, один раз уже предавшего ее. Но я так и стоял, молча подслушивая их разговор.

/Виталина/

— Что на этот раз, Артур? — грустно улыбнулась я, пытаясь понять его истинные эмоции. — Невеста бросила, отец выбрал брата в качестве приемника бизнеса, а ты остался неудел? Пытаешься снова задурить голову глупой дурочке? Мне кажется, мы уже это проходили.

Я постаралась осводить ладонь, но Юматов не хотел ее отпускать.

— Да, ты отчасти права, — его губы раздраженно дрогнули. — Рустам забрал рестораны, Карина не захотела мириться с тем, что я решил начать все с нуля… Но я не считаю тебя глупой дурочкой, — напряженный взгляд черных глаз пугал. — Точнее в начале мне на самом деле так казалось, но сейчас все изменилось.

— И что же изменилось? — скептически усмехулась и отвернулась, не выдержав его энергетический напор.

— Я не могу сейчас объяснить тебе, что чувствую, потому что сам еще не до конца в этом разобрался, — Артур неожиданно отпустил мою ладонь. — Но я не могу перестать думать о тебе.

— Интересно получается… — я отодвинулась от него. — Сначала говоришь, что именно с тобой мне не будет больно, а спустя пять минут даешь заднюю и утверждаешь, что не разобрался в чувствах. Артур, это выглядит нелепо.

— Понимаю, — ответил он, облокотившись на перила и тяжело вздохнул. — Возможно, у нас не получиться построить отношения… Возможно, я пойму, что больше, чем интерес испытать к тебе не смогу… Но прошу, дай себе шанс лучше узнать меня. Я же чувствую, что ты растерянна не меньше меня. Может не как возлюбленные, а как друзья мы придем к какому-нибудь общему выводу.

— Как я могу довериться тебе после произошедшего? — внутри меня ещё жила обида, мешающая переступить черту в нашем общении.

— Разреши постараться доказать тебе, что на деле я не такой плохой, — Артур лукаво улыбнулся, посмотрев на меня. — Никто в этой жизни не застрахован от ошибок. Главное во время это понять и постараться исправиться. Согласна со мной?

— Можно я завтра дам ответ? — мне нужно было хорошо обдумать слова Юматова и решить, хочу ли дать возможность ему искупить вину или все же готова поставить окончательную точку в наших отношениях.

Артур согласно кивнул и предложил довезти до дома. Отказавшись, я решила написать Кириллу:

«Прости, что сбежала из кинотеатра. Можешь сегодня насладиться одиночеством — я поехала на ночь к подруге».

Отправив сообщение, вызвала такси, а пока оно не приехало, решила купить любимый Тоней торт «Птичье молоко».

«Хорошо отдохнуть. Завтра, когда вернёшься, не переживай, что меня нет. Я на пару дней улечу в Москву», — ответил Покровский. За две прошедших недели я успела привыкнуть к нему, поэтому перспектива остаться одной в большой квартире не вызывала радости.

«Как прилетишь, напиши. Не хочу о тебе беспокоиться», — написала я, направившись к кассе.

Подруга очень обрадовалась моему появлению и сразу побежала ставить чайник, чтобы оценить торт, купленный в новой кондитерской.

— Рассказывай, как у тебя дела? — не успев сесть за стол, спросила она. — За последние несколько дней не удосужилась даже позвонить.

— Знала бы ты, как я устала, — открыв коробку, ответила я. — В компании с уходом отца начался армагеддон: несколько постоянных клиентов отказались от контрактов, качество работы снизилось. Может быть дело во мне?

— Нет, — Тоня достала большой нож и с предвкушением разрезала торт. — Просто твой отец — важный винтик в большом механизме, потеря которого положила началу перестраивания процессов работы. Другими словами, подожди немного и все наладиться.

— Ты уверена? — я расстроенно посмотрела на нее.

— Конечно, — подруга подала мне тарелку с десертом. — Ты у меня очень умная — обязательно найдёшь выход из сложившейся ситуации.

Полакомившись «Птичьим молоком», мы переместились в гостиную, где Тоня включила «Дневник Бриджит Джонс».

— Решила пересмотреть бессмертную классику? — усмехнулась я, удобнее устраиваясь на подушках.

— Да, — подруга кивнула, приземлившись рядом. — Жаль, что третьей частью они смогли испортить все впечатление о фильме.

Положив голову Тоне на плечо, я тяжело вздохнула, словно намекая на необходимость вопроса.

— Рассказывай, — ухмыльнулась она, постучав по моему бедру.

— Я запутала-а-ась, — протянула.

— В чем? — кашлянув, подруга добавила. — Или правильнее сказать в ком?

— Сегодня я разговаривала с Артуром. Он попросил дать шанс узнать его лучше… Оказалось, он расстался с Кариной и решил начать свой собственный бизнес.

— А ты?

— А я не знаю, что ему ответить, — зажмурила глаза. — С одной стороны он мне нравится, но с другой… Как можно снова поверить тому, кто уже раз предал твое доверие?

— А Кирилл? — Тоня хмыкнула.

— А что Кирилл? — я недоуменно посмотрела на неё. — Мы с ним просто соседи, изредка изображающие влюбленную пару. Правда я теперь поняла, почему он тебе нравится.

— И почему же?

— Оказалось, не такой он уж и противный. Даже наоборот… Кирилл добрый, даже заботливый. Несколько дней назад у меня ночью разболелась голова, так он, не раздумывая, сходил в аптеку. А ещё он вкусно готовит. Я никогда ещё не пробовала такой удивительной пиццы.

— Мне кажется, — Тоня хлопнула меня по лбу, — ты сейчас сама ответила на свой вопрос.

— О чем ты? — я выпрямилась, косо посмотрев на подругу.

— Не думаю, что у Артура есть шансы против идеального Покровского, — она издевательски ухмыльнулась.

— Ты либо меня не слушала, либо сошла с ума, — я встала с дивана, нервно подойдя к окну. — Кирилл — прекрасный человек, отличный друг, и…

— И я вижу, что он тебе нравится, — прозаично заключила Тоня.

— Нет, — прошипела я. — Ты рассуждаешь так, потому что всего не знаешь! И вообще, — сделала паузу, грозно повернувшись к подруге, — я спрашивала про Артура! Каким образом разговор зашёл о Кирилле?

— Для чего давать шанс тому человеку, который уже от него отказался?

— Тогда были другие обстоятельства, он не мог поступить иначе…

— Знаешь куда прокладывается дорога благими намерениями? — Тоня тяжело вздохнула. — Не важно, что произошло — я не могу понять и принять его поступок. Из любой ситуации можно найти выход, Артур просто не захотел его искать.

Ее слова совершенно меня не убедили, а только прибавили больше раздора мыслей.

Сегодняшний вечер оказался одним из самых трудных за последнее время. Поцелуй Кирилла, признание Артура и печальный взгляд Алины… Все настолько перемешалось, что, казалось — проще бросить и уйти. Но я не могла…

Не могла позволить себе дать шанс зарождающимся чувствам к Кириллу. Юматов был прав — любовь к Покровскому не принесет мне ничего, кроме боли. Но и к Артуру я уже не испытывала того запала, как несколько недель назад.

Правда, возможно, мне стоило лучше узнать его… Может быть, встречами с Юматовым я смогла бы избавиться от симпатии к Кириллу? Но тогда чем я лучше Артура, использовавшего меня в своих целях…

Рухнув на кровать, решила — утро вечера мудренее и уже закрыла глаза, как на телефон пришло сообщение:

«Я вылетаю. Через несколько часов приземлюсь в Москве. Ты уже будешь спать, поэтому не буду будить», — писал Покровский.

«Я включу беззвучный, поэтому все равно напиши. Если не хочешь с раннего утра услышать мой голос», — отправив, заблокировала телефон.

Повернувшись на бок, закрыла глаза и приказала себе спать. Но нутро противилось, заставляя каждую минуту проверять, не пришел ли ответ.

Так прошли первые тридцать минут. Через темноту век мне всегда казалось, что комната освещается экраном смартофона, и я, как идиотка, брала его, чтобы разблокировать.

Но Кирилл не ответил ни через час, ни через два.

Под утро мое измотанное сознание не выдержало, и я погрузилась в дремоту. Сквозь сон я слышала, как собирается Тоня, как она закрывает дверь, оставляя меня в полном одиночестве.

/Кирилл/

«Я включу беззвучный, поэтому все равно напиши. Если не хочешь с раннего утра услышать мой голос», — ответила Вита.

Сжав телефон в ладони, постучал им по лбу.

«Был бы рад…», — подумав, написал. Но через несколько секунд быстро стер, заблокировав экран.

Именно сейчас, я был рад, что следующие несколько дней проведу в Москве. Чувство, испытанное пару часов назад, категорически мне не нравилось, и я хотел до выходных разложить эмоции по местам, окончательно решив, что должен делать дальше.

Не смотря на ночь, в самолете мне не спалось. Очень хотелось написать Вите, но я сдерживался, убеждая себя, что сделаю только хуже, если пойду у нее на поводу.

Столица встретила дождями. Сентябрь вступил в полноправные права, показывая, что он не зря является первым осенним месяцем.

Закинув сумку в гостиничный номер, вызвал такси и поехал к той, ради которой отменил свои съемки на два дня.

Это место снилось мне в самых страшных кошмарах — белые стены, бежевый плиточный пол, много света и бесконечное число лиц. Здесь каждый мог меня узнать, поэтому приходилось скрываться, одевая большую безразмерную толстовку и закрывать голову капюшоном, даже в самый жаркий день лета.

— Проходите, Вас уже ожидают, — сказала милая девушка, одетая в светлый разноцветный костюм.

Подойдя ближе к двери, стук в которую вызывал прилив паники, надавил на круглую ручку.

— Кирилл, — улыбнулся пожилой мужчина, поправив круглые очки, — рад тебя видеть.

Николай Михайлович за последние несколько лет практически стал членом моей семьи. Именно он видел меня в периоды полного отчаяния, успокаивал, когда никто не замечал, как было плохо.

— Как она? — приглушено спросил я, словно каждое слово острым ножом резало горло.

— Не буду лгать, — он скрепил ладони в замок, — с каждым днем Татьяне становится тяжелее сопротивляться болезни.

Я закрыл глаза и тяжело вздохнул.

Мама… Как много значит это слово. Какие-то четыре буквы, но такой безграничный смысл.

До шестнадцати лет у меня было беззаботное детство. У отца был свой преуспевающий бизнес, мама работала, как говорили ее пациенты, «ангелом». Она была хирургом, спасшим тысячи человеческих жизни. Но свою она сберечь так и не смогла.

Первые симптомы болезни показались сразу, как маме исполнилось пятьдесят лет. Она стала рассеянная, нервная. Постепенно я стал замечать, что даже события, произошедшие несколько дней назад вспоминались ей с трудом.

Спустя многие исследования, консультации врачей маме поставили диагноз — «Прогрессирующая деменция». Сначала нас утешали, что это только начало заболевания и она ещё долгое время сможет прекрасно жить, и, возможно, даже работать.

Но из прогнозы были слишком оптимистичными. Каждый месяц маме становилось только хуже. Папа не выдержал и прямо перед моим поступлением в университет ушел из семьи, взвалив на меня непосильную ответственность.

Сбережений, оставленных им, могло хватить на несколько лет безбедного существования. Но я не мог оставить маму без лечения, поэтому пытался подрабатывать. Правда несовершеннолетнего человека без образования и опыта работы не хотели даже брать подсобным рабочим.

Тогда помог отец, который устроил меня в ресторан. По вечерам я играл там на фортепьяно и даже иногда пел. Именно там меня увидел Эрик, предложив попробоваться в рекламе и кино. Так и закрутилась моя «популярность».

Накопив первую внушительную сумму, я нашел отличную клинику в Москве, где познакомился с Николаем Михайловичем, который для меня стал «ангелом».

— Ты не мог бы навещать маму чаще? — спросил врач. — Сейчас она ещё помнить, что у нее есть сын. Но я не могу гарантировать, что так будет ещё какое-то время.

— Через полтора месяца я смогу переехать в Москву, — я поднял на него полный боли взгляд. — Она сможет продержаться это время?

— Кирилл, ты прекрасно знаешь, как непредсказуема эта болезнь, — он встал с кресла, пересев ко мне на диван. — Мы делаем все, что в наших силах.

— Я знаю, — сдерживая эмоции, ответил.

— Идем, — Николай Михайлович встал, — мама соскучилась по тебе.

Каждый шаг до знакомый палаты давался с трудом. Нет, я безумно хотел ее увидеть, обнять и сказать, как соскучился. Но каждый приезд мама менялась внешне — болезнь отбирала жизненные силы, прибавляя все больше морщин. И это убивало.

Моя красивая, полная сил и энергии любимая женщина угасала… И даже мои деньги не могли помочь ей, вернуть молодость и здоровье.

— Привет, — еле сдерживая слезы, произнёс я, войдя в палату. — Ты скучала по мне? Прости, что заставил так долго ждать…

— Мой мальчик, — прошептала она, сев на кровати, — ты приехал…

Еле передвигая ноги, я подошел к ней, крепко прижав к себе, поцеловал в макушку.

— Куда я без тебя, мам? — проговорил я, надеясь, что как можно дольше буду для нее «моим мальчиком».

Глава 12. «Сближение»

Я проспала до обеда. Кирилл так и не позвонил, даже сообщение не отправил о том, что все в порядке и он удачно приземлился в Москве. Это задело. Оказалось, я действительно слишком мало для него значу.

«Алине ты точно написал», — ненароком подумала, но в этот же момент почувствовала отвращение к своим мыслям. Какое право я имела вмешиваться в их отношения?

«Это только привязанность. Ты просто привыкла, что он рядом. Это обязательно пройдёт», — убеждала себя, но продолжала проверять телефон.

Когда в очередной раз разблокировала экран, сверху неожиданно высветился входящий вызов. Давно начавший глючить смартфон сначала не показал имя звонившего, и в ожидании казалось, что мое сердце сейчас взорвется, от начавшейся тахикардии. Но как только я увидела — «Артур», буря эмоций стихла. Нехотя проведя вправо, пришлось ответить на звонок.

— Привет, — бархатный голос прозвучал на том конце, — ты на работе?

— Здравствуй, нет, — зайдя на кухню включила чайник. — Решила сегодня взять выходной. Неважно себя чувствую…

— Заболела? — встревоженно спросил Артур.

— Нет, — оперлась на кухонный гарнитур. — Просто плохо спала — голова словно каменная. Почему звонишь?

— Хотел приехать, обсудить условия поставки продуктов, — на фоне слышались звуки молотка. — Но можем перенести на завтра.

— Да. Кажется, это хорошая идея, — но немного подумав, добавила: — Хотя… Я буду в офисе часа через два. Сможешь подъехать?

— Конечно, — мужской голос наполнился радостными нотами. — Тогда, до встречи.

Мне не хотелось ни встречаться с Юматовым, ни ехать в компанию. Меня тяготило ухудшение дел. Точнее, я корила себя за то, что не смогла удержать курс, заданный отцом. Словно неумелый капитан, не рассчитав собственные силы, я медленно вела судно ко дну. Но мне не хотелось это признавать, и я изо всех сил держала штурвал, пытаясь обогнуть надвигающий шторм.

Приняв душ, я подошла ко шкафу, открыв дверцу которого, мой взгляд упал на черную рубашку, аккуратно повешенную Тоней сбоку от наших вещей. Достав ее, легко прикоснулась к мягкой ткани и вдохнула сладкий аромат. Господи, это был лучший запах, который мне удалось почувствовать.

Сначала я хотела убрать рубашку обратно, но рука дрогула.

Через двадцать минут сидя в машине, не могла поверить, что пошла себе на уступки и надела мужскую вещь. Хотя, признаться честно, она мне шла.

Припарковавшись около бизнес-центра, увидела машину Артура. Мы одновременно вышли из автомобилей, столкнувшись около входа.

— Прекрасно выглядишь, — отметил он, осмотрев меня с ног до головы. — Мне кажется, ты похудела?

— Возможно, — пожала плечами. — Не слежу за весом.

Это был довольно странный комплимент — словно тебя похвалили и задели одновременно. Решив не зацикливаться по этому поводу, зашла вместе с Артуром в лифт.

— Как дела в компании? — спросил он, нажав кнопку.

— Потихоньку, — мне не хотелось признавать, что с его уходом все только ухудшилось. — Постепенно вникаю в дела, стараюсь повысить рентабельность.

— Молодец, — Юматов посмотрел на меня, задумчиво поджав нижнюю губу. — Я верю, что у тебя обязательно все получится, и Альберт Романович сможет тобой гордиться.

«Только я сама в себя не верю», — тяжело вздохнула, напускно улыбнувшись.

Анастасия была удивлена, увидев меня.

— Виталина Альбертовна, — произнесла она, вскочив со стула, — я думала у Вас сегодня выходной.

— Появились дела, — ответила я, проходя в кабинет. — Принеси нам, пожалуйста, зеленый чай и ни с кем не соединяй, словно меня нет.

Еще неделю назад вдохновляющие стены, сегодня казались слишком серыми, бесцветными. Даже любимый китайский гибискус словно престал жить, потеряв прежние красоту и величие.

— Давай сегодня договоримся по основным условиям контракта. Я выслушаю твои пожелания, скажу свои замечания, а потом отправлю все это юристам. Думаю, к началу следующей недели они подготовят документы, и мы сможем официально начать наше сотрудничество, — облокотившись на стол сказала я.

Юматов согласно кивнул, и мы приступили к обсуждению. Оказалось, в делах Артур был гораздо мягче старшего брата, но в то же время в нем чувствовался стальной стержень, отражающий внутреннюю стойкость мужчины. Хладнокровный, сдержанный, Юматов отчеливо давал понять — будет так, как хочет он.

Но как только мы решили рабочие вопросы, Артур вернулся к беспечности, словно это не он буквально несколько минут назад выдвигал мне свои требования.

— Виталина Альбертовна, — в кабинете показалась Анастасия, — прошу прощения, что отвлекаю. Но юрист Рустама Георгиевича прислал претензию — они хотят затребовать компенсацию из-за последних некачественных поставок.

— Я перезвоню им позже, — сквозь зубы произнесла я, но было поздно — Юматов все слышал.

— Что у вас случилось? Почему Рустам требует неустойку? — сведя брови, спросил он.

Как бы не хотелось, но мне пришлось рассказать ему про прекращение наших деловых отношений с его братом, а так же про недовольство Рустама нашей продукцией.

— Почему ты раньше не позвонила? — голос Артура стал устрашающе холодным. — Если бы сказала раньше, я давно бы решил эту проблему!

— Зачем мне впутывать тебя в свои дела? — раздраженно ответила. — Сейчас ты не имеешь никакого отношения к нашей компании. Поэтому свои проблемы я должнарешить сама!

— Какая же ты глупая, Вита! — крикнул он, стукнув по столу. — Неужели ты решила потопить компанию, лишь бы потешить свое самолюбие?!

— Я повторяю — тебя это не касается! — мне совершенно не хотелось, что бы Артур вмешивался в мои дела.

— Какой тебе бизнес? Ты ещё совсем ребенок, не умеющий здраво смотреть на вещи, — Юматов встал, подойдя к окну. — Я сегодня же позвоню Альберту Романовичу и потребую, чтобы он вернулся в офис.

— Не смей! — завизжала я, подойдя ближе к нему.

— Вита, я не позволю рухнуть тому, что твой отец так упорно поднимал годами, — парень повернулся ко мне, вдумчиво посмотрев в глаза.

— Он не выдержит, если узнает, — неожиданно сдавшись, прошептала я. — Я пытаюсь исправить ситуацию, пытаюсь найти выход… — голос задрожал.

Артур несколько секунд молчал, обдумывая сказанное мной. Но не выдержал, подошел вплотную и крепко обнял.

Сначала я хотела вырваться и уперлась ладонями в его грудь. Но сил надолго не хватило — прижавшись к мужскому плечу, закрыла глаза и медленно выдохнула. Тепло его тела успокаивало. Большие руки, словно мягко одеяло, окутали, пытаясь защитить от невзгод окружающего мира.

— Неужели так сложно принять мою помощь? — едва слышно спросил он. — Я не собираюсь возвращаться в компанию, но и смотреть как рушится то, во что мне пришлось вложить много сил, не могу.

— Мне хотелось быть сильной… — ответила я, вдыхая мятный аромат его духов, — … самостоятельной.

— Прекрасное желание, — улыбнулся Артур. — Но моя поддержка не сделает тебя слабой, даже наоборот, придаст мудрость.

Мы ещё несколько минут стояли обнявшись, словно никого не существовало вокруг. И, окончательно успокоившись, оторвались друг от друга, вернувшись на прежние места.

— Я завтра поеду к Рустаму, — кивнув, сказал Артур, — попробую убедить заключить новый контракт. Но тебе придется согласиться пойти ему на уступки.

— Я готова, — нервно крутя в руках маленького сувенирного щенка, ответила я.

— Замечательно, — Юматов хлопнул в ладони, привлекая внимание. — Тогда сейчас собирайся, поедем в магазин.

— Куда? — удивилась я.

— В магазин, — повторил Артур, пожав плечами. — Нужно женское мнение. А знакомых девушек у меня не так много…

— Конечно, — усмехнулась, отведя взгляд.

— Не веришь мне? — Юматов широко улыбнулся, нахмурив брови.

— Не верю!

Артур действительно привёз меня в большой гипермаркет, доверху забитый хозяйственными товарами. В нашем городе он открылся довольно давно, но у меня не хватало времени посетить его.

— Я люблю здесь бывать, — Юматов закрыл машину и взял большую тележку. — Если честно, мне иногда кажется, что я — шопоголик.

— Никогда бы не подумала, — ехидно ухмыльнулась, идя рядом. — Так зачем ты меня сюда привёз?

— Как ты знаешь, я купил ресторан, — мы прошли мимо суровых охранников. — Но так вышло, что интерьер зала меня совершено не устраивает. Он, как бы правильно выразиться… слишком тяжёлый. Иногда даже дышать тяжело становится.

— И ты решил сделать ремонт? — логически продолжила я.

— Именно, — мы подошли к полкам с посудой. — Сегодня строительная бригада приступила к снятию старых покрытий, а завтра мы начнём преображать мой маленький мир.

— Интересно, — улыбнулась я, разглядывая большую серую тарелку. — Но тебе не кажется, что ты слишком рано решил купить посуду? Одно неловкое движение, и все усилия пойдут насмарку.

— Я люблю все делать заранее, — Артур рассматривал бокалы. — Тем более, несравненный плюс этого места — большая кладовая, в которой перед продажей сделали неплохой ремонт.

Следующий час мы провели в спорах о цветах тарелок и формах бокалов. Наши вкусы совершенно отличались, поэтому у нас долго не получалось придти к общему мнению.

В конечном итоге, выбрав нейтральную посуду, столовые приборы и первую партию стаканов, мы отправились в ресторан.

Честно сказать, я не узнала это место. Ещё вчера здесь проходили съемки сериала, а сегодня царила такая разруха, словно недавно прошёл армагеддон. В зале остались голые стены и несколько лампочек, проводами прикрепленных к потолку.

— С бригадой я точно не прогадал, — усмехнулся Артур, зайдя в помещение. — Ещё ни разу не видел такой быстро работы.

— У тебя попробуй забалуй, — прошипела я, пальцем проведя по запыленному подоконнику.

— Что ты сказала? — крикнул Юматов из кладовой, находящейся рядом с кухней.

— Ничего, — ответила я, взглядом пытаясь найти место, куда бы могла сесть. После часового похода по магазину ноги предательски ныли, вызывая дискомфорт.

— Ты не проголодалась? — спросил Артур, вернувшись в зал.

— Немного, — проснувшись, я не успела позавтракать, а потом, занятая делами, совершенно забыла про голод. Сейчас же, после того, как парень напомнил про еду, живот предательски заурчал.

— Подождёшь немного, — сказал Юматов, заворачивая рукава рубашки. — Сейчас приготовлю пасту.

— Где? — удивилась я.

— На кухне, конечно же, — он усмехнулся.

Заботливо принеся мне стул из подсобки, Артур удалился в соседнее помещение. Пока его ждала, рассматривала ленту социальных сетей, но мне это быстро наскучило и я решила насладиться видом, открывающимся при выходе из ресторана.

Солнце постепенно уходило за горизонт, освещая большие зеленые деревья пурпурно-розовыми лучами. Не смотря на позднее время, здесь слышалось щебетание птиц и несколько раз даже доносилось кукование главной предсказательницы леса.

— Кукушка, кукушка, сколько мне жить осталось? — спросила пернатую гадалку. Но, к сожалению, она отказалась мне отвечать и, махнув крылом, улетела вдаль.

— Ещё много прекрасных долгих лет, — сзади послышался тихий голос Артура. — Извини, не хотел напугать.

— Все в порядке, — я улыбнулась, повернувшись к нему. — Ты уже все приготовил?

— Да, — кивнул парень, подавая мне большой плед. — Предлагаю устроиться на летней веранде. Там очень удобные лавочки.

Расположившись за небольшим деревянным столом, я укуталась одеялом и ждала, когда Юматов принесёт пасту. Но увидев перед собой тарелки, не сдержалась и рассмеялась.

— Мне казалось, — прокашлявшись, сказала я, — паста выглядит по-другому. Это больше похоже на макароны по-флотски.

— Сначала попробуй, потом критикуй, — проворчал Артур, подавая мне вилку и стакан с водой.

На удивление, его блюдо и правда оказалось очень вкусным. Оно напоминало вечера, когда папа принимался за ужин, отправляя маму отдыхать. Приятные воспоминания заставили счастливо улыбнуться.

— Как Альберт Романович? — неожиданно спросил Артур.

— Лучше, — прожевав, ответила я. — Мы нашли хороших кардиологов, они дают позитивные прогнозы. Правда ему нужен покой и постоянный прием лекарств.

— Это замечательно, — сказал Юматов, отпив воды. — Я переживал за него.

— Как твои отношения с отцом? — спросила я. — Мне нужно было извиниться после того ужина.

— Все сложно, — мужская рука дрогнула, нервно сжимая вилку. — Я отказался жениться на тебе, он отказался помогать мне с бизнесом. Все логично.

— Мне жаль, — прошептала я, отведя взгляд.

— Ничего, — парень натянуто улыбнулся. — Отец сложный человек, но любовь к своим детям у него не отнять. Поэтому скоро он успокоится, и мы сможем общаться как раньше.

Как бы Артур не старался изобразить спокойствие, я не верила ему. Оставшийся ужин Юматов был задумчив и сдержан — он погрузился в свои тягостные размышления, из которых я боялась его вырывать.

Не смотря на это, вечер для меня прошел безмятежно. Прекрасное место, вкусная еда и интересный собеседник, который галантно решил подвезти домой.

Я долго думала, куда ехать: к Тоне или в нашу с Кириллом квартиру. Но решив, что не хочу проводить время в одиночестве, назвала адрес подруги.

За весь день Покровский так и не позвонил. С одной стороны это донимало меня, но с другой… Так было лучше. Скоро мы должны закончить наши отношения, и мне необходимо это принять.

— Спасибо за прекрасный вечер, — сказал Артур, припарковавшись около подъезда.

— Спасибо тебе, что сделал его таковым, — я благодарно улыбнулась и уже хотела выйти из машины.

— Вита, — печально прошептал парень, — прости за все, что натворил. Я на самом деле не такой плохой, как ты обо мне думаешь…

Я понимающе кивнула и закрыла дверь. Убедившись, что Артур выехал из двора, поднялась в квартиру Тони.

— Я дома, — крикнула, сняв кеды, которые ужасно натерли ступни.

— Ну привет, — рядом послышался голос Кирилла.

Сначала я думала, что мне показалось и попыталась отогнать ненормальные мысли, тряхнув головой. Но услышав следующий вопрос не выдержала и подняла взгляд.

— Почему так поздно возвращаешься?

Передо мной в розовых тапочках Тони стоял улыбающийся Кирилл.

Глава 13. «Беглянка»

/Кирилл, утром того же дня/

После долгих уговоров мне разрешили остаться с мамой на ночь. Я держал ее руку до того, как она безмятежно уснула, а после чего устроился на диване рядом с окном.

Сон не шел. Теплый свет фонаря бил в глаза, мешая расслабиться. Я упорно старался отключить мысли, забыть о насущных проблемах и переживаниях, но закрывая веки, в темноте появлялся женский образ.

Рыжие волосы, насыщенные зеленые глаза и беззаботная улыбка. Именно такой я запомнил Виту в первый день нашей встречи.

Когда на ужине меня спросили: как вы познакомились? И я не нашел лучшего, чем рассказать правду.

— Простите, Вы не знаете, где кабинет Эрика Вебера? — спросила администратора рыжеволосая девушка, похожая на облако. Удивительно глупое голубое платье ей совершенно не шло.

— Вам назначена встреча?

— Да, — она положила синюю папку на стойку. — Можете передать ему, что пришла Виталина Ланская. Меня просили принести ему произведение для ознакомления.

— Поднимайтесь на второй этаж, — брюнетка встала, показать путь, — дальше повернете направо. Первая дверь.

— Спасибо, — радостно прощебетала Вита, направившись по указанному маршруту.

В это время я спускался по лестнице. Именно в тот день мне предложили новую роль в перспективном сериале. Хотя написана она была совершенно не для меня.

Увидев приближающуюся девушку, я хотел прикрыть лицо ладонью, делая вид, что поправляю причёску, но в последний момент засмотрелся на зелёные глаза. Я первый раз в жизни видел такой яркий цвет.

«Возможно, линзы?», — подумал, но в последний момент нога не рассчитала шаг, и я пропустил ступеньку.

— Аккуратнее, — Виталина поддержала за локоть, помогая поймать равновесие. Посмотрев на меня, она мило улыбнулась и пошла дальше.

Никаких криков, удивлений и просьб об автографе. Только беззаботная улыбка и сияющий счастьем взгляд. Вита поднималась по лестнице, а я еще минуту смотрел ей вслед.

К сожалению, сейчас Виталина большее количество времени была удручена. Все чаще на ее лице мелькало безграничное опустошение, а горевшие жизнью глаза наполнились отчаянием.

Это стало тяготить меня…

— О чем задумался? — вытянул из размышлений тихий голос мамы.

— О том, как изменчива реальность, — я повернул голову к ней. — Почему не спишь?

— Игорь приснился, — она невинно улыбнулась, протерев ладонью лоб. — Он так занят на работе, что даже приехать не может. А я так соскучилась…

В последнее время мама все чаще вспоминала об отце. Иногда ей даже казалось, что он приезжает навещать, приносит цветы и любимые ореховые конфеты.

Правда, конечно же, папа забыл о нас… Но я молчал, лишь бы не травмировать и так слабую женскую психику.

— Он обязательно приедет, — улыбнувшись, ответил я. — А сейчас не думай ни о чем и ложись спать.

Дождавшись утром врача, я собирался доехать до гостиницы — вымыться и привести себя в порядок. Но как только вышел на улицу, зазвонил телефон.

— Кирилл, я все понимаю, — в трубке послышался голос Вебера, — но тебе придется прилететь первым же рейсом.

— Эрик, — тяжело вздохнул, — мне нужен ещё день. Ее состояние ухудшается, и я не уверен…

— Нет, — жестко отрезал он. — Какого черта вы вчера поперлись в кинотеатр? Хорошо ты и Виталина, но Алина и этот темноволосый… Юматов. Сегодня на всех новостных порталах сверкают ваши фотографии. И, как ты понимаешь, не в самых лучших ракурсах. Как ты позволил держать Виталину за руку? Почему не привёл ее в чувства?

— И что ты предлагаешь? — тяжело вздохнул я, устало потерев переносицу.

— Сегодня прилетаешь, а завтра вы идете на кулинарное шоу. Нужно попытаться успокоить репортеров, атакующих меня неуместными вопросами.

— Хорошо, — неохотно ответил я и отключился.

Съездив в гостиницу, забрал нераспакованные вещи и отправился в аэропорт.

Полет прошел спокойно. Мне даже удалось поспать, восстановив потраченные силы. За свой актерский опыт я научился высыпаться за несколько часов, что являлось несравненным плюсом в обыденной жизни.

Приземлившись в родном городе, вызывал такси и назвал адрес нашей квартиры. Рассматривая знакомые постройки, испытывал угрызения совести — Вита просила написать, как только прибуду в Москву. Но я не решился…

Мне казалось правильным увеличение расстояния между нами, словно это могло утихомирить зарождающиеся чувства в груди.

— Фокс, ты дома? — спросил, открыв дверь, но ответом была тишина.

Распаковав вещи, бросил грязное белье в машинку и сходил в душ.

На улице начинало темнеть. Солнце постепенно заходило за горизонт, но девушка не спешила возвращаться. Тревога нарастала, и я решил позвонить Эрику.

— Ты разговаривал с Виталиной по поводу завтрашних съемок? — достав из шкафа чистую толстовку и спортивные трико, спросил я.

— Нет, — нервно ответил Вебер. — Весь вечер пытаюсь до нее дозвониться, но «абонент не доступен». Может она тебе ответит?

— Я попробую, — одел штаны. — Ещё, ты не помнишь, где она жила до того, как переехала в нашу квартиру?

— У меня где-то был адрес ее подруги, — в трубке послышался звук открывающегося шкафа. — Нашел. А зачем тебе?

Через час я уже парковался около невзрачной панельной девятиэтажки. Найдя нужный подъезд, набрал нужный номер и ждал ответа из домофона.

Первый раз меня проигнорировали, но я попробовал позвонить ещё раз.

— Ну кто там? — ответил сонный женский голос.

— Извините, — оглядываясь по сторонам, сказал я, — мне нужна Виталина Осина. Я могу ее увидеть?

— А кто ее спрашивает? — более бодро спросила девушка.

— Кирилл Покровский, — прошептал я, надеясь, что меня не услышат проходящие мимо люди.

— Кто? — переспросила она.

— Кирилл Покровский! — более громко прошипел я, но, видимо, девушка услышала и незамедлительно открыла дверь.

Старый подъезд, обшарпанные стены и спертый запах — словно параллельная вселенная. Зайдя в небольшой подъезд, который со страшным скрипом дернулся вверх, с ужасом рассматривал рыжие панели.

Выйдя на нужном этаже, увидел открытую входную дверь и удивленную брюнетку, стоящую в проеме. Она как завороженная смотрела на меня, боясь произнести даже слово.

— Здравствуйте, — я подошел ближе к ней, — Виталина дома?

— Не-е-ет, — дрожащим голосом протянула девушка. — Но Вы можете подождать ее у нас.

— Отлично, — хлопнул в ладони, попытавшись разрядить обстановку. — Но может перейдём на «ты»?

Оказалось, подругу Виты зовут Тоней, и она моя давняя фанатка, посмотревшая фильмы даже с самым минимальным моим участием.

Пока мы пили чай, девушка рассказывала про Виталину, ее детство, их нерушимую связь. Я, если честно, не понял, как зашёл разговор на эту тему, но внимательно слушал, послушно кивал и даже брал на заметку определенные детали.

Во время очередной смешной истории студенческих времён входная дверь хлопнула. Тоня отодвинула чашку и хотела встать, но я остановил ее.

— Я дома, — послышался бодрый голос Виты.

— Ну привет, — произнес я, оперевшись на стену в прихожей.

Показалось, Виталина меня не услышала. Или сделала вид, что не услышала. Словно стряхнув наваждение, она покачала головой и продолжила снимать кроссовки.

— Почему так поздно возвращаешься? — спросил я, ехидно усмехнувшись.

Мысль о том, что Виталина была с заносчивым Артуром неприятно саднила душу, но я старательно улыбался, пытаясь всем видом показать свое равнодушие.

— Кирилл, — от былой беззаботности не осталось следа, — что ты здесь делаешь?

— Так вышло, что мне пришлось вернуться раньше. Приехал домой, а тебя там нет. Пытался звонить, но твой телефон выключен, — насмешливо усмехнулся. — Решила сбежать?

— Нет, — ответила Вита, подойдя ближе. — В той квартире я чувствовала себя слишком одиноко. Поэтому решила: пока ты в Москве, поживу у подруги. А телефон у меня был всегда включен, не понимаю, как ты не смог дозвониться.

Сегодня Виталина выглядела иначе. В уставшем, потерянном взгляде появились отблески жизни. Пухлые щеки покраснели, добавив девичьему лицу детской трогательности.

Увидев ее, желание держаться на расстоянии рассеивалось словно туман ранним утром.

/Виталина/

Кирилл, не моргая, смотрел на меня. Светло голубой цвет глаз сейчас дополнился серыми нотами и стал похож на бездонное море, готовящееся к шторму.

Мне хотелось прикоснуться к нему, почувствовать гладкость кожи и вдохнуть любимый аромат. Но только сейчас я осознала, что стою перед парнем, одетая в его рубашку.

— Не думал, что тебе так нравятся мои вещи, — Кирилл прошелся взглядом по моему телу, заставив поёжиться. — И, если хочешь, могу одолжить несколько толстовок. Думаю, они как раз подойдут твоей фигуре.

— Зачем ты приехал? — смущенно спросила, отступив на шаг.

— Твои ужимки с Артуром попали под прицел любопытных камер, и сейчас все репортеры задаются вопросами о ваших отношениях, — голос Покровского охладел. — Неужели нельзя было держать себя в руках?

— Я не подумала, — прошептала, совершенно забыв о своём положении.

— Не подумала она, — мужские губы дрогнули в язвительной усмешке. — Теперь нам придется разгребать последствия твоих легкомысленных действий.

— Как? — я подняла испуганный взгляд.

— Завтра мы идем на кулинарное шоу, которое будет транслироваться в режиме реального времени, — Кирилл нервно поправил причёску. — Как понимаешь, возможности переснять у нас не будет. Поэтому прошу, прояви максимальный талант и изобрази минимальные чувства ко мне.

— Я постараюсь, — прошептала, стараясь скрыть нарастающую тревогу.

— Отлично, — Покровский оттолкнулся от стены. — А сейчас собирайся, мы едем домой.

— Но… — я хотела возразить.

— Никаких «но», Фокс, — жестко отрезал Кирилл. — Не одной тебе бывает одиноко в большой квартире, — тяжело вздохнув добавил: — Я пробыл там пару часов, но не выдержал и поехал искать свою беглянку, умело занимающую обширное пространство.

От его слов по спине пробежали мурашки. Кирилл не сказал ничего особенного, но мое сердце предательски екнуло. Сейчас я поняла, что соскучилась, не видя его лишь сутки.

Ладони вспотели, а в горле пересохло.

— Ты снова говоришь, что мне пора худеть? — я неумело перевела тему, лишь бы не выдать волнение.

— Я имел в виду совершенно другое, — Кирилл неловко улыбнулся. — И вообще, твоя мягкая точка отлично вписывается в наши кресла…

— Странный комплимент, — усмехнулась я, почувствовав, как багровеют щеки.

— Так мы собираемся домой? — слегка прикусив верхнюю губу, спросил Покровский.

— Конечно собираетесь, — из кухни показалась голова Тони. — Вита, дорогая, я сегодня потеряла ключи, поэтому мне очень нужен твой комплект. Сама понимаешь, мне завтра работать, и квартиру на тебя оставить не смогу. Поэтому надевай кроссовки, а я сейчас соберу твои вещи.

«Как же ты натурально играешь…», — подумала я. Вопрос о том, как она без ключей попала домой, благоразумно задавать не стала.

До дома мы добрались быстро — ночной город оказался совершенно пустым. Всю дорогу я украдкой смотрела на Кирилла, не веря тому, что он нашел адрес подруги и приехал меня забирать.

/Кирилл/

Видя Виту рядом, я чувствовал себя максимально комфортно, словно она оказалась маленьким недостающим пазлом моей жизни. Это до сих пор не было любовью, но она постепенно прокрадывалась в мое сердце, занимая там все большее место.

Приехав домой, Виталина сразу же сбежала в свою комнату, а я не стал тревожить ее и самостоятельно заказал нам ужин.

Не смотря на поздний час, доставки города ещё работали, поэтому курьер через полчаса уже стоял около нашей двери.

— Может, ты хочешь есть? — неуверенно спросил я, постучавшись в дверь.

— А разве у нас были продукты? — такой же зажатый ответ.

— Я заказал гамбургеры и немного картошки…

— Но уже так поздно, — в проеме появилась рыжая голова, колеблющееся смотря на меня. — И я вроде ужинала…

— Ну не хочешь, так… — я пожал плечами, повернувшись.

— Хочу! — крикнула Вита и чуть не сбила меня с ног, когда неслась на кухню.

Радостно усмехнувшись, я почесал затылок и пошел следом.

Взяв еду, мы удобно устроились на диване. Наугад выбрав сериал, я принялся наливать газировку, а Вита уже во всю уплетала картошку.

— Не торопись так, — ухмыльнулся я, — подавишься. Да и никто не отбирает.

Девушка мгновенно зажалась, отложив в сторону фри. Поняв, что ляпнул не то, медленно подтолкнул к ней коробку.

— Прости, я иногда говорю, не подумав, — открыв пакет достал гамбургеры. — Просто я переживаю за твое пищеварение. Ещё несварения нам не хватало.

Вита улыбнулась и, казалось, расслабилась.

Ночь протекала прекрасно. Мы наслаждались едой, интересным сериалом и обществом друг друга. Словно давние знакомые мы смеялись над одинаковыми шутками, грустили над одними сценами и с особым энтузиазмом обсуждали происходящее на экране.

Устав сидеть, Вита легла рядом, подложив под голову небольшую подушку.

Когда очередная серия закончилась, я потянулся на пультом, чтобы включить следующую, но с удивлением увидел — девушка сладко спала, положив под свою мягкую щеку ладонь.

Выключив телевизор, я принёс из спальни одеяло и укутал ее. Сев рядом, долго смотрел на точенный профиль лица, освещаемый светом фонаря и сам не заметил, как уснул.

Глава 14. «Да будет шоу»

Солнечные лучи освещали комнату, заставляя меня повернуться на бок. Но я не смогла это сделать — шея затекла, принося с движением дикую боль. Потерев глаза, попыталась их открыть, но мгновенно об этом пожалела.

«Как моя голова оказалась на коленях Кирилла?», — пронеслось в мыслях, пока я рассматривала умиротворенное мужское лицо. Покровский, откинулся на большие подушки и безмятежно спал, слегка приоткрыв рот.

Боясь его разбудить, я попыталась аккуратно подняться, но правая рука, лежащая на моем животе, буквально приковала мое тело к дивану.

— Прекрати дергаться, — прошептал сонный голос. — Мне нужно ещё пять минут.

Я замерла.

«Неужели он знал, что я лежу на его коленях?», — испуганно моргая, наблюдала за вздымающейся грудью Покровского.

— Алина, перестань сверлить меня взглядом, — недовольно пробурчал Кирилл, а я не выдержав, вскочила с дивана. — Ну что случилось?

Как я могла думать, что он говорил со мной? Неожиданная ревность скользкой змеей проникла в сердце, зарождая удушливое смятение.

«Да какого черта ты творишь, Осина? Где твои жизненные принципы, запрещающие думать о занятом мужчине?», — слишком громкие вопросы для только что пробудившегося разума.

— Вита? — удивленно произнес он, потирая сонные глаза.

— Завтракать будешь? — не найдя лучшего, спросила я. — У нас оставались яйца, ветчина и хлеб. Могу приготовить тосты…

Я тараторила, лишь бы заглушить возможную неловкость между нами. Но, видимо, Кирилл не понял, что произошло и спокойно ответил:

— Прекрасная идея!

Пока я копошилась на кухне, Покровский успел вымыться и уже эмоционально разговаривал в комнате с кем-то по телефону. Женское любопытство вынуждало подслушать его, но прямо перед моей попыткой подойти к двери, она распахнулась.

— К моему большому сожалению, нам не удастся позавтракать, — Кирилл раздраженно закатил глаза. — Через час мы должны быть на другом конце города, поэтому у тебя есть десять минут, чтобы собраться.

— В чем дело? — сделала вид, что направлялась в ванную.

— Позвонил Эрик, сказал, что у ведущей появились неожиданные планы на вечер, — Покровский подошел к комоду, взяв ключи. — А это означает, что эфир начнётся немного раньше, чем планировалось.

— Но если зрителей не будет? — я растеряно посмотрела на него.

— Не думаю, что несколько часов сыграет большой роли, — он замер в двери. — Тем более, уверен, многие мои фанатки с удовольствием посмотрят шоу в записи.

Редкими временами в Кирилле просыпались эгоцентричные ноты. Он словно надевал невидимую корону, ставив себя в центр мироздания. Раньше это дико раздражало, а сейчас… Сейчас я уже привыкла и относилась к этому проще, решив, что творческому человеку иногда нужно чувствовать себя особенным.

Съемки проходили в большой студии, оформленной под домашнюю кухню. Если честно, я любила эту ведущую и это шоу. Смотря прямые эфиры, до меня через экран доносилась теплота домашнего уюта, словно гости, приходящие к Ирине, были ее самыми близкими людьми.

— Кирилл, — радостно воскликнула блондинка, приближаясь к нам, — сколько мы не виделись? Месяцев шесть?

— Практически год, — он по-дружески обнял ее, похлопав по спине. — Но ты совсем не изменилась — такая же обворожительная.

— Брось, — Ирина засмущалась, прикрыв ладонью рот. — А это, я так понимаю, твоя девушка?

— Виталина, — я протянула ладонь для рукопожатия. — Можно просто Лина.

— Какое необычное имя, — девушка широко улыбнулась. — Мне очень приятно с тобой познакомиться. Если честно, я давно наблюдала за Кириллом, думала, когда же он обретет свое счастье? И вот… Наконец-то рядом с ним настоящий, живой человек!

Мы посмеялись, а Кирилл закатил глаза и скривил губы.

Оказалось Ира и в жизни была открытой и комфортной для общения. Она притягивала к себе, на подсознательном уровне побуждая довериться ей, открыв подноготную своей души. Наверное, это являлось лучшим качеством интервьюера.

— Прошу, пригласите этим двум прекрасным людям стилистов, — Ирина громко крикнула. — Через полчаса начинаем!

Сев перед огромным зеркалом, освещенным многочисленными лампочками, боялась, что из меня снова сделают совершенно другого человека. Но пришедший молодой парень с улыбкой посмотрел на меня и пообещал, что только украсит мою природную красоту, придав ей чуть больше индивидуальности.

— Я доверяю Вам, — произнесла, тяжело выдохнув и закрыв глаза.

/Кирилл/

Пока Виту гримировали, я выбирал, что надеть.

— А что выбрали для нее? — мне хотелось посмотреть на девушку, но после утреннего казуса я не мог этого сделать.

Смущение, стеснение и растерянность — чувства, смешавшиеся в душе.

— Белоснежное платье, — улыбнулась стилист. — Я лично искала его по всему городу. Ваша девушка имеет далеко не стандартные размеры, поэтому мне пришлось постараться. Знаете как сложно из круглой булочки сделать плетеный пирожок… — она засмеялась.

— Закрой рот, — сквозь зубы произнес я, исподлобья посмотрев на девушку.

— Извините? — она подняла испуганный взгляд.

— Если хочешь продолжать работать в этой команде, ты сейчас же прикусишь свой дрянной язык и молча подберешь мне наряд к белому платью, которое будет изумительно смотреться на неповторимой фигуре Виты. Услышала меня? — возможно, я был слишком резок, но оскорбления в адрес Фокса стерпеть не смог. Никто не имел права произносить в ее сторону гадости.

Девушка кивнула, виновато прикусив губу, и поспешила разбирать висящие на вешалке вещи.

Полностью собравшись, мы разговаривали с Ирой на съемочной площадке. Она рассказывала про свою жизнь и скорую свадьбу. Оказалось, именно сегодня они с женихом решили объявить о помолвке своим родителям. Девушка так нервничала, что постоянно теребила увестистое кольцо на безымянном пальце.

— Вита, — произнесла Ира, смотря за мою спину, — наконец-то ты готова! Конфетка!

На самом деле я тоже устал ждать и решил повернуться, чтобы высказать свое недовольство, но замер, увидев распустившийся лютик. Белоснежный, воздушный и удивительно прекрасный.

Если на фотосессии из нее сделали пластиковую куклу, скрыв ее милое лицо под тонной косметики, то сегодня визажист явно постарался и с филигранной точностью подчеркнул индивидуальное очарование простой красоты.

— Извините, я слишком долго сомневалась из-за платья, — виновато произнесла Вита. — Мне кажется, оно мне не идёт.

— Ты прекрасна, — прошептал я, смотря в бездонные зеленые глаза.

Девушка сконфужено улыбнулась, играючи стукнув меня по плечу. Но мне совершенно не хотелось отводить от нее взгляд — я наслаждался, рассматривая малейшие детали сотворенного образа.

— Давайте начнём, — сказала Ира, хлопнув в ладони.

Эфир начался, а я так и продолжал следить за скованными лисьими движениями. Смущенная камерой, Вита не переставала обводить пальцем мраморный рисунок на столу, а я пытался взять себя в руки.

— Сегодня у нас в гостях удивительная пара: Кирилл и Виталина, — ведущая сложила ладони и повернулась к нам. — Говоря честно, я читала много комментариев, считающих ваши отношения фиктивными. Словно это игра, которая должна поднять сборы нового сериала, снятого по мотивам книги Виты. Да и последние кадры, мелькающие в желтой прессе, увеличивали мои сомнения.

Ее слова напрягли, и я уже хотел встать в оборонительную позицию, защищая нашу неумелую ложь. А Ира неожиданно продолжила:

— Но сегодня, прямо перед началом эфира, я увидела взгляд Кирилла, — Ира мечтательно улыбнулась. — Я думаю, каждая девушка, хотя бы раз в своей жизни, должна почувствовать на себе такое восхищение своего мужчины. И знаете, я поверила им. Надеюсь, посмотрев «готовку», вы разделите мое скромное мнение.

Для сегодняшнего эфира команда выбрала довольно простое, но в то же время сложное блюдо — пельмени. Я любил работать с тестом, в том числе с пресным, поэтому не видел особой проблемы в этом задании.

Но Вита…

Она повернулась ко мне, а в ее глазах читался страх. Словно маленький напуганный ребенок, она смотрела на меня, не зная, за что схватиться.

— Ты когда-нибудь работала с мясорубкой? — шепотом спросил я, подойдя сзади.

— Нет, — ответила Вита, нервно нарезая мясо.

— Я тебе включу, — аккуратно положил ладонь на девичью талию. — Твоя задача — засовывать в нее мясо, лук и чеснок. Справишься?

— Надеюсь, — она сжалась, прижавшись к моей груди.

Сердцебиение участилось, вызвав покалывающие мурашки, пробежавшие по спине. Слегка отстранившись от Виты, я несколько раз похлопал ее по макушке.

— Я верю в тебя, Фокс!

Удивительно, но это действие словно придало ей уверенности. Девушка расслабилась, широко улыбнулась и с гордо поднятой головой подошла к мясорубке.

Приготовив заготовки, мы принялись к самому важному — лепке небольших пельмешек. Маленькие женские пальчики ловко закручивали тесто, в которое я до этого положил мясо.

— Вы удивительно слаженная команда! — похлопала Ира, наблюдая за нашей работой.

— Когда я рядом с ней, — протер тыльной стороной ладони лоб, — готов совершить любые подвиги.

— Не верьте ему, — усмехнулась Вита, кладя на противень последнюю пельмешку. — Кирилл замечательно готовит. От его фирменных блюд на моей талии прибавилось несколько сантиметров.

— Которые совершенно тебя не портят, — заметил я, улыбнувшись правым уголком губ.

Виталина подняла глаза, с благодарностью посмотрев на меня. Но через секунду она рассмеялась и потянулась к моему лбу.

— Поросенок, — прошептала она, нежно стирая незамеченную муку.

Наши взгляды встретились. Смятение, граничащее с нежностью и страх, смешанный с паникой. Мы оба сомневались в своих чувствах, но слишком тянулись друг другу, чтобы противостоять нарастающей привязанности.

— И после этого, вы сомневаетесь в их любви? — умилилась Ира, с наслаждением смотря на нас. — Вы такие чудесные, друзья мои!

Съемки закончились так же быстро, как и начались.

Виталина хотела переодеться в свою одежду, но я убедил команду, подарить ей это белоснежное платье.

— Давай мне сумку, — проворчал, заставив девушку засунуть в нее вещи. — Может, поедем в ресторан? Я так проголодался.

От одной пельмешки, наспех съеденной на эфире, я совершенно не наелся.

— Давай закажем еду на дом, — ответила Вита, убирая в хвост рыжие волосы. — Я так перенервничала, что на ещё одну совместную вылазку у меня просто не хватит сил.

Я согласно кивнул и мы поехали домой.

По дороге внутри нарастала странная тревога, словно сейчас должно было произойти что-то плохое. Правда я упорно отгонял эти мысли, списывая все на усталость.

Но предчувствие не обманывало. Подъезжая к подъезду, я заметил знакомый чёрный седан, дверь которого открылась как только мы вышли из автомобиля. Улыбающийся Юматов открыл багажник и достал из него букет темно-бордовых роз.

— Артур? — удивилась Вита. — Что ты здесь делаешь?

— Видел ваш эфир и решил поздравить с дебютом, — он подошел к нам, вручив цветы. — Ты прекрасно выглядела на экране.

— Спасибо конечно, — девушка замялась, — но не стоило.

— Я не могу своему другу оказать знак внимания? — на его лице появилась идиотская ухмылка.

— Другу? — усмехнулся я.

— Ну пока вы играете в фальшивую любовь, мы с Витой будем друзьями, — Юматов с вызовом посмотрел на меня.

— А потом? — этот напыщенник все больше меня раздражал.

— А потом ты уйдёшь, словно туман пасмурным утром, и мы забудем эту историю, как страшный сон…

Наш разговор все больше походил на перепалку, но я не мог остановиться. Вита не могла быть со мной, но и с этим двуличным мерзавцем тоже.

— Артур, — она повернулась к нему, крепко сжимая букет, — я благодарна за цветы и внимание. Но сегодня я так устала, что хочу скорее оказаться в кровати. Надеюсь, ты поймёшь…

— Я лишь хотел на мгновение увидеть тебя, — Юматов хотел подойти ближе, но рядом со мной остановился. — Завтра воскресенье, может, согласишься поехать в загородный парк? Там нас точно никакие журналисты не найдут.

— Я подумаю, — прошептала Вита. — А сейчас мы пойдём…

— Конечно, — Артур понимающе кивнув и одарил меня раздраженным взглядом.

До подъезда мы дошли молча. Каждый думал о своем и боялся тревожить другого ненужными разговорами. К сожалению, в лифте я не выдержал:

— Это не твои цветы, — произнёс, оперевшись на поручень.

— Что? — удивилась Вита, косо посмотрев на меня.

— Ранункулюс… — я закрыл глаза. — Садовый лютик. Светлый, воздушный и даже невинный, но при этом обладающий могущественной силой. Именно из яда лютика было изготовлено снадобье для Джульетты. Он больше тебе подходит.

— То есть ты хочешь сказать, что я — волк в овечей шкуре? — прикусив губу, девушка расстроенно рассмеялась. — Спасибо, это был потрясающий комплимент!

Дверь лифта открылись, и Вита сразу же вышла в подъезд, не услышав мои слова.

— Я имел в виду совсем другое, — устало взъерошил волосы, — но лучше будет, если ты об этом не узнаешь…

Глава 15. «Узнать тебя»

Выбежав из лифта, я сразу же отправилась в свою комнату.

— Лютик? — гневно усмехнулась, стягивая платье. — Да как он может так говорить? Неужели до сих пор не понял, какой я человек…

Злость и обида смешались в жгучий коктейль, наполнявший душу до краев. Хотелось выйти к Кириллу, высказав всё, что я думаю о его паршивом характере. Но проще было сидеть на кровати, сложить руки на груди и дуть губы, обижаясь на субъективное мужское мнение.

Тихий стук в дверь.

— Ужинать будешь? — спокойный голос Покровского. — Я заказал твою любимую гречневую лапшу.

— Я не голодна, — проговорила сквозь зубы, слушая предательские урчания живота.

— Если проголодаешься, возьмёшь контейнеры в холодильнике, — послышались тихие удаляющиеся шаги.

Кирилл ушел, а я снова осталась в удручающем одиночестве.

— И на что ты обиделась? — вслух спросила себя. — Ты не обязана всем нравится, и вообще… Через несколько недель вы расстанетесь, а зная, что он чувствует, тебе будет проще с ним проститься.

Ноющий желудок заставил быстрее придти к компромиссу с собственными чувствами и отправиться на кухню, чувствуя удивительный аромат запеченных овощей и креветок.

— Я сейчас закончу и уйду, — прожевав, произнес Покровский.

— Не стоит, — подошла к бумажному пакету и достала из него контейнеры. — Знаешь, тебе несказанно повезло со мной — слишком отходчива.

Мне хотелось разрядить обстановку, но Кирилл выглядел напряженным. Он старался не смотреть на меня, впившись взглядом в электронную книгу.

— Что читаешь? — попыталась завести разговор.

— Твой роман, — неожиданно ответил Покровский. — Давно хотел это сделать.

— И как? — я в первый раз видела в живую, как читают мое произведение. Наблюдая за появившейся легкой улыбкой Кирилла, внутри зарождалось предвкушение. Словно ребенок с трепетом в груди я ожидала рецензию человека, напрямую связанного с искусством.

— Не могу сказать, что твое творчество для меня, — парень пожал плечами, положив планшет на стол. — Но написано легко, даже лучше — понятно. Я чувствую каждую эмоцию героев, иногда сопереживаю им, а иногда злюсь, словно это как-то сможет повлиять на сюжет. Так что в целом, ты молодец, Вита.

— Спасибо, — прошептала я, засовывая большую вилку лапши в рот.

Кирилл сдержанно кивнул и собирался пойти в свою комнату, но в последний момент я его остановила.

— Может, хочешь прогуляться? — с надеждой посмотрела на него. — С завтрашнего дня ожидаются дожди, а я так и не насладилась бабьим летом.

Осознавая скорое расставание, мне хотелось провести с Кириллом больше времени. Я его практически не знала и могла судить лишь по желтым статьям прессы, зачастую искажающим реальность.

— Мне нужно переодеться, — он улыбнулся уголками губ.

Вечер, и правда, оказался прекрасным.

Смеркалось. Теплый осенний ветер нежно ласкал кожу, а заходящее солнце одаривало последними теплыми лучами. Под ногами приятно шуршали опавшие листья, предвещающие скорые холода.

Кирилл по привычке накинул на голову капюшон, стараясь спрятаться от людских взглядов. Но, на удивление, народа на улицах было мало, словно магическая сила позволила нам провести этот вечер в единении друг с другом.

— Не помню, когда последний раз так прогуливался по городу, — добродушно усмехнулся Покровский.

— Что мешало? — не думая, спросила я.

— Популярность, — парень тяжело вздохнул, скинув капюшон. — Когда я нахожусь на публике, чувствую себя зверушкой в цирке. Все смотрят, показывают пальцем, требуют внимания… А мне, не поверишь, хочется скрыться, изолироваться от этой жестокой реальности. Наверное, поэтому я перестал любить места, где бедных животных используют для наживы.

— Но ты сам выбрал такую судьбу… — я с интересом наблюдала за меняющимися мужскими эмоциями.

— Когда заболела мама, а отец не выдержал и ушёл, я повзрослел. Оставленые нам сбережения быстро закончились и мне пришлось устроиться на работу. Единственнственое, что я тогда умел — играть на фортепиано. Годы музыкальной школы не прошли даром, и меня взяли в ресторан знакомого отца, — голос Кирилла был удивительно спокойным, словно прошлое сейчас не имело никакого значения. — Там мы встретились с Эриком, который предложил мне свои услуги в качестве продюссера. Он был уверен, что столкнулся с неповторимым талантом. А я не горел славой и даже наоборот, мечтал находиться за кулисами, поэтому отказался. Но счета за лечения росли, а оплаты в ресторане хватало лишь для оплаты коммунальных платежей и покупку еды. И тогда мне пришлось найти Вебера и подписать контракт. Поначалу было сложно — многочисленные съемки, рекламы… Я быстро уставал, отказывался работать, но Эрик успешно приводил меня в чувства. А позже предложили первую роль в фильме… Вообщем закрутилось…

— Я не знала… — прошептала, пряча расстерянный взгляд.

— О чем? — парень наклонил голову, с любопытством посмотрев на меня. — О маме?

Я лишь смогла согласно кивнуть.

— Об этом никто не знал. Главным моим условием было соблюдение строгой конфиденциальности, — Кирилл горько усмехнулся. — У моей мамы деменция. И нападки журналистов могут сильно ухудшить ее состояние.

Его рассказ стал для меня настоящим откровением. Оказалось, Кирилл был совершенно не такой, каким казался внешне. Чуткий, трепетный, искренний. Мне не хватало слов описать степень своего восхищения его жизненным путем.

— У меня жизнь была гораздо легче, — улыбнулась я, шаркая кроссовками. — В раннем детстве мы жили бедно: папа занимался домашним хозяйством, а мама работала бухгалтером в школе. Неожиданно они решили начать свое дело и за год построили настоящую ферму. Сначала было тяжело, мы все очень уставали. Даже я, шестилетняя девочка, помогала ухаживать за животными. Позже стало проще, папа раскрутился, а мама окончательно ушла со старой работы. Так началась история «ОсинПродукт»… Я отучилась и получила тепленькое место в компании отца. Там мы познакомились с моим женихом.

— С кем? — удивился Кирилл.

— С парнем, ставшим самым главным разочарованием моей жизни, — я горько усмехнулась. — Денис притворялся, что любит меня, даже предложение сделал. Но в день перед свадьбой я услышала его телефонный разговор с любовницей. Бросив все, сбежала из компании, отчего дома и стала самостоятельной.

— А когда написала свой первый роман?

— После разрыва с Денисом, — я обняла себя руками. — Видимо, мое подсознание таким образом пыталось выразить эмоции, бушевавшие внутри.

Кирилл понимающе кивнул, и мы завернули в небольшую аллею.

Говоря с ним по душам, становилось легче дышать. Покровский доверился мне, а я доверилась ему, открывая новую дверь в свое сердце. Возможно, это было роковой ошибкой, но именно сейчас мы в ней определенно нуждались.

— Смотри, — сказал Кирилл, неожиданно обняв меня за плечи, — я слышал, там готовят самую вкусную шаурму в городе. Может, попробуем?

— Ты не наелся? — усмехнулась я, но отстраняться не спешила.

— Мне всегда хотелось ее попробовать, — парень состроил жалобный взгляд. — Давай купи-и-им…

— Я не взяла кошелек, — печально ответила.

— Попробуем договориться о переводе, — он слегка сжал мою руку, после чего буквально побежал к небольшому киоску.

Я стояла чуть поодаль, наблюдая за тем, как Покровский, широко улыбаясь о чем-то говорил с продавцом. Немногим позже, Кирилл подошёл ко мне, держа в руках большой сверток, и сказал:

— Мне предложили ее бесплатно, — он победоносно улыбнулся. — Но за это, мы должны сфотографироваться с шаурмой, рядом с павильончиком.

— Не-е-ет, — протянула я. Не смотря на то, что макияж я ещё не смысла, фотографироваться была совершенно не готова.

— Ты не хочешь исполнить мою мечту? — мужские губы дрогнули. — Одно фото и я буду счастлив.

Жалобный взгляд Кирилла и наигранно дрожащая нижняя губа заставили меня сжалиться и подойти ближе к нему.

— Готова? — спросил он, достав телефон.

— Да, — ответила я, поправляя волосы.

Легким движением Покровский притянул меня к себе, вытянув левую руку, в которой лежал смартфон, вперед. Я прижалась к нему, и даже позволила себе положить голову на мужское плечо.

— Три… Два… Один… — размеренно считал Кирилл, а потом внезапно прикоснулся губами к моей щеке. Именно в этот момент сработала вспышка, запечатлев невинный поцелуй.

— Что ты делаешь? — удивленно спросила я, отпрянув от его тела.

— А что такого? — его уголки рта опустились вниз. — Думаю, этот снимок будет идеальной рекламой для этого доброго человека, согласившегося безвозмездно угостить меня шаурмой.

— Так он не просил нас фотографироваться? — мой голос наполнился истеричными нотками.

— Нет, — Кирилл пожал плечами и довольный пошел в сторону дома.

Детская выходка взрослого мужчины совершенно сбила меня с толку. Неужели, он соврал лишь для того, чтобы поцеловать меня?

— Не-е-ет, — прошептала я, медленно последовав за Покровским.

Ночной сон долго не шел, и я просто ворочалась в кровати, воспроизводя воспоминания прошедшего дня. Из головы не выходил поцелуй Кирилла, его редкие нежные прикосновения и неожиданное откровение. Все настолько запуталось, что становилось страшно…

В очередной раз закрыв глаза, я услышала сигнал телефона. Кто мог писать в такой поздний час?

«Вита, надеюсь, ты примешь приглашение и согласишься завтра провести со мной день в загородном комплексе. Адрес пришлю следующим сообщением. P.S. Я буду ждать тебя около ворот в 10 утра», — прочитала я, открыв смартфон.

— Интересно, а что будет завтра делать Кирилл? — подумала я, но испугалась собственных размышлений. — Да какая разница, чем он будет заниматься?!

Приняв неожиданное решение, я сразу же отправила Артуру ответ.

Следующее утро началось раньше обычного. Я решила привести себя в порядок, поэтому уже в пол восьмого нежилась в тёплой ванне. Сделав маски для лица и волос, увлажнила кожу и нанесла легкий макияж. С волосами решила не заморачиваться и заплела две большие выпуклые косы.

— Ты куда собралась? — удивленно спросил сонный Кирилл, вышедший на топот по коридору.

— Проведу день с Артуром в «Гринвилль Парке», — прозаично ответила я, складывая тёплые вещи в сумку. — Думаю, ближе к ночи вернусь.

— А если вас увидят журналисты? Или какой-нибудь прохожий сделает провокационное фото? — Покровский мгновенно проснулся, услышав о моих планах.

— Восточная часть парка закрыта на ремонт, поэтому гостей не принимают, — я остановилась, улыбнувшись. — Друг Артура — владелец комплекса, поэтому нам позволили отдохнуть в южной части.

— И ты не боишься оставаться наедине с посторонним мужчиной? — его голос раздраженно похолодел.

— Ну с тобой же я даже живу, — пожала плечами и собиралась покинуть квартиру, но напоследок добавила: — Можешь этот день провести с Алиной. Думаю, она по тебе соскучилась.

Не став дожидаться ответа, закрыла дверь.

«Гринвилль Парк» находится в десяти километрах от города. Как обещали синоптики — температура на улице снизился и началась неприятная изморось. Не смотря на это, я наслаждалась видами осеннего леса, открывавшимися по сторонам дороги.

Юматов не обманул. Подъехав к большим кованным воротам, я заметила его чёрный внедорожник. Припарковавшись рядом с ним, вышла из машины и достала сумку с заднего сиденья.

— Ты приехала, — радостно улыбнулся мужчина, подойдя ближе.

— Решила освободить мысли, — ответила я, полной грудью вдохнув чистый воздух. — А здесь даже дышится легче.

— Да, — кивнул Артур, осмотревшись вокруг. — Люблю быть здесь в полном одиночестве. И, представляешь, у меня даже есть любимый коттедж с видом на реку.

— Мы там остановимся? — мне стало не по себе от вопроса.

— Да, но не переживай, — Юматов протянул руку, — вечером обещаю вернуть тебя в целости и сохранности домой.

Это успокаивало.

Заехав на территорию комплекса, нашему взору открылся большой сосновый бор. Приоткрыв окно, я наслаждалась хвойными ароматом, смешанным с запахом дождя.

Остановились мы около двухэтажного бревенчатого дома, около которого уже стоял знакомый мне блондин. Именно с ним Артур обсуждал план присвоения нашей компании. Липкие воспоминания мерзкими мурашками пробежались по спине, но я изо всех сил старалась отогнать их, дабы не портить свое настроение.

— Вита, познакомься, это Руслан, — Юматов бережно придерживал меня за плечи. — Руслан, это Виталина.

Молодой человек учтиво улыбнулся и протянул мне свою ладонь. Отвечать не хотелось, но стиснув зубы, я приняла рукопожатие.

— Друг, я все приготовил, — уверенно произнес Руслан. — Мясо, овощи и фрукты лежат в холодильнике. Надеюсь, мангал ты в состоянии сам разжечь.

— Не сомневайся, — правый уголок мужских губ приподнялся вверх. — А развлечения?

— Хотел предложить прогулку на лодке, но сам понимаешь, погода не благоволит, — он пренебрежительно осмотрелся. — Поэтому, мы подготовили на вечер караоке. Я, конечно, могу предложить баню…

— Нет, — немедленно возразила я. — Караоке — прекрасная идея.

— Еще есть возможность организовать домашний кинотеатр, — Руслан достал звонящий телефон. — Секунду…

Парень отошел, оставив нас вдвоем.

— Я не предполагал, что погода настолько испортиться, — грустно улыбнулся Артур. — Хотел провести с тобой насыщенный день.

— Все в порядке, — я ободряюще погладила его по плечу. — Даже сама возможность оказаться в таком прекрасном месте для меня несказанная радость — отдохнуть душой многого стоит.

— Извините, — появился Руслан, — появились срочные дела. Развлекайтесь, расслабляйтесь, всё к вашим услугам, — он подошел ближе к Артуру. — Если появятся вопросы, звони вот по этому номеру, — протянул визитку. — Борис весь день будет на связи.

Попрощавшись, мы направились внутрь коттеджа.

Удивительный запах дерева, окутавший нас сразу за порогом, приводил в восторг. Английский стиль интерьера поражал своей простотой, но в то же время неповторимым изяществом. В центре гостиной находился большой светлый диван, выполненный из массивного дуба, прямо перед ним в стене был выложен камин, поверх которого стояли различные фигурки из фарфора и клена. Темная сторона предполагала постоянно включенный свет, который придавал помещению особого мистического антуража.

— Можешь расположиться здесь, — Артур обошел меня. — Я подготовлю мангал.

Пока Юматов разбирался с местом приготовления мяса, я осмотрела кухню. Самым простым, чем я могла ему помочь оказалось мытье овощей и фруктов, а так же их нарезка. Поэтому, чтобы не сидеть сложа руки, принялась разгружать холодильник.

— Погода категорически против моих планов, — из гостиной послышался голос Артура. — Представляешь, там начался ливень, — он уныло усмехнулся, поежившись. — Слава Богу мангал находится на террасе, а то остались бы без шашлыков.

— Ты не взял с собой теплых вещей? — я сердито осмотрела его. — Видел же, что на улице далеко до мая.

— Не думал, что станет настолько холодно, — легкая футболка и безразмерная рубашка не придавали ему тепла.

— Подожди секунду, — я убежала в зал, а вернувшись, принесла свою черную толстовку. — Она, конечно, не мужская, но на тебя точно влезет.

— Спасибо, — Артур с благодарностью прянл вещь. — А ты сама не замерзнешь?

— В доме тепло, а если пойду на улицу, возьму плед, — улыбнувшись, вернулась к столу.

Следующие несколько часов Юматов был увлечен приготовлением мяса. Я же изредка выходила к нему, спрашивая про помощь. Парень постоянно отмахивался отправляя меня в дом.

— Если ты заболеешь, мне придется переехать к вам, — Артур саркастично усмехнулся, переворачивая свинину. — Не думаю, что Кирилл будет рад такой возможности.

Я согласно кивнула и направилась в коттедж, но в последний момент мой взгляд зацепился за подъезжающий автомобиль. Сердце предательски кольнуло, когда я увидела, как из седана вышла смеющаяся Алина, а рядом с ней оказался Кирилл.

Глава 16. Неожиданная выходка

— Кирилл, — удивленно воскликнула я, — что ты здесь делаешь?

— Приехал отдохнуть, — он обыденно пожал плечами, достав из багажника сумку.

Покровский подошел ближе, встав рядом с нашей террасой.

— Почему именно сюда? — я наклонилась к нему, раздраженно прошептав.

— А почему нет? — недоуменно спросил Кирилл. — Не ты ли утром говорила, что здесь ремонт и никого посторонних нет? Я подумал и позвонил Эрику. Тем более, — он язвительно покосился на меня, — сама предложила провести время с Алиной.

— Что тут происходит? — сзади послышался грозный голос Артура.

— Все хорошо, — я выпрямилась, через силу улыбнувшись.

— Мы решили присоединиться к вашему отдыху, — Покровский выглянул из-за моей спины, вызывающе усмехнувшись. — Но не переживайте, наш дом во-о-он там, — парень протянул руку в правую сторону.

— Так ступай, — Юматов подошел ближе ко мне по-свойски положив руку на талию. — Или дорогу показать?

— Кирюш, — подошла Алина, нежно проведя ладонью по мужскому плечу, — пойдём уже. Хочу скорее остаться с тобой наедине.

Мы с Кириллом обменялись порывисто нервными взглядами, перед тем, как они молча направились в сторону рядом стоящего коттеджа.

Зачем он приехал? Почему не смог дать хотя бы один день побыть без его бездонных глаз?

Ведомая мыслями, я не заметила, как мы с Артуром переместились на кухню. Парень принёс приготовленное мясо, принявшись снимать его с шампуров.

— Я поговорил с Рустамом, — вздохнув, он начал разговор. — Попытался убедить его заключить новый контракт на поставки.

— И? — подняла обреченный взгляд.

— Он обещал подумать, — Артур придвинул ко мне тарелку с шашлыком.

— Это уже победа, — грустно усмехнулась я, не выдержав, легла на стол, положив под голову руку.

— Тебе плохо? — Юматов опустился на корточки, приложив ладонь к моему лбу.

— Нет, — я закрыла глаза. — Просто, когда затевала все это, не думала, что будет настолько сложно. Партнёры, контракты, договора. Я работала со всем этим, но лишь как исполнитель, никогда не задумываясь о тяжести ответственности, лежащей на плечах отца.

— Ну чего ты? — парень по-доброму усмехнулся. — Ты сильная, обязательно со всем справишься.

— А если я не готова к этому? — я приподнялась, впившись в угольно-черные глаза.

— Тогда можешь в любой момент обратиться ко мне, — Артур осмелился, прикоснувшись к волосам. — Сейчас, когда отец лишил меня наследства, я не планирую претендовать на вашу компанию.

— Думаешь, мне стоит довериться тебе?

— Я хочу, чтобы ты попробовала…

В мужском взгляде, постоянно наполненном решимостью, твердостью и безграничной отвагой, сейчас появились новые, ранее не заметные чувства: беспокойство и нежный трепет.

— А теперь поднимайся, — Артур словно догадался о моих мыслях и быстро поднялся, стараясь скрыть эмоции, — мясо нужно есть горячим.

Следующий час мы наслаждались едой и бесцельными разговорами. Как я и думала, парень оказался весьма начитанным, имеющим собственный взгляд на окружающие вещи.

На улице смеркалось. Темные тучи, заволокшие небо, не прибавляли света, сокращая день.

Включив свет, Артур предложил зажечь камин. Дом ещё не отапливался, поэтому я с радостью согласилась — не хотелось во время отдыха подхватить простуду.

— Давай я позвоню Борису, попрошу включить кино? — спросил Артур, сев рядом со мной на диване.

— Может посидим в тишине? — я укуталась в плед. — Такое умиротворение не хочется портить ненужными звуками.

— Тогда чем займемся? — он слегка наклонился, облокотившись на колени. — На втором этаже есть небольшая библиотека. Если хочешь, я могу почитать тебе…

Странное своей удивительностью предложение.

— Мне никто никогда не читал, — прошептала я, задумчиво смотря на огонь. — Даже родителям было не до того — работа не позволяла проводить со мной много времени в детстве. А потом я выросла, и сказки остались в прошлом…

— Мы просто обязаны исправить это, — Артур встал, направившись наверх.

Через пять минут он вернулся, держа в руках книгу Льюиса Кэрролла «Алиса в стране чудес».

— Разреши, — мужская рука обхватила мои голени, аккуратно приподнимая их на диван. Завернув ноги в плед, Артур сел рядом. — Начнем…

В горячий полдень золотой Мы медленно плывём: Две пары детских рук едва Справляются с веслом. И водит детская рука Беспомощно рулём.

Откинувшись на подушку, я завороженно слушала бархатный тембр, уносящий меня в мир увлекательного путешествия маленькой девочки. Артур не спешил, растягивая каждое предложение выразительными интонациями.

Расслабившись, я не заметила, как мужская ладонь стала гладить мою лодыжку. Это было одновременно приятно и неожиданно. Юматов даже не поднял взгляд, продолжив чтение. Я же не сводила глаз с точенного профиля лица и медлительно двигающихся губ

Внезапно потемнело. Испугавшись, я резко подскочила, но Артур так и не убрал руку, ещё сильнее сжав кожу.

— Сиди здесь, — уверенно произнёс он, положив книгу на журнальный столик. В свете огня я видела, как напряглись мышцы его лица. — Сейчас все проверю и вернусь.

Согласно кивнув, я потянулась к телефону. Опасаться было нечего — «Гринвалль Парк» обладал достойной охраной. Но внутри все равно клокотала тревога, заставляющая оглядываться по сторонам.

Прислушиваясь к каждому звуку, я услышала, как скрипнула входная дверь.

— Артур, это ты? — громко спросила, но ответа не услышала. — Не шути так, мне страшно.

Тихие приближающиеся шаги…

— Юматов, я тебя убью, когда увижу! — проворчала, готовясь защищаться взятой книгой.

— Не кричи так, — рядом послышался голос Кирилла. — Это я.

— Что ты здесь делаешь? — я пыталась приспособиться и разглядеть мужской силуэт в темноте коридора.

— За тобой пришел, — Покровский подошел ближе, наклонившись к моему уху. — Собирайся, мы едем домой.

— Ты сошел с ума? — повернула голову, встретившись с наглыми глазами.

— Да, — прошептал он, самоуверенно усмехнувшись.

Почувствовав запах алкоголя, я отстранилась, встав с дивана.

— Ты пьян, Покровский, — раздраженно прошипела, скрестив руки на груди. — Давай я вызову такси…

— Нет, — Кирилл приблизился ко мне, взяв за запястье. — Без тебя я никуда не уеду.

— Я позвонил Руслану, — в гостиной появился Артур. — Строители повредили провода, поэтому электричества сегодня можно не ждать, — увидев нас, парень остановился.

И без того тяжелый взгляд, окончательно помрачнел. Посмотрев сначала на наши лица, а потом на переплетение рук, Юматов буквально прорычал:

— Ты что творишь?

— Забираю то, что принадлежит мне по праву, — Кирилл, словно одержимый, потянул меня к выходу.

Мне хотелось возразить, прокричать, что я не его вещь, и имею собственное мнение. Но я не успела открыть рот, Артур стал перед нами, преграждая путь.

— Никуда она без меня не поедет, — Юматов схватил Покровского за воротник толстовки.

— Артур, он пьян, — заговорщически простонала я. — Позволь мне отвезти его домой.

— Вита! — Артур повысил тон, недоуменно посмотрев на меня.

— Ты прекрасно понимаешь, что если Кирилл попадет под прицел камер, его карьера будет разрушена, — мне не хотелось уезжать, но Покровского необходимо было доставить домой, не создавая лишних проблем.

— А Алина? — Юматов махнул в сторону соседнего дома. — Может она желает уложить своего любимого в теплую постель.

— Она уехала, — усмехнулся Кирилл, облокотившись на дверной косяк.

/Кирилл, несколько часов ранее/

— Какое прекрасное место, — восхищенно воскликнула Алина, зайдя в большой бревенчатый дом. — Я так счастлива, что ты позвал меня с собой.

Девушка поставила сумочку на стол и подошла ко мне, обвивая руками шею. Горячее женское дыхание коснулось шеи, но я не испытал и доли прошлого наслаждения от ее прикосновений.

— Нам необходимо поговорить, — я аккуратно освободился от хватки Алины, и присел на подлокотник кожаного дивана.

— Конечно, — девушка сделала вид, что ничего не произошло и села рядом. — Что ты хотел обсудить?

— Я думаю, точнее, кажется, — каждое слово давалось с трудом, — мне нравится другая…

Дыхание Алины остановилось. Опустив разочарованный взгляд в пол, девушка нервно разминала пальцы. Мне хотелось подойти, обнять ее, пытаясь утешить, но я понимал — так будет больнее.

— Кто она? — приглушенно спросила Алина, едва сдерживая слёзы.

— Не думаю, что должен обсуждать это с тобой, — вместо того, чтобы отвернуться, я наблюдал, как ломаю ту, которую, как мне казалось, безумно любил.

— Как давно ты это понял? — каждый новый вопрос давил на неё сильнее, обесцвечивая девичье лицо.

— Если честно, я не до конца уверен в своих чувствах, — осознание влечения к Вите давило сильнее, чем моральное убийство Алины. — Рядом с ней мне спокойно. Я чувствую, что вновь хочу жить, творить, понимаешь?

— Нет, Кирилл, — девушка встала, раздраженно посмотрев на меня, — не понимаю! Неужели рядом со мной ты испытывал отчаянность? Мы же решили, что закончится контракт и мы вместе переедем в Москву, где ты сможешь начать карьеру режиссера. Что могло измениться?

— Мне тоже тяжело… — решился встать и подойти к девушке, взяв ее ладонь. — Находиться рядом с тобой, а мысленно быть с другой невыносимо. Я никогда не думал, что так может получится…

— Ты жестокий, — прошипела Алина, вырвал свою руку. — Я ради тебя поссорилась с отцом, осталась в этом захолустье, отвергнув предложения сниматься в культовых сериалах! А ты?! — она буквально выплевывала слова. — Ничтожество!

— Ты права, — виновато опустив голову, взъерошил волосы, — я не достоин такую девушку. И, возможно, ещё пожалею о том, что сделаю сегодня. Но я так больше не могу! Я должен разобраться в себе и решить, как жить дальше!

Алина хотела ещё что-то сказать, но не смогла — слезы, катящиеся по щекам начали ее душить. Схватив сумочку со стола, девушка выбежала из коттеджа, громко хлопнув дверью.

Достав из пакета бутылку коньяка, на кухне взял стакан и наполнил его до краев. Вечер обещал быть сложным.

/Виталина. Сейчас/

Кирилл всем телом прислонился к дверному косяку, закрыв глаза. Я поддерживала его за руку, помогая окончательно не упасть.

— Где ключи? — спросила, пощелкав перед его лицом.

— Вот, — Покровский покопался в кармане, достав из него брелок.

— Тогда я еду с вами, — грозно произнёс Артур.

— Нет, — открывая нам дверь, остановила его. — Нужно проследить за камином, сдать дом. Тем более здесь твоя машина. Обо мне не переживай — буду дома, позвоню.

— Вита… — я видела, как он расстроен, но бросить Кирилла не могла. Один Бог знал, что Покровский мог натворить в таком состоянии. — Давай тогда помогу усадить его в машину.

— Спасибо.

Буквально затащив пьяное тело на заднее сиденье, Артур захлопнул дверь. Его губы раздраженно скривились, но парень не стал мне перечить и отпустил.

Я ехала медленно. Из-за отключенного электричества, уличные фонари не работали, а свет фар освещал дорогу не полностью.

Тяжело вздохнув, посмотрела в зеркало заднего вида. Покровский умиротворенно посапывал, сложив ладони под щекой. Никогда бы не подумала, что этот ангел может так пить.

Неожиданно Кирилл выпрямился и пробормотал:

— Меня сейчас стошнит, — он зажал рот ладонью, а я резко свернула на обочину.

Выбежав их автомобиля, открыла заднюю дверь и потянула мужское тело за руку,

— Выходи же, — от тяжести осуждающе простонала. — Не хватало, чтобы ты ещё в машину обгадил.

Оказавшись на улице, Кирилл неожиданно выпрямился и победно ухмыльнулся. Замкнув руки в карманы джинс он нагло произнёс:

— Согласись, что мне не зря дают главные роли, — в кромешной темноте я не могла рассмотреть выражение его лица, но чувствовала, как он усмехается надо мной.

— К чему весь этот цирк? — не выдержав, раздраженно прокричала я.

— Прости меня…

Внезапно мужские ладони коснулись моих щек, нежно поглаживая их большими пальцами. Я застыла, не понимая, как реагировать на действия Кирилла, но молчать не получалось.

— Что ты дел…

Я не успела закончить. Покровский резким движением прижал меня к холодному железу машины, томно впившись в мои губы поцелуем.

Глава 17. «Мой страх — собственные чувства»

Кирилл прижал меня к машине, нежно прикоснувшись к губам. Словно прося разрешения, он не спешил, но я совершенно была не готова к такой выходке.

— Что ты творишь, — торопливо шептала, пытаясь отстраниться.

Уперевшись в грудь ладонями, мне хотелось оттолкнуть его, а после отвесить звонкую оплеуху. Но из мужских рук получилась идеальная ловушка. И чем дольше он прикасался к моим губам, тем быстрее росло желание сдаться, отбросив все надуманные сомнения.

Легкие, практически невесомые движения постепенно сменялись рваной страстью. Правая ладонь Покровского легла на мою шею, притягивая ближе к обезумевшему хозяину.

Контраст, созданный горячим мужским телом и холодным автомобильным металлом приводил в исступление, заставляя желать отчаянных прикосновений.

Но неожиданно Кирилл отступил.

В полной темноте я лишь могла разобрать глубокое учащенное дыхание и почувствовать растерянный взгляд.

Тишина. Немая, но такая оглушительная стояла между нами. Мысли роем клубились в голове, мешая разумно соображать.

«Что я чувствую? Что хочу сказать?», — спрашивала себя, не находя ответа. Неожиданно, фонари включились, а Кирилл сухо произнёс:

— Садись на пассажирское место, я поведу.

— Ты выпил, — тихо ответила, опустив взгляд.

— Нет, — Покровский открыл водительскую дверь. — Лишь создал вид, чтобы выкрасть тебя. Не думаю, что ты бы по доброй воле захотела со мной уехать.

— К чему это все? — решившись, спросила, но Кирилл словно не заметил мой вопрос, закрыв дверь.

Выбора не оставалось — от «Гринвилль Парк» мы находились в нескольких километрах, а поймать в этом месте попутку не представлялось возможным.

Всю дорогу мы провели в молчании. Я демонстративно отвернулась к окну, боясь встретиться взглядом с небесно-голубыми глазами. Покровский тоже не стремился завязать диалог и нервно постукивал по рулю, часто прибавляя скорость. Лишь подъехав к городу, я поняла, что мы едем явно не домой.

— Куда ты меня везешь? — растерянно спросила, пытаясь разглядеть в темноте дорогу.

— Не хочу сегодня ночевать в той квартире, она слишком большая, — Кирилл смотрел строго вперед.

— Почему так резко? Что случилось? Раньше тебя все устраивало, — я начала тараторить, пытаясь скрыть волнение.

— Слишком много вопросов, — Покровский неожиданно повернул на меня взгляд. — Сейчас мне хочется побыть в тишине. Можно? Как мы приедем к месту назначения, обещаю, постараюсь все объяснить.

Его холодный тон пугал. Я видела Покровского разным: веселым, задумчивым, злым, расстроенным. Но сейчас у меня не получалось понять, что он чувствует. Словно внутри Кирилла шла ожесточенная война, исход ещё не был определен.

Спустя десять минут мы подъехали к закрытому комплексу, в котором были расположены четырехэтажные многоквартирные дома. Остановившись около последнего подъезда, Покровский заглушил двигатель и выключил ходовые огни.

И снова тишина, словно одно слово могло ранить двоих.

— Это место, о котором знает только Эрик, — устало сказал Кирилл, облокотившись на кресло. — Полгода назад я купил здесь квартиру, правда заселиться смог лишь в июле.

— Зачем ты привез меня сюда?

— В последнее время мне кажется, что я схожу с ума, — Покровский обреченно усмехнулся и потер лицо ладонями. — Когда нахожусь рядом с тобой, мое сердце начинает биться чаще… Сначала я грешил на переутомление — последние месяцы выдались слишком загруженными. Но чем дольше ты находилась рядом, тем отчетливее я понимал — здоровье здесь совершенно ни при чем.

Пока Кирилл говорил, уже мое сердце начало шалить. Ладони предательски вспотели, а в пальцах появилась дрожь.

— Твоя улыбка, смех неожиданно стали радовать, волновать, — я видела, что каждое слово давалось ему с трудом. — Все произошло настолько неожиданно, что я испугался, уверял себя — это лишь привязанность. Но когда видел вас с Артуром, в груди появлялось липкое и гнусное чувство ревности. А потом я позволил себе прикоснуться к твоей коже поцелуем…

Я сразу поняла о чем говорит Кирилл — маленькая шалость, совершенная в парке, оказалась далеко не игрой.

— Не смотря на чувство, зарождающееся в груди, я вел немую битву с собой. Ты прекрасно знаешь, что мы были вместе с Алиной, и я не мог понять, как при любви к ней, моя душа может тянуться к тебе. Это было настолько непросто, что буквально разрывало меня. И я не выдержал…

Кирилл повернулся ко мне, позволив себе взять мою ладонь.

— Сегодня я рассказал Алине, что у меня появились чувства к другой. И знаешь, когда увидел слезы, понял, что чувствую лишь сожаление и жалость. Да, мне хотелось утешить ее, но лишь как близкого человека…

Покровский продолжал исповедь, а я совершенно не понимала, что должна сказать ему, когда монолог закончиться. Могла ли сказать, что испытываю к нему нечто похожее? Или должна остудить пыл, призвав к разуму?

И вообще… Почему я думала о таком? Почему не могла броситься в объятия, покрыв его лицо поцелуями?

Страх. Животный страх сковывал меня при мысли о возможности новых отношений. Когда это было призрачно, вероятно, мне хотелось вновь почувствовать этот трепет, тепло внутри. А сейчас, когда Кирилл открывал свою душу, мне хотелось сдать назад, затормозить все, заставив его молчать.

Я боялась. Боялась вновь довериться, предполагая, что все обязательно закончиться расставанием. А если мне снова разобьют сердце, я уже не смогу собрать его обратно.

— Ты меня слушаешь? — спросил Покровский, увидев мой отсутствующий взгляд. — Я выворачиваюсь наизнанку, а она…

— А она думает: насколько проще быть одной, — грустно усмехнувшись, повернулась к Кириллу.

— О чем ты…

— Сначала мне казалось, что ты двуличный, лицемерный, — я скрепила наши пальцы, — но позже поняла: это лишь маска, способ оградиться от окружающих. Узнавая тебя, мне хотелось находится рядом, постоянно чувствовать запах твоих духов, даже слышать твои недовольства. Ты начал нравится мне, — я не ожидала, что смогу сказать это. — Но сейчас, когда ты признался в своих чувствах, я вдруг поняла, что не готова к отношениям.

— Почему? — удивленно спросил Кирилл.

— Потому что знаю — ничем хорошим это не закончится, — мне нравилось чувствовать тепло мужской кожи, но я убрала свою ладонь.

— Это лишь глупое оправдание, — Покровский раздраженно усмехнулся, отвернувшись.

— Нет, — я покачала головой. — Скоро закончатся съемки, наш контракт будет рассторгнут. Ты же хотел уехать в Москву, начать снимать собственные фильмы. Мне комфортно тут… Здесь мой дом, папа, работа — я не смогу все это бросить. А начинать отношения на расстоянии — бессмыленная затея.

— Всегда можно найти выход, — пробубнел Кирилл, уперевшись взглядом в боковое стекло.

— В любом случае кому-то из нас придется пожертвовать своими интересами, — я грустно улыбнулась. — Твое увлечение мной закончится так же быстро, как и началось, поэтому, мне кажется, ты зря решил расстаться с Алиной.

— Почему ты решаешь за меня? — не выдержав, крикнул Покровский.

— Потому, что ты сейчас действуешь импульсивно, а я пытаюсь все логически рассудить…

Говоря это, внутри меня шла ожесточенная борьба. Сейчас рядом со мной сидел тот, кто заставлял мое сердце трепетать, ощущая мужское присутствие. Но при этом я боялась довериться, зная наперед, что ничего хорошего эти отношения не принесут.

Неожиданно Кирилл вышел. Обойдя машину, он открыл мою дверь и опустился на корточки так, что наши лица находились на одном уровне.

— Меня от одной мысли о твоем отказе бросает в холодный пот, — прошептал он, испепеляя взглядом. — Прошу, давай о твоих сомнениях подумаем завтра. А сегодня…

Покровский схватил меня за шею, притянув к себе. Горячее дыхание опалило кожу, вызвав колючие мурашки. Закрыв глаза, он впился поцелуем в мои губы. Но, если в парке Кирилл сдерживался, боясь напугать, то сейчас его движения были слишком нетерпеливы, словно парень боялся упустить каждую секунду допиваемого времени.

Покровский медленно переходил от губ к щеке, постепенно приближаясь к шее. Волна возбуждения, зародившаяся внизу живота, незаметно поднималась выше, заглушая протестующее сознание.

Обхватив мужскую шею, я притянула Кирила ближе, нарушив его равновесие.

— Не надейся, что я отпущу тебя сегодня, — сипло произнёс парень, резко выпрямившись.

Взяв за ладонь, Покровский вытащил меня из машины и повел в сторону подъезда.

Не смотря на небольшую этажность, дальновидные проектировщики придумали лифт, в котором оказались настолько быстро, что у меня сперло дыхание. Прикоснувшись к холодному стеклу, я пыталась отдышаться, но не смогла — пылким поцелуем Кирилл накрыл мои губы, зажав в капкан своих рук.

Остановившись на четвертном этаже мы, не разрывая объятий, постепенно оказались около квартиры. Нащупав в кармане ключи, Кирилл на ощупь открыл дверь и затолкнул меня внутрь.

— Никогда ещё так не радовался решению поставить в середине комнаты кровать, — усмехнулся Покровский, попутно снимая с себя толстовку.

— Почему здесь так прохладно? — прошептала я, почувствовав нарастающий озноб.

— Замерзла? — спросил Кирилл, подняв пальцем вверх мой подбородок.

— Угу, — промычала я, почувствовав нетерпеливое желание снова попробовать его губы на вкус.

— Сейчас я тебя согрею, — Покровский аккуратно потянул за край моей футболки, прося разрешения снять её.

Взяв инициативу в свои руки, аккуратно стянула мешающие вещи, оставшись перед Кириллом в одном нижнем белье.

Я давно не раздевалась перед мужчиной, поэтому щеки мгновенно залил румянец и мне захотелось отвернуться, стесняясь. Но Покровский медленно прикоснулся к плечу, опуская бретельку.

— Не смущайся, — приглушенно произнес он. — Ты прекрасна, Вита.

Наклонившись, Кирилл нежно поцеловал ключицу, ладонью оголяя грудь. Исследуя новые клеточки тела, он шептал комплименты, раскрывая новые горизонты моей уверенности. В его руках я отбросила все сомнения, доверившись пылкому мужскому напору.

Эту ночь мы провели вместе — пытаясь насытиться друг другом, не замечали летящих часов, а заснули, лишь увидев первые лучи солнца, постепенно заполняющие комнату.

Сегодня мне первый раз снился сон — какое-то давно забытое воспоминание из прошлого, где мы счастливо жили в ещё не застроенном дачном поселке. Но почему в этом сновидении был Кирилл?

Маленький светлый мальчик, таскающий червяков нашим курицам, одним вечером притащил к нашему дому щенка. И мы даже успели налить ему большую миску молока, с радостью наблюдая за его лаканием. Но неожиданно рядом послышался лай взрослой собаки. Я смутно помнила ее, но сейчас отчетливо почувствовала горячее дыхание, липкую слюну и чувство тяжести на груди.

Я проснулась.

Вскочив на кровати, я ловко выбралась из объятий Кирилла, громко закричав. Покровский напугался, но быстро взял себя в руки, тихо сказав:

— Спокойно, Вита, это всего лишь сон.

Но я не могла откинуть чувство страха, сковавшее шею. Растеряно оглядываясь по сторонам, прижимала к себе одеяло.

Кирилл несколько секунд думал, как меня успокоить, а потом резко встав с кровати, подошел сзади. Крепко обняв, Покровский прижал мое дрожащее тело к груди и начал раскачиваться в стороны. Словно убаюкивая маленького ребенка, парень пел нежную колыбельную, прижимаясь подбородком к моему плечу.

В этот момент я поняла, что все сомнения ушли. Именно сейчас я находилась там, где должна быть, с тем, кто мне нужен. Чувство умиротворенности окутало душу, вытеснив навязчивый страх.

Глава 18. «Возлюбленные»

/Кирилл/

Успокоившись, Вита снова уснула, а я, аккуратно подоткнув одеяло, решил дойти до пекарни. Закрыв дверь, собирался зайти в лифт, но в последний момент послышалась мелодия телефона.

Неизвестный номер. Сначала я не хотел брать трубку, но позже ответил.

— Слушаю, — попытался пробасить, скрывая голос.

— Это Артур, — на том конце послышался уставший тон, — Вита с тобой?

— Да, — расслабившись, ответил я. — Какие-то проблемы?

— Лишь то, что я всю ночь пытался до неё дозвониться, — раздраженно усмехнулся Артур. — Потащилась с тобой, напрочь лишив меня сна.

— Моя девушка не обязана оповещать тебя о своих передвижениях, — меня начинало нервировать его повышенное внимание.

— Перестань нести эту чушь, — Юматов повысил голос. — Я уже говорил, что в курсе вашей лжи.

— Устаревшие сведения, — я все-таки нажал на кнопку лифта. — С сегодняшнего утра Вита моя, и, если ты не перестанешь донимать её своим вниманием, мы будем разговаривать по-другому.

Не выслушав его ответ, я отключился. Этот назойливый знакомый испортил все прекрасное настроение, подаренное ночью Виталиной. Но лишь мысль о том, что я мог считать её своей, окрыляла, сбивая противный осадок после разговора с Юматовым.

Несмотря на отдаление от города, в этом районе находилась прекрасная пекарня — я часто покупал в ней свежий хлеб и кофе. Правда в этот раз выбор казался нереальным. С Витой мы жили несколько недель, но я никогда не видела, чтобы она ела выпечку. Может, мучное было совсем не в ее вкусе?

— Подскажите, что понравится девушке? — я разглядывал витрину. — Хочу сделать сюрприз — принести завтрак в постель, но не знаю, что купить.

— Возьмите круассан с лососем, свежим огурцом и творожным сыром, — девушка улыбнулась, достав поднос. — Идеальный вариант для утра.

— Упакуйте два, — я потянулся за картой. — И ещё три трубочки с белковым кремом.

Поблагодарив, забрал пакет и вышел на улицу. Не пройдя и несколько шагов, снова услышал мелодию телефона. Хотелось ругаться, но на экране я увидел номер Эрика.

— Доброе утро, — бодро сказал он. — Надеюсь, за выходные ты отлично отдохнул и сегодня вечером готов приступить к съемкам последних сцен.

— Так скоро? — я надеялся, что процесс растянется.

— Да, там какие-то проблемы с финансированием, — продюсер ругнулся. — Зря я предложил этот проект.

— Во сколько нужно подъехать?

/Виталина/

Удивительно, но я выспалась. Потянувшись в кровати, крикнула:

— Кирилл?

Но в ответ последовала тишина.

Покровского дома не было и я решила осмотреться. Удивительно, но для холостяцкой квартиры здесь было довольно уютно. Теплые тона интерьера и мебели создавали ощущение комфорта, умиротворенности. Небольшое пространство не душило, а наоборот способствовало размеренному дыханию.

На тумбочке, стоящей около кровати, я нашла фотографию Кирилла, обнимающего светловолосую худую женщину.

«Наверное, мама», — подумала, поставив рамку на место.

На столе я заметила лежащий телефон. Решив посмотреть время, разблокировала экран и увидела более десяти пропущенных от Артура.

— Я совсем забыла, — прошипела, смахнув номер вправо.

Долгие гудки не предвещали ничего хорошего, но неожиданно Юматов ответил.

— Вот и доверяй после этого женщинам, — сонно усмехнулся он. — Все в порядке?

— Да, — выдавила из себя. — Прости, что так вышло. Вчера все закрутилось и я не смогла…

— Бывает, — перебил Артур. — Ты сейчас где?

— У Кирилла, — я огляделась. — Мы вчера приехали в его квартиру.

— Решили ваши фиктивные отношения перенести в плоскость реальности? — мужской голос похолодел.

— Артур… — я не знала, что ответить ему.

— Все в порядке, Вита, — я чувствовала, что Юматов расстроился. — Можешь не переживать, я не отказываюсь от своего предложения помочь тебе. В любой момент ты можешь позвонить, и я примчусь спасать подругу из любой передряги.

— Спасибо тебе, — прошептала я, сжав в руке телефон.

Попрощавшись, я положила телефон и хотела заправить кровать, но дверь открылась и на пороге появился Кирилл, держащий в руках бумажный пакет и два стакана кофе.

— Ты проснулась? — спросил он, снимая обувь.

— Да, — обняла себя руками, — здесь отличная аура. Я спала, как младенец.

— Хоть и приятная, но ложь, — Покровский усмехнулся, подойдя ближе. — Такого страха после ночного кошмара я ещё ни разу не видел.

— Это было словно воспоминание из детства, — задумавшись, села на кровать. Я не знала, как вести себя с Кириллом, поэтому сначала держалась на расстоянии.

— Очень интересно, — парень подошел к столу, достав из пакета контейнеры с круассанами и какими-то пирожными. — Не расскажешь?

— Не понимаю как, но там был ты, — пожала плечами, — правда маленький. Возможно, это лишь игра моего сознания…

— Продолжай, — Кирилл сел рядом, взяв мою ладонь.

— Ты принёс к нашему дому щенка, за которым потом прибежала мать. Не знаю как, но она напала на меня, укусив за плечо, — я погладила место предполагаемого укуса, с удивлением вспомнив, что там на самом деле располагался большой шрам.

— Я помню эту историю и рыжеволосую девчонку с веснушками, — Покровский усмехнулся, вспоминая. — Мы тогда с мамой в отпуск приезжали в деревню к бабушке. Так эта девочка была ты?

— Возможно, — по спине пробежал холодок от невероятного совпадения. — Но почему я об этом забыла?

— Я пытался веткой отогнать от тебя Матильду, но не смог. Пришлось бежать за твоим отцом, — Кирилл уперся лбом в мое плечо. — Укус был глубоким, поэтому тебя увезла скорая. А я так и не смог вернуться в ваш двор, чувствую свою вину. Удивительно, что я сам не вспомнил это место, когда мы приезжали.

— Дом перестраивался, — я положила ладонь на мягкие белокурые волосы, нежно поглаживая. — Получается, мы с тобой с детства знакомы?

— Получается, да, — улыбнулся Покровский, посмотрев мне в глаза. — Поэтому можем говорить, что наша встреча — судьба.

Я согласно кивнула, крепче прижавшись к мужскому телу.

— А сейчас идем завтракать. Мне хотелось сделать тебе сюрприз, но ты проснулась раньше задуманного, — Кирилл отбросил выбившуюся прядь. — Надеюсь, тебе нравится выпечка.

Сев за стол, я открыла первый контейнер, достав круассан. Желудок сводило от голода, поэтому радостно откусив булочку с рыбой, довольно улыбнулась.

— В последнее время я слишком мало ем, — усмехнулась прожевывая кусок. — Не успею оглянуться, моделью стану.

— Тогда потеряешь свое очарование, — заметил Кирилл, доставая кофе. — Твои щечки довольно милые.

Я засмущалась, потрогав лицо. Слышать комплименты из уст Покровского было дико, но в то же время чертовски приятно.

— Обязательно попробуй пирожное, — парень открыл второй контейнер, достав из него трубочку. — Всегда покупаю их, когда бываю дома.

Откусив десерт, почувствовала нежный вкус белкового крема и практически невесомое тесто. Это было настолько вкусно, что я не заметила, как испачкала уголки губ.

— Все-таки ты поросенок, — улыбнулся Кирилл, подойдя ко мне.

Подняв мою голову, он сначала хотел стереть крем салфеткой, но в последнюю секунду остановился и, наклонившись, нежно поцеловал.

Бабочки, всю ночь парившие в животе, снова проснулись, заставив сердце трепетать. Мужские прикосновения были настолько легкими, ласковыми, что голова закружилась, и я не сдержалась, обняв Кирилла за шею.

Мы целовались несколько минут, пока он не отстранился, сказав:

— Это, конечно, очень приятное времяпровождение, но мне сегодня нужно быть на съемках, — он выпрямился, широко улыбаясь.

— Вы же хотели снимать через несколько дней? — удивилась я, отпив кофе.

— У команды возникли проблемы с финансированием, поэтому финал решили снять раньше, — Покровский направился в сторону шкафа.

— Но как? Почему мне не сказали?

— По сути, им не нужно твое разрешение, — Кирилл достал чистый свитер и джинсы. — Ты подписала соглашение, в котором говорилось о изменении сюжета. Сериал же будет не полной экранизацией романа.

— Это расстраивает, — я понимала, что мое мнение съемочная команда не учитывала.

— Ничего, — улыбнулся Покровский, стягивая с себя футболку. — Следующий роман обязательно будет шедевром.

— Почему? — удивилась я.

— Потому что, его режиссером обязан быть я, — переодевшись он подошел ко мне. — Обещаю, дам тебе практически полную возможность воплотить свои фантазии в жизнь.

Я согласно кивнула, убирая оставшиеся контейнеры в пакет.

— Может откажемся от той квартиры и будем жить здесь? — неожиданно спросил Кирилл.

— Ты уверен? — я ещё сомневалась насчёт статуса наших отношений, а Покровский уже предлагал мне переехать к нему. — Вместе жить как соседи — это одно, но другое, как…

— Возлюбленные? — усмехнулся парень, забирая у меня мусор. — Я же не предлагаю тебе выйти за меня замуж. Просто здесь мой дом, а ты, в определенном смысле, теперь тоже считаешься им, — подойдя вплотную, шепотом добавил: — Хочу каждый день засыпать и просыпаться с тобой. Прошу, не лишай меня такой возможности.

Я снова покраснела. Происходящее казалось чересчур нереальным, словно мне до сих пор снился сон. Решив лишний раз не забивать свою голову, радостно согласилась.

Перед выходом мы договорились, что я вечером приеду на съемочную площадку, заберу Кирилла и мы вместе поедем собирать вещи.

Сегодня я ещё хотела съездить к отцу, чтобы проверить его состояние и поговорить насчет компании — я определенно взвалила на себя непосильную ношу. Права боялась, что этот разговор ничем хорошим не закончится.

Съездив домой, я приняла душ, переоделась и забрала у водителя свою машину — Артур позаботился, ещё вчера вечером забрав мои ключи. Кинув сумку на заднее сиденье, направилась в родительский дом.

— Папа, я приехала, — крикнула, разуваясь в прихожей.

— Тала! — радостно ответил отец, выходя с кухни. — Проходи, я приготовил твою любимую утку и овощи.

Он каждый раз пытался меня накормить, но я и не сопротивлялась — папа прекрасно готовил. Жаль этот талант не передался мне с его генами.

— Как дела в компании? — спросил отец, наливая морс.

— Лучше расскажи, как твое лечение? — я решила начать издалека.

— Все отлично, — он улыбнулся, сев напротив меня. — Врачи говорят, что если так будет дальше, смогу даже внуков понянчить. Кстати о них, ты так и встречаешься с тем актером?

— Его зовут Кирилл, — недовольно отметила я. — Да, мы вместе.

— Что ты в нем нашла? Лучше бы присмотрелась к Артуру, — папа заново завёл старую пластинку. — Я знаю, что тебе сложно с компанией, поэтому тебе рядом нужен тот, кто сможет помочь, а не тот, кто добавит новых проблем.

— Да, — отложив столовые приборы, ответила я. — У меня не получается развивать твое дело. Оказалось, что я совсем никудышный руководитель, не имеющий представления об основах бизнеса. И я хотела с тобой об этом поговорить.

— Я все знаю, Тала, — недовольно сказал отец. — Но у всех бывают неудачи, и это не повод бросать начатое на полпути. Знаешь, как говорят: стерпится, слюбится.

— А если я не хочу терпеть? Я попробовала, пыталась бороться, но ничего не получается. Все, к чему притрагивается моя рука просто рушиться. Так зачем тебе лишние проблемы? Давай я поговорю с Артуром, попрошу став генеральным директором компании? Он сможет помочь, выведет…

— Нет, Тала, — строго перебил папа. — У тебя нет права бросать все сейчас. Сложности бывают у всех, но их нужно пережить, став сильнее. Когда меня не станет, неужели ты бросишь то, что я построил ценой собственной семьи?

— Почему ты давишь на меня? — я подняла расстроенный взгляд. — Разве не хочешь для своей дочери счастья?

— Хочу, — ответил он. — Но твое счастье должно быть связано с компанией. Развитие «ОсинПродукт» — цель нашей жизни.

— Твоей, папа… Твоей жизни… — прошептала, встав из-за стола. — Я подумаю над твоими словами, но не обещаю, что соглашусь с ними. Прошу, если решусь бросить все, поддержать меня…

— Нет, — он жестко отрезал. — Захочешь уйти, я возьму руководство на себя. Но наши отношения, никогда больше не наладятся, — папа едко усмехнулся. — Только когда умру — будешь плакать на моей могиле, сожаления о опрометчивом решении.

Мне больше не хотелось находится в этом доме. Неужели папа серьёзен в своих словах? Разве он сможет так поступить?

Но я прекрасно понимала, что сможет. Я сотый раз убеждалась, что бизнес для него важнее семьи. А меня это все душило, мешало нормально спать, жить. Мне хотелось вернуться в то состояние, когда душа парила, легко писав строки в блокнот. Но сейчас это не представлялось возможным.

На площадку я приехала как раз вечером. Припарковав машину, направилась в сторону света и звука. Снималась финальная сцена разговора Игната и Мирославы. По роману мужчина признавался в своих чувствах, а девушка объявляла о своей беременности. Но сегодня конец этой сказки был другим…

В кадре находились Алина и Леонид. Они держались за руки и что-то нежно шептали друг другу, соприкоснувшись лбами. Но мне было это не интересно, я взглядом искала Кирилла, которого нигде не было.

Неожиданно мужские руки обхватили мою талию, прижав к теплому телу.

— Мы не виделись несколько часов, а я уже соскучился, — еле слышно произнёс Кирилл, поцеловав меня в затылок. — Я рад, что съемки закончены и мы теперь сможем чаще видеться.

Сейчас в объятиях Покровского я чувствовала себя настолько спокойно, что готова была полностью раствориться в нем. Все проблемы ушли на второй план, оставив лишь нас и наши зарождающиеся чувства.

Глава 19. «Маленькое путешествие»

/Кирилл/

Вита казалась слишком напряженной, но я не мог понять, что случилось. Ещё утром все было хорошо. Возможно проблемы на работе? Или с отцом? Она говорила, что хочется встретиться с ним после обеда.

Прижимая девичье тело к себе, уткнулся лбом в рыжую макушку и не заметил, как к нам подошла Алина — видимо, последний кадр был отснят.

— Вита, здравствуй, — с напускной приветливостью произнесла она. — Тебе, наверное, не верится, что твои фантазии воплотились в реальность?

— Да, — отстраненно кивнула Виталина. — Правда не так, как бы мне этого хотелось.

— К сожалению, зачастую нашим мечтам не дано сбыться, — поджав губы и посмотрев на меня, Алина усмехнулась.

— Кирилл обещал, что станет режиссером моего следующего романа, — Вита погладила меня по обнимающей ее руке. — Думаю, он способен стать моим волшебником.

— Какая идиллия, — раздраженно отметила девушка. — Но не будем о грустном… Все собираются поехать в ресторан, отметить окончание съемок. Надеюсь, Вы к нам присоединитесь.

— Нет, — отрицательно покачал головой. — У нас ещё много дел.

— Каких же? — губы Алины недовольно дрогнули.

— Кирилл предложил мне переехать к нему, — отрешенно ответила Вита. — Нужно собрать вещи, а я ещё хотела заехать в магазин… Только зачем, не помню…

Алина что-то хотела сказать, но ее окликнул Леонид. Девушка раскраснелась, едва сдерживая порыв собственной ярости, но меня это совершенно не волновало — необъяснимое состояние Виты беспокоило больше всего.

— Что-то случилось? — спросил я, когда мы сели в машину.

— Что? — натянуто улыбнувшись, ответила Вита.

— Ты сама не своя, — взял её ладонь. — Я переживаю за тебя.

— Все хорошо, — девушка виновато посмотрела на меня. — Не обращай внимание, просто устала.

Я знал, что Виталина лжет, но ничего не мог с этим поделать, лишь чувствовал тяжесть от ее недоверия. Мне хотелось стать тем, с кем девушка могла делиться каждым, даже самым незначительным переживанием. Правда для этого требовалось время…

Вернувшись в квартиру, снятую Эриком, мы сразу же начали упаковывать вещи. Слава Богу, при переезде мы оба понимали, что будем жить здесь временно, поэтому привезли самое необходимое.

— Ты сказал Эрику, что мы съезжаем? — спросила Вита, заглянув в мою комнату.

— Я завтра утром поеду к нему в офис, — улыбнулся, складывая толстовки, — там и скажу. Не думаю, что он будет против. Кому захочется тратить лишние деньги?

— А контракт? — тихо добавила девушка. — Когда можно бдует считать его расторгнутым?

— Сразу же после выхода сериала в прокат, — я закрыл сумку и подошел ближе к ней. — Или ты хочешь закончить наши отношения раньше этого срока?

— Я не об этом, — Вита зажалась. — Просто он как груз, давит на меня.

— Что случилось? — прошептал я, притягивая девичье тело к себе. — Ты же знаешь, что можешь мне все рассказать? Я всегда поддержу и, по мере своих возможностей, постараюсь помочь.

— Здесь ты бессилен, — ответила она, уткнувшись в мое плечо. — Но спасибо тебе большое. Рядом с тобой мне намного спокойнее. Правда…

— А давай полетим отдыхать? — неожиданно предложил я. — Мальдивы, Гавайи, Кипр? Погреем наши тела под палящими лучами солнца, насладимся соленой водой, а долгими ночами будем загадывать желания, смотря на падающие звезды?

— Давай, — не раздумывая, оветила Вита. — Только я хочу в Стамбул.

— Турция? — удивился я. — Мне хотелось педложить тебе что-то более экзотичное.

— Нет, — девушка подняла на меня полный надежды взгляд. — Я давно не виделась с мамой… А благодаря твоему предложению мы сможем совместить приятное с полезным.

— Ты хочешь познакомить меня со своей мамой? — признатся честно, я был к этому не готов. Одно дело играть фальшивого парня, а другое по-настоящему, серьезно знакомиться с родителями.

— Если ты захочешь, — Вита обвила меня руками. — А если нет… Пока я буду с ней, можешь отдыхать в отеле или загорать на пляже, посетить достопримечательности. Обещаю, что надолго одного не оставлю.

— Подумаю над твоим предложением, — я потянулся к ее губам, но девушка ладонью остановила меня.

— А тебе можно улетать? Проблем с Эриком не будет?

— Не считая завтра, в ближайшие три дня я полностью свободен, — я отвернулся, показывая обиду. — Основные рекламные проекты отсняты, новых работ пока не предвидется…

— Это прекрасно, — довольно прошептала Вита, притягивая меня к себе.

Наши губы встретились. Тягучий, сладострастный поцелуй разжигать в нас огонь желания. Потянувшись к женскому бедру, я легко коснулся его пальцами, заставив Виту покрыться мурашками.

Мне нравилось ее дразнить.

Нежные, практически невесомые движения сменялись раскаленным нетерпением. В любую секунду я был готов прижать девушку к стене, начав снимать мешающую одежду. Возбуждение росло в геометрической прогрессии, снося мою сдержанность.

— Я хочу тебя, — приглушено прошептал, затягивая Виту в свою комнату.

Девушка игриво улыбнулась и без препирательств последовала за мной.

Следующий час был лучшим временем, проведенным в этой квартире. Вдоволь насытившись друг другом, и забрали собранные вещи и поехали в наш новый, совместный дом.

/Виталина/

Кирилл на удивление быстро заказал билеты и забронировал для нас отель. Конечно, мы могли остаться в гостях у моей мамы, но я боялась, что Покровский будет чувствовать себя некомфортно рядом с ней, поэтому с радостью согласилась на номер на первой линии от моря.

Весь перелёт я спала. Разговор с отцом совершенно выбил меня из колеи, и у меня до сих пор не получилось придти в себя. Почему он не мог понять меня? Для чего ставил бизнес важнее счастья собственного ребенка? На эти вопросы я надеялась получить ответы, поговорив с мамой. Все-таки она знала его лучше меня.

— Посмотри, море, — воодушевленно произнёс Кирилл, заглядывая в иллюминатор.

— Словно ты его никогда не видел, — усмехнулась я, любуясь детской мальчишеской радостью.

— Видел конечно, — насупился Покровский. — Просто первый раз лечу на отдых со своей девушкой.

— С Алиной не отдыхали? — без задней мысли спросила.

— Планировали, — голос Кирилла стал более серьезным, — но так и не получилось. Видимо, у меня судьба такая: не нравится отцам тех, кто нравится мне.

Я не стала отвечал, лишь незаметно покачала головой.

Стамбул встретил нас двадцати градусной жарой и ярким солнцем. Благодаря трансферту, предоставленному отелем, мы быстро добрались до своего жилья на следующие несколько дней.

Номер, выбранный Кириллом, был по-настоящему превосходным. Большое панорамное окно открывало чудесный вид на море, рядом с ним стояла двуспальная кровать и туалетный столик. Весь интерьер был выполнен в белых тонах, создавая чувство безграничного пространства, чистоты и свободы.

— Нравится? — прошептал Кирилл, увидев мое довольное выражение лица.

— Да-а-а, — протянула, закивав головой. — Здесь потрясающе.

— Я рад, — польщенно улыбнулся Покровский и в грязной одежде завалился в кровать.

— Куда?! — закричала я, потянув его за руку. — Сначала переодеться, а потом лежать.

— Зануда, — парень наигранно скривил губы, но просьбу мою выполнил.

Следующие несколько часов мы раскладывали вещи, постепенно прерываясь на поцелуи.

Признаться честно, у меня ещё ни разу не было отношений с таким тактильным мужчиной. Кирилл постоянно требовал, чтобы я его обнимала, гладила, целовала. Сначала это было дико, но у меня получилось втянуться и сейчас мне самой хотелось как можно чаще прикасаться к нему, чувствуя невероятную окрылённость.

С мамой я договорилась встретиться тем же вечером. Сначала Покровский не хотел с ней знакомиться, но в последний момент передумал.

— Я хочу узнать о тебе как можно больше, — сказал он. — А кто, как не мама, сможет мне об этом рассказать?!

В итоге в шесть вечера мы вместе, держась за руки, стояли перед воротами её дома.

Я дрожала. Нет, мне не было холодно, и я даже не была напугана — мысль о том, что Кирилл познакомиться с моей мамой вызывала во мне неподдельный азарт. Дело в том, что она была женщиной, имеющей, мягко говоря, интересный характер.

— Виточка, солнышко, — закричала мама, с разбега обняв меня, — наконец-то прилетела! Господи, сколько я тебя не видела? Ребенок, а ты когда успела так вырасти? Особенно твоя жо…

— Мама! — взвизгнув, перебила её. Покровский, стоящий в стороне, сдержал ехидный смешок. — Я тут не одна.

/Кирилл/

Я представлял Екатерину Витальевну женщиной эпохи Ренессанса — пышной, горящей жизнью. Но передо мной стояла полная ее противоположность. Высокая, подтянутая — я бы не дал маме Вите больше тридцати пяти лет.

— А это? — она с удивлением посмотрела на меня, прищурив взгляд.

— Кирилл, — улыбнулась Виталина, протянув руку ко мне, — мой молодой человек. Мы с ним встречаемся, — добавила, — если ты не поняла с первого раза.

— Так же как с Денисом? — Екатерина Витальевна раздраженно ухмыльнулась.

— Нет, — твердо отрезал я. — Могу уверить, я никогда не сделаю Вашей дочери больно.

— Все вы так говорите, — цыкнула женщина, закатив глаза. — Но не будем стоять на улице, проходите в дом.

Замерев, я думал, стоил ли идти дальше, но Вита нежно взяла мою ладонь, переплетя наши пальцы. Шумно выдохнув, сделал шаг вперед, понимая, что обратной дороги уже не будет.

/Виталина/

(Немного слов от автора. Любимые читатели, для полноценного погружения в мир фантазий прошу включите Sing2piano — it’s you. Приятного прочтения)

Ужин начался на удивление спокойно. Несмотря на едкие комментарии, мама упорно пыталась меня накормить, а после переключилась на Кирилла.

— Ты слишком худой, — недовольно сказала она, с пренебрежением пройдясь взглядом по фигуре Покровского. — Вижу, что любишь спорт. Но набор массы никто не отменял.

— Меня все устраивает, — встряла я, пытаясь оградить Кирилла от её нападок.

— Тебя может и да, — она резко осадила меня. — Но устраивает ли его твое тело? Посмотри, как можно было отъесть такие бока? Понимаю, гены отца, но рот нужно уметь закрывать.

— Нет, — резко и довольно холодно произнёс Покровский. — У Виталины прекрасная фигура и мне нравится каждый сантиметр её тела. Более того, мне бы не хотелось, чтобы меняла себя в угоду кому-то. И не важно будет ли она стараться угодить Вам или мне. Я приму только её искреннее желание.

Чувствуя, как пылают щеки, я с благодарность сжала ладонь Кирилла.

— Замечательно, — радостно воскликнула мама. — Надеюсь, ты и правда так мыслишь, а не пытаешься сыграть комедию, чтобы понравиться мне. Кстати, Кирилл, чем ты занимаешься в жизни?

— Я актер, — прозаично ответил он, отрезая кусок мяса.

— Один из самых востребованных, — улыбнулась, гордясь его достижениями. — Сначала я довольно скептически отнеслась к нему, но позже поняла: Кирилл лучший.

— Не могла найти кого-то с нормальной профессией? — мама отпила вина. — Хотя… о чем это я? Мне казалось, что у твоего отца идеальная работа, большие деньги. Но оказалось, что для семейного счастья этого мало.

Мне хотелось спросить её о многом, но я не могла — Покровский не должен был слышать наш разговор. Поэтому мы договорились сходить завтра по магазинам, прикупив мне красивых безделушек. Кирилл обрадовался этой идеи, сказав, что посвятит свободное время сну.

Оставшийся вечер прошел спокойно. Мама рассказывала о её жизни в Турции, новом мужчине и внезапно появившемся увлечении — картинах. Покровский делился интересными историями со съемочных площадок, шутил и пытался очаровать неприступную, но родную мне женщину. А я наслаждалась теплой идиллией, отдыхая душой рядом с ними.

— В принципе, я довольна твоим выбором, — провожая, прошептала мама. — Надеюсь, что Кирилл сделает тебя счастливой.

Я согласно кивнула, с благодарностью подставляя лоб для её поцелуя. Несмотря на наши различия, я любила маму, дорожа каждым моментом, проведенным рядом с ней.

Приехав к отелю, мы расплатились с таксистом и пошли ко входу. Но неожиданно Кирилл потянул меня в сторону, игриво улыбаясь.

— Куда ты меня ведёшь? — удивленно спросила я, но послушно следовала за уверенным парнем.

— Преимущество этого места — огражденный пляж. Я же обещал, что мы будем загадывать желания, наблюдая за падающими звездами.

Расположившись прямо на песке, я наблюдала за удивительно спокойным морем, а Покровский наслаждался ночным небом. Ветер слегка растрепал белокурые волосы, придав его образу сдержанной небрежности.

Кирилл улыбался. Так широко и беззаботно, словно сейчас он был един с окружающей природой, открывшей для него все свои тайны. И они явно пришлись ему по душе — таким беззаботным и счастливым я его ещё ни разу не видела.

Чувствуя себя так легко и умиротворенно рядом с ним, я не могла насытиться совместным временем. Казалось, каждая секунда обкрадывает меня, лишая возможности продлить это удовольствие. Я долго не хотела себе признаваться в чувствах, испытываемых к этому неподражаемому мужчине, но больше отрицать не могла. :К:н:и:г:о:е:д:.:н:е:т:

Я влюбилась. Целиком и полностью.

Глава 20. «Сила мысли»

Утро разбудило меня шумом волн и назойливыми криками чаек. Солнце освещало номер, создавая контраст с серыми тонами родного осеннего города.

Как можно тише встав с кровати, я на цыпочках пошла в ванную. С мамой мы договорились встретиться в одиннадцать часов рядом с Истикляль.

— Что ты хочешь увидеть? — спрашивала она вчера вечером. — Я тебе покажу лучшие места этого города. Надеюсь, моя дочь полюбит Стамбул так же, как люблю его я.

Приняв душ, я переоделась и вышмыгнула из номера, напоследок полюбовавшись спящим Кириллом. Никогда бы не подумала, что за такой короткой срок смогу так с нему привязаться.

— Прекрасно выглядишь, — широко улыбнулась мама, открывая объятия. — Твоим глазам подходит желтый цвет, — она оглядела мое длинное платье.

— Спасибо, — прижавшись, вдохнула запах родного парфюма. — Не хочешь объяснить вчерашнюю комедию? И чем тебе не угодила моя пятая точка?

— Ну я же должна была проверить твоего молодого человека, — мама в привычной манере усмехнулась, спустив солнцезащитные очки.

— И как? Кирилл прошел проверку? — я с сомнением посмотрела на неё, скрестив руки на груди.

— Да, хороший мальчик, — схватив меня под руку, мама потянула меня вперед по дороге. — Даю добро на ваши отношения.

В этом была вся она. Видимо, мои родители сошлись на привычке контролировать всех вокруг себя. Жаль, что именно это качество сыграло с ними злую шутку.

Гуляя по магазинам, мы купили подарки для близких маминых друзей, по которым она сильно соскучилась, и для Тони и Артура. Не смотря на появившуюся неловкость в наших отношениях, я надеялась на продолжение общения. Все-таки за это время Юматов стал дорог для меня.

— О чем задумалась? — спросила мама, наблюдая за тем, как я разглядываю разноцветные, расписные тарелки.

— Я никогда тебя не спрашивала, — произнесла задумчиво, — а почему вы развелись с папой? Мне кажется, у вас даже ссор как таковых не было — по крайне мере, я не помню их.

— Твой отец — прекрасный человек. Знаешь, как в самом начале наших отношений мне завидовали подруги? Высокий, красивый, умный, из интеллигентной семьи, заботливый. Я была беспамятно в него влюблена. Но чем старше становился Альберт, тем сильнее его затягивал бизнес. Он мог днями не бывать дома, сосредотачиваясь на развитии дела, а возвращаясь, все внимание уделять своей принцессе. Я же оставалась не у дел, — мама грустно усмехнулась, погладив меня по голове. — А потом наши чувства окончательно остыли — в жизни твоего отца на первое место вышла компания. Мы жили вместе, но больше как друзья. А когда ты выросла в этом пропал смысл.

— Но он же любит тебя, — я нахмурилась. — Я несколько раз видела, как он грустно смотрит на ваши совместные фотографии.

— Возможно, — мама пожала плечами. — Но я считаю, что, если бы не компания, наши отношениям не пришел бы конец.

Это казалось правдой. Папу и сейчас больше всего волновал бизнес, а не мое счастье. Думая об этом, становилось грустно, но не от того, что я не разделяла его чувства, а от того, что я не знала, как убедить отца дать благословение на наши с Кириллом отношения.

Вдоволь насладившись общением с мамой, я вернулась в отель. Кирилл уже проснулся и, судя по запаху печеных булочек, успел сходить на завтрак.

Как только я зашла в номер, Покровский сгреб меня в объятия, потащив в сторону кровати.

— Чем займемся? — игриво усмехнувшись, спросил он.

— Может погуляем? — я улыбнулась, проведя по заросшей щеке ладонью. — Здесь сейчас так красиво, что хочется все посмотреть.

— Неплохая идея, — Кирилл нежно прикоснулся к подбородку губами, спускаясь поцелуями вниз по шее. — Где бы ты хотела побывать?

— Галатская башня? Парк Ататюрка? А ещё холм Пьер Лотти! По фотографиям там очень красиво, — я прикрыла глаза от удовольствия.

— Все, что пожелаешь, — прошептал Покровский, продолжив целовать плечо, — но только после моих ласк.

Мы провели в кровати несколько часов, только после этого Кирилл согласился одеться и спуститься на улицу.

Признаться честно, гулять с ним по улицам Стамбула было приятно. Статный, красивый блондин привлекал внимание проходящих девушек, вызывая в них неподдельный интерес. Только Кирилл не смотрел на них, не прекращая рассказывал мне удивительные факты о турецком городе.

— А ты подготовился, — довольно улыбалась я, идя под руку с Покровским. — Когда только успел все это узнать?

— У меня было много времени, пока ты гуляла с мамой, — Кирилл трепетно поцеловал меня в лоб. — Я проснулся сразу, как только за тобой закрылась дверь. А знаешь почему?

— Почему? — удивленно спросила я.

— Потому, что в номере сразу стало холодно, — Покровский с нежностью заправил переднюю прядь волос за ухо. — Надеюсь, маленькое рыжее солнце больше не оставит меня одного. Иначе, есть вероятность, что мое и без того холодное сердце окончательно заледенеет.

— Тебе нужно преподавать, — усмехнулась я, легко стукнув по мужскому плечу.

— Ммм? — не понял Кирилл.

— Пикап, — я язвительно усмехнулась. — Тебе нужно открыть пикап-школу. Будешь давать советы неопытным молодым людям, как завоевать любую девушку, используя дешевые подкаты из интернета.

Мы рассмеялись.

Время, проведённое с Кириллом, шло безжалостно быстро. Не заметно для нас двоих, палящее солнце постепенно заходило за горизонт, окрашивая город в огненно-розовые тона.

Дойдя до холма Пьер Лотти, мы расположились за небольшим круглым столиком. Заказав кофе, мы с наслаждением любовались видом Золотого рога и вечернего Стамбула.

Кирилл нежно гладил мою ладонь, а я буквально смаковала каждую секунду, проведённую в этом месте с этим человеком. Через несколько минут тишины, Кирилл едва слышно сказал:

— Говорят, что пары, посещающие этот холм, обязательно поженятся.

— Почему? — улыбнувшись, спросила я.

— В основном это связано с легендой, что именно здесь написан роман «Азиаде». Будто писатель был влюблен в замужнюю турецкую женщину, но их любовь оказалась трагичной. Она умерла, когда Лоти уехал из Стамбула, — рассказывая, Кирилл задумчиво смотрел на воду.

— Тогда я тем более не понимаю, почему говорят о свадьбе, если их чувства приносили боль, а не радость, — я пожала плечами.

— Дарование судьбой настоящей любви — это уже счастье, — правый уголок мужских губ поднялся вверх. — Но не будем о грустном. Уже холодает, может поедем в отель?

— Хорошо, — кивнув, я допила кофе.

Следующий день мы провели на море. Мама предлагала приехать к ней, но нам хотелось насладиться соленым воздухом и тёплыми лучами перед отлетом в осеннюю Россию. Правда встретиться нам все же удалось — мама приехала в аэропорт, собрав мне в дорогу сумку с новыми вещами.

— Надеюсь, они будут по размеру, — прошептала она, прижав меня крепче к себе. — Прилетай как можно чаще, я всегда тебе рада.

— Давай ты к нам, — улыбнувшись, ответила я. — Неужели не скучаешь по родине?

— Иногда бывает, — мама пожала плечами, отведя взгляд. — Но мне здесь комфортнее. Как вспомню суровые русские морозы, так сразу мурашками покрываюсь.

Вернувшись в родной город, я не заметила, как пролетели несколько недель. Кириллу предложили новые съемки. Сначала он хотел отказаться, но сериал по моему роману ещё не вышел, и их контракт с Эриком был действителен, поэтому Покровскому пришлось согласиться. Поэтому мы практически не виделись, лишь ночами нежились в объятиях друг друга.

Я большую часть времени пропадала в компании, решая рабочие дела. Артур решил проблему со своим братом и наши поставки в рестораны Юматовых возобновились. Не смотря на это, с каждым днем мне было сложнее заставить себя идти в офис. Каждая минута, проведённая там, давила, нарушая мое эмоциональное равновесие.

Я попыталась снова поговорить с папой, сказав, что такими темпами скоро сойду с ума, но в ответ получила жесткий отказ.

— Это наше семейное дело! — упирался он. — Ты должна заменить меня!

Но мне совершенно этого не хотелось…

Сегодня должен был состояться премьерный показ первой серии нашего сериала. Не смотря на развитость киноиндустрии, это было значимое событие для нашего города. Зная, что приглашения разосланы высокопоставленным людям, я долго подбирала свой образ для похода в кинотеатр.

Остановившись на изумрудном платье в пол, попросила стилиста нарисовать черные стрелки и сделать высокий конский хвост.

— Ты восхитительно выглядишь, — прошептал Кирилл, забрав меня из салона красоты.

Он не знал, каким цветом будет мой наряд, но интуитивно выбрал темно-зеленую бабочку.

— Ты умеешь читать мысли? Или слышишь меня на расстоянии? — удивилась я. — Ещё утром я не знала, что выберу именно это платье… Как ты смог…?

— Выбрать эту бабочку? — усмехнулся Покровский. — Все просто, — пожав плечами, добавил: — я чувствую тебя. Сначала мне хотелось просто надеть рубашку, расстегнув верхнюю пуговицу. Но в последний момент рука зацепилась за неё, — Кирилл потрогал ткань на шее.

— Можно ли сказать, что мы созданы друг для друга? — ласково поправив его волосы, спросила я.

— А ты в этом сомневалась?

Мы никогда не говорили о чувствах, ощущая друг друга без слов. Каждое прикосновение, каждый поцелуй был громче любого признания.

Я любила его. Любила его от трепещущего сердца до дрожи в пальцах. Любила беззаветно и безрассудно, боясь упустить момент лишней близости. Но когда она была лишней? Желанной, нужной и такой ценной…

Я словно боялась, что каждый день может стать последним. «Мысли материальны», — любимая фраза психологов и коучей социальных сетей. Я никогда не задумалась о её значении, и слишком поздно поняла, что нельзя программировать свою судьбу на изначальную неудачу.

— Мы приехали, — сбоку послышался бархатный голос Кирилла, а я в стекле увидела вспышки фотокамер и услышала громкие выкрики.

Его ждали. Любимец публики, идол молоденьких девушек и кумир большей части женщин — Кирилл широко улыбался, предвкушая ощущение безграничной любви и преданности своих фанатов. Я же, не смотря на свою публичность, поняла — такая жизнь не для меня.

Именно этот момент стал нашей точкой невозврата.

Открыв дверь, Покровский галантно подал мне руку и помог выйти на красную дорожку. Вспышки фотокамер ослепили, не давая ступить и шага вперед. Неожиданно рядом появилась охрана, скрутившая неожиданного выбежавшего репортера.

— Все будет хорошо, — на ухо прошептал Кирилл. — Я с тобой.

Крепко сжав мою ладонь, он не переставал улыбаться, кивать головой и идти вперед. Мне же хотелось сравняться с этим бархатным ковром, лишь бы не чувствовать на себе гремучую смесь взглядов.

— Посмотрите на неё, — услышала я рядом женский голос, — что такой, как он мог найти в такой, как она?

— Ты достоин лучшего! — кричали другие.

— Эти отношения долго не продлятся! Скоро на новых съемках он найдет себе симпатичную молодую актрисульку, оставив этого рыжего бегемота у разбитого корыта.

Злые языки с каждым новым словом выпрыскивание новые порции яда. Я знала — Кирилл все слышал, но старался делать вид, что все отлично.

Пока нас фотографировали, я старалась не слушать их, абстрагироваться, натянуто улыбаясь. Я прижималась к Кириллу, пытаясь найти укрытие в его крепких руках. Но Покровскому было не до меня. Он наслаждался своим звездным моментом, общался с коллегами, а меня держал рядом с собой, словно аксессуар.

Но я терпела. Терпела потому что любила. Чертово желание самопожертвования. Мне казалось, что именно так я показываю ему свои чувства, подстраиваясь под привычку быть на публике.

Пусть Кирилл и говорил, что устал, пусть желал скорее все это закончить, но я знала: Покровский слишком сильно подсел на иглу популярности. Каждый восхваляющий выкрик, каждая добрая фраза фанатов воодушевляли его, наполняя его жизнь смыслом.

Если Кирилл станет режиссером, он никогда не откажется от своей актерской карьеры. Найдя нового агента, Покровский сам сможет диктовать ему свои требования, и тогда его жизнь измениться. Я знала это.

Этот вечер должен был стать знаковым в моей карьере писателя, но он стал роковым.

Расположившись на первом ряду кинотеатра, я приготовилась к премьере экранизации своего труда. Мне хотелось вновь почувствовать эмоции, испытанные при создании каждого героя, хотелось увидеть итог бессонных ночей и пролитых слез. Я была готова принять чувства, порожденные расставанием с Денисом, считая их точкой отсчета моей творческой деятельности.

— Все хорошо? — спросил Кирилл, увидев мое растерянное лицо.

— Да, — нагло соврала я, лишь бы не портить настроение любимого человека.

Кажется, Покровский не поверил. Он хотел что-то сказать, но его отвлек режиссер, сидящий по левую руку.

Достав из маленького клатча телефон, я хотела отключить звук, но в последнюю минуту увидела входящий вызов.

«Папочка»

После последней нашей ссоры мне не хотелось с ним разговаривать, но зная о его болезни, я не смогла не ответить на вызов.

— Пап, прости, но ты, наверное, забыл — у меня сегодня премьера сериала. Давай я перезвоню, как все закончится? — прошипела в трубку.

— Извините, Виталина, — на том конце послышался незнакомый мужской голос. — Ваш отец в тяжелом состоянии доставлен в больницу, Вы бы не могли приехать, подписать соглашение на операцию?

— Что? — крикнув, я вскочила с кресла. — Где он?

Услышав адрес, не разбирая дороги, я побежала к выходу. Крепкая мужская рука схватила мое запястье тогда, когда я выбежала на улицу.

Снова вспышки фотокамер и громкие выкрики.

— Ты куда? — раздраженно спросил Кирилл. — Что случилось?

— Папа в больнице, — растерянно прошептала я, — нужно ехать… Говорят операция… Я ничего не понимаю… — стерев подступившую слезу, простонала: — поехали со мной?

— Но премьера… — неожиданно ответил Кирилл. — Я не могу все сейчас бросить… Может немного позже?

Я стояла и молча смотрела на него. Вокруг нас все остановилось, словно небесный режиссер включил замедленную съемку.

Как бы мне не хотелось осмыслить его слова, я не могла. Почему человек, которого я любила, мог такое говорить? Как какой-то показ мог стать важнее жизни моего отца?

Я вырвала свою руку.

В этот момент во мне умерла часть души. Сердце, горящее огнём, постепенно леденело, ожесточая мой взгляд.

— Спасибо, — я через силу улыбнулась, стиснув зубы. — Считаю, что с этой минуты наш контракт расторгнут.

Развернувшись, высоко подняв голову, я пошла в сторону стоящих рядом такси.

«Не повернусь. Не посмотрю на тебя», — кричало подсознание. Но я продолжала верить в чудо. Надеялась, что Кирилл остановит меня, бросит все и поедет вместе со мной в больницу.

Но неожиданно он выбрал свою популярность, а не меня…

Глава 21. «Новая реальность»

Вбежав в приемный покой, я пыталась найти хотя бы одного живого человека, но там стояла мертвая тишина.

— Здравствуйте, — истерично повысила голос, громко постучав по деревянной стойке. — Подойдет сегодня ко мне кто-нибудь?

— Зачем так кричать? — из-за угла вышла недовольная седая женщина. — Умираешь что ли?

— Мне позвонили, сказали, здесь мой отец, — тараторила. — Альберт Романович Осипов! Мне нужно срочно подписать согласие на операцию!

— Да не ори ты так, — медсестра отмахнулась. — Сейчас я посмотрю, — она стала медленно бить по клавишам клавиатуры, потом набрала чей-то номер. — Его уже оперируют, так что не вопи, а сядь в кресло и жди.

— Что с ним случилось? Как получилось так, что он оказался здесь? — не унималась я, раздраженно смотря на недружелюбную женщину с красивым именем Любовь.

— А я откуда знаю? Ходят тут, спрашивают, будто у меня вещий волос на пятой точке имеется, — она сердито переложила стопку бумаг. — И вообще, сказано тебе: сядь и молча жди врача. Что за молодежь нынче пошла.

Разговаривать с ней было бестолку и я опустошенно упала на холодное железное кресло. Прямо над моей головой мигала лампочка, издавая раздражающий звук. На занятиях нам рассказывали, что самая зверская для нашего сознания пытка — капли воды на макушку. И сейчас я прекрасно это осознала.

Время шло слишком медленно. Казалось, каждая секунда сравнялась с часом, а минута с сутками. Двери приемного покоя открывались, из них выходили врачи, заходили пациенты, но ко мне так никто не подошел.

Ужасное зрелище: разбитая девушка в шикарном платье, разглядывающая в проходящих мимо людях в белых халатах нужного ей врача.

Я уже хотела снова подойти к сердитой медсестре, но на мой телефон пришло сообщение.

«Кирилл», — подумала я, с надеждой открыв клатч. Но к моему сожалению, это был не он.

Артур. «Поздравляю с премьерой сериала. Уже наслышан о множестве хвалебных отзывов в адрес всей команды. Но я считаю, что это в основном твоя заслуга. Умница. P.S. Изумрудный цвет тебе к лицу. Ты была очень красива»

Чувствуя себя так одиноко, я решила ответить ему.

«Папа в больнице. Я ничего не могу добиться от медицинского персонала, они игнорируют мои вопросы. Меня съедает неизвестность. Ты не мог бы приехать?»

Я знала… Знала, что когда Кирилл об этом узнает, будет в гневе. Но сейчас это именно я на него злилась, это именно я считала себя брошенной. Мне просто хотелось чувствовать твердое плечо рядом, хотелось хотя бы раз стать слабой, переложив свои проблемы на сильного мужчину.

Но, видимо, Кирилл не желал брать такую ответственность.

«Пиши адрес. Скоро буду»

Буквально через десять минут Артур забежал в приемный покой, остановившись перед стойкой, за которой сидела Любовь.

— Вы не видели здесь рыжую девушку? — запыхавшись, спросил он.

— Я тут, Артур, — через силу произнесла я.

— Почему ты сидишь здесь? — он прикоснулся к моему плечу. — И почему ты такая холодная? Замерзла?

Я и не заметила, что была в одном легком платье — хотя на дворе стоял октябрь.

— Разве так можно?! — прорычал он, стягивая с себя пальто. — Заболеть решила? А что если воспаление легких получишь? Кто будет тебя лечить!

Артур ещё минуту ругался, закутывая меня в согретую вещь. Но я не слушала его, пытаясь высмотреть вдалеке приближающегося врача. Мое здоровье сейчас не имело особого значения.

— Женщина, — крикнул он на настороженную медсестру, — неужели Вы не могли пустить её во внутрь? Сами в теплом свитере сидите! Сейчас же говорите, что с Осиповым, и как скоро к нам придет врач?

Испуганная медсестра даже не успела ничего сказать, как двери открылись, и к нам вышел темноволосый пожилой мужчина. С сомнением оглядев нашу странную компанию, он спросил:

— Кто родственник Осипова?

— Я, — вскочив, нервно ответила. — Я его дочь. Как папа?

— Самое худшее позади, — он поправил очки, — но остаётся вероятность повторного инфаркта.

— У него был инфаркт? Но как… — я подошла ближе к врачу. — Он был в лучшей кардиологической клинике Москвы, где прописали соответсвующее анализам лечение. Неужели оно не помогло?

— Так бывает, — мужчина пожал плечами. — Сейчас он в реанимации, поэтому Вы не сможете к нему попасть. Езжайте домой, отдохните, а завтра вернетесь. Надеюсь, к тому моменту мы сможем перевести его в палату.

— Нет, — уперлась. — Я останусь здесь. Вдруг ему станет хуже, а я об этом даже не узнаю!

— Вита, — сзади подошел Артур, ласково положив ладонь на мое плечо, — врач же сказал: в этом нет смысла. Давай я тебя отвезу домой, а завтра мы вместе поедем в больницу. Или, может, Кирилл отвезет тебя.

Я понимала, он прав. От меня тут не было никакого толка, лишь дополнительная проблема для медицинского персонала. Да и переодеться не мешало.

— Папе точно не станет хуже? — с надеждой посмотрев на врача, спросила я. — Если нужны деньги, лекарства, я все привезу.

— В этом нет необходимости, — его спокойный голос вселял надежду. — Полис добровольного страхования покроет все расходы. Так что успокойтесь, не пугайте медсестер, — он искоса посмотрел на Любовь.

— Хорошо, — кивнула я, и, не хотя, поплелась к выходу.

— Куда везти? — спросил Артур, как только мы оказались в машине.

Я не знала, что ему ответить. С одной стороны, мне не хотелось видеть Кирилла, но с другой, мы должны были обсудить возникшее недопонимание ещё по горячим следам. Замалчивание никогда не было моей привычкой, поэтому, тяжело вздохнув, я назвала адрес Покровского.

Приехав к загородному комплексу, Артур припарковался на свободное место. Я уже хотела снять пальто, но он остановил.

— Не прощу себе, если ты заболеешь, — парень поправил на мне воротник, закрыв им мою голую шею. — Вернешь, когда будешь одета теплее.

— Спасибо, — прошептала я и вышла из машины.

Поднимаясь на последний этаж, нервно крутила кольцо на пальце. Ожидание тяжелого разговора свободного с ума, но мы обязаны были поговорить.

К своему сожалению, я не взяла ключи, думая, что вернусь обратно вместе с Кириллом, поэтому, нажимая на звонок, надеялась, что он уже вернулся домой.

Сначала по ту сторону стояла тишина, но постепенно послышались приближающиеся шаги. Я уже приготовилась сказать, что обижена безразличием своего любимого человека, как дверь открылась.

Передо мной стояла Алина. В футболке, которую ещё вчера носила я. Растрепанные волосы и смазанная помада — словно только сейчас она оторвалась от поцелуя с желанным мужчиной.

Я молча смотрела на неё, не зная, что сказать.

— Держи, — послышался приближающийся голос Кирилла, — я пытался её открыть, но не получилось. А куда делся штопор, не знаю.

Показавшись в поле моего зрения, Покровский остановился. Виновато посмотрев на меня, он еле слышно произнёс:

— Вита..?

Я стояла. Молча стояла, пытаясь собрать разбросанные мысли, чтобы хоть что-то ему сказать. Сейчас любимые голубые глаза окончательно потухли, превратившись из чистого яркого неба в холодный ледовитый океан.

Мы смотрели друг на друга, не решаясь начать разговор.

— Почему сбежала с премьеры? — неожиданно спросила Алина приторно сладким голосом. — Неужели нашлось что-то более важное триумфа своего творения и успеха Кирилла? Даже самые грозные критики оценили нашу работу. Может поздравишь нас?

— Поздравляю, — поджав губы, улыбнулась. — Вы большие молодцы.

— Вита, — Покровский направился ко мне, но девушка преградила его путь.

— Для чего эти глупые оправдания, Кирилл? — её голос перешел на фальцет. — Не пудри девушке мозги и скажи, что наигрался. Послезавтра мы улетаем в Москву. Кириллу предложили роль в новом сериале, права которого выкуплены Нетфликсом. Ты и представить не можешь, как он станет популярен. Девушке, наподобие тебя, не место рядом с таким, как Кирилл!

— Замолчи, — Покровский понизил голос, не отрывая взгляд от меня.

— Пусть говорит, — равнодушно прошептала я, не уступая в немой битве.

Я не знаю, почему стояла там… Почему позволяла себе слушать гадости, льющиеся из красивого девичьего рта. Возможно, мне хотелось убить в себе всё прекрасное, связывающее с Кириллом. Хотелось оставить лишь горький осадок от бездумной роскоши любви.

— Давай поговорим, — Покровский отодвинул Алину, подойдя ближе ко мне, но я отпрянула.

— Думаешь, есть о чем? — отведя взгляд, старалась скрыть собственную слабость. — Мне кажется, она уже все сказала.

— Нет, — Кирилл взял меня за руку и повел к лифту.

Нужно было вырваться, бежать, но я, как послушная овечка, шла за своим пастухом.

Выйдя на улицу, Покровский остановился, но его ладонь так и лежала на моем запястье. Тишина. Снова невыносимое молчание, давящее сильнее самых громких слов.

— Что ты хотел сказать? — не выдержав, спросила я.

— Все не совсем так, как сказала Алина… — он даже не пытался оправдаться. — Мне на самом деле предложили работу в Москве, но я хотел предложить тебе поехать со мной.

— Именно поэтому притащил её в наш дом? — горько усмехнулась я. — Это предложение поступило до или после того, как я сказала про своего отца?

— До… — Кирилл устало взъерошил волосы. — У меня с ней ничего не было. Алина просто…

— Мне это не важно! — перебила его, повысив голос. — Думаешь, я поверю, что ты так глупо решил мне изменить? Даже ребенок бы понял, что это провокация!

— Тогда почему ты нервничаешь? Почему так осуждающе смотришь?!

— Ещё перед тем, как начинать всё это, — еле сдерживала слезы, — я говорила, что рано или поздно одному из нас придется пожертвовать своими интересами в угоду другому! Что ты мне тогда ответил?

— Что мы найдём выход… — прошептал Покровский.

— Но сейчас, ты просто ставишь меня перед фактом, что принял решение уехать в Москву! Разве так поступают с любимым человеком?

— Любимым? — переспросил Кирилл. — Я не думал об этом…

— О чем? — неожиданно холодно спросила я.

— Я не могу сказать, что люблю тебя…

Меня словно окатили ушатом холодной воды. Я больше не слышала его… Все, о чем мы говорили до этого, оказалось таким незначительным, неважным…

«Правильно. Все верно», — кричало подсознание.

«Это ты построила воздушный замок, поселив там розовых пони. А Кирилл никогда не говорил, что любит тебя. Он всегда старался избегать этой темы, увиливая от неудобных вопросов»

Вырвав руку из его захвата, я развернулась и пошла в сторону выхода с территории комплекса. Слёзы удавкой стягивали шею, мешая сделать вдох, но прямая спина и гордо вздернутый подбородок не позволяли увидеть это Кириллу.

Было больно, чертовски больно довериться и ошибиться вновь. Словно из моей груди вырвали часть плоти, и буквально сожгли её, превратив остатки душевного тепла в прах.

Выйдя из зоны видимости Покровского, я не выдержала, сев на корточки. Тело ныло от физической боли, причиненной моральным увечьем. Мне хотелось закрыться от всего мира, но, чтобы выплеснуть напряжение, я закричала.

Это был настолько истошный крик, что мне самой на секунду стало страшно. Но, внезапно полегчало… Словно с моим рёвом ушли обида и горе, хотя я прекрасно понимала, что это лишь временное успокоение.

Посидев еще минуту, я встала.

Солнце, постепенно восходящее из-за горизонта, освещало улицу. Несмотря на холодную погоду, пели птицы. Сонные прохожие выводили на прогулку четвероногих друзей. Город постепенно оживал.

Так и моя жизнь. Не смотря на боль, испытанную этой ночью, она продолжала течь, вынуждая смириться с новой реальностью.

Эпилог

Москва.

Кирилл проснулся рано утром, чтобы как обычно успеть пробежаться и позавтракать перед трудным съемочным днем.

Натянув спортивный костюм, он потер глаза и хлопками по щекам попытался себя разбудить. Получилось отвратительно плохо, но, взяв бутылку с водой и телефон, Покровский поплелся к лифту.

В последнее время его жизнь была довольно серой и унылой. Нет, он продолжал сниматься в кино, получал свою порцию любви от преданных фанатов, участвовал в телевизионных шоу и выставках, даже посещал светские вечера, посвященные разным театральным событиям. Но все это казалось пустым, словно из его жизни ушел огонь, заставляющий двигаться вперед и творить, принося в мир яркость своих идей.

Виталина. Она так и не позвонила ему, даже вещи забрала через свою подругу Тоню, которая заявила, что разлюбила Кирилла, как актера, и больше не считает его своим кумиром.

Но Покровский понимал, что сам в этом виноват.

Он никогда не говорил девушке, что чувствует, пытаясь оправдать внезапно вспыхнувшую страсть, зарождающимися чувствами. Чем дольше он находился с Виталиной, тем меньше ему хотелось этих отношений.

Парадокс.

С ней он чувствовал, что теряет себя, но и без неё стало невыносимо.

Звонкий смех, горящие зеленые глаза и огненно-рыжие волосы. Он помнил каждую клеточку, каждую родинку и складочку её тела. До сих пор он слышал запах до боли знакомый запах духов в разных девушках, но никак не мог найти похожую на неё.

Нажав на кнопку лифта, Кирилл нервно поправлял фитнес-часы, за ночь сбившие вечерние настройки.

— Чтобы я ещё раз послушал Стаса, — проворчал он, вспоминая нового друга. — Дорого — не значит качественно.

Двери лифта распахнулись.

Молодой человек хотел зайти, но увидел девочку, держащую в руках маленькую белую собаку. Правда с ней не было взрослых.

Кирилл хотел подождать, пока девчушка выйдет на нужном этаже, но внезапно для себя решил зайти к ней. Нажав на первый этаж, он спросил:

— Тебе на какой?

— На первый, — уверенно ответила она, прижимая к себе пушистого друга. — Меня там ждёт мама.

— А почему ты уехала без неё? — Покровский продолжил разговор.

— Захотела покататься на таком красивом лифте, — девочка гордо подняла подбородок. — Пока грузчики заносят вещи, Томасу стало скучно.

— А Томас…?

— Это мой пёс, — лифт остановился на первом этаже.

Девочка больше ничего не сказала и побежала в холл. Кирилл же усмехнулся и последовал за ней.

— Соня, — грозный знакомый женский голос, — почему ты убежала? Я думала поседею, пока искала тебя! Не дай Бог ещё раз не увижу рядом с собой, останешься без сладкого!

Покровский испуганно огляделся, увидев девушку с длинными рыжими волосами, присевшую около его новой знакомой. Сердце пропустило несколько ударов.

— Виталина?! — тихо спросил он, но она его услышала.

Повернувшись, Вита равнодушно посмотрела на него, а потом пожала плечами, и отвернулась. Словно она не узнала Кирилла.

Боль, смешанная с обидой, зародились в его душе. Но среди этих печальных чувств возникло новое — надежда. У него появилась возможность все исправить.

Content

Ольховская Вероника Фиктивная любовь (СИ)