Мия Ираскем

Красная Шапочка в дремучем лесу

Когда ты Красная Шапочка всем охота куда-то тебя отослать. Ещё и бабушка, как назло, купила себе домик в дремучем лесу, к которому и подходить не хочется, не то что входить. И вот на что ей мои пирожки? Она уже лет десять на диете сидит. Но кто меня будет слушать? Не матушка, это точно.

— Не забудь масло! — крикнула она со второго этажа, а я лишь вздохнула, запихивая в корзинку банку.

Что-то мне подсказывало, что с этими же припасами меня отправят назад. Она ведь это масло терпеть не может. Когда уже мои родственники запомнят вкусы друг друга?

Накрыв корзинку салфеткой, я попыталась тихо пройти к прихожей, чтобы никто не успел вспомнить ещё какую-нибудь ненужную вещь. Но… я совсем позабыла о скрипучей половице прямо у двери!

— Не забудь надеть шапку! — тут же раздался крик отца.

Закрыв глаза, я выдохнула. В дремучем лесу лучше сливаться с природой, а не кричать своей красной шапкой, как маяком, всем диким животным о своём местонахождении.

Но опять же, кто бы меня слушал?

Быстро накинув шубку, я с тоской покосилась на шапку. Отец будет ругаться, если увидит её после моего ухода. А он наверняка проверит, послушалась ли я….

Ай, волки с ними. Если меня растерзают в этом лесу звери, буду их пенять до конца смерти призраком. Не зря же я дружу с деревенской ведьмой. Правда, она только и может что настойки от простуды делать….

Корзинка всё же вышла довольно тяжёлой, хоть я и пыталась вытащить уж совсем ненужные вещи. Ну, вот зачем бабушке соль для ванны, когда у неё этой самой ванны нет?

Жаль Пьер ушёл на охоту и теперь не сможет меня проводить. Хоть и старалась не бояться, что пойду впервые к бабушке одна, выходило весьма плохо. Одно дело у тебя под боком брутальный охотник, который и из канавы вытащит, и от зверей защитит, а тут? Корзинкой разве что отбиваться.

Морозный ветер сразу ударил в лицо, стоило выйти из деревни и подойти ближе к лесу. Хмурясь, я поглядела на тёмные тучи над елями. Лишь бы не попасть под метель ещё по пути…. Вот уж любовь бабушки к экономии вышла мне боком. Неужели нельзя было понять, что домик так дёшево не мог стоить даже в нашей деревушке? Тем более с банькой. Эх, сейчас бы тепло этой самой баньки. Запахивая потуже шубку, я не сдержала очередной вздох.

— Ладно уж, быстрее дойду, быстрее и в баньку попаду. — кивнула я сама себе, делая новый шаг к лесу.

Дикие звери только звались дикими. Все знали, что байки о говорящих животных, совсем не были таковыми. Сколько страшилок было, что они могут и заговорить до смерти. Скучно им, видите ли, друг с другом говорить, они любят говорить с людьми. А если человек сильно понравится, то могут и утащить в свои пещеры или норы. И охотники им страшны только с ружьём, а на обычных людей… Глубоко им плевать на бедных людей с корзинками. Особенно в красных шапках.

Потому детей всегда наставляют очень странными речами, на первый взгляд. В городах детей просят не говорить с чужими, у нас же наказывают не приветствовать зверей.

Только какой ребёнок подойдёт к этому страшному лесу?

Передёрнув плечами, я огляделась. И прошла всего ничего, а казалось, что уже в самых гуще тёмных ветвей, которые будто тянулись ухватить своими когтистыми лапами и остановить. Отзвуки деревни уже было не услышать, но и пенья снегирей тоже. Видимо, всё же будет метель, раз они попрятались. Ускоряя шаг, я старалась не потерять из виду помеченные деревья алыми лентами. Всё же хорошая идея пришла в голову Пьеру после того, как мы первый раз заблудились по дороге. Тропу снова замело и, утопая в снегу почти по колено, я точно знала, что придётся остаться у бабушки на ночь. Обувь будет мокрая и хорошо, если она высохнет к утру, а то придётся только вечером выходить назад в деревню.

— И кто же это тут б-р-рродит? — раздалось совсем близко, и я замерла.

Так, главное — не показывать страх. Просто идти дальше и не обращать внимания.

— Не слышишь меня? — кажется, этот зверь уже сбоку?

Вздёрнув подбородок, я продолжила путь. Лучше даже не смотреть, кого мне тут судьба подкинула. Буду самой скучной девчонкой, может и отстанет этот зверь.

Но неожиданно прямо передо мной прыгнул огромный волк, и я, сглотнув, остановилась. Он и ростом-то почти с меня, что они тут едят в этом лесу?

— Говор-р-рить не хочешь? — прорычал он сощурившись. — Или обмануть?

— Это когда я обманывала? — буркнула я, пытаясь обойти его.

И тут же зажмурилась, закрыв глаза. Это ж надо было сказать это вслух!

— Ага, значит, слышишь, — протянул волк довольным голосом.

Я покосилась на него и ведь скалится так, что бежать бы от него, чтобы пятки сверкали.

Молчать теперь не выйдет? Или если продолжу не отвечать, он всё же уйдёт?

— Куда идёшь? — вот же упёртый волчище.

Так я ему и сказала, тоже мне наивную нашёл.

— Вкусное что-то несёшь, — он принюхался, а я вновь прикрыла глаза.

Видимо, не отстанет, может его спугнуть?

— К охотникам иду, — проворчала я и ткнула пальцем вперёд, — они тут как раз недалеко.

— Плохим охотникам, — хмыкнул он, продолжая шагать рядом.

— С чего бы это? — нахмурилась я, не понимая, с чего он так решил.

— Ты же им еду несёшь, значит, дичь они не могут добыть. — и снова он оскалился, посмотрев на меня.

Вот же волки, а ведь правда. Стала бы я нести им пирожки, если бы охотники были хороши? С логикой у волка было явно лучше, чем у меня. Даже обидно стало.

— Может и плохим, но зато с ружьями, — всё равно хмыкнула я, — а уж если рядом будет волк, одну дичь они всё же получат.

— Убить меня хочешь? — он прыгнул передо мной, вновь преграждая путь.

— Так ты сам на смерть идёшь, при чём тут я? — пожала я плечами остановившись. — Это же ты идёшь за мной, я тебя верёвкой не связывала и не волоку следом.

Он сощурился, фыркнул и отошёл.

Неужели так просто? И даже отпустит? Неужели есть ещё в этом лесу добрые волки? Но стоило пойти дальше, как тут же услышала, как поскрипывает снег под лапами зверя. Неужто решил идти всё равно следом?

— Да чего тебе надо? — оглянулась я на него, зло сверкая взглядом.

— Скучно мне, — понурив голову, проворчал волк.

Прямо обиженный щеночек, ты глянь! А мне тут бояться за жизнь свою молодую и бесславную и как бы спасти её из лап этого самого волка.

Ведь все сказки с плохими концами начинаются всегда со слов, что кому-то стало очень скучно. А если этот кто-то был волк? Уверена, такие сказки становились сразу ужастиками.

Вздохнув, я продолжила путь, искренне надеясь, что зверю просто надоест за мной идти. Особенно если молчать буду….

Вот только и через пять, и через десять минут ходьбы ему это вовсе не наскучило. Злило ещё и то, что он в отличие от меня будто не видел проблемы пробираться в этом лесу. Да и молчание меня саму стало напрягать. Продержавшись ещё немного, я, в конце концов, покосилась на идущего рядом волка.

Весь такой грозный, тёмная шерсть при этом поблёскивает на свету, будто ухоженный кот. Странно, те же зайцы, принесённые Пьером всегда грязные, что не каждого на шубку можно пустить. А тут, прямо одомашненный волчара.

— Зачем ты идёшь за мной? — не выдержала тишины я, сама себя сразу отругав, но ничего не могла поделать.

— Я же говорил, мне скучно. — тут же прозвучал ответ и волк был явно доволен собой.

Конечно, сама жертва с ним заговорила, а не он. Будто мы играли, и я только что проиграла, запросто отдав ему победу.

— Настолько, что тебе охота идти за мной неизвестно куда? — недовольно поинтересовалась я.

— Но тебе же известно. — волк насупился, и его слова почему-то уже не казались утверждением, а были почти вопросом.

И это разозлило. Будто я потерялась. Да, я терялась тут уже однажды, но волку-то это было неизвестно!

— Это мне! — фыркнула я, повернувшись к нему. — Ты должен бояться, если не знаешь, что будет в конце.

— Почему?

Я даже опешила от этого вопроса. Будто маленький и не понимает всей опасности. Допустим, я иду не к охотникам и соврала. Но вдруг там у меня будет оружие получше корзинки? Или вообще я не соврала? А припасы еды… да хоть к бабушке по дороге занести должна. Столько вариантов событий, а этому зверю ни капельки не страшно? Или он не понимает элементарных вещей? Может и правда маленький?

— Потому что я человек. — попыталась вразумить его я. — Я твой враг.

— Кто сказал? — получила я очередной удивительный вопрос.

Я запнулась и упала. Разозлившись и на себя, и на него, зло посмотрела на него, сидя в снегу.

Нет. Он определённо не волчонок. Если такие волчата, то страшно было бы представить, какие взрослые волки.

— Все говорят, — процедила я, поднимаясь и, поставив корзинку на землю, попыталась отряхнуться.

— Ну, это неправда. — ухмыльнулся волчара и тут же добавил. — Быть не может, чтобы все на свете были столь единодушны.

— Да что ты за неправильный волк такой! — воскликнула я в сердцах, взмахнув руками.

— А ты знаешь ещё волков? Откуда тебе знать, что я неправильный? — обиженно проговорил зверь, отвернувшись и принюхавшись. — Тебе стоит уже поскорее привести нас к концу.

— Почему это? — не поняла я такой быстрой смены темы.

Вздохнув и подняв корзинку, я лишь понурилась. Теперь до пояса всё равно в снегу, всё отряхнуть было невозможно. А значит, и правда стоит поторопиться, чтобы не окоченеть тут.

— Метель уже совсем близко. — вздохнул зверь. — В конце будет тепло?

— Тепло, тебе особенно, вот кину тебя в костёр, там и согреешься- прошипела я.

— Злая ты, — вздохнул волк как-то обречённо.

— И голодная. Готова волка съесть. Целого.

Сбоку хмыкнули, но промолчали. Вот же привязался. И как теперь бабушке объяснить такого гостя? А если он возле неё поселится? И ведь идти больше некуда…

Волк снова почему-то молчал, а я была слишком зла и упряма, чтобы заговорить с ним. Да и холодно стало весьма.

Ветер действительно стал подниматься, и я понимала уже, что не прийти мне к бабушке, не попав в метель. С одной стороны, не первый раз я попадаю в неё в дороге, с другой, впервые попаду в лесу.

Здесь разве что за деревья прячься или выкапывай себе нору в снегу. Сильные метели у нас были, порой приходилось держаться за всё что только увижу, а если рядом жила подружка забегать хотя бы во двор. Не всегда можно было даже дойти до дверей дома.

Матушка говорила, что метили нам наколдовывают вот как раз говорящие звери. Бабушка, что ведьмы.

Только вот ведьмы, которых я видела, могли мало. Да и, смотря на волка сбоку, нельзя было сказать, что он сейчас метель наколдовал. Он её лишь унюхать может.

Неожиданно волк остановился, и я зачем-то вместе с ним. Нахмурившись и оглянувшись на него, я молчала.

— Поздно, — проговорил он недовольно и огляделся.

Поздно? В смысле?

Я посмотрела на небо, не понимая о чём речь. Вроде снега ещё нет, чтобы устроить снежную пургу, от которой нет спасенья. Как меня толкнули в спину, чуть не повалив в снег.

— Бежим! — грозно крикнул волк и, повернувшись, ринулся вправо.

Я замерла, не понимая, а что мне собственно делать? С одной стороны, волк, с другой метель….

— Живо! — окрикнул меня волк и я сорвалась за ним.

Такое себе удовольствие бежать неизвестно куда, при этом буксуя на каждом шаге. Я злилась от того, как сильно оступаюсь от этой спешки и явно отстаю от зверя. А ещё ужасно нервировал пошедший снег. То есть волк почувствовал его за несколько минут до этого?

Слава богам бежали мы не так уж и много. Волк остановился и мотнул головой, пропуская меня вперёд, и я замерла лишь на мгновенье перед странной норой.

Возможно, когда-то это было обычная нора такого же волка, но сейчас она была разрушена и походила скорее на странную земляную пещеру с довольно большим проходом. Хорошо спрятаться тут было возможно скорее лишь одному из нас….

Быстро пролезая поглубже и давая волку хоть немного места внутри, я схватилась за какой-то выпирающий корень, явно принадлежащий ближайшему дереву. Но поведение волка меня удивило. Он не пролез ко мне, а пытался закрыть весь вход… своим телом?

— Что ты делаешь? — ошарашенно спросила я.

— Закрываю проход, — волк почти прорычал, но тут же будто успокаиваясь, выдохнул, — спасаю тебя, на что ещё это похоже? Кто вообще тебя послал в такую погоду в лес?

— Матушка, — прошептала я, совершенно не понимая поведения этого зверя.

И ведь говорил совсем иначе, не как ребёнок….

Он сумел закрыть собой проход и даже положить морду внутрь. И судя по звукам завывания ветра, там, снаружи, метель уже набрала обороты и высовываться не стоит. Говорить смотря на его хмурый и сосредоточенный вид даже в полутьме не хотелось. Может, ему слишком больно?

— Как тебя зовут? — вдруг проворчал волк, сквозь зубы.

Вздрогнув, я посмотрела на него. Серьёзно? Вот нашёл время для знакомства!

— Тебе зачем? — буркнула я.

Во всех сказках нельзя было имя говорить, особенно диким зверям. Но вот как быть, когда этот самый зверь спасает тебя от непогоды?

— В невесты возьму, — хмыкнули мне в ответ, — а как взять в невесты имени не зная?

Ага, значит, про наши сказки он был в курсе. Ну, не на ту напал.

— Красной шапкой называют, — проворчала я, но не удержалась, — а тебя, женишок?

— Волком. — оскалился зверь в ответ.

— Угу, родители особо над именем не думали.

— Кто бы говорил.

На это мне ответить было нечего, сама же не сказала настоящее имя. Но вдруг сказки не врут и потом от зверя не отцепиться? А там и правда непонятно как замуж возьмёт, что мне с Пьером делать? Он же столько раз меня уже спасал, явно собирается к родителям наведаться да посвататься.

— Не бойся, скоро утихнет метель, — процедил волк снова сквозь зубы, явно не так понял мои страхи.

— Откуда знаешь? — поинтересовалась я.

В норе было не так уж и холодно, да и от тела волка шло тепло. Так что страшно вовсе не было. Но не говорить же об этом ему?

— Не то время, — проворчал тихо зверь, — лишь через месяц метели будут столь длинные, что лучше даже не заходить в лес.

А потом неожиданно приподнял голову и посмотрел на меня в упор, хотя в полутьме было не разглядеть, он казался очень серьёзным.

— Ты запомнила? — спросил он, а я совсем не поняла вопроса, на что он фыркнул тёплым воздухом и уточнил. — Прекрати шляться по лесу в такую погоду. Особенно через месяц.

Кто ещё тут шляется?!

— Меня сюда послали! С важным делом, между прочим, — проговорила я, но уже тише добавила, — пирожки отнести.

Волк тяжко вздохнул, а я понурилась. Сама понимала, что такое себе поручение, особенно если ты идёшь к бабушке. А потому обещать, что через месяц не войду в лес глупо.

— И всё же попытайся, — проговорил он, — иначе в следующий раз придётся тянуть тебя за шкирку в свою нору.

— А понести на спине не вариант? — проворчала я.

А ведь правда, крупный весьма, мог бы донести меня сюда, а не заставлять бегать. Пытаться бегать, но это детали.

— Нельзя, — вновь процедил волк сквозь зубы.

И, кажется, это было вовсе не оттого, что по его боку то и дело ветер бил снегом, а потому что он был недоволен этим фактом. Я нахмурилась, но уточнять почему не стала. Захотел бы сказал, а лезть в душу… Кто знает, что там в этой душе найдёшь? Тут итак снаружи зверь громадный.

Он тоже молчал и то ли последняя тема ему была не по нраву, то ли слишком холодно было говорить, но тишину не нарушал. И не знаю отчего… но в этот раз тишина совсем не напрягала. Будто сидела я вовсе не в норе, а у бабушки в избе, а вьюга так слышно выла, потому что возле окна…. Я даже не сразу сообразила, что ногам куда теплее, потому что я упиралась ими в волка. Но он вроде не возражал против такой наглости. А я? А я решила, что в такой ситуации лучше побыть наглой и ещё больше согреться. До бабушки ведь прошли лишь пол пути….

— Кажется, всё, — неожиданно проговорил волк, когда я думала, что уже даже удастся подремать.

Вылезая из норы за волком, я проворчала, что тело всё же затекло. Прижимая несчастную корзинку, я вздохнула. Может, следовало её уронить уже где-нибудь, да забыть?

И тут волк неожиданно толкнул меня назад в нору, хотя даже ветерка уже не было…

— Ты чего? — хотела было возмутиться я, но тут заметила впереди тёмную фигуру.

Весьма знакомую фигуру. С ружьём.

Но вот меня, кажется, он ещё не увидел и не осознал, что метит не только в волка!

— Совсем с ума сошёл?! — я ринулась на парня, но, утопая в снегу, было довольно сложно бегать.

Тем более обежать упрямого волка, который пытается тебя защитить от охотника.

И ведь достали уже, я столько летом не бегала, сколько сегодня!

— Шапочка? — удивлённо поднял брови Пьер, совсем не понимая, что я тут делаю.

Я была с ним солидарна в этом вопросе и всё же сумела встать между ним и волком.

— Иди и ищи себе другую добычу, — сурово проговорила я, и, кивнув головой в сторону волка, постановила, — эта моя.

Кажется, и волк, и Пьер были этими славами, мягко говоря, удивлены.

Но позволить сделать из волка, который мне помог, очередное чучело в хижине Пьера… Нет, не могла.

— У тебя же ружья нет. — насупился парень, не опуская ружьё.

— А мне и не надо, он живая добыча. — не отступила я.

— Совсем сдурела. — прошипел зло Пьер.

А как же иначе, с волком заговорила и даже веду его в свой дом. Ну, почти мой, бабушкин. Но это уже так, мелочи. Кто к ним придирается? Вот и ему не следует.

— Если нападёт, что делать будешь? — задал резонный вопрос мой возможный жених в будущем.

— Хотел бы, уже давно напал, а сейчас толку. — фыркнула я и, отвернувшись от старого знакомого, вернулась к волку.

Нам ещё успеть бы дойти до бабушки. А то, кто ещё на дороге встретится, и так уже метель еле выдержали, судя по усталому виду волка.

— Ты ж его убить не сможешь! Дурная! — закричал в спину Пьер, но всё же стрелять передумал.

Развернувшись, он явно злющий пошёл искать себе другую дичь и возможно предупредить других охотников о том, что я рассудком помутилась.

— Жених? — тихо поинтересовался волк, нагнув ко мне голову.

Хотя смысл, он уже был довольно далеко. И от его вопроса стало почему-то мерзко. Как можно было вот так просто выстрелить в животного даже не подумав, уточнить, а может он говорящий?

— Чур тебя, — шикнула на него я.

Ещё не хватало иметь у себя такого жениха.

Тем более, а если дома так же бы с ним было? Скажешь лишнего, а у него ружьё, да ну, слишком опасно.

— Скоро уже придём, только ради богов, будь самым милым волком. — проговорила я вдруг, понимая, что всё действительно приведу к бабушке этого странного зверя.

— Я, итак, такой, — вздёрнул голову волк.

А я лишь хмыкнула. Вот уж правда.

***

— Бабушка, ты только не пугайся… — начала было я, но запнулась на полуслове.

— О, здравствуй Вилед. — бабушка смотрела с улыбкой на зверя за моей спиной и лишь после взглянула на меня. — А ты чего в лес пошла в такую погоду?!

— Так… Мама… Пирожки передала.

Я даже не знала, что сказать на такой вопрос и лишь подняла корзинку вверх, доказывая свои слова.

— А пирожки где? — Хмыкнула бабушка, увидев абсолютно пустую корзинку.

— Метель и… Не донесли. — растерянно пролепетала я, понимая, что кажется со всей этой беготнёй и норами потеряла всю передачу по дороге.

Она покачала головой.

— Совсем с ума в этой деревне сошли. Пирожки в метель нести. В дом заходи, и ты, — она повернулась снова к волку, — давно ты чай не пил, замёрз небось.

— Замёрз, — раздалось сзади.

— Переодеться сможешь в баньке, — крикнула ему бабушка, намереваясь зайти в дом.

А я непонимающе оглянулась и остановилась. Вместо волка стоял… Парень.

Голый парень!

— Куда засмотрелась, — толкнула меня вперёд бабушка и я быстро отвернулась.

Теперь совершенно не понимая, что тут происходит.

Но перед глазами так и стояло крепкое тело незнакомого мне мужчины, с совершенно неестественными серыми глазами и тёмными как перья ворона, волосами. Кажется,… Я увидела слишком много, и забыть будет крайне сложно. И поняла я это, увидев этого незнакомца уже в одежде.

И ухмылка его крайне была похожей на ухмылку волка…

— Сейчас ты даже красивее. — проговорил он, садясь за стол.

— Что? — непонимающе спросила я.

— Твои щёки абсолютно алые. — он широко улыбнулся.

Как им не быть алыми, искуситель! Кто ж ходит тут такой голый…

— Грета, прекрати смущать гостя. — бабушка поставила горячий чайник назад на плиту, а я возмущённо ахнула.

— Это я его смущаю?! Да это он! — я указала на негодяя рукой, но она мне совсем не поверила.

— Я? — наклонился этот волк, пытаясь дотянуться до меня несмотря на стол.

Отпрыгнуть бы от него, но между нами и так уже стол стоит. С весьма горячим чаем, так что если что можно было бы запульнуть в него кружку, дабы защитить…

Девичью честь? Ну, возможно.

Но вот получила лишь очередную ухмылку.

— Гр-р-рета. — протянул он, наклонив голову вбок.

— Ты что не познакомилась за всю дорогу? Где твои манеры, девочка? — удивилась бабушка, садясь с нами.

— Так он же зверь! Ему нельзя говорить… — проворчала я, смотря как этот самый волк как ни в чём не бывало попивает чай и заедает его рябиной. — Он же утащит и поминай как звали.

— Не утащил ведь, — проворчал зверь.

— Её утащишь, себе дороже. Не прокормишь, даже не представляешь, как много она любит поесть. — улыбнулась бабушка ему.

Она серьёзно? Как можно так подставлять свою любимую внучку? Ну, или хотя бы единственную?

— Знаю, — ухмыльнулся волк, и, нагнувшись к бабушке, прошептал будто говорил самый большой секрет, — она хотела меня съесть, как сюда придёт. Не хочешь ли ты меня сейчас подкормить, чтобы свою внучку накормить после, а?

Боги, да откуда они вообще друг друга знают?!

— Ты пить чай будешь? — спросила бабушка меня с улыбкой.

А я насупилась. Конечно буду, я замёрзла от этой прогулки как самый настоящий волк…. Хотя, смотря на вроде такого же зверя, поняла, что сравнение, видимо, не совсем удачное. Он не выглядел совсем уж замершим.

***

— Кто он такой? Как может превращаться в волка?

Вопрос, казалось, удивил бабушку. Но задать его при госте было неловко, потому я дождалась, когда мы останемся одни. Правда, ждать пришлось до ночи, когда бабушка укладывала всех спать.

— Лес не такой простой, как ты думаешь, дорогая. — проговорила бабушка и вздохнула. — Или думаешь, я просто так тебе подарила шапку в своё время?

А шапка тут причём вообще?

— Байки в деревне рассказывают для безопасности. Чтобы такие неугомонные дети, как ты, не заходили в лес.

— Ага и поэтому меня сюда послали? — проворчала я.

— Родителям твоим ещё достанется за это. — нахмурилась она. — Но тебя обычно всегда замечали издали и сторонились. Да вот только Виледу, видимо, сильно захотелось с тобой познакомиться. Он порой следил, чтобы ты добралась до меня в целости и сохранности. Ты же такая беспечная, то не туда свернёшь, то в канаву упадёшь, а один раз кабана пришлось отваживать с твоего пути.

Я удивлённо подняла брови. Так… Тот раз с не понятно, откуда взявшейся верёвкой было его рук дела? И рёв кабана, который я услышала, но самого кабана не встретила… И… Появившиеся отметины на деревьях до самого дома бабушки… Я же думала, это всё Пьер для меня делал…

— Глупышка, — потрепав по волосам, бабушка встала с моей кровати, — спи дорогая, завтра ещё обратно идти. Набирайся сил.

— А почему они не живут в деревне? — всё же задала ещё вопрос я.

После таких вещей просто так уснуть было бы сложно. В голове было слишком много вопросов….

— Вне леса им нельзя быть, диким стать могут. — прошептала она уже у самой двери.

— Разве не наоборот должно быть? — нахмурилась я.

— Такой уж народец, — вздохнула бабушка, оставляя меня одну.

А я никак не могла понять, почему тогда нам в деревне это преподносилось как… страшилки? Почему охотники не боялись стрелять в таких животных? Или они не знали, что это тоже люди?

И где мне найти все ответы? Даже встав ранним утром и завтракая вместе с бабушкой и волком, задавать их было сложно. Я совершенно не знала, с чего собственно начать. И, возможно, так и не решилась бы, если бы сам волк не нарушил моё странное молчание уже по дороге домой.

— О чём ты так хорошо задумалась?

Я вздохнула и посмотрела на него.

— Об охотниках, — выдала я, — ведь не могут все они не знать о том, что вы… люди.

— Люди, как и звери бывают разные, — сказал волк, не смотря на меня.

Что это значит? Что есть охотники, которые вот так просто их убивают, а есть другие?

— Но… это же не охота уже, — прошептала я.

— Нет, — вздохнул Вилед и уточнил, — но не забывай, что я сказал. Не только твои охотники бывают разными.

То есть звери есть и не такие уж добрые? Логично с такими делами. Кому захочется умереть от рук охотника? Я бы тоже озверела.

— А вы… Как вы, ну… — я насупилась, не зная, как вернее задать вопрос. — Как вы выбираете пару? Как человек или зверь?

— Когда как, — покосился он на меня.

Я сглотнула, отвернувшись от него. Глупый волк. Почему нельзя сказать нормально?

Хотя какая разница… В деревне же он не будет жить… Я невольно грустно вздохнула.

— Вот ты и почти дома, — проговорил он, и я, подняв взгляд, кивнула.

Конец леса. Дремучего и не такого уж опасного, но совершенно незнакомого. Остановившись, я оглянулась на стоящего волка и задала совсем неожиданный для себя вопрос.

— Ты же изначально знал, куда я иду, почему не мог отнести на себе?

— Запрет, — проговорил он, — станешь моей невестой, тогда смогу.

— Коварно.

— Я же волк. — он оскалился, и я почему-то улыбнулась.

Отвернувшись, я пошла к деревне. Надо было оказаться ближе к людям, чтобы не думать о том, чтобы переехать поближе к бабушке в этот дремучий лес…

— Я буду ждать тебя, — услышала я, прежде чем вышла за пределы и выдохнула.

Да кому же я вру. Развернувшись и побежав назад к волку, я почти тут же оступилась, но упала в мягкую шерсть, вместо холодного снега.

— Ты совсем не умеешь бегать по снегу, ты знала? — проговорили мне чуть ли не в ухо.

Я рассмеялась, обнимая зверя за шею, совсем не собираясь слушать его. В конце концов, он поможет, если что.

— Всё хорошо? — тихо спросил он, когда я прекратила смеяться и лишь кивнула. — Точно?

— Как ты относишься к обычным девушкам? — поинтересовалась я, отталкиваясь от него и заглядывая в глаза.

— К обычным девушкам?

— Которые не превращаются в волчиц и за которыми нужен глаз да глаз? — я продолжала улыбаться, смотря на его растерянный вид.

Да, таких вопросов он, видимо, от меня не ожидал. Но уточнить всё же стоит. А то вдруг навяжусь на его бедную морду.

— Ты хочешь, чтобы я тебе уже сейчас признался? — его тон был бесконечно удивлённым.

Признаться? Отлично. Это сейчас как раз необходимо!

— Желательно. — уверенно кивнула ему я.

— А как же годы ухаживаний? — всё ещё хмуро уточнил он, а я недовольно потрепала его по шерсти на голове.

— Слишком долго. — протянула я.

— Сердце замирает от таких спешащих девушек. — наконец, улыбнулся он мне.

— Отлично, — улыбнулась я, понимая, что домик в лесу не так уж и плохо на самом деле.

Content

Мия Ираскем
Красная Шапочка в дремучем лесу