Стася Эльтвис

Славянские наследники: Тайный Карачун

Приглушённый смех, тьма непроглядная, чьи-то дрожащие силуэты за дверью. Что-то никогда не меняется. Поправляю волосы, которые так и норовят упасть в разные стороны. Мне сложно собраться и помыть их, мысли гложут сознание, трудно думать о чём-либо, кроме ненавистной иголки. Иголки, в которой спрятана моя смерть, между прочим. И почему именно мне Кощей решил строить козни? Воевал бы тогда уж до конца с моим отцом, который ушёл за хлебом. Будь он проклят. Глубоко вздыхаю и захожу внутрь, не стучась.

Пять удивлённых мосек косятся на меня так, будто впервые в жизни меня видят. Я застал их врасплох. Это уже третий год нашей совместной учебной жизни, а всё по-старому. Чёрт бы побрал это учебное заведение. Меня не приняли в обычной школе, а здесь и подавно не примут. Везде лишний, полукровка, которого не жалуют. Видеть их натянутые улыбки тошно, но они единственные, с кем я поддерживаю хоть какой-никакой контакт.

— А я говорила вам подождать наше чудо. Он же на нас всех теперь порчу наведёт, смотрите, какой недовольный. — Ехидно отозвалась Евдокия, облокотившись на Ксению и откинув мокрую чёлку назад.

— Нечего молоть чепуху. Просто в следующий раз стройте планы без меня, если не собираетесь посвящать меня в них. — Буркнул в ответ я и уселся поодаль от остальных.

Таисия посмотрела на меня, но поймав мой взгляд, резко отвернулась. Дети не отражение своих родителей и всё такое, но я до сих пор не могу свыкнуться с мыслью, что тусуюсь с компанией дочери врага. Если присмотреться, не такие уж они с отцом и разные: Тася худая до невозможности, бледная как поганка, вечно сидит в темноте и тоже сторонница всяких секретов. Того и гляди запрячет в моих детях иглу со смертью… Может, кому-то покажется, что я дохожу до абсурда, но она правда пугает меня. Особенно в последнее время.

— Тася, ты не будешь свой калач? — Арсений легонько боднул её в плечо. Это, видимо, его привычка, мне он тоже иногда так делает. Порой их повадки меня удивляют, но я и сам недалеко ушёл от мистического мира: гадаю на таро, поклоняюсь божествам у алтаря, разговариваю с тотемами.

— Не-а. — Таисия отрицательно покачала головой и, погладив парня по волосам, протянула ему свою порцию. — Можешь взять, если хочешь.

Ну вот, опять. Она всегда отказывается от еды. Сколько бы раз мы не обедали вместе, её порция обычно переходит другим людям. Не знаю, беспокойство это или что-то другое, но мне страшно за её организм. Она точно в порядке? Ладно, Иван, придержи коней, она вообще-то дочь твоего врага. Может это коварный манёвр, чтобы отвлечь меня?

Арсений начал жадно уплетать свой калач с маком, Таисия посмеивалась, Евдокия и Ксения о чём-то бурно шептались, а Спиридон, по обыкновению, сидел в углу и рассматривал костяшки своих рук.

Спиридон всегда самый отстранённый в компании, если не считать меня. Только вот меня отстраняют другие, а он себя сам. Нелюдимый, недоверчивый, скрытный. Идеальная партия для такой же холодной Таисии. Не знаю, что у них там, но ставлю свой магический дар на то, что между ними что-то есть. Как бы я ни пытался подступиться к нему, как бы сильно ни хотел найти общий язык, все попытки были тщетны. И вроде бы я не худший вариант для дружбы, учитывая тот факт, что мой отец спасал его матушку, и не раз. Но почему-то всегда выбирают не меня. Даже отец выбрал не меня…

В меня прилетает чем-то тяжёлым. Я не сразу понимаю, что это была книга. Видимо, самая древняя, которую только можно было найти под рукой, потому что слой пыли на ней огромный.

— Может уже хватит дуться? Мы ждём, не дождёмся, когда ты скажешь, кто твой тайный Карачун. — Евдокия положила руки под голову и склонила её набок с интересом.

Забавно. Она ведь и пилила меня весь месяц с этим флешмобом, чтобы я точно не забыл и не смог улизнуть. Временами раздражает, но у нас с ней воцарилось перемирие несколько недель назад, и мне бы не хотелось рушить эту стену. Да, пока что лёд тает только когда мы наедине, но маленькие победы — тоже победы.

— С ним каши не сваришь. Мальчики, может вы нас хотите чем-то порадовать? — Кокетливо подмигнув, спросила Евдокия. Её короткие волосы всё время были мокрыми, но это не мешало им красиво падать на лицо. Она всегда вела себя открыто, шумно, и в этом был особый шарм. Прозрачная блузка с цветочным принтом, чёрное мини-платье… Она выглядела великолепно и напоминала обычную девушку из мира людей. Никто бы с виду и не подумал, что она дочь Водяного, что большую часть жизни она провела в воде, что её волосы никогда не высыхают, что она предпочтёт дно морское самому красивому паркету в самом богатом дворце.

— У меня кое-что есть. — Арсений достал из кармана зелёного бомбера два маленьких кулона. Мне пришлось подойти ближе, чтобы рассмотреть их. Это были жестяные открывашки от банок из под газировки, скреплённых между собой в виде сердца. Интересно, где он смог их раздобыть? В нашем лесу вряд ли кто-то распивает пепси или колу.

— Фе, я таких со дна могу много принести. Разве это подарок?

С лица Арсения спала улыбка. Он явно расстроился. Он всегда чувствует себя не в своей тарелке, когда его критикуют: горбится, резко замолкает, краснеет. К нему пододвигается Таисия и приобнимает одной рукой.

— А по-моему очень милый презент. И кто же счастливица? — Приободряюще говорит Тася, и я замечаю, как глупая улыбка снова озаряет лицо Арсения.

Смотрите, тут как тут прямо. Да, мне не нравится она. Да, меня напрягают её действия и слова. Ничего не могу с собой поделать.

— Ксюша, это для тебя. Я подумал, что было бы здорово, если бы мы носили парные кулоны. Наверное, ты подумаешь, что это глупо…

— Что ты, мне очень нравится. — Перебила его Ксения и взяла один из кулонов себе. Она сжала его в обоих ладошках, но надевать не спешила. Румянец на её щеке стал более заметным. Они довольно милые, из категории тех, "кто и мухи не обидит". Наверное, к ним обоим я отношусь нейтрально. Главное, чтобы однажды я не проснулся поджаренным после ночи с Арсением, и не связанным листвой деревьев после ссоры с Ксюшей. — У меня для тебя тоже кое-что есть.

Она протянула Арсению маленькую коробочку, завязанную венком из ромашек. Парень начал так жадно и быстро открывать полученный подарок, что мне пришлось отскочить назад. Прямо позади меня возникла фигура Спиридона. И как он так быстро там оказался? От него пахло горелым, как и обычно. Видимо, сбежал, пока все были увлечены подарками. Он вздохнул и, взяв меня за плечи, развернул к ребятам. В такие моменты я был ему благодарен. За внимательность, не более. Просто он иногда подмечал те детали, которые были важнее того, что обычно выставляется напоказ.

Арсений всучил мне в руки подгоревшее печенье с громким возгласом: " — Даже не смей отказываться, печеньки приготовила Ксюша, а значит, они идеальны!" Отказываться — себе дороже, поэтому я засунул его в карман брюк, чтобы выкинуть потом по дороге.

— Дуня, а у тебя что? Наверняка, множество поклонников помимо тайного Карачуна. Расскажи уже нам, что тебе подарили. — Ксюша стала более открытой. Я начал замечать это уже давно, и должен признать, общение с Арсением идёт ей на пользу. Не думал, что скажу это, но змеетерапию стоит вводить как новый метод борьбы с тревожными расстройствами.

— А вам всё да расскажи. Лучше взгляните на подарок, который я приготовила своему Карачуну. Уверена, он будет в восторге. — почти промурчала Евдокия. Она всегда старалась тянуть слова, видимо, выдерживая интригу. Девушка вытащила из-за спины микрофон и пакет с яблоками.

— Молю всех богов, чтобы это был не мой подарок. — Вероятно, впервые за весь вечер что-то произнёс Спиридон.

— Тебе это не поможет, пташка. Мы ждём песню, заводи шарманку. — Евдокия уселась на пол и начала хлопать в ладоши, приговаривая. — Просим, просим, просим.

Остальные подключились к её лозунгам, пока я смотрел на её улыбку, опёршись на косяк. Я заметил на себе взгляд Таси и понял, что сам невольно начал улыбаться, поэтому быстро собрался и, сменив выражение лица, начал хлопать вместе с остальными. Она продолжала смотреть на меня. Видимо, дело не в улыбке. Тогда в чём же? Дочь Кощея точит на меня зуб? Может сказка не такая уж и сказка? Даже не по себе становится… По коже пробежался холодок, и я начал смотреть на Спиридона, надеясь, что он прекратит воцарившийся хаос.

— Ненавижу яблоки. — Скривив губы, сказал Спиридон и обратил внимание на микрофон, а затем и на ребят. — Даже не просите, я не буду петь.

— Как же так? Ты же сын самой голосистой птицы во всём тридевятом царстве. — Подзадоривала его Дуня.

— Оставь его в покое. Он достаточно настрадался, ему в подарок достались ненужные вещи. — Сказал Таисия, обращаясь то ли к самой Дуне, то ли ко всем. Её слова заставили всех остальных замолчать и перестать апплодировать.

— Ну, ну, лучше микрофон и еда, чем ничего. Видимо, твоим тайным Карачуном оказался лицемерный птенчик: сам не дарит и чужим подаркам не рад.

Спиридон молча вышел из комнаты и резко хлопнул дверью. Я видел напряжение во всём его теле. Даже бежевая водолазка и клетчатая рубашка не могли скрыть того огня, что разрывал его изнутри. Я не мог пойти за ним, но впервые за долгое время мне хотелось помочь кому-то из компании, кроме Евдокии.

— Фи, зануда.

Я наблюдал за реакцией остальных. Они будто замерли. Создавалось ощущение того, что они хотели продолжить посиделки, но боялись излишней неловкости. Особенно я следил за Таисией. Я ожидал, что она побежит за ним вслед, но девушка оставалась на своём месте. Мне стало некомфортно. Я не знал, что я должен сказать, или может, лучше сделать? Почему не выдают инструкцию о том, как вести себя, если ты сын обычного человека и колдуньи, и как наладить отношения с другими магическими существами?

Она встала и подошла ко мне. Стало ещё хуже. Лучше бы вернулся Спиридон и заклевал меня в своём зверином облике. Таисия взяла меня за руку и повела за собой не сказав ни слова. Мне было страшно начинать разговор первым. Смутило ли это остальных? Уверен, ничуть. Скорее всего, они просто продолжили обсуждать местные сплетни.

Только сейчас я заметил, что волосы Таисии стали короче. Она сама их подстригла? Или так сказывается питание? Должен ли я спросить об этом? Они были собраны в хвост, некоторые прядки выкрашены в фиолетовый. На фоне светло-серых локонов цвет смотрится контрастно, и это довольно красиво на мой взгляд. Я не замечал этого раньше. Она всегда красила волосы? Ауч… Мы во что-то врезались. Или, если быть до конца точным, только я.

— Извини, плохое зрение. — Она улыбнулась одним уголком губ и кивнула в сторону большого бревна, лежащего посреди поляны.

Точно, она же носит очки. Интересно, какой у неё минус? Будет странно, если я спрошу… Чтобы не задерживать её, я присел на дерево рядом с ней.

— Ты, наверное, подумал, что я с ума сошла. — Она слегка посмеялась, но на меня не смотрела. Прерывает зрительный контакт… Что всё это значит?

— Честно говоря, ты застала меня врасплох. — Я попытался улыбнуться, но мне кажется, испуганный взгляд выдавал меня с головой.

— Я приготовила тебе подарок. Долго голову ломала, что бы такого подарить. Мы ведь и не знаем толком ничего друг о друге. Но ты не думай, что я тебя сторонюсь и всё в таком духе, я просто не знаю, стоит ли мне начинать разговор. Не знаю, хочешь ли ты сближаться со мной или с кем-либо ещё из компании. Да и мне это в начале года не особо было нужно. Дружба, высокие чувства… Я же на учёбе только была помешана, и не то, чтобы сейчас что-то сильно изменилось. — Она вздохнула и наконец-то посмотрела на меня. Я слышал её дыхание и сбивчивый голос. Надеюсь, это не признание в любви… Ничего не хочу сказать, я и сам не красавец, но просто дочка врага, и влюблена в меня? Вот это уж точно сказка. — В общем, это тебе.

Она достала из своего рюкзака большую книгу и вручила мне. На ней был толстый слой пыли, виднелись заломы, выступающие страницы, но выглядела она по-винтажному прекрасно.

— Это самый древний гримуар, который только можно было найти в тридевятом царстве. Стащила у отца, не благодари. — Она накинула чёрный капюшон и, пододвинувшись ближе ко мне, прошептала. — Только, если что, не сдавай меня.

Жар-Птицу мне в клетку! Серьёзно? Так она не влюблена в меня? Мне не очень то и хотелось, но всё равно обидно… Но, гримуар потрясающий. Я читал много литературы в этой категории, но уверен, здесь столько интересных заклинаний и приворотов. Она украла его у отца для меня. Дочь Кощея украла у него гримуар для меня. Дочь моего врага украла самую ценную книгу для меня. А я подозревал и обвинял её во всех грехах. Нехорошо как-то получилось…

— Дар речи потерял? Я знаю, подарок чудесный, но не настолько же. — Таисия улыбалась, и я не мог не улыбнуться в ответ. На большее меня не хватило. Я не знал, как передать словами то, что чувствовал. И не знаю, смогу ли когда-нибудь рассказать ей об этом.

— Я вам помешал? — Это был Спиридон, подошедший сзади.

— Всё в порядке, мы уже закончили. — Ответила Таисия, и я понял, что мне лучше уйти. На самом деле, спрятаться неподалёку, чтобы подслушать, но какая разница.

Спиридон сел на моё место. Он слегка дрожал, видимо, из-за холода.

— Прости.

— За что? — Выгнув брови, спросила Тася. — Что случилось, солнце? — Она пододвинулась ближе и взяла его за руку.

— Я хотел подарить тебе свидание, но не находил подходящего момента пригласить тебя. А потом случилось то, что случилось. Мне жаль, что ты чувствовала себя так, словно осталась без подарка. — Никогда не видел Спиридона таким многословным и расстроенным.

— Нашёл, из-за чего переживать. Я итак знаю, что ты приготовил меня потрясающий подарок, и знаю, как ты относишься ко мне. Мне не нужно подтверждение, чтобы верить в нашу связь.

— Да, но ты же знаешь меня. У меня всё должно быть под контролем, и когда всё идёт не так, меня это сильно раздражает. Я иногда даже срываюсь на тебя. Мне так жаль…

— Всё в порядке. Иди сюда. — Она крепко обняла его. Мне неловко, что я решил подслушать. Они заботятся друг о друге. Я и не думал, что кому-то из них есть дело до других. Холодные, независимые, недоверчивые и, видимо, влюблённые. Думаю, мне стоит изменить своё отношение к ним.

— Но я не мог оставить своего фаворита в компании без подарка, поэтому вуаля. — Он достал из кармана рубашки небольшое перо, переливающееся золотыми, красными, жёлтыми красками. — Настоящее перо Жар-Птицы. Оно может исполнить любое твоё желание. Выбирай с умом.

— У меня просто нет слов. Ты самая лучшая птица, которую я знаю. — Они улыбаются. Спиридон, чёрт возьми, улыбается.

— Шпионишь за вечно недовольными, Чудо? — Я аж подпрыгнул от испуга. Это была Евдокия, склонившая голову набок и ожидавшая моего ответа.

— Не пугай больше так, у меня сердце в пятки ушло.

— А это карма. Будешь знать, как следить за другими. — Она подошла к берёзе и оперлась на неё спиной. — Я пришла поблагодарить за подарок.

— Как ты поняла, что это я? — Я почувствовал, как щёки предательски горят. Мне не хотелось, чтобы она узнала автора.

— Методом исключения. Тебе стоит лучше шифроваться, если хочешь оставаться анонимом. — Снова поправила вьющиеся мокрые волосы и продолжила. — Для меня такого никто никогда не делал. Я всегда мечтала о питомце, но отцу было всё равно. Мачехам и подавно.

— Я запомнил, что тебе нравятся зайцы, на одной из совместных прогулок с компанией.

— Мне льстит твоё внимание. Продолжай. — Она кокетливо усмехнулась. — А если серьёзно, то правда спасибо. Ты хороший парень и заслуживаешь большего, чем просто наблюдать за всеми. Водного зайца назову "Чудо", в честь твоей фамилии.

— Не надо. Ты меня смущаешь. — Я засмеялся. И когда она перестанет дразнить всех подряд? — Почему бы тебе не назвать её "Выдра"? В честь твоей фамилии.

— Да ну тебя. — Она толкнула меня в плечо и тоже засмеялась.

Тепло. Я чувствую себя комфортно здесь. Рядом с Евдокией. В месте, где я вроде кому-то нужен. В месте, где мне ещё предстоит обрести счастье. Возможно, я наблюдал неправильно, где-то недоглядел, но как оказалось, передо мной ускользало множество вещей, о которых я даже не догадывался. Я часто врал, недоговаривал, избегал других людей и событий. Но сейчас я откровенен с самим собой на сто процентов. И мне тепло, меня согревают "мои" люди. Со странными замашками, со сложным характером, со своими предрассудками. Но я понимаю, что они "мои", и мне становится тепло.

Content

Стася Эльтвис
Славянские наследники: Тайный Карачун