Новогодние приключения Маши и Витта

Элина Литера

Глава 1. Двенадцать свечей

Я скучала. Не расстраивалась, не плакала, не кляла судьбу — скучала. Скучать предстояло еще три дня: сегодня, тридцатого декабря, завтра — тридцать первого, и первого января тоже скучать.

Еще две недели назад мы с девчонками планировали новогодний стол. Наша дружба со студенческой скамьи прошла испытание временем: свадьбы (пять на четверых), разводы (два на четверых), рождение детей (десяток на всех), карьерные и финансовые взлеты и падения. Институтский остряк как-то обозвал нас "четыре мушкетерихи". Прозвище не успело закрепиться, все же студенты уже вышли из возраста дразнилок, но я иногда представляла себя с подругами в голубых плащах и со шпагами: большая и спокойная Олька, меланхоличная Катька, строгая Танька, а я в молодости была быстрая и заводная. Одна за всех, и все за одну!

Все не давали друг другу скатиться в уныние после расставаний с мужчинами, все радовались, когда личная жизнь налаживалась. Все спасали Катьку, у которой мошенники пытались отобрать квартиру. Все приезжали ремонтировать Олькину дачу после пожара. Все искали ходы-выходы, чтоб Танькиному ребенку сделали операцию в лучшей клинике лучшие врачи. Все по очереди сидели с моими детьми, когда муж уехал к тяжело больной матери, а меня саму внезапно забрали по скорой.

Одна за всех, все за одну.

Но что-то в этот раз сложилось не так.

Не прошло и полугода, как всей компанией поднимали бокалы на свадьбе Ольки, и неделю назад счастливая новобрачная позвонила: "Маш, понимаешь, мы подумали… мы же только поженились… дети будут у бывшего" — "Конечно, встречайте вдвоем, Оль, никаких проблем. Увидимся еще," — ответила я.

Катькин муж застрял в командировке, и Катька полетела к нему на все праздничные дни.

Вчера позвонила Танька и извиняясь через слово отменила приглашение: у свекрови обнаружили одну из тех болезней, которые дают очень мало надежд, и Танька с мужем поедут в маленький городок посидеть всем вместе за новогодним столом, может быть, в последний раз.

Моя старшая дочь живет со своим молодым человеком. Средний и младший уехали с отцом на все зимние каникулы.

Получалось, что за новогодним столом буду я и… и я.

Я смотрела на маленькую ёлочку и чувствовала, что превращаюсь в трагикомичную одинокую женщину средних лет с бутылкой шампанского и салатиком на полу под елкой в одиночестве. Почему на полу? Сама не знаю, откуда всплыл этот образ. Ах ты черт, даже под елку не сесть. Слишком маленькая.

Первый год после развода мне было не до личной жизни: разъезжалась с бывшим мужем, утрясала новый быт, справлялась с подростковыми капризами детей. На второй год стала потихоньку осматриваться, но толком ничего предпринимать не решалась. Пару раз сходила на свидания, но уже к середине начинала скучать. Это с мужем интересно обсуждать устройство летней кухни на даче, когда и муж твой, и дача твоя, и за годы жизни о чем только не переговорено. А на первом свидании все эти ремонты, ипотеки, бытовуха — тоска тоской. И вроде бы кавалеры пытались произвести впечатление, но впечатление получалось совсем не то, которого они добивались. И ладно. Если суждено, то придет само. А не придет… после двадцати двух лет семейной жизни можно и отдохнуть.

И я отдыхала. Пошла на фитнес, вспомнила, как стоять на коньках, вернулась к шитью. Индпошив всегда будет лучше готовых вещей.

Для Нового года я сшила платье из лилового крепдешина с синими и красными цветами. Но сидеть в этом платье в одиночестве под ёлочкой будет неудобным. Юбка узкая, длина чуть ниже колена — придется все время одергивать подол. Нет, красиво сидеть нужно в чем-то длинном и объемном.

С этой мыслью я подскочила с дивана и бросилась к шкафу, где лежали стопки ждущих своего часа тканей. Вот он, шелк гранатового цвета, такого густого, что в полутьме может показаться черным, но стоит на него упасть лучу, как переливается всполохами багрянца.

Скуки как не бывало.

Я быстро набросала эскиз и занялась выкройкой. Лиф облегающий, но не вплотную, дадим чуть воздуха. Вырез… хм… хм… фигурный. Неглубокий, но фигурный. Главное — юбка, волнами, много-много волн… может, спереди чуть приподнять? На сантиметр над щиколоткой, а сзади до пола. Рукав… А! Гулять — так гулять! Рукав будет колоколом.

Платье получалось совершенно непрактичным. Надевать его больше некуда, только посидеть под ёлочкой, красиво разложив складки.

Разогнулась я только к вечеру. Примерила обновку, повертелась перед зеркалом — потрясающе! Даже в театр не наденешь. Говорят, что у каждой женщины есть пара туфель, в которой можно только сидеть. У меня теперь есть платье, в котором можно только вертеться у зеркала.

Обуви к этому платью не было. И не надо. Можно и босиком, так даже интереснее. Зато есть бордовый лак.

Тридцать первого декабря я устроила спа на дому. Приняла ванну с лавандовой бомбочкой, сделала манинюр и педикюр. В салонах наверняка очереди, но навыки из нищей юности не теряются. Днем поспала, чтобы выглядеть вечером свежей, и плевать, что меня никто больше не увидит! Я собиралась создать сказку для себя одной, такую сказку, которую женщине в сорок пять даже подругам показывать неловко.

В девять часов вечера я сделала легкие закуски, что называется, на один укус. Достала с антресолей свечи и расставила их по кругу. В центр положила одолженную у дивана подушку и накрыла ее остатками разнообразных тканей темных оттенков. Прическу делала долго. Эх, не водятся у современных женщин шпильки. Мои волосы до плеч явно просились в высокую укладку с открытой шеей. В том ящике, где хранится всякий женский хлам, который вытаскивается раз в пятилетку, я нашла невидимки и пустила их в дело. Нарисовала дымчатый макияж, посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Смыла и накрасилась заново, на этот раз без черных разводов, лишь слегка подчеркнула глаза. Вишневой помады не нашлось, но признаем честно: женщина-вамп — не мое амплуа. Подкрасила губы чуть темнее, чем обычно, и получилось хорошо.

А серьги должны быть длинными. Усмехнувшись, достала серьги с паучками из серебра с гранатами на спинках, которые когда-то подруги подарили смеху ради. Колье не было, повесила на шею рубиновую каплю в белом золоте.

В полдвенадцатого я была во всеоружии: свежая, в приподнятом настроении, удобно устроившись на подушке кидала в рот канапэ, запивала мелкими глотками вина и смотрела "Щелкунчика". Не "Иронию" же в такой обстановке пересматривать. Без десяти двенадцать я выключила телевизор, распахнула окно, села в круг свечей и зажгла их одну за другой, двенадцать штук. Открыла шампанское и налила в черный кубок, оставшийся от какого-то Хеловина. Он был большой, в него вместилось бы полторы чашки чая. Ой и нашампанюсь я сегодня.

За временем я не следила справедливо полагая, что крики и звуки фейерверков с улицы точно укажут, когда — пора. Налив в бокал шампанское я улыбалась и смотрела на звезды и пущенные торопыгами огнями.

"Десять!" — взревели несколько глоток во дворе. "Девять! Восемь! Семь!" — к ним присоединились другие. "Шесть! Пять! Четыре!" я отсалютовала бокалом звездному небу и вместе с толпой на улице проговорила: "Три! Два!"… Небо расчертила яркая вспышка. А вот это уже не фейерверк, это настоящий метеорит! Вместе со всеми я произнесла "Один!"

"А-а-а!" — закричали во дворе. "А-а-а-и-и-и-и!" — вторила им я, потому что свечи подпрыгнули и закружились вокруг хороводом, подушка куда-то пропала, комната утонула во тьме, и я с бокалом в руке оказалась сидящей на каменном полу внутри самого настоящего бреда.

Нет, это не может быть правдой. Я лихорадочно искала рациональное объяснение происходящему и не находила. Я потеряла сознание, и меня зачем-то притащили на съемки фентезийного фильма? Я сплю, и мне снится такая чепуха? У меня предсмертные галлюцинации?

В круглом зале на стенах из неровного камня чадили факелы. Их дым поднимался куда-то вверх и пропадал во тьме. Интересно, как они здесь проветривают? Ой, о чем я думаю.

А подумать было над чем. Я сидела в кругу свечей, только больших и черных, и сам круг был больше. Вместе со мной в этом кругу на Т-образной перекладине висел избитый и измученный человек. Его обнаженный торс был в синяках и кровоподтеках, седеющие волосы спутаны и давно не мыты. Он кривил в улыбке разбитые губы и смотрел на меня, сверкая взглядом из-под рассеченной брови. Второй глаз заплыл.

— Демон! Вам удалось вызвать демона! Поздравляю, мэтр Мессат. Теперь посмотрим, что сделает этот демон с нашим подопытным.

Странно, их язык напоминал английский, но лишь отдаленно, тем не менее, я все понимала.

Говорил один из мужчин в черной тунике, перехваченной поясом, и черных штанах, заправленных в сапоги. Второй такой же стоял подальше и молчал. Рядом с ними суетился, потирая руки, человечек в черном балахоне. Он с интересом рассматривал меня, и на его лице разочарование сменялось любопытством.

— Кажется… кажется, это не демон-убийца, нет, определенно. Полагаю, это суккуб.

Какой я тебе суккуб? Я оглядела себя. Платье было на месте. В свете факелов оно казалось почти черным, только на складках красиво играли багровые всполохи. Я аж залюбовалась, пока меня не оторвал второй мужчина:

— Мне казалось, суккубы не наворачивают на себя столько тряпок. По крайней мере, на картинках эти дамы нарисованы… кхем… несколько иначе.

— Может быть, она разденется, прежде чем приступить к трапезе?

Эта идея мне совсем не понравилась, но глупо возмущаться и спорить с незнакомыми личностями в незнакомой обстановке.

— Я счел бы ее императрицей демонов, но на голове у императрицы должен быть Венец Зла, — задумчиво проговорил один из мужчин.

— Если у Ее Величества Магрет есть фрейлины, почему бы королеве демонов не завести приближенных?

— К нам пришла демоница-фрейлина? О, вероятно.

Пожалуй, эта роль мне подходит. Я поднялась на ноги, развернула плечи, гордо задрала подбородок и обвела мужчин надменным взором, но ничего не сказав, повернулась к связанному. Узник следил за мной с кривой ухмылкой, но я заметила, как его взгляд замирает на бокале, а один раз обреченный быстро облизал губы. Подчинившись порыву милосердия я поднесла бокал к его губам и помогла выпить шампанское до дна. За спиной снова заговорили:

— Чем она его поит?

— Кровью, а может, ядом. Кто их, демонов, знает.

При первых глотках у мужчины загорелся взгляд. Странно, неужели легкий напиток мог так подействовать на взрослого мужчину? Стоило мне отступить с опустевшим бокалом, как глаза пленника потемнели… нет, почернели! В вместо радужки заклубилась дымка, вокруг тела засверкали всполохи. Я быстро отошла в сторону, подальше, и прижалась спиной к каменной стене. Со стороны мужчин в черном послышались панические возгласы:

— Она вышла за круг!

— Боги всемогущие, чем она его напоила! Вином?

— Братья, быстро за дверь! Запрем и запечатаем, пока сила не схлынет!

Один из "черных" успел выскочить, но второго настиг сноп огня, и тот осыпался на пол серым пеплом, лишь ремень остался лежать в пыли. Мэтр в балахоне захрипел, схватился за горло и упал навзничь.

Подобрав юбку, я рванула к противоположной стене за спиной освободившегося от веревок мага. Тот разворачивался ко мне, и хищное выражение лица с совершенно темными, даже без белков глазами, не сулило ничего хорошего. Сноп пламени сорвался с его руки и опалил стену по сторонам, не задев меня ни единой искрой. Я даже испугаться не успела. Мужчина нахмурился и выпустил еще одну струю с тем же эффектом. На его злом лице промелькнуло удивление, и он двинулся ко мне с явным намерением прикончить меня вручную.

Когда его руки легли на мою шею, я не стала хватать его за запястья, как показывают в мрачных детективах. Когда-то подруги увлекли меня на модные в те годы курсы самообороны. Лихорадочно припоминая, чему нас учили, я схватила правой рукой за кисть правой же руки мужчины и резко потянула внутрь, а левой засветила ему в лицо, стараясь не то ударить, не то оттолкнуть — как получится. Отступив на полшага, мужчина тряхнул головой. Долго не раздумывая, я задрала юбку и ударила его пяткой по весьма болезненному месту, по очень и очень болезненному месту. Взвыв, мужчина согнулся, а я отбежала к другой стене и принялась озираться в надежде понять, что делать дальше.

Меж тем мой противник разогнулся, потряс головой снова и обернулся в поисках жертвы. Но его глаза приняли нормальные цвета — и белок, и серая радужка были на месте.

— Демонов мне семихвостых в задницу. Чем вы меня напоили?

— Ш… шампанским, — пролепетала я сообразив, что убивать меня больше не будут, по крайней мере, пока. Ёлки-моталки, я понимаю этот язык, но могу ли я на нем говорить?

— Что такое это ваше шампанское? Какое-то демонское зелье?

— Игристое вино, — о, а эта фраза сложилась без проблем. Похоже, у них тут нет Шампани, или там еще не успели изобрести известный напиток.

— Игристое… никогда не слышал. Кого я успел прикончить?

Я ткнула пальцем ему за спину.

— А третий где?

— Сбежал и запер дверь. Они вернутся, когда решат, что сила схлынула.

— То есть, с четверть часа у нас есть. Вы очень неосторожная демоница. От магии вы защитились, но неужели в нижнем мире не знают, что после пьянящих напитков маг пытается убить всех вокруг любыми способами?

— Я не… — и осеклась, решив, что лучше пока побуду в роли демоницы. Объяснять, что я из другого мира, сейчас не к месту. Стоит перевести тему. — Как вы собираетесь отсюда выбираться?

— Вы отозвались на зов не зная, что будете делать дальше? По вашему виду вам должно быть лет пятьсот, если не больше, и на неопытную демоницу вы не похожи. Этому недоделанному клирику удалось вызвать демоницу-неуча?

Мужчина захохотал. Я ждала, пока он закончит веселиться. Отсмеявшись мужчина глянул на меня:

— Вы еще здесь? Я думал, вы поняли, что провалили задание, или зачем вы сюда переправились, и вернулись домой.

— Откуда вы знаете, какое у меня задание? Может быть, моим заданием было проследить, как некий неудачник станет выпутываться из несчастий?

Эти слова смыли веселье с лица мужчины. Да что там, его чуть ли не перекосило:

— Неудачник? Вы меня назвали неудачником?

— Конечно, — пожала я плечами. — Вас держали в застенках, избивали, не кормили и ставили на вас ставили опыты. Скажете, вам чрезвычайно повезло оказаться в руках этих людей?

— В чем-то мне определенно повезло, — кивнул мужчина. — Что ж, если леди демоница не собирается мне помогать, придется обойтись своими силами, благо, ваше пойло смыло с меня запирающее заклятье.

Вопрос, в чем же состояло везение, я решила отложить на потом. Сейчас нужно выбраться отсюда, пока эти, в черном, не решили, что войти будет безопасно. Конечно, маг просто так не дастся, но кто знает, кого они приведут с собой.

Пока маг водил руками у стены, я сама себе удивлялась, как же легко я приняла новые правила игры: я в каком-то средневековом мире, где есть магия. Осталось найти возможность вернуться назад. Как бы ни было интересно побегать по миру фентези, дома у меня дети, подруги, вся жизнь там, на Земле, и в конце концов, я совершенно не желаю оставаться в мире, где нет антибиотиков, зато есть обнаглевшие от безнаказанности сильные мире сего. Кем были эти, в черном? И кто этот маг? Может быть, он — опасный убийца, который жег магическим огнем кого ни попадя, но идея ставить сомнительные эксперименты на голодном, избитом и связанном человеке мне категорически не нравилась.

— Вух. Еще чуть-чуть, и откроется. Хм, — его взгляд опустился на мои босые ступни. — Не думал, в нижнем мире настолько жарко. Не желаете ли наколдовать обувь? — ехидно поинтересовался он.

— Не желаю, — я начала нервничать и осмотрела круглую комнату в поисках какой-нибудь тряпки, чтобы обмотать ноги. Как на зло, ничего не было, ни ковриков, ни занавесок. Да тут и окон не сделали. Может, мы под землей? В фэнтези пленников обычно кидают в подземную тюрьму и там пытают. От этой мысли мне стало не по себе, и я передернула плечами.

Мужчина глянул на меня с усмешкой и отвернулся. Глянул снова, уже нахмурившись. Похоже, что воспитан он был в правилах рыцарства, и теперь установки заботиться о леди боролись в нем с желанием насолить демонице. Рыцарство победило, и маг решил проблему своеобразным способом: подошел к трупу мэтра и стащил с его ног кожаные боты.

— Обувайтесь, — коротко сказал он, и будто устыдившись своего порыва отвернулся.

Сняв с мертвого клирика балахон он надел его и оборвал слишком длинный подол. Выудив ремень из пепла он уважительно хмыкнул: "Зачарованный", отряхнул его и подпоясался.

Я сунула ноги в боты, внутренне содрогнувшись от необходимости носить не просто чужую обувь на босу ногу, но еще и снятую с мертвеца. Но выбирать не приходилось, а капризничать и бесцельно закатывать скандалы я разучилась еще двадцать лет назад. Сделав пару шагов я поняла, что обувь держится свободнее, чем должна, и вскоре натрет мозоли. Подобрав оборванный магом подол я быстро разделила его надвое и кое-как обмотала ступни. Теперь боты сидели вполне сносно.

В этот момент камни, над которыми колдовал мой несостоявшийся убийца, засветились и открыли темный проход.

— Прошу вас, леди, — маг сделал издевательский жест рукой.

Я не пошевелилась, лишь приподняла бровь. "Рыцарю" стоило бы знать, что в опасные места леди первой не входит. "Рыцарь", тем не менее, повторил:

— Прошу вас. Или желаете остаться здесь?

Я не желала и ступила в темноту. Впрочем, маг тут же зажег огонек и пустил его вперед меня. Стена за нами закрылась, отрезая нас от круглой комнаты.

Огненный шарик летед впереди, освещая ступени. Судя по их повороту, мы огибали круглую комнату.

— Прошу прощения, не могли бы вы представиться? — спросила я обернувшись назад.

— Лорд Виттор Беритол к вашим услугам, — ответил он таким тоном, что ни о каких услугах и речи быть не могло.

— Неужели хозяева замка не знают о потайном ходе?

— Хозяева знают, — с мрачным ехидством ответил маг.

Понятно.

— И как же такой везучий лорд попал на корм демонам в собственном замке?

Послышался смешок:

— Вам в нижнем мире не рассказали?

— Нет, они слишком торопились отправить меня на зов.

Я порадовалась, что мужчина не видит моего лица, и поздравила себя, что быстро вошла в роль.

Ступени привели нас к двери. Лорд Беритол отодвинул меня в сторону, не дав при этом отойти назад, и приложил к замку ладонь. Что-то щелкнуло, и дверь приоткрылась. Потянуло холодом. Лорд обернулся ко мне:

— Нам придется пройти две дюжины шагов по открытому балкону. Держитесь слева от меня.

Не дожидаясь ответа он распахнул дверь.

Через полсекунды я поняла три вещи. Первая: мы на высоте пятиэтажного дома на узком балконе, где с трудом могут разойтись двое, и от полета вниз нас отделяют деревянные перила в одну хилую доску. Вторая: здесь зима, ночь и сильный ветер. Третья: шаги у лорда наверняка очень большие.

Совершенно не представляя как я буду идти от него слева, я прикидывала шансы добраться до следующей двери. Лорд глянул на меня, сгреб за талию, прижимая к боку, и двинулся вперед. Я едва успевала перебирать ногами, почти цепляя стенку плечом. Последние шаги я делала зажмурившись и только по отсутствию ветра поняла, что мы куда-то вошли.

— Да, леди, вы явно не демон холода. Может быть, представитесь?

— Мария, — буркнула я, стуча зубами.

— И не демон огня, — усмехнулся маг и выпустил множество шариков, которые мигом согрели воздух вокруг.

Я начала приходить в себя, и лорд махнул рукой в сторону ступеней, на этот раз вниз. Мы прошли полкруга вокруг башни, когда лорд приложил руку к стене и открыл вход в комнату.

Это можно было бы назвать кабинетом: грубо стесанные полки со свитками и несколькими манускриптами, стол с такой столешницей, что двум тяжеловесам не проломить, не менее крепкие стулья и почему-то лежанка. Лорд Беритол махнул рукой в сторону одного из стульев, сам подошел в бочке в углу, провел над ней рукой, рассыпая искры, откинул крышку и зачерпнул воды стоявшей на полке деревянной кружкой. Выпив трижды он налил воды в пригорошню и сполоснул лицо, рассыпая капли по дощатому полу.

— Н-да, нужно было устроить еще и купальню, — пробормотал он сам себе.

— Раз у вас здесь есть вода, вы можете намочить тряпицу и протереться. Я бы помогла вам со спиной. Вода рядом с бумагой не опасна? Не отсыреют ваши свитки?

— Что мне, за каждым бокалом в кухню бегать? Кроме меня сюда никто не входит. — Он ухмыльнулся. — Кроме меня и демоницы-недоучки. Нет, конечно, ничего с бумагами не случится, бочка зачарована. — Скривившись будто от лимона он кивнул. — Да, вы можете помочь мне со спиной. Демоны драные, я устраивал апартаменты так, чтоб можно было не отвлекаться от работы. Кто бы мог подумать, что придется скрываться в своем же замке.

Я поёжилась. Изо рта вылетал пар, и здесь было ненамного теплее, чем снаружи, только без ветра. Маг дернул углом рта, подошел к стене и приложил руку. Один из камней загорелся ровным красным светом.

— С тех пор, как меня схватили, артефакт тепла никто не заряжал.

Он снова выпустил греющие шарики, и мне стало легче.

— За что вас? Что, собственно, произошло? — не выдержала я.

Лорд закатил глаза:

— Демон-недоучка, — усмехнулся он. — Прислав вас Императрица Зла решила наказать меня или посмеяться? или и то, и другое? — Он глянул на меня, ожидая реакции, но я молчала. — Произошел заговор. Пока адепты разъехались на праздник Белой Леди, храмовники решили сместить меня, капитана рыцарской школы, и поставить своего человека. Они рассказали бы людям короля, что вопреки всем законам, я проводил ритуал вызова демона, и демон меня сожрал.

— В чем же ваше везение?

— В том, что не убили сразу. Могли бы сделать вид, что в подземелье проводили ритуал, и бросить мое тело. Но эти идиоты решили заодно поставить настоящий опыт по вызову демона. Не знаю, сколько они его готовили, дня два или три, но я до сих пор жив. Теперь ваша очередь, демоница-недоучка. Вы демон чего?

Ох, ну что он пристал. Да, я работаю в аду, бухгалтерия временами еще тот нижний мир. Но что ему ответить? Ждет, смотрит на меня, глазами сверкает. Выдумывай теперь… Дождется, что начну ему производные объяснять, пусть зарабатывает комплекс неполноценности.

— Я демон разума.

— Вы умеете влиять на разум? Что-то я не заметил.

— Нет. Я умею им пользоваться, — со злостью ответила я. — Я умею вести… — черт, что у них было, какие объединения? Всплыло слово "гильдия", и в тот же момент я уже знала, как оно звучит на местном языке, — я умею в одиночку вести учетные книги гильдии на две сотни человек.

По взгляду лорда я поняла, что если бы я дыхнула огнем, и то меньше его бы поразила. Он задумался, глядя в потолок. Наконец, спросил:

— Сколько будет двадцать пять плюс шестьдесят один?

— Восемьдесят шесть. Вы издеваетесь?

— По… почему? Откуда вы узнали?

Я пожала плечами:

— Представьте, посчитала.

Он снова задумался:

— Восемьдесят три плюс тридцать девять.

— Сто двадцать два.

Молчание.

— Пятьдесят четыре плюс пятнадцать.

— Шестьдесят девять.

На этот раз молчание длилось дольше.

— Привезли три телеги по пятнадцать мешков, четыре просыпали. Сколько осталось?

— Сорок один, — я едва не хохотала в голос.

Он уставился на меня так, будто перед ним говорящая корова. Впрочем, женщина, которая складывает числа в уме, в здешние времена и будет казаться говорящей коровой.

— Демоны драные… Мне поверят, что заговорщики вызвали демона. По нескольку в год появляются слухи, что кто-то успешно выпросил нечто ценное у жителя нижнего мира, и может быть, половина из этих слухов правдивы. Мне поверят, что вы опоили меня демонским напитком, от чего слетели запирающие магию печати. Но мне ни за что не поверят, что демоница умеет складывать числа из двух цифр, не пользуясь бумагой, пером и чернилами.

— Я и трехзначные умею.

Про интеграллы, производные и операции над матрицами я благоразумно умолчала.

Лорд потрясенно замолчал, но привычное ехидство взяло вверх.

— Жаль, жаль, что нам скоро придется возвращаться. Думаю, мне удалось бы пристроить вас на должность главного казначея в одном из ближайших замков, несмотря на то, что баб… то есть, простите, женщин в казначеи не берут.

Я фыркнула. Ах, милое старое доброе время. Но встрепенувшись, ухватилась за важную мысль.

— Возвращаться? Мне удастся вернуться?

— О боги всемогущие! А мы-то считаем демонов страшными! Или мне досталась совершенная невежда? Конечно, завтра в тот же час, в который вы появились, наш мир выкинет вас назад.

Никогда в жизни я еще не испытывала такого облегчения. Лорд меж тем продолжал язвить.

— Нет, мне совершенно не поверят, совершенно. Леди Мария, мне придется рассказать, что вы были суккубом, напоили меня любовным напитком, и — увы — воспользовались чарами, которым невозможно противостоять.

Я фыркнула. К тому времени я буду уже дома. Как говорится, когда меня нет, меня могут даже бить. Ссориться с лордом не хотелось, мне тут еще почти сутки куковать. Я решила снизить градус напряжения.

— Представьте себе, у нас бутыль игристого часто покупают, когда хотят произвести впечатление на женщину.

— Вот! Я был прав. Это любовный эликсир. Вы точно не суккуб?

Он рассматривал меня с откровенным мужским интересом, медленно окидывая фигуру взглядом. Казалось бы, я уже не свеженькая девица, чтоб вызывать мужские реакции. Хотя и ему лет под пятьдесят. Но нет, его внимание мне совершенно не нужно. Уж лучше пусть язвит. Я решила его осадить:

— Не наглейте, лорд.

— Хм. А жаль, жаль. — Он ненадолго задумался. — Вам нужно переодеться. Раз уж вас прислали мне в помощь, будете помогать справиться с негодяями. Вам придется пройти со мной в спальню.

— Куда?!

— Леди демоница, я не держу гардероб в кабинете, — усмехнулся он.

Кто из нас демон? Кто должен злиться и издеваться, а кто — бояться и дрожать? Что-то не то у нас с ролями.

Лорд приложил руку к стене и прошел в образовавшийся проем. В небольшой комнате у стенки стояла кровать, которую у нас назвали бы полуторной. Н-да, похоже, предполагается, что глава рыцарей-адептов будет проводить ночи исключительно в одиночестве.

Маг снова приложил руку к стенке, зарядив еще один артефакт тепла, затем зарылся в сундук и вытащил оттуда рубаху и штаны:

— Кажется, вот эти самые маленькие. — Глянув, как я снова начала стучать зубами, достал кусок шерстяной ткани. — Вот это накинете на плечи.

— Вы уверены, что из меня получится удастся представить мужчиной? Может, найти у кого-нибудь из кухарок платье?

— Леди, — покачал головой маг. — Обычно в замке полсотни молодых здоровых мужчин, которые живут здесь от Долгого Солнца до Долгого Солнца. Держать здесь женщин — не лучшая идея. Готовят адепты сами, этому им тоже стоит поучиться. Переодевайтесь.

Он подал мне одежду и замер в ожидании.

— Лорд Беритол, что это значит? Отвернитесь, а лучше, подождите в кабинете.

— Повернуться к демону спиной? Вы шутите.

Ах вот зачем были все эти странные маневры.

— Я не могу переодеваться при вас, — произнесла я нервно.

Лорд пожал плечами. Чертов средневековый хам!

Отвернувшись, я поддела штаны под платье, благо, длинная юбка сзади прикрывала мои манипуляции полностью. Вжикнув молнией на боку я вызвала у лорда удивленный хмык. Н-да, теперь придется показать ему лифчик, вид сзади. Я не шестнацдатилетняя скромница, но щеголять перед чужими мужиками в нижнем белье не привыкла. Стянув платье я быстро надела рубаху. Но мое белье не осталось незамеченным.

— Интересно, что это за конструкция. Какой-то женский доспех?

— Да! — я решила не вдаваться в подробности, и обернулась к нему в состоянии, близком к ярости.

Лорд окинул меня взглядом и принялся растегивать ремень. Отпрыгнув подальше я заозиралась в поисках чего-то потяжелее, хоть и понимала, что против тренированного рыцаря-мага у меня шансов никаких. Довольно засмеявшись этот гад кинул мне ремень:

— Возьмите, мне все равно мал.

Была бы я магом, от меня бы уже летели искры. Я взяла полоску кожи в кольцом на одной стороне. И как это прикажете застегивать? Я задумчиво поскребла ногтем выщербину на металле.

— Да, храмовники, похоже, совсем обеднели, что с мертвецов пояса снимают.

— С мертвецов? — содрогнулась я.

— Конечно. Не думаете же вы, что после такого удара в живот, что даже на пряжке следы остались, можно выжить. Ну же, завязывайтесь, вам еще меня мыть.

— У нас нет таких ремней, с кольцами, — призналась я. — Может, я так?

Маг подошел вплотную, обмотал ремень вокруг моей талии, продел конец в кольцо, обернул вокруг и просунул в получившуюся петлю.

Я подняла голову и на миг мы замерли, неловко глядя друг на друга. Маг отмер первым, вынул из сундука какую-то ветхую тряпицу и холщовый мешок. Мешок он бросил мне:

— Упакуйте вещи и приходите к бочке.

Я сложила в мешок платье с украшениями, взяла в руки накидку и вернулась в кабинет. Действительно, в подпоясаной рубахе было намного удобнее.

— Встаньте сбоку и… прошу вас, протрите мне спину, — едва выдавил он просьбу из себя.

— Как вы представляете — протирать спину, стоя сбоку.

— Ладно. Но учтите, если я почувствую от вас опасность…

Ой какие мы грозные. Только из подземелья вышли, от веревок избавились, а туда же, угрожать. Я фыркнула и взялась за дело.

Следующие четверть часа я осторожно протирала спину лорда, на которой живого места не осталось, и мазала раны с запекшейся кровью какой-то вонючей гадостью, которую он мне дал. Надеюсь, это мазь с травами, а может, и магией, а не та антинаучная дрянь, которой гробили людей в нашем средневековье.

Я хочу домой! К антибиотикам, к водопроводу, к электрической плите и отоплению! Надеюсь, этот мир, действительно, выкинет меня назад, не пройдет и суток.

Когда я закончила со спиной, лорд приказал мне отвернуться. Подавив замечание, что не хотелось бы оставлять мага за спиной, я послушно отвернула стул спинкой к лорду и села. Судя по звукам, он обтерся тряпкой и ушел в спальню.

Во время водных процедур я припрятала оторванный от тряпки лоскут, который хорошенько намочила, и в ожидании лорда смывала косметику. Макияж в стиле панды вряд ли бы популярен в эти времена. Закончив с лицом, я вытащила заколки, и расчесала пальцами волосы.

— Можете поворачиваться. Хм… теперь вы совершенно не похожи на демоницу.

Я проигнонировала его замечание и в свою очередь рассматривала лорда. Отмывшись и переодевшись лорд в легкую прошел бы кастинг на роль мудрого и сильного короля в голливудском блокбастере… если бы не эта презрительно-ехидная улыбка. Исключительно ради того, чтобы сбить с него спесь, я спросила:

— Лорд Беритол, как вы собираетесь справляться с храмовниками?

— Пока не знаю. Треклятые демоны… о, простите, привычка, — усмехнулся он. — Сегодня ночью должны прибыть послы из соседнего королевства. К этому времени я должен со всем разобраться. Может быть, храмовникам стало известно о посольстве? О визите должен был знать только я. Что ж, это мы выясним. Для начала осмотрим замок.

— Не боитесь попасться? Мне-то что, меня следующей ночью здесь не будет.

— Если храмовники вас схватят, они непременно захотят поизучать такое интересное существо, так что, не рекомендую делать глупости. Держитесь со мной рядом. В замке достаточно ходов, о которых знает только признанный замком хозяин, то есть, я.

Он резко повернулся и пошатнулся с еле слышным стоном. Ну да, два или три дня в подземелье без еды и воды, избитый… ему бы отлежаться. При мысли от кровати я зевнула. Елки-палки, по моим внутренним часам уже где-то два ночи. Спать пора!

— Лорд Беритол, вам необходимо отдохнуть, — как можно жестче произнесла я. — Уставший и невыспавшийся человек будет ошибаться, а попадаться храмовникам не входит ни в мои, ни в ваши планы.

Лорд стоял, тяжело оперевшись на полку. Похоже, до сих пор он держался на чистом упрямстве и может быть, на магии, но сейчас адреналин схлынул, и Беритол едва не падает.

— Да. Нужно. Вам тоже. Идите на кровать, я устроюсь на полу.

Надо же, чем меньше у него работает голова, тем больше им управляют вбитые с детства правила. Самому-то ему хочется пренебрежительно ехидничать, а рыцарская натура все равно берет свое.

— Лорд Беритол, не дурите. На кровати хватит места для двоих. Клянусь, я не суккуб, и вашей чести ничего не угрожает, — не удержалась я.

— Я был бы не против, если б вы были суккубом, — пробормотал лорд и махнул рукой в сторону прохода в спальню.

Сделав шаг внутрь, я обернулась:

— Прошу прощения, лорд. Нет ли здесь… хм… удобств?

— Что вы… а… кхм… демоница… — усмешка на бледном лице казалась странной.

Доковыляв до угла спальни он приложил руку к кладке, и возникла узкая дверь. За дверью была комнатушка с выступом из стены, в котором деревянная крышка прикрывала дыру. Из другой стены вытекала тоненькая струйка воды и стекала по каменному желобу. Слава всем местным богам, хоть какое-то понятие о гигиене здесь имелось.

Вернувшись в спальню я обнаружила, что лорд сидит на кровати, едва удерживая себя в вертикальном положении. Ох уж эти рыцари. Я забралась к стене, и только тогда он соизволил лечь, набросив на нас сшитое из шкур и подбитое шерстью одеяло. Впрочем, нет, завязки выдавали в нем теплый плащ. Похоже, два в одном, и одежда, и постель. Ох уж это средневековье.

Маг сделал странный жест пальцами, и посреди комнаты повисли светящиеся песочные часы.

— Четыре часа, не больше, — пробормотал он.

— Шесть, — зашипела я в ответ. — Вы хотите гнева демонов? Шесть!

— Ладно, — покладисто согласился лорд, едва шевеля языком. Иллюзорного песка в верхней чаше стало больше. Когда я, налюбовавшись на продукт местной магической мысли перевела взгляд на мага, он уже спал. Я решила не терять времени и тоже устроилась под шкурами.

Глава 2. Две луны

Проснулась я от легкого перезвона, но встать не смогла — руки Беритора вжимали меня спиной в лордское тело. Я завозилась, повернулась, лорд приоткрыл глаза и в мгновение ока оказался на ногах. Взмахом руки он убрал часы, и звон прекратился.

— Хм. Вы все-таки суккуб.

— Что?! — возмутилась я. — Нет, милорд, вы сгребли меня во сне совершенно по собственному желанию.

Кажется, он на мгновение смутился.

— Не переживайте, — продолжала я, — как я и обещала, ваша честь не пострадала.

— Не сомневаюсь, — скривился он. — Признайтесь, леди, вы в нижнем мире обладаете весьма низким рангом, если вас отправили в замок на краю королевства, где капитаном служит бастард.

Ох елки, мужчина, еще не отошедший от сна, которому явно не хватило шести часов, не евший трое суток — такой мужчина хуже демона.

— В нашем мире неважно, бастард или нет. Каждый имеет право занять положение по своим силам.

— И сильные бастарды занимают свое место среди сильных демонов, укрепляя мощь государства? — Он усмехнулся. — Теперь понятно. Ваши правители могут отправить слабую демоницу-недоучку на гибель и ничего в своей мощи не потерять.

— На гибель?

— Я чудом не убил вас в подземелье.

— Но ведь не убили. — Так, хватит, это нужно прекращать любыми средствами. — Лорд Беритол…

— Думаю, после совместной ночи вы можете называть меня по имени, даже коротким именем — Витт.

Вот же язва.

— Хорошо, тогда я Мария. Витт, есть ли тайный ход к замковой кухне или туда, где вы храните провизию? Пока вы не съедите хоть что-нибудь, я ничего не стану для вас делать!

Лорд Виттор хмыкнул и задумался.

— Такого хода нет. Дверь выходит в зале рядом. Оттуда можно дойти до кухни, но если кто-то попадется по дороге, нас узнают.

— Вас узнают. Меня здесь не знает никто. Остался ли в замке кто-то из обычных обитателей?

— Лейтенанты, которые преподают адептам науки и четверо мальчишек-сирот, что живут при замке.

— Я сойду за такого мальчишку?

Он окинул меня взглядом и остановился на двух выпуклостях, которые явно торчали под рубахой. Его взгляд перешел ниже.

— Не могу сказать, что вам удастся м… но если укутаетесь в накидку, можно попробовать. Храмовникам скажете, что вы служите при замке, а замковым — что приехали с храмовниками. Главное, чтоб не встретились одновременно и те, и другие. Вы уверены, что хотите рискнуть? Я вполне продержусь без еды еще пару дней.

— Вы-то продержитесь, но продержусь ли я рядом с голодным мужчиной? — я прикусила невоздержанный язык, но лорд внезапно расхохотался.

— Признайтесь, суккубы вас все же чему-то учили.

* * *

Мы пробирались по узкому ходу в толще стен. Я куталась в кусок шерсти, но все равно ёжилась от холода.

Иногда сквозь слуховые отверстия под потолком долетали голоса. В одном месте увлеченно кричали, слышался стук, и хоть за прошедшие часы я никак не могла бы изучить азартные игры этого мира, могу поспорить, именно этим там и занимались. В свете еле тлеющего огненного шарика я видела, как капитан школы рыцарей покачал головой, а до моих ушей донеслись глухие обещания устроить кому-то выволочку. В другом месте мы наткнулись на нервный разговор "людей в черном", и маг пожелал дослушать его до конца.

— … голову оторвет, — поддрагивающим голосом говорил один.

— Ищите, — шипел второй. — Командор с королевским прихвостнем приедет к ужину, и Беритол должен быть мертв и лежать в подземном зале!

— Может, он уехал давно, или по какому ходу сбежал.

— Ночью? В такой мороз?

В ответ что-то неразборчиво пробурчали.

— Где его комнаты?

— Лейтенант Джил сказал, что на третьем этаже в правой башне, но куда ни тыкались, все не то.

— Бестолочи! Ищите!

Я скосила глаза на Беритола. Тот весело глянул на меня и сделал знак подойти ближе:

— Командор, значит, к ужину приедет с человеком короля. Боюсь, их ждет сюрприз.

Что-то слишком просто всё. Не может быть, чтобы эти черные были идиотами. А лорд Виттор Беритол, хоть и, как говорится, славный рыцарь, но явно прямой и честный вояка, отвыкший от интриг.

— Витт, вы уверены, что человек короля поверит вам?

Тот нахмурился:

— Вы правы. Что-то же они наплели моим лейтенантам. Но все-таки человек короля — это шанс. Он определенно приедет со своей собственной охраной, хотя бы полдюжины стражников, а скорее и вся дюжина.

Живот сжался в судороге напоминая, что до кухни мы так и не дошли. Я поторопила лорда, и мы двинулись дальше.

Лорд выпустил меня из стены в коридорчике возле кухни. Как он говорил? До очага, потом направо. Он попросит зАмок отпереть для меня кладовую.

Едва я вошла в кухню, как забыла, зачем шла. Очаг! Здесь горел очаг, и было по-настоящему тепло. Меня едва не разморило. Еще немножко, еще чуть-чуть погреюсь, еще минуточку…

Я догрелась до того, что услышала голоса. К счастью, под кухонным столом стояла корзина, доверху наполненная капустой, за нее я и спряталась.

В кухню гурьбой ввалились мальчишки и кинулись к очагу, над которым на крюках висело четыре холщовых мешочка. Мальчишек тоже было четверо. Они передавали мешочки друг другу, и в чьих руках мешочек рассыпал сиреневые искры, тот его и открывал. С воплем восторга самый старший достал небольшой кинжал в ножнах из грубой кожи. Клинок был чуть длиннее его ладони, но для сироты, который рос при замке из милости, это целое сокровище. Мальчишке на вид было лет двенадцать.

Второй, чуть помладше, вытащил узкий ремешок с пряжкой-кольцом. На самом старшем уже был такой, остальные подпоясывались веревкой. Похоже, это символ взросления — с широкой улыбкой мальчишка скинул веревку и завязал ремень. Двое младших достали вырезанные из дерева фигурки рыцарей. Переговариваясь и показывая друг другу подарки, вся толпа убежала.

Я выбралась из-за корзины и прокралась к кладовой, где нашла хлеб, сыры и окорока. Пожалуй, от сыра и окорока нужно отрезать по куску. Я осмотрела кухню в поисках ножа, и мне слегка поплохело. Нет, я знаю, во что превращается жилье некоторых холостяков, но что-то подсказывало мне, что увиденное имеет мало отношения к гендеру, а больше к местным гигиеническим стандартам. М-да. Даже если я найду воду и ополосну нож, никто не поручится, что вчера им не резали сырое мясо.

Вернувшись в кладовую я взяла хлеб, выбрала окорочок поменьше и небольшую сырную головку. Вернемся в комнаты Беритола, заставлю его прокалить нож прежде чем резать.

Закрыв за мной стенку лорд взял сыр и окорок, и виновато спросил:

— Мальчишки прибегали? Неудачно совпало. Обычно они приходят за подарками от Белой Леди пораньше. Видно, сегодня дольше спали. Они еще дети, и я решил, что детям хоть иногда нужно чудо, — он говорил, пряча глаза, будто сделал что-то постыдное. — Хорошо, что положил мешки загодя, до того, как приехали храмовники. Я понимаю, это смотрится странно, но я сам был…

— Что странно? Детям нужен праздник, и неважно, кто это, сын лорда или нищий сирота.

Лорд спрятал смущение за кашлем, и мы понесли добычу в его комнаты.

Беритол убеждал меня, что он прилежно чистит кинжал после каждого использования, ни следа ржавчины, но я была непреклонна: не просто вымыть, а прокалить огнем, благо, у мага этого добра достаточно. Долго лорд не спорил, вид еды не располагал к дискуссиям, и вскоре я уже сооружала бутерброды: кусок хлеба, сыр, ветчина, кусок хлеба сверху. Беритол смотрел с удивлением, взял первый сэндвич в руку и заметил:

— Удобно. Вы, демоны, такие выдумщики.

Больше он рассуждать не стал и занялся едой. Я присоединилась.

Насытившийся лорд выглядел намного лучше, повеселел, у него даже лоб разгладился. Никаких травок в его комнатах не водилось, и я попросила хотя бы воду в кружке подогреть. Пили по очереди — а что делать, кружка одна. Мой бокал остался где-то в подземелье, выпав из рук, пока я удирала от попыток мага меня прикончить.

Мы обсудили планы и решили продолжить обход замка. Нужно выяснить, сколько здесь храмовников, и каковы настроения среди лейтенантов.

* * *

На пятачке утрамбованного снега топтались с мечами двое в шлемах и стеганных куртках. Еще двое наблюдали за ними в стороне. Наконец, рыцари зазвенели сталью, сделали несколько ударов и разбежались. Я скосила глаза на Беритола. Тот хмурился.

— Интересно, что им наплели про меня храмовники, что они так спокойны?

— Кто это?

— Мои лейтенанты, они учат адептов рыцарской науке. В отличие от тех обалдуев, которые дуются в кости, эти решили потренироваться.

— Разве тренируются стальными мечами? они не поубивают друг друга?

— Мечи незаточены и с загнутыми концами. Гамбезоны довольно толстые. Разве что, синяков друг другу понаставят.

Рыцари сошлись вновь.

— Ларс так и не научился хорошо прикрывать левый бок, — пробормотал капитан. — Сейчас получит.

И точно, один с размаху стукнул другого по левому боку, тот осел на снег, но успел зацепить противника под колено. Потерявший победу рыцарь выронил меч и медленно упал, картинно раскинув руки. Вокруг раздался смех и хлопки.

— Два трупа, — заключил капитан. — Идиоты. Лучше бы тренировались больше, чем лицедействовать.

Зрители помогли бойцам подняться, подобрали мечи и заняли их места. Следить за тренировкой под комментарии капитана оказалось интересно. По его словам выходило, что он вообще не понимает, как эти "балбесы" остались живыми после походов. Так умеют ворчать только те, кто искренне переживает за подопечных.

— Витт, вы тоже были в походах?

— Странный вопрос. Конечно. По меньшей мере в дюжине, — не отрывая взгляда от тренировки ответил лорд.

— Если можно, еще один странный вопрос. Сколько вам лет?

— Представьте себе, уже сорок восемь. Маги стареют медленнее.

Я едва сдержала усмешку. Этот маг, который по местным меркам медленно старел, выглядел, как более-менее ухоженный "белый воротничок" в пятьдесят, если регулярно наведывается в зал и не пьет пиво по вечерам у телевизора. Впрочем, маг и не сидит за столом с девяти и до пяти, а физической нагрузки у него — на пятерых менеджеров хватит. Это видно было даже в подвале по покрытому ссадинами и синяками телу.

Мы досмотрели тренировку, Беритол закрыл прореху в стене, и двинулись дальше.

На конюшню пришлось идти открыто, тайных ходов туда не было. Ступали тихо, прислушиваясь, нет ли голосов. Замерев за копной сена Беритол всматривался в стойла, пересчитывая их обитателей. Где-то в глубине шуршал граблями живущий при замке мальчишка, и показываться мы не рисковали.

— Пять чужих лошадей, — наконец произнес маг. — Двоих храмовников я убил в подземелье, значит, осталось трое.

Он сделал мне знак уходить. Но пришлось замереть и вжаться в стенку: приближались голоса. По конюшне шел один из лейтенантов с "черным".

— Джек! — крикнул он.

Из-за череды стойл показался мальчишка с граблями.

— Почему у лошадей наших новых наставников еще не вычищено?

— Дык… чищу я… как наставники? Лорд Беритол… Капитан… он же…

Лейтенант размахнулся и отвесил мальчишке такую оплеуху, что тот покатился по земляному полу и стукнулся головой о столб, подпиравший крышу.

Кажется, я хотела закричать и рвануться к нему, потому что Беритол, уловив мое движение, мигом скрутил меня и зажал рот. Я трепыхалась, но это было все равно, что пытаться скинуть толстенные канаты.

Мальчишка поднялся, потряс головой и пошел назад. Лейтенант что-то объяснил храмовнику, обведя конюшни рукой, и они вернулись в замок. Когда они отошли достаточно далеко, маг меня отпустил и зло прошипел:

— Что ты вытворяешь? захотела к храмовникам?

— Он мальчишку чуть не убил! — я старалась говорить шепотом, но получалось шепотом кричать.

Беритол выглянул, удостоверился, что нас никто не видит, и уволок меня к ближайшему входу в стену.

— Ничего страшного с ним не произшло, поднялся и пошел работать дальше. Никогда бы не подумал, что демоны такие неженки. Или ты из тех дамочек, что валятся в обморок при любом поводе?

— Никто из моих знакомых не стал бы спокойно смотреть, как ударили человека. Ребенка!

— Интересно, почему демонов так боятся? Не хотел бы я жить в мире, где все такие чувствительные.

— Я надеюсь, что не останусь в мире, где человеческая жизнь стоит так мало.

Маг хмыкнул. Кажется, от злости мы перешли на ты. Будто самому себе он сказал:

— Греса я все-таки отправлю отсюда. Если ему понадобилось всего три дня, чтоб перейти на другую сторону, и за мое имя оплеухи раздавать, здесь ему делать нечего.

Я не решила перевести тему:

— Если их осталось всего трое, ты можешь с ними справиться?

— Могу, но раз приезжает командор, значит, в заговоре участвуют не только эти трое и даже не четверо. Нет, нужно убедить королевского посланца, что храмовники действуют во вред Его Величеству. Знать бы еще, какой это вред. Зачем им школа на краю королевства, в глухом углу? Да и учатся тут по большей части дети нетитулованных аристократов, а то и вовсе те, кому благородное достоинство выдали за служение королевству.

— Звучит, будто тебя наказали, отправив сюда командовать.

— Да. Наказали. За то, что родился бастардом. Прорубать строй врагов перед конем высокого лорд я годился, а за одним столом они меня едва терпели.

— Но если ты лорд, значит, отец тебя признал?

Мы двинулись дальше по ходу, и Беритол вполголоса рассказал мне свою историю.

Лордом он стал в семь лет. До того его воспитывала мать-служанка, которая убирала комнаты в доме лорда Энтони Беритола. И хоть бастардов тот не признавал, но все трое — сам Виттор и две девчонки от кухарки — были сыты, тепло одеты и приставлены к делу по силам. Когда же законный наследник тяжело занемог, и соседи стали проявлять к землям лорда нездоровый интерес, тот обратился к королю и выправил для Виттора бумагу. Так бастард стал законным сыном лорда Беритола. Наследнику удалось выжить и выздороветь, но отказываться от своего слова лорд не стал и отправил мальчишку к капитану гарнизона — учиться военному делу, а когда проснулась магия, приказал замковому магу научить парня всему, что умеет.

Когда Витту стукнуло пятнадцать, лорд дал ему меч, шлем, латы, коня и грамоту о происхождении. Они обменялись магическими клятвами: Виттор обязывался никак и ничем не вредить наследнику Беритола, но в случае, если тот умрет, не оставив потомков, вступить в дела вместо него. Пока наследник жив, Витт обязался на земли не претендовать.

Взамен лорд Энтони Беритол пообещал заботиться о матери Виттора, кормить ее и содержать в замке до конца ее дней, даже если она совсем одряхлеет и работать не сможет. Слово свое отец сдержал. Матушка скончалась всего пять лет назад — для замковой служанки жизнь ее была долгой и весьма неплохой. У единокровного брата уже сыновья подросли, так что, на землях Беритолов Витт не понадобится.

Мы обошли замок. Он оказался небольшим, всего две башни и донжон с залом, кухней, комнатами лейтенантов и казармами. Зато стены были толстенные — еще бы, и коридор внутри стен, и тайный ход, а на нижних этажах арсенал, клетушки для мальчишек-слуг и что-то еще, лорд не стал вдаваться в подробности.

Пройдя по всем возможным ходам и заглянув в комнаты мы выяснили, что замок живет спокойно, храмовники чувствуют себя как дома, двое из них устраиваются в комнатах лейтенантов, а третий пытается провести ритуал признания его замком с помощью какого-то артефакта, но уже получил камнем по затылку, едва не провалился на подгнившей доске (на что Беритол заметил, что вчера еще на этом месте все доски были целы) и заблудился в совершенно прямом коридоре. В конце концов плюнув, он погрозил стенке кулаком пообещав, что приедет командор Храма и покажет, кто тут хозяин.

— Хотел бы я посмотреть, как командор будет усмирять замок, не обладая ни каплей магии.

— Мне показалось странным, что среди храмовников был только один маг, и он, кажется, не был главным.

— Более того, обращались они с мэтром препаршиво, — фыркнул Беритол. — В некоей священной книге упомянуто, что боги выбирают праведников, которые не привыкли облегчать себе жизнь магическим даром. Поэтому магия для храмовников считается недостатком. Итогда маги запечатывают дар, чтоб влиться в братство, а тех, кто сохранил чары, держат как обслугу, и уж высоких санов им не видать.

— То есть, облегчать себе жизнь обслугой с даром, можно. Это священной книге не противоречит.

— Храмовники! — Развел руками маг.

Мы вернулись в комнаты капитана и принялись строить планы. Итак, задача: раскрыть храмовников перед королевским послом так, чтобы отпереться тем было невозможно.

— Нет ли у вас какого-нибудь заклятия, которое бы заставило этих гадов во всем признаться?

— Кто из нас демон разума? Если такое заклятие и существует, это ты должна о нем знать.

Я покачала головой. С заклятиями у меня плохо, прямо скажем. С заклятиями у меня никак. Но заставить "братьев" разговориться можно и без магии. Особенно тех, кто сам магией не обладает, а значит…

— Что пьют в замке?

— Воду, а те, у кого нет магии, слабенький эль. Таким не напьешься. Что-то более сильное в школе пить запрещено.

— Виттор, не стройте из себя праведника. Я уверена, что в закромах у вас найдется что покрепче.

Лорд покосился на меня, но я ободряюще покивала. Он отодвинул сундук и вытащил из угла маленький темный бочонок:

— Вот. Держу здесь, чтоб не стащили. Тем лейтенантам, у кого нет магии, наливаю по стопке на праздник. Если болеют, то с медом ее хорошо.

— Что это?

— Живая вода.

Живая вода, вода жизни, aqua vitae — так называли виски в раннем средневековье. Я взяла у капитана кружку и нацедила чуть — да, именно он. Чудесно.

— Но храмовники ее пить не будут. — Развел руками Беритол. — Они знают, как живая вода развязывает языки. Думаю, выхлебают пару кружек эля, и все.

— Чтоб храмовники не покупали живую воду у селян? Не верится.

Беритол воззрился на меня в удивлении:

— У вас в нижнем мире, наверное, живую воду умеет делать каждый второй демон, но у нас магией живой воды владеют только монахи острова Ивскарь, и только они хранят рецепт. Впрочем, без их магии рецепт бесполезен.

Я отвернулась и закусила руку, чтоб не рассмеяться. Нет, пожалуй, открывать секреты перегонки я не буду.

— Вы здесь эль покупаете или сами делаете на месте?

— Делаем, — буркнул лорд. — Каждый год оказывается один-два отпрыска разорившихся семей, которые промышляют хмельными напитками. Если молодым балбесам не разрешить варить под надзором, будут алхимичить втихаря.

Я хихикнула. Да, проблемы молодежи от мира к миру не меняются.

— Есть ли у вас эль, который еще не добродил, и потому щипет язык? — как иначе объяснить шипучие свойства, я не знала.

— Да, в погребе.

— Идем.

Надо же, военные люди, целый замок мужиков, а всему учить надо.

Прихватив кружку я пошла за Беритолом. Мы спустились вниз по крутой лестнице, и через три или четыре поворота лорд привел меня в подвал. Впотьмах при еле светящемся огненном шаре я перепробовала эль из пяти бочек. Как бы меня не развезло. Выбрав одну самую шипучую попросила лорда ее пометить. Тот выжег на крышке кружок.

— Есть ли среди сирот мальчишка, которому можно довериться?

— Думаю, Мэтт подойдет, он самый старший. Я его в свое время забрал от буйного отца почти при смерти, сам выхаживал. Беднягу почти до смерти забили. Что ты задумала?

— Придется нам поймать Мэтта и поговорить с ним. Людям короля и твоим лейтенантам нужно поднести чистый эль с кухни, если они вообще будут пить. А храмовникам — из этой бочки, и влить в каждую кружку по стопке живой воды. Когда понесет по второй, можно уже и две влить, никто не заметит.

Даже при тусклом свете было видно, что лорд смотрит на меня огромными глазами.

— Это что за пойло получится? Вроде того, которым ты меня в подземелье поила?

— Нет, хуже, — я постаралась не смеяться. — Поверь, намного хуже. Не знаю, как насчет магической печати, но язык развяжется чудесно. А дальше пусть твой Мэтт спросит, где капитан.

Мэтта мы подлавливали долго. Он взял на себя командование остальными мальчишками, и поймать его в одиночестве было делом нелегким. Жаркое было уже почти готово, с минуты на минуты Мэтт должен был отправить гонца звать всех в обеденную залу, когда магу удалось втянуть его в нишу, открывавшуюся только руке Беритола.

Зажав рот тощему подростку лорд прошептал:

— Тише Мэтт, тише, это я, лорд Беритол, капитан.

Мэтт перестал дергаться и вытаращил глаза. Лорд снял ладонь с его рта, и мальчишка затараторил:

— Черные эти, храмовники, сказали, что вы уехали куда-то, а может, вас демон прибил. Ой капитан, что будет-то! Что будет! Храмовники тут всем раскомандовались, уже половину лейтенантов уговорили, что так лучше!

Капитан скрипнул зубами:

— Прибить меня хотели храмовники. Мэтт, мне нужна твоя помощь.

Я стояла за выступом стены так, чтоб мальчишка меня не видел. Не нужно ему знать, что демон заодно с его обожаемым капитаном.

Беритол трижды повторил инструкции, пока Мэтт не выучил все наизусть. Теперь оставалось только ждать.

Я едва не вернулась к детской привычке грызть ногти, когда мы сидели в стене обеденного зала. Разговаривали за едой громко, и гулкие голоса разносились под сводами. Тот, кто строил этот замок, явно предполагал, что в этой нише будет наблюдательный пункт, и расположил слуховые отверстия таким образом, что стены ничуть не заглушали происходящее в зале. А вот наблюдать приходилось сквозь узкие щелочки.

После первой кружки эля с добавками речь храмовников "поплыла", движения стали шире, настроение лучше. Надо же, как на непривыкшие к крепкому организмы "ёрш" действует. Единственный маг из "черных братьев" пал жертвой шампанского в подземелье, поэтому "братья" наклюкались всем составом.

Вот Мэтт принес по второй кружке.

Вот новоприбывший командор хлопнул королевского посланника по плечу. Капитан его стражи напрягся. Местным лейтенантам и королевским стражникам Мэтт приносил чистый эль, а самому человеку короля воду. Это хорошо. Это очень хорошо. Надеюсь, он не убежденный трезвенник, а, действительно, маг.

Мэтт встал между командором и тем из "братьев", который удачно сбежал от Беритола-берсерка. Этот, единственный из всей "братвы", пил молча, погружаясь в меланхолию. Мэтт собрался с духом и выпалил:

— Милостивые лорды, тут эта… слухи ходят… Может быть, вы знаете, где капитан, лорд Беритол? Говорят, он уехал незнамо куда, но скоро вернуться должен.

— Не мели ерунды! — рявкнул храмовник-меланхолик. — Никуда он не вернется! Забудь лорда!

— П… простите? — Мэтт и правда опешил, не играя.

Королевский посланник напрягся и сделал знак капитану.

— Не будет больше лорда! Я за него!

— Но… но он всегда возвращается. Да и не видели, что он уезжал, может, и не уехал никуда, где-то тут.

— Демоны лорда твоего подрали! — храмовник стукнул ладонью по столу так, что королевский посланник вздрогнул.

— Друг мой, друг мой, — заулыбался командор, — не горячись. Эй, ты, налей нам еще по одной.

Мэтт мухой метнулся на кухню, и едва ли не бегом принес еще по кружке. Интересно, сколько там "живой воды" на этот раз? Все-таки по две или уже по три рюмки? Плохо, если языки откажут раньше, чем храмовники все выложат. Но умница Мэтт дождался, пока оба отопьют еще немного, и спросил снова:

— Так как же капитан? Тут он?

Разрумянившийся командор обнял королевского посланника одной рукой, другой попытался потрепать Мэтта по щеке, но не достал.

— Ты, мальчишка, брата Агния слушай. Он дело-о-о говорит… ыып… А кап… питан… да прирезали твоего кап… ып… ох… прирезали же, а, Агний?

Командор влил в себя еще немного "коктейля", внезапно переменился в лице и забыв о присутствии прочих, наклонился к Агнию и зашептал так громко, что услышали даже мы в своем укрытии:

— Или опять за свое… ып… взялись, а? Я вам что… кхе-кхе… — забулькав, он допил до дна, — я вам что сказал? прирезать и в подвал! Где мэтр? Ы-ы-ып!!! Алхим… мм… ик… чит над Бериририт… толом…м-м-м?

Двое прочих братьев уже лежали лицами в стол. Агния "ёрш" тоже почти уложил, но ярость оказалась сильнее. Нехорошо улыбнувшись он зарычал:

— Чужими руками хотел жар загрести? а сам в столицу? чтоб мы тут у демонов в заднице тебе армию растили? — в отличие от командора несостоявшийся директор школы говорил отчетливо, но быстро и зло. Он разразился каркающим смехом. — Сбёг твой капитан! демоница его отпустила, и сбёг! лови его сам теперь! ха-ха-ха! — его голова почти коснулась стола.

Королевский посланник кивнул главному из королевской стражи, и тот отдал своим людям тихий приказ. Сопротивляться из храмовников не мог никто. Только Агний попытался вытащить меч, но посланник шевельнул пальцами, и храмовник выронил клинок на пол, ругаясь какими-то слишком заковыристыми для меня, чужеземки, словами. Командор решил, что самое время спеть парочку гимнов. Связав всем руки, храмовников куда-то повели.

— Выходите, капитан, — произнес королевский посланник в воздух. — И спутницу свою приводите.

— Ни шагу отсюда, и на глаза им не показывайся, — прошептал Беритол.

Я убралась подальше в проход, лорд приложил руку к стене и вышел в образовавшуюся щель:

— Ваше Сиятельство, полагаю, вы слышали достаточно.

— Правильно ли я понял, что братья, — он кивнул подбородком на процессию, которая уносила двух спящих, вяло выкрикивающего отдельные слова Агния и поющего командора, — пытались вас убить, вызвав демона?

— Для начала меня бросили в клеть под землей, избили и три дня морили голодом, не давая даже воды. Сегодня ночью, действительно, попытались вызвать демона, который должен был меня прикончить. Братья посчитали, что если в подвале найдут следы ритуала и мои останки, спишут на мой, именно мой неудачный опыт. Но демон против ожиданий освободил меня и убил двоих моих пленителей. Агнию удалось сбежать.

— Похоже, что захватив школу храмовники собирались воспитывать рыцарей в почитании Храма большем, чем власти Его Величества, — задумчиво проговорил человек короля. — Да, через несколько лет у храмовников была бы своя небольшая, но хорошо обученная армия, и кто знает, кто знает… Похоже, мы должны быть благодарны брату Агнию за то, что он с товарищами решил провести настоящий вызов, а не только оставить следы. Боги были так добры, что наказали братьев за дерзость.

Его Сиятельство — это граф?

Граф хмыкнул и объявил тоном, не терпящим возражений:

— Я хочу познакомиться с демоном, точнее, с демоницей, как подсказывает мой дар.

— Увы, это невозможно. Демоница сейчас между мирами. Ее присутствие здесь еще ощущается, но она неумолимо уходит назад.

— Вы сказали, что ее вызывали ночью. Сейчас только вечер.

— Полагаю, мы слишком мало знаем о нижнем мире.

— Позвольте мне самому посмотреть, — голос графа раздался ближе.

— Нет, нет, я не могу допустить, чтобы Ваше Сиятельство подвергал себя риску, — с этими словами Беритол входил в стенной проход. — Я прослежу, чтобы демоница вернулась, куда ей положено, и доложу Вашему Сиятельству.

— Лорд Бертол, приказываю остановиться! — кажется, граф сейчас войдет сюда.

Но маг уже стоял рядом со мной, закрывая щель в стене. Он взял меня за руку и повел назад:

— Переждем оставшееся время в моих комнатах. — Он дотронулся до стены, постоял, прикрыв глаза, и удовлетворенно кивнул. — Замок не пустит туда никого.

* * *

После тяжелого дня тянуло прилечь. Мы забрались на кровать. Я обняла мешок с платьем и провалилась в сон.

Когда проснулись, лорд коснулся стены, где открылось небольшое окно, откуда повеяло холодом. Небо снова было чистым и усыпанным звездами. Выглянув, лорд сообщил:

— Ритуал проводили в полночь. Самую ночь Белой Леди выбрали. Похоже, у нас есть еще час или около того. Посольство от соседей тоже собиралось прибыть около полуночи. Но все же я провожу тебя, прежде чем пойду их встречать. Мало ли, что случится.

— Спасибо, — улыбнулась я.

Странно, что он стал таким внимательным. Сменив ехидство на заботу лорд стал выглядеть намного лучше — по крайней мере, в моих глазах. Эх, Машка, рядом лежит симпатичный мужчина, и не мальчишка на десять лет младше, как раз по тебе, но кидаться на мужиков в первый день знакомства ты не приучена, а второго дня не будет. Что за невезение!

— Мария, расскажи о нижнем мире? Если это не запрещено, — отвлек меня раздумий маг.

Я вздохнула. Не хочется разочаровывать хорошего человека, но врать и придумывать мне надоело.

— Витт, я обманула тебя. Я не демон. Я человек.

— Хм. Но ты считала с такой скоростью… обычная женщина так не может!

— Может, если ее учить с раннего детства.

— Ты появилась в кругу свечей с этим… игристым, и в демонском наряде.

— Да, я не отсюда, я из другого мира, но не из того, что вы называете нижним. У нас нет магии.

— Как — нет? Как же вы живете?

— У нас есть… — нет, на слово "технологии" внутренний переводчик не отозвался. Нет еще в этом мире такого понятия. — У нас есть наука и то, что мы можем сделать с ее помощью.

— Наука… это то, чем занимаются монахи и бездельники в городах. Ведут мудреные разговоры, а толку от них…

— Поверь, когда-нибудь будет толк, если магия не помешает. У нас тоже говорили, говорили, а потом изобрели повозки, которые двигаются без лошадей и корабли из железа, которые умеют летать.

Лицо Мага приняло удивленно-недоверчивое выражение.

— Ты ездила на повозках без лошадей? Они, действительно, без магии? Летала на кораблях, как птица? Мне трудно это представить.

Как могла, подыскивая слова из местного языка я рассказала про машины, самолеты, поезда, телефоны и с трудом убедила Беритола, что я вовсе не такая смелая и отчаянная, если решаюсь выходить за стены дома в одиночку. И все это, представьте, без магии. Об устройстве нашего общества рассказывать было тяжело. Если привыкший к магии человек еще может поверить в летающую железную птицу, то во всеобщее обучение уже с трудом.

В сумраке, подсвеченном маленьким огненным шаром, я увидела, как лорд нахмурился.

— Некоторые клирики считают, что магия — проклятье для человеческого рода. Одних магов она делает самоуверенными, других — заносчивыми, третьих — жестокими. Может быть, вашему миру повезло, или же нас за что-то наказали.

— И каким магия сделала тебя?

— Наверно, самоуверенным, — усмехнулся он. — Я видел, как ты переживала за мальчишку. Многие, не задумываясь, переступили бы через труп простолюдина даже не ради спасения жизни, а ради удовольствия ехать прямо по дороге, не объезжая чернь. Другие им завидуют и сами хотели бы быть на их месте. Я так и не стал настоящим аристократом, я стараюсь не быть жестоким к людям, но по сравнению с тобой я чувствую себя чудовищем. В вашем мире все такие, как ты?

— Нет, но очень многие. Может быть, большинство.

Он еще помолчал.

— Если все это правда, ты не из нижнего мира. Ты из верхнего, оттуда, где обитают праведники, что становятся помощниками богов. — Маг зажмурился, скривился и с силой выдохнул. — Мария, я должен повиниться перед тобой. Такой чистой душе наверняка противно то, что я сейчас скажу. Я возжелал тебя как женщину.

Я рассмеялась.

— Витт, это не считается зазорным. Принуждать женщину нельзя, а плотские желания у нас не запрещены, но… м… лучше всего, когда они следуют за чувствами.

— За чувствами, — повторил маг, повернув ко мне лицо, и мы замолчали, глядя друг на друга. — Хотелось бы мне однажды прийти к тебе с этим вашим игристым.

— Витт… ты можешь произвести впечатление на женщину и без вина.

Повисло неловкое молчание. Граф снова открыл окно и посмотрел на звезды и половинку луны:

— Похоже, что вот-вот наступит полночь. По крайней мере, послы драконьего народа уже близко. Кажется, я вижу, как приближаются драконы. Интересно, ваши железные птицы такие же огромные?

— Драконы? — прошептала я. — У вас есть настоящие драконы? Они преврещаются в людей?

Лорд вытаращил на меня глаза.

— Как животное может превратиться в человека? Это полуразумные летающие ящеры. Драконий народ умеет с ними договариваться, приручать, а самые талантливые становятся драконьими всадниками и правят ими как лошадьми, большими летающими и плюющимися огнем лошадьми, — улыбнулся маг.

— Драконы… С ума сойти, настоящие драконы.

Наверное, мой голос был слишком умоляющим. Лорд кинул мне мешок с платьем, подал руку, в другую схватил теплый плащ, я наскоро сунула ноги в боты, и мы побежали вверх по лестнице к балкону между башнями.

Не обращая внимание на мороз, который тут же забрался сквозь рубаху, я восхищенно уставилась на развернувшуюся передо мной картину: чистое небо, крупные звезды, две луны — одна половинкой висит перед нами, вторая полная, светит позади нас на подлетающих к замку драконов.

Виттор накинул плащ, подошел ко мне сзади и укутал нас, прижав меня к себе. Мы стояли, замерев, я глазела на драконов и чувствовала дыхание мага на моих волосах.

Чтоб сесть на поляну перед входом, драконы закладывали вираж, пролетая мимо нашего балкона, расправив кожистые крылья и чешуйчатый хвост. Один пролетел совсем близко, скосил на меня сверкнувший желтый глам и выпустил тоненькую струйку огня. Кажется, его всадник издал недовольный крик, но я была счастлива.

Что-то изменилось в воздухе. Я кожей чувствовала напряжение.

— Тебе пора, — прошептал Виттор, не разжимая рук. — Мария, как твое родовое имя?

Он спрашивает про фамилию? Зачем ему?

— Мария Якобок. Я так ничем и не отблагодарила тебя за помощь.

— Отблагодарила, — прошептал мне на ухо маг, коснувшись меня губами.

Я повернулась к нему, прижимая мешок с платьем к груди, и мы смотрели друг другу в глаза, пока луны не закрутились в бешеном танце.

Я сидела на полу. Рядом валялся холщовый мешок, откуда торчал уголок темного шелка. На мне была одежда будто из исторического фильма. В комнате темно, на улице тихо, небо затянуто облаками. Значит, здесь время тоже двинулось вперед.

Посеребренные городскими огнями облака давали достаточно света, чтобы разглядеть потухшие свечи и засохшие канапе. Глянула на мобильник — пять процентов заряда, на часах — 00:01, 2 января. Я поежилась. Окно было открыто целые сутки. Хорошо, что морозец в первый день года выдался несильным. Закрыв окно я отправилась в ванную, кинула одежду в угол и встала под горячий душ. Второго у меня еще выходной, можно прийти в себя после приключений, чтоб с новыми силами влиться в жизнь "верхнего мира". Машка, будешь ныть — вспомни холод в замке, эту их, с позволения сказать, кухню и мальчишку в конюшне. Мигом попустит.

Влезла в любимую байковую пижаму, забралась под одеяло. Брр, еще холодно, но скоро комната прогреется. И никакой, чтоб ее демоны подрали, магии!

Я дома! Я не могла бы жить в Средневековье, я слишком привыкла к комфорту, безопасности и относительно справедливому устройству нашей жизни. Но все-таки жаль, что наше знакомство с лордом Беритолом оказалось таким коротким. Конечно, мне не по пути с мужчиной, который удивляется, что женщина умеет складывать числа в уме. Но с другой стороны, мужчины, которые стараются быть лучше и добрее, чем окружающие, которые живут без оправданий "не мы такие, жизнь такая", такие мужчины встречаются нечасто во всех мирах.

Глава 3. Нереальность

(ЛОРД ВИТТОР БЕРИТОЛ)

Впервые в жизни я не знал, что делать. Раньше все было понятно: врагов — бить, адептов — учить, провинившихся — наказывать, заслуживших — награждать, схвативших меня храмовников — убить при первой возможности, а не получится — умереть с честью. С демоницей держаться настороже, но помочь выжить — как существу, которое меня спасло. И оберегать — как достойную даму. Все было просто и понятно.

Сейчас, стоя перед Его Величеством в кандалах и с запертой магией, я совершенно терялся.

— Ваше Величество, поверьте, я предан вам и королевству…

Король нетерпеливо махнул рукой.

— Я знаю, друг мой, я знаю. И то, как вы наказали зарвавшихся храмовников, достойно всяческих похвал. Но поймите и меня, друг мой. Вы провели целый день в компании демоницы, при этом вы не убили ее, как положено всякому почитающему богов, а по словам графа Тэнгри не дали ему возможности даже взглянуть на исчадие нижнего мира. Вы же знаете, что за сделку с демоном полагается смерть.

— Она помогла мне вырваться из рук храмовников, а позже заставила их признаться в содеянном, подсказав, как смешать хмельное, чтоб развязались языки.

— Понимаю, друг мой, понимаю. Кстати, остроумный способ, весьма и весьма, нам пригодится. Ах, да, о вас. Учитывая вашу лояльность и то, что демон действовал в интересах короны, я сохраню вам жизнь. Но мы даже не знаем природы демона. Может быть, это демон разума, который внушил вам нечто, опасное для адептов или для королевства. Нет, я не могу так рисковать. Вашу магию пришлось запереть, а вы отправитесь на остров Белой Леди, где проведете остаток ваших дней. С вас даже снимут кандалы, когда прибудете на место.

— Благодарю вас, Ваше Величество, — выдавил я сквозь зубы.

Остров Белой Леди — форпост на севере, где никогда не вырастает даже хилой зеленой травинки. Раз в год туда привозят провизию и прочие необходимые вещи. На острове Белой Леди служат те, кто сильно проштрафился.

— Мне бы хотелось наградить вас, но золото на острове вам не понадобится, — Его Величество задумался.

Я солдат. Я привык рисковать. Но сейчас, принимая решение, я засомневался. Может быть, зря? В конце концов, остров Белой Леди — это привычный мир, а лет через десять, убедившись, что я безопасен, Его Величество может вернуть преданного слугу в тот же замок-школу на отшибе. А может статься, корону примет Его Высочество, и тогда шансов еще больше…

Но перед глазами встала "демоница". Меня манил ее мир, в который я будто заглянул ее глазами. И она сама… Даже не знаю, что сильнее.

— Ваше Величество, могу я попросить в награду беседу с королевским магом мэтром Гинзолом?

— Хм. Странная просьба от человека с запертой магией. Я надеюсь, вы понимаете, что мэтр не станет снимать печать?

Я кивнул:

— Разумеется. Мне хотелось бы показать ему тот демонский кубок, который нашли в подземелье.

— О, кубок уже у мэтра. Кому, как не ему, изучать демонскую вещицу.

— Благодарю вас, Ваше Величество, — я еще раз изобразил всемерную преданность. — Тем более, мне было бы интересно с ним побеседовать.

* * *

Старик был еще крепок. Да, этот маг сильней меня настолько же, насколько я сильнее помощника кухарки, который умеет только печь разжигать да светящийся шарик вешать.

— Мэтр, есть надежда?

— Молодой человек, вы слишком нетерпеливы.

Я подавил смешок. Никто не знал, сколько лет самому сильному из живых магов.

Если мэтр сможет мне помочь, я отдам ему все золото, которое скопил за годы службы, я отдам все, что он пожелает.

Тот вертел в руках черный кубок из странного, невиданного дерева, а может, камня, и молчал, прикрыв глаза. Сколько прошло… четверть часа, не меньше, когда он заговорил:

— Да, способ есть, но не уверен, что вы этого захотите. А впрочем…

— Я согласен.

* * *

(МАРИЯ)

— Машка, ты какая-то спокойная стала. Все хорошо?

— Всё. Честное слово, всё.

— Колись давай. В ноябре ты рвала и метала, когда пришлось переделывать отчет из-за… как ты их назвала? придурки из отдела доставки? Я на этих выходных ты проторчала за компом с утра и до вечера из-за чужих косяков, и сидишь, улыбаешься.

— Девчонки, ну что вы, в самом деле. Я же не в сугробе торчала. В квартире тепло, кухня с холодильником рядом. Зачем дергаться?

Кажется, меня начали считать блаженной. Хор-рошо я Новый год отметила. Выросла, так сказать, над собой. Никаких курсов самосовершенствования, никаких коучей не надо. Пожить сутки в тревоге — а ну как останусь навсегда в Средневековье? — и окружающий мир кажется прекрасным и удивительным.

Вот только с лордом мы как-то скомканно расстались. Ох, лучше не вспоминать. Три месяца прошло, а заноза все свербит.

Возвращаясь с посиделок вынула из почтового ящика пачку реклам. Уже занесла руку над мусоркой, как внутри все оборвалось.

"Виктор Антонович Беритол — врач-терапевт…" и дальше какие-то восторженные слова, адрес, телефон… Это все я прочитаю потом. Сейчас я не могла оторвать глаз от фотографии, с которой на меня смотрел лорд Виттор.

То есть, человек, похожий на лорда Виттора, имеющий почти то же имя, ту же фамилию, и даже отца зовут так же, как лорда Беритола-старшего. Бывают же в жизни совпадения. Даже если Витт каким-то образом переместился сюда за мной, изучить этот мир и стать врачом, отпечатать рекламки и найти меня, и все это за три месяца? Нет, Машка, это уже не фэнтези и даже не фантастика. Это просто нереально.

Визит назначили на следующий день. Создавалось впечатление, что девушка на том конце провода только меня и ждала.

Называя себя дурой распоследней, я навела лоск в квартире и заготовила закуски. Хорошо, что дети на весенних каникулах с отцом. Ох, Машка, куда тебя несет. Это просто врач, просто совпадение, просто…

Я залезла на антресоли и вытащила коробку, где хранила вещи из другой реальности.

* * *

Доктор Виктор Антонович выглядел чуть свежее своего дубликата из подземелья. Я жадно его рассматривала, пока не осознала, что он точно так же рассматривает меня. Я кашлянула, чем вывела нас обоих из состояния транса, и поздоровалась.

Мы обменялись обычными фразами. Нет, ни на что не жалуюсь, но общее обследование давно не проходила… да, анализы… и флюрографию тоже… И все это время мы смотрели друг на друга, не отрывая взгляд. Да что же за наваждение такое?

Я опустила глаза. Настал момент домашней заготовки. Сейчас все решится, я вздохну с облегчением, что обозналась, поудивляюсь невероятным совпадениям и пойду назначать эти демоновы анализы.

— Прошу прощения, доктор, я запишу… — я начала копаться в сумке. — Ручка вечно теряется. Вы же знаете эти сумочки, оглянуться не успеешь, как откуда ни возьмись куча странных вещей.

Я старательно не обращала внимания на карандаш, который протягивал мне доктор. Освобождая сумку в поисках ручки я выложила на краешек стола блокнот, косметичку и кожаный пояс с кольцом-пряжкой, где виднелась зазубрина. Подняв глаза на доктора я испугалась, что его сейчас хватит инфаркт. Побледнев он спросил севшим голосом:

— Скажите, Мария, как вы провели новогоднюю ночь?

— Очень странно. Сначала дома, затем в подвале с каменной кладкой в компании сильно избитого человека, а на следующий день мы с ним ходили на занимательную экскурсию по небольшому замку.

* * *

Мы сидели в углу кафе, где подавали неприлично дорогой и очень невкусный кофе — прекрасное место, чтобы поговорить без чужих ушей.

— В детстве это было забавно. Потом я решил, что у меня шизофрения, даже к врачам сходил, но те развели руками. Психолог сказал, что у меня живая и яркая фантазия. Не могу сказать, что это меня успокоило. Когда день за днем тебе открываются свежие воспоминания о твоем альтер эго в параллельном мире… День здесь — день там. Поверь, это непросто принять. Я будто жил в двух мирах, точнее, в одном жил, за другим подсматривал. Здесь я учился, женился, работал, заводил детей, вырастил детей, развелся, а там я махал мечом, пускал файерболы и скакал на коне, врубаясь в строй чужих пик. Будто смотришь многосерийное кино с собой в главной роли. В эту новогоднюю ночь я подумал, что мой сериал превратился в глупую сказочку о попаданцах. Но в соцсетях я нашел Марию Якобок и узнал женщину на фотографии. В конце концов я списал это на подсознание: возможно, я где-то тебя видел, неосознанно запомнил имя и внешность, а затем фантазия вставила тебя в мои видЕния.

Он осторожно глянул на меня, все еще не веря, что я всерьез выслушиваю историю про параллельную реальность.

— Но неделю назад жизнь мага Витта подошла к концу. И когда я посмотрел свой последний день в том мире, я поднял все свои связи, нашел твой адрес, вложил рекламу тебе в почтовый ящик и предупредил в приемной, чтоб Марию Якобок записали на ближайший же день. Хочешь знать, чем закончилась история лорда Беритола?

Я кивнула.

— Твой черный кубок нашли в подземелье. Сильнейший маг отследил по нему, откуда ты, из какого мира, с точностью до города. Перерыв всевозможные книги он составил заклятие, которое заберет всю мою магию и все мои жизненные силы, чтобы я родился заново здесь, на Земле, за сорок восемь лет до нашей встречи. Он сказал, что заклятие перенаправит реальность, чтоб все сошлось: и имена родителей, и моё имя, и ДНК… то есть, он это иначе назвал, но мы с тобой понимаем суть. Мне нужно будет прожить обе жизни день за днем, пока не увижу нашу встречу и конец Виттора.

— И ты согласился.

— И я согласился.

— Не страшно было?

— Страшно. Но я хотел жить в мире праведников, встретить тебя и… — он запнулся, взял меня за руку и договорил, — прийти к тебе с игристым.

— С праведниками ты, как видишь, погорячился.

— Все познается в сравнении. И все-таки, как насчет игристого?

— Я же говорила, тебе не обязательно…

Машка! Нет в тебе романтики, балда ты этакая! Я постаралась исправиться:

— Виктор Антонович, здесь за углом есть круглосуточный магазин. Я уверена, что там будет шампанское.

— Приглашаешь?

Ох и сказочка у тебя, Машка, получилась.

— Конечно.

Конец

Content

Новогодние приключения Маши и Витта
Элина Литера

Глава 1. Двенадцать свечей

Глава 2. Две луны

Глава 3. Нереальность