Алексей Савушкин

Предпочтительная правда

— Итак, мистер Салливан, рассказывайте и предпочтительно правду, — я закинула ногу на ногу, стараясь не думать о том, что завтра они будут нещадно болеть. Это был четвертый допрос за сегодня. А ведь его жёстко взяли, в какой-то задрипанной гостинице в стране третьего мира, по дороге немного помяли. А ему хоть бы хны, улыбается.

— Я мистер О'Донован, это какая-то ошибка, я гражданин…

— Вы мистер Салливан. — я пошла ва-банк, времени было очень мало. — Вы запустили этот чертов корабль с русским на борту.

— Но я не… — он осекся. А он не глуп, понял, что врать бессмысленно и продолжил: — Ничего не изменить, агент Дормунд. Марк — первый человек, который достигнет Марса! И это сделал я!

— И, скорее всего, останется там навсегда, — я хотела сбить немного спеси с этого уверенного в себе мужчины.

— Он знал на что шел… — в глазах Салливана появилось толика грусти, совсем чуть-чуть, чтобы я это уловила, но, чтобы это не выглядело наигранно. Хорош, мерзавец.

— Как, по-вашему, из-за чего вы здесь?

— Из-за того, что Марк, якобы русский агент, — казалось разочарованно произнес Салливан. — И Россия снова нас обошла, и первый человек на Марсе будет русский, бла-бла-бла.

— Почему это вас не беспокоит? Разве вы не патриот?

— Я патриот, милая Элис…

Я великодушно простила ему эту фамильярность.

— И вы хотели поставить на место Маска…

— Причем тут Маск? — он удивленно приподнял бровь.

— Ну та надпись на ракете на русском: “Как тебе такое Илон?”.

— Ааа, — его белоснежные зубы сверкнули в улыбке. — Это Марк, — он смущенно развел руками. — Эти ученые как дети. Ну сами посудите, написал бы русский шпион такое на ракете?

— Как вы объясните, что в вашей команде все члены связаны с Россией?

— Не все. Только Марк русский, Майкл сын эмигрантов оттуда, но он никогда не был в России, Адам еврей, эмигрировавший из Израиля, Чжан китаец, Джонни вообще индус, где тут связи с русскими?

— Адам до Израиля жил в Санкт-Петербурге, работал в секретном НИИ один из авторов последней модернизации ракеты Протон-М, Джони учился в университете дружбы народов в Москве. Он этот факт не выставлял на показ. Всё-таки отношения у нас остаются напряжёнными. А вот Вей вообще не китаец, он из Казахстана и имя его произносится не Чжан, а Жан. А это, между прочим, всё ещё основной плацдарм для запуска ракет России в космос. Про Марка и Майка вы и сами знаете.

— Чжан Вей не китаец? — казалось искренне удивился Алекс.

— Жан Вей — производное от Жан Вейсалов, уже лет как двадцать они убирают советские окончания в фамилиях.

Он удивленно молчал.

— Так чем, вы можете объяснить, что все пять человек вашей команды связаны с Россией, Салливан?

— Глобализацией… — смущенно произнес он.

— Алекс, послушайте, — подалась я чуть вперед, время неумолимо утекало, и я поднажала. — Их прикрытия гроша ломанного не стоят, понимаете? То, что они шпионы, это доказанный факт, мы не это тут расследуем. Мы сейчас пытаемся понять, насколько вы погрязли в этой паутине лжи! Все выглядит так, как будто вы организатор.

— Да какие они шпионы, — он неискренне повел плечами. — Вы на них посмотрите. Да они же грезят космосом. Я специально искал не зашоренные взгляды, не среди признанных академических кругов, а… — он пощелкал пальцами руки, словно перебирая слова для поиска нужной фразы. — энтузиастов. Потому что выиграть можно было только посмотрев на все эти проблемы с другой стороны. Мне удалось подобрать команду, из простых людей, работяг, волей судьбы оказавшихся, да, — он кивнул, скорее самому себе. — немного в теме…

— Немного в теме? — я начала возмущенно загибать пальцы: — Жан Вейсалов инженер, проработавший на Байконуре двадцать лет, Джавахарлал Пател, ваш Джонни Пати, учёный выдвигавшийся на Нобелевскую премию два раза видными американскими институтами и один раз российским научно-исследовательским институтом, Адам Леви специалист по микробиологии, генной инженерии и еще кучи медицинских специальностей, Марк вообще правнук того самого Антонова, летчик испытатель, в бывшем полковник, он четырежды был дублером! Алекс, опомнитесь!

— А Майкл?

— Что Майкл?

— Майкл вот вообще никак не в теме.

— Майкл — это связи, контактное лицо и основной организатор.

— Все-таки я вам не верю, просто так совпало. Мне нужна была команда, чтобы осуществить свою давнюю мечту…

— Вы хотели полететь на Марс, серьезно?

— Конечно нет! Ближайшие сотни лет там нечего ловить. Я хотел стоять у истоков…

— Не верю, — лениво отбила я глядя ему прямо в глаза и пошла в атаку: — Сдается мне, вы не талантливый предприниматель, Алекс. Куда вам до Илона… Но вы и не шпион. Мы просветили вас до нитки. Вы просто жулик. Обычный жулик. Вам просто повезло, ну и плюс гениальная работа агентов ГРУ, этой “Насовской пятерки”, которым несомненно помогали их ученые.

Я продолжила атаковать:

— Вы владелец небольшой фирмы промышлявшей околомошенническими схемами, позарились на грант. Увидели в этом возможность быстро разбогатеть, получить финансирование и смыться, но… стечение обстоятельств, неудачи других участников конкурса, немного везения и, конечно же, весь аппарат ГРУ привели к тому, что спустя два года, созданный вашей компанией аппарат летит к Марсу с русским на борту!

На его растерянном лице появились первые сомнения. Он глубоко затянулся, до фильтра опустошая сигарету, мгновение подержал в себе дым и выпустил его резко, вертикально вверх запрокинув голову. Я смотрела на его обнаженную шею, его выступающий кадык… Боже, наверное единственное, что меня в студенческие годы удерживало от лесбийских приключений это отсутствие кадыка у девчонок…

— Вы почти во всем правы, — произнес наконец он. — Почти во всем.

Я с удивлением оторвала взгляд от его шеи и снова посмотрела в глаза.

— Рассказывайте.

— Как вы, верно, догадались, я не планировал выигрывать даже первый этап конкурса. Но грант в два миллиона долларов… сумма гранта на первый конкурс выдавалась по заявке. Я запросил максимум — два миллиона долларов указав в качестве команды разработки фиктивные имена.

— Фиктивные имена? В том числе Марка Антонова? — что за бред…

— Всех! Все имена моей нынешней команды я придумал во времена заполнения заявки.

— А ваш концепт, легший в основу разработки. Это… — я сверилась с отчетом экспертов АНБ. — Технически грамотный и обоснованный несмотря на некоторые революционные идеи. Как сейчас твердят все члены комиссии именно из-за него вашей никому неизвестной компании и была одобрена заявка на грант.

— Полностью написан мной, за чашкой кофе за одну ночь. В основу лег научно-фантастический рассказ…

— Не лгите, Алекс! Концепт проверили вдоль и поперек и комиссия и наши эксперты! Там нет плагиата. Назовите автора и произведение.

— Рассказ называется «Некоторые проблемы колонизации Марса и пути их преодоления».

Я начала записывать.

— Автор ваш покорный слуга. Рассказ был написан к конкурсу, еще в молодости, но нигде не публиковался, так как я не успел к дед-лайну.

Я отложила ручку:

— Дальше.

— Представляете каково было мое удивление, когда меньше, чем через неделю мне прислали договор на финансирование! Достаточно было только прикрепить договора найма с командой!

— И что вы сделали?

— Мне пришлось их всех найти и нанять.

— Несуществующих людей?

— Я их всех загуглил. Нашел кучу Марков Антоновых, еще больше Майклов Джексонов, по дюжине Адамов Леви, почти тысячу Чжан Вэйев, сделал предложение, заключил договора с теми кто откликнулся и нанял на работу. Только с Джонни Поти были проблемы, но тут просто случай, секретарша, разместила объявление о найме на работу на бирже труда и в последний день принесла мне резюме Джавахарлала Патела, он оказался доктором математики, физики и ещё пары наук. Ну чем не Джонни Поти, правда же?

— Вам не показалось странным, что такой именитый учёный попал к вам по резюме с биржы труда…

— Когда я задал ему вопрос, он ответил, цитирую: мода на индусов-математиков в США стремиться к нулю.

— Проделано столько работы…

— Уложился в четыре дня. Все-таки два миллиона…

— И все они случайно оказались инженерами, докторами наук…

— Не все, из пяти человек только Марк и Джони были докторами точных наук, Майкл доктор философии, Адам доктор медицины, Чжан просто инженер. Но комиссия приняла документы без замечаний. Я снял копии документов, приложил к договору финансирования, подписанному мной и отправил в НАСА. Через два дня мне прислали мой экземпляр договора со всеми визами, еще через сутки деньги поступили на счет.

Я сверилась с датами на документах и кивнула.

— Я собрал всю команду в арендованном помещении, раздал всем по ноутбуку, копию договора с НАСА и конкурсной документации, включая мой концепт. Ребята втянулись сразу, такого энтузиазма я никогда ещё не видел! Это настоящие мечтатели!

— Дальше.

— Через четыре с половиной месяца споров, ссор и упорной работы мы сделали это. Наше техническое решение прошло экспертизу и попало в десятку лучших. И нам выделили сорок миллионов на постройку работающего прототипа.

— Не удивительно. В техническом решении разработанным вами несколько революционных идей, в частности первый теоретически обоснованный способ защиты экипажа космического корабля от радиации. К сожалению, мы не знаем сработает ли он. У Марка же рак четвертой стадии. Марк умирает, возможно, он не долетит до Марса.

— Тогда что вы так переживаете? Или первый труп русского на Марсе беспокоит вас не менее живого русского на Марсе? — столько желчи в словах Алекса меня удивили.

Алекс затянулся очень глубоко, нервно дернул головой, выдохнул успокаиваясь.

Он действительно так переживает за Марка?

— Из какого принципа вы придумали имена для заявки? — зашла я с другой стороны.

— Один китаец, один индус, афроамериканец, еврей…

— Это понятно, а русский?

— Ну, чтобы как в анекдоте, собрались как-то…

— Типично русский анекдот, у нас, добропорядочных американцев, таких расистских анекдотов нет.

Он смутился.

— А афроамериканец? Вы сказали планировали афроамериканца… Видимо Майкла Джексона. Почему вы взяли белого?

— Он оказался геем. Понимаете, я подумал, что так даже лучше, больше шансов получить грант.

— Но вы же не на Оскар подавались?

— А есть разница? Принципы везде одинаковые. Поти тому подтверждение.

Я решила сменить тему:

— Ну хорошо. Расскажите про второй тур.

— После получения денег, я решил, что пора сбегать. Но я не смог быстро вывести из страны такую сумму, поэтому весь следующий год я работал, в поте лица выводя в

офшоры двадцать миллионов, а оставшиеся двадцать отдал команде. Причем честно собрал их в нашем офисе и сказал, что им остаётся только половина. Попросил их не задавать вопросы. Все начали возмущаться, что за такую сумму нереально построить прототип многоразового доставщика на орбиту, космического корабля, взлетно-посадочного модуля… Но тут вмешался Марк, он произнес загадочное русское слово: «at cat». И всё сразу успокоились. Хотя я так и не понял причем тут кошка.

Я улыбнулась, Господи, какой глупый.

— И вывели деньги, выписали доверенности на Майкла и уехали.

— Да.

— И через несколько месяцев…

— Я увидел в новостях как наш носитель на испытаниях взорвался и рухнул в океан, так и не выведя корабль на орбиту… а потом узнал, что комиссия включила нас в шорт лист и мы получили грант на третий этап.

— Вам стало интересно почему?

— Да, я вышел на связь, команда ликовала. Я все не мог понять почему нас пропустили. Я вернулся и оказалось, что…

— По результатам расследования комиссии, — начала читать я. — Авария произошла в результате технической поломки второго клапана подачи…бла-бла-бла, при этом системы экстренного катапультирования корабля сработали в штатном режиме. Датчики на манекенах показали, что инновационная система защиты экипажа сработала, посадочные системы корабля выдержали экстренную посадку, корабль сел целым в автоматическом режиме, — я отложила документ. — Но ведь корабль не должен был садиться на Землю, он даже на Марс не должен был садится. Садится должен был посадочный модуль.

— Да, но у команды было мало денег, они изворачивались как могли и придумали способ садить сам корабль, таким образом сэкономив на взлетно-посадочном модуле.

— Почему вы вернулись?

— Они… они меня заразили своим энтузиазмом и уверенностью… — он посмотрел на меня понимая, как наигранно звучат его слова.

— Итак, вы получили третий грант… много и долго работали над пилотируемым запуском, целью которого было выведение на орбиту и отправка к Марсу беспилотного корабля. Но вы решили не ждать два с половиной года удачного призем… спуска на Марс беспилотного корабля. А решили всех обогнать и отправить в полет Марка. Боялись, что Маск наступает на пятки?

— Предстояли еще годы напряженной работы, но у Марка их не было. А он так хотел… хочет попасть на Марс. Это мечта всей его жизни, которая, я … был уверен, заканчивается…

— И вы проявили благородство…

— Да нет, какое благородство… — вдруг психанул он, — Славы я захотел. Покрасоваться перед камерами, навестил бы всех тех, кто чванливо смеялся надо мной все эти годы…

Я подождала немного и решила помочь:

— Но после запуска испугались и убежали, подстроили автокатастрофу, сделали пластику и залегли на дно. Почему?

— Я украл достаточно, — сделал он попытку.

Ну уж нет, я взяла быка за рога:

— Вы ведь догадались да? Вы узнали, что это операция ГРУ по доставке русского на Марс, Алекс. Вы испугались, что вас устранят и сбежали, подстроив свою смерть…

Признайтесь, Салливан, вас облапошили и вы испугались.

— Я… конечно, верю в свой талант и все такое. И ребята были все время замечательными, но… последняя неделя перед запуском была нервная, напряжённая, я хотел всё

переиграть, но Марк… он изменился. Он стал угрожать. И они говорили всё время на русском. Даже китаец, ну который не китаец… и индус… в последнее время все время говорили на русском. В общем, — выдохнул он. — Я сбежал, а потом написал ту анонимку.

Я кивнула. Поэтому мы и начали расследование, из-за анонимки. Сначала думали, что это конкуренты пытаются нашими руками убрать команду Салливана, или русские, мы знали, что они наступают нам на пятки в гонке за Марс. Но на время расследования засекретили, что на Марс отправился человек. Для всех в космос отправились три беспилотника. И вот уже почти сутки мы решали, что сделать. Поверить в кучку неудачников, свершивших невозможное, погнавшись за своими мечтами или в спецоперацию ГРУ. И принять решение, потому что корабль с Марком через пару часов окажется в точке невозврата, после которой, наши ракеты с секретного военного спутника уже его не нагонят.

И вот они, достаточные доказательства. Я почувствовала, как с той стороны стекла мой шеф вскинул руки и одними губами произнес «да детка!».

— Значит это ваша анонимка.

— Да, — и он слово в слово на память продиктовал текст.

— Хорошо, что мы вас нашли. У нас ведь не было никаких доказательств. Команда ваша… шпионы эти, все отрицают. Мы их расколем конечно, через год-другой в одиночках запоют. Но у нас мало времени. Хорошо, что мы вас нашли. Вы очень хорошо спрятались, но выйти в он-лайн игру под своим ником… как же глупо.

— Аккаунт уже большо хороший, не сдержался… столько лута. — он выглядел очень смущенным, такое тяжело сыграть. — Что будет с Марком?

Я понимала, что команда уже отдана, да и он это понял. Глупый наивный мечтатель.

— К вам мистер О'Донован, — я назвала его по нынешнему имени в документах. — У правительства США нет претензий.

— Как? Совсем? — он искренне удивился.

— Ну какие у нас могут быть претензий к некоеу О'Доновану… гражданину другой страны. — улыбнулась я.

Он сидел удивленный и я сжалилась.

— Признать вас мистером Салливаном, это признать, что аферист два с половиной года выманивал деньги у правительства США, чтобы отправить на Марс русского.

— И вы не боитесь, что я кому-то расскажу?

— Кто вам поверит? Да и в любом случае, ваша история о том, что мошенник и кучка первых встречных смогли построить многофункциональный корабль с революционными технологиями… попахивает.

— Запахом загнивающего государственного аппарата и заскорузлых администраторов НАСА? — эта неожиданная реплика меня удивила.

Я встала и повторила, но на этот раз с предупреждением в голосе:

— Вы свободны господин О'Донован, у правительства США больше нет к вам претензий. Это ваш шанс начать новую жизнь. Выметайтесь из страны.

Я вышла из комнаты, устало улыбнулась подошедшему шефу.

— Прекрасная работа, Элис. В отчёте комиссии напишут, что беспилотный корабль безвозвратно утерян. Салливан погиб, а команда сидит за фиктивные акты и прочее.

***

— Прекрасная работа, Володя! Когда тебя неожиданно поймали мы думали, что весь план по дискредитации раскрыт, как тебе удалось так все провернуть? Прикинуться убитым тобой же Салливаном! Это войдёт в учебные пособия.

— Женщина, господин генерал, — улыбнулся мужчина. — Я и рта не успел раскрыть, она сама все за меня придумала. Подумала, поверила, пожалела и простила.

— Мда, в любом случае, свою задачу мы выполнили, у нас ещё есть шанс обогнать их в мечте за Марс.

— Господин генерал, разрешите вопрос.

— Тебе сейчас все можно.

— А о чем мечтали вы в детстве?

Генерал нахмурился.

Content

Алексей Савушкин
Предпочтительная правда