Принцесса для лунного охотника

Глава 1

Двое обнаженных по пояс мужчин с подтянутыми и крепкими телами двигались по кругу, держа в руках мечи. Их взгляды скрестились — каждый внимательно следил за противником. Бугры мышц перекатывались под загорелой кожей при малейшем движении. Широкие плечи и торс блестели капельками пота, а кубики пресса поражали своей четкостью и рельефностью.

Резкий взмах рукой, удар меча, еще удар и отскок, чтобы тут же через мгновение вновь сойтись в танце самой смерти. Отточенные движения завораживали какой-то особой хищной, звериной грацией и потрясали воображение своей нечеловеческой быстротой.

— О, да, — простонала рядом подруга и по совместительству моя фрейлина леди Камилла Бриард.

— Твоя слюна уже все зеркало закапала, — хмыкнула сидевшая рядом другая близкая подруга — леди Анита Эванс.

— Селина, приблизь, пожалуйста, изображение, — проканючила Камилла. — Я хочу рассмотреть все детали.

— А что конкретно ты хочешь увидеть? Вроде уже все разглядели. Они и так почти голые! — нахмурилась я.

— Вот именно, что почти, — прищурилась Камилла и поближе наклонилась к зеркальной поверхности.

— Ну ты и бесстыжая! Мы ведь к ним и так скоро приедем, вот там и будешь рассматривать все в деталях, — возмущенно ответила подруге.

— Ты же знаешь, что не смогу, это не прилично, — надула пухлые губки фрейлина. — А тут такая возможность! Нас никто не видит, сиди и наблюдай.

— Значит тайно можно и это тебя не смущает? — воскликнула Анита, всплеснув руками.

— Ну мы же не просто так это делаем. А хотим узнать заранее, к кому едет ее высочество. Что же там за жених такой достался Селине, — оправдывалась Камилла.

Я сделала пасс рукой и по зеркалу в серебряной оправе пошла рябь, а затем оно опять превратилось в обычное, не открывающее суть и не показывающее нужное мне — магу зеркал. Да, я принцесса Селина Гилберт, старшая дочь короля Лоренса, и обладающая редким даром видения на расстоянии через зеркальную поверхность. А смотрели мы сейчас на моего жениха — принца Реджинальда Деверелла. И суженый был, надо сказать очень непростой и даже пугающий.

— Мы хотя бы убедились, что он не пугало огородное. Его высочество очень красивый, Селина, — высказалась белокурая леди Анита.

Это подруги меня уговорили подсмотреть за женихом, после того как я прорыдала три часа, уткнувшись в подушку. Я была просто в ужасе от новости, что меня сосватали принцу-оборотню из соседнего королевства в жены. Мой отец просто объявил, что они договорились с королем Арфаила Акли Девереллом, отцом Реджинальда, что я стану его женой. Король Акли решил уйти на покой и передать трон старшему сыну Реджинальду. Принцу уже двадцать семь лет и отец его перед коронацией решил женить.

Конечно же я знала, что этот день когда-либо наступит, и мне придется выйти замуж за того, кого выберет мой отец. Я и так уже год после празднования совершеннолетняя принимаю послов со всех стран Элеи. Но никак не ожидала, что отец отдаст меня ИМ!

— Да ну подумаешь оборотни, — пожала легкомысленно плечами Камилла. — Зато они все красавцы. Посмотри, какие только у них тела — это от природы. А наши мужчины все какие? С большим пузом, неопрятными бородами, фу! А какой жених тебе достался! Глаз не оторвать.

— Я согласна с Камиллой, — кивнула Анита. — Селина послушай, разве кто-то тебе приглянулся за это год? Ты вспомни только принца гномов! Да он же чуть выше твоего пояса! А в ширину все два метра!

— Леди, а вы орка помните? Я вообще не знаю, зачем представители их расы приехали свататься. Они же думают, что все люди страшные и на одно лицо. И как ты будешь… Ну это… Того самого. С двухметровым и двухсоткилограммовым. Я себе даже не представляю, — закатила глаза Камилла, мечтательно наматывая каштановый локон на палец. — Хотя вот некоторые говорят…

— Даже не начинай, — поморщилась я.

Мою подругу часто заносит на подобные темы. Любит она пообсуждать ну уж очень пикантные подробности. Как начнет мне все сплетни рассказывать о межвидовых сношениях, мне аж плеваться хочется. А мне и так тошно, очень уж боюсь свадьбы, и того, что он ОБОРОТЕНЬ! Но почему именно я должна стать его женой?

Наш мир Элея разделен на три континента. Мы находимся на самом большом — Срединном. Его окружают четыре моря: Эйранское, Ускем, Тэлесское и Артенийское, омывающее наше королевство Мериоден. Наша страна самая южная и чуть меньше Есфалиона, что на севере континента. Ее ограждает длинная и высокая гряда неприступных Низимекских гор, а живут там гордые и загадочные драконы.

У меня есть еще две младшие сестры. Патрисия семнадцати лет и Иветт четырнадцати. Отец, конечно, нам был очень рад, но как любой король хотел наследника мужского пола. А мама была сейчас опять беременная, но звездочеты говорят, что будет снова девочка. Отец немного скис, конечно, я его понимаю! Шутка ли пристроить четырех дочерей. Да за кого их выдать замуж? Ведь мы все-таки не простолюдинки, а принцессы! А принцев подходящего возраста на нашем континенте особо не наблюдалось. Или еще не доросли или уже успели жениться. Так за кого нас выдавать замуж? За гномов? Орков? Драконы в нашу сторону даже не смотрели. Эльфам вообще на людей плевать. Они свою магию сохраняли и передавали по наследству. Приезжали, правда, к нам на бал для сватовства еще из далеких западных земель с Арлисского континента. Странные люди, с чуждой нам магией, но самое интересное, умеющие долго находиться под водой.

Служанки, что попали к ним в постель в первый же вечер, шептались, что у них есть жабры. Так что, прознав об этом мой отец быстренько их спровадил из дворца. Все-таки он меня любит и не отдаст абы кому. Ну я так думала… А тут в лапы самому оборотню! Мне себя очень жаль. Я не готова.

— Не унывай! Ты же станешь королевой! — успокаивала Анита.

— Да как они меня вообще воспримут в своем Арфаиле? Хорошо ли ко мне отнесутся? Будет ли ласков со мной мой будущий супруг? Девочки, мне страшно, — призналась я и обняла себя за плечи, вся сжавшись.

— Селина, у тебя очень сильный и могущественный жених. Он обязан за тебя постоять, и защитит перед всеми. Так чего тебе боятся? — развела руки в стороны Камилла.

— Ты же знаешь, что мне придется в чужой стране заново выбивать себе место под солнцем, и я не жду от них радужного приема. Они вынужденно терпят не оборотницу. Это нужно только для того, чтобы не выродился их род. А кровь их угасает из-за таких как я и старые фундаменталисты против чужаков. Да, они больше не могут жениться на своих же, потому что пойдет вырождение расы. Но они очень опечалены тем, что чем больше пришлых, тем меньше оборотней рождается.

— А какая интересно вторая ипостась у твоего Реджинальда? — вдруг спросила Камилла.

— Мышь какая-нибудь, — залилась звонким смехом Анита, а ее фамильяр сова Рина встрепенулась и стала крутить головой услышав об еде. До этого она спокойно сидела на шкафу и, закрыв глаза, спала.

— Да ну тебя. В королевских семьях грызунов не бывает, — ответила я подруге сначала уверенно, но вдруг в душе меня одолели сильные сомнения. «А если бывают? Нет… Такое просто невозможно!» — я аж вздрогнула от омерзения.

— И что ты теперь будешь плодиться как самка собаки? Не переставая? — спросила Камилла еле сдерживая смех, надув щеки и покраснев при этом от натуги.

— Нет, конечно! — нахмурив брови, оскорбилась я. — Даже не собираюсь каждый год рожать. Я будущая королева и мне решать сколько иметь детишек! Ограничусь только одним, — твердо заявила им.

— Рина, сколько будет детей у Селины? — задала вопрос фамильяру Камилла.

А Рина и рада стараться:

— Ух-ух, ух-ух, ух-ух, ух-ух…

Ком подкатил к горлу и меня затошнило.

— Рина! — прикрикнула на своего фамильяра Анита. — Хватит уже паясничать! Ты не кукушка!

— Ух-ух, — раздалось обиженное в ответ и фамильяр повернулся к нам спиной, выражая своим видом оскобленную невинность.

Камилла сползла от смеха с кресла и, держась за живот, выдохнула:

— Я же говорила, что много-о-о.

— Какие вы злые, — терзала ногтями маленькую подушку, что держала на коленях. Нервы все, да.

— Не обижайся, Селина. Посмотри на это с другой стороны, Реджинальд и правда, очень привлекательный. И я искренне желаю, чтобы у тебя все в жизни удачно сложилось с ним, — ласково дотронулась до моей кисти Анита.

Я взяла подругу за руку и, улыбнувшись, сказала:

— Спасибо, подруга. Жалко, что ты не можешь поехать со мной в Арфаил и побыть там до свадьбы. Мне бы пригодилась твоя поддержка.

— Селина, я бы с удовольствием, но я же тебе говорила, что у меня сбывается мечта! Я наконец-то нашла способ продолжить свои научные изыскания.

— Везет же тебе! Твои родители не против, чтобы ты занималась наукой и не заставляют выходить замуж как меня, — позавидовала ей.

— Да, в этом я очень им благодарна. Я наконец-то вскоре получу то, что хотела! — с мечтательным взглядом и, приложив руку к сердцу, произнесла Анита.

— Я очень рада за тебя. Но жду обязательно на свадьбе, — погрозила ей пальчиком. — Не забудь меня со своей наукой.

— Такого никогда не будет, Селина, — заверила меня графиня Эванс.

— Ты только свою Рину не бери, — выдала Камилла и мы удивленно уставились на нее. — Ну как же! Вдруг она перепутает и съест твоего жениха, Селина. Она же не поймет принц это или мышь полевая, — заржала совсем не как леди, чрезмерно остроумная подруга.

— Тьфу на тебя, дурочка, — буркнула я, а потом не выдержав, расхохоталась вместе с подругами.

***

— Ох, как же мы, ваше высочество, будем на чужбине-то за вашими шикарными волосами ухаживать? А вдруг нет там нужных травок, от которых ваши светлые волосы блестят словно атлас. Ежели нет в их стране таких кореньев, которые делают их густыми. И не растут цветы первоцвета, что придают вашей белоснежней коже шелковистость, — охала и причитала старая служанка, которая со мной с младенчества — моя добрая и ласковая Матильда. — Надо запастись! — вдруг осенило женщину, и она замерла со щеткой для волос, которой только что расчесывала меня. Ее вид стал очень сосредоточенным.

— Да не надо ничего с собой вести, Матильда! В Арфаиле новые отвары сделаем и найдем травы, какие нужно, — начала отговаривать ее, представляя еще и тюки с кореньями в обозе, а он у нас и так будет большой. Жених просто обалдеет от моего приданного. Но ничего, придется привыкать и к такому. Раз женишься — все теперь терпи.

До границы с королевством Арфаил я еду с сопровождением и охраной одна, а там меня встретит принц Реджинальд. И мы выдвинемся до столицы Раэлы уже вместе.

— Ваше высочество, платье готово, — служанки помогли облачиться в изумительный наряд шафранового цвета, из блестящей парчи, богато украшенной золотым шитьем с пышной юбкой и короткими рукавами.

В нашем королевстве Мериоден, что находится на юге Срединного континента преобладал жаркий климат. Бесснежная зима, круглый год цветут цветы и плодоносят деревья. Плодородная почва позволяет собирать несколько урожаев в год, и мы их экспортируем в другие страны. Сейчас, в разгар лета, можно было носить легкие платья, и даже чересчур заботливая Матильда переставала кутать меня в накидки.

Я выбрала к прощальному ужину с моими родителями и сестрами гарнитур с изумрудами. Длинные серьги украсили мои ушки, запястье обвил тонкий браслет в виде золотой змеи с зелеными глазами. А в ложбинке между грудей блестела маленькая капля драгоценного минерала.

— Как эти украшения удивительно сочетаются с вашими глазами цвета весенней зелени! Просто великолепно! Принц Реджинальд будет очарован! — умилялась мной Матильда.

А я только грустно вздохнула и, бросив на себя последний взгляд в зеркало, направилась в обеденный зал.

***

— Селина, ты должна понимать, что мы тебя не предаем. И рано или поздно все равно пришлось бы выйти замуж. Так положено всем дочерям правителей. Династические браки, укрепление позиций страны — вот удел всех королевских отпрысков. И заметь, тебе и так уже девятнадцать! Я тебя мог отдать замуж еще год назад, — обратился ко мне с речью отец во время ужина.

Сейчас он выглядел уставшим и каким-то напряженным. Во взгляде его серых глаз сквозила обеспокоенность.

— Спасибо, отец, за заботу и что дал мне еще год свободной жизни, — уныло сказала я, уставившись в тарелку с почти нетронутой едой.

— Дочка, Арфаил от нас не так далеко, и там живет много людей. Ты же знаешь, оборотней становится все меньше и меньше. Их законы стаи давно ушли в прошлое и сейчас они цивилизованное государство. Селина, ты должна понять, что твой путь — путь королевы! Не подведи нас. Тебя научили многому, готовили именно в правительницы. Я прекрасно понимаю, что такой юной девушке будет очень тяжело, но мы с папой верим, что ты справишься со всем. У тебя получится управлять страной достойно, — мама улыбнулась теплой и нежной улыбкой, от чего лучики морщин побежали по лицу, а светло-зеленые глаза заискрились.

Несмотря на искренние слова поддержки, мне стало очень грустно.

— Мама, мы тоже будем королевами? — спросила, хлопая длинными ресницами сероглазая Иветт.

— У гоблинов ты будешь королевой, — ухмыльнулась дерзкая Патрисия.

— С какой стати? — возмутилась Иветт с вытянувшимся лицом.

— Да потому что самых красивых принцев уже разобрали! А нам не осталось больше женихов. Вот. Правда гоблин еще свободен, и я, так уж и быть, решила его тебе уступить, — милостиво махнула белокурой головкой Патрисия.

Иветт надула губы и приготовилась то ли реветь, то ли орать. Она одинаково хорошо владела обоими приемами манипулирования. Моя сестра росла очень капризной — младшая же в семье. Но ничего! Недолго ей все внимание на себя перетягивать осталось. Скоро еще одна принцесса появится. Может даже голосистее, чем она. Хорошо, что меня тут уже не будет.

— Так, успокоились! — грозно сверкнул глазами отец. — Найдем мы вам принцев!

— Красивых? — сразу же заинтересовалась Иветт.

— И умных, и красивых, — кивнул с серьезным выражением лица отец.

— А если… — с прищуром начала Патрисия.

— Никаких если! Найдем, привезем и женим на вас! Все понятно? — рявкнул король.

Сестры притихли и интенсивно закивали. Когда отец злится, лучше молчать и бежать подальше. Он был строгим и еще его вид страшил многих. Мой отец был высоким и крупным мужчиной, с резкими чертами лица, большим носом с красными прожилками и чуть отвисшим брюшком — любил он поесть, ничего не скажешь. И голос короля Лоренса был очень уж громогласный, такой, что все придворные слышали за много метров, когда он был не в духе, и старались сбежать подальше от его немилости. А посетители тут же передумывали что-то просить и уходили, а многие даже не возвращались больше.

Мама же не в пример ему был очень мягкая женщина, добрая, но с достоинством и величием во всем. Это сквозило в ее осанке, манере речи и поведении. Я бы хотела быть такой как она. Ее любили во всем королевстве. Моя мама многим помогала, строила школы для магов и не магов. Спонсировала научные проекты, оказывала помощь бедным и детям-сиротам. Она пример для подражания и даже говорили символ королевства. Ее все звали Королева-мать. Это многого стоит и я постараюсь оправдать ожидание моих родителей. Во чтобы то ни стало завоевать доверие и любовь подданных королевства Арфаил — ведь там будет мой новый дом.

Глава 2

Мама вытирала платочком слезы, а отец смотрел на меня потухшими глазами, в глубине которых затаилась грусть. Сестры стояли понурые, с печальным видом, но вовсе не потому, что родная сестра уезжает на чужбину, а из-за того, что теперь они следующие на выданье. Да и всех красивых принцев разобрали или они еще не выросли в других королевствах. Вот Патрисия и Иветт боятся, что станут невестами гоблинов, да гномов. Может еще раз приедут свататься женихи из-за моря, с жабрами, которые. Но отец сестер в обиду не даст, я уверена. Из-под земли, как он обещал, приволочет им кого-нибудь достойного и заставит жениться. Так что уезжаю со спокойным сердцем за сестер, но с трепетом в душе за свою судьбу. Не знаю, как она сложится, и буду ли я счастлива в чужих краях.

— Пока, подруга, буду ждать тебя в гости, — улыбнулась и обняла Аниту.

Та всхлипнула и произнесла:

— Удачи, Селина! Не давай там никому себя в обиду. Очень жалко, что у тебя нет такого фамильяра, как моя Рина. Может быть, тебе было бы легче.

— У нее есть лучше, чем Рина. С ней буду я! — заявила Камилла, проходившая мимо нас к карете.

— Пока. Успехов тебе на новом месте, — улыбнулась графине Эванс и помахала рукой Рине. Она как раз пыталась устроиться на шлеме стражника, а тот, не смея при королевских особах шевелиться, вытягивал шею, надеясь стряхнуть птицу с головы. В чем мало преуспел, конечно же.

С разом выступившими слезами на глазах, обняла родителей и сестер. Окинула взглядом дворец, что был моим домом все эти недолгие девятнадцать лет моей жизни, развернулась и направилась к карете, что должна меня увезти в неведомые дали, туда, где другие законы и иная магия — загадочные земли оборотней. Где ждет меня будущий супруг и трон, земли и подданные, для которых я должна постараться стать своей.

***

Наш обоз растянулся в длинную вереницу. В моей карете сидела только Камилла. Позади ехали крытые повозки с моим служанками и Матильда. Далее шли телеги с моим приданным, одеждой и подарками для новой родни. Нас сопровождал большой отряд охраны, но когда мы достигнем столицы, они меня покинут — я перейду под опеку жениха.

— Селина, ну давай еще посмотрим, чем там занимается его высочество, — заглядывая мне в глаза, попросила Камилла.

— Я что-то не поняла, ты положила взгляд на моего будущего супруга? — брови удивленно поползли вверх.

— Да как ты могла подумать такое! — воскликнула фрейлина и прижала картинно руки к груди. — Нет, конечно! Просто понимаешь… — замялась она, — В прошлый раз я кое-кого увидела в зеркале.

— М-м-м, вот оно в чем дело, ты опять за свое. Вот все тебе неймется. Я тут переживаю, что мы едем к оборотням и придется непонятно с кем жить. А тебе только бы глазки строить и красавчиков высматривать, — пожурила подругу.

— Ну, пожалуйста, — состроила умилительную мордочку фрейлина.

— А кто тебе там понравился?

— Тот, с кем дрался на мечах твой жених. Ты видела, какие у него мускулы? А тело, м-м-м, — мечтательно закатила глаза Камилла. — Словно его намазали шоколадом. Так и хочется облизать.

— Фу, бесстыжая! — сморщилась я. — Вот где тебя учили манерам? Ты, я смотрю, быстро в Арфаиле обзаведешься женихом и нарожаешь ему волчат. А может и не волчат, — прищурилась я и, выдержав драматичную паузу, выдала: – Белок!

Камилла фыркнула, тряхнула каштановой гривой и надула пухлые губы.

— Да не могу я подсмотреть за предметом твоих грез! Для колдовства нужно имя знать. К тому же вдруг у него уже кто-то есть? Ты хочешь увидеть какой-нибудь пикантный момент и разочароваться? — попыталась вразумить фрейлину.

Подруга побледнела. Она явно уже в красках представила ухаживания этого красавца, поцелуи под луной, а тут я ее опустила с небес на землю.

— Подожди, не торопись, — сразу же пожалела, что такое сказала и начала успокаивать Камиллу. — Приедем и все выведаем. Может, у него никого и нет.

— Красавцы одинокими не бывают, — тяжко вздохнула Камилла.

— А вот это правда. Особенно зная о темпераменте оборотней. У них явно есть пассии, если они не женаты. Да и женатые наверняка имеют любовниц, — я задумалась и продолжила мысль: — А ведь Реджинальду Девереллу уже двадцать семь лет, и он точно не ждет меня непорочным.

Камилла заржала, как конь, да так громко, что лошади ей откликнулись.

— Конечно! У него, наверное, там целое стадо готовых на все девиц.

— Ты имеешь в виду стадо, это те, которые оборачиваются в коров? — удивилась я таким подробностям.

— Да нет, в коров оборотни не превращаются, они же только в хищников могут. Просто у него должны быть... Забудь, Селина, не слушай меня. Я иногда всякую чушь несу, — оборвала сама себя Камилла и замотала головой.

А я задумалась... И глубоко. Я, конечно, все понимаю, у нас династический брак и в них любви не бывает. Или такое один раз на миллион случается. Вот я, например, знаю, что наша мама терпит отца, а он ее любит. Да как такую красивую женщину можно не полюбить? Кроткую, заботливую, а она так и осталась к нему равнодушной. Но меня это очень удручало. Я часто задумывалась об этом, и мне бы так не хотелось. Мое сердце жаждет любви. Я вижу, как вокруг люди, свободные в своем выборе могут сами решать кого любить. Они расцветают от прекрасных чувств, что распускаются в их сердцах, а их глаза светятся от счастья. У них даже походка становится другой и кажется будто свет Тэнебы озарил их и подарил невидимые крылья. И я завидовала… Очень. Я прекрасно понимала, что у принцесс другая участь. И вот моя судьба меня догнала: чужбина, принц-оборотень и толпа конкуренток, что ждет меня там. И что мне с ними прикажете делать? Закрывать глаза на измены мужа, как делают все королевы? Или устраивать скандалы своему благоверному, тем самым унижая свое достоинство? Вот в таких сомнениях и терзаниях я ехала до Арфаила.

Дорога была длинной и утомительной. От нашей столицы Одрен которая находилась на западе Мериодена, до границы восточной страны Арфаил было три недели пути. Кристаллы открытия порталов перемещения мы не могли использовать, так как они рассчитаны максимум на пять человек. А у нас кони, многочисленные повозки, большое количество людей. Поэтому пришлось добираться обычным способом, но я была даже этому рада. Наслаждалась красотами природы, вдыхала по утрам аромат свежести и росы, слушала щебет птиц. Зеленая, как изумруд трава покрывалом лежала до горизонта. Поля пшеницы, что уже начала желтеть, а кукуруза раскачивала длинными листьями под каждым дуновением ветерка. В сердце разливалась тоска и никак не унималась грусть, но верная подруга старалась не давать мне заскучать.

На ночевки мы обычно останавливались в замках у герцогов и графов, где меня пытались всячески уважить. Пели прекрасные баллады, устраивали танцы и читали сонеты. А на стол выставляли к нашему приезду самые лучшие яства. И вот тут я должна признаться, что очень любила поесть — особенно сладкое. Да, вот такая у меня слабость. Недостойная принцессы и вообще девушки, которая хочет сохранить свою фигуру в форме. Ведь принцессы — это воздушные, грациозные создания, которые питаются маковой росинкой. Так учили нас с сестрами преподаватели по этикету. Но если бы мне дали волю и за моим питанием с детства не следили няньки и мама — я бы сейчас вовсе не была худенькой и стройной девушкой. Да еще корсеты делали свое дело. Вы просто не представляете, как не пролазит еда в нужном количестве в желудок! Вот и привыкаешь есть как котенок. Везет же женщинам-гномкам и орчанкам. У них ценятся представительницы прекрасного пола очень упитанные. Их даже с детства специально раскармливают, тем самым показывая, что семья богатая и еды у них вдоволь.

***

— Фкусно, — громко чавкая проговорила Камилла.

Она сидела поджав ноги на моей кровати. А я тоскливо наблюдала, как на простынь падают многочисленные крошки. Я не спорю, что миндальное пирожное — это правда очень вкусно, но спать на остатках еды совсем не хотелось.

— Слушай, я за столом присмотрела шоколадные кексики, давай за ними сходим. Наверняка они еще остались на кухне, — предложила подруге.

— О, давай! — оживилась фрейлина и пособница во всех шалостях.

Камилла вообще всегда и во всем меня поддерживала. Причем никогда не жаловалась, если потом затеи заканчивались для нас плохо.

Эту ночь мы проводили в замке графской четы Пэмброк и во время ужина я углядела на столе так мной любимые шоколадные кексы. Они стояли далеко от меня и не представлялось возможности их попробовать. Нет, не потому что я не могла до них дотянуться, а потому что не положено — принцесса я, росинкой маковой питаюсь. Но сейчас же у нас ночь! И под ее покровом творятся разные дела. То, что сделано ночью — остается покрыто мраком.

Мы, осторожно выбравшись из спальни на цыпочках, тихо прошли мимо спящих в гостевой комнате служанок и громко храпящей Матильды. Она лежала на спине со сцепленными руками в замок на большом животе и, открыв рот, издавала оглушительные звуки. Хорошо, что в моем дворце она спала не в соседних покоях — иначе я бы умерла из-за недосыпа. А в дороге уж приходится терпеть полевые условия.

Подойдя к двери, приоткрыла ее немного, а затем выглянула в коридор. Там стояли несколько охранников, я вылезла наполовину — они напряглись и скосили на меня глаза. Затем я шагнула за порог и показалась полностью. И вдруг из-за меня вылетела Камилла и, пролетев вперед, ударилась лбом о стену, громко завыв.

— А-а-а. — Фрейлина обхватила голову руками и села прямо на пол, всхлипывая.

Охрана смотрела на нас округлившимися глазами, не понимая, что делать. То ли кинуться помогать Камилле, то ли звать лекаря на помощь. Я присела на корточки возле подруги и, поглаживая ту по волосам, ласково спросила:

— Тебе вызвать лекаря? Может холод приложить?

— Д-да, надо, — плаксиво ответила Камилла.

— Тогда мы пойдем с тобой на кухню и поищем что-то подходящее для этого.

А фрейлина опять принялась причитать:

— Ой, мне плохо. Ой, как мне больно!

Я подхватила ее под локоть и потащила к лестнице, ведущей на нижние этажи замка, а ошалевшим от происходящего охранникам махнула легкомысленно рукой:

— Мы на кухню.

***

— Камилла, как ты хорошо придумала стукнуться головой о стену! — промычала я, откусывая кусочек от шоколадного кексика, что мы нашли в одном из шкафов.

«Буду есть столько, сколько влезет», — решила я. Корсета сейчас на мне нет и, главное, никто не смотрит осуждающе.

Камилла сидела, держась за голову, вся растрепанная и несчастная.

— Я не специально! Просто запнулась о полу халата, — пробубнила она.

— А! Я-то подумала это был отвлекающий маневр для охраны.

— Нет, мне правда больно. У меня на голове теперь огромная шишка, — потирая макушку, пожаловалась фрейлина.

— Но надо взять на заметку в следующий раз, как уходить от лишних глаз.

— Нет уж, я на такое больше не согласна. — И, достав из ледяного шкафа целую тушку индейки, водрузила себе на голову.

— Прекрасная шляпка, — кивнула я. — Может так тебе приехать ко двору в Раэлу? Точно будет обеспечен фурор и тот красавчик, что тебе приглянулся сразу же на тебя обратит внимание. Камилла, ты так точно произведешь неизгладимое впечатление.

— Смейся, смейся, но так хоть не сильно больно.

А потом мы замолчали, и начали на перегонки уничтожать запас шоколадных кексиков. Неожиданно позади нас раздалось деликатное покашливание:

— Ваше высочество, позвольте накрыть для вас стол и предложить напитки.

У меня застрял кусок в горле. Я боялась и вдохнуть, и выдохнуть, потому что закашляюсь, а это неприлично для леди во время трапезы.

—Кхе! Кхе! — подавилась и сильно покраснев, кашляла сидевшая рядом другая леди. Она, видимо, прогуляла уроки этикета.

— Мы уже закончили, спасибо ничего не нужно, — как ни в чем не бывало, ответила я. И грациозно встала из-за стола, направляясь к выходу из кухни.

Бросив взгляд, в сторону того, кто прервал нашу с Камиллой ночную трапезу, увидела, что ко мне обратился какой-то слуга. А за дверью кухни толпились и вжимались в стену охранники, графская чета, наспех одетая, не знаю зачем прибежавшая сюда и мои служанки. Я гордо выпрямилась и, насколько позволял мой маленький рост, проследовала по коридору между смущенно прятавших глаза людей, присаживающихся в реверансах и кланяющихся мне. Чуть позади шла Камилла, я скосила на нее глаза.

— Шляпку поправь.

— Что? А, да, — рассеянно сказала она, и прикоснулась к голове, а потом застыла на месте. Конечно, рука-то уперлась в пупырчатую холодную кожу тушки мертвой птички.

Но надо отдать должное моей фрейлине — она, как ни в чем не бывало, кокетливым жестом поправила оригинальную шляпку и с невозмутимым видом пошла дальше.

Глава 3

Мы уже несколько часов ехали по лесной дороге. Вокруг высились пушистые ели, сосны и осины. До меня доносился тонкий аромат хвои и запахи разнотравья. Дорога была ухабистая и нас трясло в карете неимоверно. Скоро мы должны были приблизиться к границе с королевством Арфаил. Мне так хотелось подышать свежим воздухом, и проехаться верхом на лошади, но весь путь мне этого не позволяли, берегли.

В одиннадцать лет я упросила отца научить меня верховой езде, он приставил ко мне учителя, и у меня все получилось с первого раза! С тех пор я старалась как можно чаще вырваться из дворца на прогулку, промчаться галопом по полям. При этом со мной всегда рядом ехали не менее десяти охранников, и поэтому почувствовать вкус настоящей свободы, к сожалению, было почти невозможно. Но я продолжала мечтать, что это когда-нибудь случиться — только я и ветер. Нестись по прибрежной морской полосе, с брызгами из-под копыт, теплым ласковым ветром в лицо, вдыхая аромат свежести и соли.

— Ваше высочество, прошу. — Подал мне руку лорд Кастрэб, помогая выйти из кареты.

Посол нашей страны в Арфаил сопровождал нас в этом путешествии. Меня охватил легкий мандраж. Я судорожно выдохнула и, оперевшись на протянутую ладонь, ступила на приграничные земли. Оказалось, что мы остановились на просторной лесной поляне. Чуть вдалеке я увидела стоявший в отдалении огромный отряд, в нем были только одни мужчины. И впереди всех на огромном черном жеребце сидел принц Реджинальд Деверелл. Когда я сделала пару шажков ему на встречу, он легко соскочил с коня и вместе со своей свитой направился в мою сторону.

Замерев, я наблюдала за приближением высокого мужчины. На нем был бархатный черный сюртук, подчеркивающий широкий разворот плеч. Белоснежная рубашка оттеняла смуглую кожу, черный штаны были заправлены в высокие сапоги. Он шел уверенно, твердо. Короткие волосы темно-коричневого цвета, чуть волнистые. Глаза принца смотрели прямо на меня, не отрываясь, чуть оценивающе. Я смутилась, сразу же начала переминаться с ноги на ногу и смущенно опустила глаза. Сердце сильно колотилось в груди, пульс отдавал в виски. Когда я вновь подняла на него взгляд, его высочество стоял уже рядом. Чуть склонив голову, он открыто улыбнулся и сверкнул глазами ярко-желтого, просто удивительного оттенка. Как будто все самые яркие краски осени собрались в одной палитре радужки глаз принца. Я опомнилась и сделала реверанс, после чего протянула руку для поцелуя. На миг жар губ опалил кожу.

— Добро пожаловать в земли Арфаила, ваше высочество, — глубоким баритоном поприветствовал меня принц.

— Светлого дня и благости Единого, ваше высочество, — попыталась ответить твердым голосом. Я даже тренировалась в карете с Камиллой. Надеюсь, получилось ровно и с достоинством.

Принц Реджинальд улыбнулся лишь одним уголком губ и спросил:

— Надеюсь, ваша поездка была не очень утомительна?

— Да нет, что вы. Все прошло хорошо, — соврала ради приличия.

Не могла же я сказать, как мне надоело две недели трястись по ухабам, хоть и сидя в подушках. Бесконечно быть запертой в карете так себе удовольствие. Да еще слушать приходилось только одну Камиллу. Неуемная энергия фрейлины иногда сводила с ума. Когда я хотела остаться одна или просто почитать, то выгоняла подругу в другую карету, а ко мне пересаживалась какая-нибудь молчаливая служанка.

— К вечеру мы уже будем в Раэле и вы там полноценно сможете отдохнуть. А теперь предлагаю отправиться в путь немедля, — произнес его высочество.

Я было уже собралась последовать за принцем, так как была твердо уверена, что он меня пригласит к себе в карету пообщаться, или попросится ко мне. Но он этого не сделал, и я чуть было не опозорилась, побежав за ним без приглашения, хорошо, что сдержалась. Ну как сдержалась, просто под длинным платьем не видно было, что я уже занесла ногу для шага в сторону Реджинальда.

Я задумчиво посмотрела, как он быстрой походкой удаляется от меня в направлении стоявших возле коней мужчин из его свиты. И закусив губу, многозначительно выдала:

— Хм.

— Селина, — зашептала тут же Камилла. — Он здесь! Приехал с его высочеством!

Я все еще обдумывала поступок принца и соображала, как это все воспринимать и, главное, чем мне грозит такое поведение в дальнейшем. Поэтому не сразу поняла, о чем говорит фрейлина.

— Кто здесь? Ты о ком?

— Тот красавчик! Он в свите принца! — Радовалась Камилла, чуть не приплясывая на месте.

«Хорошо, хоть кто-то чему-то рад», — с тоской подумала я.

— Ты его еще не раз увидишь, а сейчас поехали, — бросила раздраженно подруге и направилась к карете, круто развернувшись на каблуках.

— Ну как он тебе? Какое первое впечатление о принце? — сразу же начала приставать ко мне фрейлина, как только мы тронулись в путь.

— Не знаю... — дернула головой. — Странный какой-то. И глаза такие…

— Какие? — подалась вперед Камилла.

— Ну… Желтые.

— Ой, да у всех оборотней цвет глаз их зверя — второй ипостаси, — махнула на меня рукой фрейлина. — Ты лучше скажи, что-то почувствовала к нему?

— О, да…— закивала интенсивно. — Сердце забилось сильно-сильно. Пульс участился, — Камилла открыла рот и затаила дыхание. — А потом я поняла… — сделала драматическую паузу, а бедная фрейлина даже перестала дышать. — Что мне жарко и корсет давит.

— Тьфу на тебя, — досадливо сморщила носик подруга.

— Нет, а что ты ожидала? Я должна была влюбиться с первого взгляда и захотеть тут же родить от него десятерых детишек?

— Вообще-то да… Что-то вроде этого, — буркнула надувшаяся подруга.

— И к тому же он мне показался наглым и напыщенным.

— Селина, подожди с преждевременными выводами. Может это только маска, а…

— А под ней сладкий и милый душка, — закончила за мою фрейлину.

— Внешность бывает, сама знаешь, обманчива. Приедешь, пообщаешься с принцем, и тогда узнаешь, какой он на самом деле.

— А даже если он мне и не понравится, я не смогу никуда деться. Это династический брак и мне придется терпеть мужа таким, какой он есть, — тяжко вздохнула я.

***

Когда мы выехали из леса, дорога уже пошла по территории королевства Арфаил. Пейзажи были те же, что и у нас: крестьяне удобряли землю, собирали урожай, пололи грядки. Когда мы проезжали мимо деревень, нас встречали радостными криками и поклонами. Принца хорошо знали, что не удивительно. Арфаил был примерно раза в четыре меньше нашего королевства и если честно, то и беднее. Магов здесь было тоже меньше. Основные жители — это оборотни, немного людей без дара и другие расы. Встречались орки, гномы, дроу, сильфиды, даже эльфы-перебежчики. Это так их величали свои же, они же теперь предатели — убежали из страны вечного леса Клеас. Но что уж поделать, в каждой расе есть свои искатели приключений, гномы тоже не всегда сидели в своем Подгорье — вели дела и в других странах. Вот только никогда и нигде не селились кроме своей страны Есфалиона гордые драконы, что живут на севере нашего Срединного континента.

Я выглядывала из окна, наблюдая за жизнью моего нового дома, и никак не могла до конца осознать, что уже совсем скоро я стану замужней ,а потом взойду на престол. И на меня навалится столько дел и ответственности. Справлюсь ли? Кто мне поможет? Как муж ко мне будет относиться? Мысли лихорадочно проносились в голове, и единую картину я пока не видела, и предугадать совсем ничего не могла.

Особенно меня волновали вопросы касаемо моего будущего в браке: как у нас будут развиваться отношения с Реджинальдом? Что-то сильно счастливым при первой встрече со мной принц мне не показался. А если он кого-то уже любит? От этой мысли меня прошиб холодный пот. Я даже об этом раньше не думала. Что это за жизнь меня тогда ждет, если он будет меня просто терпеть? А во время близости, он будет представлять другую на моем месте? Я судорожно всхлипнула и схватилась за сердце — так оно сильно стукнуло о ребра. Да, вот такая я сентиментальная и романтичная девушка. Слишком многого жду от брака с незнакомым человеком.

Ну а может все же мне повезет? И принц со временем полюбит меня, как отец маму? А я его? Ведь я даже не знаю еще, что он за человек. А может он такой, что и любить его не за что. Терзаемая такими мыслями я и подъехала к дворцу, где я должна стать женой и королевой.

***

Карета остановилась и когда открылась дверь мне подал руку жених. Я с трепетом вложила ладонь в большую и теплую кисть Реджинальда. Когда вышла, чуть придерживая подол шелкового платья цвета дымчатой розы, то оказалась прямо перед столичным дворцом Девереллов. Моему взору открылось выполненное из белого камня высокое здание, украшенное фамильным гербом, скульптурами из различных легенд и большими панорамными окнами.

Под руку с принцем поднялась по лестнице, где на площадке перед входом во дворец нас ожидали все родные его высочества. Король Акли Деверелл выглядел на свои шестьдесят лет. Достаточно стройный, не обрюзгший мужчина, с черными волосами с заметной проседью. Широкое лицо с доброжелательным выражением и пронзительными ярко-голубыми глазами. Он мне улыбнулся теплой искренней улыбкой, а я сделала глубокий реверанс ему и его жене — королеве Велме, женщине среднего роста, с круглым лицом, и курносым носом. У нее были крупные черты лица и раскосые светло-карие глаза. Волосы ржавого цвета уложены в красивую высокую прическу из множества кос. Она мне сдержанно улыбнулась и склонила голову в ответ на мое приветствие.

Далее Реджинальд подвел меня к своему брату Грэгу, самому высокому и крупному в семье Девереллов. Его каштановые волосы завивались и спадали до плеч. Черные глаза лукаво блестели под густыми широкими бровями. И дальше всех стоял улыбчивый младший брат Реджинальда — Каллен. У него были такие же светло-голубые глаза, как у отца, а светло-русые вихры торчали в разные стороны.

После приветствия, ко мне обратилась королева Велма:

— Мы рады принимать ваше высочество в доме Девереллов. Теперь это и ваш будущий дом, Селина. Так что мы сделаем все, чтобы вам было комфортно на новом месте.

— Спасибо, ваше величество, — еще раз сделала реверанс.

— Вечером приглашаем на праздничный ужин в честь вашего прибытия, — добавила королева.

***

Мои новые покои состояли из зала для приема гостей, спальни, и огромного будуара со множеством зеркал. По центру стояли пуфики и кресла, а вокруг разместились сотни моих платьев, туфелек и еще много всяческих нужных для женщины вещей. Также меня очень порадовал просторный кабинет и ванная комната, выполненная в розовом цвете — моем любимом. Балкон с видом на дворцовый парк был в гостиной. В спальне стояла шикарная мягкая огромная кровать с балдахином и шелковым покрывалом василькового цвета с лежащим на ней множеством декоративных подушечек в тон. Пушистый белый ковер покрывал весь пол комнаты. В целом меня все устроило, но все-таки мне был одиноко...

— Селина, мне очень понравились покои, что мне предоставили, и они находятся рядом с твоими! — громко и радостно провозгласила Камилла, вбегая ко мне.

«Да уж… С неугомонной Камиллой мне точно одиноко здесь не будет».

— Ну что, как будем узнавать его имя?

— Чье? — не поняла я.

— Ну как же! Того красавчика, который сопровождал твоего жениха! — всплеснула руками фрейлина, бегая вокруг меня кругами.

— Камилла, спроси у местных служанок, как его зовут. Или вечером на торжественном ужине ты все равно услышишь. Раз он при дворе, то наверняка там будет.

— Точно! Продержусь до вечера! — убеждала себя Камилла.

— Держись, — усмехнулась я. — Ты бы так сильно на него не рассчитывала. Меньше потом в случае чего разочаруешься. Вдруг он женат или помолвлен?

— Я чувствую, что у меня есть шанс, — оптимистичная подруга всегда верила в хорошее. Мне бы ее умение. — И ты тоже будь уж вежлива со своим женихом сегодня. Вам надо остаться наедине, поговорить. С чего-то надо начинать ваши отношения. И, кстати, когда уже мы увидим оборотней-то?

Вдруг раздался звон разбитого стекла. Мы обернулись в сторону источника шума и увидели, как местная служанка, которая помогала расставлять мои вещи, уронила вазу на пол. Та разбилась на мелкие осколки. Молодая девушка ударилась в слезы и начала всхлипывая, просить у меня прощения:

— Извините, пожалуйста, ваше высочество. Я не хотела, это вышло случайно. Я сейчас все уберу! — она встала на колени, чуть ли ни на сами острые осколки и принялась собирать их в подол платья. Ей на помощь кинулись другие служанки и помогли все быстро убрать.

Я скептически взглянула на Камиллу и, подняв брови, спросила:

— По-твоему они что, должны были нас приветствовать в своем втором обличье? Ты знаешь, что другая ипостась у них вообще редко применяется.

— Ну… — Почесала нос фрейлина, не найдя что сказать.

— Вот и не говори глупостей. Нужно готовиться к ужину.

Глава 4

По случаю такого торжественного момента, как официальное представление меня ко двору, я должны была выглядеть безупречно. Служанки, что приехали со мной, чужих бы я не подпустила к себе, ходили вокруг, как стая уток. Почему уток? Потому что им было тяжело передвигаться под грудой того тряпья, что они подносили ко мне. Сорочки, корсеты, чулки, подъюбники, платья — все должно быть сегодня вечером на высоте. И, наконец, перед зеркалом предстала совсем юная принцесса, с молочно-белой кожей, длинными белокурыми волосами, убранными в затейливую прическу и украшенную диадемой с крупными бриллиантами.

Платье из блестящей парчи цвета маджента подчеркивало хрупкость моей фигуры и тонкую талию. Плечи были открыты, а низкое декольте оторочено тонким кружевом.

Следуя по длинным коридорам третьего этажа, где расположились мои покои, разглядывала богатое убранство дворца, портреты членов семейства и их предков, картины с батальными сценами. В вазах стояли яркие букеты цветов, источающие медовый аромат.

И вот я спустилась по лестнице к главной обеденной зале, а слуги открыли передо мной высокие двери, украшенные позолотой. Церемониймейстер объявил:

— Ее высочество Селина Гиллберт из королевства Мериоден.

Я приклеила на лицо милую улыбку и легким шагом ступила в зал. Все встали при моем появлении, кроме короля Акли и королевы Велмы. Слуга отодвинул мне стул возле моего жениха Реджинальда, подходя к нему, я подняла глаза и меня встретил непроницаемый взгляд принца. Уголок его рта чуть насмешливо изогнулся, что вот очень мне не понравилось. Я, конечно, понимаю, что брак династический и нам обоим он не особо нужен, но от более дружелюбной встречи я бы не отказалась. С гордо поднятой головой и прямой спиной уселась рядом с женихом. И только после этого все гости заняли свои места. Реджинальд, как старший сын сидел по правую руку от отца. Дальше я заняла место и рядом со мной оказалась женщина в возрасте и полностью седыми волосами, убранными в высокую прическу, тонкими изящными чертами лица и длинной шеей. Насколько я знаю — это Ингрид Аспенс, вдовствующая герцогиня и родная сестра короля Акли. Далее сидел ее сын Бертрам.

По левую руку от короля сидела королева Велма, по случаю одетая в красное бархатное платье, расшитое кровавыми рубинами. Возле нее находился Грег и за ним уже Каллен.

Во время праздничного ужина подавали многочисленные блюда. Были и такие, которые в нашем дворце я не видела и не пробовала. Но хотя я уже говорила, мне вообще с едой туго приходится. Поесть я очень люблю, а этикет принцессе не позволяет показывать заинтересованность пищей. Так что сиди и делай вид, что воздухом да ароматами питаешься. Но так как приемы обычно длятся долго, то если есть по чуть-чуть, но чаще, успеваешь насыться вполне хорошо. А потом уже мы сами себя с Камиллой выручаем ночными забегами на кухню.

— Ваше высочество, как вы находите свои покои? — с доброжелательной улыбкой обратилась ко мне королева.

— Спасибо, все замечательно, — ответила я и почувствовала, как чуть похолодело кольцо Онгейм.

«Так, сейчас что-то произойдет. Готовься, Селина, подлянки тебе приготовили уже с первых часов во дворце. Вот так дружелюбный прием. М-да… — и мысленно тяжко вздохнула. — Ну вот и пришлась ты ко двору».

Я продолжала, как ни в чем не бывало есть, и вдруг у леди в платье ярко-желтого оттенка опрокинулся прямо на нее бокал красного вина. Кровавые капли быстро впитывались в ткань, а лицо девушки становилось все бледнее. Она растерянно смотрела перед собой и теребила в руках салфетку. Негодяйка казалась совсем юной, лет восемнадцати, не больше.

«И кто же вы у нас, миледи? Почему вдруг решили, что именно мое платье сегодня должно было удостоиться чести окраситься вином? Нехорошо так встречать принцессу и вашу будущую правительницу. Сами так решили или кто подсказал?» — размышляла я.

Королева Велма, сузив глаза, посмотрела на неуклюжую леди очень внимательно. Мой жених кинул быстрый взгляд на несчастную, а затем продолжил как ни в чем не бывало пилить ножом бифштекс с кровью, от вида которого меня затошнило.

— Ваше высочество, вы оказывается очень интересная особа. Сколько загадок вы скрываете? — вдруг раздался рядом мягкий бархатный баритон Реджинальда. У меня от неожиданности чуть дрогнула рука и вилка издала карябающий звук по тонкому фарфору тарелки. Принц уставился на мою кисть. — Какое занимательное у вас колечко.

Я тут же поспешно спрятала руку под стол и быстро выпалила:

— Подарок.

— Наверное, сильно дорог? Раз носите такое скромное украшение, недостойное вашей внешности и таких нежных пальчиков.

— Да, очень дорог, как память, ваше высочество, — внутренне негодовала, что принц быстро, похоже, сообразил, что к чему.

Не хочу быть так сразу у него на ладони. Мне еще рано выходить из тени, надо присмотреться сначала ко всем во дворце. Кто враг, а кто друг. Хотя друзей у королей не бывает — только подданные.

— Я украшу ваши прекрасные ручки, шейку и ушки самыми лучшими драгоценностями, моя дорогая невеста, — сверкнул желтыми глазами и мило улыбнулся Реджинальд.

— О, я буду очень польщена, ваше высочество, — приторно сладким голосом ответила своему жениху.

Ну что же, игра на публику и друг перед другом началась. Кто выиграет, а кто проиграет? Чье сердце останется разбитым, а может, наоборот, откроется для любви? И сможем ли мы с Реджинальдом начать нашу совместную жизнь в мире и согласии?

***

Бальный зал освещали сотни ярких магических светильников. Зеркальные стены, позолота и фрески на потолке украшали просторное помещение. Лились чарующие и нежные звуки вальса, а взоры всех присутствующих были прикованы к паре, кружащей по центру. И этой парой были мы с Реджинальдом — открыли начало бала в честь нашей помолвки.

После ужина принц взял меня за руку и провел в ярко освещенное помещение со светлым паркетом начищенным до блеска. В центре зала Реджинальд нежно притянул меня к себе и положил руку на талию, а кисть заключил в свою широкую и теплую ладонь. Его высочество в танце вел уверенно и легко. От принца исходил волнующий аромат цитрусовых и миндаля. Я чувствовала себя в руках его высочества словно перышко и, казалось, принц совсем не ощущал мой вес. Немного растерялась, когда до меня дошло, что вот именно сейчас нахожусь в объятиях своего жениха, который совсем скоро станет моим мужем и мне придется чувствовать его тело не только сквозь ткань платья, но и обнаженной кожей. Мои щеки от этих мыслей запылали и вдруг ухо обдало горячим дыханием:

— О, оказывается юные принцессочки думают о таких вещах?

Я вспыхнула и сбилась с шага, но он удержал и повел нас, как ни в чем не бывало дальше в прежнем ритме.

«Он что, читает мысли?» — запаниковала я. Но спросить о таком не могла, только притихла и попыталась выровнять сбившиеся дыхание, а потом спросила тихо:

— Вы о чем, ваше высочество?

— Вы знаете, о чем, Селина, — и этот гад так многозначительно улыбнулся, что я, чуть не плюнув на приличия, не вырвалась из его рук. Так хотелось убежать куда-нибудь подальше от этих наглых желтых глаз.

Но меня спасло то, что кончились переливы музыки, и принц отвел меня к Камилле. Поклонился и, поцеловав руку, блеснул лукаво бесстыжими глазами на прощание. И как ни в чем не бывало, направился к своим друзьям и братьям. А я сверлила ему спину взглядом и пыталась понять, он все-таки читает мысли или нет. И тут Реджинальд вдруг остановился и посмотрел прямо на меня, а потом, нагло улыбнувшись — подмигнул! Мне, принцессе, подмигнул!

Я обиделась и отвернулась к Камилле. Фрейлина на что-то неотрывно пялилась.

— Я его нашла! — воскликнула радостно подруга.

— Кого? — не совсем отошедшая от странной ситуации спросила недоуменно.

— Ну этого... Красавчика!

— Где?

— Селина, как где? Здесь и нашла. Вон он, — махнула она веером в сторону столиков для фуршета. Я проследила за движением взглядом и увидела в свите моего жениха, того с кем он дрался полуголый на мечах, когда мы наблюдали за ним через зеркало.

— А, так это двоюродный брат Реджинальда — герцог Бертрам Аспенс.

— Ух ты! Мало того, что он самый красивый в этом дворце, так еще и племянник короля! — выпучила глаза Камилла.

— Дорогая моя, да ты, похоже, влюбилась!

— Пока нет, но я близка к этому.

— Ты собираешься ему представиться или так и будешь издалека вздыхать? — подначивала подругу.

— Я работаю над этим, — кивнула она.

«М-да, упертости и умению идти тараном к желаемому Камилле не занимать». Мне иногда не хватало такой настойчивости, как у нее и не доставало упрямства. Хотя я тоже пыталась выработать такие черты, ведь я будущая королева. Но иногда все же моя мягкость и уступчивость сильно портили все.

— Начались уже проблемы? — повернувшись ко мне, вполголоса спросила Камилла.

— Да, — покачала головой удрученно. — Не ожидала, что так сразу.

— Сработало кольцо Онгейм?

— Отзеркалил. Ты же видела, бокал должен был перевернуться мне на платье.

— Как думаешь, кто она? Бывшая любовница принца? А может и нынешняя? Не хочет отдавать его? — начала строить предположения Камилла.

— Не знаю пока, но королева точно не помеха, ты же знаешь. Фаворитки у королей всегда есть, были и будут. Зачем ей мне портить жизнь. — Пожала я плечами.

— Просто из вредности.

—Хорошо если бы так и было. Тогда она ядом поплюется и успокоится, а если нет… Думаю, надо приглядеться ко всем во дворце. Понять, что к чему.

— Разберемся, Селина. У тебя же есть я! — заявила пафосно Камилла. — А теперь я пойду, испытаю свое счастье.

— Удачи, — пожелала искренне подруге.

Камилла лебединой походкой направилась в сторону герцога Бертрама Аспенса, который подошел к столику для напитков. Фрейлина свою плавную поступь часами отрабатывала, и сводила всех и меня в том числе с ума, спрашивая похожа ли она на летящую поступь. А мне так и хотелось дать ей под зад пинка, чтобы точно улетела подальше. Подруга подплыла к его сиятельству с легкой, я бы даже сказала глуповатой улыбкой и что-то произнесла. Видимо попросила дать ей бокал с шампанским. И пока тот за ним тянулся, Камилла выронила веер, а потом картинно приложила к пышной груди правую руку, затянутую в белоснежную перчатку до локтя. Бертрам растерялся, он никак не мог решить, что делать, то ли сначала поднять веер, то ли подать бокал с шампанским. Но потом проведя по каштановым волосам рукой, убирая длинную челку с лица, определился в пользу выпивки. «М-да... Надеюсь, только на этом они не сойдутся».

— Какая ловкая ваша фрейлина, — раздался справа от меня чуть надтреснутый голос.

Повернув голову, увидела довольно высокую даму с серебристыми волосами, гордой посадкой головы на длинной шее, облаченную в шикарное платье грифельного цвета. Это была герцогиня Ингрид Аспенс.

— Не успела приехать, а уже возле моего сына крутится.

— О, не беспокойтесь, ваше сиятельство, герцогу Аспенс ничего не угрожает, — заверила беспокоящуюся мать.

— Такие как она меня точно не беспокоят, ваше высочество. И мой сын взрослый мужчина, который в состоянии сам принимать здравомыслящие решения. И тем более сам сможет отличить охотницу за наследством и вывести ее на чистую воду.

Мне так стало обидно за свою подругу.

— Леди Аспенс, поверьте, леди Камилла не такая, как вы о ней думаете. Я за нее ручаюсь.

— Да я вовсе уже о ней и не думаю. А вот вам, ваше высочество, стоит быть поосторожнее.

Я аж задохнулась от возмущения.

— Вы мне угрожаете?

— Вы меня не поняли, просто предупреждаю. И знайте, в землях Арфаила я на вашей стороне, — и пристально на меня посмотрев выцветшими голубыми глазами, развернулась и ушла прочь, оставляя за собой шлейф пряного аромата корицы и пачули.

Глава 5

Яркое теплое солнце поднималось к зениту. На голубом небосклоне медленно плыли пушистые облака, а теплый ветер приносил аромат разнотравья. Пронзительно звучали крики ласточек.

Сегодня было прекрасная погода для прогулки и после завтрака Реджинальд любезно пригласил меня полюбоваться дворцовым парком.

Я шла рядом с принцем и держала кружевной зонтик над головой. Мы прошли мимо одноэтажного храма, построенного из серого гранита, местами увитого плющом, и растущими вокруг него желтыми нарциссами, и фиолетовыми ирисами.

— Ваше высочество, это храм какому божеству?

— Двуликому. Он наш главный Бог во всем многочисленном пантеоне других божеств. Есть еще несколько, которым покланяются в нашем королевстве. Но самый главный — это тот, кто дал нам вторую сущность, — и принц взглянул на меня с высоты своего роста. Я была ему примерно до плеча.

Сегодня Реджинальд был одет в яркий камзол цвета старого золота, что очень подходил к его удивительным желтым глазам. А на шее повязан шелковый платок лимонного цвета. Волосы как всегда безупречно зачесаны назад и лежали легкой волной. Я вновь уловила аромат цитрусовых — мне он очень нравился и волновал. И почему-то казалось, что это его собственный запах, не парфюма.

— Селина, я предлагаю в неофициальной обстановке обращаться друг к другу на «ты». Ведь мы совсем скоро станем мужем и женой и будем о-очень близки, — многозначительно улыбнулся принц.

А я, прикусив губу, отвернулась в сторону клумбы с яркими розовыми тюльпанами. И сделала вид, что вот именно они сейчас намного лучше этого противного оборотня.

Легкий смешок и Реджинальд продолжил меня смущать:

— Ничего, после свадьбы ты быстро привыкнешь к определенному мужскому вниманию.

— Надеюсь, это внимание не будет слишком навязчивым, — парировала в ответ.

— О, дорогая, невеста, ты даже не представляешь, о чем сейчас говоришь! Ты будешь его так жаждать, что сама просить начнешь, — искорки веселья так и плескались в глазах принца.

— Не дождешься! — оскорбленная в лучших чувствах я ускорила шаг и пошла вперед, чтобы не слышать наглые речи жениха, от которых у меня даже уши запылали.

— Посмотрим, посмотрим. Твой темперамент, Селина, очень даже меня устаивает. Прямо под мои запросы, — засмеялся весело принц.

— Жалко, что вы под мои запросы не попали, — прошипела я, пытаясь идти быстрее, но этот нахал догнал меня в два счет на своих длинных ногах.

Попыхтев еще некоторое время от злости на его высокородное высочество, я дошла в его же сопровождении до широкой площадки. И остановилась, как вкопанная, разглядывая скульптуру, что предстала передо мной. О, она была просто великолепна! Это чудо искусства изображало деву, очень напуганную и убегающую от преследующего ее огромного грозного медведя и белоснежного тигра, бросающегося наперерез хищнику. Пасти у обоих были широко открыты, обнажая острые длинные клыки. Противники сцепись в схватке не на жизнь, а на смерть.

— Как красиво! — восторженно выдохнула я.

— Это не просто скульптура, это легенда нашей семьи, — тихо произнес Реджинальд.

— Что ты имеешь в виду? — обернулась я к принцу, с удивлением подняв брови.

Его высочество пару секунд помолчал, а потом начал рассказывать:

— Давно было дело. Нашу прабабку принцессу Ерселлу сосватал мой прадед — король Верджил Деверелл. И прибыла она в наше королевство, чтобы стать его женой и взойти на престол. Ерселла славилась своей красотой. И настолько она была прекрасна, что друг моего прадеда герцог Гэир Лэндрек решился пойти на преступление против короны. Он захотел ее похитить, силой забрать себе и скрыть ото всех в своем замке. Как-то раз принцесса прогуливалась во втором обличье лисицы в лесу. Нам иногда требуется побыть одним и, выпустив зверя, побегать на свободе. И в это время герцог Гэир Лэндрек напал на нее. А мой прадед как раз ехал встречать свою возлюбленную и услышал ее отчаянные крики. Король обратился в тигра и кинулся ей на помощь. Жестокая и кровавая была битва, но прадед победил. И с тех пор эта скульптура стоит здесь напоминанием о том, что любимых надо хранить, как зеницу ока и что даже самые близкие могут предать.

— Он его убил? — спросила Реджинальда, подойдя к нему ближе.

— Герцога Лэндрока?

Я кивнула в ответ.

— Ему пришлось, — поджал губы принц. — Хоть он и был близким другом. Но есть такое понятие, как честь рода, семьи и женщины, которую он защищал. А честь женщины — это и есть честь мужчины. Честь королевы — это честь страны.

— А честь короля? — вздернув бровь, поинтересовалась я, разглядывая желтые глаза принца.

— Честь короля — это его слова и деяния. То, что отразится на его будущем наследии.

«Вот оно как значит. Интересно…»

Пройдя по аллее дальше, в несколько напряженном молчании мы подошли к уединенной беседке и присев на мягкие сидения, я решила попытать принца на очень интересующую меня тему.

— Ваше высочество, — начала я и увидев обращенный на меня вопросительный взгляд и изогнутую бровь, исправилась: — Реджинальд, а вы можете обращаться в зверя всегда когда захотите?

Он долго и внимательно на меня смотрел, и мне было, честно говоря, нелегко переносить его взгляд. Он был довольно тяжелым.

— Да, мы можем сделать это быстро и когда захотим, — наконец удостоили меня ответа. — Но есть, конечно же, особый регламент, прописанный в законе. Каждый оборотень может обращаться только тогда, когда нам ну очень уж необходимо выпустить зверя на волю. Делать это в городах и поселениях запрещено.

И еще, к сожалению, оборотней становится все меньше. У нас все реже и реже рождаются дети, имеющие вторую ипостась. Так как у нас небольшое королевство, то нам приходится брать в жены не оборотней, чтобы не было кровосмешения. Но что поделать — это реалии жизни. — Развел руками принц. — Войн на Срединном континенте слава Двуликому нет и давно не было, так что вторая ипостась нам особо не нужна пока. Зверь в нас спит спокойно, и вызывать его без надобности никто не будет.

— А… дети? — робко спросила я.

— Продолжай, Селина. Мне нравится направление твоих мыслей, — ухмыльнулся Реджинальд.

— Дети… Они появляются...

— О! Тебе не рассказали, как появляются дети? — брови принца поползли вверх. — Хотя я не удивлен. Маленьких принцессочек могут в таких тепличных условиях растить, что все возможно. Но ничего мы в первую брачную ночь обязательно пройдём ускоренный курс обучения, — глаза принца заискрились смехом, а сам он расплылся в широкой улыбке.

Я поперхнулась и очень сильно захотелось наглого оборотня пристукнуть зонтиком. Даже схватилась уже поудобнее за ручку.

— Так, я сейчас похоже отхвачу, — покатился со смеху Реджинальд и тут же попытался состроить серьезную гримасу, но в глазах так и светились озорные смешинки. — Прости меня, моя принцессочка. Все оборотни появляются нормальными карапузами в обычном человеческом обличии. А первый оборот у мальчиков состоится быстрее, чем у девочек, примерно в шесть-семь лет. У девочек чуть позже — лет в восемь.

— А в основном, какие бывают вторые ипостаси?

— Например мой отец, король Акли — волк. Королева — рысь. А брат Грэг, он медведь-гризли, Каллен — тоже волк.

— А ты? — спросила у Реджинальда и, затаив дыхание, стала ждать ответа.

— А вот это ты узнаешь только после нашей свадьбы! — засмеялся весело и задорно Реджинальд.

— Почему? — возмутилась я.

— Потому что каждый мужчина должен быть немного загадочным. Чтобы интерес не пропал так быстро к его персоне, — дурашливо произнес принц.

На что я скрестила руки на груди и надулась, а потом все же не выдержала и выпалила:

— Росомаха?

У его высочества аж лицо вытянулось от удивления.

— Почему это росомаха-то?

— Такой же противный, — сморщив носик, высказала ему, отомстив за все обиды.

А он просто заржал — громко и от души, запрокинув голову.

— Ну тогда… Тогда… Выхухоль? Песец? — продолжила гадать дальше.

Я такого громогласного хохота от принца вообще вот не ожидала, он аж покраснел бедный, а из его глаз выступили слезы.

Отсмеявшись, он выдал интересную информацию:

— У нас в мелких зверюшек превращаются только женщины.

— Я разгадаю твой секрет! Посмотрю в энциклопедии животных и все узнаю! — заверила его.

— Только после свадьбы, дорогая, не раньше.

Ну он же не знает, что я настойчивая! И своего добиваюсь всегда. Принцесса я или кто, в конце-то концов!

***

В большом и уютном светлом зале для отдыха чинно сидели в креслах и пили чай из маленьких кружечек королева Велма и придворные дамы. Я тоже была приглашена на послеобеденный прием в их компанию. Перед нами на столиках стояли разнообразные угощения: миндальные калиссоны, фруктовые клафути, крохотные птифуры и эклеры с заварным кремом.

— Ваше высочество, как вы предпочитали проводить время у себя во дворце? Может быть, вы музицируете или любите вышивать? — обратилась ко мне с доброжелательной улыбкой королева.

— Ваше величество, я люблю вышивать на досуге, а также неплохо играю на фортепиано и пою. Но предпочитаю читать, особенно на открытом воздухе. Вы же знаете, у нас южный климат и всегда располагает к прогулкам.

— О, милая Селина, не сыграете ли для нас что-нибудь? Мы с удовольствием послушаем.

— Конечно, ваше величество, — слегка склонила голову в знак согласия и направилась к белоснежному роялю, что стоял в углу комнаты.

Окно было широко открыто, занавески из прозрачного тюля колыхались от ветра, а из сада доносился нежный аромат роз. Грациозно присев за музыкальный инструмент, я подумала, что бы такого сыграть. Если честно, я не очень любила это делать и петь тем более, но что поделать, всех принцесс учат всяческим бесполезным, на мой взгляд, занятиям. Я бы лучше почитала что-нибудь им вслух. Трактаты профессора Травера Лирка например. Может теория магических перемещений в пространстве понравилась бы им больше, чем мое музицирование. Или Густава Лингерта и его теорию о существования параллельных миров. Он пишет, что якобы есть похожие на нашу Элею миры, где тоже могут существовать другие расы, как похожие на нас, так и нет. Только они могут, о, ужас, быть без магии! А также он очень интересно рассказывает о возможном научном прогрессе в технократических обществах. Вот такие вещи меня занимали куда больше. Любовь к науке мне привила моя подруга Анита Эванс. Она после окончания академии ударилась глубоко в изучение магии и много всего мне рассказывала. А теперь вот хочет защитить диссертацию и преподавать в академии. У нее даже фамильяр сова Рина была ученой. По-своему, конечно, но уж точно не глупой вороной, как у многих.

А вышивать для меня это была катастрофа полная. Я ничего кроме одного цветочка за всю жизнь не вышила, если честно, и то спутала все нитки и бросила это дело окончательно. Чем, конечно, огорчила Матильду и других учителей, что пытались привить мне необходимые, по их мнению, умения для принцесс. Моя матушка и няньки были бы в полном восторге будь я послушной девочкой, которая сидела бы целыми днями над пяльцами. Но нет, с детства мы с Камиллой чудачили так, что бывало весь дворец на ушах стоял от наших проделок.

И так, чем бы удивить королеву? Сыграю-ка я известную композицию о любви эльфа и девушки — очень несчастную и трагичную.

Пальцы легли на прохладные клавиши и из-под них вырвались первые аккорды мелодии, что затронет душу, даже черствому гоблину. И я запела о любви, что испытали несовместимые расы, о том, как хотели быть они вместе до смерти. Но их любовь продлилась лишь миг для эльфа и целую жизнь для девушки из людского рода. Долго искал влюбленный, как продлить жизнь своей единственной, но не нашел. И как вознеслась в чертоги Тэнебы его жена, эльф опечалился и ушел искать забвения в рощу Этхалы, где в глубоком сне он воссоединился с ней вновь.

Когда последние звуки затихли я, глубоко вздохнув, повернулась к слушателям. Королева Велма склонила голову к плечу, а в глазах блестели слезы. Некоторые растроганные фрейлины промакивали шелковыми платочками глаза. А у других леди было грустное и задумчивое выражение лица. Никто не остался равнодушным к любви, что закончилась в итоге так трагично.

— Браво, — захлопала в ладоши ее сиятельство Ингрид Аспенс, первая придя в себя. А за ней и остальные подхватили, восторженно зааплодировав в унисон.

Я встала и с легкой улыбкой сделала книксен.

— Великолепно, Селина. У вас талант, — похвалила меня королева.

— Спасибо большое, ваше величество. Просто много практиковалась, — скромно потупив глазки, отозвалась я.

— Да нет, в вас все замечательно, ум, красота и оказывается еще одарены в творческом плане, — продолжала нахваливать меня королева. А потом неожиданно спросила: — А какой магией вы владеете, Селина?

Вот и подобрались мы к главному… Я с момента своего приезда ждала этот вопрос. Странно, что шпионы королевы не выведали раньше о магических талантах будущей невестки. Ну что же, свою истинную магию я скрываю, так как развивала ее в частном порядке. Мной индивидуально занимались маги-наставники. А основное направление, по которому я училась в Академии не буду скрывать.

— Я владею хорошо магией зельеварения и составления универсальных заклинаний, — надеюсь такой ответ ее успокоит, потому что можно сказать это почти безопасно для всех. Не ментальная магия, не хождение по граням, не некромантия и тому подобные очень даже интересные вещи.

Королева Велма прищурилась, что сделало ее раскосые карие глаза еще уже и чуть помолчав, высказалась:

— Это замечательные навыки для принцессы и будущей королевы.

— О, а давайте поиграем? — вдруг предложила фрейлина королевы, голубоглазая пухленькая блондинка в розовом платье с многочисленными рюшами и воланами.

— Предлагайте игру, леди Тарис, — благосклонно кивнула головой ее величество.

— Фанты! — захлопала в ладоши фрейлина, похожая на воздушную зефирку.

— Можно я начну первая? — отозвалась леди, что за столом пыталась меня облить вином с помощью магии.

Я сразу же напряглась. «Так, а тут становится очень и очень интересно! Ну давай, мелкая мерзавка — твой следующий ход».

— Играем на правду или действие! — внимательно глядя на меня маленькими темно-карими глазками на миловидном лице сердечком в обрамлении кучерявых каштановых локонов, произнесла леди.

— Начинайте, леди Беллинда, — и блондинка кинула ей розовый бантик.

Та помяла его в руках, подумала немного, покусывая пухлую губу и, взглянув прямо на меня, сказала:

— Разрешите с вас начать, ваше высочество, — приторно сладко улыбнувшись при этом. И девушка кинула в мою сторону фант.

Я легко поймала его и уставилась на нее в ожидании каверзного вопроса.

— Ваше сердце занято кем-то?

«Ух ты! Как ты сразу же в лоб-то такие вопросы задаешь!»

И кольцо Онгейм сработал мгновенно. Такой холод охватил мой палец, как будто я его в лед засунула. «Нет, ну посмотрите на эту дрянь!» А я, чуть улыбнувшись, спокойно ответила, но совсем не то, что она хотела услышать:

— Нет, леди Беллинда, мое сердце совершенно свободно. — И гордо выпрямила голову, а потом сделала ход конем — кинула растерявшейся девушке фант обратно, что было совсем не по правилам. Но когда так со мной поступают, я сама решаю, как играть.

— А теперь встречный вопрос, — жестко спросила у леди Беллинды. — Ваше сердце кем-то занято, миледи?

Девушка растерялась, захлопала ресницами, но от отзеркаленной артефактом и моей магии еще некто не смог уйти. И она поддалась:

— Мне очень нравится граф Делавенж.

Все сразу же зашептались вполголоса и начали похихикивать, а королева жестко ударила веером о подлокотник кресла и громко сказала:

— Игра закончена! Не следовала так себя вести с ее высочеством, леди Марлоу! Попросите прощения за свою нелепую выходку.

Леди Беллинда вся покрылась красными пятнами и скривила рот, словно готовясь зареветь. Девушка неуклюже поднялась с дивана и, присев в реверансе, плаксиво пролепетала:

— Ваше высочество, прошу меня извинить за неподобающие вопросы.

Я благосклонно кивнула:

— Извиняю.

Королева бросила злой взгляд на леди Марлоу и больше ничего не сказав, встала и направилась к выходу из зала. А чуть позже вылетела из комнаты опрофанившаяся леди. И когда за ней закрылись двери, раздались уже несдерживаемые смешки. Ко мне подошла герцогиня Аспенс и с легкой улыбкой произнесла:

— А вы молодец, ваше высочество! — я сделала удивленные глаза. — Зубки и когти принцессе и будущей королеве не оборотнице здесь ой как пригодятся.

Я слегка кивнула ей.

— А вы знаете кто такой граф Делавенж? — спросила герцогиня.

— Нет, — и вопросительно на нее посмотрела, ожидая ответа.

— О, — хохотнула она. — Это красавчик мужчина, довольно молодой и благородного происхождения. Он очень богатый и за него многие стремятся выйти замуж. Но граф еще несколько лет назад был очень сильно влюблен в королеву Велму. И той это так импонировало, что она оказывала ему некие знаки внимания. Конечно же, большего королева себе позволить не могла, но хотя бы наслаждалась его обожанием.

Женщина всегда женщина и даже если у нее был лишь воздыхатель, а может даже и любовник, то тут такое признание услышать от своей фрейлины! Да королева, наверное, вся бурлила от ревности!

— Но не забывайте, Селина, в какой вы стране. Здесь мужьям не изменяют, и не смотрите на меня так. Я просто открываю глаза на некоторые общеизвестные факты. У вас брак династический и любви в нем может не случится, но вы лицо королевства и его честь. И все ваши связи могут быть легко раскрыты, — замолчав на пару секунд герцогиня Аспенс на меня внимательно взглянула и продолжила: — Мы оборотни. И чувствуем запахи лучше, чем вы люди во много раз.

М-да… Интересная пища для размышления. Не то что бы я хотела удариться сразу же после свадьбы в пучину разврата, но такое знать полезно. Надо же, похоже, она действительно мне пытается помочь адаптироваться во дворце — или ведет свою игру.

Глава 6

В темноте коридора, по толстому ковру, скрывающему звук шагов двигались почти бесшумно две фигуры. Скользили словно тени и старались не попасть под приглушенный свет фонарей. Где-то во дворце пробило полночь, а из открытого окна неподалеку раздалось уханье совы. Ни одна фигура не дрогнула и продолжила сосредоточенное движение вперед. Цель была четкая и ясная — дворцовая кухня!

О, да. Это опять Камилла. На нее напал в очередной раз ночной жор. И она попросила сходить с ней на поиски пропитания. Ну что сказать, добывать себе еду ночью — это наше с ней с детства излюбленное занятие. А тут так интересно! Новый дворец, новые блюда, новое преодоление препятствий. Кровь будоражило. Если в нашем родном дворце все уже давно делали вид, что просто нас не замечают, как мы крадемся по ночным коридорам. И даже пытались прятаться, если видели издалека, что ночью принцесса вышла на очередную вылазку со своей неразлучной подругой, ибо не хотели смущать королевскую особу. Охрана дворца отворачивалась и делала вид, что мы невидимы, а остальные просто в спешке убегали. А здесь новое место и быть не застуканными гораздо интереснее. И как-то стыдно, если честно, ведь о наших ночных пристрастиях еще никто из местных обитателей не знал.

— Ух ты! — воскликнула Камилла, вытаскивая огромную копченую тушку какой-то зверушки из холодильного шкафа. Они тут вообще все я заметила, любили поесть именно мясо. Ну это понятно, все-таки вторая ипостась оборотня дает о себе знать. Мы же с подругой в основном предпочитали сладкое и вредное, но зато вкусное.

— Тише! — шикнула на нее. — Посмотри лучше, есть ли там тортик.

— Та-дам! — Водрузила с торжественным видом фрейлина на стол трехъярусное кремово-бисквитное чудо.

— М-м-м, — протянула я облизывала ложку. — Клюква и белковый кремом! Это восхитительно!

— Селина, а что здесь происходит? Сегодня, когда играли в фанты опять кольцо Онгейм сработало?

— Да, — мрачно отозвалась я.

— Только я не пойму, если заклинание заставило эту дуреху ответить правду и оказалось, что она неровно дышит к какому-то графу, зачем тогда пытается вредить тебе? Просто испортить репутацию?

— Я вот тоже этого не пойму. Если бы она претендовала на принца Реджинальда, или любила его, то тогда это бы все объясняло. Но тут… Я пока не знаю. Но надо выяснить обязательно, — уверенно кивнула и зачерпнула ложкой еще кусочек нежнейшего крема.

— Как бы эти игры плохо не закончились, — поморщилась Камилла и подперла рукой подбородок.

— Я сама беспокоюсь — это совершенно другая страна и мы здесь без магической поддержки. Только и могу, что на себя рассчитывать, да на свою магию.

— А я? — изумилась фрейлина и подскочила с места от возмущения. — Я вообще-то тоже кое-что умею.

— Я знаю, ты мне всегда поможешь. Спасибо подруга, но надо быть просто осторожнее.

Я, конечно, не была очень сильным магом, но все же у меня был хороший дар четвертого уровня и это из семи возможных. После окончания академии получила диплом магистра прикладной магии по специализации «Магия отражений». Но ото всех мои основные силы скрывались, так было принято у королевских особ — это делалось для их же безопасности.

Магия зеркал позволяла открывать многие секреты. Зная имя человека или точное место, я могла увидеть то, что мне нужно. Подсмотреть за кем угодно на любом расстоянии. Была еще возможность и общения удаленно через зеркала. Со своими родными у нас была связь с помощью магического артефакта с передачей голоса и изображения, что было очень удобно. И пожаловаться если что могу всегда родителям в случае чего.

Мой указательный палец правой руки украшал древний артефакт — серебряная печатка с гладко отполированной до зеркальной поверхности верхушкой — кольцо Онгейм. О нем никто не знал из непосвященных. У каждого мага зеркал был свой индивидуальный артефакт, не обязательно это могло быть кольцо. Но оно работало только в связке с даром мага и, если против тебя колдовали, тут же оказывал помощь. Например, мое кольцо показывало атаку чужеродного магии с помощью охлаждения металла и тут же отражал мелкие пакости. Но, к сожалению, совсем от сильных заклинаний и чуждой магии не смог бы спасти.

С детства у меня был еще один дар, и я сначала его очень боялась, так как не понимала и не могла никому объяснить, что со мной происходит. Мой второй дар — магия снов. И только когда подросла, то сумела рассказать нормальным языком, а не детским лепетом, что я вижу в своих сновидениях. И родители тут же быстренько наняли мне мага-учителя.

Я могла проникать в чужие сны, насылать их и создавать нужные мне картины, управляя ими. Применяла я этот дар не часто, так как жила вполне себе мирной и спокойной жизнью, такой, какой она и должна быть у принцессы. Так только, когда шалила и придумывали опять какие-нибудь шутки с Камиллой, могла нагнать кошмары учителю геометрии и математики, чтобы с утра он был рассеянный и не гонял нас чрезмерно. Или учительнице по рисованию, одному из нелюбимых мной занятий, таких же, как и вышивание. Наслать женщине во сне монстров, а потом, состроив невинные глазки нарисовать их на уроке и показать учительнице. Та, видя их воочию зеленела и бледнела, а мы с Камиллой потом еще долго не могли прийти в себя от смеха, вспоминая ее лицо при этом.

***

Объевшись так, что чуть опять не лопнули и поглаживая удовлетворенно животы, мы с Камиллой в перевалку выползли из дворцовой кухни. Старались идти тихо по первому этажу с приглушенным на ночь освещением. Глаза уже закрывались, и мы зевали во весь рот. Я уже предвкушала, как сейчас упаду лицом в подушку и засну. По дороге никто не попадался, и это было очень хорошо. Я так объелась, что не хотела даже думать, как объяснять, что мы тут делаем посреди ночи.

Вдруг сбоку что-то промелькнуло. Я повернулась в ту сторону и мне показалась, что это была какая-то фигура, быстро скрывшаяся с глаз за углом. Я чуть остановилась, сама не знаю почему. Меня что-то насторожило, и холод пробежал по венам. А Камилла в это время уже дошла до выхода из комнаты.

Тонкий свист, будто лопнула струна арфы и впереди меня с оглушительным грохотом рухнула огромная хрустальная люстра! Тысячи острых и мелких осколков разлетелись по всему периметру комнаты и усеяли пол, словно россыпь сверкающих бриллиантов. Я замерла, боясь шевельнуться и напуганная до одури. Осознание того, что могла сейчас погибнуть до меня доходило медленно. Если бы я не задержалась, пытаясь понять, что увидела за углом, если бы не екнуло что-то в груди и не затормозила на несколько секунд — меня бы сейчас уже не стало. От прямого удара по голове люстрой, весившей, наверное, сотню килограмм меня бы ничто не спасло. А от разлетевшихся повсюду острых осколков меня оградил охранительный амулет матери — браслет, что я носила не снимая. Тонкая изящная золотая цепочка, простая и без камней, обвивала мое запястье. Но сделан этот амулет сильнейшей магессой шестого уровня по артефакторике. Мама не прекращала проводить опыты и мастерить разные полезные магические штуки — это у нее уже переросло в хобби. Она всю нашу семью непрерывно снабжала разными охранительными амулетами. Браслет создал непроницаемый кокон вокруг меня и уберег от смертельной опасности.

Из ступора меня выдернули громкие вопли Камиллы. Я посмотрела на ее зеленое лицо и испуганные глаза, что с ужасом взирали на меня. Потом я наблюдала словно пребывая во сне, как в комнату вбежала стража, придворные, наспех одетые и все замирали на пороге лицезрея всю картину произошедшего, смертельно бледнели и что-то начинали говорить. Но в ушах была как будто вата — я ничего не слышала.

Я растерянно смотрела на суетящихся вокруг и что-то спрашивающих меня людей. А потом почувствовала жар в груди и мой взор, как канатом притянуло решительное лицо принца Реджинальда, который твердо ступая, шел прямо по осколкам ко мне. Казалось, он смотрел прямо в душу, как будто говорил взглядом: «Все хорошо, смотри только на меня». И я смотрела… Вглядывалась в потемневшие до цвета расплавленного золота глаза, что стали для меня сейчас единственным источником, удерживающим на поверхности и не дающими скатиться в пучину отчаяния и истерики. Принц Реджинальд молча подошел и взял меня на руки, как пушинку. Я обхватила его шею так и продолжая смотреть на завораживающее золотое сияние в его глазах.

— Ваше высочество! Вам нужна помощь? — обеспокоенными голосами спрашивали вокруг подбежавшие дворцовые обитатели.

— Пришлите лекаря в комнату принцессы! — гаркнул Реджинальд.

Принц легко донес меня до покоев и уложил в постель, а сам присел рядом на кровать и, взяв за руку, сказал мягким бархатным голосом.

— Селина, все хорошо, ты жива. Я тебе обещаю, что найду виновника случившегося. — И легко коснулся губами моей руки, отчего тепло разлилось по телу и какая-то пружина, что была сильно сжата внутри, стала постепенно распрямляться.

— Тише, тише, не плачь, моя девочка. — Слезы бурным потоком вырвались наружу, и я не смогла сдержать судорожных рыданий. — Иди ко мне, моя маленькая принцесса. — И Реджинальд прижал меня к своей груди, а я, уткнувшись в шелк его рубашки и вдыхая такой уютный аромат цитрусовых, самозабвенно и больше не сдерживаясь, зарыдала.

По спине ласково скользили руки, успокаивали, дарили чувство защищенности. Когда я немного пришла в себя и отстранилась от его высочества, увидела вокруг стоявших служанок и трех лекарей с большими сумками, опустивших взор. Почувствовала, как щеки запылали от стыда. А принц, положив руки мне на плечи, тихонько поглаживал их. Потом ласково улыбнулся и произнес:

— Ну вот и хорошо. Все, теперь с чистой совестью могу тебя передать в руки служанок и лекарей.

— Спасибо, ваше высочество, — пролепетала я, отводя от принца смущенно глаза.

— Я всегда теперь буду рядом, Селина, — почти касаясь губами уха, шепнул принц. — Займитесь ее высочеством, — приказал он слугам и лекарям, а сам, чуть улыбнувшись мне, вышел из спальни.

Я проводила его растерянным взглядом и почувствовала пустоту внутри.

***

Утро было ужасным, болела голова, тело почему-то тоже, даже те настойки, что в меня вливали литрами, не помогали. Хотелось просто спать или лежать, ни о чем не думая. Даже погода к этому располагала. Дул порывистый сильный ветер, в окна бросало гроздья воды, а небо заволокло свинцовыми тучами.

Вокруг меня то и дело тихонько на цыпочках пробегали служанки, но я их выпроводила и уткнувшись лицом в подушку опять задремала. Когда чуть позже очнулась от тяжелого сна, еще больше измотавшего меня, увидела сидевшую в кресле с обеспокоенным лицом Камиллу. Она поинтересовалась моим здоровьем, на что я ответила: «Все плохо и не хочу никого видеть. Мне сейчас нужно побыть одной». Фрейлина долго от меня не отставала и, как всегда, предлагала умные и не очень идеи, чтобы меня расшевелить, ну или развеселить. Я от всего отказалась и, в конце концов, она сдалась и ушла.

Служанки принесли поздний завтрак, подтащили к кровати столик и накрыли его разными яствами — постарались на славу. И зная мои пристрастия в еде — это были, в основном, пирожные, кексы и тортики на любой вкус. Хотя моя маман, наставляла следить их за питанием своей дочурки.

Ох уж эти правила! Каждая принцессе и уважающая себя леди должна весить, как пушинка, выглядеть, словно тростинка и есть будто птичка. М-да… Что самое интересное, есть сегодня совсем не хотелось. Я с очень большой неохотой привстала, мне подложили подушки под спину и почти даже не почувствовав вкуса умяла всего три пироженки со взбитыми сливками и малиной, да пару булочек с яблоками, корицей и орехами. «Вот как довели меня обстоятельства нелегкой жизни в чужом дворце», — горестно вздохнула про себя.

Днем заходила королева Велма и посочувствовала произошедшему. Сказала, что раньше никогда такого не было. И она очень сожалеет о случившемся со мной, а принц Реджинальд лично занимается поиском виновных в происшествии.

Ближе к вечеру я устроилась на балконе, забравшись с ногами на мягкий диванчик. Накрылась пушистым пледом и наслаждалась великолепным видом, что открылся мне на галерею с липовыми сводами и фонтаном в виде каскада, где вода стекала с тридцати мраморных ступеней в бассейн. И только я подумала, что хочу прогуляться, как служанка передала приглашение от принца Реджинальда на совместный ужин на открытом воздухе. Меня эта идея вдохновила, так как в принципе я была легким человеком, и сидеть в комнате к вечеру мне уже надоело. Да и с будущим мужем все-таки надо налаживать отношения.

Дойдя к месту назначенной встречи недалеко от дворца, увидела просторный шатер багряного цвета, на полу лежал коралловый ковер и был накрыт длинный стол, уставленный всяческими яствами. И стояли всего два стула — для нас с принцем. Его высочество прогуливался неподалеку в ожидания появления моей персоны. На Реджинальде был великолепный белый камзол, что очень красиво оттенял его загорелую кожу. Темно-коричневые волосы не были зализаны по моде, как любили делать некоторые мужчины в нашем королевстве, а свободно лежали шелковистой волной. И мне это очень нравилось.

Подходя к нему, улыбнулась, и получила в ответ открытую и сияющую улыбку. А его глаза притягивали внимание изменившимся цветом. Теперь они были просто изумительного оттенка — расплавленного золота. Принц Реджинальд наклонил голову в знак приветствия, а я сделала легкий реверанс. Предложив галантно локоть, его высочество подвел меня к столу.

Наслаждаясь изысканными блюдами, мы начали вести непринужденную беседу.

— Как ты находишь климат Арфаила, Селина? Тебе комфортно?

— У вас чуть другая погода, менее жаркая, чем в нашем королевстве и нет такого удушающего дневного зноя. Но мне это очень нравится, Реджинальд.

— Твои покои тебя устраивают? Нужно ли что-то еще для полного комфорта или чего-то здесь нет, к чему ты привыкла у себя во дворце? — продолжал вежливо интересоваться принц.

— Ничего не нужно, ваше высочество, меня все устраивает, — подарила ему милую улыбку.

— Селина, ты не должна стесняться, тебе ведь здесь жить. Проси все что хочешь. Вскоре после нашей свадьбы отец передаст мне корону, и ты станешь королевой этих земель. Ты должна привыкать уже сейчас думать не как принцесса, а как королева, — серьезно глядя мне в глаза проговорил Реджинальд.

Я немного подумала и решилась:

— Тогда у меня есть просьба… Я очень люблю ездить верхом, ты не мог бы мне подарить лошадку?

Он выразительно изогнул смоляную бровь и произнес:

— Рад о своей невесте узнать новые подробности. Конечно, Селина, если хочешь я тебе подарю не одну лошадь, у тебя будет их несколько, на любой вкус.

— Нет, нет, одной вполне достаточно, спасибо! — просияла я и расплылась в счастливой улыбке.

— Не за что, дорогая. И, Селина, я занимаюсь произошедшим этой ночью инцидентом, — произнес серьезным тоном Реджинальд.

Моя улыбка сползла с лица, и я внимательно стала слушать, что еще он скажет.

— Все причастные к уборке в том зале люди и те, кто отвечал за освещение уже в темницах — ведутся допросы. Виновные обязательно будут наказаны.

Я просто молча кивнула и тихо произнесла:

— Спасибо.

— А скажи мне, пожалуйста, дорогая моя невеста, что ты делала ночью со своей фрейлиной на первом этаже дворца? — прищурив глаза и внимательно на меня глядя, задал вопрос принц.

«Ой! Этого я и боялась — объяснений! Вот у кого хватит духа спокойно признаться в своих ночных пристрастиях? Кто может так просто сказать, что я ночная жрица? Это ведь так постыдно для принцессы».

— Э-э… — многозначительно и информативно ответила я.

Реджинальд усмехнулся и вперил чуть насмешливый взгляд в меня.

— Я… То есть леди Камилла, очень захотела кушать. Да, у нее бывает иногда такое по ночам. Вот и пришлось ее сопроводить на кухню.

В глазах Реджинальда заплясали искорки смеха, и он опять поинтересовался:

— Значит, так все и было?

— Да, — закивала я. — Ты знаешь, у моей фрейлины бывает такое. Она очень любит пирожное и булочки всякие, так что приходится с ней иногда ходить на кухню. — Пожав плечами, продолжила ему вдохновенно лгать. — Ведь это моя обязанность как верной подруги. Я контролирую, чтобы она не переела.

— А ты хорошая подруга, Селина, молодец. Всем бы таких, — уголки рта принца все норовили уползти вверх.

«Ну уж нет, дорогой Реджинальд! Ни за что я тебе не признаюсь. Думать обо мне одно, а сказать самой правду — это другое! Так что наслаждайся таким объяснением».

Он широко улыбнулся и протянул мне руку. Я, чуть помедлив, вложила свою кисть в его ладонь, а он слега сжал ее.

— Селина, мне очень жаль, что твой приезд ознаменовало такое ужасное событие. Я постараюсь, чтобы ты его забыла, и твои прекрасные глаза цвета первой весенней зелени засияли вновь.

— Тогда скажи, кто твой зверь, — выпалила я, сама не ожидая от себя такого.

«М-да, говорила, же себе, будь хитрее, а тут прямо в лоб!» — сокрушалась про себя, удрученная своей несдержанностью.

Реджинальд хохотнул и на дне золотых глаз опять засверкали веселые искорки.

— Я смотрю, ты все не сдаешься, моя принцессочка. Но всему свое время, дорогая.

— Реджи, а я хотела очень узнать… — замялась, боясь опять не то спросить.

— Да говори уж, на что смогу отвечу, — махнул рукой принц.

— А как ваши вторые ипостаси принимают пару?

— Ты про давно ушедшие в века сказки об истинной паре? Такое было раньше… Сейчас мы, Селина, вырождаемся и вторая ипостась над нами больше не сильна. Для притока свежей крови, и чтобы не допустить в нашем небольшом королевстве кровосмешения, мы давно берем в жены девушек из других стран. Поэтому и не все оборотни. Сейчас согласия зверя мало кому нужно. Если основная суть — человеческая приняла и полюбила, то и зверь будет спокоен. Есть те, которые, конечно, стараются поддерживать только браки между оборотнями. Но если девушка или мужчина в паре не оборотень, все равно в основном рождаются дети со второй ипостасью. Это нужно несколько поколений разбавленных браков, чтобы вообще перестали рождаться оборотни. Королевский род Деверелллов очень древний и сильный — у нас рождаются только оборотни.

— Так у нас с тобой будут дети со второй ипостасью? — все-таки надеявшаяся на чудо, что может такого не случится, спросила у Реджинальда.

— Конечно, Селина, и будет детишек шесть-семь.

Я открыла рот и закрыла… Ничего не смогла ответить на такое, а этот гад громко захохотал, запрокинув голову. И только отсмеявшись, заверил:

— Да не пугайся ты так, побледнела вся. Я тебя буду беречь, моя принцессочка. Слишком ты у меня нежная девочка, договоримся, — и подмигнул мне.

«Вот ведь какой негодяй! Да как он смеет так шутить! У меня же чуть сердце от страха за свое бесконечное беременное будущее не остановилось!»

— А теперь, дорогая Селина, у меня для тебя приготовлен сюрприз.

— О! Люблю сюрпризы! — сразу же оживилась я.

— Тогда обязательно буду делать их почаще. Особенно после заключения брака. М-м-м, сколько приятных открытий тебя ждет, — протянул принц.

Я отвернулась от нахала и, поджав губки, подумала, что правду говорят об оборотнях. Их темперамент в плотских утехах намного выше, чем у обычного человека. Он только об этом и говорит, издевается надо мной просто! Да я же смущаюсь такое слушать. Надеюсь, я смогу пережить его ласки после свадьбы и мне понравится пока запретная для меня сторона интимной жизни.

Глава 7

В небо черничного цвета взлетали тысячи ярких огоньков и легко подхватываемые ветром возносились все выше и выше. У меня перехватило дыхание от восторга! Бумажные красочные шары всех форм и размеров со свечами возносились ввысь. Небесные фонарики дарили чувства волшебства, что происходило вокруг и детского восторга. А гладь паркового пруда покрыли плавающие фонари в виде лотоса, подсвеченные изнутри.

Вокруг нас было много придворных, которые веселились и запускали все новые и новые небесные дирижабли. Оркестр играл медленную и лиричную композицию, что создавала уютную атмосферу праздника. Прохлада летнего вечера скользила нежными пальцами по моим оголенным плечам и шее, а в воздухе витал пьянящий аромат ночной фиалки.

А потом начался фейерверк! В воздух взмывали огни и рассыпались на многочисленные искры всех цветов радуги. Окрасили черное полуночное небо в яркие краски, словно художник хаотично провел кистью по полотну. У меня захватило дыхание, когда стали появляться картины неимоверной красоты: белый и черный волк бежали вместе и прыгали через пропасть, львы бились в ужасающей по жестокости схватке, огромный белый тигр шел по тропе и сверкал желтыми глазами, низко припадая выслеживая добычу. А в конце фееричного представления четыре орла закружили в танце и, спикировав с огромной высоты, приземлились возле наших с принцем ног, рассыпаясь искорками, что медленно затухали, не причиняя, благодаря магическому огню, никакого вреда.

Я была в полном восторге и не могла оторвать глаз во время всего представления. А когда все закончилось, я повернулась чтобы выразить свой восторг принцу и увидела, что он не сводит с меня внимательного взгляда, чуть улыбаясь одним уголком губ.

«Он что, все пропустил? Реджинальд все это время смотрел только на меня?» — мысли лихорадочно заметались в голове.

— Реджи… — начала я.

— Тебе понравилось? — низким бархатным, словно ночь голосом спросил принц.

— Это было великолепно! Спасибо! — искренне поблагодарила его высочество.

— И тебе спасибо, — серьезно сказал Реджинальд.

— За что? — удивилась я.

— За то, что ты именно такая.

— Какая? — растеряно спросила принца.

Его высочество медленно протянул руку и очень осторожно провел кончиками пальцев по моей щеке.

— Настоящая... Искренняя и очень красивая, — выдохнул он, а его глаза внезапно стали ярче и в их глубине заплясали золотые огни.

А я смотрела на принца и тонула в его желтых омутах, что засасывали в свою глубь и погружали в новое для меня ощущения радости и желание быть с ним рядом. И что-то заставляло мое сердце забиться чаще, а дыхание становилось прерывистым. Я чувствовала, что мою жизнь скоро озарят волшебные перемены. И вдруг осознала, что это начало совершенного нового: весны и рассвета, проснувшихся чувств и желаний, трепета и ожиданий.

Мы так и стояли с Реджинальдом под звездами и сиянием яркой полной луны, лицом друг к другу. Принц держал меня за руки, нежно их поглаживая пальцами. Смотрел прямо в глаза, молча и пронзительно. И, казалось, что мой жених только увидел меня, только сейчас рассмотрел. А я почувствовала, как невидимые нити стали окутывать нас, потянули друг к другу и поняла, что с этого момента наши судьбы с ним будут неразрывно связаны навсегда. В чертогах Тэнебы соединили еще одну пару, что пойдет рука об руку по одному жизненному пути.

***

Откинув голову на край ванны заполненной пеной с ароматом ванили, я развлекала себя тем, что брала на руку мыльный пузырь и сдувала его. А потом перед внутренним взором встал образ принца. Закрыв глаза, стала вспоминать его нежное прикосновение к моей щеке, как пальцы ласкали кожу и тепло, что разливалось от них. Его глаза, что пристально смотрели и вызывали трепет в душе. Ощущала, как наяву силу его тела, крепкие мышцы рук, когда шла с ним рядом держась за его локоть и прижималась к жаркому телу. А Реджи в это время накрывал мою кисть своей большой ладонью — она просто утопала в ней.

А еще я мечтала о поцелуе с принцем. Очень хочу узнать какого это, когда наши уста соединятся. Я провела указательным пальцем по губам, пытаясь представить наш с ним первый поцелуй.

Плечи с руками, что были над водой, вдруг обдало холодом, как будто кто-то открыл дверь. Распахнув глаза, я с ужасом уставилась на НЕЧТО висевшее в полуметре над полом рядом со мной! Набрала побольше воздуха в грудь и решила закричать так, чтобы весь дворец ко мне прибежал на помощь. Открыла было уже, но… Передумала.

Возле меня колыхалось и мерцало очень печальное привидение — это была молодая женщина. Она отчаянно мотала головой из стороны в сторону и, сложив перед собой руки в жесте мольбы, просила не кричать. Я похлопала ресницами, подумала немного и закрыла рот. Рассудив так, что, по сути, кольцо Онгейм от призрака меня должен защитить, не такая уж обычно у них и сильная магия. Так еще и артефакт мамы если что сработает точно.

И вот я смотрела на нее, а она молча на меня. Призрак оказался худенькой женщиной, на вид лет двадцати восьми, с длинными распущенными волосами, в светлом платье устаревшего фасона. Лицо с мелкими чертами лица и глубоко посаженными выразительными глазами.

«Так, наверное мне надо первой начать разговор», — решила я проявить вежливость к давно почившему человеку, и по какой-то причине задержавшегося на этом свете и не ушедшего к Двуликому или в чертоги Тэнебы.

— Леди, вы что-то хотите мне сказать? Или я могу вам чем-то помочь? — обратилась к неожиданной гостье.

Она только печально помотала головой из стороны в стороны, а потом тяжело вздохнула, продолжая смотреть на меня грустным взором. От нее веяло замогильным холодом, что не удивительно, все-таки она уже перешли черту жизни.

Я поежилась и меня начал бить озноб. Но она вдруг встрепенулась и замахала руками на дверь, показывая мне, что я должна с ней куда-то пойти. Я встала из ванны, закуталась в теплый пушистый халат и озадаченно уставилась на нее, думая, как мне поступить. А призрачная леди все продолжала отчаянно куда-то звать и что-то пыталась сказать, но говорить она по какой-то причине не могла.

«Так, если я с ней пойду, это может оказаться ловушкой, — рассуждала я. — Но вдруг она мне что-то хочет показать важное? Не похожа она на злобный призрак. Я думаю, если бы она меня хотела убить, то уже бы это сделала в ванной. Но вроде бы никто мне смерти во дворце пока не желает». И, кивнув, показала свое согласие с ней идти. Для начала я решила одеться и прошла в спальню, а затем в гардеробную. Приказала служанкам облачить меня в домашнее платье и заплести косу. Потом сказала им сидеть здесь в комнате и не следовать за мной. Все это время призрака не было видно. Видимо где-то пряталась поблизости. Матильда бы точно увязалась за мной, но я сказала ей, что иду к Камилле в соседние покои.

Выйдя из своих комнат в коридор и пройдя мимо стражи, услышала сзади топот. Даже не оборачиваясь, поняла кто это.

— Селина! — громкий шепот и выпученные глаза. — Ты пошла на кухню без меня?

Вот кто бы сомневался, что у некоторых только одно на уме.

— Нет, меня позвали кое-куда.

— Кто и куда? А, его высочество на вечернее свидание? — хитро заулыбалась подружка.

Я фыркнула:

— У меня посерьезнее есть дела.

Посмотрев вперед, увидела, как в конце коридора осторожно выглядывает из-за угла призрак. Я направилась в ее строну. Со мной рядом пристроилась Камилла, бурча про то, что можно было сначала на кухню заглянуть и подкрепиться перед важными делами. Я не стала возражать против ее присутствия. Вдвоем не так страшно будет. Мне по крайней мере.

— А-а-а! — дико выпучив глаза, заорала Камилла.

— Тшш. Ты что орешь! — Закрыла рот фрейлине. Она мычала сквозь мою ладонь и безумно вращала глазами, тыкая пальцем в висевший недалеко от нас призрак женщины. Та сама очень сильно напугалась, когда Камилла заорала.

До этого мы шли довольно долго по запутанным коридорам, и пришли в восточную часть дворца. Стража уже перестала попадаться, а Камилла просто достала меня вопросами о том, куда мы идем. Она не видела, что впереди мелькает призрачная тень. И вот только мы остановились в почти неосвещенном и нежилом на вид коридоре, как призрак подлетел ближе, вот тут-то у Камиллы и случился нервный срыв.

— Кто это, — сипло выдавила фрейлина, когда я убрала руку от ее рта. Не хватало еще, чтобы сюда набежали люди пока не узнала, что хочет от меня призрак.

— Я не знаю, Камилла. Она появилась, когда я принимала ванну и привела сюда. — Пожала плечами.

— Да ты что, с ума сошла? Доверилась призраку? А если она сейчас нас здесь убьет или завела в смертельную ловушку? — шипела на меня фрейлина.

Я с сомнением взглянула на призрачную женщину, а та подлетела ближе и заламывая руки, пыталась жестами объяснить, что она не опасна. Показывала на себя рукой и мотала из стороны в сторону головой.

— Селина! Я не пойду никуда с ней! И тебя не отпущу! — все ругалась от шока Камилла.

— Если бы она хотела убить сама, то прямо в ванне меня и утопила.

И призрак в подтверждении моих слов закивала утвердительно, а потом, замерев и подумав немного, замотала головой из стороны в сторону, сама себя запутав.

— Ну не знаю... Я думаю... — начала Камилла.

И вдруг призрак резко метнулась дальше по коридору, откуда мы пришли и через несколько секунд вернулась опять к нам и стала еще белее прозрачнее, если это было вообще возможно, ее контуры стали менее четкими. Женщина поднесла палец к губам, показывая, что надо молчать и указала на комнату позади себя, приглашая за ней проследовать. И что-то было такое отчаянное в ее движениях, а по венам опять пробежался странный холодок, что я, не думая, взялась за ручку двери и вошла. Мы оказались в помещении, что так хотел показать нам призрак.

Глава 8

— Это... Это что? — заикаясь, спросила Камилла, застыв возле портрета.

«М-да... Вот это дела творятся». В темном зале, куда мы зашли, сразу же зажглось тусклое освещение магических фонарей. И мы увидели множество портретов, развешанных вдоль стен, и стоявших на полу. Некоторые были закрыты пожелтевшими от времени полотнами ткани. Женщина-призрак остановилась возле одного из них и с тоской посмотрела на него. Когда мы с Камиллой подошли ближе, то увидели, что на портрете было изображено семейство. Мужчина с черной гривой волос, счастливой улыбкой и ярко-голубыми глазами. Он держал за руку молодую женщину с длинными светлыми волосами и темно-серыми глазами. У нее были тонкие черты лица и мягкая, ласковая улыбка. На ее руках сидел вихрастый пухленький ребенок не более года с такими же голубыми глазами, как у своего отца. А рядом стояли два мальчика, лет восьми и девяти на вид. Самый старший из них уже выделялся острым, как бритва взглядом, темными волосами и ярко-желтыми глазами. Сомнений не возникало — это Реджинальд и Грэг, а на руках женщины — маленький Каллен.

— Это вы? — тыкнула пальцем в портрет, указывая на счастливую мать семейства, Камилла.

Призрак кивнула и с печальным лицом провела рукой по портрету.

— Вы жена короля Акли и мать Реджинальда, Грэга и Каллена? — уточнила я еще раз для прояснения ситуации.

Она обернулась ко мне и опять кивнула в знак подтверждения.

— Но… Я думала Велма их мать, — растеряно произнесла я.

При звуке имени Велма, призрак почившей королевы перекосило, и она заметалась рывками по зале.

— Но почему же о вас никто не говорит? И во дворце я не видела ни одного портрета с вами? — задала вопрос бывшей королеве.

Она обвела рукой зал и покачала головой, давая понять, что вся память о ней теперь здесь и только здесь.

— Что случилось? — она подлетела ко мне ближе и, указав на себя, попыталась что-то показать. Я не понимала. Она растеряно водила глазами по комнате и потом просто подняла руку вверх.

— Вы умерли? — задала не очень умный вопрос Камилла. Я скосила на фрейлину глаза, а бывшая королева развела руки в стороны.

— Ваше величество, спасибо, что показали мне эту комнату. Я благодарна вам за это, и как невеста вашего сына очень рада с вами познакомиться.

«Правда, очень странное знакомство вышло».

— А ваша семья знает, что вы тут обитаете?

Мертвая королева покачала отрицательно головой и нахмурилась.

— Вы не можете им показаться? — предположила я. И опять утвердительный кивок. — Может мне как-то рассказать о вас?

Она испуганно вытаращила на меня глаза и выставив руки вперед затрясла головой так, что волосы упали на лицо женщины. А потом ее усопшее величество, откинув пряди, указала рукой на меня, дотронулась до своих век и дальше махнула на дверь.

Я нахмурилась и уточнила:

— Вы хотите сказать, что за мной кто-то следит?

Она быстро закивала.

— А кто?

Королева открыла рот, вся напряглась, словно пытаясь что-то мне сказать и не смогла. Только безмолвно вздохнула и печально посмотрела на меня.

— Ваше величество, не расстраивайтесь, я узнаю, кто за мной следит. Хотя в этом дворце я новенькая и за мной все наблюдают. Ждут, когда я оплошаю и пытаются найти любые, даже самые маленькие недостатки.

Королева подлетела ближе и попыталась схватить меня за руку. Единственное, что я почувствовала, ледяной холод пронзивший насквозь. Она подумала несколько мгновений и указала на мое кольцо Онгейм и браслет — мамин артефакт защиты. Ее мертвое величество знало, что это!

— Да, это моя защита, — подтвердила я.

А королева приложила руку к своему сердцу и улыбнулась. Воздух вокруг нее вдруг заискрился, и она растаяла без следа.

— Ого! — выдохнула Камилла. — Вот это поворот!

— Да уж, я сама такого не ожидала. Она что-то так хотела сказать, — закусила губу, обдумывая все увиденное.

— Почему ее портреты здесь? Ни одного не встречала во дворце.

— А вот это тоже меня очень сильно интересует, и надо будет выяснить, почему прячут прошлое за закрытыми дверьми.

***

После завтрака принц пригласил меня на прогулку. И привел к небольшому озеру, что оказалось скрыто за осиновой рощей. Теплый полуденный ветерок шелестел листвой деревьев, слышалось жужжание насекомых и гомон птиц.

От ярких солнечных лучей меня спасала шляпка с широкими полями, а шелковая пелерина закрывала белоснежную кожу от загара. Мы присели на скамейку, и я залюбовалась кувшинками, что мерно раскачивались на темно-голубой глади озера. Принц время от времени бросал на меня задумчивые взгляды. Чуть помедлив, я, наконец, решилась на разговор с его высочеством.

— Реджинальд, я случайно наткнулась во дворце на одну из комнат, где нашла портреты вашей семьи. На них изображен ты с братьями в детском возрасте.

Его высочество изменился в лице: помрачнел, брови нахмурились.

— Реджинальд, я случайно туда зашла … — начала быстро оправдываться, понимая, что, похоже, зря заговорила на эту тему.

Он коротко взглянул на меня и нехотя отозвался:

— Селина, в детстве мы потеряли маму. Каллен ее вообще не помнит, только мы с Грэгом.

Я участливо посмотрела на мрачного Реджинальда и положила руку на его кисть.

— Если тебе тяжело говорить об этом, то не нужно. Извини меня, что заставила тебя окунуться в такие тяжелые воспоминания вновь.

— А самых близких умерших и не нужно вспоминать. Они здесь. — Дотронулся рукой до сердца принц. — Всегда с тобой.

— Расскажешь, что случилось? — тихо спросила я.

Он посмотрел в сторону и недолго помолчав, заговорил:

— Мама ушла внезапно, просто зачахла за месяц на наших глазах, и никто не знал отчего. Наша вторая ипостась сильна и дает нам большие силы: выносливость, быстрое восстановление и здоровье лучше, чем у людей. Поэтому было странно узнавать от самых лучших знахарей, которых пригласил мой отец, что у них не получается вылечить королеву. А ей становилось все хуже и хуже. Она просто слабела... И в один прекрасный день не проснулась.

Не передать словами наше горе. Отец был в трауре очень долго. Он безумно ее любил. Мама была такая живая, веселая. Люцию отец повстречал на первом балу дебютанток и влюбился с первых мгновений. И мама полюбила его. В своем счастье они не замечали ничего вокруг, и я помню, в какой любви мы росли. Отец не может ее забыть до сих пор, он постоянно ходит в склеп по ночам. Я видел и не один раз.

— Почему по ночам? — мои брови поползли на лоб.

— Велма, — коротко ответил Реджинальд.

— Я и не подозревала, что она не ваша мать.

— Она была фрейлиной моей матери и сразу же после смерти королевы взяла заботу о нас. Велма очень помогала отцу. И он, что и следовало ожидать, нашел утешение в ее постели. Король был молодой мужчина и природа взяла свое. И через пару лет отец все же на ней женился. Велма нас вырастила, у меня нет к ней претензий. Она всегда была к нам справедлива, ласкова и, главное, любит отца. Но он ее так и не полюбил в ответ — его сердце навсегда осталось с единственной, что ушла раньше времени.

А Велма, чтобы не расстраивать отца и нас, приказала отнести все портреты мамы в отдельную комнату, которую ты и нашла. И она очень огорчается, когда при ней говорят о маме и сравнивают ее с предыдущей королевой. Поэтому отец щадит чувства Велмы и ходит в склеп по ночам. К тому же она подарила ему дочь, а нам сестру — Глорию.

У меня рот открылся от удивления.

— У тебя есть сестра? Где она?

— Она умерла, когда ей было восемь лет. Отец и женился-то на Велме, когда она забеременела Глорией.

— А Глория почему умерла?

— Черная хворь.

«Ого! — подумала я. — Это страшная болезнь». До сих пор неизвестно, как ей заражаются. Симптомы просто ужасные: сначала чернеют белки глаз, начинается кашель с гноем, а кровь застывает в венах. Смерть мучительна и до сих пор неизвестно как ее лечить, не повезло бедняжке Глории.

— Реджи, мне очень жаль.

Принц положил ладонь на мою руку и печально улыбнулся.

— Пойдем лучше, посмотришь какой подарок я для тебя приготовил.

— Ты меня балуешь, Реджинальд.

— Такую девушку как ты, Селина, надо не только баловать, но и носить на руках, холить, лелеять и всячески оберегать. Чем я и займусь в ближайшие лет так семьдесят нашего брака.

Я засмущалась и, опустив глаза, начала разглаживать несуществующие складки на платье.

— Ты очень мило закусываешь губку, моя принцессочка, когда смущаешься, а нежную кожу щечек окрашивает изумительный розовый румянец, делая просто неотразимой.

— А вы, ваше высочество мастер на комплименты. Все принцы проходят уроки по их сочинению? — бросила на него лукавый взгляд из-под ресниц.

— Конечно, у нас же есть специальные занятия для этого, а дисциплина так и называется: «Как охмурить леди», — хохотнул Реджинальд

— Чтобы она сразу же кинулась ему в объятия, — продолжила я.

— А ты мне все больше и больше нравишься, дорогая Селина.

— Очень рада этому событию, а то как нам жить вместе, если я только бы твоему тушканчику пришлась по душе.

Сначала принц замер, а потом, когда до него дошло, захохотал во все горло.

— Это единственное животное, что ты нашла в энциклопедии?

— Это единственное животное, что мне нравится.

— Ох, какие у вас экзотичные пристрастия, Селина! Но ничего, мое животное тебе точно понравится, дорогая. Поверь мне, — сверкнул ярко-золотыми глазами Реджинальд.

А потом этот нахал наклонился ко мне и шепнул:

— Еще насмотришься на меня в разных видах, — и широко улыбнулся, посмотрев многозначительным взглядом.

Глава 9

В радостном предвкушении подарка, я шла по указываемой принцем дороге. И вот в итоге мы оказались возле отдельно стоящего большого строения с доносящимся оттуда характерным запахом.

— Реджинальд, это то, о чем я думаю? — боясь поверить своему счастью, спросила его высочество.

— Надеюсь, дорогая Селина, тебе понравится, — лучезарно улыбнулся принц. — Выводите! — приказал он слугам.

И я замерла в радостном ожидании. Из дверей королевских конюшен показалась рыжая грива и удлиненная симпатичная мордашка. Ко мне на встречу вели очень милую на вид маленькую лошадку породы фалабелла! В холке она не достигала и сорока сантиметров будучи взрослой особью.

Симпатичное животное семенило ко мне на коротеньких ножках, которые контрастировали с рыжей шерсткой и были белоснежного цвета, словно на лошадку одели чулочки. И подойдя ко мне, игрушечная животинка уткнулась в подол платья. Я протянула руку и погладила шелковистую шерстку, почесала за ушком, что очень понравилось миниатюрному созданию.

— Ну как? Угодил? — задал вопрос, лукаво смотрящий принц.

— Спасибо, — голос оказался сиплым, потом чуть прокашлявшись, добавила: — Он очень хороший, мне правда нравится.

— Я рад. Долго выбирал, — серьезным тоном произнес Реджинальд.

И тут послышалось громкое ржание, я обернулась на звук и из конюшни вывели просто великолепного Тарисского красавца жеребца! У него было очень сильное, мускулистое тело, густая грива и хвост. Конь был полностью черного окраса. Я ахнула и замерла в восторге.

— А это дополнение к твоему недорослю.

Я взглянула в хитрые глаза Реджинальда. «Ну вот же позер, а! Ничего не может просто так сделать!»

Когда подвели ближе красавца-скакуна, я поняла, что тот точно знал — он самый лучший. Потому что его надменный взгляд об это прямо так и говорил. Ступал он гордо, величаво, да так это выглядело, как будто никто не достоин на нем ездить. Подойдя ближе, он презрительно скосил на меня глаза. Я даже немного расстроилась, похоже, своенравный конь достался в подарок.

И вдруг в руку ткнулся теплый носик. Посмотрела вниз и увидела жалобные карие глазки, смотрящие на меня.

«А у кого это здесь ревность проснулась? Кто тут почувствовал себя одиноким и забытым?» — я ласково улыбнулась маленькому, и, присев на корточки, обняла малыша за шею:

— Да ты самый лучший, самый красивый мальчик на свете! Ты что? Я же теперь тебя не отставлю, — успокаивала бедную животинку. На что в ответ услышала презрительное фырканье жеребца неподалеку.

— Я не понял, ты будешь на этом ездить? — подчеркнул слово «этом» принц.

Мы вместе с маленькой лошадкой, чуть выше овечки ростом обиженно уставились на его высочество, который вот совсем ничего не понимал.

— Ты его мне подарил? Подарил. Вот теперь позволь мне решать, что мне делать с таким сладким и красивым подарочком, да? — потрепала по загривку ну очень довольную животинку. — А как его зовут?

— Этот твой подарок, вот и называй как хочешь, — пожал плечами Реджи.

— Ты будешь… — задумалась я, разглядывая игрушечную лошадку, что так преданно на меня смотрела. — Лапик!

И жеребец, стоявший рядом, опять фыркнул… Я подозрительно скосила на него глаза, а потом взглянула на принца. Тот, скептически подняв одну бровь, поджал губы, стремившиеся расплыться в улыбке, которую он ну очень пытался сдержать.

— Твое право, дорогая.

— Тогда так и будет! Ты — Лапик!

Я скормила морковку малышу, которую мне поднес слуга и переключилась на гордого жеребца, что так и продолжал на меня презрительно смотреть. Осторожно подошла к нему и сама себе задала вопрос:

— А как же тебя назвать? Может…

— Нет, Пусиком его не надо называть, дорогая! Он породистый и у него уже есть имя — Ворг.

Я оценивающе посмотрела на жеребца, который даже как-то выпрямился, явно гордясь своей кличкой.

— А ты красавец, Ворг, — протянула к нему руку и стала осторожно приближать ее к морде. Тот ее обнюхал и дал себя погладить по жесткой шерсти, вроде остался довольным. — Надеюсь, мы с тобой подружимся.

— Не беспокойся, он проверенный и не причинит тебе вреда, — заверил меня Реджи.

— Когда мне можно будет прокатиться на нем?

— Уже завтра появится повод для этого, — обрадовал Реджинальд. — У нас запланирована охота.

«О, я такое не очень люблю…» Я бы лучше просто поносилась наперегонки с ветром по полям, верхом на новой лошадке. Но тут не я выбираю.

— Это просто прекрасно! Благодарю за подарки, Реджи, — расплылась в счастливой улыбке.

А принц подошел и, взяв мои ладони в свои большие и теплые руки, чуть наклонившись, произнес:

— Все для тебя, дорогая Селина, — лицо принца озарила такая красивая улыбка, что я аж засмотрелась. Утонула в его очах, цвета золота и трепет, что нарастал в моей душе, унес на время от реальности.

И тут неожиданно меня подтолкнули под мягкое место и я, потеряв равновесие, упала в объятия Реджинальда. А принц не растерялся, сразу же притянул к себе за талию, прижав к крепкому и твердому телу. Мы оба посмотрели на причину случившегося и засмеялись в голос.

— Тут кто-то ревнует уже тебя ко всем, — смотреть на обиженную мордочку Лапика без улыбки было просто невозможно.

***

Ранним утром на площадке перед дворцом стояло много придворных, везде царила оживленная атмосфера, раздавался лай гончих псов. Начиналось любимое многими развлечение — королевская охота. По такому случаю я облачилась в амазонку из бархата небесно-голубого цвета и высокие сапоги.

— Я сегодня попробую остаться наедине с герцогом Аспенс и поговорить с ним, — прошептала Камилла, что стояла рядом со мной.

— Ты уже давно пытаешься привлечь его внимание. Пока он даже тебя не пригласил на свидание.

— Я же сказала, что работаю над этим. Может его нужно чуть подтолкнуть, показать, какую девушку возле себя он не замечает.

Я вздохнула и искренне пожелала ей удачи в таком важном деле, как охмурение понравившегося мужчины.

Недалеко от нас раздался вопль и, повернувшись на источник звука, мы увидели, как на земле лежит, похоже упавшая с лошади какая-то леди. Ее лицо было закрыто подолом платья для верховой езды. Она повизгивала, как поросенок, размахивая в воздухе ногами. Хорошо хоть под амазонкой оказались не панталоны с чулками, а брюки. Мы с интересом уставилась на разворачивающееся действо. Когда леди помогли встать, я с удивлением обнаружила, что это графиня Белинда Марлоу. Она начала нервными и дергаными движениями приводить себя в порядок. Приглаживать выбившиеся из прически каштановые пряди, а потом с красным от злости лицом быстро направилась в сторону дворца. За ней следом бежали, подхватив юбки, служанки. Я посмотрела на королеву Велму и словила пристальный взор ее прищуренных глаз на быстро удаляющуюся леди Беллинду.

— Как она живописно растянулась! — радостно воскликнула моя фрейлина, большая любительница таких зрелищ.

— Камилла, кольцо Онгейм сработало, — очень тихо сказала подруге.

Та с выпученными глазами уставилась на меня.

— Опять? И снова леди Марлоу?

— Да, это я должна была свалиться с лошади и опозориться.

— Вот это да… Но мы же выяснили в прошлый раз, когда она не могла солгать из-за обратного заклинания, что принц Реджинальд ее не интересует. Она влюблена в графа Делавенжа, а тот в свою очередь не ровно дышит к королеве! Что ей от тебя надо? Может она бывшая любовница Реджинальда и просто мстит, потому что тот ее отверг?

— Да даже если бы это было и так, сейчас ее голова явно занята мыслями о другом мужчине. Ей смысла нет строить мне козни. Я просто не понимаю, зачем Беллинде так мелко пакостить? Или она это делает по чьей-то указке, — крепко задумалась я.

Но тут ко мне подошел принц с чарующей улыбкой и Камилла присев в низком реверансе, быстро удалилась.

— Вы готовы, ваше высочество к приключениям? — спросил Реджинальд.

— Только к приятным, Реджинальд, — ответила я, мягко улыбнувшись принцу.

— Ну что же, надеюсь тебе все понравится, дорогая Селина.

К нам с Реджинальдом подвели коней. Казалось, что Ворг сам тащил за собой слугу. А жеребец просто решил сделать одолжение какой-то принцессе, и разрешить проехаться на нем. «М-да. Очень уж он необычный».

— Реджинальд, а это точно конь?

Принц ошалело на меня взглянул, от чего у меня тут же запылали щеки, и даже уши, когда поняла, что спросила.

— Я не это имела в виду... — начала оправдываться. — Это точно обычное животное?

— А какое оно может быть? — все еще с поднятыми от изумления бровями, поинтересовался Реджинальд.

— Ну может это оборотень, — осторожно предположила я.

И принц рассмеялся, покачав головой. Мне аж прямо неудобно стало, что я постоянно показываю себя глупой.

«Ну как так получается-то?» — с досадой подумала я.

— Селина, я тебе уже говорил, мы обычно оборачиваемся в хищников, ну бывают, конечно, исключения, — почему-то задумался вдруг Реджинальд. — Но могу тебя заверить, это точно конь, — а Ворг фыркнул презрительно, как только именно он умел.

— То есть в лесу мы случайно не подстрелим кого-то из ваших?

Реджинальд пояснил:

— Там все проверили и когда на охоту едут женщины, тем более королевского рода, в лесу никого кроме зайчиков, лис и куропаток не бывает.

Ну что сказать, почти успокоил.

***

Громкий звук охотничьего рога огласил округу и мужчины сорвались с места, мчась за взявшими след гончими. Добычу загоняли, а принц ехал во главе других аристократов, с блестевшими азартом глазами. Некоторые леди устремились за ними чуть с опозданием, и таких желающих среди слабого пола было немного. Другие дамы уже спешились, и на поляне перед лесом собирались в стайки, обсуждая последние сплетни. Слуги готовили место для пикника. Я увидела, как Камилла в стороне маячит перед лесом, ожидая герцога Аспенса и не стала звать ее с собой. Решила немного углубиться в лес, не удаляясь далеко.

Только въехала под кроны деревьев и вдохнула густой аромат сосен и елей, как услышала звуки выстрелов. Вот и поймалась жертва. Медленным шагом лошадь двигалась по извилистой дорожке, вдоль которой пестрели красивые и яркие цветы. Под листьями папоротника заметила большой муравейник. Кое-где встречались грузди, сыроежки и мухоморы. И вдруг наткнулась на поляну с земляникой! Вот это да! Я ее очень любила и потому, не мешкая спешилась. Привязала к ближайшему дереву Ворга и опустилась на колени в траву. Начала собирать горстями спелую красную ягоду, напитанную солнцем, с блестевшей на ней капельками росы и вкусом лета. «Из лесной земляники очень вкусные пирожки получаются», — размечталась я.

Вдруг сбоку в кустах меня привлекло какое-то движение и, повернув туда голову, увидела, как на меня внимательно смотрят маленькие темные и злобные глаза. И в них сейчас было мало разума. Меня пронзила волна холода, кровь в венах сразу же застыла от страха. Я попыталась осторожно встать, но ноги вмиг ослабли. А потом, громко хрюкая и выставив устрашающие длинные и острые клыки, из-за кустов выскочил и понесся прямо на меня огромный кабан!

Глава 10

Ужас накатил тяжелой удушающей волной, а оцепенение пронзило не только тело, но и разум. «Все, мне конец!» — я только и смогла, что прижать руки к груди, отсчитывая последние секунды до страшной смерти.

Громкий рык и огромная фигура, полыхнувшая оранжевым пламенем, промелькнула возле меня и обрушилась в полете прямо на дикого вепря! С жутким ревом и рыками тигр повалил кабана на траву, и они покатились кубарем. Хищник сразу же впился острыми клыками в шею противнику, но тот с визгом и завидным упорством не сдавался, пытался поддеть огромными бивнями своего врага.

И тут, видимо, у меня проснулся запоздалый инстинкт самосохранения, и я начала отползать назад, пока не уперлась спиной в ствол дерева. Вжалась в кору и стала трястись от страха. Картина смертельного боя меня ввела в ступор, и я не могла ни убежать, ни отвести взор.

Вокруг трава окрасилась в багряные оттенки, тела обоих противников забрызганы кровью, как своей, так и чужой. На боку тигра я увидела рваную рану, но он упорно продолжал вгрызаться в шею кабану все глубже и глубже. Наконец, вепрь стал терять силы, его ноги подкосились, и он опустился на бок. Тигру это позволило занять главенствующее положение и он, мотая головой из стороны в сторону, вырывал куски плоти из тела противника. Вскоре последние судороги поверженного прекратились, и я увидела, как затухает взгляд маленьких карих глаз животного. Злоба и жизнь из них ускользала навсегда.

Тигр еще постоял немного над безжизненным телом, а потом повернул ко мне окровавленную морду. И тут до меня дошло! Вот я дура! Да мне надо же бежать!

Я встала на четвереньки, потом медленно выпрямилась во весь рост и, развернувшись, с дикими воплями побежала подальше от места кровавого побоища.

«Да, не очень умно, согласна. Это ведь тигр, который только что на моих глазах убил свирепого противника. И кто я? Которую можно догнать в три прыжка и оставить себе на закуску, но что поделать. Нервы сдали и я, честно говоря, не знала, как еще себя спасти».

— Селина, — раздалось позади меня. — Постой!

Никак не отреагировала. Ноги несли меня вперед от ужаса увиденного, и тут я почувствовала сильные руки, обвившие мою талию. Я взмыла в воздух и замолотила ногами, закричав еще сильнее.

— Селина, девочка моя, это же я! Реджинальд! Посмотри на меня! — и, опустив на землю, меня развернули лицом к принцу. Я, все еще тяжело дыша, пыталась осознать происходившее, лицо его высочества выглядело обеспокоенным. Я схватила его за руки и крикнула:

— Реджинальд, надо бежать! Тут тигр! Большой! Она нас сожрет!

Принц схватил меня за плечи, чуть встряхнул и, наклонившись, пристально глядя мне в глаза, произнес:

— Селина, посмотри на меня. Успокойся, уже все закончилось. Тот кабан убит, а тигр не причинит тебе вреда.

Я всхлипнула, попыталась вырваться из рук Реджинальда. Взгляд скользил по ближайшим кустам в поиске страшной окровавленной морды с огромными клыками.

— Селина, здесь нет больше тигра, — спокойным тоном продолжал меня успокаивать Реджинальд.

— Нет, нет, я знаю, он не ушел! Он где-то здесь, — лихорадочно повторяла я.

Вздох и признание:

— Тигр — это я.

Я взглянула на его высочество и только хотела было сказать, чтобы он так не шутил, как заметила кровавые подтеки на лице. А опустив глаза вниз увидела рану, из которой толчками выбегала кровь!

— Ах!

— Ты поняла, Селина? Тигр — моя вторая ипостась.

— Я… — не смогла найти подходящих слов.

— Мне очень жаль, что тебе пришлось в такой экстремальной ситуации узнать мою вторую сущность. — Поглаживая плечи, продолжил ласково говорить Реджи.

Я сглотнула и решила, что поразмыслю об этом потом, сейчас просто ничего не укладывалось в голове. Все мысли разбегались, словно тараканы при включенном свете на кухне. Принц слегка поморщился, и я опомнилась наконец, сейчас есть дела поважнее моих метаний.

— Реджинальд, ты ранен! Тебе срочно нужен лекарь! — и попыталась оторвать от подола кусок ткани, чтобы приложить к кровоточащей и ужасной на вид ране.

— Со мной все будет хорошо, — слабо улыбнулся он. — Я же оборотень, а у нас регенерация намного лучше, чем у людей.

— Но все же…

— К вечеру я буду в норме, — заверили меня.

Буквально через несколько мгновений к нам из-за деревьев выскочили охрана, слуги, придворные. Я растерянно смотрела на суматоху вокруг нас, а Реджинальд одарил меня ласковой улыбкой. И тут вокруг как будто бы стало все ярче, светлее, а в моем сердце расцвели цветы нежности и… Любви.

***

Суматоха была страшная, все бегали вокруг нас с принцем. Мне подносили успокоительные капли, а Реджинальда перевязывали. Король, разгневанный случившимся, давал указания найти виновных и казнить. Королева Велма посерела лицом и еле держалась от волнения. Потом меня в срочном порядке доставили во дворец и прислали самых лучших лекарей.

Меня же волновало только одно — состояние здоровья принца. Но мне строго настрого запретили покидать постель и сказали, что с ним будет все в порядке. Когда суета вокруг улеглась, я выгнала, наконец, из комнаты всех служанок и лекарей, и решила посплетничать со своей фрейлиной.

— Камилла! Он меня спас! — приложив ладонь к сердцу, делилась с подругой чувствами и переживаниями.

— Тебе очень повезло, Селина, что принц оказался рядом так быстро. А как там вообще очутился этот кабан? Говорили же охота безопасна. — воскликнула негодующе Камилла и развела руки в сторону. — Да я никогда больше не поеду на охоту. И вообще, тебе не кажется это все очень странным? То всякие пакости устраивают, то уже второй случай, который мог привести к твоей гибели… — и Камилла вдруг запнулась на последней фразе, уставившись на меня.

— Ты думаешь, это все неслучайно? — нахмурилась я.

И тут холод прошелся по коже, а температура в комнате резко снизилась. Из воздуха материализовалась королева Люция, мы удивленно уставились на странную посетительницу. Привидение подлетело ближе, смотря обеспокоенно.

— Ваше величество, вы что-то знаете, о происходящем? — я подозрительно прищурила глаза.

Она сразу же закивала утвердительно.

— Все это было не случайностью?

Привидение умершей королевы опять утвердительно кивнуло. Я закусила губу, думая, что спросить.

— Люстра и кабан — так меня хотели убить? — спросила призрака и замерла в ожидании ответа.

Она кивнула вновь. Полупрозрачная слезинка скатилась из уголка ее глаза. Камилла подскочила с кресла и, подойдя ближе к королеве, строго спросила:

— Кто же хочет причинить вред принцессе?

Королева растерялась, метнулась чуть в сторону и, замотав головой, показала на свой рот, коснувшись кончиками пальцев губ.

— А показать можете? — озарило меня.

Она развела руками.

— Или не хотите? — подозрительно спросила Камилла.

Мертвая королева прямо вся затряслась и, заломив руки, замотала отрицательно головой.

— Вас что-то держит? Какое-то заклятие? — продолжала гадать я и получила утвердительный кивок. Задохнулась от догадки, но все же смогла вымолвить: — Ваше величество, вы не можете уйти в чертоги Тэнебы? К Двуликому? — в ответ серебристые слезы хлынули из глаз бедной женщины-призрака.

Камилла мрачно произнесла:

— Печать скитаний. Кто-то ее наложил, чтобы королева мучилась, а значит…

— Вас убили, — делая очевидный вывод, выдохнула с ужасом я.

***

— Мне кажется, надо все-таки кому-то рассказать обо всем, — никак не унималась Камилла, меряя шагами гостиную. Я сидела в кресле и царапала подлокотник. Нервы...

— На ее величество наложена печать молчания, и она не может сказать, кто это сделал. В этом дворце мы не можем доверять теперь никому.

— Почему ты не хочешь сказать его высочеству? Он твой будущий муж и защитит тебя! — всплеснула руками подруга.

— Пока это не нужно делать. Ее величество все равно не может показаться на глаза сыну и своей семье. И к тому же ты представь, как это расстроит их, когда они узнаю, что королева Люция не ушла, а долгие годы вынуждена пребывать в виде призрака, связанная каким-то заклятьем, наложенным ее убийцей.

— А ты короля Акли прямо уже отметаешь так сразу? Думаешь, он не виновен в ее смерти?

— Под мои подозрения не попадает только Реджинальд и его братья. Остальные все могли быть заинтересованы в ее смерти. Я попытаюсь поговорить с принцем. Как-то осторожно намекнуть ему на происходящее.

— Это хорошая идея, Селина, и правильная, — согласилась моя фрейлина, кивая.

— Как у тебя придвигаются дела с герцогом Бертрамом Аспенсом?

Блаженная улыбка сразу же озарила лицо Камиллы при звуке имени ее объекта воздыхания.

— На охоте, до инцидента с тобой, я успела немного с ним переговорить. Мы очень мило поболтали и, мне кажется, я ему нравлюсь. Думаю, в ближайшее время он меня пригласит на свидание. И еще знаешь какой у него зверь?

— Ну и кто же?

— Лев! — с гордостью выпалила Камилла.

— А у моего жениха оказался тигр — красивый и сильный зверь, и очень храбрый, — похвасталась в свою очередь я.

Прищурившись, Камилла спросила:

— Селина, я вижу, что тебе стал нравиться принц. И ты смотришь на него по-другому, ищешь взглядом и, как он к тебе поворачивается, начинаешь ему мило улыбаться.

Опустив взгляд в пол, призналась:

— Я чувствую, что мое сердце как будто бы ожило рядом с ним. И оно раньше не билось так радостно и трепетно. Улыбка Реджинальда, его сила, что исходит от каждого движения и слова, уверенность в себе и властность в каждом взгляде и манере держаться — меня завораживают. Я думаю, что начала влюбляться, Камилла.

— Так это же чудесно! Брак и должен быть по любви!

— Не у монархов, — отрицательно покачала головой.

— А у тебя будет! Я верю в твою счастливую звезду, под которой ты родилась!

— Но полюбит ли меня принц? Я не хочу быть просто одной из его воздыхательниц.

— А ты никогда такой и не станешь. Ты принцесса и будущая королева, Селина! И никого выше тебя в этой стране нет. А сонм поклонниц принца, стреляющими глазками при его появлении… Ну что же... Слишком много при дворе женщин готовых быть фаворитками сильных мира сего. И надо бороться за свое счастье, и не уступать им место в постели своего любимого.

— Вот я и хочу быть единственной для него. У меня сердце сжимается от боли, когда я представляю его с какой-нибудь женщиной. И это уже сейчас, а когда Реджинальд станет для меня воистину самым близким человеком в мире, что же будет тогда?

Камилла подошла ко мне ближе и, пожав руку, твердо и уверенно произнесла:

— Я искренне желаю, чтобы у тебя все хорошо сложилось с его высочеством, Селина, и любовь была взаимной.

Глава 11

Когда я шла навестить его высочество, то ожидала увидеть бледного, болезненного вида принца, лежащего в кровати с запавшими глазами и чернотой разлившейся под ними. Но вот уж никак картина, представшая передо мной, не вязалась с моими фантазиями, от которых я не находила себе места, переживая за Реджинальда. Его высочество сидел на балконе с бодрым видом и уплетал плюшки с маком, запивая все ароматным чаем с листьями липы. Принц просиял при моем появлении и, резво встав с кресла, подошел и поцеловал мне руку.

— Проходи, Селина, присоединяйся к трапезе, что будешь? Ты ж любишь булочки? — лукаво улыбнулся принц.

Я поджала губы, и уже подумывала было обидеться на него, но потом решила, что рано или поздно жених узнает о моих пристрастиях к сладкому. Особенно когда стану его женой. Вдруг он проснется посреди ночи и не застанет меня в постели? Что он подумает в первую очередь? Правильно, я не побежала ему изменять, а направилась перекусить пироженками на кухню.

— Очень вкусные булочки у вас пекут, — схомячив уже три штуки, призналась Реджинальду.

— Дорогая моя невеста, не стесняйся, только прикажи нашему повару, и он для тебя приготовит все, что только пожелаешь.

Я замерла и, внимательно глядя на принца, спросила:

— Реджинальд, а тебе все равно, сколько я ем?

Принц улыбнулся и, сверкнув золотыми глазами, ответил:

— Дорогая моя принцессочка, для меня главное, чтобы ты была счастливая и сытая.

— Но… вдруг я стану толще? — подозрительно взглянула на него.

Он помолчал несколько секунд и серьезно произнес:

— Селина, мне важно твое моральное и душевное благополучие, а голодная жена вовсе не нужна. Твои милые пристрастия к сладкому совсем безобидны. И если ты от этого будешь счастлива, то не испортиться твой добрый и легкий нрав, лучистые зеленые глаза не потухнут. Красота твоей души сияет гораздо ярче внешней, и ты умеешь дарить тепло и радость всем вокруг.

Селина, ты мне очень сильно нравишься, и я счастлив, что именно такая прелестная девушка как ты, стала моей невестой и избранной.

Я затаив дыхание слушала и поняла, что сейчас принц впервые в открытую сказал, о своих чувствах ко мне! Я ему нравлюсь!

Решила сделать комплимент в ответ:

— А у тебя великолепный зверь! Тигр! Вот это да! Кто бы мог подумать.

Принц хохотнул и потерев переносицу сказал:

— Ну ладно, хоть моего зверя похвалила. Надеюсь, не только он тебе нравится.

— Нет, ты что, — заволновалась я и заерзала в кресле. — Ты мне тоже очень нравишься! И ты такой же красивый и сильный, как твой тигр.

— То есть все же в приоритете у тебя тигр, — захохотал принц.

Я, совсем запутывавшись и обидевшись, высказалась:

— Да нет, конечно... Ты мне и до него нравился, — осознав в чем я призналась, закусила губу и опустила глаза в пол, но было уже поздно.

Принц с все еще искрящимися смешинками в глазах, поинтересовался:

— То есть если бы я все же оказался тушканом, тебя бы это не расстроило?

Я сейчас вот прямо очень захотела кинуть в него булочку с маком, даже уже было потянулась к ней рука, но потом мне стало жалко… Булочку естественно.

— Селина, ты просто очаровательна, — улыбался во весь рот высокородная зараза.

Я встала со стула и подошла к перилам балкона, разглядывая территорию огромного дворцового парка. Услышала шаги позади и моего плеча коснулась теплая и широкая ладонь Реджинальда.

— Селина, мне очень жаль, что так вышло в лесу.

— Спасибо, за то, что меня спас, — тихо произнесла я, повернувшись к принцу. Его глаза приобрели сейчас оттенок бронзы. «Надо же! Почему они все время меняют цвет?»

— Я больше никому не дам тебя в обиду. — Мягко сжал мое плечо Реджи. — Ты моя теперь, Селина. Я тебя чувствую на расстоянии.

— Ты почуял, что я в беде? Поэтому пришел так быстро? — брови поползли вверх.

— Я же оборотень, — коротко пояснил он.

— Реджи, — начала я осторожно. — Ты знаешь, я думаю, что падение люстры и нападение кабана в лесу были не случайны, — и, высказав свои подозрения замерла, глядя внимательно на принца.

Лицо Реджинальд стало очень серьезным, а взгляд непроницаемым. Я испугалась, что он мне не поверит и скажет, что это все ерунда и выдумки.

— Селина, к сожалению, я тоже так думаю. И есть некие доказательства... Магический след, что все это было подстроено.

— Меня хотят убить? — упавшим голосом спросила у принца.

Он утвердительно кивнул.

— Как ты думаешь, кто это может быть?

— Ты будущая королева, Селина. И желающих причинить вред венценосным особам и их детям всегда было много. Но я не хочу забивать твою прекрасную головку дворцовыми подковерными играми, что всегда были, есть и будут. Но, поверь мне, я постараюсь всегда отгораживать тебя ото всех этих грязных дел.

Принц обхватил меня за плечи и, наклонившись, глядя прямо в глаза, произнес:

— С этого дня ты под усиленной охраной. Ходишь только в сопровождении нескольких самых лучших воинов. Везде, Селина.

Я кивнула, такие меры предосторожности уж точно не будут лишние.

— И я… Всегда буду стараться быть рядом в случае опасности.

— Но ты не сможешь быть со мной всегда.

— Ты помнишь, что я сказал? Я тебя чувствую, моя принцесса.

«Какие интересные способности у оборотней! Чувствуют на расстоянии, кого захотят. Полезное свойство», — позавидовала немного я.

А потом Реджи предложил:

— Может хочешь прогуляться к конюшням и покормить своего пусика?

Я сразу же оживилась.

— Он Лапик, конечно, пойдем! Только ты точно себя хорошо чувствуешь?

— Прекрасно, — заверил меня принц, ослепительно улыбнувшись.

***

Ко мне со всех ног бежал мой лапочка. Он оказался такой шустрый и сразу же признал во мне хозяйку! Приблизившись, ткнулся мордочкой в руку ожидая вкусняшек, которые конечно же я ему приготовила. Сжевав яблоко и морковку, маленькая лошадка радостно носилась вокруг меня. Лапик терся о подол светлого платья, честно говоря, испачкав сильно, но мне было все равно. Я чувствовала себя такой счастливой!

***

Прогуливаясь по аллеям парка под руку с Реджинальдом, все время улыбалась — у меня было просто чудесное настроение. Прижимаясь к сильному телу принца, вдыхала уже так мной любимый аромат цитрусов и миндаля. Внутри меня все трепыхалось и, казалось, звенели невидимые колокольчики, чей серебряный звон возвещал о начале новой страницы в моей жизни. Все было так волнительно: чувствовать рядом жениха, соприкасаться с ним, и ощущать тепло большой ладони, что поглаживала мою кисть, ловить на себе смущающие взгляды, и наслаждаться самой красивой улыбкой в мире.

— Селина, — обратился ко мне Реджинальд, чуть понизив голос, когда мы остановились под кроной раскидистого дуба. — Я обещаю тебе, дорогая, что сделаю твою жизнь счастливой. Ты не будешь знать со мной горя. Я хочу видеть только счастье в твоих глазах, и чтобы никогда тень печали не коснулась этого нежного личика.

И, обхватив мое лицо ладонями, Реджинальд припал нежно к моим губам. Я сначала растерялась... Но я так жаждала этого поцелуя, мечтала о нем давно, что просто отринула все смущение и окунулась с наслаждением в ощущения мужских губ, дарящих непривычные ласки. Мне очень понравилось!

Вскоре Реджинальд, чуть отклонившись, пристально взглянул на меня, а я просто ему улыбнулась. Искренне и радостно. Тогда принц с помутневшим взглядом обхватил меня за талию и притянул к себе, прижал к теплому телу, а другую руку запустил в мои волосы и накрыл мой рот вновь. Уже в более смелом поцелуе. Жадном и страстном. Я закрыла глаза и утонула, поплыла по звездной реке, что несла в чертоги Тэнебы. Мои ноги ослабли, и я схватилась за плечи принца, чтобы не упасть. А его язык уже кружил вокруг моего, мягко прикасаясь. В голове разлился туман, и мысли текли как-то вяло, не собираясь воедино. Сейчас осталось только ощущение силы его тела, настойчивости поцелуя, сладости первых ласк и жара, что затопил всю мою сущность.

— Ты моя маленькая пташка, — прошептал Реджинальд, когда я отходила от первого в жизни поцелуя, все еще пребывая в томной и сладостной неге. Принц же, держа меня за талию, ласково прикасался к лицу, убирал выбившиеся прядки волос за ушки, и смотрел на меня с такой нежностью, как будто я была самой большой ценностью в его жизни.

Я опустила смущенно глаза, а Реджинальд притянул опять к себе, прижал к груди, и уткнулся носом в мою макушку, с силой вдыхая воздух. Я робко обхватила принца, вжимаясь сильнее в того, кто становился с каждой минутой для меня все дороже. Реджинальд стал именно тем мужчиной, который нашел ключ к моему сердцу.

***

Придворные дамы приседали в глубоких реверансах, а джентльмены отвешивали низкие поклоны, когда я поднималась по лестнице в свои покои после волнительной прогулки с Реджинальдом. Только леди Беллинда решила поприветствовать меня более оригинальным способом, ничком, так сказать. Она прокатилась мимо вниз по лестнице с воплями.

«М-да… Вот все этой курице или ее хозяйке неймется. Потому что опять сработало и отзеркалило кольцо Онгейм их глупое и бесполезное колдовство против меня. Как мне надоели эти мелкие пакости!» Обернулась вниз и увидела сидевшую на полу, ошалело хлопающую глазами с дико растрепанной прической леди Беллинду Марлоу. Вокруг нее уже суетились служанки и помогали подняться.

— Что-то в последнее время леди Беллинда слишком уж неуклюжая, — заметила подошедшая ко мне герцогиня Ингрид Аспенс.

— Она все время такая? — безразличным тоном поинтересовалась у ее светлости.

Та внимательно взглянула на меня блеклыми глазами и ответила:

— Раньше за ней такого не замечала. Это начало происходить только после вашего приезда во дворец, ваше высочество.

— М-м-м, какое совпадение, — многозначительно покачала головой.

— Слишком уж тут стало неспокойно. Будьте осторожны, Селина, — понизив голос, произнесла леди Ингрид.

Глава 12

— Ой, какая у тебя птичка! Красивая, желтенькая! А как поет! — влетела ко мне в комнату Камилла и подбежала к клетке, что стояла на небольшом столике возле окна.

— Как ты думаешь, эти перышки подойдут на мою шляпку? Та, что к желтому платью. Думаю очень даже, — кровожадно посмотрев на канарейку, выдала я.

Камилла замерла с вытянувшимся лицом и открыла рот. А птичка резко замолчала, перестав выводить воодушевленно трели.

— Да, я решила. Что именно ее перья и будут украшать мою новую шляпку, — кивнула уверенно и позвала служанку. — Сильда! Ощипать птицу. — канарейка при этом вдруг заметалась по клетке, дико так причем. Пытаясь изо всех сил выбить тщедушным маленьким тельцем прутья. Понаблюдав за удивительной картиной, я приказала: — Убрать это с глаз долой!

Когда служанка выскочила за дверь вместе с клеткой я встала и нервно заходила по комнате.

— Что это было? — хрипло выдавила Камилла.

— Это? А ничего... Кто-то мне прислал оборотня-канарейку, видимо подслушивать.

— Э-э, — все, что смогла сказать фрейлина.

— Да, все-таки кто-то из них умеет оборачиваться не только в крупных хищников.

— А кто подарил-то?

— Когда я пришла в покои, служанки сказали, что клетку с птицей принес слуга, и это подарок, а даритель чуть позже зайдет к ее высочеству. И эти дуры приняли! Ну ладно, их понять можно, служанки прибыли со мной, и могли еще не знать, что тут нас ждут подвохи в виде птиц-оборотней. А у меня появилось предчувствие насчет этой птички, особенно в свете последних событий. Вот я и решила проверить эту живность, и как видишь, оказалась права.

— Да я вообще тут больше не подпущу к себе никакое животное! И сама не подойду к ним! — замахала руками Камилла.

— И даже герцога Аспенса? — лукаво поддела фрейлину.

А та открыла рот, потом опять закрыла и, наконец, покраснев и опустив глаза вниз, промямлила:

— Только его…

— Все так плохо?

Она просто молча кивнула и тяжело вздохнула.

— Не сдавайся, подруга.

— Я пытаюсь, — с горечью в голосе произнесла она.

— Камилла, я не собираюсь ждать, пока меня убьют. И сидеть тоже на месте не в моих правилах.

Фрейлина выпучила на меня глаза.

— Что ты собираешься сделать?

— Ты забыла кто я?

— Принцесса? — неуверенно спросила Камилла.

Я хохотнула.

— Помимо этого. Я — маг сновидений! Вот этим и воспользуюсь — узнаю, кто меня хочет убить.

— Селина, это опасно... — начала Камилла, но я перебила.

— Я дипломированный магистр магии сновидений и зеркал. Закончила, между прочим, академию с отличием. Без скидок на то, что дочь короля. И практика у меня есть. Так что проведу ритуал! — твердым тоном заявила Камилле.

***

В эту ночь я начала подготовку к проникновению во вражеский разум. Служанки убрали по моему приказу ковер из спальни, отодвинули к стенке кровать, освободив тем самым центр комнаты. И я закрылась там с Камиллой. Строго настрого запретив к нам заходить и кого-либо пускать. Ритуал был очень опасен. Для его проведения нужно тщательно подготовить все атрибуты, и нарисовать особую пентаграмму, которая наносилась защитной краской. А по ее углам ставились черные свечи, сделанные из жира василиска. Они были очень редкими, и не потому, что василисков было сложно поймать, а потому что жира у них было мало. Костлявые они.

Наконец все завершив, облачилась в длинную рубаху изо льна на голое тело с вышитыми по полотну защитными рунами. На палец надела самое главное в ритуале — кольцо Ясвы. На случай того, если что-то пойдет не так, только оно сможет меня выдернуть из сна и из чужого разума — не дав меня поглотить. Это привязка к моему телу и к реальному миру. Такие артефакты очень редкие, стоят как целый замок, но полезны только для магов сновидений. Остальным они ни к чему, просто не будут на них работать.

Перед ритуалом выпила специальный настой из жасмина, лотоса и корицы с растертой чешуйкой дракона, те их во время линьки продавали, недорого даже я бы сказала. А также добавила сонную траву из эльфийского Леса Забвения. Произнесла специальное заклинание, сосредоточившись на том, кто причинил мне вред и легла посреди круга, закрывая глаза, и погружаясь в туман сновидений.

***

Сквозь густые кроны деревьев пробивался свет ярко-желтой луны. Темно-синяя мгла окутала непроходимый лес. Раздавалось уханье совы и шорох мыши, где-то забившейся у себя в норке. Холодный ветер приносил пряный аромат трав и сосны. Слышались звуки пробежавшей за несколько километров стаи волков.

Странное восприятие всего вокруг, словно я бегу на большой скорости среди высокой травы. И слышу слишком хорошо…

«Да я же в теле какого-то животного!» — дошло до меня.

Вдруг раздался запах, очень приятный. Волна радости прокатилась в разуме иного сознания. Азарт, кровь забурлила в венах, быстрый бесшумный бег, резкий рывок и… Я почувствовала трепыхание сильного тела под собой. Оно билось и пыталась вырваться изо всех сил. Шерсть заполнила рот, кровь побежала в горло, капая из пасти на траву, оставляя чернильные пятна.

«Нет, Селина это не ты! Не поддавайся чужому разуму!» — напомнила себе.

Хруст позвонков и, наконец, выпустив несчастную жертву из железной хватки, я увидела кто она — это был олень. Желтый диск луны отразился в глазах, из которых утекали последние капли жизни.

***

Я резко села в защитном кругу и судорожно вдохнула воздух. Меня тошнило. Сделав пасс руками, закрыла проход в чужой мир, по которому что-то могло проникнуть в нашу реальность. Выбралась из круга и свалилась на пол.

— Что, — хрипло спросила Камилла.

— Это просто ужас! Я сожрала бедного оленя!

— О-о-о! — только и смогла выдавить моя фрейлина, округлив глаза.

— Камилла, ты не поверишь, я попала не в сон моего врага. Я по какой-то причине попала на его охоту. Реальную! А хотя знаешь, все верно. Это же оборотень и он находится в состоянии измененного сознания, а магия могла провести меня к нему в разум. Человек же в это время как бы спит, но вторая ипостась бодрствует. Я о таком раньше не слышала, и нам не рассказывали о подобном на занятиях.

— И как оно… Ну того? — поинтересовалась осторожно Камилла.

— Мне очень не понравилось. — Замотала головой. — Это просто ужас! Особенно когда все ощущаешь и чувствуешь себя как зверь. Я помню каждую шерстинку во рту и кровь, что пульсируя, стекала прямо в глотку. Отстань! Меня сейчас стошнит. — Зажала рот рукой и стала глубоко дышать носом.

— Селина, а что за зверь-то был?

— А вот этого я не поняла, — произнесла расстроенно.

— То есть мы не знаем, что за зверь, и даже он это или она?

— Это пока… Завтра еще раз попробую.

— Ну не знаю… — неуверенно начала подруга.

— Надо, Камилла! Как еще себя спасать? — убеждала ее.

— Пусть мужчины нас спасают! — Махнула рукой куда-то в сторону коридора Камилла.

— За себя надо тоже уметь постоять.

— Молодец ты, я вот трусиха. Не смогла бы так.

— Тогда идем, подкрепимся? Очень уж я после магического ритуала проголодалась, — предложила подруге.

— После охоты на оленя? Тебе мало было? — вытянулось лицо фрейлины.

— Ну это же все-таки не я его съела. — Пожала плечами. — И к тому же тошнота уже прошла, но вкус крови могу перебить только горячим шоколадом и ванильными булочками. И да, теперь охрана с нами тоже ночью ходит на кухню.

— Ну вот, — удрученно опустила плечи Камилла. Добывать вкусняшки по ночам было и ее любимым развлечением.

***

После полудня королева пригласила меня на чаепитие в парке. Как всегда, разговоры с придворными дамами были очень интересны и содержательны. Такие, что на пятой минуте беседы уже хотелось зевать во весь рот. Зато много узнала всяких различных сплетен, и мы очень долго обсуждали модные фасоны платьев. А потом они предложили сыграть в очень необычную игру, о которой в нашем королевстве даже не слышала. Нужно было специальной клюшкой слегка размахнуться и ударить по небольшому шарику, который должен долететь до маленькой лунки и попасть в нее.

У придворных дам и у самой королевы Велмы получалось играть весьма успешно, а мне почти ни разу не удалось загнать шар в лунку. Я очень расстроилась и не захотев выглядеть перед всеми неумехой, сказала королеве, что болит немного голова, и мне нужно прилечь отдохнуть. Ее величество тут же приказала слугам вызвать ко мне лекаря. Ну что же, выпью уж лучше горькую настойку, чем буду тут позориться, и ловить на себе чуть насмешливые взгляды придворных леди.

По пути к дворцу решила идти не по прямой, а прогуляться по чудесным тенистым аллеям парка. Охрана следовала чуть позади меня. На синем небе не было ни облачка, стояла прекрасная теплая погода. Я наслаждалась пением птиц, рассматривала зеленые газоны с пестрыми цветами.

Внезапно раздался треск веток и из кустов в грациозном полете выскочил передо мной тигр!

— М-м-м, какой ты красивый, Реджинальд! Только нехорошо так девушек пугать, — и стукнула по носу веером опешившего от моей наглости зверя.

А дальше произошло сразу же несколько событий. Меня со всей силы оттолкнула чья-то рука, и я попала в железные объятия охранника. Со всех сторон меня тут же окружили воины плотным кольцом, а несколько из них ощерив мечи, двинулись на громко зарычавшего зверя. И только я хотела крикнуть, чтобы не трогали принца, как с диким ревом выскочил на тропинку еще один тигр! Выглядевшего намного больше и устрашающе.

Я выпучила глаза от страха и запищала что-то нечленораздельное. Самый крупный тигр поднял высоко голову, и издал такой громогласный рык, что захотелось упасть на колени и закрыть уши руками, а также долго визжать от страха на одной ноте. Но упал на землю и поджал хвост тигр, которого я огрела веером, а самый большой прикусил его за шею.

Прибежавшая на рев охрана из дворца, быстро набросила магическую сеть на тигра, смирно лежащего на земле с пришибленным видом, и куда-то его потащили. А оставшийся победитель взглянул на меня глазами цвета расплавленного золота… Небольшое размытое марево и через секунду передо мной предстал с голым торсом, в одних брюках и босиком принц Реджинальд. Тяжело смотрел, мощная грудная клетка вздымалась.

— Реджи…

— Иди сюда... — то ли приказал, то ли позвал.

И я сорвалась, подбежала, уткнулась в голую, чуть влажную грудь, вдыхая любимый цитрусовый аромат. Обняла моего принца и… Заплакала.

— Тихо, моя маленькая пташка, все уже закончилось. Я здесь, с тобой и всегда тебя спасу. Ты же помнишь, моя принцесса? Я тебя чувствую.

Подняла мокрые от слез глаза и спросила:

— Правда? Ты всегда придешь за мной и спасешь?

— На край света, в чертоги Тэнебы, в бездну Хаира, везде. Ты теперь моя, — и улыбнулся так, что сердце затрепыхалось, и разлилось тепло по телу.

А я вдруг поняла, что мое сердце уже отдано Реджинальду. Открылась чувствам до конца и полетела навстречу своему счастью, срывать цветы любви и вдыхать аромат страсти.

Жаркий поцелуй, нежные объятия и тихий шепот, словно дуновение легкого ветра:

— Я люблю тебя, моя пташка.

— Я тоже люблю тебя, Реджинальд.

Глава 13

В моих покоях царила суета: бегали служанки, три лекаря пытались подсунуть мне разные невкусно пахнущие жидкости и капли, но я настойчиво пыталась отбиваться от них. А потом пришел принц. окинул все это дело гневным взором и, направившись ко мне, сел на кровать. Властно притянул к себе, крепко обнял и гаркнул:

— Все вон!

Я прижалась к нему, положила голову на плечо и счастливо улыбнулась. Вот теперь мне хорошо. Реджинальд некоторое время молча перебирал мои волосы, пропуская между пальцев, а потом поцеловав макушку, произнес тихо:

— Ты как, пташка?

— С тобой рядом мне намного лучше.

— Селина, не выходи из покоев, пока мы не найдем того, кому ты так мешаешь.

Я отодвинулась и взглянула в обеспокоенное лицо принца.

— Но… — начала было.

— Так будет лучше, поверь, — И нежно погладил мою щеку кончиками пальцев.

— Сидеть в четырех стенах? — уточнила я.

— Ну а что, тебя будет твоя фрейлина развлекать. Могу приказать придворным дамам прийти к тебе. Будете вышивать, читать любовные романы вслух.

Я скривилась от таких перспектив и попросила:

— Реджи, пожалуйста, можно хотя бы по дворцу ходить? — и для верности взяла его за руку. Такую большую и сильную.

— Я очень боюсь за тебя, мое сокровище. Просто не могу и не хочу тебя потерять, — и так на меня посмотрел, что я почувствовала, как жар потек по венам, а кровь забурлила. Щеки сразу же сильно запылали.

Он придвинулся ближе и слегка коснулся губами моих, а потом усадил к себе на колени. Я не ожидал такого и сначала растерялась, начала ерзать. Но Реджинальд удерживал крепко, и нежно поглаживая лицо, выдохнул:

— Т-ш-ш. Ничего страшного не происходит, моя девочка. Я хочу тебя просто ощущать ближе. Расслабься, Селина. Привыкай к моим губам… — И он легко и сладко поцеловал. А потом стал облизывать ушко, от чего у меня участилось дыхание, а внизу живота расплылось тепло. Кода принц спустился легкими прикосновения губ до шеи, я как будто оказалась на облаках. Сладостная нега охватила, а в голове поплыл туман. И вдруг, не поняла как, очутилась лежащей на диване, а Редж уже целовал верх моей груди, что открывалась глубоким декольте. Это было очень непривычно, но безумно приятно.

— И привыкай к моим рукам, которые тебе будут дарить ласки каждую ночь, — выдохнул принц, а его горячее дыхание коснулось нежной кожи шеи. Потом принц, обхватив одну грудь, легонько ее сжал, а губы так и продолжали порхать по ее вершине, чуть не доходя до соска. Я этого и боялась и где-то в глубине души почему-то захотела ощутить больше.

Стон... Длинный и протяжный стон вырвался из меня. И Реджи вернулся к моим губам, опять лаская их, языком сплетаясь с моим, в танце страсти и любви. Медленно отстранившись, тяжело дыша, принц посмотрел на меня. Перед глазами стояла мутная пелена, а все тело пылало, особенно жар сосредоточился между ног.

— Ты самая очаровательная девушка в мире, — ласково проворковал Реджинальд, все еще лежа рядом и поглаживая мое тело. — Любимая, единственное сокровище. Я безумно счастливил, что меня так наградил Двуликий. А главное смелая! Смотри, как чуть наповал не сразила тигра своим веером, — засмеялся искристо принц.

И я захохотала. Запрокинув голову на подушку, отпустила все эмоции и смеялась до слез. А после мы еще очень долго целовались, шептали разные милые глупости друг другу, и я ощущала себя самой счастливой на свете.

***

В тронном зале, куда на аудиенцию меня пригласили король и королева, было многолюдно. Сделав реверанс, я подошла ближе к венценосным особам, и увидела их беспристрастные лица.

— Ваше высочество, нам искренне жаль, что ваше пребывание во дворце омрачено такими трагичными случайностями, — начала королева Велма

«М-да уж, хорошо она выразились», — мрачно подумала про себя.

— Мы сделаем все возможное, чтобы сгладить негативное впечатление от произошедшего.

Я постаралась мило улыбнуться королеве.

— Спасибо за заботу, ваше величество.

— Занимайтесь лучше подготовкой к свадьбе, ваше высочество, так хоть отвлечетесь от происходящего, — посоветовал король.

По его мнению, у всех девиц только наряды на уме, да балы. Ну ладно, не буду пока разубеждать будущего родственника. Я присела в реверансе и еще раз вежливо улыбнувшись, направилась к выходу из тронного зала. Идя в сторону покоев в сопровождении уже вдвое увеличившейся охраны, меня догнала герцогиня Ингрид Аспенс.

— Ваше высочество! — Я замедлила шаг, решив послушать, что скажет леди. — Мне правда очень жаль, что все так вышло и вам пришлось пережить эти ужасы.

— Мне тоже, не поверите, как жаль.

— Враг очень близко, Селина. Намного ближе, чем вы думаете.

Я изогнула бровь и внимательно посмотрела на ее светлость. Взгляд герцогини, как всегда, был непроницаемым.

— Вы знаете, кто на меня покушался? Так говорите! Пока не стало слишком поздно.

Герцогиня замялась и, оглянувшись по сторонам, шепнула:

— Не знаю, к сожалению. Но есть догадки... И если это то, о чем я думаю, тогда вам не спастись, Селина.

Нахмурившись, взглянула на нее.

— Вы только еще больше меня напугали.

— Может вам отказаться от брака с принцем под любым предлогом и уехать домой? Попробуйте поговорить с родителями, может они вам помогут.

— Похоже, что именно вы заинтересованы, чтобы наш брак с Реджинальдом не состоялся, — окинула герцогиню внимательным взглядом.

— Нет! Это не так, — воскликнула леди Аспенс и даже сделала шаг назад. — Ваше высочество, я на вашей стороне, как и говорила ранее. Просто считаю, что враг очень могущественный и может единственный способ выжить — это бежать.

— Я подумаю над вашим предложением, — кивнула ей и, развернувшись на высоких каблуках, направилась к себе в покои.

***

— Камилла, мы сегодня опять повторим ритуал. Я влезу в сон убийцы и, наконец, узнаю, кто это, — решительно объявила фрейлине, влетев в комнату.

— Что-то случилось?

— Да. Все вокруг выглядят такими милыми и обеспокоенными, но кто-то же мне желает зла! Они могут играть по своим правилам, но мне это просто надело! — И топнула ногой. Хотела еще чашку с чаем швырнуть, ну да, бывает у меня такое, люблю поразбивать посуду, но не стала. Все-таки пока не мой дворец.

— Я боюсь, Селина! А вдруг это еще больше разозлит врага?

— Не рискнем, не узнаем, — мрачно произнесла я и вытащила из сундука черные свечи, мел и краску для подготовки ритуала.

***

Величественный храм из белого мрамора. Из круглого отверстия в куполе лился ярко-желтый свет луны. Дрожь пробегала по телу от холода. Тонкая сорочка не согревает и страх в груди колет иглами. Тени в центре сплелись в хороводе и с заунывным пением, то поднимая руки ввысь, словно хотели взлететь, то опуская вдоль тела, раскачивались в каком-то безумном танце. Рука на плече, что крепко держит и не дает сбежать отсюда. И вот раздаются громкие и пронзительные крики множества глоток. Все разом поворачиваются ко мне. Женщины, в белых широких рубахах, с длинными распущенными волосами, человек пятнадцать. Смотрят пристально… Самая старшая из них протягивает морщинистую руку со вздувшимися венами и почти беззубым ртом произносит что-то на непонятном языке. Не хочу идти к ним в круг, но кто-то подталкивает меня в спину, и я вынужденно ступаю в полоску света, что отбрасывает одинокая луна. Передо мной каменный серый алтарь. Дрожь проходит по телу, ноги сводит от холода.

И вот лежа на жесткой поверхности алтаря я вижу, как на луну заползает темный диск, она скоро скроется. Когда осталась лишь маленькая полоска света круглого лика, надо мной появляется лицо старой, почти беззубой жрицы. Что-то бормоча она замахивается рукой с острым кинжалом… Я оцепенела от ужаса, не могу пошевелится и крикнуть, а когда нож уже почти опустился на мою грудь, не выдерживаю и крепко зажмуриваюсь.

***

В большом котле бурлит жижа грязно-серого цвета, а вокруг на столах и стеллажах виднеется большое количество склянок с разными жидкостями ядовитого цвета. В одной из банок лежит свернутая в клубок змея, в другой несколько крыс, а под потолком висят летучие мыши. Слева на столе книга с непонятными формулами и рисунками, изображающими человеческое тело. А потом я увидела в углу клетку, состоящую словно из серебристых мерцающих частиц, и в ней… Королева Люция!

Вдруг я почувствовала, что меня тянет куда-то. Как будто за поводок тащат. Раздались слова, откликнувшиеся сильной болью в голове, и я почувствовала, что мой разум стал затухать! Меня как-то раскрыли!

— Как ты меня нашла, деффка? — раздался голос у меня в голове с какой странной интонацией. — Ну и хорошо, что сама пришла, — мерзкое хихиканье, неимоверная боль и, казалось, разум разрывает в клочья. Меня потащило в сумрак с неимоверной скоростью...

***

— Селина! — кричала рядом Камилла, с побелевшим лицом. — Селина!

Я поморщилась:

— Все, все, я уже пришла в себя. Не ори так, у меня голова раскалывается.

— Да я чуть с ума не сошла! Думала ты умираешь и не знала, что делать!

— Подожди, я закончу ритуал.

Взглянула на руку, что сильно ныла — кольцо Ясвы! Оно меня спасло, когда я не смогла выбраться из чужого сознания, куда меня стало затягивать очень странное колдовство. Я о таком раньше не слышала. И тут помогает кольцо — вытаскивает из сна и иного разума. Впивается острыми зубцами в кожу, и впрыскивает в кровь специальный яд. Не смертельный, но он запускает в организме резервы, что дают магу силы выстоять на некоторое время против чужой волшбы. Кольцо все еще не убрало свои шипи из кожи. Кровь стекала на белую рубашку и пол подо мной. «М-да, сильна же та, кто желает мне зла».

Когда мы наконец все закончили и сели у камина, я решила поделиться с фрейлиной:

— Я так в итоге и не поняла кто это, но это женщина. Я видела ее детство, какой-то магический обряд. Похоже было на магическое посвящение. А потом каморку, где она варит всякие зелья и, самое главное, — сделала паузу. — Там в клетке заперта королева Люция.

— Ах! — выдохнула Камилла и прижала руку ко рту.

— Это та, кто скорее всего ее и убила, и на протяжении многих лет держит у себя в заложниках, наложив печать молчания и не давая возможность уйти в чертоги Тэнебы.

— О, Богиня Праматерь! Кому же ты перешла дорогу, Селина? И получается она такая могущественная, что чуть не лишила тебя разума или что еще похуже могла сделать! — Фрейлина схватилась за сердце. — Селина ты должна прекратить свои эксперименты! — строго произнесла Камилла.

— Да я больше и не собираюсь рисковать, слишком уж все вышло из-под контроля. Я понятия не имею, как бороться с тем, кого не знаю и не представляю, что за магией она обладает.

— Положись на своего жениха. Он сильный, умный и обязательно тебя защитит.

— Да, Камилла. Я ему полностью верю! — при воспоминании о любимом сразу же потеплело на душе. — И еще... Реджинальд признался мне в любви!

— О-о-о! Вот это новость! Я тебя поздравляю! Я знала, знала, что так и будет! — кинулась обниматься Камилла.

— И я ему призналась, что очень его люблю. Чувствую, словно весна наступила в моей жизни. Все кажется вокруг ярче, краски приобрели насыщенность. Мне все время хочется танцевать и напевать веселые песни. А в душе такая радость, что я готова одарить всех подарками и поделиться частичкой любви с другими. Меня переполняют чувства, и я теперь знаю, что такое любовь — это самое прекрасный дар, что нам дали Боги.

— Я счастлива за вас, Селина, — На глазах у фрейлины выступили слезы.

— Спасибо! Я очень рада, что, именно будущий муж оказался избранником моего сердца. Ведь любовь дает твердый фундамент в отношениях и тогда ничего не страшно. Вместе мы преодолеем все.

— Да благословит Праматерь ваш союз, Селина, — пожелала Камилла, вытирая платочком глаза.

Глава 14

— Ваше высочество, вам передали, — протянула мне служанка тонкий белый конверт.

Покрутив его в руках и не найдя никакой надписи, открыла. Волна эмоций захлестнула меня после прочтения всего одной строчки: «Ваше высочество, вы знаете, где и с кем сейчас ваш жених?»

«Это что, шутка такая? — неверие. — Да это опять враги строят козни, — негодование. — Не может быть! Это же мой Реджинальд! Он меня любит... — Полная растерянность».

«Нет, нет! Это опять злые игры!» Я заметалась по комнате, не зная, что делать. Но пойти на поводу злопыхателей не хочу, не буду унижаться! Да, решено! Враги хотят, чтобы я вышла из покоев и опять устроить на меня покушение. «Ну уж нет! Я так просто не поддамся на их уловки!»

Бегая по комнате, искусала до крови губу и сгрызла ногти. За такое Матильда и матушка наказали бы даже сейчас, в моем возрасте. Но как-то на душе не спокойно. Сердце не на месте... Но… Я же верю Реджинальду!

В своих сомнениях и метаниях покидала на пол все подушки с кровати. Открыла широко окно, втягивая свежий воздух, пытаясь прийти в чувства.

«А если... Вдруг…» — крамольные мысли копошились в голове, словно личинки в гноящейся ране. Замерла и, кивнув сама себе, уверенно подошла к зеркалу. Долго стояла перед ним, не могла решиться. Возможно, я просто не хотела знать правду. Сейчас так тонка наша связь с принцем, что может не выдержать испытаний и оборваться в один миг.

Но я должна убедиться, что это просто навет на моего жениха, иначе я доведу себя до нервного срыва. Четыре слова, один пасс руками и рябь, словно от брошенного в воду камня пошла по зеркальной поверхности. Постепенно изображение становилось четким и открыло то, что я просила показать.

***

Роскошные покои: барельефы, позолота, мебель, обитая алым бархатом, дорогой хрусталь и картины с морскими пейзажами. А в большом глубоком кресле сидел в расслабленной позе с широко расставленными ногами принц Реджинальд. На нем была надета белая шелковая рубашка, почти полностью расстегнутая, обнажая сильную, мускулистую грудь. Его высочество держал в руке хрустальный бокал с янтарной жидкостью и ухмылялся. Пристальный взгляд был направлен на… Девушку, очень юную и красивую. С нежной фарфоровой кожей, розовыми пухлыми и влажными губками. Личико сердечком обрамлено облаком белокурых кудрявых волос, спускавшихся до поясницы. Плавно покачивая бедрами, в одном тонком красном пеньюаре, с жеманной улыбкой она подошла к моему жениху и, облизнув губы, повела плечиком, отчего халат упал на пол. Девица предстала полностью обнаженной, демонстрируя упругую пышную грудь, тонкую талию и крутые бедра. А потом она опустилась перед принцем на колени и положила руки на его бедра, облизнулась и ее ладони заскользили к его…

Все, дальше я не выдержала. Махнула рукой и в зеркале теперь отражалась только я. Лицо бледное, из глаз текут слеза, а руки крепко сжаты в кулаки. Я издала всхлип и, вытерев рукавом платья лицо, на деревянных ногах дошла до кровати и упала лицом вниз.

Я слышала свой вой, как будто издалека. Чувствовала только боль в груди, словно тысячи игл разом вонзились в сердце. Душа рассыпалась на мелкие осколки. Воздуха не хватало, казалось, каменная плита придавила меня.

«Как ты мог, Реджи! Ты же мне клялся в любви! Сказал, что я одна у тебя! Единственная… Хотя, о чем это я... Есть королева и есть фаворитки. Так было всегда, так есть и так будет. Но зачем ты сделал это сейчас? Когда только все начиналось, и я могла тебя полюбить всем сердцем… Я ведь тебе его уже отдала, а ты взял и растоптал. Да эта картина теперь в моем мозгу выжжена до скончания всех времен. Мне больно и очень плохо!» Я привстала и начала рвать на себе ворот платья — стало душно, побежала на балкон и свесилась вниз. Ветер срывал слезы и уносил вдаль.

«А мое горе ты унесешь? Пожалуйста! Я не хочу быть здесь! Не хочу… Забери меня с собой. Туда, где я буду свободна, и, может быть, когда-нибудь избавлюсь от той любви, что сделала меня несчастной. Забуду все... Того, кто разбил мне сердце, только подарив любовь на миг».

Ничего не видя от слез, голова сильно закружилась, и я начала ускользать куда-то… Все перемешалось, краски помутнели, перед глазами пошли пятна. Я уже почти свободна…. И парю…

Резкий рывок и кто-то с силой дергает меня за талию. Ничего не понимаю… Испуг в глазах цвета расплавленного золота… Реджи!

— Селина! Ты что творишь? Ты чуть не упала с балкона! — И принц обхватил руками мое лицо.

— Отойди от меня, мерзавец! — закричала ему диким голосом.

— Что, — запнулся он, но сделал шаг назад. — Ты что, Селина?

Я зарычала и бросилась мимо него в комнату, подальше от этих рук, от его голоса, от глаз, что на меня всегда так ласково смотрели. И лживо! Я чувствовала его дыхание так близко, что меня передернуло от отвращения.

— Не подходи ко мне! Никогда больше в жизни не подходи ко мне! — кричала, глотая горькие слезы, что непрерывным потоком текли из глаз. Меня всю трясло, словно в лихорадке. — Не смей меня трогать! О, я все понимаю. Да, я твоя невеста и об меня можно вытирать теперь ноги, а в постель тащить других, потому что я никуда не денусь и буду вынужденно это терпеть? Так вот знай, — Гордо подняв голову и сузив глаза, заявила принцу, — Я не буду с этим мириться! Ты мне настолько противен, что плевать на договоренность о нашем браке. Я возвращаюсь домой! Мой отец поддержит меня.

Реджинальд молчал. Пристально смотрел на меня и не произносил ни одного слова. «И рубашку, скотина такой, даже не успел застегнуть! Хорошо, хоть штаны надел». Меня чуть не стошнило от этих мыслей. И я указала принцу на дверь:

— Убирайся из моей комнаты и из моей жизни! Ты признался в любви, а оказывается, эти слова были лишь пустым звуком. Нельзя так играть с моими чувствами! И я не хочу быть с таким человеком, кто тут же после признания в любви идет к другой!

— Селина, нет никакой другой, — просто и твердо ответил Реджинальд.

— Да что ты? А я вот видела. Все видела сегодня в зеркале.

— И если бы до конца досмотрела, то сейчас этого разговора не было, — спокойно говорил Реджинальд, скрестив руки на груди.

— Я достаточно увидела, чтобы сделать выводы, — прошипела я.

Принц сделал шаг ко мне на встречу и, блеснув золотом глаз, начал говорить:

— Давным-давно, во времена Черной луны, в диких лесах все звери жили вольготно. Было много еды, которой хватало на всех. И вот тогда решил в наш мир Элею прийти сам Двуликий, да подарить некоторым зверям по две души. С тех пор они стали расой оборотней и имеют другую ипостась. Для каждого из них существует только одна единственная, предназначенная ему истинная пара, которую для него подбирает Лунный творец ночи и повелитель звезд. Соединенная Божеством пара была крепко связана воедино и их связь только росла с каждым днем, а любовь укреплялась. А дети в таких семьях росли всегда здоровые и сильные. Но шли годы, столетия, народ стал смешиваться с другим расами и все реже, и реже рождались оборотни. И почти перестал для них подбирать пары сам Лунный творец ночи и повелитель звезд. И теперь самой заветной мечтой каждого лунного охотника стало получить драгоценный подарок от Бога луны — свою истинную. Ту, с которой каждый оборотень мечтает прожить счастливую и долгую жизнь, наслаждаясь тем, что может дать только одна женщина в мире — его истинная пара.

Селина, перед твоим приездом, я видел вещий сон — ты стояла под ликом черной луны. И я сразу же понял — Лунный творец ночи и повелитель звезд сделал мне самый лучший подарок в жизни. Ты моя истинная, ты моя любовь и самое дороге, что есть в жизни. Именно поэтому я чувствую тебя за сотни километров, слышу твои эмоции, и улавливаю малейшие изменения твоего настроения.

Я завороженно слушала это признание и просто не могла поверить своим ушам.

— Поэтому, моя маленькая пташка, я никогда не променяю, предназначенную мне самим Лунным Богом возлюбленную на кого-то еще. — И Реджинальд взял меня за руки.

— Но… — начала было я.

— Это опять все было подстроено, моя девочка. Если бы ты досмотрела весь этот дешевый спектакль до конца, разыгранный только для тебя, то увидела, как я с позором выгнал эту девицу из своей комнаты. И я почувствовал твое состояние, пришел и успел спасти. Неужели ты могла покончить с собой? Как бы я жил без тебя, любимая? — Прижал он меня к груди и обнял крепко. — Я не могу потерять самое дорогое в моей жизни, ведь я тебя только что нашел.

И его губы накрыли мои. Поцелуи были порывистыми и страстными. Реджинальд, казалось, убеждался, что я здесь… С ним… Сейчас и навсегда.

Я взглянула на принца и, наконец, улыбнулась. Заплакала опять, и сжала в кулачки его рубашку. Рыдала самозабвенно, а он меня ласково утешал, говорил просто чудесные слова, от которых я млела и плыла на волнах блаженства.

«О, Праматерь! Спасибо тебе, что сохранила мою любовь!» Мне не жить уже без него. Я увязла в своих чувствах к принцу, как в топи. Куда бы ты ни шел любимый, я с тобой. Дышу для тебя, живу для тебя и люблю только тебя.

Глава 15

Мы с Камиллой сидели на балконе и поедали плюшки с творогом, запивая какао с плавающими в нем бело-розовыми зефирками на поверхности. И собрались мы по очень важному поводу: строили грандиозные планы по вычислению врага.

— Ты права, Селина, это единственный вариант. Хоть он и опасный, и не очень гуманный... — начала Камилла, но я ее остановила:

— Камилла! Ты о чем? Сколько раз меня хотели убить? Вспомни все гадости, что мне подстраивали во дворце? А бедную королеву, что томится под замком столько лет? Никакой жалости к врагам! — и хлопнула кулачком по подлокотнику кресла, но тут же сморщилась от боли.

Камилла поджала губы и кивнула.

— Ты совершено права, будем действовать на опережение. Все, пора выводить всех на чистую воду.

Всю ночь мы химичили, никого с фрейлиной не пускали в гостиную, где на столе смешивали и выпаривали специальный эликсир, который должен нам помочь узнать правду, а кого-то он утопит.

Решили мы начать с Беллинды. Почему с нее? Да потому что она явно действовала по чьей-то указке. Леди Марлоу кто-то манипулировал, и она была просто марионетка. Но тот, кто ей приказывал, был явно могущественным.

— Когда мы назначим время эксперимента? — поинтересовалась Камилла.

— А давай завтра. Королева позвала нас на литературный вечер, вот там все и сделаем. Присутствовать будут все фрейлины, несколько герцогинь, графини. И я думаю, что там может быть тот, кто желает мне зла.

— Прямо при королеве? Не боишься испортить мнение о себе?

— Я ничего не испорчу, когда леди Беллинда покажет себя и выведет на чистую воду своего кукловода, то мои методы окажутся оправданы. — Пожала я плечами.

***

— Сегодня мы с вами послушаем поэму, посвященную неразделенной любви принца эльфов Саманиэля к девушке, чье сердце было холодное, словно луна, а ее красота сверкала ярче солнца. Никого не оставлял прекрасный вид юной прелестницы равнодушным, но она так и не смогла ответить взаимностью его высочеству. И юноша устал добиваться гордую девушку, не выдержал мук любви и ушел в Рощу Забвения навсегда, — кратко пересказала содержание королева Велма.

Эту печальную историю знали многие. Ей посвящена очень красивая поэма и ее-то нам сейчас и собиралась читать одна из фрейлин королевы. Все придворные дамы расположились в удобных мягких креслах и на диванах. Степенно пили чай. На столиках были выставлены разнообразные сладости и выпечка. Булочки, пирожные и кексы с разной начинкой, и да, мои любимые шоколадные тоже были, а еще с апельсиновой начинкой. «М-м-м. Так, не отвлекайся, Селина».

Девушка с мелодичным голосом начала читать стихотворное произведение, все обратились в слух, а мы с Камиллой превратились в оружие возмездия.

Фрейлина еще перед чтениями села рядом с леди Беллиндой и потянувшись за маленькой булочкой с корицей, незаметно вылила элексир из перстня девушке в чай. Свойства он имел очень уж интересные…

Через некоторое время лицо леди Беллинды пошло красными пятнами. Потом она стала периодически хвататься за горло, проглатывать слюну громче чем, позволял этикет и багровые пятна переползли на ее шею. И вдруг фрейлину королевы прорвало:

— Ваше высочество! — громко воскликнула леди Беллинда и, вскочив с дивана, вращая безумно глазами подлетела ко мне. Упала в ноги, схватившись за подол платья.

Я округлила глаза, только остальные в зале по-настоящему удивились в отличие от меня.

— Простите меня, ваше высочество, за то, что я хотела причинить вам вред! — у девушки потекли ручьем слезы из глаз, а руки заходили ходуном.

— Что вы говорите, леди Беллинда? Вы о чем? — картинно удивилась я.

— Ваше высочество! Я правда не хотела ничего… — быстро тараторила леди. — И вино на вас проливать не хотела, и тайны узнавать ваши сердечные тоже, но... Но...

В комнате стояла полная тишина.

— Да, леди Беллинда? — подтолкнула я ее к дальнейшему раскрытию руководителя этих интриг.

— Меня заставили, — шепотом выдавила девушка и затряслась, закрыв посеревшее лицо руками.

— Кто вас заставил? — строго спросила леди Марлоу.

Ее всхлипы перешли в хриплое дыхание — она боролась с элексиром. Но нет, ничего у тебя, дорогуша, не получится. Моя фрейлина знает толк в зельеварении.

Это была не просто сыворотка, которая вынуждала говорить правду, она еще заставляла очень сильно пожалеть о содеянном. Того, кто выпьет настойку истины будто разрывало изнутри от несправедливости своих злодеяний. Его грызла железными зубами совесть и острыми когтями рвало душу. А праведный гнев обрушивался на того, кто его заставил совершить преступление.

Леди Беллинда подняла на меня зареванное и опухшее лицо. Взор был затуманен, и вдруг ее черты резко исказились гримасой злобы. Девушка медленно встала и повернувшись к королеве Велме, тыкнула пальцем прямо в нее, зашипев:

— Ты-ы. Это все ты! — и пошла с безумным видом на ее величество.

Королева побледнела, но надо отдать ей должное, даже не дрогнула. Фрейлины повскакивали с мест и загородили спинами монаршую особу от обезумевшей леди Марлоу. Несколько девушек побежали звать стражу.

Я не знала, что и подумать. Вдруг все-таки не сработал элексир? Не может быть, чтобы самым главным зачинщиком оказалась сама королева.

— Ты меня заставила пойти против ее высочества. Это все твоя жажда власти! И ты хотела меня сделать женой принца Реджинальда, — продолжала раскрывать ужасающие секреты леди Беллинда. — Послушная кукла на троне лучше, чем независимая королева, которая не будет тебя слушать.

— Да как ты смеешь обвинять свою королеву! — только сейчас очухалась Велма. И повысив голос, позвала: — Стража! Увести отсюда эту мерзавку! Покушение на королеву!

Стража быстро вбежала и выволокла упирающуюся девушку в коридор. И оттуда еще долго слышались громкие крики, что разносило эхо по коридорам дворца.

Я не могла пошевелиться. Но… Все было логичным. А зачем кому-то еще нужно устранят меня, как не королеве? И кто мог еще убить мать принцев, как не она? Велма видимо очень возжелала занять престол и женила короля на себе. Все кусочки мозаики сложились.

Ее величество встала и жестким тоном произнесла с натянутой улыбкой:

— У моей фрейлины явное помутнение рассудка. С ней разберутся. Прошу прощения, ваше высочество, за такую мерзкую выходку леди Беллинды, — это уже мне.

Я просто кивнула, внимательно на нее глядя. Королева Велма вышла из зала с гордо поднятой головой.

— Это она, — услышала я негромкий голос справа от себя. И увидела блеклые глаза герцогини Аспенс.

— Я знаю.

— Надо все рассказать королю, — предложила леди Ингрид.

— Я это и собираюсь сделать, — твердо произнесла я.

— Тогда я с вами пойду. Мне тоже есть что добавить.

***

В тронном зале царила угнетающая атмосфера. На лице короля Акли ходили желваки, а руки он крепко сцепил в замок. Принц Реджинальд стоял возле меня, нахмурившись.

— Ваше величество, все в итоге указывает на королеву Велму, и серьезный мотив мог быть только у нее. А действовавшая по ее указке леди Беллинда Марлоу рассказала всю правду под воздействием магической настойки и указала на того, кто ею манипулировал.

— Мне нужно все проверить. Она ведь моя жена и ваша королева, — нахмурив кустистые брови, процедил сквозь зубы король. — Я не могу поверить на слово фрейлине, и уж простите, вам, Селина.

— Конечно, ваше величество, несомненно. — Склонила голову, соглашаясь со словами короля.

Взглянула на Реджинальда — он на меня не смотрел. Я все понимаю... Ему сейчас тяжело, ведь королева Велма заменила принцу мать, но сейчас мне придется сделать им намного больнее.

— Я должна вам рассказать еще кое-что, — добавила, чуть помолчав, подбирая нужные слова. — Во дворце скованная печатью скитаний пребывает призрак королевы Люции.

Король Акли так на меня посмотрел, словно я сказала ему, что завтра миру наступит конец. А Реджинальд округлил глаза и его брови уползли вверх.

— Что? — воскликнул король, встав с трона.

— Ее величество явилась ко мне и отвела в комнату, где находятся все портреты вашего семейства. Говорить она не может, и как смогла объяснила, что на нее наложена печать, не дающая уйти в чертоги Тэнебы. И это еще не все… — вздохнула я печально, готовясь произнести самое страшное. — Она не умерла своей смертью. Королеву Люцию убили.

Король побледнел, и ноги его подкосились, он тяжело опустился на трон. Реджинальд смотрел на меня с ужасом.

— Ваше величество, — решила высказаться герцогиня Ингрид Аспенс. — Я подозревала все эти годы, что королева Люция умерла не своей смертью. И у меня были видения… Я долго пыталась найти способ доказать, что ее убили. И подозревала королеву Велму в причастности к смерти ее величества. Она, еще будучи фрейлиной королевы Люции, смотрела на вас с таким вожделением и была очень честолюбивой, что не удивительно если переступила черту. Королева Велма уже в молодости была опасна, шла сметая все на своем пути, прокладывая себе дорогу во дворец и к трону.

Глаза короля Акли, казалось, в миг потухли, а его руки бессильно упали на колени. Реджи подошел ко мне и молча покачав головой, обнял, а потом тихо произнес:

— Теперь, любимая, мы сами дальше во всем разберемся. Почему ты только раньше не рассказала об этом?

Подняла на него глаза и сказала:

— Я собиралась, Реджи, но не хотела тебя расстраивать — это же твоя мама. Пыталась сама сначала попробовать все выяснить и…

Он поцеловал меня в лоб и сказал:

— Селина, научись мне доверять. Я твой жених и будущий муж, с этих пор я решаю все твои проблемы. Ты обещаешь больше ничего сама не делать и не рисковать собой?

— Конечно, любимый, — прошептала я.

Глава 16

Я не спала всю ночь: вертелась в кровати, ходила из угла в угол, даже уговоры поесть моих любимых шоколадных кексиков или булочек с лимоном, что притащила Камилла, не помогали. Наконец вышла на балкон — вдыхала густые ароматы ночного воздуха, послушала, как стрекочут сверчки. И, глядя на ночное светило, вспомнила своего лунного охотника, для которого я оказалась единственной. Тепло разлилось внутри, кровь побежала быстрее. Радость того, что я люблю и любима — дарила крылья. Теперь я могу верить принцу и знать, что действительно одна в его постели, а огонь в его глазах будет загораться только для меня до скончания нашей жизни.

Утром Реджинальд пришел с осунувшимся лицом, нахмуренный и я осторожно начала расспросы:

— Реджи, как все прошло?

Принц прошел к дивану и устало плюхнулся на него, откинул голову назад, потер глаза. Те были красными — следы бессонной ночи, а потом произнес глухо:

— Это было очень тяжело. Велму закрыли в покоях и приставили стражу. Мы с отцом и приближенными магами вели допрос. Сама понимаешь, любой мог ложно обвинить королеву, и никто бы даже слушать не стал без явных доказательство. Но покушения на тебя, рассказ, подкрепленный словами герцогини Аспенс, заставили проверить все более тщательно.

К тому же запертая в камере леди Белллинда Марлоу говорила без умолку. Нам ничего и не пришлось у нее выпытывать силой. Ее несло, словно под сильным ветром лодку. Она рассказала нам все что нужно и то, что не нужно. Даже обо всех своих любовных похождениях поведала, да в таких подробностях… Что-то вы со своей фрейлиной перестарались с этой настойкой. Много нового узнал о подчиненных, — усмехнулся невесело Реджинальд. — А королева Велма держалась долго. Сначала молчала, потом обвиняла короля, что он не имеет права так поступать со своей женой, и не нужно верить тебе и тем более какой-то глупой фрейлине. Но все-таки в итоге отец извинился перед ней и применил магию — развязал королеве язык. И сделал он это потому, что первая жена Люция была для него истинной парой, которую подарил Лунный творец ночи и повелитель звезд. И ты просто не представляешь, какое это редкое и долгожданное событие для любого оборотня. Отец ведь так никогда и не полюбил Велму.

И, наконец, в ходе допроса королева призналась, что хотела женить меня на леди Беллинде, а когда я взойду на престол, та бы за моей спиной делала все что прикажет она. Велма всегда была честолюбива. Мой отец нужен был ей только для того, чтобы занять трон.

А короля она опутала своими коварными речами и применила заклинание на любовь. Но это была вовсе не любовь, а помутнение, страсть… У него уже была истинная пара, поэтому полюбить больше он никого бы не смог. Только разум ему затуманила Велма, и она периодически повторяла приворот.

Я с ужасом смотрела на Реджи. Бедный король Акли! Почти всю жизнь прожить с женщиной, которая заставила магией быть с ней и, самое страшное, убила твою единственную любовь и мать твоих детей.

— Реджи, как король?

— Он в ярости. Хотел на месте казнить Велму, еле его остановили. Законы королевства надо чтить, иначе какой он король. Ее перевели в темницу, а он закрылся в своих покоях.

— А ты? — осторожно, почти шепотом спросила Реджи.

— Я… Ты знаешь, Селина, а ведь она мне заменила мать. Со мной и моими братьями она была добра, и я помню только хорошее от нее. Так что мне тоже очень нелегко будет это перенести. — Отвернувшись к окну, произнес печально Реджинальд.

Я подошла к принцу, тихонько погладила его по руке, а потом обняла за шею и прошептала:

— Я с тобой Реджи. Я люблю тебя и всегда поддержу в трудную минуту. — И положила голову ему на плечо.

***

Я уже засыпала, когда услышала непонятный глухой стук за дверью спальни. Села в кровати и прислушалась — стук раздался вновь.

— Матильда! — позвала я. — Трэйси!

В ответ тишина. «Странно… Там что, все служанки спят и не слышат, как зову их?» — удивилась я.

Встала с кровати и поежилась, в комнате было прохладно. Накинув пеньюар, пошла в сторону двери, ведущей в гостиную, где спали мои служанки, охраняя мой сон и на всякий случай.

Толкнув дверь, увидела сиреневое размытое марево. Потом воздух вдруг окрасился в цвет пурпура, и пошла зыбь, как по воде. «Это что такое?» На полу и в креслах лежали в неестественных позах служанки. Я растерянно оглянулась и позвала:

— Охрана! — в комнату никто не прибежал на мои крики.

Я поежилась от страха, а по телу побежали холодные мурашки. «Что делать?» — запаниковала я. Решила все-таки выглянуть за дверь покоев и посмотреть, что с охранниками. И, если что, позвать кого-нибудь на помощь.

Высунувшись осторожно за дверь, увидела все ту же картину: четыре охранника лежат на полу без сознания. И только было открыла рот для вопля, как передо мной появилось сморщенное смуглое лицо старухи и, она, что-то произнеся низким скрипучим голосом, дунула мне в лицо с открытой ладони серебристый порошок. Я от испуга и удивления его глубоко вдохнула. Все разом поплыло перед глазами, а потом я провалилась во тьму.

***

Вязкая темнота медленно отпускала меня из своих объятий. В голове раздавался резкий звук, словно молот бил по наковальне. Попыталась пошевелится. «Почему мне так неудобно?» Открыла глаза и увидела над собой серый каменный потолок, на котором блестели капли влаги. Хотела потереть нывшие виски и не смогла! «Так, у меня, похоже, руки привязаны», — констатировала факт.

— Проснулась, деффка? — Надо мной нависло смуглое лицо, сморщенное, как печеное яблоко. Под тонкими синеватыми губами на верхней челюсти виднелись всего два зуба. Моего лица коснулись тонкие черные засаленные косицы, с вплетенными в них разноцветными бусинами и перьями. Я отвернула лицо, поморщившись, а старуха мерзко захихикала, обдав меня зловонным дыханием. Похолодев от ужаса, поняла, что это голос из моего видения! «Так значит я видела не королеву Велму? — ужасная догадка пронзила меня. — Так кто же это?»

— Ну не всем же быть принцессами, — и напевая веселый мотив, старуха отошла от меня к столу. Встав спиной, начала пестиком что-то толочь в деревянной ступе.

Я обвела взглядом помещение, где оказалась: пол, потолок и стены из камня. Запах сырости и плесени, похоже это подвал, и довольно просторный. Я лежала на каком-то постаменте. Чуть приподнялась, чтобы его рассмотреть и поняла, что это алтарь! По краям от моих привязанных рук и ног располагались желобки для сбора крови. И тут мой взгляд упал в самый дальний и темный угол помещения. Королева Люция! Она прильнула к мерцающим прутьям и, схватившись за них руками, смотрела на меня обеспокоенно. Прозрачные серебристые слезы текли из ее глаз.

«О, Праматерь! Куда же я попала и что это за старуха такая? Сообщница Велмы?»

— Эй! Вы кто? — Колдунья даже не посмотрела на меня, продолжая что-то мычать себе под нос и заниматься своими делами. — Я с вами разговариваю! И меня будут искать!

Вдруг прямо перед моим носом оказалось перекошенное лицо от злобы. Она переместилась в одно мгновение!

— Никто тебя на найдет, деффка, только потом твои останки в лесу. Если их не растащат дикие звери, — шипела и брызгала слюной ненормальная старух. — Ты мне помешала и поплатишься за это, мелкая дрянь.

Я с ужасом смотрела на нее и не понимала, что ей сделала. Старуха прищурила черные, как уголь глаза и злобно посопев еще немного, отошла в итоге. В попытке освободиться, пыталась выдернуть руки из стальных браслетов, что удерживали меня, но ничего не получалось. Паника накрывала с головой и все яснее становилось, что магия старухи сильнее. Мое кольцо Онгейм не сработало и мамин артефакт меня тоже не уберег. «Что же делать?»

И тут эта старая карга с какой-то деревянной мисочкой повернулась и направилась ко мне. Я затаила дыхание, наблюдая за ее действиями. Ведьма нашептывала и подвывала что-то на незнакомом языке. Обмакнув кисть в чернильную жижу, начала выводить непонятные знаки на моих руках. Медленно и тщательно прорисовывая, дошла до плеч, а потом неожиданно рванула ворот моей ночной рубашки и разорвала ее до пупка. Я вскрикнула и начала дергаться.

— Не смей прикасаться ко мне, перестань! Что ты делаешь! Тебя обязательно найдут и накажут!

Только мерзкое хихиканье в ответ. От горла до пупка старая ведьма тоже нарисовала дорожку знаков и, чуть отойдя в сторону, полюбовалась проделанной работой.

— Ну вот и все, пришло твое время, деффка. Недолго ты ходила под луной, — усмехнулась она и направилась к столу.

Спустя пару секунд мое сердце пропустило удар… Я услышала звук острия лезвия по камню. В клетке что-то зашумело, повернув голову, увидела метавшуюся из угла в угол с полным отчаянием на лице призрак королевы Люции. Она наскакивала снова и снова на прутья, и отлетала от них словно обжигаясь, морщась от боли. Но продолжала кидаться на них вновь и вновь.

На коже предплечья ощутила холод метала, вздрогнула и крикнула:

— Убери от меня это немедленно! Не смей прикасаться ко мне!

— А иначе шшто? — прошипела гадкая ведьмачка и запела, завыла проводя холодной сталью по моей обнаженной кожи. Прошла вокруг алтаря против часовой стрелки несколько раз, а потом резкая и острая боль обожгла мою руку. Я пронзительно закричала. Снова один быстрый выпад и опять неглубокий порез…

Я кричала и кричала уже не переставая, тело билось в агонии. Казалось, сотни раз лезвие прошлось по моему несчастному телу. Я превращалась в изрезанное на лоскутки полотно. Медленно истекала кровью и жизнь уходила вместе с ней...

«О, великие Боги! Простите меня за все, примите мою душу в чертоги Тэнебы», — начала молится я, понимая, что мне просто не выбраться отсюда живой. Как же жаль…

— Реджи! Реджи! — билась я в судорогах и звала любимого. Кровавая пелена застилала глаза, а разум уже мутился от боли.

— Не достанется тебе твой принц, — шипение возле уха.

Звуки громкого пения ведьмы достигли своего апогея. Я, взглянув в ее черные глаза, уже казалось нечеловеческие и увидела свою смерть. Острый кинжал был занесен прямо над моим сердцем и готовился опуститься с сокрушительной силой, ломая грудную клетку, пробивая ткань, сосуды и раздирая плоть. Унося жизнь и любовь, что я готова была дарить.

Глава 17

Жуткий треск, грохот, пыль. Комнату заполняют резкие голоса, и пролетает что-то искристое. Дикий вой, ругань, удары — не понимаю, что происходит, кручу головой. Много людей забежало в логово ведьмы, она сама лежит на полу, злобно оскалившись, опутанная сетью. Скованная так, что не может и пальцем пошевелить. Ласковое и осторожное прикосновение к моей щеке, любимые глаза, на дне которых плещется обеспокоенность и боль.

— Потерпи, любимая, сейчас я тебя освобожу.

— Реджи, — сиплю в ответ, горло надорвала от криков.

— Тихо, тихо, ничего не говори. Береги силы, все уже кончилось. Я здесь, с тобой.

— Где целители? — грозно гаркнул принц мимо проходящим воинам, те ответили, что скоро будут.

— Реджи. — Я пытаюсь приподняться, меня уже освободили. И указываю окровавленной рукой в угол. — Там. — Принц проследил за моим жестом и его лицо окаменело. Он деревянной походкой подошел к клетке, и я видела, как он побледнел.

— Мама, — прошептал одними губами. — Освободите же ее! — крикнул он магам, стоящим вокруг.

Тем временем в комнату вбежал целитель и принялся осматривать мое израненное тело. А я наблюдала за разворачивающейся картиной, словно через толщу воды, видимо все-таки много крови потеряла.

— Шумгар! Старая ведьма! — зарычал король Акли. Я и не заметила, как он появился. — Так это твоих поганых рук дело! — А потом он заметил клетку. Подошел к ней с серым лицом, что по цвету сравнялось со стенами подвала.

— Люция, — прошептал его величество.

Королева со струящимися серебристыми слезами из глаз, попыталась протянуть руку своему мужу и возлюбленному, но не смогла...

— Почему она до сих пор еще в клетке? — зарычал король.

И мерзкий хихикающий смех был ему ответом.

— Освободи ее, тварь!

— А ты сам попробуй! — дерзко ответила поверженная ведьма.

— Займитесь принцессой! Унесите ее отсюда! — приказал король с полыхающей лютой злобой глазами, пристально глядя на колдунью.

Реджинальд кивнул целителям и мне тут же дали выпить какую-то жидкость. И я начала проваливаться в черноту забытья.

***

Глаза открывать было больно. Я застонала и тут же услышала легкий шорох и тихий голос:

— Ваше высочество, подать воды?

— Да, — еле выговорила я опухшим языком. Он совсем не ворочался в пересохшем рту.

Жадно выпив сразу же два стакана воды, что поднесла мне служанка, я попросила открыть шторы и окно. Первым делом я взглянула на свои руки, хотела оценить масштаб ущерба, что нанесла мне ведьма. Как с такими шрамами теперь жить! Но… Кожа была абсолютно без единой отметки о случившемся.

— Ваше высочество провели без сознания два дня. Во дворце хорошие целители, а их чудодейственные мази от эльфов убрали все раны с вашей кожи, — пояснила служанка.

— А принц Реджинальд?

— Он постоянно заходил и справлялся о вашем здоровье.

Я улыбнулась и потянулась, тело очень болело, все мышцы ныли, а кожа горела. Но главное нет страшных отметин, что могли остаться на всю жизнь.

И вдруг разом нахлынули все воспоминания — страх и ужас пережитого опять вернулся с новой силой. У меня заломило виски, и я свернулась в комочек закрывшись с носом одеялом.

— Ваше высочество! — выкрикнула служанка. — Вам плохо? Сейчас позову целителей. — И выскочила наружу, а вместо нее вбежала тут же другая прислуга.

— Селина, — запричитала рядом Матильда. — Да как же так-то! Приехали на чужбину и столько всего приключилось! Эко знали бы твои родители, что так будет, да никогда бы сюда не отпустили. Я так переживала, — заплакала самая преданная служанка.

Я высунулась из-под одеяла и попыталась ее успокоить:

— Матильда, уже все хорошо. Я жива и все наладится, — слабо улыбнулась женщине.

Когда все беготня вокруг меня прекратилась, лекари ушли, напоив меня несколькими видами микстур, а Камилла вызнала все подробности, я, наконец, смогла заснуть.

***

Сладкая нега разлилась по телу, сквозь сон я почувствовала нежные почти невесомы касания жарких губ, что разбудили меня. Я открыла глаза и увидела перед собой светящегося радостью Реджинальда, лежащего рядом со мной. Я улыбнулась любимому. Он придвинулся ближе, обнял за талию и легко прикоснулся к моим губам.

— Доброе утро, любимая.

— Реджи. — Погладила его щеку с колючей двухдневной щетиной. — Ты пришел за мной.

— Я всегда приду к тебе на помощь, пташка моя. Мы теперь с тобой неразрывно связаны до конца жизни. Я тебя чувствую и слышу, помнишь? Только прости, что все же опоздал и не появился раньше, — темная тень пробежала по лицу принца, и он сокрушенно помотал головой. — Тогда бы тебе не пришлось пережить весь этот кошмар, что учинила Шумгар.

— Ты спас меня, Реджи, — и поцеловала его, обняв за шею. — Расскажи мне все, пожалуйста. Вы освободили королеву Люцию? И кто эта ведьма?

Принц кивнул и, тяжело вздохнув, начал:

— Ведьма — это Шумгар, мать королевы Велмы. Оказалось, она служительница древнего культа Зардан. Их осталось немного, и они тщательно скрываются. Жрицы владеют древней магией — темной и сильной. Они больше придерживаются своей звериной стороны, чем человеческой. А началось все с того, что Шумгар окрутила на одну ночь богатого женатого графа и родила от него Велму. А потом пришла к тому с угрозами причинить вред его семье и отдала ему дочь на воспитание. Граф вкладывал в Велму все также как и в своих дочерей, не жалел денег. Она воспитывалась в лучшем пансионе для аристократок Арфаила.

— А почему Шумгар отдала свою собственную дочь на воспитание графу, которому она не была нужна? — спросила я.

— Оказалось, что Шумгар хотела дочь для того, чтобы сделать ее последовательницей умирающего культа Зардан. Но в рожденной Велме почти не оказалось магии, и звериная сущность была слаба. Тогда подумав хорошо, ведьма решила дать своему дитя лучшую жизнь. Ведь отшельничество с матерью не принесло бы радости девочке. Шумгар любила по-своему Велму и та ее тоже. Так вот для своей дочурки она стала расчищать дорогу к трону. Каждая мать считает, что ее дочь достойна стать королевой. Так вот, фрейлиной Велма стала благодаря именитому отцу и блестящему образованию, а дальше дело рук Шумгар и ее магии, — Реджинальд замолк на время и подошел к окну, а потом продолжил: — Вот тут ведьма и убила мою мать. Да так, что все решили причиной смерти стала неведомая болезнь. И постепенно, используя настойки и заговоры Шумгар, Велма смогла забеременеть от отца и вскружить ему голову, убедив того, что это любовь. А это было всего лишь годами поддерживаемое наваждение.

Но Велма не далеко ушла от своей матери. Делала тебе, как могла пакости и вредила через леди Беллинду. А женить меня на ней собиралась тоже благодаря любовному привороту. Они с Шумгар изначально хотели тебя незаметно убрать, но не ожидали, что ты сама окажешься непростой и обладающая такими артефактами защиты. И не думали, что призраку моей матери удастся вырваться несколько раз из клетки, чтобы хоть как-то намекнуть тебе о происходящем во дворце.

Но Велма с Шумгар еще просчитались в самом главном — не ожидали, что ты моя истинная, и нас соединил Лунный творец ночи и повелитель звезд. А лунный охотник всегда почувствует, где его любимая и придет за ней, куда бы то ни было. Скрывалась эта старая ведьма недалеко отсюда. Тайный ход из дворца вел к дому в лесу, что служил пристанищем Шумгар.

Король Акли ее терпеть не мог и, видимо, интуитивно чувствуя что-то, запретил появляться матери Велмы во дворце.

— А твоя мама? — осторожно спросила я. Реджи подсел ко мне на кровать и, потерев подбородок, произнес:

— Мы с ней попрощались. Она, наконец, свободна, — и замолчал.

Я подвинулась ближе и обняла его, поцеловала в щеку.

— О, Реджи! Мне очень жаль, что так получилось с твоей мамой.

— Шумгар столько лет мучала ее, — произнес глухим голосом принц.

А я просто молча гладила его по волосам, сжимала руку и пыталась подарить частичку тепла, что может хоть чуть-чуть согреет его израненное сердце.

***

— Реджи, что будет с Шумгар и Велмой, — спросила любимого, когда мы вечером пили чай в гостиной.

— Шумгар уже казнили — она убила королеву и нашу мать. Другого наказания и не могло быть. Когда с отца спали все оковы приворота, то он по-новому взглянул на Велму и на свою жизнь рядом с ней. После этого было очень трудно остановить его величество, чтобы он тут же не разорвал Велму на части. Но закон есть закон — королеву нельзя так просто казнить. К тому же Шумгар наказала еще и Велму: оказывается наша сестра умерла из-за дел ведьмы. Не просто так и в черной магии Зардан забрать жизнь человека. Темные боги потом пришли за ее внучкой. Велму заточили в крепости на острове Фран в Тэлесском море до конца жизни.

— А ты как?

— Все проходит, Селина, раны полученные жизнью затягиваются. Иногда открываются и вновь кровоточат, если их затронешь. Но так живут многие, и ничего с этим не поделаешь. Самое главное, что мама освобождена, а у меня теперь есть самое ценное сокровище в жизни. Мое дыхание, мое сердце и моя душа принадлежат тебе, моя пташка.

— Главное, что мы все пережили и вместе пойдем одной дорогой дальше. И с тобой я не боюсь никаких трудностей в жизни. Твоя сила, ум, воля и стойкость придают уверенность и мне. Я верю и знаю, что ты укроешь меня и наших будущей детей от любого несчастья. Я люблю тебя, Реджинальд большего всего на свете.

Губы принца накрыли мои, даря поцелуи и признание в вечной любви, чей покровитель сам Лунный творец ночи и повелитель звезд.

Эпилог

Платье, цвета лунного серебра, диадема с бриллиантами, сверкающая, словно тысяча солнц, прикрепленная к уложенным в крупные кудри волосам и длинная кружевная фата. Вот и наступил долгожданный день, когда мы с Реджинальдом идем под венец.

Утро свадьбы выдалось очень хлопотным и началось еще до рассвета. Суета вокруг меня не тревожила, счастья переполняло меня изнутри и, казалось, ноги будто утопают в облаках. Мы очень сблизились с Реджи за последние пару месяцев. Все перенесенные испытания и его признание, что я для него истинная пара делали меня неимоверно счастливой.

Мы каждый день по многу часов проводили вместе, и я все больше и больше влюблялась в принца. Я даже не представляла, что такое возможно. И очень ждала, когда мы будем проводить не только вместе дни, но и ночи. Конечно, я боялась первой близости, но те, кто были счастливы замужем, говорили, что нет ничего лучше ласк любимого.

На нашу свадьбу приехали мои родители и сестры, новорожденную Луару оставили во дворце с кормилицей. И я очень была рада, наконец, увидеть свою подругу Аниту Эванс, которая эффектно появилась из портала со своим фамильяром Риной.

Патрисия и Иветт сначала очень боялись оборотней, а потом присмотревшись к молодым мужчинам при дворе, которые выгодно отличались крепкими телами и хищной красотой, стали уговаривать отца, найти им тоже жениха из местных. На что король Лоренс на них накричал и сказал, что пока рано об этом говорить.

Но я видела, как Патрисия, которая всего на два года младше меня, бросает заинтересованные взгляды на среднего брата Реджинальда — Грэга. И, возможно, это к чему-то и приведет. Честно говоря, я была бы очень рада, если хоть одна из сестер осталась здесь, в Арфаиле, рядом со мной. Надеюсь, у Патрисии и Грэга что-то да получится.

— О, Селина! Ну какая же ты красотка! — восторгалась Камилла. — Платье из самого тонкого эльфийского шелка просто чудо! Все леди обзавидуются, а твой жених не сможет оторвать глаз от тебя.

— Ты тоже принарядилась, смотрю, — скосила глаза на разряженную в пух и прах подругу. На ней было надето ярко-желтое платье канареечного цвета, а подол украшен перьями.

— О, да. — Закружилась она, демонстрируя платье, явно не понимая моей подколки. — Это последний писк моды в Охсбурге.

— Ты не думаешь, что представители оборотней, которые превращаются в птиц, не оценят твой наряд?

Камилла замерла с непониманием глядя на меня.

— Камилла, перья! — тыкнула я в подол платья указательным пальцем.

— Ну… — Почесала она нос.

— Вот и ну...

— Я так хотела понравиться Берту, — тихо сказала она и закусила нижнюю губу.

— Камилла. — Я подошла к подруге. — Подожди, не расстраивайся раньше времени, может он оценит. Все хорошо! Вдруг его бывшая надоедливая любовница и была канарейкой.

— Той, что приносили к тебе в комнату? — воскликнула Камилла.

— Да, именно! Его стервозная и надоедливая бывшая и была той птичкой.

— Тогда хорошо, — злорадно протянула фрейлина. — Так ей и надо! Пусть воспринимает это как намек на то, что, если она подойдет к моему Берту, я ей все перья повыдергиваю!

— Вот так держать выше нос! — ободряюще улыбнулась своей верной подруге.

***

Белоснежный храм Двуликому утопал в ярком свете, гирляндах из цветов, а вокруг разносился аромат мирры. Я стояла напротив своего жениха, его золотые глаза светились счастьем. Мы, взявшись за руки, слушали, как жрец на древнем языке торжественно читает вступительную речь. В стенах главного храма столицы Раэлы стояла тишина. Здесь присутствовали только самые близкие нам люди.

Я волновалась и мои руки чуть подрагивали, но Реджи их сжимал и дарил тепло моему сердцу и телу. Принц смотрел с такой любовью, что хотелось взлететь от счастья. Я сама себе не могла поверить, что получила такой подарок от Богов — самого лучшего мужчину на Элее и он отдал мне свое сердце в ответ.

И вот наконец зазвучали клятвы, что связывали нас воедино.

— Под сенью луны, под ликом солнца, средь тысячи звезд в безбрежном океане жизни я дарую тебе свою любовь и сердце. Клянусь беречь и охранять тебя и наших детей, не оставлять в беде и быть для тебя всегда опорой, — и Реджи надел на меня кольцо с камнем Лиавенит, что носят только те пары, которых соединил сам Лунный творец ночи и повелитель звезд.

— Под сенью луны, под ликом солнца, среди тысячи звезд, в безбрежном океане жизни я дарую тебе свою любовь и сердце. Клянусь быть верной женой и матерью твоих детей, всегда быть с тобой в беде и радости, — и вот уже палец Реджинальда украшает кольцо с камнем, что укажет, где его любимая. Подскажет, если она будет нуждаться в помощи и защитит от приворота и черной магии обоих супругов.

— Иди ко мне, моя пташка. — Реджи притянул меня нежно за талию, накрыл губы и подарил долгий и сладкий, как мед поцелуй.

***

Праздник длился весь вечер, сколько было выпито за наше здравие — не счесть. Гости танцевали до упаду. Даже король Акли, что тяжелее всех пережил страшную новость об его жене, и за все время, что прошло после всех событий, сильно осунулся, а взгляд его, казалось, потух навсегда, смог немного расслабиться. Он сидел и выпивал с моим отцом. Камилла танцевала с Бертрамом и зорко следила, чтобы к нему больше никто кроме нее не подходил из конкуренток. Леди Ингрид Аспенс только посмеивалась, наблюдая за происходящим.

Мои сестры уже напропалую флиртовали с местными оборотнями и на вид были очень счастливы.

— Пойдем, моя жена, нам пора, — моего уха коснулось теплое дыхание и мурашки сразу же побежали по коже.

Я взглянула в лукавые золотистые глаза мужа и немного растерялась:

— Но… Может еще побудем с гостями?

— Им и без нас весело, они будут три дня отмечать, Селина. А нас ждут более интересные дела. — И дотронулся кончиками пальцев моей щеки, нежно проведя ими вниз по шее. И эта ласка показалась такой интимной, что жар пробежался по венам. «О, а что же тогда будет дальше?»

— А дальше будет еще интереснее, — ухмыльнулся Реджи.

— Ты что, опять читаешь мои мысли? — задохнулась от возмущения.

— Ты забыла кто я, Селина? Пойдем, дорогая, узнаешь, что такое настоящая любовь оборотня к его истинной паре.

Мои щеки запылали, но я уверенно вложила свою ладонь в большую руку мужа, и мы поднялись из-за стола. А выйдя из зала для приема гостей, принц легко подхватил меня на руки и очень быстро понес наверх. В нашу новую, теперь уже совместную супружескую спальню.

— Не бойся, моя пташка, я не покусаю. Тебе все очень даже понравится.

— Я не боюсь, — склонила голову на плечо мужа. — Моя вера в тебя безгранична, любовь бесконечна, а счастье быть рядом — безмерно.

Конец.

© А. Безбрежная

Дорогие читатели! Спасибо, что были с моей книгой.

Буду очень рада вашим лайкам и комментариям!

Content

Принцесса для лунного охотника

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог