Марина Улыбышева

Бедность и богатство. Руководство православного предпринимателя

Авторы выражают особую признательность председателю Издательского совета Донского ставропигиального монастыря игумену Никону (Головко). Занимаясь просветительской деятельностью и общаясь с людьми, посещающими монастырь, игумен Никон один из первых обратил наше внимание на то, что общество нуждается в книге, которая бы отвечала на вопросы о бедности и богатстве, о труде предпринимателя, о взглядах отцов Церкви на земное предназначение человека. С его благословения были впервые опубликованы на сайте Донского монастыря главы книги и положительно решился вопрос об её издании и выходе к читателю.

Всё — от Бога.

Ничего — без Бога.

За всё — слава Богу.

Благополучное общество не может существовать без творческих, инициативных людей. И в каждом обществе такие люди есть — это предприниматели. Предприниматель — это талантливый организатор, компетентный, мужественный и самостоятельный человек, который в сложных условиях способен взять на себя ответственность. Цель настоящего предпринимателя — не прибыль ради прибыли. Настоящий предприниматель работает, меняя этот повреждённый грехом мир, привнося в него гармонию и порядок, процветание и красоту, добро и милосердие. Создавая условия для развития собственного дела, настоящий предприниматель думает о том общественном благе, которое своим делом он приносит ближним, коллегам по работе, клиентам и партнёрам.

Такое предпринимательство — живая вода общественной экономики. Предприниматели нужны обществу так же, как плодоносному дереву нужны садовники, создающие условия для его роста. Каковы будут предприниматели, таково будет и общество. Можно сказать, что призвание истинного предпринимателя — в создании условий гармоничного сосуществования людей в обществе. Потому что человеческое сообщество только тогда будет благополучно, когда у каждого человека будет возможность раскрыть и реализовать дары, данные ему Богом.

Как этого достичь в предпринимательстве? Какое отношение к богатству и бедности, деньгам и труду можно считать правильным? Как раскрывать свои таланты и помогать другим, приумножать мир и сохранять нашу планету? Все эти вопросы сегодня чрезвычайно важны и снова и снова нуждаются в переосмыслении.

Перед вами книга, которая даст повод задуматься и найти ответы на многое, поможет расставить приоритеты и вдохновит на понимание своей роли в этом мире в свете божественной истины, в свете радости и красоты.

Климент, митрополит Калужский и Боровский,

доктор исторических наук,

профессор Калужского государственного университета,

Председатель Издательского совета Русской Православной Церкви,

Председатель комиссии Межсоборного присутствия по вопросам общественной жизни, культуры, науки и информации

ВВЕДЕНИЕ

Для каждого человека естественно стремиться к счастью — не только небесному, но и земному. Каждый хочет быть благополучным, успешным, состоятельным. И это само по себе не может быть осуждаемо, потому что стремление к лучшему заложено в нас Самим Создателем.

Но вот пути, ведущие к счастью, различны. И далеко не каждый приемлем для человека, решившего соединить свою жизнь с Богом. Особенно запутаны пути, ведущие к правильному пониманию, что такое богатство и бедность и какое из этих состояний спасительно, а какое губительно для души. Даже в вопросах благотворительности, когда имущий решил поделиться своим благом с неимущими, не всё так просто.

Вот два примера из жизни.

Первый. Один предприниматель, имеющий хлебопекарню и хлебный магазин, решил по пятницам бесплатно раздавать хлеб нуждающимся. Очень скоро ему пришлось отказаться от этой затеи: вполне обеспеченные люди ждали пятницы, чтобы получить хлеб бесплатно, и устраивали драки у магазина за этот хлеб. До нуждающихся он не доходил.

Второй. Человек устроил акцию: раздавал всем желающим по килограмму муки. Так как это был всего лишь один килограмм муки, многие люди поленились за ним пойти, а пришли только те, кто действительно нуждался. И затем каждый пришедший нашёл в пакете с мукой конверт с деньгами.

Первый случай произошёл в России, в одном из провинциальных городов, а второй — в Индии. Благотворителем стал индийский актёр Аамир Кхан.

Что можно сказать? То, что с деньгами и благами, а также с их распределением у каждого человека связано много соблазнов, грехов, ложных мыслей, неправильных поступков, иногда даже преступлений. Зависть, осуждение, пожелания бед и несчастий, убийства часто возникают из неверного представления о том, как заработать, как обезопасить себя и своих близких в этом мире, из ложного понимания, кто достоин, а кто нет этих благ.

Редкие люди умеют выстроить правильное отношение к богатству и бедности. Одни считают, что надо наживаться на всём. Другие гордо пренебрегают деньгами и готовы вообще отказаться от возможностей заработать, ссылаясь на евангельские слова про птиц, которые не пашут и не сеют (см.: Мф. 6, 26), или про то, что легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, нежели богатому — в Царство Небесное (см.: Мф. 19, 24).

Можно услышать мнение, что только протестантская религия способна дать базу экономически процветающему обществу, а православие якобы осуждает богатство. Так ли это?

Ответы на эти и многие другие вопросы вы найдёте в этой книге.

В этой книге мы много говорим о предпринимательстве, об особом даре человека созидать, создавать земные блага. Предприниматель — вовсе не тот, кто имеет солидный материальный достаток, а тот, кто, даже оказавшись на «необитаемом острове», способен «из ничего» создать город-сад в отличие от того, кто и богатое имение пустит прахом. Предприниматель — это человек труда; человек, создающий возможности там, где их не было.

Но эта книга — не только для предпринимателей. Она своего рода «катехизис», который может помочь любому человеку, ищущему богообщения, разобраться с одной из самых болезненных проблем нашей жизни.

ЧАСТЬ I

ПРАВИЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ К БОГАТСТВУ И БЕДНОСТИ

ГЛАВА 1

ОБРАЗ БОГАЧА И БЕДНЯКА В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

Главное — мир в душе, мир в семье, мир друг с другом, тогда и с Богом будет мир.

Старец Ипполит,

архимандрит Рыльского Свято-Николаевского монастыря

Должно быть, в детстве все читали русскую народную сказку «Три копеечки» про работника, который трудился у купца целый год, а денег взял за свою работу одну копеечку. Да и ту копеечку решил испытать: бросил в колодец со словами: «Если я служил верой и правдой, то моя копеечка не утонет!» К сожалению, копеечка утонула. То же случилось и на второй год. И только на третий копеечка не утонула, да ещё и прибыль принесла.

В русских сказках мы часто встречаем бедняка, который нисколько не тяготится своей бедностью. А если встретится ему тот, чьё положение ещё хуже, то такой бедняк вздохнёт, почешет в затылке, да и отдаст ему последние деньги или кусок хлеба. Образ такого бедняка, обладающего удивительной душевной чистотой, необыкновенно притягателен. И на этом образе из поколения в поколение возрастала и воспитывалась душа русского человека.

А вот богатым в тех же сказках не повезло: все они жадные, завистливые, жестокие, готовые из-за своего богатства чуть ли не удавиться, да ещё и отнять у бедняка последнее.

Не повезло богатым и в русской классической литературе. Как на подбор изобилует она купцами-самодурами, представителями «тёмного царства». Дикой и Кабаниха (из пьесы А. Н. Островского «Гроза»), Хрептюгин (из очерков М. Е. Салтыкова-Щедрина «Хрептюгин и его семейство» и «Утро у Хрептюгина»), Коробочка (из поэмы Н. В. Гоголя «Мёртвые души»), Гордеев (из романа М. Горького «Фома Гордеев») и т. п. — даже фамилии, выбираемые писателями для своих героев, весьма говорящие. А уж нрав — «Только заикнись мне о деньгах, у меня всю нутренную разжигать станет…» (А. Островский).

Прочтя пьесу Островского из жизни купечества «Свои люди — сочтёмся», цензор Михаил Александрович Гедеонов с неподдельным удивлением воскликнул: «Все действующие лица — отъявленные мерзавцы… Вся пьеса обидная для русского купечества». Но тем не менее она была принята на ура русским обществом. Почему? Возможно, как раз сработал тот самый «духовный код», заложенный глубоко в подсознании русского человека, когда богатство ассоциируется с жадностью, лживостью и скупостью, а бедность — с добротой, честностью и щедростью.

В середине 1860-х годов русский купец, экономист и драматург Александр Сергеевич Ушаков писал с сожалением, что в нашей литературе купец изображается «или отребие общества, или плут, или смешон, и является в таком виде, говорит таким языком, как будто бы он совершенно из другого мира. Бывши купцом, невольно задумываешься над этим странным явлением в нашем, и именно только в нашем русском обществе».

Показателен в этом отношении случай с произведением А. С. Пушкина «Сказка о попе и работнике его Балде». Как известно, при жизни оно не было напечатано. Напечатал её впервые В. А. Жуковский в 1840 году. По цензурным причинам Жуковский заменил попа на купца Кузьму Остолопа: «Жил-был купец Кузьма Остолоп по прозванию Осиновый Лоб». И далее всюду поп был заменён на Кузьму. Только в 1882 году в собрании пушкинских сочинений под редакцией П. А. Ефремова сказка была напечатана по рукописи Пушкина. А в изданиях для народа до начала XX века она печаталась с купцом Остолопом. О чём это говорит? О том, что и сам Жуковский, и цензура посчитали вполне нормальным поставить вместо попа именно купца как типаж, имеющий соответствующий стереотип восприятия у читателей и не обладающий достаточно громким голосом в обществе, чтобы себя защитить.

Стереотип о богаче-подлеце настолько завладел обществом, что хорошие качества купцов и промышленников того времени просто не попадали в поле зрения и интереса писателей. Даже тогда, когда они брались показать сильную, неординарную, трудолюбивую личность, у которой и дело процветало, они обязательно параллельно описывали внутреннюю деградацию этой личности, приводящую героя к гибели, тем самым показывая, что умение трудиться и созидать не искупает вреда от самого богатства. Вред оказывался сильнее.

Зато неиссякаемый поток жалости изливался в нашей литературе на «униженных и оскорблённых» и на «маленьких людей». «Иди к униженным, иди к обиженным!» — говорил Н. А. Некрасов. «Милость к падшим» призывал А. С. Пушкин. Вместе с «бедной Лизой» плакал Н. М. Карамзин. Катюшу Маслову пытался воскресить к новой жизни Л. Н. Толстой. Читатель настолько сочувствовал герою повести Н. В. Гоголя «Шинель» Акакию Акакиевичу, что не заметил страшного предупреждения Гоголя, а ведь он показал, что́ происходит с неплохим вроде бы человеком, если его душой завладевает страсть — страсть обладания вещью — новой шинелью. Через эту страсть человек не только гибнет сам, но и душа его превращается в жуткий призрак, пугающий по ночам людей в Петербурге.

Нельзя не любить нашу литературу. Это литература великого сострадания и милосердия, свойственного русской душе. Эта литература прекрасно характеризует народ, её создающий: она говорит об его идеалах. Но было бы ошибкой судить о богатых или бедных людях по одной литературе.

Должны ли мы в жизни обличать каждого богатого и умиляться каждому неимущему? Нет, в жизни всё гораздо сложнее. В жизни богач может как подтвердить привычный стереотип, так и совершенно его опровергнуть. А бедняк может оказаться вовсе не трудолюбивым оптимистом, а завистливым лентяем.

В записных книжках Л. Н. Толстого мы найдём такие слова: «Кто и как кормил хлебом весь этот народ? Кто делал парчи, сукна, платья, камки, в которых щеголяли цари и бояре? Кто ловил чёрных лисиц и соболей, которыми дарили послов, кто добывал золото и железо, кто выводил лошадей, быков, баранов, кто строил дома, дворцы, церкви, кто перевозил товары? Кто воспитывал и рожал этих людей единого корня? Кто блюл святыню религиозную, поэзию народную?»

Действительно, созидали нашу страну не «лишние» люди, не мечтатели маниловы, не плюшкины, не такие «предприниматели», как Чичиков и Иудушка Головлёв. Созидали люди другие, не замеченные нашей литературой, те, кто имел правильное отношение к богатству и бедности.

Удивителен факт, что наши современные бизнесмены не только не препятствуют созданию негативного образа предпринимателя, но и с готовностью финансируют тысячи игровых фильмов и телесериалов, где они показаны моральными уродами и бездельниками, заказчиками и жертвами разного рода преступлений.

Как-то среди учащихся разных стран провели опрос: кто хотел бы иметь собственное дело? Самое большое число желающих оказалось в Германии — 17 %. Россия оказалась на одном из последних мест — три с небольшим процента. Но тем не менее многие высказали желание иметь приличный достаток. Вот только эти опрошенные хотели, чтобы богатство свалилось на них с неба, они не были готовы прикладывать к его приобретению реальные усилия. Подростки в России, говоря о предпринимательстве, основной целью этой деятельности видят обогащение, они ассоциируют предпринимательство с «деланием денег», быстрым накопительством, не требующим труда. В отличие, к примеру, от школьников Великобритании, которые в рамках дополнительного экономического образования изучают курс «Основы экономики и предпринимательской деятельности». Британские школьники реально смотрят на эту проблему, видя в предпринимательстве «тяжёлую работу, труд». Из них только 15,5 % предполагают, что начать своё дело будет легко.

В связи с этим вспоминаются мудрые слова Петра Аркадьевича Столыпина: он говорил о том, что сначала надо создать собственника и только тогда у нас появится собственность. А из мечтаний она не появляется. Если мы хотим иметь богатую страну, процветающее государство, гражданское общество и гражданственность с нормальными правами и свободами, мы должны что-то для этого делать.

Апостол Павел считал хозяйственность и домовитость качествами не только полезными, но даже необходимыми в строительстве Церкви: …кто не умеет управлять собственным домом, тот будет ли пещись о Церкви Божией? (1 Тим. 3, 5). Кстати, апостола Павла вполне можно назвать одним из первых христианских предпринимателей: известно, что он делал палатки и, разумеется, их продавал. Есть литература, в которой исследуются его миссионерские маршруты, они совпадали с его деловыми интересами — местами, где он реализовывал плоды своего труда.

Но если у нас будет господствовать мнение, что все богачи — изверги и кровопийцы, а все бедные чуть ли не святые, значит, лучше бросить все помыслы о благополучии и стать «весёлыми» нищими. Стало быть, Россия не выберется из разрухи и, значит, не стоит и пробовать? От осмысления этих вопросов сегодня зависит наше настоящее и будущее. Стоит ли нам затрачивать силы и энергию на развитие и благоустройство нашей страны или же махнуть на всё рукой? Сознание первично. И то, каково наше сознание в этом вопросе сегодня, таким будет наше завтра.

Глава 2. БОГАТСТВО — ПОГИБЕЛЬ ИЛИ БЛАГОСЛОВЕНИЕ?

Поговорим о богатстве. Богаче всех на свете, конечно, Бог. В русском языке эти слова созвучны и предположительно происходят от одного древнеиндийского слова bhagas — «одаривающий господин». Действительно, разве есть ещё какой-либо источник всякого счастья, изобилия, богатства, кроме Творца и Создателя этого мира? Кто, кроме Него, способен из ничего сотворить свет и тьму, воду и сушу, планеты и галактики, причудливый и разнообразнейший мир неживой и живой природы и, наконец, самого человека — венец творения — по Своему образу и подобию?

Сейчас есть много популярных книг и интернет-курсов, которые обещают научить всех подряд стать богатыми. В них встречается мнение, будто бы на земле существует некий конечный объём общего богатства, который перераспределяется между людьми, перетекая от одного к другому. Нужно только уметь вписаться, встроиться в определённые каналы денежных потоков, соблюдая те или иные правила, и сразу на вас посыплются большие или не очень большие деньги в зависимости от того, как удачно вы «вписались».

Для человека православного думать так было бы более чем странно. Ведь он знает, что при желании и необходимости Господь может пятью хлебами и двумя рыбами накормить пять тысяч человек, умножив их, да ещё и останется (см.: Мф. 14). Или воду превратить в вино, как Он это сделал в Кане Галилейской (см.: Ин. 2). При необходимости Господь мог бы сделать объём того, что мы называем человеческим богатством, бесконечным, потому что именно Он — источник всякого богатства на этой земле: и материального, и духовного. Другой вопрос, что человечеству при его общем (если можно вывести некий этот общий уровень) духовном состоянии, видимо, полезней ощущать ограниченность земных сокровищ. Увы, только серьёзные катастрофы, ставящие цивилизацию на грань уничтожения, заставляют нас задуматься о правильном отношении к существующим богатствам, о том, что использовать их следует рачительно.

Любопытно, что в ветхозаветные времена, до пришествия на землю Иисуса Христа у древнееврейского народа богатство не только не считалось пороком, но, наоборот, было прямым свидетельством Божьего благословения человеку. Достаток, если можно так выразиться, воспринимался чуть ли не как справка с гербовой печатью: «У Бога в милости!» Точно так же, как многочадие. Люди состоятельные и многодетные считались праведниками. В житии святых и праведных Иоакима и Анны мы можем прочесть, как они страдали от презрения и насмешек людей, потому что бесчадие в то время считалось позором. Те, кому Господь не дал ни обильного потомства, ни достатка, сразу вызывали подозрение, что они — грешники, наказанные за свои грехи. Почему? Да потому, что, заключая Ветхий Завет с израильским народом, Господь обещал ему за соблюдение заповедей изобилие и процветание. В ветхозаветных текстах не раз можно найти мысль о том, что богатство — признак Божьего благоволения. У праведного Иова Господь отбирает богатство, чтобы явить всему миру его беспримерное мужество и терпение, но после, в знак Своего благоволения, с лихвой всё ему возвращает.

За смирением следует страх Господень, богатство и слава и жизнь (Притч. 22, 4), — говорится в Книге Притчей Соломоновых. И венец мудрых — богатство их (Притч. 14, 24). То есть добродетели награждались и богатством, и славой. В псалмах Давида читаем: Блажен муж, боящийся Господа и крепко любящий заповеди Его. Сильно будет на земле семя его; род правых благословится. Обилие и богатство в доме его, и правда его пребывает вовек (Пс. 111, 1–3).

Но уже и тогда духовные люди видели опасность такого однобокого подхода к имуществу, ветхозаветные мудрецы знали о горечи и опустошении, следующих за чрезмерным попечением о материальном, и предостерегали других. Так, к примеру, написано о богатстве и бедности в книге Екклесиаста: Кто любит серебро, тот не насытится серебром, и кто любит богатство, тому нет пользы от того… Есть мучительный недуг, который видел я под солнцем: богатство, сберегаемое владетелем его во вред ему. И гибнет богатство это от несчастных случаев: родил он сына, и ничего нет в руках у него. Как вышел он нагим из утробы матери своей, таким и отходит, каким пришёл, и ничего не возьмёт от труда своего, что мог бы он понести в руке своей… Какая же польза ему, что он трудился на ветер? А он во все дни свои ел впотьмах, в большом раздражении, в огорчении и досаде (Еккл. 5, 9–16). Очень горькие и верные слова. Мы любим читать их и повторять: всё суета сует и томление духа (Еккл. 1, 2). Но что же сей премудрый проповедник нашёл доброго в этом мире? Есть ли оно, достойное нашего внимания и усилий? Есть. В конце своих рассуждений он пишет: Вот ещё, что я нашёл доброго и приятного: есть и пить и наслаждаться добром во всех трудах своих, какими кто трудится под солнцем во все дни жизни своей, которые дал ему Бог; потому что это его доля. И если какому человеку Бог дал богатство и имущество, и дал ему власть пользоваться от них и брать свою долю и наслаждаться от трудов своих, то это дар Божий (Еккл. 5, 17, 18). То есть всё-таки это — труды праведные и богатство ими заработанное при условии, что последнее не приписывается себе в заслугу, не забирает всех помыслов, а воспринимается как дар Божий, и в этом даре есть своя доля, пользоваться которой не зазорно.

Но почему в Евангелиях от Матфея, Луки и Марка мы читаем буквально следующее: Иисус же сказал ученикам Своим: истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное; и ещё говорю вам: удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие (Мф. 19, 23–24; см.: Мк. 10, 23–25; Лк. 18, 24–25)? Воспитанные на ветхозаветном отношении к богатству апостолы, как далее повествует Евангелие, были чрезвычайно удивлены этими словами Своего Учителя. Услышав это, ученики Его весьма изумились и сказали: так кто же может спастись? (Мф. 19, 25). Их замешательство понятно: кто тогда вообще может спастись, если даже богатым это так трудно?! Иисус же ответил: Человекам это невозможно, Богу же всё возможно (Мф. 19, 26). И как же после этих слов всё-таки быть с богатством? Погибель оно для человека или Божие благословение?

Слова Иисуса Христа о том, что удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие, звучат как приговор, который вынесен окончательно и обжалованию не подлежит. Казалось бы, о чём тут ещё говорить? И тем не менее не всё так просто.

ГЛАВА 3

БЕДНОСТЬ И БОГАТСТВО — ОТ ГОСПОДА

В житиях многих святых сообщается, что они родились знатными и богатыми. Да и в книге о подготовке к Исповеди ничего не говорится о таком грехе, как богатство. В Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова, мы читаем: Хорошо богатство, в котором нет греха, и зла бедность в устах нечестивого (Сир. 13, 30). А в Евангелии Спаситель берёт для Своих притч примеры из жизни торгующих и не только их не осуждает, но как бы считает само собой разумеющимся, что торговать нужно с прибылью. Так, в притче о талантах господин говорит рабу, зарывшему свой талант в землю: Надлежало тебе отдать серебро моё торгующим, и я, придя, получил бы моё с прибылью (Мф. 25, 27). Как же всё это понимать?

Очень просто. Дело в том, что спасение души человека от богатства не зависит. Да-да, нет никакой прямой связи между богатством и погибелью. Богатство, как и многое другое в нашей жизни, нейтрально по отношению к нашей участи в вечности. И таких нейтральных вещей очень много. Вот, к примеру, современный компьютер и Интернет. Иные благочестивые прихожане задают священникам вопрос: «Является ли компьютер злом? Можно ли им пользоваться?» На этот и подобные им вопросы существует ответ: «А является ли злом нож? Нет, он не является ни злом, ни добром. Всё зависит только от того, как им пользоваться. Ведь ножом можно отрезать краюху хлеба нищему, а можно и убить человека…»

Святой Василий Великий в письмах к своему другу святому Григорию Богослову рассуждал о подобных вещах, получивших позднее в христианской этике название адиафорных (то есть ни добрых, ни греховных). Такие адиафорные вещи, однако, могут служить либо добру, либо греху в зависимости от того, как мы их употребляем. Точно так же и богатство не является само по себе злом, а становится таковым только тогда, когда заслоняет всё остальное, когда человек становится пристрастен к нему.

В письме святого Василия Великого мы встретим такое рассуждение: «Здравие и болезнь, богатство и бедность, слава и бесчестие, поелику обладающих ими не делают добрыми, по природе своей не суть блага; поелику же доставляют жизни нашей некоторое удобство, то прежде поименованные из них предпочтительнее противоположных им, и им приписывается некоторое достоинство». Из чего можно сделать вывод, что человеку удобнее быть богатым и здоровым, нежели бедным и больным.

Что же касается бедности, то и она бывает разная: есть бедность, которая всего лишь стесняет желания человека, не даёт ему разгуляться на полную катушку; такая бедность для человека является лекарством. А есть нищета, когда у человека отсутствуют средства, необходимые для жизни. Святой Ерм, живший в I веке, считал, что при такой бедности человек становится беспомощным, как узник в кандалах, и его душа не может принести хороший плод для Господа, как поверженная наземь виноградная лоза не может принести достойный плод. Такая бедность не спасительна, её сопровождает глубокое уныние и отчаяние.

Итак, мы поняли, что временные земные блага есть ценный дар Божий, за который нужно благодарить Господа, а бедность и нищета не являются универсальными лекарствами от всех греховных болезней.

Вообще, надо сказать, что христианское учение далеко от принципиального пренебрежения земными благами. В самой природе вещей нет зла. Зло есть лишь следствие — внимание, это важно! — злой, греховной воли человека. Оно заключается не в самих вещах или благах, а в извращённом, неправильном пользовании ими. Понимание смысла земных благ прекрасно изложено у святого апостола Павла. Нет ничего в самом себе нечистого, — говорит он в связи с тем, что иные первохристиане осуждали употребление некоторых видов пищи, — только почитающему что-либо нечистым, тому нечисто (Рим. 14, 14). Господня земля и что наполняет её (1 Кор. 10, 26). Для чистых всё чисто; а для осквернённых и неверных нет ничего чистого, но осквернены и ум их и совесть (Тит. 1, 15). Ибо всякое творение Божие хорошо, и ничто не предосудительно, если принимается с благодарением (1 Тим. 4, 4). Всё мне позволительно, но не всё полезно… — такой общий вывод делает апостол по отношению к земным благам. — Всё мне позволительно, но ничто не должно обладать мною (1 Кор. 6, 12).

ГЛАВА 4

КЛЮЧЕВОЕ СЛОВО — ПРИСТРАСТИЕ

Итак, в Евангелии сказано: ничто не должно обладать мною. Благом для человека является всё, сотворённое Господом, если оно используется в соответствии со своим назначением, в соответствии с высшей целью самой жизни и призванием человека.

А что же является высшей целью человеческой личности? Конечно, это жизнь в Боге, соединение с Ним. Но если на место высшей цели мы ставим земные блага, вот тогда-то эти блага перестают быть таковыми, тогда из действительных благ они становятся идолами и кумирами. И тогда грозным предупреждением звучат слова Господа: Не можете служить Богу и маммоне (Мф. 6, 24). Слово «маммона» многие понимают просто как «богатство, материальные блага». Однако на самом деле оно означает не только богатство, но и сильное пристрастие к нему.

В древней мифологии Маммон был демоном богатства и скупости, земных сокровищ и алчности. Кстати, любопытно, что также он был демоном пристрастия к знаниям и книжной премудрости, то есть и к богатству интеллектуальному. Кумиризация богатства, богатство, застилающее глаза, — вот что может легко погубить материально обеспеченного человека, вот «фактор риска» для него. Ясно, что пристраститься к «удобному» гораздо легче, чем к «неудобному». Потому и сказано: Горе вам, богатые! ибо вы уже получили своё утешение. Горе вам, пресыщенные ныне! (Лк. 6, 24–25).

Пристрастие — это свойство человеческой души прилепляться, привязываться к тому, что ей дорого, теряя при этом объективное отношение к предмету увлечения. Пристрастие — вроде бы ещё не страсть, да и сам предмет пристрастия может быть и непредосудительным, например любовь к детям. Но всё дело в том, что пристрастие мгновенно ставит в душе человека на первое, самое почётное место не Бога, а то, к чему есть пристрастие. И этому самому главному для себя человек и служит, хотя при этом он может сам себя обманывать, полагая, что всё у него с иерархией ценностей в порядке. Самообман, самообольщение — известная уловка лукавого. В пристрастной душе выстраивается неправильная иерархия ценностей, исходя из неё, человек каждую секунду делает неправильный выбор и, соответственно, удаляется от спасения. Святитель Игнатий (Брянчанинов) в «Аскетических опытах» пишет, что святые отцы уподобляют монаха-подвижника, преуспевшего в молитве, орлу, а любое мелочное пристрастие — петле силка; если в этой петле запутается один коготь орлиной могучей лапы, то орёл делается неспособным воспарить и становится лёгкой добычей ловца. Собственно, то же можно с некоторыми оговорками отнести и к людям, живущим в миру.

Чем больше пристрастие к богатству, тем сильнее оно заслоняет в человеке не только любовь к Богу, но и к своим близким. Вспомните, например, самую богатую женщину XIX века Гетти Грин. Её ещё называли ведьмой с Уолл-стрит. Имея многомиллионное состояние, она всегда покупала в лавке только ломаное печенье, поскольку оно продавалось дешевле. Когда её сын Нэд сломал ногу, она переодела его в ветошь и повела в бесплатную больницу для бродяг, чтобы не платить врачу. К сожалению, её там узнали и с возмущением выпроводили. Тогда она занялась самолечением сына. Закончилась эта история тем, что мальчику ампутировали ногу.

«Кто что любит, то и бывает для него богом», — говорил преподобный Ефрем Сирин.

А как же слова Спасителя о том, что легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу войти в Царствие Небесное? Но давайте вспомним, по какому поводу они были сказаны.

И вот, некто, подойдя, сказал Ему: Учитель благий! что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную?

Он же сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог. Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди.

Говорит Ему: какие? Иисус же сказал: не убивай; не прелюбодействуй; не кради; не лжесвидетельствуй; почитай отца и мать; и: люби ближнего твоего, как самого себя.

Юноша говорит Ему: всё это сохранил я от юности моей; чего ещё недостает мне?

Иисус сказал ему: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твоё и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною.

Услышав слово сие, юноша отошёл с печалью, потому что у него было большое имение (Мф. 19, 16–22).

Как говорит об этом месте в «Толковании на Евангелие от Матфея» блаженный Феофилакт, архиепископ Болгарский, что хотя почва сердца этого юноши была глубока и тучна, «однако семя слова Господня было подавлено тернием богатства… Кто немного имеет, тот менее и опутан узами имущества, но чем больше богатство, тем крепче оковы налагает оно». Этот богатый юноша хоть и вёл благопристойную, нравственную жизнь, но имел пристрастие к своему богатству. Он потому и отошёл от Господа с печалью, что осознал — расстаться с имуществом и последовать за Христом он не способен. Господь, свободно читающий в душах человеческих, без труда увидел этот его изъян и указал ему на него. Пристрастие для человека — как сорняк на ухоженном поле, если его вовремя не удалить, он будет расти и в конце концов начнёт душить растущие рядом культурные посевы.

Протоиерей Димитрий Моисеев в одной из своих публикаций приводит весьма поучительную историю о том, как один предприниматель заработал деньги и решил воплотить в жизнь свою давнюю мечту — построить дом. Он задумал в доме подземный гараж, русскую и финскую бани, бассейн, спортзал, три жилых этажа… Он продумывал всё до мельчайших подробностей для максимального удобства своей семьи. Эта идея полностью поглотила его: каждый день он начинал и заканчивал заботами о доме. Увы, пока возводились стены, семья распалась. Жена, обделённая вниманием и любовью мужа, ушла, дети подросли и стали чужими. Дом после этого оказался не нужен не только его близким, но и ему самому: пришлось выставить его на продажу.

О чём это говорит? О том, что сначала надо выстроить правильный «дом» в своей душе и в душах своих близких, тогда благоустроится и всё внешнее. А если в душах и головах — разруха, разруха будет и вовне. Дух творит себе формы: правильная духовная жизнь является источником благоденствия, а нарушение духовных законов приводит к разрушению всего строя жизни на всех её уровнях — личном, семейном, общественном.

Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и это всё приложится вам (Мф. 6, 33), — говорит Господь. Ложная иерархия ценностей всегда разрушительна. …Без Меня не можете делать ничего (Ин. 15, 5). Без Бога от любого человеческого предприятия рано или поздно не останется камня на камне. Разрушение неизбежно произойдёт — либо видимо, материально, либо в душе человеческой, что не менее, а даже более страшно. Именно по этой причине успеху в бизнесе часто сопутствует опустошение души, утрата смысла жизни, отчаяние.

ГЛАВА 5

И У БЕДНЯКОВ МОЖЕТ БЫТЬ ПРИСТРАСТИЕ К БОГАТСТВУ

Но полагать, что пристрастие к имуществу — это болезнь, которая поражает только богатых, будет неправильно. Неумеренным пристрастием к материальному может страдать и нищий. Страсти, как писал авва Дорофей (палестинский святой VI века), живут в человеке независимо от внешних обстоятельств. Всё дело во внутреннем, духовном, устройстве. Можно раздать имение, поступить в монастырь и при этом иметь такое пристрастие к своей единственной рубахе или какой-нибудь незначительной вещице, так привязаться к ней сердцем, как и богатый не привязывается к своему богатству.

Священник Олег Стеняев рассказывал, что однажды он видел мужчину, который просил подаяния у храма. На вид ему было около сорока пяти лет, и он производил впечатление человека вполне здорового, без каких-либо видимых недугов и увечий. «Почему вы нищий? — спросил его батюшка. — У вас есть руки, у вас есть ноги — вы же можете трудиться!» А он сказал: «Я нищий, потому что я — честный человек! А те, кто богат, — это жулики…» И он начал осуждать самых разных людей. Причём даже не каких-то олигархов, а самых обычных прихожан этого же храма. «Вон, смотри, на машине ездит! Вон, смотри, какая пошла, разоделась!..» И он осуждал и осуждал, и не мог остановиться. Поистине, как говорили древние, иногда через дыры плаща нищего тщеславие так и хлещет — тщеславие и зависть.

Святой Варсонофий Оптинский говорил: «Можно спастись и в богатстве, и в бедности. Сама по себе бедность не спасёт. Можно обладать миллионами, но сердце иметь у Бога и спастись. Можно привязаться к деньгам и в бедности погибнуть».

Иными словами, бедность вовсе не является пропуском в Царство Небесное. Свою бедность можно воспринимать со смирением, а можно озлобиться на весь мир и радоваться, когда «у соседа корова сдохнет». Такая бедность не имеет ничего общего с христианством.

Бывает, что бедные сами виноваты в своей бедности, если они расслабленны, безответственны, ленивы, если они не используют всех возможностей для изменения своего состояния. И это тоже грех. Такая бедность не от Бога. Святой Иоанн Златоуст говорил о том, что если легкомысленный юноша растратит всё своё имущество на женщин или иные страсти, то он естественно впадёт в нищету, но эта нищета не от Бога, а от собственной расточительности.

Приходится иногда наблюдать и такую «логику» бедняков, как в следующей истории. Одна женщина пристрастилась воровать вещи и продукты на базарных лотках. Когда же домашние её упрекнули в том, что она делает, она гордо сказала, что не ворует, а восстанавливает справедливость! «Ведь все торгаши — обманщики, всегда нас обвешивают и недодают сдачи, — продолжала она, — поэтому что-то у них взять — Сам Бог велел!» Как видим, бедность имеет свои опасности и искушения: она может дать повод к обману, хищению, недовольству своей судьбой, малодушию, ропоту на Бога.

Бедность с таким внутренним устроением не спасительна для человека. Архиепископ Иоанн (Шаховской) писал: «Бедность, которая живёт завистью и дышит убийством, не есть благословенная евангельская бедность. Это ужасная бедность… Никакая материальность и никакое отсутствие материальности не есть само по себе ни добро, ни зло… Всё в мире делается добром или злом в зависимости от внутренних побуждений и намерений человека…»

Вот поэтому Православная Церковь всегда призывает всех, находящихся в стеснённых обстоятельствах или других скорбях, прежде всего не роптать, а смиренно принимать свои тяготы как горькое лекарство из руки Божией для врачевания. Благословенна та бедность, которую человек несёт кротко. И свята та бедность, которую человек накладывает на себя добровольно, осознанно отказываясь от излишних материальных благ во имя Христово. Можно уважать и то, когда человек отказывается от более высокой зарплаты, если предлагаемая ему работа сопряжена с тем, что приходится идти против совести, и выбирает работу низкооплачиваемую. Бывает, он жертвует комфортом для раскрытия своих способностей, которые ему дал Господь.

Например, великий русский изобретатель Иван Петрович Кулибин от каких только материальных благ не отказывался в своей жизни! От большого денежного вознаграждения британцев, которые хотели перекупить идею его ажурного арочного моста; от дворянства и вытекающих из него привилегий; от возможности «грести деньги лопатой», производя фейерверки и фонари для придворной знати… И всё потому, что талант звал его к новым свершениям, которые были оценены лишь многие десятилетия спустя и принесли прибыль уже не ему, а другим людям. Оптический телеграф, изобретённый Кулибиным, был потом закуплен русским правительством у французов. Трёхколёсная самобеглая коляска легла в основу ходовой части немецкого автомобиля Карла Бенца. Созданная Кулибиным «механическая нога» для офицера, раненного при штурме Очакова, стала основой для нынешних протезов. Когда же изобретатель умер, то в доме нашлась единственная ценная вещь — сделанные им часы. На деньги от продажи этих часов и был похоронен этот добровольный нестяжатель, любитель Бога и Отечества. Страдал ли этот человек от отсутствия денег? Наверное, страдал, испытывал неудобства и сам, и его близкие. Но когда ему подворачивался случай разбогатеть, он с неуклонной последовательностью пропускал его мимо, потому что другое служение давало ему счастье и ни с чем не сравнимую радость.

ГЛАВА 6

ИТАК, БОГАТСТВО — ЭТО…

Вообще, пути Господни неисповедимы. Нам иногда трудно понять, почему одних Он одаривает щедро, а других, как нам кажется, скудно. Но, так или иначе, всё, что мы имеем в этой жизни, — богатство или бедность, здоровье или болезни, способности к наукам или отсутствие их — всё это дано нам по воле Творца. И невозможно сомневаться, что Он по Своему милосердию ставит нас именно в те условия, которые наиболее благоприятны для нашего спасения. Доброе и худое, жизнь и смерть, бедность и богатство — от Господа (Сир. 11, 14). Его Промысл может быть различным и нам не всегда понятным. Но возможен и такой вариант, что, если сегодня мы больны и бедны, значит, наша душа не готова правильно распорядиться здоровьем и богатством, а может только наломать дров и принести себе лишние страдания.

Новый Завет выводит отношения человека и Бога на совершенно иной уровень. Он даёт человеку небывалую свободу и призывает к совершенству. Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный (Мф. 5, 48). Но почему в Евангелии Спаситель именно богатых, а не бедных то и дело предупреждает об опасностях на пути к вечности?

Дело в том, что богатство является для повреждённой грехопадением человеческой природы огромным соблазном. Редко кто может устоять против притягательности материальных благ, и каждый искушаемый богатством рискует погрузиться во множество страстей — сластолюбие, сребролюбие, чревоугодие, скупость, безжалостность, эгоизм. Деньги, кроме удобства и комфорта, ещё дают человеку уважение, знатность, славу, власть над другими людьми и многое другое, что тешит гордыню. А гордыня есть начало всех грехов. Именно из-за гордыни светлый ангел Денница отпал от Бога и стал диаволом. Гордыня — тонкий яд, проникающий в душу и отравляющий её. Поистине только человек, чистый сердцем и любящий Бога превыше всего, с Божией помощью способен противостоять этому яду.

Но значит ли всё вышесказанное, что любому человеку, чтобы не погубить свою душу, лучше всевозможными путями убегать от богатства, как говорится, «от греха подальше»? Значит ли это, что лучше, подобно монаху, принести обет нестяжания и действительно раздать всё, что имеешь? Стоит ли вообще православному человеку заниматься предпринимательством, строить дома, организовывать предприятия, прокладывать дороги? Стоит ли вообще хоть как-то благоустраивать свою земную жизнь? Если верно утверждение, что Православие является в хозяйствовании лишь сдерживающим фактором, что оно непременно предполагает отказ от всего земного, то тогда действительно уж лучше лежать на печи и ничего не делать. А то и печь разобрать и жить в пещере. Если это верно, в таком случае успешный предприниматель — это действительно грешник, имеющий не слишком чистую совесть. Такому грешнику — один путь: рано или поздно всё раздать и покаяться в своём страшном грехе. А пока не покаялся, что уж, пей, гуляй: живём один раз.

Однако при внимательном прочтении Нового Завета мы увидим, что Господь далеко не всех призывал освободиться от имущества. Некоторые ученики Христа были очень богаты. Достаточно вспомнить Иосифа Аримафейского и члена Синедриона Никодима, который, как один из правителей иудейского народа, без сомнения, был человеком весьма обеспеченным. Или, к примеру, Иаир, дочь которого была воскрешена Спасителем. И о нём упомянуто, что он был человеком очень состоятельным. Почему же Господь не требовал от этих людей раздачи имения? По всей вероятности, они знали, как правильно распоряжаться своей собственностью, то есть были лишены пристрастия к ней, она не препятствовала их духовному возрастанию.

Поместный Гангрский Собор Церкви, бывший в середине IV века, сформулировал некоторые правила, направленные на вразумление тех, кто из чрезмерной ревности, граничащей с фанатизмом, пытался возложить на новообращённых христиан «бремена неудобоносимые». Так, под анафему подпадали в том числе и верующие, «уничижающие богатство праведное» и осуждающие «тех, которые имели деньги и не отдавали их, как будто бы спасение было для них безнадёжно». (Собор принял 21 правило, вошедшие в Православной Церкви в общий свод церковного права. Шестой Вселенский Собор «согласием своим запечатлел» священные правила, изложенные от святых и блаженных отцов в Гангре.) Стоит задуматься: не подпадают ли и нынешние радетели «всё отнять и поделить» под это прещение?

Православие вовсе не отрицает материальную сторону человеческого бытия, не считает её малозначимой для дела спасения. Церковь всего лишь призывает правильно расставлять приоритеты и помнить евангельские слова: Какая польза человеку, если он приобретёт весь мир, а душе своей повредит? (Мк. 8, 36). Труд и созидание материальных благ оправданы, если используются для обеспечения достойной жизни человека, для помощи его ближним и для развития его духовного потенциала. Ведь тем самым исполняется призвание деятельного служения Богу и Отечеству.

Вот что пишет в своей книге «Экономика и нравственность» экзарх всея Беларуси, митрополит Минский и Слуцкий Филарет (Вахромеев): «Господь осуждает не то, что человек обладает богатством, а те случаи, когда богатство начинает обладать человеком, подчиняя жажде наживы любой ценой всё лучшее в человеке. Не практические способности и деловая хватка плохи, а жестокосердие и цинизм, которые могут сопутствовать им. Не доход и не прибыль осуждаемы, а преступные и аморальные способы их обретения и низость целей, достижению которых они могут служить».

Да, мы найдём много в русском языке пословиц и поговорок, говорящих нам о том, что издревле русский человек к богатству и богачам относился подозрительно и настороженно: «Богатому черти деньги куют», «Пусти душу в ад — будешь богат», «В аду не быть — богатства не нажить». Скорее всего, это потому, что православному мировоззрению всегда была чужда идея богатства ради богатства, и успешность человека, его ценность никогда не равнялась его достатку. Поскольку во главу угла православный человек всегда ставил угождение Богу, то предпринимательская деятельность воспринималась им как служение обществу, путь к духовному совершенствованию. По словам святого Ерма: «Богатство ваше и все усилия употребляйте на те поля и дома, которые вы получили от Бога. Ибо для того Господь дал вам богатство, чтобы вы исполняли Ему эти службы». И, соответственно, всегда поощрялось трудолюбие, потому что через праздность совершенства достичь невозможно. В книге Павла Бурышкина «Москва купеческая», где он пытается восстановить историческую справедливость по отношению к купеческому сословию, читаем, что купцы «на свою деятельность смотрели не столько как на источник наживы, а на своего рода миссию, возложенную Богом или судьбой. Про богатство говорили, что раз его Бог послал, то потребует по нему отчёта».

В своей книге «Христианское отношение к богатству и бедности» архиепископ Иоанн (Шаховской) писал: «…смиренный обладатель богатства, считающий себя лишь „управляющим“ (см.: Лк. 16) этого богатства, принадлежащего Творцу, и справедливо владеющий им, приобретающий милостивое отношение к миру через него, конечно, не может быть причислен к тем богатым, о которых Спаситель сказал, что „горе“ им. Нет, таким богатым не горе, а радость, и — радость вечная».

К сожалению, когда в людях оскудевает любовь, тогда и возникают всякие искажения человеческой души. Тогда богачи с презрением смотрят на бедных, говоря, что они лентяи, не желающие сами зарабатывать свой хлеб, тогда бедные выдвигают лозунги «грабь награбленное», и накопившаяся взаимная ненависть выплёскивается в бунтах и революциях.

Кстати, о «награбленном». В России долгое время господствовала точка зрения Карла Маркса, который утверждал, что прибыль человека, обладающего капиталом, — это, по сути, воровство, эксплуатация, присвоение себе прибавочной стоимости, которую производят наёмные рабочие. Расчёты Маркса были весьма соблазнительны своей кажущейся логичностью и простотой. К сожалению, немецкий философ не учёл некоторые моменты организации производства. Например, такой момент, что так называемый «капиталист» не сидит сложа руки, а тоже вкладывает в производство свой труд, причём труд творческий, более сложный по своей природе. У Маркса наёмный рабочий рассматривается как некий станок, средство производства, окупающее издержки на своё существование и чеканящее прибыль, а предприниматель — как тля, высасывающая из рабочего весь сок. Такая позиция оскорбительна и для предпринимателей и для самих рабочих. Кроме того, теория Маркса была написана исходя из простого фабричного производства. Но структура производств с каждым годом усложнялась. Их невозможно было уже рассматривать на примитивном уровне. Пожалуй, точнее в вопросах рассмотрения прибыли был французский экономист Жан Батист Сэй и некоторые другие его последователи. Так, например, австрийский экономист Й. А. Шумпетер говорил о том, что прибыль есть «стоимостное выражение того, что создаёт предприниматель, подобно тому, как заработная плата — стоимостное выражение того, что создаёт рабочий». Однако между прибылью и другими видами доходов есть существенная разница: не существует «предельной производительности предпринимателя». Из-за этого предпринимательская прибыль — временное и уникальное явление, по размеру она бывает разной в каждом конкретном случае и не зависит от прибылей других предпринимателей, её нельзя уравнять. Кроме того, предприниматель должен развивать производство, успешно конкурировать на рынке и нести на себе «бремя риска»: в зависимости от успеха или неуспеха своего дела он может получить не только прибыль, но и убыток. На нём лежит ответственность за своевременную выплату зарплаты работникам, которые заключили с ним договора. Иногда, чтобы выполнить свои обязательства, ему приходится лишаться всего своего имущества. То есть, иными словами, труд предпринимателя существенно отличается от труда простых наёмных рабочих. Но это именно — труд, и об этом стоит помнить.

Вообще, если попытаться дать определение предпринимательству, то следует сказать, что предпринимательство — особый вид социально-экономической деятельности, связанный с экономической инициативностью, самостоятельностью и способностью к генерированию и внедрению не только технических и технологических, но и социально-культурных инноваций. Характерные признаки предпринимателя — инициатива, риск, комбинирование факторов производства и новаторство. Принимая управленческие решения, предприниматели создают новые, ранее неизвестные комбинации факторов производства. Такое понимание предпринимательской деятельности дало Шумпетеру основание для вывода о существовании не трёх факторов производства (труд, земля, капитал), а четырёх — труд, земля, капитал и… предпринимательская деятельность. А предпринимателя он определял как человека, внедряющего инновации в процессах производства, снабжения, сбыта продукции. Кстати, в таком определении для православного самосознания российского предпринимательства нет ничего нового, ещё в XIX веке тюменский предприниматель, писатель и меценат Николай Мартемьянович Чукмалдин в воспоминаниях писал: «Выигрывает и богатеет в торговле тот, кто оказывает услуги обществу. Наивыгоднейший товар — доверие, а доверие даётся только безупречной честностью и торговой бескорыстностью. Богатеет только изобретатель, пионер нового общеполезного дела. Всё то, что добыто неправедно, посредством обмана, своекорыстия и зла, носит в самом себе смерть. Жизненно и прочно одно добро». Всего этого основатель марксизма как-то не заметил. Сам он за всю жизнь так и не научился зарабатывать. Он и его семья жили на деньги Фридриха Энгельса, которому отец-фабрикант оставил богатое наследство.

Как говорил святой Амвросий Оптинский, «не прибыль портит людей, а люди — прибыль».

Да, наше общество разделено на богатых и бедных, но это разделение имеет разные стороны. С одной стороны, это наша беда, следствие повреждённой природы человека, после грехопадения ставшей несовершенной. С другой стороны, и в этом усматривается Божий Промысл, Господь хотел, чтобы мы восполняли это неравенство братской, христианской любовью друг к другу, чтобы мы научились ценить друг друга не за красивые одежды и положение на социальной ступеньке, а по истинному человеческому достоинству. О том, что всяк человек, невзирая на его имущественное состояние, ценен в очах Божиих, часто говорится в Евангелии.

Братия мои! — говорит в своём послании апостол Иаков, — имейте веру в Иисуса Христа нашего Господа славы, не взирая на лица. Ибо, если в собрание ваше войдёт человек с золотым перстнем, в богатой одежде, войдёт же и бедный в скудной одежде, и вы, смотря на одетого в богатую одежду, скажете ему: «тебе хорошо сесть здесь», а бедному скажете: «ты стань там», или «садись здесь, у ног моих», — то не пересуживаете ли вы в себе и не становитесь ли судьями с худыми мыслями?

Послушайте, братия мои возлюбленные: не бедных ли мира избрал Бог быть богатыми верою и наследниками Царствия, которое Он обещал любящим Его? А вы презрели бедного. Не богатые ли притесняют вас, и не они ли влекут вас в суды? Не они ли бесславят доброе имя, которым вы называетесь? Если вы исполняете закон царский, по Писанию: «возлюби ближнего твоего, как себя самого», хорошо делаете. Но если поступаете с лицеприятием, то грех делаете, и перед законом оказываетесь преступниками (Иак. 2, 1–9).

ГЛАВА 7

ПРАВИЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ К ДЕНЬГАМ

Продолжением правильного отношения к богатству является правильное отношение к такому его проявлению, как деньги. К сожалению, у многих людей отношение к деньгам колеблется от мистически-идолопоклоннического до уничижительного как к «презренному металлу». В Древней Греции некоторые философы, чтобы показать своё презрение к деньгам, рассыпали их по улице или бросали в море. Святой Иоанн Златоуст называет поступки сих мудрецов «глупостью и безумием». А в противовес этому указывает на хозяйственность апостолов, которые в первых христианских общинах разделяли имущество всем, смотря по нужде каждого (Деян. 2, 45). Ибо всегда и везде дьявол старается оклеветать творения Божия, внушая, будто нельзя хорошо пользоваться имуществом, — говорит святой Иоанн.

Все крайности далеки от истины. Преподобный Амвросий Оптинский вразумлял своих чад: «У святых отцов говорится, что „краи бесовския суть“, то есть что крайности происходят от подущения душевных врагов. Безрассудно быть пристрастну к деньгам, и нерассудно пренебрегать ими… Деньги сами по себе или, вернее, по цели, назначенной от Бога, вещь весьма полезная. Они заменяют недостаток простоты и любви между людьми. Без денег кто бы расчёл людей? Были бы вечные споры и ссоры и даже драки до убийства; а малыми монетами и даже ничтожными бумажками люди от всего этого избавляются, сами не понимая того». Преподобный авва Дорофей различал «хранение совести в отношении к Богу», «хранение совести в отношении к людям» и «хранение совести в отношении к вещам». Отрешаясь от пристрастия, «храня совесть в отношении вещей», пользуясь всяким благом «во славу Божию», человек может достичь «умения» жить, выполняя своё назначение в самых различных условиях.

Однако, при неправильном отношении к деньгам, они становятся злом.

В житии святого Серафима Вырицкого приводится такой рассказ его духовной дочери:

«В молодости я была необыкновенно красивой. Сватались за меня тридцать два жениха — всем отказывала, тридцать третьему не отказала — очень понравился: скромный, чистый, совершенно не испорченный и так любил меня. Был он крупным заводчиком-миллионером. Жили в старинном особняке. Родилось двое деток. Муж приходил с работы в одно и то же время. Всегда ждала его: хорошо было вместе. Но постепенно деньги стали портить. Миллионы твои — трать, на что хочешь. Стала уговаривать мужа: „Почему мы не устраиваем балы и вечера — неужели денег жалко?“ Устроили первый грандиозный приём с сотнями приглашённых. Все веселились, танцевали. И понеслось: один за другим вечера, балы, приглашения. Я как в угаре каком-то стала жить. Деток совсем забросила. И муж постепенно изменился, как будто чужим стал. Раньше никогда не опаздывал с работы, а тут начал задерживаться. Однажды он не пришёл совсем. Явился он только на следующий день: совершенно пьяный, еле на ногах держится. Я ужаснулась: „Ты в таком виде, что это значит?“ А он в ответ: „Что я, не мужчина, выпить не могу?“ И такое ожесточение и безумие на меня нашло, что подумала: вот приведут детей с прогулки, я их застрелю, потом себя. Сидела я за столом и ждала детей, а револьвер — на столе. В душе всё было черным-черно, такая тяжесть навалилась. Вдруг какая-то волна охватила меня: подняла взгляд на икону Казанской Божией Матери, висевшую в углу комнаты. Я зарыдала, упала на колени: „Помоги, Матерь Божия! Что я хочу сделать — страшное, помоги!“»

Эта история, к счастью, закончилась хорошо: её герои одумались, покаялись, и их жизнь наладилась. Но так бывает далеко не всегда. И стоит сказать, что в особую группу риска входят дети богатых родителей. Ещё не научившись зарабатывать и ценить деньги, они приучаются легко и бездумно их тратить. Можно собрать печальную статистику, сколько детей хорошо обеспеченных родителей стали алкоголиками, наркоманами, у скольких не сложилась карьера и семейная жизнь. Кстати, понимая это и желая детям счастья и благополучия, некоторые русские миллионеры в дореволюционное время завещали свои основные капиталы не детям, а государству. Они оставляли наследникам только часть имущества, особенно если видели в них неспособность обращаться с деньгами.

Примечателен в этом плане пример московского купца Гаврилы Гавриловича Солодовникова. Накопив за свою жизнь огромное состояние, он 20 миллионов завещал обществу и только 800 тысяч оставил двум своим сыновьям. Несмотря даже на то, что один из них был банкиром и, соответственно, умел обращаться с деньгами. Почему же он так поступил? Солодовников считал, что крупные деньги должны попадать в «крупные» руки, только тогда они будут приносить не вред, а пользу.

Деньги для человека, как и еда, хороши в меру. Еда может спасти человека от голодной смерти, помочь ему жить в этом мире, но от чрезмерного употребления яств может случиться и заворот кишок.

Кстати, почему Священное Писание и святоотеческое Предание всегда призывают человека хранить себя от грехов и страстей? Что на первый, поверхностный, взгляд выглядит как нудная система запретов: ну что за жизнь?! — этого нельзя, того нельзя… Важно понимать, что это из исключительной любви Бога к человеку! Все мы знаем о печальных и страшных последствиях страстей человеческих. Слово «страсть» не случайно одного корня со словом «страдание». Страсти приносят страдание. А избавиться от страданий и в этой жизни (и последующей) можно, только избавившись от страстей и грехов. Поэтому путь умеренной аскезы, путь исполнения заповедей Божиих — это и есть тот самый путь к счастью, который так долго и безуспешно ищет человечество в совершенно других местах.

Для предпринимателя самоограничение — это когда его деньги находятся в обороте, в деле, когда они работают, а не лежат без дела. Такие черты, как рачительность и бережливость, для него не просто желательны, а необходимы. Деньги для человека верующего всегда были не просто деньгами, а Божиим благословением. Мотать деньги, швырять их на ветер считалось непростительным грехом. Известно, к примеру, что русские купцы, которые любили театр, никогда не сидели в первых рядах партера, куда билеты стоили достаточно дорого, они предпочитали места подешевле и тем самым, можно сказать, убивали сразу двух зайцев: экономили семейный бюджет и оберегали себя от кичливости, бахвальства своим положением и своим состоянием перед другими. Бережливость не есть скупость. Скупость хочет удержать деньги при себе, ради них самих, а бережливость — это правильное, разумное использование денег. Пример бережливости показал Сам Господь Иисус Христос, сказавший апостолам после насыщения хлебами народа: Соберите оставшиеся куски, чтобы ничего не пропало (Ин. 6, 12).

Принципы бережливости и разумного пользования распространяются и на отношение к вещам. Например, прежде чем покупать новое «крутое» средство передвижения, всегда стоит подумать, а с какой целью это делается? Это действительно необходимость или только желание выглядеть лучше других, покичиться своим богатством? Всякою вещью, всяким благом в жизни, с христианской точки зрения, человек должен пользоваться не по произволу, а в соответствии с их назначением и с целью своей жизни, неся нравственную ответственность за это пользование.

ГЛАВА 8

О СОБСТВЕННОСТИ

О том, что отношение к собственности может кардинально меняться на протяжении человеческой истории, красноречиво свидетельствуют два высказывания, ставшие афоризмами. «Собственность — вот дух законов», — говорил французский мыслитель Шарль Луи Монтескьё. «Собственность есть кража», — утверждал французский социалист Пьер Жозеф Прудон.

Одни считают, что частная собственность — это реальность, которую общество вынуждено терпеть по своему несовершенству, а другие полагают, что она отвечает природе человека и его индивидуальному способу бытия. Очень хорошо о собственности сказал архиепископ Иоанн (Шаховской), который стал в своё время свидетелем большевистского передела собственности и, осмысливая этот опыт, написал труд «Христианство. Отношение к богатству и бедности».

«Собственности у человека меньше, чем он думает. Лишь „в мыслях“ своих миллионер обладает своими миллионами. На самом же деле они обладают миллионером, который в большинстве случаев бывает ими связан, принуждён к определённому образу жизни, прикреплён к определённому кругу людей, вынужден иметь вокруг себя искательство, ложь, лесть, зависть, подобострастие, неискренность, покушения на свою жизнь — физическую и душевную… Разве это всё не рабство, не каторга, увеличивающаяся по мере увеличения состояния? Велико ли то, что можно купить за деньги? Находится ли в числе покупок мир души — высшее счастье?

Если же посмотреть с другой стороны, собственности у человека гораздо больше, чем он думает… Каждый глоток воздуха, попавший в его лёгкие, есть его собственность, и притом гораздо бо́льшая, чем монета, лежащая в его кармане, ибо делается непосредственным поддержанием его жизни. Каждый луч солнца, согревший человека, есть его тепло, соединившееся всецело с ним… И так во всём, во всех мельчайших проявлениях жизни, человек окружён собственностью, дарами Божиими, изливающимися на человека, превращающимися в самую жизнь человеческую. Велик и славен этот закон, делающий из всякого человека богача».

Русский христианский философ Иван Александрович Ильин полагал, что «частная собственность коренится не в злой воле жадных людей, а в индивидуальном способе жизни, данном человеку от природы. Кто хочет „отменить“ частную собственность, тот должен сначала „переплавить“ естество человека и слить человеческие души в какое-то невиданное коллективно-чудовищное образование; и понятно, что такая безбожная и нелепая затея ему не удастся. Пока человек живёт на земле в виде инстинктивного и духовного „индивидуума“, он будет желать частной собственности и будет прав в этом».

Например, святитель Василий Великий считал идеальными имущественные отношения внутри первохристианской общины Иерусалима, у членов которой «…всё было общее, жизнь, душа, согласие, общий стол, нераздельное братство, нелицемерная любовь, которая из многих тел делала единое тело, различные души соглашала в то же единомыслие». И тем не менее уже в то время святитель Василий Великий видел, что современные ему христиане не готовы к устройству жизни по принципу иерусалимской общины, и принимал частную собственность как меньшее из зол.

И всё же право собственности человека не абсолютно, а относительно…

Архиепископ Иоанн (Шаховской) в своей работе «Философия собственности» писал: «Мир принадлежал, принадлежит и будет принадлежать лишь Богу, какие бы силы ни хозяйничали временно в мире. Неужели это значит, что у человека нет никакой собственности и быть не может? Наоборот. Собственность человеческая имеет своё непреложное основание в том, что есть собственность вообще и есть Хозяин всего вообще. Значит, собственность может быть дана, если есть её истинный Хозяин… Какой простор, какое глубокое основание всякого истинного владения! В свете этого обоснования делается понятным, почему нельзя ничего красть, присваивать и — ничем нельзя „богатиться“, ни через что нельзя возвышать себя. Вся собственность принадлежит Богу, так же как Ему принадлежит жизнь. И собственность так же раздаётся Богом, как жизнь».

О том, что Господь создал мир и дал его человеку в пользование, написано на самых первых страницах Библии, в книге «Бытие». Господь творит вселенную, планеты, создаёт райский сад, в котором всё в изобилии, и поселяет в нём человека, чтобы он жил и возделывал этот сад. Говоря современным экономическим языком, человека можно назвать арендатором земных благ, соуправителем, но никак не собственником. По этому случаю вспоминается современная притча про атеиста, который полагал, что он может жить и без Бога.

— Мы в Боге не нуждаемся! — доказывает свою точку зрения атеист. — У нас есть наука. Наука научилась делать абсолютно всё то же, что и Бог!

— А может ли наука из праха земного сотворить человека? — спрашивает Господь.

— Может! Сейчас мы это продемонстрируем. — Атеист зачерпывает горсть земли, но Господь останавливает его руку и замечает:

— Пожалуйста, своей землёй пользуйся.

Человеку знакомы разные виды собственности и разные отношения к ней при разных социальных устройствах. Да, высоки были идеалы первохристианских общин, и о том, что и такой способ управления имуществом может быть эффективным, наглядно показывают православные монастыри.

Однако грубейшей пародией на этот образ жизни стали советские коммуны в годы большевизма с их отрицанием прав человека, растворением личности в коллективе. Экономист Л. М. Сабсович, автор книги «Социалистические города», утверждал: «Жилые дома в социалистическом городе должны строиться так, чтобы они представляли наибольшее удобство для коллективной жизни, коллективной работы, коллективного отдыха трудящихся… В этих домах не должно быть отдельных квартир с кухнями, кладовыми и пр. приспособлениями для индивидуального домашнего хозяйства, так как обслуживание бытовых нужд трудящихся будет полностью обобществлено. Они также не должны заключать в себе помещений для обособленной жизни каждой отдельной семьи, ибо семья… безусловно исчезнет».

Слава Богу, этого не произошло. Сейчас подобные высказывания не воспринимаются иначе, как курьёз, но мы не должны забывать, что когда-то в бытовом журнале одной из советских коммун писалось совершенно серьёзно: «Сначала были обобществлены простыни, наволочки и носовые платки. Теперь обобществление распространено на полотенца и носки. Кроме того, уже начата работа по обобществлению нижнего белья». История показала, что такой насильственный метод обобществления собственности приводит не к умножению собственности, а к её разбазариванию.

Но какой же вид собственности лучше? На этот вопрос однозначного ответа нет. Как показывает история, идеального мироустройства на земле быть не может.

ГЛАВА 9

ОТНОШЕНИЕ К ПЕРЕДЕЛУ СОБСТВЕННОСТИ

Сегодня Церковь не отвечает на вопрос, какой вид собственности для человека лучше, принимая различные формы собственности как данность, свойственную тому или иному общественному устройству, но она занимает твёрдую позицию в вопросе передела собственности.

Смысл церковного подхода к вопросу собственности в том, что за пределами краткой земной жизни рано или поздно человеку всё равно придётся дать отчёт о том, как он распоряжался Божиим имуществом. И с него спросят не за всё вообще, а за то, что было в его руках, за то, что принадлежало ему лично.

В «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви», официальном церковном документе, принятом на юбилейном Архиерейском Соборе 2000 года, сказано: «Владея значительным имуществом, не согрешает тот, кто использует его согласно с волей Бога, Которому принадлежит всё сущее, и с законом любви, ибо радость и полнота жизни — не в приобретении и обладании, но в дарении и жертве». Апостол Павел призывает памятовать слова Господа Иисуса, ибо Он Сам сказал: блаженнее давать, нежели принимать (Деян. 20, 35).

В вопросах передела и отчуждения собственности позиция Церкви такова: «Священное Писание признаёт право человека на собственность и осуждает посягательство на неё. В двух из десяти заповедей Десятисловия прямо сказано об этом: Не кради… Не желай дома ближнего твоего, не желай жены ближнего твоего, ни поля его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ни всякого скота его, ничего, что у ближнего твоего (Исх. 20, 15, 17). В Новом Завете такое отношение к собственности сохранилось и приобрело более глубокое нравственное обоснование».

Протоиерей Сергий Булгаков, русский философ, богослов, экономист, написавший несколько книг о философии хозяйствования, в своём произведении «Христианство и труд» подчёркивал: «…ошибочно и близоруко судят те, которые придают решающее значение только внешним формам владения и присвоения — они имеют лишь относительное и подчинённое значение. Главная борьба должна быть направлена не на отнятие собственности одних для передачи её другим, но к преодолению себялюбия, своекорыстия, бессердечия, которые могут гнездиться во всяком общественном строе. Посему великие отцы и учители церкви свв. Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Амвросий Медиоланский и др., которые многократно обличают себялюбие богатых и чванных, надеющихся на своё богатство, призывая их к милосердию и любви, к исполнению своих обязанностей пред бедными, однако никогда не управомочивают этих последних к зависти и мятежу».

Сегодня, если общество желает руководствоваться православной этикой, его экономическая политика должна исходить не из отношения к собственности, а из постулата — рост богатства одних не должен увеличивать бедность других.

ГЛАВА 10

БЛАГОСЛОВЛЁН ЛИ БОГОМ МИРСКОЙ ОБРАЗ ЖИЗНИ?

Идеалом для русского православного человека всегда было монашество. И это понятно. Что может быть выше того подвига, когда человек устраняется от мира и от мирских дел, чтобы полностью сконцентрировать всю свою жизнь на устремлении к Богу? Монахи — это те христиане, которые оставляют по возможности все земные занятия, принимают обет нестяжания, безбрачия и послушания ради высшей добродетели христианина — молитвы, чтобы посредством её соединиться с Богом.

«Монашество очень славно и похвально воспето всеми святыми отцами, это есть высший образ жизни для человека на земле. Конечно, жизнь монашеская должна представляться для нас очень заманчивой, и какой настоящий христианин не желает в глубине души, не мечтает об иноческом пути?!» — пишет архимандрит Лазарь (Абашидзе) в своей статье «О монашестве».

Монашество есть великая тайна Божия. «Монашество есть установление Божие, отнюдь не человеческое», — пишет святитель Игнатий (Брянчанинов).

Господь Иисус Христос верующим в Него указал два пути, ведущих к спасению, два образа жизни. Один из них путь монашеский, ведущий к совершенству. По мнению святых отцов, в Евангелии есть два места, относящиеся исключительно к монашествующим. Первое — приведённый выше отрывок о богатом юноше. Господь сказал ему: Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твоё и раздай нищим; <…> и приходи и следуй за Мною» (Мф. 19, 21). И второе — о скопцах: «есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит (Мф. 19, 12). Здесь говорится, конечно, не о том, чтобы буквально оскоплять себя, а о безбрачии. Быть совершенным совсем не просто. Быть может, поэтому этот образ жизни ещё называют сверхъестественным жительством.

Несмотря на то что у каждого верующего может возникнуть произволение принять монашеский образ жизни, святые подвижники предупреждают, что для монашества от человека требуются особое внутреннее расположение, как они говорят — дар к монашеской жизни и призвание Божие. К сожалению, часто бывает, что по неопытности за Божие призвание принимаются случайные стечения обстоятельств или какие-либо беды и неудачи в мирской жизни.

«От печали не должно идти в монастырь, в который можно вступить только по призванию. Все, сколько их знаю, поступившие в монастырь по каким-либо обстоятельствам внешним, а не по призванию, бывают очень непрочны и непременно оставляют монастырь с большими неприятностями для монастыря и для себя», — предупреждает святитель Игнатий. То есть к монашеской жизни призваны далеко не все, а в таком случае гораздо лучше быть хорошим мирянином, чем плохим монахом.

Второй путь, второй образ жизни, указанный Господом, — это мирской путь верующего человека, он называется путём, ведущим к спасению. Условия спасения заключаются в вере во Христа, в соблюдении заповедей Божиих и во врачевании покаянием недостатка соблюдения заповедей. «Спасение предоставлено, и оно возможно всем, при обязанностях и служениях посреди мира, не противных Закону Божию», — говорит святитель Игнатий.

Конечно, мирская жизнь изобилует заботами о хлебе насущном, трудностями семейной жизни, проблемами воспитания детей, земными попечениями и суетой. Но эти тяготы и скорби могут быть спасительными для души мирянина: они смиряют его, учат состраданию и милосердию, наполняют его жизнь целенаправленной деятельностью, собирают его волю.

Главное, исполнять во всём волю Божию, а исполнять её можно в любом жительстве и на любом месте. В своём Послании к Римлянам апостол Павел говорит: Имеешь ли служение, пребывай в служении; учитель ли — в учении; раздаватель ли, раздавай в простоте; начальник ли, начальствуй с усердием; благотворитель ли, благотвори с радушием (Рим. 12, 7–8). То есть у православного человека есть возможность в любом положении соединить свою жизнь с Богом, направить её на служение Богу и исполнить Божий замысел о себе.

В природном мире из одного семени вырастет дуб, из другого — берёза, из третьего — нежный колокольчик, из четвёртого — роза, и всё это в совокупности составляет разнообразие единого растительного мира. Так и мир человеческий разнообразен и богат: один становится монахом, другой — учителем, кто-то — художником, кто-то — плотником, кто-то — солдатом, кто-то — предпринимателем…

Иногда приходится слышать, как рассуждают новообращённые христиане. Дескать, здесь, на земле, всем заведует «князь мира сего», а значит, мир — это сущий ад, грязь и похоть, он враждебен миру духовному по своей сути, и чтобы уберечь свою чистую душу, я должен замкнуть глаза и уши и бежать из этого мира куда подальше. А если бежать мне некуда, то хотя бы буду ненавидеть его всеми силами души. Можно ли при таком мировоззрении хоть как-то нормально ощущать себя на земле, не говоря уже о том, чтобы почувствовать себя счастливым? Можно ли строить свою жизнь, учиться, работать, создавать семью, растить детей, ненавидя среду, в которой приходится это делать? Вряд ли. Но вся проблема в том, что зло не есть неотъемлемое качество этого мира, а наша душа, увы, не чиста, а подвержена страстям. Потакая страстям и греху, мы сами творим зло и выплёскиваем его в мир.

Если мы не осознали, где находится корень зла, и не решились его вырвать, мы можем бегать по всему миру и от мира туда и сюда, но наше зло всегда нас настигнет. И призвав весь народ, [Господь] говорил им: слушайте Меня все и разумейте: ничто, входящее в человека извне, не может осквернить его; но что исходит из него, то оскверняет человека… Ибо извнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство, — всё это зло извнутрь исходит и оскверняет человека (Мк. 7, 14–15; 21–23).

Путаница в вопросах отношения к мирскому может возникать ещё и потому, что слово «мир» многозначно, в Евангелии оно употребляется в двух значениях. Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного… (Ин. 3, 16). Здесь имеется в виду мир как всё человечество. И второе значение слова: «мир» — это совокупность мирского зла и страстей. Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская… (1 Ин. 2, 16). (До реформы Луначарского, упразднившего в русском языке i, в самом написании этих слов имелась наглядная разница — «мир», даруемый Христом, есть «мир немiрской, надмiрный, горний». Основная же характеристика мiра дольнего — буйство стихий и страстей. Сравните — «князь мiра сего». — Прим. авт.) Мир, который Господь призывает не любить, находится не вовне, а внутри нас. Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что выходит из уст (Мф. 15, 11). И вот этот мир страстей и грехов, исходящий из нас, в одинаковой степени всегда готов осквернить и монаха, и мирянина. Его надо не любить, а не тот мир, в котором мы живём.

Духовное, естественно, выше материального, если мы верно расставляем приоритеты. Это вовсе не означает, что материальным мы должны вовсе пренебречь. Как получивший дыхание жизни, по образному выражению, из уст Самого Бога, человек представляет собой живое, органическое соединение земного и небесного, материального и духовного.

Мир, созданный Богом, прекрасен, и всё в нём прекрасно, кроме нашего греха и нашего зла. Поэтому христианский путь есть путь преображения себя и всего мира, путь приближения Царства Божия — нового неба и новой земли, на которых обитает правда (2 Петр. 3, 13).

Мирской путь верующего — это путь, доступный и приемлемый для большинства людей. В нём есть масса возможностей для творческой реализации личности, в нём больше свободы для избрания стиля жизни.

То, что мирской путь отнюдь не лишён Божьего благословения, нам показывают два душеполезных примера из «Отечника». Однажды во время молитвы преподобный Макарий Египетский, долгое время подвизавшийся в Скитской пустыне, услышал голос: «Макарий, ты не достиг ещё того совершенства, как две женщины, живущие в городе». Смиренный подвижник пошёл в город и нашёл дом, где жили указанные женщины, которые приняли его с радостью. Преподобный стал расспрашивать их: «Ради вас я пришёл из дальней пустыни и хочу знать о ваших добрых делах, расскажите о них, ничего не скрывая». Женщины с удивлением ответили: «Мы живём со своими мужьями, у нас нет никаких добродетелей». Однако святой продолжал настаивать, и тогда женщины рассказали ему, что вышли замуж за родных братьев. За всё время совместной жизни они ни разу не сказали друг другу ни одного злого или обидного слова и никогда не ссорились между собой, так как дали обет Богу не произносить бранных слов до самой смерти. Святой подвижник восславил Господа и сказал: «Поистине Господь не ищет девы или замужней, ни инока, ни мирянина, но ценит свободное намерение человека и на добровольное его произволение посылает благодать Святого Духа, которая действует и управляет жизнью каждого человека, стремящегося спастись».

Другой случай произошёл со святым Антонием Великим, основателем отшельнического монашества. Однажды Господь открыл ему, что есть в городе сапожник, у которого святому Антонию есть чему поучиться. Святой старец нашёл этого сапожника и также стал расспрашивать, как он живёт. Тот ответил, что целыми днями работает и треть своего заработка отдаёт на храм, треть раздаёт нищим, а остальное удерживает на свои нужды. Антония, который раздал всё своё имение и жил в пустыне в совершенной нищете, это не удивило. Зато у сапожника оказалось замечательное внутреннее устроение. Он ничего не мнил о себе высокого, а всё время думал, что все вокруг спасутся, один он погибнет. После этого, возвратившись в пустыню, святой Антоний много лет учился такому образу мыслей сапожника-мирянина.

Эти примеры показывают нам, что и мирская жизнь угодна Богу.

Святитель Николай Сербский говорил, что если человек поворачивается к Богу — все пути ведут к спасению, если отворачивается — все пути ведут к погибели.

ГЛАВА 11

ОБЩЕСТВО. АКТИВНАЯ ЖИЗНЕННАЯ ПОЗИЦИЯ

Как-то на одном из православных форумов обсуждалась тема «Что такое смирение?». Большинство участников этой весьма жаркой дискуссии сошлись на том, что смирение — это когда человек считает себя «рабом, ничего не стоящим». Не позабыли форумчане привести и определение из Толкового словаря Ожегова, в котором написано, что «смирение — это готовность подчиниться чужой воле». К сожалению, после таких дискуссий приходится признать, что даже люди, считающие себя православными, имеют весьма ложное понятие о смирении. Потому что, хотя Господь и призывает нас считать себя рабами неключимыми (Лк. 17, 10) (то есть не приписывать себе в заслуги исполнение заповедей Божиих, как не может раб требовать награду за то, что он и так должен исполнять по своему положению), одного этого определения, вырванного из контекста Евангелия, недостаточно для понимания добродетели смирения.

Вспоминается такой анекдот.

Звонят в дверь. Мужчина открывает, на пороге несколько здоровенных хлопцев:

— Здравствуйте! Мы пришли вас повесить.

Крики, стоны, через пять минут всё кончено.

Звонят в следующую дверь, там происходит то же самое. Наконец звонят в третью дверь. Открывает мужчина и говорит:

— А я не согласен!

— Хорошо! Тогда не будем.

Так как же всё-таки понимать смирение? Каким должен быть христианин, живущий по заповедям Божиим? Какую общественную позицию он должен занимать? И сразу же возникает вопрос: люди, готовые подчиниться чужой воле, разве были бы способны преодолеть татаро-монгольское иго, изгнать оккупантов из Кремля в 1613 году, победить Наполеона в 1812-м и фашистов в 1945 году? Или всё это делали люди не православные, не смиренные? Может быть, смиренными и уничижающими себя должны быть только монахи? Но как же тогда великий святой земли Русской преподобный Сергий Радонежский благословлял князя Дмитрия на ратный подвиг на Куликово поле, да ещё дал ему с собой двух иноков Пересвета и Ослябю? Или Сергий Радонежский не был смиренным?

Нет, Сергий Радонежский несомненно был святым человеком, а святым можно быть только при наличии этой главной добродетели христианина — смирения. Но что же тогда это за качество такое?

Люди святые очень часто называли себя ничтожными, грязью, прахом, пеплом, свиньями, лежащими в калу, признавали себя хуже всех, готовы были подчиниться чужой воле, но в их поведении, в их истинном смирении есть одно существенное отличие от смирения ложного. Не ВСЯКОЙ чужой воле они были готовы подчиниться, а лишь воле Христовой.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) говорил: «Смирение есть образ мысли Христов», нрав евангельский. То есть смиренным может быть тот, кто усвоил себе образ мыслей Самого Господа и поступает согласно воле Его. Это ни в коем случае не пассивность и бессилие! По словам святого Амвросия Оптинского: «Христианское смирение — это проявление силы человеческого духа, покоряющей и злобные гневные сердца, ломающей человеческую гордыню». А святой Иоанн Дамаскин учил, что «терпение и смирение нужно иметь и для мира и для войны».

В одной из своих книг святитель Игнатий (Брянчанинов) приводит беседу ученика со старцем, где старец характеризует смирение как «евангельскую добродетель, совокупляющую силы человека воедино миром Христовым, превысшую человеческого постижения». Слово «смирение» имеет в своей основе слово «мир». Смиренный человек всегда пребывает в мире с Богом и другими людьми. А «превысшая человеческого постижения» эта добродетель потому, что очень трудно объяснить словами, что такое смирение, если человек ни разу не испытывал его. Преподобный Иоанн Лествичник и преподобный Исаак Сирин говорили о том, что смирение — это таинственная сила, которая во всей своей полноте подаётся Богом только святым, оно является совокупностью всех добродетелей и поэтому венчает человека, достигшего духовного совершенства.

Вся жизнь христианина — это путь к смирению. Смирение есть способ увидеть своё реальное положение и принять то неизбежное, что из него вытекает. Причем принять как должное. При таком подходе поведение человека становится адекватным: он не ропщет, не злится на кого-то, не осуждает окружающих и не пытается переложить свою вину на кого бы то ни было. Вот эта-то способность видеть ситуацию такой, какая она есть, а также думать и действовать в соответствии с ней и является началом пути к Богу.

Поэтому учиться смирению означает для человека учиться жить настоящей, а не иллюзорной жизнью. Этот прорыв к реальности, к духовному видению мира, легко не даётся. И в той мере, в какой мы горделиво полагаем себя одарёнными или особыми, мы удаляемся от знания себя такими, какие мы есть. Нельзя быть по-настоящему одарённым, не пройдя путь смирения. «Всякий дар приемлет смиренная душа от Бога, несмиренная же должна приять от Него смирение», — учат Оптинские старцы.

Смирение познаётся в процессе исполнения заповедей, в процессе христианской жизни. Человеком, хотящим стать смиренным, движет желание во всём поступать по воле Божией, в том числе и в тех случаях, когда воля Божия требует от тебя активных действий, активного противостояния злу, защиты добродетелей. Что же касается осуждения себя и почитание себя ничтожным рабом, то по этому поводу можно привести слова преподобного Иоанна Лествичника: «Не тот показывает смиренномудрие, кто осуждает сам себя, но тот, кто, будучи укорён другим, не уменьшает к нему любви».

«Смирение есть сердечное чувство, соответствующее смиренномудрию, — пишет святитель Игнатий (Брянчанинов). — Смиренномудрие есть образ мыслей, заимствованный из Евангелия, от Христа. Истинное смиренномудрие — духовный разум». Если в человеке нет духовного разума, в нём не может быть истинного смирения, оно заменяется «смиренномудрием произвольным», то есть смирением «от ветра головы своея». Такое смирение, по словам святителя, «сочиняет для себя душа тщеславная». Истинное смирение часто невидимо, тогда как ложное всегда себя публикует, подчёркивает.

Заметим, что ложно понятое смирение не только не приближает человека к спасению, но уводит его с верной дороги туда, где пышным цветом растут такие грехи, как самоуничижение, безразличие, равнодушие, пассивность, подобострастие, податливость, попустительство, потакание, прекраснодушие, расслабленность, человекоугодничество, лицемерие, терпимость (желание согласиться не с тем, что в окружающей жизни есть зло, а с самим злом). А ведь Христос говорил: …познайте истину, и истина сделает вас свободными (Ин. 8, 32). Но о какой свободе может говорить раб, всегда готовый подчиниться любой чужой воле?

Смирение — это не пассивная жизненная позиция, а наоборот — активная, потому что ему свойственна жажда правды Божией. Поэтому трудно будет оправдаться на Божием суде тем, кто «смиренно» проходил мимо зла и несправедливости, «смирялся» с унижением и оскорблением своих собратьев. Чтобы понять, что такое истинное, а не ложное смирение, православному человеку надо обязательно читать Евангелие, и не просто читать, а изучать толкования на евангельские места, трудные для понимания.

ЧАСТЬ II

ПРАВИЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ К ТРУДУ

ГЛАВА 1

ЗАПОВЕДЬ О ТРУДЕ, ИЛИ ТРУДЯТСЯ ЛИ ПТИЦЫ НЕБЕСНЫЕ?

«Ищи Бога мыслию на небесах, любовью в сердце, благоговением в храме, везде ищи Его — делами, для Него предпринимаемыми и совершаемыми», — говорил святитель Филарет, митрополит Московский.

Сегодня многие люди имеют искажённое представление о труде и о том, какое место он занимает в нашей жизни. Это искажённое представление влечёт за собой и соответствующее поведение, а поведение — это уже характер и стиль жизни, который может сделать человека несчастным.

Современные исследования, проводимые время от времени специалистами по русскому языку, показывают, что само слово «труд» в современном употреблении всё больше уходит из разговорного языка в область канцеляризмов и специальных терминов, таких как «рынок труда», «трудоустройство», «трудоспособность». А в разговорной речи чаще употребляется в негативном смысле — «напрасный труд», «адский труд», «трудоголик».

Понимая необходимость добывания средств к существованию, мы нередко утрачиваем смысл самого труда, забываем, что трудовая деятельность человека не сводится исключительно к зарабатыванию денег, что труд для духовно здорового человека является жизненной необходимостью, как необходимость есть и дышать. Наоборот же, леность разъедает человека подобно ржавчине.

Увы, почему-то тут у многих не срабатывает инстинкт самосохранения, и для того, чтобы продолжать саморазрушаться, оправдать свою праздность и нежелание трудиться, изощрённый ум находит себе массу доводов. Печальнее всего, когда он их придумывает себе, опираясь на Священное Писание.

Часто приходится сталкиваться с ложным пониманием цитат из Евангелия, после которых человек теряет мотивацию не только заниматься предпринимательством, но и вообще трудиться. Эти места Священного Писания дают возможность нецерковным людям упрекать Православие в том, что оно будто бы даёт повод к бездеятельности. Что имеется в виду? Прежде всего, Нагорная проповедь Спасителя.

Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?

Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их?

Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть?

И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них; если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры!

Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всём этом.

Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам (Мф. 6, 25–33).

На первый взгляд может показаться, что Христос призывает оставить все земные попечения и жить подобно бессловесным животным, зверям и птицам, не занимаясь никакой трудовой, созидающей деятельностью. Но даже и при этом поверхностном взгляде приходят на ум противоречивые мысли: птицы — очень трудолюбивые (если можно так выразиться) существа, разве они не вьют гнёзда, не летают в беспрестанной заботе о собственном пропитании и пропитании своего потомства? Что же на самом деле имел в виду Спаситель, говоря эти слова?

В греческом тексте на месте слов «не заботьтесь» стоит глагол μεριμνώ. В более корректном переводе он имеет значения «не терзайтесь, не пребывайте в смятении». Если читать «не терзайтесь», то становится лучше понятен смысл сказанного Спасителем. Здесь говорится о подавленности человека постоянным беспокойством за свою судьбу и благополучие, о терзаниях, которые не приносят никакой пользы человеку, а только отравляют его существование. Евангелие призывает к внутренней свободе от мелочной личной заботы, возвышению над подавляющей душу суетой и спокойной уверенности в путях Провидения. Нисколько не устраняя обязанность и ценность каждодневного труда, Евангелие придаёт ему более высокие цели и мотивы.

Господь знает, что человек не бесплотен, он имеет нужду во многом, начиная от жилища и одежды, заканчивая знаниями и развитием общества с первобытных ступеней до высших: Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всём этом. Сами эти нужды не ставятся под сомнение. Но Спаситель обращает внимание на то, что человек не может получить всё это исключительно своими усилиями, своими заботами и своим трудом. Да, трудиться человеку необходимо, необходимо пахать и сеять, чтобы получить урожай, но в конечном итоге скудость или богатство этого урожая в руках Господа, Подателя жизни. Он один волен дать нам его в ответ на наши усилия или не дать.

Ищите прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам — вот для чего живёт человек на земле. Христос говорит нам — смысл жизни прежде всего в искании Царствия Божия.

Если целью человека является получение только земных благ, его жизнь превращается в непрестанную заботу о вещах, житейскую суету, в которых сама личность человека теряется, разменивается на мелочи, порабощается внешним вещам и силам. Душа при этом подавляется бременем этих забот, и душевные силы не получают развития. Евангелие же учит о временности и непостоянности земного добра и земных сокровищ, поэтому призывает приготовить себе сокровище неоскудевающее на небесах, куда вор не приближается и где моль не съедает, ибо где сокровище ваше, там и сердце ваше будет (Лк. 12, 33–34). Но если в душе выстроена правильная иерархия ценностей, если душа не находится в рабстве у материального — это залог того, что и материальные нужды человека будут удовлетворены, и всё, что ему нужно, Господь даст в изобилии: и это всё приложится вам. Христос обращает внимание Своих учеников на то, с какой любовью и заботой печётся Господь о каждой былинке, о каждом цветке, о каждой Божией твари. Но человек — венец Божьего творения — выше по своему положению трав и птиц. Неужели о нём Господь будет заботиться меньше?

Итак, слова из Нагорной проповеди ни в коем случае нельзя рассматривать как призыв к лени и безделью. Первой обязанностью Адама в раю, ещё до грехопадения, была обязанность возделывать рай, то есть — трудиться. И взял Господь Бог человека, [которого создал], и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его (Быт. 2, 15).

Труд — это изначально благословлённый Творцом род деятельности. То есть человек был поселён Богом в раю не для праздности. И ошибаются те, кто представляет себе будущую вечную жизнь вечным ничегонеделанием. Не правда ли, странно? В раю были прекрасные плоды, чистая вода и вообще всё, что необходимо человеку для удовлетворения своих потребностей. Казалось бы, зачем там что-то делать, лежи себе под деревом. Но человек сотворён Богом быть хозяином земли, эта земля передана ему во владение. Он не может быть истинно счастлив, живя на всём готовом. Он должен трудиться, чтобы почувствовать себя счастливым, он должен реализовать то, что заложено в нём! Человек — не застывшая система, ему досталось Божие наследство — способность к творчеству и созиданию, способность к совершенствованию, ему свойственно развитие, движение. Если Сын Божий о Себе Самом и Отце Своём говорит: Отец Мой доныне делает, и Я делаю (Ин. 5, 17), то человеку ли предаваться бездеятельности?

Деятельность — наше назначение, для этого дано нам бытие и жизнь, для этого мы снабжены силами и способностями. Разумеется, труд человека может быть разным: физическим, интеллектуальным, духовным. Но в любом случае это труд, это деятельность. Как говорил святой Василий Великий: «Следует знать, что работающий работает не для того, чтобы трудом служить только своим потребностям, а для того, чтобы исполнить заповедь Господню». Сам Господь Иисус Христос, появившись на свет в семье плотника, всю Свою земную жизнь провёл, трудясь в поте лица, чем освятил и возвеличил труд.

Качество, противоположное трудолюбию, — лень. Если человек не желает трудиться, он всегда найдёт обоснование своей лени, даже из Библии. Есть такая притча. Один монастырь посетил некий монах, наизусть знавший Евангелие. Когда ему предложили потрудиться с братией на послушании, он отказался, вспомнив про птиц, которые не сеют и не жнут, а Отец Небесный питает их. Но очень обиделся, когда его не пригласили на трапезу. «Прости, — удивился настоятель, — но мы рассудили, что ты достиг уже такой степени святости, что Господь и впрямь питает тебя напрямую из Своих рук, без твоих усилий».

Вообще два слова хотелось бы сказать о так называемых противоречиях Библии, за которые несведущие люди упрекают Священное Писание. Да, эта книга полна парадоксов. (Напомним, что парадоксальность — это неожиданность, непривычность, оригинальность, противоречивость себе, исходным посылкам, общепринятому, традиционному взгляду или здравому смыслу по содержанию и (или) по форме.) В Священном Писании мы можем найти утверждения, прямо противоположные друг другу, к примеру: возлюби ближнего твоего, как самого себя (Мк. 12, 31) и враги человеку — домашние его (Мф. 10, 36) и так далее. Но это только подтверждает, что данная книга коренным образом отличается от всех других человеческих книг. Автор этой книги — не человек, а Сам Господь. То есть это та книга, которая продиктована Им через Своих святых и пророков, это — Божие Откровение, путеводитель, нужный нам для того, чтобы не заблудиться на пути к Царству Небесному. То, что мы называем противоречием, на самом деле два крыла одной истины, постичь которую можно, только выйдя в «четвёртое» (высшее) измерение из трёхмерного человеческого пространства.

Тут же можно вспомнить и высказывание датского физика Нильса Бора. Он говорил, что все истины делятся на тривиальные и нетривиальные. Тривиальные — это истины, обратные которым высказывания ложны. Истины нетривиальные — это такие истины, обратные высказывания по отношению к которым также являются истинными.

ГЛАВА 2

ТРУД — ПРАВИЛЬНОЕ СРЕДСТВО ДЛЯ ПРИОБРЕТЕНИЯ НЕОБХОДИМОГО

Труд есть правильное средство для приобретения необходимого, касается ли это Царства Небесного или просто сиюминутного пропитания.

О том, что человеку не полезно получать всё даром, без труда (так как награда не заработанная, не заслуженная развращает, портит человека), показывает нам и такой эпизод из Евангелия от Иоанна. Апостолы ловят рыбу на Тивериадском море, а воскресший Иисус является им и спрашивает с берега: есть ли у вас какая-либо пища? Апостолы признаются в неудаче: нет. И тогда Христос приказывает им вновь закинуть сети. Они бросают и получают богатейший улов. Лодка, перегруженная рыбой, плывёт к берегу… Но, достигнув суши, апостолы видят, что, оказывается, ужин уже готов, Спаситель приглашает их к трапезе (см.: Ин. 21, 1–13). То есть, с одной стороны, Господь сотворил чудо, Он Сам дал апостолам рыбу, но не просто накормил, а предложил им сначала потрудиться. Так как не праздный человек, а трудящийся достоин награды за труды свои (Лк. 10, 7).

Конечно, нам трудно сейчас представить, каким именно был труд человека в раю. Также нам трудно понять, каким он будет в Царстве Небесном. К сожалению, мы знаем только труд человека, повреждённого грехопадением. Слова в поте лица твоего будешь есть хлеб (Быт. 3, 19) сегодня звучат для нас как наказание, воспринимаются как приговор безжалостного судьи, обязывающего к исправительным работам. Но это совершенно не так. Господь не наказывает трудом, не проклинает (труд, наоборот, скорее является средством спасения от этого проклятия, средством его изжития), Бог только говорит о том, что теперь то, что приносило радость, будет даваться с муками и страданиями, потому что после грехопадения повредилась природа человека и весь мир вместе с ним. Следовательно, искажению подверглось практически всё, что являлось в раю источником счастья, — любовь, труд, сама жизнь.

Но что же именно исказилось в труде? Если раньше в нём гармонично сочетались красота, гармония, порядок, любовь, радость, творчество, свобода, то теперь он распался на отдельные составляющие: стал возможен труд без любви и без радости, стал возможен порядок без красоты и любви и так далее. А что такое безрадостный труд? Это нелюбимый труд ради необходимости, ради куска хлеба, ради выживания. Что такое порядок без любви? Этот порядок — тюрьма! Труд без красоты — это уродство.

Если человек хочет жить по Христу, он должен, насколько это возможно на земле, вернуть труду радость и творчество, красоту и порядок.

Особое внимание хочется обратить на любовь. Любовь не только примиряет нас с тем, что нам приходится делать, на что приходится жертвовать силами, временем, но и даёт нам силы и энергию для такой жертвы. Любовь — это та добродетель, которая имеет удивительную способность исцелять повреждённый мир, заживлять его раны и язвы. Поэтому любовь — в данном случае труд с любовью — это возможность восстановить гармонию искажённого мира.

Разделённость составляющих труда проявилась и в том, что он распался на труд физический и интеллектуальный. При этом интеллектуальный труд стал возноситься над физическим, считая последний примитивным, грубым. Но при таком отношении труд интеллектуалов сам заходит в тупик. В душеспасительных беседах духовенства при Ново-Голутвинском монастыре приводится такой пример. Один писатель много лет трудился на своём поприще и… вдруг зашёл в тупик. Всё стало ему скучно и неинтересно. Его творческая мысль увяла. Тогда, не зная, чем спастись от тоски и уныния, он навестил своего приятеля, работавшего на заготовке леса. И вдруг увидел, что тот счастлив и гармоничен! Каждый день этот рабочий человек видел результаты своего труда и радовался им. Писатель решил пожить жизнью друга и тоже стал работать физически. Через месяц к нему вернулась радость жизни, которую он потерял, занимаясь только интеллектуальным трудом. «Чем для нас интересен этот пример? — рассуждает автор беседы. — Тем, что физический труд имеет особенное значение в жизни человека. Он нужен. В наше время физический труд редко применяется, вся нагрузка приходится на психику человека, на рассудочную деятельность. Что происходит? Ум надмевается, а сердце ожесточается, и, несмотря на это искажение душевной жизни, многие считают физический труд унизительным для себя».

Физическим трудом не пренебрегали основатели русского монашества — святые Антоний и Феодосий Печерские, Сергий Радонежский, Серафим Саровский, Питирим, епископ Тамбовский, Ксения Петербургская. Этот список можно продолжать бесконечно.

Христианство, восстанавливая повреждённые составляющие труда, относится к нему не как к Божьему проклятию, а как к средству, призванному преобразить человека, вернуть ему утраченный рай и Божие благоволение. «Бог труды любит», — говорит народная мудрость. И можно найти ещё множество подобных высказываний, посвящённых труду. Приведём некоторые из них.

«Жизнь есть труд, и труд есть жизнь. Если жизнь есть деятельность, то по обратному заключению безделие и праздность не есть жизнь. По крайней мере, не есть жизнь разумного и нравственного существа. В природе все от малого до великого находятся в непрерывной деятельности: бездушные твари (солнце, луна), животные, ангелы. Неужели один человек будет составлять исключение из этого закона?» (протоиерей Иоанн Толмачёв).

«Кто в праздности живёт, тот непрестанно грешит» (святитель Тихон Задонский).

«Как приятно и скоро проходят дни, когда знаешь, что время, данное тебе Богом, употребляется не на суетные и пустые занятия роскоши, но на труд полезный, предписываемый Богом и добродетелью! Как отрадно бывает тогда, когда видишь свой труд завершённым. Праздность столь же изнурительна, сколь отдых приятен. Только на древе труда растут плоды наслаждения» (святитель Филарет, митрополит Московский).

В «Учении двенадцати апостолов» (Дидахе) читаем о желающих жить в христианской общине: «…Если он ремесленник, то пусть трудится и ест. А если он не знает ремесла, то вы по своему усмотрению позаботьтесь о нём, но так, чтобы христианин не жил среди вас праздным. Если же он не желает так поступить, то он христопродавец. Остерегайтесь таковых!»

Русский педагог Василий Сухомлинский писал: «Отношение к труду является важнейшим элементом духовной жизни человека… Не может быть трудолюбивым человек мало думающий, мало переживающий». Русский предприниматель, меценат и благотворитель Савва Морозов говорил: «Я говорю: работаю, значит — существую. Для меня вполне очевидно, что только работа обогащает, расширяет, организует мир и моё сознание…»

Именно активность, энергия, способная изменять всё кругом, была характерна не только для Саввы Морозова, но и для многих его собратьев по ремеслу.

В воспоминаниях купцов о купце XIX века Николае Михайловиче Шарапове можно встретить такой примечательный диалог:

— А вы, простите, кем будете?

— Божией милостью, предприниматель Шарапов, слыхали?

— Полноте, Николай Михайлович, кто о вас не слышал, при ваших-то капиталах можно и на покой.

— Предприниматель по Божиему дару деятелен. Любит свободу и не может без неё, как дикий волк. Да и нельзя волку выкрасить шкуру, и даже если это произойдёт, то крашеный ли волк, стриженый ли он — всё равно не похож на пуделя. Все разговоры о заслуженном отдыхе — вопиющая глупость, потому как — если залёг на бок, значит, был не настоящий, а если же настоящий лёг — погибнет!

ГЛАВА 3

РЕЛИГИОЗНАЯ ПРИРОДА ТРУДА

На простом примере можно увидеть, как через труд проявляет себя любовь в обществе, как через труд все люди удивительным образом оказываются соединены друг с другом. За каждым кусочком хлеба стоит труд землепашца, учёного, механизатора; труд водителя, который привёз этот хлеб в магазин; труд продавца, который его продал. А смог бы водитель привезти этот хлеб, если бы у него не было грузовика? Но грузовик надо собрать — а это труд инженеров и техников, рабочих и учёных. Но и тот же водитель должен жить не в пещере, а в доме. Каждый дом нужно построить, подвести к нему воду, газ. То есть, размышляя всего лишь о маленьком кусочке хлеба, можно увидеть картину нашего мира, и если в каждый труд человек вкладывает частицу своей любви, своего сердца, то эта любовь перетекает от одного к другому, питая и согревая людей. Иными словами, можно сказать, что труд — это любовь, ставшая зримой.

Но воспевая «осанну» труду, нельзя забывать, что труд — это всё-таки не цель жизни сама по себе. Поэтому нужно избегать другой крайности — фетишизма труда ради самого труда, когда работа является своеобразным средством, спасающим от пустоты души, от отсутствия осмысленной цели жизни, своеобразным «опиумом». Такое состояние «оглушения» работой, превращение человека в средство для производства является величайшей бессмыслицей и не может не вызывать протеста.

Как пишет в своей книге «Очерки христианской апологетики» русский богослов Николай Фиолетов, закончивший свою жизнь в советских лагерях: «Труд не есть просто спорт и забава, но всегда предполагает преодоление известных „трудностей“, известной жертвы, для которой нужны достаточные мотивы. Мотивы для жертвы даёт не самый процесс труда. Процесс не есть цель, ради которой он предпринимается. Труд бесцельный („сизифов труд“) не только не приносит радости, но ещё, по мифологическим представлениям, является мучением, так же как и труд принудительный, чуждый цели. Радостным может быть только труд свободный, осмысленный, совершаемый ради цели, которая сама по себе представляет неумирающую ценность». Понятно, что таким может быть труд только для Бога и ради Бога.

Религиозную природу труда очень хорошо раскрыл известный русский философ Николай Александрович Бердяев. Несмотря на некоторые богословские заблуждения, в своей книге «Философия неравенства» он довольно убедительно разоблачает социалистический пафос труда, основанный на материализме и нетворческом отношении к работе.

Собственно говоря, социалистический строй и «споткнулся» на низкой производительности и низком качестве труда. Николай Бердяев анализирует характер социалистического труда и приходит к удивительному выводу: «Проблема труда как творчества совершенно не интересует социалистическое сознание, она находится вне его кругозора… Материалистическая природа социализма мешает ему понять религиозную природу труда… Качество труда социализм не хочет знать, он его презирает. Но труд имеет свои священные права, неотделимые от его священных обязанностей… Труд имеет духовную основу. И производительность так называемого материального труда зависит от духовного состояния человека. Дисциплина труда есть духовная дисциплина. В конце концов, она имеет религиозные основы. Без религиозных основ, без духовной дисциплины труд разлагается, распыляется, и хозяйственная жизнь превращается в кучу мусора».

Президент Дворянского собрания в Америке Кирилл Эрастович Гиацинтов рассказывал, что, ведя бизнес в разных странах в девяностых годах XX столетия, заметил общую для всех стран бывшего социалистического лагеря повреждённость в отношении к труду. Так, немцы всегда считались народом исполнительным, аккуратным и трудолюбивым. Каково же было его удивление, когда он в своей деятельности неоднократно сталкивался с полным «немецким» разгильдяйством. К примеру, предварительно обсудив (за месяц вперёд!) условия деловой встречи, заказав билеты, получив визы и приглашения, он мог приехать в фирму, основанную в бывшей социалистической Восточной Германии, и услышать:

— А! Вы уже прилетели? Увы, мы с вами сможем решить все наши вопросы только к концу недели… А вы пока погуляйте по городу. У нас тут красиво!

Понимая связь труда и духовности, православный предприниматель должен стремиться к Богу и совершенствоваться в Боге и для Бога. Бог должен стать для него мерилом всей его жизни, собственных планов и отношений в коллективе, критерием правильности организации производства, стимулом для совершенствования и раскрытия всех своих творческих способностей.

ГЛАВА 4

УПОДОБИТЬСЯ СОЗДАТЕЛЮ, ИЛИ ПРАЗДНОСТЬ — МАТЬ ВСЕХ ПОРОКОВ

Мы привыкли получать вознаграждение за свой труд, заработанную плату. Но труд не должен быть сферой исключительно материальных интересов.

В «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви» в главе «Труд и его плоды» читаем: «Труд является органичным элементом человеческой жизни… Труд — это творческое раскрытие человека, которому в силу изначального богоподобия дано быть сотворцом и соработником Господа. Однако после отпадения человека от Творца изменился характер труда: В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься (Быт. 3, 19). Творческая составляющая труда ослабла; он стал для падшего человека преимущественно способом добывания средств к жизни». Но ослабленность творческой составляющей труда в повреждённом после грехопадения мире вовсе не говорит о полном её отсутствии. За время своего существования на этой земле человек многое преобразил вокруг себя, возвёл города, проложил дороги и тоннели в непроходимых местах, изучил морские глубины, освоил воздушное и даже ближайшее космическое пространство. И мы видим, что творческая составляющая может проявляться практически в любой, даже самой «нетворческой», профессии, в любом физическом труде. Главное, как человек относится к своему делу.

«Люби труд. Если он и не нужен тебе для твоего содержания, то может быть нужен как врачевство. Труд есть здоровье для тела и польза для души. Как свежие воды, превратившись в стоячие, портятся, так точно душа и тело человеческие портятся от праздности. Один мудрый основательно сказал, что труд есть страж добродетели. Покой и праздность — гибель душе…» — писал преподобный Исаак Сирин.

Неоценимо для человека духовно-воспитательное значение труда. Через труд, как говорит Николай Фиолетов, человек не только господствует над внешней природой, но и над своей внутренней природой. Это способ самовоспитания и самообладания, возможность употребить свои природные силы, даже самые низшие, на служение разумной идее. Во всяком труде содержится элемент самоотречения, подчинения своих сил выполнению определённой задачи, преодоления эгоизма, элемент терпения, готовности принять на себя трудности ради объективной задачи, дисциплины и воспитания воли. «Тот, кто занят работой, — говорил святитель Иоанн Златоуст, — не скоро допустит что-нибудь излишнее ни в делах, ни в словах, ни в помышлениях; душа его совершенно предана трудолюбивой жизни».

Возьмём другого известного подвижника VII века — преподобного Ефрема Сирина. В его знаменитой молитве, звучащей в Церкви в дни Великого поста, мы слышим: «Господи и Владыко живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми!» Как видим, святой именно в праздности видит первого врага своего спасения. Праздность является грехом, из которого растут многие пороки. Она вредна телу, потому что, постоянно пребывая в лености и расслаблении, мышцы утрачивают способность к движению. Но ещё более праздность вредна душе, так как душа человеческая похожа на поле: если это поле не возделывается, то мгновенно засоряется плевелами и сорными травами, то есть скукой, унынием, вредными помыслами и чувствами.

Святой апостол Павел днём проповедовал Евангелие язычникам, а ночью занимался деланием шатров и палаток, чтобы питаться от трудов своих и никому не быть в тягость. Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь (2 Фес. 3, 10), — вот его призыв. В Послании к Ефесянам апостол пишет: …лучше трудись, делая своими руками полезное, чтобы было из чего уделять нуждающемуся (Еф. 4, 28). Этим Священное Писание свидетельствует о двух важных нравственных побуждениях к труду: трудиться, чтобы питаться самому, никого не отягощая, и трудиться, чтобы подавать нуждающемуся. Но есть и третье побуждение к труду — любовь, желание деятельности. Душа, правильно воспитанная, не может не быть трудолюбивой. Тот, кто уклоняется от труда, обречён на неполноценное существование, он лишает себя радости жизни, одной из самых важнейших для каждого человека.

Этическое значение трудовых процессов постоянно подчёркивали отцы и учители Церкви. Святитель Василий Великий утверждал, что «намерение благочестия не должно служить предлогом лени и бегства от работы, а побуждением к ещё большим трудам». А святой Иоанн Златоуст призывал считать «бесчестием не работу, но праздность». Итак, если уж и люди, выбравшие для себя путь иноческий, давшие обет нестяжания, обязаны трудиться, то тем более эта обязанность лежит на человеке, живущем в миру.

Хозяин одного частного предприятия рассказал любопытный случай. Каждый день, когда он уходил на работу, его трёхлетний сын, едва научившийся говорить, спрашивал:

— Папа, куда ты идёшь?

— На работу, — отвечал отец.

— А зачем? — регулярно интересовался сын.

— Чтобы зарабатывать деньги, — отвечал отец.

Так продолжалось долгое время. Вскоре сын сообразил, что деньги могут быть полезны и ему, и стал уже в повелительном тоне говорить отцу, чтобы шёл на работу, зарабатывал побольше денег и обязательно купил ему хорошую игрушку. Отец понял, что любое «рациональное» объяснение труда по сути является отрицанием его духовной составляющей, что в конечном итоге приведёт к отрицанию труда вообще. И он изменил тактику. Когда сын в очередной раз спросил: «А зачем ты идёшь на работу?» — отец ответил: «Потому что я люблю работать, мне этого хочется, мне нравится это делать». Теперь он именно так постоянно отвечал на этот вопрос. И пришёл день, когда сын сказал: «Знаешь, папа, когда я вырасту, я тоже пойду работать пожарным, потому что мне это нравится». Безусловно, что постепенно в сознании маленького человека произошёл некий переворот, он открыл для себя новую истину: работать не только полезно, но и интересно.

Кстати, если бы предприниматели нуждались в совете по воспитанию своих детей, которых они, скорее всего, хотят видеть успешными продолжателями своего дела, то можно было бы сказать следующее. Согласно уже приведённому нами шумпетеровскому определению, что предприниматель есть инноватор, внедряющий инновации, в детях надо сызмальства воспитывать не любовь к зарабатыванию большого количества денег, а любовь к изобретательству, к новаторству, разумеется, с умением доводить начатое до конца. По сути — это качества учёного.

«Возлюби труд» — вот девиз христианина, которому с пользой для себя может следовать и монах, и мирянин.

ГЛАВА 5

ТРУД НЕБОГОУГОДНЫЙ И НЕСВОЕВРЕМЕННЫЙ

В Церкви существует понятие труда богоугодного и небогоугодного. В чём разница? Небогоугодным становится труд, который направлен только на то, чтобы удовлетворять греховные страсти человека. И в этом, к сожалению, человечество тоже преуспело. Это происходит тогда, когда человек исключает из своей жизни Бога. Обратимся ещё раз к «Основам социальной концепции Русской Православной Церкви»: «Обольщение достижениями цивилизации удаляет людей от Творца, ведёт к мнимому торжеству рассудка, стремящегося обустроить земную жизнь без Бога. Реализация подобных устремлений в истории человечества всегда заканчивалась трагически… Наиболее ярким библейским образом безуспешной попытки падшего человечества „сделать себе имя“ является строительство Вавилонской башни „высотою до небес“. Столпотворение предстаёт символом объединения усилий людей для достижения богопротивной цели. Господь карает гордецов: смешивая языки, Он лишает их возможности взаимопонимания и рассеивает по всей земле».

Сами по себе прогресс, наука, развитие технической мысли — явления не богопротивные, но они могут стать таковыми, когда люди забывают о Боге и вместе с этим о своём Божественном и человеческом достоинстве, когда они неправильно пользуются благами цивилизации, развращаются и превращаются, по сути, в скотов. «С христианской точки зрения труд сам по себе не является безусловной ценностью», — отмечается в документе.

Преподобный Варсонофий Великий говорил: «Истинный труд не может быть без смирения, ибо сам по себе труд суетен и не вменяется ни во что». «Он становится благословенным, когда являет собой соработничество Господу и способствует исполнению Его замысла о мире и человеке. Однако труд не богоугоден, если он направлен на служение эгоистическим интересам личности или человеческих сообществ, а также на удовлетворение греховных потребностей духа и плоти», — сказано в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви». Что можно отнести к такому труду? Прежде всего, труды, положенные на производство и распространение табака, наркотиков, секс-индустрии и тому подобное.

Что ещё можно сказать о труде? Господь не только даёт человеку заповедь трудиться, но и задаёт работам особый ритм. Четвёртая заповедь, данная духовному предводителю древних израильтян пророку Моисею, гласит: Помни день субботний, чтобы святить его; шесть дней работай и делай всякие дела твои, а день седьмой — суббота Господу, Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришлец, который в жилищах твоих (Исх. 20, 8–10). В христианской традиции с апостольских времён днём свободным от работы стала не суббота, а воскресенье — день, в который вспоминается Воскресение Христово. Почему в этот день Церковь призывает воздержаться от работы? Грех ли работать в воскресенье? Трудолюбивым людям, не воспитанным в церковной традиции, эта заповедь кажется абсурдной или, по крайней мере, малозначительной. Но почему же Господь даёт человеку такое указание?

У Бога ничего малозначительного нет. А если что-то нам и кажется таковым, то это лишь от нашего непонимания Его благого Промысла. «Бог отделил шесть дней для твоих дней и работы, а Себе благоволил оставить только один — седьмой» (см.: Исх. 20, 9–10). Господь знает повреждённую грехом природу человека, которая ни в чём не знает меры и за повседневными заботами склонна забывать об Источнике всего благого. Седьмой день недели нужно посвящать не безделью, а Богу, побывать на воскресном богослужении, помолиться о родных и близких, испросить благословение на последующие труды, почитать душеполезные книги. Нужно в тишине и спокойствии сверить свою жизнь с Богом, провести ревизию в своей душе. Это не значит, что всего этого не нужно делать и в другие дни, но воскресенье для христианина день особый. Воскресенье — это начало новой жизни, победа над смертью и тленом, это — распахнутые двери в Царство Небесное, в то блаженство, куда призывает нас Господь по прошествии земного бытия. Посвящая этот день Богу, мы как бы постоянно откликаемся на Его призыв.

«Этим повелением Творца процесс человеческого труда соотносится с божественным творчеством, положившим начало мирозданию. Ведь заповедь субботствования обосновывается тем, что при сотворении мира благословил Бог седьмой день, и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые Бог творил и созидал (Быт. 2, 3). Сей день должен быть посвящён Господу, с тем чтобы повседневные заботы не могли отвратить человека от Творца», — написано в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви».

Но и здесь Господь предостерегает человека от буквализма и формализма: суббота для человека, а не человек для субботы (Мк. 2, 27). Если кто-то в этот день нуждается в нашей помощи и милосердии, мы не должны отказывать ему в этом под предлогом праздности седьмого дня. В этот день можно навещать больных, заботиться о бедных. В православной традиции не считается грехом сделать в этот день какие-то неотложные дела. Но по возможности лучше брать пример с наших святых.

В отрочестве святой Серафим Саровский не пропускал почти ни одного дня без того, чтобы не посетить храма Божия. Но он не мог быть на поздней литургии и вечерни по причине занятий в лавке, где он помогал своему старшему брату. Его отец был именитым купцом, имел кирпичные заводы, в качестве подрядчика строил каменные здания и церкви, а старший брат держал лавку в Курске. Тогда он вставал ранее других и спешил к утрене и ранней обедне, а если не мог сделать и этого, восполнял это другими делами: на досуге непременно читал Евангелие и молился перед иконами.

Иго Моё благо, и бремя Моё легко (Мф. 11, 30), — говорил Спаситель. И это верно. Христиане, которые научились истинно любить Господа, сами не могут обойтись без постоянного общения с Ним. На всё, что делают, они мысленно испрашивают благословение Божие, испытывая в этом потребность. Любой труд ради Бога (пост, службы, молитва) вначале кажется бременем, а впоследствии оборачивается радостью о Господе.

ГЛАВА 6

СОРАБОТНИЧЕСТВО БОГУ

Но призвание человека ещё выше: он призван стать соработником Богу, помощником Ему. Как это возможно? И что это значит — быть соработником Богу?

В церковной традиции общепринято словосочетание «раб Божий». Сегодня эти слова у иных вызывают внутренний протест: «Почему это я раб? Не хочу быть рабом! Человек — это звучит гордо…» Такой протест возникает, прежде всего, от непонимания и незнания той глубокой церковной традиции, которой жил настоящий христианин. А традиция эта идёт от смирения. И в ней нет ничего унизительного.

Когда-то это словосочетание было для русского человека привычным и совершенно понятным. Но в начале ХХ века наступило семидесятилетнее время безбожия. «Мы не рабы, рабы не мы», — эту фразу из первой советской азбуки «Долой неграмотность: букварь для взрослых» старательно выводили «люди нового общества»…

Святой авва Дорофей, исследуя Писание, выделяет три ступени — три состояния человека по отношению к Богу. Первая ступень — это раб. На этой ступени человек подчиняется Богу из-за страха наказания. Раб — это человек, который уже познал Господа, увидел, что всё в мире подвластно Ему, осознал взаимосвязь между своими поступками и Божиим благоволением или неблаговолением, но он ещё не настолько полюбил Творца, чтобы свободно принять во всём Его волю. Отношение такого человека к Всемогущему Богу напоминает отношение раба, который вынужден подчиняться господину не за совесть, а за страх, и это состояние куда лучше, нежели состояние атеиста, для которого «если Бога нет, то всё позволено» (вольная интерпретация взглядов Ивана Карамазова из романа Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы»). Страх Божий может удержать человека от множества грехов, губительных для души и тела. Но это состояние несовершенно, оно не даёт ему возможности в полной мере почувствовать милосердие и любовь Бога, в полной мере насладиться соединением с Истиной. Раб не может любить своего господина, потому что в страхе, — по словам апостола Иоанна Богослова, — всегда есть мучение. Боящийся несовершен в любви (1 Ин. 4, 18).

Вторая ступень — это состояние наёмного работника. Наёмный работник обладает уже большей степенью свободы и достоин награды за свои труды. Но и его мироощущение далеко от совершенства. Потому что, как известно, если наёмник не получает адекватной оплаты за свою работу, он всегда начинает проявлять недовольство. Ведь он осознанно или неосознанно постоянно сравнивает свой «вклад» в Бога и свою «отдачу» от Него.

Совсем иного хочет от человека Господь. Он хочет любви совершенной, не из страха и не из награды. Пример такой бескорыстной любви мы видим в отношениях детей и родителей. Господь — Отец Небесный — желает, чтобы мы стали Ему настоящими сыновьями и дочерьми. Сын относится к Богу не как к хозяину с кнутом в руках и не как к начальнику-благодетелю. Он ощущает своё кровное единство с Богом, себя в Боге и Бога в себе. В этом, третьем, состоянии интересы человека и Бога едины, у них общая радость, общие планы, общая любовь. Сын — всегда участник в доле Отца своего, наследник. Сын трудится не из страха и не за плату, сын трудится из любви к своему Отцу. Сыновство — это уже мистическое вхождение в полноту жизни Святой Троицы, обо́жение. Кстати, понятие «обожения» неизвестно ни у протестантов, ни у католиков, оно свойственно только восточному христианству. Только Православие говорит, что призвание человека — это уподобиться Богу, по сути — стать богом. Святитель Иоанн Златоуст учил, что «Господь сошёл на землю, чтобы нас вознести на Небеса, соделался человеком, чтобы нас сделать богами». Мы призваны к новой жизни, такой, в которой мы будем наделены божественными свойствами. Мы призваны быть Божиими детьми.

Но, пока человек не окончил свой земной путь, ни один, даже самый совершенный и безгрешный, не может сказать о себе, что он уже спасён, что он уже — Божий. Поэтому всегда было принято не думать о себе высоко, а смиренно зачислять себя в рабы Божии.

Словосочетание «раб Божий» очень многозначно. Слово «раб» — однокоренное со словом «работа». Поэтому раб — это тот, кто участвует в Божием деле, в Божией работе. И в зависимости от степени своего участия он — либо раб, либо работник, либо (высшее состояние) соработник Бога, соучастник Его замыслов и дел и наследник всего Его имения. Соработничество Богу — это соединение благодати Божией и свободной человеческой воли. Такое соединение в Православии обозначается термином «синергия» (от греческого συνεργία — «сотрудничество, содействие, соучастие; вместе действующий»). Мы привыкли, что один плюс один будет два. Но синергия — это такое взаимодействие двух составляющих, когда один плюс один даёт результат, намного превышающий их простую сумму.

Синергия (соработничество), согласно преподобному Иоанну Кассиану Римлянину, — это необходимое условие спасения человека, его обожения, восстановления из падшего состояния. Это спасение не может произойти только по воле человеческой, потому что человек без Бога «не может творить ничего». Но при этом к Божественной благодати, к Божией воле человек должен приложить и своё волевое усилие. Под синергией следует понимать совместное усилие человека и Бога в деле подвига и спасения. Синергийность подвижничества означает со-действие (сослужение, сотрудничество) Божественной благодати и свободной человеческой воли.

Человек не в состоянии своими силами исцелить и обновить своё падшее естество. Он не может самостоятельно победить испорченную грехом природу и заменить её новой. Для этого нужно, чтобы на его душу, по слову святого Макария Великого, упала «роса Божественной жизни». Но и Бог не будет ничего делать без усилия человека, потому что богоданная свобода человека неприкосновенна даже для Самого Бога. От человека Он ожидает желания спасения и твёрдой решимости, смотрит на его волевое предначинание, а после довершает это предначинание Своей благодатью. Благодаря этому человеческая воля становится существенным и необходимым условием в деле спасения, но свершиться спасению даёт благодать.

Эта благодать всегда готова излиться на нас обильным потоком. Христос всегда стоит при дверях и ждёт, когда человек откроет. Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мной (Откр. 3, 20). Благодать всех зовёт, но никого не понуждает. Христос не взламывает двери и не врывается к нам, Он смиренно ждёт нашего произволения. А наша участь прекрасна и завидна. Мы, пользуясь нашей свободной волей, можем любое наше душевное устремление, любое земное дело, любую работу, любое начинание и предприятие положить к ногам Христа, мы можем каждый наш шаг и каждое наше движение сделать Божиим. Всё, что мы делаем на земле, мы можем делать для Бога. На всё испрашивать Его благословения и за всё благодарить Его. Тогда и вся наша жизнь, и мы сами станем Божиими. В Своей благости Христос всегда нисходит к стремлению человеческой души пребывать с Ним. То, что делает Бог, неизмеримо важнее того, что делаем мы, но и мы, люди, наравне с Богом должны внести свой вклад, свою лепту в общее дело. Соработничество и наше единение с Богом требуют сотрудничества двух неравных, но равно необходимых сил: Божественной благодати и человеческой воли. Мы должны помнить, что мы не только земные существа. Как только мы впускаем в свою жизнь Бога и начинаем работать сообща, мы становимся (по словам святого Иустина Поповича) существами небо-земными. И вся наша жизнь получает иное направление и иную — бесконечную — перспективу.

Только подумайте, какое это великое предназначение — стать соработником, соучастником в деле Творца! Каждый получит свою награду по своему труду. Ибо мы соработники у Бога, — говорит апостол Павел (1 Кор. 3, 8–9). И самое удивительное, что мы можем стать соработниками Божиими на любом месте, в любом деле, которым бы мы ни занимались, будь то мытьё полов или управление компанией. А для того, чтобы стать ими, достаточно только нашего волеизъявления на это.

Святитель Николай Сербский в книге «Десять Божиих заповедей» пишет: «Труд твой да будет творчеством, так как ты чадо Творца, поэтому не разрушай, но созидай!

Рассматривай свой труд как соработничество Богу. И тогда ты не будешь творить зло, но добро. Прежде всякого дела подумай: благословил бы тебя Бог на эту работу или нет? Потому что самое главное — помнить, что все дела совершает Господь; мы же — лишь помощники Его. И если дело, нами начинаемое, благословенно, то мы должны исполнить его не жалея сил. Твоё сердце и лёгкие работают день и ночь и не устают. Почему же не могут поработать и твои руки? И почки твои работают без отдыха день и ночь. Почему же и мозг твой не может потрудиться? <…>

Поэтому трудись и научи своих детей трудиться. А когда работаешь, не смотри на труд только как на средство обогащения. Усматривай в своей работе красоту и наслаждение, которую дарит труд как благословение Божие».

ГЛАВА 7

ПРИТЧА О ПЯТИ ТАЛАНТАХ

Прекрасно и глубоко раскрывает состояние человека по отношению к Богу, соработничество с Ним евангельская притча о талантах: Человек… отправляясь в чужую страну, призвал рабов своих и поручил им имение своё: и одному дал он пять талантов, другому два, иному один, каждому по его силе; и тотчас отправился. Получивший пять талантов пошёл, употребил их в дело и приобрёл другие пять талантов; точно так же и получивший два таланта приобрёл другие два; получивший же один талант пошёл и закопал его в землю и скрыл серебро господина своего. По долгом времени, приходит господин рабов тех и требует у них отчёта. И, подойдя, получивший пять талантов принёс другие пять талантов и говорит: господин! пять талантов ты дал мне; вот, другие пять талантов я приобрёл на них. Господин его сказал ему: хорошо, добрый и верный раб! в малом ты был верен, над многим тебя поставлю; войди в радость господина твоего. Подошёл также и получивший два таланта и сказал: господин! два таланта ты дал мне; вот, другие два таланта я приобрёл на них. Господин его сказал ему: хорошо, добрый и верный раб! В малом ты был верен, над многим тебя поставлю; войди в радость господина твоего. Подошёл и получивший один талант и сказал: господин! я знал тебя, что ты человек жестокий, жнёшь, где не сеял, и собираешь, где не рассыпал, и, убоявшись, пошёл и скрыл талант твой в земле; вот тебе твоё. Господин же его сказал ему в ответ: лукавый раб и ленивый! ты знал, что я жну, где не сеял, и собираю, где не рассыпал; посему надлежало тебе отдать серебро моё торгующим, и я, придя, получил бы моё с прибылью; итак, возьмите у него талант и дайте имеющему десять талантов, ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет; а негодного раба выбросьте во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов. Сказав сие, возгласил: кто имеет уши слышать, да слышит! (Мф. 25, 14–30).

В этой притче говорится о Господе, Который каждому Своему рабу вручает таланты по мере его сил. Под этими талантами можно понимать совершенно разные дары, прежде всего дары духовные, например дар слова, даваемый духовенству, как о том пишет блаженный Феофилакт Болгарский. Но эти дары можно понимать и шире. Тот же блаженный Феофилакт пишет, что кто-то получает дар слова, кто-то — богатство или власть, или иное какое знание и способность. По имеющимся знаниям и способностям один становится священником, другой воспитывает и учит детей, третий выращивает хлеб, четвёртый занимается торговлей или предпринимательством, строит заводы, организовывает производство… Дары, таланты даются для того, чтобы их реализовать. Как говорил поэт Евгений Баратынский: «Дарование есть поручение. Должно исполнить его, несмотря ни на какие препятствия».

Не сразу Господь требует отчёта об употреблении этих талантов, но ожидает некоторое, достаточно продолжительное, время. Это время нашей земной жизни, время, когда каждый полученный от Бога талант должен проявиться, развернуться и принести свои плоды. Это время, когда мы должны осознать свои способности, развить их и направить на служение людям и Богу. Талант — не собственность человека, не причина возгордиться, а силы и средства, данные ему Богом для выполнения его призвания на земле. Талант, прежде всего, возлагает обязанность: с того, кому многое дано, многое и спросится. Не самодовольство своим талантом, а забота о развитии и применении его, ответственность за его использование, верность в малом, как и в великом, делают человека достойным войти в радость Господа своего (Мф. 25, 21) и быть поставленным над многим.

Печальна участь человека, относящегося к Всемогущему Богу, как в притче относится плохой раб к господину. Обратите внимание, что никто иной, а именно этот ленивый и лукавый работник, не приложивший усилий, чтобы потрудиться, высказывает своё недовольство господином, называя его жестоким и несправедливым, обвиняя его в том, что он жнёт, где не сеял, и собирает там, где не рассыпал. Это, к сожалению, не что иное, как ропот, хула и клевета на Всевышнего, потому что всё, посеянное на этой земле, посеяно Им. «Зарыть свой талант в землю» — это значит прожить жизнь, так и не поняв, в чём её смысл, в чём главное предназначение человека. Вот как пишет об этом блаженный Феофилакт Болгарский в «Толковании на Евангелие от Матфея»: «…от лукавого и ленивого раба отнимается дар. Кто, приняв дар для того, чтобы приносить пользу другим, не употребляет его для этой цели, тот теряет этот дар; а проявивший большее усердие приобретёт и дар больший. Ибо имеющему усердие дана будет и преизбудет большая благодать, а от не имеющего усердия отнимется и то дарование, какое он по-видимому имеет, так как кто не упражняется и не заботится об умножении дарования, тот теряет его и имеет только по-видимому, но в действительности погубил его своею леностью и небрежением».

Каждый дар, который даётся человеку от Господа, уникален. Уникален дар писателя, художника, музыканта, инженера, строителя, сапожника, швеи, врача. Уникален и предпринимательский дар — его можно выделить среди некоторых других в том смысле, что он требует от человека намного больше сил и энергии, чем от простого исполнителя. Он требует творческих идей, умения довести задуманное до конца, умения организовать вокруг себя множество людей, наладить контакты и связи, добиться дисциплины от подчинённых, взять на себя ответственность за решения и риски, требует мобильности, знания основ экономики, юридических знаний и прочее и прочее. То есть мы все не равны по отпущенным нам талантам. Не случайно в притче говорится, что господин дал каждому по его силе. Предпринимательский талант — это, образно говоря, не один, а несколько талантов. Но с того, кому многое дано, многое и спросится. Если человек, имеющий от Господа много сил и энергии, станет употреблять их неразумно, то ему непременно придётся за это дать ответ.

Впервые взяв в руки Евангелие, человек, обретающий веру, действительно начинает пересмотр всей своей жизни. И одним из самых первых вопросов, которые он ставит перед собой, является вопрос: а соответствуют ли моя жизнь и моя деятельность воле Божией? Многим людям хотелось бы из уст святых узнать некий «список греховных профессий», чтобы определиться со своей жизнью. Из жития святого Пророка и Предтечи Господня Иоанна Крестителя мы знаем, что к нему приходили люди разных сословий и спрашивали, что им делать. И он ни мытарям, ни воинам не сказал, что им надо оставить своё занятие. Анализируя ответы духовных лиц, мы убеждаемся, что такого списка нет, за исключением разве что наркодельцов, проституток и наёмных убийц. Церковь не ставит жёстких рамок в выборе вида деятельности, налагая, однако, на многие из них определённые ограничения. Так, имеющим большие доходы святой Иоанн советовал часть уделять нуждающимся, сборщиков податей предостерегал от взяток, а воинов отнюдь не призывал бросить оружие, а наставлял довольствоваться своим жалованьем, избегать насилия и клеветы друг на друга.

«Церковь благословляет всякий труд, направленный ко благу людей; при этом не отдаётся предпочтения никакому из видов человеческой деятельности, если таковая соответствует христианским нравственным нормам», — говорится в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви».

Само занятие предпринимательством не запрещено Богом, не является грехом, не препятствует спасению человека. Конечно, если, к примеру, торговец станет обвешивать или пытаться сбыть лежалый товар, то это уже совсем другое дело. В кисе твоей не должны быть двоякие гири, бόльшие и меньшие; в доме твоём не должна быть двоякая ефа^1, бо́льшая и меньшая; гиря у тебя должна быть точная и правильная, и ефа у тебя должна быть точная и правильная, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь Бог твой даёт тебе [в удел]; ибо мерзок пред Господом Богом твоим всякий делающий неправду (Втор. 25, 13–16), — так Священное Писание говорит нам о недопустимости обмана. Отсюда и пошла поговорка — «Бог любит точные гири». А сколько сейчас существует «современных предпринимательских грехов»: взятки, откат, содержание «крыши», демпинг, использование дешёвого труда мигрантов… И в каждом случае, попадая в реальные условия реального дела, придётся делать непростой выбор: как поступить. Но если главным для предпринимателя всегда будет Господь, если он будет всегда помнить о своём призвании быть соработником Богу, это поможет ему принять правильное решение. И Сам Господь умудрит его и благословит его труды.

ГЛАВА 8

ПЛОДЫ ТРУДА. СТРЕМЛЕНИЕ ДОСТИЧЬ СОВЕРШЕНСТВА

Господь призывает человека к совершенству. Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный, — сказано в Евангелии от Матфея (Мф. 5, 48). Прежде всего, здесь идёт речь о духовном совершенствовании, то есть об уподоблении Богу: Его смирению, кротости, любви, милосердию. «Христианское совершенство, будучи жизнью в Боге, есть бесконечное поприще преуспеяния, ибо бесконечен Бог», — писал святитель Игнатий (Брянчанинов). Стремление к совершенству, если его не заглушили лень, расслабленность и другие пороки повреждённой природы, — есть вечный движитель личности, заставляющий её двигаться от плохого к хорошему, от хорошего к лучшему. Стремление к совершенству можно увидеть и в проявлениях обычной жизни, оно даёт себя знать во внутренней неудовлетворённости человека внешними благами и достижениями, в постоянном искании нового. Богатство, власть, слава и всё прочее кажутся ценными только до тех пор, пока не будут достигнуты. После их достижения нормальный человек обычно перестаёт удовлетворяться ими и ищет иного. Эта неутолимость исканий и потребностей свидетельствует о высшей духовной природе человека, для которой никакое временное, внешнее благо не может быть последней целью. Он ищет, хотя часто и бессознательно, бесконечного совершенства, а оно может быть только в Боге.

Стремление к совершенству подвигает человека в любом своём благом деле жаждать преуспеяния. Если он что-то сегодня делает хорошо, то завтра он хочет научиться делать это ещё лучше. Если человек идёт, то горизонт всё время удаляется и расширяется. И это хорошо, потому что давно замечено: кто считает, что уже достиг цели и ему не надо двигаться дальше, не только останавливается в своём развитии, но и начинает быстро деградировать — сначала духовно, а потом и физически. Поэтому жизнь можно сравнить с ездой на велосипеде: стоит только перестать крутить педали, как тут же последует падение.

Естественное стремление православного предпринимателя, да и любого человека, добросовестно относящегося к своему труду, — совершенствование в своей профессии, в своём деле. Это благое стремление, его нужно и должно в себе культивировать. Но как именно достигать этого совершенства, как добиться того, чтобы плоды твоего труда стали качественными, нужными и полезными другим людям и обществу?

Стремление к совершенству всегда надо начинать с себя, со своего развития. Это касается не только набора профессиональных знаний, но и развития своей души, своей личности в целом. Очень важно понять, что в результат труда мы всегда закладываем то, что сами собой представляем. Каково растение, таков будет и плод от него. Репейник не может произрастить сладких яблок. Злой и завистливый Урфин Джюс из сказок А. М. Волкова о Волшебной стране и Изумрудном городе мог производить только себе подобных — уродливых деревянных солдат.

Даже когда вещи имеют красивый внешний вид, они могут нести в себе негативный отпечаток личности своего хозяина или производителя. Преподобный Иларион Великий — святой, живший в начале IV века, — получил от Бога дар посредством обоняния и осязания вещей узнавать, кто какою одержим страстью. Из его жития известен такой случай. В монастырь, где он жил, принесли в дар очень красивые и спелые плоды. Блюдо с плодами поставили перед святым Иларионом, но он отказался их есть. По его словам, они пахли скупостью. Вероятно, человек, пожертвовавший их в монастырь, с трудом преодолел себя, чтобы расстаться с начатками своего урожая.

Совершенствуя себя, человек должен совершенствовать и мир, данный ему во владение. Начало, положенное Богом этому миру, было хорошо: И увидел Бог всё, что Он создал, и вот, хорошо весьма (Быт. 1, 31).

Но мир есть творение не законченное, он продолжает развиваться. И человек призван творчески участвовать в этом развитии, преодолевать повреждённость этого мира после грехопадения, вновь делать этот мир прекрасным, развивать и совершенствовать себя, свои отношения с Богом. Человек должен совершенствовать, преображать и украшать этот мир, разумеется, в согласии с Божественным замыслом о нём. Поэтому всё, что мы делаем, плоды нашего труда либо будут вкладываться в общую гармонию великого замысла, либо, в противоположном случае, будут временны, и от них впоследствии не останется камня на камне. Всё, что мы делаем в этом мире, мы должны делать красиво, качественно, хорошо и с благородными помыслами. Потому что самым высоким мотивом трудящегося христианина является делание во имя Бога: И всё, что вы делаете, словом или делом, всё делайте во имя Господа Иисуса Христа (Кол. 3, 17) или: И всё, что делаете, делайте от души, как для Господа, а не для человеков, зная, что в воздаяние от Господа получите наследие, ибо вы служите Господу Христу (Кол. 3, 23–24). Через служение Богу человек соединяется с Ним.

Итак, вся наша жизнь — служение Богу, а наш труд — это сотворчество с Ним. Именно такой труд, а не рабская повинность приносит человеку радость. Созидательное, творческое удовлетворение от труда — это удовольствие от изменения сущего к лучшему, к более полному и совершенному. Стремление человека к совершенству можно назвать проявлением духа в человеке. Таким же проявлением духа является и стремление к красоте. О красоте хочется поговорить особо.

ГЛАВА 9

КРАСОТА И ЕЁ ИСТОЧНИК

Источником красоты является Сам Бог. Он сотворил мир, заложив в него законы красоты. Господь всё расположил мерою, числом и весом (Прем. 11, 21). Ещё с самого начала церковной проповеди отцы Церкви сотворение мира^2 уподобляли процессу украшения. Сам Бог в книге Бытия сравнивается с Художником, Который не сразу творит своё произведение во всей его красоте, но совершенствует, украшает его. Тертуллиан выражает эту мысль следующим образом: «Сначала Бог создал мир как бы из необработанных элементов, а потом занялся украшением их. Ибо и свет Бог не сразу наполнил блеском солнца, и тьму не тотчас умерил приятным лунным светом, и небо не сразу обозначил созвездиями и планетами». Интересно, что святитель Григорий Палама, описывая устроение Богом сотворённого Им космоса, указывает на совмещение эстетического фактора и фактора «полезности»: они всегда пребывают в тождестве, так что это не два различных фактора, но два измерения одного и того же Божественного замысла.

Конечно, после грехопадения человека и повреждения его природы изменилось и наше восприятие красоты. Красота для нас стала субъективной и не всегда очевидной. Отпадение от Божественной жизни, а значит и от Божественной красоты, которое произошло с Адамом, коренным образом коснулось всего сотворённого мира. Согласно церковному преданию, изначально даже дьявол и бесы обладали красотой, утраченной ими при отпадении от Бога. Об этом, как пишет преподобный Максим Исповедник, свидетельствуют слова пророка Иезекииля: «Истлело искусство твоё с красотою твоею» (см.: Иез. 28, 17).

Что же произошло с красотой мира и человека? Красота не просто разбавилась или уменьшилась, но произошло определённого рода смешение красоты и не-красоты, гармонии и безобразности. Первочеловек был сотворён из ничего, то есть по природе своей он был тленным. Но когда он был устремлён к Богу, то по благодати Божией пребывал нетленным. После грехопадения человек утерял эту благодать, совершил, по выражению преподобного Максима Исповедника, «бегство из красоты». По этой причине грехопадения в Адаме, его потомках и во всём космосе началось движение к тлению — к смерти и не-бытию. Так в мир, доселе наделённый красотой, вошло явление, противоположное красоте, — безобразность.

В чём же суть безобразного? Святой Дионисий Ареопагит пишет следующее: «Некрасивость, болезнь — это ущерб вида и нарушение порядка. Это не совершенное зло, но меньшее добро» (то есть не полное не-бытие, но частичное отсутствие бытия).

То есть безобразное — это ненадлежащее, не соответствующее замыслу Божиему состояние того или иного элемента сотворённого Богом мира. Возможно, поэтому в любом человеке глубоко заложена естественная потребность в любой своей деятельности вернуть миру утраченную красоту. Если мы ищем высшей красоты, приближаемся к ней, восстанавливаем её, высвобождаем из хаоса некрасивого, мы тем самым приближаемся к Богу, делаем Божие дело. Одухотворённый труд человека-создателя запечатлевается в плодах его труда и стимулирует его труд, который в конечном итоге воплощается в высококачественном продукте.

Чем ближе человек к Богу, тем острее и тоньше он чувствует истинную красоту, потому что Бог — это и есть Красота, Бог — источник красоты абсолютной. О неизреченной красоте Господа свидетельствует Священное Писание: О, как велика благость Его и какая красота Его! (Зах. 9, 17). Когда Фёдор Михайлович Достоевский утверждал, что «красота спасёт мир», он имел в виду Божию красоту и то, что мир спасается Богом. В сотворённом Господом видимом мире отразились свойства Творца — Его сила, премудрость, совершенство (см.: Рим. 1, 20).

Свой образ Бог запечатлел в человеке: И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию (Быт. 1, 27). «При первоначальном творении нам даруется быть рождённым по образу Божиему; своей же волею приобретаем мы бытие по подобию Божиему», — пишет святой Василий Великий. В богоуподоблении, в стремлении к бесконечному совершенствованию и заключается жизнь духа. Духовная жизнь делает человека причастным жизни божественной, вечной. И стремление к совершенной красоте поэтому также есть действие духовной стороны в человеке.

Красота, прекрасное — это не только то, что услаждает взор и слух человека или приносит внешнюю пользу с точки зрения каких-либо выгод. Эстетическое чувство содержит элементы бескорыстия, искание идеи, идеала во внешнем образе.

В житии святой великомученицы Варвары есть поразительный пример того, что красота — это один из путей познания Истины. Напомним его. У некого богатого и знатного человека по имени Диоскор была любимая дочь Варвара. Эта девушка выросла необыкновенно красивой. Отец берёг её как зеницу ока и поэтому выстроил для неё высокий, роскошный замок, где спрятал свою дочь от людей. Оторванная от общества юная девушка находила себе единственное утешение в созерцании красот природы и в размышлении по поводу виденного. Она смотрела с высоты башни на горние и дольные создания Божии, взирала на небо, наблюдала сияние солнца, луны и красоту звёзд. Она любовалась красотой покрытых зеленью полей, рощ и садов, орошаемых реками, окружённых холмами и горами, и спрашивала живших с нею наставниц:

— Кто сотворил это? Чьею рукою всё это создано?

И однажды, когда она долго смотрела на небо и была объята сильным желанием узнать, кто сотворил такую высоту, ширь и светлость, внезапно в сердце её воссиял свет Божественной благодати и открыл её умственные очи к познанию неведомого доселе для неё Единого Невидимого и Непостижимого Бога, премудро создавшего небо и землю.

Так, не имея иных учителей, святая Варвара была научена вере Самим Богом через красоту того, что она видела вокруг себя. Кстати, любопытно, что примерно таким же путём пришёл к познанию Творца Вселенной и знаменитый учёный Константин Эдуардович Циолковский. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочитать его произведение под названием «Причина космоса». В нём, размышляя о бесконечности и красоте вселенной, основоположник космонавтики делает вывод о Создателе — «Причине», способной уничтожать и творить материю: «Причина должна иметь способность ликвидировать и производить материю». Святой Максим Исповедник пишет: «Бога знаем не по существу Его, но по великолепию творений Его и Его о них промыслу. В них, как в зеркале, видим мы беспредельную Его благость, премудрость и силу».

Образ Творца отражается в творении, Бог сотворил мир, вложив в него красоту. Даже грехопадение не могло стереть отпечатка свойств Творца в творении, не смогло отменить красоты, лежащей в основе творения. Оно только искажает её. Но и сейчас мир остаётся способным к восприятию красоты; в нём остаётся стремление к исканию прекрасного.

Любопытно, что Русская Православная Церковь в данном случае уникальна. Она единственная Церковь, которая обратилась ко Христу как к совершенной Красоте, покорённая её благодатной силой. В «Повести временных лет» мы читаем, как великий князь Владимир послал гонцов во все концы земли, чтобы они помогли ему выбрать веру. Согласитесь, задача была не из лёгких. Можно было увязнуть в правилах, догматах, схожестях и различиях. Но сердце и душа будущего святого князя сразу склонились к Православию, когда он услышал слова своих посланников, побывавших на богослужении в храме: «Нет на земле… красоты такой… знаем мы только, что пребывает там Бог с людьми… Не можем мы забыть красоты той…» Не зря Платон говорил: «Красота — это убедительная сила истины».

Красота животворит душу, она действует на человека как живая вода; безобразие же, наоборот, угнетает, отупляет, лишает радости.

То, что с нами произошла какая-то странная деформация, что мы утеряли Бога «и в храме, и в душе», пожалуй, лучше всего заметно в современной архитектуре. Построенное архитекторами живёт веками. К несчастью, многое из построенного в постсоветское время войдёт в историю нашей страны не как памятники культуры, а как памятники безвкусицы, сребролюбия и человеческого тщеславия. За красоту принимается желание построить как можно выше, больше, навороченнее, бетоннее бетона и стекляннее стекла… Или, наоборот, примитивно-уродливый, без-образ-ный вид строения оправдывают тем, что, дескать, на более красивое не хватило денег, что вопросами красоты вообще некогда заниматься, других дел полно.

Так потом и стоят эти унылые и мрачные столичные и провинциальные новостройки, десятилетиями передавая свой унылый дух окружающим. Какая составляющая (духовная, душевная, материальная) в человеке превалирует, ту и можно видеть в плодах его труда: по плодам их узнаете их (Мф. 7, 16).

И дело здесь совсем не в бережливости или щедрости, в нехватке или избытке денег, недостатке времени на красоту. Крестьянин (заметьте, от слова христианин) русской деревни с утра до вечера был занят тяжёлым трудом, но всё же находил время, чтобы ладно построить свой дом, внеся в его внешний облик осмысление жизни в целом и своей собственной в частности. Дом свой он венчал коньком — выдолбленным изнутри деревянным бревном-шеломом со скульптурно вылепленным на концах символическим изображением коня. Резные причелины с солнечными узорами и радушные крыльца с пластичными резными столбами, добротная мебель со сдержанной резьбой шкафов, скамей и киотов составляли целостное наружное и внутреннее убранство дома, словно бы подсказанное самой природой или Богом. Красотой отличалась не только праздничная, но и повседневная одежда, красотой сияла мебель, конская сбруя, незатейливые игрушки для детей. Причём даже самый небогатый деревенский житель знал, что красота даже не в дороговизне и пышности, а в гармонии. То есть в свойстве, которое присуще Самому Богу.

Посмотрите на знаменитый особняк Рябушинского в Москве на улице Малой Никитской, построенный архитектором Фёдором Осиповичем Шехтелем. Элементы этого удивительного по красоте сооружения он подсмотрел в самой природе, сотворённой Создателем. Центром архитектурного замысла в этом доме стала изумительная лестница, изогнутая в виде морской волны, в ней внимательный взгляд увидит зримое сотворчество человека и Бога. Любопытно, что сам Шехтель был из семьи обрусевших немцев. В юности закончил римско-католическую семинарию, но вся его жизнь и его творчество привели к тому, что в 1914 году он принял Православие.

Имея в душе на первом месте Господа, православный человек всегда будет соотносить с Ним плоды и творения своих рук и своего разума. Какими чувствами руководствуется архитектор при строительстве, то и будет проявлено в его воплощённом проекте. Что это будет — желание создать гармоничную среду для человека, в которой он чувствовал бы себя сотворцом и соработником Божиим, или же желание удивить, поразить воображение, подавить собственным величием, соорудить очередную Вавилонскую башню? Из какого помысла, какого желания проистекают многие современные проекты с «падающими» стенами, несоразмерными деформациями и прочее?

Кстати, любопытный факт. Одним из самых красивых городов мира на земле считается Париж. А ведь он фактически является городом типовой застройки. То есть проектировщик не разрабатывал проект каждого здания в отдельности, а целые кварталы строились по единому стандарту. Эта застройка стала считаться образцом градостроительства в Европе. (К сожалению, наши «хрущобы» стали, наоборот, образцом того, как строить не надо.) Значит, дело даже не в индивидуальном или типовом подходе к архитектуре, а дело в соответствии или несоответствии проекта законам красоты.

Как бы ни старалась отличиться современная архитектура, приходится признать, что самыми красивыми памятниками архитектуры на Руси до сих пор были и остаются храмы. И это замечательно. Всё самое лучшее человек приносил Богу. Храм — это наглядный урок красоты и гармонии. Конечно, потеря Бога, отступление от Него, безбожный период советской власти не прошли бесследно и для них. Бывает, что сегодня и в храмах мы можем встретить образцы безвкусия и без-образия. Особенно горько это наблюдать по отношению к некоторым вновь построенным храмам и часовням, в которых мотив «красоты для Бога» отходит на второй план, а на первый выдвигается желание побыстрее соорудить помещение, как сегодня говорят, для «отправления религиозных нужд». Но мы должны понимать, что всё это искажённое мы привнесли туда сами из-за нашего неверного понимания Бога. И нам надо стремиться выправить свою жизнь и её искажения.

Поэт Николай Алексеевич Заболоцкий однажды задался вопросом:

…что есть красота

И почему её обожествляют люди?

Сосуд она, в котором пустота,

Или огонь, мерцающий в сосуде?

Да, это именно огонь, который животворит материю, потому что исходит из духовного источника, из Бога. Красота земная есть продолжение красоты Божественной.

Русский мыслитель XIX века Николай Яковлевич Данилевский придавал решающее значение красоте как фактору прогресса и развития культуры, качественной деятельности и улучшения качества продуктов труда. Он говорил: «Красота есть единственная духовная сторона материи, следовательно, красота есть единственная связь этих двух основных начал мира. То есть красота есть единственная сторона, по которой она (материя) имеет цену и значение для духа — единственное свойство, которому она отвечает, соответствует потребностям духа и которое в то же время совершенно безразлично для материи как материи. И наоборот, требование красоты есть единственная потребность духа, которую можно удовлетворить только материей». Эти размышления он заканчивает так: «Бог пожелал создать красоту и для этого создал материю».

Способность человека к творчеству, способность к восприятию красоты и гармонии, способность воссоздавать красоту и гармонию — это проявление Бога Творца в человеке, по образу и подобию Которого человек и создан.

ГЛАВА 10

ОДНОРАЗОВАЯ ЖИЗНЬ, ИЛИ О НАШЕМ БУДУЩЕМ

Молодой юрист радостный приходит к отцу:

— Папа, поздравь меня! Я выиграл дело, которое ты не мог выиграть двадцать лет!

— Дурак! — отвечает отец. — Оно все эти двадцать лет кормило меня.

Всего каких-то полвека назад люди перелицовывали платья и пиджаки, потому что сукну, из которого шили одежду, сносу не было (оно только слегка лоснилось и выгорало на солнце). Сегодня же, после покупки новых курток и брюк, впору вскоре нести их в ближайшее ателье штопать обмахрившиеся края штанин и менять прохудившиеся карманы (подумывая о том, что цена пары таких ремонтов уже сопоставима с ценой нового некачественного изделия).

Прошли времена, когда «добро» хранили в сундуках и передавали по наследству и чуть ли не каждая «нажитая» вещь могла стать исторической семейной реликвией. Ушли безвозвратно воспоминания о годах, когда добротные сапоги переходили от отца к сыну, затем к младшему брату… Научно-технический прогресс добрался до века XXI. Каковы же его последствия для нас, обывателей? Купленные ботинки хорошо если отслужат один сезон, дээспэшная мебель начинает разваливаться, ещё не добравшись до квартиры, в модной дублёночке, оказывается, нельзя попадать под снег и под дождь.

Качество бытовых вещей падает с каждым годом, пытаясь приучить нас к тому, что в жизни всё одноразовое — одноразовая тарелка, одноразовая кофточка, одноразовое полотенце… Наверное, в этом нет ничего страшного, если дело касается предметов народного потребления — ширпотреб он и есть ширпотреб, и чем плох одноразовый носовой платок или шприц? Но будем ли мы считать так же, если дело коснётся качества автомашины, или жилища, или, не дай Бог, операции на сердце? Но, увы, закон «одноразовости», или, как его ещё можно изящно назвать, «соотношения цены-качества», всё глубже проникает во все сферы нашей жизни. Одноразовая зубная щетка, одноразовая книжка, одноразовый художественный фильм…

Одноразовость подразумевает, что вещь можно использовать и без сожаления выкинуть. Эта идея постепенно завоёвывает наше сознание, норовя также обесценить до одноразовости и самого человека и все человеческие отношения. Нет проблем заменить одного мужа другим, старого приятеля новым, традиционного жителя города приезжим, потомственного рабочего гастарбайтером. А всё, что заменено, можно без сожаления отправить на свалку. С глаз долой из сердца вон.

И мы как-то особо не задумываемся, что́ происходит с тем, что выкинуто. Например, с энергосберегающими лампочками, аккумуляторами, полиэтиленовыми пакетами. Куда это всё девается? Особо не задумываемся, даже если и слышали краем уха, что полиэтилен вообще не разлагается, а одна пальчиковая батарейка загрязняет тяжёлыми металлами около 20 квадратных метров земли (считайте, одну комнату нашего дома). Из земли эти тяжёлые металлы попадают в водоёмы, из которых мы пьём, и вот уже и родниковую воду надо фильтровать, обзаводясь для этого всё новыми агрегатами для комфортной, а то и просто здоровой жизни.

Нет, конечно, кто-то об этом задумывается. Некоторые даже учатся всё это перерабатывать и зарабатывать на этом. И всё для чего? Чтобы опять произвести на свет новую партию очередных одноразовых предметов.

Человек — хозяин и венец природы — превратил землю в отхожее место и, как на чаепитии у безумного кролика, оставляя за собой грязную чашку, перемещается к новой.

Но, может быть, у него нет выбора? Нет таких технологий, которые бы могли решить эту проблему? К счастью, есть. Для иных непродвинутых автолюбителей, возможно, станет открытием информация о том, что уже сегодня есть технологии, которые продлевают срок службы шины до срока службы самого автомобиля: купил машину, отъездил… и утилизировал всю целиком без автосервисов и шиномонтажа. Фантастика? Ничуть не бывало! Пожалуйста, такие качественные шины сделать можно. Почему же не делают? Не выгодно.

Производителю не выгодно делать качественно. Потому что конкурентоспособным сегодня в условиях рынка оказывается именно некачественный товар, а иногда и товар прямо угрожающий здоровью человека. Проблема в том, что потребитель при покупке товара зачастую просто не способен определить его качество: ведь основным критерием выбора остаётся для многих внешний вид изделия. А внешний вид одноразовой вещи сегодня может ничем не отличаться от вещи хорошей. К примеру, пластиковые окна класса А и класса Б по внешнему виду практически одинаковы. Только искушённый покупатель станет разбираться, чем один профиль отличается от другого, дотошно исследовать характеристики теплоизоляции, шумоизоляции и прочее. В итоге, как показывает практика, более качественные окна класса А не востребованы на нашем рынке покупателями, предпочитающими класс Б (предназначенный для казённых и временно (!) жилых помещений). В строительные магазины перестают поставлять хорошие двери, добротный паркет, не ломающиеся диваны. Просто потому, что их не покупают, так как есть дешёвые аналоги, пользующиеся спросом.

Потребитель судит по внешнему виду: беленько, гладенько — и значит, хорошо. Предприниматель, который, досконально изучив характеристики изделия, пытается не приобретать и не реализовывать некачественный или не соответствующий назначению товар, — обречён. И это при том, что многие до сих пор уверены: рынок — двигатель торговли и свободная конкуренция скоро всё расставит по своим местам и сделает нашу жизнь непрекращающимся благоденствием. Увы, жизнь показывает: выдерживают конкуренцию заведомо плохие товары. Люди покупают наихудшее и более дешёвое (а более дорогое для среднего человека и не по карману). Поэтому и китайские товары, сделанные «на коленке», идут на ура! И только потом выясняется, что эта игрушечка, которую мы купили своему ребёнку, отравлена. Хорошо, если выясняется.

Всё больше по миру распространяются технологии, имитирующие не только качество продукции, но и сам продукт: сигареты делаются не из табака (а из бумаги, пропитанной специальными смолами), рыба не из рыбы, масло не из сливок, картофельные чипсы не из картофеля и так далее. В магазине старушка с любопытством и желанием поправить здоровье вертит в руках баночку с привлекательным названием — «Постное масло», не понимая, что перед нею всего-навсего вполне знакомый ей (и вредный для здоровья) обычный маргарин. Вы думаете, лекарство называется лекарством, потому что должно лечить? Ничуть не бывало. Нынче лучшее лекарство то, которое снимает симптомы, точнее сказать — видоизменяет их. Причем чем быстрее происходит этот процесс, тем большим спросом пользуется у недальновидных потребителей. С кого спрос, если, снимая симптомы простуды, человек заболевает язвой желудка, а потом, «леча» уже язву, получает проблемы с печенью и так далее?

Но, как мы поняли, дело отнюдь не в технологиях. Как раз эти технологии сейчас настолько хороши, что из чёрного могут сделать белое и наоборот. Проблема в том, что сейчас не одна сотня прекрасных и умных инженеров ломает голову над тем, как не улучшить, а именно ухудшить своё изобретение, заложив в него скоро ломающиеся втулки, болтики, штифты, чтобы они вышли из строя не далее чем через год (срок окончания гарантии), полгода, три месяца. Появилась такая профессия — специалист по параметризации — планируемому старению.

Случай из практики современного предпринимателя. Буровая компания «Евразия» попросила владельца одного машиностроительного завода по производству нефтяного оборудования разработать поршень для бурового насоса. Существующие поршни российского и китайского производства постоянно ломались. Заказ был сформулирован так: сделать разработку, подобную американской, которая могла бы обеспечить бесперебойную работу буровой примерно на три месяца. (Кстати, представьте себе замену этих поршней в условиях какой-нибудь полярной зимы, сразу станет ясно, что для буровиков проблема насущная.) Владелец завода стал разговаривать об этом заказе со специалистами-разработчиками. И вдруг его неожиданно поставил в тупик вопрос: «А какой закладывать потолок работы поршня?» «Вы имеете в виду себестоимость?» — не понял заводчик. «Нет, — сказал специалист, — я спрашиваю, сколько сейчас работает российский поршень? В общем, сколько вам нужно, чтобы он работал, — 300 часов, 500, 600?»

Оказалось, что разработчик способен сделать очень доброкачественный, не ломающийся поршень, но спрашивает, до каких характеристик надо ухудшить продукт. Как ни печально, сегодня это обычные требования заказчиков. При этом себестоимость и «хорошего» и «плохого» поршня одинакова. Соответственно, путём нехитрых дальнейших подсчётов выгодности этого дела выяснилось, что хорошую прибыль можно получить только от производства «плохого» поршня.

Перед предпринимателем, естественно, в таких случаях всегда встаёт вопрос элементарной выгоды, который чаще всего решается совершенно однозначно. Конечно, если он не закладывает в это уравнение морально-нравственную составляющую, то есть попросту — совесть. Так вот чего требуют от нас современные условия конкуренции современного рынка — отсечения совести.

Но это отсечение совести так прижилось в современном мире, что не только не порицаемо, а порой даже ставится в пример, как гениальный маркетинг. Таков, к примеру, известный ход фирмы, сделавшей ручки своих овощечисток коричневого цвета для того, чтобы хозяйки по ошибке выкидывали их вместе с картофельными очистками и приходили за новыми. Какие мысли приходят к вам в голову, когда вы видите жидкий водянистый гель, моментально выливающийся из бутылочки вместо двух капель, как следует в инструкции, или тюбик зубной пасты с «широким горлом», или рифлёную упаковку творожной пасты, которую никогда не извлечь из всех этих «рифов»? Обман, мелкое надувательство. А может, и не очень мелкое. Представьте, сколько копеек набегает с каждого тюбика или баночки, если речь идёт о производстве в промышленном масштабе? С миру по нитке…

«Старые песни о главном», то есть о том, что, как указано в книге М. В. Сафрончука «Курс экономической теории», «рынок представляет собой саморегулирующийся механизм размещения ресурсов, производства, распределения и обмена благ, основанный на взаимодействии спроса и предложения в конкурентной среде посредством свободного ценового сигнала. <…> В децентрализованной экономике благодаря гибкости цен и конкуренции предложение подстраивается под изменяющийся спрос, делая невозможным длительный хронический дефицит, низкое качество и узкий ассортимент продукции», — следовательно, являются мифом.

И нам не решить проблемы качества и перехода человечества на новую «неграбительскую» нормальную экономику без введения нравственной составляющей, без переосмысления человеком ценностей в этом мире и своей роли в нём.

Если предприниматель хочет иметь чистую совесть, ему так или иначе придётся идти на сознательную жертву — жертвовать частью своей прибыли. А жертва без веры, без религии невозможна. Так как только вера даёт человеку правильное понимание слов Господа — бремя Моё легко есть (Мф. 11, 30). И это не пустые слова. То есть, взглядывая на более далёкую перспективу, человек понимает: то, что ему сегодня кажется жертвой, — это на самом деле не призрачная, а настоящая выгода, то вложение, которое в конечном итоге окупится с лихвой.

Но мы даже не будем говорить о спасении души и Царстве Небесном как о слишком отдалённых перспективах. Проигрывая сегодня в получении прибыли, такой предприниматель выигрывает в другом: хотя бы в мотивации работать дальше и вообще жить. Так уж устроен человек, устроена его природа. Грех, даже неосознаваемый, всегда ломает человека изнутри, отдаляет его от Источника жизни. А что такое выбор выпуска заведомо некачественных изделий, как не сознательный грех? Предприниматель, выбирающий сиюминутную прибыль, не имеет повода гордиться (в хорошем смысле этого слова) плодами своего труда. Такой человек (и его работники, которые также понимают это) всегда будет работать плохо с потерей мотивации трудиться вообще. А следом за нежеланием трудиться всегда маячит проблема потерять смысл жизни.

Как утверждает Всемирная организация здравоохранения, сегодня в мире от самоубийств погибает больше людей, чем от войн и терроризма. За последние 45 лет уровень самоубийств во всём мире возрос на 60 %. Цифры эти не включают многочисленных попыток самоубийств, которые двадцатикратно превышают количество самоубийств «завершённых».

Мотивация жить и работать чрезвычайно важна. Не случайно когда люди стали задумываться о мотивировании работников на предприятиях и были разработаны всевозможные методы (вплоть до комнат психологической разгрузки или избиения палками муляжей своего начальника), то один умный человек сказал: «Всё это не нужно, если человек любит свою работу». Но как её можно любить, если, включаясь во всеобщий процесс производства некачественных одноразовых предметов, человек идёт вразрез с Божественными установлениями в этом мире? Если верно, что только Господь является истинным Собственником всего в этом мире, то, относясь небрежно к Его собственности, мы тем самым залезаем в карман к Богу, по сути, нарушаем заповедь «не укради». Такими деяниями мы становимся на пути гармонии Божественного миропорядка, рубим сук, на котором сидим. Вот к такому регрессу нас ведёт семимильными шагами наш прогресс.

Вы не задумывались, почему всегда будет цениться антиквариат? Даже не потому, что это просто красиво, а потому, что сделано с другой человеческой установкой — с любовью к труду и к человеку. И, наверное, к Богу.

Сегодня мы часто видим предпринимателей, которые считают себя верующими и идут в храм ставить свечи за процветание своего дела. Что ж, само по себе предпринимательство, как и почти любая человеческая деятельность (за исключением деятельности сугубо греховной, например наркобизнес и пр.), не может быть неугодно Богу. И если ты трудишься, пожалуйста, иди к Богу и проси благословения на свой труд. Он обязательно поможет. Но нужны ли Богу твои одноразовые вещи — вот в чём вопрос?

ЧАСТЬ III

ОТ ТЕОРИИ К ПРАКТИКЕ

ГЛАВА 1

ВОЛЯ БОЖИЯ И БОЖИЕ ПОПУЩЕНИЕ

Если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его, — так начинается 126-й псалом царя Давида. «Без Троицы дом не строится», — вторит ему русская поговорка.

Действительно, как же ошибается тот, кто полагает, что все наши удачи, достаток или здоровье нам даёт не Господь, а что они приходят к нам сами по себе или благодаря тому, что мы такие умные, такие удачливые, такие работоспособные! В житии святого праведного Иоанна Кронштадтского есть одна поучительная история.

В Кронштадте в конце XIX века жил лавочник, дела у него шли очень хорошо, и он не сомневался, что успех его торговли зависит от бойкого места и от его расторопности. Так уж сложилось, что каждый день в его лавку заходил священник из соседнего Андреевского храма — это был святой праведный Иоанн Кронштадтский. Он ничего в лавке не покупал, а только разменивал десять-пятнадцать рублей на мелкие монеты, чтобы тут же раздать их нищим. И стало торговца это тяготить. Выгоды никакой, только отвлекайся, считай да пересчитывай копейки. Да и нищих прикармливать какой прок? Только гляди, чтобы не своровали чего. Так он в сердцах однажды и подумал: «Хоть бы ты, поп, убрался бы куда-нибудь в другую лавку со своими копейками. Надоел!»

И представьте себе, что отец Иоанн как будто услышал тайные мысли лавочника и перестал к нему заходить. Но с тех пор у купца торговля стала идти всё хуже и хуже. Через несколько месяцев он уже был почти разорён. И ходить бы ему вскоре самому просить милостыню, да вспомнил он, как отвадил от своей лавки батюшку и нищих. Дело не в том, что святой «обиделся» — святые не обижаются и не насылают «порчу», — дело в том, что этот лавочник отвернулся от Бога и своим неправильным устроением отрезал себя от Источника всего благого, от Источника, Который всем даёт и жизнь и богатство. Поэтому вскоре питающий торговца ручеёк и пересох. Но Господь милосерд. Из того же жития мы знаем, что когда лавочник нашёл отца Иоанна и покаялся ему в своих грехах, то дела у него снова пошли в гору. Кстати, наученный таким образом уму-разуму, он после этого стал первым благотворителем во всей округе. Бог гордым противится, а смиренным даёт благодать (1 Пет. 5, 5).

Случай этот не единичный. О том, как отнимается богатство у тех, кто неправедно им распоряжается, кто отходит от воли Божией, мы можем прочитать и в житии святителя Николая Чудотворца, и во многих других житиях, да и в жизни вокруг нас таких случаев немало. Но как научиться понимать волю Божию о себе, как научиться ей следовать?

Прежде всего, надо понимать, что всё в этом мире не случайно. Евангелие говорит нам, что без воли Божией ни один волос не упадёт с головы человека (см.: Лк. 21, 18; Мф. 10, 30). На всём, что нам может казаться незначительным, маловажным, проходным (например, неожиданная встреча, обронённое кем-то невзначай слово), лежит печать Промысла Божия. Потому что каждая ситуация в нашей жизни — это возможность выбора между добром и злом, между добродетелью и грехом. В молитве Оптинских старцев есть замечательные слова: «Господи!.. Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что всё ниспослано Тобою».

Желая понять волю Божию, нельзя поступать как неразумный мужик из книги Г. Н. Юдина «Нечаянная радость», который ждал Господа в гости и накрыл богатый стол. Сначала он прогнал от дверей соседа, затем старуху-паломницу, а напоследок запустил сковородником в голодного пса, скребущегося у ворот. Во всех обличиях к нам стучится Господь: Так, как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне (Мф. 25, 40). Воля Божия и Божие посещение во всём, что нас окружает. Человеку может казаться, что самое важное дело его сегодняшнего дня — это провести нужную встречу, заключить прибыльный договор. А на поверку самым главным, спасительным для души в этот день было доброе слово, сказанное жене или сыну, или сочувствие сотруднику, у которого случилось горе.

Вот поэтому святые советовали внимательнее прислушиваться к себе, каждый свой поступок, каждое своё решение сопоставлять с заповедями Божиими. Великое благо для человека, когда он сообразует свою волю с волей Бога, прислушивается к ней, старается её понять. Но для знания воли Божией не нужно обращаться к ясновидящим или разыскивать популярных лжестарцев. Есть простые советы, которые можно встретить в святоотеческой литературе. Например, там говорится, что все мысли и решения, которые приходят к нам от Бога, посещают нас чаще всего в душевной тишине и спокойствии, а мысли богопротивные, которые подсказывает нам лукавый, обычно сопровождаются душевным смущением, неумеренным восторгом или, наоборот, неприятным, беспокойным чувством, излишней навязчивостью. Человеку легко узнать Промысл Божий о себе: иногда надо просто немного подождать и посмотреть, как и в каком направлении складываются обстоятельства. Так, например, если решение о создании собственного дела принято спокойно и продуманно, если человек видит в своей жизни предпосылки к этой деятельности и собирается претворять в жизнь задуманное дело в соответствии с Божиими заповедями, в соответствии со своей совестью, то, вероятно, Господь благословит его на этот труд.

Господь говорит с нами — через нашу совесть Он явно даёт нам почувствовать Свою волю. Голос совести — это голос Бога в человеке. И только наша беда, если мы заглушаем в себе этот голос, перестаём Его воспринимать и обращать на Него внимание. Замечено, что если человек не прислушивается к голосу своей совести, то этот голос со временем становится тише и затем совсем умолкает, потому что Господь никогда не навязывает нам Своей воли, всегда оставляя право выбора. А вот когда мы перестаём прислушиваться к Промыслу Божиему и начинаем действовать от своего эго, тогда мы рискуем попасть в ловушку, как тот Джо из анекдота, который чрезвычайно доверился своему внутреннему голосу и шёл туда, куда его вёл этот голос. В результате, попав в ловушку, он возопил: «И что же мне теперь делать?» На что голос ответствовал: «А я не знаю»…

В православной традиции есть понятия воли Божией и Божьего попущения. Попущение — это когда Господь уступает человеческой воле, попускает ей свершиться, хотя знает заранее, что воля эта не благая и что она принесёт человеку страдания. Преподобный Макарий Оптинский учил: «Воля же Божия не связывает нашего самовластия, но совершается, взирая на оное — к чему клонится. Есть воля Божия по благоволению, и есть воля Божия по попущению, — и сия последняя бывает, когда мы хотим, чтобы было непременно так, как мы думаем, что будет для нас хорошо. А когда отдаёмся в волю Божию и ищем не того, чего хотим, а что Ему будет угодно и нам полезно, то в сём бывает воля Божия — по благоволению, полезная и спасительная для нас, а при воле Божией, бывающей по попущению, неизбежны скорби и печали».

Так, например, можно быть богатым по воле Божией, а можно оказаться богатым и по Божиему попущению. Внешне можно не замечать этого различия — и тот и другой человек богат. Но если в первом случае богатство не станет камнем преткновения на пути ко спасению, то во втором случае богатство будет для человека скорее источником страдания, нежели наслаждения. Мы уже приводили в пример предпринимателя, который мечтал о богатстве и роскошном доме со всеми удобствами для своей семьи. Но пока он богател и строил дом, семья распалась, жена ушла, а дети стали чужими. Дом оказался никому не нужен. У этой истории есть продолжение: дом был продан, причём гораздо ниже себестоимости, а человек от горя спился и все деньги спустил. «Благословенна собственность, основанная на любви к Богу и на свободе сердца. Даруемая собственность приносит благословение. Похищаемая — низводит проклятье», — так говорил архиепископ Иоанн (Шаховской). Под «похищаемой собственностью» здесь можно понимать собственность неправедную, попущенную нам Богом по нашему неотступному хотению, так же как было попущено до срока исполняться всем желаниям злой и жадной старухи из «Сказки о рыбаке и рыбке» А. С. Пушкина. Богатство, по выражению купца В. А. Кокорева, должно «согревать душу». Ясно, что «согревать» может только богатство, нажитое честно, без расхождения с нравственными установками и заповедями Божьими.

Да, так бывает, что человек жаждет исполнения своей воли, идущей против воли Божией, во что бы то ни стало — то есть иного развития событий он просто не приемлет. Тогда Господь либо не внимает его молитвам, и все предприятия человека разрушаются, либо попускает исполниться человеческой воле. Но Он лучше знает, что нам полезно, а что нет. «Многие, достигнув желаемого, впоследствии раскаивались, а нередко впадали и в великие беды; не исследовав тщательно, есть ли на это воля Божия, но думая, что это для них хорошо, и под какими-нибудь предлогами, имеющими вид правды, введённые в обман диаволом, подверглись крайним опасностям… И вот что говорю тебе: когда молишься, открываешь перед Ним, что у тебя на сердце, говори Ему: впрочем, не Моя воля, но Твоя да будет (Лк. 22, 42); если полезно, как Сам ведаешь, так и сотвори. Ибо так написано: Предай Господу путь твой и уповай на Него, и Он совершит» (Пс. 36, 5), — так учит молитве преподобный Ефрем Сирин.

Известна следующая молитва святителя Филарета, митрополита Московского, в которой видно искреннее стремление познать волю Божию и полностью предаться ей:

«Господи! Не знаю, что мне просить у Тебя.

Ты Один знаешь, что мне потребно.

Ты любишь меня больше, нежели я сам умею любить себя.

Отче! Дай рабу Твоему то, о чём я Тебя и просить не умею.

Не смею просить ни креста, ни утешения, только стою перед Тобою. Сердце моё Тебе открыто.

Ты зришь нужды мои, которых я не знаю: зри и сотвори по милости Твоей.

Порази и исцели, низложи и подыми мя. Благоговею и безмолвствую перед Твоей Святой волей и непостижимыми для меня судьбами Твоими.

Весь я предаюсь Тебе. Нет у меня иного желания, — кроме желания исполнить волю Твою.

Научи меня молиться. Сам во мне молись. Аминь».

В древнерусском житийном сборнике «Пролог» мы можем найти поучительную историю про каменотёса Евлогия. Этот каменотёс целый день добывал камень, а вечером, получив плату за труд, вёл в свой дом нищих, чтобы накормить их ужином. Однажды это увидел старец, молящийся Богу, и подумал, что, если стольких нищих питает Евлогий бедный, сколько бы мог напитать Евлогий богатый. Он стал усердно молить Господа послать каменотёсу богатство и даже поручился за него своею душой, потому что был уверен в его попечительстве о бедных. И вскоре молитвы старца исполнились, Евлогий нашёл в скале золотую жилу и обогатился. Только вот про бедных и нищих он с тех пор забыл, стал важным вельможею, жил в великолепном доме и роскошествовал. А старца-молитвенника он даже не допустил на порог. Эта история закончилась благополучно, потому что раскаявшийся старец умолил Господа вернуть Евлогия в первоначальное состояние и тем спасти его и свою душу. Кстати, эта история могла закончиться и по-другому, если бы Евлогий в своём новом состоянии не изменил своим прежним привычкам, а продолжал бы питать и одевать нуждающихся, и с ещё большим усердием, пропорционально своим новым возможностям заботиться о страждущих.

Но бывают случаи и более печальные, когда человек, даже понимая, что надо сообразовывать свои действия с волей Божией, совершенно не знает, как именно это делать, и ведёт себя с Богом как с чиновничьей инстанцией, которую надо каким-либо способом ублажить, чтобы получить от неё разрешение на исполнение своих желаний. Так, один предприниматель раскаялся в том, что недостойно себя вёл при получении права на строительство дополнительного торгового павильона. После раскаяния он, видимо, посчитал, что все формальности с Богом уже улажены, и начал строительство, но трижды был вынужден его прекращать по совершенно разным причинам. Тогда он снова пошёл к священнику, у которого исповедовался, пожертвовал значительную сумму денег на храм и попросил благословения на строительство павильона. Но, разумеется, не получил его. Раздосадованный «непониманием функционеров», он никак не мог поверить, что дающий всем блага Господь не на его стороне. Поэтому проявил завидное упорство и всё же завершил строительство. Увы, новый павильон пришлось вскоре закрыть по требованию муниципальных чиновников, усмотревших ряд нарушений в оформлении уже выданной разрешительной документации. Всё в этой истории не случайно, а закономерно. И можно, конечно, обвинить всех вокруг, что, мол, плохие чиновники, плохой священник, плохая Церковь… Но достаточно было просто прислушаться к голосу совести и попытаться понять волю Божию о себе. Тогда бы и деньги были целы, и не пришлось бы тратить столько энергии впустую.

Кстати, по поводу «энергии впустую». Приходится часто слышать такую точку зрения деловых людей на призывы к воцерковлению: «Бизнес требует огромных усилий! Он требует человека полностью. У меня нет ни минуты свободного времени, поэтому я и рад бы, но не могу читать духовные книги, ходить в церковь…» Говорить так — это всё равно что утверждать, что мне некогда расчистить грязный родник, из которого я беру воду, потому что нужно постоянно таскать тяжёлые вёдра домой. Как показывает опыт, ни минуты свободного времени нет не у тех, кто сильно занят, а у тех, кто не умеет распределять своё время, выстраивать иерархию главного и второстепенного. Стоит только этому научиться, как станет ясно, что слишком много в нашей работе ненужной суеты. И окажется, что если есть на то воля Божия, то заработать те же деньги можно гораздо меньшими усилиями, потому что Сам Благой Господь будет посылать попутный ветер в поднятые паруса.

ГЛАВА 2

УМЕНИЕ ПРИНИМАТЬ ВОЛЮ БОЖИЮ

О том, насколько спасительно для человека следовать воле Божией, умение принимать её, есть поразительный пример из жития святого Серафима Вырицкого.

До своего ухода в монастырь он был богатейшим купцом, миллионером. И вот однажды он увидел сидевшего на мостовой крестьянина в рубище, который громко повторял: «Не как ты хочешь, а как Бог даст!» Василий Николаевич (такое имя носил в миру преподобный Серафим Вырицкий) пригласил «оборванца» в свою карету и стал расспрашивать. Крестьянин рассказал, что в родной деревне остались у него семеро детей, жена и отец, больные тифом. Соседи боялись заразиться и в дом к ним не заходили. Отец сказал ему: «Ты один у нас в силах. Иди, продай лошадь, теперь весна, кто-нибудь купит для полевых работ, а на вырученные деньги купи корову, может быть, с ней мы выживем». Крестьянин продал в городе лошадь, но деньги у него отняли, так как он был очень слаб от голода и не мог сопротивляться обидчикам. Тогда он сел на мостовую и заплакал. Домой с пустыми руками возвращаться было невозможно. Решив умереть здесь, крестьянин повторял как бы сам себе: «Не как ты хочешь, а как Бог даст!»

Василий Николаевич поехал с ним на рынок, купил пару лошадей, телегу, нагрузил её продуктами, привязал к ней корову, затем подвёл крестьянина к телеге и дал ему в руки вожжи. Тот стал отказываться, не веря своему счастью, на что получил ответ: «Не как ты хочешь, а как Бог даст».

Но у этой истории есть и продолжение. Удивлённый таким смирением несчастного человека, Василий Николаевич всё повторял и повторял эти его слова. Произнёс он их и перед тем, как сесть вечером в кресло своего личного парикмахера. Далее случилось неожиданное. Парикмахер вдруг упал на колени и сказал: «Барин, откуда ты узнал про меня, окаянного?» Он признался, что хотел убить и ограбить своего хозяина. Но, услышав эти слова «не как ты хочешь, а как Бог даст», вдруг устыдился своего злого намерения.

Глубоко ошибочно думать, что Господь желает нам зла, что Он может желать нам нищеты, крушения наших предприятий, безнадёжности, отчаяния. Воля Бога всегда блага и милосердна. Бог есть Любовь и Источник всяческого добра. Зло же возникло в мире только в результате отклонения людей от Божественного добра. Главный его источник — это неподчинение человека Промыслу Божиему. В мире нет источника тьмы. Тьма — это только отсутствие света. Если мы загораживаемся от Божьего Света, не даём Ему действовать в нас, тогда мы и пребываем во тьме. Это и есть — зло. Господь волен в мгновение ока разрушить наши загородки, но Он как сотворивший нас по Своему образу и подобию уважает нашу волю и нашу свободу. Он предлагает нам самим убедиться в неэффективности и неразумности жить во зле. Поэтому и говорят христиане, что Господь «попускает злое». Но и тут сказывается Его милосердное попечение о нас. Попуская нам пребывать в несчастьях, которые мы сами для себя избрали, нарушив Его волю, Господь укрепляет людей, даёт им возможность прозреть и исправить свою жизнь.

Так, например, апостол из числа семидесяти первых апостолов святой Ерм был одно время человеком богатым, но впоследствии утратил своё состояние. Когда же он захотел получить у Господа разъяснения, почему он и подобные ему лишаются богатства, то ему было откровение, в котором указывалось две причины. Первая — роскошество: покупка обширных предместий, строительство излишних вилл и домов. Вторая причина — не должное поведение в отношении своей семьи, небрежение в воспитании своих детей. Апостол Ерм, как известно, имел злоречивую жену, что, видимо, приносило ему бытовые скорби. Однажды он увидел одну из своих воспитанниц, прекрасную телом и нравом, и посетовал, что Бог не даровал ему подобной жены. За это он был обличён в своём видении. В этом же видении было указано ему, что он «любя детей, не вразумлял своего семейства, но позволил им сильно развратиться». Для пользы душевной и вразумления от Бога и постигли его эти беды. При этом святому Ерму было указано, что истинное покаяние способно не только исправить все тяжкие последствия греховного поведения, но и отвратить будущие несчастья.

Поэтому любое несчастье, к примеру потеря богатства, необходимо воспринимать правильно. «Наши пожитки как голуби могут перелетать или переходить от одного лица к другому», — писал купец Константин Васильевич Прохоров, не усматривая в богатстве самоцели. Н. А. Солодовников писал о своём деде, московском купце: «Погорев, дедушка не возроптал и не упал духом. Это было несовместимо с его крепкой верой. Каждый час и каждую минуту он чувствовал над собой Промысл Божий и всегда, во всех обстоятельствах жизни полагался на Его святую волю».

Да, мы можем лишиться имущества и состояния в том случае, если оно становится источником нашей погибели. Господь из милости может отнять его у нас. Если в богатстве наша душа развращается, если мы в сытости попираем основы морали и нравственности, не храним своих жену и детей, данных нам Богом, предаём и обманываем, преступаем людские и Божии законы, потакаем самым низменным страстям своей натуры, не заботимся о страждущих — в один прекрасный день мы можем потерять всё, что имеем. В этот горький час важно понять, что это — не наша погибель, а наше спасение. Это не наказание Божие, а Его милость. Вспомните, кто из людей первым оказался в раю? Разбойник, которого распяли рядом со Христом! Но в отличие от Христа он страдал не невинно, а за свои преступления. Как же такой страшный человек вдруг оказался достойным рая? Это случилось потому, что на кресте этот благоразумный разбойник осознал, что «достойное по делам приемлет»! Он понял, что сам своей жизнью заслужил такую участь. В момент такого осознания происходит чудо: человек кается и смиряется перед Богом, в нём возгорается пламя истинной веры. И чем искреннее и глубже это покаяние и смирение, тем бо́льшая перемена происходит внутри человека, и его дальнейшая участь может поменяться на противоположную. И богатство может вернуться, лишь бы не одолевало отчаяние, не умирала надежда и вера.

В «Миссионерских письмах» святителя Николая Сербского есть замечательное и очень честное письмо разорившемуся купцу, которого все покинули. Вот оно:

«Ты пишешь, что разорился. Друзья тебя покинули. Одни отвернулись, другие насмехаются… Пропало имение, но ты не пропал. Если пропала торговля, это не значит, что пропал человек. Богатство не родилось вместе с тобой, оно прилепилось к тебе на жизненном пути и к концу жизни должно отлепиться от всякого. Однако оно отошло от тебя раньше конца твоей жизни, и это огорчило тебя, хотя именно это стало счастьем для многих, ибо, лишившись тленного земного богатства, они имели достаточно времени, чтобы обогатить душу Богом. Те же, кто сбрасывает с себя бремя плоти одновременно с бременем богатства, могут опоздать и потерять всё.

Ты пишешь, что честно работал. За честность обещана вечная награда, а не временная. Честным трудом можно разбогатеть, а можно и обнищать. Но как богатство не возвышает человека, так же и бедность не унижает его. Кто думает иначе, тот не в христианской вере живёт, а в язычестве, для которого цена человека равна содержимому его кошелька. Христос для того и взошёл на Голгофу и дал распять Себя, чтобы упразднить это варварское мерило и установить новое — духовное и нравственное.

По Христовой мере, то, что составляет вечную ценность человека, не прибывает с богатством и не убывает с бедностью. Но приливы и отливы этой вечной ценности, которая не сходит с телом в могилу, зависят от силы любви человека к заповедям Божиим. <…>

Говоришь, что боишься сойти с ума. Не бойся: немногие сошли с ума от бедности, больше обезумевших от богатства.

О злодействе над собой пишешь. Не о самоубийстве ли думаешь? Вот будет пир диаволу! Значит, не Божией воле последуешь, а диавольской. Верёвка на шее — и потеряна жизнь вечная. Действительно, в неожиданной перемене твоей жизни ничто не может поддержать тебя, кроме веры в Бога Живаго, дарующего и взыскующего, испытывающего нашу веру и любовь».

Известно множество историй, когда утраченное богатство наживалось вновь, если человек не отчаивался, если утеря имущества не подрубала его человеческий стержень. Любопытен пример Фёдора Алексеевича Гучкова. Крепостной мальчик десяти лет от роду был отдан в обучение ткацкому и красильному делу. Через тридцать лет он стал купцом второй гильдии, имел фабрику с 50 станками. В 1812 году фабрика сгорела в московском пожаре, а весь товар и имущество разграбили французы. Но уже через год в небольшом селе он закладывает основы своей новой фабрики, в будущем не менее успешной.

Огромные убытки от пожара в 1854 году потерпели и его сыновья, имевшие уже 1000 ручных станков и 60 машинных. Но и они смогли начать сначала. Прапраправнук Фёдора Алексеевича по женской линии Дмитрий Борисович Зимин тоже начинал с нуля. При Сталине отец его был расстрелян как враг народа, и, казалось бы, ничто не предвещало мальчику успеха в жизни. Но, видимо, качества, унаследованные от предков, только ждали благоприятного времени, чтобы проявиться. В школе он серьёзно занялся радиоделом, затем продолжил учёбу, стал доктором технических наук, лауреатом Государственной премии, а по окончании советской эпохи начал заниматься мобильной телефонной связью, основав корпорацию «Вымпелком» (товарный знак «Билайн»). Через некоторое время, выйдя из корпорации, он вложил десятки миллионов долларов в благотворительный фонд «Династия», который сегодня поддерживает серьёзные научные и просветительские проекты.

Божия воля и Божие благословение для человека — как попутный ветер в поднятые паруса. С ними всё можно преодолеть. Только мы не всегда ясно отдаём себе отчёт, что это такое, и почему иногда после испрошенного нами благословения мы переживаем события, которых не ожидали, полагая, что уж теперь-то всё пойдёт как по маслу. Один предприниматель рассказывал о знаменательной для него встрече со схиархимандритом Свято-Николаевского Рыльского монастыря Ипполитом (Халиным). Он попал к старцу, работая топ-менеджером одной из крупнейших современных компаний. В общем-то, у него всё было неплохо, но хотелось чего-то большего. Он попросил у старца благословения заняться предпринимательством. В тот момент, слабо представляя, чем менеджерство отличается от самостоятельного предпринимательства, он не совсем понял, почему старец вдруг посмотрел на него, как на героя, просившего исключительно рискованного подвига. Тем не менее благословение было получено, а далее события начали развиваться весьма стремительно: он потерял работу, его обокрали, друзья предали, он оказался у разбитого корыта. Впору было отчаяться, но, как рассказывает предприниматель, в это время он испытывал странное для него душевное спокойствие, которое подпитывалось благословением старца Ипполита. Это спокойствие как бы являлось залогом, что, несмотря на неблагоприятное положение дел, благословение старца исполнится, он станет предпринимателем и всё будет хорошо. Так и произошло. До сих пор этот ныне успешный человек хранит воспоминание о встрече в Рыльском монастыре, при которой его особенно поразила любовь, исходящая от схиархимандрита, нелицемерная любовь, в которой так нуждаются и богатые и бедные.

Обычно человеку трудно увидеть благо в неприятностях, бедах, страданиях. Он ропщет, когда воры крадут, когда «ржа и моль» поедают его имущество. Но посмотрите, какой взгляд на всё это у человека Божьего, какая высота и благородство духа. Вот что пишет архиепископ Иоанн (Шаховской): «Падшее человечество привязано к преходящим ценностям, прилипло к сластям сего мира, к его призрачному богатству, к его столь же призрачной славе… Не будь червей, ржавчины, моли, саранчи, смрада, тления, страданий, смерти — мир был бы живым адом. Некоторым людям кажется как раз наоборот: не будь на этой земле болезней и печалей, был бы „рай“. Но — то был бы ад. Греховность плоти земной покрывается печалями земли. Благословенная соль страданий предохраняет дух человеческий от разложения и смерти вечной. Предохраняет в тех людях, которые понимают и принимают узкий путь Христов».

ГЛАВА 3

О ПЛАНИРОВАНИИ И НЕОСТОРОЖНЫХ СОВЕТАХ

До какой степени человек должен полагаться на волю Божию? Как может он сознательно строить свою жизнь, планировать краткосрочные и долгосрочные проекты, если над его маленькой волей стоит воля большая и она может в одно мгновение переменить все начинания? Не зря же в недрах народной мудрости родилась поговорка — «загад не бывает богат». Ответ на этот вопрос мы можем найти в послании апостола Иакова: Теперь послушайте вы, говорящие: «сегодня или завтра отправимся в такой-то город, и проживём там один год, и будем торговать и получать прибыль»; вы, которые не знаете, что случится завтра: ибо что такое жизнь ваша? пар, являющийся на малое время, а потом исчезающий. Вместо того, чтобы вам говорить: «если угодно будет Господу и живы будем, то сделаем то или другое» (Иак. 4, 13–15).

Апостол не призывает вообще не загадывать и не строить планы на свою будущую жизнь. Такая жизнь была бы безрассудна. «Каждому предприятию должно предшествовать рассуждение: без него и то, что кажется добрым, обратится в грех, если делается не в своё время или без сохранения меры», — говорил святитель Василий Великий. А преподобный Макарий Египетский советовал жить так, будто бы душе переходить в иные обители уже завтра, а телу жить ещё пятьсот лет. Ещё одна поговорка, выкованная в русском народе, гласит — «готовь сани летом, а телегу — зимой». Планировать свою жизнь необходимо, но апостол призывает учитывать, что все наши планы могут и будут исполняться только при наличии на то воли Божией. Он призывает всегда быть готовыми к тому, что Господь Вседержитель, Который всё держит в воле Своей, может внести в них неожиданные коррективы. А если человек к этому готов, то он должен принимать это без ропота. «Делай, что должно, и будь, что будет», — эта мудрость настолько древняя, что установить её авторство практически не представляется возможным. Но, отточенная веками, она чрезвычайно верна.

Христианин должен уметь соединить в своей душе две на первый взгляд, казалось бы, несовместимые вещи: «память смертную», то есть уверенность в том, что он умрет, и, может быть, скоро, и упование на жизнь вечную. Христианский страх смерти не имеет ничего общего с обычной боязнью умереть, парализующей человека. Он, наоборот, — движущая сила, побудительный мотив к действию, к ещё большей жизненной активности, а главное — к выбору дел первостепенных, которые нельзя отложить, которые надо успеть завершить в земной жизни. Это даёт человеку твёрдость в исполнении планов, необходимую сосредоточенность на главном, не позволяет рассеиваться не только в духовном плане, но и в житейском.

Когда смерть отрицается, жизнь практически всегда теряет смысл. Если бы не существовало самой идеи смерти, чего бы достиг человек? Что делал бы он в своей земной жизни, обречённой на бесконечность? Осознание смерти толкает нас на совершение определённых действий, которые побуждают к созданию духовных и иных ценностей, чем увеличивает удовольствие от проживания своей жизни. Это доказывает опыт многих людей, действительно столкнувшихся со смертью. Например, Ф. М. Достоевский в возрасте 28 лет пережил ситуацию, когда вынесенный ему смертный приговор в последний момент был заменён каторгой (об этом он написал в своём романе «Идиот»). В некоторых величайших литературных произведениях отображено благотворное влияние на человека близкой встречи со смертью. Например, Пьер Безухов, один из главных героев романа «Война и мир» Л. Н. Толстого, ведёт бессмысленную, пустую жизнь вплоть до своего ареста и приговора к смерти. Он видит, как перед ним казнят пятерых людей, и готовится к смерти. Но внезапно приговор отменяется. Этот опыт преображает Пьера — на оставшихся трёхстах страницах романа мы видим, что он проживает свою жизнь осмысленно и горячо, становится способным найти для себя жизненную задачу и посвятить себя ей.

Волю Свою Господь открыл нам в Писании, но судьбы Божии для нас непостижимы. Желая познать волю нашего Создателя, не стоит быть излишне самоуверенным в оценках. Мои мысли — не ваши мысли (Ис. 55, 8), — говорит нам Господь устами пророка Исаии. Особенно если дело идёт о попытках усмотрения воли Божией в окружающем мире и желании всему давать окончательный приговор.

К сожалению, люди часто склонны судить, давать оценку, выносить приговор, советовать, как им кажется, из благих побуждений. Такие советчики не всегда понимают, что их личный опыт есть опыт уникальный, и он, как платье индивидуального пошива, не каждому впору. Кстати, иногда советы даются даже не из опыта, а из существующих стереотипов.

Известно немало случаев, когда молодой (или не молодой) предприниматель решал осуществить некий задуманный проект: например, открыть собственное дело (хотя это может быть любое предприятие — желание написать роман или поступить в престижный вуз). Конечно, не имея опыта, он шёл за советом к старшим товарищам. И что чаще всего он слышал в ответ? — «У тебя ничего не получится!» В таких случаях обычно приводится тысяча доводов, почему не получится: и эти доводы весьма убедительны и разумны. Их бывает вполне достаточно, чтобы этот предприниматель опустил руки. А уверены ли эти благожелательные советчики, что они не вторгаются в Промысл Божий о человеке? Ведь осуществление любого проекта есть некий путь, в процессе которого человек приобретает и знания, и необходимый опыт, учится добиваться поставленной цели. Сделав несколько шагов, этот человек, быть может, уже самостоятельно поймёт, как подкорректировать свои планы. Но кто готов утверждать заранее, что любая задумка безнадёжна?

Воля Божия о каждом человеке бывает настолько непредсказуема и удивительна, что никто не может окончательно знать, что получится, а что — нет. Что было бы со многими прекрасными талантливыми предпринимателями, учёными, писателями, музыкантами, инженерами, если бы им все говорили — «бросай, это у тебя не получится» и если бы они поверили в эти слова? Мы все должны быть очень внимательны к тому, что говорим другим.

Известен печальный пример с академиком Иваном Петровичем Павловым. Однажды к нему зашёл врач, его коллега по Медико-хирургической академии. У них состоялся разговор, который начался мирно, а закончился на повышенных тонах. Дело в том, что врач, который, как и сам известный физиолог, был атеистом, вдруг начал говорить про загробную жизнь и спросил на этот счёт мнения Павлова.

— Как я могу относиться к загробной жизни? — возмутился Павлов. — Я же врач! И ты — врач! Как тебе не стыдно говорить такие глупости?

Но, оказывается, накануне у этого врача умерла жена. Что за мысли были в его голове? Может быть, это был момент прозрения и возможности прийти к Богу, но категоричное и авторитетное чужое мнение не дало этого сделать? Этой же ночью коллега Павлова покончил с собой…

Промысл Божий каждому человеку желает спастись, и в этом случае мы никак не можем сказать, что таков был Промысл Божий о человеке. Наоборот, здесь Божиему Промыслу не дано было свершиться, вмешалось чужое мнение. Кстати, сам Павлов после этого всю жизнь следил за своими высказываниями и избегал негативных слов о религии и Церкви. При этом его позиция не была просто равнодушной: он активно выступал против сноса Троицкого собора, посещал со своей верующей женой церковные службы, отстаивал позицию, что наука и религия совместимы.

ГЛАВА 4

О ЗАВИСТИ

Рассуждая о богатстве и бедности, о воле Божией, нельзя не затронуть тему, которая так или иначе им сопутствует. Это тема зависти. Богатым, успешным, состоятельным и состоявшимся завидуют часто. Завидуют, начиная от неосознанного восклицания «везёт же некоторым!» до постоянного раздражения, недовольства и даже ненависти. Что же это за чувство такое, иногда неприкрытое, иногда умело маскирующееся под жажду некоей «высшей» справедливости? К сожалению, хоть однажды запустив это чувство в виде маленького помысла в своё сердце, многие люди не догадываются о его разрушительной силе и возможных страшных последствиях. А чувство это, вырвавшись из-под контроля, может быть настолько ужасно, что сравнить его можно разве только с цунами или гибельным смерчем, уничтожающим всё вокруг.

Зависть вползла в человеческий мир ещё в раю в виде змия-искусителя, который уговорил Еву отведать плод от древа познания, несмотря на то что Бог запретил это делать под страхом смерти: И сказал змей жене: нет, не умрёте, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги (Быт. 3, 4–5). Увы, здесь так и слышатся наивные причитания современного человечества: «А! Бог чего-то нам недодал, чего мы, несомненно, достойны!»

Через зависть произошло на земле самое первое убийство — Каин убил своего брата Авеля. А почему убил? Потому что позавидовал. Позавидовал тому, что дар доброго и кроткого Авеля Господу был принят, а его дар отвергнут. Но ведь он готовил свой дар с небрежением, без любви и страха Божьего. В Библии написано, что зависть так разожгла сердце Каина, что лицо его помрачнело и гнев обуял его. С тех пор человеческая история изобилует примерами мелкой и великой зависти. Так, если вглядеться в события Октябрьского переворота 1917 года, который имел столь печальные последствия для нашей страны, то мы увидим вырвавшуюся наружу злобную зависть неимущих к имущим, увенчанную наглым лозунгом «Грабь награбленное!». Из-за зависти явно или неявно люди убивают людей («неявно» — имеется в виду, что человек не стреляет в другого, не режет его ножом, но мысленно постоянно посылает ему сигналы на уничтожение. Как говорится в поговорке — «завидливы глаза колом тычут»).

Не случайно Господь в числе десяти заповедей дал и такую: Не желай дóма ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, [ни поля его,]ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, [ни всякаго скота его,] ничего, что у ближнего твоего (Исх. 20, 17). Этот список можно продолжить — не желай денег ближнего твоего, его положения, славы, машины, молодости, здоровья, состоятельности, таланта… Самое удивительное, что люди, омрачённые страстью зависти, бывают настолько ею ослеплены, что могут завидовать не только положительным качествам соседа, но и отрицательным. Могут завидовать даже болезни! Мол, такой-то болен и его все жалеют, я тоже хочу, чтобы меня жалели! Такой-то — инвалид и ему дали квартиру, я тоже хочу!.. Завистливый как бы перестаёт понимать, что, завидуя квартире N., он завидует и его инвалидности. Если чуть перефразировать его мысль, то получится, что он не против стать инвалидом, но зато получить квартиру. Но если бы завистник в этот момент понял, чего он себе желает, ему самому стало бы страшно.

В Евангелии есть похожий пример, когда вдумаешься в него, также становится страшно. Два ученика Христа, Иаков и Иоанн, однажды, отделившись от других, приступили к Господу с просьбой. Они просили Его посадить их по правую и по левую руку Спасителя в тот момент, когда наступит время славы Его. То есть, по сути, они просили выделить их из других, удостоить особой чести. Иисус же в ответ говорит им: Не знаете, чего просите. Можете ли пить чашу, которую я пью? (Мк. 10, 38). И ученики легкомысленно отвечают: «Можем!» Они ещё не знают, что это — чаша ужасных страданий, та горькая чаша, которую Сам Господь в Гефсиманском саду в час предчувствия смерти, в час Своей молитвы до кровавого пота будет просить пронести мимо Его. Чаша, которая Его не минует.

Если бы человек в полной мере доверял Богу, он понимал бы, что всё, что он имеет на сегодняшний день (богатство или бедность, здоровье или болезни, славу или бесславие и так далее), это и есть для него — самое лучшее, и за это он должен быть благодарен Создателю, потому что Господь с пристрастием пестует, только не тело, а душу каждого человека, и именно душе по её состоянию даёт всё необходимое на потребу. Так чего же завидовать?

Зависть — это яд, которым человек постоянно травит сам себя. Если другие страсти имеют хоть какую-то приятность, то в зависти она отсутствует напрочь. Святитель Тихон Задонский писал о зависти: «Мучительная страсть! В прочих грехах какая-нибудь, хотя мнимая, сласть есть, а завистливый грешит, купно и мучится». Ни на минуту она не даёт человеку почувствовать себя счастливым. Зависть начинается там, где человек хочет получить не заслуженное им, не заработанное, не выстраданное, чужое. Зависть начинается там, где человек сравнивает себя с другими и полагает, что он — не хуже, а лучше.

Но можно вспомнить, что наёмным работникам Спаситель заповедовал один очень важный запрет: не завидовать. В Евангелии от Матфея есть притча о хозяине виноградника, который заплатил одинаково — по динарию — четырём группам работников, которые трудились, соответственно, час, 3, 6 и 9 часов. Хозяин, по мнению Иисуса Христа, был прав, а роптавшие против него «9-часовые» труженики — неправы, потому что они получили именно столько, сколько хозяин им обещал; то, что другие получили больше, их законных интересов не задевало, а не нравилось им это только вследствие зависти (Мф. 20, 1–16).

Бывает так, что человек завидует не кому-то конкретно, а всему миру, и, соответственно, весь этот мир начинает вызывать у него раздражение — «кругом одни дураки, сволочи, воры, негодяи… всё у нас неправильно, чиновники — взяточники, попы — бездельники и сребролюбцы…». А по сути, не мир виноват, а внутреннее устроение человека, и можно видеть, как в одних и тех же обстоятельствах одни люди злятся, а другие благодушествуют. «Завистник почитает чужие несчастья своим счастьем, а благополучие других — своим злополучием», — сказал святитель Иоанн Златоуст. Путь этот гибельный, поэтому нужно учиться радоваться своему счастью и ещё более счастью ближнего. Как сказал один мудрый человек: если душа правильно ориентирована, то она тьму перерабатывает в свет.

ГЛАВА 5

ОТНОШЕНИЯ РАБОТОДАТЕЛЯ И РАБОТНИКА

По исследованиям, проведённым ведущими экономистами современности, оказалось, что межличностные отношения в трудовом коллективе больше влияют на производительность труда, чем уровень зарплаты. Человеку очень важно, с кем он трудится и как складываются отношения с теми, кто его окружает. Так уж построен современный мир, что трудиться нам приходится сообща.

Любопытно, что по-гречески «общая служба, общее дело» называется литургией. Литургия — служение Богу — совершается в храме, но мы можем продолжать это общее служение и на рабочем месте, если будем относиться к любому своему делу как к служению Богу. Если каждый руководитель будет видеть в человеке, с которым работает, ближнего, нуждающегося в заботе, и если каждый, кто трудится, будет видеть эту заботу и отвечать на неё честным трудом, тогда другим станет не только наше Отечество — тогда другим станет наш мир.

В Евангелие есть прекрасные слова: И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними (Лк. 6, 31). Исходя из этого и должны строиться отношения работодателя и работника.

Российский предприниматель, банкир Владимир Павлович Рябушинский, представитель купеческой династии Рябушинских, в своей книге «Московское купечество» писал, что вплоть до начала XIX века существовали устойчивые представления о специфических грехах хозяина, о которых специально спрашивали на исповеди. И что особо тяжким среди хозяйских грехов считалось умышленная невыплата заработной платы, обман и притеснение работников. Сейчас во времена становления нового российского предпринимательства, во времена возрождения деловой этики, основанной на православном мировоззрении, понимание этих специфических «грехов хозяина» становится очень актуальным.

Священное Писание говорит: Не обижай наёмника… В тот же день отдай плату его… чтоб он не возопил на тебя к Господу, и не было на тебе греха (Втор. 24, 14–15); Горе тому, кто… заставляет ближнего своего работать даром и не отдаёт ему платы его (Иер. 22, 13).

Существует множество способов, как недодать плату своему работнику, — способов обмана и скрытой эксплуатации работника работодателем. Православный предприниматель, живущий по заповедям Божиим, должен помнить слова из послания апостола Иакова: Послушайте вы, богатые: плачьте и рыдайте о бедствиях ваших, находящих на вас. Богатство ваше сгнило, и одежды ваши изъедены молью. Золото ваше и серебро изоржавело, и ржавчина их будет свидетельством против вас и съест плоть вашу, как огонь: вы собрали себе сокровище на последние дни. Вот плата, удержанная вами у работников, пожавших поля ваши, вопиет, и вопли жнецов дошли до слуха Господа Саваофа (Иак. 5, 1–4).

Начальствующие в силу своего положения имеют власть, но недопустимо этой властью злоупотреблять. Чем выше начальник, тем бо́льшую ответственность за других он несёт, тем больше он должен отдавать себя другим: Кто хочет между вами быть бóльшим, да будет вам слугою (Мф. 20, 26).

В святоотеческой литературе можно найти полезные советы для начальствующих. Так, к примеру, авва Дорофей, живший в VI веке, советует: «За случающиеся же проступки не слишком негодуй, но без смущения показывай вред, происходящий от проступка. Если нужно сделать выговор, то обращай внимание на лицо и выбирай удобное время. Не взыскивай строго за малые проступки, как будто сам ты совершенно праведен, и не часто обличай, ибо это тягостно и привычка к обличениям приводит в бесчувствие и небрежение. Не приказывай властительски, но со смирением… Когда брат тебе сопротивляется, удержи язык твой, чтобы отнюдь ничего не сказать с гневом, и не позволяй сердцу твоему возвыситься над ним».

К сожалению, в руководителях частных предприятий иногда приходится видеть такой никак не исчезающий из нашей действительности тип «барина-самодура», который за любую провинность готов драть чубы своим подчинённым. Видимо, сознание власти сильно портит характер таким людям. Поэтому давайте чуть подробнее поговорим о человеческом гневе и раздражительности. Ведь гнев возникает тогда, когда человек считает себя правым, а другие почему-то не признают эту правоту.

ГЛАВА 6

КАК БОРОТЬСЯ С ГНЕВОМ И РАЗДРАЖЕНИЕМ

Давно замечено, что человек в гневе становится не властен над собой, практически перестаёт себя контролировать. Поэтому ещё древнеримский мудрец Гораций сказал, что гнев — это кратковременное безумие. Гневливый человек на короткое время как будто лишается рассудка, впадает в болезнь. Пройдёт гнев, и человек вполне здоров и вменяем до следующей вспышки гнева.

К сожалению, в состоянии гнева человек может совершать поступки, которые никогда бы не позволил сделать себе в обычном состоянии, а у окружающих чаще всего он вызывает смех и жалость, конечно, если гнев не направлен на них. Лучше не попадаться под горячую руку гневливца. Потом когда он остынет, то часто жалеет или может пожалеть о своём необдуманном и горячем поведении. Но ведь сказанного и сделанного уже не вернёшь. Гнев страшен тем, что нарушает драгоценный мир и покой души человеческой. И вернуть этот мир бывает потом очень непросто. Как в анекдоте — ложечки нашлись, а осадок остался.

Но что же это за чувство такое? Имеем ли мы на него право? Или оно недопустимо никогда и ни в каком виде? Но будет ли лучше бесконечно подавлять его в себе? Оно ведь похоже на бурлящий котёл, кипяток и пар которого могут и сорвать крышку.

Гневается человек тогда, когда кто-то поступает не так, как хотелось бы гневливому, не исполняет его воли. То есть корень этой духовной болезни в своеволии: человек живёт по собственному хотению и хочет навязать свою волю другим, чтобы и другие жили по его законам. Значит, борясь со своим своеволием, давая право людям поступать не по нашей указке, ошибаться, приобретать собственный опыт, мы можем научиться справляться со своим гневом. Но как быть, если ты — начальник и в твои обязанности входит не только устанавливать правила, которым должны следовать твои подчинённые, но и непременно требовать от них исполнения? Если начальник не будет эти обязанности исполнять и начнёт всё терпеть, его попустительство быстро приведёт к распущенности и недисциплинированности весь коллектив. Может быть, всё-таки иногда гневаться нужно?

В христианском учении существует понятие праведного гнева, то есть такого гнева, который допустим, а иногда и просто необходим. Возьмём такой пример: на ваш дом напали разбойники, они собираются не только ограбить, но и лишить жизни вашу жену и детей. Будете ли вы пытаться в этот момент достичь самой высшей христианской добродетели — смирения, будете ли вы бороться со своим чувством гнева, который в вас естественно возникнет, или дадите гневу волю и возьмёте в руки оружие для защиты своих близких? Конечно, мы взяли для примера крайнюю ситуацию. В жизни ситуации бывают и проще, и сложнее, и каждый раз придётся испытывать себя и своё сердце на соответствие христианскому поступку.

Каков же в данном случае критерий этого соответствия? Какое чувство двигало Давидом, когда на вызов «Кто хочет сразиться с Голиафом?» он ответил: «Я хочу!» Им двигало не желание, чтобы все вокруг поступали по его воле и указке, им двигало желание истребить грех. Оно отличается от желания попустить грех, как-то смириться с ним (ну подумаешь, кто-то слегка ворует, слегка лжёт, водит кого-то за нос, ну подумаешь, по телевизору развращают нашу молодёжь или рекламируют непотребное). Получается, что существует праведный гнев, но существует и неправедная терпимость.

Если христианин видит грех, он должен хотеть его истребить, и это нормально. Другое дело, что первое оружие, припасённое у него на этот случай, вовсе не злость и раздражение, не пистолет и кнут. И бороться, прежде всего, он должен не с человеком, а с его грехом. Истребление же человека, как мы видим, допустимо только в тех крайних случаях, когда по-другому остановить разгулявшийся грех другого невозможно.

Как правильно в обычной, повседневной, бытовой и рабочей жизни стараться истребить грех, который мы по своему положению начальствующего должны исправить в других? Тут есть некоторые критерии, расставляющие всё по местам.

В первую очередь надо испытывать праведный гнев по отношению к себе, к своему греху, и только во вторую — к грехам других людей (если мы видим, что в отношении своего греха у нас это чувство молчит, а в отношении грехов ближних оно активно вопиет, то ясно, что дело здесь нечисто). А первое оружие праведного гнева, направленного на других, — это… любовь.

Вот как пишет в своей книге «Беседы о страстях и покаянии» протоиерей Григорий Нейфах: «Любовь, милость — это есть главное оружие, которым праведный гнев вооружается с охотой. Когда мы ненавидим, казалось бы, грех ближнего нашего, мы можем, мысленно проверяя своё сердце, представить: а вот что, если попробовать исправить его любовью? Если нам сразу станет как-то неприятно, не по себе в сердце нашем, значит, нам только кажется, что гнев наш праведный».

Справедливое замечание или увещевание, сделанное не с раздражением, а с любовью, даёт поразительные результаты, казалось бы, в безнадёжных ситуациях. Известен случай, когда банда разбойников пришла под видом паломников в монастырь с целью под покровом ночи ограбить его. Настоятель монастыря провидел их намерения, но принял этих разбойников с такой любовью, что они вскоре покаялись и вступили на путь честной жизни.

Это может показаться странным — как можно с любовью говорить человеку неприятные, строгие вещи? Но любовь — такое чувство, которое ощущается людьми и без слов, и сквозь всякие строгие слова (кстати, как и агрессия). Мы можем говорить кому-то слова любви, но если при этом испытываем агрессию, то неизменно вызовем агрессию в ответ. А если мы и вправду испытываем к нагрешившему ближнему любовь, то она сама найдёт нужные слова.

Кроме того, существует золотое правило увещевания ближнего. Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрёл ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою ещё одного или двух, дабы устами двух или трёх свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мыта́рь (Мф. 18, 15–17). Понятно, что эти слова имеют прямое отношение к церковным людям, но ими можно руководствоваться и в мирских делах, по крайней мере, всегда начиная наши обличения с разговора наедине, щадя и уважая человеческое достоинство.

Заканчивая разговор о гневе, хотелось бы вспомнить слова апостола Иакова: Итак, братия мои возлюбленные, всякий человек да будет скор на слышание, медлен на слова, медлен на гнев, ибо гнев человека не творит правды Божией (Иак. 1, 19).

ГЛАВА 7

ОБ ОТНОШЕНИИ РАБОТНИКОВ К ТРУДУ

Мы привыкли рассуждать об эксплуатации работников работодателями, но почему-то очень редко говорят о другой эксплуатации, которая тоже имеет место, — об эксплуатации работодателя работниками.

Один предприниматель рассказывал такой случай: он арендовал хороший офис, обставил его мебелью, оборудовал всем необходимым и посадил туда работника, который должен был выполнять обязанности редактора издания. Сначала работник вытребовал себе свободный график посещения офиса, приведя аргументы, что нормировать его работу сложно и частенько он продолжает свои редакторские функции по вечерам и в выходные дни. Затем он уговорил предпринимателя оплачивать его мобильный телефон, по которому ему теперь стали звонить деловые партнёры. На офисном принтере он стал распечатывать не только свои собственные рукописи, не имеющие отношения к его прямой работе, но и делать распечатки всем своим домашним, друзьям и знакомым, в связи с чем работодатель просто не успевал менять картриджи и закупать новые пачки бумаги. Далее последовало использование торгового бренда предпринимателя для печатания и получения прибыли с собственных буклетов и так далее. Надо заметить, что работник оказался в этом отношении очень изобретательным. Стоит ли говорить, что процесс его увольнения доставил работодателю немало неприятностей вплоть до шантажа со стороны работника и судебных тяжб. И эта история, увы, не единичная. Наверное, нет такого предпринимателя, который бы не прошёл через подобные злоключения. О таких работниках говорил святитель Тихон Задонский: «…суть истые воры и хищники, когда, взявшие достойную цену, не хотят прилежно работать, но ленно и нерадиво работают, и только дни и часы провождают».

Эксплуатация работником работодателя происходит тогда, когда работник небрежно относится к своим трудовым обязанностям: занимается во время рабочего дня своими личными делами, добивается завышенной оплаты труда, не предоставляет выполненную работу должного объёма и качества, ворует или небрежно расходует те средства труда и материалы, которые поступают в его пользование, а также использует в личных целях Интернет, телефонную связь, которые оплачивает работодатель, и прочее.

Поводом к такой эксплуатации помимо недобросовестности работника может быть и излишняя доверчивость работодателя, отсутствие должного контроля или чётких инструкций для работы. Работодатель не должен «вводить работника во искушение», и все отношения обеих сторон лучше ясно и разумно структурировать.

Иногда бывают ситуации, когда неправильно понятое милосердие даёт работнику повод годами эксплуатировать своего работодателя да и членов рабочего коллектива.

В одной компании работала женщина предпенсионного возраста. Настал момент, когда её начали одолевать болезни. И все поначалу ей очень сочувствовали, включая работодателя: закрывали глаза на частые отлучки на рабочем месте, входили в положение, собирали все вместе деньги ей на лекарства. Но ситуация затягивалась. Женщина появлялась на работе всё реже и реже, а когда ей звонили по телефону, сразу начинала жаловаться на плохое самочувствие. Соответственно, её обязанности потихоньку распределились между остальными членами коллектива. Как ни странно, а может, даже и закономерно, эта женщина быстро привыкла к своему исключительному положению и стала пользоваться им уже и тогда, когда её здоровье позволяло ей появляться на работе: за зарплатой она приходила вовремя. Вскоре она уже не только не благодарила за помощь, а даже жаловалась, что этой помощи мало и что никто не желает входить в её трудное положение: ей и в голову не приходило, что она привыкла пользоваться не заработанными благами. Ситуация длилась не один год и, конечно, время от времени всё-таки вызывала недовольство и работников и работодателя, прорывались наружу и раздражение и недоумение. Но когда вставал вопрос об её увольнении, кто-нибудь обязательно вспоминал, что она больная и несчастная, что ей осталось не так уж много до пенсии, и все возвращалось на круги своя. А женщина к тому же нашла себе в городе хороших покровителей, правда, их помощь сводилась не к материальной поддержке, а к тому, что в конфликтных ситуациях они вставляли за неё словечко работодателям и просили пожалеть её и не увольнять.

И работодатель шёл у этих пожеланий на поводу, не находя в себе мужества избавиться от недобросовестного работника, предложить женщине оформить инвалидность или в конце концов взять над ней личное материальное шефство. Получилось, что члены коллектива, выполняющие рабочие обязанности этой женщины, занимались конкретной благотворительностью, только не по собственной инициативе. Эта благотворительность была не от чистого сердца, не добровольная, а вынужденная, навязанная. Такое положение всегда создаёт очаг напряжения в коллективе. В результате из него стали уходить здоровые и перспективные работники.

Спору нет, мы все должны проявлять любовь к ближнему. Но правильная любовь к ближнему не бывает без мудрости и рассуждения. Сказал Господь: по плодам их узнаете их (Мф. 7, 20). Если в результате нашей любви и милосердия у ближнего в геометрической прогрессии начинают расти пороки — лень, праздность, разгильдяйство, неблагодарность, ложь, значит, что-то неправильно в этой любви. Ведь в таком случае уже страдает душа человека, и получается, что такими благими намерениями действительно устлана дорога в ад. Поистине нужна змеиная мудрость и голубиная кротость, чтобы, как говорится в молитве Оптинских старцев, научиться «разумно действовать с каждым из ближних моих, никого не огорчая и никого не смущая».

К сожалению, наша страна пережила негативный опыт хозяйствования советского периода в фазе его разложения, когда труд сплошь и рядом был неэффективным, малопроизводительным, некачественным, безответственным, на рабочих местах процветало пьянство, воровство, потребительство. Классической для советской экономики была картина, когда один копал яму, а пять человек командовали и давали ему указания.

Всё это не могло не сказаться на отношении работников к труду. И хотя сегодня на рабочие места приходит новое поколение, последствия неправильного отношения к труду мы будем изживать ещё долго. Разгильдяйство, халатность, небрежность и лень ни в коем случае не должны стать синонимами русского национального характера. Русский человек умеет быть прилежным и аккуратным, рачительным и трудолюбивым. Об этом свидетельствует бесчисленное множество примеров и из русских сказок, из русской литературы, из истории.

И всё-таки порок лености не обошёл россиянина стороной. Николай Васильевич Гоголь считал, что у русского человека есть «непримиримый, опасный враг», победив которого он станет исполином. И этот враг, которого нужно побеждать, — лень. О нём часто высказывались подвижники благочестия. Глинский старец игумен Иассон писал: «Злой дух особенно действует на душу и тело человека, когда он находится в праздности и бездействии».

Колоссальная ответственность лежит на руководителях, но огромная ответственность — и на подчинённом.

На рабочем месте недопустимо сквернословие, пьянство. Давайте помнить слова апостола Павла: «Завещеваем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа… ибо вы сами знаете, как должны вы подражать нам; ибо мы не бесчинствовали у вас, ни у кого не ели хлеба даром, но занимались трудом и работою ночь и день, чтобы не обременить кого из вас, — не потому, чтобы мы не имели власти, но чтобы себя самих дать вам в образец для подражания нам. Ибо когда мы были у вас, то завещевали вам сие: если кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (2 Фес. 6–10).

В «Этическом кодексе православного предпринимателя» написано: «Вместо эксплуатации основой отношений предпринимателя и наёмных работников должен стать справедливый баланс их законных интересов… Предприниматель должен признавать и осознавать ценность всех людей, участвующих в его деле или так или иначе связанных с ним. Прямой путь к этому — постоянное памятование о том, что каждый такой человек является образом Божиим».

ГЛАВА 8

РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ

С духовной точки зрения, предприниматель создаёт дело не для того, чтобы люди служили ему. Наоборот, он организует сообщества людей (сотрудников своей компании) для того, чтобы послужить им. На практике это выглядит труднодостижимым и даже нереалистичным. Однако такое служение становится реальным, если предприниматель начинает рассматривать своё дело как инструмент, посредством которого сотрудники раскрывают свои способности и реализуют свои жизненные цели.

В связи с этим на предпринимателе лежит ещё одна серьёзная ответственность — ответственность за развитие своих сотрудников, за их нравственное, интеллектуальное, культурное и, насколько это возможно, духовное совершенствование. Капитал материальный и финансовый сегодня невозможно ни создать, ни удержать без капитала интеллектуального — добровольного приложения человеком своих способностей, умений и знаний. Ему должны быть доступны знания и сокровища культуры, возможность реализовать себя через образование, научную и творческую деятельность. Употреблённая на это часть интеллектуальных и материальных ресурсов окупится улучшением конкурентоспособности предпринимательства и общества в целом.

В купеческой среде ранее было принято «выводить в люди» своих служащих, оказывать помощь в становлении новых предпринимателей. Так, хозяин, видя прилежание и усердие своего приказчика, мог дать ему первоначальный капитал и помочь встать на ноги. В купеческой Москве особенно выделялись таким стремлением купцы Боткины, Абрикосовы и другие.

Предприниматель не только не должен препятствовать желанию работника получить специальное или высшее образование, но, наоборот, должен идти навстречу такому желанию, помочь в его реализации. При наличии возможности предприниматель может осуществлять обучение своих сотрудников за счёт фирмы. Кстати, многие российские промышленники видели в развитии своих сотрудников, в обучении их, прямую выгоду предприятию; для этого они даже организовывали свои школы и училища. Человеку не свойственно всю жизнь оставаться на одном уровне, ему необходим рост, в том числе и профессиональный. Если этот рост он может осуществить в рамках своей компании, то вряд ли он будет искать другое место работы.

Разумеется, работник, который приобрёл знания за счёт фирмы, должен понимать, что всякое благодеяние достойно благодарности, и даже если работодатель никак не регламентировал отношения с ним в этом плане, было бы разумно своим трудом хотя бы отчасти (в течение какого-то времени) возместить затраченные на его обучение деньги.

ГЛАВА 9

КРИЗИСНЫЕ СИТУАЦИИ И ВЗАИМОПОМОЩЬ

Отдельно хотелось бы поговорить о поведении работников и работодателей в условиях кризисной ситуации в компании. Казалось бы, о чём тут говорить: все эти отношения давно регламентированы трудовым законодательством РФ. И тем не менее, как показывает практика, есть моменты, которые трудовой кодекс не учитывает (всё разнообразие человеческой жизни невозможно описать даже самыми что ни на есть полными законами), но их не может не учитывать православная этика.

Предположим, что компания в силу каких-то внешних обстоятельств претерпевает затруднения. Вслед за этим следует задержка заработной платы работникам не потому, что предприниматель не хочет выполнять своих обязательств по отношению к ним, а просто он не в состоянии это сделать: деньги, вложенные в производство, ещё не вернулись. Его риски и долги начинают расти как снежный ком, и он (как капитан корабля, от действий которого зависит, потонет корабль или будет спасён) ночами не спит, ища наименее болезненные выходы из создавшегося положения. В этот момент ему как никогда нужна поддержка со стороны своих работников. И выражаться она должна не в сочувствиях и утешениях, что, мол, может, всё обойдётся, а просто в честной и хорошей работе, несмотря на то что материальный стимул перестаёт действовать. И, возможно, даже в работе более плодотворной и напряжённой, чем до кризиса.

Когда в открытом море команда корабля оказывается один на один с ревущей бурей, она просто обязана сплотиться и стать единым организмом, каждый должен приложить сверхусилия, чтобы, чётко выполняя команды капитана, спасти судно и свою жизнь. Когда мы говорим о корабле, попавшем в шквал, всё вроде бы понятно. Другого выхода у каждого члена команды просто нет. Но эта ситуация очень похожа на ситуацию, когда в «шквал» сложных рыночных отношений попадает компания. Спасти положение чаще всего возможно только общими сверхусилиями.

Но что мы обычно наблюдаем? Работники не только не хотят сплачиваться в этой ситуации, они моментально теряют интерес к работе. Они начинают задумываться о переходе на другую работу и, вместо того чтобы прилагать сверхусилия к спасению своего будущего в этой компании, начинают работать спустя рукава, высвободившееся время употребляя на поиски нового места, брать побочные заказы, чтобы завоевать себе авторитет на стороне или в новой организации. Хорошо, если они при этом ещё не нарушают элементарные принципы сохранения конфиденциальной информации и не использует идеи, наработанные для этой компании, в своих новых целях. А ведь такое случается сплошь и рядом. То есть работник не только не помогает «капитану спасти корабль», но, наоборот, втихую прорубает пробоины в корабельном днище. Кстати, со стороны трудового законодательства он вроде бы абсолютно прав. Кодекс о труде вполне защищает его в случае увольнения по инициативе работодателя, гарантирует ему выплату зарплаты в течение двух месяцев после предупреждения об увольнении. Но кодекс не защищает в данном случае работодателя, который фактически не может уволить нерадивого работника, так как нет дополнительных денег на выплату ему положенных при увольнении сумм.

Найдя же (в рабочее время) более стабильную работу, такой работник заявляет о своём уходе, часто бросив свою работу незавершённой (трудовое законодательство не обязывает доделывать работу до конца). И если эта незавершённая работа чрезвычайной сложности, например разработка проекта, то её можно выкинуть в мусорный бак, так как новому работнику будет весьма сложно разобраться в чужих идеях и чертежах.

Понятно, что такое поведение не только не помогает компании справиться с кризисом, но и усугубляет его. Но как быть? Ведь и у работников ситуации бывают разные: один может затянуть потуже пояс, а другому без зарплаты завтра просто будет нечем кормить своих детей. Думается, в таких случаях чрезвычайно важна обоюдная открытость и прозрачность намерений. Работодатель доводит до сведения работников реальное положение дел, и, если они не желают претерпевать трудности вместе с компанией, будет лучше сразу предупредить об этом работодателя и уволиться, завершив начатые дела. Если же работники решили пережить трудное время вместе с компанией, то они должны понимать, что в этом случае, даже если материальное стимулирование становится минимальным, нельзя работать спустя рукава, а, наоборот, нужно работать с максимальной отдачей.

Ещё хотелось бы сказать о взаимопомощи в коллективе, о постоянном обмене информацией, опытом, находками, приобретёнными в процессе деятельности. Почему-то часто принято считать, что в условиях конкуренции не стоит помогать друг другу и обмениваться опытом. В результате нравственный климат в коллективе портится, трудовые отношения превращаются в борьбу за выживание, «подсиживание» друг друга. Всё это недопустимо в здоровом трудовом коллективе. И уже давно замечено, что взаимопомощь в православной предпринимательской среде не только помогает развитию нормальных нравственных отношений, но и является одним из определяющих условий профессионального роста.

Кстати, многие русские купцы вовсе не стремились к сокрытию секретов своего производства, наоборот, делали их достоянием других русских промышленников. Например, таким был уральский фабрикант Л. Ушаков, щедро делившийся своими достижениями со своими собратьями. Фабрикант Полушин слыл в своей среде фабрикантом-учёным. «Фабрика его далеко не из больших, — писал в 1860-е годы В. Мещерский, — но, в отличие от многих, он, как уверяли нас, не только занимается ею как предметом дохода, но обращается с этим делом как с любимым предметом изысканий, преимущественно в механической части заведения… Говорят такое, что он следит за изобретением своим, и когда подметил недостаток удобоустранимый, то сообщает о нём немедленно всякому, кто собирается принять его механизм…» В этом же ряду стоял и А. Бахрушин, пропагандировавший свои находки в организации кожевенного дела.

Когда-то Бернард Шоу сказал: «Если у вас есть яблоко и у меня есть яблоко и если мы обменяемся этими яблоками, то у вас и у меня останется по одному яблоку. А если у вас есть идея и у меня есть идея и мы обменяемся этими идеями, то у каждого из нас будет по две идеи». Математический парадокс, не правда ли? А между тем этот парадокс хорошо работает. И его надо сделать законом нравственных отношений в предпринимательском сообществе. И тут очень многое зависит от руководителя, который должен поощрять соответствующие отношения.

ГЛАВА 10

ОБ ОТНОШЕНИЯХ МЕЖДУ ПАРТНЁРАМИ ПО БИЗНЕСУ

Несмотря на то что занятие бизнесом вытекает из индивидуальных устремлений предпринимателя, в процессе его деятельности возникают проекты, которые можно сделать только сообща, объединив усилия с одним или с группой других предпринимателей. В этих проектах можно не только получить повышенную прибыль, но и поставить свой бизнес на более высокий уровень, осилить те задачи, которые невозможно поднять в одиночку. К сожалению, как показывает практика, осуществление таких проектов удаётся гораздо реже, чем того хотелось бы. Почему?

Возьмём типичный пример. Два деловых человека объединяются для совместной реализации проекта. Но поскольку бизнес невозможно взвесить на аптекарских весах и разделить поровну, через некоторое время одному из них начинает казаться (или это происходит на самом деле), что он вкладывает в проект гораздо больше сил и средств, чем его деловой партнёр. Поэтому он предлагает пересмотреть условия получения прибыли с равных долей на другие. Допустим, теперь первый станет получать 70 %, а второй — 30 %. Далее уже всё предсказуемо — за этим следует накопление внутреннего недовольства друг другом и развал предприятия. В результате чего теряет не только тот, кто действительно (или якобы) вкладывал в это дело меньше, но и, соответственно, тот, кто вкладывал (или так ему казалось) больше. То есть теряют оба.

Если отбросить все частности и конкретные детали и рассмотреть ситуацию поглубже, то окажется, что чаще всего мешает осуществлению совместных проектов такое человеческое качество, которое в православной традиции называют гордостью или гордыней (не путать с чувством собственного достоинства, самоуважения). Гордыне органически присущ дух соперничества. Причём чем меньше человек замечает её в себе, тем сильнее он обнаруживает и ненавидит её в других. Гордость — это всегда вражда. Человек считает не Бога, а себя самостоятельной и единственной причиной всего хорошего, что есть в нём и вокруг него. Вот как определяет это качество словарь Даля: «Гордый — надменный, высокомерный, кичливый; надутый, зазнающийся; кто ставит себя самого выше других».

Ещё в Ветхом Завете мы прочтём: Начало греха — гордость (Сир. 10, 15). Гордость возникла в мире раньше всех прочих грехов (раньше человеческой истории) и совершенно справедливо считается корнем того древа, на котором произрастают и ветвятся все мыслимые и немыслимые человеческие прегрешения, большие и маленькие. «Этот нечистый дух, — говорит о гордости святой Ефрем Сирин, — изворотлив и многообразен; почему употребляет всякия усилия возобладать всеми, и каждому, каким кто ни идёт путём, ставит на оном сеть. Мудраго уловляет мудростию, крепкого — крепостию, богатого — богатством, благообразного — красотою, красноречивого — краснословием, имеющего хороший голос — приятностию голоса, художника — искусством, оборотливого — оборотливостию».

По сути, гордость и есть та самая субъективная неправедная мера справедливости, живущая в каждом из нас. Те, кто избавились от гордости и стяжали смирение, о справедливости уже не говорят никогда. Любовь долготерпит, всё покрывает, всему верит… (1 Кор. 13, 4, 7). В применении к нашему примеру о совместном бизнесе: чем горделивее человек, тем больше ему будет казаться, что его вклад в партнёрское дело весомее, а следовательно, и воздаяние должно быть значительнее.

Но если любовь и смирение — это те качества, которые объединяют и притягивают людей, то гордыня, самомнение и эгоизм разъединяют, они отталкивают людей друг от друга, как однополюсные магниты. Гордыня — это всегда нежелание понять другого человека, уступить слабому, протянуть ему руку помощи, поддержать, а иногда просто смириться и не заметить чужой немощи. Гордыня — это то, что мешает человеку быть не только сильным, но и щедрым: ведь если ты так силён, как полагаешь, — щедро делись своей силой с другими, а не мелочись, высчитывая, сколько тебе недодали денег или благодарности. Естественно, такое поведение резко отличается от доброжелательного, разумного, бережного и благодарного отношения к своим деловым партнёрам. Как ни странно, в деловом сотрудничестве примитивная арифметика работает плохо. И выиграть, и получить больше способен тот, кому хватает мудрости видеть перспективу.

Святые отцы пишут о том, что, как бы много человек ни знал о гордыне, распознать её в себе ему чрезвычайно сложно, потому что она скрывается под разными, иногда весьма благородными личинами. «Крепко наблюдай за проявлениями гордости: она проявляется незаметно, особенно в огорчении и раздражительности на других из-за самых неважных причин», — советует святой праведный Иоанн Кронштадтский. А вот афоризм, который традиционно приписывают Ларошфуко: «У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение». Да, как ни странно, гордость умеет надевать и маску добродетели.

Истинное смирение способно разрешить проблемы, кажущиеся неразрешимыми, восстановить отношения, кажущиеся не подлежащими восстановлению, добиться недостижимого, наладить то, что, по человеческим меркам, наладить уже невозможно. Гордый человек всегда боится, что, смирившись перед другими, он может потерять своё лицо, своё достоинство. Но достоинство гордеца — ложное, и нельзя потерять то, чего не имеешь. Истинное достоинство имеет только смиренный.

В истории русского предпринимательства есть очень яркий пример, показывающий нам ложное достоинство человека гордого и истинное достоинство человека смиренного. Речь идёт о Николае Александровиче Алексееве, происходящем из славной династии купцов Алексеевых, владельцев золотоканительного производства, шерстомойных фабрик, хлопкоочистительных заводов, конных заводов, овцеводческих хозяйств и меднопрокатных и кабельных линий. К слову сказать, во всех своих производствах купцы Алексеевы были новаторами, применяющими самые передовые технологии того времени. В 1885 году Николая Александровича Алексеева выбрали городским головой. То, что он успел сделать на своём посту по благоустройству Москвы, заслуживает самого глубочайшего уважения: ему Москва обязана строительством современного водопровода, канализации, школ и больниц. При нём в городе построили насосные станции, которые позволили подвести водопровод к каждому дому. Две напорные башни у Крестовской заставы были оплачены Николаем Александровичем лично. Была завершена постройка Исторического музея и здания Городской думы.

Известно, что он отказался от своего жалованья (12 тысяч рублей в год), а за десятилетие его правления доходы города выросли почти в три раза. Николай Александрович являлся попечителем нескольких начальных учебных заведений, директором Попечительного о тюрьмах комитета, директором Русского музыкального общества, почётным членом Общества для пособия нуждающимся студентам Московского университета, казначеем Дамского комитета Общества Красного Креста. При нём в городе было выстроено 30 городских училищ.

Вспоминают, что Николай Александрович обладал горячим темпераментом, сильной волей, решительностью, не терпел проволочек, откладывания рассмотрения вопроса на какой бы то ни было срок. На заседаниях Думы, если какой-то вопрос не находил сочувствия у большинства, Николай Александрович заявлял: «Я нахожу, что предложение необходимо привести в исполнение, а если господа гласные отвергнут его, то заявляю, что оно будет произведено из моих личных средств». Особенно памятна среди его деяний история создания психиатрической больницы на Канатчиковой даче.

Увидев, в каком плачевном состоянии и тесноте находились душевнобольные в существующих лечебницах, Николай Александрович объявил сбор пожертвований. И вскоре была набрана большая сумма. Кстати, любой благотворительный сбор Алексеев начинал с себя. Так и в этот раз — он первым внёс в это предприятие 350 тысяч рублей. Когда же обратились за помощью к известному богачу Т. (известному, увы, и своей скупостью), он пожертвовал десять тысяч. При встрече с ним Алексеев сказал:

— Как же вы меня обидели, Иван Сергеевич!

— Это чем же? — нахмурился Т.

— Ну как же! Столь богатый человек, а выписали чек всего на десять тысяч. Выписали хотя бы на пятьдесят, я бы вам в ножки поклонился.

Не сомневаясь, что «поклон в ножки» — это лишь фигура речи, Т. съязвил:

— Да, за то, чтобы увидеть, как городской голова кланяется мне в ножки, действительно пятидесяти тысяч не жалко.

Каково же было его удивление, когда Алексеев, как был в белом фраке и белых брюках, при стечении народа, бухнулся перед ним на колени и продолжал стоять до тех пор, пока не принесли перо и чернильницу и сконфуженный богатей не подписал чек на оговорённую сумму, а затем поспешно ретировался из собрания. В этой истории всё произошло по Евангелию: всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится (Лк. 18, 14).

И ещё Алексеев показал нам удивительный пример соблюдения другой евангельской заповеди — любите врагов ваших (Мф. 5, 44). Так уж случилось, что именно душевнобольной застрелил Алексеева в его думском кабинете. Умирая, городской глава завещал 300 тысяч рублей на содержание психбольницы.

Надо заметить, что также мешает партнёрскому бизнесу и излишняя доверчивость. Можно было бы написать целые тома о том, как портятся отношения между соратниками или даже хорошими друзьями, когда между ними встают деньги. Рассматривая историю предпринимательства в нашей стране, мы говорили о том, что был период, когда честному купеческому слову верили и без бумажных расписок, но не стоит забывать, что это было во времена хорошо развитых отношений в купеческом сословии. Отношения между совладельцами дела регулировались тогда по особым правилам. Сегодня эти правила не работают. И известно множество примеров, когда данные взаймы, на дружеском доверии, деньги невозможно получить назад. В этих случаях предпринимателю приходится делать для себя нелёгкий нравственный выбор — простить долг или же вернуть деньги какими-то насильственными методами.

Человеку нравственному всегда приходится в жизни решать для себя непростые задачи. Вернуть долг — это справедливо? Справедливо. Но если твой партнёр попал в очень сложную ситуацию (болезнь, несчастный случай, кризис в стране и пр.)? Как человек честный он должен вернуть свои долги кредиторам, но для этого ему придётся продать всё, в том числе и жильё, где живут его жена и дети, то есть, по сути, лишить их крова. Справедливо ли выгонять на улицу семью, если у тебя самого это не последние деньги, если у твоего партнёра не было изначально злого умысла нажиться на чужом имуществе? Человек верующий всегда помнит слова Евангелия: и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить (Мф. 7,2). В этой ситуации ключевые слова: не было злого умысла. А если был? Это совсем другая история.

Тогда, чтобы не оказаться обманутым, гораздо лучше вообще не вводить в соблазн и искушение своего товарища. Ещё в древнем Израиле существовало множество форм расписок, разводных писем и прочих бумаг для того, чтобы регулировать механизмы денежных отношений между людьми на юридической основе. С тех пор в этом отношении мы шагнули далеко вперёд, и в данном случае не стоит пренебрегать «благами цивилизации». В желании же искать правых и виноватых в таких ситуациях лучше вспомнить слова из Евангелия от Матфея: Горе миру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит (Мф. 18, 7). Христиане, и особенно святые, всегда знали эту удобосклоняемость человеческой природы ко греху. Человек, который ведёт себя совершенно достойно и праведно в отсутствии соблазна, вдруг может сделать нечто такое, чего и сам от себя не ожидает. Не случайно в молитве «Отче наш», которую заповедовал нам Сам Спаситель, есть прошение «…и не введи нас во искушение…». Разумеется, понимается оно не в том смысле, что Господь способен специально вводить людей во искушение, но в том, что Он может помочь не впасть в искушение, видя нашу немощь ему противостоять. А в обычных совместных проектах оградить от искушения может простой договор, имеющий юридическую силу, оговаривающий права и обязанности каждой стороны.

Вообще, развиваться бизнесу всегда помогала взаимовыручка людей из одного сословия. Из истории российского предпринимательства нам известны удивительные примеры такой взаимопомощи без каких-либо гарантий. Показательна в этом отношении история тюменского купца Николая Мартемьяновича Чукмалдина. Однажды в результате неудачной сделки он потерял 35 тысяч рублей — половину своего состояния. Это было для него весьма ощутимым ударом. Он вспоминал, что сделался мнителен, раздражителен и считал себя совершенно разорённым. Он впал в такую депрессию, что всё валилось у него из рук. Помог ему другой тюменский купец, Колмогоров. Он пришёл к нему и сказал: «Кто капитал потерял — половину потерял; а кто веру в себя потерял — тот всё потерял! Что вы кисните и сидите дома без сна и пищи? Ну, потерял деньги; что же делать — работать снова и наживать их опять. Нужны деньги? — вот я тебе даю 10 тысяч рублей без расписки: бери и работай». В дальнейшем Чукмалдин стал не просто зажиточным купцом, а крупным магнатом, но всю жизнь он твёрдо придерживался принципов нравственности в своём бизнесе, говоря, что «прочно в этом мире только добро». Все свои предпринимательские успехи он связывал с тем, что всегда искал в торговле честных путей.

ГЛАВА 11

МОЖЕТ ЛИ БЫТЬ РЕКЛАМА СО ЗНАКОМ ПЛЮС?

В условиях рынка продвижение товаров или услуг не обходится без рекламы. Этика рекламы является составной частью этики предпринимательства. Сама по себе реклама является специфической областью экономики, которая стремится внедриться в наше сознание, поскольку для этого она и существует. Несмотря на то что сегодня реклама становится всё изощрённее, всё навязчивее, всё чаще прибегает к технологиям, стремящимся влиять на наше подсознание, не стоит вообще клеймить всю рекламу нехорошими словами и предлагать верующим предпринимателям отказаться от неё. Но каждому, кто хотел бы рекламировать своё дело, обращаясь при этом к помощи специальных рекламных агентств, неплохо было бы хоть немного ориентироваться в этом вопросе.

Сегодня очевиден уровень сознания современных создателей рекламной продукции и то, насколько часто производители попирают в своих рекламных продуктах не только православные идеалы, но и опускаются ниже того морального уровня, который принят в более-менее приличном обществе, даже когда делают это очень тонко, завуалированно. Если на минуту допустить, что прав великий итальянец Данте Алигьери и для каждого рода грешников существует «отдельное» помещение и определённый вид мучений, то таких рекламщиков (и заказчиков такой рекламы) в аду заставят испробовать в неограниченном количестве и в том же качестве всё то, что они предлагают. Там, за порогом земной жизни, вся ложь откроется и всё тайное станет явным.

Заглянув в учебники и статьи по методам успешной рекламы, можно обнаружить много неожиданного и интересного. Например, в одной статье пятое из пяти правил успешно работающей рекламы гласит: «Ненавязчиво коснитесь страхов и тревог людей». Надо заметить, что наши рекламодатели пользуются им без всякой меры. Как, к примеру, в рекламе биоактивных добавок для улучшения зрения: «Закройте глаза! Видите, какая темень! Вот так будет с вами, если вы потеряете зрение…» А ведь человек, постоянно думающий о своих недомоганиях, зацикленный на них и не спешащий расстаться с негативными мыслями, просто обречён быть пожизненно больным.

В учебниках по психологии рекламы можно встретить диаграмму так называемых «базовых потребностей человека». Эта диаграмма представляет собой пирамиду, которая делится на пять частей по высоте. В ней каждая часть (снизу вверх) символизирует пять главнейших (по мнению авторов) устремлений человека — физиологические потребности, инстинкт самосохранения, сексуальные потребности, социальные и потребность в самосовершенствовании. Этой диаграммой обязательно советуют пользоваться рекламным деятелям, чтобы затрагивать возможность удовлетворения этих «главных» потребностей, создавать новые и новые желания. Если переформулировать это на религиозный язык, то в эту диаграмму уложатся все основные грехи человека — чревоугодие, блуд, сребролюбие, печаль, гнев, уныние, тщеславие, гордость (по классификации египетского отшельника IV века Евагрия Понтийского). При таком подходе рекламодатели буквально специально ищут «слабые места» человеческой природы и прицельно бьют по ним.

Вот, к примеру, нашумевшая в своё время рекламная кампания пива «Клинское». Сюжет рекламного ролика: солнце, пляж, пятеро молодых людей выбегают из воды и синхронно ложатся на пляжные лежаки. Действие сопровождается текстом: «Что мы делаем, когда собираемся вместе? Да пиво пьём! Какое пиво? Ясное дело — продвинутое, наше любимое, светлое, с отличным освежающим вкусом». Затем молодёжь пьёт пиво, играет в воде, а когда пиво заканчивается, звучит вопрос: «А кто пойдёт за „Клинским“?» Затем к ним присоединяется молодой человек, сидящий до этого в стороне в одиночестве, предлагая сбегать за пивом. Всё, как по учебнику: такой ролик, во-первых, удовлетворяет физиологические мотивы (жажду), во-вторых, потребление пива будто бы способствует установлению дружеских отношений с окружающими, в том числе и юношей с девушками (социальные, сексуальные, мотив признания), в-третьих, пить «Клинское» просто «круто» — другие люди тебя лучше оценивают и больше уважают (самосовершенствование, мотив достижения успеха), стремятся быть похожими на тебя (тщеславие, мотив подражания).

В своё время австрийский психиатр Зигмунд Фрейд сформулировал теорию о том, что мотивационной силой для всего психического механизма человека является стремление устранить напряжение, создаваемое неудовлетворёнными инстинктивными влечениями; другими словами, будто бы нашим глубинным мотивом любой деятельности является исключительно стремление к удовольствию. На этом строится идея о «врождённой» агрессивности и эгоистичности человека. Этим и пытаются пользоваться производители рекламы, не ведая, что творят. Со времён Фрейда ряд современных исследователей выдвинул теорию, что не эгоистичность и агрессия, а именно полная их противоположность — альтруизм — является составной частью нашего инстинкта выживания. Изучив более сотни случаев природных бедствий, они пришли к выводу, что большинство пострадавших склонны к проявлению альтруизма, сотрудничества и взаимопомощи, и всё это ускоряет их возвращение к нормальной жизни, позволяет избежать возможных последствий психологических травм.

Но рекламная отрасль как будто ничего не знает об этих новых исследованиях. Даже термины, которыми пользуются рекламные специалисты, звучат агрессивно — «внедрить в сознание», «манипулировать», «создать мыслевирус», «психологическое воздействие», «заставить человека захотеть», вплоть до гипноза и нейролингвистического программирования.

На Западе такое положение дел уже привело к всплеску социальной активности населения, и в результате стали появляться законы, запрещающие открытое манипулирование сознанием и подсознанием человека в рекламе. Появились также международные этические кодексы, помогающие создать систему общественного саморегулирования этих вопросов. К сожалению, у нас всё это на сегодняшний день оставляет желать лучшего, и работы в этом направлении — непаханое поле.

Можно привести печальные примеры, когда реклама бессовестно унижала то, что дорого русскому человеку. Так, например, с детства каждому известна картина художника Виктора Михайловича Васнецова «Богатыри». Она затрагивает в душе русского человека целый пласт былинных и сказочных ассоциаций. Но вот зритель включал телевизор и видел (хорошо, что теперь реклама алкогольных напитков запрещена) рекламу пива «Три богатыря» с девизом «Вместе мы сила!», а в кадре трёх мужиков с обвисшими пивными животами и с единственным интересом в жизни — выпить пивка. Обидно, когда происходит опошление любимых образов такой рекламой.

Или другой пример. Добродетелью русского человека всегда считалась скромность и целомудрие, и трудно даже представить, какой вред наносят слоганы типа «Солодов, я хочу тебя!». Кстати, само слово «слоган» означает «боевой клич», что лишний раз напоминает нам об агрессивности рекламы.

Сильнее всего воздействует реклама на детей, даже если они специально не смотрят телевизор, а просто находятся в комнате, где он включён. Образы, которые запечатлеваются в их головах, через рекламу останутся с ними на всю жизнь. Если это будут образы антисоциального поведения (рекламы какого-нибудь «бархатного аборта»), значит, в итоге мы и получим поколение с соответствующими ценностями. Хорошо, если кто-то из них рано или поздно серьёзно переосмыслит информацию, усвоенную через рекламу.

Так есть ли выход из создавшегося положения? Думается, он не в том, чтобы вообще отказаться от рекламы, а в том, чтобы соблюдать этику рекламы. Кто вообще раз и навсегда решил, что реклама должна быть злом, провоцировать человека на далеко не лучшее поведение? Реклама может и должна нести добро. Вместе с товаром можно пропагандировать не чревоугодие и разнузданность, а, к примеру, идеал многодетной семьи, здоровый образ жизни, любовь и милосердие, взаимопомощь и поддержку. Учебники рекламы утверждают, что человек стремится к наслаждению, удовольствию, сытости, превосходству над другими — значит, необходимо переписать эти учебники, чтобы в них пропагандировалось стремление человека к добру, к справедливости, к жертвенности, к щедрости, к высшим ценностям. Не исключено, что реклама со знаком плюс будет и лучше запоминаться, и лучше работать. Просто пока ещё никому в голову не пришло сравнить эффект от рекламы, пропагандирующей низменные страсти, и той рекламы, которая обращена к возвышенным качествам человека.

О том, как сегодня в рекламе представлена ценность семьи, показывает одно из последних исследований, посвященных изучению семейной и детско-родительской тематики в содержании рекламного телеэфира на федеральных телеканалах. Оно выполнено в Институте демографических исследований. Оказалось, что «удельный вес демографически позитивной рекламной информации в её общей телевизионной массе, использующей образ семьи, оказался не выше 2,6 %». При этом чаще всего показывают неполную семью в формате одна мама — один ребёнок или, реже, в формате одна мама — два ребёнка. Иногда встречается и отец-одиночка с одним, реже — двумя детьми. Если же семью всё-таки показывают полную, то чаще всего это семья — однодетная, редко — двухдетная. Наименее распространённой и практически проигнорированной рекламными технологами оказалась семья с тремя и более детьми. Из числа 154 исследованных роликов семья с тремя-четырьмя детьми была отмечена всего четыре раза, а многодетная (пять и более детей) — ни разу.

То есть фактически нашим маленьким зрителям телеканалов внедряется в сознание образ матерей-одиночек (отцов-одиночек), образ неполной или однодетной семьи, и у них закрепляется стереотип, что неполная семья — это нормально. Потом это неминуемо приведёт к росту конфликтов в их будущих семьях, к разрушению этих семей.

Такова статистика. А ведь все психологи отмечают, что именно семья с тремя и более детьми наиболее благоприятна для развития человеческой личности, именно она даёт ребёнку возможность с детских лет учиться жить в коллективе и строить свои взаимоотношения с другими. Дети в таких семьях не растут эгоистами, умение жить в социуме у них гораздо выше, чем у их собратьев, не имеющих братишек и сестрёнок. У них замечательно развиты лидерские качества, дающие возможность не плыть в жизни по течению, а строить её сознательно и активно. Из расчётов демографов давно известно, что только для простого воспроизводства населения на каждую семью должно приходиться не менее трёх детей.

Кстати, стереотип неполной семьи у нас уже не только сформировался, но и закрепился. Об этом свидетельствует такой факт. В детском саду детям дали задание вместе с родителями изготовить альбомы, рассказывающие о семье. Что же в итоге увидели воспитатели? Только в одном альбоме оказалась фотография всей семьи (мама, папа, дети), у всех остальных, несмотря на то что дети были из полных семей, на фото в лучшем случае присутствовали мама с ребёнком, а в большинстве случаев — мама отдельно, ребёнок отдельно, а отец отсутствовал вообще…

Наши предприниматели не должны идти на поводу у разрушительных тенденций, формирующихся в нашей стране, этим тенденциям надо противостоять. Бизнес и финансируемые им рекламные агентства могут и должны формировать позитивные модели поведения — демографического, репродуктивного, семейного. В противном случае реклама в нашей вымирающей стране будет и дальше носить подчёркнуто антидетный характер, и мы будем продолжать растить «кукушат», детей, оставленных одним из своих родителей. Сумели же посредством профессионально разработанной рекламы многократно повысить продажи пива и навязать даже подросткам (не говоря уже о молодёжном контингенте) алкогольные коктейли, воспринимаемые сегодня как неотъемлемый элемент современной молодёжной субкультуры? Почему бы не направить сей огромный потенциал на благие цели, на выработку нормальных идеалов в обществе?

В этом плане реклама уникальна, ведь она много раз повторяется. Её эффект может быть поразительным. Любопытный пример: на коммерческих радиостанциях Великобритании стали запускать рекламу, направленную на привлечение неверующей молодёжи в Англиканскую Церковь. Рекламный текст представлял собой стихотворение, в котором содержались слова: «Иди и занимай место в храме!», «Сходи в храм на воскресную службу». Реклама, озвученная профессиональными актёрами, являлась продолжением начатой Англиканской Церковью кампании под названием «Назад в церковь по воскресеньям». В результате этой кампании, по словам организаторов, в прошлом году им удалось побудить к посещению храмов 37 тысяч британцев. Мы не сторонники того, чтобы рекламой привлекать прихожан в Церковь. Боже упаси! Но запечатлевать в рекламных образах положительный стиль жизни вполне возможно. По мнению Игоря Ивановича Белобородова, директора Института демографических исследований, бизнес и финансируемые им рекламные агентства просто обязаны приступить к формированию позитивных моделей демографического поведения, и тогда уже через несколько лет мы увидим, как ситуация начнёт улучшаться.

Сфера рекламы — это сфера, которая пересекается с искусством, творчеством и деловой этикой. Это сфера, которая обязана служить добру, а не злу. Если скворец не поселяется в приготовленном ему скворечнике, то его захватывают воробьи. Если в душе человека нет любви, то это место там занимает самолюбие. Мы просто обязаны развернуть рекламную сферу в правильную сторону, как любой другой вид творчества, как любую человеческую деятельность. И тогда она из «проклятия» превратится в Божие благословение, поменяет знак «минус» на знак «плюс». И прекрасно, что у делового человека есть такая возможность — через рекламу нести в мир христианские ценности.

ГЛАВА 12

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ — ЕСТЕСТВЕННАЯ ПОТРЕБНОСТЬ ДУШИ

В житии преподобного Илариона Великого есть такая история. Однажды монастырская братия упросила его посетить вновь появляющиеся монастыри Палестины, чтобы научить новых иноков святой жизни во Христе. Когда он собрался в путь, то стеклось к нему со всех концов три тысячи монахов: все они хотели следовать за старцем и слушать его поучения. Помолясь, они отправились в путь.

На их пути лежали виноградники одного богатого человека. Хозяин виноградников, увидев ещё издали приближающихся людей, поинтересовался:

— Что это за сброд направляется в сторону моего виноградника?

— Это святой старец преподобный Иларион идёт навещать монастыри Палестины, а с ним его ученики, — отвечали ему.

— Как бы они не забрели в мой виноградник и не лишили меня урожая! — забеспокоился богач.

С этими словами он приказал выставить на подходах к винограднику вооружённых сторожей и сказал, что они отвечают головой, если из сада пропадёт хоть одна гроздь. Сторожа выполнили приказ: они угрожали проходящим оружием и бросали в них большими камнями.

Совсем иначе повёл себя его сосед, тоже хозяин виноградника. Завидев монахов во главе с преподобным Иларионом, он вышел навстречу святому, поклонился ему и стал умолять: «Мой виноград уже созрел. Он сладок и сочен. Святой человек, зайди в него вместе со своей братией. И пусть каждый нарежет себе столько гроздьев, сколько захочет!» Монахи воспользовались приглашением хозяина и утолили свой голод и жажду. А святой Иларион благословил виноградник и продолжил путь.

И что же вы думаете, какой из этих двух хозяев оказался в выигрыше? Гостеприимный хозяин по прошествии времени собрал урожай винограда в три раза больше, чем во все предыдущие годы! А у скупого хозяина виноград не уродился, его выросло совсем мало, да и тот был никуда не годный: кислый! Только и годился он на корм свиньям.

Вы полагаете, эта история не имеет никакого отношения к реальности? Имеет! Кроме обычной арифметики существует «арифметика» Божественная. И в ней далеко не всегда дважды два будет четыре. Потому что в наши расчёты и планы вмешивается действие Божественной воли и Его промысла.

Возлюби ближнего твоего, как самого себя (Мк. 12, 31), — учит Христос. — По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою (Ин. 13, 35). Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне (Мф. 25, 40). Пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше (1 Кор. 13, 13).

Всё Евангелие и весь Апостол пронизаны проповедью о любви, о милосердии к ближнему. Это и понятно. Мир, лежащий во зле, наполненный бедами и болезнями, страданиями и бедностью, может уравновесить только любовь. Пример истинной христианской любви был нам показан во времена первых христианских общин. Святой Дух сошёл на зарождающуюся Церковь и дал ей дар необыкновенной любви. Любовь эта была настолько глубока, милосердна и щедра, что только одно это сразу же отличало учеников Христа от всех других людей.

В первых христианских общинах по духу этой любви те, кто имел богатство, продавали свои имения и приносили деньги для раздачи бедным. Потому что любящее сердце не может спокойно смотреть, когда у ближних нет пищи или одежды. Никто их не заставлял, не приказывал. Они делали это по велению сердца, из любви.

Любовь побуждает человека делиться теми благами, которые он имеет. В «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви» записано:

«…заповедь Божия повелевает трудящимся заботиться о людях, которые по различным причинам не могут сами зарабатывать себе на жизнь, — о пришельцах (беженцах), нищих, сиротах и вдовах — и делиться с ними плодами труда, чтобы Господь, Бог твой, благословил тебя во всех делах рук твоих (Втор. 24, 19).

Продолжая на земле служение Христа, Который отождествил Себя именно с обездоленными, Церковь всегда выступает в защиту безгласных и бессильных. Поэтому она призывает общество к справедливому распределению продуктов труда, при котором богатый поддерживает бедного, здоровый — больного, трудоспособный — престарелого. Духовное благополучие и самосохранение общества возможны лишь в том случае, если обеспечение жизни, здоровья и минимального благосостояния всех граждан считается безусловным приоритетом при распределении материальных средств».

Были времена, когда Россия по благотворительности занимала ведущее место среди всех европейских стран. О масштабах этой деятельности свидетельствовал в 1856 году известный историк Михаил Погодин. «Наши купцы, — говорил он, — не охотники ещё до истории: они не считают своих пожертвований и лишают народную летопись прекрасных страниц. Если бы счесть все их пожертвования за нынешнее только столетие, то они составили бы такую цифру, какой должна бы поклониться Европа».

Речь шла не о какой-то установленной десятине, русские купцы отдавали на благотворительность гораздо больше. Вот только два примера: братья Елисеевы, занимающиеся под Петербургом выращиванием овощей и фруктов (в том числе экзотических), выделяли на содержание учебных заведений, больниц и богаделен 25 % своего дохода, а золотопромышленник Михаил Константинович Сидоров в 1857 году, когда началась Крымская война, пожертвовал все (!) свои сбережения на нужды русской армии.

Иркутский ремесленник Павел Пономарёв, ставший крупнейшим поставщиком китайского чая в Европу, в своём завещании писал: «…чтобы состояние своё, нажитое мною лично, честно, усидчивым трудом с энергией, употребить единственно лишь на пользу человечества, науки и искусства…»

К концу XIX века размах благотворительной деятельности в России возрос ещё больше. К 1900 году только в Москве производилось больше пожертвований, чем в Париже, Берлине и Вене, вместе взятых. Фёдор Шаляпин с восхищением писал об этом: «Объездив почти весь мир, побывав в домах богатейших европейцев и американцев, должен сказать, что такого размаха не видел нигде. Я думаю, что и представить себе этот размах европейцы не могут».

В статье «Предпринимательство и русский характер» Юрий Голицын пишет: «В 1910 году в России было зафиксировано 4762 благотворительных общества и 6278 благотворительных заведений различных типов. Лишь 25 % их общего бюджета финансировалось за счёт средств казны и местных органов власти, остальное — за счёт частных пожертвований, по большей части купечества. Только по Москве они ежегодно составляли от 1 до 4 миллионов рублей. Примерно треть этой суммы направлялась на помощь инвалидам, вдовам и престарелым; другая треть — детям и учащимся и ещё одна треть — на медицинскую помощь.

Эта стихия благотворительности была в России дыханием времени, а для многих — и нормой жизни. „Потребность делиться своими избытками с неимущими и помогать страдающим и нуждающимся, — отмечалось в одном из изданий тех лет, — присуща природе человеческой“».

ГЛАВА 13

О ПРАВИЛЬНОЙ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ

Благотворительность ни в коем случае не должна рассматриваться богатыми как некий «нравственный налог» на них, должную плату за то, чтобы к ним не имели претензий, чтобы их уважали и прочее. Важно понимать, что делиться — это нормальная потребность нормально развитого человека (кстати, и богатого и бедного). Если мы видим в жизни, как определённые грехи приводят не только к страданию, но и к ущербу человеческого здоровья, то можно сказать и так: благотворительность, став духовно-нравственной потребностью души, — это фактор, обуславливающий счастье и здоровье человека. Как застаивается вода в колодце, если из него не берут воду, так и богатый, если не будет жертвовать частью своего богатства, начнёт испытывать давление этих излишков на свою психику, на свою судьбу, на свою жизнь. Многие богатые люди это прекрасно понимают. И тут дело даже не в том, много или мало денег вкладывать в благотворительность, дело в душевном движении, в готовности идти путём сострадания и милосердия.

Благотворительность — это ТВОРЕНИЕ БЛАГА. Далеко не всегда благом является простая раздача окружающим денег или милостыня. К сожалению, часто предприниматель продумывает каждую мелочь, связанную с приобретением денег, но пускает на самотёк другой процесс — их распределение, трату. А ведь не зря преподобный Григорий Великий и другие святые отцы говорили, что «пусть милостыня прежде увлажнится потом в твоих руках, прежде чем ты поймёшь, кому её подать». То есть процесс благотворительности требует от богатого человека ничуть не меньше внимания и заботы, чем зарабатывание денег.

Так, один предприниматель из районного городка рассказывал о своих злоключениях. Сначала он просто выделил часть денег из своего бизнеса и стал раздавать их тому, кто попросит. Но очень скоро понял, что зачастую у него просили деньги совсем не те, кто действительно в них нуждался. К примеру, оказывалось, что заявление о просьбе дать деньги на ремонт разваливающегося дома шло от старушки-пенсионерки. Её дом на самом деле находился в аварийном состоянии, но в Москве у неё проживал сын — крупный бизнесмен, который намеревался забрать её к себе в столицу, а дом собирался продать, предварительно отремонтировав его за чужой счёт.

Из приведённого примера следует: чтобы благотворительность действительно приносила благо тем, кому благотворят, и самому благотворителю нужно поистине обладать кротостью голубя и мудростью змеи (ср.: Мф. 10, 16). Благотворительность — это целая наука. И этой науке можно и нужно учиться и на чужих, и на собственных ошибках, нельзя, чтобы делание добра другим людям оборачивалось потаканию их слабостей.

Кто по-настоящему всегда нуждается в помощи? Чаще всего это вдовы, оставшиеся с большим количеством детей без кормильцев, инвалиды, больные и немощные. Они действительно не могут сами заработать. А не здоровые мужики, которые ничего не делают, а только пьянствуют и выбирают: эта работа пыльная, эта тяжёлая, за эту мало платят… Отсутствие опыта творения блага, конечно, будет иногда приводить к негативным последствиям. И здесь главное — не отчаиваться, не впадать в раздражение и осуждение. Человек, решивший заняться благотворительностью, должен понимать, что благотворительность — это не просто некая деятельность, это серьёзная духовная работа над собой. И она связана с искушениями. Во-первых, человек, делающий добро, должен делать его бескорыстно, с чистым сердцем. Не стоит ждать благодарности или ответного добра по принципу «ты — мне, я — тебе». Вслед за этими ожиданиями, если они окажутся напрасными, непременно последуют обиды. «Своего спасиба не жалей, а на чужое не напрашивайся» — так несколько грубовато, но точно гласила старая русская пословица.

Второй момент. На путях благотворительности притаились тщеславие и гордыня. Как только человек совершает какой-нибудь добрый поступок, тут же к нему примешивается лукавая мысль — «какой я хороший!». Таким образом диавол «похищает» духовные плоды наших добрых дел. Поэтому и сказано: У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая (Мф. 6, 3). Эти слова вовсе не означают, что мы должны давать милостыню бездумно. Эти слова иносказательны. Их следует понимать так: творить милостыню нужно как бы втайне от себя — сделать доброе дело и тотчас же забыть о нём. Но зато нужно помнить, Кому мы обязаны возможностью благотворить. Ведь если бы Господь не дал нам для этого средств, мы бы не могли подавать нуждающимся. Следовательно, за всякое доброе дело нужно не себя восхвалять, а благодарить Бога.

Хорошо участвовать в проектах не индивидуальной, а коллективной благотворительности — общее, коллективное дело учит человека не переоценивать своих достижений, а, как говорится, делить лавры на всех, не считаясь, кто именно и сколько внёс в него средств. «Тщеславия… всегда убегать должно, а особенно при подаянии милостыни. Милостыня, заражённая сею болезнью, не есть уже дело милосердия, но хвастовство и жестокосердие», — говорил святитель Иоанн Златоуст.

Особо хочется сказать о пожертвованиях на строительство и восстановление храмов.

Есть такой анекдот. Богатый бизнесмен оканчивает свою жизнь и предстаёт на суд Божий. Ангел говорит ему:

— Вы пожалуйте в ад.

— Этого не может быть! Как в ад? — начинает возмущаться бизнесмен. — Да вы знаете, какой я благотворитель? Да вы знаете, сколько я денег потратил на восстановление храмов, на отливание колоколов, на золотые кресты и купола!

Ангел сверяется со своими бумагами и вздыхает:

— Знаем. Но вам всё равно в ад. А насчёт денег, пожалуйста, не беспокойтесь. Деньги мы вам вернём!

Очень часто люди, жертвующие на храм, не понимают высокого смысла этой жертвы. Они тщеславно готовы подписывать своим именем чуть ли не каждый переданный Церкви кирпичик. Они уже поняли, что Господь — источник всякого блага, осознали связь греха и дальнейших страданий от последствий этого греха, но эти люди как раз и относятся к Богу как нерадивые рабы к строгому хозяину. И полагают, что от Бога можно откупиться, за деньги получить отпущение прошлых и будущих грехов. Они приносят деньги в храм, как язычник приносил идолу закланных младенцев, чтобы удобрить злого и жестокого Молоха, или как проситель, обходящий казённые инстанции: дать взятку и получить печать с разрешением, что отныне ему всё можно. Но Богу не нужны наши деньги. Он любит нас и желает нам блага. Да, в Церкви каждодневно молятся о благотворителях, и, строя и ремонтируя храмы, можно получить вечное поминовение своей души, но только при условии искреннего отношения к Богу. Только при условии искренних отношений с Богом, при условии веры становятся спасительными для человека все таинства и обряды, совершаемые в Церкви. А если этого нет, то можно вылить хоть тонны святой воды на автомобиль или офис, они всё равно не будут освящены.

Евгений Евсигнеевич Голубинский, историк Русской Церкви, в своём труде «О реформе быта Русской Церкви» писал: «Если человек строит и благоукрашает храмы Божии от богатств, собранных неправедным или — что то же — нечестным образом — обманами или притеснениями ближних и хищениями у них, вообще всякими неправдами, — то сколько бы он ни строил и ни благоукрашал храмов Божиих, какие бы он ни тратил на это огромные деньги, совершенно всуе надеется он купить у Господа Бога Царство Небесное: Господь не подкупается, и жертва неправедная, как бы она ни была велика, нисколько не угодна Богу и только привлекает на льстивого и коварного жертвователя, который думает обмануть Его как человека, Его тяжкий гнев: жертвы нечестивых мерзость Господеви» (Притч. 21, 27).

То же самое относится и к одному из важнейших церковных таинств — к Исповеди. Человек может годами ходить на исповедь и называть перед священником тот или иной грех, но таинство совершится и грех этот будет отпущен только тогда, когда в человеке произойдёт духовная перемена. Метанойя (от греч. μετάνοια — «покаяние») означает перемену ума, перемену мыслей. Человек изменяется настолько, что этот грех становится для него совершенно невозможным.

ГЛАВА 14

О МИЛОСТЫНЕ И ПОПРОШАЙНИЧЕСТВЕ

Как мы уже поняли, у милостыни и благотворительности есть и обратная сторона медали. Некоторые привыкли думать, что попрошайничество — дело безобидное: ну, нет у человека чего-то ему необходимого, не грех и попросить у других. Не грех, если действительно это человеку жизненно необходимо и у него нет иной возможности это приобрести. Но если мы думаем, что попрошайничеством занимаются только нищие на улицах, то глубоко ошибаемся. Попрошайничество — это образ мышления, встречающийся сегодня даже у вполне респектабельных людей. Попрошайничество — это когда человек бесплатно пытается получить некие материальные ценности или услуги, которые стоят денег, или заплатить за них гораздо ниже их реальной стоимости. Чаще всего попрошайничество возникает на фундаменте зависти и лени, и это такая же духовная болезнь, как и многие другие. В обществе, где не созданы нормальные условия существования, это ещё и социальная болезнь. Эта болезнь не лечится потаканием.

В своё время вопрос о попрошайках встал перед святым праведным Иоанном Кронштадтским. Он был тогда священником Андреевского собора в Кронштадте, а Кронштадт в то время был местом административной высылки бродяг и попрошаек из Санкт-Петербурга. Из Кронштадта они выехать не могли, и там попрошайничали, пьянствовали, разбойничали. Сначала отец Иоанн Кронштадтский стал к ним ходить и ухаживать за ними. Больным приносил лекарства, с детьми играл, пьяниц увещевал, голодных кормил, раздетых одевал. Нередко он возвращался домой без верхней одежды и босиком, отдав свои вещи. Но каковы же были результаты? Наутро ещё больше людей ждали его у храма. В какой-то момент отец Иоанн Кронштадтский понял, что таким образом не лечит, а усугубляет эту болезнь. Он понял, что подаяние — не панацея и даже не профилактика. И тогда он создал в Кронштадте первый Дом трудолюбия — учреждение, где создавали условия, чтобы человек мог сам обеспечивать себя едой и всем минимально необходимым. Вот это по-настоящему действенная помощь.

Просьба о милостыне — просьба о помощи человека, попавшего в сложную жизненную ситуацию, или того, кто в силу каких-то обстоятельств не имеет возможности сам поддерживать своё существование. А попрошайничество — образ жизни, который заключается в том, чтобы не работать.

Христианство даёт каждому человеку огромный стимул для дел милосердия и благотворительности ближнему своему, но, с другой стороны, уже в самом начале христианства считалось предосудительным становиться бременем для других. Поэтому и появляются нравственные увещевания бедняков, живущих милостыней, и тех, кто попрошайничает без нужды. В «Апостольских правилах» указаны даже ограничения для нищих: им предписывают не осаждать домов богачей, прося подаяния, а довольствоваться церковной благотворительностью.

Проблема принимающих помощь не такая простая, как кажется с первого взгляда. Казалось бы, оказывают тебе помощь — принимай с благодарением и радуйся. Можешь записать своих благодетелей в помянник и молиться об их здравии и благополучии. Но не всё так просто.

При рассуждениях на эту тему возникает вопрос — как много материальных благ человек может получить даром, не заработав их? Есть ли тут некое ограничение или получать помощь от ближних можно в неограниченном количестве, особенно если ты беден, а твой ближний богат и с него, как говорится, не убудет. Но тогда почему сплошь и рядом мы можем наблюдать, как безоглядное принятие материальной помощи рождает такое серьёзное искажение человеческой личности, как потребительство.

Вот как определяет это слово толковый словарь русского языка: «Потребительство — стремление только к удовлетворению своих потребностей». Синонимом слову «потребительство» являются слова «иждивенчество», «тунеядство», то есть стремление жить за чужой счёт, не прилагая к пополнению «своего счёта» никаких усилий. То, что человек получает незаслуженно, сверх той меры, которую отмерил ему Господь, не приносит ему не только пользу, но и наоборот — вредит: портит человека духовно, умножает его грехи. Иногда можно наблюдать, как, получив в одном месте, человек вдруг тут же теряет в другом, как будто его «незаконное» приобретение нарушает некую мировую гармонию и справедливость, которая тут же стремится к равновесию. Отсюда следует вывод: получение помощи — это такая же ответственность, как и её оказание. Только об этом почти никогда не говорят, а жаль.

Как за каждое слово, произнесённое всуе или в злости и раздражении, или в праздности и гордыне, человеку придётся дать ответ на Страшном судилище Христовом, так и за все блага, полученные даром, за которые человек не расплатился, он будет держать ответ. Если бы об этом знали те, кто ходит с протянутой рукой, и если бы они понимали всю меру ответственности перед людьми и перед Богом, их количество резко бы сократилось.

Но не правы будут богатые, если под предлогом сохранения ближнего от потребительства и иждивенчества станут отказывать ему в помощи. Христос сказал: Просящему у тебя — дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся (Мф. 5, 42). Не стоит пытаться решать вопросы чужой совести, нужно решать вопросы совести своей. Если ты уклоняешься от даяния помощи по причине равнодушия, жадности, невнимательности, отсутствия любви — это вопрос твоей совести. Если просящий просит не по крайней необходимости, а по желанию получить незаслуженное — это вопрос его совести, и спросится с каждого своё.

ГЛАВА 15

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ — НЕ ВСЕГДА РАЗДАЧА ДЕНЕГ

Благотворительность далеко не всегда равноценна простой раздаче денег. Вспомним милостыню, которую подал хромому нищему апостол Пётр: был человек, хромой от чрева матери его, которого носили и сажали каждый день при дверях храма, называемых Красными, просить милостыни у входящих в храм. Он, увидев Петра и Иоанна перед входом в храм, просил у них милостыни. Пётр с Иоанном, всмотревшись в него, сказали: взгляни на нас. И он пристально смотрел на них, надеясь получить от них что-нибудь. Но Пётр сказал: серебра и золота нет у меня; а что имею, то даю тебе: во имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи. И, взяв его за правую руку, поднял; и вдруг укрепились его ступни и колени, и вскочив, стал, и начал ходить, и вошёл с ними в храм, ходя и скача, и хваля Бога (Деян. 3, 2–8).

То есть апостол Пётр не просто удовлетворил потребность этого человека в деньгах и хлебе насущном, Он дал ему нечто большее — возможность самому трудиться и зарабатывать себе на хлеб, то есть возможность реализоваться как личность, состояться и раскрыть свои таланты пред Богом. Поэтому, конечно, предпочтительней не просто дать нищему хлеба, но помочь ему «подняться на ноги». А для этого уже нельзя обойтись просто одним жестом, придётся, возможно, принять участие в жизни человека.

В дореволюционной России было хорошо развито меценатство. Меценат — это человек, который не просто даёт деньги на культуру, а активно вкладывает в поддерживаемое им дело свои знания, время, силы. Известно, что первые серьёзные уроки пения знаменитому певцу Фёдору Ивановичу Шаляпину давал бесплатно певец Дмитрий Андреевич Усатов, который и в дальнейшем много способствовал развитию этого замечательного таланта.

Неоценимо много сделал для Шаляпина (а также для русских художников — И. Е. Репина, В. М. Васнецова, В. А. Серова, М. А. Врубеля, В. Д. Поленова и других) купец Савва Иванович Мамонтов. И не только они. Такие «бриллианты» гранило много людей, можно сказать, всё общество. Если почитать биографии художников, скульпторов, музыкантов тех лет, мы увидим, что чуть ли не в каждой судьбе так или иначе принимали участие меценаты и благотворители. Встав на ноги, получив признание, эти люди потом сами занимались меценатством, помогали новым, пробивающимся на свет талантам.

Вот ещё пример. Известный лесопромышленник Митрофан Петрович Беляев как меценат видел своей целью пропаганду русской музыки, в том числе и за рубежом. В 1885 году он основал в Лейпциге русскую музыкальную нотоиздательскую фирму «M. P. Belaieff, Leipzig». За двадцать лет ею было издано более тысячи сочинений русских композиторов, начиная с романсов и заканчивая симфониями и операми. (В сегодняшнем издательском деле издание не только нот считается делом абсолютно убыточным, за него практически никто не берётся. А ведь это наша культура, которую просто необходимо пропагандировать. Если сегодня перестать (что фактически уже сделано) издавать современных поэтов, объясняя это тем, что такие книги не читают, то завтра, соответственно, не станет и самих поэтов.) В 1902 году Беляев пожертвовал в Императорскую Публичную библиотеку неоценимое сокровище — 582 тома своих изданий, тем самым сохранив эту музыку для потомков. Он же стал основателем премии им. М. И. Глинки — одной из самых почётных премий в музыкальном мире.

Дух благотворительности и милосердия воспитывался в купеческих семьях смолоду и давал себя знать с самых ранних лет. Например, когда Сергей Иванович Прохоров (из известной династии купцов Прохоровых) был одиннадцатилетним мальчиком, он стал свидетелем пожара в деревне Тушино. У пепелища сидела убитая горем женщина, окружённая детьми. Не задумываясь, мальчик помчался к себе, разбил свою детскую копилку с золотыми и серебряными монетами и все их до копейки отдал бедной женщине, после чего стремглав убежал.

Сегодня то здесь, то там мы видим новые ростки благотворительности, которая совсем необязательно зиждется на больших деньгах. Один столичный предприниматель (не самый крупный) решил обустроить двор своего дома, в котором он живёт. Возможно, он мог бы на свои деньги нанять рабочих, но он пошёл другим путём. Собрав вокруг себя соседских подростков, он смог их увлечь и вместе с ними стал облагораживать дворовый участок. Эффект был удивительный: двор не только приобрёл великолепный вид (всё было сделано с выдумкой, красиво), но и смог сохранить эту красоту. Скамейки не ломались, газоны не вытаптывались, а на стенах не появлялись так любимые современной молодёжью рисунки граффити и прочие надписи из разных букв. И всё потому, что этот предприниматель сумел вложить в души этих детей что-то очень важное. Он сумел вложить в них любовь к труду, любовь к тому месту, где они родились, любовь и уважение к людям, с которыми живут по соседству. Причём это «вложение» с растущим «капиталом»: ребёнок каждый день, проходя мимо дерева, которое посадил, видит результат своего труда. Дерево день за днём растёт, становится крепким, и в нём зримо присутствует то самое соработничество человека и Бога, плод которого — красота и польза. И это, несомненно, согревает душу подростка лучше любого граффити. Ведь если разобраться, что такое граффити? Это крик об одиночестве молодой, талантливой души, желание быть замеченным в этом равнодушном, как ему кажется, мире.

Вдохновляет пример нижегородского студента Павла Минина. Однажды на улице он увидел избитую старушку (как оказалось впоследствии, своим же внуком-наркоманом). В отличие от других, он не прошёл мимо, вызвал «скорую», определил её в больницу. А затем буквально занялся устройством её дальнейшей судьбы. Не имея для этого каких-то особых возможностей, он создал на городском сайте форум «Что делать?» и нашёл на этом форуме единомышленников. С их помощью он определил потерпевшую сначала в дом престарелых, а затем нашёл её потерянных родственников в другом городе, которые забрали старушку к себе.

Бывает, для благого дела достаточно и доброго слова, простого участия, а иногда необходимы дела. Апостол Иаков писал: Если брат или сестра наги и не имеют дневного пропитания, а кто-нибудь из вас скажет им: «идите с миром, грейтесь и питайтесь», но не даст им потребного для тела: что пользы? Так и вера, если не имеет дел, мертва сама по себе (Иак. 2, 15–17).

Найти сферу приложения своих благотворительных усилий — задача непростая. По всей вероятности, тут будет нелишним прислушаться к себе и найти свой путь. Для одного это окажется сфера науки, для другого — культура или, например, издание книг, для третьего — постройка хосписа или помощь дому престарелых, четвёртый решит, что надо помогать детям, и построит для них спортивный зал или бассейн, а пятый придумает что-то ещё.

Формы благотворительности, пожертвования могут быть очень разнообразны. Один успешный человек, например, часть своего времени отнимает от бизнеса, приносящего прибыль, и ходит учить детей в школу, что не приносит ему прибыли. Другой посвящает часть своего дня общественной работе. И это тоже — благотворительность.

ГЛАВА 16

СОЦИАЛЬНО ОТВЕТСТВЕННЫЙ БИЗНЕС

Когда деловой человек выбирает социально значимое дело, пусть и менее доходное, его бизнес можно назвать социально ответственным. Например, он вкладывает деньги в развитие производства или в поддержку традиционного народного промысла или налаживает выпуск не низкопробных любовных романов, многотиражных и быстроокупаемых, а издаёт высокохудожественную литературу, понимая, что именно она будет благотворно влиять на воспитание человека, хотя бы сейчас это и не давало большой выгоды.

Социально ответственный бизнес — это добровольный вклад в развитие общества, в процветание страны и государства, который чутко реагирует на нужды общества, понимая, что нельзя отгородиться высоким забором от среды, в которой живёшь. Он всё делает для того, чтобы преобразить и украсить эту среду. Социально ответственный бизнес ищет и находит те сферы, которые нуждаются в поддержке. Его цель — создать такое общество, в котором любой человек мог бы реализоваться и раскрыть все свои таланты, данные ему от Господа. Социально ответственный бизнес всегда бережно относится к окружающей среде, не жалея денег для сохранения природы и природных ресурсов для наших потомков.

Примеров ответственного и социальномотивированного бизнеса, к счастью, сегодня не так уж мало. Один из них — проекты группы компаний «Новард». Социальная деятельность «Новарда» неразрывно связана с философией холдинга и его ценностями. «Новард» совместно с единомышленниками из других компаний разработал новую бизнес-модель под названием «Этика дела», сочетающую передовой мировой опыт с лучшими российскими традициями предпринимательства и меценатства. Несколько лет они занимаются продвижением этой бизнес-модели в обществе.

Их ориентир — возрождение и продвижение российских духовных ценностей. Руководство корпорации понимает, что духовное возрождение страны, её дальнейшее развитие возможно только благодаря совместным усилиям государственной власти, некоммерческих структур и, конечно, бизнеса. Поэтому корпорация старается оказывать посильную помощь и поддержку проектам, направленным на укрепление и развитие духовной и культурной сфер жизни российского общества.

«Новард» старается обеспечить своим сотрудникам максимально комфортные условия работы, в компании существует целый ряд программ — добровольное медицинское страхование, дотации на питание, поставка натуральных экологических фермерских продуктов, оплата мобильной связи, премии. Помимо традиционных методов заботы о персонале в своей кадровой политике группа компаний делает ставку на личностный рост менеджеров. В корпорации функционируют четыре основных вида обучения: погружение в корпоративную культуру, обучение на рабочем месте, обучение специальным знаниям и навыкам, а также повышение профессионального уровня вне стен корпорации.

Те, кто предан холдингу и работает в нём больше 5, 10, 15 и 20 лет, — это носители корпоративной культуры, гордость компании, поэтому особое внимание уделяется именно им. На ежегодном праздновании дня рождения группы компаний эти сотрудники получают золотой значок «ветерана», компания может также оплатить им второе высшее образование или MBA, оказать материальную помощь в случае необходимости, отправить в путешествие за границу.

«Новард» также имеет ряд социальных программ в поддержку семейных ценностей. Оригинальный способ придуман для мотивации к хорошей учёбе детей сотрудников и подшефного интерната — конкурс «Пятёрочка»: за 150 пятёрок и ни одной тройки и двойки даже по поведению в конце учебного года на празднике в День защиты детей ученик получает ценный подарок. Спектакли детской и взрослой театральных студий создаются на таком уровне, что идут на сценах профессиональных театров (театр на Малой Бронной, «Эрмитаж», Московский государственный театр эстрады, театр имени Евгения Вахтангова). Стараясь поддержать такие российские ценности, как гармония, человеколюбие, доброта и нравственность, корпорация привлекает сотрудников к различным благотворительным акциям и социальным мероприятиям. В холдинге оформилось волонтёрское движение, инициаторами создания которого стали сами сотрудники.

Группа компаний «Новард» старается оказывать посильную помощь одарённым детям, сиротам, людям с ограниченными возможностями, активно поддерживает спорт, образование, Русскую Православную Церковь и православные СМИ, культуру. Для обсуждения совместных социальных проектов создана специальная площадка — Арт-клуб, где ведётся диалог бизнеса и культуры.

Серьёзное внимание холдинг уделяет развитию проектов с яркой социальной составляющей, которые реализуют его дочерние компании.

Так, например, девелоперская компания «СИТИ — XXI век» развивает проект мини-полис, создавая микрорайоны не только с комфортными жилыми домами и развитой социальной инфраструктурой, но и с возможностью обеспечить духовное и физическое развитие жителей. Через устройство совместных культурных и спортивных праздников, субботников и других мероприятий для поддержания добрососедских отношений оказывается значительное влияние на формирование среды проживания.

Выбирая партнёров по аренде коммерческих помещений на первых этажах жилых комплексов, компания однозначно отказывается от асоциальных видов деятельности, а также не работает с теми, чья деятельность не соответствует российским духовным ценностям: людям/компаниям, практикующим сектантские методики, ориентированным на шоу-бизнес, оказывающим услуги по абортам, устраивающим питейные заведения, проводящим сомнительные психологические семинары и прочее. Наоборот, деятельность компании направлена на организацию гармоничной среды проживания, способствующей здоровому образу жизни, сохранению семейных традиций, воспитанию подрастающего поколения в духе любви к родине и уважению национальных традиций. В своих мини-полисах компания возводит многофункциональные спортивные комплексы, где возрождаются лучшие отечественные спортивные традиции в фигурном катании, синхронном плавании и других видах спорта. Такой бизнес, такое предпринимательство можно назвать не просто градообразующим, но и человекообразующим.

В документе, разработанном группой компаний «Новард», отражающем принципы новой модели построения бизнеса, есть такие слова: «Мы приглашаем вас открыть новую страницу российского предпринимательства. Особенность этой Модели предпринимательства в том, что она и духовна по сути, и эффективна по результату одновременно. При этом определяющим в ней является именно этическое начало — нравственное добро, которое первично по отношению к добру материальному. Мы искренне верим, что сейчас для такой Модели ведения дел в нашей стране настал самый нужный и самый подходящий момент».

Все, кто разделяет эти взгляды, могут присоединиться к этому бизнес-сообществу.

ГЛАВА 17

НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ — ТВОРЧЕСКАЯ СОСТАВЛЯЮЩАЯ

ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЛИЧНОСТИ

Для процветания общества очень важна социальная мотивация предпринимателя, чтобы он мог сделать выбор в пользу пусть менее прибыльных, но социально значимых отраслей. Кстати, менее прибыльными они могут быть временно, то есть получение прибыли от них требует более длительного времени. Одна из таких сфер — наука, разработка и внедрение новых технологий.

Немного об отношениях науки и религии. Хотелось бы думать, что мы уже смогли навсегда избавиться от невежественного утверждения, что эти вещи несовместны. Однако жизнь показывает, что, к сожалению, даже среди людей культурных и просвещённых это заблуждение до сих пор царит, о чём свидетельствовало открытое письмо десяти российских академиков. К счастью, оно не имело широкого резонанса, быть может, ещё и потому, что такую позицию высказала не вся Академия наук, а только отдельные её представители.

Замечательно сказал в своё время о взаимодействии науки и религии патриарх Алексий II: «Творец заложил в человеке стремление к самопознанию и изучению окружающей реальности. Это стремление — великое благо. Поэтому наука, как познание и совершенствование мира, оценивается христианством глубоко положительно, ведь в научной деятельности проявляется творческая сторона личности… наука не противоречит вере, напротив, вне веры не может быть науки».

Преподобный Марк Подвижник высказывал такое же мнение: «Кто презирает знание и хвалится невежеством, тот невежда не только словом, но и разумом». И ещё слова патриарха Алексия II: «Сколько же выдающихся учёных было верующими людьми! А сколько православных святых в совершенстве знали различные светские науки!.. Это ещё раз подтверждает: истинные знания не могут противоречить вере. Наоборот, они утверждают путь к вере, а вера сообщает духовное зрение для познания. Таким образом, вера и наука помогают друг другу и взаимодействуют ради исполнения главной цели человека — его спасения в вечности».

Немецкий астроном Иоганн Кеплер заключил свой последний том «Космической гармонии» словами: «Благодарю Тебя, Господи, Создатель наш, за то, что Ты дал мне зреть красоту Твоего создания и ликовать при виде величия дел и рук Твоих. Вот я закончил труд, к которому чувствовал себя призванным. Я приумножил талант, который Ты мне дал. Всё, что ограниченные силы моего ума позволили мне понять, я возвестил людям, которые прочтут мои доказательства и рассуждения».

Верующим человеком был Исаак Ньютон — английский физик, математик и астроном, прикоснувшийся чуть ли не к самым тайнам мироздания, открывший законы, по которым движутся небесные тела. Он говорил о присутствии Бога в каждой точке Вселенной и называл всё пространство «чувствилищем» Бога.

Один из величайших религиозных мыслителей Европы, гений математики француз Блез Паскаль, в своём незавершённом труде «Апология христианской религии» писал: «Есть только три разряда людей: одни обрели Бога и служат Ему; эти люди разумны и счастливы. Другие не нашли и не ищут Его; эти люди безумны и несчастны. Третьи не обрели, но ищут Его; эти люди разумны, но пока несчастны».

Глубоко религиозной натурой был творец всей современной бактериологии французский микробиолог и химик Луи Пастер.

Чарлз Дарвин заключил свой многолетний труд словами о том, что основные виды животного мира были созданы Творцом, а естественный отбор создавал лишь разновидности.

Величайший учёный XX века Макс Планк, в 1918 году получивший Нобелевскую премию по физике, говорил: «Религия и наука нисколько не исключают друг друга, как это полагали раньше и чего боятся многие наши современники; наоборот, они согласуются и дополняют друг друга».

Русский профессор Михаил Новиков, награждённый в 1954 году от Гейдельбергского университета золотым докторским дипломом, действительный член Нью-Йоркской академии наук, в своей статье «Путь естествоиспытателя к религии» писал: «Одним из самых поразительных в истории наук оказался тот факт, что физика, эта прочнейшая основа прежнего материалистического естествознания, стала на путь идеалистический».

Альберт Эйнштейн, Карл Юнг — все они были глубоко верующими. К старцу отцу Павлу Груздеву, который жил недалеко от академгородка в Борках, обращались многие его жители — учёные, например Сергей Кузнецов, членкор Академии наук, микробиолог. У старца исповедовались академики Игорь Курчатов, Мстислав Келдыш и Лев Арцимович.

Русский философ Семён Франк в своём труде «Религия и наука» говорил: «Наука изучает мир, религия познаёт Бога. Поэтому истины одной так же мало могут противоречить истинам другой, как мало, например, астрономические истины о строении Солнечной системы могут противоречить, скажем, экономическому учению о законах денежного обращения. Наука как бы изучает середину, промежуточный слой или отрезок бытия в его внутренней структуре; религия познаёт эту же середину в её отношении к началу и концу, к целому бытия или к его целостной первооснове».

ГЛАВА 18

НАУЧНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ — ДАР БОГА

Если окинуть взглядом историю, можно убедиться, что Господь дал России удивительный потенциал. По Eго воле наша страна постоянно рождала (и рождает до сих пор) талантливейших учёных, изобретателей, инженеров, конструкторов, разработчиков, программистов. Не в этом ли вообще замысел Господа о России?

«Встарь богатейшими странами были те, природа которых была наиболее обильна; ныне же богатейшие страны те, в которых человек наиболее деятелен», — сказал английский историк Генри Томас Бокль. Этот афоризм можно дополнить — должны быть богатейшими и те страны, где рождается огромный научный потенциал. Беда только в том, что далеко не все наши учёные и их идеи находят у нас поддержку и воплощение. А ведь остановить «утечку мозгов» на Запад и (теперь уже и) на Восток — это задача национального выживания. Это ли не великое поприще приложения усилий предпринимателей? Господь ничего не даёт просто так, безотносительно к спасению нашей души. Если Россия так обильна талантами, значит, обязательно есть возможность их реализации в нашей стране. Не в этом ли предназначение российских предпринимателей — найти, отыскать эти таланты, помочь им, поддержать, поверить в них? Сначала, быть может, в виде благотворительности, а затем прибыль от таких вложений может превзойти все самые смелые ожидания.

В этом направлении показателен пример почётного гражданина Вологды купца первой гильдии Христофора Леденцова, жившего в конце XIX — начале XX века, которого называют русским Нобелем. Решив заняться меценатством, он сразу чётко наметил себе программу деятельности: «Я не хочу дела благотворения, исцеляющего язвы людей, случайно опрокинутых жизнью, я ищу дела, которое должно коснуться самого корня человеческого благополучия».

Он организовал «Общество содействия успехам опытных наук», заложил в него уставной капитал и выбрал энергичных, ответственных учёных для реализации идей фонда. Дела фонда велись исключительно хорошо, и, несмотря на расходы, доходы его росли. Это общество субсидировало самые перспективные научные программы. При его поддержке была создана лаборатория академика И. П. Павлова в Колтушах, аэродинамическая лаборатория Жуковского в высшем техническом училище, физическая лаборатория профессора Лебедева (будущий ФИАН). Общество оказывало материальную поддержку Алексею Чичибабину в изучении отходов от переработки нефти, в частности получении из них медицинских препаратов; химику-изобретателю московской фабрики «Богатырь» Ивану Остромысленскому, работавшему над проблемой получения каучука и превращения его в резину.

Фонд Леденцова поддерживал изыскания В. И. Вернадского по обнаружению первых урановых месторождений в России, материально помогал К. Э. Циолковскому. С началом Первой мировой войны значительную часть средств общество Леденцова направляло на исследование и приготовление остродефицитных медикаментов. Субсидировались и проводимые в 1916–1917 годах опыты по получению новокаина. Из капиталов Леденцова финансировались Московский университет и техническое училище. Финансовые вложения Леденцова в русскую авиацию позволили теоретически и практически заложить фундамент всего будущего воздухоплавания вплоть до освоения космического пространства.

Выиграл бы СССР войну с Германией, если бы не было авиации, если бы не было мецената Леденцова, и были бы мы первыми в космосе? Вряд ли. Идеей Леденцова было создать уникальную выставку достижений науки и техники, и эта идея затем осуществилась в советское время — появилась ВДНХ, павильоны которой, кстати, по архивным документам начинали строиться на национализированные финансы леденцовского фонда. В 1914 году фонд профинансировал разработки учёных по созданию водохранилищ нашей страны. В результате этого грандиозного проекта реки должны были превратиться в источники электрической энергии. Эта идея потом очень понравилась большевикам и была реализована как всем нам известный план ГОЭЛРО.

Дмитрий Павлович Рябушинский, родившийся в 1882 году, был не только представителем крупнейшей купеческой династии, но и крупным учёным в области гидроаэродинамики, основателем Аэродинамического института в Кучино под Москвой. В 1918 году по его же просьбе этот институт национализировали и переименовали в Московский институт космической физики. В дальнейшем он был вынужден эмигрировать, но все годы, проведённые за рубежом, он преследовал главную цель своей жизни — увеличивал русский вклад в мировую науку.

Да, в России были времена, когда правители недооценивали способности и таланты собственного народа, зазывая к себе в страну иностранных купцов, итальянских архитекторов, немецких инженеров. И многие из них славно потрудились на благо нашего Отечества, их имена вошли в ряд имён деятелей, прославивших русскую культуру, стали частью её, за что им огромное спасибо. Но, к примеру, в конце XIX — начале XX века в России произошло то, что сейчас историки называют «Русским экономическим чудом», где во всю мощь проявились творческие, научные, изобретательские дары русского человека.

К середине XIX века стало очевидно, что Россия, имеющая огромные территории, не сможет развиваться без железных дорог. Первая железная дорога, связавшая Москву и Петербург, была построена по воле царя Николая I вопреки мнению большинства его советников и министров. Русские инженеры, проектирующие железнодорожную ветку, сразу сделали её уникальной. Она имела два пути. Кроме того, была спроектирована такой прямолинейной, что сегодня её без труда смогли переоборудовать в скоростную трассу. И тогда же на все дороги страны был установлен единый стандарт колеи, что по тем временам являлось прецедентом, поскольку в европейских странах в то время строились ещё колеи разного размера, что сдерживало развитие этой отрасли экономики. Вскоре в результате постройки линии «Москва — Петербург» в стране буквально произошёл железнодорожный бум, стальные рельсы соединили отдалённые части империи, стало активно развиваться паровозостроение, начался небывалый промышленный подъём.

И в этом деле не обошлось без российских купцов. Например, Пётр Ионович Губонин участвовал в строительстве Орловско-Витебской, Грязе-Царицынской, Лозово-Севастопольской, Уральской, Горнозаводской, Балтийской и других железных дорог. Он прославился тем, что брался за самые сложные участки, за самые невыгодные проекты, и, бывало, они не приносили ему выгоды, но, по всей вероятности, этот человек не всё мерил деньгами в своей жизни. Так же, кстати, как и Савва Иванович Мамонтов: в начале 1890 года было решено продлить участок железной дороги до Архангельска, Савва Иванович взялся за осуществление этого проекта, хотя в нём практически отсутствовала личная материальная составляющая.

К концу XIX века в России были построены и спущены на воду три первых в мире теплохода с дизель-моторами. И произошло это потому, что выходец из Швеции, российский нефтяной магнат Эммануил Нобель заключил контракт с немецким изобретателем Рудольфом Дизелем на пуск в производство изобретённых им двигателей. Но Нобель смотрел далеко вперёд. Тут же к изучению двигателя Дизеля были подключены русские умельцы, они модифицировали двигатель, перевели его на питание сырой нефтью. Впоследствии усовершенствованный в России дизель получил всемирное распространение. Кстати, с тех пор дизель-мотор называют русским двигателем.

Россия вырвалась тогда вперёд и в отрасли самолётостроения. Самолёты конструктора И. И. Сикорского со звучными названиями «Илья Муромец» и «Русский витязь» по дальности полёта и грузоподъёмности превосходили все иностранные модели.

В то время Д. И. Менделеев совершил уникальные открытия в химии, Е. А. Яковлевым сделан первый отечественный автомобиль, Д. А. Загрязжским изобретён первый гусеничный движитель, В. Г. Шухов соорудил первые отечественные доменные и мартеновские печи и нефтяные насосы, А. С. Попов изобрёл радиоприёмник, П. М. Голубицкий — телефон, А. Н. Лодыгин — вертолёт с электрическим двигателем. А вот перечень научных открытий уже XX и XXI веков: кабельная телеграфная линия, оптический прицел, ранцевый парашют, водолазный аппарат, синтетический каучук, электросварка, искусственный спутник, лазер, персональный компьютер, телевизор… Всё это — изобретения русских учёных. Всё это «выросло» не на пустом месте, а на фундаменте, заложенном в дореволюционной России. Да, образование в дореволюционной России было платным, но сегодня даже трудно представить, сколько существовало благотворительных стипендий для одарённых учеников в совершенно различных областях науки и искусства.

Сегодня российские учёные продолжают поражать мир своими открытиями. Но российская наука ныне переживает не лучшие времена. Существенно снизилось её финансирование, что привело к оттоку талантливой молодёжи в более прибыльные секторы экономики. Но она не утратила способности генерировать новые идеи и получать превосходные результаты. Поддержка научных кафедр, талантливых студентов, оснащение научных лабораторий, финансирование перспективных научных проектов может дать удивительные результаты. И всё это будет возможно, особенно если в этом мы будем следовать словам святителя Филарета Московского: «Просвещение приносит благие плоды обществу только тогда, когда основанием ему служит вера».

Нужно понимать, что будущий век станет веком генной инженерии и различных биотехнологий. Возможно, мы стоим на грани совершенно нового мира. Готовы ли сегодня православные люди вообще и предприниматели в частности к новым вызовам будущего? Вот в чём вопрос.

ЧАСТЬ IV

ЧЕЛОВЕК И ОБЩЕСТВО

ГЛАВА 1

СУЩЕСТВУЕТ ЛИ ИДЕАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ ОБЩЕСТВА?

Вопрос о том, каким должно быть идеальное человеческое общество, издавна волнует людей. Но построение общества — не постройка дома; дом и то построить непросто, а уж построить идеальное общество и подавно, это зависит от огромного количества факторов. Все их учесть настолько трудно, что когда люди начинают придумывать идеальные модели общества, иногда получается что-то совсем противоположное или неосуществимое.

Поэтому не случайно некоторые модели идеальных обществ получили название «утопия» (в переводе с греческого — «место, которого нет»). И кстати, хорошо, что — нет, потому что когда читаешь об идеальном обществе Томаса Мора или о «Городе солнца» Томмазо Кампанеллы, то волосы встают дыбом от «идиллических картинок» такого человеческого «счастья». Как хорошо, что Господь не попустил этому «счастью» сбыться (разве что отчасти они воплотились в социалистической России).

Вспоминается басня Ивана Андреевича Крылова «Лягушки, просящие царя» про то, как жительницы болота были недовольны обществом, в котором жили, и всё хотели чего-то лучшего. Сначала им показалось «не благородно» жить при демократии, и им в цари послали осиновый чурбан. С таким «милостивым и добрым» царём им показалось скучно, вскоре они утеряли перед ним всякий пиетет и вновь стали просить другого. Как известно, допросились они до того, что их царём стал журавль, поедающий лягушек. То есть зачинщики переустройства общества, к сожалению, чаще всего сами не знают, чего хотят.

Общества складываются исторически. Но тем не менее человеческие идеалы, представления о справедливости, счастье, свободе очень влияют на то, каким обществу быть, только не впрямую, а опосредованно. Собственно, Господь даёт людям именно то общество и такой политический и экономический строй, который им наиболее «полезен», или, иначе сказать, соответствует духовному, нравственному состоянию конкретного общества. На каком-то этапе человеческой истории возможно жить только по закону «око за око, зуб за зуб», на другом уже можно подняться до понимания заповедей, высказанных Спасителем в Нагорной проповеди.

Из Библии мы знаем, что общество может находиться в таком состоянии, когда им напрямую управляет Бог или Его пророки, и в таком, когда Бог говорит, что от «идеалов» этого общества не останется камня на камне. Господь наш Иисус Христос неоднократно пресекал попытки втянуть Его в политические разборки и переустройства существующих обществ. Царство Моё не от мира сего (Ин. 18, 36), — подчёркивал Он. …Кесарево кесарю, а Божие Богу (Мк. 12, 17), — отвечал Он на лукавые вопросы фарисеев. (Кстати, евреи были единственным народом империи, который добился разрешения на чеканку монет без изображения на них кесаря — так называемых «храмовых шекелей». Эти монеты иудеи жертвовали в сокровищницу храма, отдавая «Богу Божие». А изображение и подпись кесаря на монете были знаком его права собственности на эту монету. Христос велел показать именно ту монету, которой платится подать.)

Спаситель как никто другой понимал, что, пока не изменится сознание членов общества, не исцелится греховная природа человека, не поменяются представления о том, что такое истинное добро и настоящая справедливость, преображение общества невозможно. Вместо того чтобы менять внешние формы систем, в которых живут люди, Он призывал к перемене каждого человека в отдельности. «Стяжи дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся», — так сформулировал этот принцип русский святой Серафим Саровский. Церковь считает, что все переустройства людей, общества и мира в целом нужно начинать только с себя. Гениально сказал об этом Фёдор Михайлович Достоевский: «Диавол с Богом борется, а поле битвы — сердце человеческое».

Почему с себя? Потому, что грехи и страсти искажают не только природу самого человека, но и его представления о мире. Подверженный грехам человек видит мир как в кривом зеркале, не понимая богоустановленных связей и отношений между вещами и явлениями. Стараясь исправить мир по своим искажённым представлениям, он только делает хуже. Вынь прежде бревно из твоего глаза, — учит Христос, — и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего (Мф. 7, 5).

Но такая позиция вовсе не означает совершенной пассивности человека в деле устроения общества. Надо сказать, что вообще пассивность, которую ошибочно принимают за христианское смирение, не имеет с последним ничего общего. Пассивность — это безразличие, равнодушие. Позиция же христианина никогда не может быть безразличной, потому что именно различение добра и зла и выбор добра — его сознательная установка. Причём выбор добра совершается им не просто теоретически, а практически, на деле: Вера без дел мертва (Иак. 2, 20). Именно потому положительные качества христианина и называются добродетелями: добродетель — это потребность делать добро, деятельно выполнять заповеди Божии, а не на словах.

Православный христианин не может оставаться равнодушным к несправедливости и злу, царящим в обществе. Но ему надо иметь огромный запас мудрости, кротости и любви, чтобы действовать в любом обществе на благо, а не наломать дров.

Капиталистическое общество не идеально, но не идеально и общество социалистическое, недостатки которого привели к тому, что в нашей стране, как потом говорили, был поставлен глобальный эксперимент по построению коммунизма. Эксперимент неудачный. Оказалось, что общество «всеобщего равенства» не может быть справедливым, потому что от природы, а точнее — от Бога, все имеют разное количество талантов и, следовательно, равенства в принципе быть не может. Социалистическое общество с его уравниловкой очень быстро породило тунеядство и нежелание работать. Жизнь показала несостоятельность таких мечтаний.

Вот что писал об этом отец Сергий Булгаков в своей работе «Христианство и труд»: «Это беснование (имеются в виду деяния большевиков — Прим. авт.) было вскормлено безбожием капитализма, поставившего наживу единственным законом бытия и превратившего рабочий люд в материал для эксплуатации. Грехи капиталистического своекорыстия, безжалостное угнетение масс, разложение семьи, привлечение на фабрику женщин и детей, изнурительный и одуряющий труд, непомерно низкая плата — все эти грехи организованной корысти, или капитализма, и подготовили почву для социализма, а до известной степени делают понятным и правым его гнев и негодование». Да, всё это было, несмотря на то что были и капиталисты — благодетели и меценаты. Было всё. Кто взвесит и на каких весах, чего было больше?

Чтобы мы не повторяли наших исторических ошибок и не наступали на те же грабли снова, мы сегодня должны читать и перечитывать слова отца Сергия из той же книги: «Делом христианского долга, любви и справедливости поэтому является всяческая забота о ближнем: должны быть омыты и перевязаны гноящиеся раны Лазаря, и он не должен питаться одними крохами псов. Следует прилагать всяческую заботу со стороны всех тех, кто призван к тому своим положением, и прежде всего имущих и богатых, к исполнению своего долга перед ближним, о нём спросится с каждого из нас на Страшном Суде Господнем. Если бы имущие поступали по-христиански, то и не было бы той правды обличения социализма, которую ныне нельзя отрицать. Церковь не связывает себя с теми или иными практическими средствами социальной помощи и любви, они изыскиваются человеческим разумом и подсказываются опытом жизни, но она благословляет всякое братолюбивое делание и призывает к нему каждого в своём звании». То есть недостатки любого общества могут покрываться христианской любовью и милосердием.

Но каково же всё-таки должно быть это братолюбивое делание? И к какому обществу следует стремиться? Если нельзя придумать и расписать такое общество до мелочей, то хотя бы стоит иметь верные ориентиры. Православие, как всегда, такие ориентиры нам даёт.

С православной точки зрения не могут приветствоваться никакие мечты о благосостоятельных обществах потребления. Если сытая жизнь в довольстве, стремление к внешним благам не могут дать смысла жизни отдельному человеку, не могут они дать смысла и обществу людей, коллективно стремящихся к этим же целям. Стремления к производству ради производства, к власти ради власти, к равенству ради равенства и даже к счастью ради счастья представляют извращения нормальной жизни и являются источниками зла, порабощения духа вещами преходящими.

ГЛАВА 2

ЧЕЛОВЕК — МЕРА ЛЮБОГО ОБЩЕСТВА

Размышляя о различных теориях развития общества, прежде всего, мы должны помнить о человеке. Ведь ничто иное, а именно он — мера любого общества. Человек задуман Богом как венец творения, как личность, призванная к обо́жению. Человеческое призвание чрезвычайно высоко. Это призвание вообще выводит его за земные пределы, за грань этой временной жизни. Оно не ограничивается только тем, чтобы немного духовно возрасти, нравственно развиться и сделать себя самого и мир вокруг себя несколько лучше, чем есть. Призвание человека — превзойти самого себя, возвыситься над собой и над миром, стать небо-земным существом, стать не просто в той или иной мере лучше, но сделаться совершенным, подобно всесовершенному Богу, в конце концов, стать богами по благодати.

Бог есть наш Творец. Значит, как говорит нам учебник по нравственному богословию, мы найдём своё высшее благо, когда будем стремиться к развитию своего самосознания и силы самоопределения. Без этого развития наша человеческая личность затеряется в потоке телесных или животных потребностей и страстей.

Повреждённый грехом мир пытается сделать из человека не цель, а средство, сделать человека либо материалом для эксплуатации, либо винтиком в машине прогресса. На человека смотрят как на потребителя товаров и услуг, оценивая при этом его кошелёк и способности «переварить» то, что ему предлагает навязчивая реклама. Но человек не может быть функцией, он — личность. И поэтому целью любого общества по большому счёту должны являться не какие-то характеристики этого общества, а сам человек. Общество будет тем лучше, чем больше у каждого человека будет возможностей раскрыть и реализовать дары, данные ему Богом. То есть счастливым можно было бы назвать общество, в котором для каждого его члена есть равенство возможностей реализации его личности, чтобы никто не чувствовал себя в обществе «человеком с ограниченными возможностями».

Христианское общество — общество свободы и равенства возможностей реализации каждой отдельной личности, где под свободой понимается в первую очередь неотъемлемое право человека на свободу от греха. Но для этого мы должны повернуться лицом к человеку, лицом друг к другу. Человек должен стать мерилом всех преобразований общества.

Но что мы видим сегодня? Проблемы людей с ограниченными возможностями вообще можно в данном контексте оставить за скобками, в нашем обществе очень трудно реализоваться и нормальному человеку. Человек не может себе найти работу по душе. Учёный не может воплотить свои открытия в жизнь, он даже не способен их сделать, потому что вынужден зарабатывать кусок хлеба другим трудом. Художник, вместо того чтобы написать бессмертный шедевр, пишет на заказ поделки для невзыскательной публики. Писателю невозможно издать своё произведение; парадокс ещё и в том, что в большинстве случаев он не только не может претендовать на гонорар, но и сам должен платить за публикацию. Мать, воспитывающая детей, не в силах дать им образование и жильё, инвалид не имеет возможности найти в этом мире достойное место, педагог бросает школу, чтобы промышлять для тех же учеников репетиторством, врач покидает больницу и практикует на дому и так далее и так далее. И всё это потому, что все они вынуждены выживать и выискивать более-менее приличный заработок любыми способами. Такое положение дел ненормально. Культура, наука и образование не могут организовываться наподобие мелкого самоокупаемого кооператива, и, если их ставят в такие условия, они обязательно скатятся до ширпотреба. Вот поэтому-то тот, кто имеет возможность создать для других условия реализации их способностей, протянуть им руку помощи, воплотить в жизнь творения людей науки и искусства, должен делать это, видя в этом свой долг.

Исследуя социальные слои современного общества, следует сказать, что предприниматели сегодня — это одна из наиболее творческих, способных и плодотворных частей общества, которая может сделать для этого общества очень много. Но и им в обществе поставлено чрезвычайно много преград. А ведь именно они могли бы решать многие проблемы общества.

Кандидат исторических наук Наталья Николаевна Зарубина, говоря сегодня о проблемах взаимоотношения бизнеса и общества, отмечает: «В современной России проблема взаимоотношения бизнеса и общества встала весьма остро: на фоне процветания крупных корпораций и внушительного числа российских бизнесменов, вошедших в списки самых богатых людей планеты, социальные программы всё больше сокращаются, а отечественные искусство, образование, наука, медицина и т. д. уповают на поддержку и гранты иностранных фондов. Пока возродившийся российский деловой мир не явил ни нового Саввы Морозова, ни собственного Сороса. Социальная деятельность предпринимательства — как крупного, так и среднего — также пока не проявилась в значимых для общества масштабах, и отдельные пиаровские акции не могут прикрыть безразличия бизнеса к проблемам общества».

Сегодня всё больше и больше предпринимателей понимают, что от проблем общества, в котором они живут, невозможно укрыться. При нарушении баланса интересов членов общества, при общем упадке здравоохранения, культуры, образования, науки крупный бизнес в России вместо развития общества рискует стать для него деструктивным элементом.

Народы, отрицавшие значимость духовной жизни, исчезли с исторической сцены. Экономика и рост благосостояния хороши тогда, когда имеют высшее предназначение — служить материальной основой для духовного роста личности.

По мнению архиепископа Иоанна (Шаховского), человеческое общество разделяется не на сословия и не на классы: «В мире не два лагеря — капиталистов и пролетариев, — как то хочет представить внешнее сознание. В мире три лагеря: 1) безбожные бедняки, 2) безбожные богачи и 3) бедные и богатые (материально) христиане. Такова этическая карта мира. Христиане не делятся на „бедных“ и „богатых“, ибо бедные осознают преимущества своей бедности, богатые — стеснительность своего богатства и, во всяком случае, его непрочность и оттого — незначительность. И все остаются на своём пути, несут своё служение… Для этих третьих только и может быть, в собственном смысле, „социальная проблема“. Для первых она не существует и не может существовать, ибо там действует принцип борьбы и решительной непримиримости, т. е. либо войны, либо чисто дипломатического, не имеющего никакой реальной силы, мира. Третья группа, конечно, наименьшая в мире, ибо небесно-почётная принадлежность к ней есть выражение не словесной и даже — считаем нужным подчеркнуть — не идеологической, но духовно-реальной, конкретной христианской веры. Только из этой подлинной реальности духа может вырастать идеология общественной христианской жизни».

Говоря об обществе, к которому нужно стремиться, следует коснуться и вопроса о том, какими должны быть отношения человека с обществом и общества с человеком. В обществах, где развит крайний индивидуализм, человек начинает ставить свои личные интересы выше общественных, изолируется от социума, перестаёт интересоваться жизнью общества, становится антисоциален и эгоистичен. В конечном итоге индивидуалисту становятся неинтересны ни мир, ни страна, ни люди, нуждающиеся, быть может, в его помощи. В обществах, где правит коллективизм (антитеза индивидуализму), обычно господствует большинство, которое перемалывает человека, не вписывающегося в общепринятые рамки. И индивидуализм, и коллективизм, как показала история, приводят к деградации человеческого сообщества и не могут рассматриваться как идеал.

А существует ли этот идеал вообще? К чему должны стремиться люди, желающие идеального общества? Одного точного слова, которое бы описывало этот идеал, пока не найдено. Назовём его сейчас соборностью. Вообще соборность — понятие богословское, его обычно применяют к характеристике Апостольской Церкви, которая и строится по принципу соборности, имея перед глазами прообраз — Святую Троицу, где три ипостаси Бога соединяются «нераздельно и неслиянно». Соборность — это не просто коллективизм, это единство членов Церкви между собой и со Христом, освящённое благодатью Святого Духа. Соборность — это цельность, внутренняя полнота, множество, собранное силой любви в свободное и органическое единство. Церковь представляет собой единое мистическое тело, некий организм, состоящий из отдельных, но соединённых между собою, членов. Об этом говорит в Первом послании к Коринфянам апостол Павел: Ибо как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, — так и Христос. Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело, Иудеи или Еллины, рабы или свободные, и все напоены одним Духом. Тело же не из одного члена, но из многих (1 Кор. 12, 12–13). То есть, уверовав в Единого Бога, став членами единой Церкви, все мы соединяемся во Христе новыми высшими связями, соединяемся единым Духом, единой Любовью. Мы причащаемся на литургии Тела и Крови Христовых, и таким образом Господь пребывает в нас, а мы в Нём. И все мы составляем единое тело и единый дух. Во Христе мы соединены со всеми апостолами и пророками, со всеми святыми. Во Христе мы едины с апостолом Павлом и преподобным Серафимом Саровским, святителем Николаем Чудотворцем и преподобным Сергием Радонежским и даже с Самой Пресвятой Богородицей. В таком сообществе не может быть членов негодных и ненужных. В таком сообществе каждый уважает свободу другого, видя в нём образ Христов. Если нога скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не рука, то неужели она потому не принадлежит к телу? И если ухо скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не глаз, то неужели оно потому не принадлежит к телу?.. Бог расположил члены, каждый в составе тела, как Ему было угодно. А если бы все были один член, то где было бы тело? Но теперь членов много, а тело одно. Не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; и также голова ногам: вы мне не нужны. Напротив, члены тела, которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее… Бог соразмерил тело, внушив о менее совершенном большее попечение, дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге (1 Кор. 12, 15–22, 24–25), — говорит апостол Павел.

Личная духовная жизнь в христианском понимании органически связана с жизнью соборного человечества и мира. Но можно ли в обычном, не церковном, обществе если не воплотить, то хотя бы приблизиться к идеалу соборности? Над этим размышляли наши русские религиозные философы. Семён Франк, Николай Бердяев, Алексей Хомяков, Пётр Лавров писали об этом в своих статьях, пытаясь найти этому понятию новый адекватный термин. Франк называл такую соборность солидарностью, а Бердяев — коммюнотарностью, или общинностью. «Человеческая жизнь во всех её областях… есть необходимое и имманентное выражение глубочайшего онтологического всеединства, лежащего в основе человеческого бытия», — утверждал Франк. Он выделял три формы соборности: соборность в брачно-семейных отношениях, соборность в религиозной жизни и соборность в жизни определённого множества людей, объединённых общностью судьбы. В этой, третьей, соборности заключается важная для общественной жизни роль прошлого и культурно-исторических традиций. А практическим выражением соборности является служение: служение ближнему, служение Богу, служение обществу и служение самого общества единым целям, а также ответственности не только за себя, но и за свой народ и свою страну в целом. И с этой точки зрения, невозможно отделить заботу о личном спасении от участия в деле духовного преображения всего мира, к которому призвано соборное христианство в его земном историческом пути.

Вот такая соборность и может являться идеалом, к которому должно стремиться общество, а служение — это идеал отношений членов этого общества.

В основе служения всегда лежит любовь. Господь дал нам заповедь — любите друг друга (Ин. 13, 34). Любовь всё скрепляет и соединяет в единое тело. Но любви надо учиться, любовь надо воспитывать. Когда наше общество дорастёт до этого понимания, изменится всё: от отношений продавца к покупателям и соседей по лестничной клетке друг к другу до отношений политиков к принятию различных законов, регулирующих нашу жизнь.

Когда-то идее соборности учила обычная русская притча: отец брал в руки веник и показывал сыну, как легко сломать каждый прутик по отдельности, но как трудно переломить их все разом. Сейчас мы должны осознать эту идею любви и милосердия, идею общности и служения, и всюду пропагандировать её, внедряя в нашу жизнь. По большому счёту не нужно выдумывать какие-то новые национальные идеи, как предлагают сейчас некоторые публицисты, — все идеи уже есть. Национальная идея — это вера людей в Божий Промысл относительно их страны и следование этому Промыслу.

У России замечательный государственный символ — двуглавый орёл. К сожалению, по этому поводу сегодня часто иронизируют, изощряясь в остроумии. А ведь в этом символе удивительным образом заключена и разгадка нашего исторического пути. Ещё П. А. Столыпин в своё время говорил: «Наш орёл, наследие Византии, — орёл двуглавый. Конечно, сильны и могущественны и одноглавые орлы, но, отсекая нашему русскому орлу одну голову, обращённую на восток, вы не превратите его в одноглавого орла, вы заставите его только истечь кровью». Уникальность нашей страны именно в срединности её положения, в расположении её между двух полюсов — Востоком и Западом. У России есть интересы и на Западе и на Востоке. Потому все споры сторонников «западного» и «восточного» пути развития разрешимы только на уровне преодоления двух крайностей, соединения в себе этих двух противоречий. И от Запада и от Востока следует брать самое лучшее, самое ценное, переосмысливая этот опыт и вырабатывая свой единственный, неповторимый путь. Но также неправильно будет, если в поисках этого своего пути мы начнём «разворачивать головы орла вовнутрь», замыкаясь в себе, закрываясь «железным занавесом», отказываясь от осмысления и западного и восточного опыта.

Если наша жизнь будет построена на камне веры, на прочном фундаменте, если для каждого члена общества правилом станет не потребление, а служение, что сможет нам повредить? На заре христианства святитель Василий Великий не боялся посылать христианских юношей на учёбу в языческие школы, напутствуя их такими словами: «Не должно однажды навсегда придав сим мужам (имеется в виду — языческим учителям. — Прим. авт.) кормило корабля, следовать за ними, куда ни поведут, но заимствуя у них всё, что есть полезного, надобно уметь иное и отбросить». Так, выискивая самое ценное на Западе и на Востоке, можно применять это к себе, если оно вписывается в наше самосознание, не противоречит нашей православной культурной традиции. А если не вписывается, нужно уметь сохранять свою духовную независимость и свободу — то есть «иное и отбросить».

ГЛАВА 3

КРИЗИС — СУД БОЖИЙ?

Сегодня многие как огня боятся кризисных состояний экономики и говорят о необходимости построения бескризисного общества. С одной стороны — да, мы должны создавать механизмы, которые бы позволили смягчать последствия кризисов, особенно для самых незащищённых слоёв населения. С другой стороны, неверно думать, что кризисы — это что-то исключительно отрицательное, мешающее нам жить. Например, для человека тяжелобольного кризис — это переломный момент в ходе болезни, после которого начинается выздоровление. То есть кризис — это и новые открывающиеся возможности, и сам он прекрасная возможность прозреть и увидеть то, чего раньше видеть не хотелось. «Кризис» — слово греческое, означает «решение, поворотный пункт, исход», но в том числе и «суд».

Вот как писал о кризисе святитель Николай Сербский: «Прежде европейцы, если постигало их какое-то несчастье, употребляли слово „суд“ вместо слова „кризис“. Сейчас слово „суд“ заменили словом „кризис“, понятное слово менее понятным. Наступала засуха, говорили: „суд Божий!“, наводнение — „суд Божий“. Начиналась война или эпидемия — „суд Божий!“; землетрясения, саранча, другие бедствия, всегда одно — „суд Божий!“. Значит, кризис из-за засухи, кризис из-за наводнения, из-за войн и эпидемий. И на теперешнюю финансово-экономическую катастрофу народ смотрит как на суд Божий, но называет её не „судом“, а „кризисом“. Дабы умножилась беда от неразумия! Ибо пока произносилось понятное слово „суд“, была понятна и причина, которая привела к беде, был известен и Судия, попустивший беду, и цель, ради которой беда была попущена. После подмены слова „суд“ словом „кризис“, малопонятным для большинства, никто не может объяснить, ни от чего он, ни от кого, ни для чего».

Слова о Божием суде могут также вызывать страх, но только в том случае, когда мы забываем о милосердии Божием, превосходящем всякое мыслимое человеческое милосердие. Если бы Бог на самом деле судил нас по правде, никто бы не смог спастись. Бог Судия милосердный, Он всегда готов помочь нашему спасению, лишь бы было на то наше произволение. Поэтому Его суд для нас и любой кризис — это действительно новая возможность к прозрению, выздоровлению и спасению. Время кризиса — это время, когда надо переставать прятать голову в песок и продолжать загонять вглубь смертельную болезнь. Не к бескризисному обществу мы должны стремиться, а к обществу, правильно воспринимающему спасительный для нас кризис, который и поворотный пункт, и суд, и — решение.

ГЛАВА 4

О СОХРАНЕНИИ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ

Недооценка этого вида собственности, отсутствие понимания её реальной стоимости в обществе, а иногда и попросту кража её, не проработанные механизмы её охраны приводят к тому, что творческие люди не в состоянии реализовывать свои творческие планы, а вынуждены зарабатывать хлеб неинтеллектуальным трудом. Трудно себе представить, сколько плодотворных идей могло бы появиться при другом стечении обстоятельств, как расцвела бы наша литература, наука, кино, документалистика, публицистика и всё то, что относится к области науки и культуры. К сожалению, сейчас в нашем обществе ещё работает примитивная тенденция — перевести все учреждения культуры на хозрасчёт и финансировать «культуру по остаточному принципу». А ведь само слово «культура» в переводе с латинского означает «возделывание, взращивание». Культура рождается из культа, из тех святынь, которые дороги конкретному человеческому обществу. Культура возделывает и окружающий мир, проявляясь в материальных образах, и возделывает душу человека.

Культура, как говорит один японский педагог, это то, что остаётся, когда всё остальное будет забыто. Но если перестаёт развиваться культура, перестаёт развиваться и общество. Причём культура должна развиваться не только в качестве сферы платных услуг, развлечения, а в качестве новой национальной культурной политики. Бескультурное общество легко завоевать, поработить, оно становится нежизнеспособным. Когда в обществе не взращивается собственная культура, общество теряет иммунитет против чужой культуры. Если в здоровом обществе прививка чужой культуры даёт только положительные результаты, обогащая мировоззрение людей, то при упадке собственной культуры происходит «культурное порабощение». Кстати, определить меру этого явления весьма просто: зайдите в ближайшее кафе и послушайте, чья музыка и на каком языке несётся из динамиков. Тогда всё станет ясно.

Культурная аннигиляция всегда была важнейшим инструментом духовного порабощения другого народа, вслед за этим в истории всегда незамедлительно следует порабощение политическое и экономическое. Культура должна приподнимать человека, выводить его на новый уровень развития, а общество должно приподнимать культуру, заботиться о ней, терпеливо взращивать.

Понимая всё это, Церковь в «Основах социальной концепции» отмечает: «Всё бо́льшую значимость приобретает интеллектуальная собственность, объектами которой являются научные труды и изобретения, информационные технологии, художественные произведения и другие достижения творческой мысли. Церковь приветствует творческий труд, направленный на благо общества, и осуждает нарушение авторских прав на интеллектуальную собственность».

Да, уважать интеллектуальную собственность необходимо, необходимо создавать гибкие механизмы по её защите, но, вообще, говоря о собственности в свете православного мировоззрения, православный человек никогда не должен забывать, что в конечном итоге он только арендатор собственности Божией и что только Богу по-настоящему и принадлежит всё в этом мире. В жизни бывают ситуации, когда необходимо делиться собственностью совершенно бескорыстно, не ожидая за это земного воздаяния.

Представим себе, что некий человек сохранил в своих закромах большой урожай. И вот вокруг начался голод. Для человека, который во главу угла ставит стяжание богатства, всё это станет отличным поводом нажиться, продавая зерно втридорога. Но для человека православного невозможно материальное приобретение, при котором он теряет свою душу, любовь к Богу и ближнему для него стоит выше стяжания, поэтому для него такая жизненная ситуация не повод нажиться, а повод «разбогатеть в Бога», собрать себе сокровища, не разъедаемые тленом или ржой. И нам известны исторические примеры, когда князья во времена голода открывали свои житницы и кормили народ. Известны, увы, и противоположные случаи, когда хозяин ломил за зерно неподъёмную для людей цену и даже предпочитал, чтобы оно сгнило, только бы не продавать дёшево.

В критических ситуациях, когда на чашах весов оказываются с одной стороны выгода, а с другой — человеческие судьбы, в вопросе «за сколько продать свою собственность (материальную или интеллектуальную)» всегда присутствует нравственный выбор. Хорош ли будет учёный, разработавший новое лекарство от страшной болезни, если он станет спокойно смотреть, как умирают люди, и ждать, когда же найдётся тот, кто заплатит ему за технологию производства достойные этого открытия деньги?

Сегодня в нашей стране кардинально поменялись многие ценностные ориентиры, и мы столкнулись с тем, что учёные предпочитают продавать свой интеллект за границу, где платят дороже. Другие, в надежде найти более выгодного покупателя, скрывают свои разработки от мира и даже готовы унести их с собой в могилу, но только не продешевить. Да, технологии стоят дорого, но они — ничто до тех пор, пока не найдутся условия реализации этих технологий. А процессы эти сложные и дорогостоящие. Риск первопроходца в этом деле чрезвычайно велик, ведь разработки в конце концов даже могут оказаться ошибочными.

В споре, кто должен получить больше дивидендов — учёный или предприниматель, не стоит забывать одну поучительную легенду о царе Соломоне. Однажды к нему на суд пришли две женщины. Они жили в одном доме, и у каждой было по младенцу. Ночью одна из них во сне случайно задавила своего младенца и подложила его к другой женщине, а живого у той взяла себе. Утром женщины стали спорить. «Живой ребёнок мой, а мёртвый — твой», — говорила каждая. Так спорили они и пред царём. Выслушав их, Соломон приказал: «Принесите меч». И принесли меч к царю. Соломон сказал: «Рассеките живого ребёнка пополам и отдайте половину одной и половину другой». Одна из женщин при этих словах воскликнула: «Отдайте лучше ей младенца, но не убивайте его!» Другая же, напротив, говорила: «Рубите, пусть не достанется ни ей, ни мне». Тогда Соломон сказал: «Не убивайте ребёнка, а отдайте его первой женщине: она его мать».

Любая идея, любое открытие для творческого человека или учёного есть его детище. Только тот, кто по-настоящему дорожит тем, что он делает, способен поступить как любящий родитель и в случае угрозы смерти или других критических обстоятельствах лучше «отдать своего ребёнка» другому.

Сегодня наша страна остро нуждается в научном потенциале, но, к сожалению, не всегда способна материально обеспечить этот потенциал. И здесь тоже можно провести аналогию отношений детей и родителей. Можем ли мы представить себе ребёнка, который уйдёт жить к соседям только потому, что там его вкуснее кормят?

В заключение этой главы снова хочется привести слова архиепископа Иоанна (Шаховского): «Всякая собственность этой земли кратковременна и пресыщена печалями (см.: Иов. 14, 1), ибо, приходя и привязывая к себе человека, сейчас же уходит, оставляя в человеке недоумение, боль, скорбь, смерть. Оставляет пустоту вместо себя и прах вместо человека. Но, пока не осталась пустоты вместо собственности, имение может приносить „плод мног“ <…> Чтобы войти в гармонию расстроившегося, но ныне настраивающегося мира, человек должен по совести (а не умом лишь) признать над собою власть Бога, сам сделаться собственностью Божией».

ЧАСТЬ V

ИЗ ИСТОРИИ ПРАВОСЛАВНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

ГЛАВА 1

«ВЕЩЕСТВЕННОЕ БОГАТСТВО БЕЗ ДУШЕВНОГО — ВСЁ ОДНО КАК ХЛЕБ БЕЗ СОЛИ»

В 1905 году немецкий социолог и экономист Макс Вебер написал свою знаменитую книгу «Протестантская этика и дух капитализма», в которой он научно обосновал связь между этическим кодексом протестантских вероисповеданий и духом капиталистической экономики, основанной на идеале предпринимателя-рационалиста. После выхода в свет этой книги появился целый ряд исследователей, начавших внимательно изучать, как религиозное мировоззрение воздействует на экономику соответствующих стран мира, и открывших немало удивительных явлений. В 1988 году в Гейдельберге появилась работа Андреаса Басе «Хозяйственная этика русского Православия». Пользуясь веберовской методологией и анализируя экономику России, в том числе и постсоветского периода, Басе пришёл к выводу, что «русское Православие не даёт высших духовных санкций для работы в миру». Однако его вывод вызывает сомнения.

Вот что пишет по этому поводу кандидат исторических наук Н. Зарубина в статье «Модернизация и хозяйственная культура»: «По мнению немецкого исследователя, Православие в целом либо индифферентно к хозяйственной жизни, либо откровенно её отрицает. Оно не формирует специфических духовных стимулов к трудовой и предпринимательской активности». Но, с точки зрения Зарубиной, такой подход к анализу восточных культур не продуктивен. Восточные ценности имеют иной, нежели западные, смысл, и автоматический перенос западной методологии на русскую почву исключает возможность правильных ответов на поставленные вопросы.

И действительно, как можно говорить об индифферентности Православия к хозяйственной жизни человека и общества в целом, если именно благодаря Православию сформировались такие понятия, как «русский народ», «русская государственность»? Благодаря Православию Россия смогла стать великой державой, объединившей под единым началом земли от Центральной Европы до Дальнего Востока. «Шестая часть земли с названьем кратким „Русь“», — писал поэт Сергей Есенин. Можно ли было стать такой страной с «отрицанием» хозяйственной жизни, «индифферентностью» к ней?

Наоборот, те экономические трудности, которые мы переживаем сегодня, тот упадок и коллапс хозяйственной деятельности, разруха деревни, кризис науки, деградация народа, демографический кризис и повальное пьянство — это всё следствие семидесятилетнего отказа от Православия, отказа от веры в Бога, желания построить рай на земле без самого главного Источника радости и жизни.

Термин «экономика» переводится с греческого языка как «домостроительство» (от др. — греч. οἶϰος — «дом» и νόμος — «закон»). «Домострой» — именно так и называлась одна из самых ранних известных нам русских книг по экономике, а точнее — по этике самой жизни и хозяйствования. Написанная при Иване Грозном, эта книга была попыткой объять все стороны человеческой жизни.

Шестьдесят четыре свода житейских правил были поделены на три части. На первом месте стоял раздел «О строении духовном (Как веровати)», далее шёл раздел «О строении мирском (Как царя чтити)», и завершалась книга разделом «О строении домовном (Как жить с женами и с детьми и с домочадцами)». Из-за резкой критики «Домостроя» публицистами-разночинцами, а затем вождём пролетариата В. И. Лениным этот ценнейший памятник русской истории незаслуженно был надолго забыт. «Верные ленинцы» любили приводить цитаты из «Домостроя» о том, каким наказаниям отец семейства должен подвергать жену и детей. Но критиковать в гуманистическое время средневековый образ жизни — это всё равно что в современном хосписе поражаться нравам дикарей-каннибалов или обычаям древних спартанцев. Не исключено, что через век-другой и современная рядовая медицинская процедура, например взятие крови на анализ, покажется нашим потомкам дикостью и варварством.

По «Домострою», успех любой деятельности считается обусловленным не чем иным, как благочестием хозяина и труженика: «Видя добрые ваши дела и милосердие и любовь сердечную ко всем и таковую праведность, обратит на вас Бог Свои милости и преумножит урожай плодам и всякое изобилие». Даже при беглом взгляде на «Домострой» видно, какой цельностью духа и возвышенным мировоззрением обладал её автор, какая правильная иерархия ценностей была выстроена в его душе.

Вот, к примеру, глава четвёртая, она называется «Как возлюбить Господа всею душою и брата своего и страх Божий иметь и память смертную»: «Возлюбишь Господа от всей души, и страх Его да будет в сердце твоём. Праведен будь и верен истине, и смиренен, очи долу опуская, ум же к небесам простирая, умилен к Богу, и к людям приветлив, опечаленного утешая, будь терпелив в напастях и не досаждай никому, ко всякому человеку будь щедр, будь милостив, нищелюбив, странноприимен, скорби о грехах и радуйся о Боге, не будь алчен к пьянству и жаден к объедению, будь кроток, несловоохотлив, не люби золота, но люби друзей, не гордись, будь боязлив пред царём, исполняй волю его, в ответах будь вежлив, часто молись, будь благоразумен, трудись для Бога, не осуждай никого, будь защитник обидимым, нелицемер, чадо Евангелия, сын Воскресения, наследник будущей жизни во Христе Иисусе, Господе нашем, Ему же слава вовек».

А вот уже цитата из главы «О праведном житии»: «Если же в сёлах или в городах кто добрый сосед, или у своих крестьян, или будучи у власти и в приказе, законный оброк в положенное время собирает не силой, не грабежом, не пыткой, а если же не уродилось что и расплатиться нечем, так он не торопит, а у соседа или своего крестьянина не хватило на семена или на пищу, и лошади или коровы нет, или дани в казну нечем уплатить, — надо бы ему помочь и ссудить, а у самого мало, так самому господину занять, а своему крестьянину дать, и заботиться о них от всей души, от всяких обидчиков оберегать их по справедливости. Самому господину и слугам его ни дома, ни на селе, ни на службе, ни на жалованье, ни тех, кто на посылках, — отнюдь никого ни в чём не обидеть: ни пашней, ни землёй, ни домашним каким припасом, ни скотиной, неправедного стяжания не желая. Благословенными плодами и праведными стяжаниями жить подобает всякому человеку».

В «Поучении Владимира Мономаха» (памятнике древнерусской литературы XII века) мы увидим, что русские люди чётко прослеживали связь между Православием, верой в Бога и благоденствием на этой земле. Мономах цитирует 36-й псалом Давида: «Господом стопы человека направляются. Когда он упадёт, то не разобьётся, ибо Господь поддерживает руку его. Молод был и состарился, и не видел праведника покинутым, ни потомков его просящими хлеба. Всякий день милостыню творит праведник и взаймы даёт, и племя его благословенно будет» (см.: Пс. 36, 23).

К сожалению, в годы советской власти истинная история нашего народа переписывалась в угоду советской идеологии. Так, в школах и институтах нам пытались доказать, что дореволюционная Россия была невежественной, промышленно неразвитой, безграмотной и экономически безнадёжно отсталой страной. Только теперь мы узнали настоящую правду, которую нам ещё предстоит осмыслить и сделать соответствующие исторические выводы.

Вот любопытные данные переписи середины XVII века. Заметим, что страна только-только пережила смуту 1613 года, понеся тяжёлые потери, и хозяйственные, и людские. Сводка переписи скота в 82 деревнях, имеющих населения 1425 душ, гласит: «Лошадей — 942, жеребят — 130, коров — 1465», а это значит, что на каждую душу населения, включая младенцев (!), приходилось по одной корове и почти по одной лошади (данные по книге «Замоскворецкий край в XVII веке»). Можно эти цифры сравнить с современными, где на одного гражданина приходится по 0,13 свиньи, коров ещё меньше, не говоря уже об овцах.

Конец XIX и начало XX века характеризовались у нас необычайным ростом промышленного производства, при этом развивались не только существующие, но и появлялись новые виды индустрии. Страна переживала огромный промышленный подъём. Вот что писала английская газета «Таймс» тех времён о русских конкурентах своей текстильной промышленности: «Согласно мнению экспертов, некоторые русские мануфактуры — лучшие в мире, не только с точки зрения устройства и оборудования, но также в смысле организации и управления».

Образцовыми, по меркам не только России, но и Европы, считались Богородицко-Глуховская мануфактура Н. Д. Морозова и фабрика тонкого сукна в Подмосковье купца 1-й гильдии И. П. Кожевникова. За устройство своей фабрики Кожевников в 1826 году был награждён орденом Анны 3-й степени. Фабрику посещал Александр I, высоко оценивший её изделия и подаривший Кожевникову бриллиантовый перстень. Оценили фабрику и иностранцы. Товары расходились по всей стране и заграницу — в Закавказье, Среднюю Азию, Кяхту, Персию и, что удивительно, особенно в Китай. Надо не забывать, что именно ткацкое производство было на тот момент одной из самых прогрессивных технологий века. «Вестник промышленности» в 1858 году писал: «Запрос в России преимущественно на машины и разного рода механические орудия увеличивается… Никогда Англия не получала таких больших заказов из России. Механические заводы Манчестера, Ньюкасла почти исключительно заняты исполнением заказов для русского производства и частных компаний».

И какому же сословию должна была быть благодарна Россия за такое преуспеяние? Благодаря кому страна переживала расцвет медицины, искусства художественного и театрального, кто основывал в то время знаменитые и сейчас музеи, открывал детские сады, ремесленные училища, устраивал библиотеки, отливал колокола, строил храмы? Всем этим мы обязаны простому труженику, но в первую очередь тому самому раскритикованному в русской литературе православному купечеству. Реальное купечество в реальности отличалось от литературных персонажей. Вот только некоторые имена.

Павел Михайлович Третьяков — фабрикант, владелец бумагопрядильных мануфактур, сын купца второй гильдии. Выросший в семье старообрядцев, впоследствии он перешёл в Православие. Он собрал знаменитую коллекцию национальной живописи, построил для неё здание. И затем всё это безвозмездно передал в дар городу, завещав на пополнение фонда процент от своего капитала. То есть благотворительная деятельность таких людей продолжалась и после их смерти. Им было построено училище для глухонемых детей, богадельня для вдов и сирот. Третьяков сделал значительный взнос на православный храм в Токио, который строился трудами равноапостольного Николая Японского, и вообще много жертвовал на храмы. Весь свой капитал он завещал Московской городской думе. В одном из писем дочери он писал: «Моя идея была, с самых юных лет, наживать для того, чтобы нажитое от общества вернулось бы также обществу (народу) в каких-либо полезных учреждениях». Рядом с ним можно упомянуть и имя его младшего брата Сергея Михайловича, чей вклад в Третьяковскую коллекцию также неоценим.

Ещё ранее Третьякова коллекцию русской живописи начал собирать Козьма Терентьевич Солдатёнков, владелец хлопчатобумажных мануфактур. Он составил замечательную галерею отечественной живописи, которую завещал Румянцевскому музею. Среди 230 её полотен находились работы В. А. Тропинина, А. А. Иванова, К. П. Брюллова, В. Г. Перова, Н. Н. Ге, П. А. Федотова, Ф. А. Васильева, В. В. Пукирева. Также музею были переданы 28 картин зарубежных мастеров, 17 скульптур, собрание гравюр и рисунков, древние русские иконы. Солдатёнков завещал Румянцевскому музею и личную библиотеку из 8 тысяч книг и 15 тысяч журналов.

На средства Солдатёнкова в 1911 году была построена самая большая на тот момент в мире больница для бедных, состоящая из пятнадцати корпусов, ныне эта больница носит имя С. Боткина.

А русской коллекцией французских импрессионистов мы обязаны Сергею Ивановичу Щукину.

Гавриил Солодовников — купец первой гильдии, крупный акционер Московско-Казанской железной дороги и трёх крупных банков. На его средства построены Московский театр оперетты (в прошлом — филиал Большого театра), клиника при медицинском факультете МГУ, сиротский приют, несколько училищ в разных губерниях России. К концу жизни практически всё своё состояние он завещал направить на развитие России.

Иннокентий Сибиряков, братья Бахрушины, купцы Алексеевы, Юрий Нечаев-Мальцов, Голофтеевы, Смирновы, Рябушинские, Солдатёнковы, Хлудовы, Боткины, Крашенинниковы, Прохоровы, Лобковы — сколько их было в Москве и Санкт-Петербурге, сколько их было по городам и весям России! До сих пор мы называем их фамилиями больницы, музеи и так далее.

Вот как, к примеру, писал об одном из представителей династии Прохоровых Константин Николаевич Бестужев-Рюмин: «Вот купец Прохоров, которого я и лица не знаю, но которого почитаю и уважаю выше всех вельмож на свете, он есть истинный сын Отечества, умеющий употреблять достояние своё в истинное благо. Он купец по рождению, но в душе выше всякого вельможи… Прими дань от меня, почтеннейший человек Прохоров, ты помирил ещё меня с любезным моим Отечеством: я первого ещё из соотечественников моих вижу такого человека и не знаю лица его. Ты краса русского народа… друг человека, соотечественников».

Василий Иванович Прохоров был сыном монастырского крестьянина Свято-Троицкой Сергиевой лавры. С детства он был воспитан в вере и благочестии. Случилось так, что в начале своей предпринимательской деятельности он имел пивоваренный торг в Хамовниках. Его жена Екатерина Никифоровна была дочерью московского купца Никифора Родионовича Мокеева, происходившего из крестьян села Милятина Медынского уезда Калужской губернии. Частенько она с грустью говорила мужу: «Не могу я молиться об успехе твоего дела, не могу желать, чтобы больше пил народ и через то разорялся». Да и сам Василий Иванович искал случая переменить свою деятельность. И конечно, Господь представил ему такой случай. В результате чего Прохоров стал основателем знаменитой Трёхгорной мануфактуры, которую впоследствии развил его сын Тимофей Васильевич.

Вот слова, сказанные Василием Ивановичем на смертном одре в качестве завещания своим детям: «Любите благочестие и удаляйтесь от худых обществ, никого не оскорбляйте и не исчисляйте чужих пороков, а замечайте свои, живите не для богатства, а для Бога, не в пышности, а в смирении».

Его сын Тимофей Васильевич не только своевременно внедрял все новейшие достижения ситценабивной отрасли у себя на фабрике, но решил непременно заняться просвещением грубого и невежественного мастерового народа. Он начал с того, что сам лично учил рабочих грамоте и письму. Потом он пошёл ещё дальше: устроил при фабрике ремесленную школу для детей и обучал их грамоте и фабричным профессиям. На фабрике строго запрещалось пьянство и сквернословие. Работники и ученики имели полный социальный пакет, хорошие бытовые условия, пенсию по старости. Называть такого хозяина эксплуататором-кровопийцей и устраивать митинги и забастовки мог только тот, кто уже в силу своей испорченности не хотел оставить дурные привычки и ставил себя на грань увольнения.

Любопытный факт. Зимой 1904 года бакинское и петербургское рабочее движение инициировало целый ряд забастовок, пригласив участвовать в них и фабрики товарищества прохоровской Трёхгорной мануфактуры. Требования экономического характера вырабатывали бакинские и петербургские «товарищи». Они добивались учреждения школы, яслей, достойной зарплаты, социальных пособий. По отношению к прохоровской мануфактуре это было настолько нелепо, что вызвало смех у большинства трёхгорцев, поскольку всё это существовало у них уже в течение ста лет.

Прохоровыми было построено для своих работников 15 жилых домов с отоплением и канализацией, родильный дом и ясли, две больницы, начальная школа, училище, театр, библиотека. Примечательно, что Прохоровы не брали с работников денег ни за жильё, ни за медицину, ни за образование. Так же было устроено и у Саввы Тимофеевича Морозова.

Константин Васильевич Прохоров писал: «Счастие не в богатстве, а в чистом уме и спокойствии духа. Мир и согласие дороже денег. Вещественное богатство без душевного — всё одно как хлеб без соли».

Такие купцы, предприниматели и торговцы, как Прохоровы, были людьми исключительно высоконравственными. Их семья была старообрядческой. Старообрядцы в своём быту отличались особой строгостью нравов.

В череде имён щедрых предпринимателей и меценатов можно вспомнить фамилию фон Мекк. Так, Надежда Филаретовна фон Мекк (до замужества Фраловская) была не только матерью 11 детей, но и ближайшим другом и многолетним меценатом Петра Ильича Чайковского. Благодаря её поддержке он смог сосредоточиться на творчестве и оставить нам прекрасные произведения. Надежда фон Мекк — жена инженер-подполковника Карла Фёдоровича фон Мекка, которого она сподвигла уже в зрелом возрасте покинуть государственную службу, в результате чего он стал «железнодорожным королём». Она не только мотивировала супруга, но и была ему практической деловой помощницей, вела делопроизводство, бухгалтерию, не оставляя домашние обязанности прачки, воспитательницы, экономки, поварихи и швеи в их многодетной семье. Став вдовой, в переписке с Чайковским она вспоминает, что не всегда была богата, были времена, когда ей надо было прокормить всех детей на 20 копеек в день, и чувство нужды ей хорошо знакомо.

Надежда Филаретовна любила и хорошо понимала музыку, много помогая становлению Московского отделения Русского музыкального общества. С ранним творчеством Петра Ильича Чайковского она познакомилась благодаря Николаю Рубиншейну и «придворному скрипачу» И. И. Котеку, студенту Чайковского. Их дружба отражена в крупнейшем эпистолярном наследии четырнадцатилетней переписки и составляет несколько томов. Кроме Чайковского существенную поддержку получали Венявский, Пахульские, а домашним пианистом и учителем несколько сезонов приглашался Клод Дебюсси.

Фон Мекки благотворили не только музыкантам и художникам — несколько православных храмов было построено на их деньги полностью или частично, например Всехсвятский храм Алексеевского женского монастыря, в котором у семьи была своя часовенка и склеп под ней; церкви в их имениях под Киевом, Москвой, в Красновидово, в Удельном, а также в других странах — в Японии, в Аргентине, на Святой земле.

Владимир Владимирович фон Мекк — племянник Надежды Филаретовны руководил строительством храма в Марфо-Мариинской обители, будучи много лет личным секретарём великой княгини Елизаветы Фёдоровны, ныне прославленной в лике преподобномучениц.

Николай фон Мекк, учась в престижном Императорском училище правоведения, решил оставить его с целью продолжить отцовское дело строительства железных дорог в России. Ещё будучи студентом в Санкт-Петербурге, он устроился работать не на «свою» семейную дорогу, а на государственную Николаевскую, чтобы получить опыт в разных специальностях. И этот «королевич» железных дорог сначала работал кочегаром, станционным служащим, бухгалтером, помощником машиниста, машинистом, ревизором. Придя к директорскому креслу в двадцать с небольшим лет, он имел полный багаж знаний и практики; в 28 лет он стал председателем правления общества и за десять лет построил в десять раз больше дорог, чем его отец. Он создал крупнейшую в России частную железнодорожную компанию, а также домовладельческий бизнес, артели, пароходную компанию, лесопильные, металлургические заводы. Он был членом правлений нескольких акционерных обществ, например Мытищинского машиностроительного завода, страховой компании, самого крупного в России Русско-Азиатского банка.

Эти люди созидали Россию.

Любопытно, что многих из знаменитых ныне Оптинских старцев, прославленных тем, что со второй половины XVIII века они «являли свет миру», сосредоточивая в себе самое важное и самое полезное знание для жизни каждого человека, дала России именно купеческая среда. Старец Лев (Наголкин) был из купцов Орловской губернии, в молодости, работая приказчиком у купцов Сокольниковых, показал себя с самой лучшей стороны, так что хозяин хотел выдать за него свою дочь, и только склонность молодого человека к монашеству помешала осуществить это намерение. Исаакий I (Антимонов) происходил из знаменитого зажиточного купеческого рода города Курска и все навыки благочестия и послушания получил в родном доме. Родители Варсонофия (Плиханкова) занимались торговлей в Самаре. Старец Анатолий (Потапов) происхождением из московских мещан, занимавшихся торговлей. Он сам в молодости торговал, рассказывая: «У нас торговля была своя красным товаром».

Старец Никон (Беляев) родился в московской купеческой семье. Сохранились воспоминания о его деде Лаврентии Ивановиче Беляеве, который разбогател, всю жизнь занимаясь торговлей. Главным принципом его при ведении дел была кристальная честность, он часто повторял: «Чужая копейка, внесённая в дом, как пожар, сожжёт его». Лаврентий Иванович отвергал любое лукавство в делах и свидетельствовал: «Я за всю мою жизнь никогда никого не обманул ни разу, а дело моё шло всегда лучше, чем у других». Он любил богослужение и в течение тридцати трёх лет был старостой церкви святых равноапостольных Константина и Елены в Кремле. Традиции благочестия передались в семье и детям, и внукам.

Можно припомнить и других замечательных русских святых, которые родились в лоне купечества. Великий святой земли русской Серафим Саровский происходил из купеческой семьи. Преподобный Герман Аляскинский, святой блаженный Иоанн Тульский чудотворец, святой преподобный Елеазар Анзерский, благоустроитель и первоначальник монашеской жизни на Анзере, преподобный Димитрий Прилуцкий, вологодский чудотворец, Николай Кочанов, новгородский Христа ради юродивый, иеросхимонах Виссарион (Василий Толмачёв), основатель и первый игумен Свято-Андреевского скита на Афоне, — все они выходцы из купеческого сословия. Многие из них рано приобщились к труду, помогали родителям в лавках, работали приказчиками, занимались торговым делом. Кстати, благоустроителям храмов и монастырей этот начальный жизненный опыт очень даже пригождался.

Не случайно ходили и ходят легенды о знаменитом честном купеческом слове, которое скрепляло сделку лучше всяких бумажных, нотариально заверенных договоров и расписок. А никакого чуда, ничего сверхфеноменального в этом честном слове нет. Достаточно только помнить, что даётся оно перед очами Божиими и Бог ему свидетель, и следовательно, нарушитель честного слова обманывает не только партнёров по делу, но и Самого Бога, предаёт себя и свою совесть. Купец, опирающийся в своей деловой этике на Православие, готов был скорее разориться и потерпеть убытки, чем нарушить данное слово. К слову относились с глубоким уважением. И такое отношение к слову рождало именно православное мировоззрение.

Так, например, русский купец Пётр Павлович Капырин после смерти отца вознамерился продать своё имение в Малоярославце. Покупатель нашёлся, залог был получен, правда, сделка была заключена только на словах. Сразу после этого выяснилось, что по территории имения пройдёт Киево-Печерская железная дорога, это моментально увеличивало стоимость имения в несколько раз. Тут же нашлись новые покупатели, они предложили задаток в тройном размере, но Пётр Павлович не аннулировал словесную сделку, сославшись на данное им купеческое слово.

Многие современники отмечали необычайную честность русского купечества. Калужский купец П. М. Золотарёв увековечил о себе память не только устройством в Калуге дома умалишённых, но и необычайной честностью, которая прославила его даже заграницей. За его честность берлинские купцы написали с него портрет: «Этот портрет, по приговору торгового общества, был помещён во всех торговых конторах для того, чтобы все и каждый могли видеть и чтить изображение „честнейшего из купцов“». П. И. Сумароков, побывавший на Макарьевской ярмарке, писал: «Честность в купеческом сословии сохраняется свято, по необходимости; неустойка, опоздание, изменение в обещанном посрамляют имя, прекращают доверие и расстраивают обороты дела». Увиденное настолько поразило воображение Сумарокова, что он заключает: «Желательно, чтоб и между нами, дворянами, воцарилась такая же невольная обязанность».

Евангелие от Иоанна начинается со слов: В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог (Ин. 1, 1). Как же можно было относиться к слову без должного благоговения и уважения, если Сам Бог назывался Словом? Как же можно было, зная всё это, не уважать собственное слово?

По Библии, слово имеет вес само по себе: Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого (Мф. 5, 37); за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда, ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься (Мф. 12, 36–37). Вот поэтому каждый православный христианин с особым вниманием должен относиться к тому, что говорит. «Некто сказал о себе: девять помышлений ублажих в сердце моём, а десятое изреку языком (Сир. 25, 9). Так берегут слово знающие цену его», — говорил святитель Филарет, митрополит Московский. В этом отношении у русских купцов деловая культура была настолько развита, что во многих случаях письменное договорное право стало ненужным, стали излишними любые письменные расписки. Прежде чем произнести слово, его взвешивали не один раз. И всё это было не где-нибудь, это было у нас, в России.

Вспоминается случай с представителем купеческой династии Александром Николаевичем Найдёновым. Когда в 1917 году национализировали Московский торговый банк, которым он владел, Найдёнов выплатил клиентам значительную сумму денег из собственных средств.

Тюменский предприниматель Н. М. Чукмалдин говорил: «Наивыгоднейший товар — доверие, а доверие даётся только безупречной честности и торговому бескорыстию».

О высоких нравственных принципах, существовавших в России, свидетельствуют многочисленные примеры. Тот же Кирилл Эрастович Гиацинтов, о котором мы уже упоминали, рассказывал про своего деда, генерала Николая Егоровича Гиацинтова. В 1902 году тот был вице-директором департамента железнодорожных дел Министерства финансов. По служебной необходимости он имел свой вагон, в котором мог ездить по железной дороге совершенно бесплатно. Но когда с ним путешествовали его дети, он заставлял их в этот вагон покупать билеты первого класса, то есть самые дорогие по цене.

— Зачем покупать билеты? — как-то спросили они его. — Ведь твой вагон совершенно пустой и контролёры в него не заходят.

Гиацинтов отвечал:

— Я служу, а вы путешествуете. Поэтому должны платить.

«При всех наших делах и начинаниях, — писал русский предприниматель Михаил Павлович Рябушинский (но эти слова могли бы написать многие из русских купцов), — мы никогда не рассчитывали на ближайшие результаты нашей работы. Нашей главной целью была не нажива, а само дело, его развитие и результат, и мы никогда не поступились ни нашей честью, ни нашими принципами и на компромисс с нашей совестью не шли».

В то время, начиная своё дело, предприимчивые люди вовсе не надеялись на скорые результаты. Считалось нормальным, что достичь успеха можно было не ранее, чем через 20–30 лет. Те, кто стал основателем знаменитых купеческих династий, в полной мере испытывали тяготы и лишения: они были уличными разносчиками, вместе со своими хлебными обозами мёрзли на просёлочных дорогах, спали в балаганах или под прилавками магазинов, ночевали со стадами скота на степных дорогах под дождями и ветрами, копались в земле, выращивая зелень, таскали на себе тяжёлые мешки. Основатель крупнейшей мануфактуры Пётр Кузьмич Коновалов, будучи уже больным стариком, продолжал ездить на Нижегородскую ярмарку сам лично. Это были люди, любившие труд, а также умеющие проявить смекалку и инициативу.

Ещё пример. Крестьянский сын А. Морозов из Калязинского уезда Тверской губернии пришёл искать своё счастье в Москву с 20 копейками в кармане. Начал он с торговли с лотка зелёным луком, колбасой и сайками. Затем взялся за чеканку пуговиц на машине собственного изготовления. Со временем он приобрёл ручной литографический станок. Дело пошло, постепенно он стал московским купцом, обзавёлся каменным домом, большой литографией, книжным магазином.

Десятилетиями присматриваясь к делу, всё примечая, всё запоминая, выходцы из деревень искали свой путь в торгово-промышленном мире. Например, Ефим Фёдорович Гучков, привезённый ещё в детстве отцом на фабрику, постепенно сколотил состояние и завёл собственное дело, работая наравне со своими рабочими. Он первым начал в Москве вырабатывать шали на манер турецких и французских из шёлка, шерсти и бумаги. Эти шали он сам же и окрашивал, а также платки из козьего пуха и шерсти. Благодаря высокому качеству и умеренной цене спрос на его изделия был таков, что он не успевал их изготавливать: «покупатели приносили деньги вперёд, ожидая очереди». Успех в деле и значительные доходы и по прошествии времени вовсе не изменили отношение Ефима Фёдоровича к делу. Он по-прежнему занимался окраскою и отделкою своих товаров сам, хотя был уже московским купцом, имел в Москве лавку и торговал на Макарьевской ярмарке.

Николай Карлович фон Мекк, о котором мы уже упоминали, был «энергичным и вечно деятельным», — так его описывали современники. 1 мая 1892 года он был избран председателем Правления МКзЖД, коим и оставался до национализации дороги в 1918 году. МКзЖД стала при нём истинно лидирующей частной дорогой с дивидендами до 32 % годовых, с увеличением длины путей в 13 раз, со строительством своих заводов, элеваторов, жилья, больниц, школ для работников. Крупнейшая частная компания России — в 1913 году её капитал достиг 215 миллионов с доходностью 15 %. Будучи одним из богатейших людей Империи, он покупал дома рачительно, детей воспитывал в скромности — маленькими они жили по двое в комнате. Обязательно все члены семьи работали в полях собственных имений вместе с рабочими.

Родоначальником династии купцов Алексеевых был ярославский крепостной крестьянин. Архивные документы сообщают, что родился он в 1724 году, а уже в 1746 (то есть в двадцать два года!) по указу Главного магистрата был причислен к московскому купечеству. Головокружительная карьера для крепостного! Но каким же образом он достиг такого положения?

Этот юноша работал огородником на оброке в Останкино у графа Шереметева. И, видимо, когда он ещё был мальчишкой, ему в голову пришла идея — в свободную минутку варить горох, раскладывать в кулёчки и продавать в разнос на Красной площади гуляющей публике, которая желала покормить голубей. Глядя на подростка, в лаптях, в плохоньком полушубке, дрожащего в морозные дни от ледяного ветра, но всегда неунывающего и сыплющего весёлыми прибаутками, кто бы тогда из аристократов мог подумать, что перед ними будущий представитель знаменитого российского купеческого рода. Неплохо расторговавшись горохом, он научился кустарно тянуть из золота и серебра нити для гражданских и военных мундиров, а также для церковных риз. К тому времени как его записали в купечество, он уже имел собственную мастерскую с шестью рабочими.

Купцы Алексеевы за сто с лишним лет создали систему высококвалифицированных производств золотой и серебряной канители, электропроводов, кабелей, деталей электроламп, разрабатывали на Востоке месторождения меди, золота, серебра, платины, разводили высокопородных овец, лошадей, крупный рогатый скот в Сибири и на Дону, вели скупку и очистку шерсти и хлопка на заводах Средней Азии и на Украине. Начиная с 1812 года Алексеевы — активные общественные деятели. Люди крепкой православной закваски, которых отличали скромность и благородство.

Двое из них — Александр Васильевич и Николай Васильевич были московскими городскими головами. На рубеже XIX–XX веков семья купцов-фабрикантов Алексеевых занимала видное место среди московской интеллигенции. Конечно, прежде всего, это было связано с именем Константина Сергеевича Алексеева-Станиславского, уже в то время известного актёра и режиссёра, одного из основателей Общества искусства и литературы, а также Московского общедоступного художественного театра.

Ещё один пример удачливого коробейника — это Савва Морозов первый, Савва Васильевич, основатель династии Морозовых Он родился в деревне Зуево Московской губернии в 1770 году. И также был крепостным крестьянином. Причём семья Морозовых числилась в деревне самой бедной. Отец его зарабатывал рыбной ловлей, но это не давало дохода. Поскольку помещику было удобнее брать со своих крепостных повинность деньгами, то барин дал согласие, когда мальчишка захотел устроиться на небольшую ткацкую фабрику. Савва работал по 12–14 часов в сутки и получал за это нищенскую зарплату — пять рублей в год. Но за это время он сумел приобрести для себя бесценный профессиональный опыт.

Он уже подумывал о своём деле, но тут его ждал очередной удар судьбы: ему выпал жребий идти в рекруты. Следует напомнить, что в то время срок рекрутской повинности был пожизненный. Правда, существовала возможность избежать солдатской службы — откупиться от неё. Но для этого нужно было иметь баснословные для крепостного крестьянина деньги. Морозов осмелился прийти с просьбой крупного заёма к хозяину фабрики Кононову. Фабриканту сделка показалась выгодной — он получал возможность пожизненно закабалить первоклассного работника. Другой бы смирился, попав в это долгосрочное рабство. Но только не Савва Морозов. Он осмелился перейти на сдельную оплату труда и стал работать по 20 часов в сутки. Через два года он собрал сумму, необходимую для выплаты кредита.

Женившись на дочери красильщика и получив в приданое 5 золотых рублей, Савва Васильевич открыл собственную шелкоткацкую мастерскую. В ней был всего один ткацкий станок. На этом станке трудился всего один рабочий — сам хозяин мастерской. Он изготавливал очень красивые и качественные кружева, ленты и бахрому. Затем, нагруженный огромными тюками, засветло выходил из своего села и проходил сто вёрст, чтобы к вечеру попасть в богатые дома москвичей. Вскоре его кружева стали цениться так высоко, что скупщики уже выходили навстречу, чтобы первыми взять его товар. В 1820 году, несмотря на препятствия со стороны помещика Рюмина, не желающего отпускать на волю такого выгодного работника, Савве Морозову удалось выкупить себя и свою семью. За свободу ему пришлось заплатить 17 (!) тысяч рублей. Правда, барин всё же постарался выторговать себе преимущества: Морозовы обязались пожизненно снабжать его своим товаром.

Со временем Савва Васильевич организовал предприятие, сначала в форме раздаточной мануфактуры, где раздавал работу на дом, а после открыл уже текстильную фабрику. Через два десятка лет Морозовы получили потомственное почётное гражданство. Об их кружевах, сатинах и лентах ходили легенды, и их качество признавалось лучше английского. При этом сами Морозовы всегда отличались исключительной скромностью в быту, но были известны как щедрые филантропы, которые не жалели денег на помощь отдельным лицам и различным учреждениям.

Очень любопытен и показателен в плане успешного предпринимательства, основанного на глубочайшей вере в Бога, пример из жизни святого Серафима Вырицкого. В миру его звали Василий Николаевич Муравьёв. Родился он в крестьянской семье. С детских лет у него была заветная мечта — уйти в монастырь. И однажды он ранним утром пришёл к воротам Александро-Невской лавры и увидел некоего схимника. Он пал перед ним на колени и стал умолять взять его в монастырь на любую работу. Прозорливый старец повелел ему оставаться в миру, создать благочестивую семью, воспитать детей и вместе с супругой посвятить оставшуюся жизнь монашескому подвигу. Так всё и произошло. Василий воспринял слова лаврского старца как Божие благословение и всю последующую жизнь прожил так, как определил ему Господь через Своего посланника.

После свадьбы Василия Николаевича хозяин купеческой лавки, в которой он служил, не пожалел довольно крупной суммы денег для своего любимого и исполнительного приказчика, чтобы тот мог начать самостоятельное дело. Василий Николаевич занялся заготовкой пушнины, дело пошло успешно, и не только в России, но и во Франции, Германии, Англии и других европейских странах. Он стал миллионером, но, разумеется, никогда не забывал о благословении лаврского старца, творил добро, помогал нуждающимся. Бо́льшую часть своих доходов он отдавал на нужды монастырей, храмов, богаделен.

Перед тем как уйти в монастырь, он раздал бо́льшую часть своего состояния, сделал вклады в Александро-Невскую лавру, в Воскресенский Новодевичий женский монастырь Санкт-Петербурга, в Иверский женский монастырь; оставил значительные суммы и своим служащим.

Василий Николаевич стал удивительным святым, обладающим даром прозорливости. По его молитвам хромые начинали ходить, слепые прозревали, глухонемые обретали слух и речь, больные исцелялись от тяжелейших болезней. Известно и о том, что многие богатые фабриканты советовались с ним, как вести свои дела, и многих это спасло от разорения.

Но, пожалуй, одним из самых удивительных примеров на вышеозначенную тему может служить жизнь святого праведного Василия Павлово-Посадского (в миру — Василия Ивановича Грязнова), жившего в XIX веке. Когда Василий уже был известен своей святой подвижнической жизнью, к нему пришёл купец Яков Лабзин — хозяин знаменитой платочной фабрики в городе Павловском Посаде. Яков Лабзин получил духовную помощь от праведного и был поражён его святой жизнью. После этого он предложил Василию стать его товарищем в деле. Василий не отказался. Вскоре они стали друзьями.

После вступления в дело Грязнов продолжил вести жизнь святого подвижника. Теперь у него появилось больше денег, и он тратил их на помощь бедным и на благоугодные дела. Василий вместе с Яковом Лабзиным и его сёстрами строили школы и богадельни. Праведный Василий мечтал построить в городе Павловском Посаде мужской монастырь. Но при жизни его мечта не сбылась. После смерти Василия люди продолжали обращаться в молитвах к праведнику и получали помощь. Благодаря Якову Лабзину и его сёстрам в 1874 году в Павловском Посаде был построен храм на месте захоронения святого Василия. В 1894 году на месте храма был открыт Покровско-Васильевский монастырь.

Все эти примеры лишний раз доказывают простую истину — спастись для Царства Небесного может как бедный человек, так и богатый, и важно только то, где будет находиться сердце человека — в рабстве у богатства или в со-работничестве у Бога.

ГЛАВА 2

О КУПЕЧЕСКИХ ЖЁНАХ И О ТОМ, КАК «СТИРАЛИ В ПОРОШОК» НЕЧЕСТНЫХ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ

Хотелось бы несколько слов сказать и о жёнах русского купечества. Вообще, к выбору жены деловые люди относились весьма серьёзно. Их выбирали не по внешнему виду, а по душевным качествам. Ведь жена для купца — это не только спутница жизни, но первый и единственный на всю жизнь деловой партнёр: она должна уметь вести дом, знать бухгалтерию; она — мать, она — хозяйка, которая создаст в семье правильную бережливую атмосферу, она всегда подставит мужу плечо в трудную минуту, поможет советом. И купеческие жёны оправдывали своё звание. Например, можно вспомнить Красильщикову Анну Михайловну. Когда её муж умер, она двадцать пять лет самостоятельно и успешно управляла фабриками и только потом передала дело своим подросшим сыновьям. В шесть часов утра она уходила на работу и возвращалась после десяти вечера. Потомки Анны Михайловны рассказывают, что в её гардеробе имелось всего два платья: одно выходное для праздников и церковных служб, другое — рабочее, в котором она ходила на фабрику.

Варвара Алексеевна Морозова после смерти своего первого мужа, Абрама Абрамовича Морозова, от тяжёлой формы прогрессивного паралича приняла на себя дела управления Тверской мануфактурой и исполняла обязанности управляющей вплоть до совершеннолетия своих сыновей. В память о муже Морозова построила психиатрическую клинику на Девичьем поле, затем вместе с купленным участком земли она передала её Московскому университету, тем самым положив начало созданию Клинического городка на Девичьем поле. Варвара Алексеевна внесла огромный вклад в создание учебных заведений: Пречистенские рабочие курсы, городской народный университет имени А. Л. Шанявского. Она активно помогала строительству общежития для студентов Императорского технического училища. В 1885 году ею была основана первая в Москве бесплатная общедоступная читальня имени И. С. Тургенева. Значительные средства были пожертвованы Морозовой на нужды Московского университета. При её фабрике существовали также больница, родильный приют, торговая школа для малолетних рабочих.

Наталья Ивановна Бахрушина после смерти мужа приняла на себя все долги (в то время принадлежавший им кожевенный завод и дом были заложены). Она не только наладила производство, выплатила долги, но и развернула широкую благотворительную деятельность, воспитав в этом же духе и своих сыновей.

Таковы были купеческие жёны.

В истории православного предпринимательства есть ещё один удивительный пример: это предпринимательская деятельность Свято-Успенской Почаевской лавры в 1907–1914 годах. Эта деятельность была организована Антонием (Храповицким), который был в то время архиепископом Волынским, и его сподвижником архимандритом Виталием (Максименко). При Лавре был создан банк «Почаево-Волынский народный кредит». Основной капитал банка состоял из членских взносов и займов от Министерства финансов, Главного управления земледелия и землеустройства и Главного переселенческого управления. Основным полем деятельности «Почаево-Волынского народного кредита» была выдача ссуд крестьянам на покупку земли и средств производства. Выдавая малороссийским крестьянам подъёмные кредиты, банк вывел миллионы крестьян из-под экономической зависимости от польских диаспор и сделал Волынь зоной процветания и политической стабильности. В 1908 году Почаевская лавра устроила несколько потребительских магазинов, выписала во время случившегося неурожая из Челябинска 75 вагонов дешёвого хлеба и тем понудила понизить цены на хлеб спекулянтов, которые пытались нажиться на людском горе.

Да, конечно, наша страна знавала лучшие времена. Но разве не от нас зависит, какой дух предпринимательства будет в нашей стране: дух бессовестной наживы и обогащения или высокий дух русских купцов прежней России, которую мы незаслуженно забыли и которую нам ещё предстоит открывать и открывать? Вот любопытный пример. Знаете ли вы, что в русской деловой этике означало выражение «стереть в порошок»?

По нынешнему мировоззрению, увы, это воспринимается чуть ли не как нанять убийцу и уничтожить своего конкурента (или партнёра), чтобы от него и мокрого места не осталось. На самом же деле это выражение имеет отношение к купеческому делопроизводству. Дело в том, что оно велось мелом на притолоке, куда записывали имена должников и суммы долга. Если же случалось так, что по истечении оговорённого срока должник не объявлялся, долг прощали, а надпись «стирали в порошок». Конечно, хоть это и не причиняло «стёртому» физического или материального ущерба, быть «стёртым» боялись. И знаете почему? Это наносило сокрушительный удар по деловой репутации. С этим человеком не возбранялось общаться в домашней обстановке, но в общественном месте за один стол с ним уже не садились. Но не потому, чтобы таким образом причинить ему моральные страдания, а для того, чтобы не ввести в искушение других деловых партнёров. Ведь они, увидев такого прощёного должника (обманщика, нарушившего купеческое слово) за одним столом с купцами хорошей репутации, могли обмануться и начать вести с ним дела.

У купцов, как в то время и у дворян, было хорошо развито понятие сословной, родовой чести, готовность во имя этой чести пойти на любые материальные жертвы, отказаться от выгодных сделок, готовность забыть себя и даже пожертвовать своей жизнью.

Здесь будет к месту вспомнить Сергея Ивановича Четверикова. Сын владельца суконного завода, он не хотел связывать свою жизнь с купеческим делом. Его страстью была музыка, и в ней он делал заметные успехи, уже подумывая об артистической карьере. Но в один из дней его постигло несчастье: отец покончил жизнь самоубийством. Причиной этого стало положение на фабрике и невозможность оплаты срочных крупных векселей. Что ж, такие случаи бывали и довольно быстро забывались. Как говорится, нет человека, нет проблемы. Сергей мог продолжать заниматься музыкой и сделать себе имя на этом поприще. Но он поступил по-своему: он дал обещание восстановить доброе имя своего отца и взял на себя все его долговые обязательства. Ровно 36 лет этот уникальный человек выплачивал долги покойного родителя. Многие кредиторы не имели намерения взыскивать свои векселя, но Сергей Иванович разыскивал их через газеты, регулярно подавая объявления в прессе. Чтобы иметь деньги на выплаты, ему пришлось бросить музыку и всерьёз заняться производством.

Увидев на фабрике устаревшее оборудование и тяжёлый ручной труд, несостоявшийся музыкант изучил лучшие европейские текстильные предприятия и разработал план реорганизации производства. И самое удивительное, что тут же в этот план были включены мероприятия, направленные на улучшения быта рабочих: Четвериков сократил рабочий день с 12 до 9 часов и ликвидировал ночные смены для женщин и несовершеннолетних. Основная ставка была сделана на качество товара (увы, некоторые купцы в то время уже увлеклись удешевлением производства и добавлением в шерсть малоценных примесей). Но Четвериков не хотел богатеть таким путём. Старшие товарищи отговаривали его от этих затей, советовали повременить, пока фабрика не встанет на ноги. Но Четвериков оказался упорен, и его упорство в скором времени было полностью вознаграждено: изделия его фабрики стали цениться и раскупаться нарасхват не только в Москве, но и в престижных магазинах тогдашней текстильной столицы — польском городе Лодзи.

Сергей Иванович смог расплатиться не только со всеми долгами своего отца, его товарищество стало пользоваться во всём деловом мире неограниченным кредитом, а Городищенская фабрика вошла в список передовых сверхдоходных предприятий России. При этом вся (!) сверхприбыль шла на расширение производства и улучшение быта рабочих: была проведена полная реорганизация «каморочных спален» (общежитий), началось строительство отдельных домов для семейных рабочих, яслей, ремесленного училища, бань, прачечной, большого Народного дома с театром и клубом для старших служащих… Для завершения всего намеченного не хватило двух лет, наступил 1917 год.

Да, честь в иерархии купеческих ценностей стояла выше личной корысти: «Мой дед не воровал, и я воровать не буду!» Желание сохранять честь рода на каких-то этапах возрождения общества очень помогает человеку, разумеется, до тех пор, пока оно не вступает в противоречие с христианскими ценностями. Наша страна прошла через тяжёлый период, когда большевиками насильно разрушались родовые связи. Ни к чему хорошему это не привело, утратился ещё один фактор, удерживающий человека от безответственного поведения.

Оглядывая страницы нашей истории, мы по праву можем гордиться русским человеком, делами наших предков. Но этого мало. Как говорил святитель Тихон Задонский: «Суетная хвала — иметь добрых предков, но делам их не подражать».

И в наше время есть люди, которые не трубят о себе, а просто делают своё дело. Таким был, например, человек, которого называли «титановым королём». Инженер-металлург Владислав Валентинович Тетюхин стал предпринимателем скорее поневоле, тогда, когда в связи с перестройкой наметился резкий спад авиационной и космической промышленности. Ему удалось не только спасти от уничтожения Верхнесалдинский металлообрабатывающий завод, но и стать лидером по титановому производству в мире.

В 2007 году доля корпорации на мировом рынке титана составляла 28 %, а президент корпорации Владислав Тетюхин вошёл в список отечественных миллиардеров. Что же он сделал со своими миллиардами?

В 2012 году Тетюхин потратил всё своё состояние — больше 3,3 миллиарда рублей на строительство суперсовременного медицинского реабилитационного центра в Нижнем Тагиле. Госпиталь открылся в 2014 году и занимался эндопротезированием коленных и тазобедренных суставов из титановых сплавов. Тысячи человек в нём получили возможность снова двигаться и ходить. А сам Тетюхин даже отказался от зарплаты, которую ему предложили получать в этом центре.

В 2019 году Владислав Тетюхин ушёл из жизни. Но он оставил нам свой пример в качестве духовного завещания и своё наследство. Как мы будем распоряжаться этим — приумножим или пустим прахом — зависит от нас.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Древние философы как-то задались вопросом: «Способен ли Бог создать камень настолько тяжёлый, что даже не сможет поднять его?» Эта философская загадка получила название «парадокс камня» и стала очень популярной среди мудрецов. Они ломали головы и высказывали многочисленные версии, но парадокс никак не решался: если Бог — Всемогущий, то Он обязан мочь делать всё, но если Он создаст камень и не сможет его поднять, значит, Он уже не всемогущий.

Блистательный ответ на разрешение этого парадокса высказали христиане: «Бог уже создал такой камень. И камень этот — человек!» Имеется в виду, что Господь создал человека, обладающего свободой. То есть Бог создал существо, которое по своему свободному произволению может стремиться к Богу и Царству Небесному или, наоборот, по своей воле может удаляться от Бога и спасения. Если человек не хочет спасаться, то он и становится тем самым неподъёмным для Бога камнем.

Каждому из нас дан удивительный, единственный и неповторимый дар — дар жизни. Как мы распорядимся им? Наша жизнь не просто отдельная корпускула, витающая в вакууме, она — часть жизни всего человечества, веточка пышного дерева с могучими корнями, прочным стволом и упругими ветвями. Нижние ветви этого дерева — те люди, которые жили до нас, а верхние веточки — это мы с вами. Каждый человек живёт не отдельно сам по себе, все мы чудесным образом связаны друг с другом, как клеточки единого организма, как веточки одного дерева, связаны общим жизненным пространством, общим прошлым, настоящим и будущим. И от каждой отдельной веточки, от каждого листочка зависит и вид, и здоровье всего этого древа. Но что даёт этому дереву живительные жизненные соки, чтобы оно не засохло и не умерло?

Ответ на этот вопрос мы найдём в Евангелии от Иоанна: Я есмь истинная виноградная лоза, а Отец Мой — виноградарь. Всякую у Меня ветвь, не приносящую плода, Он отсекает; и всякую, приносящую плод, очищает, чтобы более принесла плода. Вы уже очищены через слово, которое Я проповедал вам. Пребудьте во Мне, и Я в вас. Как ветвь не может приносить плода сама собою, если не будет на лозе: так и вы, если не будете во Мне. Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нём, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего (Ин. 15, 1–5).

Господь Бог даёт всем нам жизненную силу. От Него вся наша энергия, все способности, таланты, всё благое! Дерево должно приносить плоды. Плоды — это наши добродетели. А творить их мы можем, только пребывая во Христе. Потому что без Него все наши дела и поступки — ничто. Без Меня не можете делать ничего! — говорит Спаситель.

Значит, когда мы ощущаем себя самодостаточными, способными прожить жизнь по собственному разумению, мы очень сильно ошибаемся. Если мы ещё живы, если нас не отсекли, как ветвь, не приносящую плода, если Господь ещё терпеливо ухаживает за нами и ждёт нашего обращения к Нему, значит, всем этим мы обязаны только Спасителю, только Христу! Если человек не хочет жить во Христе, всячески противится воле Божией, он отсекает себя от источника жизни. Тогда к его веточке перестают поступать живительные соки, постепенно она засыхает и отмирает. И знаете, что самое печальное? То, что приходить в такое состояние душа может гораздо раньше тела. Человек ещё молод и физически здоров, но он уже по сути мёртв, а в душе его без Господа только тоска, бессмыслица, бегание по греховному кругу, мрак, скука и отчаяние. Способен ли такой человек сотворить добрый плод, сделать что-то хорошее для себя и окружающих, творчески преобразить мир вокруг себя? Нет! Всё, что бы он ни делал, будет таким же бессмысленным, мрачным и скучным.

Но стоит ему только обратиться ко Христу, как тут же побегут к душе живительные Божии соки, всё питающие и всё одухотворяющие. Оживление этих сухих веточек происходит в Церкви в таинстве святого Причащения. И это самое главное церковное таинство, дающее нам жизнь.

Господь — очень внимательный виноградарь. И очень долготерпеливый. Никогда Он не отсечёт от лозы ветви, которая ещё способна хоть на маленький плод. Изо дня в день, из года в год Он ждёт нашего обращения к Нему. Но и никому Он не навязывает Своей воли. Он создал нас свободными, по Своему образу и подобию, поэтому только от нас зависит наше будущее: либо усыхание и гибель, либо вечная зеленеющая и растущая жизнь с Господом.

Человек — творение Божие. Для него существует множество определений: одни говорят, что это двуногое прямоходящее позвоночное млекопитающее, другие — что «это звучит гордо», третьи — что это разумное сложноорганизованное социальное существо. Человека можно описывать на самых разных уровнях, причём на каждом из этих уровней делать это с помощью множества абсолютно взаимоисключающих пар понятий, образов, метафор. Дитя рая и исчадие ада, венец творения и проклятие вселенной, царь и раб, ангел и зверь, возвышенный дух и низменная плоть, ценитель прекрасного и любитель безобразия и пошлости, сосуд добродетелей и скопище низких пороков… — и всё это человек!

Но среди этих определений есть самое важное, самое главное, которое является ключом к пониманию многообразия противоречий человека. И такое определение даёт нам Предание Церкви. Человек — это живое существо, призванное к обо́жению; тварь (то есть «сотворённый»), получившая повеление стать богом. Это определение суммирует всю святоотеческую антропологию, учение о человеке святых отцов Церкви, то есть тех людей, которые как раз и осуществили призвание к обо́жению и выполнили повеление стать богом. Человек — существо сотворённое. И сотворённое в соответствии с определённым замыслом Творца. Человек имеет призвание. И это призвание совсем не в том, чтобы он прожил отведённый ему век в своё удовольствие, покомфортнее устроившись на этой земле. Призвание человека — превзойти самого себя, возвыситься над собой и над миром, стать не просто в той или иной мере лучше, но сделаться совершенным, уподобиться всесовершенному Богу, стяжать себе это подобие.

При этом человек сохраняет свою человеческую природу со всеми её существенными свойствами, не утрачивает своей самотождественности. Оставаясь сотворённым человеком, конкретной человеческой личностью, он вместе с тем становится нетварным и вечным богом по причастию, по энергиям или, как принято говорить, по благодати. Человек — двуединое существо. В человеке есть разумная душа, высшее духовное начало. Но человек — это ещё и телесное существо. Он — одушевлённое тело, он подчинён биологическим, растительным законам и даже законам неорганического мира.

Это тело — часть окружающего его мира. Тело человека совмещает в себе всё, что присуще видимому миру, и вместе с тем теснейшим образом с этим миром связано. Причём в православном богословии это понимается настолько реально, что, например, святой Иустин (Попович), сербский богослов и подвижник XX века, говорил о видимом материальном мире как о продолжении тела Адама. Посредством тела человек связан с видимым, чувственным миром. Посредством души — с миром духовным, умопостигаемым. А будучи способным приобщиться Богу, он этот мир неизмеримо превосходит.

Для осуществления человеком своего призвания Бог даровал ему всё необходимое. В нашу разумную природу заложено естественное стремление к Богу; наш ум имеет способность познавать материальный мир и, словно в зеркале, видеть в нём отражение мира небесного; в нашем сердце есть внутренний критерий различения добра и зла — совесть, которую святитель Григорий Палама назвал не знающей компромисса нормой, непогрешимым судьёй и незаблуждающимся наставником; наконец, нашей душе присущи естественная вера и естественное покаяние.

Поэтому выбор человека — это, можно сказать, выбор всей вселенной. Ведь созданный как средоточие сотворённого мира, как его царь, к тому же имеющий доступ к Царю Верховному — Богу, человек через себя и в себе должен был ввести в Божественное Царство всю подчинённую ему тварь, всю материальную природу. Участь вселенной полностью зависит от человека, он всецело за неё ответствен. В зависимости от направленности свободной воли человека, от направленности его движения или к Богу, или же от Бога, тварный мир либо преображается, либо обезображивается. По слову апостола Павла, тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего её, в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих (Рим. 8, 20–21).

Значит, каждый из нас ответствен не только за себя, но и за всё вокруг, до каждой былинки и пылинки. Мы просто обязаны преображать себя и тот мир, в котором мы существуем. Так уж складывается, что чуть ли не бо́льшую часть жизни мы блуждаем в потёмках: в поисках цели, в осмыслении, кто я в этой жизни и что мне делать или чего не делать. «Томимые духовной жаждою» разрешения этих вопросов, мы всегда в любом деле будем чувствовать неудовлетворённость, пока душе не откроется Истина. Только Истина может наполнить душу так, что она перестаёт жаждать, перестаёт искать, потому что уже нашла. Только Истина делает нас свободными от рабства греху, от заблуждений, от сомнений. Позна́ете истину, — говорит Христос, — и истина сделает вас свободными (Ин. 8, 32). И Он же отметает все споры о том, что такое Истина, говоря: Я есмь путь и истина и жизнь (Ин. 14, 6). Он — альфа и омега, начало и конец всего, он — вечная Жизнь, и Любовь, и Созидание.

Всё, что относится к Богу, наделено силою, всё, что не принадлежит Богу, бессильно. Поэтому вера есть не что иное, как Божественная сила, действующая в человеке, а неверие есть немощь человеческого разума. Немощь невозможно уврачевать обычными человеческими средствами — логичными или нелогичными, научными или ненаучными доказательствами существования Бога. Соприкасаясь со всем этим, немощь остаётся немощью.

Есть такая притча. Однажды два атеиста и верующий шли через пустыню. Верующий всю дорогу пытался доказать своим спутникам, что Бог есть. Но встречал шквал разных возражений. Наконец он выбился из сил, поднял руки к небу и взмолился: «Господи! Пошли этим несчастным какое-нибудь чудо. Пусть они уверуют!» И тотчас над ними собрались тучи, и на сухую пустыню пролился освежающий ливень. Атеисты подумали и вновь возразили: «Дождь в пустыне, конечно, явление редкое, но уж не такое чудесное. Всякое бывает». «Господи! Покажи им ещё большее чудо!» — взмолился христианин. И в мгновение ока вся пустыня покрылась великолепными цветами, которые распускались прямо на глазах. «Что ж! — заметили атеисты. — Это неудивительно, после дождя всему и положено расцветать». Тогда верующий снова поднял руки к небу и попросил: «Боже! У меня нет больше аргументов. Покажи этим безбожникам Свой Лик! Пусть они увидят Тебя!» И небо разверзлось, явился Божий Лик, и трубный голос возвестил: «Я здесь!» Атеисты немного помолчали, затем один констатировал: «Ну вот! Теперь мнения разделились: двое против двух!» И действительно, никакое чудо не способно вразумить человека, сопротивляющегося вразумлению.

Немощь человеческого разума может быть исцелена только Самим Богом при том условии, что больной признает себя больным и что у него возникнет нужда во Враче.

Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное (Мф. 5, 3). Это место евангельской проповеди у новоначальных встречает затруднения. Здесь речь идёт именно о тех, кто смиренно признал пред Господом свою нищету, убогость, немощь разума, потому что признавший это тут же своим смирением соединяется с Богом и получает от Него духовные дары. И парадокс в том, что стоит только опять же возомнить об этих дарах, что они свои собственные, возомнить себя «богатым духом», как они отнимаются.

Бог есть Разумное Начало, и познать Его мы можем совместно силою веры и силою разума. «Наша жизнь имеет смысл только в том случае, если вообще существует объективный смысл в мировом бытии. Наша жизнь и деятельность могут быть осмыслены, если разум не есть иллюзия, если он не случайный придаток к бессмысленной и тёмной стихии, к бездушному слепому механизму, не простая случайность в круговороте вещей. Человеческий разум имеет действительную ценность, действительное значение только в том случае, если он причастен абсолютному разуму, лежащему в основе бытия, то есть если есть разум в мире и если самый мир — создание высшего разумного начала», — пишет богослов Николай Николаевич Фиолетов.

Между верой и разумом нет и не может быть никаких противоречий. По справедливому указанию замечательного русского мыслителя Евгения Николаевича Трубецкого (в его книге «Смысл жизни»), ощущение противоречия веры и разума характерно не для «живой веры», требующей цельной «уверенности в невидимом как видимом», а для полуверы, «маловерия» с типичной для него раздвоенностью души. Когда раздвоена мысль, двоится и всё наше существо, пока не улеглась тревога мысли и душа верит только наполовину. Если мы верим в истину, мы должны ради неё не отделываться от вопросов и сомнений ищущей мысли, а стараться по возможности разрешить их. Стучите, и отворят вам (Мф. 7, 7). Без участия человеческой мысли невозможно и откровение. Трубецкой писал: «Открыть какую-либо тайну можно только существу мыслящему, почему Бог и открывается человеку, а не бессловесной твари». Поэтому человеку вменяется в обязанность деятельное усилие, направленное к уразумению откровения.

Больной прежде всего должен осознать, что он болен. Болен не только каждый человек, но и весь наш единый человеческий организм, весь наш мир. Он давно бы уже перестал существовать, если бы в нём не было людей-подвижников, на которых стоит мир. Они как лейкоциты в крови, которые отвечают за выживание, за иммунитет, за здоровье.

В «Этическом кодексе православного предпринимателя» записано: «Люди, общество и государство только тогда поправятся, когда каждый человек, не оглядываясь на других, займётся собою и будет жить как христианин, служа Богу и людям теми орудиями, какие ему даны, стараясь при этом иметь доброе влияние на людей, его окружающих. И тогда всё придёт в порядок, сами собой установятся правильные отношения между людьми, определятся пределы, законные всему».

Да, жить по-христиански — нелегко. Человек спотыкается на каждом шагу. Попробуйте только один день исполнять все заповеди, данные нам Богом, и вы увидите, как немощен человек, как удобосклоняем ко греху: там позавидовал, тут раздражился, за обедом не удержался, съел лишнего… Но всё это не должно внушать нам отчаяние. Один брат спросил авву Сисоя: «Авва! Что делать мне? Я пал». Старец отвечал: «Встань». Брат сказал: «Я встал и опять пал». Старец отвечал: «Снова встань». — «Доколе же мне вставать и падать?» — спросил брат. «До кончины твоей», — ответил старец.

Как уже говорилось, в деле спасения не важно — богатый ты или бедный. Но бывает духовная бедность, отсутствие добродетелей. Слово «бедный» является однокоренным слову «побеждённый». То есть бедный — это тот, кто вынужден подчиниться силе в результате победы над ним, кто вынужден смиряться, ведь Господь ему победу не даровал, посчитав его победы недостойным. Ну а кто может считаться по праву недостойным благодеяний Божиих? Разумеется, тот, кто преступает Закон Божий, то есть грешник. Давайте же не будем духовно бедными, побеждёнными, а, наоборот, будем духовно богатыми.

Никакие препятствия не являются оправданием и обоснованием нашего бездействия в деле спасения. Будут возражения, что другие грешат и ничего, живут в тепле и довольстве, и нечего ходить в храм, где батюшки сами не святые. Да, в Церкви бывают разные батюшки, но следует понимать, что Церковь не состоит сплошь из святых людей. Она состоит из тех, кто понял необходимость совершенствоваться, увидел себя погибающим и решил спасаться. Не здоровые имеют нужду во враче, но больные… Я пришёл призвать не праведников, но грешников к покаянию (Мф. 9, 12–13; Мк. 2, 17; Лк. 5, 31–32), — сказал Христос. Церковь потому часто и сравнивают с лечебницей, что в ней собираются те, кто хочет исцелиться. Но это не значит, что в ней не существует здоровых (здоровые — это святые). И это не значит, что те, кто не пришли в Церковь спасаться и исцеляться, здоровы. Всё человечество без исключения имеет повреждённую после грехопадения природу. Просто некоторые ещё не увидели своей повреждённости, своей болезни. Священникам так же, как и нам, свойственно падать и вставать. Но их личная греховность вовсе не отменяет действенность церковного таинства покаяния и отпущения грехов. Потому что таинство совершается при соединении воли Божией и воли желающего спастись. А священник — это слуга, посредник, поставленный по должности своей засвидетельствовать перед Богом акт покаяния.

Не священник отпускает грехи, но Сам Господь Бог. В разрешительной молитве, произносимой иереем над исповедником, звучит: «Господь и Бог наш Иисус Христос благодатию и щедротами Своего человеколюбия да простит ти, чадо (имярек), вся согрешения твоя. И аз, недостойный иерей, властию Его мне данною, прощаю и разрешаю тя от всех грехов твоих, во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Аминь». Сами Божии ангелы руками священников держат чаши со Святыми Дарами при причащении. Священники не взялись в Церкви сами по себе, ниоткуда, их поставил на это служение Сам Спаситель Иисус Христос, сказав об этом служении Своим апостолам: Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся (Ин. 20, 23).

Что бы ни говорили, а таинство Покаяния — главнейшее таинство, которое вновь и вновь примиряет согрешившего человека с Богом, соединяет воедино разрубленное, разломанное грехом. Именно поэтому так восстаёт лукавый, пытаясь отвратить нас от него всевозможными методами: возбуждая в нас критические мысли о священстве и конкретном священнике.

Ещё одна его уловка прекрасно разгадана преподобным Варсонофием — враг всячески стремится исказить адекватное восприятие человеком своего греховного поведения: «Вы знаете, какая у диавола тактика? Вам это надо знать. Он, зная, что какой-либо человек имеет грех более или менее тяжкий, старается, чтобы человек в нём не покаялся. С этой целью он всячески умаливает степень тяжести греха, внушая такие мысли: „Это не важно, Бог тебе это простит“, — и тому подобное. И даже старается, чтобы человек забыл об этом грехе». Сначала лукавый пытается произвести «уценку тяжести греха». Если такая тактика приносит плоды, враг постарается развить свой успех, придать ему систематический характер. Он будет каждое последующее прегрешение преуменьшать всё сильнее, как бы расчищая тропу для всё более тяжких грехов. В общем, как говорится, «посеешь поступок — пожнёшь привычку, посеешь привычку — пожнёшь характер, посеешь характер — пожнёшь судьбу». Цель одна — не допустить человека до Исповеди.

Если же человек нашёл в себе мужество и исповедал свой грех в храме, лукавый, наоборот, начинает травить его душу, работая над «дооценкой греха», чтобы человек ощутил свой грех как непростительный. «Но когда этому человеку удаётся как-либо исповедать духовнику на исповеди грех, то диавол всячески увеличивает тяжесть греха, внушая, что грех этот настолько велик, что Бог даже никогда не простит. И старается привести человека в уныние и отчаяние. Видите, как хитёр враг. Он отлично знает, что исповедию смываются все грехи…»

Святые говорят: нет греха непростительного, есть грехи нераскаянные. Покаяние, завершённое исповедью и прощением Иисуса Христа по разрешительной молитве священника, — это победа над врагом. Средство это доступно каждому. Одной капли крови Господа достаточно для того, чтобы сжечь любые наши грехи. Пусть же враг рода человеческого никогда не поколеблет это наше знание и веру, не разъединит нас с Богом.

Для каждого человека, в каком бы звании он ни находился, в том числе и в звании предпринимателя, не может быть лучшей мотивации для своего дела, чем служение своим делом Богу. Соединяясь с Богом, посвящая Ему всю свою жизнь, все свои начинания, всё своё усердие, человек становится свечой, начинает излучать свет в мир, и этот свет разгоняет тьму.

По словам святителя Николая Сербского, существует несколько основных импульсов, движущих людьми: личная прибыль и собственные удовольствия; семейные и кровные узы; общественные законы; совесть и, наконец, чувство присутствия Живого Бога. Они неравнозначны. Это — основные ступени, по которым происходит восхождение человека в своё человеческое достоинство: с низшей ступеньки к высшей.

Подъём на каждую следующую ступень не всегда происходит легко и безболезненно, потому что это сопровождается перерождением человека. Сначала может происходить разрушение старых стереотипов и ценностей, а затем создание новых на новом уровне с включением туда переосмысленного старого опыта. Когда человек начинает чувствовать присутствие Живого Бога, он на какое-то время может оказаться в замешательстве, как бы потеряв старые ориентиры, перестав ощущать почву под ногами. Только представьте себе, что, к примеру, бизнесмен должен утратить мотивацию личной корысти, стяжательства и обрести мотивацию к своей работе на совершенно новом, более высоком уровне. Это чрезвычайно трудно, это — как перепрыгнуть широкую пропасть. Поэтому бывает, что люди нерешительные, порой сделав полшага и «потеряв равновесие», теряют вообще мотивацию к своей прежней деятельности. Так быть не должно.

Представьте, что вы шли по длинному запутанному лабиринту жизни, как по накатанной колее, и у вас не было особых сомнений, куда поворачивать, налево или направо. Но вдруг новые знания и представления приподняли вас над лабиринтом, и ваш обзор стал совершенно другим, вы стали видеть, куда приводит та или другая дорога. Да, можно испугаться и опять перейти на привычную колею, но можно осмотреться и понять, куда двигаться дальше, и уже совершенно осмысленно! Только так можно увидеть более прямой и короткий путь к цели. А нет и не может быть у человека иной цели, как найти своё утерянное Небесное Отечество, стать сыном и соработником Богу, сначала здесь, на земле, а потом там, в вечности.

Если человеку блеснул свет Истины, нужно идти на этот свет, нельзя оглядываться назад, оглядываться на соседей, искать оправдания своим грехам. Не случайно во многих русских сказках герою, который решил совершить подвиг, дают наказ: «Иди и не оглядывайся! А если оглянешься — погибнешь!» Мы должны сделать свой выбор и сознательно двигаться вперёд, уповая на помощь Божию. На высшем праведном Суде Господнем только личная ответственность будет важна, только наш личный выбор. И там не помогут никакие ссылки на обстоятельства, на то, что другие дали нам неправильные советы, и прочее.

Христиане говорят: «Сами себе и друг друга, и весь живот наш Христу Богу предадим». Христиане делают свой жизненный выбор сами, по своей воле грешат, по своей воле воздерживаются от грехов. Они сами берут ответственность за свои поступки. А судить, что перевесило, предоставляют Богу, уповая на Его милосердие. Можно сказать, что вера христиан в Страшный Суд — есть не что иное, как вера в человеческую свободу, ибо если бы человек не был свободен, делая то, на что подвигли его те или иные обстоятельства или чьи-то советы, то за что было бы можно его наказывать или награждать после смерти?!

Почему мы с вами родились в России? Нет сомнения, что в этом был о нас Промысл Божий. Наша страна переживает трудные времена? Значит, именно нам дан потенциал преобразить окружающий нас мир, внести в него свет и добро, радость и счастье, любовь и созидание. Стоит ли бежать от этого Промысла? Стоит ли жаловаться на то, что эта задача кажется нам непосильной, сложной? Стоит ли кивать на других, завидуя тем, кто устроился тепло и сладко и ни о чём не думает? Наш выбор за нами: ненавидеть или любить, опускать руки или строить. Как справедливо говорят, предприниматель — это тот, кто семь раз упал и восемь раз поднялся.

В Православии каждый из нас может найти неиссякаемый источник оптимизма. Наша вера жизнеутверждающая. Достаточно вспомнить слова Филарета, митрополита Московского: «Пусть клевещут на истину; пусть ненавидят любовь; пусть убивают жизнь: истина оправдается; любовь победит; жизнь воскреснет».

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Архиепископ Иоанн (Шаховской). Избранное. Петрозаводск: Святой остров, 1992.

2. Архиепископ Иоанн Сан-Францисский (Шаховской). Христианское отношение к богатству и бедности. СПб.: Сатисъ, 2020

3. Бердяев Н. А. Духовные основы русской революции. Философия неравенства // Бердяев Н. А. Собрание сочинений: в 4 т. Париж: YMCA-PRESS, 1990.

4. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. М.: Рос. библ. об-во, 2007.

5. Благовестник, или Толкование блаженного Феофилакта, архиепископа Болгарского, на Святое Евангелие: в 2 ч. М.: Скит, 1993.

6. Булгаков С. Н. Христианство и труд // Отечественные записки, 2004. № 6.

7. Бурышкин П. А. Москва купеческая. М.: Высшая школа, 1991.

8. Гоголь Н. В. Мёртвые души. Женитьба. Ревизор. М.: АСТ, АСТ Москва, Полиграфиздат, 2010.

9. Голицын Ю. Предпринимательство и русский характер // Аналитический журнал «Русский предприниматель», 2002. 0 (1) ноябрь [Электронный ресурс]. URL: https://ruspred.ru/arh/00/14.php.

10. Голубинский Е. Е. О реформе быта Русской Церкви. М.: Имп. о-во истории и древностей рос. при Моск. ун-те,1913.

11. Готье Ю. В. Замоскворецкий край в XVII веке. М.: Гос. соц. — эконом. изд., 1940.

12. Данилевский Н. Я. Россия и Европа: Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому. СПб.: Глаголъ: изд-во С.-Петерб. ун-та, 1995.

13. Добротолюбие: в 4 т. Свято-Троицкая Сергиева лавра, 1992.

14. Домострой. М.: Паломник, 2007.

15. Житие и страдания святой великомученицы Варвары: [Излож. по ЧетиямМинеям святителя Димитрия Ростовского]. М.: Скиния, 1994.

16. Житие преподобного Серафима Саровского с приложением акафиста, молитв и других необходимых сведений. М.: Артос-Медиа, 2004.

17. Житие святого праведного Иоанна Кронштадтского и всея России Чудотворца. М.: Оранта, 2005.

18. Зарубина Н. Н. Российский предприниматель в художественной литературе XIX — начала XX века // Общественные науки и современность, 2003. № 1. [Электронный ресурс]. URL: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=17302844.

19. Зейпель И. Хозяйственно-этические взгляды отцов Церкви. СПб.: Аксион эстин, 2009.

20. Ильин И. А. Собрание сочинений [Текст]: в 10 т. М.: Русская книга, 1993–1999.

21. Кандалинцев В. Г. Учение Оптинских старцев. М.: Маска, 2010.

22. Коновалов В. Н., Сердюков М. Патриарх Алексий II. Жизнь и служение на переломе тысячелетий. М.: Эксмо, 2010.

23. Кочин Н. И. Кулибин. Горький: Горьковское изд-во, 1941.

24. Макашева Н. А. Сергей Булгаков: к христианской политэкономии // Общественные науки и современность, 1994. № 3.

25. Медиа-проект (DVD) «Русское экономическое чудо. Страницы истории». ООО «Новое время», 2007.

26. Митрополит Минский и Слуцкий Филарет (Вахромеев). Вопросите Господа за меня… Минск: Белорусская Православная Церковь, 2008.

27. Мудрые советы святителя Феофана из Вышенского затвора. М.: Правило веры. 2013.

28. Настольная книга священнослужителя. М.: Изд-во Моск. Патриархии, 1983.

29. Ненарокомова И. С. Павел Третьяков и его галерея. М.: Арт-Родник, 1998.

30. Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/419128.html.

31. Повесть временных лет. СПб.: Наука, 2007.

32. Повести земли русской. М.: Дрофа Плюс, 2008.

33. Православное отношение к деньгам: кто спасётся — бедный или богатый? М.: Даръ, 2006.

34. Практическая гомилетика протоиерея Иоанна Толмачева. Т. 3 / 3-е изд., испр. и доп. 2002 // Интернет-версия под общ. ред. Его Преосвященства Александра (Милеанта), епископа Буэнос-Айресского и Южно-Американского. [Электронный ресурс]. URL: http://www.otechnik.narod.ru/prichinc3_1.htm.

35. Преподобный авва Дорофей. Душеполезные поучения. СПб.: Лепта, 2008.

36. Преподобный Амвросий Оптинский. Умудряйся и смиряйся. М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2008.

37. Преподобный Варсонофий Оптинский. Беседы. Келейные записки. Духовные стихотворения. Воспоминания. Письма. «Венок на могилу Батюшки». Изд-во Свято-Введенской Оптиной пустыни, 2005.

38. Преподобный Ефрем Сирин. Избранные творения. М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2007.

39. Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин. Писания. М.: АСТ, Харвест, 2000.

40. Преподобный Макарий Египетский. Духовные беседы / пер. с греч. Репр. изд., 1904. Изд. Свято-Троицкой Сергиевой лавры, 1994.

41. Преподобный Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2007.

42. Преподобный Иоанн Лествичник. Лествица. М.: Сибирская благозвонница, 2009.

43. Преподобный Исаак Сирин. Преподобного отца нашего Исаака Сирина слова подвижнические. М.: Лепта Книга, 2008.

44. Пролог. М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2003.

45. Протоиерей Николай Стеллецкий. Нравственное православное богословие: в 3 т. ФИВ, 2009.

46. Рябушинский В. П. Московское купечество // Былое, 1991.

№ 1–3. 47. Свод нравстенных правил и принципов хозяйствования.

[Электронный ресурс]. URL: http://moseparh.ru/

Svod-nravstvennyx-principov-I-pravil-v-xozyajstvovanii.html.

47. Свод нравственных правил и принципов хозяйствования. [Электронный ресурс]. URL: http://moseparh.ru/svod-nravstvennyx-principov-i-pravil-v-xozyajstvovanii.html.

48. Святитель Василий Великий. Творения: в 2 т. М.: Сибирская благозвонница, 2008.

49. Святитель Игнатий (Брянчанинов). Отечник, составленный святителем Игнатием Брянчаниновым. М.: Правило веры, 2008.

50. Святитель Игнатий (Брянчанинов). Слово о человеке: избранные творения. СПб.: Приход святителя Игнатия (Брянчанинова), 2010.

51. Святитель Иоанн Златоуст. Священное писание в толкованиях святителя Иоанна Златоуста: в 9 т. М.: Ковчег, 2006.

52. Святитель Иоанн Златоуст. Творения: в 12 т. Свято-Успенская Почаевская лавра, 2009.

53. Святитель Николай Сербский. Десять заповедей Божиих. М.: Ковчег, 2010.

54. Святитель Тихон Задонский. Собрание творений: в 5 т. М.: Изд-во Сестричества во имя свт. Игнатия Ставропольского, 2008.

55. Святой праведный Иоанн Кронштадтский. Моя жизнь во Христе. М, 1894. Т. 1.

56. Священник Олег Стеняев. Человек перед лицом соблазнов. Беседы на Священное Писание. М.: Московское Троицкое Подворье Свято-Троицкой Сергиевой лавры Русской Православной Церкви, 1999.

57. Преподобный Серафим Вырицкий. Житие. Акафист. СПб.: Общ-во святителя Василия Великого, 2002.

58. Солоневич И. Л. Диктатура слоя. М.: Отчий дом, 2009.

59. Толковый словарь живого великорусского языка. М.: Олма-Пресс: Красн. пролетарий, 2004.

60. Толстой. Л. Н. Полное собрание сочинений: в 90 т. М.-Л., 1952.

61. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. Т. 1. М.: Прогресс, 1986.

62. Филарета митрополита Московского и Коломенского творения. М.: Отчий дом, 1994.

63. Фиолетов Н. Н. Очерки христианской апологетики. М.: Братство во Имя Всемилостивого Спаса, 1992.

64. Франк С. Л. Духовные основы общества. М.: Республика, 1992.

65. Этический кодекс православного предпринимателя. [Электронный ресурс]. URL: http://союзпп. рф/kodeks.

66. Шарапов С. А. Красота согласно православному вероучению. [Электронный ресурс]. URL: https://azbyka.ru/krasota-soglasno-pravoslavnomu-veroucheniyu

Notes

[

←1

]

Ефа — библейская мера сыпучих и жидких тел, равная 24 883 см³.

[

←2

]

Мир — буквальное значение греческого слова κόσμος.

Content

Марина Улыбышева
Бедность и богатство. Руководство православного предпринимателя