Евгений Скирин

Dead Inside. Part 2

Глава 1. Гнев.

Новое лицо — лицо искажённое болью и страхом. Каждая секунда — минус ещё одна конечность, ещё один мерзкий отросток на таком же мерзком порождении этого мира. Я смотрю на него, смотрю, как он уползает от меня по мокрому асфальту, теряя литры крови и улыбаюсь, ведь мой меч делает мир чище. Нет ни жалости, ни пощады, ничего кроме злости и понимания одной простой вещи — мир нуждается во мне…

Расправившись с очередным жалким отбросом, паразитирующем на нашей планете, я смахнул кровь с лезвия меча, принял свою человеческую форму и побрёл вдоль домов, по направлению к парку.

Кем я стал? Духом отмщения… Что дала мне эта сила и что я отдал взамен? Отдал многое — жизнь, но в награду, я получил своё новое проклятие… Проклятие которое дало мне возможность, взглянуть на мир другими глазами. Я увидел всё, что находилось под оболочкой наивного детского счастья, непринуждённого веселья и беззаботности. Всё это было лишь мишурой, лишь мечтами тех, кто стремился к такой жизни, но стоило капнуть хоть на сантиметр глубже, погрузить свою руку под красивую обёртку, как пальцы мгновенно нащупывали острые грани неизбежности, ненависти и зла. Зловонные чёрные массы потоком вытекали наружу, обнажая начинку нашего мира и стоило мне получить свою силу, увидеть всю эту гниль и вдохнуть смертельно едкий смрад — как взгляд мой и разум полностью переменились, изгнав всё светлое и впустив в себя горькую правду человечества…

Мысли оставили меня, когда вдалеке показался женский силуэт. Как и всегда, она поприветствовала меня задолго до того, как я появился перед ней. Она как будто чувствовала моё приближение, как бы тихо я не ступал.

— Присаживайся, красавчик, — её ладонь сделала несколько лёгких хлопков по лавочке, возле себя.

— Просил же, не называть меня так… Ты ведь не можешь этого знать, — мне конечно было приятно слышать такое в свою сторону, но она говорила это, ни разу не видев меня.

— Я представляю тебя красивым. Разве, мне это запрещено? — и снова эта улыбка, полная спокойствия и умиротворения, завидев которую, уже невозможно было спорить.

— Нет… Конечно, нет. Тебе всё дозволено. Всё же ты единственная, кто общается со мной в этом огромном мире.

— Думаешь, если бы я не была слепой — не общалась бы?

— Чего!? Что это ещё за вопросы такие!? Я прекрасный чело… человек, — к горлу вечно подкатывал ком, когда я пытался назвать себя тем, кем уже давно не являюсь.

— Вот и я так думаю. Прекрасный и симпатичный! — она толкнула меня в бок, хихикнула и протянула руки, — Давай! Пожалуйста!

Вложив в её руки большой и сочный бургер, я пожелал ей приятного аппетита и откинулся на спинку лавочки.

Её звали Каролина. Такая молодая, такая жизнерадостная… Разве это белое аккуратное личико, с бархатистой кожей, ровными бровками, небольшим носиком и тонкими губками, должны "украшать" полностью белые глаза?

Она была амбициозной девочкой. В детстве, сутками пропадала в своей любимой секции — лёгкой атлетике. Мечтала побеждать везде и всегда, стать самым быстрым человеком в мире, побив все существующие рекорды и всё бы у неё получилось, ведь она усердно тренировалась и шла к своей цели, если бы не её судьба… Еле видимая пелена которую она заметила, проснувшись одним весенним утром, сначала не помешала ей продолжать тренировки, но всего за пару месяцев, она превратилась в непроглядный туман.

Она тянула до последнего и ничего не говорила родителям. Чем она думала…?

Она не винит судьбу, не винит болезнь. Сказала, что не будет злиться на жизнь, ведь у неё был шанс спасти свои глаза, но лишь она виновата в том, что не обратилась к врачам сразу, как почувствовала неладное.

Всё это я узнал, когда шёл домой через парк, после расправы над торговцем смертью и её покупателями. Я сильно занервничал, когда чей-то голос позвал меня. Я был с ног до головы в крови, и если бы меня кто-то увидел… Мне не хотелось убивать невинного свидетеля… И так случилось, что из всех жителей этого города, в таком виде, я показался именно перед слепой одинокой девушкой, которая каждый день, с самого утра и до глубокой ночи, сидела на этой лавочке.

— Я закончила! Очень вкусно, как и всегда!

— Держи салфетку…

— Нет! Хочу, чтобы ты это сделал! — с детской восторженностью сказала она, сделав губы уточкой.

Я подвинулся ближе, сложил салфетку пополам и аккуратно вытер весь кетчуп, что был обильно размазан вокруг её нежных губ. Это привело её в восторг и она захлопала в ладоши.

— Спасибо, Жень… Спасибо, что приходишь… — она вдруг перестала шуметь, опустила голову, а пальцы на её руках стали нервно сжимать друг друга.

— Чего это ты так внезапно погрустнела? Неужели думаешь, что наступит тот день, когда я не приду? Поверь, я всегда буду здесь.

Я обещал ей это каждый раз, когда был рядом. Эти слова успокаивали её. Ладони обвивали мою руку, губы прижимались к щеке и я ощущал, как на мои колени падают слёзы. Её слёзы…

Ещё несколько трупов по пути и вот, я вернулся домой, сразу же ворвавшись в ванную. После ночной охоты, я всегда приминал горячую ванну. Любил сидеть в ней часами и ни о чём не думать…

Взъерошив мокрые волосы полотенцем, плюхнувшись на диван и включив телевизор, я быстро нашёл канал с новостями и стал слушать.

"Вот уже, как месяц, спокойствие нашего города нарушает неизвестный убийца. Безжалостно расправляясь со своими жертвами, он не щадит никого. Только на этой неделе, на улицах нашего города, было зарегистрировано тридцать семь убийств, а ведь сегодня только четверг!

Полиция просит по возможности оставаться дома и уверяет, что в скором времени избавит наши улицы от проливающейся крови."

Нет… Какие же они идиоты! Почему они не упоминают, что я убиваю лишь плохих людей!? Людей… Их даже людьми назвать нельзя! Разве ублюдок, который похитил десятилетнюю девочку, издевался и насиловал её на протяжении нескольких месяцев, а потом просто бросил в реку, оставив её бледное тело на растерзание ракам, может называться человеком!?

Ненавижу… вас всех… Ладно, считайте меня убийцей. Да, я убиваю! Убиваю, чтобы вы — обычные люди, могли жить в мире и спокойствии! Разве я не заслуживаю благодарности!? Нет… в награду, я заслужил лишь клеймо преступника… Полиция пообещала… Ну-ну, посмейте хоть прикоснуться ко мне — я убью каждого, кто встанет на моём пути и попытается помешать чистке этого мира!

Ладони превратились в кулаки, глаза налились кровью, а челюсти так сильно сжались, что казалось, зубы не выдержат, пойдут трещинами и разлетятся в стороны, но тусклый бледный свет, без спроса наполнивший собой мою квартиру, отвлёк всё внимание на себя.

Я поднялся на ноги и подошёл к окну. Там, за запылённым стеклом, уделанном в непонятного происхождения подтёках, луна устала быть вторым номером и раздвинула чёрные тучи, залив ночную улицу белым сиянием. Отражаясь в окнах домов, витринах магазинов, небольших лужицах и даже глазах бездомных котов, безвольно бродивших по крышам зданий — она была одновременно в каждом уголке города. От этой луны нельзя было спрятаться — также, как и от меня. Светом своего меча, я найду каждого отброса и лишу его возможности портить мой мир. Куда бы он не забился, в каком бы тёмном и сыром ущелье не спрятался — я найду. Я найду его и утолю свой голод.

Прошёл уже месяц с момента моей смерти. Я желал снять с себя проклятие, чтобы просто лечь спать и не видеть те ужасные сны, виновником коих был Сергей. Я желал спокойного сна, но в итоге стал духом отмщения, которому чужды все человеческие потребности, в частности сон и еда. Как иронично…

Хоть я и воскрес, но даже тут всё пошло не так, как надо. Я каждый день вспоминаю слова Роуз: "Ты стал духом отмщения, но что-то с тобой не так… Нет брони и крыло только одно." Неужели, я мог стать ещё сильнее, чем сейчас? Я конечно не жалуюсь на свою силу, но было бы неплохо, если бы я имел два крыла и меч появлялся сразу в руках, а не в нескольких метрах надо мной…

Открыв окно и выпрыгнув, я на лету поймал золотистую веточку молнии, которая вылетела ко мне из глубин ночного неба. Мышцам снова стало тесно в одежде, а за спиной выросло массивное чёрное крыло. Взмахи его не давали падать, а мощные ноги резво ступали по кирпичной стене здания. Ещё пара шагов и я оказался над крышами домов, совсем рядом с луной, в чьём свете уже сиял мой верный меч. Уже привыкнув к особенностям полёта с одним крылом, я ловко схватил рукоять меча и направился к телебашне.

Башня — лучшее место для наблюдения за всем хаосом, что происходит в городе. Благодаря моему зрению, я мог видеть каждого человека. Я знал чем он занимается и куда направляется — от моего взора нельзя было спрятаться нигде. Эх, если бы я ещё и через стены видел…

Каждую ночь, я осматривал эту огромную территорию и выслеживал тех, кто мешает мирной жизни, а находя — тут же срывался в нужном направлении и расправлялся с проблемой. Порой, эти высматривания продолжались очень долго и я ловил себя на мысли, что уже, как пару часов ищу глазами не моральных уродов и отбросов, а его…

Кейл, последний раз, я видел тебя мёртвым. Роуз сказала, что твой отец отдаст жизнь за то, чтобы снова вдохнуть её в тебя, но прошёл уже месяц… Прошёл уже чёртов месяц, а ты не вернулся!? Не нашёл меня и не сказал: "Эй, привет дружище! Каким же сильным ты стал, с нашей последней встречи!" А ведь я каждую ночь, прочесываю все бары и клубы этого людского муравейника, в надежде увидеть тебя! Разве друзья могут забыть всё, через что они прошли и вот так раствориться в этом мире!? Если ты меня слышишь… найди меня, глупый чертёнок!

*Воспоминания духа. Неутолимый голод.*

Почему я убил их? Ту группу придурков, что попались мне в метро. Конечно, я желал смерти людям, многим людям, но я всегда останавливал себя. В драках, даже теряя голову от злости, я никогда бы не допустил убийства, хоть и не боялся запачкать свои руки. Но в этот раз, только завидев их, только почувствовав их злые взгляды — я мгновенно, без всяких раздумий, устроил кровавую баню, будто это так просто, будто я делал это каждый день!

Не буду врать самому себе — я был в восторге… Я наслаждался их болью. Заворожённо глядя на струящуюся кровь, отсечённые конечности и искажённые страхом лица, я расплывался в улыбке и продолжал рубить мечом тех, кто уже давно не подавал признаков жизни.

Меня пугает то, во что я превратился, но в тоже время, я не вижу ничего плохого в очистке мира от мусора. Да, точно! Я назову это так! Я просто избавился от ублюдков, что мешали жить хорошим людям! Это благое дело!

Усталость навалилась внезапно, схватив за плечи и повалив на кровать. Впервые за долгое время, я ощутил всю прелесть мягкого матраса, уже предвкушая сладкий сон. Веки сомкнулись, на лице появилась лёгкая улыбка…

Время тянулось, как кисель, и ночь казалась вечной мукой, ведь мой разум, раз за разом, отторгал сон. Я вертелся на кровати, не в состоянии замереть хоть на минуту, и всё больше выходил из себя, пока наконец не вскочил на ноги, попутно отвесив хороший пинок ненавистному предмету мебели.

Следующие несколько часов, просто сидел на подоконнике и смотрел на луну. Своим мёртвым бледным светом, она освещала моё уставшее лицо и белые ладони. Я смотрел на них и убеждал себя, что просто пережил слишком много стресса за одну ночь, вот мозг и не мог уснуть. Всё-таки, потеря друга, собственная смерть и первое убийство — не хилый список для такого маленького промежутка времени.

Убеждения сработали, и я уже собирался просто дождаться утра, но что-то в моём теле стало меняться. Сначала, это была небольшая боль в желудке. Чувство было такое, будто его опустошили, оставив лишь абсолютный вакуум. Попытка наполнить его быстро сделанный бутербродом, чуть не обернулась рвотой. Более того, даже от простой воды, меня воротило так, будто вместо неё, в моей кружке оказался ненавистный мне алкоголь.

Продолжая списывать всё на нервы, хоть уже и с меньшей уверенностью в своих словах, я медленно опустился на холодный кухонный пол и схватившись за живот, уставился в потолок. Сжав зубы, я терпел, в надежде, что голод уйдёт, но он лишь набирался сил, пока не стал расползаться по всему телу. Его цепкие пальцы ползли по моим венам, захватывая каждый орган, каждую конечность, пока наконец не добрались до мозга. Ощущения, как тысяча призрачных шипов проникли в мою черепную коробку, потроша мозг, заставили закричать, судорожно схватившись за голову.

Я катался по полу, смотря на свою квартиру через залитые кровью глаза и просил лишь об одном — потерять сознание. Но вместо этого, с болью ко мне пришло озарение. Я вдруг осознал, что этот голод не утолить физической едой — мне нужна была душевная пища. Я желал насытиться чужими эмоциями. Мне нужны были люди!

Почти утратив способность контролировать себя, я стиснул зубы, почувствовав, как слюна покатилась по уголкам губ, и выпрыгнул в окно. Молния резво подхватила меня, наделив силой, и я побежал по крышам домов, совсем забыв про меч, что остался висеть в воздухе за спиной.

Всего десять минут, и мой взгляд выловил трёх человек. Один из них протягивал небольшой пакетик, взамен на плотный свёрток денег, что лежал в трясущейся руке второго. Третий стоял чуть поодаль, видимо наблюдая за обстановкой.

Не сумев засечь угрозу с воздуха, моя первая жертва стала для меня отличной посадочной площадкой. Его голова лопнула под моими подошвами, как арбуз, разбрасывая остатки гнилых мозгов в радиусе десяти метров. Голод мгновенно ослабил хватку, но отпускать тех двоих, я и не думал.

Отряхнув ноги от серого вещества, я бросился в сторону застывших людей. Тот, что продавал смерть, вышел из оцепенения первым и бросился вглубь тёмных дворов, а вот покупатель так и остался стоять, раскрыв рот, в попытке закричать. Я повалил его на мокрый асфальт и ударил. Удивительно, как легко моя рука пробила его грудную клетку. Кровь фонтаном брызнула из его рта, окропляя мне лицо. Ладони погрузились в зияющую дыру. Я почувствовал тепло его органов и сжал пальцы. Пара минут, и все его внутренности были вырваны и раскиданы по округе.

Оставив пустое мёртвое тело за своей спиной, я уже ловко огибал узкие дворики, пролетая между домов и облизывал своим взглядом каждый тёмный угол, пока не увидел ногу, что скрылась в мусорном баке, в нескольких сотнях метров от меня. Взмахнув крылом, я вмиг оказался рядом с ржавым укрытием и сорвал крышку с петель. Из кучи чёрных пакетов, на меня смотрели самые безобидные глаза. Наполненные слезами, они сверкали в свете луны, а рот застыл в попытке выдавить из себя хоть слово.

— Привет! Быстро бегаешь! — я радостно прорычал эти слова, даже немного испугавшись собственного голоса.

— Кто… Ты… Уйди… Уходи… — борясь со страхом, зашептал продавец смерти, сжав пальцы и начав неистово креститься.

— Жалкий ублюдок! Работаешь на дьявола, а когда смерть близка — обращаешься к богу!?

Укрытие торговца стало его же могилой. Наверное, очень страшно вот так умереть в мусорном баке, будучи разорванным на куски. Но мне нет до этого дела. Я утолил свой голод и сделал мир чище. Теперь, можно возвращаться домой.

Развернувшись, я отринул назад и упёрся спиной в бак. В нескольких метрах впереди, из выброшенного кем-то зеркала, на меня смотрел дух отмщения. Это был первый раз, когда я увидел себя со стороны, в форме духа и ужаснулся, каким безумным и искажённым злостью было моё лицо…

Глава 2. Адские дела.

— Сегодня его убьют, — жирный демон, с длинными загнутыми вперёд рогами и небольшими круглыми очками, которые буквально впивались в его массивный нос, спокойно произнёс приговор и уже было раскрыл зловонную пасть, чтобы набить её новым количеством сырого мяса, но я опередил его и ловко вырвал обед из безобразных рук, — Ты что творишь, Кейл!?

— Закрой свой рот, Вергал! Он просто не понимает, что делает! Прикажи чистильщикам не соваться в мир людей! Я сам разберусь с ним!

— Послушай сюда, щенок! Твоего отца уже нет и никакой власти ты тут не имеешь! При чём, именно из-за тебя у нас теперь нет Верховного демона, и пока приближённые Прародителя не выберут нового Верховного — никто отсюда не уйдёт! А теперь, взял плети и пошёл рвать спины грешников, иначе никогда не сможешь использовать их силу! — Вергал, не смотря на свой вес, за мгновение оказался за моей спиной и выхватил мясо, — И да, заодно напомни и своему старшему братцу, чтобы даже не смотрел на трон. Верховного выбирают приближённые Прародителя и никаких исключений не будет. Даже для такой звезды, как он!

Сжав кулаки, я вышел из хором жирдяя, на прощание выставив за спину средний палец, и направился в адовы купальни — место, где души варятся в чистой магме. Довольно красивый, бесконечный резервуар ярко жёлтого цвета, с тоненькими каменными полосками, что расползаются по его поверхности, как ветви деревьев растущих в людском мире. Проходя по этим дорожкам, нам — чертятам нужно лишь бить по обе стороны от себя, усеивая спины грешников сладкими багровыми колеями.

С каждым шагом, моя злость только возрастала и когда в моих руках оказались плети, щедро сдобренные загнутыми шипами для разрывания плоти, я не пожалел никого. Грешники в тот день кричали так громко, что молодые чёртики с ужасом разбежались в стороны, побросав свои кинжалы, которыми до этого времени, мирно ковырялись в глазах виновных душ.

Руки сами делали свою работу, пока я был полностью сосредоточен на своих мыслях. Роуз явно мне соврала… Всё не может быть так, как она рассказала. Она бы точно не справилась с тем уродом, с этим… Сергеем. Она конечно сильнее меня, но даже ей не свезло бы в той битве. К тому же, дух отмщения который рубит преступников без разбору, появился именно в том городе, где жил Женя. Он обратился, когда я умер и помог Роуз победить. И это он сейчас очищает свой дом от паразитов. Другого объяснения просто нет!

— Привет, малец! — самовлюблённый голос и толчок в плечо, мгновенно дали понять, кто завёл со мной разговор.

— Ещё раз тронешь меня и твоя голова…

Громила не дал мне договорить, прервав мою угрозу ударом в область живота. Всё внутри, как будто перевернулось, а ноги ещё несколько секунд не чувствовали под собой тёплого пепла, пока моё тело не впечаталось в лавовый столб. Спину обдало жаром, позвоночник избавился от тлеющего мяса, конечности обмякли и перестали слушаться.

Я не успел прийти в себя, как он схватил меня за голову и швырнул на пепел.

— Твоё тело всё ещё слабое, плавится даже от обычной лавы… И ты ещё пытаешься огрызаться со мной? Восстанавливайся и бегом в купальни! Твоё место там, рядом с низшими!

— Ненавижу… — клыки буквально разрезали десны от злобы, — Когда-нибудь, я…

— Что? Что ты!? Скоро я стану Верховным и тогда…

— Не станешь! — я перебил его бессмысленный трёп и войдя в режим адского война, мгновенно приблизился к его безобразной морде, — Вергал просил передать, чтобы ты даже не смотрел в сторону трона!

— Ты забыл? Эту силу нельзя использовать против порождений ада или тебе показать мой облик воина…? — его голос стал серьёзным, глаза налились кровью, мышцы разрослись до немыслимых размеров, покрывшись защитными пластинами, а рога сделали ещё пару оборотов, завиваясь длинными чёрными ветвями, — Ты упомянул Вергала? Эта сошка больше ничего не значит. Я стану верховным и убью его, а тебя отправлю в самую тёмную дыру нашего круга, мучить самых грязных грешников. А знаешь, благодаря кому я получу всю эту власть? Тебе, мой любимый братец, ведь это из-за тебя нашего отца больше нет и трон свободен! Спасибо!

— Совсем скоро, совет приближённых отправит нового Верховного…

— Он будет хорошей подстилкой перед моим троном! — его уверенность достигла своего пика и он просто развернулся, напоследок кинув фразу, от которой моё настроение упало ниже девятого круга, — И кстати, к твоему дружку отправили чистильщиков. Можешь забыть о нём, а захочешь сбежать, чтобы помочь ему — ничего не выйдет. После твоей выходки, за тобой наблюдают особенно пристально.

Подмигнув мне, Архис принял свою обычную форму и ушёл в сторону бассейна утех — места, где можно насладиться телами прекрасных демониц, что исполняют любое твоё желание, в обмен на кусочек твоей плоти. Плата совсем небольшая, если учитывать, что в Аду чертята и демоны восстанавливаются за считанные секунды, но всё же, если слишком увлечься и дать свободу этим ненасытным дамам — можно не заметить, как станешь съеденным заживо. Я всегда мечтал отдаться в их нежные когтистые руки, но сейчас, мысли о моём друге вытеснили всю пошлость из головы, заставив думать лишь о том, как спасти Женю и урыть моего сраного братца.

Быстро выйти с нашего круга можно в трёх местах: через нору на поле вечной битвы, океан нечистот, куда я точно не полезу и знак Вергала. Океан я уже отмёл, а вот насчёт поля битвы… Огромное поле, без единой травинки, усеянное горами трупов, которые каждые сорок секунд оживают и начинают сражаться друг с другом, и так бесконечное количество раз. Пройти незамеченным скорее всего не получится, даже прикидываясь трупом, ведь смотрители слишком глазастые, прям как Прародитель. Если увидят, точно раздерут меня на куски. Остаётся Вергал… Ты меня не выпустишь, как бы я тебя не уговаривал… Я попытаюсь снова, но если не выйдет — прости… Придётся убить тебя, ведь другого выбора у меня не будет.

Глава 3. Даже духи умеют бояться.

Уже начинало светать. Я прогуливался по городу, после очередной охоты, наслаждаясь дождём, что нежно покалывал моё лицо и плечи, как из подземного перехода на меня выбежала толпа людей в чёрных одеждах и масках. За плечами их были внушительные рюкзаки, из расстегнутых молний которых виднелись рукоятки бейсбольных бит и какие-то железные палки, похожие на обрубки арматуры.

Толпа быстро поравнялась со мной и я оказался в невыгодном положении, ведь использовать свою силу сейчас, когда вокруг много полусонных людей, бредущих на работу — не лучшая идея.

«Нужно просто убежать или принять все удары, но ни в коем случае не раскрыть себя» — это была хорошая и логически правильная мысль, какие часто посещают мою голову, прислушиваясь к которым, я бы мог избежать множества стрессовых ситуаций в жизни, но я практически всегда игнорировал их. Я вечно действовал не умом, а сердцем и сейчас, я снова сжал кулак, собираясь принять свою нечеловеческую форму и расправиться с теми, кто посмел напасть на меня. К моему удивлению, толпа просто обтекла меня и растворилась где-то позади.

И куда же они так спешат? Маски, биты, закрытая одежда… Неужели собрались устроить мордобой? Могут пострадать невинные люди, ведь я не знаю, кого я только что встретил — героев или злодеев. Всё же следует проследить за ними… Буду держаться на приличном расстоянии и не привлекать к себе внимания.

Шагая по мокрой тратуарной плитке, я устало смотрел на серые безвкусные многоэтажки, что проплывали по обе стороны от меня. Окна на разных этажах горели тусклым жёлтым светом, но большинство из них принимало облик чёрных квадратов, будто бы город и не собирался просыпаться. Казалось, что в этом тихом бетонном аду, нет ничего, кроме серого камня, и лишь худые, уже почти голые деревца, что располагались через каждые десять метров вдоль дороги, могли привнести сюда хотя бы немного жизни, но то было летом, а сейчас, когда осень приняла город в свои сырые холодные объятия — деревья перестали хоть как-то отличаться от рукотворных построек, слившись с общей бесцветной массой.

Спустя несколько часов следования за толпой, я оказался в одном вагоне метро, что и они. Несколько остановок, и мы все вместе вышли на обширную подземную станцию, ту самую, где я расправился с бандой придурков, когда возвращался домой, после битвы с Сергеем. Ребята в масках быстро расселись по лавочкам и стали о чём-то перешёптываться, не сводя с меня грозных взглядов, до самого моего выхода на поверхность.

Они следуют точно к тому месту, куда направляюсь и я. Туда, куда я хожу почти каждый день. Неужели, они знают, что я дух и решили напасть на меня в таком отдалённом месте, где нет свидетелей? Что ж, мне это даже на руку. Стоит проверить мои догадки…

Дорожка вдоль шоссе оборвалась, и перед глазами наконец показались знакомые холмы и заметно поредевший лес. Где-то в глубине тела, тёплые воспоминания заставили ненадолго почувствовать себя живым, а ноги сами понесли меня вперёд по мокрой пожухлой траве.

Обувь утопала в размокшей почве, окропляя грязными брызгами штаны, но я совсем не замечал этого, ведь разум мой был полностью поглощён воспоминаниями.

То самое место, где мы разожгли костёр. Я присел на одно колено и прикоснулся к земле. Частицы пепла всё ещё были здесь, их можно было собрать пальцами и даже, хотя скорее всего мне это лишь казалось, почувствовать их тепло. В тот день, именно в этом месте, мы жарили свинину, превращали зефир в обугленные комочки и пили газировку. Здесь, Кейл показал мне, что умеет дружить, что в нём есть добро, никак не сочетающееся с его происхождением. Он странный чертёнок, наверное самый странный из всей их адской компании, мучителей грешных душ. Защищать человека, спасать его от смерти и пытаться понять, пытаться сделать его не таким уж занудой, который вечно ходит с кислым лицом и жалуется на свою несладкую судьбу. Может быть, если бы я выжил тогда — я был бы совсем другим человеком… Может я бы отпустил прошлое и начал смотреть вперёд, а не себе под ноги? Может, я бы смог жить так легко, как это делает Кейл? Обзавёлся бы друзьями, зажигал с девчонками и пробовал то, на что всегда ставил себе запреты… Может быть, так бы и было, но я уже никогда этого не узнаю, ведь я мертвец без голода и жажды, без настоящего и будущего…

Когтистые лапы воспоминаний и тяжёлых раздумий отпустили меня, когда пространство вокруг меня наполнилось звуком множества человеческих шагов. Я поднял голову и осмотрелся. Двадцать человек, сжимающих свои оружия и нервно потирая руки, окружили меня и уставились на одного высокого парня, что вышел из общей окружности и приблизился ко мне на несколько шагов. Он выглядел смелее и мощнее остальных, и видимо был у них за главного. В его правой руке была бита, щедро обмотанная колючей проволокой, левая же сжимала пистолет, который похоже был единственным огнестрельным оружием у всей этой компании. Парень несколько раз прокрутил его на указательном пальце и направив на меня, заговорил.

— Привет. Знаешь кто мы? — его голос был совсем молодым, но еле ощутимая хриплость всё же присутствовала.

— Нет, но ты мне видимо сейчас это расскажешь? — я ухмыльнулся и встал с колена, чем похоже разозлил незнакомца.

— Да, расскажу и кстати, зря ты встал с колен — всё равно, сейчас окажешься на них снова.

— Во-первых, стоять на одном колене и на двух — совершенно разное, а во-вторых, не будь так уверен в своих силах, сопляк, и давай уже рассказывай, как называется ваше сборище клоунов и чем оно занимается?

— Смелый… Видимо, у тебя и правда есть какой-то козырь, вот только нас много и мы не простые мальчишки, что возомнили себя героями, — парень усмехнулся и осмотрев свою банду, пафосно выдал, — Мы чистильщики!

Все оставшиеся девятнадцать человек в один голос прокричали «Ву-Ву-Ву!», после чего в воздухе повисло минутное молчание, которое было резко оборвано моим истеричным смехом, который я до последнего пытался сдержать. Даже в масках, их глупые лица настолько исказились от удивления и последующей нахлынувшей злости, что моя рука сама по себе потянулась ко лбу.

— Ублюдок, какого чёрта ты смеёшься!? — главарь всё-таки не выдержал и ринулся вперёд, быстро поравнявшись со мной, — Мы знаем, кто ты! Убийца! Как ты можешь смеяться, после всего, что сделал? Мы видели тебя, наблюдали за тобой и знаем, что ты работаешь по ночам! Там, где внезапно убивали людей — всегда возникал ты! Ты всегда уходил с места убийства с абсолютно спокойным лицом, а вся твоя одежда была запачкана кровью. Сегодня, ты поплатишься за всё содеянное и умрёшь здесь, прямо на своём любимом месте, куда ходишь каждый день.

И всё же жаль, что способность моей молнии — выжигать кровь, оставляя одежду чистой и невредимой, я обнаружил только через пару десятков убийств, случайно попав разрядом по себе же…

Они следили за мной, а я не заметил? Почему так? Когда я в обычной форме, то конечно не обладаю никакими способностями и мог не заметить слежку, но когда в нечеловеческой форме убивал преступников… Почему в те моменты, я не видел других людей? Был слишком увлечён своими жертвами и совсем не смотрел по сторонам? Нет, просто вокруг и правда никого не было. Он ведь сказал, что меня видели уходящим с места убийства в человеческой форме, а значит, форму духа никто из этой банды ещё не видел.

Что же мне делать? Они возможно хорошие люди, но их мозги промыты телевидением. Они также, как и все считают, что я — зло. Они хотят убить меня, они готовы пойти на это, чтобы защитить людей? Дело благое, ведь я занимаюсь тем же, но чёрт, я ведь убиваю уродов! Почему эти чистильщики решили напасть на меня? Они думают, что я могу причинить вред и мирным людям? Нужно убедить их в обратном. Мне нельзя убивать простых людей, в чьих сердцах есть воля к справедливости…

— Послушай, чистильщик. Ты… Ты ведь хочешь защитить мирных людей от меня, но ты разве не знаешь, кого я убивал? Ты не знаешь, что от моих рук умерли насильники, педофилы, убийцы и прочие отбросы, которые только портят жизнь хороших людей? Я не зло, понимаешь?

— Решил поговорить? Да, ты не зло — мы зло! — увидев, что его ответ ошеломил меня и вогнал в смятение, он стал важно расхаживать из стороны в сторону и говорить то, что очень быстро меняло моё мнение об их компании, — Каждый, кто стоит здесь, потерял близкого. Для тебя те люди были, как ты сказал отбросами, а для нас — друзьями, братьями и сёстрами, родителями… Ты считаешь, что убивать мирных людей, грабить их — это плохо, но такова жизнь. Мы все здесь преступники. Мы так живём и будем так жить. Полиция для нас не помеха, ведь всех не переловишь и не перестреляешь, да и многих можно подкупить, а вот ты — ты совсем некстати появился в нашем городе. Мешаешь нам, убиваешь тех, кто проворачивал такие дела, что тебе и не снились. Да, можешь считать нас моральными ублюдками, но твою мать — мы богатые, удовлетворённые ублюдки, которым можно творить всё, что вздумается.

Я даже не знал, что ответить на такое. Преступник, стоящий передо мной, спокойно рассказывал, что он ублюдок и гордится этим, что ему нравится такая жизнь, что ему доставляет удовольствие причинять боль другим. Что ж, его ответ стал его же приговором.

Я сжал кулак, но внезапно выпущенная в моё колено пуля, свалила меня на мокрую землю. Бита вознеслась над моей головой, но молния опередила её, ударив в моё тело первой. Яркий свет и электрический жар расплавили проволоку на бите, ствол пистолета и пряжку ремня, заставив его отступить на несколько шагов и судорожно вытащить ремень из штанов, которые немедленно сползли по его ногам.

Я поднялся на ноги и посмотрел на главаря. Теперь, со спущенными штанами и без оружия, он выглядел не таким уж грозным, но его друзья, признаю, оказались смелее, чем я думал, ведь даже увидев меня в облике духа, они закричали во всё горло и побежали на меня.

Первый удар следовал по шее — я увернулся, перехватил арматуру из рук нападавшего и резким движением отсёк ему обе ноги. Кровь брызнула из ран и была подхвачена моей ладонью. Внушительная красная лужица разлетелась на несколько метров вперёд, попав в глаза троим парням, что оказались ближе ко мне. Ослеплённые, они даже не заметили, как та же арматура прошла сквозь их головы, нанизав их, как мясо на шампур.

В спину вдруг ударило два громких хлопка. Я развернулся и увидел в руках одного из них обрез двуствольного ружья. Оказалось, огнестрельное оружие было не только у их вожака, благо его мощи не хватило, чтобы пробить моё крыло. Я мгновенно оказался за спиной стрелка и положив свою ладонь на его голову, хорошенько прожарил мозги щедрой порцией чистого электричества. В этот же момент, кто-то попытался схватить меня сзади, но его руки рассыпались пеплом, а тело, мощным пинком, было отправлено на несколько метров назад. Ещё одному из чистильщиков не повезло — ведь его безрукий друг угодил прямо в него, разбив ему лицо своим затылком.

Крики боли и ярости наполнили некогда спокойное место, моего уединения. Оставшиеся из банды, сжали свои оружья так, что кровь потекла по рукояткам и понеслись на меня. Удар битой справа — мой кулак разнёс её в щепки, сразу после этого, взорвав голову нападающего электрическим разрядом. Удар в прыжке, кастетом прямо в затылок — быстрый разворот, перехват руки, удар об землю с последующим вырыванием конечности. Сразу три атаки с разных сторон: нож направленный под лопатку, мачете разрезающий воздух по направлению к моему левому глазу и заострённая деревянная палка, устремившаяся в живот. Мне хватило лишь того, что я исчез с линии атаки и те двое, что были с ножом и палкой, просто проткнули друг друга, а третий, разрезав пустоту перед собой, лишился всех внутренних органов, что располагались выше ног и ниже головы — вырвавшись из спины, они отправились в полёт от моего заряженного молниями удара.

Запёкшиеся отмётки попадали на землю, обратив в настоящий ужас оставшихся выживших. Они побросали своё оружие и пустились в рассыпную, но я уже взмахнул крылом, обхватил рукоять своего меча и мощным ударом о землю, распространил во множество сторон от себя, игривые жёлтые веточки разрядов, каждая из которых мгновенно достигла убегающих жертв, оставив от них лишь обугленные фигурки людей.

Оставался лишь он — вопящий от ужаса, обливающийся соплями и слезами, главарь, что был сейчас больше похож на беззащитного ребёнка, ползущего по земле со спущенными штанами. Глазами полными ужаса и отчаяния, он смотрел то на меня, то на своих размазанных по холму друзей, жадно хватая ртом воздух и пытаясь что-то сказать.

Я медленно шёл за ним, пока он не упёрся спиной в дерево и окончательно не обмяк.

— Ну что, как тебе? Бумеранг вернулся, да? Портил людям жизнь, грабил и наверное убивал их? Вот тебе расплата, кусок дерьма, — я сжал пальцы в кулак, заключив в нём внушительный комок энергии, что с силой вырывался наружу, и занёс его над головой последнего чистильщика.

— Я искуплю вину… Я извинюсь… Я извинюсь перед всеми и отдам всё, что у меня есть, только не убивай! Прошу! — он буквально разрыдался, устроил настоящую истерику, колотя ногами и руками по влажной земле, стараясь вымолить прощение.

— Уверен, твои жертвы также умоляли тебя, но ты ведь не послушал их? Впрочем, я прощаю тебя! Я правда прощаю тебя! — я радостно произнёс эти слова, но заметив, как главарь изменился в лице, закончил свою речь противоположным тоном, — Но своё прощение, ты заслужишь смертью.

Не успев даже вскрикнуть, чистильщик лишился головы, которая красочно разлетелась по веткам дерева, от прямого удара.

Сегодня хороший день, ведь ещё даже не стемнело, а я уже вынес столько мусора и при этом, не перестал быть инкогнито.

Посидев ещё немного на значимом для меня холме, я устало вздохнул, ведь некогда по-своему красивое место, отныне было заляпано кровью и мясными ошмётками. «Со временем, земля приберёт их тела» — подумал я, вытаскивая пулю из ноги.

Я поднял взгляд в небо. Хоть тучи плотно заволокли небо, я понимал, что уже полдень. Нужно было идти домой — гулять днём опасно. Такие вот придурки ходят, которые могут меня раскрыть, да и вдруг голод внезапно нападёт…

Голова на всём обратном пути была тяжёлая и будто забитая пухом, при чём настолько, что черепная коробка не выдерживала и шла трещинами по всей своей окружности. Меня мучили внутренние разногласия. Я был несовершенным духом отмщения, поэтому после каждого убийства, я погружался в омут совести и рассуждений на тему — осталось ли во мне хоть что-то от человека? Я убивал тех, кому не место на нашей планете, но почему я так страдал после этого? Почему каждый раз корил себя за ту жестокость, с которой расправлялся с бандитами? Но они ведь сами виноваты, они сами заставляют меня быть тем, кого все считают злом. Да, это же очевидно! Нельзя очистить мир, не запачкав руки! Кто-то просто должен был стать таким зверем, который делал бы всю грязную работу, даже не рассчитывая на какую-либо благодарность со стороны людей. Я просто должен принять тот факт, что я всегда буду в тени и что меня всегда будут ненавидеть, хоть мои действия и сделают мир лучше.

Моя дорога подошла к концу, и я уже приложил магнитный кружок к замку подъездной двери, как моё тело сокрушило настолько мощным ударом, что я мгновенно отключился на несколько секунд, а когда пришёл в себя — оказался впечатанным в легковой автомобиль, метрах в пятидесяти от моего дома.

Сквозь чёрную кровь, которая заливалась в глаза, я с трудом смог различить тех, кто решил напасть на меня. Шесть чёрных фигур, вертя в руках длинные изогнутые кинжалы и большие булавы, быстро сокращали дистанцию, перемещаясь рывками, которые сопровождались тёмным дымом возникающим на месте их ускорения и замедления. Я сразу вспомнил, как Кейл проворачивал подобное, используя адскую боль.

В голове мгновенно возникло осознание — сейчас, времени на раздумья нет и без нечеловеческого облика, я не выживу. Призвав молнии, я перешёл режим духа и с ужасом обнаружил, что он меня не исцеляет! Видимо, я мог исцелиться только после смерти, когда и стал духом, а на постоянной основе — это не работает!

Не знаю что это было, но похоже, впервые за всё время после смерти, я снова ощутил настоящий страх, и этот страх заставил пластины с моего крыла расползлись по всему телу, скрепляя сломанные кости и разорванные ткани, превращаясь в некий экзоскелет. Я смог выбраться из металлического месива, но взмахнуть крылом, мне уже не дали. Самая тощая фигура из всех, первой настигла меня и вонзила оба клинка в моё крыло. Ещё миг и она провернула их, разрубая мою плоть. Кровь фонтаном брызнула из раны. Стиснув зубы, я собрал всю силу в ногах и рванул во дворы домов.

Моей злости, страху и непониманию всего, что сейчас происходит не было предела! Всего за пару мгновений, из всесильного духа отмщения, я стал бескрылым калекой, которому приходится, поддерживая пластинами свои кости и мясо, убегать от неизвестных и невероятно, чёрт их дери, сильных тварей! Нет, всё-таки сегодня — просто ужасный день!

*Воспоминания духа. Первая встреча.*

Стоило быть осмотрительней, но упиваясь наслаждением от утолённого голода, я даже не заметил, что ночной парк отнюдь не пустовал. Моё внимание обошло стороной женский силуэт, что сидел на лавочке, оставив его незамеченным, но голос, вдруг раздавшийся из-за спины, вмиг обострил мои чувства. Я резко развернулся и увидел её — девушку, что сидела с закрытыми глазами и нервно потирала ладони.

— Привет! Тут стало так тихо… Я даже подумала, что уже умерла, но вот мимо меня проходишь ты, и даже не обращаешь внимания на одинокую девушку. Я что правда перестала быть физическим телом?

— Что…? Я… — её слова показались мне странными, как и то, что она почему-то не открывала свои глаза, — Что ты здесь делаешь? Почему сидишь здесь одна, ночью?

— Эй, я ведь поздоровалась с тобой! — возмутилась девушка, надув бледные губки.

— А… Привет…

— Ты спросил, что я здесь делаю одна… Я сижу здесь и скучаю! Не видно что ли?

— Почему бы тебе не пойти домой?

— Не хочу!

Что за бред? Её ответы будто бы принадлежали ребёнку, а не взрослому человеку, понимающему всю опасность сложившейся для него ситуации. Впрочем, её глаза всё ещё были закрыты, что могло подарить ей шанс на жизнь.

— Слушай… Давай договоримся? Мы сейчас забудем нашу встречу, и я спокойно уйду домой, а ты можешь сидеть здесь, сколько тебе угодно.

— Неинтересное предложение! Я хочу есть! Принеси мне этот… бутерброд… большой… бургер! Да, бургер! Так он называется!

— Какого ещё бургер!? — в голову закралась мысль, о невменяемости моей случайной собеседницы, — Где я тебе его найду, посреди ночи? Все кафе и магазины уже закрыты…

— Да…? А сейчас, уже ночь? — в её голосе послышалось какое-то разочарование, а глаза стали медленно открываться, что заставило меня поднять руку к небу, в ожидании худшего исхода.

Пальцы уже почувствовали нарастающее напряжение. Магическая молния была готова ударить в мою руку, наделив её смертельным зарядом, но раскрывшиеся глаза девушки абсолютно ничего не изменили в её лице. Она не испугалась, не закричала и не бросилась убегать.

— Ты не боишься меня?

— А должна? — по-детски усмехнувшись, спросила она.

— Но ведь… — я медленно подошёл ближе и опустил руку, — Что с твоими глазами?

Глава 4. Решительные действия.

Он долго слушал меня, внимательно следя за моими жестикуляциями и эмоциями, что в обильном количестве выливались в мою речь. Я приводил доводы и пытался убедить его в том, что дух отмщения станет для нас хорошим союзником, ведь Архис всерьёз решил стать Верховным, и скоро спокойствию на нашем кольце ада придёт конец, но жирный пустоголовый демон лишь развёл руками и вернулся к поеданию мяса.

— Я не понимаю…

— Кейл, ты ведь ещё мал и конечно, многое не понимаешь, но я скажу тебе одно — Архис больше не выкинет ничего плохого, ведь чудом выбравшись из Чистилища, он явно не захочет попасть туда снова. Да и к тому же, даже если он захотел бы напасть на Верховного, то ни за что не смог бы его одолеть. Кстати, Верховный уже совсем скоро будет здесь, а насчёт спокойствия на нашем кругу и волноваться не стоит.

Как будто в насмешку, сразу после его слов, со стороны центра кольца, послышались яростные крики и режущие уши металлические звуки. Демон округлил глаза и исчез из своих палат. Я поспешил за ним…

Повсюду бегали совсем ещё юные чёртики, разбрасывая свои клинки и вереща от ужаса. Прекрасные демоницы оставили свои купальни и то и дело, пробегали мимо нас, пронося перед моими глазами свои горячие обнажённые груди. Что-то там, впереди, сильно испугало всех…

Неужели, на нас напали небеса? Когда я был ещё совсем маленьким, отец рассказывал, что когда на Земле появились первые люди, во вселенной образовался Ад и Небеса, и случилась великая война, результатом которой стало перемирие. Обе стороны дали согласие, что не будут влезать в дела друг друга, если действия каждой из сторон не нарушат баланс. С тех пор, Ад завладевал падшими душами, а Небеса получали чистые.

Через тысячелетия такой жизни, в мире появился первый дух отмщения. Вселенная не смогла определить куда отправить душу и вернула её в тело, наделив то сверхъестественными способностями. С первым духом встретились два высших существа — Прародитель ада и Верховный с небес. Они узнали его силу и решили, что он станет инструментом для поддержания баланса в мире.

Бывало так, что ужасные люди, обречённые на муки в Аду, доживали до самой старости, а это было плохо для обоих сторон — Ад не желал долго ждать душу, которая и так попадёт к нему, а Небесам было неуютно от того, что такой человек спокойно существовал рядом с хорошими людьми. Поэтому, дух отмщения стал преследовать таких людей и доводить их до самоубийства.

Прошло много времени, и по всему миру появилось бесчисленное количество духов, которые стали нести верную службу и очищать мир от мусора, ни оставляя и малейшего намёка на своё существование, до настоящего времени…

Новый дух, говорят однокрылый и не облачён в броню, к тому же после своего воскрешения, он не вознёсся в место, сокрытое под несколькими пространствами, где два высших объяснили бы ему, кто он и чем обязан заниматься. Вместо этого, он рубит преступников на куски и привлекает слишком много внимания… Люди не должны знать о нас, но своими действиями, он может разрушить баланс и тогда, в мире наступит хаос.

Всё же, во мне ещё теплится надежда, что это Женя, но чтобы узнать наверняка, нужно снова пробраться в мир людей.

Столкнувшись с очередным пробегавшим мимо чёртиком, я откинул мысли и поднял голову вверх, устремив свой взгляд на великий трон, где должен был восседать Верховный. Сейчас, в этом священном месте шёл бой. Вергал схватился за голову и упал задницей на чёрный пепел. Перед его глазами предстала ужасная картина, на которой новый Верховный сражался с моим старшим братом…

Архис был в режиме адского воина, как и его противник. Хоть второй и превосходил моего брата по размерам, имел длинные рога и умело орудовал огромной секирой, сокрушая застывшую магму своими ударами и оставляя в ней внушительные кратеры, Архис был намного быстрее и уклонялся от всех атак, нанося глубокие порезы своим длинным мечом. Лезвие на его мече имело зазубрены по всей длине — брат сам выдолбил их камнями, чтобы оружие лучше раздирало плоть врагов. Такие раны, даже при нахождении в Аду, затягивались дольше обычного.

Ещё один глубокий порез — Верховный упал на одно колено и не успев восстановить разорванные связки на ноге, лишился руки, которая упала на пепел так и не отпустив своей секиры. Архис отбросил меч в сторону и повалил противника на спину, преступив к жестокому добиванию. Его мощные кулаки наносили сокрушительные удары, дробя череп Верховного быстрее, чем тот восстанавливался. Размолов голову до состояния каши, он стал рвать тело на куски. Массивные комки мяса, в которых были намешаны раздавленные внутренности и расколотые кости, разлетались все стороны до тех пор, пока от Верховного не осталось ничего, кроме небольшой влажной массы, что растеклась тонкими струйками от трона и до наших ног.

Упиваясь победой, брат развёл руки в стороны и направил ладони вверх. Весь круг наполнился его мерзким смехом…

— Ну что братец, видел? Какого же слабака они прислали на трон… Не убей я его сейчас, он бы всё равно, с позором умер в своей первой же битве!

— О каких битвах ты говоришь!? Война закончилась ещё до нашего появления! Зачем ты творишь всё это!?

— Всё просто — я начну новую войну! — его слова сопровождались битьём в грудь и стиснутыми в ехидной улыбке зубами, — Я хочу убивать людей! Настоящих людей! Устрою хаос в мире!

— Архис, ты сраный ублюдок! Ты же знаешь что…

— Да-да-да… Можешь не объяснять мне, что если людей не станет, то и наша жизненная сила исчезнет. Я знаю это, но мне так надоел этот Ад… Ненавижу здесь всё! Тысячи, миллионы и миллиарды лет впереди, а всё чем мы будем заниматься — просто мучить души!? Ты ведь сам рвёшься наружу, хочешь свободной жизни! Разве не так?

— Может и так, но я не хочу остаться без силы!

— Что ж, я всё равно обещал запихать тебя в самую чёрную дыру нашего круга — будешь сидеть там со своей силой и гордиться ею! — брат перевёл свой взгляд на Вергала, от чего тот сразу же поднялся на ноги и стал пятиться назад, — И куда ты собрался? Я ведь могу убить тебя за пару секунд, но ты можешь сбавить мой гнев, если сам отдашь свой знак перемещения.

Я хорошо знал Вергала и понимал, что знак он отдаст лишь в том случае, если его заберут с его бездыханного тела.

Времени на разговоры не было. Войдя в режим адского воина и воспользовавшись тем, что толстый демон ожидал атаки со стороны Архиса, я вонзил свой меч в его горло и отсёк голову. Знак, мгновение назад висевший на шее Вергала, оказался в моей руке и последним, что я увидел перед перемещением — злобную морду братца, который протянул ко мне свою когтистую лапу.

Глава 5. Боль.

Я рвался вперёд, что было сил. Не оглядываясь, я вилял меж дворов, небольших магазинчиков и детских площадок, перебираясь через заборы, минуя гаражи и заржавевшие, давно оставленные своими хозяевами, автомобили.

Пытаясь скрыться из виду, я не сразу заметил, что погони уже давно нет, а с городом вокруг меня, что-то не так. Те же серые многоэтажки, те же одинокие деревья, те же грузные тучи на небе и слякоть под ногами, но что-то, во всей этой обыденности, изменилось. Чего-то важного не хватало на этих улицах, чего-то привычного… Людей! Да, здесь совсем не было людей. В домах не горели окна, а по тропинкам не бегали бездомные коты и собаки. Даже звуки исчезли, превратив и без того не самые светлые улочки моего города, в совсем уж мёртвое место, которое вызывало лишь тревогу в сердце и заставляло сжаться в ожидании, что из очередного двора на меня выпрыгнет что-то ужасное…

Шли часы, а на моём пути, так и не встретилось ни одного человека. Я несколько раз менял направление и похоже уже начал сходить с ума, потому что умудрился заблудиться в своём же городе. Все эти однотипные повторяющиеся постройки не давали никаких ориентиров и вскоре стали редеть, уступая место необычным деревьям. Их кора была необыкновенно чёрной и потрескавшейся, а скрюченные ветки густо усеяны кроваво-красными листьями. Если присмотреться, можно было увидеть, как прожилки на листве пульсируют, будто у каждого дерева здесь есть сердце.

Оглянувшись, я не разглядел города позади себя. Он будто растворился среди изогнутых стволов деревьев, что устремлялись в бесконечность по обе стороны от меня, оставляя лишь узкую дорожку, по которой я шёл уже долгое время.

Время, в этом мире, будто застыло. Чёрные тучи остановились на небе, ветер не будоражил ветви, а взгляду то и дело попадались листья, что просто висели в воздухе, сорванные внезапным порывом, но так и оставшиеся в невесомости.

Мои колени вдруг задрожали и почувствовав полное истощение, я упал на землю. Руки еле удержали меня в нескольких сантиметрах от земли, куда тут же хлынул мощный поток крови, вырвавшийся из моего рта. Пальцы вгрызлись во влажную почву, сжимая её, как губку, а глаза будто закатились на сто восемьдесят градусов. Казалось, меня выворачивает наизнанку, опустошает от самых пят до головы, не оставляя ничего, кроме пустой оболочки.

Когда поток наконец утих и последняя капля крови покинула мой организм, я упал на спину и стал жадно хватать ртом воздух. Боль в грудной клетке распространялась по всему телу, от каждого вздоха. Всё тело обмякло и по ощущениям, я просто расплылся в разные стороны, как перегретое тесто брошенное на стол.

Я бы пролежал так целую вечность, смотря на чёрное небо, разрезанное множеством красных ветвей, но краем глаза, слева от себя, я уловил что-то лишнее. Сжатые в кулак пальцы расправлялись и поднимались вверх, вместе со всей рукой. Повернув голову, я ужаснулся — эта рука поднималась из крови, что минуту назад вышла из меня. Вслед за ней, последовала голова. Я не сразу узнал его, но когда кровь стекла с лица, я понял, что это был Кейл!

Он медленно поднимался из лужи, обнажая своё оружие — небольшой клинок, такой же, что появлялся у чертёнка, когда тот использовал адскую боль. Стоило этому клинку полностью показаться на свет, как друг взмахнул им и вогнал его в почву возле меня. Я опустил взгляд и всё внутри меня похолодело — рядом с лезвием, лежало четыре моих отсечённых пальца. Боль и страх не смогли решить, кто из них первым завладеет моим разумом, так что ничего не почувствовав, я сорвался с места и свернув с тропинки, побежал вглубь леса.

Уже по пути, преодолев несколько сотен метров, петляя между деревьев, я посмотрел на свою руку. Обрубки пальцев сильно кровоточили и только сейчас, я почувствовал эту нестерпимую боль. На глазах тут же навернулись слёзы, то ли от физической боли, то ли от душевной, ведь мой лучший друг, появления которого я так долго ждал, первым делом отбурил мне пальцы на руке. Он даже ничего мне не сказал, сразу же напав на меня…

Фиолетовый дым не заставил себя ждать, и я едва успел упасть на землю, провожая глазами клинок, пролетающий над моей головой. Кейл появился передо мной и ударил сразу двумя руками. Я схватился за его ладони, но наши силы не были равны и лезвия медленно стали погружаться в мою грудь.

— Что… Что ты творишь, чёрт тебя дери! — я сжал зубы и прорычал эти слова, пристально глядя в глаза своего лучшего друга.

— Чёрт тебя дери!? А ведь раньше, ты старался так не выражаться при мне! — его голос был полон злобы и ненависти ко мне, будто никакой дружбы между нами никогда и не было, — Ты видимо забыл, что ты такой же кусок дерьма, что и все существа твоего вида! И правда, жалкие людишки…

— Кейл, это ведь я!

— Да, я не ослеп, в отличие от тебя! Это тебя ослепила твоя сила, а ведь я рассказывал тебе, как действуют духи отмщения! Говорил, как сводят людей с ума, не показывая своего существования!

— Меня ни разу… ни разу не засекли! — речь моя стала дрожать, а эмоции бились в голове, создавая мешанину из злобы и непонимания происходящего.

— Ты четвертовал людей, рубил их на куски и дробил черепа в кашу — это по-твоему осталось незамеченным!? Это не смутило людей!?

— Я ведь делал хорошее дело! Убивал, чтобы защитить!

— Что ж… — чертёнок облизал пересохшие губы и раздражённо повертел головой, — За всё хорошее, нужно расплачиваться. Ты уже мёртв, просто не понимаешь этого. Я! Я — твоя расплата! Знаешь, где ты находишься? Отсюда не выбираются, ведь этот мир создан чистильщиками. Здесь только боль и ничего больше! Я буду убивать тебя, раз за разом, но ты не будешь умирать! Я буду уничтожать те образы, что сидят в твоей голове, но ты не сможешь перестать думать о них, чтобы они вновь не появлялись здесь! Ты попал, попал серьёзно и навсегда… — последние слова он сказал будто бы сожалея о том, что всё вышло именно так.

Лезвия пронзили мою грудь и вошли в пропитавшуюся кровью почву. Он провертел их в моих ранах, доставляя невыносимую боль, а после… Я даже не заметил, как клинки пропали и заново появившись из дыма, пронзили мою голову.

Вскрикнув, я очнулся всё в том же красном лесу, вот только от бывшего спокойствия не осталось и следа. Мощные порывы ветра раскачивали деревья, заставляя их жалобно скрипеть и ломаться, а листья, что висели в воздухе, в миг попадали на землю. Поток воздуха подхватил их бездыханные высохшие тела и подбросил вверх, закручивая в смертельной карусели.

Что-то заставило меня обернуться. Перед глазами появилась увидел знакомая лавочка, с одиноко сидящей на ней девушкой. Это была Каролина, за спиной которой уже возник злосчастный дым. Я рванул к ней и она даже успела улыбнуться, видимо почувствовав меня, но Кейл оказался быстрее. Он схватил её за волосы, поднял на ноги и вогнал колено в её спину, оглушив пространство вокруг жутким хрустом позвоночника.

Сердце будто изнутри ударило по лёгким, и я упал на колени, начав задыхаться. Сквозь расплывшуюся в глазах картину, я видел, как её белые глаза смотрят на меня и… плачут.

Он перерезал ей горло и исчезнув в дыму, оказался рядом со мной, на этот раз обезглавив меня.

Я очнулся снова и умер около пятидесяти раз, за несколько минут, каждый раз наблюдая, как он первым делом расправлялся с ней, а затем появлялся передо мной. Каждый грёбаный раз, я видел слёзы в её глазах и чувствовал, как теряю волю. Он ломал меня, пытался уничтожить мой стержень и у него это отлично получалось…

Вскоре, я сбился со счёта и уже даже не замечал, как в очередной раз, на мгновение, становился мёртвым. Я пытался сопротивляться, но в таком состоянии был для него, как муха для слона. У меня не осталось сил и идей… Хотя, их не было изначально, с самой первой секунды, что я оказался в этом ужасном месте…

*Воспоминания духа. Полное разочарование.*

С приходом темноты, я каждый раз выходил на охоту, не позволяя голоду завладеть моим разумом, тем самым убивая двух зайцев одним выстрелом — очищая город и сохраняя свою личность. Вот и сейчас, я летел над городом, высматривая добычу.

Луна прошла половину пути, а я всё не нашёл ни одного преступника. Голод уже вновь зарождался в моём теле, начиная раздирать желудок на части, как моему взору предстала подозрительная картина…

Это была окраина города. Место, где бетонные высотки передавали власть частным домам. Спокойное место, куда приезжают, чтобы отдохнуть от городской суеты, прогулявшись босиком по тёплым песчаным дорожкам и покидав камушки в небольшую речку, что протекала под красивым деревянным мостом. Именно к этой речке и направлялся немолодой мужчина, волоча за собой несколько чёрных пакетов. Он нервно оглянулся по сторонам, после чего скинул весь груз в реку и вставив сигарету в рот, неспешно поплёлся назад.

Подождав, пока он скроется из виду, я рванул в ту сторону, куда течение реки унесло пакеты. Следуя по берегу, я очень скоро добрался до места, где река раздваивалась — одна её часть уходила куда-то далеко, а вторая, через несколько сотен метров, заканчивалась небольшим, но глубоким водоёмом. Именно там, в этой чёрной мутной луже, я и нашёл уже облепленные раками пакеты.

Пальцы сжали чёрный полиэтилен и всё внутри замерло. Еле дыша, я наблюдал, как мои руки медленно раскрывали пакет, обнажая его содержимое. Ещё немного и… Из тёмных недр мешка, на меня уставились два глаза. Один из них был повёрнут в сторону, а второй смотрел точно на меня, и страх заключённый в этом взгляде был последним, что испытал его владелец перед смертью…

Пакеты были аккуратно сложены на берегу. Я проверил каждый — все части маленькой девочки были на месте. Тем, кто будет хоронить эту малышку… придётся, собрать её заново. Придётся… пришить её руки и ноги… будто разорванной плюшевой кукле…

Я нашёл его сразу. Увидел его спину и облысевшую голову, которые скрылись в одном из домов, и мгновенно ворвался к нему, сломав его руки и замотав рот первой попавшейся тряпкой.

Разумеется, в таких домах, всегда есть подвал или погреб, где хранятся всякие соленья. Был он и здесь. Спрятанный за круглым ковриком, самый обычный подвал с деревянной лестницей. Только вот, никаких банок с овощами там не было — был лишь грязный матрас, железная миска с водой и одинокая лампочка, что освещала пространство тусклым светом.

Убийца был брошен на матрас, а дверца погреба закрыта. Я уселся на пол и уставился на этого человека. Он судорожно перебирал ногами, пытаясь как можно сильнее вдавить себя в бетонный угол, будто это помогло бы ему спрятаться от меня. Его кожа взмокла, моментально наполнив воздух кисловатым запахом пота, а из глаз без остановки текли слёзы. Он смотрел на меня, даже не моргая и не переставал мычать в тряпку.

Почему он боялся? Потому что он… человек? Если он знает, как это страшно, когда тебя хотят убить, то почему он сам стал убийцей? Почему!?

Срезав тряпку взмахом меча, я предотвратил вырвавшийся из его рта крик, ударом в челюсть. Несколько зубов упали возле его ног, раскатившись по бетонному полу. Убийца схватился за нижнюю часть лица и разрыдался, но я был терпелив, хоть голод и усиливался с каждой секундой.

Дождавшись, когда он успокоится, я начал разговор.

— Рассказывай.

— Что… Я не… Кто ты? Демон… Зачем ты… — истекающие кровью губы быстро шевелились, но никак не могли выдать что-то внятное, и только после того, как я занёс руку для нового удара, его речь вдруг обрела осмысленность, — Стой! Стой, пожалуйста! Ты… Про девочку, да? Я скажу… Я всё скажу, только не убивай.

— Слушаю.

— Я… Да, это я сделал… Пойми, я больной человек! Я больной! Я не соображаю, что делаю!

— Ты отвлёкся от темы, ублюдок, — золотые веточки обвили его тело, заставив несколько секунд дёргаться в агонии, пуская слюну, — Продолжим.

Продолжать он не мог и мне снова пришлось ждать некоторое время, чтобы это существо справилось со страхом и заговорило со мной.

— Ей было… десять лет. Она жила здесь, неподалёку. Ходила в школу, а я восхищался ею… — он вдруг резко посмотрел на меня, будто ожидая удара, но выдохнув, продолжил, — Она была похожа на мою девочку… Мою доченьку… Жена и моя малышка умерли, когда ехали домой со школы. В автобус врезалась легковая машина и… Умерли только мои… А все остальные пассажиры остались живы… Все они остались…

— Я сейчас лишу тебя всех зубов.

— Прости! Прости, я… Я больше не отвлекусь! Девочка… Да, я завидовал своему соседу. Почему я лишился всего и должен был смотреть на то, как за соседним забором проходит счастливая жизнь!? Я украл её… Поселил здесь… В подвале. Кормил и поил… Хотел, чтобы она стала моей… Чтобы я снова стал любимым папочкой… Но она только плакала и просилась домой… И я… В какой-то момент, я взбесился и ударил её по лицу. Она упала на матрас и я схватил её за ногу, чтобы ударить ещё раз, но вдруг ощутил… тепло. Её нога была такой тёплой, а кожа… нежной. Я поднял руку выше…

На его лице появилась нездоровая улыбка. Он описывал то, что делал с девочкой и всё больше улыбался, будто бы воспоминания об этом приносили ему удовольствие.

Мои руки сами потянулись к голове. Я зажал уши и уставился в пол. Нет… Нет, этого просто не может быть… Я не верю в это. Не могу! Я не хочу верить в то, что такое может быть в моём мире! Нет! Твою мать!

— Как ты убил её!? — резко сблизившись с ним, я задал последний вопрос.

— Я не убивал… Она умерла сама, клянусь! Пару дней назад, я спустился в подвал, а она… Она уже лежала мёртвой! Я не знаю почему! Я испугался и скинул её тело, в реку…

— Перед этим расчленив её…

— Да, — испуганно подтвердил он и уставился на меня.

Некоторое время, мы провели молча. Я смотрел на того, кто сидел напротив меня и кажется, не чувствовал даже злости. Во мне будто бы всё потухло. Я был ошарашен, я погрузился в ещё более тёмную правду этого мира. Мой мозг отказывался воспринимать услышанное, остатки эмоций путались между собой, теряя последние огоньки. Я умирал. В тот момент, я умирал внутри, на глазах убийцы.

— Ты… Я тебя ненавижу. Тебя не должно быть. Ты не человек, ты не животное… Что ты за существо? Для чего ты есть? — я смотрел в его, всё больше раскрывающиеся от страха глаза, и задавал вопросы, на которые нельзя было дать ответ, — Ты ублюдок. Ты не можешь жить с нами, в нашем мире. Ты не можешь здесь быть! Это неправильно! Я избавлю мир от тебя! Ты сдохнешь, сегодня! Сейчас!

Всё это время голод медленно, но верно полз к моему мозгу, пока наконец на завладел им. Я забыл себя от ярости. Не помню, как я убил его, но когда пришёл в себя, вместо того ублюдка, напротив меня лежал изорванный матрас, набитый внутренностями, а угол за ним был измазан кровью и кашей из раскрошенных костей и мяса.

Я вызвал полицию с телефона, что нашёл в доме убийцы и поплёлся прочь от частного сектора. Таким подавленным и разбитым, я не ощущал себя уже давно…

Глава 6. Живая кукла.

Я открыл глаза и увидел свет. Этот дивный солнечный свет! Небо, улицы, толпы людей, магазины, кафе и пивнушки! Да, я снова здесь! Я снова готов веселиться!

Глаза буквально разбегались — повсюду расхаживало столько красивых девушек и парней, так и маня меня начать с ними разговор! Я выбирал самых прекрасных представителей человеческого рода, что попадались мне на глаза и знакомился с ними. Сделать их своими послушными собачками было очень легко, стоило лишь вытащить карточку у одного из прохожих и опустошить счета всех, кто ходил вокруг. И вот, уже через полчаса, я уединился с одной дамой в её квартире и «выплеснул» на неё всё, что накопилось во мне за эти дни заточения в Аду. Это было восхитительно и совсем уж легко! Моё наслаждение обошлось мне всего лишь в пару коктейлей и какие-то тряпки, которые она наспех выбрала в магазинчике. Кажется, люди больше своей жизни любят тратить деньги, особенно если они чужие.

Пока мы лежали в кровати, пытаясь избавиться от непрекращающейся отдышки, мой язык совсем развязался и я начал воспевать себя так, будто бы являюсь прародителем всего мира. Я хвастался деньгами, красотой и телом, и с каждым моим словом, её глаза загорались адским огнём. Она улыбалась, смеялась и без остановки целовала меня повсюду, не забывая при этом интересоваться, сколько же денег я готов на неё потратить. Я отвечал, что таких чисел даже не существует и получал её благодарность, в виде новых пошлостей.

Она была готова на всё, ради беззаботной жизни. Она не была больше похожа на человека… Скорее, она поминала Вергала, который за кусок жирного вкусного мясо, мог сделать что угодно. И я не сказал ей ни слова, ведь не по мне читать морали, я же чертёнок. Наоборот, я подумал, что она хорошо проживает свою жизнь. Я знаю, что большинство людей бедны, но всё равно пытаются оставаться «правильными» и зарабатывают копейки, трудясь так, будто в их жизни нет ничего, кроме работы.

И что же тут выбрать? Плюнуть на мораль, которую человек сам выдумал для себя, и прожить жизнь так, как хочешь ты, пусть и попав в Ад после смерти или же трудиться за копейки, быть светлым и хорошим, но таким несчастным? И всё для того, чтобы остаться человеком и попасть на Небеса… Эта девчонка всё правильно делает.

Со временем, алкоголь превратился в ластик и стёр внушительный промежуток времени, из-за чего я ненадолго растерялся, когда вдруг оказался за барной стойкой, в окружении каких-то людей. Они смотрели на меня и улыбались, а я пытался найти глазами ту девчонку, с которой ещё недавно лежал в постели.

— А ты хорош! Мы даже немного завидуем тебе! Выпил уже пол бара, но всё ещё стоишь на ногах и всех угощаешь за свой счёт! Отличный ты мужик! — какой-то смазливый парень мельтешил рядом с моим лицом, нахваливая меня, но при этом жутко раздражая своим гнусавым голосом, — Слушай, а ты же ведь добряк, да? И щедрый… Поможешь мне, а? Я одному уроду денег задолжал, а он ждать совсем не умеет — грозится каких-то амбалов на меня натравить! Представляешь!? Но ты то мне поможешь, да? Ты ведь новый друг нашей малышки, а значит и наш друг.

— Друг?

— Ну да, конечно! А друзья, что? Правильно! Должны помогать друг другу!

— Друзья… Помогать, да…? — я вдруг моментально протрезвел и ужаснулся от того, что сделал.

— Эй, ну-ка не приставай к нему со своими проблемами! Он мой и платит только за меня! — знакомый женский голос раздался из-за спины, откуда тут же выплыли две руки с массивными пивными кружками, а затем и сама девчонка.

Оттолкнув паренька в сторону, она чмокнула меня в губы и вручила кружку. Я принял выпивку, взглянул на эту золотистую пенку и замер. Девчонка что-то говорила мне, даже по-моему пыталась трясти меня за плечо, но я лишь смотрел в свою кружку и вспоминал всё, ради чего я прибыл сюда.

Я чёртик и людские утехи вскружили мне голову, затуманили разум, что неудивительно и даже нормально, но я ведь должен спасти друга… Я должен спасти Женю. За ним же выслали чистильщиков… Он сражается или… Может быть, Роуз всё же не соврала и он не становился духом отмщения? Стой, а ведь Роуз сейчас в Аду… Роуз в Аду! Я забыл о ней! Я забыл обо всём и думал только о себе! Мне просто нужен был дух отмщения, чтобы убить братца и я сбежал к людям, забыв о сестре…

Что же теперь делать!? Вернуться в Ад и драться, защищая сестрёнку, или искать духа и вернуться уже с ним!? Я не знаю, что выбрать… Не знаю!

Бросив кружку на пол, я слетел со стула и стремительно направился к выходу. По пути, мои уши уловили, как девушка начала злобным тоном расспрашивать у того должника, что же он мне такого о ней наговорил, что я вот так сорвался и ушёл.

Двери клуба распахнулись и свет ночных фонарей ослепил меня, а затем меня повторно ослепил удар в лицо. То что произошло со мной потом, я не особо помнил, но когда, через полчаса избиений, меня притащили в безлюдный парк и дав полностью восстановиться, стали сверлить грозным взглядом, я сразу понял — разговор будет серьёзный.

— Я слушаю, братик, — от одного её тона хотелось провалиться под землю, к себе домой и спрятаться в самом тёмном уголке Ада.

— Я… Я просто не… не сообразил, понимаешь? — так мой голос дрожал впервые в жизни, — Я не знал, что делать! У меня не было времени и я просто…

— Сбежал. Ты просто сбежал, забыв про меня. Архис ведь мог напасть и на меня. Ты вообще знаешь, что сейчас там творится?

— Я так понимаю, сейчас узнаю…

— Конечно. Во всех красках расскажу, — сестра опустила взгляд в землю и щёлкнула костяшками пальцев, — Всего за несколько дней, он захватил два соседних круга…

— Что!? Я пропил несколько дней!?

— Просто слушай. Верховные совсем разжирели и обленились. У нас уже давно всё тихо и спокойно — никто просто не был готов к такому внезапному нападению. А вот Архис готовился — он, последние три сотни лет, понемногу крал жизненную энергию ада и оказался настолько сильным, что я уже начинаю верить в худшее. Он поглощает всё больше адской боли, а все, кто выходит против него — умирают. Чёрт никогда бы не напал на черта, а демон на демона, но Архис — другое дело… Он сделал это, уже второй раз… Нам нужно было сразу убить его, не слушая нашего отца…

— Роуз, мы победим его, вместе. Он заплатит за всё! — я произнёс эти слова уверенно и твёрдо, но она лишь обречённо вздохнула.

— Нет. Ни ты, ни я, ни мы вместе — скорее всего, не сможем убить его.

— Роуз, мы ведь сильные!

— Нет, братик… Я проиграла даже проклятому человеку, а ты и вовсе умер в тот день, — Роуз скривила губы и нехотя сказала то, что зажгло во мне луч надежды, — Дух отмщения — это тот самый, твой друг… Да, я соврала, но это уже неважно. Я видела, как чистильщики возвращались в Ад. Возможно, всё уже потеряно, но стоит верить в лучшее. Найди его, и если он ещё жив — поставь на ноги и дуйте оба в Ад. Ты меня понял, Кейл?

— Я не поверю, что он так просто умер! Он ведь спас тебя тот день, так!? Спас от проклятого человека, а значит он силён! Я найду его! — я буквально воспылал всей энергией Ада и крепко обнял свою сестрёнку.

— Будь осторожен и возвращайся скорее, — её руки обвили мою спину и я почувствовал самое родное тепло, которое с каждой секундой становилось всё жарче и жарче, пока не дошло до той степени, что его уже невозможно было терпеть.

Я закричал от боли и попытался вырваться, но Роуз вцепилась в меня мёртвой хваткой и не отпускала, пока я полностью не обессилил. Жар медленно испарился. Она уложила меня на прохладную землю и склонившись надо мной, поцеловала в лоб.

— Прости меня, но только так Архис почувствует, что ты мёртв. Он верит мне. Он всегда считал, что я думаю, как он и стану хорошей помощницей в его планах, и конечно же, чтобы полностью удостовериться в том, что я его правая рука — он приготовил мне проверку. Я отправилась сюда, чтобы убить тебя. Ну… так считает он. Но я лишь лишила тебя адской энергии. В тебе её теперь совсем не осталось, но я оставляю тебе этот кристалл. Здесь совсем немного адской боли, но этого хватит, чтобы поддерживать твоё существование и помочь твоему другу. Всегда держи его при себе, а когда найдёшь духа — разбей кристалл и портал в Ад откроется. Возможно, ты отключишься в этот момент, но оказавшись в Аду, сразу придёшь в себя и напитаешься энергией. Это всё, что я должна была тебе сказать. Надеюсь, мы справимся со всем, что на нас навалилось. Я люблю тебя, Кейл.

Из последних сил, борясь с отяжелевшими веками, я смотрел на фиолетовый огонь, в котором растворялась моя Роуз. До ушей дошла её последняя фраза, которую она прошептала себе под нос: «Прародитель давно бы со всем разобрался… Но где он? Может, его никогда и не существовало?»

Очнулся я уже утром, когда яркое солнце болезненно пробилось через веки и заставило меня прикрыть глаза рукой. Она оказалась очень тяжёлой и медленной, совсем не такой, к которой я привык. Также и всё моё тело стало каким-то деревянным и неповоротливым. Я кое-как дошёл до лавочки, опустился на неё и откинув голову назад, принялся бороться с напавшей на меня отдышкой.

— Привет! Снова не ты…? Неужели, ты приходил лишь из жалости… — тихий печальный голос раздался рядом со мной и я повернул голову направо, увидев сидящую рядом молодую девушку, с закрытыми глазами.

— О, привет. Не знаю, кого ты ждала, но пока он не пришёл, я пожалуй посижу рядом, хорошо? Хотя, даже если ты откажешься, я всё равно не встану ещё несколько минут — мне нужно хотя бы немного прийти в себя.

— Нет, конечно сидите. Я не против… — она опустила голову и нервно потёрла руки, — Можно задать вопрос?

— Валяй.

— Сейчас ведь солнечный день, да? Я чувствую небольшой жар и боюсь, что это может быть температура.

— Солнце сегодня хорошо печёт, так что не беспокойся. Мне тоже жарковато…

— Хорошо… Это хорошо…

Нас вдруг обдало приятным тёплым ветром. Он накрыл наши спины, будто одеяло и тут же нагнал дремоту. Последние листья сорвались с ветвей и закружились над головой, так и стараясь приземлиться на голову и запутаться в волосах. Редкие, хоть и довольно плотные, облака почти не соприкасались с солнцем, не нарушая той тёплой атмосферы, что царила в этом месте.

Я стал чувствовать себя немного лучше и подняв голову, посмотрел вокруг. Я и не заметил, что так много людей сидело на соседних лавочках, гуляло по дорожкам, а самые юные их представители бросались мячом на детской площадке. Молодые парочки кидали клетчатые пледы на пожухлую траву, ложились, брались за руки и буквально светились от счастья, устремив свои взгляды в небо. И несмотря на такое количество людей — здесь было тихо и спокойно. Я смотрел в их лицах умиротворение. Они отдыхали здесь и были счастливы, даже без траты денег. Им хватало одного мяча, одного старого пледа или даже скучной газеты, чтобы улыбаться. Возможно, в этом месте находилось очень много светлых душ…

Осмотрев всю округу, я довёл глаза до девушки, что сидела рядом и увидел, что она улыбается, но не так, как остальные. Её улыбка не была наполнена счастьем, скорее каким-то смирением, какое бывает, когда вспоминаешь что-то приятное, но уже навсегда оставшееся в прошлом. Подтверждению этому были слёзы, медленно стекавшие по её бледным щекам.

— Эй, ты плачешь потому что тебе жарко? — я наклонился к ней и прищурился.

— Что? Нет! Нет, конечно…

— И почему же тогда?

— Разве тебе нужно это знать? — её глаза вдруг открылись, оказавшись полностью белыми, но при этом смотрела она на меня так, будто всё ясно видела, чем заставила меня невольно отринуть назад.

— Да я просто интересовался… Ну раз не хочешь, то и не надо.

— Принеси мне бургер и я отвечу тебе, почему плачу.

— Чего!? — признаю, это было неожиданно… — Ты конечно прости, но у меня нет на это времени. Мне нужно искать друга.

— У тебя тоже потерялся друг!? — её голос вдруг оживился и она схватила меня за руку.

— А, так вот почему ты плачешь! И без бургера обошлись! — я рассмеялся, смутив свою собеседницу и услышал, как она шёпотом выругалась, используя какие-то слишком безобидные слова, — Да, потерялся вот недавно. Нужно поскорее найти, а то вдруг в беду попал.

— Вот как… Удачи тебе! Желаю тебе найти его, а мой… надеюсь, найдётся сам. Я ведь не могу искать его…

Посидев ещё пару минут, рядом с этой странной девушкой, я ощутил, что уже чувствую себя гораздо лучше и медленно поднялся на ноги. Голова тут же закружилась, а по глазам поплыли чёрные пятна, но спустя несколько секунд, всё пришло в норму. Я сделал первый шаг от скамейки, затем второй и так, постоянно ускоряя шаг, стал сокращать дистанцию до своей первой цели — дома Жени. Я не надеялся, что найду его именно там, но с чего-то нужно было начать…

Через несколько часов, наполненных постоянными остановками, дабы перевести дух, я всё-таки добрался до подъезда нужного мне дома, после чего прождал ещё, как минимум пол часа, перед появлением первого жильца. Он подошёл к двери, нажал несколько кнопок на странном телефоне, что был встроен в саму дверь, после чего я услышал самый короткий диалог в своей жизни.

— Кто? — спросил женский голос.

— Я, — ответил парень и дверь чудесным образом открылась.

Интересные у них тут замки…

Поднявшись на знакомый этаж, я постучался в дверь, которую мне никто не собирался открывать. Скорее всего, его просто не было дома, но была вероятность того, что он лежит сейчас там без сознания, пытаясь восстановить силы, после боя с чистильщиками. Подумав об этом, я приложил кристалл к замочной скважине и уселся на пол. Ждать мне предстояло долго, ведь такое малое количество адской энергии, да ещё и заключённой в твёрдой оболочке, которая не давала быстро её расходовать, очень медленно плавило замок.

Наконец открыв дверь, я зашёл внутрь. Квартира его была пуста и безжизненна. Пыльная мебель, грязные окна, разбросанная одежда и мятая постель. Всё выглядело так, будто здесь давно никто не живёт, или же приходит сюда лишь для того, чтобы отдохнуть и снова отправиться на охоту.

Снова выйдя на улицу, я осмотрел двор и обречённо вздохнул. Не было и малейшего понятия, куда идти дальше. И тут я вспомнил, что смотрю на мир обычными глазами, когда привык смотреть глазами чертёнка. Приложив кристалл к глазу, я оглядел улицу ещё раз и заметил, что автомобиль, стоявший недалеко от меня, был сильно помят, будто по нему ударили с огромной силой. Я подошёл к этой искорёженной железке и невольно скрипнул зубами — внушительная лужа запёкшейся крови украшала асфальт рядом с ней и уходила тонкой струйкой вдаль. Я последовал за ней…

Я шёл дворами, огибая однотипные серые дома. Один мой глаз видел людей и бездомных животных, а второй лишь пустые улицы и капли крови, что уходили за черту города. Там, где кончались бетонные коробки — начинался лес, будто разрезанный на две части неширокой, но очень длинной полосой. Здесь кровавый след обрывался, видимо сила духа наконец остановила кровь, но для меня это значило, что дальнейший путь мне придётся преодолевать без единой подсказки.

Продвигаясь вглубь леса, я вертел головой по сторонам, в надежде увидеть Женю, но на глаза попадались лишь бесконечные голые деревья и кучи листьев вокруг них, пока за одной из таких куч, я не увидел трухлявую покосившуюся скамейку. Всё бы ничего, но что-то заставило меня снова приложить кристалл к глазу.

Я увидел сидящий силуэт человека. Он был нестабилен и, то и дело, шёл рябью и рвался на части, вскоре вновь собираясь воедино. Несомненно, это был мой друг, который находился сейчас в этом месте, но по другую сторону реальности и зная методы чистильщиков, ему нельзя было позавидовать. Благо, он хотя бы был жив, а значит наш призрачный шанс уже начал обретать своё тело.

Поравнявшись с силуэтом, я погрузил кристалл в его оболочку, прямо в то место, где должно было бы располагаться сердце и начал тянуть. Ноги мои сразу пошатнулись, ведь энергия раздвоилась и теперь была направлена сразу в два пространства, но я сжал кристалл, что было сил и дёрнул на себя. Вокруг руки прорисовался небольшой кусок мяса, а самой ей стало жутко тесно. Я стиснул зубы и стал дёргать ещё, и ещё, и ещё… Пока его тело наконец не вышло на свет полностью. Пришлось разорвать его грудную клетку, чтобы вытащить свою руку, но кристалл быстро запустил процесс восстановления.

Белые глаза, разодранные мышцы, филигранно ровно отрезанное крыло и пластины, что собрались в какой-то костяной костюм, не давая телу рассыпаться — мой друг был больше мёртвым, чем живым…

Это пространство чистильщиков — та ещё дрянь. Если попался — считай труп, а если тебя кто-то и вытащил оттуда, не факт, что останешься в своём уме. Начинка твоей головы обращается против тебя в том мире, и ты видишь лишь зло, даже в тех людях, что были тебе дороги. Много чего может мерещится и физически на тебя не подействует, но морально…

Восстановив грудь, я положил два пальца на его глаза и повернул их вниз. На свет показались зрачки, что до этого момента, были завёрнуты в обратную сторону. Они были неестественно расширены и никакой осмысленности в его взгляде не наблюдалось.

Даже не знаю, сможет ли сила, оставленная мне сестрёнкой, вернуть тебя… Ты жив, дружище, но сейчас ты просто кукла… Живая кукла…

Глава 7. Слишком много плохого и так мало хорошего.

Я… Моя голова и… Кровь! Я видел это! Так много! А потом… потом, уже неважно… Ты же убил… убил меня! Ты убил меня. Я знаю. Ты… Кто ты? Откуда? Я помню твои глаза. Почему они больше не фиолетовые? Почему… Ты враг? Кто… Кто я… Я же… Я ведь был кем-то. Был…

Я видел лес, красные листья, а потом… деревья, вдруг стали голыми и этот парень. Он что-то приложил к моей… голове. Что-то фиолетовое. Оно греет, оно помогает, но медленно…

Похоже, уснул. Тело такое ватное… Мне очень больно, а он так неосторожно несёт меня на своём плече… Постоянно останавливается, чтобы отдохнуть. Он такой слабый? Нет, я что-то помню. Какое-то восхищение. Неужели, я когда-то восхищался им? Кем же он был… Кем он был для меня?

Сколько раз я отключался? Даже не помню, как небо над головой исчезло. Смотрю в потолок и чувствую что-то мягкое под спиной. Так приятно. Я лежу на кровати? Наверное, нужно снова поспать, но как тут закрыть глаза, когда он сидит рядом и смотрит на меня такими обречёнными глазами. Ему грустно? Хочет помочь, да? Для чего, интересно…?

Сколько времени прошло? Он что-то спрашивает у меня, но я пока не могу двигать даже губами… Чувствую себя овощем.

Почти каждую минуту, рассказывает мне какие-то небылицы. В красках описывает сражения с монстрами и какое-то проклятие. Уверяет, что он чертёнок из Ада, просто сейчас не может превратиться и доказать мне это. Говорит, что я уже умер один раз, и снова он мне это сделать не позволит. Ненормальный какой-то…

— Эй… — спустя несколько дней молчания, язык наконец-то повернулся и я еле слышно выдохнул своё первое слово.

— Женя! Ты говоришь! Отлично! — он так повеселел, что прижал то фиолетовое нечто ещё сильнее к моей голове, доставив боль.

— Не так… сильно…

— Ой, прости! Я просто… Ох, мне нужно поскорее тебя поднять, понимаешь? Ты мне нужен!

— Зачем?

— Пока тебе рано знать… Ты помнишь меня? — его глаза наполнились надеждой, но мой отрицательный поворот головы не оставил от неё и следа, — Ладно… А себя помнишь?

— Если бы… Я не помню и тем более, не понимаю… ни слова из того, что ты тут рассказал.

— Ладно, просто засыпай. Попробуем снова, после пробуждения… Кстати, ты первый дух, которому удалось поспать. Наслаждайся, ведь когда полностью восстановишься — снова лишишься этой возможности.

В этот раз, сон не был очередной глухой темнотой. Я путешествовал по каким-то странным местам, видел там существ необычных форм и размеров. Ледяные пещеры, какие-то белые шерстяные комки, летающие черви, заброшенные здания, болота, чемоданы с золотом — откуда всё это? Что за бессвязные события и места? Неужели, всё это происходило со мной? Интересная у меня была жизнь…

Ужасно хотелось сосредоточится на немногочисленных воспоминаниях из снов, которые стали навещать меня каждую ночь и каждый день, ведь я практически всё время спал, но боль, которая в последние дни заметно усилилась, совсем не давала мне покоя, забирая все мои силы. Кейл успокаивал меня — говорил, что это его магический кристалл так лечит, взамен на боль. Я был бы рад поправиться, но терпеть этот жар и ломоту в каждой мышце, в каждой косточке и даже каждом волоске на теле, уже не было сил… Сколько мне ещё предстояло вытерпеть…?

Не помню какой сегодня день, но кровь которая вдруг начала сочиться из носа, рта и глаз, явно намекает, что последний. Он снова успокаивает меня. «Твоя кровь слишком загустела — её нужно заменить. Энергия Ада поможет тебе. Верь мне.»

За окном сменялись диски, с ярко-жёлтого на бледно-белый, и с каждой сменой, нити в моей голове всё больше сшивали изорванные листочки, что хранили в себе частички текста с описанием моей жизни. Боль понемногу отпускала и я наконец мог внимательно читать каждый из них. Судорожно перебирая помятые, заляпанные кровью листы, я находил всё больше боли, которая заставляла меня сжимать зубы и вспоминать, кем я был и кем стал. Я снова ощущал это чувство… чувство справедливости, которое я нёс в своём мёртвом сердце. Эта жажда справедливости и заляпала мои воспоминания кровью, но я точно знал, я на сто процентов был уверен, что так было нужно, что тот я правильно всё делал, и если моя память полностью вернётся — я несомненно продолжу своё дело.

Восстанавливая свой мозг, я всё больше вслушивался в слова Кейла, которые до этого, по большей части, пропускал мимо ушей, ввиду полной уверенности, что тот несёт какую-то чушь. Я стал верить, что он был моим единственным другом, и что мы натворили кучу весёлых, и в тоже время ужасных дел…

Ещё один сон. Перед глазами смерть тех, кто должен был научить жить. После, полное опустошение… Долгое и беспросветное одиночество, граничащее с безумием. Затем, ещё загубленные судьбы, но уже от моих рук… Вся жизнь — лишь доставка смерти прямо в руки, и тут вдруг… свет! Она другая! Да, точно! Я ведь видел свет в ней… Она, как солнце, согревала моё тело и душу своим нежным теплом… Я вспомнил её!

Не помню как, но я вскочил с кровати и рванул к двери. Хруст моих ног разбудил Кейла и нашёл он меня, лежащим на полу и корчащимся от боли.

— Придурок! Куда ты подорвался!? Твоё тело сейчас — будто стеклянное и лишь благодаря времени и кристаллу, ты сможешь вернуть свою форму! Но теперь, ты продлил свои свидания с кроватью ещё на несколько дней! Сломал себе ноги, твою мать… Тебе вообще нельзя двигаться, пока кости не укрепятся!

Сжимая зубы от боли, я твердил ему, что вспомнил всё, пока он безуспешно пытался затащить меня на кровать, но в итоге уронил, добавив к моим ногам, ещё и перелом правой руки. Покрыв всё, что только можно, многоэтажным матом и такими словами, которые кажется были придуманы именно в тот момент, он всё же закинул моё тело на место и плюхнулся рядом.

— Нет ну… Ну я просто… Как же меня всё… — пытаясь отдышаться и не захлебнуться собственной слюной, он рычал что-то невнятное, но вскоре усталость взяла своё и контроль над смыслом слов вернулся, — Ладно… Ладно! Восстановим и это! Вспомнил говоришь всё. Что ж, отличные новости!

— Нужно…

— Да, нужно многое обсудить, но не сейчас. Закрой рот и глаза. На каждое твоё действие, даже на простое созерцание потолка, тратится энергия, а время на твоё восстановление, которого и так было мало, увеличилось теперь ещё больше… — его скулы прорисовались на щеках и во взгляде появилось максимальное недовольство, — Как же сложно всё это… Если б наша энергия могла быстро восстановить тебя, прямо как демонов и чёртиков в Аду… Но нет, ты не принадлежишь Аду, а значит, даже если закинуть тебя в самый его центр — ты не начнёшь восстанавливаться. Мне приходится прижимать этот кристалл к твоему виску и направлять энергию прямо в тело, чтобы твоё лечение было возможно. Было бы у меня хоть немного силы, я смог бы ускорить этот процесс, сильнее воздействуя на энергию в кристалле… Знал бы ты, как она сопротивляется и пытается, вместо твоего тела, наполнить моё. Просто пожалей мои усилия и не вставай больше…

Кажется, я лежал так целую вечность, пытаясь не открывать глаза и даже лишний раз не дышать, и когда это стало почти невыносимо — Кейл наконец заговорил со мной снова.

— А ты хорош… Пролежал пять дней, не пошевелив и пальцем. Кости кстати уже готовы для ходьбы. Пробуй!

Снова взять контроль над конечностями и начать подниматься с кровати, было бесконечно приятно, но также больно. Встать с первого раза, я не смог и долго сидел на кровати, упёршись руками назад. Кейл поддерживал меня, как словами, так и руками, чтобы я свалился на пол и снова себе что-нибудь не сломал. Держа меня под руки, он помог мне встать и сделать пару шагов до стены, где я сразу же обмяк и скатился по ней на пол.

— Сложно…

— А ты как хотел? Обычно, после чистильщиков, вообще не выживают, а если и везёт — то живут потом, пуская слюни на рубашку.

— Чистильщики? — я сразу вспомнил ту шайку придурков, что напала на меня, когда я придавался воспоминаниям, — Ты знал их? Они оказались слабаками и я легко расправился с ними. Почему же ты заговорил о них сейчас?

— Что? Ты расправился с чистильщиками!? А мне кажется, всё было наоборот и это они почти убили тебя! — его слова всё больше путали меня.

— Подожди! Несколько дней назад, на меня напала группа людей. Они называли себя чистильщиками.

— Да? Вот так совпадение… — Кейл усмехнулся и сделав умное лицо, поднял указательный палец вверх, после чего подробно объяснил мне ту нелепость, из-за которой я никак не мог понять, о ком идёт речь.

Как оказалось, чистильщики — это особый отряд Ада, который существует, чтобы стирать опасных существ, что угрожают равновесию в мире. Что же касается тех чистильщиков, что я встретил за городом — это была простая банда безмозглых бандитов, которые, волею судьбы, обзавелись тем же названием. Бывает же…

— Давай пройдёмся. Мне нужно в парк. Я ведь, когда подорвался с кровати и ноги себе переломал, бежал именно туда… Там девушка есть. Она… — даже просто говоря о ней, я будто бы снова слышал тот весёлый голос, сразу вспоминая, как хорошо она относилась ко мне и может даже, на мгновение, чувствовал влажную от кетчупа салфетку, между пальцев своей правой руки, — Она прекрасна и… похоже, любит меня.

— Правда? Не повезло ей влюбиться в мертвеца… — без капли сожаления, ответил чертёнок.

— Ты ничего не понимаешь… Где ты вообще был всё это время!? — из-за недавних происшествий, я совсем забыл об этом главном вопросе, который мучил меня всё время, после драки с Сергеем.

— Расскажу по пути к твоей девчонке.

Перебросив мою руку через плечо, он поднял меня на ноги и мы вместе пошагали к двери. Увидев расплавленный замок, я уже было хотел возразить, что увидев поникшее лицо Кейла, решил промолчать. Впрочем, я уже не человек, чтобы дрожать над своим имуществом.

Половину пути, мы шли молча. Я постоянно смотрел на него, в надежде, что он начнёт диалог, но его взгляд был устремлён в землю, а скулы играли на щеках, будто в его голове тогда проносились ужасные вещи, о которых не хотелось, но нужно было вспоминать.

— Очевидно, что после моего побега, да ещё и вины в смерти отца, меня стали держать в Аду, будто на цепи! — наконец начал чертёнок, всем видом показывая, как сильно он негодовал из-за такого обращения к себе, — Никакой возможности сбежать, у меня не было!

— Но всё же ты здесь.

— Да! Знаешь какой ценой!? Точнее, про цену я наверное умолчу, а вот про причину ты точно должен узнать, — лицо его ещё сильнее нахмурилось и может мне показалось, но голос стал будто бы немного дрожать, — Архис — мой старший брат. Редкостный придурок и урод, которого я всегда ненавидел. Смерть отца стала для него настоящим подарком и сигналом к началу воплощения плана, который он уже давно вынашивал. Я бы не удивился, если бы он напал на отца в будущем, не сбежав я из ада и не умерев в вашем мире. В общем, на место моего отца, выслали нового верховного, но Архис убил его у всех на глазах. Его когтистые лапы забрали бы и меня, если бы я не успел сбежать…

— Это ужасно…

— Да… И вот, как только я оказался в вашем мире, сразу стал искать тебя… — после этих слов, Кейл зачем-то отвёл глаза, — Так вот, пока я занимался поисками, он успел захватить два соседних круга. Энергия Ада восстанавливает тебя и наделяет силой — чем больше твой возраст, тем больше силы. Как же тогда довольно молодой Архис расправился со всеми? Очень просто — он воровал силу и копил её в своём теле, на протяжении долгого времени. Никто, до Архиса, не делал таких вещей, и мы просто оказались не готовы к нападению.

— Мне жаль, Кейл…

— Нет, не надо этого говорить. Я ведь чертёнок. Мне всё равно без разницы сожалеешь ты мне или нет, — он вдруг повернул на меня свою голову и расплылся в улыбке, — А вот что мне не всё равно, так это то, что мы друзья и, с сожалением или без, мы должны помогать друг другу! Так ведь?

— Э… Да, должны… — что-то в его словах меня сразу насторожило, будто бы тот, кто сделал для тебя в прошлом что-то хорошее, вдруг появился из ниоткуда и стал требовать, отплатить ему той же монетой, но с куда большим номиналом.

— Ну вот! Я помог тебе избавиться от проклятья, я вытащил тебя из пространства чистильщиков и до сих пор, если ты не заметил, держу кристалл у твоего виска, чтобы ты полностью восстановился.

— Кейл, я понял, что обязан тебе… Говори уже прямо.

— Помоги нам убить Архиса. Роуз сейчас там, в Аду, служит ему, подбираясь всё ближе. Он не знает, что она готовится предать его и к тому же думает, что я мёртв. Она специально лишила меня силы, чтобы одурачить его. У нас есть преимущество! Мы ударим внезапно!

— То есть, я должен буду отправиться с тобой в… Ад!?

— Да! К тому же, у тебя нет выбора. Тебе нужен твой мир, чтобы наводить в нём порядок, а мне нужны люди, чтобы Ад процветал. Архис же хочет разрушить и то, и другое, начав войну прямо на Земле!

— Он хочет истребить всех людей!?

— Да, но это убьёт Ад и всех, кто ему принадлежит!

— Но какой в этом смысл? Он ведь тоже умрёт.

— Для него одно грандиозное событие, за которое можно будет отдать даже свою жизнь — намного привлекательнее, чем вечность в Аду…

Остаток пути был проведён в бурных рассуждениях о предстоящей битве и подготовке моего тела к ней. Кейл сказал, что я буду готов к бою через три дня. Мои кости переходят в состояние пластин и сшивают моё крыло заново, а кристалл, в свою очередь, наращивает мне новые кости, чтобы скелет оставался полным. Значит, остаётся подождать совсем немного и моя сила вернётся. Это была хорошая новость, на смену которой пришла уже не столь радужная…

Скамейка пустовала. Каролины не было на привычном месте и моё предвкушение долгожданной встречи, сменилось полным унынием и страхом за свою любительницу бургеров.

— Её нет… — я обречённо выдохнул и упал на скамейку.

— Нет и нет, она разве должна находиться постоянно в одном месте?

— Она всегда сидела здесь, с утра и до самой ночи. Может с ней что-то случилось… Может, кто обидел её… Она ведь ничем бы не смогла ответить, потому что ничего не видит.

— Она чего, слепая? Ой, это же та самая скамейка! Да, я ведь разговаривал со слепой девушкой перед тем, как найти тебя.

— О чём вы говорили!? Она не сказала, что перестанет сюда приходить!? — я схватил Кейла за воротник кофты и заставил съёжиться, сверля его обезумевшим взглядом.

— Жень, дыши спокойнее, тебе нельзя сейчас перенапрягаться, — его руки аккуратно опустились на мои плечи и резко отодвинули меня на метр в сторону, — Ни о чём особенном, мы не говорили. Она была довольно грустной и сказала, что один её друг потерялся. А, ещё попросила купить ей бургер, что я конечно же не сделал, ведь я торопился спасти тебя!

— Значит, она ждала меня… Надеялась, что я приду и каждый день сидела здесь, наверняка думая, что я забыл про неё… Сраные чистильщики! Ненавижу! Где мне теперь искать её!?

— Может там, откуда она приходила и куда уходила, после проведённого на скамейке дня? — совершенно спокойно спросил Кейл, загнав меня в тупик свои вопросом.

— Она… Кейл, я только что понял… Странно, но я никогда не задавался вопросом о том, как она добирается от дома до парка, и как идёт обратно, когда на улице уже глубокая ночь. Я никогда не волновался, что оставляю её одну в ночном парке, и просто уходил домой, после очередной поздней посиделки с ней. Более того, я не помню, как вставал и уходил. Только её слёзы начинали проливаться на мои руки и колени, как я тут же выпадал из реальности и забывал всё, что происходило в промежуток времени, между началом слёз и моим выходом из парка. Как такое может быть? Как я мог ни разу, не обратить на это внимания!?

— Хм… И правда, странно. Ты вообще уверен, что она человек? Будь я на тот момент наполненным адской энергией, смог бы различить порождение другого мира, хоть и облачённое в человеческую оболочку, но ты то сидел рядом с ней, обладая хоть и неполной, но силой духа отмщения. Разве, ничего необычного не почувствовал?

— Только тепло… Я, будучи мёртвым, чувствовал тепло и что-то похожее, на те былые эмоции. Кейл, духи не должны ничего чувствовать, да?

— Вообще, духи — бесчувственные орудия для баланса в мире. В случае с тобой, даже не знаю, что заставило тебя испытать хоть какие-то эмоции, — закончив говорить, он вдруг поджал губы и устремил свой взгляд вверх, проведя в таком положении несколько минут, после чего, видимо всё же разглядев сияющую лампочку над головой, снова обратился ко мне, — Есть два варианта. Первый — твоя неполная форма духа позволяет тебе улавливать отголоски былых чувств. Вторая, более сложная — девчонка может быть с небес.

*Воспоминания духа. Лучик света.*

Ноги медленно волочили меня вперёд, а к горлу то и дело подступал ком. Хотелось, чтобы меня стошнило всей той чёрной массой, что поселилась внутри после расправы над насильником. Хотелось избавиться от гнёта этих мыслей, от этой ужасной правды…

Она развеяла тьму одним своим видом. Только завидев её, сидящей на привычном месте, я будто бы почувствовал чистейшее добро и мгновенно ускорил шаг.

Ещё миг, и я оказался на скамейке, рядом с ней. Её улыбка и объятия… Я снова чувствовал себя человеком, греясь в её худеньких руках. Они обвивали меня так нежно, будто бы я был чем-то особенным, чем-то невообразимо дорогим. Кажется, это тепло даже немного нагоняло на меня сон, что конечно не могло быть реальностью…

— А теперь, можно и поздороваться! — начала Каролина, не выпуская меня из объятий, — Привет, красавчик!

— С чего бы это… — я усмехнулся и вытащил из кармана бумажный пакет, — Привет и… держи. Как всегда, с двумя котлетами. Твой любимый.

— Спасибо! — она выхватила бургер из моих рук и порвав пакет, стала жадно уплетать этот вредный человеческий шедевр.

Я любил наблюдать за тем, как она ест. Сразу вспоминал себя в детстве. Это для нас — взрослых людей, поход в кафе является обыденностью, а вот дети воспринимают это, как целое событие. Так и я, будучи ребёнком, сиял от счастья, когда папа и мама вели меня в пиццерию, где мы ели огромную пиццу. Этот круг из теста, что был полит ароматным соусом, посыпан сыром и щедро украшен ветчиной, для меня казался чем-то внеземным! Я и представить тогда не мог, что такую еду можно есть каждый день, а не только по праздникам, но от того, те редкие моменты с пиццей, бургерами, стаканчиками молочных коктейлей и мисками с разноцветными шариками мороженого, были такими запоминающимися и полными самых светлых эмоций.

Эти эмоции я больше никогда не смогу испытать сам, но мне хватает того, что я могу дарить их ей. Её улыбка — наверное, единственное светлое событие, которое ещё может происходить в моей мрачной жизни.

Дождавшись, когда Каролина закончит свой ужин и поблагодарит меня, я вытер её губки салфеткой и взял за руку. Она взглянула на меня своими белыми глазами и подняла их к небу. Я сделал тоже самое.

Мы сидели в полной тишине, запрокинув головы назад. Тусклая луна освещала наши лица, а во тьме бесконечного неба, то и дело сверкали звёзды. На улице было не жарко и не холодно. Казалось, что всё в этот момент стало идеальным. Я легонько сжимал её ладонь и представлял… Наш будущий поцелуй, наши отношения, нашу жизнь, где есть только мы. Я желал этого… Желал, снова стать человеком, но всё это было лишь обманом…

Я старался. Я уверял себя в том, что чувствую что-то большее, чем просто тепло. Я твердил себе каждый день, что чувствую любовь к ней. Я хотел верить в это и врал себе, что так оно и есть. И всё было прекрасно, будто в лучших романтических фильмах, но стоило мне отвлечься, стоило позабыть о том, что моё внушение должно постоянно поддерживаться моим воображением, как всё тут же рушилось. Я снова и снова врезался в каменную стену, на которой моей кровью было написано: «Ты уже умер. Смирись.»

Пусть это не давало мне покоя, но пока я был рядом с ней — в моей голове не было таких мыслей. Я просто забывал обо всём и наслаждался жизнью, которая сидела со мной на одной скамейке, но всё же в этот раз, мне пришлось заговорить с ней о неприятном, ведь недавнее событие очень сильно пошатнуло моё понимание мира.

— Каролина… Я могу задать тебе вопрос?

— Конечно, солнце, — не отводя глаз от неба, прошептала она.

— Ты добрая и светлая девушка, но мир вокруг совсем не такой, — я начал издалека, обдумывая каждое слово и на ходу фильтруя мысли, чтобы не забивать её голову мраком, — Представь, что мир — это пазл, состоящий лишь из белых деталей, но в коробку с ними, зачем-то подбросили ещё и чёрные. И вот, эти некрасивые мрачные детали стали портить идеальную белую картинку. Скажи, если я выкину чёрные детали, то поступлю верно?

— Нет.

— Что!? Но почему?

— Если картинка будет полностью белой, то глазу будет не за что зацепиться. Она попросту будет скучной. Как по мне, белых и чёрных деталей должно быть поровну, тогда это можно будет назвать идеальным балансом.

Слышать от «ребёнка», что радовался бургеру, как выигрышу в лотерее, такие рассуждения было неожиданностью для меня.

— Но как же так? Если в мире существуют плохие люди — они точно будут портить жизнь хорошим! В чём же тогда баланс, если ты можешь идти в магазин за продуктами, а по пути тебя пырнут ножом и заберут кошелёк, в котором было всего лишь несколько тысяч? Разве в идеальном балансе, твоя жизнь может быть загублена из-за такой мелочи?

— Возможно, я рассуждаю совсем не так и говорю противоположное тому, что хочешь услышать ты, но в своей жизни… я уже столкнулась с нарушением баланса и последствиями…

— О чём ты? Расскажи, что… — я запнулся на середине предложения, заметив, как по уголкам её глаз стекают слёзы, — Прости… Можешь не говорить.

Каролина вдруг прижалась ко мне и разрыдалась. Я крепко обнял её и прижал свои губы к её волосам. Я чувствовал, как её сердце бешено колотилось, готовясь вырваться из груди…

Что же ты пережила? Какой баланс был нарушен в твоей жизни? Какие тайны скрываются за твоей спиной, бедняжка…? Пусть даже ты никогда не поделишься этим со мной — я всё равно буду рядом, ведь у меня больше нет никого. Только ты…

Глава 8. Горькая правда.

Новость о том, что Ксения могла быть не человеком, погрузила Женю в пучину размышлений, в которой он пробыл целых два дня. Это было мне даже на руку, ведь ничего не мешало заниматься восстановлением его тела, пока он просто смотрел в одну точку и ежеминутно вздыхал. Всё было бы прекрасно, если бы мы не продолжали каждый день приходить к той скамейке…

На улице шёл дождь и парк пустовал. Мы как обычно прошлись до привычного места и убедившись в отсутствии его подруги, развернулись назад. Нам стоило просто выйти из парка и дойти до дома, но внезапный крик нарушил наши планы, а точнее сказать — их нарушила Женина тяга к справедливости…

— Слышал? — он остановился и прищурил глаза, вопросительно уставившись на меня.

— Ну крикнул кто-то… Что с того? Пойдём уже.

— Нет! Крик вроде бы донёсся оттуда, — его палец указал на небольшую бетонную постройку, лишённую окон и щедро исписанную какими-то надписями, — Давай, проверим.

— Женя…

Конечно же, он меня даже слушать не стал и поплёлся в сторону недостроенной коробки, непонятно как оказавшейся на окраине парка. Мне ничего не оставалось, кроме как пойти за своим непослушным другом.

Пригнувшись, мы медленно подобрались к строению, на расстояние пятидесяти метров, после чего спрятались за холмиком и стали наблюдать.

— Что это вообще такое? Для чего оно тут?

— Отголосок прошлого, который просто забыли или же не захотели сносить. Здесь раньше не было парка, а была просто пустошь и вот эта вот постройка, в которой обычно ночевали бездомные.

— Ну вот тебе и ответ! — я почему-то подумал, что смогу образумить своего любопытного друга, — Там просто бездомный ногой об камешек ударился и закричал. Пойдём домой!

— Нет!

Пока мы ползли к бетонной коробке по мокрой земле, моя уверенность в том, что всё обойдётся, стремительно падала вниз, ведь до ушей стали доноситься новые голоса. Там точно было несколько человек… Я слышал приказы заткнуться и жалобные стоны.

Поднявшись на ноги и аккуратно заглянув внутрь, мы увидели мрачную картину — трое мужчин, в одинаковой одежде, издевались над полуголой девушкой. Они таскали её за волосы, давали пощечины и заставляли её исполнять их пошлые желания. Она всячески сопротивлялась и даже пыталась ударить обидчиков, но по её измученному лицу было видно, что она скоро сдастся.

Я перевёл взгляд на Женю и впервые за всё время испугался человека. По его глазам расползались кровяные веточки, вены на теле готовы были взорваться, из сжатых кулаков текла кровь, а скрежет зубов и злобное рычание чуть не выдали нас. Я попросил его успокоиться, ведь в нашем состоянии лучше было не влезать в драки, на что он прошипел мне, что этот мир прогнил насквозь и больше у него нет сомнений в правильности его действий.

— Да, он прогнил, но у нас есть другая задача! Пойдём домой, нам нужно восстанавливать силы для великой битвы! — я кричал на него, но делал это шёпотом, всё ещё надеясь на хороший исход ситуации.

— Я не могу в это поверить… Знаешь, почему эти твари в одинаковой одежде? — Женя резко перевёл взгляд на меня и чуть ли не задыхаясь от злости, прошипел, — Это полицейские. Такого не должно быть! Ублюдки! Почему… Почему!?

Прокричав свой вопрос и выдав нас, он вбежал в здание и набросился на того, кто стоял рядом с девушкой со спущенными штанами. Он повалил его на бетонный пол и обрушил на его рожу град ударов. Буквально вмятый в череп нос, несколько выбитых зубов и сломанная челюсть — всё то, чем он успел наградить извращенца, всего за несколько быстрых ударов, пока его дружки не пришли в себя и не откинули Женю назад. Он прокатился по полу несколько метров, но тут же встал и побежал на них.

Я отвернулся и тяжёло вздохнув, порыскал глазами по округе, быстро найдя кусок какой-то железной палки. Вооружившись им, я обошёл здание с другой стороны и забрался внутрь через окно. Один из уцелевших полицейских уже был с разбитым лицом, но тем не менее, сидел на моём друге, сжимая его шею. Второй же, достал пистолет и направил на голову Жени.

Рывок, который стоил мне всех сил, был награждён успешным пробитием шеи насквозь. Рот побеждённого открылся в предсмертном хрипе и стал заливать пол кровью. Он упал на спину и схватился за палку, видимо в надежде вытащить её, но я успел взяться за её край и потянуть на себя всем весом. Его шея сделала оборот, переместив лицо на место затылка, после чего он окончательно успокоился.

Закашлявшись в болезненной отдышке, я повернул голову и с радостью обнаружил, что последний из полицейских, не ожидая подмоги со стороны злого подростка, потерял бдительность и не заметил, как тот достал из его пояса пистолет и направил ему прямо в лицо. Оглушительный звук и что-то небольшое, но очень быстрое, пробило аккуратный тоннель в его голове, выйдя из затылка с небольшими брызгами крови.

— Так вот чем ты занимался в своём городе, всё это время… — я посмотрел на Женю и расплылся в улыбке, — Ладно, хоть пар выпустили и не умерли тут.

— Да… Только вот теперь оказалось, что гниль проросла и в тех, кто должен был помогать мне. Кстати, тот плешивый толстяк ещё дышит.

Я обернулся и увидел, как немного приподнимается грудь мужика, которого Женя забил первым. Друг, к слову, уже поравнялся с изувеченным полицейским и сделал ещё несколько выстрелов из пистолета. Первым, он лишил ублюдка части тела, которой он размахивал перед лицом несчастной девчонки, когда спустил штаны, а следующие превратили его грудь в решето.

— Вот и всё. Отправляйся в Ад, ублюдок. Там тебе уж точно и не такого в рот напихают.

— Это я тебе гарантирую! Только, для начала, нам нужно спасти Ад! — подметил я.

— Да, обязательно спасём, — выражение его лица приняло особо серьёзный вид, — Нам ведь необходимо место, где такие твари будут мучиться вечно, когда я окончу их жалкую жизнь.

Между этим супер серьёзным высказыванием, сделанным с невероятно мрачным лицом и безобидной детской улыбкой, с которой он повернулся к девушке, прошло всего одно мгновение. Спасённая раскрыла глаза так широко, что казалось они сейчас выпадут из глазниц. Она вжалась в стену позади неё и стала наблюдать, как к ней медленно, но верно, приближался улыбающийся Женя, с ног до головы испачканный кровью, который пару минут назад, с особой жестокостью расправился с её обидчиками, а сейчас протягивал к ней руку, с сжатой в ней женской футболкой.

— Одевайся, а то простудишься. Ты сможешь идти? Мы можем проводить тебя до дома. Хорошо? — ответом на его вопросы, был лишь тот же взгляд и молчание.

— Оставь её. Она в шоке от увиденного. Придёт в себя и сама дойдёт до дома. Нам кстати, тоже туда пора! — я схватил его за руку и потащил за собой, — Кстати, это разве не та самая девушка, которую ты ищешь?

— Конечно, нет… У неё же даже цвет волос другой…

— Неужели меня память подводит? По-моему, та самая, которая сидела на лавочке…

— Да нет же!

Только переступив порог бетонной коробки, мы услышали тихий голос позади. Девушка прошептала слова благодарности и быстро натянув футболку, скрылась из виду…

Мы медленно плелись по длинному бетонному мосту, что был перекинут через реку, в которую Женя скинул орудие убийства. Также, пришлось потратить небольшое количество адской энергии из кристалла, чтобы затуманить разум немногочисленным прохожим, как и в тот раз, когда я нёс полумёртвого друга, вырванного из лап чистильщиков. Ведь они явно удивились бы, увидев нашу окровавленную одежду…

Дождь всё сильнее колол нам спины, а волны под нами неистово бушевали, извергая на поверхность воды огромные массы пены. Мне на мгновение показалось, что я находился на море. Один грешник рассказывал, что больше всего он жалел лишь об одном — он так и не увидел при жизни, это бескрайнее пространство воды, где могло утонуть даже солнце. Он описывал мне море так красиво и возбуждённо, хоть и не был там, что в моей голове всё больше разрастались мысли о том, как мало я видел в своей жизни.

Ад — всего лишь место, где реки крови и раскалённой земли, крики боли и гримасы ужаса, ежедневные мучения и бесконечность впереди. Разве, я первый, кто захотел увидеть человеческий мир, при этом не разрушая его? Да, порядок, есть порядок — тут не поспоришь. Во всём нужен баланс. Женя нарушил его и чуть не умер снова, но разве от одного чертёнка, гуляющего по этому миру, что-то изменится? Нигде нет места свободе, ведь с ней не будет порядка, а без порядка — не будет уже ничего. Небеса, Ад, Земля — неважно где ты, тебя везде ограничат в чём-то…

— Эй! О чём задумался? — голос друга вернул меня в реальность, — Ты как-то изменился с нашей последней встречи. Всегда был таким неугомонным и признаюсь, частенько меня бесил, но всё же ты был моим первым настоящим другом, с которым я испытал больше эмоций, чем за всю жизнь. А сейчас… Я понимаю, что твой дом в опасности, но разве такого чертёнка, может сломить хотя бы одна трудность?

— Меня ничто не сломает, но… что будет, когда мы убьём Архиса и порядок вернётся? Я снова попаду в Ад, возьму в руки плети и начну истязать грешников. Знаешь, маленьким чертятам нравится рвать душевную плоть людей. Я также был в восторге, когда мне впервые доверили вдоволь поиздеваться над грязной душой. Я тогда выкалывал глаза, отрубал пальцы, выворачивал ноги в обратную сторону, язык вырывал, ломал рёбра и копался во внутренностях…

— Всё-всё! — он вдруг выставил ладони вперёд и сморщил лицо, — Я понял, Кейл. Я отлично понял, чем ты занимался.

— Да… Хорошее было время, а потом, всё это как-то надоело. В голове закончилась фантазия и я уже не знал, чем себя занять, когда в мои руки попадал новый грешник. И однажды, между пытками, я решил поговорить с ним, что строго запрещалось. Позволено было лишь унижать его словами, но никак не расспрашивать о людской жизни. Я нарушил запрет и узнал столько всего нового, что Ад стал казаться мне скучнейшим местом во вселенной.

— Ты жаждешь свободы… Понимаю. Моя жизнь ведь также была невзрачной серой массой, до твоего появления. За то время, что мы пытались снять с меня проклятие, я прочувствовал все прелести жизни и даже умудрился умереть, — нервный смешок вырвался наружу, прервав его речь, — У тебя есть шанс на жизнь, если выберешься из Ада, ведь чертёнок отлично уживается с людьми, а вот для меня всё кончено… Я дух отмщения и уже не смогу жить обычной жизнью. Я не контролирую себя и упорно ищу грязь, чтобы стереть её с лица Земли.

— У тебя всё же, есть один плюс — ты не потерял свою волю и личность. Духи не помнят, кем они были при жизни — они чувствуют лишь злобу, которая осталась в них даже после смерти. Их призывают наверх, отдают приказы и те им беспрекословно повинуются. У тебя же есть свобода, которую ты впрочем сам себе разрушаешь. Если бы ты убивал тихо, не привлекая внимания к смертям, которыми наполняешь свой мир — чистильщики никогда не нагрянули бы к тебе. О тебе бы просто не знали, ведь… тебя будто и нет в этом мире.

— Что значит меня нет!? — озабоченно спросил Женя, взглянув на меня непонимающими глазами.

— Тебя никто не чувствует… — грудь необычно сжало, чего ещё никогда не происходило со мной, и по всему телу распространилось гадкое чувство, будто я сожалел о том, что не мог ничего исправить и помочь своему лучшему другу, — Ты невиден для Ада и для Небес видимо тоже. Ты не дух отмщения, каким мы привыкли его видеть. Ты не излучаешь никакой ауры, не издаёшь даже малейших волн в потоке вселенской энергии. В Аду даже не знали, кто именно убивает людей, пока не отправили неосязаемого демона на Землю. Слившись с ветром, он нашёл тебя на месте убийства и передал информацию, что нарушителем баланса является однокрылый дух… Но без зрительного контакта, тебя просто невозможно почувствовать и найти…

В воздухе повисло тяжёлое молчание. Остаток пути преодолели, не проронив и слова. Дождь за это время стих, оставив после себя лишь грязь и лужи, в которых отражался безжизненный бетонный пейзаж.

Подходя к подъездной двери, Женя уже вытащил ключ из кармана брюк, но я опередил его и подняв палец вверх, предложил посмотреть на фокус. Нажав несколько кнопок на двери, я подмигнул другу, который пустым взглядом наблюдал за моими махинациями, и подождав несколько секунд, наконец получил заветный вопрос.

— Кто? — знакомый женский голос раздался из двери.

— Я! — ответ прозвучал гордо, а рука потянулась к дверной ручке.

— Кто, я? — неожиданно спросил голос, сбросив улыбку с моего лица.

— Ну…

— У нас все дома. Гуляй, шкет!

Некоторое время, я стоял в недоумении и просто пялился в одну точку, пока осознание того, что меня посмели оскорбить какие-то жалкие людишки, переваривалось в голове. Пересилив свой гнев, я медленно перевёл глаза на Женю. Тот смотрел на меня ничего не выражающим взглядом, попутно набирая воздуха в лёгкие, чтобы что-то сказать.

— Друг… — он поджал губы и устало улыбнулся, — Давай, лучше ключом.

Глава 9. Не самая лучшая ночь.

Этой ночью совсем не спал. Сидел всё время на подоконнике и смотрел на пустые тёмные улочки. Луна сегодня не освещала Землю — всё было во власти тьмы. Она заполняла собой пространство за тонким окном, которое изредка дрожало под ударами ветра, что носился между домов и болезненно выл, предвещая приближение холодов. Такая картина не вызывала ничего, кроме бесконечной тоски и уныния, чему также способствовали тяжёлые мысли в голове: странные слова Кейла, то происшествие с полицейскими и пустая лавочка в парке. Создавалось впечатление, что куда бы я не пошёл, что бы не сделал — всё обернётся против меня. Почему так? Почему всё в моей жизни так? Я не помню, чтобы хоть какое-то моё действие не обернулось для меня расстройством. И даже после смерти, эта традиция моего существования никуда не делась. Это было клеймом, меткой, от которой мне не суждено было избавиться.

Примерно, в три часа ночи, Кейл не выдержал этого молчаливого уныния и вышел из дома. Вернулся спустя пару минут, с полным пакетом бутылок. На этот раз, я не стал возражать и принял протянутую мне кружку, до краёв наполненную красной жидкостью. Поднёся её к носу, я не почувствовал запаха. Тоже самое произошло, когда я сделал глоток. Вкус был абсолютно пустым или же… его вовсе не было. Будь на моём месте Кейл, он бы вздёрнулся в ту же минуту, но я лишь уныло улыбнулся, взглянув в свою кружку, и выпил её содержимое залпом.

— Мы обязаны победить его… — вдруг заговорил Кейл, громко поставив опустошённую кружку перед собой, — Месть и так… уже слишком остыла…

— Друг, мы отомстим за Ад. Ты ведь знаешь, что мы справимся! — я попытался приободрить его, но конечно же мои слова никак не изменили его настрой.

— Отомстить я должен не только за Ад… Он должен умереть за то, что сделал с моей мамой… В то время, мама была очень слаба, ведь только-только закончила работу надо мной. На любое порождение Ада тратится большое количество энергии, и если ты демоница — эта энергия уходит в твоё дитя. Следующую сотню лет, ты не можешь восстанавливать себя и покидать пределы Ада. Отец… Ему нужно было оставить нас, и хоть никто не мог навредить моей маме, он всё же очень беспокоился и попросил Архиса и Роуз присматривать за ней, — скулы Кейла мгновенно прорисовались на лице, — Я помню, как играл с куклой, обтянутой человеческой кожей и постоянно глядел на маму, чтобы удостовериться, что она наблюдает за мной и одобрительно улыбается. Её лицо было таким добрым и прекрасным, я помню его до мелочей. Череп в виде веера, множество любящих глаз, что были бережно рассыпаны по его контурам, пара аккуратных отверстий там, где у вас располагается нос, и вечно улыбающиеся губы, меж которых проплывал длинный тёплый язык, облизывающий мои щёки. Она была самой красивой из всех демониц… Самой лучшей!

На некоторое время, Кейл замолчал. Его глаза устремились куда-то вверх, а улыбка расплылась по уставшему лицу. Он представлял её… Я никогда бы не смог понять их красоты, ведь видел чертёнка лишь в образе чёрного силуэта и человека, но любовь к родителям я знал. Я вспоминал, как смотрел на своих родителей, как возвышал их в своих мыслях. Они были лучшими для меня, но я не был лучшим для них… Они мертвы, и я уже никогда не смогу попросить прощения за все гадости, что сделал…

— Она не разрешила Архису покинуть Ад в тот день, впервые за долгие годы… — сменив улыбку на грусть, продолжил Кейл, — Попросила слушаться отца, ведь тот был уверен, что старший сын и дочь не отойдут от мамы ни на шаг, но Архис взбесился и убежал. Роуз побежала за ним, чтобы успокоить. Их не было пару часов, после чего он влетел домой, с клинком в руках. Мама лишь успела откинуть меня подальше, чтобы острые лезвия не задели моё, на тот момент, хрупкое тело. Её голова упала рядом со мной. Раскрытый в предсмертном крике рот, пустые холодные глаза, и чёрная кровь… Она умерла быстро…

— Почему… — всё сказанное Кейлом, разожгло во мне искреннюю ненависть к его брату, но из моих уст вырвался лишь один, очевидный вопрос, — Почему этот ублюдок всё ещё жив!?

— Снова, отец… Не зря в Аду, за его спиной, про него говорили всякие гадости. Он был слишком добр к нам, будто его любовь к собственной семье была человеческой… Он выпросил право на очищение своего сына. Архис избежал смерти и был отправлен в чистилище. Да, это место ужасней Ада и является самым жестоким приговором для любого существа во вселенной, но для отца это не имело значение. Он просто хотел, чтобы вся его семья была жива и неважно, будет ли его сын рядом, или же в Чистилище…

Но вот, через спустя каких-то несколько месяцев, братец вдруг появляется в Аду, что приводит всех в шок. Первый, кто вернулся из Чистилища… Конечно, он сразу стал звездой в дома — все расспрашивали его, как ему удалось вернуться, а он лишь отвечал, что был наедине с собой, в полной пустоте и полностью очистился. Отец поверил этим словам и тому, что его сын отныне не натворит плохих дел… Наивный папа…

Разговор закончился на грустной ноте. Наша первая вечеринка была для меня началом новой, незнакомой жизни, где есть только веселье и глупые поступки. Вторая стала её концом.

Всё оставшееся время, мы молча пили, сидя у окна и пялясь в темноту. Кейл не убирал кристалл от моей головы ни на секунду, хотя его уже знатно пошатывало и было видно, как он хочет опустить руку. А я… Я нисколько не опьянел. Несколько литров едкой дряни показались мне водичкой, которая никак на меня не подействовала. От этого стало совсем уж не по себе. Никогда бы не подумал, что невозможность напиться станет последней каплей для того, чтобы я окончательно поник…

К семи часам утра, я услышал одиночный стук. Вырвавшись из плена мрачных мыслей, я повернул голову в сторону звука и увидел лежащий на полу кристалл. Кейл уснул и выронил его. Я и не думал, что он сможет продержать его так долго…

Спустившись с подоконника, я поднял кристалл и положил возле друга, после чего устало взглянул в окно, где всё также царил мрак, будто утро и не наступало, натянул кофту и вышел из дома. Не знаю, что потянуло меня на улицу. В голове не было никаких вопросов. Я просто почувствовал, что должен идти…

*Воспоминания духа. Пустота.*

Ещё одна прекрасная ночь, проведённая с ней. Интересные душевные разговоры, её детский смех, нежные объятия и мягкие волосы, в которые я так любил зарываться носом. Если бы я мог сделать что-то, для обретения человечности… Если бы я мог отдать что-то, чтобы снова почувствовать любовь — я бы отдал всё… Но нет! Что я могу отдать, если у меня ничего нет!?

Я лежал на полу в своей квартире, тупо пялясь в потолок. Солнце уже начинало закидывать свои лучи в мои грязные окна, наполняя пространство бледным, слегка тёплым светом. Тени медленно расплывались по потолку и стенам, создавая интересные контуры, будто бы обведённые чёрными маркерами.

Также, как и эти тени — жизнь вокруг меня уверенно текла в своём направлении. Бурная река забирала с собой многих — помогая быстрее достигнуть цели или же обрекая стать «утопленником», но лишь я, стоящий на самой середине мощного потока, оставался неизменным. Воды жизни обтекали меня, будто ствол старого дерева, не обращая на меня никакого внимания.

Неужели, мне уже некуда стремиться? Ведь жизнь уже прожита. Да, она была коротка и не особо улыбчива, но она уже закончилась и с этим глупо спорить. Так что же тогда, происходит сейчас? Как называется то, что я существую в данный момент? Не жизнь, не смерть, но что тогда? Что…?

Порой, я думаю, что старые люди говорят истинную правду перед смертью. Они всегда твердят, что мало времени уделяли любви, дружбе и всему такому. Думаю ли я, что вернувшись назад, прожил бы другую жизнь? Нет, конечно нет… Я не смог бы, вот и всё. Я не умею хорошо общаться, не умею веселиться, не умею быть простым и не зацикливаться на каждой вещи, уделяя ей столько внимания, сколько она явно не стоит. И что такой человек смог бы изменить, вернувшись назад? Я очутился бы в прошлом и внезапно стал бы местной звездой? Самым желанным другом и парнем? Мистером — харизма? И всё это в одном флаконе? Конечно, нет! Если я прожил жизнь так, значит я не мог прожить её никак иначе. Такой вот вывод…

Кстати, думаю между обычной смертью и моей, есть одно глобальное сходство — пустота. Если ты просто умер и допустим, исчез в вечной тьме, то всё что у тебя останется — это пустота. Нет надеждам, нет эмоциям, нет победам и проигрышам — больше у тебя ничего не будет. Если же ты каким-то образом воскрес, можешь не радоваться, ведь пустота уже прицепилась к тебе и никогда не отпустит. Всё тоже самое, за исключением того, что вокруг тебя не вечная тьма, или Ад, или Рай, а тот же самый мир, в которым ты жил. Только вот теперь, ты ощущаешь себя лишь наблюдателем. Похоже на то, что все твои друзья сдали экзамены, радуются этому и гордо уходят в лучшие институты мира, а ты сидишь со своим неудовлетворительным результатом и не понимаешь, куда же теперь идти и что вообще делать. Ты всё ещё среди них, среди людей, но уже будто лишний…

Глава 10. Тревожная, но такая приятная сила.

Я открыл глаза. Пустые бутылки на полу, кристалл лежащий рядом со мной и распахнутая входная дверь. Схватив источник энергии, я вскочил с подоконника и быстро огляделся — друга нигде не было. В голове промелькнуло: «Снова пошёл прочёсывать город, в поисках отбросов, но не додумался разбудить меня! Если снова найду его покалеченным — убью…»

Выбежав в подъезд, я рванул по ступеням вниз и не сразу заметил, что в воздухе повис еле ощутимый запах. Определить на что он похож было сложно, но стоило мне выбраться на улицу, как запах приобрёл чрезмерную насыщенность. Гниль, вперемешку с кисловатым привкусом, щедро приправленная тёплым запахом человеческих органов, что всего пару минут назад вырвали из тела.

Этот смрад исходил от тумана, который заполнил собой всю улицу, обвив каждое строение и деревце, почти полностью затмив солнечный свет. В пучине плотной белой завесы, до моего взгляда достучалась тончайшая багровая нить. Я сконцентрировался на ней и медленно пошёл следом.

Ноги тихо ступали вперёд, а ладони так и сжимались в кулаки, в предчувствии опасности, но я пытался не оглядываться по сторонам, следя лишь за нитью. И всё же, краем глаза, я видел медленно плывущие дома, что на пару мгновений показывались на свет и тут же погружались в туман, а также человеческие тела и их останки, коими было усеяно всё пространство. Длинные ленты кишков свисали с ветвей деревьев, у подножья которых, небольшими кучками валялись человеческие головы. Какие-то были обглоданы до черепа, другие лишь лишены глаз, а от третьих осталась только костная труха, с разбрызганной мозговой кашей. Чуть дальше, отрубленные пальцы держались за ручки дверей одного из домов — видимо, кто-то надеялся спрятаться там, но что-то страшное настигло его раньше, чем он успел распахнуть двери.

Стараясь следить за нитью, я мог многого не замечать, но только не звуки, что доносились до моих ушей и проникали глубоко в мозг, чтобы я мог сполна прочувствовать то, что скрывалось от моих глаз. Мерзкое чавканье, клацанье зубов, приглушённый рёв и стоны, наполняли этот мир, а одно звучание почти заставило меня обернуться и подумать о своей безопасности. Хлюпающие звуки, будто кто-то погружал свои ноги в густые лужи крови, стремительно подкрадывались ко мне, но практически поравнявшись, вдруг замолкли, обеспечив мне шанс не упустить еле видимую нить.

Чем дальше я шёл, тем больше нарастало напряжение в моём теле. Руки тряслись, голова то и дело дёргалась, а вместе с тем, я чувствовал, как становлюсь сильнее, как возвращаясь к чему-то привычному, родному. И весь ужас того что происходит, дошёл до меня только в тот момент, когда под моей ногой оказалась огромная отрубленная голова. Голова Вергала, из раздробленной пасти которого, свисал гниющий язык и сочился тот самый туман…

Вот почему я заметил эту нить… Туман насыщен адской энергией и она проникает в меня. Я не могу воспрепятствовать этому. Моя сила возвращается, но что-то с ней не так… Почему она поменяла свой цвет на багровый? А голова Вергала… Почему она здесь!? Неужели, Архис уже перебил всех, кто мог ему помешать и начал захватывать людской мир!? Но как же Роуз!? Я ведь наполняюсь силой и Архис это чувствует… Он уже знает, что она обманула его… Если он убил её… Нет! Не думай об этом! Роуз не могла так умереть! Она что-то придумала… Да, она явно сбежала от него и ищет меня.

До ушей снова донеслись чьи-то шаги. Я резко развернулся, моментально приняв форму адской боли и крепко сжав клинки. Сквозь туман, в нескольких метров от меня, на мокрой тратуарной дорожке, показалась женщина. Она держалась за живот, сжимая его так, что костяшки пальцев белели, а ногти раздирали ткань одежды. Её лицо было перекошено ужасом и болью. Всё её тело безостановочно тряслось и изгибалось, пока она наконец не упала на колени. Дрожь в миг пропала, лицо приняло спокойный вид, а руки отпустили живот и устало повисли по бокам туловища.

Я сразу почувствовал, что её тело пропиталось адской энергией. Шаг вперёд и рот несчастной необычно широко раскрылся, так что щёки порвались, а нижняя челюсть стала болтаться на тоненьких связках. После чего, улицу огласил ужасный крик, сопровождаемый мощным потоком чёрной слизи, что вырвался изо рта женщины. С хлёстким звуком, он ударился об асфальт, растёкшись по улице.

Нельзя было медлить. Я скрылся в дыму и вынырнул прямо за спиной женщины, обезглавив её. Отрубленная голова упала в чёрную жижу, и тут же была схвачена тонкой костлявой рукой. Огромная зубастая пасть вынырнула из мрачных глубин лужи, норовя перекусить меня пополам, но разница в нашей скорости была слишком велика.

Исчезнув в дыму, я переместился на пару метров в сторону и с прищуром посмотрел на существо, что уже успело полностью показаться на свет. Обтянутые бледной кожей, кости соединялись в кривой и несуразный скелет, что был отдалённо похож на человека попавшего в ужасную аварию, которого после смерти собрали по кускам и наскоро сшили. Монстр возвышался над землёй и мог поравняться с тремя взрослыми людьми, вставшими друг другу на головы. Его руки и ноги имели по несколько коленей и локтей, превращаясь в хрустящую гармошку. Одна из его ладоней оканчивалась длинными пальцами, что были наделены жёлтыми мерзкими когтями, вторая же слилась с отрубленной головой женщины, которая снова ожила. Её глаза стали осмысленными и начали жадно рыскать по округе.

Слепая тварь придумала, как видеть… Ну и рожа у неё! Одна пасть и ничего больше… Мерзкое же из тебя получилось порождение. Ты даже можешь сравниться с теми проклятыми, которых я убивал с Женей. Только вот, ты не выглядишь сильным… Прощай!

Оттолкнувшись от земли, я оказался рядом с чудовищем и занёс клинки для удара, но это была всего лишь обманка. Как только монстр направил свою лапу в мою сторону, я уже скрылся в тумане и поменял свою позицию, отрубив женскую голову и сломав пару костей. Порождение упало на землю и стало безумно колотить конечностями по асфальту, в попытках попасть по мне вслепую, но мгновенно замерло, когда мои клинки пронзили его зубастую пасть.

Подняв голову к небу, я сладко вздохнул и расплылся в улыбке. Да, не самое лучшее время для такого, но я просто не мог скрыть своё удовольствие. Баланс, что сохранял наше существование на протяжении многих тысячелетий, подвергся опасности, как и моя сестра, которая сейчас неизвестно где, но даже так, мои губы сами оттянулись в стороны, обнажая зубы. Я сорвал с себя кофту и откинул в сторону. Моё тело… Моя сила… Чувствую, как стал намного сильнее, чем был до того, как Роуз высосала мою энергию. Странно… Возможно, мне просто кажется с непривычки… Но нет, я и правда стал изменился!

Стена дома, что находился слева от меня, с грохотом разлетелась, обсыпая моё тело обломками кирпичей, сквозь которые, ко мне уже тянулась новая костлявая рука. Я взмахнул клинком и подметил ещё несколько рук, появившихся вокруг меня.

Скрывшись в тумане, я оказался на крыше. Город дрожал, стены домов шли трещинами — жильцы уже обратились и жаждали свободы. Сокрушая стены, они вываливались на улицу и обезглавливали тех, кто ещё не превратился в чудовище. Длинные когти сливались с людскими головами, наделяя порождения зрением.

Дом, на котором я стоял, вдруг накренился и крыша стала рассыпаться. Подо мной, было не меньше полусотни обратившихся. Не дожидаясь, пока весь дом рухнет, я ударил под себя и отправился в свободное падение. Пролетая этаж за этажом, я крутился словно в человеческом танце, разрубая плоть чудовищ, что прыгали на меня со всех сторон. Кровь взмывала вверх и тут же устремлялась за мной, окропляя комнаты — будто бы отмечая пройденный мною путь. Лязганье клыков, смыкающихся в опасной близости, истошный рёв чудовищ, что никак не могли достать меня и звук ломающихся хребтов, от моих мощных ударов… Да, я был бесподобен!

Прибив последнее порождение к полу, я выбил двери ногой и вышел на улицу. Дом за мной тут же рухнул, обдав меня пылью, на что сразу среагировали все чудовища в округе. Они ринулись ко мне… Огромные… Страшные… Безумно голодные… Мои глаза засияли от такой красоты, а удовлетворительный смех сам вырвался наружу.

Глава 11. Слияние.

Белый туман плыл по улице, сопровождая мою неспешную походку, обволакивая ноги и всё больше стягивая призрачные оковы. Население города будто вымерло и растворилось в этой густой мгле, став её частью.

Я смахнул туман перед собой, но плотное одеяло тут же срослось, став ещё гуще. Моё тело, подобно бабочке попавшей в паутину, увязало в тяжёлом воздухе и с каждым шагом тяжелело. Где-то в глубине души зародился еле ощутимый страх, а запах, который вдруг впился в мои ноздри, заставил сморщиться от омерзения. Я чувствовал запах! Но он был ужасен… Нестерпимый смрад наполнял воздух, заставив закрыть рот и нос ладонью. Он был похож на гнилое мясо, вперемешку с протухшей рыбой и скисшим молоком, поверхность которого моментально начинала пузыриться, стоило лишь немного наклонить кружку.

Не знаю, сколько я бродил в тумане, но глаза наконец уловили место, похожее на воздушный купол. Он был совсем небольшим, но туман огибал его и слегка рассеивался, не имея возможности проникнуть внутрь. Лишь стояло мне разглядеть лавочку и женский силуэт, как ноги сами ускорили шаг, вскоре перейдя на бег. Сердце будто бы снова начало биться, дыхание перехватило и глаза не смели моргать, пока я не ворвался в купол. Не успев затормозить, я врезался в неё, но вовремя обхватил руками за спину, когда лавочка вместе с нами стала падать назад. Мы прокатились несколько метров по мокрой траве и я оказался сверху, безумно пялясь в её ошарашенные белые глаза.

— Вот так воссоединение… — прошептала она, не сводя с меня взгляда.

— Ты… Столько дней! Где ты была!? — всё перемешалось в голове и я никак не мог подобрать интонацию для своих слов, ведь не понимал рад или зол.

— А сам то!? Ты первый пропал! — её руки оттолкнули меня, но тут же подтянули назад, заключив в нежные объятия, — Я почти поверила, что ты больше не придёшь, ведь ты даже не предупредил меня, что пропадёшь! Но я… Я… Я так рада, что ты снова здесь!

Последние слова она прокричала сквозь слёзы и я тут же прижал её к себе ещё крепче. Теперь, я понимал, что больше не отпущу её. Никогда и ни за что, не отпущу! Несмотря ни на что, она сидела и ждала меня здесь, а значит плевать на чувства, плевать на самообман — она мой человек и точка! Я точно уверен, что если бы при жизни встретил её, то по уши бы влюбился, поэтому я буду с ней, даже будучи мёртвым!

— Прости меня… Я… Ты не поверишь в то, где я пробыл всё это время и с чем мне пришлось столкнуться, но и ты также окружена множеством загадок, — в голове вспылили слова Кейла, — Каролина, ты ведь не простой человек, да?

Она вдруг отвернулась от меня и прикусила нижнюю губу. Её ладони соединились, пальцы судорожно перебирали друг друга. Рот несколько раз раскрывался в попытках что-то сказать, но губы тут же крепко склеивались между собой. Всё её тело пошло мелкой дрожью, а бархатная кожа покрылась мурашками.

— Я… Я не особо понимаю, кто я теперь… — она произнесла эти слова холодным безжизненным голосом и тут же, её тело перестало дрожать, — Баланс, когда-то давно, был нарушен… Наш отец — Верховный с небес пал в битве, о которой никто не знал, и небеса рухнули… Все развеялись в космическом пространстве, но частички воли нашего отца дали надежду для немногих уцелевших. Отдав одно из чувств восприятия людям — мы смогли спрятаться в вашем мире, сохранив в себе свою личность и воспоминания Высшего. Я отдала зрение… Помнишь, ту историю про девочку Каролину? Она и правда была амбициозной, но когда её зрение пропало — она совсем поникла. Я бродила по вашему миру и нашла её, сидящей на этой самой лавочке, вместе со своими родителями. Мама кормила её бургером и вытирала губы салфеткой, а папа читал книжку. Девочка выглядела счастливой, но я понимала, что прожить всю жизнь вот так — мучение и для неё, и для её родителей. Я подошла к ним и познакомилась. Сказала, какая у них прекрасная дочка и попросила подержать её за руку. Родители недоверчиво взглянули на меня, но всё же позволили это сделать. После прикосновения, девочка раскрыла рот и стала испуганно смотреть по сторонам. Страх быстро перешёл в радость, ведь она снова видела мир вокруг себя, видела своих папу и маму… В благодарность, они выполнили мою просьбу — забыли про меня и эту лавочку, и больше никогда сюда не возвращались, — она подняла глаза на меня и слабо улыбнулась, — Потом, появился ты. Ты стал единственным, кто был со мной в этом новом мире. Я воздействовала на твой разум, чтобы ты приходил лишь ночью и также не задумываясь уходил под утро. Так, я могла быть уверена, что другие ангелы не увидят моих человеческих чувств — ведь, я всё же совсем иное существо и мне запрещено испытывать что-то к человеку…

Слова застряли в горле и я просто смотрел на неё, переваривая всю эту немыслимую информацию. Небеса рухнули? Рая нет, а те кто жил там — теперь скрываются среди нас? Любой прохожий может оказаться Ангелом или Демоном! Наши миры переплетены сильнее, чем я думал…

— Ты настоящий ангел, взявший имя спасённой девочки! Это невероятно! — я схватил её за плечи и наклонился над ней, — А знаешь кто я!? Я мертвец!

— Женя, что это значит…? Ты же здесь, ты же со мной… Мы что умерли!? — она растерянно смотрела на меня своими белыми глазами, прижав свои ладони к моим щекам.

— Ох… Всё просто невероятно сложно… Я умер несколько месяцев назад — меня убило проклятие из Ада. Потом, я… Переродился в духа отмщения. Ты ведь знаешь, кто это?

— Нет… Обращаясь к памяти Верховного, я вижу лишь его последнюю битву — будто лишь она смогла уместиться в моём низшем, по сравнению с отцом, сознании…

— Так, хорошо. Духи нужны для баланса в мире и всё такое. Они не имеют собственной воли и просто делают то, для чего созданы. Я же другой. Я осознаю себя и… имею одно крыло, вместо двух. И да, я дружу с чёртиком из Ада… Прости, что вот так всё вываливаю на тебя, но я доверяю тебе и знаю, что ты поймёшь меня.

— Поэтому, ты так жестоко убил тех людей, что напали на меня…? — её пальцы сильнее сжали ткань моей кофты, — Я искала тебя… Ходила по этому миру и звала тебя, но мои крики привлекли плохих людей…

— На тебя напали!? Кто!? Что они сделали!?

— Я так долго искала тебя, но когда ты сам нашёл меня и спас — я очень испугалась тебя… Я не видела, что ты сделал с ними, но слышала хруст костей и выстрелы… Я не смогла принять тебя тогда и убежала… Но сейчас, я поняла, что тебе просто пришлось стать таким, пришлось запачкать свои руки… Они были плохими людьми и заслужили наказание…

— Те полицейские… Так это была ты… Снова, воздействовала на мой разум… А если бы я не успел… Если бы они сделали это с тобой… — злоба и ненависть сжали мои кулики и стиснули зубы.

— Женя, нет! Пожалуйста, не злись! Всё позади… Пожалуйста, не надо… Я не хочу снова чувствовать эту бесконечную тьму, что наполняла твоё сердце в тот момент…

После нелёгкого разговора, мы некоторое время молчали и в этой тишине, до меня вдруг стала доходить истина. Я понял, что судьба Каролины до боли похожа на мою собственную. Мы оба ощущаем себя лишними в этом мире. Для неё, человеческий мир — чужое место, где отдав своё зрение, она уже не смогла найти себе цель и просто заняла место спасённой девочки… Также, и я бы скитался по миру без дела, если бы не занял пустующее место мстителя, которое уж точно принадлежало кому-то до меня. Скорее всего, это бы простой человек, с сильной волей и тяжёлой рукой. Я не могу быть первым, кто воспротивился тьме в нашем мире… Я уверен, что таких было много, но им просто не хватило сил, чтобы изменить этот мир.

Поднявшись на ноги, Каролина протянула мне руку и хмуро посмотрела вдаль. Туман всё больше сгущался вокруг нашего купола и кажется, начинал проникать сквозь невидимые стенки.

— Это ощущение… Такая злобная сила… Я никогда не ощущала ничего подобного, — её голос немного дрожал, а в глазах застыла тревога, — Мне здесь не нравится, но я совсем не знаю, что делать.

— Да, меня это тоже настораживает. Нужно вернуться домой. Возможно, Кейл знает, что происходит.

Крепко сжав её ладонь, я уверенно двинулся вперёд. Она быстро перебирала своими ножками и боязливо прижималась ко мне, а я лишь думал о том, как бы никто не выпрыгнул на нас из этого тумана, ведь без своих сил, я могу справиться лишь с человеком, но никак не с порождением Ада…

Большую часть времени, вокруг стояла полная тишина и моё напряжение постепенно снижалось, но стоило нам перейти мост и оказаться на финишной прямой, как над головой пролетело что-то огромное, с мерзким звуком размазавшись по асфальту позади нас. Затем, истошный рёв и еле видимое багровое свечение, где-то впереди, в глубине тумана, заставили нас спрятаться в одном из переулков. Каролина уткнулась носом в моё плечо и закрыла уши, пока я осторожно выглядывал из-за угла, наблюдая вырывающиеся из тумана отрубленные конечности. Вспышки багрового света мерцали всё чаще, и кажется приближались. Я практически смог разглядеть силуэт с парными клинками, как из тумана, прямо на меня, вдруг вынырнуло высокое безобразное существо. Одна из её рук обильно кровоточила, заливая всё вокруг чёрной тягучей субстанцией, а тело было изрезано так, будто монстра пропустили через мясорубку. Чудовище завыло от боли и резко повернуло зубастую морду в нашу сторону. В тот же момент, Каролина завизжала от страха и вцепилась в мою руку так, что я почувствовал, как её ногти погрузились под мою кожу.

Монстр ринулся на нас так быстро, что я не успел ничего предпринять и только силуэт, что пролетел над чудовищем, изящно срубив верхнюю часть его головы, обеспечил мне возможность облегчённо выдохнуть.

— Кейл… Как же я рад… — я расплылся в улыбке, но в ответ получил лишь хмурое выражение лица друга.

— Эй! Я тут знаешь голову от внезапной силы потерял, но потом вспомнил, что у меня сестра в опасности, а ещё и тебя — придурка искать надо! Куда ты сбежал без моего ведома!? Ты хочешь, чтобы тебя убили!? — он чуть наклонил голову и взглянул на Каролину, — А, понятно… Всё же нашёл своего ангелочка. Ладно, теперь она с тобой и ты больше ни на шаг от меня, да!?

— Да, Кейл. Теперь, я никуда не уйду. Объясни, что это за тварь была и что вообще случилось? И это какой-то новый режим? Почему пламя больше не фиолетовое?

— Ад соединяется с ваши миром — вот, что происходит… А энергия… Не знаю, что с ней случилось, но это сейчас не так важно, — твёрдо сказал Кейл и поднёс кристалл к моей голове, после чего изменился в лице, — Да что за херня?

— Что-то не так?

— Я ведь вернул силу, почему твоё восстановление не ускорилось? Не понимаю. Энергия Ада во мне, я должен намного быстрее лечить тебя, но не могу! Твою мать! Почему всё так!?

Взмахнув клинками, чертёнок принялся нещадно рубить труп недавно убитого монстра, проклиная всё на свете. Я безуспешно пытался заговорить с ним снова, пока Ксюша не потянула меня за рукав.

— Что такое?

— Я могу внушить… Но тебе будет плохо после этого.

Кейл вдруг затих, а когда я снова повернулся в его сторону, он уже стоял прямо передо мной, смотря на меня горящими идеей глазами.

*Воспоминания духа. Убить в зародыше.*

Ночь. Школьный стадион. Музыка и крики.

Возвращаясь домой с удачной охоты, я заметил группу подростков, что стукаясь бутылками и громко смеясь, веселились неподалёку от меня. Бросив беглый взгляд, я насчитал примерно семь человек и ухмыльнувшись, побрёл дальше, но стоило мне пройти ещё каких-то пару метров, как веселье за моей спиной сменилось злобой и оскорблениями. Спрятавшись за деревом, я решил пронаблюдать, что будет дальше и в случае чего, вмешаться.

На этот раз, я рассмотрел всю группу, состоящую из трёх девчонок и четырёх парней. На вид, им было не больше семнадцати-восемнадцати лет. Один из парней толкал другого и крыл матами. Остальные же стояли рядом и смеялись — все, кроме одной девушки, что тянула за рукав жертву оскорблений, видимо пытаясь увести его из зоны конфликта. Но парень и не думал уходить — ещё парочка запретных слов в его адрес и хлёсткий удар угодил прямо в лицо обидчику. Тот сразу же упал на сырую землю и завопил, как резаная свинья. Видимо, этот визг и был приказом к тому, чтобы остальные парни набросились и стали избивать его врага. Я не вмешивался, ведь тот держался молодцом и даже смог разбить нос одному из нападавших, пока его не повалили на спину, прижав к траве.

«Эх, а ведь почти смог сам справиться… Хотя, может ты как раз плохой, а они хорошие?» — пронеслось в голове.

Поднявшись, главарь что-то крикнул девчонкам и те схватили за волосы и талию свою подругу, ту что тянула парня за рукав. И тут, он чётко и громко произнёс: «Смотри, сопляк!» После чего девушки стянули с неё трико, а главарь стал расстёгивать свои джинсы. Парень злобно закричал и стал вырываться, но несколько пинков по лицу быстро успокоили его. Да и не нужно ему было больше драться, ведь я уже сжимал рукоять своего меча…

Подростки обернулись на звук молнии, что ударила за деревом. Взмах крыла, и скрывшись в чёрных тучах, я оказался прямо над ними. Беззвучно приземлившись за их спинами, я с удовольствием пронаблюдал, как их оскаленные пасти превратились в дрожащие губы, стоило им лишь обернуться и увидеть меня. Они окаменели от ужаса, и никто из них не смог броситься бежать, ведь тела их уже не слушались. Лишь эти самые глаза, блестящие от подступивших слёз, как у щенка, которого выбросили из дома, оставив на растерзание бродячим псам, смотрели на меня и молили, чтобы я оказался сном, а не реальностью.

Я провёл по ним взглядом, заставив каждого содрогнуться, после чего подошёл к главарю, и наклонившись над его ухом, спокойно сказал: «Смотри…»

Мой меч засветился золотой энергией и ударил в землю, распространив небольшой, но смертельный заряд. Я постепенно вливал электричество, чтобы те ублюдки, что держали парня и девушку, умирали медленно и мучительно. Трясясь всем телом, они раскрыли свои рты, но не смогли закричать, беззвучно иссыхая под действием разряда. Через несколько минут, они рассыпались пылью по земле и я снова обратился к потенциальному насильнику.

— Ну как? Тебе понравилось, отброс? — в ответ, я получил лишь невнятное мычание и заметил, как по его джинсам стремительно побежала струя, — Ого! Что это с тобой? Ты ведь такой крутой! Ну давай, скажи мне хоть одно слово из тех, что говорил этому парню! Давай, тварь!

Не дождавшись ответа, я повернулся на спасённую парочку. Они сжимали друг друга в объятиях и с ужасом смотрели на меня. Точнее, с ужасом смотрела лишь девушка, а вот на лице парня была улыбка. Это было удивительно, ведь такую реакцию я видел впервые.

— Ты хорошо дрался.

— Спасибо, — немного запинаясь ответил он.

— Что случилось? Рассказывай всё. Я должен знать, почему произошла ситуация, в которой мы сейчас все находимся. Можешь начать издалека, если это необходимо для понимания.

Я сложил руки на груди и стал ждать. Парень нервно сглотнул и прошептав девушке, что не стоит меня бояться, сделал шаг навстречу.

— Я… Вот моя школа. Я тут учусь. У меня никогда не было друзей, а вот недавно появились. Вот эти… Кого ты только что убил… Они типа… крутые. Школу держали…

— Школу держали? — я обречённо вздохнул и помотал головой, — Как же я ненавижу такое… Рано вы себя взрослыми почувствовали. Продолжай.

— А, да… Я как-то раз помог вот этому, — он указал пальцем на обоссавшегося приятеля, — На стрёме постоял, пока он себе оценки в журнале исправлял, ну и он меня к себе принял, в компанию… Всё было хорошо, вроде… Если не считать, что я стал часто ввязываться из-за него в драки. Да, мне не особо нравилась эта компания, но всё-таки одиннадцатый класс — хотя бы в последний год обзавестись друзьями…

— Вот как… Не лучший выбор и не поверю, что не было другого.

— Да, конечно… Но это всего лишь случайность, я же сказал… — он будто бы стыдился того, что говорил, постоянно отводя глаза в сторону, — В общем, мы сейчас выпивали и… этот… этот…

— Не стесняйся. Выплесни злобу.

— Да… Этот ублюдок, мразь… Он перепил видимо и начал рассказывать, какой он всемогущий и что ему всё дозволено. Сказал, что любую девушку с нашего города, может спокойно посадить на свой… После этого, я не смог сдержаться и усмехнулся… Ну ведь это правда уже было смешно! Кого он тут из себя строит!? — его глаза наконец загорелись и рассказ стал намного оживлённей, — Его это разозлило и он сказал, что может и мою девушку поиметь! Сраный урод! Я конечно знал, что я нахожусь в плохой компании, но разве люди способны на такое!? Как такое вообще представить можно!? Чтобы вот так, на моих глазах…

На этих словах, девушка снова расплакалась и прилипла к его спине, уткнувшись в носом в затылок.

— Да, я с каждым днём убеждаюсь в том, что какую бы ты только мразь не вообразил, она с огромной долей вероятности, может оказаться настоящей и обитать где-то в нашем мире… — я протянул руку и парень, недолго думая, крепко пожал её, — Ты не такой, как все. Обычно, все кричат и убегают, когда видят меня, а ты… Я оставлю тебя и твою девушку в живых, но если узнаю, что растрепали обо мне — ты уж прости, убью обоих.

— Мы никому ничего не скажем! Клянусь!

— Вот и славно. А теперь, убей его, — я указал пальцем на главаря, после чего у его девушки случилась настоящая истерика.

— Убить? — испуганно переспросил он, глядя то на меня, то на возлюбленную, что молила его уйти отсюда и забыть про всё, что сегодня случилось, — Я…

— Да шучу я… Тебе незачем пачкать руки, приятель, — я опустил ладонь на его плечо и улыбнулся, — Идите домой. Этой ночи не существовало, как и этих людей. Береги себя и девушку.

Кивнув, парень ещё пару секунд не сводил с меня взгляда, после чего крепко сжал руку девушки и потащил её за собой, в глубь дворов. Она еле поспевала за ним, постоянно спотыкаясь и всхлипывая…

Остался последний отброс. Трясущийся, не помнящий себя от страха, он просто глазел на меня и кажется, даже не дышал, сжимаясь всё больше по мере моего приближения. Только вот, стоило мне подойти к нему в плотную, как его голос вдруг прорезался и уши заполнились мерзкими воплями.

— Нет! Нет, прошу! Не надо! Не надо! Я уйду! Уеду из этого города и больше никогда… никогда не появлюсь здесь! И никому не расскажу про тебя! Обещаю! Я клянусь, слышишь!?

— Мёртвые не говорят, — от моих слов, у бедняги снова перехватило дыхание и он разревелся, отчаянно пытаясь не задохнуться в плаче, — Зачем мне щадить тебя?

— Я ведь… Я ещё совсем ребёнок! Ты убьёшь ребёнка!? — похоже он вправду подумал, что его слова смогут как-то повлиять на меня, так как его глаза вдруг загорелись еле видимой надеждой.

— Ты не ребёнок — ты тварь, что пошла на такой ужасный поступок. И знаешь, нет смысла ждать, пока тварь станет опасней, превратившись во взрослую особь. Уже в таком раннем возрасте ты показал, кем собираешься вырасти.

Взмах меча и его ноги отделились от тела. Окрашивая траву багряной кровью, он медленно полз, вгрызаясь пальцами во влажную почву и рыча от боли. Ещё удар и рука осталась позади. С одной конечностью, как бы не старался, а уползти далеко не удастся. Удар ботинком в бок перевернул извивающееся тело на спину, после чего я вонзил меч в рот ублюдка. Лезвие задрожало, насыщаясь энергией, которая массивным пучком выстрелила по направлению клинка и разорвала голову на куски. Земля вокруг насытилась обугленными частями мозга.

Мир, в очередной раз, стал чище… Благодаря мне.

Глава 12. Архис.

— Так… Я ничего не понимаю… Вы что-то придумали? — Женя недоумённо переводил взгляд с меня на Каролину, и обратно.

— Как я сразу не додумался! Она ведь управляла твоим разумом, чтобы избавиться от лишних вопросов! Она может внушить тебе всё, что угодно! Так ведь!? — я посмотрел на его подругу, которая тут же кивнула мне, хоть и сделала это с понурым видом, — Вот! Она внушит тебе, что ты уже полностью восстановился и ты сможешь использовать форму духа!

— Но… Тебе будет…

— Будет немножечко больно, когда всё закончится, но ты ведь сильный! — я перебил её на полуслове, после чего она вдруг изменилась в лице и резко подойдя ко мне, подняла свой маленький кулачек на уровне моего носа, — Ты чего это…?

— Не смей ему врать! Он может умереть и если единственный выход — это идти на такой риск, то он должен знать всё!

Её глаза наполнились слезами, голос задрожал. Женя тут же начал успокаивать её. Он обнял её, начал что-то шептать на ухо, аккуратно поглаживая её по волосам, совсем не обращая на меня внимания. Да уж… Когда он был один — нам было намного проще…

— Кейл, что со мной случится? — прикрыв пальцем губы Каролины, он хмуро смотрел на меня, ожидая ответа.

— Твоё тело ещё не восстановилось, но мозгу можно внушить, что всё в порядке, а значит — ты примешь форму духа. Кости снова сломаются… Ну там… Крови много потеряешь… Твою мать, Женя! Я ненавижу говорить правду! Просто пойми — нам нужна твоя сила! Если быстро убьём Архиса, то ты не успеешь получить смертельных ран!

— Сделаем всё быстро…?

— Да! А потом, я сразу же начну твоё восстановление! Я снова поставлю тебя на ноги, друг!

— Ладно, хрен с ним… Всё равно, ждать больше нельзя — твари повсюду и видимо, дальше будет только хуже… Убьём твоего брата и вернём в наши миры порядок! — он сжал кулак и улыбка, так давно желавшая сражений, расползлась по его лицу.

— Как же я рад, это слышать! Но сначала… Надо бы сделать кое-что неприятное… Помнишь свою встречу с чистильщиками? Ты видел лишь чёрные тени, да?

— Да. Шесть чёрных теней…

— Сражаться легче с тем, чьё лицо ты видишь, но показывать себя они не станут. Лишь я и Роуз приняли человеческий облик, чтобы не выделяться в вашем мире. Чистильщикам же нет нужды принимать сливаться с вами, ведь они пришли захватывать, а не веселиться. Поэтому, я хочу чтобы ты сделал мне одно одолжение, — Женя немного отринул назад, видимо уже ожидая чего-то страшного, — Мне нужно заменить один твой глаз.

— Что!?

— Это необходимо, чтобы ты мог сражаться! Тени сливаются между собой, их может быть много! Целая армия теней! И как ты собрался что-то разбирать в этом месиве!? Забери мой глаз!

— Что за херню ты несёшь!? Как это вообще работает!?

— Ты должен своими руками вырвать мой глаз, — я оттянул веки пальцами и приблизился к другу, — Давай. Только… быстро!

— Кейл, остановись! Я не могу это сделать! Вырви его сам, если так хочешь!

— Я не могу, Женя! Если я сам себе наврежу, то не смогу восстановиться, а вот если кто-то другой меня ранит — то энергия Ада излечит меня и подарит новый глаз!

— А, хорошо… Отлично! То есть, я должен вырвать твой глаз, затем вырвать свой и заменить его!?

— Твой я вырву сам.

— Сука… Ты просто… Это же бред какой-то!

Вцепившись руками в волосы на голове и нервно теребя их, Женя несколько минут ходил из стороны в сторону, обливая всё матом. Слова были настолько изобретательными, что я почерпнул несколько новых для себя, а Каролина и вовсе раскрыла рот от удивления. Видимо, при ней он всегда был эталоном интеллигентности…

Вдоволь избив ногами труп монстра, на котором я, несколько минут назад, сам вымещал свою злость, друг наконец-то послал всё и уверенно подошёл ко мне. Миг… и его пальцы обхватили мой глаз и проникли под веки. «Давай!» — я закричал от боли и дёрнул головой назад. Пустота в голове быстро заполнилась холодным воздухом, достав до самого мозга, а острая боль расползлась во всему лицу.

— Кейл! Кейл, я сделал это! — руки опустились на плечи и стали трясти меня так, что я с трудом сохранял ориентацию в пространстве, — Ты восстановился!? Покажи свой глаз!

— Нет… Ничего не вижу… — я с ужасом уставился на Женю, пытаясь нащупать глаз в глазнице, — Он не восстанавливается! Я не понимаю…

Мысли путались, а боль в новой ране всё больше разрасталась, не давая сконцентрироваться. И тут я вспомнил, что кристалл всё ещё при мне. Руки немного тряслись, но всё же смогли прижать его к глазнице. Приятное тепло проникло в голову, а обзор резко увеличился. Глаз восстановился за пару секунд, и я облегчённо вздохнул.

— Эта энергия… Я сразу почувствовал, что она другая. Она… более злая, более тёмная, чем энергия Ада, но как такое возможно? Откуда она вообще взялась? — я напряжённо взглянул на кристалл, в котором ещё была небольшая частичка Ада, затем на друга, — Готов?

— Нет… Но давай уже… — его пальцы неохотно оттянули веки.

— Тебе не придётся восстанавливать целый глаз, лишь соединить мой с твоим мозгом. Это будет быстро.

Выдохнув, я снова перешёл в режим адской боли, чтобы стать быстрее. Одно движение и его глаз оказался в моей руке. Не дав Жени закричать, я тут же поместил свой глаз в открывшуюся рану и прижал кристалл, со всех сил направив его энергию к мозгу. Несколько секунд боли, и глаз обрёл осмысленный взгляд, а кристалл потух и рассыпался пеплом.

— Выглядит круто… — увидев свой правый фиолетовый глаз в разбитом зеркале, что валялось возле стены, произнёс Женя, — Теперь, я ещё меньше человек.

— Это не то, о чём сейчас нужно думать. Кристалла больше нет… Мы исчерпали всю его энергию. Значит отправиться в Ад не получится, а следовательно и спасти Роуз. Кажется, что Ад уже на Земле и сестрёнка где-то здесь, но эта энергия… Это точно не энергия Ада.

«Ты прав, братец! Это не Ад, это Чистилище!» — раздался знакомый голос, где-то вдалеке, после чего весь туман сдуло мощным потомком воздуха, и я увидел сотни изуродованных порождений и совсем ещё маленьких чертят. Они тащили в своих пастях человеческие тела и скидывали их в одну кучу, образуя высокий холм, на вершине которого сидел он. Положив под правую ногу пару человеческих голов, перекатывая их от кончиков пальцев до пятки и обратно, брат с ухмылкой смотрел на меня, кивая на два огромных меча, что торчали из мяса по обе стороны от него.

— Архис…

— Кейл! Чего же ты сбежал в тот раз!? Решил, что сможешь спрятаться от меня в их мире!? — его голос звучал таким радостным и самовлюбленным, а улыбка на лице расползлась чуть ли не до рогов, — Знаешь, зачем я собрал столько человеческих тел?

— Мне плевать! Где Роуз!?

— О, она в очень прекрасном месте… Бедная однорукая Роуз… И да, тебе не плевать… Ты ведь хочешь убить меня и сделать Ад прежним, но он нам больше не нужен! Теперь, мы обитаем в Чистилище и скоро, им станет вся планета! Ты уже здесь и тебе не выбраться! А знаешь, что главное? Правильно, человеческие жизни! Они нужны, нужны в огромном количестве, чтобы Чистилище слилось с людским миром.

— Я убью тебя… Тварь! Я размажу тебя по земле! Ты даже не успеешь восстановиться!

— Восстановиться? — он сделал удивлённое лицо, после чего тыкнул себя пару раз кончиком пальца в висок, — Ты совсем тупой? Ты ведь уже понял, что энергия Чистилища отличается от Ада. Она делает тебя намного сильнее, но не восстанавливает твои раны. Она приносит лишь разрушения и в этом вся её прелесть… Невероятная сила, без права на ошибку! Здесь, бои приобретают настоящую важность! Каждая рана, каждая потерянная конечность — всё остаётся с тобой навсегда! Азарт, интерес и эмоции — вот что даёт тебе сила Чистилища!

Вот значит как… Что ж, это нам даже на руку. Женя не сможет долго быть в форме духа, а значит отсутствие восстановления сократит время убийства Архиса. Нужно только быть аккуратнее и не получать ранений.

Я обернулся, собираясь дать наставления Жени, но ни его, ни девчонки за моей спиной не оказалось. Глаза забегали по округе и остановились на одном из зданий. Чёрное крыло поднималось из-за крыши, а за ним, смакуя каждый шаг, появлялся прекрасный силуэт. Увеличившиеся мышцы, чёрный меч в правой руке и хищный взгляд, наполненный золотой энергией. Это был он — мой друг! Дух отмщения!

Глава 13. Беспомощность.

Снова, это чувство… Чувство, что меня никто не может остановить! Я ощущаю, как сила разливается по венам, как она наполняет каждую мою клеточку и твою мать, как же это приятно! Я хочу драться, хочу рвать и резать своим мечом! Мой голод… Он настолько велик, что всё моё тело дрожит от напряжения! Мне нужна добыча и вот, вся улица наполнена порождениями Ада! Я могу убивать столько, сколько захочу и не думать о правильности своих действий!

Сорвавшись с крыши, я полетел камнем вниз. Крыло, с непривычной лёгкостью, расправилось и оттолкнуло меня от земли, направив в стадо чудовищ. Их пасти раскрылись, когти направились в мою сторону, но моё тело сделало всё, будто на автомате, не оставляя тварям и шанса, чтобы поймать меня взглядом. Мой меч легко входил в их плоть, разрубая кости и поджаривая их изуродованные тела изнутри. Ошмётки тел, клыки и когти — всё взмывало в небо, где сейчас господствовал только я. Моё наслаждение росло и я всякий раз скалился, снося очередную пасть с искривлённой шеи. Улыбка переходила в удовлетворённый смех, когда я краем глаза замечал, как на меня смотрел Кейл. Да, чертёнок, теперь всё иначе! Я сражаюсь не хуже тебя! Наблюдай за мной и наслаждайся моей силой!

Чудовища умирали, а голод лишь возрастал. Неужели, его можно утолить лишь человеческими жизнями!? Неважно! Даже если так — вернём мир, а там я уже отыщу новых отбросов, которых тут же прибью!

Четвертовав последнего монстра, я поймал человеческую голову и швырнул её в того, кто сидел на горе из трупов. Он поймал её и сжал в руке так, что та с брызгами лопнула, полившись жидкой массой между его пальцев.

— Это ещё, что за малец? Тот самый однокрылый дух? Пафоса в тебе много, но слушай… Ты расправился с самыми низшими существами. Они здесь, чтобы убивать беззащитных людей — так что можешь считать, что подрался с кучкой детей…

— Заткни свою пасть, ублюдок! Я здесь, чтобы убить тебя и вернуть свой мир! — изображение перед глазами плыло, из-за переизбытка злости и желания сражаться, — Спускайся, урод!

— Братец, что это с твоим дружком? — проигнорировав меня, он перевёл взгляд на Кейла, так и не изменив своего спокойного выражения лица, — Говорит что-то бессвязное, трясётся весь… Сразу видно, неопытный выскочка! Это он поможет тебе убить меня? Забавно.

— Да, он! — твёрдо сказал Кейл, приближаясь ко мне, попутно обрастая бронёй и меняя парные клинки, на длинный меч, — Адский воин и дух отмщения, вот кто сегодня надерёт тебе зад!

— Хотите драться? Я дам вам бой, но после того, как посмотрю на вас в деле! — Архис щёлкнул пальцами и из тёмных дыр, образовавшихся за его спиной, на свет выползли шесть знакомых фигур.

Я тут же ринулся в бой, но Кейл одёрнул меня за плечо и с прищуром посмотрел в мои глаза, набирая воздуха в лёгкие.

— Послушай, друг. Адской энергии больше нет, а значит — мы уязвимы для атак. Получать ранения нельзя и действовать нужны быстро. Ты ведь уже понял, кто это? Чистильщики… Не позволяй им дотронуться до тебя. Если их плоть или оружие коснётся тебя — снова попадёшь в мир иллюзий. Следи за каждым их движением, и атакуй лишь мечом и молнией.

— Понял! Давай уже убьём их!

— Женя!

— Ну что ещё!?

— Ты… стал очень сильным духом, — его слова прозвучали так искренне, что я на несколько секунд пересилил дрожь и смог улыбнуться самой доброй улыбкой на свете, — А теперь, убьём их всех!

С глазом Кейла, я видел не только их очертания, но и особенности тел. Два утончённых воина, что напоминали женщин своей фигурой, шли рядом, чуть наклонив вытянутые головы на бок. Их костлявые пальцы сжимали изогнутые парные клинки, а по всей площади тела были вшиты в кожу ржавые, исцарапанные железяки, видимо служившие им защитой. Худые ноги, с набухшими багровыми венами, оканчивались когтистыми пальцами, что упирались в землю, имитируя стойку балерины.

Сразу за ними, спиной к спине, идеально синхронизировав свои движения, медленно ступали двое. Один из них, что был впереди, напоминал мужчину средних лет. Все его мышцы имели идеальный рельеф и вызывали восхищение, хоть большая их часть и была скрыта под плотным чёрным плащом. Из темноты глубокого капюшона, на меня смотрел один красный глаз — второй был скрыт за длинной чёлкой. В его руках находился необычно изогнутый лук, а за спиной был колчан, что странное — совершенно пустой. Второй же, идущий задом, был практически полностью скрыт от моего взора, но его необычные руки, выступающие из-за силуэта лучника, заставляли обратить на себя внимание. Два арбалета, будто сросшихся с предплечьями, проникнув в мышцы изогнутыми мясными трубками, выглядели жутковато и опасно…

И последними, с трудом передвигая массивные ноги, по обе стороны от лучника и его загадочного друга, шли два огромных чудовища. Их тела состояли из гнилого жёлтоватого мяса, по всей площади которого располагались небольшие, но глубокие дыры. Из них, на омерзительные туши, медленно вытекал густой гной, вперемешку со сгустками крови. Их пасти были схожими: одинаковые гнилые клыки, кишащие опарышами челюсти и железные скобы, крепко впившиеся в оголённые дёсна. Лишь расположение мерзких ртов отличалось — первый имел горизонтальный разрез, а второй вертикальный, будто бы разделяющий голову надвое. Руки первого оканчивались перчатками-булавами, а его друг видимо предпочитал более дальние атаки и имел такие же шипастые шары, но уже на цепях, что впивались глубоко в плоть толстых рук.

Бой начался, как только я подумал о том, куда сделать первый шаг. Будто бы читая все наши движения, они атаковали наперёд, не давая и секунды на раздумья. Толстяки сотрясали тяжёлыми ударами землю и рушили дома, засыпая улицы обломками стен, а быстрые худые войны наносили множество ударов, которые я кое-как успевал отбивать. При всём этом, ещё и стрелки не давали покоя — нужно было постоянно следить за этими крысёнышами, что прикрывали своих союзников издалека, беспрерывно поливая всё пространство стрелами. В пустом колчане, буквально из воздуха, появлялись стрелы, покрытые каким-то багровым сиянием, и видимо, не собирались заканчиваться.

Кейл не торопился атаковать и лишь уворачивался. Я же без остановок контратаковал, но все мои удары разрезали воздух, не доходя до цели, а веточки молний попросту не могли догнать быстрых воинов.

— Ты уже понял последовательность атак? — увернувшись от огромной булавы, а затем отбросив ударом ноги худощавого воина, спросил Кейл.

— Что!? Не время для разговоров! Я даже попасть по ним не могу!

— Здоровяки медлительные и особо не пытаются попасть по нам. Их цель — создать для нас неприятные условия боя. Как только они бьют по земле, рушат дома и засыпают пространство обломками, тут же налетает парочка шустрых воинов и наносят несколько ударов. Отбив или увернувшись от этих ударов, мы можем попытаться нанести ответный, но по окончанию атаки быстрых, последнее место их прибывания сразу заливается градом стрел, заставляя нас снова убегать, вместо того, что атаковать, — спокойно проговорил чертёнок, не спуская глаз с противников.

— Что предлагаешь!?

— Убрав из идеальной системы, всего лишь один компонент — мы превратим её в хаос. Подобраться к лучникам нам не дадут, а пока будем рубить здоровяков — быстрые убьют нас, подобравшись со спины. Значит, худощавых мы первыми и убьём. Сейчас, дождёмся новой атаки и увернувшись от жирдяев, я откину быстрых в стороны. У тебя будет несколько секунд, чтобы прикончить хотя бы одного, пока я отбиваю летящие в тебя стрелы.

Кивнув Кейлу, я немного вырвался вперёд и заметил, как здоровяки синхронно прыгнули в нашем направлении, занося свои шипастые шары для удара. Булавы разорвали бетон в том месте, где секунду назад был чертёнок, который уже вонзил свой меч землю, ожидая следующей атаки. Худощавые снова набросились с двух сторон, но фиолетовая волна, что вырвалась полусферой из под ног Кейла, оттолкнула их, подняв в воздух на несколько метров.

Мой выход! Прыгнув на стену, я сжал свои ноги и крыло, как пружины и выстрелил собой, будто ядром. Уже порядком надоевший, быстрый воин не успел даже повернуть голову в мою сторону, как был разрублен на несколько аккуратных частей. Сфера полностью развеялась, а за моей спиной, на потрескавшиеся бетонные плиты, с хлюпающими звуками, рухнули ошмётки мяса и дружок убитого.

Удовлетворённая улыбка расползлась по лицу, и я развернулся, чтобы подмигнуть Кейлу, но чуть не напоролся глазом на выставленный в мою сторону клинок. Полное злости лицо второго худощавого, смотрело на меня всего мгновение, после чего верхняя часть его черепа медленно сползла, упав к моим ногам. За остатками головы, показался Кейл, сжимающий окровавленный меч.

Ошеломлённые здоровяки быстро пришли в себя и снова атаковали. Точнее, атаковал только тот, что был с цепями, а второй почему-то замер и стал будто бы увеличиваться в размерах.

— Кейл, получилось! Ты просто охрененно умный! Минус сразу два ублюдка!

— Да, хорошо вышло… — не очень весело ответил чертёнок, на бегу вытаскивая пару стрел из спины.

— Твою мать, когда в тебя успели попасть!?

— Если б не подставился, тебя бы точно убили. Был выбор — отбить все стрелы, или только несколько и успеть убить второго, что обезумел от потери союзника. Как я и думал, раз они нападают парами, то стоит убить одного, как второй сразу же теряет самообладание, забывая о тактике, начиная атаковать необдуманно. Он ринулся к тебе, совсем забыв про меня и поплатился…

Не успев договорить, Кейл закричал и упал на землю. Цепь достала его, раздробив ногу. Я ринулся к нему, но нас обоих вдруг окатило какой-то мерзкой тягучей жидкостью.

Попытавшись вытереть омерзительную массу, я лишь больше размазал её по лицу, но всё же смог освободить один глаз и заметить, как тот толстяк, что стоял на месте и увеличивался в размерах, стал невероятно огромным и сейчас поливал гноем, из своих многочисленных отверстий, всю улицу. Тут же, со всех сторон, на нас побежали, непонятно откуда взявшиеся, перерождённые, каких мы десятками убивали несколько минут назад, а вместе с ними и юные чертята… Неужели, эта жидкость привлекает их!?

Я поднял Кейла и ударил молнией, поджарив пару десятков монстров вокруг нас. Взмах крыла и мы оказались на крыше, где нас тут же настигли цепи. Они превращали в пыль черепицу под моими ногами, и я лишь успевал перелетать с одного дома на другой. Чертёнок не переставал кричать, а чудовища настигали с каждым шагом, взбираясь по стенам домов…

Отбиваться одной рукой, с чертёнком на плече, постоянно уворачиваясь от шаров на цепях, вездесущих стрел и догоняющих монстров — я долго не мог. Одна из огромных пастей, что раскрылась прямо под моими ногами, вынырнув из под крыши, вгрызлась в Кейла и стащила его с плеча, лишив меня левой руки. Нога неудачно подвернулась и я полетел навстречу земле, которая поприветствовала меня звуком ломающихся рёбер.

Отдышаться мне не дали — чудовища быстро накинулись на меня, отрывая по кусочку, будто специально не сжирая меня за один укус. Слабая молния, которую я смог создать вокруг себя, ненадолго обездвижила их, позволив взмахнув обгрызенным крылом и скрыться за стеной.

Сука, как же так!? Всё изменилось в мгновение! Кейл… Кейл, ты же ведь не умер!? Я найду тебя, слышишь! Я найду тебя, грёбаный чертёнок! Даже без руки убью их всех и спасу тебя!

Я сжал меч так, что костяшки побелели, и вышел из-за стены, которая всё равно бы не спасла, ведь чудовищам не нужно было видеть меня — они чуяли гной, которым меня облили. Передо мной, показалось наверное несколько сотен чертят и столько же превращённых тварей, у одной из которых, к руке была приращена голова Кейла…

Я забыл себя в то мгновение. Закричал так, что кровь хлынула из горла и побежал в толпу. Резал тварей на куски, превращая поле битвы в багровый бассейн. Чудовища падали одно за другим, успевая перед этим пару раз вонзить в меня свои когти. Я не замечал ранений и рвал их плоть, даже после того, как булава пролетела на цепи, меж изогнутых туловищ монстров и раздробила мне грудь, впечатав в автомобиль. Тут же моё тело нашпиговали стрелами и рука сама отпустила меч. Очередной монстр приблизился ко мне, раскрыв свою зловонную пасть, но я укусил его первым. Нырнув под челюсти, я вгрызся зубами в его глотку и вырвал огромный кусок плоти.

— Наконец-то, попался! — раздался за спиной знакомый голос и всё вдруг прекратилось.

Я оказался стоящим на крыше, полностью целым, а за моей спиной, держа меня за плечо, стоял живой и здоровый Кейл!

— Кейл! Кейл, как я… Ты жив! Я ведь видел… — задыхаясь от волнения, я совсем не мог говорить.

— Успокойся! Ты попал в мир иллюзий! Похоже тогда, второй худощавый всё же коснулся остриём клинка твоего глаза. Всего на мгновение, ведь ты даже этого не почувствовал… Но всё позади! Ты понял!?

— Да… Да, друг…

— Нас облили этой мерзостью. Благо, ты не успел физически погрузиться в мир чистильщиков и в припадке злости, перебил большую часть набежавших перерождённых, — довольным голосом произнёс Кейл и подмигнул мне, — Ты настоящий зверь! А теперь, я отвлеку здоровяка с цепями, а ты прибей лучников.

— А как же второй… — начал было я, но краем глаза заметил, как чудовище, что извергало гной, уже было порублено на куски, — Когда ты успел!?

— Пока ты буйствовал, забрав всё их внимание! Любую ситуацию нужно уметь использовать во благо для себя, поэтому я не сразу вернул тебя.

— Какой ты расчётливый…

Шипастый шар ударил по крыше, заставив нас отпрыгнуть в разные стороны. Кейл тут же бросился на здоровяка, попутно очищая улицу от оставшихся перерождённых, а я взмыл в небо, чтобы найти лучников. Стрелы, тут же пролетевшие в опасной близости от моего лица, показали мне местоположение врага. Зарядив меч золотой энергией, я полетел вниз и ударил по зданию, за которым скрывался чистильщик. Стены с шумом разлетелись и сквозь поднявшееся облако пыли, мои глаза выцепили изорванное тело.

Отбрасывая камни ногами, я медленно подошёл к трупу и нагнулся над ним. Это был тот стрелок, что использовал изогнутый лук. Вобрав энергию в ладонь, я сжал кулак, намереваясь провести последний удар, дабы исключить возможность внезапного воскрешения, но воздух за моей головой тут же исказился. Я почувствовал, как что-то длинное и острое пронзило его. Пара десятков стрел отскочили от моего крыла, прикрывшего затылок. Глаза поднялись кверху, обнаружив врага. Обладатель арбалетов висел в воздухе, будто бы лёжа на невидимой скамейке, опустив свои руки в мою сторону, а за его спиной… был лучник! Тот самый, что ещё пару секунд назад, лежал мёртвым на бетонном полу…

Их тела закружились, будто карусель, выпуская сотни стрел в мою сторону. Прикрываясь крылом, я упал на одно колено под тяжестью ударов и вбил кулак в пол. Золотые веточки взорвались искрами и вмиг разрослись вокруг меня, выжигая всё вокруг. Выстрелы тут же прекратились, и лучники пропали из моего поля зрения. Перебежав за уцелевшую стену дома, я попытался перевести дух, но заметил впереди себя арбалетчика. Он стоял один, в нескольких метрах от меня. Если он там, то… Пара стрел вонзилась в стену за мной, почти пробив бетон и подтвердив мои предположения. Я быстро поднялся, взмахнул крылом и оказался рядом с арбалетчиком, занеся меч для удара, но он тут же исчез, появившись за спиной союзника, и они снова закружились, атакуя меня миллионом стрел.

Всё понятно, если я вижу лишь одного, значит второй уже за моей спиной, но стоит приблизиться, как они снова оказываются приклеенными друг к другу, будто магниты.

Перебегая по крышам, уворачиваясь от стрел, что сыпались на меня с двух сторон, я размышлял, как убить столь неудобных противников. Ударить с расстояния не получится, ударить вблизи тоже… Хотя, если бы я смог соединить это… Может, получится подловить их? Впрочем, больше нет времени на раздумья — от моего крыла уже откололись несколько пластин, да и пара стрел попала в ноги. Боль просто адская… Интересно, если бы Каролина не создала внушение, я бы сейчас смог продолжать сражаться с пробитыми ногами?

Преодолев ещё пару крыш, я спрыгнул вниз и скрылся за полуразрушенной стеной. Меч зарядился энергией, все чувства обострились в ожидании атаки. Как всегда, впереди тут же возник один них. На этот раз — это был лучник. Он мгновенно выпустил в меня пару стрел, а значит в стену за моей спиной, также атаковали. Дождавшись вибраций за спиной и звука трескающегося бетона, я нырнул сквозь обломки стены, в облако пыли. Всего на пару секунд, я стал невидимым для противника, но этого хватило, чтобы швырнуть меч в лучника, попутно направив пучок энергии в обратную сторону. Вылетев из пыли, я выставил заряженную руку вперёд, заставив его исчезнуть, переместившись за спину друга. Вот и всё. Попались! Меч вылетел из пыльного облака и пронзил их тела, взорвав плоть мощным потоком энергии. Взмахнув крылом, я оказался под ними. Горячий пепел не спеша укрыл мои волосы, а меч упал точно в руку. Я победил!

Вернувшись к Кейлу, я обнаружил его стоящим рядом с чудовищем, что было обмотано своими же цепями и не могло пошевелиться. Один точный удар и пронзённая мечом пасть, вспыхнула багровым огнём, который быстро поглотил огромное омерзительное тело.

— Спасибо, что избавились от чистильщиков! Их разумы сопротивлялись и, рано или поздно, они всё равно перестали бы подчиняться энергии Чистилища, а значит — и мне. Вернулись бы к своему прежнему делу — начали бы наводить порядок… Вот только, отныне на этой планете будет лишь хаос. Мой хаос!

Не обращая внимания на Архиса, Кейл подошёл ко мне и улыбнулся.

— Смотрю, ты справился со стрелками, — произнёс чертёнок и махнул головой на своего брата, который уже поднялся на ноги и спрыгнул с горы трупов, — Не будем радоваться раньше времени. Отметим победу, когда отсечём ему голову.

— Сделаем это!

Мы не стали мешкать. Моментально сблизились с Архисом и обрушили на него град ударов. Звон клинков оглушил улицу и весь мир замер, ожидая исхода главной битвы последних времён. Мои мышцы были на пределе, раздувшись до кошмарных размеров и налившись кровью, а по зубам шли трещины от чрезмерного напряжения. В глазах всё побелело, но я не останавливался до последнего и продолжал наносить удар за ударом, не отставая от Кейла. Казалось, он совсем не уставал и его ярости не было границ — так отчаянно он взмахивал свои мечом, объятым багровым пламенем, что вырывалось из его длинных рогов.

Архис совсем не уворачивался и не двигался с места, лишь подставляя свои мечи под наши удары. Он сражался как-то вяло и без интереса, так что вскоре наши мечи стали доставать до цели, раня его по рукам и ногам, оставляя хоть и не большие, но глубокие раны. Я ощущал, что здесь что-то не так, что он будто бы играет с нами, но надежда на лёгкую победу, всё же теплилась в моей груди, пока всё не изменилось в одно мгновение…

Тело Архиса вдруг стало другим — стало крепче и больше, так что клинки наших мечей попросту отскочили от непробиваемой кожи, а рога взмыли вверх, выпустив мощные столбы огня. Его лицо покрылось толстыми венами, глаза вспыхнули пламенем, лицо разрезала удовлетворённая улыбка и в тот же момент, моё тело сдалось, исчерпав весь свой ресурс. В очередной раз, взмахнув своим мечом, я увидел лишь сломанную руку и кисть, которая безвольно болталась, будто маятник, еле сжимая рукоять потяжелевшего меча. Всё тело будто взорвалось изнутри, заставив мои кости выгнуться и проткнуть плоть и кожу, показавшись наружу. Кровь закипела, вырываясь красной пеной из ноздрей, ушей и глаз…

Стоило мне прекратить атаковать, как меня отбросило на несколько метров, впечатав в стену. Сквозь кровяные подтёки, я увидел огромное чудовище и Кейла, что поднимался на ноги, не спуская с меня глаз. Наверное, он думал о том же… Архис просто игрался с нами. Дал нам побить себя, почувствовать вкус грядущей победы, а потом показать свою настоящую силу…

Сжав меч и стиснув зубы, Кейл снова бросился в бой с братом, который уже полностью принял свой облик Адского воина. С лёгкостью уворачиваясь от всех ударов, он избивал чертёнка, не торопясь использовать свои клинки, видимо желая продлить удовольствие. Хватая его своей когтистой лапой, он отталкивался от земли и скрывался в небе, вместе с моим другом. Кейл всегда падал первым и с каждым разом, выглядел всё более изнурённым и потерянным, а я лишь лежал и смотрел… Лежал, не в силах помочь ему и наблюдал… Прямо, как в тот раз…

В голову закрались страшные мысли. Неужели, мы настолько слабы? Неужели, мы совсем ничего не значим!? Всё повторится снова..? Я снова потеряю его!? А затем, Архис добьёт меня и моя Каролина… Она тоже умрёт без меня! Все умрут, и мои старания, мой идеальный мир, моё существование — всё будет стёрто!? Нашего мира больше не будет!? Почему всё идёт к этому!? Почему, твою мать!? Сука! Мы ведь старались, все старались… А сейчас, нас просто раздавили… Я не вижу выхода… Я даже пошевелиться не могу… Даже палец согнуть… Ничего…

Спустя несколько минут, Кейл оказался прибит к стене дома напротив, своим же мечом. Его рога были обломлены, а конечности… Уцелела лишь левая рука… Он был обессилен настолько, что даже его человеческий облик пропал, явив передо мной израненное худое тело чертёнка. Он смотрел на меня пустыми обречёнными глазами и еле дышал, то и дело давясь кровью…

Улыбающаяся мерзкая морда склонилась над моим лицом. Если бы я мог плюнуть в него напоследок… Что-то красное, с примесью черноты закружилось вихрем в его лапе, а затем ударило мне в грудь. Картинка начала стремительно удаляться, будто бы моё тело уносило куда-то вглубь, на самое дно нашей вселенной…

*Вспоминания духа. Дом, который не должен был существовать.*

Таких, как они, нужно было убивать руками, так что мой меч оставался висеть в небе над домом, как знак того, что я начал зачистку ещё одного места, которого не должно было был в нашем мире.

Этаж за этажом, я пачкал руки в крови, забивая этих существ до смерти, ломая им носы, вырывая уши, дробя черепа, испепеляя измученные тела. Убивая одного, я смотрел на других и не мог поверить, что им нет никакого дела до своего друга — они продолжали колоться, мыча что-то невнятное и истерически смеясь…

Выбив очередную дверь, я застал трёх людей лежащих на грязной кровати. Двое парней трахали девушку, пристроившись к ней с двух сторон, а она даже не шевелилась, смотря в потолок пустыми безжизненными глазами. Она уже была мертва, но они даже не заметили этого, не прекратили делать это с ней…

На последнем этаже, меня ждал всего один человек. Он сидел в луже крови, окружённый несколькими трупами. Их тела были покрыты множеством глубоких порезов, видимо нанесённых ржавыми ножницами, что сейчас торчали у победителя из глаза. Он будто бы не замечал их, будто не чувствовал боли, и лишь судорожно перетягивал ремнём руку, чтобы влить в себя то, ради чего они здесь дрались.

Закончив дело, он с наслаждением откинул голову и наконец заметил меня. Устало улыбнувшись, он медленно поднял иссохшуюся руку и помахал, после чего его глаза замерли, а дыхание прекратилось.

Я сжёг всё. Дом, вместе со всеми телами, со всей этой грязью, был объят пламенем, освещая ночной лес…

Сидя на холме и смотря на полыхающий особняк, я вздрагивал от собственных мыслей. Мне было по-настоящему страшно думать о том, как такое могло случиться. Люди… Они ведь были людьми когда-то, но что заставило их попробовать эту дрянь? За что они отдали свои души, став пустыми оболочками? Разве есть хоть одна причина, которая может оправдать такой выбор? Не пойму…

Я устал. Мне не нравится всё это. Не хочу это видеть. Хочу забыть всё и остаться в неведении, как то великое множество людей, что живут своей скромной жизнью, едят вкусную еду, спят в тёплых кроватях и смотрят весёлые передачи по телевизору. Они живут обычной жизнью и даже не задумываются о том, что в соседней квартире, на соседней улице, совсем рядом с ними, кто-то может убивать или быть убитым, глотать таблетки или прокалывать вены шприцем, насиловать или подвергаться насилию… Они живут в хрупком светлом шаре, что сопровождает их повсюду, пока по всему миру незримо разливаются реки грязи… И пока наша планета не перестанет утопать в этом дерьме — каждый обычный мирный человек, волею судьбы, может выпасть из света и быть втянут во тьму, из которой так сложно выбраться.

Мне просто нужно смириться… Снова и снова, я говорю себе это… Я устал, но мне нельзя жаловаться, нельзя жалеть себя. Ведь если не я, то кто!? Какой живой человек захочет тратить свою жизнь на такое!? Копаться в этом болоте, чистить каждый тёмный уголок, видеть всю эту жестокость, ради того, чтобы другие смогли легче вздохнуть! Разве человеку стоит рождаться ради этого? Нет! Конечно, нет… Рождаться стоит, чтобы жить, а те кто уже умер должны позаботиться о том, чтобы живым жить было легче.

Я снова упал в её объятия, словно погрузившись в тёплую морскую воду. Хоть я никогда и не был на море, но всегда представлял его таким тёплым и тихим, блестящим в свете солнечных лучей, а берег — песчаная кровать, в которую можно зарыться и никто не нарушит твоего спокойствия. Так красиво… И всё это, лишь в моей голове. И я уже наверное, никогда не смогу ощутить людских наслаждений и даже если попаду на море, то ничего не почувствую, но её руки, хоть на один процент, хоть на самую маленькую частичку, но возвращают меня в мир, который я так искренне хочу защитить.

Больше мне нечего сказать… Больше нечего вспомнить…

Глава 14. Наблюдатель.

Да… Это правда… Я действительно проиграл… Проиграл всё: своего друга, свой мир и свою свободу… На этот раз, окончательно проиграл…

Перед глазами, изгибаясь причудливыми формами, плыла картинка, совсем не собираясь успокаиваться. Я мог уловить лишь меч, что торчал из моей груди и бесформенную толпу обращённых. Уродливая масса раскачивалась из стороны в сторону, издавая отчаянные крики и злобное рычание, словно уже не могла сдерживаться.

Наконец, знакомый голос прокричал что-то и вся армия ринулась в стороны, запрыгивая друг на друга, раздавливая и ломая конечности своих собратьев, лишь бы первыми достигнуть ещё нетронутых людских земель.

Тут даже спрашивать не нужно было — и так всё понятно… Сейчас, сраный братец перебьёт и обратит большую часть людей в этом мире, а оставшихся будет пытать, чтобы доить с них Адскую энергию… Хотя, он сказал, что Ада больше нет, а значит и Адской энергии не добыть. Раз так — я даже не знаю, что он собрался делать. Может, и правда, просто уничтожит всех людей и умрёт сам, вместе со всеми порождениями Ада, просто потому что захотел так… Роуз, тогда мы точно обречены…

Последнее время, я стал чаще отключаться, а то время, что находился в сознании, превратилось в жалкие пару минут, после чего я снова проваливался во тьму. Не знаю, сколько дней уже прошло, но с каждым пробуждением, мне приходилось лицезреть всё более мрачную картину. Мир вокруг меня всё больше менялся, каждый раз, всё меньше напоминая человеческий…

Мои глаза наблюдали, как обращённые твари изрыгали из себя человеческие тела и падали замертво. Измазанные липкой прозрачной слизью, люди ещё некоторое время лежали неподвижно, но затем начинали дёргаться и через некоторое время поднимались на ноги, осматривая новый мир, глазами полными страха и непонимания, а когда их взгляд опускался вниз и они замечали свои руки, на которых совсем не было кожи, как и на всём теле — их глотки разрывались отчаянными воплями.

Самые слабые духом, падали на землю и будто бы срастались между собой. Их тела плавились и растекались, но лица и отдельные конечности оставались торчать наружу, не утратив способность шевелиться. Те же, кто был сильнее, безвольно шагали по мясному ковру, но вскоре сходили с ума, при виде множества скорченных от ужаса лиц под своими ногами, и забивались в самые тёмные углы города, раздирая пальцами глаза, чтобы не видеть всего этого ужаса.

Так значит люди превращаются в монстров, а когда очередная местность переделана в чистилище, то они снова принимают человеческий облик, видимо даже не помня, что произошло. Получается, что они своими руками меняют мир…

С каждым пробуждением, я видел новый город. Дома обрастали мясом, деревья напитывались кровью и гнили на глазах, а в воздухе летали миллионы частиц кровяной пыли, из-за чего небо над головой окрасилось в багровый цвет. Тёмно-красный шар, что когда-то был ярким жёлтым солнцем — сейчас, пронизывал атмосферу холодными острыми лучами, будто бы отказавшись согревать такую планету.

Я вспомнил разговоры с Вергалом. Он всегда нехотя рассказывал мне что-то, настораживая меня, что моё излишнее любопытство обернётся для меня бедой. И всё же, когда Архиса отправили в Чистилище, жирный демон не смог отказать мне и согласился поведать об этом месте.

В тот день, я совсем не мучил грешников, и лишь слушал и слушал. По словам демона, Чистилище — это место, откуда нет выхода. Если попал туда — считай, обречён. Там нет дня и ночи, там нет воздуха и воды, там не идёт время. Никто за всё время существования мира, не вернулся оттуда. Я был рад это услышать, ведь тогда я ещё не знал, что это удастся Архису…

У Чистилища нет владыки. Это место… Оно само породило себя и само собой управляет, будто бы имея собственный разум, но всё это скорее всего выдумки — просто страшилки для непослушных чертят. Ведь никто не мог поведать нам истинной правды, а то что наплёл братец, когда вернулся оттуда, смахивает на бред. Будто бы там, просто белая пустота и ничего больше. Кроме, разве что, твоей точной копии, которая висит в этой самой пустоте, в паре метров от тебя и смотрит прямо тебе в глаза. Теперь, понятно, что он врал, ведь вокруг меня ковёр из людей, а не белое бесконечное пространство…

И всё же, как ему удалось вернуться? Он смог договориться с этим местом? Или с кем-то могущественным, кто обитает там? А ведь… Твою мать, неужели он всего лишь пешка? Захватив Ад, он легко мог слить его с миром людей и также наслаждаться этим хаосом, но он стал сращивать людском мир именно с Чистилищем. Для него ведь нет разницы, разверзнется Ад или Чистилище на Земле, а вот для того, кто помог ему выбраться на волю — явно есть!

И всё же странно, что несмотря на всё, что сейчас творится — никто не пришёл навести порядок… Где наш Прародитель? В момент нашей последней встречи, сестрёнка усомнилась в его существовании… Нам столько лет рассказывали про Ад, про Небеса, про великую войну, а что из этого было правдой? Где Прародитель, когда баланс так бесцеремонно нарушен!? И где же Небеса, которые должны быть в ярости от происходящего!? Где все!? Вы существуете!? Хоть кто-то кроме нас, подавленных и проигравших, ещё остался!?

В очередной раз, открыв глаза, я увидел перед собой омерзительную морду братца. Он вгрызся когтями в стену, упёршись ногами в потрескавшийся бетон, и пристально смотрел на меня.

— Красиво? — он провёл свободной рукой по воздуху, расплываясь в улыбке, — Новый мир!

— Отвратительно, как и твоя рожа…

— Как грубо, сопляк…

— Ты бы сам до всего этого не додумался, и не выбрался бы из Чистилища. Потому что ты жалкий ублюдок, что погубил всю свою семью… Интересно, чья же ты послушная собачка? — злобная улыбка растянулась на моём лице.

— Зачем тебе что-то узнавать? Думаешь, сможешь поделиться с кем-то информацией? Думаешь, что за тобой кто-то придёт? Нет! Ты умираешь, Кейл… Умираешь… И никто не успеет тебя спасти… — специально состроив грустную гримасу, удовлетворённо прошептал он, — Для тебя всё кончено, человеческий дружок.

Сознание снова провалилось во тьму, а голос Архиса ещё некоторое время, эхом раздавался в бесконечном чёрном пространстве, пока наконец не наступила полная тишина…

Здесь, так страшно и холодно… Совсем никого нет. Насколько, в этот раз, я застрял в этой темноте? Когда, она отпустит меня снова? Когда, я снова очнусь? И… очнусь ли вообще…?

Конечно, очнусь! Не могу же я так просто умереть! Надеюсь, когда снова выползу из оков тьмы — Архис уже будет валяться дохлым, а счастливые лица моего друга и любимой сестрёнки исцелят все мои раны…

Я чувствую тепло… Что-то тёплое медленно скользит по моей щеке.

— Чертёнок мой, в вечном небытие, в вечной тьме — я всегда буду рядом с тобой.

— Мама!?

Глава 15. На самом дне вселенной.

Я видел звёзды. Падал меж них, разглядывая пролетающие мимо меня кометы, неизвестные планеты и туманности. Космос обтекал меня, покалывая моё тело миллиардами ледяных иголочек, а после согревая теплом красных гигантов.

Я не чувствовал боли. Голова была свободна от мыслей, тело ощущалось лёгким и пустым. Руки и ноги, что свободно болтались перед моими глазами, всё больше растягивались, а космическое пространство вокруг сужалось, превращаясь в тоненький тоннель, который нёс меня куда-то вниз, в самую глубокую точку пространства.

Вскоре, всё вокруг исчезло. Погасли даже самые яркие звёзды, и я остался в полной темноте. Если бы у меня были силы, я бы точно запаниковал, но сейчас, мозг просто принял эту тьму и ждал. Ждал, что чернота закончится, ведь ничто не вечно.

Так и случилось. Через некоторое время, из-за моей спины, стало выползать багровое свечение. Оно, как мёд льющийся в воду, извивалось длинными струйками, обтекая моё тело, словно кальмар, утаскивающий жертву в тёмные глубины. Стоило «щупальцам» достичь места, где находилось моё мёртвое сердце, как разум взвыл от боли и отчаяния. Всё внутри черепной коробки напряглось, готовясь взорваться от напряжения, и я сразу понял — это испытание, я точно не выдержу.

Жесткий удар последовал в спину, и я наконец ощутил твёрдую поверхность под собой. Твёрдой она показалась лишь в первые пару секунд, после чего моё тело стало погружаться в неё, будто в жидкий цемент. Я упёрся локтями в неизвестную массу и с усилием приподнялся. Всё тело ломило, каждый палец на руках и ногах болел, но это было пустяком по сравнению с тем, что предстояло увидеть моим глазам…

Засасывающий в себя пол оказался мясной массой из живых людей! Все эти люди, были будто бы перемешаны в блендере и равномерно размазаны по поверхности этого места, словно масло по куску хлеба. Из мясной массы в разных местах выглядывали глаза, открывались беззубые рты, вытягивались костлявые конечности. И эти руки хватали меня, пытаясь подтянуть к себе. Я смотрел на обезображенные лица, с которых была содрана вся кожа и понимал — они не хотят погубить меня, они просят о помощи, молят, чтобы я вытащил их, из этого человеческого пластилина…

Насмотревшись на этот ужас, мои глаза захотели добавки и передвинулись на меня. Я увидел своё тело. Одежда на мне была изорвана и свисала пропитанными кровью лохмотьями, а рёбра торчали наружу, пробив мышцы и кожу по всему торсу. Правую руку я совсем не чувствовал — она будто бы отмерла и просто лежала возле меня, переломанная и изодранная, удерживаемая лишь кожей. Всё это было последствиями боя с Архисом…

Я поднялся на ноги и пытаясь успокоить дрожь, осмотрелся. Впереди меня, как и в любой от меня стороне, простиралось бесконечное мясное поле. В некоторых местах, его разрезали кровавые реки, а где-то росла красная трава и такие же деревья, в чьих стволах выли от боли человеческие головы. Мощные колонны, сплетённые из позвоночников, уходили далеко вверх, исчезая в тёмном багровом небе и всё это было скрашено красной пылью, что летала в воздухе, оседая во рту и ноздрях, не позволяя избавиться от вкуса крови.

Ноги медленно несли меня вперёд. Ступни то и дело проваливались в открытые беззубые рты, от чего я вскрикивал и падал в объятия хрупких рук. Я полз, шёл, бежал и снова, снова, снова… Вой вокруг меня, стоны, крики и непрекращающийся плачь давили на уши. Хотелось оглохнуть, ослепнуть и ничего не ощущать… Мой разум всё больше затухал. Мне так хотелось плакать, кричать…

Нет, нужно было сохранять себя! Нужно было идти! Неважно куда, но нужно было идти! Нельзя сидеть на месте! Я переживу всё! Мой мир нуждается во мне, и я не могу оставаться здесь!

Ещё несколько тысяч метров, ещё десяток часов душераздирающих воплей, ещё пару литров сплёванной крови. Я иду. Иду дальше. Я помню себя. Я осознаю себя. Я сильнее всего этого…

Сколько ещё? Я хотя бы сдвинулся с места…? Я вообще иду? Хоть что-то изменилось? Я же ведь сильный? Я же сильный, да? Я ведь молодец? Мне стоит продолжать идти? Да, точно стоит… Да, у всего же есть конец, и я дойду до конца этого грёбаного мира!

Нет, я больше не могу идти! Я не могу, твою мать! Сука, я же просто труп! Господи, что с моим телом!? Как теперь это исправить!? Мои рёбра… Кости… Они торчат из меня! Пожалуйста… Пожалуйста, прекратите это! Прошу! Умоляю… Куда мне идти!? Как мне выбраться отсюда!? Где я!? Где Кейл!? Где Каролина!? Каролина, пожалуйста, обними меня! Прошу, обними меня! Забери меня отсюда! Я не хочу! Не хочу! Не хочу…

Нога, что с тобой? Почему ты выгнулась в другую сторону? Я неудачно наступил? Прости, прости меня… Я буду аккуратней, только стань прежней… Пожалуйста, стань прежней, ведь я не смогу так идти… Стань прежней, тварь! Ты слышишь меня…!?

Привет… Ты давно здесь лежишь? Как тебя зовут? Почему ты кричишь? Хочешь есть? У меня ничего нет… Хочешь съесть мой палец? Хорошо… Держи… Ну же! Ох, у тебя нет зубов… Ты не можешь откусить его. Ничего, я сам… Приятного аппетита!

— Эй, придурок! Ты что делаешь!? — что-то тяжёлое столкнулось с моей головой и я упал на спину, — Очнись! Вспомни себя! Женя, вспомни кто ты есть! Дух отмщения!

— Дух? — я безуспешно пытался проморгаться и разглядеть того, кто сейчас склонился надо мной, — Дух отмщения? Это… Это ты, Роуз?

— Да! Да, это я! Как же я рада, что ты меня помнишь! — помогая мне подняться, воскликнула девушка, — Жаль, мы не встретились на пару минут раньше. Спасла бы твои пальцы.

— Пальцы? — непонимающе взглянув на левую ладонь, я ужаснулся, — Когда они…!?

— Да ладно тебе! Подумаешь, откусил себе мизинец и безымянный — самые бесполезные пальцы. Мне вот вообще руку отсекли… — усмехнулась Роуз, после чего помрачнела и придвинулась ко мне вплотную, — Раз ты здесь, то что с Кейлом?

Перед глазами мгновенно пронёсся наш бой с Архисом и последний раз, когда я видел чертёнка. Помрачнев, я выдавил из себя ответ…

— Прибит к стене, своим же мечом… Прости, что не смог уберёчь его… Но он точно ещё жив… Он бы не смог, вот так просто…

— Вот как… — холодно проговорила она, — Ты знаешь где мы?

— А…? Видимо…

— В Чистилище, дух.

— И как же нам выбраться отсюда? — я задал глупый вопрос, ведь она явно не могла этого знать.

— Нам не нужно выбираться, — спокойно ответила Роуз, — Чистилище ведь уже на Земле?

— Точно… То есть, мы и так скоро попадём обратно?

— Думаю, да. Только вот, сколько на это уйдёт времени — неизвестно. В любом случае, сидеть на месте и кормить грешников своими пальцами я не собираюсь… И тебе не позволю. Будем идти, просто идти вперёд.

— Да, хорошо…

Мы медленно ступали по вопящим лицам. Я аккуратно обходил тянущиеся ко мне руки, наблюдая, как Роуз бесцеремонно пинала их, стоило им лишь немного наклониться в её сторону. Кости хрустели, пальцы ломались, заставляя грешников рыдать кровавыми слезами, но она не обращала на это внимания — лишь продолжала идти и изредка поглядывать на меня, злобно ухмыляясь.

— Роуз?

— Да?

— Если победим Архиса — ты сможешь восстановить Ад?

— Даже не знаю, стоит ли назвать тебя эгоистом!? — рассмеявшись, спросила Роуз.

— Что? Почему это!?

— Ну тебя ведь не волнует сам Ад, тебе важна лишь его исцеляющая энергия. Хочешь восстановить своё израненное тело, чтобы и дальше очищать свой мир. Вот что для тебя главное.

— Прости, но я обязан… Ведь никто кроме меня, не пойдёт на такое.

— Ответил прямо? Неплохо. Может, в тебе и прибавилось немного твёрдости, — её рука тяжело опустилась на моё плечо, одобрительно похлопав, — Если победим, то вернём Ад. Если конечно, на Земле ещё остались живые люди.

Её ответ одновременно воодушевил и сломил меня. А если допустить такое? Если подумать, что там, в моём мире, уже не осталось живых людей!? Тогда всё, что я делал не имеет никакого смысла…

— А если людей и правда нет… — начал было я, но повернувшись на Роуз, увидел её в облике адского воина.

Её тело сковывало облегающими тёмно-багровыми пластинами, ещё больше подчёркивающими её идеальную фигуру. Шипы из чёрных обугленных костей устремлялись в сторону ладони, выходя из предплечья и почти доставая до ладони, в которой воительница сжимала свой огромный широкий меч. Её лицо было покрыто такими же рунами, как и у Кейла, но оскал был более звериным, более злым. Объятые багровым пламенем, рога возвысились над головой, а волосы, что также взмыли вверх, беспорядочно извивались, словно находясь под водой.

Я почувствовал нарастающее волнение, которое спустя мгновение переросло в настоящий животный ужас. Мы оба упали на колени и закричали. Картинка поплыла перед глазами, капилляры надулись кровью так, что даже мозг заныл острой болью. Мышцы сократились до предела, будто по ним беспрерывно пропускали ток, исключив возможность шевелиться.

Мои руки упёрлись в лужу крови, что вырвалась из моего рта. Словно ища что-то в этом багровом пятне, я судорожно перебирал одеревеневшими руками, пытаясь подползти к Роуз.

— Ты… Ты это видишь…? — с трудом прошипела воительница, будто каждое слово давалось ей с великой болью, — Это… Это он?

— Роуз… — я лишь смог выдавить из себя лишь её имя, перед тем, как наши тела стали невесомыми.

Мясной ковёр мгновенно отдалился от ног и мы зависли в воздухе. Глаза сами поднялись, будто ими управлял кто-то за меня, и я увидел существо от взгляда на которое, мой разум заметался, как испуганный зверь в тесной клетке. Тело затряслось, рот раскрылся в попытке закричать, но лицо так и застыло в беззвучной гримасе ужаса…

Я не мог осознать это существо. Я смотрел на это колоссальных размеров создание, и мой мозг просто отказывался воспринимать его. Оно было выше всего, выше всех живых и неживых существ. Я будто бы смотрел на всю вселенную, на всё пространство и время, на все физические силы и существующую информацию, в одном месте. Человеческий разум просто не мог осмыслить что-то подобное и точно сошёл бы с ума, увидев такое.

Безликое существо, без носа, без рта, без ушей и лишь огромная прорезь на бледной голове, которая вдруг начала раскрываться, обнажая огромный багровый глаз. На нём не было радужки — лишь однотонное глазное яблоко, усеянное миллиардами чёрных рун и немного вытянутый зрачок в центре, что был темнее любой чёрной дыры.

Чем больше раскрывались его веки, тем сильнее ощущалось давление на организм и разум. Я чувствовал, как остатки крови в моём теле, перестали течь по венам и принялись «гулять» в разных направлениях. Желудок сдавило, лёгкие смялись, как одноразовые прозрачные пакетики, а торчащие наружу кости стали крошиться и осыпаться. Сквозь заложенные уши, я слышал, как моя черепная коробка трещит, готовая сжаться и лопнуть, рассыпавшись миллионом осколков по всей серой массе.

Наконец, глаз полностью раскрылся и в голове, возник голос, который нельзя было описать или сравнить с чем-то…

— Воительница из Ада и имеющий свою волю дух отмщения. Вы не слились с Чистилищем, как те, чьи лица топтали по пути ко мне, а значит — Чистилище не приняло вас, как и меня. Ты — дух, хочешь спасти свой мир? А ты — порождение ада, хочешь вернуть Ад? Я понимаю вас и да, всё что случилось — мой замысел. Ты ведь Роуз? Ты знаешь про Великую войну и про перемирие с небесами. Это знают все порождения Ада, но была и ещё одна война. Очень жестокая и быстрая, с участием лишь двух воинов — меня и Верховного с небес. Перемирие — это лишь для вас, для людей, ангелов и демонов, чтобы вы существовали за счёт друг друга и вечный баланс не нарушался, а для нас двоих — это было лишь прикрытием. Какими бы высшими существами мы не были — жажда превосходства есть в каждом. И вот, когда все привыкли к миру, мы встретились и, в тайне от всей вселенной, начался наш последний бой. Перед схваткой, мы договорились, что победитель сохранит баланс между Адом и Землёй, или же Небесами и Зёмлей — в зависимости от исхода поединка. Я сразил его своим мечом, но перед смертью, он вонзил ладонь в мою грудь. Было бы не страшно, если бы его ладонь не была облачена в перчатку, наделённую энергией Чистилища. Хоть, мне и неизвестно, как он создал подобный предмет, что имелся лишь в одном экземпляре в Аду — признаю, это был отличный коварный ход. В той битве, мы оба проиграли. Верховный рассыпался золотой пылью и перестал существовать, как единое целое, переродившись в своих ангелов, что стали бродить в мире людей, а Небеса пали. Я же сохранил свой Ад, но оказался заключённым в Чистилище. Навечно.

Где-то внизу, раздвигая измученные тела в стороны, наружу стала подниматься полуразрушенная бетонная коробка, обтянутая пульсирующими венами. Следом за ней, в разных местах, стало возникать всё больше и больше знакомых глазу объектов: магазинчики, автомобили, светофоры, фонари…

— Наконец-то. Слияние почти закончено. Архис, я иду к тебе.

Глава 16. Ужасный конец для всех миров.

— Неужели, он будет тянуть Чистилище за собой, куда бы не направился, раз не может покинуть его? — обречённо спросил дух, но тут же округлил глаза и что-то пробормотав, рванул в неизвестном направлении.

— Стой! Замечательно…

Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за Прародителем. Ступая за этим существом, я разглядывала новый мир. Город из человеческих тел, кровяные капли в воздухе, лианы пульсирующих вен, распустившихся по всем дорогам, как разряды молний и во всём этом, себя прекрасно чувствовали маленькие чертята. Они кололи и резали живые тела, выкалывали глаза и насиловали тех, кто врос в мясную массу спиной кверху.

— Что вы делаете, мелкие засранцы!? Вам нравится то что произошло!? Разве, в Аду вы делали не тоже самое!? — я забылась от злости и пнула одного из них, размазав в кровавую кашу, — Твою мать… Я не хотела…

— Архис подчинил их. Они не ведают того, что делают. Можешь убить их всех, вернуть им разум уже не получится, — как и всегда, без капли эмоций, проговорил Прародитель.

— Убить!? Но я ведь помню каждого из них! Я же учила их мучить грешников! Они всегда радовались, когда я возвращалась к ним в адовы купальни… Как ты вообще можешь такое говорить!? Ты ведь создал Ад! Тебе совсем безразличны те, кто там обитает!? — я была не намерена любезничать с тем, из-за кого произошло столько дерьма, будь он хоть творцом всей вселенной, — Отвечай!

— Я приятно удивлён твоей дерзостью высшему существу, но разве я могу убить за эту мелочь, такую прекрасную воительницу? — существо произвело звук, похожий на смех, — Я люблю Ад. Люблю всех вас.

— А почему же тогда… — мои губы остановились на полуслове, когда глаза вдруг поймали то, что я так боялась увидеть, — Кейл!

Я потеряла себя от злости и отчаяния. Не помню, как оказалась рядом, как вытащила меч из его груди, как он оказался у меня на коленях. Я смотрела в его полузакрытые глаза и кричала… Кричала так громко, как могла… Но он не слышал меня. Не слышал…

Кейл… Братик… Очнись, мой любимый чертёнок… Пожалуйста, проснись… Почему я не могу докричаться до тебя!? Где ты!? Ты же… Ты же не сдался! Ты же не мог оставить меня одну! Не мог ведь!? Мама, папа, а теперь и ты… Такого не может быть… Твою мать! Проснись, или я надеру твою задницу! Кейл! Кейл… Пожалуйста…

Прародитель даже не обратил на нас внимания, и лишь продолжил двигаться вперёд. Ему было наплевать на нас… На всё вокруг…

Моя ладонь нежно поглаживала его худые щёки. Пальцы касались губ. Они будто застыли в еле заметной улыбке. Перед смертью, он вспоминал что-то хорошее… Что-то тёплое… Может быть меня… Может духа… Даже если он представлял себя, наслаждающимся в бассейне утех — всё равно я рада, что он умер с улыбкой на лице…

Я потеряла всё. В голове была лишь пустота, в центре которой, маленькой, но очень яркой точкой, разгорелась моя решимость. Я схватила меч и побежала за Прародителем. Хоть он и не умер бы от моего удара — я не могла простить ему такое отношения к своим созданиям… Он должен был почувствовать мою боль!

Рука выпрямилась за моей спиной, готовая нанести удар, но тут я увидела его… Архис! Сжимая свои мечи и глупо скалясь, он наблюдал, как сплетаясь багровыми струйками, из тела Прародителя, вырастала тонкая изогнутая рука. Она тянулась к Архису, и чем ближе была, тем сильнее растягивалась его уродская улыбка…

Указательный палец коснулся его лица и яркая вспышка ослепила весь мир. Меня отбросило на пару метров назад, но я быстро поднялась и побежала к этому ублюдку. Мне было плевать, что они сейчас сделали, ведь это был идеальный момент! Архис сиял багровой энергией, с интересом разглядывая свои руки и не заметил, как я приблизилась вплотную. Мой меч почти достиг его, как наши взгляды встретились. Я увидела удивление. Увидела, как он понял, что не успеет среагировать. Я увидела растерянность на его лице. Всего на миг, но я увидела его таким беспомощным, таким жалким!

Умри! Лезвие моего тяжёлого меча, вонзилось в его шею. Его кожа была такой плотной, что меч просто застрял, пройдя лишь половину пути, но я среагировала быстро. Мне некогда было удивляться его прочности, и моя ладонь сама упёрлась в лезвие, толкнув его в сторону. Приятный звук наполнил уши…

— Что ты наделала!? Ты хоть понимаешь, что ты наделала!? — полным эмоций голосом, завопил Прародитель, наблюдая, как голова Архиса и верхняя часть моей ладони падают к его ногам.

— Да, отлично понимаю! Я убила твою послушную собачку, тварь!

— Ты… Ты обрекла всех на вечное Чистилище! — вдруг, злость из его голоса пропала, и он снова заговорил спокойным и безэмоциональным тоном, — Всех, кроме меня.

— Ты убила его!? Роуз, ты смогла! — счастливый голос раздался где-то в стороне.

Я повернулась. Поддерживаемый какой-то девчонкой, ко мне медленно ковылял дух. С него ручьями лилась кровь, кости ещё больше вылезли наружу, но он улыбался. Искренне улыбался, смотря на меня такими воодушевлёнными глазами.

— Да, она убила его и теперь, мир за который ты боролся — исчезнет окончательно.

— Что? Что он такое говорит, Роуз?

— Я не… не знаю… — тревожное чувство вдруг распространилось по телу, заставив колени дрожать.

— Теперь, я свободен от Чистилища. Прощайте, дети мои.

Прародитель пропал во тьме, образовавшейся за его спиной, и я даже не успела осознать, что произошло, как обезглавленное тело Архиса содрогнулось. Оно начало трястись, изгибаясь и ломаясь, пока не раздулось до огромного размера. Затем, громкий хлопок и я перестала чувствовать плоть под ногами. Лишь заметила, как мощная волна вмиг стёрла в порошок все человеческие постройки, перед тем, как моё сознание провалилось в пустоту…

Веки раскрылись. Краснота перед глазами и звон в ушах, через который до меня никак не мог докричаться дух. Он нервно дёргал меня за руку, пытаясь привести в чувства.

— Роуз! Роуз, что это такое!? Роуз, твою мать! — последним выкриком, он сорвал голос и разрыдался.

— Дух… Женя, я…

Слова застряли в горле, дыхание перехватило от увиденного. Он стоял на коленях, рядом с телом той девушки и сжимал её руку, целуя окровавленный лоб, обливая её губы слезами. Её нижняя часть… Всё, что было ниже пояса — отсутствовало… Оторвало взрывной волной…

Я попыталась снова окликнуть его, дёрнуть за плечо, но он уже не замечал меня. Лишь рыдал, откашливаясь кровью и повторял её имя. Каролина…

Стиснув зубы, я поднялась. Пошатываясь, прошла пару шагов и остановилась. Передо мной, не было ничего. Только бесконечная, ревущая от боли, мясная пустошь и еле видимый красноватый туман, через который легко прорывалось кровавое чёрное солнце.

Что-то упало за спиной. Я обернулась и поджала губы. Дух покинул меня. Сжимая её ладонь, он лежал рядом, так и оставшись смотреть на неё своими безжизненными блеклыми глазами…

Я осталась одна. Только я и бесконечное Чистилище… Бесконечное Чистилище… И только я… Одна…

Глава 17. Там, где всё было иначе.

Разорвав плоть, что покрыла собой бетонную плиту, я с усилием откинул её в сторону и облегчённо вздохнул — моя Каролина была цела, и лишь сильно напугана. Услышав мой голос, она тут же поднялась и бросилась ко мне на шею, упёршись телом в мои вырвавшиеся наружу рёбра. Её рука медленно прошлась по моем телу. Губы задрожали, слёзы скопились в глазах.

— Твоё тело…

— Всё хорошо, слышишь? Не переживай и не плачь! Мы что-нибудь придумаем… Я не умру и не оставлю тебя… Клянусь!

— Но как же… У тебя ведь…

Не дав ей договорить, я решительно наклонился вперёд — из-за слёз, её губы оказались солёными, но такими нежными и тёплыми… Я смог поцеловать её, не думая ни о чём, не терзая себя сомнениями о своих чувствах. Я сделал это точно так, как смог бы настоящий живой человек, умеющий ощущать то светлое чувство.

Жар от её губ медленно распространялся по всему телу и боль постепенно исчезала. Медленно лаская её губы, я понимал, что никак не могу сдержать улыбку. Я был так рад, так счастлив! Впервые за всё время, после моей смерти — я правда сиял!

— Спасибо, что подарила мне этот момент… Если бы ты не переставала поддерживать своё внушение — я бы ни за что, не дожил до этой минуты…

— Женя…

— Постой, — мой указательный палец прижался к её влажным губам, — Я всё время сомневался… Я не мог ничего ощутить, ничего почувствовать — ведь я мёртвый… Но сейчас, Каролина, мне совсем не хочется задавать себе вечные вопросы и ломать над ними голову, внушая себе то, что я хочу почувствовать. Мне не нужно это внушать, потому что… Я точно знаю, что… Что бесконечно люблю тебя!

Кажется, в тот момент, мы оба забыли, как дышать. Я стоял и смотрел на её губы, которые всё пытались что-то сказать, но замирали на полуслове, не в силах совладать с эмоциями. И всё же, она смогла признаться мне в любви, и забыв про мои ранения, снова заключить меня в объятия. Кровь хлынула изо рта, заляпав её и без того грязное платье.

— Что произошло!? Женя, я забыла, прости! Прости меня! Тебе больно!? Сильно больно!?

— Да всё в порядке… — я рассмеялся, наблюдая за её милым испуганным лицом, после чего мои ноги подкосились, и рука сама схватилась за плечо Каролины, — Ох… Не поможешь мне? Нам нужно вернуться к Роуз. Нужно спасти Кейла…

— Роуз? Что ещё раз Роуз? — одна из её бровей приподнялась, голос стал строже, насколько это было возможно для такого хрупкого создания.

— Эй, мы всего минуту, как пара, а ты уже ревнуешь? — я усмехнулся и чмокнул её в лобик, — По пути всё расскажу…

Ступая по живым телам, я врал Каролине, что это просто раненые люди и что мы всем им поможем, как только вернём нашему городу прежний вид. Я понимал, что мы уже никак не можем повлиять на всё, что происходит вокруг, но как бы отреагировала Каролина, если бы узнала, что мы идём по ковру, сотканному из мучающихся тел, а вместо одного города, Чистилищем уже стала вся Земля…?

Огибая очередной разрушенный дом, я заметил Роуз. Её лицо было искажено злостью, а уцелевшая рука сжимала меч. Я опустил взгляд к её ногам и увидел… Кейл…

Он мёртв? Лицо Роуз такое напуганное и злое… Глаза застланы яростью… Значит, мой друг правда мёртв…? Архис, ублюдок… Я перережу твою глотку!

В голове загудело, по рукам и ногам прошла неприятная дрожь. Я снова выцепил глазами Роуз и провёл взгляд туда, куда направлялась воительница. Впереди, стоя спиной к ней, находился Прародитель. Он закрыл свой глаз, направив руку к лицу Архиса. Сейчас, лучший момент…

— Каролина…

— Мне уже не нравится твоя интонация, — она крепко схватила меня за руку и подтянула к себе, — Ты сказал, что не оставишь меня, помнишь!?

— Конечно помню, но… Мне нужно снова обратиться в обличие духа…

— Что!? Ты не в том состоянии! Нет! Нет! Нет! Это не обсуждается! Я не позволю! Мне и так очень сложно поддерживать в тебе жизнь, а ты хочешь снова вступить в бой!?

— Каролина! Он убил моего друга! Моего лучшего друга! Я хочу разорвать его на куски! Хочу отомстить ему! — я слишком сильно повысил голос, так что она испугалась и затихла, — Прости… Последний раз, пожалуйста. Ты ведь можешь как-то усилить внушение? Можешь ведь…?

— Могу…

— Мне нужна сила, прямо сейчас… Очень нужна!

— Женя, я устала! Что вообще происходит!? Что с миром!? Я ничего не вижу, совсем ничего и только ощущаю постоянный страх, слышу вопли и рычание повсюду! Ты врёшь мне! Не говоришь, что на самом деле происходит!

— Я расскажу тебе всё — от начала и до самого конца. Ты будешь знать всё, только дай мне сил, последний раз! Прошу! Я больше не позволю никому умереть! Спасу наш мир!

— Хорошо… Хорошо, я сделаю это… Но если ты умрёшь — я никогда тебе этого не прощу, — она твёрдо произнесла эти слова, после чего сморщила лоб и сжала кулачки.

Я снова почувствовал себя полным сил. Энергия буквально разлилась по венам и я поднял руку к небу. Золотая молния ударила в меня и крыло резко вырвалось из спины. Я взмыл в воздух, схватил свой верный меч и ринулся в бой.

Я почти достиг цели, как яркая вспышка ослепила весь мир. Меня откинуло назад, но взмахнув крылом, я тут же оказался рядом с Архисом и занёс над ним меч. Ещё чуть-чуть и я бы разрубил его голову пополам, но он заметил меня краем глаза и отразил атаку. Меч содрогнулся под тяжестью удара. Сгребая ногами плоть, я снова замахнулся, но Роуз уже показалась из-за спины Прародителя и вонзила меч в шею Архиса.

— Почти достала! — рассмеялся он и кивнул на меч, что торчал из его руки.

Он успел прикрыть шею рукой!? Но когда!? Насколько же он стал быстрым!?

— Роуз, ты чуть не обрекла всех на вечное Чистилище, — открыв глаз, изменивший свой цвет на фиолетовый, медленно проговорил Прародитель, — Архис, ты хорошо послужил мне.

— Да, Прародитель! Вся Земля стала Чистилищем, как ты и просил! Позволь мне добить этих обречённых придурков и отправиться с тобой на покорение всей вселенной! Чистилище раскинется на всё пространство этого мира!

Рот Архиса вдруг захлопнулся с такой силой, что несколько зубов с треском раскололись и вылетели наружу. Его тело взмыло вверх и замерло в воздухе.

— Замолкни уже, — спокойно проговорил Прародитель, после чего Архис растворился во тьме, что образовалась за его спиной, оставив после себя лишь ту самую магическую перчатку, с помощью которой отправил меня и Роуз в Чистилище, — А вот это, я верну в Ад. Вот и всё. Я свободен от Чистилища.

Мы стояли в полном недоумении и переглядывались.

— Ну давайте, я уберу это глупое выражение с ваших лиц, — начал он, заставив нас тряхнуть головами и сделать серьёзные лица, — Я не мог покинуть Чистилище из-за его энергии, которой Верховный с небес напитал моё тело, но волею судьбы, ко мне отправили Архиса — чертёнка, который не слился с Чистилищем. Я не дал ему принять облик воина, а значит он остался чист. Его сильное тело было именно тем, что могло спасти меня. Он был идеальным сосудом, в который я смог бы перелить всю свою энергию. Я рассказал ему, что могу переместить его обратно в Ад. Почему я не сделал это с собой? Потому что, пока во мне была энергия Чистилища — я не мог перемещать самого себя в пространстве… Сразу перелить энергию в чертёнка я не мог, потому что он ещё не был достаточно силён, чтобы выдержать такое большое количество. Поэтому, я отдал ему кусочек своей плоти. Он проглотил его, а чтобы энергия не стала наполнять его тело, сделав из него маяк для Чистилища — мы облачили её в изолирующую материю.

— Что это такое?

— Помнишь, ту голубую оболочку, в которую Кейл облачил твоё тело, когда Сергей ранил тебя? — хмуро спросила Роуз.

— А… Так вот, как она называется.

— Закончили? После этого, я отправил его в Ад, приказав копить адскую боль в своём теле. Ему нужно было стать достаточно сильным, чтобы захватить Ад, избавившись от всех, кто мог помешать моему плану, и начать слияние Чистилища и Земли. Ад же, как и Небеса не могут быть подвергнуты слиянию, именно поэтому пришлось пожертвовать людским миром, — Прародитель сделал паузу, будто ожидая нашей реакции, но мы лишь молча ожидали продолжения, — Захватив Ад, он вынул из себя мою плоть, развеял оболочку и отправил в ваш мир. Слияние было начато. Что же до маленьких чертят — я не давал указания прочищать им разум. Я думал, что он убьёт их, как и всех порождений Ада, но видимо их было слишком много и тот факт, что их слабые умы не смогли бы выдержать этой энергии, подтолкнул Архиса к тому, чтобы просто перекинуть их всех в ваш мир, где они сошли бы с ума и стали потехой для него.

— Ублюдок… — тихо прорычала Роуз, адресовав это толи Архису, толи самому Прародителю.

— Добравшись до своего сосуда, который уже стал достаточно силён, я перелил в него всю энергию и отправил на самое дно Вселенной — туда, где мы с вами встретились. Чистилище уйдёт за ним, вернётся на своё прежнее место.

Глава 18. Там, где всё было иначе 2.

Прародитель оказался очень самодовольным существом и рассказал нам весь свой план только для того, чтобы мы удивились его сообразительности. Удивление и правда охватило наши умы, вот только оно было вызвано не хитростью Прародителя, а пониманием, насколько мы ничтожны… Мы так старались, так отчаянно пытались спасти свои миры, сражаясь до последнего вздоха и всё это оказалось абсолютно бессмысленным! Мы могли вообще ничего не делать… Просто сидеть и смотреть, как Архис захватывает Ад, сливает Чистилище с Землёй, а после этого — Прародитель отправляет его на своё место и всё возвращается на свои места! Мы и правда не играли здесь никакой роли! Мы даже не были пешками, как Архис. Нас будто бы и вовсе не замечали… Мы, как муравьи, копошились где-то там внизу, под ногами высших существ, пытаясь спасти свой маленький хрупкий домик…

Чистилище постепенно освобождало Землю от своих липких мясных лап, оставляя после себя разрушенные дома, поломанные деревья и бесчисленное количество людей. Не в состоянии подняться, они ворочались на земле и выли от боли, касаясь своих лишённых кожи тел.

— Я могу лишь освободить Землю от Чистилища, но исцелить планету сможет только он… — будто бы с сожалением, проговорил Прародитель, переведя на меня свой глаз, — Пусть твой ангел подойдёт ко мне.

— Ангел…? Зачем? — подняв меч, я выставил руку в сторону, закрывая путь Каролине, — Снова хочешь использовать кого-то, для своих целей!?

— Успокойся, а то помрёшь. Лучше взгляни на неё — у бедной девочки почти не осталось сил, чтобы поддерживать твою жизнь. Хочешь, чтобы она умерла?

Я взглянул на Каролину и только сейчас заметил, как её хрупкое тело дрожало, а зубы были плотно сжаты, сдерживая боль. В груди больно сдавило, и рука сама опустилась вниз, вслед за головой.

— Если с ней что-то произойдёт — я убью тебя.

— Конечно, убьёшь, — спокойно согласился он и обратился к Каролине, — Ты услышала всё, что я говорил и конечно ненавидишь меня, но всё можно вернуть назад. Ты можешь больше, чем думаешь. Погрузись в себя, найди ту частичку, что оставил тебе Верховный с небес и попробуй схватить её. Почувствуй, как она сокращается, словно бьющееся сердце, и отыщи эти вибрации, разбросанные по всему миру. Призови их к себе, притяни ближе! Стань одним целым со своими братьями и сёстрами, ведь в каждом из вас, есть его разум и есть его воля! Верните его!

Не обращая внимания на увеличивающуюся эмоциональность Верховного, я пристально смотрел на Каролину, подмечая каждое изменение в выражении её лица. Она снова была сильно напряжена. Тело всё больше тряслось и слёзы текли по щекам, так что, в какой-то момент, я просто не выдержал и побежал к ней, но когда моя рука почти коснулась плеча — лицо её резко приняло спокойное выражение, а сжатые зубы уступили место умиротворённой улыбке.

После этого, её тело вспыхнуло золотым свечением и взмыло в воздух, зависнув в нескольких десятках метров над нами. Тут же, со всех сторон, к ней стали приближаться такие же сияющие фигуры, собираясь в огромный золотой шар. Несколько минут, и последний ангел занял своё место в этой святой сфере, после чего она стала изменяться, перетекая в очертания огромного человека, облачённого в белые сияющие доспехи. Он возвышался над нами, и превосходил даже самого Прародителя, но в тоже время, выглядел таким невесомым, будто стоило подуть ветру, как его тело снова разлетелось бы золотой пылью.

— Приветствую, — строгим, но приятным голосом, от которого разум мутнел, как от крепкого алкоголя, произнёс Верховный.

— Приветствую… — неохотно, ответил Прародитель.

— Ты ужасное создание. Такое же, как и я… — его сияющий взгляд опустился вниз, на бьющихся в агонии людей и чертят, которые безвольно бродили по улицам, потеряв весь интерес к насилию, — Мы нарушили баланс и вот, к чему это привело… Мы сами себя лишили мира, который должны были оберегать. Столько прекрасных душ сгинуло в небытие, после падения Небес…

— Все три мира пострадали от наших деяний — это так, но мы высшие существа и нам под силу, исправить всё.

— Больше никакой вражды, — одобрительно кивнул Верховный.

— Больше никакой вражды, — поддержал Прародитель.

— Нужно очистить мир. Эти чертята потеряны и их можно лишь убить, ведь энергии Чистилища в них мало, а значит она сразу устремится к дому, не причинив вреда людскому миру. Или же… подождёшь, пока Чистилище не утянет их за собой?

— Нет. Вечность — слишком много для того, чтобы бездумно скитаться по этому месту. Убьём всех в ком есть эта проклятая энергия. Всех, до единого.

Их крылья раскрылись, на сотни метров в стороны и в небе, из ниоткуда появилась целая армия духов отмщения. Двукрылые, полностью закованные в чёрную броню — они выглядели, как идеал воина, способного выполнить любой приказ. Без мыслей, без сожаления, без страха и сомнений — так они поддерживали баланс, о котором твердят все вокруг.

Как по сигналу, вся многотысячная армия взмахнула крыльями и ринулась в рассыпную. Началась зачистка. Головы чертят взлетали в воздух по всей Земле, а то небольшое количество энергии Чистилища, что сидело в их телах, мгновенно вытягивалось струйками и устремлялось в небо, возвращаясь домой. Я заворожённо наблюдал за этим событием, не сразу заметив, какими обречёнными глазами на это смотрела Роуз…

Спустя всего несколько минут, вся Земля была очищена. Духи стали слетаться к Верховному и Прародителю, но один из них полетел к нам. Он выставил свой меч вперёд и всё больше ускорялся, будто бы готовясь атаковать нас.

Я даже не заметил, как среагировал, отбив его тяжёлый меч. Он сразу занёс руку для второго удара и мы скрестили мечи, пока Роуз отрешённо смотрела в небо, стоя за моей спиной.

— Что происходит!? Почему он нападает на неё!? — скрипя зубами от напряжения, я спрашивал высших, не сводя взгляда с пустых глаз духа, что глядели на меня из под чёрного шлема.

— Она входила в режим адского воина, используя энергию Чистилища, — ответил Прародитель и обратил свой взор на Роуз, — Я могу даровать тебе смерть.

— Пошёл ты, ублюдок… Ты ничтожество! Все вы ничего не стоите! Из-за вас умерли все, кого я знала! Вы всех убили! Что это для вас!? Неудачная попытка!? Если так нужно вам, то можно стереть всё и всех, и начать с чистого листа!? Я ненавижу вас! Ненавижу тебя сраный Верховный! И тебя ублюдский Прародитель! Чтоб вы все сдохли! — сжав кулак и выпрямив руку вверх, она выставила средний палец и вывалила на высших ещё много отборного мата, — Я не приму твою смерть! Пусть Чистилище заберёт меня! И тело брата… Хочешь построить новый Ад? Вернуть баланс? Знаешь, даже если бы я могла, то ни за что не осталась бы в твоём Аду.

Сплюнув, Роуз подошла к телу Кейла и взяла его на руки. Поднявшись, она направила свой взгляд в мои глаза и до последнего момента, не отводила его. Её тело оторвалось от земли и стало подниматься в небо. Опустив меч, я обречённо наблюдал, как Роуз и Кейл улетали всё дальше, превращаясь в маленькую точку, пока не исчезли вовсе… Глаз, дарованный моим лучшим другом, вырвался из глазницы и устремился за ним…

Глава 19. Там, где всё было иначе 3.

Выпустив золотую волну из своего тела, Верховный с небес вернул прежний облик нашей планете и всем её жителям. Дома заново собрались из груды камней, кожа натянулась на тела людей, а память о случившемся была стёрта из их умов. Мои раны также исчезли, глаз восстановился, и снова подняв голову к небу, я не увидел ни оного высшего существа. Вот так, я остался совсем один…

Медленно шагая домой, я смотрел на людей вокруг. Живые, забывшие весь ужас, который был пережит Землёй пару часов назад. Интересно, если бы я тогда не напал на Архиса, если бы не успел и Роуз атаковала его в одиночку, она бы смогла убить его? И чтобы случилось, если бы убила? Ведь, это могло произойти, если бы я поддался странным уговорам Каролины. Она тогда унюхала бургер, когда мы проходили мимо заросшей мясом забегаловки. И откуда там было взяться приятному запаху свежих овощей и котлеты, когда вокруг происходило такое… Вцепилась в меня мёртвой хваткой и просила купить ей поесть… Хорошо, что я не стал объяснять ей, что это невозможно и просто утянул за собой… А может, и не хорошо.

А ещё, по дороге домой, я думал о судьбе Роуз. Мне было так жаль её… И в тоже время, на её фоне, я чувствовал себя полным ничтожеством. Из всех нас, она единственная была верна себе и никогда не сходила с пути. Она правда была очень сильной, по-настоящему сильной. Кажется, даже Чистилищу не под силу сломить такую, как она…

А что я? Остался жить в мире, созданном теми, кто убил моего друга… Омерзительный дух не достойный уважения…

Я открыл дверь, замок которой был прожжён адской энергией и упал на диван. И вот опять, никого… У меня никого нет… Я один. Снова… И снова! И снова! И снова! Сука!

— Дух, — пронеслось в голове, — Не пугайся. Отвечай мне мысленно.

— Хорошо, — осторожно произнеся это в голове, я медленно огляделся.

— Я Верховный с небес.

— Отвалите уже от меня!

— Ты хочешь быть с Каролиной? — его слова прогремели в моих ушах, словно гром, — Впрочем, тебе всё равно нельзя давать отрицательный ответ.

— Почему…?

— Ты однокрылый дух. Ты — то, чего не должно быть. Тебя следует убить, ведь ты угроза балансу, но это мне и нужно, — в его голосе промелькнула гадкая нотка эгоизма, — Хоть это и стоило мне почти всех сил, но я внушил Прародителю, что убил тебя в тот момент, когда Чистилище покинуло Землю. Хорошо, что в нём было мало Адской энергии и разум поддался моему воздействую. Благодаря этому — ты жив. У тебя нет никакой ауры, тебя невозможно почувствовать — это нам на руку. Ты поможешь мне, а я тебе.

— И зачем тебе это? — усталость и злость, которыми был наполнен мой голос, ощущались даже при разговоре в голове, — Ты ведь видел, к чему приводит нарушение баланса.

— Если бы Прародитель не нашёл способ выбраться из Чистилища — никто бы и не заметил, что баланса уже давно нет, — с насмешкой, парировал Верховный, — Я верну тебе Каролину и она наконец сможет увидеть своего любимого, ведь я подарю ей новые глаза, а ты просто продолжишь убивать тех, кто не достоин небес. Аду всегда доставалось больше душ, поэтому Прародитель стал сильнее меня, а ты исправишь это, изменив свой мир.

— Каролина будет здорова!? — после этого, я уже не мог противиться и мне пришлось проглотить свою гордость, ради того, что всё ещё имело для меня огромную важность, — Я согласен…

— Отлично. Будешь очищать мир от грязи, как и хотел, а люди будут бояться и верить в меня. Снова начнут ходить в церковь и перестанут грешить. Не скрывай более свою личность. Пусть люди знают, кто защищает их мир. Представься ангелом, моим служителем. Ты создашь для меня и себя идеальный мир, в котором будут лишь чистые души, и новый Ад падёт, не успев даже набрать прежнюю силу. Сейчас, все души направляются в Чистилище, ведь больше им некуда лететь, поэтому тебе нужно успеть изменить людей, пока Ад и Небеса полностью не восстановились и не стали забирать души себе. Благодаря тебе, я восстановлю Небеса быстрее, ведь буду подпитываться светлыми душами, направляя их прямо в своё тело. Да, это лишит их возможности обрести покой на Небесах, зато сделает меня намного сильнее. Затем, Прародитель начнёт подозревать, что я обманул его, но когда он вернётся на Землю, я уже буду непобедим, а он жутко ослаблен! — после небольшой паузы, повеселевший Верховный добавил, — А чтобы тебе было легче, возьми эту кучку духов отмщения. Они не успели вернуться к своим делам, после зачистки и я подчинил их разум себе. Никто не заметит этого, ведь это слишком малое количество. Приказывай им и очищай наш мир!

Вскоре, после этого нелёгкого разговора, я встретил Каролину на улице и она, впервые увидев меня, сразу узнала того, кто сидел с ней каждую ночь на скамейке в парке. Стоило мне увидеть её сияющие голубые глаза и оказаться в объятиях, как все душевные терзания смыло бурным потоком эмоций.

— Ну я же говорила — красавчик!

— Теперь, ты и на себя сможешь полюбоваться… — улыбнувшись, я поцеловал её и ещё сильнее прижал к себе.

После прекрасного дня, нас ждал не самый приятный вечер. Она узнала всё. Я рассказал ей, кажется всё, что знал сам. И в тот вечер, она ответила мне, что ради жизни со мной, может пожертвовать даже балансом. Я не поверил своим ушам, ведь она была ангелом, светлым и добрым ангелом, не таким, каким был их гнилой Верховный. Она правда, так сильно любила меня, что целый мир и все его законы — для неё были не так важны, если речь шла обо мне. Она не хотела разрушать Ад, не хотела, чтобы я убивал, но если это было единственным шансом для нашего счастья — она согласилась смириться с этим.

С тех пор, моя жизнь изменилась. Каждый день, я проводил со своей любимой Каролиной. Мы гуляли по парку, кушали в кафе, делали смешные фото и вешали их на нить, которую натянули над изголовьем нашей кровати. Я кружил её на руках, целовал её щеки, лобик и сладкие губы, не уставая повторять, как сильно люблю. Уже не представляя свою жизнь без её улыбки и смеха, я полностью отдался этому светлому чувству, и кажется, моя человеческая сторона взяла верх над духом отмщения. Я чувствовал себя обычным счастливым человеком и радовался каждому дню, но с приходом ночи, приходил и голод, вынуждая меня выходить на охоту, перевоплощаясь в чистильщика этого мира.

Так, прошло пять долгих лет. Я и моя небольшая армия — вычистили этот мир до блеска. Сначала, простые ублюдки, что повинны в кражах, убийствах и тому подобному, легли от наших мечей. Затем, «высшие» из людей, несогласные на общий мир… Почти все верхушки этого мира, так называемые правители… Какие они правители, если не смогли отказаться от вражды и войн? Конечно… Они ведь получают только пользу от войны, расплачиваясь за это людскими жизнями… Мы обезглавили почти все страны этого мира, сделав их главами ангелов, а также уничтожили всё то оружие, что могло навредить человечеству и объединили всю Планету.

В конце этой войны, численность человечества сократилась на пятьдесят процентов. Мы убили столько несогласных с нами людей… Да, мы объединил мир силой… и это оказалось так легко! Моя сотня духов спокойно справилась с вооружением человечества. Никакие пушки, никакие ракеты не ранили их, не оставляли даже следа после попадания! Они сделали свою работу и покинули меня, но перед этим…

Весь мир наблюдал, как в небе сошлись два божества. И какова же была разница в силе, раз Верховный с небес, одним ударом, разбросал ошмётки головы Прародителя, по космическому пространству… После этого, грешить было страшно. Два выбора — вечное Чистилище или Небеса…

Все быстро привыкли к новому миру. Даже мелкая преступность покинула нашу жизнь, а люди на улице встречали меня улыбками и словами благодарности. Я светился от счастья видя, как люди стали свободнее ходить по улицам. Они больше не боялись, что их обкрадут, изнасилуют или убьют. Люди стали увереннее. Они одевались в любимую одежду, гуляли ночами, заходя даже в самые тёмные переулки, пели и танцевали на улицах, не боясь осуждения и насилия. Мир стал свободен от грязи и засиял, будто бы все вокруг стали ангелами.

Вскоре, я сделал предложение Каролине. Нашу свадьбу отмечал весь мир. Нас любили также, как мы любили всех этих добрых светлых людей, не способных причинять боль.

Мы купались в океане счастья, любви и света. Я совсем перестал корить себя за давние грехи, грустить и бояться будущего. Её руки всегда обнимали меня, а вокруг были лишь улыбки и смех, и причин для пробуждения тьмы в глубине моей души, просто не было. Она заснула вечным сном и, казалось отпустила меня всегда, но в этом опьяняющем счастье, я позабыл о том, что я дух отмщения…

Первое время, я пытался сдерживать голод, но с каждым днём, он всё больше забирал контроль надо мной. Я перестал выходить из дома и корчился на полу от боли, пока Каролина сидела рядом, захлёбываясь своими слезами…

Сколько она не взывала к Верховному — он не отвечал. Ему уже было не до нас… Ведь, я сделал то, чего он хотел и больше однокрылый дух ему не был нужен.

И вот, настал тот день, когда голод стал невыносим и вынудил меня, выпрыгнуть в окно, отправившись на охоту. Я летал над миром всю ночь, но нигде, даже в самых глубоких и мрачных уголках Земли, не нашлось ни одного плохого человека.

Моё тело тряслось в лихорадке, а глаза сами закатывались вглубь головы. Пальцы перебирали воздух, словно играя на пианино. Прохожие спрашивали, что со мной, предлагали довести меня до дома, но я лишь отмахивался и молил, чтобы они не приближались ко мне. Всё, чего я хотел, это дойти до дома, не причинив никому вреда, но через пару улиц, передо мной показалась семейная пара с маленьким ребёнком. Малыш плохо себя вёл и громко плакал, тогда отец лёгонько хлопнул его ладонью, чуть ниже спины…

Я осознал, что случилось, лишь когда мои уши прорезал отчаянный женский крик, а перед глазами возник меч, на котором свисало бездыханное тело отца ребёнка. Голод утих, пропал без следа, дав облегчение, но все, кто были на улице, смотрели на меня уже совсем по-другому. Глаза полные ужаса и непонимания окружили меня, а главное — среди этих глаз, я нашёл глаза Каролины…

Такую вину нельзя было загладить. И я никак не мог оставаться в этом идеальном мире. Теперь, для меня не было здесь места…

Весь день, до самой ночи, я провёл с Каролиной, пытаясь в последний раз насладиться её теплом. Она не отпускала меня и не хотела слушать мои слова, так что мне пришлось запереть её дома…

Я ушёл в самое глухое и уединённое место, которое знал. Этим местом был холм за городом, где мы когда-то устроили пикник с Кейлом. Усевшись на сырую землю, я направил свой взгляд вверх и замер.

Ночное небо… Где-то там, среди бесчисленных звёзд, лежит бездыханное тело Кейла. Да, друг, видимо, мы и правда слишком многого хотели, слишком много мечтали. Ты навсегда останешься моим лучшим другом, и думаю… Думаю, мы с тобой скоро встретимся, если конечно у чертят и духов вообще есть душа…

— Верховный, — без надежды на ответ, я произнёс это в голове и принял облик духа, взмыв в воздух.

— Я слушаю тебя, дух. Не удивляйся, что я говорю с тобой. Ты ведь уже принял решение, и было бы невежливо не ответить тебе, на твой последний зов.

— Хоть что-то хорошее в тебе есть… — оружие оказалось в моей руке, и я мягко приземлился на землю, — Я смогу убить себя своим мечом?

— Да.

— Тогда, исполнишь моё последнее желание? Всё-таки, я создал идеальный мир.

— Идеальный мир, который послужил разрушению Ада. С твоей помощью, я стал сильнее Прародителя и забрал его жизнь. Конечно, ты заслуживаешь желание, но сделать из тебя обычного человека, не в силах даже я.

— Да, конечно… Я умру духом отмщения, а моё желание — верни к жизни того мужчину, которого я убил.

— Отныне Ада нет и все души чисты. Значит, если я верну одну такую в мёртвое тело, то от меня не убудет. Считай, он уже жив.

— Спасибо. Не потеряй этот мир, раз он стоил стольких усилий. И… Прощай.

— Прощай, однокрылый.

Закрыв глаза, я вдохнул полной грудью и рассмеялся. Рассмеялся до слёз от того, какой путь я проделал. И в итоге, всё это было не для себя, а для людей. Создал им идеальный мир, а сам остаться в нём не смог… Как же это… Твою мать… Как же это несправедливо, что аж смешно!

Смахнув наступившие слёзы, я встал на колени и сжал рукоять своего меча, направив клинок в область живота.

Прости, Каролина. Я знаю, что тебе больно, безумно больно, но такова наша судьба. Живи в мире добра и не о чём не сожалений…

Меч вошёл в мою плоть и кровь хлынула изо рта. Сознание помутнело, моё тело стало медленно клониться к земле, но что-то сзади тянуло в обратном направлении, не давая упасть.

«Не извиняйся, любимый…» — послышалось за спиной, и небольшая струйка крови потекла по моему плечу. Содрогнувшись от страха, я медленно повернул голову и увидел её… Она сидела на коленях, сжимая клинок меча, вошедшего в её живот, и улыбалась, склонившись над моим плечом.

— Каролина, нет… Зачем!? Как ты оказалась здесь!? — мои истеричные вопли и кровавый кашель распугали всех птиц на деревьях вокруг.

— Женя, ты думал, что какая-то дверь удержит меня и поможет тебе умереть в одиночестве? — она говорила спокойно и не переставала улыбаться, — Ты ни в чём не виноват. Ты подарил этой планете мир, а мне… пять лет настоящего счастья. Ты самый лучший человек, пусть даже однажды уже умерший, пусть даже являющийся голодным духом отмщения! Ты мой и я не отпущу тебя!

— Я не понимаю, зачем…

— Я всюду пойду за тобой, — произнеся эти слова, она схватилась за мои плечи и подтянула себя к моей спине, ещё глубже вогнав клинок в своё тело.

— Каролина!

— Всё хорошо… Всё хорошо… — её руки обвили мою шею, обдав бледнеющее тело последним теплом, — Я рядом. Мне совсем не больно, потому что я с тобой. Потому что моя любовь со мной.

С ней бесполезно было спорить. Сил оставалось совсем немного, и я решил потратить их на последние тёплые, искренние слова…

— Я люблю тебя… Спасибо за всё… Спасибо за улыбки, поцелуи, объятия… Мне всегда, даже в самые сложные моменты, было так тепло в твоих руках, что я забывал о всей грязи, в которой жил долгое время… Спасибо тебе за всё. Я… Я так рад, что ты моя первая и последняя жена!

Слёзы хлынули из глаз и я сжал зубы, беспомощно мыча что-то невнятное, а мой ангел лишь шептал мне на ушко, что всё хорошо.

Её руки на моей шее. Тёплое дыхание. Всё тише и тише… Картинка, всё темнее… Темнее…

Content

Евгений Скирин
Dead Inside. Part 2