Месть мертвеца

Месть мертвеца

Эйнар быстро постучал в дверь и тут же вошел, не дожидаясь ответа. Он прекрасно понимал, что в данной ситуации Фрино может и не пустить его. Даже скорее всего не пустил бы. Он не выходил из комнаты с тех пор, как его чуть не убила Яна... уже неделю...

Фрино выглядел на удивление нормально. На нем были легкие брюки и не застегнутая рубашка. Живот парня украшал старый, неровно сросшийся шрам. Непричесанные волосы непривычно топорщились в разные стороны. Эйнар еле узнал его. Обычно Фрино следил за собой, а сейчас выглядел каким-то потрепанным.

- Войдите, - запоздало буркнул хозяин комнаты, неотрывно вглядываясь в зеркало.

Эйнар облегченно привалился к дверному косяку. Направляясь в красное общежитие, парень боялся что найдет труп. Не обязательно в прямом смысле этого слова. Болтающийся в петле человек ничем не хуже, а порой даже лучше человека, умершего морально. От того же, что Фрино в порядке, или почти в порядке, у него отлегло от сердца.

- Что, думал я сломаюсь из-за такой ерунды? - фыркнув, глянул на него наследник семьи Сентро. - Не дождешься.

Смотреть в глаза Фрино Эйнору было больно, и он отвел взгляд. Просто не выдержал, настолько что-то в его приятеле изменилось. На него смотрело два глаза, чуть отличающихся по тону. От осознания того, что один из них - заколдованная стекляшка - у Эйнора по спине побежали мурашки.

- Что, никак не налюбуешься? - спросил он как можно более дерзко. - Видишь им хоть?

- Ну, немного вижу, - хмыкнул Фрино. - Дерьмово, но вижу.

Отлипнув от зеркала, Фрино уселся на свою заваленную шкурами постель. Когда-то эти шкуры подарил ему Эйнар в знак их сотрудничества. Они решили держаться вместе в академии, как самые высокие по статусу. Однако со временем Эйнар притерся к нему, и теперь беспокоился.

- Что родители сказали? - спросил он.

- Если ты хочешь узнать о моем нынешнем статусе, то ты пришел рановато, - ответил Фрино, прикрыв глаза. - Они выбили меня домой на выходные, завтра отправляюсь. В лучшем случае меня лишат всех прав на наследство и выгонять из семьи. В худшем... что ж, отец никогда не расстается со своим револьвером. Как подумаю об этом... лучше бы она меня убила.

- Брось, жизнь всегда лучше смерти, - Эйнар тяжело рухнул в кресло, слегка потрясенный такими новостями. - Говорил же я - допрыгаешься. Это тебе не Вэйдана. Добился своего?

- А может я хотел? - невесело улыбнулся Фрино. - Никогда не думал об этом, а? Хотел допрыгаться. К тому же выбирать не приходилось. Знаешь такие куклы, которые надеваются на руку? Так вот - я именно такая кукла, Эйнар. Я делаю то, что мне говорит отец, думаю его мозгами. А теперь... теперь мне наконец-то, впервые в жизни, есть чем дышать. Так что вали. Как политический союзник я теперь твоей семье бесполезен.

- Ну, зато ты полезен лично мне как друг и сильный маг, - нахмурился Эйнар.

- Друг? - фыркнул Фрино, прикоснувшись рукой к шраму на своем животе. - Да что ты вообще знаешь о дружбе...

- Мало что, - согласился Эйнар. - Но если есть что сказать - говори.

- Ну раз ты просишь, - поморщился Фрино. - Все равно возможно скоро сдохну. Хоть груз с себя сниму... Заодно и расскажу тебе еще немного о том, насколько дикие в моей семье порядки....

***

- Простите меня, юный господин, - бормотал стоящий на коленях мальчишка. - Простите, такого больше не повториться.

Фрино - весь грязный и мокрый от падения в лужу - с ненавистью смотрел на ровесника, которому слуга отца отвешивал подзатыльники. Отстраненно глянув на руку, наследник семьи Сентро увидел смешавшуюся с грязью кровь. Он утер ладонь об чистый и сухой край плаща, и тут же получил от отца неприятную пощечину.

- Кто ты, свинья или мой сын? - зло спросил он. - Возьми платок, идиот.

- Мой промок, отец, - терпеливо объяснил Фрино. - Пожалуйста, одолжите мне свой.

Однако отец сына уже не слушал. Все его внимание было приковано к незадачливому парнишке, который на всей скорости врезался во Фрино. Корзина, которую нес незнакомец, отлетела в придорожную канаву, овощи и фрукты рассыпались. От взгляда мужчины мальчик окаменел, даже перестал реагировать на затрещены слуги.

- Встань, - приказал ему отец.

Мальчишка подскочил как на пружине и подошел к мужчине поближе. Тот поднес ко рту свой перстень с печатью и подышал на него. Отодвинул с грязного лба мальчика сальные волосы, он приложил перстень. У незнакомца тряслись коленки от страха и осознания того, в какую передрягу он попал.

- Фрино, правое запястье, - властно повернулся отец к сыну.

- Но я хотел бы девочку... - рискнул возразить Фрино, и тут же получил вторую болезненную пощечину. Спорить было бесполезно. Он протянул отцу руку, и тот оставил на ней вторую печать - с другого кольца. Печать, которую он носил за Фрино до его совершеннолетия. Печать, которая привязывает раба к хозяину. Именная, с резными инициалами «ФС».

- Через месяц сдашь экзамен, - сказал отец. - Посмотрим, Фрино, достаточно ли ты взрослый для первого раба.

***

- Сколько тебе тогда было? - спросил Эйнар.

- Должно было через месяц исполниться пятнадцать, - пожал плечами Фрино. - На свой день рождения я должен был доказать отцу, что я умею обращаться с рабами. Потому я взялся за воспитание этого парня со всей ответственностью. Хотя чего там воспитывать... он и не сопротивлялся.

- Не сопротивлялся? - удивился Эйнар. - Еще скажи, что он тебя не ненавидел?

- Не знаю. Его звали Кай. Он был младше - тринадцать лет - но выше меня на голову и сильнее. Однако его родители хорошо вдолбили ему в голову то же, что вдолбили и мне мои. Если на тебе стоит рабская метка - ты не человек. И... я никогда не мог понять, о чем он думает. Если он и ненавидел меня, то никак это не показывал. Вел себя послушно, даже как-то флегматично, все сносил...

***

- Быстрее, придурок, - Фрино неласково толкнул носком ноги своего раба, зашнуровывавшего его высокие сапоги. - Старуха с трясущимися руками и та бы быстрее справилась.

- Да, господин, - смиренно сказал парень, снова принимаясь за обувь хозяина. - Я постараюсь быстрее...

Глядя на то, как Кай тщетно пытается пропихнуть в петлю размохрившийся шнурок, Фрино вздохнул. Отец говорил что с рабами нужно быть строгим, даже если задача, что ты поставил, слишком тяжела для него. Фрино этого не понимал. Он хотел раба, был рад такому подарку отца, но одновременно с этим и побаивался грядущего экзамена. Ему все казалось, что с парнем он слишком мягок, но не мог вести себя еще жестче.

- Сейчас позавтракаем и пойдем в библиотеку, - сказал Фрино. - А потом на конюшню.

- Хорошо, - ответил парень.

- Хорошо, господин, - снова толкнул его Фрино. - Не забывай.

- Да-да, господин, - фыркнул Кай без капли почтения.

И тут же получил болезненный тычок в живот.

- Знай свое место, - быстро завязывая шнурок на сапоге в незамысловатый бантик, сказал Фрино. - А теперь вставай и пошли.

В столовой, где семья Сентро каждый день старалась есть отдельно друг от друга, обнаружился отец. Фрино не хотелось делить трапезу с ним. Опять будет строить, учить, наблюдать, критиковать.

- Подайте мне завтрак на балконе, - приказал он отловленному тут же слуге. - И принесите плошку для раба. Все ясно?

Вежливо поздоровавшись с отцом и выказав ему свое почтение, Фрино ушел с кухни и направился к большому балкону на третьем этаже. Здесь, в хорошую погоду, по вечерам его родители устраивали посиделки со своими друзьями. Всегда по отдельности. Утром же балкон обычно пустовал, чем Фрино и пользовался. Ему нравилось завтракать на свежем воздухе не выходя при этом в сад и не перебивая ароматы еды запахами цветов.

Стоило Фрино сесть, как Кай тоже уселся рядом. Только не на стул, а на пол. К ногам хозяина. Краем ума Фрино понимал, что парню наверняка неприятно сидеть на холодном, каменном полу, но это же вызывало и некоторое злорадство, ощущение своей над ним власти. К тому же в последнее время наследник семьи Сентро начал замечать, что на балконе Кай ведет себя как-то напряженно.

- Господин, а вы постоянно один? - вдруг спросил Кай. - Я здесь уже неделю, и не разу не видел чтобы вы...

- Будешь говорить без спроса - выпорю, - снова легонько пнув его, буркнул Фрино. - Разумеется я один. Я ведь из высшей аристократии. У меня нет сверстников среди нашего класса, а общаться с прочим дерьмом - позорить имя семьи.

- И вам не одиноко?

За это Кай получил по полной программе. Когда принесли завтрак у раба уже начали наливаться первые синяки. Фрино и сам не знал, почему так разозлился. Может, потому что в огромном доме ему и правда было одиноко? Или потому что Кай вел себя сегодня особенно дерзко. Фрино даже лишил его завтрака, вывалив все объедки из его миски на землю с балкона. Однако Кай, кажется, и не особенно хотел есть. Он только настороженно и как-то испуганно смотрел. И не на Фрино, а на расстилавшийся под ними город.

***

- Он хотел сбежать? - уточнил Эйнар.

- Нет, все гораздо более прозаично, - фыркнул Фрино. - Он очень боялся высоты. Отец всегда говорил, что самый верный способ подчинить себе раба - это найти его главный страх. И я его нашел. Однако отнесся к нему как только мог халатно. А если быть точнее - решил поиздеваться над парнем. Поразвлечься.

- И каким же образом?

- Наш город стоит в горах. Неподалеку, буквально в часе езды, есть глубокая, но узкая расщелина. Еще до того как у меня появился Кай я любил ездить туда на лошади и, трепля себе нервы, прыгать через нее. При этом лошади иногда ломали ноги и я валился на землю. В такие дни обычно до дома я шел пешком, одевшись в отводящий глаза плащ. Странно, что я не свернул себе шею с такими развлечениями. Отец их не одобрял, но и не запрещал. Матери же было на меня плевать.

- Ну, и что случилось дальше?

- Прости, далеко отошел от темы. Узнав о страхе Кая перед высотой я просто не мог не поиздеваться над ним. К тому же я никогда никого не брал с собой к той расщелине. Да и слова об одиночестве, которое из-за этого парня стало не таким угнетающим, меня крепко задели.

***

Кай, до этого отстранено болтавшийся позади Фрино в седле, теперь прижался к своему господину и вцепился в его куртку. Он не кричал, но трясся всем телом. Фрино тоже трясся, но от хохота. Пятки со шпорами то и дело звонко ударялись о бока лошади. оставляя на них царапины.

Они неслись по узкой, опоясывающей гору дороге. С одной стороны - голые скалы, с другой - пропасть и прекрасный вид на взбирающийся по склону город.

- Смотри, смотри же, тупой раб, какая красота! - дразнил Кая Фрино. - Я час ехал чтобы тебе все это показать, а ты трясешься. Давай, не будь девчонкой. Посмотри же.

На это раб ничего не отвечал, лишь сильнее цеплялся за своего хозяина. Впрочем, против этого Фрино ничего не имел. Пусть жмется, зато не свалится. А лететь было очень далеко.

Тем временем дорога стала шире и вышла на более плоскую часть горы. Кай чуть успокоился, хотя его все еще потряхивало от страха. Даже через куртку Фрино чувствовал, как бешено стучит у парнишки сердце. Дорога свернула, но юный наследник шел вперед. К каньону. Одна его «стена» изобиловала трещинами, через которые было так весело заставлять прыгать лошадь. И конечно же его любимая расщелина - полтораметровый провал между двумя скалами, которым обычно заканчивался маршрут Фрино.

После первого прыжка Кай наконец вскрикнул. Испуганно, но коротко, что вызвало у его хозяина новую волну смеха. Ему хотелось отпустить поводья и раскинуть руки, попробовать это чувство свободы и полета. На втором прыжке Кай начал молить Фрино остановиться.

- Мы же убьемся... убьемся... - бормотал парень. - Всеми богами клянусь, мы не выберемся отсюда живыми.

- Заткнись, - весело прикрикнул на него Фрино. - Трус!

Последний, третий прыжок. Скала, на которую нужно прыгнуть ниже примерно на метр. Лошадь - сипящая, разгоряченная, испуганная - взмыла в воздух, и у Фрино перехватило дыхание. Секунда, еще одна, а потом резкий удар об землю и огромная лошадиная туша повалилась вперед, а потом и на бок. Кая откинуло в сторону, так как он не держал ноги в стременах, а вот Фрино запутался, и одна его нога оказаться под лошадью. И вот тогда вскрикнул уже он, только не от страха, а от боли.

***

- И знаешь, что сделал этот парень? - невесело улыбнулся Эйнару Фрино.

- Пырнул тебя и сбежал? - кивнул на шрам блондин.

- Если бы, - фыркнул Фрино. - Ему стоило бы так и поступить. Может, тогда бы все это не закончилось бы настолько скверно. Нет. Этот придурок взвалил меня на спину и понес домой.

- Но почему? Прости, но... ты был мелким ублюдком. Честно - я бы тебя кинул на его месте.

- А он не кинул. Причем от боли в сломанной ноге я даже не мог контролировать его - магии-то меня с детства учили. Он сделал это добровольно. И не слова не сказал. Вообще. Мне пришлось нехило побить его дома, чтобы он объяснил, почему так поступил.

- Ну ты и... и что же он сказал?

- Знаю что ублюдок, - Фрино фыркнул. - Но по другому я и не умею. А сказал он, что я ему нравлюсь и отношусь к нему неплохо. Кормлю, мыться заставляю чуть ли не каждый день, одеваю. Ну, в общем-то так оно и было. Пусть я наставлял ему тумаков, но его жизнь в нашем поместье, как оказалась, была гораздо лучше, чем за его пределами. Там он голодал, его бил отец, его шпыняли соседи. Мне стало интересно и я заставил его рассказывать о том, как они там живут. Завязался разговор... и, пожалуй, я допустил самую страшную в своей жизни ошибку.

- Какую же?

- Я с ним подружился, - пожал плечами Фрино. - Представь себе, как мне было скучно одному в этом чертовом поместье? Ни единого сверстника, а тут - нормальный, здоровый и, как оказалось, отнюдь не тупой парень. Если раньше я думал, что рабы - это просто игрушки, то теперь начал понимать - ничем они не отличаются от их хозяев Совершенно ничем. Кроме их положения. И это как-то... угнетало что ли.

- Хочешь сказать, что ты не такое уж дерьмо? - хмыкнул Эйнар. - Когда я был у тебя в гостях, то что-то не заметил какого-нибудь сострадания.

- Просто так надо, - потупился Фрино. - Не знаю... иногда мне кажется что все у нас на Вэйдане понимают, что рабовладение - это неправильно. Однако помимо того, как нужно обращаться с рабами, общество еще и очень хорошо учит скрывать собственные чувства. Так вот... последующие три недели мы с Каем вполне так неплохо проводили время, и не заметили, как подошел день экзамена. Я подозревал, что отец изобретет что-нибудь мерзкое, но Кай велел мне не волноваться. Сказал, что стерпит совершенно все, чтобы я смог сдать экзамен, а он остался бы со мной. На том мы и порешили...

***

В отцовском кабинете примерно раз в пару месяцев перекладывали паркет. Последний, на котором топтался, волнуясь, Фрино, продержался рекордно долго - целых десять недель. И парень прекрасно понимал, что это значит. Отец ждал экзамена. За спиной юного наследника смирно стоял Кай. Если бы не заведенные за спину руки - а Фрино уже заметил, что парень прячет их когда нервничает - можно было бы сказать что он совершенно спокоен.

- Итаааааак, - протянул отец. - Подойди сюда, сынок.

Фрино подошел как мог твердо, Кай двинулся за ним словно тень. Старший Сентро попросил сына вытянуть руку и вложил в нее шило. Испытывая очень нехорошее предчувствие, Фрино повертел его в руках., но ничего необычного не приметил.

- Что мне сделать? - осведомился мальчик, пытаясь скрыть собственный страх.

- Отдай этому, - кивнул он на Кая. - И подойди ко мне.

Шило перекочевало из рук хозяина в руки раба. Фрино обошел стол отца, и тот стиснул его за плечи, прижав к собственному боку. Мужчина был огромен, даже в сидячем положении он превосходил сына в росте. Сцепив любимое чадо за подбородок, старший Сентро заставил его смотреть на мнущегося посреди комнаты раба.

- А теперь давай посмотрим, достаточно ли ты хорошо владеешь нашим семейным искусством.

Фрино испуганно кивнул.

- Иногда, когда ты заставляешь раба сделать что-то, что противоречит его инстинкту самосохранения, он может вырваться из пут заклинания, - сказал отец. - Особенно часто это происходит у таких малявок как ты. Так что сейчас мы посмотрим, насколько ты тверд, Фрино. Сделай так, чтобы он выколол себе глаз, и твой экзамен будет пройден.

Кай вздрогнул, и это не укрылось от глаз наследника. Фрино бы и сам вздрогнул, но не мог позволить себе такую роскошь. Если бы он только посмел показать перед отцом свою слабость, то тот уже бы ударил его. Хотя сейчас Фрино больше всего на свете хотелось, чтобы отец его убил. Отказаться. Не причинять боль парню, который скрашивал его одиночество последний месяц...

Однако если бы он только попытался это сделать, то отец бы тут же Кая убил. И это Фрино прекрасно понимал. Потому он прикрыл глаза и начал читать заклинание. Внутри все сжималось от боли и страха, а нити древнего искусства марионеточной магии опутывали дрожащее тело раба.

- Так, так, - приговаривал наблюдающий за ним отец. - Хорошо. Это целое искусство, Фрино. И ты им владеешь. А теперь дерни. Заставь...

Мальчик зажмурился, но не перестал видеть. Вот нити, вот сгусток жизни, сгусток энергии, опутанный его магией. Вот бьющееся внутри груди сердце, гоняющее по телу вместе с кровь жизненные силы. А вот глаза. То ли голубые, то ли зеленые, самые обычные. Фрино дернул. Дернул, но не смог. Что-то заставило его остановиться. Он понимал - будет скандал. Но просто не мог ранить парня. И тут...

Шило глубоко вошло в глазницу. Кровь полилась на пол, проникая между досками паркета.

Непроизвольно дернувшись, Фрино открыл глаза. Шило валялось на полу а Кай зажимал рукой глаз. Все было кончено. Экзамен пройден. Не так, как хотелось бы отцу, но пройден. И Фрино с чувством собственного превосходства посмотрел на мужчину. Посмотрел, чтобы сказать, что он сдал. Однако улыбка отца его остановила.

- Вот оно как, - угрожающе сказал он. - Как же я разочарован. И кто... мой собственный сын. Видно плохо я тебя воспитал...

- Отец, я... - с ужасом начал Фрино, но мужчина отшвырнул его. Мальчик упал на пол, больно ударившись плечом. Сломанная нога снова заболела, хотя ее и лечили лучшие целители.

- Подружиться с рабом, значит, решил? - сощурился отец. - Ну что ж... я забираю мальчика себе. Завтра в то же время приходи сюда снова, и я покажу тебе, что такое эта твоя дружба...

***

- И что же он с ним сделал? - спросил Эйнар у погрузившегося в свои воспоминания Фрино.

- То, что делал со всеми, - ответил тот. - Сломал. После ночи пыток детская психика не выдержала. Когда я пришел к нему на следующий день, то сначала очень обрадовался, что Кай жив. Если не присматриваться, можно было и не заметить, что он его мучал. Мой отец знает много изощренных пыток, которые почти не вредят телу. Однако, заглянув в глаза друга я понял - это уже не он. Его больше нет.

- А откуда шрам? - нахмурился Эйнар.

На это бывший наследник Сентро тяжело вздохнул и продолжил.

***

- Закрой дверь на ключ, Фрино, - сказал отец. - И отдай его мне.

Страх обволакивал. Был уже вечер, почти стемнело, и комнату освещали лишь три свечи в высоком подсвечнике. Рядом с отцом стоял Кай - целый и почти невредимый. Стоял и смотрел без каких-либо эмоций. Вроде как всегда, но как-то... мертво. Будто и не живой это мальчик, а очень правдоподобная игрушка. Кукла в полный рост. Рыжая, одетая в дорогую красивую одежду. От взгляда одного единственного глаза по коже Фрино бегали крупные мурашки.

Он провернул ключ в замке и положил его на стол. Отец забрал ключ и пододвинул к сыну кинжал. Дорогой, посеребрены, не предвещающий ничего хорошего. Фрино взял. Куда было деваться. Однако он чувствовал себя очень неуютно от того, что оказался на том же месте, на котором вчера стоял его раб. Тем временем отец обнял Кая так же, как вчера обнимал сына и вложил в его руки второй кинжал - такой же.

- Убей его, - кивнул он рабу на Фрино. - Это послужит ему хорошим уроком.

И Кай, хотя никакие нити его не опутывали, двинулся на друга. Фрино до последнего не верил, что он набросится. Думал - вот сейчас парнишка остановится, бросит кинжал на пол и пошлет его отца подальше. Остановится так же, как остановился вчера он. В чувства Фрино привело то, что Кай замахнулся. Он не владел оружием, его никто не учил, но он хотел убить. И Фрино не успел уклониться. Кинжал пропорол его белую рубашку и оставил глубокую, рваную рану. Из глаз Фрино хлынули слезы. Его предали. Впервые в жизни. И все, что он мог - это убить или умереть.

***

- Я выбрал убить, - ответил Фрино, закрыв глаза. - Потом отец продержал меня месяц в пыточных, заставлял издеваться над рабами, убивать. Я... был как будто пустой. Что-то сломалось внутри. Потом вроде постепенно оклемался и решил, что никогда в жизни больше не буду иметь рабов. Кто бы мне это позволил... разумеется на свое совершеннолетие я обзавелся двумя девками-близняшками, которые теперь остались дома. И я сделал все, чтобы с ними не сблизиться.

- Получается, твой покойник тебе отомстил? - невесело улыбнулся Эйнар.

- В смысле? - удивился Фрино.

- Ну твой глаз, - пояснил блондин. - У нас на Готреде есть такое суеверие, как месть мертвеца. Бывает такое, что у людей появляются через какое-то время те же раны, что они кому-то нанесли. Или они умирают так же. В таких случаях говорят - твой мертвец тебе отомстил.

- Знаешь, от этого мне как-то даже легче, - усмехнулся Фрино. - Месть... ну что ж, теперь я по крайней мере знаю, как ему было больно. И насколько страшно.

- И что собираешься делать? - чуть помолчав, спросил Эйнар. - Если твой отец тебя не пристрелит разумеется.

- Что делать? - задумался Фрино. - Еще не думал об этом. Не знаю... буду дальше учиться, а там посмотрим...

Content

Месть мертвеца

Месть мертвеца