Несносная помощница для Цербера

Глава 1

Глава 1

С ноги распахиваю дверь. Вошла, я считаю, классно, иду дальше неспешно, вперевалочку. Пусть этот мой начальничек сразу поймет, кто тут главный.

Оказалась в приемной. Так ведь выглядят приемные больших боссов? Пустовато.

– Эу! Есть кто? А если найду?

Тишина. А где шеф? Может вон за той массивной солидной дверью? Сейчас проверю.

Распахнуть с ноги вторую тяжелую дверь так же громко и эффектно не получилось, ну да ладно.

Вот он! Сидит себе такой мрачный в черном деловом костюмчике. А что такой молодой? На вид лет тридцать от силы. Подтянутый. С тщательно уложенной назад, все равно видно что густой темной шевелюрой. Гладковыбритый, в идеально сидящем, наглаженом костюме. Я вообще-то представляла себе солидного пузатого дядьку на такой должности. С лысиной и возможно одышкой. А тут лощеный красавчик какой-то. Ну это и хорошо. Быстрее, может, договоримся.

– Здарова! – восклицаю я и машу рукой. Не жду приглашения и иду к столу. Начальничек молчит, не здоровается. На скулах играют желваки, но взгляд непроницаемый. Я его шокировала или как?

Сажусь на стул напротив босса, ноги закидываю на стол. Так и быть, пусть любуется моими красивыми ножками.

Рассматриваем с шефом друг друга, как два поединщика перед боем. Глаза у биг босса кстати, клевые. Необычный такой цвет, светло-зеленый, прям очень светлый, с золотыми лучиками возле зрачка, а ободок радужки темно-зеленый. Напоминает зеленый оникс.

– Уберите ноги, – вдруг четко произнес начальник приятным тембром. Голос спокойный, но холодный, настолько холодный, что мне стало немного зябко.

– А что если нет? – с усмешкой произношу я, не шелохнувшись. – Ты ведь наверняка знаешь, кто мой отец. Ты его подчиненный. Если я на тебя обижусь, обязательно папочке пожалуюсь. Значит так. Работать тут я не собираюсь. Приходить, присутствовать, пока у отца блажь, так и быть, буду, но давай договоримся, ты меня не трогаешь, и я тебя тогда тоже, у нас мир, дружба, жвачка и взаимовыгодное сотрудничество. Понятно говорю, нет? Договорились?

– Нет, не договорились, – сухо отвечает мой начальник и невозмутимо тыкает обратным концом ручки мне по ногам, скидывая их со стола. Как его зовут хоть? – Идите на свое рабочее место, включайте компьютер, там есть файл с вашей должностной инструкцией. Изучите ее для начала. Исполнять свою работу и мои приказы будете неукоснительно, иначе свою зарплату не увидите. Также у нас развита система штрафов.

Ах, вот ты какой, цветочек, аленький.

– Не хочешь, значит, мирно жить, да? Что, папочка тебе денег отвалил? Продвижение по карьерной лестнице пообещал? Хочешь Цербером поработать? Ну давай-давай. Проклянешь себя и меня сто раз, за то что согласился.

– И по поводу вашего внешнего вида. Такой в офисе неприемлем.

Мельком взглянула на свои короткие облегающие спортивные белые шорты. На мне еще в комплекте белый короткий топ в обтяжку. Для приличия на мне еще длинный объемный пиджак. Специально сегодня так оделась.

– А что не так? – с милой улыбкой интересуюсь я.

– Одежда не соответствует офисному стилю.

– Да? Ну ладно.

Встаю, скидываю на пол пиджак, начинаю медленно и красиво стягивать с себя сначала шорты. Стесняться мне нечего, попа крепкая как орех, накачана в спортзале, белье дорогое и шикарное. Ну и вообще он не знает, с кем связался, я же без тормозов.

– Что вы делаете?

– Снимаю неприемлемую для офиса одежду. Видите, какая я послушная. Только не лишайте меня зарплаты, шe-е-эф.

– Прекратите, – опять сухо и холодно произносит мужчина. Смотрит на меня брезгливо, но при этом все равно неотрывно.

Стягиваю с себя топ, сажусь обратно. Эх, вот бы сейчас сюда кто-нибудь вошел и засвидетельствовал скандальную ситуацию. Папа бы навсегда забыл, как меня к себе на работу устраивать.

– Вы ведь в курсе, что помимо развитой системы наказаний, у нас есть и система поощрений? – спросил вдруг мой Цербер. Слюну на мой вид почти раздетый не пускает, не шокирован, не злится, держится так же сухо и отстраненно. Какой неприятный тип. Папа, видимо, специально нашел такого непробиваемого.

Цербер тем временем достает из кармана золотую карточку. Ах, ты пес!

– Это моя карта, верни.

– Нет, это не ваша карта, а вашего отца. Теперь она полностью в моем распоряжении и только от меня зависит, будете ли вы ей еще когда-либо пользоваться. Более того, если я сочту нужным и ваша работа будет меня удовлетворять, вы получите с нее денежные вознаграждения.

– Вознаграждение за работу с моих же денег? Ну круто, че.

– С денег, которые вам в качестве доброй воли выделял отец, и которые теперь не готов выдавать просто так. Вы совершеннолетняя девушка, но ведете по его мнению аморальный образ жизни, не работаете и совершенно не контролируете свои траты.

– Я знаю его мнение о себе, можешь мне не рассказывать, буквально вчера разговор был. А тебе, значит, папуля доверяет? Настолько, чтобы посвящать в семейные дела. С чего такое доверие?

– Я могу только предполагать, но это сейчас к делу не относится. От вас я жду продуктивной работы, послушания, пунктуальности и рабочий внешний вид. И обращаться ко мне только официально. Меня зовут Новиков Даниил Александрович.

Опять кладу ноги на стол.

– С внешним видом, ну никак. Я пришла в том, что сейчас на полу валяется, другой одежды нет.

– Мне позвонить вашему отцу, чтобы он помог вам разобраться с одеждой?

– Не надо, – ворчливо произношу я, снимая ноги со стола. Не захотел сотрудничать, хочет войны? Ладно, он ее получит. – Я видела тут торговый центр поблизости, дай… дайте мне денег, я что-нибудь куплю на сегодня.

– Идите, деньги вам скоро придут.

Цербер вдруг достает из кармана небольшие круглые часы на цепочке.

– Ого! Это что за антиквариат?

– У вас, Елизавета Натановна, полчаса. Не успеете вернуться в соответствующем внешнем виде, вас ожидает штраф на две полученные на покупку одежды суммы. Время, кстати, уже пошло.

Ну, гаденыш, я тебе это еще припомню, пес смердячий, слезами своими умоешься. Ты еще не понимаешь, с какой змеей связался.

– Время уже идет, Елизавета Натановна.

Срываюсь с места, быстро натягиваю шорты, пиджак, топ оставляю Церберу на память, и мчусь за покупками.

По дороге звоню отцу. На удивление, сразу ответил.

– Что? – сухо и раздраженно.

– Начальник, к которому ты меня приставил, меня унижал, заставил раздеться и грязно приставал.

– Уверен, тебе к такому не привыкать. И я знаю, что ты сейчас скажешь все что угодно, лишь бы не работать.

– Да буду я буду работать. Но не с ним. Давай мне другого начальника. Приличного.

– Этот более чем приличный. Из хорошей семьи, имеет отличное образование, манеры. Умен, честолюбив, жесток, но справедлив. Ты ему кстати, вообще ни под каким соусом не сдалась, у него шикарная воспитанная красавица-невеста, он на тебя не поведется. Внешностью ты может и вышла, но вот поведением, характером и мозгами… Вся в мать.

– Но он, знаешь что сделал?..

– Сделал, значит так надо. Можешь не звонить мне и не жаловаться. Мне плевать. Я тебе уже все сказал. Не будешь работать, будешь голодать. О привычной своей хорошей жизни, если хотя бы год не отработаешь, можешь забыть.

Отец сбросил вызов. Ненавижу.

Телефон пиликнул. О, денежки пришли на обновку.

Что?! Почему так мало?! Да я на такие деньги ни одного приличного платья не куплю!

Глава 2

Глава 2

Ко всем прелестям, мой начальник еще и жлоб. Как будто бы свои деньги тратит.

Забежала в первый попавшийся магазин из дешевых. Времени мало, мне еще надо вернуться, так что хватаю первое подходящее на вид платье. Подбирать комплекты из юбок-рубашек тоже времени не хватит.

В раздевалке натянула на себя платье. А вроде ничего так, хоть и стоит какие-то смешные деньги. Черное, без лямок, до колена, но облепило как вторая кожа. Пойдет. А дома на завтра подберу что-то более развратное, но чтобы Цербер не докопался.

Правда, на мне белые кеды. Под платье совершенно не идут.

Пока до касс шла, схватила попавшиеся под руку черные туфли на шпильке. Ненатуральные, неудобные, дешманские и стремные. Буду выглядеть как дешевка. Надеюсь никто из знакомых меня в рабочей одежде не увидит, позор тот еще будет.

Забегаю обратно в кабинет начальника реально в последнюю секунду. Пытаюсь отдышаться и уже при нем снимаю кеды и натягиваю туфли.

– Ну че, как? – подойдя к столу шефа, спрашиваю насмешливо. Расставив руки в стороны повертелась вокруг своей оси. – Подойдет? Я теперь выгляжу как скучная и несчастная рядовая работница офиса с мизерной зарплатой?

Цербер внимательно и цепко меня осматривает.

– К сожалению, нет. Но пока хотя бы так. Идите на свое рабочее место, включайте компьютер и открываете на рабочем столе файл номер один. Там ваша должностная инструкция с подробным перечнем обязанностей и пояснениями, как и что делать. На изучение этого файла я даю вам… – босс опять достает из кармана свои часы на цепочке. – ...один час.

– А если я не успею все изучить за час? Я вообще тупенькая, мне надо больше времени.

Ага, весь день.

– Если вы не успеете за час, я не отпущу вас на обед. Дополнительное время вы получите за счет своего свободного. Еще вопросы есть?

– Почему у вас такие немодные часы? Вы не пробовали купить себе электронные? Там столько полезных функций…

– Время пошло.

Не, ну какой неприятный тип. Бедная его невеста. У него там все по часам и минутам рассчитано? Как же скучно.

Отправилась выполнять задание. На обед хочется. Пойду в ресторанчик, надо нервы успокоить, хряпнуть чего, может, рабочий день потом веселее пойдет. Хотя вряд ли. С самого утра все не задалось. Нагрянули телохранители отца, буквально из постели вытащили, под руки и сюда в невозможную рань.

Ого. В компьютере на рабочем столе больше тридцати пронумерованных файлов. Это Цербер так подготовился, чтобы сразу на месяц меня заданиями обеспечить?

Открываю первый файл. Зевая, лениво изучаю должностью инструкцию. Там еще уточняющие такие пометки педантичные. В обязанности мои помимо прочего входит подача начальству напитков по требованию. И тут уточнение. Мой босс предпочитает кофе. Без сахара. Без молока. Только хардкор. Как можно более крепкий. Ага, учтем.

Ровно спустя час, как села за компьютер, дверь начальственного кабинета открылась. Цербер цепко осматривает меня и стол, подходит, садится в кресло для посетителей.

– Ну что, Елизавета Натановна, успели изучить файл?

– Вроде бы.

– Давайте проверим. Что вы обязаны будете сделать, в случае…

В дверь, которая ведет в коридор вдруг коротко постучали и тут же вошел… М-м, симпатичный мужчина. Лет тридцать пять на вид. Высокий, загорелый, холеный. Тоже, конечно, в скучном костюмчике, но не настолько строгий, как у моего босса. Этот еще и улыбается белозубо-расслабленно, взгляд веселый. Наверняка обаяшка в общении. С таким бы мне наверняка легче было договориться. С таким бы я может и поужинала. Почему папа не его мне в начальники выбрал?

– Александрыч, привет, дело есть. Уделишь мне пару минут? – говорит вошедший мужчина, глядя на моего начальника, а потом переводит взгляд на меня. – О-о, у тебя новая помощница? Какая красавица. На куколку похожа. Я не понял, с каким пор в помощницы стали брать моделей? Или тебе за какие-то особые заслуги это чудо досталось? – обаяшка мне подмигнула и ослепительно улыбнулся, окончательно подтверждая сложившиеся у меня о нем мнение.

Взяла попавшийся под руку карандаш и слегка прикусила его кончик, лениво улыбнувшись мужчине. И томный взгляд из-под ресниц. Ага, вижу что заинтересовался. Надо будет с ним познакомиться поближе. У меня наступают трудные времена. Костюм на этом улыбашке дорогой, мы коллеги, так что почему бы ему не кормить меня на постоянной основе обедами в ресторанах? Думаю, он сможет заслужить такую честь.

– Не за заслуги, а скорее за грехи, – тем временем со вздохом произносит Цербер. – Идем в кабинет. А вы, Елизавета Натановна, принесите нам по чашке кофе, а после откройте папку с заданиями и сделайте первое.

Что?! Еще какая-то папка с заданиями отделяна? Да он завалил меня работой!

Мужчины ушли, а я нашла кофе машину. Кофе люблю, тут трудностей никаких. Сейчас и себе еще сделаю.

Кофе боссам принесла, а то что милашка тут босс, я не сомневаюсь. Слишком вольно с Цербером общается.

– Это что за кофе, Елизавета Натановна? – недовольно вопрошает у меня начальничек, глядя на молочную пенку с корицей у себя в чашке. Сделала все наоборот. Сладкий сливочный кофейный напиток.

Беспечно пожимаю плечами. Что-то мелко я мщу. Надо нормальное что-то придумать.

– Вылейте этот кофе, изучите мои предпочтения и сделайте другой.

– О, этот не надо выливать, – милашка залпом выпил свою чашку с крепким несладким кофе и забрал чашку у Цербера. – Елизавета, вы потрясающе готовите любой кофе. Я готов выпить все, что приготовите.

– Свой лучший кофе я готовлю по утрам, – цинично хмыкнув, сообщаю я. – Если, конечно, ночь не разочаровала.

Глаза гостя удивленно распахнулись.

– Идите, Елизавета Натановна, – цедит Цербер сквозь зубы. А-а, я его все-таки начинаю выводить из себя. Скоро взвоет и сдастся. С кофе это я только разминаться начала.

Ушла, приготовила новое кофе, затем принялась за задание. Документ отчетный составить по сводным таблицам. Эх, была бы мама жива, была бы в полном шоке от того что ее дочь работает. Мама. Как бабочка. Была невообразимо прекрасна, жила легко, ярко, красиво, но и сгорела быстро.

На глаза навернулись слезы. Все спокойно. Мама печаль и тоску никогда не одобряла.

Спустя полчаса из кабинета выходит тот мужчина.

– А ты огонь, – подмигнув, говорит мне красавчик и протягивает визитку. – С виду скромная милашка, но это только с виду, да? Будет время в рабочем графике, звони, буду рад встретится. Как насчет ужина?

С милой улыбкой забираю визитку. Клюнул. Они все ведутся.

– Спасибо, у меня плотный рабочий график, я проверю и если найду свободное окошко, вам позвоню.

Нельзя сразу на все соглашаться. Надо немного подразнить.

Посетитель ушел. Борис Гордеев. Руководитель службы логистики. Отлично. Я, конечно, привыкла встречаться с мужчинами более серьезного уровня, но времена трудные наступили, и такой вариант неплох.

Вздрогнула, когда хлопнула дверь начальственного кабинета.

– Выполнили задание? – интересуется Цербер, подходя к столу.

– Еще нет.

– Вы хоть что-то сделали?

А что это так Цербер тяжко вздыхает. Я тут даже и не старалась его вывести.

– Ну-у. Кое-что.

– Покажите.

– Мне распечатать документ?

– Не стоит.

Начальник сделал знак, чтобы я встала, сам сел на мое место и взглянул в открытый файл. Пару минут вглядываний и Цербер устало трет глаза рукой.

Что?

– Мои глаза. Елизавета Натановна, у вас жуткие грамматические и пунктуационные ошибки. Я уже не говорю о смысловом содержании документа. Вы в школе вообще учились?

А, вот оно что.

– Нет, я прогуливала. Увольте меня, Даниил Церберович. Или переведите в отдел логистики.

С надеждой смотрю на шефа. Если откажется сам от меня, я буду как бы не при делах.

– Отдел логистики? Это вы к Борису Аркадьевичу собрались? Он уже укомплектован двумя помощницами. Поверьте, долго с вашими знаниями вы не только у него, но вообще ни на какой должности в компании не задержитесь.

– Так мне и не нужно задерживаться. Посмотрите на меня, я не создана для работы.

Цербер и правда на меня посмотрел. Наверняка же заметил и мои пухлые губы и миловидное лицо, шикарную фигуру точно чуть раньше рассмотрел. Убойное сочетание – голубоглазая блондинка. Что неожиданно даже для меня – кудрявая. Постаралась сделать взгляд поглупее. Так старалась, что глаза к носу свела. Начальник неожиданно хмыкнул и заметил:

– Нет людей не созданных для работы.

– Смотря какой. Моя работа – нести в мир красоту.

– Почему эту вашу работу оплачивает исключительно ваш отец?

– Позже, конечно, это будет делать муж, ну в крайнем случае любовник, но пока я хочу еще погулять.

Судя по взгляду Цербера, он считает меня безнадежной. И да, он прав. Пусть уже сдается скорее.

– Вам придется подтянуть знание родного языка, Елизавета Натановна.

– Наймете мне репетитора? – весело хмыкаю.

– Нет, иначе не получится контролировать ваш прогресс. Придется подготовить вам дополнительные задания по изучению языка.

Вот в этот момент я невольно восхитилась начальником. С таким спокойствием и стойкостью брать на себя любой геморрой… чувствую, папа Цербера очень любит и ценит. Возможно, я недооцениваю врага и он тот еще крепкий и упрямый орешек. Но награду за такие старания отец должен был назначить серьезную.

Глава 3

Глава 3

До обеда еле дожила. Никогда в жизни еще столько не работала. Нет, не устала, просто бесит это все.

Цербер дождался обеденного часа секунду в секунду, опять показал мне свои странные часы и предупредил, что на обед у меня ровно час.

Полетала. Осталось немного денег после покупки дешманской одежды, так что можно Гордеева не вызванивать. Правда, и на приличный ресторан денег не хватит.

Захожу в переполненный лифт. Трудяги рвутся к кормушке.

Натянув милую улыбку и захлопав ресницами, обращаюсь к наиболее прилично одетому в лифте мужчине:

– Извините, а вы не подскажите, где тут можно поесть? Я первый день на работе, еще ничего не знаю.

Томно вздохнула, приоткрыла губы, и томно смотрю на мужчину, словно он мое единственное спасение.

Моя случайная жертва от такой неожиданности в моем лице, распахнула рот и глаза. И молчит, глазами не хуже меня хлопает. В ступор впал. Понимаю, такое бывает от моей неземной красоты, но не вовремя.

– Я как раз иду в наше очень вкусное корпоративное кафе, давайте я вас провожу, – активизировался неожиданно другой мужчина. Молодой, высокий, худущий, в очочках и заляпанном чем-то пиджаке. Нет, лучше пусть тот отморозится.

– И я туда иду, – вдруг произнес вообще какой-то третий лысый дядечка. Еще и с кольцом. Женатик. Нет, таких мне не надо.

– Девушка красивая, явно из руководства, с высокого этажа едет, ей надо показать не рабочее кафе, рестораны руководства, – со знанием дела говорит четвертый пузатый мужчина необъятных размеров. Вот он наверняка точно знает где тут вкусно кормят, но, к сожалению, ресторан руководства я со своими жалкими финансами не потяну сейчас.

Что-то на меня женщины в лифте косо смотрят. Загаром моим островным наверное, любуются.

Наконец отмер тот, кого я спросила первым.

– Я покажу все девушке, – объявил мой первый мужчина и обвел всех взглядом превосходства. Остальные мужчины немного сникли. Вышли из лифта. Вместе с толпой какое-то время шли в одну сторону, но затем людей вокруг становилось все меньше и меньше.

– Пришли.

Мужчина услужливо открывает передо мной дверь, а там помещение, не слишком похожее на рабочее кафе. Людей почти нет, обстановка как в дорогих ресторанах, тихая приятная музыка.

– Это корпоративное кафе? – уточняю я.

– Не совсем.

– Я еще зарплату не получила, так что…

– У вас ведь первый рабочий день? Можно сказать событие. Можно вас угостить в связи с этим? Чтобы этот день запомнился позитивно.

Вряд ли этот день в моей памяти отложится, как позитивный.

– Хорошо, спасибо, – озаряю спутника самой лучшей из своих улыбок, ведь перекусить я намерена хорошо и дорого.

Наблюдала внимательно за мужчиной, но его ни капли не смутило, то, что рыбу я заказала на обед самую дорогую, а уж напиток для того чтобы нервы полечить, и вовсе неприлично дорогой. Вот умею я выбирать мужчин. Самого “дорогого” в лифте выбрала. Глаз наметан.

Хорошо посидели, он узнал, кем я работаю, у кого. Цербера неожиданно похвалил, сказал, мне достался самый успешный и продуктивный руководитель в компании, мало того, перспективный, якобы далеко пойдет, а значит и я вслед за ним могу. Ха-ха. Разбежалась.

– А как вы попали на эту работу, Елизавета Натановна? Я слышал, что вашему начальнику требуется помощница, но вот про отбор и собеседования ничего не говорили.

Папа под страхом смертной казни запретил говорить кому-то, что я его дочь. Стыдится.

– Личные знакомства помогли, – неопределенно повела плечиком и усиленно машу ресницами, чтобы сбить собеседника с мысли. Обед уже подходит к концу, вопросы этого Григория начали напрягать.

– О, вот как. А фамилию свою не подскажите?

Ха, думает узнать родственные связи? Не выйдет. У меня мамина фамилия.

– Царева.

– Хм, нет, не слышал такую фамилию.

Еще бы.

– Я прошу прощения, обед уже подходит к концу, а начальник у меня строгий, может премии лишить за опоздание даже в минуту…

– Да-да, конечно.

Встаю, с ожиданием глядя на Григория. Визитку даст? Он так за время обеда и не сказал, кем он тут работает, интересно же. Да и обедать мне понравилось тут, надо же знать, кому звонить.

– Был рад знакомству, – вместо визитки, мужчина аккуратно сжал мою руку. Что, не даст визитку? У, какой. Видимо, понял, что финансово меня не потянет. А может он вообще женат, только кольцо не носит.

Ну и ладно.

Встряхнула своими пышными длинными волосами, высоко подняла подбородок и походкой от бедра отправилась восвояси. Пусть вспоминает меня и страдает, что не решился на более близкое знакомство.

С огромной неохотой вернулась на рабочее место, плюхнулась за стол и положила голову на руки. Что-то обед и местные напитки не развеселили, а наоборот.

Звонок на рабочий телефон. Номер не определяется. Мне что ли надо ответить?

– Да-а? – томным низким голосом с хрипотцой на выдохе отвечаю я. Я почти всегда так по телефону по началу говорю, привычка, потом уже могу менять тональность в зависимости от темы беседы.

– Кхм. Вы уже вернулись, Елизавета Натановна?

А, это босс.

– Здесь только мое тело, а душу вы не сможете поработить, – отвечаю мрачно, забыв про томность. Папиного человека я не хочу соблазнять, хотя надо бы, его я хочу придушить.

Цербер хмыкнул.

– Приступайте к работе. Файл два – изучить, после сделать задание три.

– Вы такой… – запнулась. Блин, слово забыла.

– Я весь внимание.

– Эксплутатор.

– Кто-кто?

Эх, кажется неправильно произношу.

– Угнетатель свободных счастливых людей.

– Да, я такой. Ваш самый страшный кошмар. Ужас летящий на крыльях желания нагрузить вас заданиями. Работайте. Час вам на все.

– Лучше купите себе нормальные часы, не позорьтесь, а от меня отстаньте.

Сбросил вызов. Зла не хватает!

Включаю компьютер. Так. Сейчас посмотрю, много ли читать во всех этих файлах и сложные ли задания.

Спустя час ко мне выходит мой личный Цербер.

– Успели сделать то, что требуется.

– Еле-еле успела. Распечатать?

– С вашей грамотностью? Ни в коем случае. Бумага стерпит, но если кто-то увидит… сначала все готовые документы в электронном виде присылайте мне на почту.

– Угу.

Повернула к начальнику компьютер, а он сел на место для посетителей.

– Я могу вам прямо сейчас все на почту прислать, кстати. Зачем вы пришли? Ищите повод на меня пялится?

– Я бы предпочел вас вообще не видеть. А если захочу, то мне не нужно искать повод, я просто вызову вас к себе. В следующий раз присылайте все на почту если почтой хорошо владеете.

– Слушайте, ну если вы не хотите меня видеть, то можете уво…

– Елизавета, вы понимаете, что вам выпал уникальный шанс стать самостоятельной и независимой? Ваш отец очень старается поставить вас на ноги.

– Вы в своем уме, Даниил Александрович? Зачем мне вставать на ноги, если у моего отца столько денег, сколько хватит на несколько беззаботных жизней всех его детей, внуков и правнуков. Зачем работать и тратить на это жизнь, если и так деньги есть?

– Елизавета Натановна, это вы, видимо, чего-то не понимаете. Ваш отец вам уже ничем не обязан, вы совершеннолетняя девушка. У него есть сыновья, рожденные в законном браке, именно их и их детей он намерен дальше обеспечивать и передать наследство. Понимаете? Вам стоит радоваться уже тому, что он озаботился тем, чтобы дать вам профессию и способ самостоятельного заработка.

– Ой, да пошел он… и вы заодно. Я тоже его дочь, хочет он этого или нет. Другой вопрос, что его бесит, что я не такая, как его идеальные и непогрешимые сыновья, и что вообще от него ничего не взяла. Внешностью в маму, мозгами тоже в нее. Красивая и тупая. Ну только что кудрявая в него.

Цербер вдруг резко ко мне наклонился, напугав. И взгляд такой пронзительный, сканирующий. Эй, что он делает? Словно принюхивается.

– Вы чего это?!

– Елизавета Натановна, вы что, пили? – в голосе начальника столько осуждения.

– Естественно! – оскорбилась я. – Как вы могли во мне сомневаться?

Как быстро понял. Но на то он и Цербер, чтобы иметь хороший нюх. Пес.

– Я только не понимаю. У вас сейчас не должно быть денег, а пьете вы только дорогие напитки, другими принципиально пренебрегаете.

О-о, он и это обо мне знает. А папа хорошо морально подготовил моего тюремщика.

Фыркнула. Тряхнула пушистыми волосами и склонила голову, демонстрируя нежную шею и точеный овал лица. Похлопала пушистыми ресницами.

– Посмотрите на меня. Неужели вы всерьез думаете, что я не найду того, кто меня накормит? Да для этого мужчины в очередь выстраиваются.

– Так может вам выйти замуж? Чтобы кто-то гарантированно на постоянной основе оплачивал все ваши желания. И не надо будет больше работать, разойдемся к общей радости.

Выпрямилась и подобралась.

– Ну нет. Я же говорила. Я еще слишком молода, чтобы связывать себя обязательствами.

– Пока вы слишком молоды, вы больше ценитесь на рынке невест, а значит и продать себя сможете продать себя дороже, – цинично заметил Цербер.

– С моим отцом, я буду еще долго цениться. Красивых много, а с нужными связями мало.

– Вы ведете себя так, что скоро эти связи совсем оборвутся.

– Кровные? Ну сомнительно. Кровные связи это часто, как проклятие, от которого очень трудно избавиться. Да и чтобы я не творила, отец все равно держит на контроле. А вот вы рискуете. Мы может, с отцом и придем когда-нибудь к миру, а вот вы останетесь крайним. Я злопамятная. В этом кстати, в папу, забываю иногда что у нас все-таки есть общие черты характера, но только самые плохие.

– За меня не переживайте, Елизавета Натановна, – хмыкнул этот непробиваемый, затем посмотрел, что я там наработала, все раскритиковал, затем раздражающе подробно и скрупулезно долго объяснял, где я не права и как ему надо. Не отстал, пока не убедился, что я все усвоила. Это же надо быть таким дотошным. Как его невеста терпит?

– А когда вы меня поведете знакомиться с коллегами? Почему я никому не представлена?

– Пока мне бы этого делать не хотелось. А вам так хочется тут уже со всеми познакомиться?

– Ага. Что, боитесь меня показывать?

– Есть некоторые опасения.

– Это правильно, – злорадно хмыкнула. – Слушайте, – протянула руку и одним своим наманикюренным коготком плавно провела по руке Цербера. Застыл. Прищурилась. Теперь задумчивые круговые движения пальчиком. – А как ваша невеста относится к тому, что у вас появилась новая, невероятная красивая и взбалмошная помощница?

Начальник с силой накрыл мою шаловливую руку своей. Ощущения такие, словно меня в капкан поймали. Дернула. Отпускать не торопится. У меня по коже бегут мурашки. Но это не страх. Мне нравится ощущать силу мужских рук.

– Во-первых, не стоит преувеличивать свою красоту. Во-вторых, моя невеста очень умна и адекватна, она отлично знает, что только она одна в моем вкусе.

Цербер небрежно отбросил только что пойманную руку.

– М-м, это вы так хотите сказать, что однолюб? Верный и преданный?

– Именно так, Елизавета Натановна.

– Спасибо. насмешили, – презрительно хмыкнула.

– Вы не верите моим словам?

– Я просто знаю, что не бывает мужчин однолюбов. На сторону так или иначе, но смотрите.

– Вы не можете быть уверены за весь мужской род.

– Ну-ну.

– Как вы замуж собираетесь с такими жизненными установками?

– Вы могли заметить, что я туда не стремлюсь.

Начальник откинулся на спинку стула.

– Предположим. НУ а что насчет женского рода. Как по вашему там есть вечные любовь и преданность?

Подарила Церберу взгляд умудренной жизнью женщины. Ну, я надеюсь, что получился такой.

– Даниил Александрович. Этот мир и наша жизнь очень многогранна. Человек живет достаточно долго, его взгляды и восприятие меняются. Со временем у его взгляды могут совершенно измениться, а значит меняться могут и привязанности. Я считаю, невозможно относится одинаково к кому-то всю жизнь. Да, женщины возможно более склонны к моногамности, а значит и прожить могут легко с одним человеком всю жизнь. Но вот насчет любви я не уверена, что можно пронести это чувство через всю жизнь в неизменном виде. Я вас удовлетворила своим ответом?

– Получается, о женщинах у вас все-таки мнение лучше?

– Что значит лучше? Я никого не осуждаю.

– Но при этом заводить серьезные отношения не желаете из-за того что боитесь, что ваш мужчина вам изменит. Видимо, перед глазами пример вашего отца.

Эй-эй!

– Это что за домыслы доморощенного психолога тут пошли? – едва не рассмеявшись спрашиваю я. – Так хочется во мне покопаться? Измажешься. И что-то вы тут засиделись Александр Церберович? Невеста не заревнует? Мне вообще-то работать надо.

– Вам полчаса на следующее задание, – произнес начальник вставая.

Глава 4

Глава 4

За оставшееся до конца рабочего дня время переделала кучу бесполезных заданий. По ощущениям, провела часть своей бесценной жизни, занимаясь полной ерундой. При этом Цербер еще и активно критиковал все, что я делала. Все ему не так и не этак. За десять минут до официального окончания рабочего дня захожу к своему пунктуальному начальнику.

– Я сделала ваше последнее задание, по почте отправила.

– Да, я просмотрел, много грубых ошибок, но так и быть, принято.

– Хорошо. Уже конец рабочего дня, вы меня отпускаете?

– Нет. До конца рабочего дня еще десять минут. Делайте следующее задание. Уйти сможете, только когда все доделаете.

Про себя я адски расхохоталась. Он это специально сделал. Я как знала. Надеялся меня взбесить. Следующее задание минимум на час. Вот такая он злая мачеха, не отпускающая падчерицу гулять. Но его ждет сюрприз.

– Хорошо, Даниил Александрович, – ангельским тоном отвечаю я.

Начальник вопросительно приподнимает бровь. Он-то надеялся на бурю, скандал. Может, он любит, когда на него кричат? Есть такие любители, да. Или он энергетический вампир, подпитывающийся сильными негативными эмоциями, поэтому ему со мной кайф работать.

Ушла и выслала сделанное задание ровно в конце рабочего дня. Да, я сделала два последующих задания заранее, чтобы освободить себе время на ноготочки, которые сами себя не подпилят. Быстро собралась. Заглядываю к шефу.

– Даниил Александрович, я вам последнее задание выслала, могу уходить? Рабочий день закончен.

Пару минут босс молчит, проверяет, видимо, что я ему прислала.

– Идите, Елизавета Натановна. Завтра не опаздывайте.

Смотри, какой невозмутимый. Никакого удовольствия.

– И раз вы так быстро можете справляться с заданиями, завтра я увеличу вашу норму на выполнение работы.

Гад. Громко хлопнула дверью.

Спускаюсь вниз, нахожу вызов и медленно в поганом настроении бреду к дороге. Машинки моей нет, и теперь никто не позаботится о том, чтобы мне ее подогнать. Поеду на такси, что делать. Причем даже не в комфорт-классе. Бр-р. Ужасный день.

Рядом со мной на дороге остановилась черная машина, из которой вышел знакомый отцовский охранник. Виделись утром.

– Елизавета Натановна, ваш отец просил отвезти вас домой.

О-о! А вот это кстати. Неужели у папы совесть проснулась? С готовностью сажусь в машину. День, кажется, налаживается. Еду, улыбаюсь. Только через некоторое время замечаю, что машина едет куда-то не туда.

– Вы не туда едете. Моя квартира в другом направлении.

– Туда. У вас теперь новый дом. Ваш отец отказался дальше снимать прежнюю квартиру. Теперь вы будете жить в другой, и оплачен только первый месяц проживания. Дальше будете платить сами.

Внутри неприятно екнуло.

– А мои вещи?!

– Мы перевезли часть вещей и одежды. Необходимый минимум. Остальное пока будет хранится у Натана Германовича.

– До каких пор? Это мои личные вещи!

– Пока вы не сможете купить себе жилплощадь большего размера, чтобы эти вещи там разместить. К тому же у вас много дорогих вещей, а дверь в новой квартире довольно хлипкая. Вам самой будет спокойнее, если все будет храниться у вашего отца. Он сказал, что эти вещи также будут гарантом вашего послушания и добросовестной работы.

Хорошее настроение? Как не бывало. Строю планы страшной мести, но что-то ничего достойного не приходит в голову. А машина тем временем едет все дальше, куда-то в пригород. Останавливается в районе со старыми ветхими унылыми домами. Охранник выходит, открывает мне дверь и ведет меня к разбитому подъезду. Возле входа по обеим сторонам на скамейках сидит множество бабушек. Словно голуби на проводах. Завидев нас, сразу возбужденно закурлыкали. Одна сразу громко поинтересовалась, к кому это мы и вообще кто мы. Ничего себе тут фэйс-контроль. Это они меня так каждый день тут, что ли, будут мониторить? У меня и так настроение не очень, теперь еще ниже опустилось. Тянет поскандалить.

Повисла на плече у своего охранника.

– Спокойно, девчат, все свои, – говорю я веселым тоном. – Мы тут всего-то на ночь квартиру сняли. Слышимость как? Стены тонкие? Я поорать ночью люблю, вы не пугайтесь, если что.

Бабули притихли, вылупились на меня так, что глаза вот-вот выпадут и укатятся под лавочку. Как бы инфаркт не прихватил. Охранник угрюмо насупился. Знает, что я с закидонами и мне под руку в некоторые моменты лучше не лезть.

– Ой, видели бы вы свои лица. Шучу я. Соседка я ваша новая. Пирожков не предлагаю, буянить буду только по пятницам. В остальные дни вполне мирная, если таблетки не забуду принять.

С вызовом обвела взглядом престарелых голубок и после паузы потянула охранника за рукав, чтобы идти дальше. Бабушки, кажется, потеряли дар речи, так мне ничего не ответили, а жаль. Я бы, может, хоть пар спустила.

Захожу в новую квартиру и настороженно оглядываюсь. Ну, все не так плохо, как уже нарисовало воображение. Не бабушкин вариант, ремонт хоть свежий, пусть и недорогой. Малюсенькая квартира, всего две комнаты. Одна спальня, а другая без мебели и словно склад – просто забита моими вещами под завязку. Они свалены в одну кучу. Никто их заботливо не раскладывал.

– Так, ну, ничего, если не считать, что здесь нет спа-комнаты с парной. А что насчет уборки и готовки? Персонал будет приходящий? Здесь же нет комнат для постоянных работников.

– Нет. Ничего не предусмотрено. Теперь либо вы сами будете оплачивать эти услуги, либо сами себя обслуживать.

Мне кажется, или охранник ответил мне с затаенным злорадным удовольствием? Какие же все вокруг злые.

Охранник ушел. Я устало плюхнулась на кровать и поморщилась. Спиной и попой чую, что матрас не ортопедический. И есть уже хочется. Ну почему у папы так не вовремя потекла крыша? Сколько лет нормально жили, друг с другом никак особо не пересекаясь, а тут вдруг проснулся. Наверное, не стоило ему так сильно хамить на похоронах мамы. Как она и учила, надо всегда оставаться в образе ласковой нежной кошечки, но тогда меня переклинило, жутко разозлил своими высказываниями о маме.

Кушать хочется. Иду проверять холодильник, а он пустой. Вот вообще. Порылась по ящикам. Ничего. Заказать ужин с доставкой? Но тогда завтра на такси может не хватить. Как на общественном транспорте добираться, не представляю. Но есть хочется сейчас, а завтра будет завтра.

Нашла свой адрес по карте в сети, потом долго искала, где и что заказать, чтобы и полезная была еда и недорогая. Все сделала, осталось только дождаться заказ.

Доставленный ужин еда не сильно улучшил мне настроение. Как жить без денег? Надо было хотя бы узнать, когда на этой работе зарплату дают.

И первый шок. Обнаружила, что под пледом кровать не застелена. Пошла в комнату-кладовку, с облегчением нашла там родное шикарное постельное белье. Но как его застелить? Ни разу подобным не занималась.

Полчаса провозилась с кроватью и после решила, что надо скорее ложиться спать, пока еще каких-то дел не нашлось. Накрылась одеялом, но уснуть не могу. Все кипит. Настроение требует устроить хоть какое-то злодейство, чтобы излить накопившийся негатив. На отца нельзя. Кого еще я сейчас сильно не люблю? Пишу сообщение Цеберу.

«Ваша усердная и очень исполнительная помощница уже в постели и мечтает о завтрашнем рабочем дне. Завтра я исполню любое ваше самое невероятное требование и удивлю». Отправила. У босса же есть невеста. Он такой весь правильный, наверняка спать с ней ложится пораньше, они вместе спят, ну и телефон рабочий на звуке держит, и тут раз – сообщение пиликнуло. Если повезет, то он где-то в душе, и сообщение прочитает она. Скандал закатит. М-м.

Закрываю глаза и со счастливой улыбкой начинаю засыпать. Телефон под подушкой вдруг завибрировал. О, сообщение.

«Главное не опаздывайте. Иначе штраф». Фу, какой он неромантичный. Раз так спокойно ответил, то, к сожалению, невеста не видела.

Утром проснулась разбитой и не сама, а от упорно вибрирующей подушки. На телефоне три пропущенных от Цербера. Судя по времени, я уже опоздала на работу на двадцать минут.

Опять шеф звонит. Не буду отвечать. Все равно уже опоздала и штраф прилетит. Можно и не торопиться на работу. Неспешно позавтракала скромными остатками ужина, нашла в завалах роскошное красное платье, отдаленно похожее на офисное, сделала макияж и только после этого вышла из квартиры.

Снова Цербер звонит. Начинает нервировать.

С утра бабулек у подъезда нет, неспешно бреду по улице, не понимая, куда, мне, собственно, надо идти. На остановку? Подхожу к трассе и поднимаю руку. Денег на такси нет, может, попутку словлю.

Десять секунд, и рядом останавливается дорогая иномарка. Приглашающе распахивается дверь. Ха!

Глава 5

Глава 5

– Доброе утро, Даниил Александрович, – говорю я безмятежно, заходя к начальнику с подносом и чашечкой кофе на нем. Задабриваю. Пусть пока получает удовольствие от того, что красавица-дочка его мегабосса носит ему кофе.

– Вы опоздали на полтора часа и не отвечали на телефон, – рычит Цербер грозно. Все-таки я делаю успехи. Начинаю его понемногу выводить из себя.

– Я потерялась в метро, – бодро соврала я. – А телефон остался в сумочке, которую я забыла на одной из станций. Когда нашла себя, отправилась искать сумочку.

– Нашли?

– Да, но чуть раньше ее нашел какой-то бомж. Мне пришлось с ним драться. Тяжелы все-таки будни простого рабочего народа. Вышлите мне денег, а то теперь нервы подлечить надо, да и кушать не на что.

– Судя по вашему характеру, сумочку вы вернули, а бомж бежал в панике. Идите работать. Я отправил вам по почте новые задания вне плана.

– А что насчет денег?

– Штраф за опоздание уже учтен. Ждите зарплаты.

Что, не даст денег? А на что мне обедать? Я не диете, между прочим. У, босс у меня злой как собака. Пес и есть.

Ближе к обеду позвонила более-менее надежному контакту – Борису Гордееву, тому, который начальник отдела логистики – и внаглую предложила угостить меня обедом. С радостью согласился. Это все, конечно, хорошо, но когда тут эту зарплату уже будут выдавать? Отец втирал мне что-то про то, что я должна почувствовать цену деньгам, узнать, каково это, жить на одну зарплату, но пока идет какой-то квест по выживанию без нее.

Борис вошел в приемную красиво, сверкая белозубой улыбкой, в дорогом фирменном костюмчике песочного цвета и при нормальных часах. Холеный лев. Мр-р.

– О, какая вы сегодня роковая, Елизавета Натановна, – шутливо произносит Борис, подходя и подавая мне руку. – В вашем наряде и с таким внешним видом вам нужно сейчас производить фурор на какой-нибудь неделе моды.

Хоть кто-то тут понимает, что мне здесь не место.

– Спасибо, – принимаю руку с милой улыбкой и встаю.

– С такой прекрасной спутницей я не могу идти в обычный рабочий ресторан. Ты не против выехать в город? Мы немного тогда опоздаем с обеда.

– Я не против, но вот мой начальник…

– Ерунда! Я сейчас с ним поговорю. Отпустит.

Не успела я ничего сказать, как Борис уже стремительно направился в кабинет шефа и скрылся за дверью. Ну вот. Цербер из вредности теперь вообще на обед не отпустит.

Подтверждая мои мысли, Борис долго не возвращается из кабинета. Уже и обед начался. Не выдержав, быстро готовлю кофе и, под предлогом угощения напитками, иду выяснять, в чем дело. Может быть, моему льву, застрявшему в логове Цербера, нужна помощь.

Захожу, а они там хохочут. Снюхались. Обсуждают что-то весело. Кажется, случай забавный, когда в сауну вместе ходили. Болтают. Борис вообще про меня забыл, а я тут голодная, вообще-то. Все, минус десять очков привлекательности ему. С громким стуком ставлю поднос на стол. Чашечки жалобно звякнули.

– Я не просил кофе, – сухо заметил Цербер, обращая на меня свой ледяной осуждающий взор.

– Уже обед, и я подумала, что вам захочется хотя бы попить чего-нибудь.

– Вы вдруг стали очень обходительны. Делаете успехи, – насмешливо произнес начальник. Гр-р! – Как вы правильно уже заметили, сейчас обед, так что можете на него отправляться.

Если бы у меня еще деньги были на этот обед!

– Ах, да, совсем забыл. Мы же собирались с Елизаветой Натановной вместе пообедать. Простите меня, Елизавета. Наверное, в город уже не успеем. Давайте лучше завтра на обед сходим? Ничего? Мне с Даниилом Александровичем надо обсудить пару рабочих вопросов.

У меня чуть челюсть не отвисла от такого облома. Мне предпочли мужчину. Минус сто очков Гордееву. Больше ему не будет оказано чести отвести меня на обед. Я лучше на голодную диету сяду.

– Ничего страшного, – улыбаюсь фирменной улыбкой, но выхожу, громко и страшно хлопнув дверью.

Даже не знаю, на кого я больше злюсь. Хотя, наверное, все же больше на Цербера. Я просто знаю, нутром чую, что он все сделал специально. Лишь бы мне плохо было.

А денег на обед нет. Идти на удачу кого-то ловить, чтобы накормил, не имея для подстраховки денег, нет никакого желания. Скандалить с боссом, чтобы денег дал? Теперь не хочется. У меня создалось впечатление, что он получает удовольствие, издеваясь надо мной. Вампир энергетический. Ну, или тешит свое эго, и комплексы у него дикие.

Налила себе чай, нашла в буфете карамельки и маленькие плитки горького шоколада. Пора все брать в свои руки. Цербер не хочет знакомить меня с коллективом, но придется после обеда идти знакомиться самой. Заводить связи. Чтобы кто-нибудь в случае форс-мажора точно накормил. Ну, и месть пора вершить.

Шеф ушел на обед вместе со своим дружком только тогда, когда перерыв официально закончился. Меня оставил выполнять задания свои дурацкие и учить правила родного языка.

Ага. Злая, внаглую отправилась гулять по этажу. Без какого-либо смущения заглядываю в каждый кабинет, знакомлюсь с секретарями, помощниками, если получается, то и с начальством. Бонусом узнаю, что у нас, оказывается, тут есть комната отдыха для всех желающих, а там и кухонька для срочных нужд персонала, и, что самое приятное, есть автомат с оплаченной корпоративной едой. По карточке пропуска можно взять оттуда пару раз за день любые снеки.

В который раз убеждаюсь, что знакомства всегда имеют значение. Можно узнать все что надо. Я теперь добавлена во все местные чаты, знаю про будущие мероприятия, неофициальные корпоративы и прочую ерунду. Может, и пригодится когда-нибудь информация.

Сходила в комнату отдыха, взяла себе сэндвич, чай и, пока перекусывала, поискала про себя информацию в этих чатах. Нашла немного. Обсуждали, что новую помощницу видели, что красотка, фамилия Царева, ни с кем не общается, смотрит свысока, молчаливая, все время в компьютере что-то делает. И за глаза прозвали меня Царицей. Ха! А мне нравится. А что про Цербера пишут?

В секретном чате без начальства, доступ к которому мне дала секретарь зама Цербера, о моем боссе пишут много. Я от удивления даже про сэндвич забыла. Это смешно, но тут, оказывается, Цербера все жутко боятся. Многостраничные разговоры только о том, как у женщин подгибаются колени под его взглядом, обсуждения, что никто не хочет идти к нему бумаги подписывать, а личные помощники долго не выдерживают напряжения и переводятся.

Нет, у них как там у всех с головой? У Цербера, конечно, характер мерзкий, но чтобы его бояться? Да еще так? П-ха! Ну в чем он страшный? На лицо нормальный, не орет, не кидается, вроде никого направо и налево не увольняет. Я чего-то не понимаю.

Отставила чашку с чаем. Я ведь теперь не успокоюсь, пока не разберусь. Пойду у Цербера спрошу, чем он так народ пугает.

Глава 6

Глава 6

Только вышла из комнаты отдыха, и как раз босс мне на личный телефон звонит. Видимо, вернулся, а меня на рабочем месте нет, ха-ха. Обиделся, соскучился. Не стала отвечать на вызов, тут дойти два шага. О, уже второй раз звонит. Можно начинать бояться?

Сразу захожу в кабинет начальника.

– Куда вы ушли? – сразу требовательно интересуется Цербер. – Если я звоню вам, вы всегда сразу должны отвечать.

– Что, даже ночью? – хмыкаю.

– Да, в любое время суток.

– Ну а если я с любовником? Ему это не понравится.

– Да.

– А если я в этот момент с любовником того? Общаюсь. И телефон в пылу страсти не слышу.

Подхожу к столу злобно молчащего шефа, тихонько подгыгикивая. Сажусь напротив. Начальник вопросительно выгибает бровь.

– У вас какие-то вопросы, Елизавета Натановна?

– Полно. Когда зарплата?

– Через неделю.

– У меня денег нет на еду.

– Я отправлю вам аванс. Тратьте его с умом. Хотя бы до основной зарплаты. Больше вы денег не получите.

У меня отвисла челюсть. Что, так просто было? Только сказать? Не умолять? Но тут тоже был неприятный момент, что теперь я все равно завишу от Цербера и его доброй воли. Помолчала немного.

– Еще вопросы, Елизавета Натановна?

– Почему вас боятся?

Шеф приподнял брови.

– Кто именно?

– Да почти все, с кем вы по работе контактируете. Не из начальства, а подчинённые. Они вас до дрожи в коленках боятся.

Оценивающе и по-новому пытаюсь посмотреть на своего босса. Все такой же строгий, собранный, с холодным сканирующим взглядом, но нет, мне ни капельки не страшно.

– Откуда вы это вообще взяли?

Молча перекатилась вместе со своими стулом под бок к Церберу. Показываю экран своего телефона с открытым чатом и листаю переписку с поиском по ключевому слову с именем шефа.

– Вот, видите, что о вас народ пишет? Ссылку на чат не дам, она секретная. Чат без начальства.

– А откуда у вас ссылка?

Начальник внаглую забирает у меня из рук телефон и листает сообщения сам.

– Дали. Вы пока обедали, я с коллективом знакомилась. Не дождалась, пока вы меня представите.

Эй, что это он там делает? Ссылку на чат копирует?

– Эй, телефон отдайте!

Пытаюсь вырвать свой гаджет, но шеф успевает отвести руку в сторону и продолжает на вытянутой руке проводить свои нехорошие манипуляции.

– Хм. Я у вас записан как Цербер?

– А что, я как-то неправильно записала?

Что-то там еще поковыряв, начальник отдает мне телефон.

– По поводу вашего вопроса об отношении ко мне сотрудников. Я полагаю, дело в том, что я требователен к работе. Если человек не выполняет своих рабочих функций, мне не трудно с ним попрощаться. Остаются только те, кто по каким-либо причинам дорожит своим местом, держится за него. Это создает зависимость, волнение. От начальника зависит зарплата, рабочее место, какая будет его реакция на те или иные вопросы.

– Ага, то есть я вас не боюсь, потому что мне плевать на эту работу?

– Видимо так, а зря.

Хмыкаю.

– Надо бояться?

– Меня не стоит бояться, если вы честно, хорошо и усердно работаете. Теперь вопросы к вам. Вы сделали три последних задания?

Медлю с ответом. Почему три, если перед тем, как уйти со своим дружбаном, Цербер сказал делать только одно задание?

– Одно, которое вы сказали сделать… почти доделала. Какие еще задания?

– Следующие. Вы ведь их уже сделали, верно?

– Нет, с чего вы так решили?

Босс покачал головой и открыл файлы на своем компьютере.

– Не надо меня обманывать, Елизавета Натановна.

Ого. Цербер на своем компьютере подключился к моему, все открыл, проверил. Заданий вообще четыре про запас успела сделать. Обидна-а.

– Вчера я понял, что в вашем случае необходимо контролировать процесс лично. Но вы молодец, быстро справляетесь со всем. Буду давать задания сложнее. Не надо ничего прятать. Можем договориться так: выполняете задания раньше – пораньше уходите или больше времени получаете на обед.

– Я так понимаю, на почту вам можно ничего не отправлять? – мрачно и сухо уточняю я, вставая.

– Вы обиделись?

– А вы любите, когда за вами следят? Лезут и копошатся в личном.

– Это рабочий компьютер, а не личный. К нему имеет доступ множество людей.

– А я не про компьютер. Я не понимаю, почему именно вам отец дал столько прав на меня и настолько посвятил в дела семьи.

Ушла, ответов от Цербера не получив, да я и не ждала. Опять все настроение испортил. Правда, минут через пять пришло сообщение о пополнении счета. На пару мгновений возликовала, но тут же настроение опустилось на прежнюю отметку. Что это за мелочевка? Да этого ни на какое нормальное питание не хватит. Я не говорю уже об остальном. Да-а, вот так в расцвете лет я скатилась в бедность. И это при живом неприлично богатом отце.

Проверила телефон. Весело хмыкнула. Начальник переименовал себя у меня в контактах с Цербера на Многоуважаемого шефа. Вернула все как было. Обойдется.

Еле дожила до окончания рабочего дня. Опять ощущение, словно я свою драгоценную жизнь трачу на какую-то ерунду. Радостно все выключаю. Живот уже трели поет. Сэндвича и шоколадок ему не хватило. Проверяю макияж. Идеально. Иду к боссу.

– Я закончила. Вы обещали сегодня пораньше отпустить. Я пошла?

Начальник отрывает взгляд от компьютера и внимательно оглядывает меня с головы до ног.

– Куда-то торопитесь?

– Ага.

Если он меня и сейчас как-то обломает, я озверею и покусаю его. Есть очень хочется. Не поем, так босса погрызу.

– Куда, если не секрет?

– На рынок.

– Зачем?

– Ну там еда вроде дешевле, еще и торговаться можно. Денег у меня не ахти, может, гнилых овощей и фруктов наберу подешевле.

Говорю, а самой хохотать хочется. Все это весело, конечно, но хожу я по грани. Как бы и правда не настали такие времена, когда на рынке придется торговаться.

– Вашего аванса хватит, чтобы в обычном магазине купить продуктов на неделю, и еще останется.

– Да я шучу. На свидание тороплюсь. Меня уже ждут внизу. Так можно мне идти?

Цербер не торопится с ответом. Неужели папины указания по контролю распространяются и на мою личную жизнь?

– С Гордеевым?

– С ним?! Пф. Да ни за что и никогда. Он свой шанс упустил.

Начальник удивленно приподнял брови.

– Тогда с кем?

– А какая разница? У меня поклонников уйма. Сегодня с одним, завтра с другим.

– Идите, – сухо произнес Цербер чем-то недовольный. Фыркнула, развернулась и ушла. Наконец-то! Который у меня рабочий день? Второй? А кажется, будто прошла вечность.

В лифт сажусь с двумя уже знакомыми девочками с этажа. Веселые такие. Их тоже пораньше отпустили. Позвали с собой, собираются погулять вечером в кафе или баре. Ох, я бы с удовольствием, но теперь финансы не позволяют. Грустненько.

Вместе с коллегами выхожу из здания. Их щебет затих, когда из припаркованной недалеко от остановки на обочине иномарки ко мне вышел мужчина с большим букетом цветов. Улыбаясь, подошел, вручил цветы, коллегам моим кивнул, взял меня под ручку и повел к машине, затем открыл мне дверь и со всеми почестями усадил на переднее сиденье аки царицу.

Ну, что, красиво с работы ушла. Вон, девчонки рты пооткрывали, мух ловят. Одна даже телефон достала. Фотографирует, что ли? А на мой вкус мужчина староват. Но иномарка у него хороша, заезжали за мной раньше покруче машинки, но в трудные времена и так сойдет. Этот тот водитель, что утром подвозил. Прямо до работы. До-олго ехать, но и поболтать успели. Взял номер телефона, пригласил вечером в ресторан. Конечно, пусть кормит. Может и завтра утром на работу отвезти.

Глава 7

Глава 7

Утро наступило быстро. Еле проснулась. И дальше бы спала, но под подушкой надоедливо и упорно трезвонит мобильный. Я будильник точно не ставила.

У-у. Адский пес.

– Алло? – хриплю сонно в трубку.

– Вы видели, который час? – злобно интересуется начальство.

– Не-а.

– Вы что, спите?

– Уже нет.

– Если вы через пятнадцать минут не появитесь на работе…

– Это физически невозможно. Отец отселил меня на окраину вселенной. Добираться буду долго. И это. Я заболела. Сегодня дома полечусь, на работе не смогу появиться. Если вы против, увольняйте, ага. Ну, все, пока.

Сбрасываю вызов. Голова раскалывается. Вчера поначалу вроде бы нормально все шло. Сначала в ресторане посидели, потом в ночной клуб поехали, там вообще весело было, но потом ухажер этот руки начал сильно распускать, друзья его подъехали, подозрительные какие-то, стали в баню зазывать. Я решила, что ну их, скрылась в дамской комнате, вызвала такси и потом словно ниндзя на выход. Тяжко. Раньше охрана по любому моему звонку приезжала. А сейчас все, спасайся сама.

О, опять Церберович этот звонит. Что же ему неймется?

– Ну что?

– На работу. Быстро. Иначе пожалеете, – прорычал начальник и сбросил вызов. Рычал, надо сказать, страшно. Я не из пугливых, но тут, наконец, начала догадываться, почему его подчиненные боятся.

И да, я не боюсь, но с постели себя кое-как подняла. Надела первое попавшееся платье, стянула волосы в хвост, полюбовалась своей помятой физиономией в зеркале, да и поехала на работу. Какой там завтрак, и без него подташнивает. Не накрасилась. Лень. Да я без косметики хороша.

Ловлю машину на дороге, но никто не останавливается. Эх, накраситься, наверное, все-таки стоило. На такси поехать?

Посмотрела, сколько стоит такси в этот утренний час, еще и с учетом того, сколько мне ехать, впечатлилась, поскольку этак мне и на еду скоро не останется, ну и пошла искать, где в этом захолустье остановка.

В приемную заползаю еле-еле. Голова все еще жутко гудит. В новой квартире никаких лекарств, ну и я как-никак спешила, не до поиска аптек было.

Упала на стул, а потом перетекла частично на стол. Поспать бы. Зачем сегодня каблуки надела? Теперь на работу только в кроссовках буду ездить, и плевать мне на местный этикет. Бедные мои ноженьки. У-у-у. Метро – это адское место. Теперь понятно, почему Цербер такой злой и противный, он, наверное, каждый день так ездит.

– Пришли? Неужели.

Нехотя поднимаю голову. Передо мной стоит босс собственной персоной. Держат в руках эти свои дурацкие круглые часики.

– Слушайте, ну давайте я вам с зарплаты нормальные часы куплю? Я эти часы уже видеть не могу. У вас таблетки от головы и других частей тела случайно нет? Мне очень надо.

Цербер вдруг наклоняется ко мне. Близко так. Принюхивается что-то.

– Смотрю, весело вчера время провели.

– Ой, не напоминайте.

– Приступайте к работе.

– Без таблетки не смогу. Мне надо голову полечить.

– Не то слово.

– Ну правда ужасно себя чувствую.

Лбом утыкаюсь в столешницу и закрываю глаза. Цербер ушел, но, правда, вернулся через пару минут со стаканом воды и лекарством.

– Ой, шеф, – хватаю таблетку, жадно запиваю водой, за секунду оставляя стакан пустым. – Вы мой спаситель. Я даже начинаю вас немного любить. Сегодня все-все задания сделаю, хотите?

– Работайте, – хмурясь, ответил босс. Смотрит на меня, как на безнадежную. Побуду сегодня, что ли, хорошей и тихой для разнообразия. Пусть расслабится немного.

До обеда я была настоящей паинькой. Сидела себе тихонько. Задания эти выполняла. К слову, документации в работе у Цербера полно. Поначалу он присылал простейшие задания, сейчас какие-то таблицы требует делать сводные. И хочется сказать, что я ничего не знаю, не умею, но босс также подробные пояснительные файлы делает, где все разжевано и с пошаговыми инструкциями для самых маленьких, так что мне даже стыдно говорить, что я чего-то не понимаю. Инструкции иногда куда более трудоемкие, чем сами задания.

Ближе к обеду стал звонить Борис, пригласил в ресторан, отправила его есть самостоятельно, ошибок не прощаю. Вместо свидания с Борей пошла вместе с девчонками из соседних кабинетов в рабочее кафе. С ними хотя бы весело будет. Поболтать я люблю. Вникну в обстановку еще лучше, раз уж приходится здесь задержаться.

Пообедать толком не успела, под конец посиделок стал названивать Цербер. Сообщил, что за сегодняшнее крупное опоздание время моего обеда сокращено, и вообще, я срочно требуюсь пред его очи. Соскучился, видать. Вампирить некого.

Захожу решительно в кабинет начальника, сажусь напротив, жду.

– Смотрю, вам стало лучше, Елизавета Натановна? – не торопится переходить к делу шеф.

– С чего вы так решили?

– Дверью вновь стали привычно хлопать. До этого старались лишнего шума не производить.

– А-а, ну да, голова больше не болит.

– Причесались, вновь боевой макияж на месте. Хотя вы все равно выглядите печально. Неудачно сходили на обед? Только не говорите, что уже все деньги потратили.

– Немного осталось. Еда в этом вашем рабочем кафе так себе. Но я надеялось хотя бы с коллегами пообщаться, развеяться.

– Что, не приняли в коллектив?

– Да лучше бы не приняли. Все такие пессимисты оказались. Не разговоры, а жалобы одни. На ипотеку, на цены в магазинах, на детей, начальство, соседей, да вообще на весь мир. Прямо в уныние ввели.

– Обычные «взрослые» разговоры обычных людей, – хмыкнув, заметил начальник. – Думаю, вам тоже нашлось, на что пожаловаться.

– Ну нет, вот так жаловаться всем подряд не в моей привычке. Из моих знакомых никто так делает.

– Полагаю, у ваших прежних знакомых другое развлечение. Наоборот, на каждом углу рассказывать всем о своей замечательной и интересной жизни, всячески демонстрируя достаток.

– Согласитесь, это куда как позитивнее.

– Мне казалось, что вы не принимаете чужие проблемы близко к сердцу, а тут словно бы расстроились.

– Да нет, просто разговоры эти в уныние вгоняют. Словно в болото. Вы же тут босс, устроили бы, что ли, корпоратив, встряхнули коллектив.

Цербер весело фыркнул. Скептически оглядела босса.

– Вы и сам довольно хмурый. Вам тоже корпоратив бы не помешал.

– За меня не переживайте. Я так понимаю, вам хочется праздника? Поэтому так якобы за коллектив переживаете?

– Почему бы и нет, если все будет оплачено. А вы у нас наоборот бежите от отдыха и праздников, как от огня. Права, да? Наверное, потому что отдыхать в принципе не умеете.

– Тихой и с больной головой вы нравились мне больше.

– Больше? То есть я вам даже такая немного нравлюсь? – весело и неверяще хмыкнула. В первое знакомство я была жутко злая, да и потом с Цербером очаровашкой не была. – Как по мне, вы должны меня ненавидеть.

– Ненависть слишком громкое слово. Тем более, я знал, на что иду. Ваш характер и привычки мне подробно описали. Теперь к делу. Скоро начнется совещание у генерального директора. Мне придется взять вас с собой. Я не планировал вас так рано выводить. Каким-то образом слухи о вас быстро распространяются. Многим стало интересно на вас взглянуть. Ничего особого делать не требуется. Сидите рядом со мной, записывайте ключевые моменты, делайте пометки в расписании, если будут говорить про выездные мероприятия. Самое главное. Сидеть нужно тихо, скромно. С вами захотят, возможно, пообщаться. Отвечать на вопросы кратко, по минимуму. Попробуйте отвечать вежливо и без грубости. Будете вести себя плохо, обозначите родственную связь с вашим отцом, проблемы будете иметь уже от него.

Цербер замолчал и тяжело, оценивающе на меня смотрит. Ха, а он ведь думает, я там закачу что-нибудь скандальное, чтобы меня, а заодно и его, после этого уволили. Типа стриптиза, как было в первый день нашего с ним знакомства. Ну, пусть немного понервничает. Ему полезно.

Глядя на начальника из-под ресниц, подарила ему кроткую улыбку.

– Конечно, Даниил Александрович, не переживайте, я не подведу вас и папу.

Судя по помрачневшему взгляду Цербера, он еще больше уверился, что я что-нибудь отморожу. Слишком легко и быстро согласилась без всяких условий.

– Я вас предупредил, Елизавета Натановна. Никаких выходок.

– Даниил Александрович.

– Да?

– Скажите, что, все-таки, пообещал вам мой отец? Мне просто любопытно, за что вы так мучаетесь и страдаете со мной. За какой ценный приз боретесь? Вы ведь правда со мной рискуете. А если я там при всех заявлю, например, что вы меня домогаетесь? Может, и не поверят, но осадок останется. Вы-то уж точно знаете, на что я способна.

– Вы можете сделать и сказать все что угодно, но это точно так же отразится и на вашей жизни тоже. Выходим через пять минут.

Чуть позже еду с начальником в лифте и без стеснения его разглядываю. Хочется увидеть, насколько он сейчас нервничает и переживает. Но нет, Цербер тверд и спокоен, волнения не показывает, хотя в голове уже наверняка в красках представляет, как я, например, забираюсь в конференц-зале на стол, танцую стриптиз и ору, кто мой папа и где я вижу эту компанию в ближайшем будущем.

В красках все представила и хмыкнула. Босс искоса на меня посмотрел нехорошим взглядом. Кажется, еще больше уверился в том, что я что-то выкину.

Глава 8

Глава 8

Лифт останавливается на очередном этаже, и в него заходит знакомый мне мужчина. Щедрый, спокойный, вежливый. Именно он меня обедом накормил в первый рабочий день. Эх, как же его зовут, забыла. Кажется…

– Добрый день, Григорий Вячеславович, – говорит Цербер. Мужчины жмут друг другу руки. Босс зачем-то шагнул вперед и вбок, практически закрыв меня своей широкой спиной от вошедшего. Э-э… прячет?

– Приветствую, Даниил Александрович. Наконец-то вас увидел. Хотел пообщаться, но все вас выловить не мог.

– В последнее время много дел.

– Ну конечно, понимаю. Вы же на новой должности не так давно. Нужно во все вникнуть. Ну и поздравляю вас, конечно, слышал, вы, наконец, обзавелись хорошей помощницей.

Тут уж я не смогла сдержать смешка. Ага, повезло так повезло со мной Церберу. Выглянула из-за плеча шефа. Смысл меня прятать, если в лифте повсюду зеркала. И меня все равно видно.

– Здравствуйте, Григорий.

– Здравствуйте, Елизавета. Выглядите чудесно, очень рад вас видеть, – Григорий берет мою руку и осторожно сжимает ладонь. – Как у вас дела? Какие впечатления от первых рабочих дней? Не обижает вас Даниил Александрович?

Брови Цербера взлетели высоко-высоко вверх и там оставались, пока мы с Григорием в лифте, а затем идя по коридору к залу, мило общались о работе и вообще за жизнь. Григорий, оказывается, тоже в зал направлялся. Ну правильно, он ведь тоже тут наверняка какой-то начальник. Мы только в зале распрощались, потому что с Григорием тут же пожелали поздороваться многие уже присутствующие в зале люди. Уходя, мой случайный знакомый еще и добил Цербера:

– Повезло вам с ней, Даниил Александрович. Смотрите, не обижайте, иначе к себе ее заберу в помощницы.

– Откуда вы знаете Григория Вячеславовича? – спрашивает шеф напряженно, глядя в спину уходящего коллеги.

– Почему вас это интересует? – фыркая, весело задаю я вопрос в ответ. Мне на этом совещании уже нравится. Мужчин много, гораздо больше, чем женщин. Все в красивых деловых костюмах, на меня оглядываются с чисто мужским интересом.

– Мало кто из рядовых сотрудников может похвастаться личным близким знакомством с генеральным директором компании.

О-о, ну точно. У меня профессиональное чутье на мужчин.

– То есть он в компании самый главный, да?

– Не совсем. Он подчиняется совету акционеров.

– А-а. Ну тоже неплохо.

Цербер приподнял одну бровь, посмотрел на меня странно, но ничего не сказал. Готова поспорить на что угодно, что придушить хочет. И уже сотню раз пожалел, что со мной связался. Думаю, максимум месяц, и я его дожму. Сам будет моего папу умолять перевести меня к другому начальнику. А я тут сейчас перезнакомлюсь со всеми, выясню, кто посговорчивее, и потом подсуечусь и к нему перейду.

За время своеобразного совещания, больше похожего поначалу на вечеринку, где все ходили по залу и общались между собой и только потом расселись послушать доклады и получить задания свыше, вела себя паинькой. Все же мамой я обучена быть девушкой высокого класса, они на мероприятиях своих спутников не позорят и, при всей своей красоте, не затмевают мужчину, а скорее выделяют его своим грамотным обрамлением. Тут очень тонкая грань. Быть красивой, желанной, интересной, но при этом показать, кто тут в паре главный и настолько крут, что при нем эта милая покорная красотка. Хех.

Так что в основном стояла чуть позади шефа, улыбалась мило, делала вид, что что-то записываю, когда надо, исполняла несложные поручения шефа. Личных помощников заметила на этой сходке немного, но однозначно из присутствующих помощниц я самая эффектная и «дорогая». Для крупного босса, ага. Может у папы сразу к генеральному директору в помощницы и попроситься? Хотя нет. Там все-таки работать придется. Оно мне надо?

К сожалению, из-за того что надо было показывать класс, успела пообщаться только немного с несколькими начальниками и только после официальной части мероприятия, да и то недолго. Цербер быстро утащил в свое логово.

– О чем вы так увлеченно беседовали с нашим техническим директором и начальником отдела инноваций? – полюбопытствовал шеф, когда зашли в приемную.

– Я и сама особо не поняла. Они такие умные, то и дело сыпали терминами непонятными, шутили уж очень специфически.

– Да? А казалось, что они очень увлечены беседой и разговаривают с вами на равных, чуть ли не как со специалистом в их областях. Мне, пока ехали в лифте, они украдкой сообщили, что в восторге от вас и вашего ума.

Цинично хмыкаю.

– Пф. Чтобы казаться хорошим собеседником, не обязательно разбираться в теме. Нужно улыбаться, кивать, выражать заинтересованность, ну и в нужных местах задавать уточняющие вопросы. Можно одним словом, последним, что задал собеседник. Типа… О, коллайдер? Мужской пол вообще падок на внимание и эгоцентричен. Никому на самом деле не нужна полноценная беседа. Надо только показать, что ты воспринимаешь его интересным рассказчиком, и пусть он блистает, упиваясь собственной значимостью. Конечно, он потом будет тебя считать приятным собеседником.

– У меня складывается такое впечатление, что вы в принципе не очень жалуете мужчин.

– А надо?

– Мне насторожило то, как покладисто вы вели себя на совещании. Какие цели вы преследовали?

– Ну, вы попросили, и я из глубокого уважения к вам, моему обожаемому начальнику…

– Очень смешно.

– Да просто присматривалась, создавая о себе хорошее впечатление. Мне же надо заводить тут знакомства.

– Зачем?

– А кто меня кормить будет? Сейчас заведу знакомства, и пусть водят на обеды. А я их за это буду слушать, повышая самооценку и чувство собственной значимости. Может, если кто понравится, и на ужин позволю сводить.

– Елизавета Натановна, вы…

– Классная? Продуманная? Хитрая? Милая? Уникальная?

– …Порой невероятно напоминаете мне своего отца.

– Да ладно. Я на него вообще не похожа. А вы что, действительно с ним близко общаетесь?

– Приступайте к работе, Елизавета Натановна.

Ушел. Вот зачем тайны на ровном месте разводить? Сказал бы, например, да… я тоже внебрачный сын нашего любящего погулять отца. И меня он тоже не переваривает, поэтому свел нас друг с другом в наказание за его грехи.

Ладно. Что-то везет моему начальнику. Такую хорошую и представительную помощницу отхватил себе. Надо пакость какую-то придумать на завтра. Сегодня я ведь решила побыть хорошей девочкой.

Возвращение домой вечером оказалось не менее мучительным, чем утренняя поездка на работу. Напугала сидящих у подъезда бабулек своим зверским озлобленным видом. Так не пойдет. В новой квартире внимательно осмотрела комнату-склад. С болью в сердце, но все-таки отобрала несколько брендовых и практически новых вещей, которые я толком не носила, потому что они мне нравились чуть меньше, чем другие. Не поленилась, вышла на улицу и сфотографировала все под хорошим освещением и на фоне природы. Выложила потом фото на сайте, где многие продают личные вещи. Сердце кровью обливалось, когда ставила на все незаслуженно низкую цену, лишь бы быстрее купили.

На несколько вещей нашлись покупатели этим же вечером. Причем в итоге один приехал и забрал вообще все, что я выложила на продажу. Спрашивал, нет ли еще чего, от чего я хочу избавиться. Ну уж нет!

Ближе к ночи, заливаясь слезами от жалости к себе и по потерянным вещичкам, вкусно ужинала дорогой и полезной едой. Завтра на такси на работу поеду. Целый год придется продержаться в этих невыносимых условиях.

Глава 9

Глава 9

Утром приезжаю на работу все такая же несчастная. Еще один мучительный рабочий день…

– О, надо же, вы сегодня вовремя, – насмешливо произносит до противного бодрый и свежий начальник, когда я приношу ему его утренний кофе. Сама я рано проснулась. Настроение никакое. – Так держать. Ваш отец скоро начнет вами гордиться. Может, дать вам какое-нибудь ответственное поручение, раз начинаете себя нормально вести?

Ну все, сегодня точно надо напакостничать. Душа требует.

У себя за компьютером крайне осторожно, но быстро, зная, что мои действия могут отслеживаться, открыла онлайн график начальника и удалила из него пару намеченных деловых мероприятий на будущую неделю. Ах, я злодейка, ах, коварная.

Всю последующую неделю, а потом и следующие, пребываю с боссом в состоянии холодной войны. Он постоянно язвит, пытается меня задеть, мешает мне заводить знакомства с начальством. Загружает по макушку своими дурацкими заданиями. Деловые встречи, которые я затерла, не пропустил, уж не знаю, как подстраховался, но, к сожалению, сразу понял, почему в расписании пропуски. Папе наябедничал. Отец тут же про меня вспомнил, позвонил, был новый тяжелый разговор. Мне пригрозили, что, если буду продолжать вредить, одним годом работы не отделаюсь, да и не только это. У папы обширные связи.

Перестала ли я пакостить? Нет, но делаю теперь еще более тонко и незаметно. Сплетню могу или байку какую пустить про шефа. Народ любит всякое такое остренькое. Но с каждым днем сопротивляюсь произволу все более вяло и без азарта. Устала, не высыпаюсь, надоела мне эта война с Цербером. Цапаться с ним тяжело.

А в один из серых рабочих дней в офис пришла она. Как будто с конкурса «Мисс Совершенство» явилась. Брюнетка, волосы до плеч. Аккуратная прическа волосок к волоску. Идеальные «правильные» макияж, маникюр, деловой костюм, лицо. Да все такое прямо эталонное. Нет, я, конечно, тоже хороша. Но неправильная. Могу прийти лохматой, в роковом платье или, например, с ярким макияжем. А эта не придет. Я знаю такой типаж – «папина хорошая дочка».

Я уже, кстати, многих тут знаю, и она точно не с нашей работы.

– Доброе утро. Даниил Александрович у себя? – с улыбкой спрашивает посетительница. Она не оглядывает меня придирчивым оценивающим взглядом. Она правильный, идеальный длинноногий ангелок.

Я тоже умею приветливо улыбаться и говорить милым голоском.

– У себя. Вы по какому вопросу?

Незнакомка улыбнулась еще шире.

– По личному.

– Вам назначено?

Открываю расписание шефа. Вроде никаких встреч в первой половине дня.

– Нет, но вы уточните, я думаю, он меня примет.

Беру визитку посетительницы, звоню начальнику, и да, он с готовностью ее принял. В кабинете они пробыли недолго. Цербер вышел вместе с этой мисс, бросил мне, что будет после обеда, ему с его невестой нужно отъехать по одному важному вопросу. И все, босс просто ушел, что на него не похоже. Не помню, чтобы он вот так по личным вопросам прогуливал работу.

Ну что, теперь хоть знаю, что там у босса за невеста. По данным с визитки нашла ее профили с данными в сети. Ага, высшее образование в лучшем вузе страны. Молодая, на хорошей работе и уже при высокой ответственной должности в крупной компании. Еще и дочь крупного бизнесмена. Да, тут папа был прав насчет невесты Цербера. С такой он бы на меня точно не клюнул, даже если бы я изначально характер не показывала.

В этот день вернулась домой особенно усталая. Бабулечки возле подъезда пододвинулись, освобождая мне место. Я достала большую пачку специально купленных семечек. Прикармливаю ими своих голубок. Погода пока хорошая стоит, можно и воздухом подышать, пообщаться. Уже не в первый раз тут сажусь. С бабульками интересно. Мы вроде помирились, и мне они самые горячие новости района всегда выкладывают. А я с ними тоже перипетиями рабочей жизни делюсь. Мои подруги все заграницей остались. И им о таком не расскажешь, не хочу, чтобы веселились у меня за спиной.

– Ой, Лизонька, что-то ты совсем сегодня грустная. Совсем тебя ирод замучил? Еще больше работы дает? – сочувственно спрашивает Наталья Ивановна, беря горстку семечек и передавая пачку соседке.

– Да нет. Сегодня вообще почти ничем не нагружал, полдня отсутствовал, а потом такой улыбчивый ходил. Невеста к нему сегодня приезжала. Красивая.

– Никак ты заревновала? Ой, красивей тебя все равно быть не может.

– Воспитанная, богатая, с высшим образованием.

Тут бабушкам не нашлось, что ответить, только покивали.

– Да ты ж говорила, что он тебе не нравится совсем. Противный, злой.

– Так я и не отказываюсь от своих слов. Крайне неприятный тип. Да и не ревную я. Раздражает просто. Надоело уже все. На море хочу.

– Да что ты там на этом море не видела? Небось с пеленок возят туда.

– Нет, море – это здорово.

– Тю, я вот на море ни разу не ездила и не плачу. Нечего там делать.

– Ой, Степановна, не была, так чего говоришь? Лишь бы че сказать. Я уж лет двадцать не была на море, но до сих пор помню, как там хорошо, – возразила одной бабулечке другая.

– Я бы тоже на море посмотрела, – мечтательно произнесла третья бабуська. – Хоть разок бы напоследок. Меня Колька покойный так и не вывез, чтоб ему. Все на бутылку спускал.

– Ох, девчата, – улыбнувшись, приобнимаю за плечи ближайших бабушек. – Даю торжественную клятву. Если мне отец в конце рабочего года карточку вернет со всеми бонусами, я вас всех на море вывезу. Шикарную тусовку там устроим. Вам все подружки из соседних домов обзавидуются. Договорились?

– Ой, Лиза, ну ты и выдумщица.

Не поверили, что вывезу, а зря. Царевы свое слово держат.

Утро. Выхожу из адского нутра метро. Бреду по дороге. Кто придумал, что работать надо начинать так рано? Почему не часов с одиннадцати хотя бы?

– Лиза, привет! – меня нагоняют две молоденькие коллеги. Идем дальше втроем. Становится немного веселее. Заворачиваем в кафе. Девчонки берут себе кофе, я смузи. Пока ждем заказа, в кафе заруливает еще человек пять знакомых коллег из разных отделов. Дальше из кафе идем уже большой компанией. Хохочем. Местным людям я поражаюсь. Ладно я, больше, чем на оговоренный отцом срок, принципиально не задержусь в компании. А они работают каждый день, стрессы постоянно, проблемы. Чего одна ипотека стоит. И ждут отпуска как счастья невероятного. И ведь будут так дальше работать, год за годом, пока на состарятся. Я расспрашивала. Мало кто свою работу любит. Привыкли, терпят. При этом не унывают, смеются, вот, шутят. Я не понимаю. Правда, есть и энтузиасты. Вон, как мой шеф, например. Мне кажется, он свою работу обожает.

Захожу в кабинет, бросаю сумку, ложусь лицом на стол. Почему дни тянутся так неумолимо медленно? Минут пять мне понадобилось, чтобы соскрести себя с очень удобного стола и отправиться готовить кофе.

– Доброе утро, шеф.

Ставлю на стол поднос с кофе.

– Судя по вашему лицу, Елизавета Натановна, не такое уж и доброе.

Цербер берет чашку, делает глоток, довольно прищуривается. Его утро сейчас точно стало лучше благодаря моему фирменному кофе.

– Вы такой проницательный, Даниил Александрович.

– Что же вас печалит? Вы вчера тоже выглядели грустной.

– Деньги закончились. Одолжите безвозмездно до зарплаты с моей карточки?

– Уже закончились? Быстро. Вы ведь были предупреждены, что до следующей зарплаты можно ничего не ждать. Почему не распределили траты?

– Ну, вот такая я невоздержанная в тратах. Не сумела их распределить. Денег дадите или нет?

– У вас совсем ничего не осталось?

– Не-а. Да и что там в ту зарплату выдали-то, с учетом штрафов? Там и тратить было нечего.

Некоторое время Цербер молчит.

– Ждите аванса. До него осталось пять дней.

– То есть не дадите денег?

– Нет. Вам пора научиться жить по средствам.

– Эх. Вы очень черствый человек, Цербер Александрович. Живите теперь с этим.

Ушла из кабинета начальника. Нет, на самом деле денег в запасе у меня немного есть. Это я так, на совесть давлю, чтобы не расслаблялся. Ну и вдруг у него на этой почве что-то зашевелится.

К слову, зашевелилось что-то у Цербера уже ближе к обеду.

– Ну что, Елизавета Натановна, идемте угощу вас обедом, раз у вас столь серьезные проблемы с финансами. Обменяете свое драгоценное время и внимание на еду? – насмешливо интересуется босс.

Ого-го. Это что за катаклизм в мире случился, что Цербер меня на обед с собой позвал? Еще и угощать собирается.

– Спасибо, но я уже приглашена на обед.

– Петр Егорович не сможет пойти, его срочно вызвали на совещание.

– Откуда вы знаете, что я именно с…

– На работе я в курсе всего происходящего.

– Ясно. Но все равно нет. Меня еще хотел пригласить на обед Степан Викторович. Я ему давно обещала.

– Как печально, что этот везунчик, которому наконец выпал шанс вас накормить, на том же совещании.

– Да вы врете! – возмутилась.

– Нет. Можете проверить, если не доверяете моим словам.

– Там что, на этом совещании все начальство?

– Нет, но многие.

– А вы почему не там?

– Это совещание, где проходит разбор полетов с начальниками, плохо ведущими дела. Его специально ставят в неудобное время перед обедом, и там часто задерживаются.

– Приходилось бывать на подобных совещаниях?

– Ни разу.

– Ладно, так и быть, можете меня угостить обедом.

– Спасибо за честь, – с нескрываемой иронией в голосе произнес Цербер.

Глава 10

Глава 10

Выходим с боссом в холл, ждем лифт. В холле полно народу, спешащего на обед. И так забавно получается, с моим начальником здороваются далеко не все, а те, кто это делает, в основном только кивают, тихо приветствуют и быстро отводят взгляд. Со мной здороваются иначе, если еще не виделись.

– О-о! Лиза! Привет!

Объятия, смех, радостные вопли. С зарплаты успела с коллегами вечерами по злачным местам побродить. Сначала они мне показывали свои заведения, где любят собираться. А потом и я показала свои любимые места, куда довольно трудно попасть, но меня с компанией по старой памяти еще пропускают. Всего несколько недель работаем вместе, но у нас с коллегами уже много есть, что вспомнить. Танцы и разговоры до утра, как бродили по предрассветным улочкам. Меня же вообще легко на любой кипиш подбить, а так как денег нет, то и развлечения новые осваиваю. На корабле катались по городу. А на тех выходных поехали несколькими машинами в лес за грибами. Таким досугом, надо сказать, я впервые в жизни занималась. При этом ничего не платила. Вывезли в лес в невероятную рань, выдали одежду, нарядив меня бомжом, поржали надо мной, пофоткались, пошли лес покорять. И, надо сказать, мне понравилось. Никогда не думала, что меня обуяет азарт, и я буду бегать по кочкам в поисках грибов наперегонки с коллегами. Правда, потом не знала, что с этими грибами делать. Собрала три пакета. Я бы и съела, но это же надо их как-то мыть, чистить, готовить, а я вообще готовить не умею. Добычу раздала коллегам, и теперь у меня дома стоит две банки консервированных грибов от тех, кого я ими осчастливила. Пусть стоят. На черный день. И такой день уже маячит на горизонте.

Лифт подъехал, открываются двери. Я голодная, собираюсь впорхнуть вслед за коллегами, но неожиданная задержка. На плечи вдруг падает груз. На мне повисли и обняли так, что я начала задыхаться.

– Лизка! Спасибо! Спасибо! Спасибо огромное!

Поворачиваю голову. На мне со спины, оказывается, Таня висит. Коллега из соседнего отдела. Слезами заливается беззвучно. Мы нередко с ней обедали вместе, пока у меня деньги были. Да и потом часто пересекались в комнате отдыха. Я вообще эту комнату очень люблю. Ухожу якобы припудрить носик, а сама туда и сижу, пока Цербер не позвонит и рычать не начнет, что надо работу работать, а не прохлаждаться.

Я сразу поняла, почему Таня на меня налетела, но вот как она поняла?

– Тань, ты чего?

– Спасибо, что Мишке учебу и поездку на соревнования оплатила. Мы ведь уже тренеру сказали, что уходим. Миша так плакал, но этот дурацкий кредит… а тут тренер сам мне позвонил, сказал, чтобы привозила сына, билеты, жилье, все будет. Миша знаешь, как был счастлив? Нет, ты просто не представляешь. Он носился по квартире и до потолка прыгал, что тоже едет.

Да, Таня, когда мы встретились в последний раз в комнате отдыха, тихо давилась слезами в уголке. Все тот же денежный вопрос замучил, мужа нет, ушел и как-то резко про детей забыл, а она же гордая. У нее девчонка садиковского возраста, поддержки нет, сын-школьник, подающий надежды в спорте – борьба, надо постоянно вывозить на соревнования, оплачивать тренировки, а это проезд, взносы. Не тянула Танюшка с ее уже взятым на жизнь кредитом и арендой квартиры.

Пришлось тоже напрячься и продать часть уже действительно любимых вещей, ну и с зарплатой почти попрощаться, хотя там и прощаться особо не с чем было, она у меня и так маленькая. Позвонила тренеру. Таня его имя часто называла, мол, очень хороший и известный. В сети контакты есть. Дальше уже с ним решили, но я, вообще-то, просила про меня ничего не говорить. Обманул?

– С чего ты решила, что это я оплатила?

Лифт уехал без меня, увозя коллег. Только Цербер остался. Прислонился плечом к стене, сложил руки на груди, молча наблюдает и ждет.

– Тренер ничего не говорил, но мне электронные квитанции на почту пришли вместе с билетами. Я там твое имя нашла в данных. Да никто кроме тебя и не знал. Тренер бы сам ничего не стал делать.

Таня вроде хватку ослабила, но тут снова повисла, да так, что воздуха реально стало не хватать. Как же не люблю такие неловкие моменты.

– Ты ведь сразу полгода оплатила! Лиз, я все отдам, только позже, обещаю!

В холле уже вновь начал собираться народ, куча знакомых, а Таня уткнулась мне в плечо и рыдает. Становится совсем неудобно.

– Таня, прекрати, возьми себя в руки, на нас смотрят, – цежу я сквозь зубы, пытаясь отцепить от себя коллегу, но она качественно на мне повисла, а я девушка хрупкая.

Но тут Таня прерывисто всхлипнула, быстро чмокнула меня в щеку, и сама отпустила. Сразу убежала. Фух. Открываются двери другого подошедшего лифта, и я скорей спешу туда, пока еще кто не напал. Уже внутри украдкой смахнула набежавшую слезу. Вот чего Таня такая эмоциональная?

В лифте и пока шли до ресторана, Цербер молчал, думая о чем-то своем. Хорошо, что умеет молчать, когда надо. Ресторан начальник выбрал как раз тот, куда меня когда-то генеральный водил. Самый дорогой тут. Вроде как для большого начальства. Цербер, кстати, не маленькое начальство. И на себе не экономит. Я тут с кадрами недавно плотно начала общаться, уж очень они много полезной и интересной информации знают. Так вот шеф мой на очень хорошем счету. Скоро, говорят, на повышение пойдет. Вообще делает карьеру очень быстро. Ага, и с папой моим почему-то на короткой ноге. Может, и правда еще один папин внебрачный сынок?

С каким-то извращенным удовольствием заказываю себе еду и напитки подороже. Зря меня Цербер сюда привел. Думал, буду стесняться опорожнять его счет? Ха-ха. После этого обеда больше не рискнет меня кормить.

Начальник, правда, и бровью не повел, когда сделала заказ. Возможно, чего-то подобного от меня и ждал? С чего он вообще меня обедать позвал? Молчу. Мне интересно, что нужно Церберу, поэтому не отвлекаюсь на лишнюю болтовню, жду, что он скажет. Да и о чем мне с ним разговаривать? Но вообще, я думаю, что этот обед не спроста.

Когда принесли напитки, моя мысль подтвердилась.

– Елизавета Натановна, я предлагаю перемирие, – после долгого молчания огорошил меня шеф. Я даже водой подавилась и закашлялась от такого начала. Как это перемирие? Зачем? Не то чтобы я вошла во вкус этой войны, но с чего я должна с ним мириться? Я еще по-настоящему страшно не отомстила, чтобы прощать и забывать.

– А вы мне что за это? – чисто ради проформы поинтересовалась я.

– Премии, спокойная работа и хорошая рекомендация вашему отцу. Возможно, тогда он гораздо быстрее решит вернуть вашу карту.

– Зачем вам это перемирие? – откровенно недоумеваю. – Вам от этого все равно никаких бонусов не будет. Или, думаете, я лучше работать, что ли, стану?

– Вы портите мне репутацию. Много с кем общаетесь, и если с начальством держите мнение обо мне при себе, то среди коллег своего уровня не стесняетесь меня обсуждать. Меня это не устраивает. Также, как и ваше противодействие в плане работы. Я не надеюсь, что вы будете работать лучше или сами станете проявлять инициативу, но хотя бы не вредите. У вас постоянно что-то теряется, или вы «забываете» мне передать нужный документ, откладывая на следующую неделю.

А, все-таки Цербера печет от меня, только он этого не показывает. Стальная выдержка.

– Да это я правда забываю и теряю. Тупенькая же, тут ничего не поделаешь.

– Что решаете насчет перемирия?

М-м, перемирие. Дайте подумать…

Глава 11

Глава 11

– Нет. Ни за что и никогда. Обойдетесь. И живите теперь с этим.

За столом воцарилась тишина. Нет, ну правда, какое перемирие? Цербер на пару с папенькой моим надо мною издеваются и намерены это делать дальше, а я их прощать буду? Ага, как же. Прощать не буду, могу только милостиво забыть об их существовании, когда мне карту вернут. Теперь понятно, к чему был весь этот обед. Задобрить меня хотел, прикормить. Не выйдет!

– Считаете, Елизавета, нам не удастся договориться?

– Пф-ф. Нет, конечно. Я вас вообще не перевариваю. Полагаю, это взаимно.

Цербер задумчиво склонил голову и смотрит на меня с прищуром.

– Я вам чем-то еще не нравлюсь, помимо объективных причин?

– Да чем вы вообще можете мне нравиться? Кому-то может быть, я не отрицаю. Кому нравится общаться с трудоголиками и безэмоциональными педантами. Да у вас даже интересов наверняка больше никаких нет, кроме работы и карьеры. Готовы на все ради этого. А! И чтобы со стороны была идеальная правильная картинка правильной жизни. Что? Нет?

– По-вашему, ваша жизнь намного лучше? Ничего не совершить, не добиться. Пиявкой сосать деньги из отца, а потом из того, кто согласится дальше нести это финансовое бремя за место него. Ваша молодость и красота не вечны. Не боитесь остаться в конце без всего?

– Глупо бояться будущего. В любой момент с нами может произойти все что угодно. Завтра нас вообще может не стать, и что, из-за этого в настоящем надо постоянно страдать и превозмогать? Кстати, за этот обед-то кто платит? Вы или мой папа по карточке, что вам отдали? Моя жизнь в сотни раз лучше вашей! Ясно?

– Докажите, – произнес Цербер спокойно.

– Что?

Я уже набрала воздуха в рот, все больше распаляясь, чтобы как следует поругаться. А он что хочет вообще?

– Докажите мне, что ваша жизнь лучше. Предлагаю сделку.

Начальник достал бумажник, а из него мою ненаглядную золотую карточку.

– Хотите ведь забрать эту карту гораздо раньше? Если я уверюсь, что вы действительно замечательно живете и моя собственная жизнь по сравнению с вашей и вправду хуже, карточку я вам отдам. Хотите попробовать?

– Да вы никогда этого не признаете. Тем более, как я вам это буду доказывать без денег?

– Смотрите, что я вам предлагаю. Я возвращаю вам эту карточку на один день. В ближайшие выходные, чтобы не мешать работе. Тратить деньги с этой карточки можете как угодно и сколько угодно, только не переводить деньги со счета на счет ради личного заказа. И в этот день вы возвращаете себе свою привычную жизнь, показываете мне, как обычно живете, и если я буду впечатлен и признаю, что был неправ, карточка и дальше остается у вас, и вы сами контролируете свои расходы. Если не признаю, карточку забираю, и мы, наконец, заключаем перемирие, вы работаете дальше, мы сотрудничаем. Никакой конфронтации. Вы становитесь моей послушной, старательной помощницей. Вам остается бонус, что в этот трудный для вас год, вы еще один день пожили привычной любимой жизнью без ограничений.

Не тороплюсь отвечать. Обдумываю предложение. Цербер хитер. Естественно, ему ничего не мешает сказать, что ему моя жизнь не нравится, даже если он проведет со мной самый потрясающий день в жизни. Но! Можно попробовать обыграть его такой же хитростью.

– А что, если вы просто не вынесете моей прекрасной жизни? Не всем под силу отдыхать так хорошо, как я. Или вообще со мной весь день не сможете провести. Характер у меня тот еще, поцапаемся, вы уедете.

– Тогда, естественно, сделка аннулируется.

– Нет уж. Тогда вы автоматом признаете, что моя жизнь лучше. И не один день, а полноценные выходные. За один день вы не успеете ничего прочувствовать.

Наши взгляды с Цербером скрестились. Мы словно два дуэлянта.

– Хорошо, только если вы сами, Елизавета Натановна, не будете участвовать во всех событиях своей прекрасной жизни на этих выходных, мы сразу и досрочно уже вместе признаем, что эта жизнь не так уж хороша.

Начальник протягивает мне руку для пожатия и скрепления уговора. Взгляд босса полон холодного спокойствия, самоуверенности и даже снисходительности. Неспешно, якобы сомневаясь, вложила свою руку в широкую ладонь Цербера. Он тут же крепко сжал. По ощущениям, моя рука словно в капкан попала. Кто еще тут попал. Наконец, я за все свои страдания отомщу. Еще и карту себе верну. Едва удалось сдержать предвкушающую улыбку.

– Кстати, а на каких выходных все это проведем? – спохватилась я. Это же мне надо подготовиться.

– На ближайших.

– Ой, давайте лучше на следующих? А то всего пара дней осталась.

– Нет.

– Ну… ладно. Руку мою отпустите уже.

Цербер как схватил мою руку, так и не отпускает, я уже третий раз пытаюсь выдернуть. Фух. Разжал. Цепкий какой.

Время с момента пари, а это скорее оно, нежели сделка, пролетело невероятно быстро. В эти дни я забыла про все свои тяготы и лишения. Меня охватил просто дикий азарт. Столько планов обдумала, как выиграть у Цербера. И вот. Пятница, вечер. Довольная собой, собираюсь домой. Завтра будет очень весело. Заглядываю к шефу.

– Даниил Александрович, где завтра встретимся?

– Это вам решать, ваш же день.

– Ну, тогда подъезжайте ко мне. А от моего дома возьмем такси.

– Я могу вас отвезти на своей машине куда пожелаете.

– Хм. Ну ладно, поедем на вашей. В четыре утра приезжайте.

Брови начальника взлетели высоко вверх.

– Почему так рано?

– Ну, я свои выходные хочу использовать по полной. Скажите спасибо, что не в двенадцать ночи вас зову.

– Благодарю. И куда вы собираетесь ехать?

– Завтра узнаете. Слушайте, а как ваша невеста вообще отнеслась к тому, что вы проведете выходные не с ней, а со своей личной помощницей?

– Вас это волновать не должно.

– Не, это я к тому, что, может, ее возьмете с собой? Втроем еще веселее будет, ну и точно не обидится.

– Это ни к чему, – сухо произнес Цербер не терпящим возражений тоном.

– Ну, как знаете. Ладно, я пошла. До завтра.

Эх, не смогла сдержать коварную предвкушающую улыбку.

Глава 12

Глава 12

Утро. С трудом открываю глаза. Что же эта подушка все время вибрирует?

Достаю телефон из-под подушки и в первое мгновение возмущаюсь. Начало пятого! Мне еще спать и спать! Почему мне начальник названивает? Да и вообще, сегодня, кажется, суббота… а потом как поняла. Но поздно. В дверь позвонили.

Подскочила как ужаленная. Помчалась в ванную, чтобы хотя бы умыться, а в дверь все это время настойчиво и упорно звонят. Да иду я, иду.

Дверь Церберу открываю, будучи одетой только в кружевное красное неглиже. Я привыкла всегда спать либо в чем-то красивом, либо вообще без ничего, так что это Церберу еще повезло. Босса стесняться смысла нет, я ему и так уже свое белье показывала – не отреагировал, ну а я его как мужчину вообще не воспринимаю. Абсолютно все равно, что он там обо мне плохого думает.

– Чего так названивать бешено? – ворчу я, распахивая дверь. – Ну, проспала немного. Проходите. Сейчас я соберусь. Пять минут.

– Вы опоздали на встречу, которую сами и назначили, – возмущенно произносит Цербер, заходя в мое логово. Захлопываю за ним дверь. – Вы вообще знаете, что такое будильник? Пользуетесь?

– Ой, да ну хватит тебе ворчать как старый дед.

Босс оборачивается ко мне. Смеряет та-аким взглядом.

– «Тебе»?

– Ну а что? Если так подумать. Мы не на работе. Уважительное обращение еще нужно заслужить.

– То есть вы проспали, я ждал вас под окнами, и уважительное к себе отношение я еще должен заслужить?

– На этих выходных можешь ко мне тоже невежливо обращаться, так и быть. Все, иди на кухню и… эй, куда пошел?

Цербер внаглую заглянул во все комнаты, огляделся и протянул осуждающе:

– Да-а, ну и бардак.

Ну вообще. На меня в неглиже Цербер даже не взглянул, зато сколько внимания квартире. Если бы у него не было невесты, то я бы подумала, что у него не все дома. Начальник демонстративно, при мне, проводит пальцем по столешнице комода в прихожей. За его пальцем остается четкая глянцевая дорожка среди слоя пыли. Цербер поднимает руку и с осуждением смотрит на свой посеревший от пыли палец.

– И что? У невесты своей пальцем елозьте.

– Снова перешли на официальный тон?

– Да. Пожалуй, неофициальный звучит слишком дружески.

Ушла в спальню, громко хлопнув дверью. У меня все готово было еще со вчера. Только одеться и накраситься.

Выхожу из комнаты, заглядываю на кухню, а Цербер там… убирается? Точно, вещи раскладывает, тряпку где-то нашел. Кстати, сегодня впервые вижу его в обычной не деловой одежде. Серая футболка обтягивает неожиданно крепкие бицепсы и широкую грудь. Босс еще и спортом интенсивно успевает заниматься помимо работы? Когда же он живет?

– Вы что творите, шеф? Быстро выбросьте эту тряпку… это что, моя футболка?! У вас как вообще с головой?

– Обычных вещей для уборки не нашел. Вообще ничего. Ни метлы, ни швабры. Вы вообще здесь ни разу не убирались? Прошу прощения, но смотреть на этот бардак просто невыносимо и почти физически больно.

– Так выйдите за дверь! Уходите!

Сама иду к двери, беру рюкзак, обуваюсь и требовательно смотрю на начальника. Люксовую футболку мне испортил. Она стоит как половина моей нынешней зарплаты. Вредитель!

Цербер как-то нехотя прекращает свою странную деятельность и идет за мной.

– Почему вы не убираетесь? – строго спрашивает начальник, когда я закрываю дверь. Нормально?! Какое ему вообще дело?

– Это должны делать обученные этому люди.

– А если их нет? Вы грязью собираетесь зарасти? А вещи свои стираете?

Щеки покрывает румянец.

– Слушайте, я не умею убираться. Меня этому никто никогда не учил, и мне это было не надо. Ясно?

– С понедельника начнете учиться. Будете мой кабинет мыть.

У меня мороз по коже побежал.

– С понедельника я уже у вас работать не буду.

– Что-то я пока не в восторге от вашей жизни, – с намеком произносит начальник.

Смотри какой, а. Противный, жуть. Ну и не повезло же его невесте.

Спускаемся вниз к припаркованному у подъезда мощному, хищно блестящему черному внедорожнику. Так-так. Большая мощная машина. Точно какие-то комплексы компенсирует. Хе-хе.

У-у, дверь мне открыл. Задабривает, что ли?

– Куда ехать? – спрашивает Цербер, садясь за руль.

– Едем за город.

Показала начальнику телефон с открытой картой и проложенным на ней маршрутом.

– Это я только часть пути показала. Так интереснее. Ехать долго.

Машина трогается с места.

– Я полагал, вы предпочтете какое-то увеселительное место в городе. Торговый центр, сумасшедший по дороговизне шопинг, клубы.

– Не-а, как видите, не угадали.

– Яхт-клуб?

Бг-г.

– Ладно, признаю, мы едем в клуб. Загородный, ага. Входит в пятерку лучших по стране.

Цербер кивнул, мол, все обо мне понял, но потом вновь завел разговор.

– Меня еще со вчера мучает вопрос. Почему вы помогли коллеге с ее ребенком? Вы сами легко можете остаться совсем без средств к существованию. Вы так и не поняли, насколько серьезно настроен ваш отец?

– Нет, я же тупенькая. А к деньгам вообще легко отношусь, не ценю. Что там за помощь? Смешные деньги, по сути. Сумма небольшая, как за мою купленную перед тем, как папа поехал, люксовую сумочку. Грустно, конечно, что для кого-то такие небольшие деньги настолько критически важны.

Какое-то время Цербер молчит, но потом говорит:

– В будущем, если, конечно, не выиграете в эти выходные спор, по подобным денежным вопросам помощи сообщайте мне. На это вам будут выделяться средства.

– Пф-ф, вы что думаете, я вдруг буду всем помогать ни с того ни с сего?

– Я на всякий случай предупреждаю. Подобные вопросы вы не должны решать в одиночку.

– Мне лично очень требуется сейчас денежная помощь. Ну очень надо. Дадите денег? – закидываю удочку.

– Нет, – тут же получаю категорический ответ.

Отвернулась к окну и максимально откинула спинку сиденья назад. Пусть тогда сам с собой общается. А я попробую немного поспать, пока едем.

Получилось удачно, только позже меня Цербер начал будить. Кажется, уже долго пытается.

– Елизавета Натановна. Елизавета На… Лиза!

– А?

Нехотя открываю глаза и недовольно смотрю на начальника.

– Куда дальше ехать? Ты же показала только часть пути.

– М-м, сейчас.

Зевая, достаю телефон и вручаю его Церберу. Спать дальше уже нет смысла. Скоро приедем.

– Что-то не вижу на карте ни одного водоема поблизости, – с подозрением в голосе произносит начальник.

– Так я и не говорила про яхт-клуб.

Цербер ничего говорить и возмущаться не стал. Молча доехал до места. Наивный. Думал, я его в яхт-клуб поведу по озеру кататься и жизнью наслаждаться. Ха! Начальник читает неприметную вывеску на сером ничем не примечательном доме.

– Парашютный клуб?

– Ага! Возьмем в эти выходные от жизни все. Готовы прыгнуть с парашютом?

Все, теперь улыбаюсь открыто и очень коварно.

– Серьезно? Хотите сказать, что в своей привычной жизни часто прыгаете с парашютом?

– Моя жизнь полна неожиданностей.

– Как часто вам приходилось прыгать?

– Это не важно. А вам самому приходилось это делать?

– Нет.

– Вот сегодня и попробуете. Ну, или можете отказаться. Только тогда вам придется отдать мне мою карту и признать поражение.

– Лиза, вы понимаете, что творите? Приехать неизвестно в какой клуб, доверить свою жизнь непроверенным людям и…

– В смысле неизвестный? – возмутилась я. – Если бы мне было все равно, я бы выбрала ближайший к городу. А этот действительно хороший и надежный. Реально в пятерке лучших. К тому же тут у меня знакомые хорошие работают. Ну что, отказываетесь?

Потираю руки. Если откажется, я сама на радостях прыгну с парашютом, чтобы отметить это дело.

Не собиралась я Цербера соблазнять своей замечательной жизнью. Понятно изначально, что это дохлый номер. Зато если он откажется от предложенных мной развлечений в эти выходные, то все, у нас уговор, карточку должен вернуть. Думал легко и приятно провести выходные в моей шикарной компании? Ни за что!

Глава 13

Глава 13

В клубе нас с боссом встретил один мой действительно очень хороший знакомый. Загорелый, веселый парень. Наш инструктор и повел нас к остальной группе рисковых ребят, которые сегодня будут прыгать.

Начинаю немного волноваться. Я надеялась, что Цербер сразу спасует и пошлет меня куда подальше. Я, на самом деле, как-то прыгать не очень хочу. Если говорить совсем откровенно, жутко боюсь. Единственный опыт у меня в этом деле – это пара коротких полетов в аэротрубе. Ну, ничего, шеф не может сразу спасовать, для приличия еще тут побудет, а потом наверняка передумает.

– Лиз, ты ведь в курсе, что сегодня полетит группа новичков, которые собираются прыгать поодиночке? – уточняет мой инструктор Ваня, выдавая нам с шефом документы на подпись.

– Ага.

– Ты ведь еще ни разу не прыгала, и сразу одна?

Ваня смотрит на меня восхищенно и даже немного влюбленно. Ой, да ну, перестань.

– Я так понимаю, тут вся группа еще ни разу не прыгала, но почему-то очень хочет, – вступил в разговор Цербер, подходя ближе. Мрачный такой. Наверное, уже готовится отказаться.

– Да, такой вот отряд экстремалов у нас, – радостно улыбаюсь. – Развлечение не для скучных офисных работников. Испытание себя, своей воли, и море впечатлений. Вань, где там бумажки подписывать? Давай скорее.

– На. Сейчас все получат устный инструктаж, а потом потренируемся на земле.

Ух, понеслось. Инструктаж длился долго, еще дольше тренировка. Несколько часов провели в поле, отрабатывая все действия. Поначалу все были такие веселые, но инструкторы настолько строгие и напряженные, что напряжение словно начало передаваться остальным. А мне и передавать ничего не надо. Засомневалась, что идея с прыжком была гениальной. То и дело с надеждой поглядываю на Цербера, но он и не думает меня радовать свои отказом, послушно исполняет все, что требуют инструкторы.

Позже, когда садились в самолет, с силой вцепилась в руку начальника и умоляюще спрашиваю:

– Ну как, ты передумал? А то мы уже взлетать сейчас будем.

Пожалуйста, я тебя умоляю, откажись!

– Нет, – сказал, как отрезал.

После тренировки у меня все конечности болят, да и инструкторы так напугали предупреждениями. Ну, где я и где первый самостоятельный прыжок с парашютом? У меня же сердце разорвется от страха.

Но ведь и проиграть Церберу нельзя. Ладно, буду держаться до последнего. Пусть первый в очередь на прыжок идет. Я думаю, он тоже только держится до последнего, но в итоге не прыгнет. К прыжку ведь надо морально готовиться, хотеть его, а не вот так на спор из-за одной взбалмошной девицы. Цербер все-таки достаточно адекватным кажется. Смотрю на севшего рядом в самолете начальника и по выражению его лица пытаюсь понять степень его адекватности. С виду спокоен, собран и все же напряжен.

Взлетаем. В кабине не слышатся разговоры и смех, только, кажется, кто-то молится. Успела много чего передумать, пока поднимались на высоту. Только мало что в этих мыслях было цензурного.

И вот, момент истины. Кто-то реально прыгает, паре человек помогли, еще один категорически отказался. Подходит очередь Цербера, я прямо за ним. Встаю поближе, чтобы насладиться своим моментом триумфа. Мне даже смотреть страшно в открытый проход, не то что прыгать. Инструктор дает сигнал моему шефу для прыжка, и… Цербер не прыгает. Смотрит задумчиво в пропасть. Да! Ура! Я знала, что у него кишка тонка. Карточка моя! И в это мгновение босс оглядывается на меня, видит мою довольную мордаху и прыгает! Даже не глядя вниз.

– Куда?! Куда пошел!!!

Я глазам своим не верю. Он все-таки прыгнул. Мне назло!

– Лиз, готовься, – говорит мне Ваня.

– Идио-о-отище-е-е!!! – ору я, уже летя вниз. Прыгнула на чистой злости. Сейчас я его догоню и врежу. Такой шикарный план испортил. Камикадзе недоделанный!

И тут вдруг я осознала, что падаю с огромной высоты. Ма-а-ать! А-а-а!!!

На какое-то время забыла обо всем. Пытаюсь судорожно вспомнить инструкции, на автомате что-то делаю. Рывок, и свободное падение сменяется плавным и медленным. Кажется, выживу. Оглядываюсь.

Я вновь забываю себя, но уже не от страха, а скорее от восторга. Непередаваемое ощущение свободы и единения с этим миром. Безумно красиво. Сердце сжимается от ощущения того, как огромен этот мир, и какая я в нем песчинка. Вглядываюсь вниз, пытаясь отгадать, какой из пестрых парашютов принадлежит Церберу. Наверное, ближайший, если все у начальника хорошо, и он летит, а не лепешкой где-то лежит.

На самом деле, в самолете все быстро происходило, когда выпрыгивали, но по ощущениям каждая секунда казалась бесконечностью. А сейчас уже и не страшно почти. Весело болтаю ногами, взглядом держу парашют Цербера и стараюсь держаться поближе. Как раз на поле должны сесть.

У земли вся моя расслабленность пропадает. Вижу, что босс жестко как-то встретился с землей, его парашют приподнял ветер, начальника протащило по земле, но потом парашют опал, а Даниил остался лежать неподвижно. О, нет! Я убила шефа!

Вот тут по-настоящему стало дико страшно. Пытаюсь, как учили, при посадке группироваться, подгибая ноги, но получается не очень. Земля встретила меня не ласково. Я кубарем прокатилась по полю, отбила себе все, что только можно, меня тоже протащило парашютом, еле поймала его и остановила, даже не поняла, как. Все болит, ноги не держат, руки не сгибаются, но да ладно, главное жива.

Отцепила парашют. Не бегу, не иду, а ползу на четвереньках в сторону начальника. Он все еще лежит, а у меня встать просто нет сил. Доползла на чистом упрямстве до босса. Со страхом заглядываю в его лицо, а он… заложив руки за голову, улыбается. Широко так. И с восторгом смотрит в небо.

Стукнула Цербера кулаком по груди. Вздрогнул.

– Эй, за что? – возмущенно спрашивает начальник, обращая, наконец, свой взор на меня.

– Совсем, что ли, с головой не дружишь? Зачем ты прыгнул?

– А ты зачем?

Молча прилегла рядом с боссом, положив голову ему на грудь. Я-то понятно, что с головой не особо дружу, но вот что и он такой, не ожидала.

– Круто было, да? – спрашиваю у Даниила.

– Невероятно. Понравилось?

– Да. Это даже лучше, чем… хотя нет. Страшно, пипец. Потом, может, да, классно, но больше ни за что прыгать не стану.

Не знаю, сколько мы так с Цербером провалялись. Вставать не хотелось, да и вдруг оказалось, что удивительно хорошо вот так лежать с начальником и молчать, смотря в небо. В какой-то момент небо заслонила улыбающаяся голова Вани.

– Вы как? Чего лежите? Подъем. Собираем парашюты и вперед.

– Отстань, – отмахиваюсь от Вани, как от назойливого камера, но тут встает шеф и заодно меня поднимает, не спрашивая. Ноги уже более-менее стоят, но вот идти – не-а.

– Вы молодцы, для первого раза вообще шикарно прыгнули, – подхватывая меня под руку, говорит Ваня, и тащит на буксире. Говорит что-то еще, но я толком не слушаю.

Потом уже нас довезли обратно на место, торжественно вручили дипломы, поздравили, да и отпустили с миром.

И вот уже время обеденное, мы с Цербером в каком-то захолустье. А у меня даже плана нет, что делать дальше. Я рассчитывала на то, что босс ни за что не прыгнет. Куда-то еще тащить его, проверяя его смелость, нет никакого желания. Это же мне тоже тогда надо участвовать, а я на ближайший год с экстримом завязала. Никакие развлечения Цербера не проймут настолько, чтобы он восхитился моей жизнью и отдал карточку.

Выходит, проиграла? Ладно, зато у меня есть деньги, чтобы просто отлично провести эти выходные.

– Поехали, поедим, – мирным тоном предлагаю Церберу. – Я просто зверски хочу есть.

Шеф молча открывает мне дверь машины. Вот когда он такой молчаливо-исполнительный, то мне нравится больше.

– Боюсь, только, заведений твоего уровня нет в округе. Придется подождать, пока доедем до более цивилизованных мест, – говорит начальник, трогаясь с места.

А что это он мне тыкает? Ладно, после такого сумасшедшего прыжка я не против, да и мне, в целом, все равно, как он там ко мне обращается и что думает. Хотя признаю, он крут. Просто офигела, когда он прыгнул, и до сих пор отойти не могу.

– Разберемся по ходу.

Босс выруливает на трассу, внимательно следит за дорогой, а я за ним. Как ни в чем не бывало себе ведет. Что же ты за фрукт такой, а?

Спустя минут пятнадцать встрепенулась.

– О! Останови. Вот здесь будем обедать.

– В придорожной забегаловке сомнительного вида? Я молчу о том, какие там не «люксовые» блюда, но ты не боишься банально отравиться?

– Я сейчас такая голодная, что мне плевать на уровень заведения. Отравиться не боюсь. Ты что, не видишь, сколько тут больших грузовых машин припарковано? Наверняка все места заняты.

– И что?

– Если столько дальнобойщиков в этом кафе спокойно едят, значит не травятся. Кафе с хорошей репутацией у них, надежное.

– Сомнительно. Но ладно. Откуда такие любопытные познания о быте дальнобойщиков?

– Так я знаешь, сколько раньше с мамой путешествовала? Мало ли, где окажешься в дороге, а это как примета в пути, где можно нормально перекусить.

– Твой отец упоминал, что твоя мама предпочитала путешествия исключительно по дорогим курортам. Поэтому трудно представить, что вы там встречали дальнобойщиков.

– Ну, это он привирал. Или не все знает. Он ведь с нами не общался почти. Одно время было, мама во всякие духовные практики ударилась. Со мной мелкой почти год колесила по Индии отнюдь не по курортам. Потом остыла к этому делу. Она часто и сильно чем-то увлекалась, но, как правило, ненадолго.

Отвернулась к окну. Зажмурилась. Глубоко вдохнула, выдохнула. Все, спокойно. Сейчас не время для слез. Да и слезы мама не любила. Оборачиваюсь к Церберу уже с улыбкой.

– Ну что, идем?

Начальник не сдвинулся с места. Смотрит на меня так внимательно.

– Тебе ее не хватает?

– Ну конечно, это же моя мамочка. Пойдем.

Не дожидаясь, когда мне откроют дверь, первая выскакиваю из машины и решительно иду в заведение общепита. Первая же вошла в зал. Там было довольно громко, но на миг разговоры стихли, и присутствующие как-то так синхронно повернули головы в мою сторону. Оу. Тут только мужчины. Много. Не вижу ни одной женщины.

На мгновение даже смутилась. Но потом встряхнула волосами, расправила плечи и пошла к стойке. У тех, кто там стоит, сразу глаза загорелись, заулыбались, видно, что горячая молодая кровь закипела. Словно красивую, фигуристую голубоглазую блондинку с длинными ногами никогда не видели.

Хлопнула дверь. Морально мне стало немного полегче. Это шеф наверняка меня догнал.

Глава 14

Глава 14

– Еду берем на вынос, – тихо цежу я сквозь зубы нагнавшему меня у стойки начальнику и уже громче добавляю, наспех ознакомившись с лежащим на стойки меню. – Мне порцию шашлыка, овощной салат, чебурек с сыром и морс.

Судя по восхищению в глазах мужчин вокруг, они под впечатлением от моего невероятного аппетита. Цербер, словно играя у меня на нервах, неспешно стал знакомиться с меню. Он вообще, что ли, отмороженный? Ничего не боится? Хотя, если он со мной связался…

Шеф сделал свой заказ, словно делая мне одолжение, этак лениво уточнил, что еду возьмем с собой. Нам пообещали, что все будет готово в течение пяти минут. Уходить смысла особого нет, ждем у стойки, присев на высокие стулья. Пока сидим, получаю много комплиментов от работников, отмахиваюсь от этих льстивых речей, как от назойливых мух. Посетители только косятся, но не подходят знакомиться. Все вроде бы не так уж страшно оказалось.

Нам выдали наш заказ минут через десять. Повар, сухонький улыбчивый мужчина, лично вышел это сделать, вручил пакеты мне, сказал, что там еще комплимент мне лично от него. Какие-то сладости и персики «для дэвушки-пэрсика». Какие приятные люди.

Поблагодарила. К комплиментам и угощениям я привычна. Впихнула пакеты боссу и с облегчением под шквал комплиментов поспешила на выход. Цербер, к слову, все время, что мы находились у стойки, стоически молчал. Он вообще в эти выходные не очень разговорчивый. В шоке, наверное.

Удача изменила нам на выходе из кафе. Вслед за нами вышла компания молодых горячих ребят из числа посетителей. Увязались, предлагая мне с ними получше познакомиться и пообщаться. Посыпались предложения «прокатить». Одним словом, запахло жареным, и это не от нашего только купленного шашлыка. Их четверо, нас с Цербером двое. Их в потенциале еще больше, неизвестно, сколько у них там в кафе друзей.

Иду, не реагируя и не оглядываясь. Дойти нам с Цербером удалось до машины, почти даже открыть ее, а вот дальше меня стали хватать за руки, а босса оттеснять назад. Испугалась. Хотела уже грубо осадить неприятных личностей, но не успела. Поставив пакеты с едой на крышу машины, без предупреждения шеф врезал ближайшему к нему и самому крупному из четверки мужчин. Резко, сильно, мощно, так, что тот отлетел. Оставшиеся трое кинулись на моего начальника.

«Да что ж творят, ироды!» – пронеслось у меня в голове голосом бабы Нюры из моего подъезда. Она так ругала наших местных пьянчуг, когда они буянили на старой детской площадке.

Надо спасаться бегством. Первым делом под шум драки схватила пакеты с едой и запихнула их в салон. Теперь еда не просто еда, а почти трофей. Так, все. Теперь можно уезжать. Развернулась к дерущимся. Шеф дерется красиво, словно лев со стаей гиен. Ой, тот, что крупный, оклемался и достал ножик. Надо спешить.

Выбрала гиену помельче и с виду похилее. Встаю ближе, выжидаю удобный момент и бью со всей дури противнику по коленке. Не ожидавший такой подлости мужчина пригибается, охает, а я хватаю его за волосы и на этот раз хладнокровно бью его снизу коленом по подбородку. Еще раз, еще, а потом как с ноги по животу и добивающий между ног.

Упал. Ага, вроде хорошо вывела из строя. Даже какое-то удовольствие получила. Мне давно уже хотелось кому-нибудь врезать. Кто следующий? Поворачиваюсь к драчунам, а они почему-то больше не дерутся. Шеф и все его оставшиеся неприятели застыли и молча во все глаза смотрят на меня.

К счастью, раньше гиен опомнился мой шеф. Снова врезал тому, что самый крупный, отправив его в нокаут, успел наподдать еще одному, но оставшиеся двое решили с нами больше не связываться, побежали в сторону кафе.

– Ходу, ходу отсюда! – требую я, рывком снова открывая дверь машины.

– Лиза, подожди. Надо вызвать полицию и скорую, – будничным тоном произносит начальник, растирая костяшки пальцев. – Дождемся их, и затем…

– Совсем, что ли, с дуба рухнул?! – Мигом оказываюсь возле шефа, без спроса вытягиваю у него из кармана ключи от машины и бегу к водительскому месту. – Тебе надо, ты и жди. Я поехала, а ты тут общайся с друзьями и родственниками… этих.

Трясущимися руками завожу машину. У меня уже начинается отходняк после прилива адреналина. Открывается дверь, и рядом на пассажирское сидение садится Цербер. Видимо, не до конца все-таки отмороженный. Втопила по газам. Взглянула в зеркало заднего вида. Ага, вон уже народ из кафе повалил. Вовремя стартанула. Буквально на секунды дело шло. Как бы еще в погоню за нами не пустились. Фух.

Пока едем, то и дело тревожно поглядываю на дорогу за нами, не нагоняет ли кто, но пока тихо.

– Не знал, что ты умеешь так драться. Специально обучалась? Останови машину, я сяду за руль.

Мельком кинула взгляд на Цербера. Улыбается. Широко так. Весело ему.

– Ага! Чтобы ты развернулся и обратно поехал скорую и полицию ждать? Я жить хочу. А тебе, видимо, что-то отбили в голове. Вернемся в город, поедешь к врачу, у тебя кровь на футболке.

– Это кровь врагов, – довольным тоном произнес начальник и… стянул с себя футболку, небрежно потом закинув ее назад.

Я от неожиданности так сильно глаза скосила, машина вильнула, и мы чуть в кювет не улетели. Ух, такой торс надо на пляже за деньги показывать, а не под офисной одеждой прятать. И главное, дальше сидит себе спокойно, руки за голову заложил. «Бесстыдник!» – опять прорезалось у меня в голове голосом бабы Нюры.

– А ты зачем разделся? Накинь что-нибудь.

Не то чтобы я смущалась, но так ведь и вправду можем в аварию попасть. На дорогу смотреть забываю.

– Запасная футболка в багажнике, как остановимся, возьму ее. С учетом того, как ты сама легко раздеваешься и спокойно демонстрируешь свою полураздетую фигуру, тебя подобный мой вид тоже смущать не должен.

– Это что за намеки пошли? Что я девушка свободных нравов? Обидеть меня хочешь?

– Нет, что ты. Прошу прощения, если задел. Тебя вообще обижать опасно, можно и в глаз получить, – хмыкает начальник.

– Ой, да ничему такому я специально не училась. При мне с детства охрана в виде суровых дядек. Они мне и нянек заменяли, и даже пап. Я каждого второго охранника сама посвящала в папы. Многие таяли, в детстве все же я была еще милее, чем сейчас, приемам обучали, по банкам стрелять учили, это я вообще очень любила. Могла с ними целыми днями боевики сидеть смотреть.

– А что в это время делала мама?

– Как правило, отдыхала. Ну, или уходила с головой в новые отношения. О! А я знаю эту местность. Тут недалеко элитный поселок. Места красивые. Сейчас тогда лучше переждем в тихом месте и, наконец, пообедаем.

Спустя минут десять сворачиваю с трассы в живописный лесок. Нормальная дорога длится недолго. Вскоре начинаю петлять по кочкам. Благо, машина у шефа для этих целей подходит.

Босс молчит. Интересно, что он сейчас думает? Помощница сначала пыталась прибить, сбросив высоты, потом подставила под массовую драку с возможной поножовщиной, а потом, после того как он все-таки выжил, намекнула, что хорошо стреляет, и повезла глубоко в лес. Вряд ли, конечно, Цербер ожидал именно таких выходных.

Среди деревьев стали появляться просветы – мы выезжаем на открытую местность, да еще какую. Останавливаю машину почти на краю оврага.

– Выходим, – командую весело, а мой живот радостно бурчит в унисон. Выхожу сама и сразу вытаскиваю пакеты. Оглядываюсь. Нет, никаких столов и скамеек тут так и не поставили. – Слушай, а у тебя пледа, случайно, нет?

– Есть, – ровным тоном отвечает начальник, надевая футболку возле открытого багажника и доставая требуемое.

Плед Цербер постелил сам. Прямо в совсем уж опасной близости от края и застыл, устремив взор в даль. Ух, красиво тут. Мы на большой высоте встали, вид открывается на поля, в низине блестит извилистая река. Одно поле сейчас полностью желтое, а немного в стороне виден тот самый элитный поселок.

Села на плед, вдохнула воздух полной грудью, ловя ароматы луговых трав, а потом жадно впилась зубами в чебурек. М-м! Никогда не ела таких вкусных. Не зря в том кафе столько покупателей. Может, те агрессоры приставали ко мне только для виду и хотели под шумок утащить у нас нашу вкусную еду.

– Действительно отличное место для пикника, – Цербер садится рядом и заинтересовано шуршит пакетом. – Ты отдыхала в том поселке у реки?

– Да, шикарное место. Советую, если захочется где-то осесть с семьей.

Начальник пристально, с прищуром вгляделся в даль, рассматривая, видимо виднеющиеся домики, но потом отрицательно покачал головой.

– Нет. Слишком далеко от работы.

– А ты что, всю жизнь планируешь работать, причем в одной компании?

Выгнув бровь, с удивлением и даже сочувствием смотрю на Цербера. И ведь это может оказаться правдой. Я помню, знакомая из отдела кадров ругалась и просила меня повлиять на моего начальника, который уже два года не ходил в отпуск. Мол, так нельзя. Странноватый у меня шеф. Мы с ним как две противоположности.

– Я так далеко не заглядывал.

– Да ладно, – весело фыркнула и прищурилась. – Мне показалось, что ты из тех, кто все скрупулезно планирует, ставит цели и в итоге их идеально достигает. У кого все размеренно, четко, правильно. От такого подхода к жизни лично меня тошнит, но для многих это круто, наверное, так что нечего скромничать, мне можешь спокойно признаться, что да, есть четкий план на дальнейшую жизнь. Хотя нет, не говори, и так ведь все понятно.

Ой, как чебурек быстро закончился. Вроде большой же был. Ага, теперь шашлычок!

– Ты удивительно хорошо во мне разбираешься, – то ли съехидничал, то ли похвалил начальник, по его тону не понять.

Опять шеф замолчал, задумался о чем-то, дал мне минут десять спокойно поесть, а потом выдал:

– Я до сих пор не понимаю. Ты ведь могла бы легко выйти замуж за любого понравившегося тебе достаточно обеспеченного мужчину. До этой работы ты ведь вращалась в соответствующих кругах. И не верится, что не нашла бы того, кто давал бы достаточно необходимой свободы, денег и потакал бы любым прихотям.

Цербер похлопал меня по спине. Кусок шашлыка просто у меня в горле застрял. Фух, даже слезы выступили. Так, похлопал, можно руку и убрать, зачем продолжать ее заботливо держать на спине, словно мы друзья. Встряхнула плечами и чуть отодвинулась.

– Могла бы, конечно, но никто настолько не нравится, чтобы это делать.

Брови начальника удивленно взлетели вверх.

– Вообще никто?

– Ага. Тут, признаю, наверное, у меня психологическая проблема какая-то. Мне порой кто-то, может, и начинает нравиться, но если этому кому-то понравлюсь я, то все, мне становится неинтересно. Мне сразу скучно, интрига потеряна. Пока еще ни разу мне не встретился человек, который оказался бы мне симпатичен, но на меня не соблазнился. Может, не сразу, но ведутся все. Я и пробовала через силу продолжать общение после потери интереса. Хватало меня ненадолго. Ну и плюс ко всему, я слишком цинично отношусь к противоположному полу, чтобы возникали какие-то романтические чувства. Да, может, когда-нибудь и пересилю себя, выйду за кого-нибудь подходящего замуж.

Разговоры о замужестве породили в моей голове неожиданную идею. А что, если взять Цербера, приехать завтра утром в ЗАГС и сказать, мол, все, женимся, у меня жизнь непредсказуемая, могу в любой момент замуж выйти. Тут как с прыжком с парашютом: либо шеф отказывается и проигрывает спор, либо соглашается.

Идеально! Хм. А вдруг согласится, лишь бы мне карточку не отдавать? Прыгнул же, хотя я была точно уверена, что струсит. Это мне потом разводись, морокой этой бумажной занимайся, еще и некрасивые записи в паспорте появятся. Да и кто нас так быстро распишет? Это только если в другую страну лететь, в город развлечений и азарта, где такое практикуют. Теоретически можно все устроить, но практически я на это не пойду. Все же есть шанс, что Цербер и на такое согласится, хотя у него все же невеста, которая такие фортеля не потерпит.

– Ты так сосредоточенно молчишь, – заметил босс. – Словно что-то коварное замышляешь.

Ух, хорошо, что шеф мысли читать не умеет.

Глава 15

Глава 15

Долго еще сидели, болтали, наслаждаясь едой и видом. Меня немного сморило. Хоть и досыпала утром в машине, но то ли обед был очень сытным, то ли потребовалась перезагрузка, но сморило. Прямо на пледе и задремала, пригревшись на солнышке, словно довольная сытая кошка.

Когда сон стал улетучиваться, осознала, что сморило не только меня, но и рано вставшего и в дороге не спавшего Цербера. Голову начальнику на грудь положила, ногу закинула. Удобненько, конечно, но такое себе позволять, вообще-то, не стоит.

Хых, шеф даже во сне выглядит сосредоточенным и строгим. Отползаю от начальника, сладко тянусь, зеваю. Вечереет уже. Эх, почти весь день насмарку, толком карточкой и не попользовалась. Надо наверстывать упущенное. Впереди вечер и ночь. Надо босса будить, и скорее в город, но сначала страшная месть. Я ведь обещала страшно отомстить, а Царевы свое слово держат.

Подтянула к себе свой рюкзачок, достала косметичку, и понеслась. Пририсовала боссу красные усы помадой, сделала густые черные брови. Красавец! Пакость уровня детсада. На большее не решусь, еще прибьет и в этом же лесу сразу прикопает. Сфотографировала работу. Гы-гыг, все, теперь шеф окончательно уверится в моем низком интеллекте.

Цербер проснулся под мой заливистый злорадный хохот. От осознания того, какая же я идиотина, становится только смешнее. Начальник вопросительно поднимает свои шикарные черные брови, и мой смех переходит в истерический. В этот момент я простила Церберу все. Как же ему со мной нелегко приходится. Ушла на новый виток истерики. Нет, лучше не усугублять. Достаю из косметички специальные очищающие салфетки.

– У тебя тут что-то испачкалось, сейчас сотру, – говорю я, пытаясь сдержать очередной порыв хохота. Может, сейчас успею все стереть, и босс ничего не узнает.

Подсела к Церберу вплотную и быстро усиленно тру у него под носом, изредка прорываясь на ха-ха. Усишки стерла. С бровями будет сложнее. В какой момент начальник утащил у меня из косметички зеркало, пропустила, но заметила, как он открывает зеркальце.

– Эй, отдайте, это мое, я не разрешала брать!

Бросив салфетки, пытаюсь отнять зеркальце, но силы оказываются не равны. Цербер его все-таки открывает и молча осматривает свои шикарные брови. Я затихла. Жду, как отреагирует начальник. Он помрачнел, так же ни слова не говоря, взял мою раскрытую косметичку, размахнулся ею в сторону обрыва и…

Я поняла все сразу. Он хочет отомстить и выбросить мою косметику. Она разлетится по высокой траве и кустам. Даже если спущусь искать, мало что найду, а такую дорогую зарубежную косметику я в ближайший год не куплю. Чем мне тогда краситься?

– Не-ет!!! – вскричала я так, словно Цербер меня в обрыв собрался скинуть, и набросилась на него. Навалилась сверху, оседлала, держу мужскую руку и пытаюсь вырвать из мертвой хватки свою ценность. – Не смей! Я тебе этого никогда не прощу!

Наверху я была не долго. Цербер легко сумел перевернуться, и вот я уже лежу на траве, прижатая к земле тяжелым телом начальника. Еще пара секунд борьбы, и мои руки крепко зафиксированы над головой, а косметичка все еще в руке Даниила, на нее он задумчиво смотрит, словно решая, бросать или нет. Есть шанс!

– Ну не надо бросать, – жалостливым тоном прошу я, широко и профессионально распахивая глаза. – Пожа-алуйста.

– Придется извиниться.

– Прошу прощения.

– Не так. Согласно деловой этике. Повтори: приношу глубочайшие извинения, мой дорогой и многоуважаемый начальник. У меня до сих пор детство в одном месте не отыграло. Но впредь я буду очень послушной, серьезной, старательной, исполнительной и ответственной помощницей.

– Да я в жизни такое не скажу!

Цербер молча достал из сумки черный карандаш и запустил его в пропасть.

– А-а! Ты знаешь, сколько он стоит?! Ты му…

Забыв, что хотела сказать, наблюдаю за тем, как босс достает из косметички помаду. А Цербер знает толк в пытках.

– Ладно, я все скажу, – цежу я злобно сквозь зубы. Скажу, но это не значит, что исполню.

– Я весь внимание.

Упрямо молчу. Вообще не люблю, когда меня шантажируют. Подумала, подумала и… вспомнила, что на этих выходных, вообще-то, золотая карточка у меня. Ну и здорово.

– Хотя нет. Царевы на шантаж не ведутся. Выбрасывай, – произношу с вызовом.

Цербер прищурился подозрительно. Думала, сейчас выбросит косметичку, но не стал, отдал мне, отпустил и молча стал собираться. В мою сторону не смотрит, выражение лица каменное. Ну вот, теперь я чувствую себя виноватой. Подошла к начальнику, помогаю убираться.

– Ну извини, пожалуйста. Это я от затаенной обиды. Что работать заставляют.

– У тебя есть выбор. Ты можешь не работать. Ну или работать там, где нравится и все устраивает.

– Я тогда потеряю финансирование.

– Ты так и так его можешь потерять.

– Ну, если год проработаю, то нет. Слово свое отец держит.

– У меня тоже есть свои договоренности с твоим отцом, которые я соблюдаю. По ним я не могу просто взять и позволить тебе ничего не делать и не приходить.

– Ты случайно не его тайный внебрачный сын? Я ничему не удивлюсь. Я ведь тоже тайная. Да и возраст у тебя, кажется примерно такой же, как у моих старших братьев. Давай я тебе брови сотру? Или тебе понравился твой новый стиль?

Судя по тому, как удивился Цербер моему вопросу про родственные связи, и даже, кажется, возмутился, он не внебрачный сын, ну или сам об этом не знает. Достаю снова салфетки, пытаюсь дотянуться до лица шефа, но он отстраняется и забирает у меня пачку.

– Нет, мы не родственники, и это совершенно точно, – сухо отвечает начальник и уходит к машине.

Несколько секунд смотрела в спину босса, а потом помчалась в сторону леса. Природа позвала. Когда вернулась и села в машину, лицо начальника уже было идеальное чистое. Цербер завел машину, и мы отправились в обратный путь. Когда выехали на трассу, доверительно положила ладонь на руку шефа.

– Знаешь, даже жаль, что ты не мой брат. В чем-то ты прикольный. Прыгнуть с парашюта на спор – это был вообще улет.

Рука босса под моей ладонью напряглась.

– К счастью, я не твой брат.

Руку убираю. Злой все еще. Не хочет с Царевыми родственные связи иметь. Не уважает, а может и просто терпеть не может. Ну и ладно, ну и подумаешь.

До города долетели быстро. Цербер спросил, куда дальше, и я повелела ехать в ближайший из лучших торговых центров, но не для показа хорошей жизни туда хочу, а чтобы закупиться напоследок, а то папа карточку неожиданно забрал, еще и много чего из вещей. Черный год наступил, и такой шанс с карточкой нельзя упускать.

Первым делом напала на бутик с косметикой. Не глядя, не прицениваясь и не пробуя, смела с прилавков знакомые бренды. Все, что люблю, взяла. Если сама не воспользуюсь, потом продам. Три корзины набрала.

– Ты уверена, что тебе все это нужно? – мрачным тоном интересуется шеф на кассе.

– Конечно! Плати давай.

Красивые девочки-кассиры на кассе бросили на моего шефа сочувствующие взгляды. Наверное, думают, что это мой парень-кошелек, которого я использую. Но в реальности все иначе, и рядом стоит мой личный злой Цербер.

– Это тебе, – выйдя из магазина, говорю я, вручая начальнику дорогущий одеколон. Когда у меня есть папины деньги, я жутко щедрая.

– Что это? Зачем? – еще более мрачно и подозрительно уточняет босс, не притронувшись к коробке.

– Не видишь, что ли? Одеколон. Один из моих любимых мужских ароматов. Нам еще столько вместе работать, хоть будешь пахнуть, как мне нравится.

Не берет. Ладно, я ему в бардачок положу. Все равно сейчас на стоянку идем, чтобы мои первые покупки убрать.

После я бабочкой порхала по бутикам с одеждой, аксессуарами и прочими радостями жизни. Цербер с мученическим взглядом и каменным выражением лица стоически таскался за мной всюду, честно выдерживая условия пари. Мне кажется, ему с парашютом было легче прыгнуть, чем вот это вот все, хотя я сейчас шопинг по ускоренной облегченной программе устроила, ничего не примеряла, не пробовала и не консультировалась. Особо босс напрягся в магазине белья, но даже тут я быстро закупилась самыми красивыми моделями из тех, что мельком увидела на манекенах.

Хотела завернуть в ювелирный, но тут босс отказал, намекнув, что, если скуплю все драгоценности, мой папа такие траты точно заметит и ювелирку у меня заберут в рамках выполнения условий трудного самостоятельного рабочего года.

В магазине электроники Цербер тоже намекнул, что совсем крупные траты будут непозволительны. Ну а я все равно купила там себе хороший дорогой чайник вместо того непонятного дышащего на ладан кошмара, что сейчас стоит у меня дома, еще кое-что по мелочи и… собственно, то, ради чего вообще в магазин заходила.

– Вот. Это тебе. Я заранее в сети хорошую модель с достойными характеристиками и шикарным внешним видом поискала.

– Часы? – спрашивает шеф обреченно.

– Очень умные часы. Попробуй ими попользоваться хотя бы на выходных. Там столько полезных функций.

– Зачем ты делаешь мне подарки?

– Потому что могу и настроение есть. Часы тоже не возьмешь? Я, кстати, с шоппингом закончила. Сейчас поужинаем вон в том итальянском ресторане и поедем…

– Уже довольно поздно. В клуб?

– Опять не угадал. И что значит поздно? Самое интересное время начинается. Хотя ты в это время, наверное, ложишься спать, да? Каждый день пораньше. Чтобы на любимую работу всегда бодрячком приходить, да?

– Да, мне нравится высыпаться, свою работу я люблю, мне интересно работать, достигать поставленных целей и решать трудные задачи, – невозмутимо произнес шеф.

– Ты это, видимо, и в резюме пишешь, – со смешком замечаю я. – Ужинаем быстро, потом едем. Я тоже порой высыпаться люблю, так что еще один пункт программы выполним и по домам.

По моей указке Цербер привез нас в одно хорошее место в центре. Парк со смотровой площадкой.

– Шикарный вид на ночной город, да? – говорю я, оперевшись на широкий каменный парапет. Любуюсь городом и плавно поднимающимися ввысь бумажными фонариками, запускаемыми в основном туристами и детьми.

– Красиво, но я не понимаю, почему не тот же клуб? – спрашивает стоящий поблизости Цербер.

Мне на плечи вдруг опускается джинсовая куртка. Я видела, как шеф достает ее из багажника и надевает. Тут довольно свежо, да и ветер. Я ничего из машины не брала, хотя пару пиджаков прикупила. Мне показалось поначалу, что не так уж и холодно. Неожиданная забота со стороны шефа.

– Спасибо. В клуб я могу хоть каждый день ходить. Пропускают бесплатно, напитки мне покупают. Да и клубы мне уже давно надоели.

– Обычная прогулка в парке тоже не требует затрат.

– Тут другое. Пойдем по бульвару.

Беру начальника под руку и начинаю светский променад. С одной стороны прогулочной дороги город и красивый вид, с другой проезжая дорога. Мимо проходит множество людей. Я то и дело с кем-то здороваюсь. Сначала с большой компанией байкеров. Обрадовались мне как родной, поболтали, предлагали покатать, но нет, не сегодня. Потом то и дело попадались знакомые лица. Снова остановилась поболтать со знакомой парой, представила им своего шефа, мои приятели как-то сразу начали шутить на тему того, что у меня, наконец-то, парень появился. Неправильно они что-то поняли, у меня каждый день новый парень, но мне все равно, что они там обо мне думают. Пока болтали, я все больше отвлекалась на туристку в толпе, переходящую от одного человека к другому. Женщина среднего возраста, китаянка, растерянная.

Попрощалась со знакомыми и подошла к женщине. Так и есть, потеряшка. Отбилась от группы, языка не знает никакого, кроме родного, да и то у нее очень специфическое наречие. Мне женщина обрадовалась, как родной. Вместе определили, куда ей надо, а потом еще с вновь задумчивым и молчаливым Цербером проводили ее до места сбора группы.

– Ну вот, задержались, – говорю с досадой и тяну босса за руку в нужном мне направлении. – Идем, там скоро уличное фаер-шоу должно начаться. Обожаю танцы с огнем.

– Почему ты не говорила, что знаешь китайский? Когда к нам приезжали китайские партнеры, ты вообще никак не показала на совещании, что знаешь язык, – на удивление, с нотками возмущения в голосе спросил Цербер.

– А зачем? – искренне удивилась я в ответ.

Даниил помолчал, несколько секунд буравя меня изучающим взглядом.

– Твой отец говорил, что ты с трудом окончила школу, а в университете тебя надолго не удержали даже вливаемые им в бюджет учебного заведения суммы. И тут вдруг оказывается, что ты хорошо знаешь китайский язык как минимум на разговорном уровне.

Весело фыркнула.

– А ничего, что я с двух до десяти лет жила в Китае? Мама туда переехала вслед за возлюбленным. У них были довольно долгие свободные отношения.

– Вот как. А потом где вы жили?

– Затем, кажется, как раз был год в Индии, потом в разъездах, в итоге вернулись сюда, но все равно часто куда-то выезжали. В том числе снова возвращались периодически в Китай. Я еще в Англии какое-то время одна жила – это когда меня папа засунул в тот университет, в который вложил уйму денег. Забыла, как он называется. Ке-е. Хм.

Надо не забывать дурочку почаще включать.

– Кембридж?

– Возможно. Тусовки там шикарные были.

– Я правильно понимаю, что с грамотностью у тебя проблемы, потому что родной язык тобой практически не изучался? – задал неожиданный вопрос Цербер.

– Ну… вообще, да. В китайской школе этого, конечно, не было в программе. Но на слух я хорошо все воспринимаю. Мама китайский так и не выучила, так что с ней мы на своем языке, да и с охраной только так.

– А еще какие-то языки знаешь?

– Ну-у… – размышляю, стоит ли так много о себе рассказывать дотошному начальнику, впрочем, вряд ли это как-то скажется на количестве работы. Можно просто преуменьшить. – Английский знаю. Бегло французский, испанский, итальянский, хинди, совсем немного немецкий.

Начальник даже остановился.

– Твой отец об этом не упоминал.

– Ну про английский он знает. Иначе бы не запихнул меня в тот университет.

– А где ты успела выучить английский?

– Эм. В школе.

– С твоей жизненной философией, что работать и напрягаться тебе нельзя?

Вот пристал.

– Такая философия со мной была не всегда. Да и языки мне легко даются, во всяком случае, разговорная часть. Я не напрягаюсь.

– Когда и из-за чего твои взгляды на жизнь стали такими, как сейчас?

– О, мы пришли! – с облегчением и радостью вскрикнула я, вклиниваясь в толпу зрителей фаер-шоу.

Глава 16

Глава 16

Протиснулась в первые ряды, с интересом наблюдаю за выступлением. Ой, что творят. Огонь так завораживает, наблюдаю, затаив дыхание. Через какое-то время рядом оказывается и Цербер. Не знаю, нравится ли шефу, но смотрит шоу внимательно.

Спустя минут десять закончивший выступление брутальный бородатый мужчина в черном кожаном костюме направился прямиком ко мне.

– Царева! Привет, Огонек! Сто лет тебя уже не видел. Ты вернулась, значит? Надолго?

Оказалась в медвежьих объятиях Ромы. Еще один мой хороший знакомый. Познакомились тут же, довольно давно. Я к нему в группу сразу напросилась. Тогда я вообще была в диком восторге и хотела так же, словно маг, управлять огнем. Отказать мне всегда была трудно, а тогда я включила все свое обаяние.

– Да, больше месяца тут и, похоже, почти на год останусь.

– Здорово! Почему не приходила? Хочешь сейчас выступить?

– Нет, что ты, я сегодня не готова.

– Ну смотри. Могли бы устроить. Ты тут одна? С нами пойдешь посидеть после выступления?

– Не получится. Кстати, Ром, познакомься, – поворачиваюсь к шефу и представляю. – Это Даниил, он со мной, – и на всякий случай, чтобы Рома тоже не подумал, что это мой постоянный парень, добавляю. – Сегодня.

Мужчины жмут друг другу руки. Цербер главного Фаера не заинтересовал. Рома только скользнул по моему начальнику взглядом, с улыбкой кивнул и тут же забыл, вновь вернув внимание мне.

– Огонек, чтобы завтра пришла на тренировку, поняла?

– Завтра не получится никак.

– Ну послезавтра.

– Не, я теперь работаю. На следующих выходных, может.

– Давай, ждем.

Еще чуть поболтала с Ромой и со знакомыми из его группы. Настроение сразу поднялось. Помнят, значит, даже скучают.

– Ну все, пойдем дальше. Еще чуть погуляем и домой, – говорю я боссу и вновь тяну его за руку.

Кстати, выражение лица у начальника стало еще более задумчивым, но ничего больше не спрашивает. Мне кажется, шеф еще долго будет отходить от этих выходных.

– Ага! Попалась! Наконец-то нашлась.

Меня вдруг грубо схватили за руку и прижали к крепкой мужской груди. Как увидела, кто такой наглый, рука сама дернулась, на рефлексах. С локтя залепила. Получилось, что попала по груди.

– Ай! Совсем бешеная стала!

Еще один мой давний знакомый – Алекс – тут же разжал руки и отступил на шаг. Потирает грудь и глядит недовольно, даже обиженно. Нечего было руки распускать, я бы тогда тоже не стала.

– Ты что здесь делаешь? – спрашиваю мрачно.

– О-о, смотрю, совсем мне не рада, а я, между прочим, специально сюда прилетел. Искал тебя.

Вполне себе молодой мужчина небрежно махнул головой, стряхивая с глаз пышную челку, и поправил пиджак. Две девушки, стоящие рядом с ним, смотрят растерянно и в то же время ревниво. У Алекса всегда полно было воздыхательниц, которых он держал в свите и, как вижу, продолжает это делать. Он красавчик и знает об этом. А еще тот еще мажор, я отдыхаю на его фоне.

– Зачем?

– Соскучился, вообще-то. Ты пропала, причем надолго. Ни на одной светской тусовке не появилась. Я даже волноваться стал. Подружки твои ничего не знают. Узнал, что ты сюда вернулась.

– Я с тобой общаться не намерена. Вали туда, откуда приехал.

– Ну так ты скажи сначала, что произошло. Почему ты пропала? Тебя отец замуж, что ли, выдал? Договорной брак? Я же правда волновался, что тебя заперли в каком-нибудь особняке и заставляют рожать наследников бизнес-империй. Но, раз гуляешь, значит все нормально.

Покрутила пальцем у виска. Алекс, похоже, совсем поехал на почве обильных возлияний.

– А это кто с тобой? Охранник? Почему такой молодой? Тебе же отец только возрастных приставлял, – вдруг спросил Алекс, глядя на Цербера. – И почему он позволяет себе так неприятно на меня смотреть?

Обернулась к шефу. Вроде обычно смотрит. Эдак невозмутимо.

– Он так всегда смотрит. И это не охранник, это хуже.

– Муж, все-таки? Выдали тебя замуж?

– Сплюнь!

Алекс смачно сплюнул на землю и вдруг пошло улыбнулся.

– Слушай, а где твоя ласточка? Раз все нормально, может, погоняем, как в старые добрые времена? Давай. Один заезд. На кону одна ночь. Ты проигрываешь и проводишь ее со мной.

– А если ты проиграешь?

– Такого быть не может. Но если все-таки да – с меня одно желание в пределах возможного. Ну что?

– Не выйдет. Моя машина… конфискована. А так бы, конечно, я с удовольствием в очередной раз оставила бы тебя глотать пыль от колес моей красавицы, – я весело хмыкнула, развернулась, подхватила под руку Цербера и хотела уже уходить, но…

– А ну стой! Я, вообще-то, не разрешал уходить, – зло произносит Алекс, хватая меня за руку, но долго меня не удержал.

Шеф без какого-либо предупреждения заехал кулаком по носу Алекса. Подружки Алекса сразу завизжали, когда тот упал от удара на газон, и кинулись оказывать ему помощь.

– Бежим! – командую я боссу и, не дожидаясь его реакции, ныряю в толпу прохожих. Вот только оказаться в участке мне сегодня не хватало.

Мчусь во весь опор в направлении того места, где шеф оставил машину. Когда оказываюсь возле неё, сигнализация с готовностью пикает, и я, открыв дверь, вваливаюсь в салон. Через пару мгновений за руль как ни в чем не бывало садится Цербер. Даже как будто и не запыхался. Кто же знал, что с виду очень приличный правильный начальник окажется таким драчуном.

Босс заблокировал двери.

– Ну вот, а я хотела уличные гонки посмотреть. Теперь домой придется ехать, – кисло произнесла я. – Вот зачем ты его бил? Проблем, что ли, в жизни мало? Ладно, давай по домам.

Машина не двинулась с места.

– Кто он? – требовательно спросил у меня начальник. Смотрит еще так… действительно неприятно, колюче.

– В каком смысле кто? Человек. Мужского пола. Мажор. Что конкретно тебя интересует?

– Давно знакомы? У меня создалось впечатление, что у него к тебе очень личное отношение.

– Ой, да было дело. Ошибка моей молодости. Встречались с ним. Он наглый, самовлюбленный, красавчик, много о себе думает, вообще без тормозов, любит сорить деньгами. В общем, мы очень похожи, на том и сошлись сразу. По этой же причине быстро и разошлись. Самые мои долгие и серьезные отношения. И то продержались только потому, что он на меня до последнего не велся, потому что больше всего любил себя, мои механизмы потери интереса не срабатывали, при этом его тоже шокировало, что есть кто-то женского пола, кто не стелется у его ног.

– Выходит, потом он все-таки «повелся»?

– Ага. Перемкнуло. Еще и ревнивым оказался. Стал что-то предъявлять постоянно. Такие сцены закатывал, что я за ним послушно в свите не хожу. Но как я могу быть в его свите, если у меня своя есть, побольше его? В общем, разошлись. Но каждый раз, как встретимся, тут же разборки какие-нибудь устраивает. Но что он сюда приехал меня искать, это вообще за гранью. Видимо, голову где-то повредил, сталкер недоделанный. Ну что, поехали уже?

Машина плавно выруливает на дорогу. Подъезжаем к светофору, неожиданная пробка только из дорогих красивых машин, а на тротуаре множество зевак. Сюда приезжают, чтобы показать себя и авто.

Рядом с нами встает джип. Дядечка за рулем сразу с вызовом глянул на Цербера. Хмыкнула.

– Слушай, а можно я за руль сяду? – спрашиваю у шефа.

– Зачем?

– Ну вон видишь черный джип справа? Он хочет выяснить, чья машина мощнее. Тут все так делают, если класс машин похож. Подъезжают к светофору, встают в первый ряд и, когда зажигается зеленый, стартуют резко. Это не гонки, это так, разминка. У кого машина резвее. Хоть какое-то развлечение. Можно я за руль?

– Нет.

– Ну пожа-алуйста. А то что он на нас неуважительно смотрит?

– Нет.

– Сегодня же мои выходные.

– А это моя машина.

Вот вредный. Подъезжаем к светофору с тем джипом. Как раз первые. Этот справа с вызовом рычит, поддавая газку, дразнит. А шеф вообще как будто и не видит наглеца. Зажигается зеленый, и вдруг Цербер как даст газу. Того дядьку за доли секунды оставили далеко позади. Он гонится за нами, сигналит, а я хохочу. Все-таки шеф любит принимать вызовы.

– Зачем он едет за нами? – интересуется начальник.

– Реванш взять хочет. Поедем снова к тому светофору? Дадим шанс?

– Нет.

Нажала на кнопку аварийки, мол, извини, мы все, больше не играем. Тот на джипе сразу отстал.

Когда подъехали к моему дому, я все еще нахожусь в приподнятом настроении. День вышел интересным, сама не ожидала, что настолько. И в чем-то даже полезным. Взглянула на Цербера немного иначе. Раньше казался просто гадом и занудой, на дух его не переносила, а сейчас… ну, в принципе, можно и дружить. Не прям лучшие друзья, конечно, но в какой-нибудь поход в горы шефа можно брать. С ним надежно, и в то же время есть в нем какая-то своя нескучная чудинка.

– Ну пока, – говорю я и, не дожидаясь, когда мне откроют дверь, сама выскакиваю из машины. Задерживаюсь на секунду. – Завтра часов в девять приезжай. Все-таки спать тоже надо.

– Минуту.

Начальник выходит из машины, закрывает ее идет к моему подъезду.

– Ты куда? – недоумеваю я, догоняя шефа.

– Уже поздно, я провожу до квартиры.

– Ой, да не надо.

Мой отказ Цербер проигнорировал. Еще и сам набрал код на домофоне.

– А код откуда знаешь? Папа мой, что ли, сообщил?

– Я пока утром тебя ждал, успел узнать.

Никаких опасностей по пути в квартиру нам не встретилось. Не благодаря, быстро захлопнула дверь перед носом начальника. Все-таки Цербера для меня сегодня было слишком много.

Что бы на завтра придумать?

Глава 17

Глава 17

Чтобы не было повторения вчерашней экстренной побудки, несколько раз проверила будильник, так что утром встала четко по нему. Сонная плетусь в ванную, и вдруг звонок в дверь. Смотрю в глазок, а там на коридоре он – мой страшный кошмар. Приоткрываю дверь, но Цербера не пускаю.

– Чего пришел? Еще только половина девятого.

– Ты не говорила приезжать ровно в девять.

– Жди в машине тогда. Я еще не готова.

– Ты вчера забыла все свои покупки у меня в машине. Если ты хочешь их забрать, то лучше сейчас, вещей много, и вдруг у тебя по времени что-то намечено на сегодня по записи, опоздаем.

– Ой, блин горелый, точно!

Открываю дверь нараспашку и бегу в своем на этот раз черном красивом неглиже в спальню.

– Я быстро! Чай пока попей. Только, я тебя умоляю, ничего не убирай.

Опять собралась на огромной скорости, захожу на кухню и с подозрением оглядываюсь. Определенно стало чище, но Цербер с невозмутимым видом чинно сидит за столом и пьет им же заваренный чай. Кстати, чашка у него новая, как и заварочный чайник.

– О, ты уже что-то прихватил с собой?

– Да, пару пакетов, но там еще много всего.

– Сейчас схожу, только чай попью.

Достаю из холодильника творожную запеканку, разогреваю и сажусь рядом с шефом, неспешно пью чай. Не пойму, что, но что-то меня смущает. Чай, что ли, так пахнет? А-а! Нет. Это босс пахнет тем самым ароматом, что я ему вчера подарила. Наклоняюсь к шее босса и принюхиваюсь. Да, точно! Не знаю, почему, но обрадовалась.

– Лиза, что ты делаешь? – интересуется шеф невозмутимо, при этом продолжает пить чай.

– Нюхаю. Вкусно так пахнешь.

Еще раз глубоко вздохнула и нехотя отстранилась. Может, зря я ему одеколон этот подарила? Не должен так потрясающе пахнуть неприятель. Невольно бросила взгляд на руки шефа и не смогла сдержать улыбку. Часы тоже те, что я вчера выбрала. Сижу, пью чай, улыбаюсь чего-то, словно у меня крыша потекла.

Потом уже окончательно собралась, пошла вещи забирать, и шеф за мной, помог все перенести. Отличная у него машина, много помещается в багажник. Пока ходили с вещами, на лавочку у подъезда стали шустро подтягиваться бабушки. Видимо, голубиная почта сообщила, что происходит что-то для них интересное. Закончили с переносом покупок, выходим уже просто чтобы сесть в машину и уехать.

– Лизонька, здравствуй, дорогая, а кто это с тобой? – настигает меня мягкий голосок бабушки Томы. Да, подъездный фэйс-контроль не дремлет. Бабушки внимательно оглядывают меня и шефа сканирующими опознавательными взглядами.

– Так это ж Цербер мой, – отвечаю с усмешкой.

Бабушки сразу заохали изумленно. Конечно, ведь мой начальник-изверг, заставляющий работать, уже какую неделю герой наших подъездных разговоров. Это как популярная звезда светской хроники к ним бы сейчас пришла в гости.

– Ну надо же. Красивый какой мальчик. Я другим представляла. Ты ведь говорила, что он… А что же твой начальник тут делает?

Голубки затихли, готовы ловить каждое мое слово. Искоса бросаю взгляд на Цербера. Кремень невозмутимый. Но глаза выдают, смеются.

– По работе заехал.

– В воскресенье?

– Ага, уже и в выходные заставляет работать, представляете?

Бабушки с сочувствием заохали, с осуждением глядя на моего начальника. Надо шефа уводить, а то еще семечками закидают.

Сажусь в машину и весело сообщаю боссу:

– Сегодня только отдыхаем и оздоравливаемся. Поедем в один классный загородный отель и там…

– Почему ты обманула своих соседок? Они и так обо мне не лучшего мнения, – шокировал вдруг меня вопросом Цербер.

– А тебе какая разница, что они там думают? Это же не коллеги по работе. Ты этих бабушек, может, в последний раз в жизни видел.

– Мне неприятно, когда про меня плохо говорят.

Выезжаем на дорогу. Я, вообще-то, не сказала, куда ехать надо. Куда шеф так целеустремленно рулит? Выражение лица каменное. Реально, что ли, обиделся?

– Слушай, о тебе может кто угодно говорить плохо, даже несмотря на то, что у тебя имидж весь такой правильный. Хотя бы потому, что завидуют.

– Я об этом буду не в курсе.

– Ну ладно, хочешь вернемся к бабушкам, и я скажу, какой ты потрясающий шеф?

– Потом им скажешь.

– Ага. Слушай, а ты куда вообще едешь так уверенно?

Начальник резко затормозил. Сзади нам возмущенно засигналили. Хорошо, аварии не случилось.

– Куда надо?

– Пока прямо. Так куда ехал-то?

– Домой.

– А где ты живешь?

– Недалеко от работы.

– Ну, в этом я и не сомневаюсь. Снимаете или своя квартира у вас?

– В каком смысле?

– В прямом. В складчину с невестой квартиру оплачиваете или ты за все платишь?

– Я живу один.

– Ого. А почему?

– Так удобнее, – кратко пояснил начальник, но мне этого недостаточно.

– Чем?

– У нас разные графики, много личных занятий и дел, сложившиеся привычки.

– И что? Гостевой брак, что ли, планируете? Друг к другу в гости наезжать периодически?

– Нет, но в принципе ничего плохого в таком варианте не вижу, – шокировал меня шеф. – Твоя мама, кажется, предпочитала похожие варианты отношений. Тебе разве подобное не близко?

– Отличный вариант. Мне нравится. А уж маме моей и подавно. Но ей это нужно было, чтобы иметь свободные отношения с несколькими партнерами. То к одному в гости заедет, то к другому. А вам зачем это? Хотя не говори, я знаю. Чтобы всегда выглядеть идеально. Ты не видишь ее утром ненакрашенной и помятой, у вас есть время друг на друга в короткие визиты между плотным деловым графиком, успеваете, видимо, соскучиться. Быта тоже никакого совместного нет.

Всерьез задумалась. И правда, как удобно. Вроде бы и есть кто-то в нужные моменты, а так в принципе и нет. Но все равно почему-то неожиданно, что у Цербера все так продуманно и где-то даже цинично.

Зевнула и откинула спинку сиденья.

– Лиза, ты опять спать?

– А что надо? С тобой болтать?

Назвала шефу координаты и отвернулась. Девушкам нужно достаточно спать, чтобы сохранять красоту.

Босс разбудил меня, уже когда мы приехали. Причем прямо нагло. За руку взял, сжал крепко, тормошит.

– Лиза! Тебя добудиться невозможно.

– Ну и не будил бы, – сладко зевнула, с трудом высвободила свою руку из хватки босса и сладко потянулась. – Тебе же выгоднее, чтобы я дольше спала – быстрее и легче этот день пройдет. А то вдруг опять с парашютом прыгать придется.

Выскакиваю из машины и иду ко входу в отель. Нет, я обманула. Сегодня только отдых и удовольствия. В отеле меня сразу встретили как родную. Забрала у шефа свою карточку и оплатила два номера до завтра и весь комплекс услуг.

– Мы сразу в спа-комплекс пойдем, – радостно предупредила я шефа. – Сначала массаж, потом процедуры, бассейн, сауна, обед, а дальше посмотрим. Может быть, сон, а может, и чем интереснее займемся. На квадроциклах погоняем или катер снимем.

В спа я совсем расщедрилась и заказала боссу сразу двух массажисток. Пусть кайфует. Себя тоже не обделила. Сначала появились улыбающиеся девушки с крепкими натренированными руками.

– Ну, что, шеф, тебе двойная порция счастья, сразу две красавицы тебя будут массировать, – радостно сообщаю я. Массаж, правда, боссу выбрала не расслабляющий, а очень полезный, так что его ждет пытка.

И тут выходит мой массажист.

– О, Лиза, привет, – белозубо улыбается массажный бог. Высокий накачанный кареглазый брюнет.

– Привет, Марат, – кокетливо улыбаюсь и радостно лечу навстречу своему удовольствию. Неожиданно меня ловят за руку, останавливая.

– Куда ты? – строго спрашивает начальник.

– В массажный кабинет. Отдельный. А что?

– У нас уговор, либо вместе, либо никак.

– Ну так мы и будем делать массаж одновременно. Только в разных комнатах.

– Нет, так не пойдет.

Едва сдерживаюсь, чтобы не покрутить пальцем у виска.

– У нас есть смежный кабинет для друзей. С бумажной перегородкой, чтобы можно было быть рядом, общаться, но не видеть друг друга, – неожиданно предложит Марат, как-то так понимающе глядя на Цербера.

– Такой вариант подойдет, – с готовностью кивнул мой шеф. Ну-ну. Он еще пожалеет.

Спустя уже минут пятнадцать лежу на кушетке и не сдерживаю стоны удовольствия.

– О, Марат! О, да! Ниже! Еще чуть ниже.

Мне и больно под руками массажиста, и невыразимо хорошо. Что там делает Цербер, я не знаю, мне ничего не видно, да и не слышно, но вот ему мои стоны наверняка слышны. Сам захотел присутствовать.

Когда сеанс закончился, быстро, чтобы шеф еще чего не придумал, ушла вслед за администратором на следующую процедуру. Меня отвели в комнату с большой мраморной черной ванной. Молочная ванная с полезными маслами, душистыми живыми цветами. Атмосфера тоже отличная. По краям ванны горят аромасвечи, играет тихая музыка.

Быстро расслабляюсь и почти засыпаю в теплой воде, когда вдруг раздается плеск. Открываю глаза и вижу напротив себя шефа. Злющего какого-то. Взгляд колючий, желваки на лице играют.

– Эй, ты что тут делаешь? Быстро вылезай и иди в свою очень полезную перцовую ванну в другой комнате, – плеснула в босса водой. – Это уже слишком. В туалет, может, вместе еще пойдем? Вчера не ходили.

– Условие на совместное времяпрепровождение. Я могу уйти, но тогда я уезжаю совсем, и карточку ты больше не увидишь.

– Злой какой. А как же морально-этическая сторона? Я тут голая, вообще-то.

– Этого не видно.

Помолчали.

– А ты в плавках? – с подозрением уточняю я.

– Ты предупреждала, что они сегодня понадобятся?

Не-а. Офигеть. Это мы сейчас с начальником в одной ванной голые сидим? Жизнь, порой, удивительно поворачивается.

– Извращенец, – говорю я возмущенно и кладу голову на бортик, закрывая глаза. Пытаюсь вновь расслабиться, но теперь не получается. Мне покоя не дает тот факт, что Цербер рядом голый сидит.

Глава 18

Глава 18

Я молчу возмущенно, шеф невозмутимо. Нет, ну что ему надо в моей девичьей нежной ванне? Шел бы в свою брутально-перцовую.

Первым прервал молчание начальник. Завел обычный разговор, как ни в чем не бывало расспрашивал, где я отдыхала, что видела. Такой непринужденный разговор при свечах двух голых людей в одной ванне. Я тоже культурная, разговор поддерживаю, расспрашиваю, куда самому Церберу довелось наведаться, и что-то ответы скудные. У меня сложилось впечатление, что если шеф и путешествовал, то больше в свои ранние, юные годы, а вот потом путешествия на долгое время почти сошли на нет. Учеба, работа и снова работа.

– Вода остыла, надо выходить, – замечаю я.

– Да, пора, – отвечает невозмутимый начальник.

– Ну так выходи, – заявляю я и готовлюсь лицезреть голого Цербера. Есть там хоть, на что смотреть?

– Я не тороплюсь.

– Да брось, рано или поздно выйти придется, – агитирую я. Первой не хочется. Это словно проиграть, да и вообще, я не настолько без комплексов.

– На этих выходных мы проводим досуг вместе, верно? В таком случае, будет правильно и выйти вместе.

Вот гаденыш. Оглядываюсь в поисках полотенец – далеко висят.

– Чего ты добиваешься? – спрашиваю я грозно.

– Немного устал от твоей прекрасной жизни. Хотелось бы сегодня вернуться домой раньше, – этак лениво отвечает начальник. Что-то он меня опять сильно бесить начинает.

Разворачиваюсь к Церберу спиной и неспешно красиво поднимаюсь из ванной, словно богиня из пучин. Плевать, что Даниил смотрит. Для моей прекрасной жизни он всего лишь временная досадная помеха, про которую я скоро забуду.

Слышу плеск за спиной. Конечно же, не могу сдержать любопытство. Оборачиваюсь. Начальник тоже встает, повернувшись ко мне спиной. Эх, со спины он тоже классно смотрится. Еще и вода так красиво заманчиво по телу стекает, и лепестки, оставшиеся на коже, тоже красиво смотрятся. Словно подарочная обертка. Все же после массажа и ванной при свечах в мужской компании я настроилась на определенный лад. Мужчину на ночь найти, что ли? А то если уже на Цербера начала заглядываться, это показатель ну очень большого голода.

Оставшаяся часть дня прошла в дальнейшем без особых потрясений. Продолжили спа-процедуры, после совместной ванны меня уже вообще не смущало, что шеф все время рядом, потом обедали в ресторане отеля, гонялись по полю вдоль реки на квадроциклах, вечером записались на квест, коими славится этот отель. Записались неудачно. Квест на двоих, как оказалось, с романтической линией, со множеством тактильных заданий и на общение и узнавание друг друга. В тестовых вопросах на знание партнера оказалось, что Цербер почти без труда называет все мои привычки и предпочтения, а я почти ничего не угадала.

После квеста, немного взбудораженная и еще сильнее заведенная от близости шефа, решаю, что хватит. Мне что-то тоже надоели эти выходные. Ничего придумывать не стала. Пошла в бар. Утешать себя, что проиграла, и скоро действие золотой карточки закончится, и завтра на работу.

– Долго планируешь тут еще пробыть? – спрашивает Цербер, хмуро наблюдая, как я дегустирую один напиток за другим. – Завтра на работу.

– Ты можешь ехать, если надо. Хотел пораньше, вот и катись, отпускаю.

– Признаешь поражение?

– Ага. Так что давай, до завтра.

Взглядом брожу по залу, мужчины присутствуют. Есть симпатичные экземпляры. Один, вон, уже поймал мой взгляд. Ответил улыбкой. Да, ничего такой.

– У тебя ведь не будет карточки для дальнейшей оплаты в баре, как и денег на такси.

– То, что у нас на столике, уже оплачено. Да и у меня никогда не было проблем с оплатой в барах. Отель до завтра оплачен. Утром с кем-нибудь доеду до города. На работу, правда, скорее всего опоздаю.

– Зачем такие сложности? Я могу тебя отвезти домой.

– Да не хочу я домой.

Шире улыбаюсь примеченному мужчине, тот, поглядывая на меня, делает заказ бармену.

– Лиза, – привлек мое внимание начальник. А тон какой раздраженный.

– Ну что?

– Для чего тебе ночевать здесь, если это можно сделать дома и на работу приехать вовремя?

– Слушай, ну разве не ясно? Я свободная девушка в творческом поиске. Что мне дома делать? Я еще погулять хочу. Вон, тебе хорошо, у тебя невеста есть, позвал ее на ночь, или как там этот у вас происходит. А мне сначала надо выбрать.

О, официант принес бутылку, сказал, что вон от того мужчины за стойкой. Ага, как удобно, быстро клюнул, и напиток хороший, дорогой. Мужчина салютует мне своим бокалом. Улыбаюсь ему ровно до того момента, как заметила блеснувшее на пальце кольцо. Отвернулась, вернув внимание шефу.

– Фу, блин. Женатик. Не перевариваю занятых мужиков, смотрящих налево. Прям до тошноты. Папаню сразу напоминают. А ты еще здесь? Чего домой не едешь?

Босс наградил меня крайне неодобрительным взглядом. Видимо, осуждает мой вольный образ жизни, но теперь мне без разницы, ведь карточку все равно не получу.

– Лиза, мы уходим, – с нажимом произносит шеф. – С завтрашнего дня ты обязана стать хорошей личной помощницей. А значит никаких опозданий.

– Ой, ладно, не опоздаю я, успею.

– Хорошая личная помощница – это выспавшаяся помощница с ясной головой.

Хмыкнула.

– Судя по твоим требованиям, хорошая помощница – это помощница без личной жизни.

– Если потребуется, то да, – сухо ответил Цербер. Чем ближе рабочий день, тем вреднее становится начальник. – Все, Лиза, мы уходим.

– Так уж и быть, постараюсь выспаться, – вновь хмыкая, произношу я, даже не шелохнувшись. – Но обещать не могу. Я натура увлекающаяся.

Босс молча встает. Ура! Уходит, наконец… Эй! А чего это он за руку меня схватил? Совсем обнаглел? Еще и тянет за собой. Пытаюсь вырвать руку, торможу всеми частями тела.

– Ты нормальный?! Я сейчас папе позвоню! – м-да, так себе угроза. – И… охране своей.

– Охрана к тебе не приедет.

– Эй! Девушка с тобой не хочет идти, – вклинился неожиданно в наш спор тот самый женатик. Оперативно, молодец. Грубый самоуверенный голос. Видно, что уже разогретый и готовый к приключениям.

– Отпустил ее, иначе…

Что иначе, мой защитник не договорил, потому что начальник, отпустив, наконец, мою руку, просто взял и врезал ему по лицу с разворота. Я, не веря, своим глазам, наблюдаю, как падает на пол мой несостоявшийся ухажер.

– Ты опять?! Ты что, постоянно людей избиваешь?

Шеф не отвечает, смотрит пристально на сидящего на полу мужчину, потирающего челюсть. На нас с разных сторон тоже все смотрят, но пока никто не подходит, предпочитают наблюдать. Не дождавшись реакции от ударенного, Цербер хватает меня за руку и утаскивает-таки из бара. Я не сопротивляюсь. Оставаться в баре после такой сцены больше нет смысла.

В машине еду, отвернувшись от шефа и не разговаривая. Так вечер мне обломать. И не просто так его подчиненные боятся. Может, он их тайно поколачивает у себя в кабинете? А меня не трогает, потому что отца опасается. Гык. От таких мыслей стало смешно, но все равно обидно. Сам босс, кажется, тоже злится, но ему-то на что? Неадекват какой-нибудь.

Когда приехали, из машины выхожу, громко хлопнув дверью. Лечу домой. Слышу звук мотора за спиной. Не пошел провожать, как вчера. Дома, жутко злая и неудовлетворенная своей жизнью, ложусь спать, несколько раз проверив будильник. Встать надо будет очень рано, мне ведь еще покупки надо будет разобрать.

Так и быть, я ему покажу хорошую помощницу. Обещала ведь. Уговор есть уговор.

Утром встала пораньше. Прикупила на выходных в том числе и деловой одежды, так что есть в чем изображать хорошую личную помощницу. Бежевая юбка-карандаш, белая дизайнерская блузка, кремовые туфли-лодочки… возьму с собой. По улице ходить в них будет пыткой. Скромный офисный макияж, и отдельный пункт – прическа. Я обычно не заморачиваюсь, даже если собираю волосы, то они у меня все равно остаются заметно пушистыми и где-то даже лохматыми. Потратила время на прическу, стянула волосы в идеальный пучок, чтобы волосок к волоску, и ни один не выбился. Залачила все так, что не уверена, что теперь эта прическа со мной не навсегда.

Перед выходом оглядела себя в зеркало. Фу, какая неприятная правильная девица там отражается. Мне не нравится, значит Церберу должно зайти. Приезжаю на работу заранее, даже до появления самого начальника, чего раньше не бывало. Все подготовила, кабинет проветрила. Со скуки все остававшиеся в компьютере задания переделала.

О, ну наконец-то пришел. Шеф быстро прошел к своему кабинету, кажется, даже не заметив, что я тут.

– Доброе утро, Даниил Александрович.

– Доброе утро, – на автомате здоровается босс, поворачивает голову мою в сторону и резко останавливается. Брови его высоко взлетают. Кажется, никогда еще начальник на меня так внимательно не смотрел. – Уже на работе, Елизавета Натановна? Выглядите необычно, вас не узнать.

– Лучше или хуже выгляжу? – уточняю, вежливо улыбаясь.

– Просто иначе.

Начальник ушел в свой кабинет, и дальше я продолжаю его удивлять своей исполнительностью и расторопностью, меня это даже особо не напрягает, потому что я не работаю, а скорее играю роль, как актриса на сцене. Такая вот забава. Не знаю, как надолго меня еще хватит.

На обед начальник повелел мне идти с ним, раз я такая сегодня правильная и его не напрягаю. Да, так и сказал. Поскрипела зубами, промолчала, но послушно пошла, хотя меня ждали в кафе на обед с коллегами. Мы должны были обсудить маршрут путешествия на выходных. Хотим на пароходе поехать по реке. Кто ради экскурсий, а кто для безудержного веселья и творческого поиска.

Все время обеда я была крайне тиха, спокойна и нейтральна, хотя Цербер явно хотел вывести меня из себя, то и дела провоцируя своими фразочками и комплиментами в стиле, какая теперь я, наконец, молодец. Жутко хотелось ответить нехорошо, но сдержалась. Меньше года осталось работать, а потому я забуду обо всем, как о страшном сне. К счастью, во второй половине обеда к нам за столик подсели знакомые начальники, и фокус внимания Цербера сместился, но так просто он от меня все равно не отстал.

После обеда шеф огорошил:

– Мне только что позвонил переводчик, не сможет быть, у него ЧП, наши китайские партнеры уже вот-вот подъедут, так что вы сегодня заменяете переводчика.

Ах, вот оно как! Так и знала, что будет использовать против меня полученные обо мне знания и напрягать новой работой.

– А кто же тогда будет исполнять мои функции?

– На встречу подойдет генеральный директор, все сделает его помощник.

– Вы ведь обманываете, что у переводчика ЧП? Решили сэкономить на его услугах?

Шеф осуждающе покачал головой, судя по его взгляду, мне должно быть стыдно, что я так думаю, но я же вижу, как Цербер старательно прячет улыбку.

Несмотря на то, что работой новой напрягли, мне все понравилось. Переводить не трудно, зато каким восхищенно-оценивающим и удивленным взглядом на меня всю встречу смотрел генеральный директор. Такого, видимо, от меня не ожидал. Вот точно хочет сманить к себе в помощники.

И, надо сказать, я уже почти морально готова сманиться. Все равно работаю, так хоть не с Цербером.

Глава 19

Глава 19

Видимо, от того, что за день перестаралась, домой приехала никакущая. Едва хватило на то, чтобы принять душ, про ужин и не вспомнила, сразу упала в кровать. Вечер и ночь прошли словно в бреду. На утро проснулась горячая, постель мокрая. Просто пошевелиться уже больно. Настырный будильник только выключила, но телефон утих ненадолго. Спустя пару часов вновь стал неприятно трезвонить, а трель отдаваться болью в голове.

– Алло, – хрипло произношу я, отвечая на вызов. С трудом сглотнула. Глотать больно.

– Ненадолго же вас хватило, Елизавета Натановна, – строго произносит начальник. – Где вы? Рабочий день уже начался.

– Сегодня меня не будет. Заболела.

– Обманываете?

– Да очень надо, – кашлянула. Громко, больно. – Видимо, продуло, все-таки, после прыжков с парашютом, – шепчу я в трубку. – Ну все, пока. А то говорить больно. Буду дня через два, если оклемаюсь.

Сбросила вызов, поставила телефон на беззвучный, на всякий случай еще и под подушку его пихнула. А потом погрузилась то ли в сон, то ли в какой-то бред. Надо бы таблетки какие-то заказать, ну или врача вызвать, но сил вообще нет.

Когда вновь раздался звонок, я не сразу поняла, что звонят в квартиру. Долго, настойчиво. Собрать себя и встать было целым приключением, но я все-таки дошла до двери, смотрю в глазок и выпадаю в осадок.

– Что вы здесь делаете, шеф? – хриплю я, чуть приоткрыв дверь, но начальника не запуская и не показываясь. – Рабочий день в разгаре.

– Я зайду? Я привез лекарства. Ты вызвала врача?

– Нет, конечно. В смысле, нельзя зайти. Вы что, приехали проверить, правда ли я болею?

– Почему нельзя зайти?

– Я не одета.

– Мне к этому не привыкать.

– Я болею.

– Поэтому я должен зайти.

– Нет. Мужчина не должен видеть болеющую женщину. Уходите.

– Что за бред?

Пытаюсь закрыть дверь, но начальник ловит створку, надавливает, молча заходит, ставит пакеты, закрывает за собой дверь. Все так по-хозяйски.

Устало прикрыв глаза, опираюсь на стену, а потом по ней же медленно сползаю. Устала стоять. Начальник так же молча деловито подхватывает меня и уносит в кровать. Там укладывает меня, нависает сверху и вставляет… градусник. Градусника у меня никогда не было своего, так что это добро шеф с собой привез.

Вяло попыталась укутаться в одеяло, прикрыв бельишко фривольного розового цвета, но не тут-то было, Цербер у меня одеяло забрал и, положив приятно-прохладную руку на мой лоб, откинул одеяло подальше.

– У тебя, похоже, жар, не стоит еще сильнее нагреваться.

Сил препираться нет. Хотела хотя бы в знак протеста отвернуться, но и тут нет.

– Лежи спокойно, у тебя градусник.

На пять минут стало тихо. За это время я даже умудрилась задремать.

– У-у, – недовольно тянет Цербер, проверяя температуру. – Я вызываю врача.

На какое-то время шеф исчез из поля зрения, чему я только обрадовалась и окончательно уснула.

Не знаю, сколько прошло времени, но шеф вновь меня зачем-то будит.

– Лиза, держи, нужно выпить.

Начальник протягивает мне стакан с водой и таблетку какую-то.

– Яд? – уточняю флегматично, без лишних эмоций запивая таблетку.

– Ну, конечно, что же еще. Вот, надень.

Даниил забирает пустой стакан и протягивает мне мои же шорты и футболку.

– Так мне же нельзя нагреваться, – я хмыкаю и вяло натягиваю на себя футболку.

– Скоро врач должен приехать.

– Ну так врач. Какая ему разница, в чем я. Тебе, то есть, можно смотреть, а ему нельзя. Дай водички еще, а?

Цербер уходит, а я в это время справляюсь с шортами. Водичку принес, зайка этакий, потом еще на кухню меня перенес посидеть, чай им же заваренный попить, пока он сам будет… менять мне постель, та ведь вся мокрая.

Сижу в полубредовом состоянии на кухне и всерьез размышляю, реально ли начальник тут со мной или он плод моего воспаленного воображения. На кухне, кстати, чисто, как в день моего заезда сюда. Дорвался-таки шеф до моей девичьей кухоньки.

В дверь позвонили. Даниил открыл сам и пропустил на кухню двух врачей. Долго не пробыли, осмотрели, выписали какие-то лекарства, дали больничный и отчалили, напоследок уже в коридоре посоветовав Церберу, чтобы тот давал жене больше воды пить. Нормально, да? Без меня меня женили.

– Хочешь лечь? – спрашивает после того, как всех проводил и вернулся на кухню.

– Угу.

– Отнести?

– Угу.

В дверь снова раздается звонок.

– Ждешь кого-то? – строго уточняет начальник и идет за меня открывать.

– Может, врач градусник забыл? – с усмешкой предполагаю я. Стало, кстати, чуть полегче. Может, действует выданная боссом таблетка.

Из коридора раздаются знакомые голоса. Кажется, бабы Мани и бабы Люды. На кухню шеф вернулся уже с двумя банками варенья, кульком какой-то травы и странной задумчивой улыбкой на лице.

– Твои соседки тебе передали. Увидели, что врач в дом заходит, спросили у него, в какую квартиру. Здесь варенье и какие-то лечебные травы, чтобы с чаем заваривать.

С интересом рассматриваю кулек.

– О, ромашка. А это чабрец, кажется.

Босс наклонился, мягко подхватил на руки и унес в кровать.

– Чего-нибудь хочешь еще? – деловито уточняет Даниил, присаживаясь рядом со мной на свежую постель.

– Нет.

Сворачиваюсь клубком и закрываю глаза.

– Я на кухню, если что, зови.

Следующие полчаса провела в полудреме. Накрыло меня, конечно, неожиданно. Болею я редко, но, видимо, метко, ну или с непривычки так тяжко.

В какой момент пришел шеф, я даже не помню. Воды опять принес, лекарства какие-то, телевизор включил. Заметила, что успел сменить рубашку на футболку, видимо, в машине с собой возит.

А еще в какой-то момент осознала, что я в постели вместе с начальником. Смотрю интересный сериал. Он подложил себе подушки под спину и то ли сидит, то ли уже лежит в моей постели, я при этом всем еще и нагло положила голову ему на колени. Зачем мне подушки, когда есть такте удобные коленки? Одним глазом смотрю сериал, другим почти сплю.

Надо бы сказать боссу, что я справлюсь сама, чтобы ехал уже на работу, но… я же та еще эгоистка. Кто мне водички принесет? Не самой же идти. Коленки, опять же, ну очень удобные.

Правда, совсем неудобно становится от мысли, что использую я коленки чужого жениха. Некрасиво перед невестой, но это, из-за болезни и слабости, тоже оставлю пока на совести Цербера и его своеобразных отношений.

В моей кровати начальник хорошо освоился. До позднего вечера с ним бездельничали. Сериалы смотрели, болтали, ели прямо там же заказанную шефом еду. Вообще, кровать словно стала этаким гнездышком, островком, мини-домом. Раньше не замечала, что она у меня настолько уютная.

Вот так бестолково проводить время с начальником оказалось очень занимательно, но вот уже и стемнело, шеф домой вообще собирается?

– Смотришь рабочий чат? – интересуется Цербер, заглядывая мне через плечо.

– Угу. Что про нас пишут.

– А пишут?

– Ага. Мы ведь вместе сегодня отсутствуем, и это не командировка. Гадают, где мы.

– Волнуются?

– Ха! Радуются. Высокое начальство пропало, можно расслабиться.

– Зачем ты пишешь, что болеешь?

– Да мне уже куча сообщений в личку пришло с вопросами. Отпишусь сразу всем. Сил нет каждому отвечать.

– А что ты там пишешь про пароход?

Отвернула от шефа экран и отползла от него чуть подальше. Я на выходных нормально отдохнуть хочу без этих всех церберовских заявочек, что я, как хорошая личная помощница, должна дома высыпаться, а не гулять. К выходным я все же надеюсь поправиться.

– Лиза.

– Да ничего, просто обсуждаем корабли.

– Куда-то собираетесь на выходных?

Прочитал все-таки.

– Все, я вообще уже вышла из чата. Голова что-то сильнее разболелась. Буду спать. Тебе, наверное, тоже уже домой надо ехать, да? Время позднее.

Шеф положил мне на лоб свою восхитительно прохладную ладонь. Зажмурилась от удовольствия.

– Жар снова усиливается. Уверена, что готова остаться одна?

М-м, уже нет. Думаю, как ответить. Неожиданно сложный вопрос оказался. Это же Цербер, еще и у меня дома. Но оставаться одной как никогда не хочется. Тут и коленки удобные, и руки прохладные. Однако где он спать будет? Кровать одна, только коленки и руки на ней не оставишь.

– Лиза, ты уснула или думаешь?

– Я в сомнениях. Иди домой.

– Хорошо. Пойду. Сделаю чай и лекарства тебе принесу.

– Ага, – сладко зевнула. – Лень вставать, там в коридоре в тумбочке, во втором ящике сверху, ключ запасной лежит от нижнего замка. Закрой им дверь, когда будешь уходить, а на работе потом вернешь.

– Хорошо.

Шеф ушел. Минут через десять только принес мне чай, воду, лекарства. Слышу в полусне, что он там на кухне еще что-то шуршит, уютно так. Под такие звуки так здорово засыпать…

Глава 20

Глава 20

– Лиза, – раздается мне прямо на ухо. От чужого теплого дыхания уху становится щекотно, а мне очень приятно. – Лиза.

– М-м? – мычу, не открывая глаз. Вот зачем он меня будит? Я же только уснула. И минуты, наверное, не успела проспать.

Что-то холодно. Не открывая глаз, на ощупь пытаюсь найти одеяло, но не нахожу. Вдруг искомый предмет сам по себе оказывается на мне.

– Я ухожу. Работать все-таки нужно. Звони, если что-то понадобится или будет плохо. Вернусь вечером. Лиза, ты спишь или слушаешь?

– Умгум, – отвечаю невнятно. Вот чего пристает?

– Пока.

Ощущаю щекотное теплое дыхание уже на своей щеке. Секунда, вторая. А потом шаги, шорох, хлопок двери и поворот закрываемого замка.

Минут пять еще лежу в полусне. Спать еще вроде хочется, а вроде и нет. Открываю глаза. Кое-как собираю волю в кулак, подхожу к окну и отодвигаю штору. Определенно, сейчас утро. Пасмурное, но именно оно, не вечер. Это что же выходит? Цербер тут всю ночь пробыл? А где спал? На полу? Или окончательно освоился в постели? Если да, это прям мне минус. Не заметить и проспать целого мужчину у себя в кровати.

Зачем-то иду на кухню. Любуюсь идеальным порядком. Ради интереса захожу в свою комнату-склад, а там… тоже все пугающе идеально расставлено. Настолько органично, что кажется, будто это и не склад уже, а вот такая оригинальная комната, наполненная вещами. Вдоль одной из стен теперь стоит стеллаж, которого тут точно не было. Заполнен стеллаж теперь доверху, и все так шикарно на нем уложено. Светло-серые коробки даже там стоят новенькие, видно, что созданы специально для стильного хранения. Я свои дорогие вещи люблю, поэтому прям расчувствовалась от такой заботы, но со стороны Цербера это, пожалуй, слишком. Надо будет с ним поговорить на эту тему. Что, вообще, за дела такие?

Но зато теперь ясно, что шеф делал ночью. Он просто не спал. Завалы на складе у меня зачем-то разгребал. Белье, интересно, все разобрал, извращенец этакий? Нет. А что он там про вечер говорил? Приедет? Да меня его невеста тогда за такое точно найдет и придушит.

Завалилась обратно в постель. Без шефа оказалось, что лежать скучно, да и кровать не такая уж уютная, совсем не напоминает островок. Включила телевизор, но не нашла там ни одного интересного сериала, а вчера, когда с боссом обсуждали игру актеров и смеялись над поворотами сюжета, любой сериал был в разы интереснее.

С раздражением выключила телевизор. Голова болит, горло саднит, тело ломит, шефа нет, спать не хочется. Ненавижу болеть.

К вечеру умаялась от скуки настолько, что с радостью готова хоть завтра на работу бежать, и жду прихода Цербера с нетерпением, а его все нет и нет. Заказала ужин на двоих, еду принесли, а босса опять нет. Выглянула в окно. Погодка – жуть. К вечеру набежали черные тучи, темень, минут двадцать дождь льет стеной, сверкает.

Неверное, начальник решил в такую походу не приезжать, да и с чего вообще ему сюда ехать? Лекарства куплены, я поправляюсь, да даже если бы и нет.

Звонить и спрашивать, где шеф, не буду, вот еще. А вдруг по такой погоде в аварию попал? Мои мысли прервал звонок в дверь и тут же звук открываемого замка. В прихожей я оказалась за мгновение, словно меня телепортировали.

Открывается дверь, в проеме стоит несколько подмоченный шеф. Взгляд у начальника загадочный какой-то. Я чуть сварливо не поинтересовалась у Цербера, почему так долго ехал. Еле сдержалась, честное слово.

– Проходи давай. Чай будешь?

– Да, спасибо. Лиза, тут такое дело…

Шеф вдруг жалобно мяукнул. Точнее, совсем не он, но в первый момент померещилось. Только сейчас заметила, что начальник зачем-то держит свой пиджак в руках, вместо того чтобы в такую погоду его надеть. Босс отворачивает край пиджака, являя мне мокрую смешную мордаху с грустными потерянными глазами-бусинами.

– Мя-яу, – еще более протяжно и пронзительно произнесло серое нечто, похожее на маленькую кошечку. Не котенок, но и не взрослая. Кошко-подросток.

– Возле подъезда плакала и дрожала. Я не смог пройти мимо.

– Кхм. Тут знаешь, сколько таких по подвалам бродит?

– А эта не бродит.

Закрываю за шефом замок.

– К себе вези, я не возьму. Мне нельзя животное, я постоянно в разъездах.

– Ты ведь на год точно здесь остаешься.

– Ну потом-то меня тут ничто не удержит. Да и какие животные? Они мне все вещи попортят. Слишком дорогое удовольствие получится. Так что нет, мне не надо, себе забирай, невесту обрадуй.

– У нее может быть аллергия на шерсть.

– Таблетки в помощь. Неси котейку в ванную, купай, отогревай, суши. Пойду чайник поставлю и молоко налью, – ковыляю на кухню, уже оттуда уточняя. – В ветеринарку повезешь?

– Да, надо бы.

– Тогда с этим лучше поторопиться, а то закроются.

Вскоре Цербер выносит из ванной умытую и просушенную подобранку. На удивление, оказалась не серой, как в начале показалось, а беленькой, немного пушистой, лохматой. Шеф переоделся в той же ванной в джинсы и водолазку. Босс сегодня ко мне со спортивной сумкой завалился, подготовился. То есть это он, скорее всего, еще и к себе домой заезжал, поэтому так долго.

И вот, пьем с начальником чай и наблюдаем, как котенок жадно поглощает наскоро сваренную мной кашу с добавленными кусочками отварной индейки и молоком все это дело радостно запивает. Поев, хвостатая начинает настороженно все обнюхивать и в итоге подходит ко мне. Прыжок, и она сидит рядом со мной на диванчике, прижалась доверчиво. У нее, наверное, тайный план по передаче мне блох. Аккуратно запустила пальцы в мягкую шерстку. Белый комочек сразу заурчал.

– Слушай, – обращаюсь я к Церберу. – Как-то странно. Кошечку ты спасаешь, а жмется она ко мне. Несправедливо, да?

– Это ведь девочка, похоже. Вам, возможно, легче между собой язык находить, – с усмешкой предположил Даниил.

– Ужинать будешь?

– Да, но позже, сначала отвезу к кошку ветеринару.

Шеф достает телефон и, скорее всего, ищет адрес ближайшей открытой ветклиники.

– Как назовешь кошечку? – не без ехидства интересуюсь я. Вот любит себе мой начальник заботы находить.

– Еще не думал над этим.

– Ну, время будет.

Допив чай и подхватив котенка, начальник вскоре уехал, но вернулся быстро, и получаса не прошло. Оставил кошку и вновь сбежал, на этот раз за всем, что нужно для питомца, мило так уточнил, не нужно ли мне чего в магазине купить. И это при том, что собрался в зоомагазин. На миг почувствовала себя подобранной им кошкой. От щедрости такой отказалась.

Кошечка, оставшись со мной наедине, поначалу никак себя особо не проявляла, но чуть освоившись, как начала носиться по всей квартире. Молоденькая, игривая. Тщательно наведенный Цербером порядок стал быстро уничтожаться. Представила, как это милашка творит такое же безобразие в наверняка идеальном доме шефа, повергая в шок его невесту, и мне вдруг так хорошо стало, радостно. Хе-хе.

Начальник вернулся с несколькими пакетами кошачьих принадлежностей. Малышка теперь богатая невеста по меркам дворовых кошек. Цербер даже симпатичный серебристый кошачий ошейник приобрел с уже записанным на нем номером его телефона и чипом для отслеживания кошачьих перемещений. Все, теперь кошечка под колпаком, у нее тоже есть внимательный и ответственный Цербер.

До позднего вечера провозились с живностью. Интересно оказалось наблюдать за хвостатой. Настолько, что я даже про свое состояние болезненное стала забывать. Сидим с Цербером в постели, работает телевизор, но мы молча наблюдаем, как мимо по ногам проносится белый шустрик с неуемной энергией. В коридоре что-то грохнуло.

– Назови ее Фурией, – посоветовала я. – Ей очень подходит.

– Кхм. Вы с ней чем-то неуловимо похожи.

– Милые голубоглазые блондинки?

– Именно. Мне пора ехать.

– Опять?

– Да, вижу, тебе лучше.

Почувствовала неожиданно настоятельную потребность сильно заболеть. Вновь что-то грохнуло, но уже в комнате-складе.

– Лиза, могу я попросить тебя оставить Фурию у себя на пару-тройку дней?

– Что?! С чего это вдруг?

Кошка, словно почувствовав, что речь о ней, врывается в комнату, запрыгивает на кровать и делает пару кругов тыгыдымса по ней, а потом снова убегает, исчезнув в темноте коридора.

– Мне нужно подготовиться к появлению нового жильца. Аллергия на шерсть – это тоже серьезно.

– Хм. Ладно, но учти, если через три дня не заберешь, эта кошачья активистка отправиться снова жить во двор.

– Не волнуйся, заберу, – произнес Даниил и без предупреждения вдруг чмокнул меня в лоб. Я даже не успела никак среагировать, а он уже вынес вердикт. – Не горячая. Хорошо. Выздоравливаешь, скоро на работу вернешься.

– Такое впечатление, что тебе там без меня скучно, – говорю я, потирая лоб. Действительно не горячий, а вот щеки да.

Проводила начальника, так и не решившись у него спросить, что это было и зачем он вообще приезжал. Может, перед папой за меня какую-то ответственность все-таки несет?

Ближе к середине ночи Фурия все-таки угомонилась, пришла ко мне под бок, заурчала. Я выключила телевизор, обняла пушистую и с ней удивительно легко и быстро уснула. Утром меня разбудила она же, жалобным требовательным мявом.

Я накормила животину, на улице солнышко вновь прорезалось. Фурия посидела на подоконнике, полюбовалась на двор, а потом засела возле входной двери и как давай мяукать и скрестись.

– Хочешь на улицу? А нельзя. Все, ты теперь домашняя кошка. Это у меня тут третий этаж, можно спокойно спуститься самой, а хозяин твой наверняка в какой-нибудь высотке живет. Учись ходить в лоток.

– Мя-яу! – вновь так жалобно и требовательно.

– А знаешь что, хочешь – иди, – говорю я, открывая дверь. – Можешь не возвращаться. Проблем меньше будет.

Кошка сразу выскочила на лестничную клетку и быстро сбежала по лестнице вниз. Дворовая, все-таки. Вольная животина, гуляет, где хочет. А шефу скажу, что сама выбежала, когда я выходила, ну и не успела я ее поймать.

До обеда было тихо. Я наслаждалась тишиной и интернетом, но как только села есть, услышала приглушенный мяв, но, что самое интересное, не из-за двери. С удивлением смотрю на заглядывающую в кухонное окно белую кошачью мордаху. Открываю форточку, и Фурия туда шустро запрыгивает и проникает на кухню.

– Ну ты даешь. Быстро иди мыть лапы и садись есть. Надо же, окно нужное вычислила. Слушай, а мы с тобой, может, и уживемся, раз ты такая сообразительная и самостоятельная.

Глава 21

Глава 21

День просидела дома, а на следующий не выдержала. Чувствую себя неплохо, а дома что-то скучновато. На работе должен быть короткий день, поеду, покажусь. Так ведь должны поступать хорошие помощницы? При любом удобном и не очень моменте рваться на работу.

Накормила и выпустила Фурию гулять, обед ей оставила, форточку открыла, ну и поехала зачем-то на работу. Шеф моему появлению, причем довольно раннему, изумился, но прогонять не стал. Мне кажется, даже обрадовался.

– Лиза, ты точно уверена, что готова к работе? – уточняет начальник.

– Ага. Чувствую себя отлично. Засиделась дома.

– Ну хорошо. Тогда твое первое задание на сегодня. Хорошо, что ты пришла пораньше. Уборщица приболела, мой кабинет нуждается в уборке. На этаже есть техническое помещение, возле комнаты отдыха. Найди его и возьми оттуда швабру, ведро, тряпки и чистящие средства.

Предвкушающая улыбка начальника мне не понравилась. О… нет, нет, нет! Зачем я только приехала?! Ясно, чему так Цербер обрадовался при моем появлении.

– Шеф… пожалуйста, не надо. Я для этого не создана.

– Надо Лиза. Вперед, исполнять задание.

– Нет! Юбка у меня узкая слишком для таких дел. И что-то плохо себя чувствую. Поеду-ка домой.

– Я не отпускаю.

– А я не буду ничего делать, понятно? Это не входит в мои должностные обязанности.

– На этой работе твои обязанности определяю я. Мне позвонить твоему отцу?

Иду в подсобку, про себя ругаясь последними словами. Приехала, блин, на работу, тупая я овца. Зачем, спрашивается? Иду обратно злющая, с ноги распахиваю дверь в кабинет, ибо руки заняты, да и настроение соответствует.

– Воду можешь набрать в душевой, – с доброй улыбкой маньяка сообщает шеф.

– Ого, а что, у тебя тут душевая есть?

– Да, там.

– О, я думала, это шкаф какой-то или подсобка с архивом…

– Будешь здесь чаще убираться, и не такое узнаешь. И закрой дверь кабинета на замок.

– Зачем? – с подозрением спрашиваю я.

– Чтобы никто не мешал процессу уборки.

Исполняю дальше приказы шефа. Пошагово. Начальник вальяжно сидит за столом, довольный такой, пальцем не пошевелил, чтобы мне что-то показать на своем примере, но инструкции выдает более чем подробные.

Кое-как, коряво справившись со шваброй, вожу ей по полу. Чувствую себя глупо.

– Больше энтузиазма, Елизавета Натановна. И вот еще – в ваших движениях нет системы. Сплошной хаос. Справитесь с заданием гораздо быстрее, если не будете мыть пол в произвольных направлениях.

Судя по голосу начальника, он наслаждается зрелищем, ему очень весело и не хватает только поп-корна.

– Покажете мастер-класс, Даниил Александрович? – мой голос полон яда. – Дома у меня вы хорошо справились. Зачем, кстати, убирались?

– Не переношу беспорядок, он меня раздражает. Я создал себе комфортную среду. Здесь же мне не требуется что-то делать самому для поддержания порядка.

– А-а. И еще вопрос. Вы зачем вообще ко мне домой приезжали? Что это за порыв такой был?

– Жалко вас стало, Елизавета Натановна. Неизвестно было, насколько сильно вы заболели.

С раздражением отбросила от себя швабру, она с грохотом приземлилась на пол. Хватит уже этих издевательств. Уперла руки в бока.

– Слушайте, Даниил Александрович, ну мы же с вами взрослые люди, в конце-то концов!

– К чему ты это говоришь?

– Давай договоримся? – предлагаю я без особой надежды.

– Попробуй, – неожиданно не отказывает категорично шеф. Глаза его улыбаются, и в то же время я вижу вызов. В прошлую пятницу босс тоже был в игривом настроении, когда предложил пари. Видимо, у Даниила это что-то пятничное.

Замерла и думаю, а что я, собственно, могу предложить начальнику, чтобы он отстал от меня хотя бы с уборкой. По сути, ничего. Денег у меня сейчас нет, влияния тоже никакого после ссоры с папой. Цербера я уже пыталась продавить.

– Ну что же вы, Елизавета Натановна? Сами предложили переговоры и замолчали. Я готов услышать ваши предложения, – меж тем подначивает Цербер, чуть отодвигаясь от стола и расслабленно откидываясь на спинку своего кресла. – Что такого интересного вы можете мне предложить, чтобы я напрочь забыл про уборку?

Шеф смотрит с вызовом, провокационно. Я не поняла, это на что он сейчас намекает?

Ну, я же не совсем тупая, как думает папа, чисто мужские намеки и сигналы вообще хорошо распознаю, и это именно они. Что же выходит, мой хороший, правильный начальник, которого так обожает мой отец, делает мне двусмысленные намеки? И это при живой невесте? Честно сказать, я думала, в наших отношениях с Цербером все кристально ясно. Взаимная неприязнь противоположностей, я сразу себя показала, со всеми своими причудами и норовом, а он, несмотря на все это… повелся? Еще и будучи в отношениях.

М-да, разочарована. Но, с другой стороны, есть и плюсы. Если Цербер на меня повелся, можно из него начинать веревки вить. Но все же лучше все проверить. Может, я чего-то не поняла.

Медленно, походкой гуляющей кошки, подхожу к начальнику, изящно огибаю стол и оказываюсь совсем близко к Церберу. Никакого возмущения и вопросов, в глазах лишь ожидание. Ну ладно, вот сейчас все и проверим. Сажусь к шефу на его удобные колени, обнимаю за шею. Начальник тут же хозяйски кладет одну руку мне на бедро, а второй аккуратно обнимает за талию. Зажмурилась и смотрю из-под ресниц, чтобы скрыть разочарование во взгляде.

– У меня есть для вас кое-что интересное, Даниил Александрович, – воркующим голоском произношу я и медленно, словно в замедленной съемке, тянусь к его губам. Все во мне противится этой проверке.

А может, и правда не надо? И так уже все понятно. Мои губы останавливаются в миллиметрах от его. Нет, не могу. Это же Цербер, тот, кто заставляет меня работать и мыть полы, я не могу его целовать. Это глубоко противно мне по идейным принципам.

Секунда тянется за секундой, а все не могу ни на что решиться. Я не могу и не хочу целовать Цербера, но в то же время прекратить происходящее тоже не могу. Какому-то извращенному уголку моего сознания все это нравится. Особенно сидеть на коленях босса и чувствовать на себе его руки и даже просто получать его внимание.

– Кое-что интересное – это этот поцелуй? – уточняет Даниил, поглаживая меня по спине. Рука поднимается выше. Он запускает пальцы в мои волосы.

– Ну… возможно. Да, – кусая губы, задумчиво произношу я.

– Тогда нет.

– Что? В каком смысле?

– Мне это неинтересно, – добил меня босс своей логикой.

– Почему? – недоумеваю я, не делая попытки слезть с чужих колен. А шеф отчего-то не перестает меня трогать и гладить.

– А почему мне должно быть это интересно?

– Ну… многим мужчинам интересно получить от меня поцелуй.

– И, видимо, многие получают? А мне неинтересно получать поцелуй от девушки в творческом поиске.

Даниил резко ссадил меня с колен, но не куда-то там, а на стол перед собой. Не могу понять, я возмутилась такому ответу босса или обрадовалась? Меня сейчас послали, намекнув, что я противна из-за своего образа жизни, а я все равно радуюсь, что Цербер не повелся и не хочет изменять невесте. Но что это за игры такие вообще?! Нет, я все-таки злюсь. И с чего это он меня тогда всю облапал?!

Оценивающе смотрю на невозмутимого Цербера. Наши взгляды скрещиваются, словно клинки дуэлянтов.

– А что тебе вообще интересно, кроме работы и спасения на досуге бездомных кошек? Мне же нужно понимать, что предлагать.

– Я, кажется, говорил. Я люблю разного рода споры. Вызовы, трудные задачи. На изменение твоего образа жизни на работе мы уже спорили, теперь можно обратить внимание на сферы вне работы.

– А что не так с моим обычным образом жизни?! – возмутилась я. – Питаюсь правильно, спортом не брезгую, досуг, по возможности, более чем насыщенный. Чего тебе еще надобно от меня? Личная жизнь тебя моя не устраивает? Еще скажи, что мне замуж надо. Личная жизнь – она на то и личная, что каждый ее проживает как хочет и с кем хочет, и никто указывать тут не может, а уж тем более споры устраивать!

Цербер поднял руки, мол, давай, тише, спокойно.

– Не хочешь, не надо. Как насчет такого варианта: на этих выходных у тебя будет второй шанс на то, чтобы отыграться. На прошлых, как я понимаю, все-таки был не самый стандартный для тебя сюжет. Если в этот раз твоя обычная жизнь покажется мне хотя бы немного более привлекательной, чем на прошлых, то уборка кабинета отменяется, это не будет входить в твои трудовые обязанности.

– И все, что ли?

– Тебе кажется, этого мало? Можем и не спорить.

Задумалась.

– Ой, а я не могу. Мы на завтра договаривались на корабле все вместе плыть. Это приключение не для моей обычной жизни с безлимитной-то картой на руках. А в воскресенье вечером мне на репетицию нужно. Решила вновь в фаер-шоу начать участвовать. Дополнительная денежка будет капать. Я раньше не брала ничего за свое участие, казалось, что это мелочь, а сейчас приятная прибавка к зарплате за клевое хобби.

– Тебе решать, как поступить.

Хм. Ну, убираться мне и правда не хочется, а уж еще одни выходные с золотой картой – мечта.

– Ладно, я согласна. Коллегам скажу, что еще не до конца выздоровела и поехать не смогу.

Решительно спрыгиваю со стола и в своих мыслях бреду в сторону приемной. Надо же продумать свои идеальные выходные. Шопинг уже был, тогда…

– Елизавета Натановна, далеко собрались?

– В приемную.

– Вы, вообще-то, пол не домыли. Право его не мыть вам еще надо заслужить, а сейчас берите швабру и вперед. Еще потом мой стол протрете. Очень тщательно.

У меня внутри все тугим узлом от злости свернулось и дыхание перехватило от насмешливо-издевательского тона начальника. Как же хочется Цербера задушить!

Под бдительным взором своего руководителя домыла-таки пол, коряво, но шеф особо придираться не стал. Мне кажется, ему моральное удовольствие доставил сам факт того, что я у него пол намываю. А вот со столом неожиданно возникли проблемы. Казалось бы, ничего трудного, тряпочкой поводить влажной по поверхности, но нет.

– Вы не все протерли, Елизавета Натановна. Уберите лишние вещи со стола.

Гр-р.

– Тщательнее, Елизавета Натановна.

Да я сейчас в берсерка превращусь!

– Все протерли? А почему разводы остались? Возьмите хотя бы салфетку и протрите еще ей.

– Как я сочувствую вашей невесте, Даниил Александрович, – со вздохом говорю я, доставая салфетки.

– Отчего же?

– Мне с вами меньше года осталось взаимодействовать, а ей всю жизнь. Вы ей тоже свои часики часто показываете? А пошаговую инструкцию уборки дома уже выдали, нет?

– Возможно.

– Ха!

– При всем этом, что удивительно, она остается моей невестой, ее к этому никто не принуждает, и она более чем довольна своим статусом.

Согласна, уел.

– Видимо, такая же зануда в некоторых вопросах, и вы нашли друг друга.

– Нет, просто она в восторге от меня и некоторых моих умений.

– Каких это умений?

– О которых может узнать только моя невеста.

– Ой, да ладно выдумы…

Не успела договорить, в дверь кабинета требовательно затарабанили. Кабинет я закрыла, а вот приемную нет.

– Вот будет забавно, если это твоя невеста, – хмыкнув, произнесла я. Спешно убираю салфетки и выставляю на стол то, что успела с него снять. – Представляешь, что она может подумать. Босс и его личная помощница в кабинете закрываются.

– Открой, пожалуйста, дверь.

Я вроде и рада, что кто-то пришел. С уборкой закончили, но вот от препирательств с шефом стала получать какое-то извращенное удовольствие. Может, это и есть тайное умение босса? Доводить до белого каления? Но так чтобы это человеку нравилось.

Открываю дверь, резко ее распахиваю и застываю с открытым от изумления ртом.

Глава 22

Глава 22

– Какой ротик красивый, – с усмешкой комментирует старший.

– Офигеть! Новиков, какая у тебя секретарша красивая! – замечает младший, делая круг вокруг меня и одобрительно оглядывая. – Я тоже такую хочу. Отдай мне, а? Зачем тебе такая красоточка, у тебя невеста есть.

– Судя по тому, что они тут взаперти сидели, не отдаст, самому нужнее, – веселится старший. Сейчас тресну обоим!

– Лиза, принеси, пожалуйста, кофе мне и посетителям, – просит шеф, наверняка догадываясь о моих желаниях и потому отсылая.

Вышла из кабинета молча, но дверью хлопнула громко. Что они тут делают? Почему пришли к Церберу? Села за стол. Какой там кофе. И вообще, обойдутся.

Подняла глаза к потолку и без особого успеха пытаюсь взять себя в дрожащие руки. Я много представляла когда-то, как впервые встречусь с собственными братьями по отцу, но точно не так.

И я им и слова сказать не могу. Отец под страхом смертной казни запретил с ними даже просто разговаривать, не то что пытаться им что-то о себе сообщить. Да и мне не надо.

От Цербера братишки вышли вместе с ним только спустя час. Я за это время смогла взять себя в руки и спокойно могу на них смотреть. Что и говорить, красавцы. Высокие, подтянутые, породистые, улыбчивые. Папина гордость. Спортсмены, отличники. Вживую даже лучше, чем на фото и видео.

Вроде собирались уходить, но заметили меня и тут же забыли, куда шли. Оказались возле стола, один сел в кресло для посетителей, но пододвинул его максимально близко, а второй, которому места не досталось, вообще на стол уселся. Смотрят на меня с восторгом, оглядывают.

– Ну вообще. Дань, ты где такую секретаршу отхватил? Ей на подиум надо, а не в кабинете пылится. Зайка, у тебя сестры нет? А то мне тоже надо, – интересуется

Так хочется сказать, что у меня только братья есть, но язык прикусила. Если отец узнает, что я с ними говорила, реально плохо будет. Отвернулась к компьютеру, делаю вид, что работаю.

– Ого, еще и неразговорчивая такая, вообще идеал. Дань, ну правда, можно я у тебя ее переманю? Спасу тебя от соблазна, а то у тебя невеста. Зайка, пойдешь ко мне работать? Деньгами не обижу, работой нагружать не буду, в командировки будем часто с тобой ездить в жаркие страны.

Нет, это выше моих сил. Так хочется ответить. Показала младшему из братьев (хотя так-то они оба меня старше) неприличную конструкцию из пальцев. Я же с ними не разговариваю, а то, что у меня пальцы сами с собой иногда в какие-то живописные фигуры загибаются, ну что ж…

Братишек мой ответ, наоборот, привел в дикий восторг. Засмеялись.

– Еще и с норовом, – довольным тоном заметил уже старший.

– Свою личную помощницу я не отдам, не обменяю и не продам, – меж тем заметил Цербер, по-доброму на меня глядя.

– Так не честно, почему тебе все самые классные женщины достаются? – возмутился младший. – Ты гарем, что ли, собираешь? Давай так, ты отдаешь нам этого милого и дерзкого ангела, а мы не рассказываем Карине, что ты тут с личными помощницами модельной внешности запираешься. Ну должна же быть в этой жизни справедливость. Карину ты ведь увел у нас.

Что у них там за любовные перипетии? И спросить не могу. Хотя если обратиться к шефу… но пока лучше не лезть, больше так узнаю. Карина – это невеста Цербера, я так понимаю. Можно предположить, что она понравилась не только шефу когда-то, но и моим братцам, но выбрала босса за какие-то его сомнительные таланты. Но меня интересует другое. У начальника, похоже, весьма дружеские отношения с моими братьями, папочка о нем лестного мнения… Получается, Цербер довольно крепко повязан с семейством Файнберг, еще и меня насильно привязали.

– Можете рассказывать Карине что угодно, – спокойно ответил шеф.

– Думаешь, она нам не поверит? – Спрашивает младший. – Или тебе плевать?

Да заколебали уже! Чего прицепились к моему шефу. Доставать его – моя должностная обязанность.

– У вас, видимо, проблемы с женским полом, раз так за чужие гаремы цепляетесь, – подала я голосок, мило-ядовитый такой. А-а! Отец реально меня убьет, если узнает. Может, даже сам Цербер ему и доложит, ну и ладно. Не могу молчать, когда распирает. Они еще говорят при мне, словно ни во что не ставят и не учитывают. А зря. – Я столько классных девушек знаю. С характером огонь или наоборот – заек, милашек, скромниц. Богатеньких и упакованных или же с проблемами, готовых на все. Хоть брачное агентство открывай. Ну, что, помочь вам с поиском? Трудно, конечно, будет, характер, сразу заметно, что так себе, прям как у меня. Ну, может, на мордашки ваши смазливые кто-то и купится.

У братьев отвисли челюсти. Цербер отвернулся, для надежности прикрыв лицо рукой, но сотрясающиеся плечи с головой выдают его беззвучное веселье.

– А ты на-аглая, – с восхищением протянул старший. – Ты хоть понимаешь, кому хамишь и с кем связываешься?

– Я – да, а вот вы нет. Я настолько хорошо об этом знаю, что могу даже назвать ваши даты дней рождений. А вы мою сможете? – закидываю удочку. Вдруг начнут копать и сами что-нибудь интересное про свои родственные связи разузнают. Я буду почти ни при чем. Не знаю, правда, почему меня до сих пор все это так задевает.

– Да сейчас все отлично в интернете ищется! – подает голос младший, в то время как старший задумчиво замолчал. – Похоже, и в этой компании про нас наслышаны, да? Так и быть, – младший достает и протягивает мне свою визитку. Позвони мне на досуге, если надоест этот вечно мрачный тип, – младший кивает на Цербера, который уже успел успокоиться и повернуться к нам, но совершенно не мрачно лыбится. – Хм. В общем, звони, ты забавная, дерзкая, наглая и прям как родная. Спасем тебя из этого треугольника.

У меня из рук выпала ручка, которую я до этого нервно сжимала. Братья мне сначала дурачочками показались, особенно младший, ну прям как я в своем обычном режиме, но… они не обозлились на мой выпад, вон, младший вообще родственную связь почуял.

Слезы еще не к месту на глаза наворачиваться стали. Выхватила визитку и отвернулась к компьютеру, сделав вид, что у меня очень важная и срочная работа. Босс тоже намекнул, что работа не ждет, и так из-за визита сильно отвлекся, и пошел провожать гостей до лифта. Вернулся, запер зачем-то приемную и подошел ко мне.

– Лиза, ты как?

– Угум-с, – пробурчала я, потому что говорить сейчас не способна, эмоции вновь накрывают, и так из последних сил держусь. Пусть уже скорее в свой кабинет уйдет.

– Лиз?

Молчу, сосредоточенно глядя в экран компьютера. Уходи, умоляю. Я сама сейчас не то, что встать, лишний раз вздохнуть не могу. Словно удар под дых нанесли.

Вместо того чтобы тактично уйти, Цербер оказался еще ближе, взял меня в охапку, приподнял, и вот я вновь, уже второй раз за день, сижу у него на коленях. Начальник стал ласково, словно кошку, гладить меня по голове и плечам. Уткнулась носом в шею Даниила и горестно прерывисто вздохнула. По щекам потоком потекли горячие слезы.

– Я думал, они знают о тебе, – произнес начальник как-то виновато.

– Ты сам их откуда знаешь?

– Мы вместе учились в университете. Там подружились. Часто бывал в гостях, там и с твоим отцом познакомился.

– А, вот оно что.

– Ты не хочешь им сказать?

– Мне нельзя. Отец запретил. Мне и разговаривать с ними нельзя. Не говори ему, что я тут с ними увиделась. Зачем они вообще сюда приехали?

– Они тоже акционеры этой компании. Процент акций небольшой им твой отец выделил, но это дает им право входа сюда. Заехали подписать документы и заодно зашли повидаться.

Цербер крепко сжал мои дрожащие пальцы в своей ладони.

– Ты хочешь с ними общаться? Давай я аккуратно поговорю с твоим отцом и…

– Не хочу, – буркнула я в приятно пахнущую шею начальника. – В детстве, может, и хотела, а сейчас мне это ни к чему, я уже не ребенок.

Цербер задумался о чем-то своем, кажется, молчит, но гладит. Всерьез начинаю ощущать себя кошечкой. Но! Если я близка в чем-то к кошачьим, то точно не к домашним, ласковым экземплярам.

– Хватит уже на моем кресле сидеть, у тебя свое есть, – пихаю шефа в бок и, уцепившись за край стола, пытаюсь вырваться из церберовской хватки и встать. Получается не очень. Шлепаю босса по рукам. – Отпустил, быстро! Минута моей слабости прошла, а на гарем можешь не рассчитывать. У меня свой есть, и туда кастинг огромный, в очередях мужики стоят. Ясно?

– Предельно, – Цербер расцепил руки, и я от неожиданности чуть на пол не грохнулась. Босс встает. – Ты кофе так и не занесла, и да, стол все еще в разводах, только теперь в засохших.

Глава 23

Глава 23

Сразу так захотелось этому гаремщику веселые выходные устроить, но… нет. Я достаточно наработалась, мне нужен отдых. Такой, чтобы сразу забыть о действительности. Поэтому, когда появилась свободная минутка, сразу стала планировать отдых. Времени мало, сегодня пятница. Хочу на море. Бабулек, может, взять с собой? Вот Цербер в шоке будет. Но, боюсь, затея так себе. Голубки мои до полуночи вряд ли соберутся, поездом ехать не вариант – долго, на самолет не все согласятся, да и всего два дня… это как-то совсем мало и несерьезно. Если ехать, то сразу надолго, не брошу же я их там одних после выходных. Загранпаспортов, опять же, ни у одной наверняка нет. Кстати, на следующей неделе надо будет заняться этим вопросом. Не только море, но и мир надо посмотреть. Даже если с отцовской карточкой в конце года не выгорит, придумаю что-нибудь, работать – это, конечно, так себе занятие, но не такое уж и невыносимое, как раньше казалось.

Заглядываю к Церберу в конце дня.

– Я поехала, шеф. Заедете за мной ближе к полуночи?

Брови начальника удивленно приподнялись.

– Почему именно в это время?

– Лучше, конечно, еще раньше, но у нас вроде как уговор на выходные, а они стартуют с полуночи. В этот раз мне нужно больше времени.

– Насколько раньше нужно заехать?

Хм. Прикинула в голове, сколько мне надо, чтобы до дома добраться и собрать вещи.

– Часов в девять-десять.

– Хорошо, я заеду в это время.

Ой, какой лапочка под конец дня вдруг босс стал, а весь день как гонял, придирался. То кофе ему не тот, то стол плохо протираю, а то и вовсе… слишком много с коллегами убегаю пообщаться.

– Ага. То есть не против пораньше сегодня начать. Ну все, я тогда поехала домой.

– Мне что-то нужно будет взять из вещей специфическое? – уточняет начальник.

О, блин, про шефа-то я и забыла.

– Да. То, что тебе может понадобиться из вещей в течение двух дней, ведь на выходных ты домой не вернешься. По минимуму постарайся. Ну и… загранпаспорт. Тебе же выезд за пределы страны разрешен? Долгов нет?

Шеф прищурился.

– Куда именно?

– Я еще до конца не определилась, – темню я. Неинтересно будет, если Цербер все сразу узнает. А у меня сердце замирает от предвкушения.

Домой ускакала радостная и полная предвкушения. По пути заехала в пару магазинов и прикупила шефу пару вещей, которые могут понадобиться. Среди них плавки. Взяла на глазок. Надеюсь, невеста Цербера никогда не узнает, кто ему покупает такие пикантные части гардероба. Я ведь не сказала точно, какую одежду надо брать. На выходных с карточки себе компенсирую.

Бабушки у подъезда встречают вечером хитрыми взглядами и понимающими улыбками.

– Здравствуй, Лизонька.

– Добрый вечер!

– Как самочувствие?

– Да нормально уже все.

– Поправилась, хорошо. С начальником своим, глядим, сладила.

– Чего это? Нет.

– Так он же приезжал к тебе, пока болела. Алексеевна у нас, сама знаешь, глазастая, в дозоре постоянно бдит за соседями, говорит, одну ночь точно-точно у тебя пробыл. Встречаетесь?

– Да не-е. Он просто ответственный очень. И у него невеста есть.

– Ну-ну. Когда варенье тебе заносили, он милым таким был, совсем не злой, как ты говорила, когда в магазин выходил, останавливался с нами поговорить, но все о тебе выспрашивал. Ты смотри. Девка, ты, конечно, видная, перебираешь, но вместе вы уж очень хорошо смотритесь, подумай. И вон, говоришь, ответственный, заботливый.

– Я не говорила, что заботливый. Ой, пойду я. Вам лишь бы свести кого-нибудь.

Махнула на бабулек рукой. Теперь не успокоятся эти романтичные натуры с большим количеством свободного времени.

Цербер в итоге приехал даже не в девять, а в восемь часов. Подхватил мой небольшой чемоданчик и повел вниз. У подъезда нас встретили еще не разошедшиеся бабульки та-акими взглядами, что теперь мне ни за что не поверят, будто не встречаюсь с Цербером. Их взгляды радостно кричат, что вот, мы знали, все сразу поняли, нечего тебе было, Лизка, нам врать.

– М-да, – произношу я возмущенно, когда сажусь в машину. – Теперь бабульки думают, что мы встречаемся. В следующий раз паркуйся подальше от дома. Пешком одна дойду.

– А тебе какая разница, что они там думают? Это же не коллеги по работе. Ты этих бабушек, может, по окончании рабочего года и не увидишь никогда, – насмешливо произнес босс, повторив когда-то сказанное мной почти слово в слово.

– Достанут же потом. Поехали.

– Куда конкретно?

– В аэропорт ближайший.

Доехали, купили билеты. Я проверяла перед выездом, на нужное время и рейс места должны были быть, правда, лететь придется в эконом-классе, приличных мест не было, но после метро и автобусов вполне нормально. Становлюсь такой неприхотливой. Еду принесли, пледы раздали, уже хорошо. Шеф еще удивился, что я в зоне ожидания не кинулась ничего в магазинах скупать по карте, а мне и не надо ничего – в прошлые выходные закупилась.

Как смогла, опустила спинку сиденья и задрыхла. Спать в пути – это у меня почти профессиональное. Разбудил меня шеф.

Выход из самолета – мое самое любимое. Первый раз вдохнуть воздух нового мира. Я бы путешествовала ради одного только этого момента. Там, откуда мы прилетели, еще тепло, но с каждым днем понемногу становится все прохладнее, а тут воздух жаркий, кажется тяжелым из-за большой влажности, черное небо усыпано звездами. Кайф. Поворачиваюсь к Церберу. Довольный. Жмурится. Достает из своей сумки солнечные очки. А, то есть изначально все-таки догадывался, в каком направлении мы рванем. Прилетели, кстати, на острова. Взяв шефа под руку, тащу его за собой.

– Скорее! – радостно говорю я. Времени у нас мало, выходные ведь такие маленькие.

Взяли такси, приехали на место. Хорошее место, давно мной присмотренное, и тут нас ждут, бронь сделала еще днем.

– Не подумай ничего ужасного, но жить будем в одном доме, – сообщаю я боссу, широко улыбаясь. – Там две спальни, так что не переживай за свою честь, она мне вообще не нужна.

От домика, куда мы в итоге заселились, я вообще в восторге. Небольшой, без какого-то особо нереального комфорта, но тут дело вообще не в нем. До дома мы дошли по мостику, сам дом, как и все небольшое курортное поселение, стоит на сваях прямо в воде.

– О, прозрачный пол, – с удивлением произносит шеф, заходя в свою спальню.

– Ага. Забавно, да? Утром встанешь, а под тобой лазурное море и рыбки. А еще тут есть спуск-горка прямо в воду. Завтра ничего не делаем. Только море, солнце, рыбки и белый песок с пальмами. Умеешь ничего не делать? Справишься?

– Постараюсь.

– Давай, постарайся. Плавки есть?

– Нет, я не…

– Есть.

Ухожу в свою комнату, распаковываю чемодан, а потом возвращаюсь к Церберу с подарочком.

– Вот, носи, радуйся.

– Ярко-оранжевые?

Судя по скепсису в глазах и тому, как наморщил нос, босс предпочитает серьезные, строгие цвета.

– Ага, мой любимый. У меня машина цвета ядреного апельсина. Но если не нравится, можешь и без них. Я думаю, наши соседи довольно либеральных взглядов, да и я не скромница. Ну ладно, отдыхай, спокойной ночи.

Вновь ухожу в свою комнату, но только чтобы надеть купальник. Через минуту я уже со счастливым визгом скатываюсь в воду. Плескаюсь. Тут мелко, вода теплая-теплая. Охватила какая-то детская радость.

– Лиза, а ты что, спать не собираешься? – раздается откуда-то сверху голосом начальника. Темно, его не видно, фонарей тут тоже нет. Я себе только фонарик от телефона включила, чтобы не потеряться и не заплыть в чужой дом.

– Смеешься? Нет, конечно. У меня сейчас задача накупаться до конца рабочего года.

Недолгая тишина. Я думала, Цербер ушел, но вдруг шорох и всплеск.

– Эй? Дань, это ты?

Тишина. И вдруг кто-то резко схватил меня за ногу. Как я завизжала! Тут, может, и акулы водятся… Хотя акулы ведь не могут зажимать после нападения рот и прижимать к широкой груди. Ну, или я что-то о них не знаю.

– Эй, – шеф, а это именно он, оказывается, убирает от лица укушенную мной руку. Я тоже та еще акула.

– Зачем меня напугал? – обвинительно тыкаю пальцем начальника в грудь.

– Я случайно. Почти. Здесь же темно.

– Угу, а почему молчал?

Босс весело фыркает. Веселится, значит, за мой счет. Еще и отпускать не торопится. Зря связывается. Я же вредная, жуть. Ущипнула шефа со всей силы, от неожиданности хватку ослабил, я его оттолкнула и сразу под воду ушла.

Выныриваю тихонько чуть поодаль. В темноте смутно, но все же виден силуэт начальника. Воды ему по пояс.

– Лиз, не обижайся, – доносится до меня насмешливый голос Цербера. Почти полностью скрывшись, оставив над водой только нос, тихонько подбираюсь обратно к начальнику. В голове играет опасная музыка из хоррора, такую включают, когда маньяк подбирается к жертве. Я подплываю к шефу со спины. План такой: напасть сзади, сделать удушающий захват, притопить. А что? Радикальный, но действенный способ избавиться от тиранического начальства.

Напала! Сделала, как хотела, но босс из захвата удивительно легко выбрался, со смехом перекинув меня через спину, и взял уже в свой захват, плотно прижав к себе.

– Ты такая боевая, – щекотно фыркает шеф мне в ухо и вместе со мной погружается в воду. – Ай, хватит щипаться.

– Отпусти, иначе укушу.

– Я тоже могу укусить.

– Вот чего ты пристаешь?

– Сейчас не я напал.

– Ну как тебе тут?

– Интересно.

– Чувствуешь кайф от путешествия и отрыва от привычной деятельности?

– Есть такое.

– Смирился все-таки с оранжевыми плавками? Классные же, да?

– Нет.

– Подожди, а как же ты тогда плаваешь?

Стало тихо. Опять это насмешливое фырканье в ухо. И тут вдруг я как поняла.

Глава 24

Глава 24

– Фу-фу-фу! – возмущенно произношу я. Я же почти сижу на начальнике. – Ты правда без плавок?

– Проверь, если хочешь.

– Ну уж нет. Пусти меня, извращуга, вырываюсь из цепкого захвата Цербера. Бью по плечам. – А с виду таким приличным казался.

– Видимо перенял у тебя привычку оголяться по поводу и без.

– Да иди ты! Я все твоей невесте расскажу.

Нет, ну что за тип такой противный? Никогда таких вредных не встречала.

– Рассказывай. Твои братья тоже грозятся что-то там сообщить. Удивительно, насколько вы, оказывается, похожи характерами.

Перестала вырываться.

– Что, прям похожи?

– Да. Поначалу, до близкого знакомства с тобой, казалось, что вы абсолютно разные. Внешне, характером, поступками. Сейчас я полностью пересмотрел свое мнение.

– Ну внешне-то мы точно не похожи, – весело хмыкаю. Они жгучие, кареглазые брюнеты, другие черты лица, да и вообще, если уж на то пошло, мы разного пола…

– Как ни странно, при всем при этом одна порода легко угадывается. Что касается характера, самоуверенность, граничащая с наглостью, открытость, как ни странно, дружелюбие, щедрость, своеобразное обаяние, интеллект…

– Ой, ну про интеллект не надо заливать.

– Почему ты считаешь, что их интеллект как-то превышает твой? Ты ведь с ними не общалась, не проверяла никак.

– Так у них сколько побед во всяких конкурсах, олимпиадах и прочем. Как минимум пара высших образований и…

– Ты тоже могла бы получить высшее образование, если бы захотела. Лингвистический ВУЗ – легко. Другой вопрос, что не хочешь. При этом голова у тебя светлая, легко решаешь любые задачи, я это проверял. Если ты заинтересована, то любое задание расщелкиваешь с отличной скоростью, твоя трудоспособность, при отрицании любого труда, очень высока.

– Трудоспособность – это когда ты полон сил, свеж, молод, и до этого тебя успели замучить бесконечной работой и учебой? – насмешливо интересуюсь я. – Ну да, ну да.

– А еще, благодаря тому что ты много путешествуешь и много где жила, у тебя широкий кругозор, ты без труда поддерживаешь разговор почти на любые темы.

– Перестань меня хвалить, это подозрительно.

– Ты не привыкла к тому, что тебя хвалят не только за внешность?

– Прекрати.

– А еще знаешь, что интересного я в тебе заметил?

Ну это уже слишком. Цербер за время разговора немного ослабил хватку.

– Знаю, – приблизила свое лицо к его, так что кончики наших носов почти соприкоснулись, обняла за шею. Выдыхаю следующие слова прямо в его губы. – Я очень хорошо умею делать… больно.

Сгруппировалась и резко, используя шею босса в качестве опоры, со всей силы ударила его пятками в грудную клетку. И удар, и еще одна точка для толчка и быстрого побега. Конечно, из-за воды удар получился не сильный, но хоть так, главное, что теперь я снова на свободе и стремительно уплываю от Цербера.

– Ли-за, – раздается мне в спину ласково-опасным тоном. – Возвращайся, мы не договорили.

– Ни за что! Я с людьми без плавок беседы вести не склонна.

Ныряю и под водой меняю курс, чтобы потеряться. Надо плыть к сваям от домиков, за ними хорошо скрываться. Доплыла, спряталась. Сижу тихонько, наслаждаюсь чудесной теплой ночью в волшебном месте.

– Быстро плаваешь, – раздается голос Цербера где-то неподалеку. – Ощущение, будто упустил русалку.

Фыркнула.

– Не русалку, а акулу, так что радуйся, тебе повезло. Плаваю я, конечно, хорошо, с детства по курортам езжу. Вода мне как второй дом. Поэтому больше не поймаешь.

– Надо же, еще одна грань твоей невероятно талантливой личности, – раздается голос уже ближе ко мне.

– Ой, ты опять, ну не начинай, а?

В ответ тишина.

– Эй? Ау?

Вот я буквально почувствовала опасность одним своим местом. Нырнула и ушла, кажется, в последний момент. Вода рядом со мной подозрительно забурлила. В темноте под водой не рассчитала и стукнулась макушкой о соседнюю сваю. Тихонько выплываю и потираю голову. Игры с Цербером становятся опасными.

– Лиза, ты там не утонула, случайно? – слышу заботливый голос шефа как раз с того места, от которого уплыла. Ага, опыт получен, теперь буду молчать.

– Лиза. Я же волнуюсь.

Нет, ну какой, а?

– А чего волноваться? Ну не будет у тебя такой личной помощницы, как я, тебе же лучше, меньше проблем, – брякнула-таки я насмешливо. Жизнь меня ничему не учит. – А ты чего это так быстро плаваешь?

– Часто посещаю бассейн.

– О, я думала ты только работу и дом посещаешь. А…

Забыла, о чем еще хотела сказать, потому что вода передо мной забурлила. Цербер успел сцапать меня еще до того, как появился из морских пучин.

– Поймал… Перестань драться, – весело произносит шеф, на удивление профессионально меня скручивая.

– Перестань меня лапать.

Оказалась прижата к свае, еще обездвижена. Цербер со мной совершенно непочтительно стал обращаться.

– Пусти, иначе ночью, когда ты уснешь, я приду к тебе в комнату и выколю глаза, – предупреждаю я опасным тоном, на что начальник только весело расхохотался.

– Так и быть, приходи.

– Отморозок!

– А ты очень милая, когда обезврежена.

Издевается! Задействовала все свои силы и навыки, чтобы выскользнуть из церберовской хватки. Получилось, только в последний момент, когда я почти уплыла, он схватил меня за щиколотку и притянул обратно к себе. Новая потасовка, с моими ругательствами сквозь зубы и его хохотом. Вроде вновь получилось вырваться, и опять он поймал меня в последний момент за руку. У меня сложилось впечатление, что босс так играет, то ослабляя хватку, позволяя мне почувствовать вкус победы, то потом вновь быстро возвращая. Так кот играет с мышкой, но я-то не мышка!

– Ты чего добиваешься вообще?! – громко восклицаю я.

И тут в соседнем с нашим доме зажигается свет. Это, похоже, сбило Цербера с игривого настроения, отпустил. В темноте наблюдаем, как на фоне окон появляется силуэт пары. Встают у бортика, болтают, смеются. Все так хорошо слышно. А я тут на шефа кричу на всю округу.

Тихонько доплыла до лестницы и поднялась в дом.

– Не будешь больше плавать? – интересуется идущий позади Даниил. – Ты ведь хотела всю ночь купаться.

Беру свой телефонный с включенным фонариком. Страшно хочется обернуться к Церберу и проверить, правда ли он без плавок, да и вообще поглазеть, но, пожалуй, на сегодня с меня хватит впечатлений.

– Накупалась, – мрачно отвечаю я и хлопаю дверью в свою комнату.

Позже, принимая душ, много думаю, что мне обычно не свойственно. Подкатывает шеф или издевается? Что у него за отношения с невестой, когда он может вот так уже второй раз уехать на выходные и, кажется, с ней совсем не созванивается. Даже по моим стандартам это слишком свободные отношения.

Вообще, мне этот Даниил Александрович никаким боком не сдался, я таких как он не перевариваю. Ну… только если на время болезни согласна, с ним хорошо. Уютненько так было и спокойно. Ну, еще с парашютом с ним прикольно было прыгать. Путешествовать тоже, без лишних вопросов наказывает всех обидчиков точным ударом в лицо. Но тоже слишком себе на уме, а еще мы из разных миров, с совершенно разными интересами и взглядами на жизнь. В общем, построже с ним надо быть, чтобы не надумал чего.

Уснула на подлете к подушке. Как, оказывается, способствуют крепкому сну войнушки в воде.

Утром встала рано-рано, раз уж ночью недолго плавала. Тихонько прокралась на выход и следующие два часа не вылезала из воды. Вдоволь, наконец, наплескавшись, улеглась прямо на горячий белый песок. Ноги оставила в воде, руки раскинула, как звезда. Хо-ро-шо.

Чувствую, кто-то рядом садится. Лениво приоткрыла один глаз. Ну конечно, он. Церберушка. Сидит и задумчиво смотрит в лазурную даль. Гык, плавочки оранжевые натянул все-таки. Они ему идут невероятно, и это без шуток.

– Доброе утро, – расслабленно произношу я.

– Доброе. Может, съездим куда-нибудь? Осмотрим остров? – предлагает босс.

– Не-е, – тяну я лениво. – Сегодня мы живем моей расслабленной жизнью. Ложись рядом и повторяй все за мной.

– Что повторять? Ты же ничего не делаешь.

– Вот это и повторяй. Через полчаса можешь перевернуться на живот.

Цербера хватило минут на десять лежания. Заворочался. Еще минут через пять сел и вновь стал задумчиво смотреть в даль. Проходит еще пара минут и…

– Я скоро приду, – говорит начальник, вставая. Ха, быстро сдался.

Даниил действительно вернулся довольно быстро, в руках запотевшие бокалы с соком, таким же ядрено-оранжевым, как и подаренные мной плавки.

– Я снял катер, – вручая мне один бокал, произнес шеф. – Туда наш завтрак принесут. Поедешь? Особо ничего делать не придется.

– Уговорил, – хмыкнув, соглашаюсь я. Вот знает шеф ко мне подход.

День на райском острове прошел отлично. Под вечер завалились с шефом в местный бар. В таких местах, под настроение, я забываю, что я пресыщенная мажорка, и предаюсь диким пляскам. Даню только не удалось втянуть в веселье, предпочел отсиживаться в стороне и наблюдать.

Поздно ночью шеф вкрадчиво поинтересовался, не хочу ли я отправиться баиньки.

– Не-а, но в дом давай вернемся. У тебя десять минут будет на то, чтобы переодеться, если надо, и собрать вещи. Я надеюсь, ты там не стал сильно обживаться и разбирать чемодан? Такси через полчаса подъедет, отвезет в аэропорт.

– Нет. Но почему ты хочешь вернуться? Выходные ведь еще не закончились, – с удивлением спрашивает шеф.

– Вернуться? Ха-ха! Не-а.

Еще больше шеф удивился, когда в местном небольшом аэропорту мы не стали покупать билеты, нас, проверив быстро документы, провели сразу к самолету. Небольшому.

– Я ведь не покупал билеты, – произносит шеф, глядя на самолет.

– Халява. У меня друг один хороший тут на островах живет. Я с ним еще в пятницу созвонилась. Он нам одолжил свой самолет.

– И куда мы летим?

– Погрелись, можно и померзнуть. На лыжах летим кататься. Может, это моя последняя возможность в этом году. Я тебе лыжный костюмчик прихватила. Угадаешь, какого цвета?

– Оранжевый? – обреченно спрашивает босс.

– Не-е, белый преимущественно, – и добавила, чтобы не расслаблялся. – Но оранжевые полоски там тоже есть.

Глава 25

Глава 25

Когда поднялись в самолет, с любопытством наблюдаю, как шеф осматривается. Я вижу, что ему интересно.

– Не приходилось раньше летать на чьем-либо личном самолете? – плюхаясь в кресло, весело спрашиваю я. Настроение приподнятое. Не то чтобы у меня и раньше не было подобного отдыха, но все давно приелось, однако, как выяснилось, после утомительных рабочих будней все воспринимается иначе, по-новому, а осознание того, что время отдыха ограничено и надо многое успеть, придает особую остроту.

– Пока нет, – садясь рядом, отвечает начальник.

– Слушай, а ты ведь учился с моими братьями в престижном университете. Наверняка обучение дорогое было. Ты тоже из какой-то богатой семьи? Чего тогда вкалываешь на обычных должностях? Сейчас ты, конечно, начальник, но в кадрах говорили, что начал ты почти с самых низов карьерной лестницы, – полюбопытствовала я.

– Я обучался бесплатно. Получил бюджетное место.

– Умник, значит. Ну а родители-то кто? М-м, профессора какие-нибудь?

– Нет.

Жду продолжения, но его не следует. Цербер молчит.

– А кто?

– Я бы не хотел говорить на эту тему.

Ого. В чем дело? Что в этом такого?

– Почему?

Начальник с интересом изучает тьму, царящую за иллюминатором, и молчит. Обняла руку шефа, а подбородок умостила ему на плечо.

– Плохие какие-то были, да? Били, пили? Обижали?

– Нет, нормальные, хорошие родители, – сухо отвечает босс, впрочем, не торопясь освобождаться от моей ласковой хватки.

Вкладываю руку в его ладонь и сжимаю.

– А чего тогда?

– Ничего.

Мою руку Цербер в ответ сжал еще крепче, придвинул ближе к себе, умостив у себя на коленях. Закрыл глаза, откинув голову назад. Кажется, решил делать вид, что спит. Ну-ну. Не хочет говорить – руку пусть отдает. Попыталась высвободить свою конечность, но она словно в капкан попала. Церберовская хватка она такая – что получил, не отпустит.

– А ты на лыжах вообще умеешь кататься? – меняю я тему разговора.

– Да, приходилось. В школьные годы и позже, но ездил в основном по лесу, редко когда на высокие холмы выбирался.

– Ну, тогда ладно. А то я тебя хотела с инструктором классным познакомить. Энрике. Профи своего дела. Еще и красавчик. Знаешь, он как Марат в массаже, но только по лыжам.

Моя плененная рука тут же оказалась освобождена и резким недовольным движением возвращена мне на колени. Цербер ничего не сказал, продолжил делать вид, что спит. Массаж, кажется, шеф очень невзлюбил.

Перелет был комфортный, когда приехали на место и заселились в уютный дорогой отель, я не побежала в темную ночь кувыркаться в снегу, пошла дальше досыпать, а вот утром да, бодрой веселой козочкой выскочила в ресторан, еда не включена в расписание, Цербер с моей карточкой, видимо, еще спит, но не беда. Без труда познакомилась с веселой молодой компанией, тут и парочки, и одиночки, студенты-англичане, веселые такие.

С ними села завтракать, одного, явно холостого, выбрала для оплаты моего завтрака, позволила ему подсесть поближе. Только вот не успел паренек ничего оплатить, в ресторане появился сонный и какой-то хмурый шеф. Так глянул на компанию, не спрашивая и не здороваясь, подсел к нам, и никто ничего сказать не посмел. Притихли.

– Добро утро, – улыбаясь, говорю я боссу. – Не выспался, что ли? Чего народ пугаешь свирепыми взглядами?

– В следующий раз предупреждай меня, а не уходи в неизвестном направлении. Иначе буду заказывать один номер на двоих, – строго произнес начальник. – Здесь десятки ресторанов.

– Да ладно тебе, – на приказной тон Цербера я не обиделась, наоборот, разулыбалась. – Слушай, а что значит «в следующий раз»? Еще как-нибудь такие выходные устроим? Может, сразу на месяц куда-нибудь рванем? Чего мелочиться? Поехали в Китай. Я там столько интересного тебе покажу.

– Нет, – буркнул шеф. Что конкретно нет, не знаю, но ясно одно. Босс не в духе, к нему надо с такими вопросами в другое время подходить. Ориентировочно в пятницу.

В остальном день прошел отлично. Накатались на лыжах, потом пошли в джакузи греться, причем в джакузи на открытом воздухе и с шикарным видом.

К вечеру стала собираться.

– Вызови такси, – прошу я начальника. – Поедем в аэропорт. Я проверила, билеты должны быть. Теперь точно домой.

– Так рано? Мне казалось, ты захочешь побыть здесь подольше. Пусть и на пару-тройку часов.

– Я бы, конечно, не против, но все же хочу приехать на тренировку у Фаера. Обещала же. И он сказал, если я буду на уровне, возьмет поучаствовать в шоу. Какие-никакие, но деньги, да и вообще прикольно.

– А если на выступлении опять окажется твой бывший молодой человек?

– Не должен. В другом месте намечается мероприятие.

На обратном пути вдруг пришла мысль о том, что старею. Перелеты за эти пару дней как-то утомили.

Вернулись. Время уже достаточно позднее. Честно предложила шефу закрыть пари. Пусть едет отсыпаться, невесту хоть успеет порадовать.

– Выходные еще не кончились, – произнес босс твердо, забрал у меня на стоянке мой чемодан и закинул в багажник своей машины.

– Подумаешь. Начались-то они тоже раньше, ты приехал в пятницу до полуночи.

Босс молча закрывает багажник, идет и садится за руль. Все понятно без слов. Пожав плечами, тоже сажусь в машину. Не хочет отдыхать, его дело.

Когда появилась на репетиции, мне очень обрадовались. После всех обнимашек ко мне подходит довольный Фаер, дает инструкции, а потом удивленно всматривается в моего начальника, присевшего поблизости и никак в происходящего не вмешивающегося.

– Я не пойму, это твой охранник или кто? Не похож на охрану, но уже второй раз с тобой появляется.

– Нет, это… – вот тут я задумалась. Фаер не поймет, если я скажу, что привела сюда зачем-то своего начальника. Друг? Ну, не знаю. Не тянет. Какие-то охранные функции есть, но прям охранником не работает. Тут скорее надзор. – В общем, он пока со мной. Можешь Цербером его звать.

Фаер оценивающе, с прищуром оглядел еще раз моего шефа.

– Достаточно фактурный у тебя этот Цербер. Высокий. На него зрители бы повалили, а у меня на больничный артист надолго ушел. За месяц я бы смог подготовить нового. Хотя бы минимальную простенькую программу.

Хохотнула, представив начальника в черной коже и жонглирующего огнем.

– Не-е, Цербер не согласится. У него уже есть любимая работа. Ну хочешь, попробуй позвать.

Фаер нахмурил грозно брови и громко обратился к моему шефу:

– У меня на тренировке зрителей нет. Либо участвуешь, либо уходишь.

Цербер подумал, кивнул, встал и…

– Что от меня требуется делать?

У меня челюсть отвисла. Фаер с усмешкой мне ее захлопнул, а потом, уже после тренировки, я у него поинтересовалась:

– Вот почему он согласился, а?

– Да все же очевидно, – с улыбкой ответил наш идейный вдохновитель.

– Ну-ка, ну-ка. Что тебе очевидно?

– А ничего. Подрастешь, поймешь. Давай готовься к выступлению. Макияж поярче делай. Одежда есть с собой?

– А то! Все взяла. Но вот насчет Цербера…

– Запомнила, когда тебе выходить?

Домой меня начальник привез глубоко за полночь. Устала просто невозможно, но ни о чем не жалею. Классно выходные прошли и отлично закончились. Обожаю выступать с огнем. Тут и чувство опасности, и тренировка, и танец, ну и куча внимания, естественно, с тонной восхищения. А тут еще и новый стимул в виде денег.

Машина останавливается возле подъезда. Я уже почти сплю, шеф тоже выглядит сонным, но паркуется и, похоже, собирается меня проводить.

– Я бы выпил кофе перед отъездом, – вдруг произносит начальник, когда мы поднимаемся к моей квартире. – А то совсем засыпаю.

– Дома у себя попьешь, – безжалостно ответила я. – В дороге вряд ли уснешь, тебя попутчица будет развлекать.

– Какая попутчица?

– Питомица твоя. Фурия. Забыл уже про нее? Заходи. Сейчас вещи ее соберу.

Открываю дверь квартиры. Кошечка тут же оказывается рядом, встречает, мяукает, трется о ноги. Вроде хорошее у нее настроение, не похудела, даже наоборот, кажется, пополнела. На выходные я ей корма и воды оставила, форточку открыла, чтобы лапка была свободна в передвижениях, бабушек у подъезда предупредила, чтобы по возможности присматривали и подкармливали. Хозяйка из меня так себе получилась, такая же гулена, как котейка.

Погладила выгнутую спинку Фурии.

– Все, дорогая, переезжаешь. Дань, ты если высоко живешь, форточки не открывай, она та еще гулена.

Пошла собирать кошачьи пожитки. Босс уселся ждать на кровать, включил телевизор, к нему на колени тут же Фурия пришла. Эти двое себя тут как дома чувствуют. Ой, ладно. Параллельно включила и чайник, воду греться. Угощу шефа, так и быть. Но только быстрым растворимым кофе. Может, и салат быстро настругать?

В какой-то момент захожу в спальню, чтобы позвать шефа на кофе, и в изумлении замираю. Спит. Точнее спят. Цербер на моей кровати, а Фурия на его груди пригрелась и дрыхнет. Нормально! А мне где спать?

Пофыркала недовольно, выключила телевизор, свет в комнате, ну и пошла кофе пить.

Минут пять, пока пила кофе, пребывала в мучительных сомнениях. Будить или не будить? С одной стороны, жалко, очень уж умильно спят эти двое, с другой – нехорошо как-то, Цербера невеста, может, дома ждет, извелась.

Кофе допила, бодрости не почувствовала. В комнате-складе нашла самую приличную пижаму в виде штанов и рубашки. Я такие вообще не ношу, но купила когда-то, поддавшись моменту, очень модные в то время были, но в итоге так и не надела. Пригодилась все-таки.

Спать кроме кровати негде. Не на полу же мне ложится. Опыт совместного сна во время болезни у меня с Цербером был, хоть я и не помню. Если не помню, значит не страшно, ну и я вообще не из стеснительных. Да и во время разъездов сколько раз под боком спала. Захожу в темную комнату, подкрадываюсь к кровати.

– Да-ань, – тихо произношу я. Если откликнется, сразу домой отправлю. – Даня. Вставай, тебе домой пора.

В ответ тишина. Ладно. Тихо ложусь с самого края кровати и заворачиваюсь в одеяло. Ничего, что шеф в одежде спит? А и пусть.

Сон долго не идет. Нервирует меня присутствие начальника. Да и вообще, вот так с кем-то именно спать в одной кровати для меня странно и непривычно.

Все-таки в какой-то момент засыпаю, и сон такой хороший под утро приснился. Я вновь на море. Плаваю. Теплая вода ласкает тело, это словно одно большое приятное объятие. От шаловливого течения и накатывающих волн становится еще приятнее. Ласково светит солнышко. Резко проснулась, когда совсем близко от себя заметила во сне акулий плавник. Открываю глаза и слушаю мелодию будильника на телефоне.

– Доброе утро, – сонно буркнул мне шеф прямо в ухо.

Осознаю вдруг, что лежим мы с начальником в обнимку. Он тесно прижимает меня к себе, дышит в ухо и вставать что-то не торопится.

– Какое же оно доброе, если на работу надо?

Сладко потягиваюсь, зеваю и отпихиваю от себя начальника. Это вообще нормальные рабочие отношения?

Шеф встает. Все еще сонный, но настроение у него, видно, хорошее.

– Что будешь, чай или кофе? – интересуется у меня босс благодушно. О, дает мне возможность почувствовать себя большим начальником?

– Чай.

Подскакиваю и первой бегу занимать ванную. Ха-ха! Я туда надолго. Спустя полчаса ко мне стучится шеф.

– Да-да, – важно отвечаю я.

– Я хотел кошку покормить, но нигде ее не нашел. Не отзывается.

– Скорее всего во двор ушла через форточку.

– Серьезно?

– Ага, она у тебя гулящая.

– Чай почти остыл, – намекает мне босс деликатно, что ему тоже надо в ванную.

– Ага, иду.

Когда вышла из ванной, уступив ее Церберу, в нос ударил аромат свежеприготовленных блинчиков. На кухонном столе и правда стоит стопочка красивых блинчиков, баночки с вареньем, подаренным мне бабушками, чай. Все красиво аппетитно стоит.

– Он еще и готовит, – вслух ворчливо заметила я. Сама-то я в жизни блинчики не пожарю.

Зато съем. Навернула горячие невероятно вкусные блины в один присест, а там и босс из ванной вышел.

– А ты сейчас домой поедешь? – любопытствую я. – Или у тебя костюм с собой?

– Нет. С собой ничего нет и домой ехать уже поздно. Но запасной костюм есть на работе.

– А-а, ясно.

Собрались с шефом, когда собирались уходить, в форточке появилась одна белая пушистая гулена.

– Ой, а кошку забери!

– На работу?

– Ладно, вечером заберешь, да?

– Заеду.

Выходим из дома, час ранний, бабушек еще нет, но скамейки не пустуют. При нашем с шефом появлении с них поднялись… мои братья. От такой неожиданности всерьез задумалась о своем душевном здоровье. Ну не могут же они действительно тут быть.

Мои возможные галлюцинации на меня внимания не обращают. Решительно, с мрачными взорами подходят к шефу, и старший вдруг как замахнется. Удар начальнику прилетел знатный. Хм, хорошо, что эти галлюцинации не по мою душу.

– Как ты смеешь ей изменять?! – ревет мой старший брат на всю округу, глядя бешеным взором на шефа.

Оглядываясь, замечаю в некоторых окнах появляющиеся любопытные лица знакомых бабушек.

Глава 26

Глава 26

– Слушайте, ну че вы орете, людей будите. Еще и руки распускаете. Сядьте в машину и поговорите. Вы что, свечку держали, чтобы без разбирательств по мордасам бить? – недовольно произношу я. – Да и в конце концов, чего вы в чужие отношения лезете? Эта Карина вам кто? Сестра родная, что вы за нее так переживаете?

Хмурые взоры братьев обратились на меня. Бить будут?

– Ты должен ее уволить, – ледяным непререкаемым тоном произнес брат, при этом глядя на меня. – И больше никогда с ней не встречаться. Мы не дадим тебе обижать Карину.

От комичности ситуации я взоржала, аки конь. Для братьев момент, конечно серьезный, где-то, наверное трагичный, а мне жутко смешно. Отец к Церберу приставляет, и наказывает ему, чтобы не смел отпускать, а братья, получается наоборот, требуют срочно убрать подальше. Моя же семейка так лихо распоряжается моей жизнью. Братья даже не знают, что они мне братья, но видимо что-то подсознательно чувствуют.

– Что смешного? – интересуется у меня младший.

– Если что, – еле выдавливаю я из себя. – Я согласна на увольнение и никогда больше своего шефа не видеть.

Судя по взорам братьев, они записали мне в умалишенные, а я хохочу и не могу остановится. Аж ноги подкашиваются. Пришлось на скамейку присесть. Фух, в боку закололо.

Смотрю на Цербера. Мрачный, молчаливый, да что там, просто злой. Угораздило же его связаться с нашей семейкой. Но мне его не жалко, сам захотел и проявлял инициативу. Я сразу предложила договориться и миром разойтись.

А вот братья опять смотрят на меня, как на странненькую. Девушку у которой проблемы с головой.

– Такая непосредственная, – заметил младший с восхищением и тут же покрутил пальцем у виска. – Только с головушкой, похоже проблемы. Но красивым можно и без мозгов.

Комментарий брата вызвал у меня новый приступ хохота. Как жаль, что ему нельзя ничего рассказывать.

– Я уже говорил, Лиза останется со мной. Столько, сколько это потребуется мне, – тем временем ледяным тоном произносит Цербер.

– Ты спишь с ней? – требовательно спрашивает Тимур, мой по ослиному настойчивый и упрямый старший брат. – У вас с ней что-то есть? Вы улетели вместе на выходные, вернулись вместе, ночь провели вместе. Что это как не измена?

– Ну ты и маньяк, – вновь влезаю я. – Настолько в чужую жизнь залезть, опустится до слежки. А может, ты к невесте испытываешь нежные чувства? Иначе почему такой настойчивый. А может… к моему начальнику?! За его ведь жизнь так пристально наблюдаешь и явно его ревнуешь.

В следующее мгновение Тимур бросился в мою сторону.

Цербер среагировал быстрее всех, бросился наперерез, хватая Тимура за руку. Артур – младший, почти тут же за ним, ловя старшего с другой стороны. Сижу, в шоке глядя на бешено выпучившего глаза брата, пытающегося вырваться и до меня дотянуться.

– Пустите! Я ее отшлепаю! Коза наглая! Кто тебя воспитывал?!

Ты не поверишь.

– Тимур, успокойся, – требует Цербер строгим тоном, но куда там, нас уже понесло.

– Меня-а?! Бить?! Себя отшлепай, полоумный! Кидается он тут на меня с кулаками. Думаешь, деньги есть, все можно?

Из своего положения сида лягнула старшего брата по коленке. Группируюсь.

Тимур взревел раненым быков и предпринял новую попытку кинуться, но его остановили.

– Готовься! Неделю сидеть не сможешь! – орет старший.

– Ну-ну, – отвечаю я мрачно и на всякий случай достаю из сумки перцовый баллончик, направляя его в сторону Тимура. – Давай, попробуй.

– Охрана! – орет уже младший. – Где вы, когда действительно нужны?!

Это кому охрана требуется? Успокоить Тимура? Или Артур так меня с баллончиком испугался?

– Ой, да без охраны разберемся, – замечаю я вслух для младшего. – Сейчас я твоему брату только правильное воспитание покажу, а то лезет он в чужие кровати что-то много.

Тимура перекосило от злости. Вот это темперамент.

Замечаю, как к нам от припаркованных поодаль машин бежит охрана. Невольно заулыбалась. Столько знакомых лиц. Кого-то давно не видела, а кого-то относительно недавно.

Охрана добежала и встала как вкопанная с широко распахнутыми глазами. Я, по идее агрессор, с баллончиком направленным на братьев, но и в то же время они знают меня и понимают, что на меня нападать не стоит. Такая неловкая ситуация. Надо выполнять приказ, делать свою работу, и в то же время ее нельзя делать и не объяснишь почему.

– Что вы встали как вкопанные?! – гневно вопрошает Тимур. – Она на меня напала, у нее в руках вещь, способная причинить вред. Вы испугались что ли?

А то, только не меня, а бати нашего. Гы-гык.

Едва сдержалась, чтобы не помахать радостно охране.

– Я слишком красивая и милая, чтобы они на меня нападали и скручивали. Вот у них хорошее, правильное мужское воспитание, не то что у тебя, Тимур.

Старший вновь рванул в мою сторону. Может, хорошо, что мы в детстве не общались. Каждый день, наверное, дрались бы.

– Тимур, пойдем в машину, поговорим, – железным тоном цедит Цербер, оттаскивая друга от меня все дальше и дальше. Артур моему шефу помогает и вскоре мужчины все-таки уходят, скрывшись за поворотом дома. Я остаюсь одна среди растерянной охраны. Главный сразу отослал тех, с кем я лично не знакома, следить за братьями.

– Папуся! – повисла на шее я главного – седовласого серьезного мужчины в годах. Постарел. Столько новых морщинок появилось. Мой самый “долгий” папа Сережа. Года три точно за мной следил, пока я совсем шмакодявкой была. А потом его забрали и больше я его ни разу не видела. Но он наверняка хорош в своем деле, терпелив, спокоен, опытен, вот биологический папа, наверное, разглядев, и приставил его к любимым сыновьям.

– Привет, малая, – охранник ласково взлохматил мне макушку. – Познакомилась, значит, с братьями.

– Ой, да лучше бы не знакомилась, сам видел.

– Они узнали кто ты?

– Нет, мы по другому вопросу ругались. Я им говорить не собираюсь. А ты скажешь отцу? – спрашиваю, спрыгивая с шеи и отступая.

– О том, что вы столкнулись, должен доложить, – печально произнес Сергей. – Если узнает не от меня, может вся группа попасть под увольнение. Но я сообщу, что инициатива знакомства исходила не от тебя, ты ничего не сообщала. Братья ведь приехали сами к твоему дому и другу.

– Какому другу? А, ты про Цербера. Ну скажи так.

– И знаешь, с братьями лучше помириться. Папа твой наверняка поинтересуется у них впечатлениями о встрече. Лучше, чтобы они не стали описывать тебя негативно. И уж точно не упомянули об агрессии с твоей стороны. Я слышал, у тебя сейчас вроде испытательного срока, кажется.

– Испытательный срок? – весело фыркаю. – Забавно. Испытание на прилежную правильную дочь по стандартам Файнбергов? Ладно, пойду мириться. Если не услышите криков и звуков борьбы, значит все нормально.

– Зачем вообще нужен был этот конфликт?

– Да взбесили меня. Доводить и обижать моего начальника пока имею право только я.

Выждала пару минут, чтобы Цербер объяснился с братьями и отправилась к машине. Постучалась в тонированное окно, оно, спустя несколько секунд медленно, словно нехотя опустилось вниз. На меня угрюмо смотрит Тимур. Артура и Цербера тоже заметила, благо, все живы и невредимы. Нет, напрашиваться в салон не буду.

– Чего тебе? – мрачно и неприязненно уточняет старший.

– Я прошу прощения, что нагрубила вам, Тимур Натанович. И за то что по коленке ударила. Надеюсь, вы и мое состояние поймете. Меня, по сути, обвинили в том, что я являюсь любовницей своего уважаемого начальника. К тому же увожу его из семьи. Это было обидно и неприятно. К тому же я испугалась вашей агрессии, вы ведь напали на моего начальника. Когда я пугаюсь, меня начинает заносить. В общем, простите. И вы, Артур Натанович, тоже. Ну, все, я пойду.

– Лиза, подожди. – Из авто выходит шеф. – Поехали на работу. Мы опаздываем.

– Угу.

Садимся с боссом в его машину. Начальник мрачен. Молчит.

– Ну что? Объяснил им, что невесте не изменяешь? Нет, ну конечно, они вообще наглые. Даже наглее меня.

Цербер ничего не отвечает, в мою сторону не смотрит. Машина трогается с места. По дороге пытаюсь еще разговорить Даниила, но он упорно меня игнорирует, чем бесит невероятно.

Вот уже и до работы доехали.

– Ты почему со мной не разговариваешь? – спрашиваю я обвиняюще на парковке. В ответ опять игнор.

Поднимаемся на лифте. На нас с любопытством смотрят заходящие в лифт сотрудники. Конечно, все в деловых костюмах, один шеф в футболке и джинсах.

Поднялись на этаж. Босс сразу закрылся в своем кабинете, а я осталась медленно закипать от злости в приемной. Немного отвлеклась потом на чаты. Оказывается, в выходные никто так и не поехал на корабле кататься. При этом у меня появилось ощущение, что в этом тоже я виновата. Я не поехала, из-за этого еще четыре коллеги сразу отказались ехать, и дальше по цепочке пошло поехало, и в итоге никто так и не выбрался отдохнуть. Нехорошо. У меня-то выходные шикарно прошли.

Час просидела, выполняя задания, но потом не выдержала. И так нервничаю из-за того что отец наверняка скоро будет звонить, Цербер еще со мной не разговаривает, с братьями поссорилась, коллег подвела.

Для начала сварила кофе и пошла штурмовать начальника.

Заперла приемную на всякий случай, чтобы никто не мешал разговорую Поднос в руках, мешает открыть дверь, еще и настроение соответствующее, поэтому дверь начальственного кабинета непочтительно открываю с ноги.

Дошла, поставила с громким стуком поднос на стол. Чашечка жалобно звякнула о блюдце.

– Ваш кофе, шеф.

Цербер не глядя на меня кивнул и продолжил заниматься своими интересными делами в компьютере.

– Вам еще что-нибудь нужно, Даниил Александрович?

Отрицательный кивок.

– А мне нужно.

Начальник обращает на меня свой холодный взор.

– В чем дело? Ты на обиделся что ли? Почему не разговариваешь?

Босс еще какое-то время помолчал, не отрывая от меня строгого взгляда, а потом резко поднялся со своего кресла, схватил меня в охапку усаживая прямо на стол, и впился поцелуем в мои губы!

Глава 27

Глава 27

Я от Новикова любой гадости ожидала, но не такой же! Из-за этого в первые мгновения растерялась. И то ли он так хорошо целуется, то ли у меня давно мужчины не было, но прям понравилось. Если бы не вопиющая наглость происходящего и не сама личность Цербера, я бы может, еще подольше пребывала в растерянности. А так я в ярости!

Нащупала на столе шефа сувенирную перьевую ручку и с размаха почти успела ткнуть ее в бедро начальника.

Шеф как-то успел перехватить, видимо, чего-то такого и ожидал от меня, выкинул ручку подальше, скрутил мне руки за спиной и продолжил целовать еще более напористо и яростно, словно злясь на меня за что-то.

Появилась, конечно, мысль откусить Церберу его наглый язык, так отважно домогающийся моего, но именно эта наглость, напористость и злой задор мне все же понравились, именно такого я от обычно выдержанного начальника не ожидала. Увлеклась чуть-чуть, а когда стала отвечать, настрой Даниила тут же сменился, поцелуй тут же стал нежнее, неспешнее, движения начальника ласковыми, отпустил руки, наглаживает, словно кошку, приручает. Прям хоть мурлыкать начинай.

Все закончилось также резко и неожиданно, как и началось.

Цербер прервал поцелуй в самом разгаре, практически оттолкнул меня от себя, ссадил со стола, поправил воротник моей блузки, придирчиво и строго меня оглядел, а потом сел в свое кресло.

– Все, Елизавета Натановна, спасибо, идите работать, – сказано сухо и в приказном тоне. Вче вниманте начальник вновь уделил своему компьютеру.

– Охренел? – то ли спросила, то ли даже восхитилась я. Наглость Цербера на грани фантастики.

– Идите работать, – с нажимом повторяет босс.

– Что это вообще было такое? Ты бесстрашный или бессмертный?

– Если уж твои братья и обвиняют меня во всех грехах, полносттю увереннве в своей правоте, то пусть хотя бы действительно будет за что получать. Иди на рабочее место.

– Дай-ка телефончик своей невесты. Поболтать с ней хочу.

– О чем? – фыркнув, уточняет шеф, доставая свой телефон. Реально собрался номер давать?

– О нашем, о гаремном.

Общаться с невестой, конечно, не собираюсь, так, пугала, а вот поскандалить и вынести шефу мозг – с большим удовольствием. Он слишкоп много себе позволил. Поцеловал без спроса, после вообще себя мерзко повел. И вообще я к себе занятых мужчин не подпускаю. На дух изменщиков не переношу. Даниил должен быть наказан за свой поступок!

– Можешь позвонить с моего, – открывая нужный контакт, и передавач мне телефон, безэмоционально протзносит Цербер, но его взгляд обжигает, а я ловлю себя на мысли, что мне одного этого прерванного поцелуя не хватило.

Не знаю, как бы дальше развиввлись события, но тут зазвонил вдруг мой телефон. Достаю, смотрю на экран и мигом забываю про Цербера. Поцелуйные разборки это мелочь. Вот папаня мне реальные проблемы может устроить.

– Отец звонит, потом договорим, – мрачно И многообещабще произношу я, разворачиваюсь и быстро ухожу, на ходу, отвечая на вызов.

– Алло.

– Спускайся сейчас на парковку, жду тебя для разговора, – строгим холодным тоном произносит отец и сбрасывает вызов.

Бр-р. Спускаясь на лифте, гадаю, что меня ждет. Отрежет окончательно от финансирования? Может, еще что-то оригинальное придумает для моего "воспитания". Мама все-таки умела им крутить, и я почти всегда спокойно жила, как хотела, за исключением отдельных моментоа, когда в отце вдруг не просыпались гениальные идеи по моему воспитанию.

У выхода из лифта меня уже поджидает охрана отца.

Нахмуренная и надутая сажусь в салон, а водитель наоборот выходит.

– Что, тут будем разговаривать? Даже не в ресторане?

– Какой ресторан? У тебя работа. Если только сама себе еду оплатишь, и то, доедешь тоже сама в обеденнвй перерыв, – отвечает папаня не менее ворчливо и переходит к делу. – Я тебе говорил, что с моими сыновьями общаться нельзя?

– Я и не собиралась. Ты сам о чем думал, приставляя меня работать к человеку, который с ними дружит? Надеялся, что мы никогда не пересечемся? – нападаю я мразу в ответ, чтобы не быть в положении оправдывающегося.

– Плохо, – отец недовольно качает головой. – Если ты хоть словом или получловом намекнешь им…

– И не думала. Мне, кстати, по твоим рассказам казалось, что они все такие правильные отличники, спортмены, лапушки. А по факту те еще скандалисты. Приехали не разбираясь, своему другу морду бить, потому что им показалось, что он своей невесте изменяет. Я не понимаю, что у них там за оюбовный квадрат такой? – отвлекаю я отца от темы и заодно пытаюсь выудить интересную информацию.

– А что он у тебя там ночью в квартире делал, а? В шашки играли?

– Я занятых мужчин к себе не подпускаю. К тому же сам говорил, что он мной не заинтересуется как раз из-за прекрасной невесты. Ничего не изменилось.

– Это да, я буда крайне им разочарован, если окажется, что он тобой соблазнился. В общем, я приехал предупредить, чтобы с братьям не вздумала ничего говорить, я, конечно, постараюсь сделать такНу и похвалить.

Высоко вздернула брови. Что-то новенькое.

– По какому поводу?

– Даниил по тебе хвалебные отчеты шлет, да я и сам проверил. Аккуратно расспросил нескольких знакомых из компании, одни восторженные и хвалебные отзывы о тебе. Не ожидал. Думал, буду только краснеть за тебя. Еще и карточкой своей ни разу не воспользовалась, молодец. Впрочем, это, видимо, Даниил кремень, не очаровался и не стал тебя жалеть.

Внутри все натянулось. Как это не воспользовалась? Еще как последние два уикэнда пользовалась.

– Кхм. А он сам моей карточкой не пользуется случайно? Ведь мог бы. А потом сказать, что это я потратила.

– По всем тратам мне отчеты приходят, не было их.

М-да, интесресное кино. Одно дело прогуливать папины деньги, и совсем иное, если это деньги Цербера. Зачем вообще ему это надо было? Обдумаю этот момент попозже.

– Пап, может, тогда сократить сроки, раз я так хорошо справляюсь? С года до полугода?

Вот тут отец расхохотался.

– Нет уж, работай, тебе полезно.

– Ничего полезного не вижу.

– Вот поэтому и работай дальше.

– А почему вообще именно к Даниилу этому ты меня приписал? Почему ему так доверяешь? – все же пытаюсь я выяснить давно интересующий меня момент. – В нем же нет ничего такого… выдающегося.

– Как это нет? – удивился отец, я чувствую, что хотел уже было что-то сказать интересное про Цербера, но в последний момент передумал. – М-да, ума у тебя, конечно, не прибавилось. Но хоть прилежность появилось. Думал, получится тебя в самостоятельное плавание со временем отправить, но душа у меня будет неспокойна. Придется позаботиться о твоем будущем.

– Ой, не надо. Ты когда о моем будущем заботишься, только хуже делаешь, а потом меня во вскм обвиняешь. Запихнуть меня в университет было вообще провалом. Ты даже не поинтересовался, знаю ли я язык, на какое направдение лучше, надо ли оно мне.

– Дорогущий университет! Ты просто не понимаешь своего счастья. На твоем месте очень многие хотели бы оказаться, а ты вообще ничего не оценила. Все. Опять меня раздражать начала. Вылезай из машины, бездарь.

С удовольствием. Хлопнула дверью напоследок посильнее. Знаю, как отца это жутко бесит. С возрастом все хуже и хуже становится. Маразм крепчает.

Но хорошо хоть за неожиданное общение с братьями предъявлять не стал.

Может бросить эту работу? Цербер берега потерял, отец бесит. Только это тогда из квартиры пиидется выселиться и пойти побираться, подрабатывая иногдаьна огненных фаер-шоу.

Нет, лучше пойду доведу Даниила до нервного тика, хоть какая-то радость.

Возвращаюсь на рабочее место, а шефа нет? Выместить злость не на ком. Это Цербер видимо как-то своим особым чутьем учуял, что сейчас меня лучше избегать.

Плюхнулась за стол. Устало откинувшись назад. Не буду работать. Возвращаюсь к тому, с чего начала. Мы, конечно, с Даниилом спорили, и спор я проиграл, но спор был с условием использования денег моего отца, так что этот спор аннулируется. А с последним мы даже нк обсуждали, кто выиграл.

Прошло уже около получаса, а Цербер так и не пришел. Успела выпить чай, немного успокоится, но настроение все равно скандальное.

В дверь приемной вежливо постучали и вошли.

Я застыла в изумлении. Карина. Та самая, которая невеста. У-у-у. Это она на разборки приехала? Братья ей сообщили? Вот почему шеф куда-то смотался и на телефон не реагирует. Надеюсь, у Карины этой нет с собой пистолета? У меня только перцовый баллончик.

– Здравствуйте, – произносит Карина вежливо. Выглядит спокойно, улыбнулась даже. Но знаю я таких. Прям представляю, как с этой же спокойной улыбочкой она достает из-за пояса нож и пуляет им в меня, попадая прямо в глаз, я падаю под стол, она, мило охнув, извиняется, что тут насорила, и выходит.

Или я нагнетаю? Может, Карина вообще не в курсе? Братья ей ни о чем не сообщили? Зачем тогда приехала? Именно сегодня с утра. Хотя есть предположение – своего загульного жениха решила отыскать и пообщаться. Бедная, они вообще часто видятся?

– Здравствуйте. Даниила Александровича нет и я точно не знаю, когда он будет, – сразу сообщаю я.

– Можно я подожду здесь?

– Конечно.

Карина проходит в приемную. Садится на диванчик для посетителей, как раз напротив меня, и застывает в позе ожидания.

Пытаюсь делать вид, что работаю на компьютере, но не могу. Невеста эта на меня смотрит. То и дело ловлю на себе ее взгляд. Карина не достала телефон, чтобы в нем позалипать, не заинтересовалась разложенной мной на столике макулатурой в виде журнальчиков и рекламы. Она смотрит на меня. Рассматривает.

Кажется, Карина что-то все-таки знает.

Украдкой достаю из сумочки перцовый баллончик и прячу его между собой и спинкой кресла. На всякий случай.

Первой молчания не выдержала я.

– У вас ко мне какой-то вопрос? Может что-то хотите? Кофе? Чай?

– Нет-нет, ничего не нужно, спасибо, – Карина таинственно мне улыбнулась. Она меня пугает все больше и больше.

В приемной вновь повисла тишина. Хоть бы уже Цербер быстрее явился и забрал эту свою странненькую. Звоню ему в очередной раз, а он недоступен.

– Лиза, скажите, а как вам вообще Даниил?

– Что? – отвлекаюсь от телефона и с недоумением смотрю на Карину. – В каком смысле?

– Ну… как начальник. Хороший? Плохой? Нравится вам или нет?

– Мне не очень. Но мне вообще не нравится начальство как явление. А он еще и не сговорчивый, – прищурилась и доверительно наклонилась вперед. – Скажите, а он с вами тоже использует эти часики на цепочке, когда время планирует? Все отмеряет ими, да? Почему он вообще именно их использует? Меня жутко бесит. Аж трясти начинает, как их вижу.

– Часы? А-а. Да, он их любит и бережет. Подарок от родителей. Вы ведь знаете про его родителей?

– Нет. А что?

Карина хотела было ответить, но дверь приемной открылась. Явился, наконец, шеф мой загульный. Остановился в дверях. Кажется, не ожидал, что Карина тут будет, воззрился на нее настороженно, напрягся. Никакой радости от встречи с невестой. Ха-ха, так тебе, изменщик. Наверное, гадает, рассказала я что-нибудь или нет.

– Привет, – с улыбкой произносит несчастная невеста

– Карина? Почему не предупредила, что приедешь?

– Сама не ожидала. Проезжала мимо, сердце вдруг екнуло, поняла, что соскучилась, тебе не дозвонилась, приехала сюрпризом

Едва сдержалась, чтобы не хмыкнуть. Сердце у невесты, похоже екнуло как раз в момент, когда Цербер меня во всю целовал, подлюка такая.

Карина подходит к Церберу, и, приподнявшись на цыпочки, обняла его за шею и потянулась поцеловать. Фу-э. Меня сейчас стошнит.

Невеста метила в губы, но начальник в последний момент подставил ей щеку.

– Идем в кабинет, – говорит босс Карине, снимая ее руки со своей шеи.

Кобель! Изменщик! Срамота!

Глава 28

Глава 28

Взяв Карину под руку, шеф быстро увел ее к себе. Осталась одна и меня чего-то аж трясет от злости. Противно, не могу.

Рабочий день сегодня не задался с утра. Обед скоро, вот и пойду. С коллективом общаться настроения нет, звонить кому-то из мужчин намекать, тем более. Пойду так, на удачу и под настроение куда-нибудь подальше, не в здании перекушу.

Когда зашла в лифт, сразу встретилась взглядом с нашим генеральным. Вспомнилась сразу наша первая встреча в лифте. Как он тогда удивился, что я и не в курсе, кто он.

– Случайно не на обед, Елизавета Натановна? – вежливо интересуется директор.

– Да, Григорий Вячеславович.

– Я тоже сегодня решил отобедать пораньше. Составите мне компанию?

– С удовольствием.

У-у, ну хоть какая-то удача сегодня. Генеральный предпочитает обедать дорого и по высшему разряду. И, похоже, настроение у нас сегодня совпало, обедать мужчина предложил не в здании, а выехать в другой ресторан, поскольку к обеду должны присоединится какие-то его бизнес-партнеры. И я так поняла, что я впишусь в качестве спутницы высокого уровня.

Так и получилось. Обед прошел в ну очень хорошем ресторане в компании более чем серьезных людей. Кого-то даже чисто визуально узнала. Встречались то ли на мероприятиях, то ли отдыхе. Люди из моей прошлой, дорогой жизни.

Естественно генеральный мной козырнул, похвастался, как очень хорошей и перспективной сотрудницей.

Обедали долго, гораздо дольше, чем длится рабочий обед. Но лично я никуда не спешу. Мне вообще кажется, генеральный мне хочет все-таки предложить должность своей личной помощницы, а этот обед похож на проверку. Как я себя покажу. Раньше я бы и не подумала соглашаться, а вот сейчас, думаю, если предложит, то приму предложение. Отец против не будет, для меня это вроде как будет повышение, шаг в самостоятельную жизнь, все как папа и хотел. Ну и с Цербером больше не придется так близко общаться.

На обратном пути еще так хорошо поговорили с генеральным, что называется, за жизнь. Как начальник, он, думаю, будет адекватным, можно "брать".

Когда приехали обратно, на парковке достаю из сумочки телефон, я звук на нем специально выключила, чтобы не мешал при разговоре с важными людьми, а там, оказывается столько пропущенных, где-то с момента моего формального окончания обеда. Все от Цербера. Потерял меня. Личная помощница отлынивает от работы. О, снова звонит.

Предчувствуя неприятный разговоров, я тяжелым вздохом отвечаю на вызов.

– Да.

– Где ты?

– Я обедала. Немного задержалась.

– Немного? Полтора часа это немного? С кем ты обедала? Немедленно возвращайся.

Генеральный, с которым мы ждем лифта и наверняка что-то услышал и сочувственно мне улыбнулся, а потом знаком, попросил дать ему мой телефон. Передала.

– Даниил Александрович, это Григорий Вячеславович. Не ругайся на Елизавету Натановну. Ты уж извини, это я твою помощницу на деловой обед похитил и не предупредил. Виноват. Я сам не ожидал, что мы так с ней задержимся. Но она мне очень помогла, очаровала всех потенциальных партнеров. Через пару минут верну твою помощницу в лучшем виде. И буду должен.

Цербер что-то пробурчал в ответ, я не разобрала, и после директор с улыбкой вернул мне телефон.

Телефон забираю, а сама прям так и слышу, как у шефа зубы от злости скрипят.

Генеральный поднялся со мной на этаж, завел в приемную, заглянул в кабинет, в шутливой форме отчитался, что помощницу вернул, потребовал от моего начальника, чтобы тот меня не ругал и наказывать в принципе запретил. Золотой человек.

Ну, все, генеральный ушел, сижу как на иголках. Сама не понимаю, почему так нервно мне. Я Цербера не боюсь, но сейчас не понимаю, как с ним теперь общаться.

Ой, вышел из кабинета.

Все внимание переключаю на компьютер. Слышу, Цербер подошел, но голову не поворачиваю. Я занята.

– Хорошо прошел обед с генеральным?

– Угу, – буркнула, не глядя на босса.

– Куда-то выезжали?

– Угу.

– Кажется, ты ему очень нравишься.

– Угу. Думаю, хочет должность своей личной помощницы хочет предложить.

– У него уже есть помощник.

– А может тот собирается уходить куда-то. Или надоел.

– Заинтересовала тебя перспектива попасть в помощницы генерального?

– До этого не интересовала, а вот как раз сегодня решила, что да, пора менять обстановку. В этой приемной мне душно.

– Душно, значит?

Стало тихо. Нервно и неотрывно смотрю в компьютер. Что-то мне совсем не понравилась интонация, с которой шеф произнес свой последний вопрос.

Щелчок. Тихий, но хорошо так ударил по моим и без того натянутым нервам. Оборачиваюсь. Точно. Это был щелчок замка. Цербер закрыл приемную и теперь смотрит на меня с непроницаемым выражением лица.

– Зачем ты закрыл дверь? – уточняю агрессивно. Так, где моя сумочка с перцовым баллончиком? Вокруг одни неадекваты.

– Чтобы спокойно поговорить, – Цербер целенаправленно идет к моему столу.

– Мне что-то спокойствия не прибавилось. Если будешь сейчас распускать руки, то я…

– Не буду.

Начальник садится за стол напротив меня. Он серьезен, собран, сосредоточен. Собирается с мыслями и говорит:

– Итак. Насчет поцелуя. Я прошу прощения. Действовал на эмоциях, поскольку был крайне раздражен. Признаю, что подобное с моей стороны недопустимо. Больше никаких поцелуев, – Цербер делает паузу в своей извиняющейся речи и заглядывает мне в глаза. – Тем более, что мне совсем не понравилось. Поцелуя хуже в моей жизни еще ни с кем и никогда не было.

У меня отвисла челюсть.

Даниил наглеет час от часу все больше и больше.

– Врешь, – прищурившись, убежденно произношу я. Да он получал удовольствие от каждого мгновения поцелуя со мной!

– Мне это ни к чему. К сожалению, при всех твоих достоинствах, есть и недостатки. Самовлюбленность, эгоцентричность. Ты наверняка думаешь, что настолько хороша, что ничего делать при поцелуе не надо, верно? Пусть партнер радуется уже тому, что получил доступ к твоему ухоженному молодому телу. По факту поцелуй был ни о чем. А вот тебе понравилось. Сопротивлялась недолго, а вот потом просто млела и плавилась. Послушное, податливое бревнышко.

Запустила в Цербера ручкой, лишь бы замолчал, а он поймал ее на лету.

– Злишься, потому что знаешь, что я говорю правду, да, Лиза?

– Я злюсь от того, что ты несешь и творишь какую-то дичь. Был же почти нормальным. Похоже, Тимур тебе какие-то тормоза ударом выбил.

– Возможно. Не переживай, я восстановлюсь. А вот ты так и не станешь лучше целоваться. Никто ведь больше тебе правду об этом не скажет.

– Да ты достал!

Стукнув ладонью по столу, в приливе эмоций, резко встаю и иду. Нет, не бить Цербера, а на выход. Из этого помещения затем здания, а потом может и страны.

Далеко, правда, не успела уйти, когда огибала угол стола, Даниил поймал за руку и рывком дернул на себя. Упала ему на колени. Не такие уж и удобные, как мне раньше казалось.

– Далеко собралась? – строго спрашивает Цербер и смотрит так, словно я в чем-то перед ним провинилась.

– Подальше отсюда. И так, чтобы больше сюда не возвращаться.

– А-а, ясно, ну давай.

Так же резко, как до этого усадил, этот неадекват меня спихнул с колен.

– Порадуешь, наконец, своего отца, тем что слезла с его шеи и больше ничего не требуешь. И я, наконец, заведу себе нормальную помощницу.

Ну все. Замахнулась, чтобы влепить Церберу пощечину, так он руку опять перехватил и дернул на себя.

– Опять?!

Пытаюсь вырваться и соскочить со стула.

– Ты совсем чокнутый?! Да я…

– Пожалуйся на меня папе. Ну или генеральному. Вы же так подружились, – говорит начальник ядовито, недолгая борьба, и он скручивает мне руки за спиной, ноги зажимает между своих, окончательно меня обездвижив.

Наступила тишина. Даниил сидит молчаливый и угрюмый, я тяжело дышу. Устала бороться. Восстанавливаю силы для новой попытки сбежать.

– Дань, – я нервно поерзала на начальнике. – Пусти, а? Я вызову тебе санитаров и все будет хорошо.

– Не держу, – Цербер ослабляет хватку. – Не стоило на меня замахиваться. Собираешься улететь? Купить тебе билет на самолет?

Только было хотела просто встать и уйти, но руки сами сжались в кулаки. Сидя бить неудобно, врезала со всей силы в мужское плечо.

– Да почему ты такой злобный?

– Видимо, настроение плохое.

– Вымещал бы свое плохое настроение на невесте.

– На ней не получается, слишком идеальная, не к чему придраться. А ты вон, целуешься плохо.

Обескураженно смотрю на начальника, а он вроде бы серьезный, а глаза смеются. Ах, ты псина, адская. Издеваешься. Я тебе покажу, кто тут целоваться не умеет.

Беру Цербера за шею, с целью продемонстрировать свой профессионализм и искусность, тянусь к шефу, а он, гад, уворачивается, отклоняется и беззвучно смеется, грудная клетка трясется так, что я с трудом удерживаюсь на мужских коленях.

– Иди сюда, кобелина бессовестная! – ворчу я, привставая на кресле и, наконец, почти дотягиваясь до губ Цербера.

– Лиза, не стоит, – широко мерзко улыбаясь, отвечает начальник, кладя свои лапищи мне на пятую точку и по хозяйски сжимая. – Один раз можно назвать случайностью, а во второй ты уже наверняка подтвердишь свою некомпетентность в искусстве поцелуев.

– Это не у меня некомпетентность, а у кого-то проблемы с потенцией, – рычу я, оставляя попытки поймать губы Цербера. Не хочет, не надо.

– Можешь проверить хоть сейчас, с этим как раз все нормально, меня, оказывается, способно взбудоражить даже бревнышко с женскими формами. Может это и правда какой-то вид извращения? Лиз, наверное, действительно тебе лучше уволиться или перевестись. Будешь ведь постоянно смущаться, что я знаю твою тайну о твоем поцелуйном несовершенстве.

Шокированно, круглыми глазами смотрю на начальника. Да он просто насмехается и подначивает!

Порываюсь встать и без проблем это получается. Начальник внимательно на меня смотрит и словно чего-то ждет.

– Лиз, давай уже решайся на что-то. Либо уходи, либо забываем этот инцидент и продолжаем работать.

– Я не могу с тобой работать. Ты своей невесте изменяешь.

– Вряд ли тот вялый поцелуй можно назвать изменой. Из-за такого я точно не оставлю свою чудесную невесту.

Ну и козлопес. Я все-таки ему должна еще врезать.

Оглядываюсь в поисках чего-нибудь поувесистей, вспоминаю, что у меня, вообще-то баллончик перцовый есть.

– Да кто ты вообще такой, чтобы меня тут оскорблять и унижать, да и вообще оценивать? – спрашиваю, решительно направляясь к своему месту. Сейчас он получит. – Офисный планктон, застрявший в дне сурка середнячок, неясно что о себе возомнивший. Серость. Ненавижу.

На нервах достаю сумку, открываю. Как назло, быстро ничего не нахожу. Забыв о Цербере, роюсь в сумке. Но забыла я про шефа зря.

Сумка вдруг улетает от меня далеко-далеко.

– Дай угадаю, перцовый баллончик искала?

Даниил уже знакомо подкатывает меня, усаживая на стол и вклиниваясь между моих ног. Юбка задралась крайне неприлично.

Моб руку, которую я пустила в ход, чтобы залепить Церберу пощечину, он перехватил.

– Хорошо, так и быть, даю тебе возможность реабилитироваться, – серьезно глядя на меня, выдыхает босс прямо мне в губы. – Узнаем, настолько ли ты яркая, чтобы подарить красочный незабываемый поцелуй, и насколько ты ненавидишь серость.

Губы Цербера замерли в миллиметре от моих. Он ждет.

Глава 29

Глава 29

Сама я тоже не тороплюсь. Пытаюсь понять, что вообще творится. Начальник пахнет приятно, так, как нравится мне. В его глазах ожидание и вызов. Иногда мне кажется, что я уже хорошо знаю и понимаю Цербера, а в другой понимаю, что не знаю его совершенно. И вопрос скорее в том, хочу ли узнать, какой настоящий?

Дотронулась до его щеки, погладила мягко, осторожно, изучающе. Не тороплюсь, потому что сомневаюсь, и выбираю, что лучше предпринять. Ударить, укусить или правда поцеловать?

Даниил не дождался моего решения, его губы первыми коснулись моих губ. Он притянул меня к себе, сжал в своих объятиях до боли, но при этом поцелуй получился томительно нежным, долгим.

Когда все закончилось, поняла, что у меня дрожат коленки. В моей жизни случалось немало поцелуев, но такой чувственный, заставляющий полностью забыть об окружающем мире, пожалуй, впервые. И как мне теперь с этим дальше жить? Мне ведь теперь интересно узнать, какие будут ощущения, если зайти дальше. Почему именно с ним столько эмоций и крышесносных ощущений?

– Ладно, – говорит Цербер, довольно жмурясь и поглаживая мне спину. Он не торопится от меня отступать. – В этот раз у тебя получилось немного лучше, но дл идеала еще далеко.

Сейчас я ему точно врежу.

Рука понеслась к щеке бессовестного начальника, но цели не достигла. Даниил словно и ждал этого, настолько довольный и горящий у него взгляд. Босс ловит мои руки, отводит их за спину. Он наклонился. Его губы опять застыли в миллиметре от моих.

Минуточку! А сейчас что такое происходит? Это ведь уже не назовешь проверкой моих поцелуйных способностей. Да и если так не нравится, зачем вновь тянется?

Медленно отклоняюсь назад, наблюдая, как в горящем взгляде начальника появляется хищный блеск, Цербер словно получает удовольствие от моего сопротивления, это для него вызов.

Начальник поддается вперед, вновь сокращая между нами расстояние, но не прикасаясь ко мне. Я, опускаюсь ниже, затем еще и еще, чтобы уклониться от подбирающегося ко мне начальника. В какой-либо момент оказывается, что уклоняться некуда, и я уже лежу на столе. Попалась. Даниил тоже так думает, судя по его насмешливому взгляду.

Не знаю, чем бы все могло все закончится, но в приемную кто-то попытался войти, подергал ручку, постучал.

– Не удивлюсь, если это братья. Они к закрытым дверям, – хрипло произношу я, а затем угрожающе. – Пустил быстро, кобелина.

Шеф отступает, на ходу помогая подняться и мне, а потом идет и даже не выждав, идет открывать дверь. Я в панике, быстро сажусь за стол, прячась за монитор компьютера.

Посетителем оказался Борис Гордеев.

– Чего это вы закрываетесь? – весело интересуется Борис, провокационно поглядывая на Цербера.

– Целовались, – невозмутимо отвечает начальник.

– Ха-ха! Опасно шутишь.

– Ты по делу или поболтать?

– По делу. Есть одно предложение интересное. Прямо горит.

– Заходи в кабинет.

Проходя мимо моего стола, Гордеев чуть задержался.

– Царевна, на ужин пойдешь со мной?

Не успела ответить.

– Нет, не сможет, у нее сегодня много работы, – отрезал босс.

М-да, Цербер сегодня как с цепи сорвался.

Посидев немного, остыв и поразмыслив, не стала немедленно бросать работу и уходить в закат. Это я успею в любой момент, но этот дурацкий рабочий год все же лучше пересидеть. С взбрыком начальника даже стало немного интереснее.

Сделаю вид, будто ничего не было, меня это вообще не взволновало и вообще хочу забыть про все как страшный сон. Динамо и игнор. Вот такая страшная мстя. Изменщик он, конечно, да и вообще мерзкий тип, но ведь зацепил, гад, такой. Невесте лучше ничего не сообщать, у нее связи, деньги, Церберу могут все простить, а вот мне прилетит. Была бы прежняя поддержка отца, тогда да. А пока лучше осторожничать.

Оставшийся рабочий день, мы с боссом упорно делали вид, что ничего не произошло. Посетителей и работы было много, так что это оказалось лично для меня почти не трудно. Вот только в те недолгие моменты, когда мы все-таки оказывались с шефом наедине, становилось немного по себе, когда Цербер бросал на меня непроницаемые взгляды. Отвечала равнодушием и холодом, хотя руки так и тянулись что-нибудь запустить в босса.

Когда настало время уходить, вздохнула с облегчением. Собралась быстрее ветра, но когда зашла попрощаться, начальник остановил.

– Лиза, задержись ненадолго, сейчас я закончу одно дело, и поедем вместе.

Что-о?

– Зачем вместе? – спрашиваю, агрессивно насупившись.

– Мне же нужно забрать кошку.

– Забудь об этой кошке, ты ее не получишь, – из вредности отвечаю я. Мне Фурия, не сказать, что нужна, но пусть дальше у меня живет, а потом решу, кому пристроить.

– Себе оставить хочешь?

– Да хоть на помойку выброшу, это уже не твое дело.

– Лиза, не надо мстить мне через кошку.

– Я не мщу, я спасаю. Любая судьба для кошки будет лучше, чем попасть к тебк в лапы.

Разворачиваюсь и на выход.

– Лиза, стой, – несется мне в спину.

Поздно. Я уже вышла, схватила сумку со стола и бегом к лифту, а там и коллег уходящих полно. Влилась в общий поток знакомых встретила, вместе на остановку пошли, чтобы до метро доехать.

Автобуса долго нет, болтаем обо всем на свете. С коллегами весело, я уже и думать забыла про Цербера.

Вдруг телефон звонит. У-у, начальник. Нехотя, но все же отвечаю.

– Алло.

– Обернись к дороге.

Поворачиваюсь. Прямо возле остановки авто начальника, ну и он сам в нем.

– Садись в машину. Довезу тебя до дома и заберу Фурию.

– Пф-ф. Ни за что не сяду.

Шеф сбрасывает вызов на телефоне и… как засигналит автомобильным клаксоном. Громкий так угрожащий бик на всю улицу.

Естественно, на машину обратили внимание все, кто стоит на остановке. Здесь же сейчас в основном работники компании.

Новый требовательный и громкий сигнал.

– Ой, а это не Даниил Александрович? Это же, кажется, он, и машина его, – воскликнула девушка из нашего отдела. – А кому он сигналит? Лиза, не тебе случайно?

– Хм, – произношу я задумчиво. Вот это подстава. – А точно, нам же надо было сегодня на деловую встречу съездить. Совсем про нее забыла. Пойду.

Под любопытными взглядами людей, дошла до машины и села в нее. Автомобиль после этого тут же сорвался с места.

– Совсем что ли? – спрашиваю я злобно. – Теперь сплетни пойдут, что мы с тобой вне работы встречаемся.

Открываю рабочий чат и точно. Сразу пошли обсуждения, фото, как я сажусь в машину к Церберу выложили. Уже поделились на два лагеря, одни за то что между мной и начальником роман, другие бьются за то, что ничего между нами нет, встреча по работе.

Не выдержав, пишу чат, требуя всех угомониться, и что реально по работе поехали. Гыр. Шуточки пошлые пошли от остряков.

– Какая тебе разница, что подумают другие? – насмешливо произносит Цербер, вновь повторяя когда-то сказанные мной слова. – меньше года тебе работать.

– А тебе не все равно? Думаешь, не дойдут слухи до невесты?

– С этим вопросом я разберусь сам. Заботься, лучше о себе Лиза. О чем ты сегодня с папой говорила? Неприятный был разговор?

– С ним приятных разговоров не бывает, но я уже про это забыла.

Отвернулась к окну. Что-то меня прямо колбасит. Цербер жутко бесит, кровь бурлит. Хочется его побить и в то же время накинуться и зацеловать. И ругаться с ним нравится. Какое-то извращенное удовольствие доставляет.

Цербер включил музыку и дальше мы ехали без разговоров и ругани. Иногда только ловила на себе изучающие взгляды начальника. А еще нет-нет, да и улыбнется, каким-то своим мыслям, пока рулит.

Приехали к дому.

Кошку, все-таки решила отдать. Зачем мне этот ураганчик дома? Пусть у Цербера бардак наводит и невесту с ее аллергией радует.

У подъезда сидят бабушки. Встретили меня радостными, понимающими взглядами с хитринкой. С боссом моим здороваются, как с родным, кивают одобрительно. Утренний инцидент, наверное, весь день обсуждали, наверное, многое подслушали, а тут я снова с начальником приехала.

– Да не встречаюсь я с ним! – в сердцах восклицаю я.

Не дожидаясь ответа, практически сбежала, добравшись до дверей подъезда в считанные мгновения.

Захожу в квартиру, зову кошку, чтобы побыстрее распрощаться с Цербером, а она не выходит, зараза.

– Кошка на прогулке. Ищи ее во дворе, – говорю я и киваю на дверь, мол, вали отсюда.

– Желания лазить по подвалам у меня нет, подожду здесь, – пожав плечами ответил наглый шеф и стал раздеваться.

Начальник снимает пиджак, обувь, затем начинает расстегивать рубашку.

– Ты зачем рубашку снимаешь?!

– Тут жарко, – невозмутимо отвечает начальник.

– Это не у меня жарко, а у тебя жар, а может и горячка. Белая. Домой скорее возвращайся и пусть тебе невеста голову лечит.

– Хм. Думаешь, жар? Надо проверить температуру.

На ходу окончательно снимая рубашку, Цербер идет в спальню и ложится на мою кровать. Наблюдаю за всем этим наглым действом с открытым ртом. Красивый, полуголый, на-аглый. Блин, все как я люблю. Но это же Цербер.

– Лиза, принеси градусник, пожалуйста, – беря пульт и включая телевизор, просит начальник. – На ужин есть что-нибудь?

– Нет!

– Плохо, – босс с тяжелым вздохом берется теперь за свой телефон. – Придется заказать. Если у меня жар, то за руль я сегодня уже не сяду.

– Если у тебя жар, я тебя сама домой отвезу и сдам Карине, – цежу я сквозь зубы.

– Ты очень хорошая и заботливая личная помощница, – глядя исключительно в телефон, отвечает начальник.

Иду на кухню искать градусник и заваривать чай. Воду поставила, а вот градусник не нашла. Заглядываю в спальню к боссу.

– Где у меня аптечка? – спрашиваю у Цербера, который тут успел убрать так, что ничего не найти.

– Во второй комнате. Угловой стеллаж, верхняя полка.

Иду и действительно нахожу в указанном месте купленную шефом коробку с лекарствами. Все красиво так и четко внутри уложено. Кажется, в моей квартире босс ориентируется лучше, чем я. Правда, квартира не моя.

Внезапно накатила грусть от того, что ничего своего у меня в действительности нет. Как показала практика, отец может забрать все, что давал, в любой момент. Живу, как перекати-поле, нет даже места, которое могу назвать домом, и речь не о формальных стенах и крыше.

Глава 30

Глава 30

Стало грустно. Раньше я о таком не задумывалась, это мысли для обычных людей, которым нужно каждый день думать о насущном. Видимо, папино экспериментально-трудовое воспитание все-таки дает о себе знать. И день еще сегодня, был излишне эмоциональным, прям выбил из колеи, вот и стала задумываться о тихой гавани.

Вернулась в спальню, дала Церберу градусник, а сама прилегла рядом и надолго задумалась. Я это в последнее время делаю все чаще.

Насчет тихой гавани. Я, конечно, живу вольной интересной жизнью, но может и правда нужно иметь свой причал, чтобы было, куда возвращаться после интересного и захватывающего путешествия? Место, где хорошо, спокойно, все родное, близкое, где можно переждать любой ураган.

– Ты подозрительно тиха и задумчива, – меж тем замечает босс. – Я начинаю опасаться. Пакость замышляешь?

– Кажется, у меня такие дни начинаются, когда настроение всякое разное без особой причины накатывает, – грустно выдохнув, замечаю я. – Померил?

– Еще нет. Я бы не отказался от чая.

– Ты как тот гость, которой так пить хочет, что переночевать негде. Не пойду за чаем, вдруг ты тут без меня градусник как-то успеешь нагреть.

– Зачем мне это?

– Вот я тоже думаю, зачем тебе такой ерундой заниматься.

Сделала вид, что смотрю телевизор, а сама думаю дальше.

Вот Цербер. У него наверняка все четко расписано. Стабильная, правильная жизнь. С пеленок все продумано. Думаю, был отличником, затем поступление в хороший университет, после получил перспективную вакансию в компании, четко сработал и идет вверх по карьерной лестнице. Думаю, уже в собственности квартира хорошая. Есть правильная невеста. Попозже детей заведут в законном браке. Хорошо это или плохо, жить предсказуемо и стабильно? Я не знаю. Для кого-то, наверное, да. Но почему тогда шеф налево посматривает, красивых левых блондинок нацеловывает и у них в гостях полуголый на кровати разлеживается? Значит, все же что-то в его плане пошло не так? Рискует как минимум невесту потерять, если она узнает о его выходках.

Но это все философия, размышлять можно долго. А что по факту?

По факту, мне неплохо было бы хотя бы квартиру прикупить, причем не на папины деньги. Чтобы в случае чего, было жилье. Своих денег у меня нет, личной помощницей я еще долго на квартиру не заработаю. Какие тогда варианты?

Босс вдруг коснулся моего лба между бровей.

– Что это за хмурая задумчивая складочка? Раньше не замечал, за тобой подобной мимики, – с улыбкой произносит Цербер.

– А ты прям много за мной наблюдаешь? – язвительно интересуюсь я, берясь за руку начальника и оттягивая ее от своего лица.

Оттянула, правда мужская рука, словно намагниченная, снова ко мне притянулась – легла на живот вместе с моей рукой.

– Я в принципе наблюдательный, – загадочно блестя глазами, уведомил начальник.

Ну все, пора заканчивать этот цирк. Резко подаюсь вперед, так, что наши с Цербером лица оказываются друг напротив друга. Моя рука ме-едленно тянется к его лицу. Босс молчит и никак меня не блокирует и не отодвигает.

Еще пару мгновений тяну, а потом моя рука, не доходя до лица, выхватывает из под руки шефа градусник.

– Ха! А ты думал, я тебя сейчас целовать буду своими ужасными поцелуями? – веселясь, спрашиваю я, отодвигаясь подальше от шефа. Между делом взглянула на градусник. Была уверена, что никакой температуры нет, но… – Ого! А ведь и правда есть температура. Не очень большая, но все же. Может, это у тебя организм так среагировал на резко среагировал на резкую смену климата? Ладно, сейчас тебе чай с медом приготовлю. Какие там в аптечке лекарства есть?

Перекатываюсь на край кровати, хочу встать, но не вышло.

Рука Цербера поймала и притянула меня обратно к его горячему во всех смыслах телу.

– Не торопись, – выдохнул мне прямо в ухо шеф.

– Ты сейчас домой поедешь, – угрожающе произношу я. Совсем уже руки свои распустил.

– Две минуты полежи тут. У тебя какое-то лечебное присутствие. Сразу легче становится.

Фыркнула.

– Ну, во-первых, ты меня можешь заразить. Может, ты какую-то страшную тропическую болезнь словил. Или ты специально как раз таки хочешь, чтобы в случае чего мы страдали вдвоем? Во-вторых, давай телефон, я знаю более эффективный метод лечения, чем мое присутствие.

– Какой? – легонько щекоча губами мою щеку, интересуется шеф.

– Волшебные лечебные пендели от невесты. А? Как? Хочешь попробовать? Не знаю, как насчет вируса, но голову хорошо должно подлечить.

– Не вредничай, – отвечает начальник и… все. Молчит. Обнимает, по руке поглаживает неспешно.

Повернулась к Церберу, чтобы посмотреть в его бесстыжие глаза. Не удалось. Глаза закрыты.

– Так, только не говори, что ты опять спать у меня собрался. Быстро домой!

– Кошка еще не вернулась.

– Как вернется, я ее запакую в подарочную коробку и отправлю экспресс почтой.

– Хочешь, поехали ко мне.

– У-у, пощупала лоб Цербера. Да я смотрю, ты совсем нагрелся. Сильно бредить стал.

– Не хочешь? Ну и правильно. Такие хорошие девочки как ты не должны дружить с такими плохими парнями как я.

Заливисто рассмеялась.

– Дань, ты чего принял, вообще, а?

– Я сам порой задаюсь этим вопросом.

– Знаешь, я не хорошая девочка, мы и так не дружим, а ты не похож на совсем уж плохого парня. Конечно, последние события напрягают и вызывают подозрения, но…

– Я бы мог с тобой поспорить, однако как-нибудь в другой раз. Поедешь или нет?

– Нет, конечно. Утром с братьями были разборки, а вечером с невестой хочешь? И так, чтобы я была во все это втянута.

– Она не появится там.

– В командировку улетела?

Невольно захихикала, представив, как Карина невовремя сюрпризом возвращается из командировки и шеф прячет меня в шкаф.

Пытаюсь отпихнуть от себя начальника.

– Дай встать! Хватит меня тискать, я разрешения на это не давала.

– А я, когда ты болела, разрешал себя трогать и обнимать, – как бы между прочим заметил Даниил и убрал руки.

– Ну так я об этом не просила и уж точно насильно тебя не тискала.

Сползла, наконец, с кровати, ушла чай готовить и остывать. А то сама киплю как чайник. И злюсь, и либидо что-то совсем взбунтовалось. Хочет Цербера и все тут. Редко, когда мои потребности расходятся с желаниями, а тут прямо раздрай.

Когда вернулась с лечебно-питьевым набором невольно умилилась. Не знаю, когда успела вернуться кошка, но она это сделала, причем незаметно для меня. Лежит на груди у начальника, мирно и комфортно расположившегося в моей постели. Ну правда, со стороны кажется, будто это его законное место и все нормально, никаких вопросов. Фурия урчит, довольно жмурится от мерных поглаживаний мужской ладони. Босс уже нашел себе какой-то фильм и полностью им поглощен.

Обратила внимание еще на одну деталь. Брюки. Мужские. Аккуратно повешенные на спинку стула. Цербер укрылся одеялом. Возникло страшное подозрение.

– Ты уже разделся?

Подхожу и ставлю угощение на тумбочку. Шеф мой вопрос игнорирует.

– Так, одевайся, отвезу тебя домой вместе с кошкой. Говори адрес.

Цербер лениво скосил на меня взгляд. Чувствую, говорить не собирается. Не знаю, может сейчас случилась бы попытка убийства одного наглого гостя, но в дверь позвонили.

Иду узнавать кто там, а это курьер с заказанной и оплаченной шефом едой. Забираю пакеты и краем глаза замечаю, что некоторые соседские двери на площадке приоткрыты. До этого я только выглянула, а тут вышла в коридор и двери тут же захлопнули. Система слежения “Бабули на стреме” активирована.

Вернулась в квартиру, проверяю пакеты, а там столько вкусностей, и все в основном, что я люблю.

Захожу обратно в комнату.

– Ты на кухню есть пойдешь? – спрашиваю, мысленно разрешив Церберу остаться на ужин.

– Лучше здесь, – не отрывая взгляд от телевизора, отвечает начальник.

– Пикник на кровати? Ну ладно. Только учти, спать ты тут все равно не останешься. Через час я вызову тебе такси.

Действительно, чего это я его сама повезу домой. Машина босса только тут останется, но ничего, заберет, когда выздоровеет.

Начальник в ответ промолчал, и это молчание прозвучало как вызов.

Нет, ну я ничего не говорю, посидели хорошо. Точнее полежали с едой, фильмом и кошкой. Я бы сказала, что было очень уютно, что ли. Никогда раньше не понимала домоседов, каждый вечер проводящих в четырех стенах. А теперь начала догадываться. Если вечера этих людей проходят вот так, то в этом даже что-то есть.

– Ну чего, давай собирайся, – когда закончился фильм, зевая, говорю я, перетягивая край одеяла на себя, чтобы стащить его с Цербера. А шеф и не против, еще и сам укутал меня в это одеяло плотнее. Исключительно в лечебных целях где-то в середине фильма я все-таки перебралась у начальнику под бок. Быстрее вылечится – быстрее уедет. Все логично. И нет, соблазнам тела я не поддамся, большего позволять не собираюсь. Давно для себя решила, что слишком хороша, чтобы быть на вторых ролях. Да и вообще я Цербера практически не перевариваю.

Ну ладно, ладно, уже перевариваю. Не знаю как, но мне он одновременно не нравится, бесит, и в то же время нравится, причем это так органично сплетено, что даже не кажется чем-то неправильным.

– Уверена? – вкрадчиво интересуется начальник.

– А то, – отвечаю я задорно и мысленно предвкушая интересное противостояние.

Не тут-то было. Становится вдруг не так тепло и уютно. Оборачиваюсь и с удивлением наблюдаю, как Цербер, стоя ко мне спиной, натягивает брюки на своей крепкий тыл в черных боксерах.

– Эй, ты куда собрался?

– Домой.

– Ты же болеешь.

– Ничего страшного.

Какой обидчивый. Ощущаю разочарование. Это почти как… не доведенный до конца акт. Любой акт. С характером Цербера так легко согласиться. Но не буду же я его теперь уговаривать остаться, это не в моих правилах.

– Ну ладно, так и быть, оставайся.

Одевшись, начальник наклоняется ко мне и без спроса запускает руку мне в волосы.

– Нет. И впредь, когда общаешься со мной, думай и взвешивай каждое свое слово, я не твой ручной песик и это ты все еще работаешь у меня.

Босс отступил и пошел к выходу. Нехотя встала и обмотавшись одеялом, поплелась закрывать за ним дверь. Дверью вслед хлопнула громко хлопнула. Не придет он больше сюда. Ни за что и никогда. Не пущу!

Резко разворачиваюсь и вижу сидящую в коридоре Фурию.

Тут же спешно вновь открываю несчастную дверь. Цербера уже и след простыл.

– Стой! Кошку забери!!!

В ответ тишина.

Поганец.

Дверью не хлопаю, смысла нет. Возвращаюсь в постель и… нет. Весь сон как рукой сняло, да и настроение не то.

Собиралась недолго. Вечерний боевой раскрас, платье покороче. Все, я готова. Мы с Фурией не какие-то там домашние кошечки. Нет, мы свободные, независимые и гулящие.

Схватила сумочку и вышла в ночь, искать приключения на свою кудрявую голову.

Глава 31

Глава 31

Утро. Будь оно неладно.

Приложила ко лбу холодную кружку. Легче не стало.

Плюсы ночной гулянки – развеялась, настроение пришло в норму. Минусы. Не выспалась, болит голова, деньги кончились. От слова совсем.

Вздрогнула от хлопка двери. Чего заходит как слон?

– Доброе утро, – противно бодрым тоном произносит шеф, идя через приемную к своему кабинету.

– Доброе, – убирая кружку, буркнула я в ответ, и продолжила рассуждать вслух. – И чего больничный не взял? Дал бы подчиненным расслабиться денек-другой.

– Полагаю, тебе тогда было бы без меня тут скучно, – замечает Цербер, останавливаясь возле моего стола.

– Вот уж ни капли.

– Ты сегодня рано. При этом что-то выглядишь неважно. Не выспалась? Так переживала, что выгнала больного человека в холодную ночь?

– Ой, вот не надо, а? Ты был последним человеком, о ком я переживала. И вообще изыди, твой бодрый лучезарный вид меня раздражает.

Босс присмотрелся ко мне внимательнее, потом и вовсе наклонился и принюхался. Думаю, что-то все-таки унюхал. Во взгляде мелькнуло Цербера раздражение.

– Где ночью гуляла?

– Да где только не гуляла, – отвечаю с грустным ностальгическим вздохом.

Начальник ушел, опять неприятно хлопнув дверью. Успела минут десять подремать прямо в кресле, но потом шеф позвонил и затребовал свой утренний кофе.

В кабинет с подносом захожу медленно. Еле плетусь. Ощущаю на себе тяжелый взгляд начальника.

– Елизавета Натановна, создается впечатление, что вы под пиджак забыли одежду надеть.

Кинула взгляд вниз. Я домой не успевала заехать, сразу на работу поехала. Так что я все еще в очень коротком платье. А пиджак у меня тут запасной висел. Настолько приличный и правильный пиджак, что оказался длиннее платье, полностью скрыв мою ночную одежку.

– Это только впечатление, Даниил Александрович.

– Я запрещаю вам в таком виде находиться на работе.

– Мне сходить в магазин, прикупить себе другую одежду? – приободрившись, с надеждой спрашиваю я. Это же мне сейчас денег дадут, сдачу я оставлю себе и хотя бы вечером домой смогу доехать. В данный момент денег нет даже на метро. А дома может удастся быстро что-то из вещей продать.

– Сейчас нет. Рабочее время. В обед возможно. До обеда вставать из-за стола при посетителях не разрешаю.

Хмыкнула и развернулась на выход.

– Лиза, объясни, зачем надо было всю ночь гулять, зная, что тебе утром на работу?

– Поцелуйной практики набиралась, – брякнула я на ходу и ускорилась. Спина и то же ниже отчего-то тревожно зачесалась.

Вернулась на свое рабочее место довольная. Вообще игра на нервах Цербера доставляет мне какое-то извращенное удовольствие. Я знаю, что я его жутко раздражаю своей неправильностью.

До обеда я не дожила. Как появилась возможность, тайно уползла в комнату отдыха за перекусом, там села в такое удобное кресло и незаметно для себя задремала.

– Лиза, – выводит меня из пучин сна недовольный голос шефа.

– М-м? – сонно жмурюсь, зеваю и потягиваюсь. Шеф сидит в кресле напротив. Хмурый, злой босс.

– Я тебе не разрешал уходить с рабочего места в неподобающем виде.

– Угусь.

– Ты портишь мою репутацию, тем, что спишь тут в полуголом виде.

– Не порчу, а поднимаю. Народ будет думать, что ты очень требовательный и трудолюбивый, настолько, что и помощницу свою в пылу энтузиазма загонял. Ну а то что у тебя красивая помощница а длинными, стройными ногами, которые не стыдно показать, так это… тоже определенно плюс, нежели минус.

– Ну конечно. Отправляйся за одеждой в магазин. К концу обеда должна успеть вернуться.

Встречаюсь взглядом с начальником. Жду. Молчит.

– Денег дашь на одежду? – уточняю я.

– Нет. Я давал тогда, только на первый раз, и пока у тебя еще не было. Сейчас покупаешь на свои. Считай, что это штраф.

– Так нет у меня своих, – грустно вздохнув, призналась я. – Ночью все с трудом накопленное спустила.

Брови шефа поднимаются высоко вверх о удивления.

– Все деньги?

– Да там было-то немного. Можешь, кстати, выделить из папиного фонда мне на общественный транспорт? Нет, ты можешь и не давать, буду тогда попутки ловить. Ну или попрошу генерального до дома подкинуть. Мы с ним так подружились, думаю, не откажет.

То что мелькнуло в глазах Цербера, мне не понравилось. Кажется все. Довела. Сейчас узнаю, каков начальник в настоящем гневе.

Даниил поднимается со своего места.

– Идем.

– Куда? – настороженно уточняю.

– Тебе нужны деньги?

– Ну-у… да.

– Тогда иди за мной.

Начальник быстро удаляется, не давая мне времени на раздумья.

Приходится вскочить и бежать за быстрым шефом.

Босс зашел в свой кабинет, велел ждать. Вернулся уже собранным и ни слова не говоря пошел на выход. Я только сумочку и успела схватить свою, чтобы не отстать.

Спускаемся на лифте. Подземный этаж, парковка. Шеф распахивает для меня дверь своей машины.

– Что, ты меня сам домой отвезешь? – нервно уточняю. – Так рано еще домой.

Молчит.

– Или в лес повезешь? Прикопать под елкой, – догадалась я.

– Ты садишься или нет?

– Если ты не скажешь, куда собрался, то нет.

– Тебе ведь нужны деньги. В компании зарплата фиксированная и еще не скоро. Значит тебе нужна подработка. Я ее обеспечу тебе.

Мысленно плюнула на все, особенно на Цербера, и села-таки в машину.

Начальник садится за руль заводит авто.

– Боюсь предположить. Подработка в рамках древнейшей профессии? – мои слова сочатся ядом.

– С твоим умением целоваться? Нет, конечно.

Машина плавно едет по парковке.

– Поверь, я уже значительно повысила свой навык за прошедшую ночь, – ядовитость этой моей фразы вообще зашкаливает.

Машина резко тормознула. Меня мотнуло вперед. Эй, не дрова же везет! Это шеф наверняка думает, что я то еще бревно.

Начальник с полминуты задумчиво смотрит куда-то вдаль, хотя там ничего интересного нет. Не ругается, не злословит, не рукоприкладствует. Просто смотрит.

– Эй, ты чего? – осторожно спрашиваю.

Не ответил, но хоть ожил. Машина вновь плавно поехала по парковке. Цербер на меня даже не взглянул. Но желваки на лице так и играют. Нет, ну выдержка шикарная у Даниила, тут ничего не скажешь. Я сама себя точно не выдержала долго, но поскольку это все-таки я любимая, то ничего, живу, уживаюсь сама с собой.

Возможно, Дане как раз нужно общение со мной, чтобы больше ценил свою невесту и налево больше не смотрел.

Ехали недолго, буквально минут пять. Машина въехала в подземный гараж современной высотки.

Позже поднимаемся с начальником на лифте и я уже догадываюсь, куда именно мы приехали. Остается только вопрос, зачем.

Цербер открывает дверь квартиры и я, на ходу сбрасывая туфли, с интересом иду осматриваться.

– Притащил все-таки, в свою пещеру. Это ведь твоя квартира, да?

– Почему пещера?

– А как? Я точно не знаю, где должно называться место, где живет Цербер. Не будка же.

Ураганом промчалась по комнатам. Кухня совмещена с просторной гостиной. Есть спальня и еще одна комната, открыв которую невольно присвистнула. Кабинет. Крутой такой. Широкий, удобный изогнутый стол, несколько больших мониторов на нем. Даже по виду мегаудобное и правильное кожаное кресло. Красивый вид из окна.

Поворачиваю обратно и почти нос к носу сталкиваюсь с шефом. Следит.

– Слушай, ты чем тут в кабинете занимаешься? Планируешь, как мир завоевать весь мир? Кабинет круче, чем на работе. Зачем тебе несколько мониторов?

– Я люблю, когда рабочее место хорошо оборудовано. Какие еще впечатления от моего обиталища?

– Чисто. Как в больнице. У тебя даже по углам, смотрю, антибактериальные лампы висят. Ты как в такую чистоту кошку собрался привести? – весело фыркнув, уточнила я. – это же какое испытание для такого чистюли. Хотя, я уже начинаю подозревать, что кошку ты решил не забирать. Да?

– Нет, кошку я обязательно себе заберу, можешь даже не надеяться.

– Пф. Да я только и жду этого момента. Забери сегодня.

– К сожалению, пока не получится. Есть разные причины. В том числе аллергия Карины. Ты можешь еще какое-то время подержать ее у себя?

– Как долго?

– Думаю, около полугода. За это время, надеюсь, получится со всем разобраться.

– Полгода? Почему именно такой срок? Что случится за это время? Карина вылечится от аллергии? О! Или вы поженитесь и переедете в пригород, где у кошки будет свой отдельный домик?

Цербер от чего-то вздрогнул.

– Нет, так не будет.

– А как?

– Ближе к тому времени будет видно.

– Ну, через полгода я уже к Фурии могу настолько привыкнуть, что могу и не отдать. Мы с ней вроде хорошо уживаемся. Обе такие гордые и независимые гулящие леди.

– Я что-нибудь придумаю.

Странный все же этот Даниил Александрович.

– Так а чего ты меня сюда привез? Что делать надо?

– На твой выбор. Либо уборка, либо готовка, либо массаж.

У-у. Цербер еще и цены озвучил , сколько даст за сделанную работу. И если ууборка, то всю квартиру отдраить. Готовка – это и закупка продуктов и блюда аж на недель нажо наготовить. Ну а массажа достаточного часового. За готовку поедлагается больше всего денег. Выбор, мне кажется, очевиден, с учетом моих навыков.

– Можешь что-то одно, или все сразу, – любезно предлагает Цербер.

– Я выбираю что-то одно. Мне же много не надо. Так, до дома доехать и на первое время запас. Это будет… уборка.

– Неожиданно.

– Почему? Готовить я совсем не умею, а тебе же нужен полный рацион. Отравлю еще. Я бы на твоем месте не рисковала. Массаж – это напрягаться надо, да и вообще слишком интимно. А уборка это самое легкое, у тебя тут и так чистота.

– Как бы чисто не казалось, все равно придется все убирать. Полы, пыль, окна, – шеф сделал угрожающую паузу. – Туалеты.

– Трепещу в шоке. Где у тебя тут принадлежности для уборки?

– Во второй ванной шкаф.

– Ага. Только я до конца обеда много не успею.

– На работу сегодня больше не вернемся. Основные дела сделаны, никаких важных встреч во второй половине дня нет.

– У-у, прогуливаешь, значит? Ай-яй-яй, как нехорошо, а казался таким правильным.

Похмыкивая, отправилась искать швабру. Докатилась. Занимаюсь уборкой за деньги. Нет, с этим надо что-то делать. Не прям сейчас, потом, когда высплюсь, буду думать.

Для удобства, перед тем как мыть полы, скинула пиджак, оставшись в одном своем коротеньком платьишке. Готова поспорить на миллион, что шикарнее уборщицы у Цербера еще не было.

Поначалу шеф контролировал каждый мой шаг, то ли любовался, то ли проверял, буду ли халтурить, но позже все-таки скрылся в своем кабинете, надавав заданий по уборке. Только что зерна разных видов на полу не рассыпал. Что называется, почувствуй себя Золушкой.

Минут десять я еще пыталась убираться, то и дело представляя, как в квартиру врывается Карина с пистолетом, но диван в гостиной так манил своим удобным видом, что я поддалась искушению. Пока босс не видит, присела, а потом и прилегла практически в обнимку со шваброй.

Естественно бессовестно уснула. Я почти и не сопротивлялась сну. Подремлю пять минуточек и с новыми силами за уборку.

Глава 32

Глава 32

– Вот что мне с тобой делать? – сквозь сон доносится до меня вопрос. Хорошо так, тепло, уютно. Кто-то мягко гладит по голове. Сейчас замурлыкаю.

– Понять и любить, – сонно бурчу я не открывая глаза и натягивая одеяло повыше. – Ну и спать не мешать.

– Уже стемнело. Долго еще собираешься спать? Не сделаешь работу, денег на возвращение не будет. Ночью ловить попутки рискованное занятие.

– Тогда тут на ночь останусь.

– Звучит как угроза, – хмыкнул босс. – Есть хочешь?

– Конечно, хочу. Еда авансом, да?

– Придется отрабатывать.

– А представь, приходит к тебе твоя невеста на ночь. Сюрприз решила сделать, и на ней только белье, туфельки и шубка. А тут я ем, сплю, отрабатываю. Вот это скандал.

– Только белье и шубка? Что за фантазии такие?

– А что? Я бы только так у жениху бы в гости и приходила, если бы мы жили раздельно. Нет, ну конечно, надо и разнообразие было бы вносить. Один день просто белье, в другой раз можно что-нибудь тематическое.

Замолчала, мечтательно. Что-то меня клинит. С этой работой вообще никакой личной жизни не стало. но тут сама виновата, могла бы ночью сколько угодно личной жизнью заниматься, так нет же, вместо того чтобы спокойно в клубе сидеть, куда сначала поехала, встретил знакомых, тех еще чудаков, утянули за собой, и полночи катались на машинах по городу. Выполняли квестовые задания, рассылаемые нашей команде на телефоны, лазили по каким-то заброшкам. И это я в коктейльном платье и не каблуках, но ничего, даже ни разу нигде не упала. Мы выиграли, дико радовались, решили ехать отмечать в какой-то дорогущий ресторан на крыше, после приезда в ресторан память местами подводит, но там в основном кажется, деньги и спустила. А! Не, не совсем там. Этажом ниже, под рестораном был круглосуточный развлекательный комплекс. Точно! Кажется, пыталась играть в боулинг, там такие тапочки удобные выдали, помню, еще с каким-то автоматом-лазером бегала. И после снова бы бар.

Нет. Все же почти везде за меня платили. Деньги у меня должны были остаться. Я же понимала, что мне еще жить. Хм-хм. Было же что-то еще. А-а! Под конец в баре ко мне подсела зоолюбительница, тоже уже уставшая, начала рассказывать про тяжелые судьбы подопечных кошек и собак, плакала, а у меня ведь тоже кошка, я что-то расчувствовалась, потом она мне показала фотографию покалеченной собаки и вот как раз там я все и спустила. Перевела последние деньги, оставила только на такси.

Ну вот, кажется, примерно все вспомнила.

Схватилась за голову. Я же этой девице свои координаты дала и сказала, что собаку потом заберу себе после лечения. М-да. Впрочем, моя собеседница сама вряд ли вспомнии про этот разговор.

– О чем задумалась? – мирным тоном интересуется Цербер.

Открываю глаза. Ты смотри, диван раздвигается, оказывается, трасфомируясь в жутко удобное и широкое место для… кхм, просмотра кино. В подлокотниках и выемки для напитков есть. А я у шефа под боком опять очень уютненько пристроилась.

– Да пыталась вспомнить, что ночью творила. Оказывается, есть провалы в памяти.

Ой, как глянул опять на меня Цербер нехорошо, но тут же отвернулся и включил плазму.

– И как? Удалось все вспомнить?

– Основные моменты. Рассказать?

– Ну расскажи.

За время моего пересказа бомс несколько раз бросал на меня удивленные взгляды. Кажется, немного расслабился.

– То есть, ты и правда живешь, как в выходные, вот так спонтанно, и не знаешь, где можешь оказаться утром?

– Да нет, не настолько. Наши первые выходные вообще экстрим чистой воды были, я до сих пор под впечатлением. А что покушать есть? Я перед обедом сендвич съела, но на этом все.

И как раз в этот момент в квартире раздался звонок. Кто-то пришел к Церберу в гости.

Испуганно распахнула глаза и вцепилась в руку босса.

– Это Карина, да? Я пяткой чувствую, это она.

Взгляд шефа повеселел.

– Ты ее боишься?

– А что, не надо?

– С чего вдруг?

– У нее очень влиятельные родственники.

– У тебя тоже.

– Прикалываешься что ли?

Цербер встает и, похоже, идет открывать.

– Стой! Ты больной? Не вздумай открывать!

– Если это Карина пришла – ничего страшного, пообщаемся.

– Отморозок! – кричу я, быстро скатываясь с дивана и прячась за него.

Вернулся начальник спустя меньше минуты, без невесты, но зато с пакеты из доставки. Думаю, в пакетах ужин.

– Лиза, ты где?

– Тут, – мрачно произношу я, вставая. Чувствую себя глупо.

– Какая шустрая, – смеется шеф. – Идем на кухню.

– Это ты меня еще вчера не видел, когда мы в стрелялки играли. Там я вообще ниндзя.

Решительно иду. Только не на кухню, а на выход. Ну, нафиг.

– Лиза, ты куда?

– Домой.

Нашла сумочку в гардеробе, там же пиджак.

– У тебя же денег нет. И даже не поешь?

– Ага.

Надеваю пиджак, встряхиваю волосами. Злая невозможно.

– Темно. У тебя нет денег. До дома далеко, еще и дождь, кажется, начался, – перечисляет аргументы начальник.

– Я же Царева. Для меня это не проблема.

Берусь за дверную ручку.

– Останься, пожалуйста, – серьезным тоном просит Цербер.

– С чего бы? Ты мне не друг, не любовник, чтобы я у тебя оставалась. Рабочее время личной помощницы давно закончилось.

– Я беспокоюсь. Давай хотя бы отвезу домой.

Дергаю за ручку, проворачиваю замки, дверь не поддается.

– Не надо! Открой лучше дверь.

– Лиз, успокойся, пожалуйста.

– Я спокойна как никогда. Обо мне не стоит беспокоиться. Я с детства крайне самостоятельная.

– Подожди минуту, я возьму ключи от машины.

Цербер ушел, а мне, к счастью, удалось, наконец, разобраться с его замками. Выскочила из квартиры, словно за мной адский пес гонится. Спустилась на лифте на первый этаж и вскоре вышла на улицу.

Еще несколько минут тяжелого бега на шпильках и можно остановиться. Вряд ли босс меня найдет да и зачем бы ему меня искать. Я кстати, в парк забрела. Присела на скамейку, достала телефон и сжала его в руках, но звонить кому-либо не тороплюсь.

На улице морозно, одета совершенно не по погоде, еще и дождик мелкий накрапывает.

Запрокинула голову наверх и смотрю в темное небо. Лицо быстро становится мокрым, но не столько от дождя, сколько от слез.

Почему общение с Цербером меня так задевает? И прямо раздражает. Я могла бы остаться у него, но для чего? Переспать разок? Все ведь к этому шло? И потом каждый день его видеть на работе, прислуживать, кофе носить, может и его невесте, она любит на работу заезжать.

На лавочке просидела довольно долго. С деньгами, конечно, хорошо, не надо ни о чем думать, волноваться, да и стремиться не надо, и так все есть и при желании появится. А вот без денег жизнь наполняется новыми смыслами.

На телефон пришло сообщение. Мне на рабочую карту пришел перевод. Лично от шефа. Хорошая такая сумма. Подачка.

Грустно хмыкнув, решаю, что хватит уже мерзнуть и, полистав список контактов в телефоне, набираю один из номеров. У меня много состоятельных знакомых, но звоню я не кому-то из них.

– Алло, Фаер, привет!

– Привет, Огонек.

– Планируете сегодня выступление.

– Да, есть заказ.

– С вами можно?

– Конечно.

Фаера и его команду пригласили выступать на свадьбу. Мы имели бешеный успех. Свадьба вообще была просто огонь. Только к полуночи освободились.

Уставшая, но довольная, с денежками, которые сама заработала, решаю, что теперь и домой можно возвращаться. Беру телефон, чтобы вызвать себе такси, а там множество пропущенных от Цербера. Вот что надо человеку? И в черный список не добавить, шеф ведь.

Пока разбиралась с заказом такси, Даниил вновь позвонил. Настойчиво, долго так.

– Ну что тебе? – все-таки ответила я на вызов. – Я может сплю, а ты названиваешь.

– Тебя нет дома.

– С чего это ты решил?

– Я сейчас у тебя в квартире.

– Нормально. Совсем оборзел?

– Где ты?

– Если ты правда сейчас у меня дома, немедленно уезжай, иначе я за себя не ручаюсь. Серьезно. Я приеду – ты будешь там, тебе конец. Сейчас по дороге где-нибудь куплю пистолет.

Сбросила вызов и на взводе продолжила такси заказывать. Цербер в край охамел. А все потому что слишком близко его к себе подпустила. Ключ забирать у него смысла нет, наверняка копии сделал, а вот замки поменяю. Прям в ближайшее время. На работу не поеду, пока замки не сменю.

Вообще у меня дверь довольно хлипкая, заменить бы, но на съемной квартире смысла это делать нет.

Хочу свою собственную квартиру.

Пока еду в такси, смотрю почем нынче столичные квартиры, сравниваю со своей зарплатой и грущу.

Даже если буду танцевать с огнем каждую ночь, долго копить придется. Зарплата личной помощницы ни о чем, с учетом того, что основная часть уходит на оплату съемного жилища, коммуналку и еду.

Я могу экономить на еде. Питаться меньше. Попробовать взять ипотеку, отправившись в многолетнее рабство.

Ну или просто доработать год, вернуть отцовское финансирование и… ничего своего, личного, у меня так и не появится. Отец хоть и дает деньги в неограниченном количестве, но покупать на себя недвижимость не разрешает. Машины и вещи, как показала практика, может в любой момент изъять.

Домой захожу с опаской. Я, конечно, никакой пистолет не купила, но перцовый баллончик наготове.

Шефа нет, дома только кошка. Повезло боссу.

Глава 33

Глава 33

– Вот что мне с тобой делать? – сквозь сон доносится до меня вопрос. Хорошо так, тепло, уютно. Кто-то мягко гладит по голове. Сейчас замурлыкаю.

– Понять и любить, – сонно бурчу я не открывая глаза и натягивая одеяло повыше. – Ну и спать не мешать.

– Уже стемнело. Долго еще собираешься спать? Не сделаешь работу, денег на возвращение не будет. Ночью ловить попутки рискованное занятие.

– Тогда тут на ночь останусь.

– Звучит как угроза, – хмыкнул босс. – Есть хочешь?

– Конечно, хочу. Еда авансом, да?

– Придется отрабатывать.

– А представь, приходит к тебе твоя невеста на ночь. Сюрприз решила сделать, и на ней только белье, туфельки и шубка. А тут я ем, сплю, отрабатываю. Вот это скандал.

– Только белье и шубка? Что за фантазии такие?

– А что? Я бы только так у жениху бы в гости и приходила, если бы мы жили раздельно. Нет, ну конечно, надо и разнообразие было бы вносить. Один день просто белье, в другой раз можно что-нибудь тематическое.

Замолчала, мечтательно. Что-то меня клинит. С этой работой вообще никакой личной жизни не стало. но тут сама виновата, могла бы ночью сколько угодно личной жизнью заниматься, так нет же, вместо того чтобы спокойно в клубе сидеть, куда сначала поехала, встретил знакомых, тех еще чудаков, утянули за собой, и полночи катались на машинах по городу. Выполняли квестовые задания, рассылаемые нашей команде на телефоны, лазили по каким-то заброшкам. И это я в коктейльном платье и не каблуках, но ничего, даже ни разу нигде не упала. Мы выиграли, дико радовались, решили ехать отмечать в какой-то дорогущий ресторан на крыше, после приезда в ресторан память местами подводит, но там в основном кажется, деньги и спустила. А! Не, не совсем там. Этажом ниже, под рестораном был круглосуточный развлекательный комплекс. Точно! Кажется, пыталась играть в боулинг, там такие тапочки удобные выдали, помню, еще с каким-то автоматом-лазером бегала. И после снова бы бар.

Нет. Все же почти везде за меня платили. Деньги у меня должны были остаться. Я же понимала, что мне еще жить. Хм-хм. Было же что-то еще. А-а! Под конец в баре ко мне подсела зоолюбительница, тоже уже уставшая, начала рассказывать про тяжелые судьбы подопечных кошек и собак, плакала, а у меня ведь тоже кошка, я что-то расчувствовалась, потом она мне показала фотографию покалеченной собаки и вот как раз там я все и спустила. Перевела последние деньги, оставила только на такси.

Ну вот, кажется, примерно все вспомнила.

Схватилась за голову. Я же этой девице свои координаты дала и сказала, что собаку потом заберу себе после лечения. М-да. Впрочем, моя собеседница сама вряд ли вспомнии про этот разговор.

– О чем задумалась? – мирным тоном интересуется Цербер.

Открываю глаза. Ты смотри, диван раздвигается, оказывается, трасфомируясь в жутко удобное и широкое место для… кхм, просмотра кино. В подлокотниках и выемки для напитков есть. А я у шефа под боком опять очень уютненько пристроилась.

– Да пыталась вспомнить, что ночью творила. Оказывается, есть провалы в памяти.

Ой, как глянул опять на меня Цербер нехорошо, но тут же отвернулся и включил плазму.

– И как? Удалось все вспомнить?

– Основные моменты. Рассказать?

– Ну расскажи.

За время моего пересказа бомс несколько раз бросал на меня удивленные взгляды. Кажется, немного расслабился.

– То есть, ты и правда живешь, как в выходные, вот так спонтанно, и не знаешь, где можешь оказаться утром?

– Да нет, не настолько. Наши первые выходные вообще экстрим чистой воды были, я до сих пор под впечатлением. А что покушать есть? Я перед обедом сендвич съела, но на этом все.

И как раз в этот момент в квартире раздался звонок. Кто-то пришел к Церберу в гости.

Испуганно распахнула глаза и вцепилась в руку босса.

– Это Карина, да? Я пяткой чувствую, это она.

Взгляд шефа повеселел.

– Ты ее боишься?

– А что, не надо?

– С чего вдруг?

– У нее очень влиятельные родственники.

– У тебя тоже.

– Прикалываешься что ли?

Цербер встает и, похоже, идет открывать.

– Стой! Ты больной? Не вздумай открывать!

– Если это Карина пришла – ничего страшного, пообщаемся.

– Отморозок! – кричу я, быстро скатываясь с дивана и прячась за него.

Вернулся начальник спустя меньше минуты, без невесты, но зато с пакеты из доставки. Думаю, в пакетах ужин.

– Лиза, ты где?

– Тут, – мрачно произношу я, вставая. Чувствую себя глупо.

– Какая шустрая, – смеется шеф. – Идем на кухню.

– Это ты меня еще вчера не видел, когда мы в стрелялки играли. Там я вообще ниндзя.

Решительно иду. Только не на кухню, а на выход. Ну, нафиг.

– Лиза, ты куда?

– Домой.

Нашла сумочку в гардеробе, там же пиджак.

– У тебя же денег нет. И даже не поешь?

– Ага.

Надеваю пиджак, встряхиваю волосами. Злая невозможно.

– Темно. У тебя нет денег. До дома далеко, еще и дождь, кажется, начался, – перечисляет аргументы начальник.

– Я же Царева. Для меня это не проблема.

Берусь за дверную ручку.

– Останься, пожалуйста, – серьезным тоном просит Цербер.

– С чего бы? Ты мне не друг, не любовник, чтобы я у тебя оставалась. Рабочее время личной помощницы давно закончилось.

– Я беспокоюсь. Давай хотя бы отвезу домой.

Дергаю за ручку, проворачиваю замки, дверь не поддается.

– Не надо! Открой лучше дверь.

– Лиз, успокойся, пожалуйста.

– Я спокойна как никогда. Обо мне не стоит беспокоиться. Я с детства крайне самостоятельная.

– Подожди минуту, я возьму ключи от машины.

Цербер ушел, а мне, к счастью, удалось, наконец, разобраться с его замками. Выскочила из квартиры, словно за мной адский пес гонится. Спустилась на лифте на первый этаж и вскоре вышла на улицу.

Еще несколько минут тяжелого бега на шпильках и можно остановиться. Вряд ли босс меня найдет да и зачем бы ему меня искать. Я кстати, в парк забрела. Присела на скамейку, достала телефон и сжала его в руках, но звонить кому-либо не тороплюсь.

На улице морозно, одета совершенно не по погоде, еще и дождик мелкий накрапывает.

Запрокинула голову наверх и смотрю в темное небо. Лицо быстро становится мокрым, но не столько от дождя, сколько от слез.

Почему общение с Цербером меня так задевает? И прямо раздражает. Я могла бы остаться у него, но для чего? Переспать разок? Все ведь к этому шло? И потом каждый день его видеть на работе, прислуживать, кофе носить, может и его невесте, она любит на работу заезжать.

На лавочке просидела довольно долго. С деньгами, конечно, хорошо, не надо ни о чем думать, волноваться, да и стремиться не надо, и так все есть и при желании появится. А вот без денег жизнь наполняется новыми смыслами.

На телефон пришло сообщение. Мне на рабочую карту пришел перевод. Лично от шефа. Хорошая такая сумма. Подачка.

Грустно хмыкнув, решаю, что хватит уже мерзнуть и, полистав список контактов в телефоне, набираю один из номеров. У меня много состоятельных знакомых, но звоню я не кому-то из них.

– Алло, Фаер, привет!

– Привет, Огонек.

– Планируете сегодня выступление.

– Да, есть заказ.

– С вами можно?

– Конечно.

Фаера и его команду пригласили выступать на свадьбу. Мы имели бешеный успех. Свадьба вообще была просто огонь. Только к полуночи освободились.

Уставшая, но довольная, с денежками, которые сама заработала, решаю, что теперь и домой можно возвращаться. Беру телефон, чтобы вызвать себе такси, а там множество пропущенных от Цербера. Вот что надо человеку? И в черный список не добавить, шеф ведь.

Пока разбиралась с заказом такси, Даниил вновь позвонил. Настойчиво, долго так.

– Ну что тебе? – все-таки ответила я на вызов. – Я может сплю, а ты названиваешь.

– Тебя нет дома.

– С чего это ты решил?

– Я сейчас у тебя в квартире.

– Нормально. Совсем оборзел?

– Где ты?

– Если ты правда сейчас у меня дома, немедленно уезжай, иначе я за себя не ручаюсь. Серьезно. Я приеду – ты будешь там, тебе конец. Сейчас по дороге где-нибудь куплю пистолет.

Сбросила вызов и на взводе продолжила такси заказывать. Цербер в край охамел. А все потому что слишком близко его к себе подпустила. Ключ забирать у него смысла нет, наверняка копии сделал, а вот замки поменяю. Прям в ближайшее время. На работу не поеду, пока замки не сменю.

Вообще у меня дверь довольно хлипкая, заменить бы, но на съемной квартире смысла это делать нет.

Хочу свою собственную квартиру.

Пока еду в такси, смотрю почем нынче столичные квартиры, сравниваю со своей зарплатой и грущу.

Даже если буду танцевать с огнем каждую ночь, долго копить придется. Зарплата личной помощницы ни о чем, с учетом того, что основная часть уходит на оплату съемного жилища, коммуналку и еду.

Я могу экономить на еде. Питаться меньше. Попробовать взять ипотеку, отправившись в многолетнее рабство.

Ну или просто доработать год, вернуть отцовское финансирование и… ничего своего, личного, у меня так и не появится. Отец хоть и дает деньги в неограниченном количестве, но покупать на себя недвижимость не разрешает. Машины и вещи, как показала практика, может в любой момент изъять.

Домой захожу с опаской. Я, конечно, никакой пистолет не купила, но перцовый баллончик наготове.

Шефа нет, дома только кошка. Повезло боссу.

Глава 33

Глава 33

Утром на работу опоздала. Опять приехала сонная и невыспавшаяся. Поздно ведь вернулась, а опоздала, потому что мастера на утро вызвала, но замок он быстро поменял.

Начальник даже ничего не сказал по поводу моего опоздания. Да что там, он даже не поздоровался, а любые рабочие диалоги вел сухо и сквозь зубы. Я не понимаю, кто на кого больше обиделся?

Как бы там ни было, но день прошел крайне официально и спокойно, хотя могли бы с шефом разругаться по полной.

Следующий день был абсолютно такой же. Никаких личных вопросов и разговоров. Попыток усадить меня на колени и научить правильно целоваться, тоже не предпринимал. Все скучно, ровно.

Так незаметно прошла неделя. Выходные – скука страшная, в сравнении с теми, что были с Цербером. Без нормальных финансов-то. Ну прокатилась с коллегами на теплоходе, вечерами с огневиками отработала, но все как-то без перчинки и задоринки. То и дело ловила себя на том, что проверяю телефон, не звонил ли начальник и как хорошо было бы с ним поругаться.

В понедельник, придя на работу, вообще только и думаю, о том, что хочу все-таки доказать шефу, как здорово целуюсь, а он гад, с каждым днем все холоднее и отраненнее себя ведет.

Во вторник намеренно косячу, делая ошибки почти в каждом задании босса. Хоть так его из себя вывести, а он не реагирует. Только раз, когда совсем уж было не отвертеться, подошел, попросив исправить меня текст и… в этот момент у него телефон зазвонил. Ответил на вызов молниеносно. Заулыбался, взгляд потеплел, ласково поздоровался с собеседницей по имени Карина и тут же обо мне забыл и ушел к себе в кабинет.

Кажется, я наставила-таки шефа на путь истинный, сравнил меня с невестой и понял, как ошибался, исправился.

Ну и хорошо! А я, вечером гулять поеду.

Возвращаюсь домой после работы с твердым решением – сегодня найду себе кого-нибудь временного для души.

Захожу домой, одеваюсь красиво. Постаралась особенно. Красивая, что взгляд не оторвать. Все. Сегодня у меня появится мужчина.

Берусь за ручку двери, чтобы выйти и звонок на телефон. О, надо же, шеф, в такое время нерабочее. Могу и не брать телефон, но…

– Да?

– Добрый вечер, Лиза. Нужно срочно собраться, через, два часа мы должны быть в аэропорту. Бери вещи из расчета, что мы летим в командировку до конца рабочей недели.

– Э-э, какая командировка? С чего вдруг? Куда?

– Меня попросил генеральный. Экстренно. Тот, кто должен был сегодня лететь, не смог. Все сорвалось вот только что.

– Ну… ладно. А куда хоть летим?

– Все потом. Мне тоже нужно успеть собраться и добраться по пробкам. Ты дома? Я за тобой заеду.

Цербер сбросил вызов.

Что за работа у меня такая ненормированная? Безобразие!

Тем не менее, радостно кинулась собираться в путь. Котейке корма оставила, форточку открыла, сходила к соседке, бабушке-кошатнице, попросила ее присматривать заодно и за моей гуленой, пока меня не будет.

К моменту, когда приехал шеф, я уже собралась. Открываю начальнику дверь, но не впускаю.

– Две минуты и я выйду. Вот мой чемоданчик, его можно отнести в машину.

Отдаю вещи, хочу захлопнуть перед носом начальника дверь, но он рукой ее остановил.

– Ты поедешь так?

– Как так? – удивленно уточняю я, под внимательным непроницаемым взглядом шефа. Он оглядывает меня с головы до ног.

– В этом?

Повернулась к зеркалу у входа, а там я вся такая красивая, нарядная, клубная. Хлопнула себя ладонью по лбу.

– Точно! Сейчас переоденусь. Куда мы едем?

– Пусть останется сюрпризом.

– Ну хоть какая там погода? Тепло? Холодно?

– Почти также, может немного теплее.

– Морюшко есть?

– Есть.

– О, да!

Пытаюсь вновь захлопнуть дверь, но начальник опять не дает, вместо этого молча проходит и окапывается на кухне. Пф.

Еще пять минут и я готова. Стою перед Цербером в кроссовках, джинсах, футболке и ветровке. Так долго красилась и прическу делала для гулянки сооружала, что жалко стало, оставила.

Босс придирчиво меня оглядел, не торопясь вставать.

– А куда ты в том платье собиралась?

– На свидание, – широко улыбнувшись сообщила я.

– Не заметно, что ты опечалена из-за сорвавшейся встречи.

– Что вообще за вопросы? Мы торопимся или как?

Начальник наконец-то соизволил подняться с места. Вместе выходим из квартиры, закрываю ее тщательно.

– Замок сменила? – встав сзади и наклонившись к самому моему уху, вкрадчиво интересуется босс.

– Ага, а то шастают тут разные, без приглашения.

Плечом чешу ухо, отступаю от двери, и утыкаюсь спиной в так и отошедшего от меня босса.

– Много кто заходит? И всем ключи доверяла?

Поворачиваюсь к Даниилу лицом. Он так близко, что хочется его поцеловать. Врезать и поцеловать.

– Ключи доверила только одному человеку, жаль, он это доверие не оправдывает.

Обхожу начальника по дуге и иду к лестнице.

– Лиза, свой чемодан забыла.

Шеф проходит мимо меня налегке, а моя поклажа остается стоять у двери. Вот хам.

Чемодан спустила, дальше проще, он на колесиках, да и не сказать, что тяжелый.

Едем. Молчим. Дуюсь. Терпеть не могу Цербера.

Приехали аэропорт, шеф ушел брать билеты, а я осталась сторожить вещи.

В самолет сели совсем уж поздно вечером. Летим действительно к морю, но недалеко, все в пределах страны. Приготовила как обычно спать в дороге, только боссу не спиться. Решил именно сейчас проинструктировать меня, что будем делать. Оказывается, контролировать, как открывают филиал и осуществлять координационную, надзорную и информационную деятельность.

– Это же не твой профиль, почему отправили тебя?

– Я сам вызвался.

– Но зачем?

– Это мои родные края. Все знакомо, да и соскучился.

– А-а, ясно. Я думала, ты изначально столичный житель.

– Нет, я переехал только когда поступил в университет.

– Хм. То есть ты хорошо плаваешь не из-за того что в бассейне натренировался? Обманывал меня?

– Не то чтобы. Скорее не договаривал. В бассейне я тоже занимаюсь.

– Я посплю. Или еще есть какая-то важная информация?

– Спи.

– Отель хоть хороший нам забронировали?

– Место довольно неплохое.

– Ну ладно.

Шеф разбудил меня, когда прилетели. Выхожу из самолета, вдыхаю. М-м. Тут заметно теплее, воздух влажный. Ничего особо не разглядеть.

Получаем багаж. Позевывая, иду рядом с боссом к выходу, и в этом момент никак не ожидаю нападения, а оно случилось. Только не на меня, а на начальника.

Мужчина и женщина. Пожилые. С радостными криками и слезами накинулись на Цербера. Обнимаю, женщина его целует.

– Ну наконец-то приехал! Совсем про забыл.

Шеф в ответ обнимает, встречающих, улыбается тепло. Я стою, в растерянности за всем этим наблюдаю, и тут внимание пожилой пары переходит на меня.

– И невесту, наконец, привез показать, а то все прятал и скрывал. Какая же красавица, просто ангелочек, – говорит женщина и как давай меня обнимать и в щеки целовать, я и сказать ничего не успела.

– Мам, это не Карина. Ты обнимаешь мою личную помощницу.

Повисла тишина. Воу, как неловко получилось, мог бы и предупредить родителей. Но каков, а? И мне ведь ничего не сказал про встречу.

– Ой, прошу прощения, – осознав, смущаясь и мило краснея, мама Цербера меня отпускает. – Но ты же обещал, как в следующий раз приедешь, обязательно привезешь показать нам невесту.

– Он уже два года как это обещает, – ворчливо замечает отец семейства.

– Я сюда приехал по работе, не планировал визит, да и Карина очень занята.

Родители покивали и повели нас на выход к своей машине. Мама шефа взяла меня под руку, и, судя по оценивающему взгляду, со счетов не сбрасывает. Может думает, что сын ее разыгрывает? Неужели Цербер даже фото невесты родителям не показал? Во дает. Скрытность – уровень бог.

С интересом рассматриваю родителей босса. Мама невысокая, вся такая кругленькая, улыбчивая, сразу видно, что добродушная. Папа высокий, сдержанный, где-то ворчливый, но тоже чувствуется, что добрый и приезду очень рад. Душевные такие люди. Во всяком случае, кажутся.

Ни о каких гостиницах речь не идет, родители повезли сына домой, ну и меня естественно, прихватили, хотя я порывалась все-таки отправится в гостиницу, что мне делать в этой семейной идиллии. Но нет, против моего отслоения были все, включая шефа, его аргументы – отель не заказан, не факт, что будут номера и вообще на дворе ночь.

Ла-адно. Дороги было особо не разглядеть, но приехали мы к прочтоиному дому в какой-то глуши. Выгрузились, мне показали, где моя комната, ванная. Я быстренько приняла души и, ничего не разглядывая, завалилась спать.

Утром проснулась не от будильника, а от крика петуха. Вот это побудка. Еще и в такую рань невозможную.

Пытаюсь еще немного поспать, но петух продолжает надрываться, такое ощущение, что прямо под моим окном.

Делать нечего, поднялась. Осматриыаюсь. Комната… в стили кантри. Просто, чистенько, уютно. Статуэточки кошек, прям много, кружевные вышитые салфетки, шторы в цветочек.

Быстро оделась и пошла на улицу. Гулять и с петухом знакомиться. Все равно все еще наверняка спят.

Ошиблась. На улице оживленно и шумно, рабочие в спецовках бродят, общаются. Трактор заводится, слышится поросячий визг откуда-то, кудахтанье, гогот, мычание и вот, вновь заголосил он своей луженой глоткой. Близко-близко.

Обернулась. Стоит, красавчик, лощеный, солидныц петух, на меня искоса нехорошо смотрит.

– Ну, привет, что ли, – говорю я петуху.

– Доброе утро.

Глава 34

Глава 34

Подпрыгнула от неожиданности и резко оазворачиваюсь. Ага, Даня. Напугал. В первое мгновение, подумала, что это мне петух ответил.

– Что, тебя тоже петух разбудил? – спрашиваю я, оглядывая неофициально одетого шефа. Даниил в джинсах, футболке, кедах, на фоне большого крепкого деревенского дома, смотрится… нет, все равно выглядит, как чисто городской, современный житель.

– Ни за что бы не сказала, что ты, оказывается, изначально деревенский. Вообще не похож.

Цербер задумчиво склонил голову и не отрывает от меня взгляда.

– А какой я в твоем представлении?

Пожала плечами.

– Ну, интеллигент. Этакий педантичный аристократ в пиджаке и с антикварными часами на цепочке.

Слушай, а ты мне свинок покажешь?

Подхожу к шефу и тяну его туда, откуда разноситсч поросячий визг. Цербер безропотно пошел следом.

– Большое, похоже, у твоих родителей хозяйство.

– Да, немаленькое. У них животноводческая ферма и виноградник в горах.

– Вау! Круто!

Дао завтрака юосс успел показать мне далеко не все хозяйство родителей, позже пообещал и на виноградник свозить.

Пришла на завтрак в хорошем настроении, нагулявшая, голодная, а там такие ароматы, аж с ног сбивают, стол ломится от еды, у меня глаза разбегаются. Мама босса суетится и хлопочет вокруг, видно, что хочет, чтобы завтрак прошел идеально. Сама она нарядная, праздничная такая.

Я уже нацелилась на свежую румяную выпечку, но вдруг:

– Мам, зачем все это надо было наготавливать? Мы скоро уезжаем, а моя помощница ест только диетическую правильную и здоровую еду из ресторана, она этого не будет.

Украдкой ткнула Цербера в бок. Совсем что ли? Меня еды хочет лишить и маму обидеть. Я в дороге вообще все что угодно могу съесть, а тут вообще стол царский. Как раз для Царевых.

– Не правда! – громко возмутилась я, быстро хватая сырник в зубы и подтягивая к себе тарелку с пирожками, они прям горкой, с разными узорами, мягонькие. Моя же прелесть. – Это натуральная еда, а значит здоровее ее не бывает, – замолчала, зажмурившись от удовольствия. – М-м, сырник, просто тает во рту. Жаль, так редко удается домашнее поесть.

Хватаю, на всякий случай и пирожок, пока вредный шеф еще чего не придумал. А его мама расцвела, заулыбалась.

Хорошо посидели, душевно, прям не хотелось из-за стола выходить, но шеф, когда пришло время, с бурчанием, все-таки утащил меня на работу. Освободились только поздно вечером, перезнакомилась с кучей новых людей, а потом босс захотел прогуляться. Вышли на набережную, любуюсь морем. Неспешно бредем, болтаем ни о чем, шеф взял меня по руку и то и дело отвлекается, чтобы с кем-то поздороваться. И правда его родной город, многих знает, правда, здороваться к нему подходят в основновном мужчины, ну… подозрительные, на мой взгляд. Один вот сейчас подошел – весь в наколках, щербатая улыбка, кривоватый нос. До этого подходил вертлявый такой дядя, глазки бегаю, меня взглядом этак профессионально обшаривал, но это был не мужской интерес. Идем дальше, а нам навстречу два натуральных таких гопника.

– Воу-воу, братюня приехал! Здарова, академик! О-о, гля с кралей какой, ну и ноги!

То что говорят эти двое я почти не поняла. Но зато Цербер вроде бы понял, весело поболтал со знакомыми, да и пошел дальше.

– Сколько у тебя тут друзей, – замечаю я вслух. – Таких… хм. Криминальных?

– Это маленький город, здесь почти все такие. Здесь так модно, – хмыкнув, ответил шеф.

– Значит, ты по местной версии совершенно не модный. Выглядишь прилично, разговариваешь нормально.

Оказалась еще больше сбита с толку. Судя по тому окружению, что было у начальника в юные годы, он должен быть быдловатым гопником, работягой с огрубевшими от работы на ферме руками. Конечно, можно и не зависеть от окружения, но все равно странно.

Поздно вечером вернулись в дом родителей Цербера. Они не спят, видно, что с нетерпением ждали возвращения сына, усадили ужин за богатый стол. Разговоры полились рекой, и постепенно мне начало казаться, что это я тут местная и своя, прослушав с сотню историй от родителей шефа и приглашенных к столу работяг. А вот босс как-то зажат и не особо разговорчив.

Потом уже, когда больше не осталось сил есть вкусности, мама босса Таисия Вячеславовна, утащила меня на экскурсию по дому. Хозяйство я ведь уже видела, а дом почти не осмотрела. Женщина ведет меня по дому, без остановки болтая. Сетует, что очень хочет уже внуков нянчить, а сынок все не соберется деться обзавестись, только о карьере думает.

С огромным любопытством рассматриваю семейные фото на стенах.

– Таисия Вячеславовна, я заметила, что на фото только подростковые фото моего шефа. А детские есть? Любопытно взглянуть, каким он был совсем мальчишкой. Вообще какой он был? Веселый? Серьезный? Шалопай или паинька?

Женщина от моих вопросов как-то сникла и словно посерела.

– У меня есть немного фотографий. Идем, покажу. Ты, видимо, не знаешь, Лизонька?

– М-м, о чем?

Женщина завела меня в комнату, по виду что-то между кабинетом и библиотекой, и усадила на диванчик. Взяла с полки фотоальбом и положила мне на колени.

– Смотри. Мы, в принципе, из этого тайну не делаем, да и ты, я вижу, хорошая девушка.

Открываю фотоальбом. На первом фото шеф. Еще мальчик, но сразу узнала. Лет пять на вид. Широко искренне улыбается держит за руки незнакомую мне женщину и мужчину. Пара одета очень хорошо и элегантно, стоят на фоне какого-то особняка.

Таисия присаживается рядом со мной. Украдкой утирает выступившие на глаза слезы.

– Это Даня. Ему здесь почти шесть, кажется. Он тут со своими родителями.

Застыла. Меня как молнией поразило. Тоненький фотоальбом чуть не выпал из рук.

– В каком смысле родители? А вы тогда кто?

– Приемные. Настоящие родители Дани погибли, когда ему было десять.

Сижу и просто не могу поверить. Оглушенная, листаю фотоальбом, фотографий действительно очень мало.

– А… что кокретно случилось с родителями Даниила? – спрашиваю севшим голосом.

– По официальной версии – пожар в доме, – горестно вздохнув, отвечает Таисия. – Даня тогда был в лагере.

– А что значит "официальная версия"?

– Много версий ходит. Мама Даниила была врачом, хорошим, известным в нашей области, а отец политиком. Поговаривают, ято он то ли кому-то дорогу перешел, то ли не поделил, но многие думают, что пожар в доме был не случаен. Это подтверждается тем, что после пожара бесследно исчезли все деньги со счетов семьи, с имуществом тоже были какие-то проблемы. Ничего не нашли, а дело быстро замяли. Даню могли бы забрать родственники, но никто не решился.

– И тогда вы его забрали?

– Не сразу. Мы в то время о нем и не знали. У нас с мужем своих детей завести нк получилось, жили так. Были мысли взять ребенка, но у нас уже тогда был возраст солидный, сомневались. Но волонтерствовали, помогали материально детским домам. И позже, когда Дане уже было тринадцать, на нас вышли, как мы с мужем думаем, друзья его семьи. Взрослых ребят берут неохотно, а нас прямо уговаривали, упрашивали. Говорили, что мальчик хороший, умный, талантливый, подает большие надежды и учится просто блестяще, до случившегося выигрывал различные награды, олимпиады, активно занимался спортом. А вот после… сначала еще держался, учился, а затем резко бросил все. Сорвался. Подружился с плохой компанией и, хотя и казался изначалтно домашним хорошим мальчиком, неожиданно стал в этой компании лидером. И вот нас с мужем буквально умоляли взять мальчика, которому необходимо тепло и семья, чтобы отвлекся и не скатился не по той дороге. Мы с мужем посовещались и решили тогда попробовать. Все же ребенок достаточно взрослый, разумный, а мы как раз малыша и боялись брать. Только нам настоятельно послветовали на всякий случай дать Дане нашу фамилию.

Как много я, оказывается, не знаю о своем шефе. Ободряюще сжала руку женщины. Плачет беззвучно. Удивительная, хорошая.

– И у вас все получилось. Даниил Александрович получил образование, рааботает в хорошей компании на руководящей должности и у него большие перспективы.

– Да, только это оказалось нелегко, – Таисия на этот раз весело фыркнула. – Даня, конечно, оказался, тот еще шалопай. Упрямый. Своенравный. Честолюбивый. Долго еще дружил с теми плохими ребятами, но потом все же перерос, уехал учиться в столицу, поступил в лучший ВУЗ. Мы очень им с мужем гордимся. У нас он ни разу ничего не попросил, позже, после его отъезда, не соглашался ни на какую помощь, все сам. Потом еще и нам стал помогать. Мы деньги тоже отказывались брать. Так он все равно что-нибудь придумает. Купил еще земли под виноградники, нанимает рабочих, технику, договаривается и привозит дорогие породы животных для разведения и усиления нашей породы.

Да-а, босс действительно любит обеспечивать живностью, я это заметила, у самой теперь кошка. Как я думаю, уже навсегда.

– Скажите, у Даниила Александоовича есть часы на цепочке. Он их любит показывать. Это вы их подарили?

– Нет, это подарок от тех его родителей на день рождения. Как раз незадолго до… того несчастного случая. Насколько мне известно, это семейная реликвия. Точно не знаю, но папа Дани, кажется, с непростыми корнями.

Таисия еще много рассказывала о Дане, видно, что очень им гордится и любит. Говорила до тех пор, пока объект нашей беседы не зашел в комнату и хмуро на нас воззрился.

– Сплетничаете? – уточнил босс провокационно, изучая наши с Таисией заплаквнные лица.

Ой, неловко вышло. Как мне теперь с шефом работать после того, что узнала? Я же теперь на него не смогу ни обидится нормально, не поругаться.

– Да просто общались, – отвечает Таисия, а я встаю и иду к окну, чтобы скрыться от внимания начальника и там окончательно успокоиться.

– Ну, конечно. Лиза, можно тебя на минуту.

– Угу, – бурчу я и с низко опущенной головой иду на выход. Может, завтра к утру все забуду? Есть надежда, все же мы вечером так активно дегустировали очень качественную продукцию родительского виноградника.

Иду по коридору вместе с шефом. Кажется, он ведет меня к моей комнате. Точно. Заводит внутрь, закрывает дверь изнутри.

– Так о чем с мамой говорили? – оперевшись на дверь, бесстрастно спрашивает начальник.

– Да так, ни о чем… и обо всем, – отвечаю, плюхаясь на кровать. Фух, устала что-то за сегодня.

Наблюдаю за тем, как начальник подходит. Садится рядом. Смущенно ерзаю рядом. На Даниила смотреть не могу.

– Видимо, не стоило соглашаться на командировку сюда, – мрачно замечает босс.

– Почему это? – возмутилась. – Тут клево. Ты с родными увиделся. Разнообразие в серых офисных буднях.

– И что, нравится тут? – шеф неопределенно кивнул, думаю, на обстановку комнаты.

– Ну, вполне, душевно так, экологично.

Начальник все еще напряженный и задумчивый. Понял, наверное, что его мама сдала сына по полной, жалеет, теперь, что меня так близко подпустил. Неужели думает, что я этим как-то не так воспользуюсь или на работе растреплю?

Неожиданно для себя, обняла Даниила за руку и положила голову ему на плечо.

– Виноградник поедем завтра смотреть? – спрашиваю, как ни в чем не бывало. Так и быть, мир, дружба, жвачка, и будь что будет.

– Можно и завтра.

Видимо тоже в порыве миролюбия, босс склоняется, аккуратно берет меня за подбородок, приподнимая его вверх. Он молча заглянул мне в глаза, а после наши губы встретились все в том же порыве невероятного дружелюбия. Не иначе.

Глава 35

Глава 35

Вот что с этим делать? Хочется мне целоваться со своим обычно раздражающим меня, еще и занятым начальником. А так как я в принципе склонна поддаваться своим желаниям и не люблю себя в чем-то ограничивать, то… получается, как получается. Сейчас я шефа хочу больше, чем терпеть не могу.

А Даниил тем временем усиливает напор, я ощущаю его азарт, желание, этот задор передает и мне. В какой-то момент мы оказываемся в горизонтальной плоскости, шеф сверху, с удовольствием меня лапает, а многочисленные статуэтки кошечек, квжется, будто с любопытством на нас взирают.

Нетерпеливо стягиваю с Цербера пиджак. Босс мне помогает в этом деле и сам же отбрасывает предмет одежды подальше. Страсти горят нешуточные, я, кажется, уже готова совершить ошибку, много-много ошибок, поддаться искушению, низко пасть, обесчестить начальника, но…

Движения Цербера вдруг замедляются, а потом он и вовсе разрывает поцелуй.

– Лиза, так нельзя. Во всяком случае не здесь и не сейчас.

Лежу под нависающим надо мной боссом и ушам своим не верю. Я! А он! У-у! Слов нет.

– Да ты больной!

Вытащила из под головы подушку и как врежу по бессовестной церберовской морде. Обломщик!

Ухмыляется, паразит. Подушку отнял.

– Лиза, успокойся.

– Слезь с меня.

– Только не дерись.

– Дай встать уже!

Цербер скатывается с меня на соседнее место, а я резко поднимаюсь.

– Лиза, куда ты? – недовольно прищурившись, спрашивает начальник.

Куда подальше.

– На сеновал!

Решительно иду к двери. Заперто. Смотри-ка, какой предусмотрительный. Причем на ключ, а ключа нет.

– Зачем?

– Искать крепкого мускулистого тракториста, зачем же еще? Ключ дай сюда.

Шеф подходит к двери, но не для того чтобы мне ее открыть, молча схватил в охапку и понес обратно к кровати.

– Пусти! Пусти быстро! Голову лечи!

– Тише, здесь комната родителей неподалеку.

Ага.

– А-а! Насилую-ю…

Недокричала, босс уронил меня на постель и закрыл рот поцелуем.

Ну но что за человек такой? Сам себе противоречит.

С минуту яростно сопротивляюсь и вырываюсь из церберовской железной хватки, бью его по плечам, ибо достал, но потом, так и быть, сдаюсь на милость победителя, увлеченно целуюсь и плавлюсь под руками шефа.

Думала, все, наконец взялся за ум, но нет, вдруг вновь резко застыл.

Это уже слишком! Сейчас я его укушу!

Не укусила. Услышала тихий стук в дверь. Один раз, другой.

Шеф словно ниндзя беззвучно с меня скатывается и ложится рядом. Хмыкнув, спрашиваю:

– Кто там?

– Лизонька, это я, Таисия. Нам показалось, были какие-то крики женские. У тебя все хорошо?

– Да-да. Я уже сплю. Наверное, приснилось что-то, – отвечаю, а сама давлюсь смехом. В такой ситуации мне не приходилось еще бывать.

– Ой, прости, пожалуйста, что разбудила.

Тишина. Ну, почти. Давлюсь беззвучным смехом. Трясет аж. Естественно весь авантюрно-романтический настрой пропал.

Даниил лежит рядом, обнял меня за талию и думает о чем-то своем. Пихнула его в бок.

– Иди отсюда.

– Зачем? – задал странный вопрос Даня, устраиваясь еще удобнее и подминая меня на тесной для двоих кровати.

– Как зачем? Я спать буду.

– Я тоже.

Хех.

– Иди и не позорь меня перед родителями. Молчу, что они подумают обо мне, но ведь и о тебе будут плохо думать. Спать с личной помощницей при живой невесте!

– Об этом поздно думать. Мы недавно ушли от мамы. Вместе. Я увел тебя поговорить. И вдруг ты якобы, уже спишь. Полагаю, мама в курсе, что я тут.

– Как бы там ни было… иди.

– И не подумаю.

– Мне тесно!

– В тесноте, да не в обиде.

– Я сейчас опять закричу.

– Я скажу маме, что, тебе снова приснился кошмар, – хмыкнув, ответил босс.

– Как ты меня бесишь.

– А ты все еще целуешься не очень, – провоцирует начальник и дальше. Такое ощущение, что ему доставляет удовольствие меня выбешивать.

Сощурилась зло, а потом ласково произнесла:

– Ладно, спи здесь.

– Что-то задумала? – тут же догадался Цербер.

– Угу. Я подожду, когда ты уснешь и спокойно, с удовольствием придушу тебя.

– Если ты меня задушишь, то больше никто не скажет тебе правду о том, как ты целуешься.

Не стала дожидаться, когда босс уснет, схватила подушку и попыталась придушить его прямо сейчас. Ключевое слово – попыталась. Недолгая борьба, и мы вновь с шефом неистово целуемся.

Шеф ушел только через полчаса, оставив меня раззодоренной, распаленой и голодной. Останавливать не стала. Не ночевать же его оставлять под носом у родителей. Мы ведь не пара, у него вообще невеста. Конечно, для плохой репутации мне и этого времени, наверное, хватило, но все равно. С другой стороны, какая мне разница, что обо мне тут думает, я, может, этих людей никогда потом больше и не увижу, но… это как с бабушками у подъезда, когда Цербер обижался, что у него в их глазах плохая репутация.

Что делать с возникшей ситуацией, я не решила. Плохо все это, нехорошо, надо бы прекратить, но сил никаких нет.

Утром вдруг поняла, что очень хочу суп из одного очень громкого петуха. Что за манера орать в такую рань? И ведь весь сон сбил.

Зевая, встретилась с боссом возле двери в ванную. Она тут одна на этаже. Галантным жестом начальник с улыбкой и бесятами в глазах, пропускает меня вперед.

Фыркнув и задрав вверх подбородок, важно прохожу вперед. Дверь не успеваю сама захлопнуть, это делает Цербер, проскользнув в комнату вслед за мной.

Что мы делаем в ванной вдвоем? Да, опять целуемся. Если так пойдет и дальше, вскоре в этом доме не останется ни одного закутка, который мы бы не обесчестили.

К завтраку пришли опоздав, еще и вместе. Выдергиваю свою руку из лапы Цербера. Он успел ее прихватить, пока шли, нт сейчас ведь родители увидят. Руку не выпускает. Дергаю сильнее, начинаю паниковать. Как в замедленной съемке наблюдаю за тем, как к нам с улыбкой оборачиваются его родители. Чтобы они ничего не увидели, выхожу чуть вперед и собой закрываю наши с шефом сцепленные.

У Даниила, кажется, крыша совсем едет. Ну вот уедем мы, а потом, может, уже через неделю-другую, он невесту привезет знакомить с родителями. И как уже они будут ей в глаза смотреть, зная, как до этого у них в доме из сын с помощницей крутил?

Сели за стол.

– Еще рано, – наклонившись к моему уху, тихо произносит шеф, после утренних приветствий. – До работы успеем съездить на виноградник. Ну или на сеновал.

Пихнула босса в бок. Совсем распоясался.

Родители никак не комментируют безобразие. То ли тактично делают вид, что ничего не замечают, то ли и правда не видят, но какие-то подозрительно радостные.

Я решила пока побольше молчать, ситуация для меня нестандартная и непонятная. Да и насчет сеновала я уже сомневаюсь. Это ночью, на эмоциях могла пойти на всякое, а сейчас при свете дня разум берет верх. Поступаю некрасиво, связываясь с чужим мужчиной. Ну и чувство самосохранения включается. Невеста у Цербера не абы кто. Переходить ей дорогу глупо.

Как бы там ни было, но виноградник поехала смотреть. На месте шеф взял меня за руку, переплел наши пальцы и повел куда он сам решит. Может, и сеновал тут где-то припрятал.

Но нет, мы вышли на на смотровую площадку наверху. Вид с горы, куда мы приехали, открывается шикарный. Не знаю, вся ли территория принадлежит семье шефа, но виноградники тянутся, насколько хватает глаз. В это время года листья окрасились в золотистый цвет, и это невероятно красиво смотрится на фоне пронзительного голубого неба. В низине видно краешек города и море.

Глубоко вдохнула свежий горный воздух.

– Красота! Хотел бы сюда вернуться жить?

– Не хотел бы, – шеф отрицательно качает головой.

– Больше нравится ритм большого города?

– До недавнего времени я думал, что да. Мне нравилась стабильность. То, что для тебя скучно и однообразно, меня успокаивало своим повторяющимся день изо дня сценарием. Можно сказать, это был отдых.

– Работа как отдых? Да у тебя те еще извращеннве вкусы, – хмыкнув, заметила я. – Ну а почему в прошедшем времени? Устал от своего своеобразного отдыха?

– Понял, что все-таки скучал по разнообразию и некоторой непредсказуемости.

– Разнообразие это в плане, что женщин надо в жизни больше разных, да? Одна только невеста надоела?

– Нет, я не про это.

– А-а, то есть в этом вопросе у тебя и так полное разнообразие всегда, да?

– Лиза, прекрати, – весело хмыкнув, говорит босс.

– Ну а что, я только спрашиваю, не обвиняю же. И что ты думаешь? Какие планы? Я сейчас по поводу именно того, что у тебя есть невеста, а ты, такой нехороший, меня поцелуям правильным обучаешь.

Шеф пожимает плечами.

– Вот такой я плохой человек. Не считаю нужным что-либо делать.

Поворачиваюсь, чтобы уйти, делаю шаг, но руку мою Даниил и не думал отпускать.

– Ты поверишь, если я скажу, что с Кариной у нас сейчас нет отношений?

Цинично хмыкнула.

– Нет.

Это же стандартные отмазки всех занятых мужчин. Не живу с женой, живу только из жалости и прочее. Карина красивая молодая женщина, с чего бы вдруг она согласилась только на видимость отношений.

– Вот поэтому я ничего и не говорю, – с усмешкой произнес начальник. – Пойдем еще прогуляемся.

– На работу опоздаем.

– Ничего страшного.

Пошла, предчувствуя, что что-то мне сейчас Данч все-таки расскажет. Может сказку, а может и нет.

Глава 36

Глава 36

Дошли непосредственно до винограда, попробовала несколько виноградинок прямо с куста.

– Вкусные? – интересуется шеф вкрадчиво.

– Угу, – подтверждаю я, срывая ягоды одну за другой. – Сладкие, сочные. А тут большая территория виноградом засажена. У твоих родителей все эти территории, или они как-то поделены?

– Формально поделены, а так сбор осуществляется общий.

– А зачем? Владельцы виноградников так договооились? Потом делят урожай по долям?

– Это тоже особо ни к чему. Кроме моих родителей, виноградниками тут владею только я, и да, они родители получают свою долю за свою часть и контроль за всеми остальными.

У меня отвисла челюсть.

– В смысле? Хочешь сказать, что ты работаешь в городе, а в свободное время, для души фермер? А , купил тут все и чодержишь на зарплату, что в городе получаешь? Что-то не верится. Сказка какая-то.

Шеф хмыкнул.

– Фермерством я не занимаюсь. Только направляю, занимаюсь общим развитием, ну и финансирую, естественно. Непосредственно виноградниками занимаются специадьно нанятые люди, ну и родители, конечно, очень помогают. Дело это не особо прибыльное, поначалу, если получалось не в убыток, уже считалтсь успехои. Долгое время ведь все находилось в упадке, виноградники были заброшены. Выкупил их не за такую уж и большую сумму по тем временам.

– Но я все равно не понимаю. Зачем тебе это надо было? И если ты такой богатый, чтобы виноградники покупать, для чего самому быть наемным работником ы городе, пусть и на начальственных должностях? Ты меня дуришь, да?

– Для чего делаю? Мне не нравилось, что родной край в упадке. Люди сидели без работы. Сейчас она у них есть, земли развиваются. Сами по себе мне эти виноградники не нужны. Откуда у меня на это деньги – это уже другой вопрос. Деньги заемные. Чтобы их вернуть, я работаю. Деньги вложены не только в виноградники, это только небольшая побочная ветвь. Если все получится, где-то через полгода, мне удастся вернуть все заемные средства с процентами.

– Хочешь сказать, что тебе кто-то занял огромные деньги на развитие? Практически на доверии что ли?

– В принципе, так и есть.

– А тебе голову не открутят, если ты эти деньги не сможешь вернуть?

– Могут.

– Тогда зачем рисковать? Работал бы спокойно в компании, должность хорошая.

– Можно было бы, конечно. Но тогда тут не было бы новых рабочих мест, не было бы этих виноградников. А еще… наверное, я слишком многого хочу от жизни и слишком честолюбив. Да, мне хочется, чтобы у меня были средства на любые мои идеи и проекты. Да банально, чтобы я мог, при желании, отвезти любимую девушку, хоть на край света.

Задумалась. Кто бы мог дать Церберу такую сумму на развитие? Буквально доверии. Предполагаю, что семья. Не думаю, что это приемные родители, это скорее шеф им помогает. А что если мой папа так за меня откупился? Да не-ет, я столько не стою, да и виноградники тут не один год. О!

– Семья Карины тебя профинансировала?

Помедлив, Даниил кивнул.

– Да. Ее отца не устраивал “бедный” зять без каких-либо достижений, но и Карина была упорна в своем выборе. Он сам предложил сделку. Деньги под процент. И в случае, если я чего-то добьюсь и покажу заметные результаты, только тогда смогу жениться. Он надеялся, что Карине надоест меня “ждать” с его условием.

Ну и новости.

– И как с заметными достижениями?

– Сейчас деньги в обороте в одном крупном проекте, все решится где-то через полгода. Либо успех и я полностью верну с лихвой все деньги и сам уйду в хороший плюс, ну либо это будет крах. Ну а если вдруг я расстанусь с Кариной до свадьбы, заемные средства надо будет вернуть немедленно, чего я сделать пока не могу.

Винтики натужно крутятся в моей голове.

– То есть ты не можешь ни жениться, ни расстаться с Кариной как минимум эти полгода?

– Да. И получается, что рискую я не только своим благополучием, но и, гхм, виноградниками.

Грустно хмыкнула.

– Какая красивая могла бы получится сказка. Влюбленное пылающее сердца, несмотря на все испытания, завоёвывает если не весь мир, то его часть, доказывая всем и вся, что достоин своей возлюбленной и дальше они вместе правят созданной империей. Но что-то пошло не так. Ну или просто я в этой сказке со своим неумением целоваться и твоим стремлением научить, явно лишний элемент.

– Потому что сказки нет. Я может и был бы не против, но, с Кариной мы сошлись не из-за сильных чувств друг к другу. Максимум, что у нас было, это дружеская симпатия. Мы действительно пытались, потому что хорошо ладим и нам было удобно вместе. Но не сложилось. Не расходимся по своим причинам. Свою я тебе озвучил, а ей… наверное просто удобно и спокойно в этом статусе. В некотором роде для нее я все еще ее жених, и замуж, если я в итоге предложу, она пойдет. А так, мы не живем вместе.

– Хм, ну предположим, я поверила (нет), а как Карина относится к вашей договоренности с ее отцом?

– Спокойно. Замуж она все равно не торопится. Деньги мне не подарили, а дали под очень серьезный процент.

Помолчали некоторое время.

– Зачем ты мне все это рассказал? – спрашиваю.

– Хочу, чтобы ты понимала мои мотивы, когда я буду целовать тебя, формально имея невесту.

– Полгода. Почему не дождаться этого срока и целовать без оглядки кого хочешь?

– Я бы очень хотел выждать, но у меня не вышло, – обезоруживающе улыбнувшись, признался Даниил.

М-да, ситуация. Глубоко задумалась.

– Было бы разумнее, раз уж так сложилось, не обострять ситуацию.

Шеф с улыбкой кивнул.

– Этот действительно разумная мысль.

– В таком случае, никаких больше поцелуев?

– Можно попробовать, – неопределенно отвечает Даниил.

То есть, сеновал отменяется?

– Только я не уверен, что получится. Да и конкретно в поцелуях ничего такого уж ужасного.

Та-ак.

– Погоди, а как это ты не уверен? Я же, по твоему мнению, так плохо целуюсь.. Да ты наоборот вообще не должен к этому неприятному действу стремиться.

– Про твои умения я так сказал, потому что тогда испугался, что ты подумаешь, будто мне нравишься, и у тебя включится этот твой механизм, когда тебя не интересуют мужчины, которые на тебя "повелись".

А? Осознала слова Цербера и осела на траву от хохота. Даня садится рядом и ждет, когда меня отпустит.

– Да, вот ты вроде умный, все подмечаешь, рассчитываешь… Тут дело вот в чем – у меня это работает при определенных условиях. Если мне человек изначально понравился при первом знакомстве, и потом быстро и легко "повелся". Ты же мне изначально не нравился, раздражал и бесил. Я с такими для себя людьми в принципе стараюсь сразу перестать контактировать. Мы же много времени общались. Ты меня и сейчас все равно бесишь. Так что тут другая схема. Я даже не знаю, какая.

Нет, секундочку!

– А когда это ты на меня успел повестись? Ты меня обманываешь, да?

– Почему ты думаешь, что не могла мне понравится? У тебя ведь очень высокая самооценка хотя бы по части внешности и твоему умению нравится мужчинам.

– Ну, так с тобой я милой не была. Ты спокойно себя вел и не реагировал ни на какие провокации. Я была полностью уверена, что также дико тебя раздражаю.

Нет, секундочку!

– А когда это ты на меня успел повестись? Ты меня обманываешь, да?

– Почему ты думаешь, что не могла мне понравится? У тебя ведь очень высокая самооценка хотя бы по части внешности и твоему умению нравится мужчинам.

– Ну, так с тобой я милой не была. Ты спокойно себя вел и не реагировал ни на какие провокации. Я была полностью уверена, что также дико тебя раздражаю.

– Я, кажется, не выражал к тебе никогда неприязни или ненависти.

– Ну и особой любви тоже.

– Сразу "повелся", – хмыкнув, признался босс. – С первого взгляда.

– Не правда! Я эти особые первые взгляды хорошо определяю. Ты тогда был спокоен, холоден, выдержан.

– Потому что тогда это был не первый мой взгляд. А к встрече в офисе я морально подготовился.

– В смысле? Мы раньше где-то встречались?

– Я долго не соглашался на уговоры твоего отца, желавшего отдать тебя мне в помощницы. Не считал эту идею здравой. Он вроде бы остыл, потом однажды позвал посидеть в клубе, переговорить по работе. А на самом деле показать тебя. Ты нас не видела, мы были в скрытой комнате.

– Хочешь сказать, ты просто посмотрел на меня и сразу передумал? – скептично хмыкнув, уточнила я.

Шеф кивнул. Прищурившись, с улыбкой, кажется, что-то вспоминает.

– Не ожидал, что ты такая красивая. И такая энергетика. Ты словно незримо сияла. Кажется, на тебя обратили внимание абсолютно все, когда ты появилась. Особенно мужчины. Уже тогда сразуьначал ревновать.

– Захотел?

– Да.

Даниил поворачивается ко мне и нависает сверху. Глаза опасно прищурены.

– А знаешь, о чем я думал, когда в кабинете ты стала раздеваться?

– М-м. Ни о чем? Просто хотел?

– В принципе да. В красках представлял, что хочу с тобой сделать прямо в кабинете. Ты стала для меня вызовом и настоящим испытанием силы воли, стойкости, выдержки. Дерзкая, своенравная, настолько моя.

Хмыкнула. Не впечатлилась. Каждый второй может считать меня своей, я то знаю, что я своя собственная, и фиг кто получит.

– Твоя, да трогать нельзя, да? Потому что в наличии еще одна почти законная твоя. Я правильно понимаю, что жениться ты уже совсем не хочешь?

Цербер отрицательно качнул головой.

– Да, никакой свадьбы.

– Кхм, а ты не слишком горячишься? Я не такой человек, чтобы со мной что-то серьезное планировать, сам знаешь, в поле ветер, в попе дым. Мой потолок в отношениях – недолгая интрижка. Стоит ли тебе рисковать всем?

Шеф серьезно кивнул.

– Не важно, что выйдет в итоге из нашего общения. Познакомившись с тобой, я осознал, чего по настоящему хочу. Остаться с Кариной для меня означает жить без особых эмоций. Спокойно, возможно хорошо и стабильно, но зачем? У меня другие вкусы и желания.

М-да, Даниил легких путей, похоже не ищет. Вот только что мне делать со всей свалившейся информацией? Так все серьезно, где-то опасно. Но он рискует, в случае его, все-таки больше, чем я. Какой-никакой у меня отец, но, думаю, прикроет. А кто шефа прикроет? Я не говорю уже о потерянных деньгах и прочем.

– Ну что, на работу едем или как? – потягиваясь и зевая, интересуюсь я. Думаю, можно и подождать. Полгода не такой большой срок, а там видно будет, что и как. Ну и естественно, ни о какой постели речи не идет. От поцелуев, по хорошему, тоже стоит воздержаться.

– Да, сейчас поедем, – не торопясь вставать, отвечает Даниил. Ух, какие у него черти в глазах забегали. А улыбка! Предвкушающая, наглая. Я сразу поняла, куда ветер дует.

– Нет-нет! Никаких больше поцелуев до…

– Свадьбы?

– Чьей? – озадачилась я.

– Не это имела ввиду? Тогда продолжай.

– Нет, ну серьезно, причем тут свадьба вообще? Эй-эй, руки!

Пока я рассуждаю, Даня не ждет – добрался до меня, сцапал, вот уже и на колени себе усаживает. Руки шаловливые, все время в движении.

– Я же говорю. Никаких поцелуев до…

Даниил наклоняется и мягко касается губами моих губ. Поцелуй легкий, очень нежный, непередаваемо ласковый. Вот как Цербер так умеет делать? В одном поцелуе может передать столько оттенков настроения. Чувствуешь себя сразу самой желанной.

– Кхм-кхм, – отстраняясь, произношу я спустя минут… десять. Ну может пятнадцать. На работу окончательно опоздали. Тяжело дышу, состояние взбудораженное. А это всего только лишь легкий и нежный, пусть и долгий поцелуй был. Правда, меня еще и облапали основательно. – Ну, все, это был последний поцелуй. До тех пор пока не…

Цербер не дал договорить. Поцеловал вновь, уже более нагло, напористо и требовательно. В какой-то момент еще и на траву уложил, оказавшись сверху.

На работу все-таки поехали. Дальше поцелуев не зашло, как-никак, на открытой местности находились, но разум взял верх отнюдь не у меня. Временами я излишне увлекающаяся натура без тормозов. Даня в этом плане себя лучше контролирует, хотя и у него, как я заметила, бывает, находит.

Да, полгода, чувствую, выдержать будет ну очень трудно. Ну и, может, не так уж и надо? Разумнее выждать, но столько ждать, равносильно сиденью на строжайшей диете.

Можно, конечно, и рискнуть, ну переспим пару-тройку раз, чтобы не нагнетать в эмоциональном и физическом плане. Да и скорее всего на этом все кончится – я потеряю интерес, потому что та еще вертихвостка, Цербер, получив свое, наверняка приостынет, голову включит.

Но пока еще сомневаюсь. Рабочий день приобрел новые оттенки и краски. То и дело ловлю на себе внимательные взгляды начальника. Иногда, словно невзначай коснется ласково, погладит по волосам. Похвалит, какая я усердная и хорошая помощница. И во всем этом столько подтекста, что мне становится жарко, да и сама по себе работа начинает нравится.

Закончиои опять поздно, еще и задержались из-за утреннего опоздания. Заехали домой к родителям шефа, но хочется еще и с окрестностями познакомиться.

– Работают тут какие-нибудь ночные заведения? – тихонько спрашиваю у Цербера за ужином. Да мне на месте не сидится, шило внутреннее именно там, мешает.

– Работают, но тебе там не понравится, – с готовностью отвечает начальник.

– Почему?

– Далеко не столичный уровень, – неопределенно отвечает босс. – И даже не курортный.

– Ну и ладно. Погнали. Или ты будешь отсыпаться?

– Одной туда точно лучше не ехать, – замечает Цербер.

– Ну так ты хочешь поехать или нет?

– Поехали, – пожав плечами, отвечает шеф. – Собирайся.

В глазах Даниила блеснуло что-то такое затаенно-опасное, довольное.

Не-ет, все же я Дане не пара. Чувствую, что плохо на него влияю. Вроде бы почти остепенился, работал спокойно изо дня в день, а тут то с парашютом прыгает, то по злачным заведениям гоняет, то по мордасам кому-то дает.

Глава 37

Глава 37

Поднимаюсь из-за стола. Шеф ловит меня за руку, задерживая.

– Лиза, пожалуйста, надень что-нибудь, не очень вызывающее.

– Деловой костюм? – хмыкнув, предлагаю я.

– Нет, это, как раз будет там смотреться вызывающе. Не слишком коротко-откровенное, но и не слишком пафосное.

– Ну и задачка, – развеселилась я.

– Можешь надеть джинсы и футболку. Это будет нормально.

– Ну не знаю, – еще больше развеселилась я. Маленький городок, местные красавицы на виду, а значит наверняка стараются быть во всей красе, вряд ли придут в джинсах, и я буду для них либо вызовом, что вот такая другая, либо и того хуже – немодной, стремной городской. – Пойду подумаю, в общем.

Вернулась в свою комнату. Жутко весело. Давно я не испытывала таких трудностей с выбором наряда. Еще и с учетом того, что много вещей в командировку не брала, тем более вечерних.

После пересмотра чемодана и сомнений, отложила в сторону пару своих топовых роковых платьев. Не буду надевать. А то опять шеф с кем-нибудь подерется.

Выбрала в итоге белую плиссированную юбку-шорты. Юбка красивая, пусть и короткая, но все-таки это шорты, если придется бежать или драться, будет очень даже удобно. Ну и мне идет, ноги выгодно подчеркивает. Верх вообще очень приличный – черный объемный свитшот. Теплый, поскольку ночи уже прохладные даже тут. А под кофту, топ на всякий случай – вдруг жарко станет.

Ну вот, надеюсь, выгляжу нормально для этих мест.

И новые сомнения. Каблуки или белые кеды? А городе однозначно выбрала бы туфли, но тут не буду рисковать.

Выхожу во двор, где меня уже ждет босс, прислонившись к черной большой машине. Авто серьезное такое, все квадратное, тонированное. У-у, да и Даня принарядился, наверное, по местной моде. Черная кожаная куртка, черная футболка, джинсы. Весь такой крутой, опасный. Ой, а взгляд какой опять, хищный, уверенный, внимательный. Хотя у шефа и раньше он такой был, просто я, пока он был в офисе и костюме, этого не замечала. Как и причин, почему его не работе побаиваются. Конечно, когда под боком такой волчара матерый.

– А машина откуда? – любопытствую я, подходя. – Одолжил кто покататься?

– Нет, моя. Использую ее сейчас только тут, если надо по делам.

– Может, у тебя тут и дом есть свой? Ну так, если надо для дела.

Шеф неопределенно пожал плечами.

– Может и есть.

Прежде, чем сесть в машину, подверглась тщательному визуальному досмотру.

– Ну как, нормально или не очень? – с усмешкой спрашиваю я. Не поленилась, повертелась вокруг своей оси перед шефом.

– Почти, – кинув нехороший взгляд на мою короткую юбку, ответил босс, открыл мне дверь машины и помог забраться в салон.

Ехали не долго. Привез к приличному с виду зданию. На входе серьезные мордовороты, пусть и небольшая, но очередь на вход. Все так знакомо и привычно.

Нас пропускают без очереди, с шефом охрана здоровается за руку. В небольшом полутемном холле все современно и прилично, нас встретила улыбчивая девушка, пригласила в зал.

– Ну вот, а ты меня пугал, здесь все нормально и хорошо.

– Естественно, я привез тебя в самое хорошее и безопасное из всех заведений города. Но все равно лучше быть аккуратнее, контингент здесь соответствующий.

– А ты, я смотрю, хорошо в местных ночных заведениях разбираешься.

– Я бы так не сказал, но это знаю хорошо. Все-таки оно мне принадлежит.

Резко остановилась.

– Да ну ладно. Врешь!

Шеф посмотрел на меня снисходительно и спорить не стал.

– Когда ты все успеваешь? И зачем тебе клуб? Тоже рабочие места создаешь?

– Почему бы и нет? На самом деле раньше в городе было довольно скучно и некуда толком пойти в ночное время. Остальные заведения… даже близко не дотягивают.

Недоверчиво хмыкнула.

– Может, тебе в политику пойти раз так заботишься об этом крае? Хотя бы мэром города или кем там еще можно?

– Мне не настолько нравится это место, чтобы так к нему привязываться, – весело фыркнул шеф.

– Нормальное место, – настал мой черед пожимать плечами.

– Ты сама готова привязаться к какому-то одному месту? – задает странный вопрос Даня.

– К чему ты спрашиваешь? Я вообще пока не вольна что-то выбирать. Надо сначала вопрос с отцом решить.

Шеф не успел ответить. Заходим в зал, и вот тут я наконец начинаю чувствовать местный колорит. Громко играет музыка, так что собственных мыслей не слышно, и мелодия такая задорная, залихватская. Такая… пацанская что-ли.

Народу полно. Яблоку негде упасть. Сразу понятно становится, что заведение более чем популярное тут.

Девушка проводит нас к единственному свободному столику, и уходит. Тут же подбегает официант. Как он у Цербера принял заказ в таком шуме, я не поняла, но вскоре наш столик оказался заставлен напитками и закусками. А дальше… к моему боссу потянулись люди. Прям цепочкой. Всем оказалось надо подойти, поздороваться, пожать руку. Кажется, будто Даниила тут знают все. Но ладно мужчины.

Вокруг сразу образовалось много девушек. Они словно невзначай проходили мимо, танцевали рядом. Кто-то умудрился подсесть, хотя места было не так уж много. Вообще за столиком мы с шефом теперь не одни сидим, а в большой такой компании. Мужчины серьезные все подобрались. Девушки, кстати, все как в одна в очень откровенных и рисковых платьях. Не знаю, чего меня шеф стращал. Я в своем нынешнем наряде на их фоне себя каким-то синим чулком ощущаю. А боевой раскрас у девиц мама не горюй, шпильки на туфельках такие, что если ногу подвернут, сразу в больницу поедут. Хорошо, я Даню не послушала, джинсы не надела, а то совсем бы проиграла на фоне остальных. Вон, на меня уже свысока поглядывают местные хищницы. Прямо столько превосходства во взглядах.

Ой, подумать только. Нет, я не спорю, красивых девушек тут полно, но и я не промах, чего так смотреть?

Высидеть на диване смогла недолго. Общаться невозможно из-за грохота музыки, ничего не делать скучно, да и на всех уже насмотрелась.

Шеф поймал меня за руку и притянул к себе ближе.

– Куда ты? – кричит мне шеф на ухо.

– В дамскую комнату, – ору в ответ я. – Что же так громко тут?

Босс отпустил руку. Заметила, как подзывает официанта. Пока иду в искомую комнату, замечаю, что музыка стала долбить н пару тонов потише. Хех.

В дамской комнате еще тише. Даю отдохнуть ушам, пудрю нос, и тут в помещение заходят четыре девицы-красавицы. Одна, помельче, встала у двери, другая шустро проверила кабинки, а там никого, кивнула той мелкой, и та, что у двери сразу закрыла дверь на защелку.

– Ну привет, – агрессивным тоном говорит мне еще одна девица, подходя ко мне вплотную. – Ты кто вообще такая, а?

Та-ак. Нарываются. Чувствую, будут бить. Точнее собираются. Минусы. Их больше. Плюсы. Тесное пространство. Это можно выгодно использовать. Всем скопом не навалятся. Они на шпильках. Неустойчивые. Еще и движения раскоординированные. Видно, уже давно в клубе, успели напробоваться всякого. Еще… у всех волосы удобно распущены, тоже плюс. В принципе, не так уж все и страшно. Главное, чтобы у них с собой оружия не было. У меня есть перцовый баллончик, но его использовать в закрытом маленьком помещении себе дороже. Только в самом крайнем случае. Да и не факт, что успею достать.

Подбоченилась, нахмурилась. Выхожу на уровень оппоненток, чтобы было взаимное понимание.

– В смысле? Че надо? – спрашиваю не менее агрессивно и угрожающе. Группируюсь.

– Отвалила от Новикова, поняла? Ни кожи, ни рожи, а смотри, куда лезет, моль бледная. В столице давай кому хочешь, а на нашего мужика чтобы дышать не смела, – произнесла главная девица в компании. Но, правда, немного иначе, с применением других, куда более грубых слов, половину из которых я вообще не поняла. Все-таки родной язык знаю далеко не в совершенстве из-за постоянных разъездов, но общий смысл монолога такой.

– На себя посмотри, доярка размалеванная, – не теряюсь я. – С кем хочу, с тем и встречаюсь. Отошли от двери.

– Щас! Ты главного позоришь одним своим видом и присутствуем. Все сказали, что ты ни о чем. Даже самые авторитетные. И Хват, и Борзый.

Та-ак. А вот тут обидно стало.

– Почему это я ни о чем? Что не так?

– Я же сказала, моль городская. Вырядилась как чучело. В клуб в кроссовках пришла, в свитере не по размеру. Тут девчонки все как на подбор, стараются. А ты села в углу, мышь безмолвная в своих кроссовках, и думает, крутая такая, столичная, нос кривит.

Кхм. Ну вот, не прошла фэйс контроль у местной полиции моды. Тут очень взыскательные вкусы, оказывается. И Даня ничего не сказал, только на юбку недовольно косился.

Разозлилась. Вообще на всех тут включая шефа. Я им сейчас покажу, кто тут ни о чем.

Решительно двинулась в сторону выхода. Естественно, его мне закрыли.

– Смотри, как нос задрала. А за то что говорила, что я разукрашенная, мы тебя сейчас так разукрасим, что он на тебя и не взглянет.

Та, что самая говорливая, первая на меня замахнулась. Успела перехватить ее руку. Резко вывернула, не сильно, но она так завопила, что пришлось слегка приложить местную красотку лбом о раковину. Только слегка. Максимум шишка будет. Но зато морально я ее сразу вывела из боя. С воем и плачем она осела куда-то под раковину. Тут же бросилась вторая красотка. Я успела увернуться, и та поцеловалась со стеной. Схватила эту вторую за волосы и отправила в дальшейший полет в сторону ближайшего унитаза.

Третья двинулась на меня не так резво, засомневалась. Первые две скорее всего были лидеры и заводилы. Третья припевала, а четвертая у двери на посылках. Ласково улыбнулась третьей и она тут же замерла, но тут вернуласл из туалета вторая, с ревом бросилась на меня. Смогла сделать ей подножку. Она начала падать, ну а я задала направление обратно к белому другу, а потом и дверь захлопнула.

Третья все еще стоит, сомневаясь, а четвертая вообще выбежала за дверь. Ой, а что это в руках у третьей мелькнуло? Ножик?

Не дождавшись, сама двинулась на третью, и она как даст стрекоча.

Ну, что, я разочарована. Ожидала большего.

Зато я теперь точно знаю, что ничем не удивила шефа в первый рабочий день, завалившись в его кабинет, аля гопница. Я-то хотела, чтобы он шокировался и поспешил от меня избавится, а я наоборот, выходит, очень даже авторитетно зашла, тут бы оценили.

Вместо того чтобы бежать к шефу жалиться, я спешу в противоположном направлении к местному ответственному по музыке. Мы же Царевы вообще без царя в голове. Злость, обида и раздражение меня захлестнули сильнее страха. Я, значит, ни о чем. Сейчас я им всем покажу, кто тут на самом деле ни о чем.

С музыкой оказалось не так просто. Ди джей, взглянув на мою юбку, за спасибо согласился поставить одну композицию лично для меня. Вот только предлагаемых мной вариантов музыки у него в базе нет. Быстро скинула ему с телефона пару-тройку вариантов на выборов. И все это я делала под взглядами группы местных красоток. Они слились в стаю, словно стая пираний. Двоих в бо-ольшой компании я узнала. Третья и четвертая. Успели нажаловаться подружкам. Они, в отличие от меня сразу побежали, куда надо.

Путь в зал закрыт. Ой, они еще и в мою сторону выдвинулись. Остается только сцена, как раз можно пройти, не пересекаясь с пираньями.

Ну, вот я и на сцене. Растолкала в стороны вялых полуголых танцовщиц. На таких шпильках, как у них, особо и не потанцуешь, так что я сейчас покажу, для чего нужны в клубе кеды. И не под местную не слишком пригодную для танцев музыку.

На меня из зала уже стали удивленно оглядываться. Жалко, у меня с собой огонька нет, тогда вообще было бы круто, а так… я, может, и не профессиональная танцовщица, но кое-что умею благодаря огненному хобби.

В зале на пару секунд вдруг установилась непривычная тишина. Еще больше вопросительных взглядов обратилось на сцену.

Думаю, музыку с задержкой меняют на новую. Точно! Заиграла моя композиция.

Для привлечения еще большего внимания, резко стянула с себя черную кофту и запустила ее в толпу. Мне заулюлюкали, требуя продолжения. Не-е, топ снимать не буду, пусть не надеются. Разве только…

Распустила волосы. Они водопадом рассыпались по спине. Встряхнула своей дурной, кудрявой, лохматой головой, улыбнулась, гордо оглядывая зал, и понеслась.

Глава 38

Глава 38

Чем удивить местную публику? Ну сальто назад для начала сделала. Много местных дам так умеет? Судя по понесшимся из зала восторженным крикам, не так и много.

Дальше зажигательные танцы и… Вот вам шпагат. Любуйтесь моей замечательной растяжкой, завидуйте боссу.

Когда поднимаюсь, знаками показываю, что неплохо было бы мне поаплодировать, а то не буду дальше танцевать. И народ аплодирует, свистит, кричит нечто вроде "давай-давай".

Когда заказанная композиция подходит к концу, замечаю возле сцены шефа. Встречаемся с ним взглядами. Его злой, колючий, строгий. Даня мне кивает, мол, слезай. Это я радостью.

Спрыгнула со сцены прямо шефу в руки и повисла у него на шее. Музыка закончилась, но следующая композиция неожиданно оказалась тоже из моего списка.

– Потанцуем? – шепнула я Дане на ухо, прикусила ему слегка мочку и, не дожидаясь его согласия, устроила грязные танцы. Шеф, кажется, в шоке, но нет. Пару мгновений только стоял истуканом, а потом хорошо влился, и облапал и пообжимал в танце. Да так хорошо, что я дымиться начала. Он ведь успел с моей огненной командой немного позаниматься, так что показал несколько четких движений. В общем, хорошо потанцевали, зажигательно. И взгляд у начальника уже не злой.

Только, когда позже он уводит меня с танцпола, поинтересовался:

– Что на тебя нашло?

– Да ерунда. На меня тут девахи местные наехали. Вчетвером одну зажали в углу и как давай предъявлять, что я плохо одета. Одна с ножом еще была, не иначе, хотели мне костюм подправить. Ну или лицо. Оно им тоже, кажется, очень не понравилось.

Даня резко затормозил.

– Может, уйдем? – предлагаю я. – А то я там одну об раковину приложила, пока спорили о моде. Мне почему-то кажется, она обиделась.

– Кто победил в споре? – обманчиво мягко, поинтересовался шеф, зачем-то беря меня под локоток. Вновь возобновили движение. Только если раньше шли в направлении нашего столика, то теперь четко на выход.

– Ну конечно же я. В вопросах моды я могу хоть целую толпу порвать и на лопатки уложить. Не то что каких-то четырех провинциальных недомодниц.

На улице возле входа мы с шефом замечаем машину полиции. Даниил подзывает охранника, спрашивает, в чем дело, а тот отвечает, что это как раз по моему модному вопросу. Вызвала одна из "пострадавших" из-за меня девушек, заявив, что на нее напали в туалете.

Оп-па. Это меня сейчас загребут, что ли? Да я тогда вообще тут должна стать очень уважаемой и крутой персоной.

– Чего делать будем? – интересуюсь я у босса. В тюрьму местную мне все-таки не хочется. Не столько я жажду признания и и уважения.

Даниил молча довел меня до своей машины, сказал, скоро вернется. Пришел и правда быстро в компании двух мордоворотов. Один из них сел за руль, а второй на свободное место.

– Они тебя до дома довезут, а я здесь пока разберусь. Тех четырех девушек только вопросы моды волновали?

– Ну, еще хотели, чтобы у местному крутому парню не лезла.

– К кому это? – нахмурился босс. Кажется, он в шоке, поэтому медленно реагирует.

– К тебе. Потому что я для тебя недостаточно хороша и крута, а вот они в самый раз.

– Ясно, – мрачно отозвался начальник.

Я теперь еще догадываюсь, почему он никогда Карину сюда Даня никогда не привозил. Как бы хороша и идеальна она не была, в туалетных модных драках вряд ли сильна, а ей бы тоже могли предъявить.

Прежде чем закрыть дверь, начальник произнес:

– Извини, что так вышло. С сегодняшнего дня в вопросах моды все хорошо будут разбираться, я обещаю.

Шеф наклонился и резко, не спрашивая, поцеловал меня. Жестко, требовательно, жадно. А потом также резко захлопнул дверь прямо у меня перед носом, и постучал по крыше, давая сигнал, чтобы машина трогалась.

Вот так и закончился мой модный вечер. Молчаливый амбалы привезли меня в дом родителей Дани, я тихонько прошла в комнату и вскоре дрыхла без задних ног. Стресс? Переживания? Не-а.

Что интересно, утром меня разбудил, отнюдь не петух.

Чьи-то настырные, требовательные, губы мешают спать. Целуют то обманчиво нежно, то нестерпимо сладко.

– Рано же еще, чего будишь? – бурчу я сонно-недовольно, тем не менее, подставляя начальнику для поцелуев шею. Мр-р.

Даня время на разговоры не тратит, подминает меня под себя, поцелуи становятся вск более жадными.

Приоткрываю один глаз. Шеф одет, как вчера вечером.

– А ты что, в доме не ночевал? – уточняю с подозрением.

Босс поднимает на меня уставший взгляд.

– Я в принципе этой ночью не спал. Ты знаешь, что спящая и сонная ты просто прелесть?

– Почему не спал? Без меня развлекался?

– Ну если можно так сказать. Общался с народом.

– Ну а с полицией утряслось?

– Да, не переживай, – Цербер осторожно и ласково провел ладонью по моей щеке. – Мне вчера было жутко неприятно, что тебя коснулся… местный колорит. До сих пор все внутри переворачивается от мысли о том, какой опасности ты из-за меня подверглась.

– Ну не так уж из-за тебя. В сама напросилась, мода вообще частный вопрос. А насчет…

– Нет, тут вопрос в том, что они сами бы ни за что на это не решились. Ты пришла со мной, моя гостья, под моей ответственностью. А вот их надоумили и дали добро.

– Хват и Борзый? – весело фыркнув, предположила я. – Да не переживай так. Все ведь обошлось, а я не из робких, меня так просто не шокировать.

– Они, – мрачно кивнул шеф. В его взгляде мелькнуло что-то темное. – В силу их почтенного возраста и памяти о личных заслугах, я им казался еще слишком молодым, и это давало им ложные иллюзии.

– А почему ты говоришь о них в прошедшем времени? Они хоть живы? – шутливо уточняю я.

– Частями, – без тени шутки, серьезно отвечает Цербер. Можно было бы подумать, что это он с такой серьезной миной все-таки шутит, но зная своего босса… он не привык бросать слова на ветер.

Ткнула шефа в бок.

– Ну хватит, не пугай меня.

– Не буду.

Даня ложится рядом, обнимает меня и закрывает глаза.

– Есть еще пара часов до завтрака, разбудишь меня, когда подойдет время? – просит начальник не открывая глаз.

– Эй, иди к себе тогда спать! Что твои родители подумают?

Ты смотри, делает вид, что спит. Игнорирует.

Попыталась спихнуть шефа с кровати, но куда там.

– Ладно, я сама уйду.

Хочу встать, а этот якобы спящий кладет руку мне на талию и подминает под себя.

– Ну все, давай телефон, звоню невесте.

– Тш-ш, дай поспать.

– Ты даже не разделся.

– Хочешь, чтобы я разделся?

Тьфу, блин. И да, и нет.

– Слушай, ну давай ты сначала все-таки решишь вопрос с невестой. Некрасивая ситуация.

Шеф нехотя отпускает меня, но сам остается лежать в постели.

Поднимаюсь, собираюсь и ухожу гулять. Время до завтрака провела хорошо. Гладила телят, кормила хрюшек. Еще и на лошади пару кругов по двору прокатилась. Ну а что?

Все было нормально до тех пор, пока не выехали с боссом на работу. Коллеги, из местных, стали на меня странно поглядывать, и абсолютно все приватрече здоровались, хотя раньше особо не замечали.

Ситуация повторилась, когда после работы вышли с шефом размяться, прогулявшись по набережной. Раньше только с ним здоровались местные, а теперь и со мной, еще и по имени называя, словно давнюю хорошую знакомую. Приветливые, рассматривают во все глаза, и никаких пошлых комплиментов про длину ног.

– А что происходит? Такое впечатление, что я тут местная, – поинтересовалась у босса на обратном пути.

– После вчерашней ночи ты тут известная личность.

– Неужили из-за одного танца?

– Если только немного. Большинству очень понравилось, как ты разобралась с обидчицами, которые превосходили числом. С теми же, кто был по каким-то причинам не в восторге, я разобрался. Так что в городе в восторге от моей спутницы – задорной боевой блондинки.

– О, значит, я теперь в моде, – говорю я, наблюдая, как мимо проходит девушка в белой короткой юбке плисе, черном балахоне и кедах.

– Можно и так сказать. С работой тут закончено, выходные, можем сегодня уже вылететь, но может задержимся здесь на хотя бы на один день? Мне нужно с отцом съездить, несколько наших дел решить, а мама… так давно пл настоязему не отдыхала и не хочет. Но если мы задержимся, я уговорю ее поехать с тобой, показать местные красоты и магазины, чтобы ты одна не скучала и не потерялась. Естественно, карточку на любые покупки и развлечения я вам дам.

– А-а! Ты хочешь чтобы я плохо повлияла на твою маму, своим пагубным примером, склонив ее к безделью, бездумному прожиганию денег и времени?

– Именно.

– Заметано. Это я люблю.

Цербер немного помедлил, прежде, чем продолжить беседу.

– Мы можем забрать вещи от родителей и переехать… в более спокойное место. Ты говорила, тебя по утрам петух беспокоил. Сможешь завтра выспаться утром.

Обернулась к шефу. Взгляд хищный, выжидающий. Судя по взгляду, переезд предлагается отнюдь не для того, чтобы я выспалась.

– Я думаю не стоит. Как бы там не обстояли дела на самом деле, формально ты не свободен и…

– Ничего криминального я не предлагаю. Вчера ночью сам не выспался. Хочется просто хорошо отдохнуть. Мы ведь завтра вылетаем в ночь, опять нормального отдыха не выйдет.

Ой, подозрительно что-то мне.

– Ну-у, ладно. А куда тогда? В гостиницу?

– Не совсем. Если ты согласна, то можем уже выдвигаться. Пока поужинаем, пока вещи соберем.

– Хорошо.

Какая я послушная и наивная девица. Сама себе поражаюсь. Угу, отдыхать мы будем ночью наедине без надзора родственников и других случайных наблюдателей.

Поужинали у родителей шефа, потом босс подхватил мой чемоданчик, посадил в свою квадратную машину и быстренько увез, пока не передумала.

Место, куда мы приехали в потемках, оказалось симпатичным особняком в средиземноморском стиле. Особенно обрадовалась бассейну с подсветкой. Тишину нарушает шум моря и стрекот насекомых. Море тут, похоже, где-то совсем близко, а вот мы сами в какой-то глуши далеко от города.

Все меньше верю в то, что мы приехали сюда просто выспаться.

– Какое симпатичное местечко. Дом снял?

– Идем внутрь, уже прохладно.

Эй, чего это шеф мои вопросы игнорирует? Тем не менее, вновь вся такая послушная, иду вслед за начальником. В доме все новенькое, современное. Еще прямо запах такой, как после свежего ремонта. Просто, светло, чисто.

– Твой ведь дом, да? – предполагаю я, плюхаясь на диван в гостинной и закрывая глаза. – Я вещи разбирать не буду, смысла нет, да и лень. А, кстати, бассейн с подогревом?

– Да, подогрев еще с утра включен. Я полагал, ты захочешь поплавать.

– Ну, все, я тогда сначала в бассейн. Хотя я же купальник не брала.

– Здесь тебя все равно никто не увидит.

– Кроме тебя?

– Кроме меня.

Глава 39

Глава 39

Ну я так не играю. Обычно это я охотница, которая выбирает себе жертву и с легкостью ее добивается. Жертва обычно сама падает в мои нежные загребущие ладони, как перезрелый фрукт. А тут я прямо ощущаю себя объектом тихой охоты. Цербер, похоже, из тех хищников, что расставляют сети и ждут.

– А где моя комната?

– Пойдем, покажу.

Шеф взял мой чемодан и понес его наверх. Зашел с ним в поистине царских размеров просторную спальню, с не менее царской огромной как минимум пятиспальной кроватью.

– Тут миленькмиленько, но кровать для меня одной великовата. Будет неуютно.

– Я составлю тебе компанию, чтобы было не так одиноко.

– Ты же хотел выспаться.

– Я читал, что, совместный сон очень повышает качество сновидений. Если, конечно, речь о сне двух молодых здоровых людей противоположного пола.

Ой, ну заливает.

– Даня, давай говорить прямо. Нет. Нет и нет. У тебя есть определенные обязательства. Сам сказал, что не только твое будущее благополучие в опасности.

С каждым моим нет, Цербер делал шаг ко мне. А сейчас завис напротив и навис сверху.

– Нет! – нахмурив брови, четко и уверенно произношу я. Подняла лицо, с вызовом смотря в глаза начальнику. Случись что, меня это тоже заденет, да и вообще у меня есть свои принципы и…

В следующее мгновение шеф окончательно сократил между нами расстояние, его губы коснулись моих в ласковом и в то же время требовательном поцелуе.

– Прекрати, – сердито произношу я, разрывая поцелуй. В крови уже забурлил адреналин и желание, но я все еще держусь.

– Не выходит, – признался шеф, гипнотизируя тяжелым темным взглядом. Цербер коснулся моего лица, затем его рука зарылась в мои волосы. – Не представляешь, насколько хорошо и долго себя контролировал, но я уже проиграл сам себе и желаю насладиться этим поражением, как самой сладостной победой в своей жизни.

Во загнул.

Мне еще никто так поэтично не сообщал, что меня хочет.

Ну не знаю. Пока я пребываю в сомнениях, шеф не медлит, уже все для себя решив. Один коварный легкий поцелуй следует за другим. Слишком томительно, запретно, соблазнительно.

Как всегда бывает, потворствую своим личным сиюминутным желаниям.

– Ну хорошо, – решительно произношу я, разорвав с Цербером очередной поцелуй и мягко толкаю его в грудь направлении царского кроватедрома. – Одна ночь. Ясно? И никаких вольностей по возвращению в столицу. Если меня хоть что-то спросят на эту тему, я буду все отрицать. И в дальнейшем никаких больше поползновений с твоей стороны или собственнических замашек, как работали, так и работаем. Никакого интима. Уяснил? – обговариваю условия на берегу, чтобы потом не было вопросов и недопонимания. Мы, кстати, уже возле кровати.

– Твоя позиция мне предельно ясна, – процедил Цербер, зло сузив глаза. Так. Что за неопределенный ответ? А что не нравится? Чего злится? Невесте, наколько настоящей, я не знаю, но все равно невесте изменяет. Сладенькое получает, так еще и без последствий. Сказка. Радоваться надо.

– Уяснил и согласен? – подозрительно уточняю я.

– Позже об этом поговорим, – прохладно произнес босс повелительным тоном, а потом поцеловал так, что нерешенные вопросы и желание разговаривать в принципе выветрилось из головы.

Что это была за ночь... Высококачественная такая! Даня, видимо после озвученного мной условия, решил взять от нее все. Ночь длиною в бесконечность. Качественное в ней было все, кроме сна. Его почти не было, разве что под утро. Цербер, словно оголодавший дикий ласковый и нежный зверь, использовал каждую минуту. В бассейне вообще оторвался по полной. Как я предполагаю, сделал все то, что очень хотел на тех выходных, когда вылетали на острова, но сдержался. Теперь я знаю, с какой опасной, голодной и ненасытной акулой я плавала. Мы проверили на прочность очень много симпатичной мебели и уголков в доме. Да-а… Цербер ведь как с цепи сорвался, зверюга моя ненасытная. После такого отдыха, мне теперь требуется отдых.

– Лиза, просыпайся. Пора вставать, – упрорно, уже минут десять пытается меня добудиться Даня.

– Сгинь. У меня все тело от усталости ломит. Спать хочу.

– Нас ждут.

Потянулась, зевнула, обняла шефа и вновь немного задремала. Настроение, несмотря на ранний подъем прям солнечное. Хочется петь.

Даниил поцеловал меня в плечико, нашептал парочку ласковых и в то же время грязных комплиментов, а потом бесцеремонно шлепнул пониже спины.

– Все, Лиза, встаем. И так опаздываем.

Кое-как соскребаю себя с постели, вслух, чтобы шеф был в курсе о моих страданиях, бурчу, что у меня начальник изверг, измывается надо мной несчастной.

Цербер глух к моим страданиям, ухмыляется, да и вообще светится, словно лампочка.

Когда выехали, пытаюсь немного подремать, но в этот раз сон не идет, а дорога не убаюкивает. Искоса то и дело поглядываю на Даниила. Пытаюсь, понять, изменилось у меня как-то отношение к нему после этой ночи. Вот сейчас он меня уже почти не бесит и не раздражает. Я думала, ночь снимет напряжение и я подостыну, но что-то пошло не так. В принципе я непрочь вновь не выспаться.

На светофоре Цербер внезапно обернулся ко мне, поймав на подглядывании. Улыбнулся, взял за руку и крепко сжал ладонь.

Так, все. Я сплю. Сильно зажмурилась и мысленно пытаюсь остудить жар на щеках. Засмущалась как девочка, честное слово.

Когда приехали, мама шефа вдруг засопротивлялась и стала искать поводы остаться дома: животных покормить, убраться, обед приготовить, ну некогда ей гулять, очень извинялась. Однако не прокатило, мужчины семьи сплотились, напомнили, что есть кухарка и подсобнве рабочие для всех этих дел, а выбираться с насиженного места хоть иногда надо, да и я ну так боюсь тут заблудиться, ага.

Поехали. Взяли с Таисией Вячеславовной такси. Приехали для начала в местный хороший дом отдыха со спа комплексом. Поначалу Таисия еще сопротивлялась и все рвалась домой, но потом, после пары-тройки оздоравливающих и расслабляющих процедур, затихла. Видимо, процедуры подействовали – расслабилась. Потом был забег по относительно небольшому торговому центру. Себе ничего не брала, как-никак, деньги босса, да и решила попробовать себя в качестве стилиста. Опять же, поначалу Таисия сопротивлялась, и наряды ей новые не нужны, потому что все равно, как она думает, фигура у нее не очень, нечего наряжаться, и смущалась, и тоже не хотела деньги сына транжирить. Но потом, постепенно, под мои хитролисьи хвалебные речи и уговоры хотя бы померить вот это потрясающее платьишко, сдалась. Столько всего перемерила, отдавшись в полную мою власть. Одежду выбирала исключительно я по своему вкусу. Эта игра мне жутко понравилась. В куколки в детстве, видимо, не доиграла. Ну и реакция Таисии понравилась. Она так мило смущалась, охала и радовалась всем этим примеркам. Покупать ничего не хотела, только мерить соглашалась, а я и не настаивала. Только когда вышли из торгового центра после обеда в местном ресторанчике, мама шефа заметила, что в руках у выделенного нам в сопровождение охранника, в руках целая куча пакетов и свертков из тех магазинчиков, где мы побывали. Одежда, косметика, сумочки и прочие мелкие аксессуары.

– Лиза, ну зачем? Я же говорила, что не надо!

– Выполняю задание начальника. Он приказал, пока определенную сумму с его карточки не потратим, домой чтобы не возвращались. – Я тут посмотрела в интернете. Салон красоты неподалеку вроде неплохой есть. Идем туда. Надо прически освежить… ну и все остальное. А потом можем либо снять джип на смотровую площадку в горах поехать, заодно погоняв по неровностям, либо наряды и прически новые выгулять. Я уже знаю, что тут есть клуб очень модный.

– Ох, Лиза, ну что ты, какой мне клуб?

– Ясно, тогда недолго покатаемся по горам, любуясь красотами, а потом в клуб.

В родительский дом шефа, вместе с Таисией Вячеславовной вернулись только поздно вечером. Встретили нас поначалу мужчины хмуро, но потом разглядели Таисию и их лица удивленно вытянулись.

– Тая, ты сама на себя не похожа! – в изумлении воскликнул отец семейства.

Конечно, не похожа. Новая прическа, шикарный наряд, который ей очень идет, грамотный макияж, оздоровительные процедуры, так еще глаза как горят и на лица шальная улыбка.

То, что я люблю погонять и экстрим в разумных пределах, Таисия узнала в горах. Как мы гоняли в открытом джипе для сафари! И женщина кричала, отнюдь не от страха. Посмотрели водопады, закат, проехались, поднимая тучу брызг по мелководью местной речушки. А потом в клубе уважаемая мама семейства, вдруг отбросила всю ложную скромную и застенчивость и как зажгла.

Когда ехали обратно в такси, хихикая, довольная Таисия призналась мне, что с юности так хорошо не отдыхала, хотя и тогда, возможно, такого не было, потому что жили скромно, и многие развлечения были недоступны.

К отца семейства, кстати, глаза тоже сразу так характерно загорелись после разглядывания жены.

– Мы опаздываем на рейс, – сурово произнес босс, беря меня под локоток. – Я тебе звонил не один раз.

– Я не слышала, – встала на цыпочки и тихонько добавила. – Да и мама твоя так классно от души танцевала, жалко было забирать.

В аэропорт родители шефа поехали провожать. На прощание Таисия меня крепко-крепко обняла, а сына просила прилетать почаще, ну и меня с собой обязательно брать. Что характерно, про невесту и не вспомнила, хотя в начале, когда приехали, только о ней разговоры и велись.

В самолете, стоило только опуститься на сиденье, и почти сразу отключилась. Все, хватит с меня приключений, вырубаем эту странную реальность.

По прилету между мной и Цербером установилось задумчивое молчаливое напряжение. Не знаю, о чем думает мой босс, а меня вся эта ситуация смущает. В обычное время я бы в такой ситуации просто свинтила бы куда-нибудь, и думать про все забыла, а тут работать вместе дальше надо, соблазн постоянно перед глазами.

Но если так подумать. Если шеф хочет продолжения банкета, возникает вопрос места. К нему я ни за что не поеду. Там опасность невесты и вообще ее дух в квартире. Ко мне, думаю, боссу напрашиваться не комильфо, гостиница – вариант тоже какой-то циничный, да и я не соглашусь. Предложить серьезные отношения начальник мне не может, а мне и не нужны мне эти отношения, я птаха вольная. Вот такая неловкость.

Авто босса подъезжает к моему дому. По дороге опасных тем с начальником избегали. И вот уже шеф достает из багажника мой чемодан, помогает донести его до двери квартиры.

Смотрю на Даню. Взгляд мрачный. И опять же, я все понимаю. Предложить и дать что-то серьезное не может, гордость, а может совесть, не дает просить о большем и идти в наступление.

– Доброй ночи, Лиза. Надеюсь, за воскресенье тебе удастся выспаться.

Ага, а тут еще намек чувствую, чтобы дома спала, а не гуляла непонятно где.

– Угу, спасибо.

Стоим. На лестничной клетке. Как два не слишком умных человека. Никто никуда не уходит.

Нет, ну мне это надоело! Надо быть умнее. Пора спровадить Цербера.

– Кофе зайдешь попить? А то еще уснешь по дороге.

Ни мгновения сомнений и пауз.

– Да, спасибо. Кофе – это как раз, то, что мне сейчас очень нужно.

– Еще скажи, что никогда не хотел кофе так, как сейчас, – хмыкая, замечаю я, открывая дверь. А я никогда еще не испытывала такой радости и облегчения от собственной глупости и импульсивности.

Что мы начали делать прямо с порога? Кофе пить? Не-а. Целоваться.

Глава 40

Глава 40

Жаркие поцелуи прервал громкий, требовательный и в то же время жалостливый мяв.

Остановившись, опускаю взгляд к полу, а там, у ног Цербера трется покинутая несчастная Фурия.

– Ой, надо кошку покормить и нагладить.

Спрягиваю с шефа, на которого на удивление ловко успела забраться.

– Пойдем, дорогая. Ты уж прости свою нерадивую хозяйку.

Без остановки мяукая, Фурия вприпрыжку следует за мной на кухню, то и дело путаясь в ногах.

Кормлю кошку и глажу.

– Фурия округлилась. Ощутимо, – говорит босс, опускаясь рядом с нами корточки. Так же проводит ладонью по спине кошечки.

– Ага, отъелась очень быстро. Один плюс – больше не носится по квартире, как заведенная, стала спокойнее и степеннее.

– Лиз, вообще-то, она не просто располнела. Конечно, можно уточнить у ветеринара, но и так видно, что она котят ждет.

– Что?!

От неожиданности отдернула руку от троянской кошки. Приглядываюсь. И ведь и правда похоже на то. А все котеночком прикидывалась.

– Что теперь делать? – схватилась за голову и нервно хожу по кухне из угла в угол. – Мне одной кошки много, а тут неизвестно сколько прибавляется! Я не готова принимать роды! Ужас-ужас! Что вообще с котятами делать?

Мой взгляд падает на Цербера. Мужские плечи беззвучно трясутся от смеха.

– Весело тебе? А мне не очень.

– Лиз, не переживай так, все будет хорошо. Я вас в такой ситуации всячески поддержу, не брошу, роды примем, котят поднимем, воспитанм, когда придет время, пристроим. Кошка ни в чем не виновата, она на самовыгуле, еще и не стерилизована. Нам надо было, конечно, задуматься об этом вопросе раньше, но что уж теперь. Завтра свожу ее к ветеринару.

– Я тоже поеду, – бурчу я, немного успокаиваясь. – Интересно же.

Кофе шефу все-таки приготовила, хотя казалось, что до него сегодня уже не дойдет. Обсудили план действий на завтра, попили кофеек, да и пошли спать. На почве кошачьей беременности запал как-то прошел. Заснуть буквально за минуту не помешал ни выпитый кофе, ни по хозяйски взявший меня в охапку начальник с рельефным телом и прочими выдающимися параметрами, ни даже прилегшая на ноги урчащая потяжелевшая кошка. Завтра, все завтра.

А утром заметила, что у босса входит в нехорошую привычку лично меня будить, и ладно бы в рабочие дни, но в выходные это жестоко. Правда в этот раз пробуждение вышло помягче.

– Лиза, вставай. К ветеринару поедем, – шеф чмокнул меня в нос.

Еще не открыв глаза, чувствую вкусные ароматы, доносящиеся с кухни. Еще и приготовить что-то успел.

– Не-ет, – лениво тяну я и накрываюсь одеялом с головой. – Все, я в домике.

– Тогда я к тебе, – бархатным тоном отвечает Даниил и действительно поднимает одеяло и оказывается рядом, и как начал будить, наверстывая то, что ночью проспали. Не меньше получаса будил, потом я уже не выдержала и убежала в душ. Я еще после прошлого марафона не отошла.

В ветеринарной клинике кошек осмотрели на удивление очень серьезно. Вплоть до УЗИ. Неожиданно расчувствовалась и прослезилась, разглядев неясные очертания котят на мониторе. Обычно я такой чувствительностью не отличаюсь, а тут вдруг проняло. Ощущение, будто становлюсь котобабушкой. Сидевший рядом шеф, приобнял меня ободряюще и сжал руку.

Итог хороший. С молодой мамочкой, как и с малышами все хорошо, пополнение ждем ориентировочно уже через пару недель.

Привезли кошку обратно домой, шеф сгонял по магазинам, привез еды и мне, и кошке – у нее теперь особый рацион, ну а мне, видимо, тоже в подарок – подкормил.

Сели обедать. Даня поначалу, а потом вдруг спросил:

– Переедешь ко мне?

Покрутила пальцем у виска.

– Нет, конечно.

– Через полгода, если все будет хорошо.

– Пусть сначала эти полгода пройдут, хотя… все равно нет. Могу это заранее сказать.

Шеф нехорошо прищурился, словно я только что бросила ему вызов. А я не бросала, я просто факт констатировала. Вот чего его тянет на эти разговоры?

– Почему нет?

– Много причин.

– Назови, будь так любезна.

– Ну во-первых, вообще не вижу смысла для переезда. У меня характер непостоянный. Скорее всего мы к тому времени уже не будем встречаться. Вообще я очень ветренная, ты сам меня быстро за это возненавидишь. Это пока у тебя гормоны бушуют позже станешь смотреть на меня более трезво. Во-вторых… у меня кошка гулящая, ей квартира без выхода на улицу не подойдет. В-третьих, вообще не понимаю, зачем надо съезжаться. Мне устраивает вариант свободных отношений с партнером, без совместного быта.

Взгляд Цербера стал еще опаснее.

– Свободные отношения – это когда ты встречаешься с кем хочешь, помимо основного партнера?

– Не обязательно. Здесь скорее упор на бытовой план.

– Я тебя чем-то не устраиваю в быту?

– Не-е, ты вон, и готовить умеешь, и в чистоте все держишь, и починить что-то сумеешь. Это скорее я тебя буду не устраивать, вот прям до дрожи.

– То есть после окончания рабочего дня мы будем ехать в разные стороны, я не буду знать где ты и с кем? Никаких совместных вечеров, и ты не будешь засыпать одновременно со мной в моих объятиях?

Шеф меня пугает.

– Ну почему, иногда будем по взаимной договоренности. Но должно оставаться место и для личного пространства. И вообще, что это за разговоры такие? Ничего такого ведь не произошло. Ну, переспали несколько раз, это еще не повод сразу серьезные отношения заводить и думать о совместном будущем.

Судя по взгляду начальника, он в шаге от убийства в состоянии аффекта. На всякий случай утащила вилку под стол и крепко сжала в руке. Какая-никакая, но защита. А, нет, шеф держится, сидит себе дальше спокойно. Но взгляд!

– Свободные отношения меня не устраивают. Не мой вариант, – категорично произносит Цербер, игнорируя мои недавние опасные заявления, про то, что мне вообще-то отношения вообще не нужны.

Пожимаю плечами.

– Но ведь с Кариной у тебя именно такие.

– Про свободные отношения с ней я говорил потому, что по факту их вообще нет.

– Знаешь, когда Карина приходила в офис, было незаметно, что отношений нет.

– Мы хорошо общаемся, дружим. И еще ей морально важно состоять с кем-то в официальных отношениях, она стремится поддерживать видимость, что у нас что-то есть. На этом все.

– Угу.

– Лиза, я могу, в качестве временной альтернативы снять дом. Попробуем пожить вместе уже сейчас. Кошка будет гулять в саду, там ей и котятам безопаснее, чем во дворе с машинами и стаями других котов. Не понравится, что-то не устроит – уедешь.

– Тебя быстро спалят, не пройдет и полугода.

– Не должны. Карина не приезжает ко мне домой и не караулит. Больше никто за моей личной жизнью следить пристально не должен.

– А братья мои?

– Я с ними еще после того случая переговорил, они больше такими глупостями не занимаются.

– Мы будем уезжать и приезжать вместе. На работе быстро спалят.

– Это будут только слухи, которые и так ходят. Лиза, я понимаю, что ты не готова к совместному проживанию, а я наоборот не готов проживать где-либо без тебя. И до этого мне было непросто, то и дело придумывал предлоги и рвался к тебе. А сейчас я просто не представляю, что ты будешь далеко.

Я молчу. Я в шоке от того, куда все поворачивается и не знаю, что сказать Дане. Он должен был после той ночи, получив свое, остыть, а не еще сильнее загореться. Цербер, не дождавшись от меня дальнейшего сопротивления, усиливает атаку:

– Совместное проживание это не страшно. Днем работа, вечером ясно, что тоже могут у каждого быть свои дела, главное, что все равно мы вместе. На выходные будем уезжать.

– Куда? – совсем выпала я из логики босса.

– Куда захочешь.

– А-а, ты про тот отчаянный отдых на выходных. Когда мы спорили?

– Верно.

– Понравилось все-таки, да? Признавайся.

– Я отвечу, если получу согласие на свои предложения.

Ха, не настолько я жажду ответа.

– Мне нужно подумать, – сказала я, лишь бы уже уйти от этой темы. Отказа Даня все равно, чувствую, пока не примет, хоть так. Не хочется провести конец выходного в спорах.

– И как долго ты собираешься думать? – понимающе прищуриваясь, уточняет шеф. Знает меня как облупленную.

– До полугода. Слушай, там, кажется, постель такая холодная. Возможно, пора согреть?

– Ты даже не уходишь, а сбегаешь от темы. Чего ты так боишься? Я ничего ужасного не предлагаю.

– Я не боюсь. Просто твое предложение идет в разрез с привычным мне укладом и жизненными установками. Я не знаю, нужно это все мне или нет. Подумаю.

Больше в этот день мы к сколькой для меня теме не возвращались, время хорошо провели, и так не хотелось на следующее утро ехать на работу, но хотя бы не на метро. Спокойно проспала почти всю дорогу.

Следующие три дня прошли тоже относительно спокойно. Цербер, не добившись от меня ответа, пока отвозит меня после работы до дома и остается. Даже его чемодан, который брал в командировку, так у меня и стоит. Бабушки здороваются с Даней, как с родным, ну а я все больше осознаю, что надо с этим всем что-то решать. Близкое интимное общение с Цербером прекратить ее выйдет – мы работаем вместе, он целый день у меня перед глазами, соблазняет одним своим видом. Пару раз уже запирал дверь кабинета ключ во время обеда, и рабочий день сразу приобретает новые краски и томные оттенки. Успели опорочить стол и еще несколько рабочих поверхностей, думаю, это не предел.

Ну и раз уж мы пока встречаемся, моя квартира, как мне кажется, для совместного проживания возможно не слишком удобна. Речи про домик были соблазнительны, однако решиться все еще не могу.

В общем, для себя установила срок – если хотя бы еще неделю активно провстречаемся, соглашусь на переезд. В конце концов, я девушка рисковая, а тут такой адреналин, если спалят, мне тоже наверняка прилетит.

Глава 41

Глава 41

Сегодня шеф ходит какой-то хмурый. Чем-то недовольный. По нему это трудно понять, но я уже хорошо его знаю. В обед поинтересовалась:

– В чем дело? Какие-то проблемы?

– Нет, никаких проблем.

– Тогда чего ты такой хмурый?

Цербер медлит с ответом, но потом произносит:

– Ты ведь помнишь, что сегодня корпоратив?

– Ну да, и что?

– Есть условие, что на него приходят вместе со своими вторыми половинами, если такие есть.

– И?

– Я не говорил об этом Карине, но она узнала и намерена прийти.

Повисла тишина.

– Ну и… ладно. Ты из-за моей реакции что ли переживал? Две женщины на одной территории, один мужчина. Думаешь, мы с Кариной подеремся?

– Я понимаю, что тебе может быть неприятно. Мне ведь придется быть рядом с Кариной. Не ходи, если хочешь, на корпоратив.

– Пф. Первую за свою рабочую жизнь официальную вечеринку пропустить? Не-а. Не волнуйся, плевать мне твою Карину, я вообще не ревнивая.

Вечер. Разоделась и приготовилась к корпоративу так, как никогда к вечеринкам не готовилась. Я, конечно, не ревнивая, но выглядеть обязана не хуже, чем какая-то там Карина, при этом не пошло, не откровенно, но при этом не слишком скромно. Дорого, идеально, совершенно. Пришлось отпрашиваться с работы раньше у кучу времени убить на подготовку.

Опоздала еще прилично. В зал, где проходит мероприятие, захожу с волнением и бешено колотящимся сердцем. Вот тебе и не ревнивая.

Иду по залу, и на меня оборачиваются и рассматривают буквально все мужчины, да и женщины тоже. Продвигаюсь медленно, потому что со всеми надо поздороваться и перекинуться хотя бы парой слов. Появляется ощущение, то я знакома со всей компанием. Ну или все меня так или иначе знают, слышали и хотят пообщаться.

Не найдя босса, перед которым ну просто обязана хоть раз мелькнуть, чтобы заценил мои старания, ну и чтобы самой взглянуть на Карину, поднимаюсь на второй этаж и захожу в другой зал. Здесь музыка играет потише, обстановка подороже, но мужчины все также заинтересовано оборачиваются и подходят поздороваться. Удивительно, но тут я тоже словно бы всех знаю, не по имени, но лица примелькались.

Наконец, нашла босса. Стоит со своей невестой в компании акционеров. Высшая лига, и шеф с ними. Ну точно метит в руководство. Кадровик мне говорила, что вроде Даню уже собираются куда-то двигать.

Карину вижу пока только сбоку, но она хороша. Стройная, стильная, милая.

Не собираюсь подходить к акционерам. Не мой уровень. Был бы шеф без спутницы, тогда могла бы в качестве личной помощницы, но у него и так есть сопровождение.

Растерялась и не знаю, что делать дальше. Посмотрела, можно и уходить. Видно, что Дане вообще не до меня, он тут работает, зарабатывает себе очки для повышения. Не стоит его отвлекать. И вообще я, кажется, все-таки ревную, причем сильно, потому что вот как раз сейчас вижу, как он нежно приобнял Карину за талию, притянул ее к себе ближе, что-то шепнул на ушко, отчего Карина сразу заулыбалась.

Застыла, не зная, что лучше предпринять, и чтобы в итоге сотворила, но тут моего локтя осторожно коснулись.

– Ну вот, наконец-то вы появились. Опаздываете! – в недоумении поворачиваюсь на голос нашего генерального. Да, это он с улыбкой подхватил меня под локоток.

– А вы меня ждали? – с удивлением уточняю я.

– Ну конечно. Давно хотел с вами пообщаться в чуть более неформальной обстановке, но все не удавалось. Уделите мне немного вашего времени?

– Да, хорошо.

– Отлично! Надо найти место поспокойнее… О, Лиза, я только с акционерами поздороваюсь, а то подумают, что я от них скрываюсь. Подождете?

– Да.

– Замечательно. А знаете что? Идемте-ка со мной. А то еще где-то потеряетесь и я вами так и не поговорю.

Генеральный, словно взяв на буксир, тащит меня под локоток прямо к акционерам и моему шефу со своей противной невестой. Ой, что-то не нравится мне такая компания.

Выпрямляю спину и задираю подбородок. Я – Царева, и ничего, что я сейчас мелкий офисный работник и тайная любовница своего начальника. Я вращалась и в более высоком обществе, знаю, как себя вести, что и как говорить, да и вообще… пофиг!

Тем не менее, когда подошли к акционерам, чувствую, как меня внутри потряхивает, но виду не подаю.

Встречаюсь взглядом с Цербером. В его глазах появилось изумление, брови удивленно приподнялись, но он тут же взял себя в руки и на лице бесстрастная маска. Серьезный такой. Несколько напряженный.

А остальные в компании расслабленные, смеются, генеральный со всеми за руку здоровается, шутит, улыбается. Я тоже держу свою фирменную милую улыбку и в разговоры не лезу. Я сейчас только красивое обрамление для генерального. Думаю, он для этого меня с собой и прихватил, успев узнать и поработать в тандеме на деловом ужине. Понимает, что будет на первом плане.

А вот Карина точно не считает себя чьим-то то сопровождением. Она звезда, бизнес-леди, с мужчинами активно ведет диалог о делах, иногда влезая со своими ценными авторитетными замечаниями в разговоры моего шефа. Видно, что очень хочет показать себя. Не обвиняю, у каждого своя жизненная тактика и взгляды. Мама моя не любила себя выставлять себя супер умной при общении с мужчинами, у нее были другие цели, но поддержать разговор на любую тему могла. Если надо, могла болтать без умолку ни о чем, но предпочитала больше делать вид, что слушает собеседника, и это жутко интересно. Я мамины уроки мамины усвоила, но характер такой, что не всегда следую ее науке. Может зря. Тогда бы избежала многих проблем. С отцом, например, не поссорилась.

Перевела взгляд на начальника. Он, оказывается, буравит меня глазами.

С Цербером бы не встретилась.

– А какая девушка потрясающая с тобой! – меж тем весело произносит один из акционеров, жадно меня разглядывая. – Как не корпоратив, с тобой всегда красавицы, и постоянно разные. Я прямо завидую.

– О-о, – тянет Григорий Вячеславович и мягко подталкивает меня вперед, на передний план. – Между прочим, наша сотрудница, удивительно, что ты ее еще не знаешь. Очень перспективный и талантливый кадр. Думаю, вы о ней еще не раз услышите. Знакомьтесь. Царева Елизавета Натановна.

Хищно блестя глазами, акционеры со мной активно знакомятся, пожимают нежно руки, осыпают комплиментами и совсем не хотят говорить о делах с Кариной. Видимо, потому что сейчас отдыхают. Тема разговора переключилась на то, у кого какая яхта и какую собирается купить, где отдыхал. В общем, обычные мужские разговоры, когда меряются, кто чем горазд. Тут вот яхтами.

Наконец, генеральный под вежливым предлогом уходит, уводя и меня. Не оборачиваюсь. Шефу показалась, себя показала, меня похвалили. Цели и щадачи вечера выполнены, но хорошего настроения у меня все равно нет.

Садимся с генеральным на диванчик в одну из полутемных ниш, здесь потише и поспокойнее, Григорий заказывает нам напитки.

– Елизавета, – не дожидаясь, когда принесут заказ, деловито начинает говорить генеральный. – Я хочу предложить вам новую должность…

– Григорий Вячеславович, извините, я перебью. Я не перейду к вам в помощницы. У меня немного другие планы на будущее.

Генеральный широко улыбнулся.

– А я и не собирался вам это предлагать. У меня уже есть личный помощник, и он меня вполне устраивает.

– Да? – растерялась я. Какую тогда еще мне можно предложить должность? Высшего образования у меня нет. Ну не уборщицы же?

– Да. У нас освобождается должность заместителя руководителя отдела по связям с общественностью. Ирина Константиновна уходит в декрет отпуск. Нужен человек, для ее замещения. Компания не так чтобы часто контактирует со СМИ, но случается. На должность нужен человек общительный, обаятельный, миловидный. Лицо компании, по сути. Начальник отдела координирует действия, а вот заместитель как правило берет на себя практические функции. Я думаю, ваши коллеги с пониманием отнесутся к такому вашему повышению, ведь должность, на мой взгляд, вам действительно подходит. Но это временный вариант. У меня на вас на самом деле другие планы. Позже, когда хорошо зарекомендуете себя на новом месте, чтобы у других не возникло вопросов, почему это я вас так резко без проверки возвысил, хочу перевести вас повыше, уже на постоянную должность по работе с нашими китайскими партнерами. Вы знаете язык, я видел, что китайцы от вас в восторге. Сейчас на этой должности тоже очень хороший человек и начальник, но еще пара лет, и он уйдет на пенсию. Я хочу, чтобы к этому времени у него была подготовленная замена.

От таких предложений генерального у меня отвисла челюсть.

– Но у меня ведь нет высшего образования, – замечаю я.

– У вас неполное высшее, причем в одном из лучших зарубежных ВУЗов. Знаете несколько иностранных языков. Поверьте, этого достаточно. Плюс от компании, если захотите, мы отправляет на ускоренное профильное обучение по выбранной специальности.

– Спасибо, за столь щедрое и интересное предложение, но вынуждена отказаться.

– Скажете, почему? – генеральный не обиделся из-за моего отказа и, кажется, просто удивился. Наверное, не каждый день от таких щедрых предложений мелкие сотрудники отказываются.

– М-м, дело в том, что у меня в принципе нет планов задерживаться в компании надолго. Всего не больше года по договоренности с моим отцом. А так я… не вижу себя в этой сфере.

– Какие странные договоренности у вас с папой. Почему он захотел, чтобы вы работали именно в этой компании и такие сроки?

– Он… имеет отношение к этой компании.

– Работает здесь?

– Ну не то чтобы работает.

В принципе, отец здесь даже не появляется, а для всех мероприятий акционеров присылает своего представителя. У отца нет времени активно участвовать в делах всех компаний, чьими акциями владеет.

Генеральный задумался о чем-то, пристально, с прищуром меня оглядел и… произнес только два слова:

– Натан Файнберг?

Ничего себе.

– Как вы догадались? Только по отчеству?

– Я давно думал, что за вами кто-то есть. Все-таки на должность личных помощников крупных перспективных начальников у нас со стороны редко приходят и после долгой проверки эйчар службой. И вдруг вы, словно из ниоткуда, хотя желающие бы и так нашлись в компании. Правда я не ожидал, что столь крупная фигура за вами, да еще и отец. А так у меня, конечно, хорошее чутье на кадры. Сразу видна порода.

– Да какая порода, – хмыкнула я.

– Не буду уточнять насчет вашей фамилии. Я так понимаю, лучше нигде не упоминать, чья вы дочь?

– Это в ваших интересах.

– Я-ясно, – тянет генеральный и смотрит на меня изучающе-победно, словно на только что найденный самородок. – А вам обязательно надо именно помощницей работать?

– Нет. Главное работать. Вообще. Я вроде как в игре сейчас. "Выжить без привычного финансового обеспечения".

– Очень интересно! Ну а почему тогда не хотите попробовать себя в другой должности? Там и оклад выше и задачи интереснее. В чем-то, для вас даже проще будет, поскольку работа в основном связана с коммуникацией. Вы с этим хорошо справляетесь. Ну пусть ненадолго вы тут, но я ничего не имею против. Попробуете. Может понравится.

Хм. Ну если так ставить вопрос, можно и попробовать. Возможно для меня это выход. Даю слабину в отношении Цербера с этой его Кариной. А все потому, что работаем вместе, знаю, что так или иначе соблазнюсь. Шеф меня сегодня серьезно разозлил. Да, я ревную. Сама ситуация меня бесит и идет вразрез со всеми моими принципами и характером. Я думаю, надо все это прекращать.

Глава 42

Глава 42

Заметив, что я задумалась и не тороплюсь отвечать отказом, генеральный усиливает напор, расписывает все плюсы работы, предлагает пообщаться с начальником отдела, в который я могу скоро перейти, и тут же его вызванивает, прося подойти. Приходит симпатичный, уже отдаленно знакомый мне мужчина. Очень обрадовался информации что я его потенциальный зам, очень подробно все расписал, нахвалил, посулил почти свободный график и… я не удержалась. Предварительно согласилась, чем привела мужчин в восторг. В конце концов, денег ведь больше будет, работа престижнее, график, пять же, лучше. Цербер не бесит.

– Отлично! Это надо отметить! – восклицает генеральный, радостно пожимая мне руку. Дмитрий Константинович – тот начальник, с кем я теперь буду работать, тоже тянется для рукопожатия.

– Что именно будете отмечать? – раздается над нашими головами голос моего нынешнего шефа, причем с леденящим душу тоном произнесено. Что примечательно, Цербер один.

– О-о, Даниил Александрович! Вот вас как раз тут и не хватало. Все, уводим у вас Елизавету Натановну.

– Да что вы говорите, – прищурившись, произнес начальник так, что мне поплохело. Вроде и спокойно сказал, но я-то босса знаю. Ладно, работа, я ведь еще собираюсь заявить о расставании… ой, совсем страшно стало и в горле пересохло. Водички мне!

– Да-да! Заместителем Дмитрия Константиновича в отдел по связям с общественностью. Понимаю, что вам свою помощницу терять не хочется. Но и вы понять должны, Елизавета сейчас не на своем месте, ей пора расти и развиваться. Это другой уровень и заработок, причем с перспективой дальнейшего карьерного роста. Две недели вам хватит, чтобы подобрать замену Елизавете Натановне? Хм, конечно, именно такого уровня помощницу будет найти трудно, но мы постараемся. Тем более, вы ведь тоже скоро уходите на повышение. Новый кабинет – новое окружение.

Мне кажется, я отчетливо слышу скрежет зубов Цербера.

– К тому же, – как ни в чем не бывало продолжает генеральный, который, кажется, тоже слышал скрежет, но от этого стал улыбаться только шире. – Невесте вашей будет спокойнее. Думаю, любую женщину будет нервировать то, что у ее избранника есть весьма обаятельная красавица-помощница.

Ну, все, захвалил, перехвалил меня сегодня генеральный. Зря. Даня может бить резко и без предупреждения. Судя по взгляду, шеф хочет убивать.

Резко поднимаюсь с места, когда замечаю, что рука Григория вот-вот покровительственно ляжет мне на плечо. Считаю, что я только что спасла генерального от жестокого избиения.

– Прошу прощения, отлучусь в дамскую комнату, – на одном выдохе с натянутой улыбкой произношу я и быстро ухожу. Все равно уже все решили. А Цербер пусть сам решает, что дальше делать, и как быть. Если хочет устроить разборки с генеральным, то без меня.

Босса встретила сразу у выхода из дамской комнаты. А я уже думала тихонько слинять, ну ладно.

– Тебя Карина не потеряла? – с усмешкой уточняю я, не останавливаясь и проходя мимо шефа. Не отстает, идет рядом.

– Почему ты приняли решение о переводе так быстро и не посоветовавшись со мной? – не ответив, задает свой вопрос Цербер.

– С чего вдруг я буду советоваться? У меня своя жизнь, как хочу, так и решаю.

Подхожу к гардеробу и забираю свое пальто. Настроения оставаться и отдыхать на корпоративе нет. Настроение сбежать и почему-то порыдать.

Шеф тоже берет свои вещи. Так, а Карина-то где?

– То есть я для тебя никто, чтобы со мной что-то обсудить относительно будущего? – холодно уточняет начальник.

Ответила, только когда вышли на улицу.

– Был и остаешься. Я не считаю, что тайный любовник это "кто-то". Временная компания для того чтобы постель согреть. Иди к своей невесте и достойно до конца отыгрывай свою роль, раз уж взялся, на двух стульях не усидишь. И чтобы ко мне больше не лез, понял?!

Хочется эффектно быстро уйти, только я на шпильках неудобных, да и в туфлях сейчас прохладно до метро шлепать. Такси пока приедет – подождать придется, да и тоже холодновато. Ладно, пойду на работу зайду, там я в кабинете нормальную обувь оставила и сумку. Здание рабочее вот оно – соседнее с клубом.

Иду ко входу, а Цербер молча следует рядом.

– Зачем ты со мной идешь? Возвращайся в клуб, к Карине. Окучивай акционеров, – спрашиваю я уже в лифте.

– Лиза, ты ведь говорила, что не ревнивая, – серьезно на меня глядя замечает шеф.

– Я ошибалась.

– Я не собираюсь туда возвращаться. Мне самому все это не нравится. Следующие полгода в принципе не буду ходить на мероприятия, где нужно появляться с Кариной.

– Все равно с тобой встречаться не буду.

– В любом случае не стану, – ответил босс и добавил не терпящим возражений тоном. – Я отвезу тебя домой.

– Не надо, сама доеду.

Открываются двери лифта и я порывисто вылетаю из кабины. Раздражает, что Даня весь такой спокойный и даже, кажется, не злится, когда я вся на взводе.

Цербер заходит за мной в приемную. Я иду к своему рабочему месту, но до шкафа с одеждой не дохожу. Даня перехватывает меня на пути и усаживает на стол. Крепко-крепко обнимает, уткнувшись носом в макушку.

– Пустил быстро!

– Ни за что.

– Отпусти, иначе я за себя не ручаюсь.

– Ты очень красивая, Лиз. И пахнешь невероятно. А еще очень-очень любимая, вздорная, своенравная, моя. Неужели ты правда думаешь, что я от тебя отступлю и на кого-то променяю?

– Ой, вот не надо всех этих сладких речей.

– Лиз, я люблю тебя. “Повелся” на тебя так, что больше никто и никогда не будет нужен. Хочу чтобы у нас были внуки.

Невольно хмыкнула. Внуков он видите ли уже хочет.

– Угу, а видела, как ты Карину нежно обнимал. Ей, небось, про правнуков на ушко втирал?

Настала очередь Дани хмыкать. Он аккуратно, за подбородок поднимает мое лицо, вынуждая взглянуть ему в глаза.

– Лиза, да ты не просто ревнивая, а жутко ревнивая собственница. Еще и вредная. Мне это так нравится.

– У тебя очень странные вкусы.

– Они у меня самые лучшие, – Цербер осторожно наклоняется и целует меня в губы, легко, и затем чуть отстраняется. – Извини, если сделал тебе больно и неприятно, я этого не хотел. С Кариной мы общаемся давно, дружески. Скорее это больше похоже на деловое партнерство.

– Не верю.

Тихо звякнула молния на моей спине – это шаловливые руки шефа залезли мне под пальто и до нее добрались.

– Я докажу, – мягко и хрипло произносит начальник. Сейчас в его взгляде только хищное желание, которое жутко меня заводит. После всплеска эмоций мне нужна разрядка, поэтому не сопротивляюсь, когда он вновь меня целует и начинает неспешно раздевать. В конце концов, он ведь ушел с корпоратива, бросив там свою Карину…

– Я так и знала! Ты с ней спишь!

Вздрогнула от неожиданности. Третий голос в приемной в данной ситуации точно лишний. Тем более женский, визгливый, взбешенный.

Цербер тут же отстранился и прикрыл мою слегка раздетую и взъерошенную персону собой.

– Карин, что ты здесь делаешь? – раздраженно поинтересовался Даниил у вошедшей.

Выглядываю из-за начальника. Точно Карина. Злющая. У-у, не думала, что когда-нибудь окажусь в такой ситуации. Любовница, разлучница, гадина. Судя по взгляду Карины это я.

Натягиваю на себя пальто и не важно, что платье расстегнуто, это потом. Сейчас главное скорее уйти отсюда.

– Как ты мог? Ты же знаешь, что я не переношу измены!

Спрыгиваю со стола и хочу скорее уйти от этой безобразной сцены, но Цербер ловит меня за руку и не отпускает.

– Подожди, пожалуйста, мы уйдем отсюда вместе, – цедит сквозь зубы Даня, обращаясь ко мне, а потом переводит взгляд на Карину. – О какой измене речь? У нас нет никаких отношений причем давно.

– Формально мы все равно пара!

– Карина, у нас ничего не было больше года. Ты всерьез полагаешь, что я буду хранить тебе верность только из-за того что мы поддерживаем формальную видимость отношений?

Мысленно присвистнула. Если Карина правда думала, что у здорового, красивого мужчины в самом расцвете лет не будет никаких физических отношений во имя их платонических дружеских чувств, то она, похоже, с прибабахом и ее тараканы крупнее моих. Смотри-ка, и тут она меня обскакала. Официальная дочь, имеющая все блага, образование и прочее, еще и с официальным женихом.

– Одноразовые женщины, о которых я не знаю, это одно. Но с ней ты встречаешься за моей спиной, причем плохо это скрывая. Я не хотела верить. Наверняка уже и слухи пошли. Меня обсуждают и смеются надо мной. Да хотя бы на этом вечере мог бы весьти себя прилично, но нет, ты буравил ее нлазами, ты открыто ушел вместе с ней, оставив меня одну. Ты нарушил все наши договоренности! Изменио мне во всех смыслах, а ты знаешь, как я ненавижу измены.

Ну так-то да, нехорошо все это.

– Карина, мне жаль, что так вышло. Но по факту отношений у нас нет, чтобы разводить такую драмму, – холодно и даже жестко отвечает Цербер. Зря он так, конечно, говорит с женщиной на нервяке и с большими тараканами.

Ой, Карина к нам решительно идет. А-а! Где мой баллончик перцовый?

Сумела вырвать руку из хватки Дани и рванула к шкафу. Достаю сумку и роюсь в ней, наблюдая, как Карина отвешивает Церберу звонкую пощечину. А шеф такой ищ себя благородный, ее не остановил. Баллончик, как назло, когда надо, не находится. Хотя может и не нужен?

– Ненавижу! Всех вас! – беснуется Карина. – Что ты такой спокойный, а?! Непробиваемый, бесчувственный чурбан! Извиняйся! Моли прощения! Я хочу, чтобы тебе было так же плохо, как и мне!

Не видела, как м почему у Карины а руках оказались любимые часы Дани, те самые, стариные, на церочке, а вот то, как они летели, со всей силой брошенные неистовой женской рукой в стену, а затем разбились вдребезги, наблюдала, как в замедленной съёмке. Что она натворила? Она ведь наверняка знает, как ему дороги эти часы.

– Ну что?! Больно?! Уже не такой спокойный? – беснуется Карина, противно победно улыбаясь. Цербер ничего не отвечает, словно окаменев, он смотрит на стену, о которую разбились часы.

Не знаю, что произошло со мной в то мгновение. Любые осторожность и все опасения испарились. Я вообще плохо себя осознавала в тот момент. Я просто рванула к Карине. Я знала, что только я доберусь до нее, то просто убью. Выцарапаю глаза, вврву все волосы, побью, придушу, выволоку за оставшиеся волосы в женский туалет и там остужу ее пыл в бачке унитаза.

Что самое удивительное, Цербер каким-то образом понял мои намерения и перехватил меня на подлете, буквалтнр чуть-чуть мне хватило, чтобы схватить Карину.

– Пусти меня!!! – теперь уже я неистово ору, пытаясь вырваться из хватки Дани. – Я оторву этой стремной стерве руки, а потом наживую пришлю к жо…

– Карина, уходи, пока я ее держу, – требует шеф.

– Я никуда не уйду! – возмущенно отвечает Карина, но видно, что ее запал спал. Удивлееео хлопает глазами, глядя нп меня.

– Уходи, иначе я отпущу Лизу.

– Да-да, пусть остается! – ору я и вновь отчаянно рвусь на волю. – Я тоже хочу пообщаться. Су-у-у…

Даня закрывает мне рот рукой.

Карина молча ушла под мое выразительное мычание, только после этого меня немного отпустило. Сама не понимаю, что на меня нашло. Хотела ведь вообще потихоньку уйти. Как с цепи сорвалась, только подумав о том, как сейчас может быть больно Церберу.

Даня убирает рукк с моего лица.

– Ну все, пусти, я спокойна, – говорю я, выкручиваясь из ослабевшей хватки шефа. Иду собирать разлетевшиеся детали часов. – Думаю, можно еще это будет как-то собрать и починить.

Краем глаза наблюдаю, как босс закрывает дверь приемной на ключ. Надо было это до прихода Карины вообще-то сделать, но что уж теперь. После Даня сразу идет ко мне.

– Оставь это, – говорит начальник, беря меня за руки и вынуждая выбросить собранные детальки часов. – Давай просто посидим.

Цербер утягивает меня на диван, крепко обнимает, положив голову на макушку, и о чем-то думает.

– Все плохо, да? – уточняю я вслух.

Глава 43

Глава 43

Начальник не торопится отвечать. Значит да, плохо.

– Нам, наверное, все же придется расстаться, – задумчиво произносит босс. – Постараюсь что-нибудь придумать, но тебя во все это тянуть не буду.

– Ну что самое плохое может случиться? Тебя вывезут в лес за долги? Посадят в тюрьму?

– Думаю, живой и здоровый я все-таки больше пригожусь. Что-то вроде личного рабства можно ожидать. За себя я меньше всего переживаю. Больше волнует судьба доверившихся мне людей.

– Совсем-совсем ничего нельзя сделать?

– Постараюсь, что-нибудь предпринять. Знаешь, вроде бы все плохо, но в данный момент, на удивление, чувствую себя хорошо, правильно и свободно. Все-же эта двойственная ситуация меня тяготила. Давай отвезу тебя домой. Ты еще хочешь домой или пойдешь на корпоратив?

– Да ну нет, какой корпоратив? А часы будешь пробовать чинить?

– Не буду. Пусть прошлое останется в прошлом. В первый момент я расстроился, но твоя реакция очень успокоила, было очень приятно осознать, что я для тебя не так уж безразличен. До этого мне казалось, что ты только позволяешь с тобой быть. А вещи не так важны, главное память.

– М-да, ситуация. Ну а может к отцу моему обратимся? Ты же с ним дружишь.

– Нет, только не к нему. С меня достаточно чьих бы то ни было отцов. И ты, пожалуйста, ничего ему не говори.

– Ну не знаю, это глупо. Речь ведь не только о тебе.

– Лиз, не надо.

Пожала плечами. Не надо, так не надо.

Мы еще так немного посидели в обнимку. Было странное ощущение, как после уже случившегося апокалипсиса. Все плохо, но все уже случе случилось, но надо как-то жить в этой новой реальности.

Стали собираться. Даня сказал, что ему надо к себе домой, посидеть за компьютером. Хочет попробовать выделить из оборота хотя бы часть финансов и, когда ему позвонит отец Карины, договориться о рассрочке выплат.

Перед тем как уйти, взяла веник и совок и прошлась им по всему полу. Все, что удалось сгрести и найти незаметно для шефа вместо мусорки вывалила в ящик рабочего стола. Потом попробую хотя бы с этим разобраться.

Садимся в машину Цербера каждый в своих мыслях. Шеф заводит авто.

– Я домой не поеду, – заявляю безапелляционно.

– Куда тебя отвезти? – уточняет Даня.

– К себе вези.

– Лиза, нет, я уже сказал, что не хочу тебя втягивать во все это, – напряженно произносит Цербер, стискивая с ним кулаки. В данный момент спорить с ним неохота.

– Ой, ну ладно тебе, – демонстративно с ленцой потягиваюсь, в красивой позе, зеваю сладко и бросаю на начальника лукавый взгляд из под ресниц. – Хуже от того, что я сейчас с тобой поеду, не будет. Устроим, так сказать, прощальную невероятную ночь, которую ты будешь вспоминать долгими холодными вечерами в рабстве у папы Карины.

Цербер хмыкает, но не спорит, выруливает со стоянки.

Когда приехали к шефу, про ночь любви никто не вспомнил. Цербер сразу заперся в своем кабинете, а я сначала погуляла по квартире, осматриваясь, словно в первый раз. Вот теперь совершенно другие ощущения. Чувствую себя здесь спокойно и вроде как на законных основаниях. Правда, наверное, квартирку у шефа скоро заберут, ну да ладно.

Попыталась сделать для себя несвойственное – приготовить настоящий ужин, а не разогреть что-то купленное. Получилась подгорелая яичница, что для меня вообще прогресс. Пробовать, правда, не рискну.

Сварила кофе, выложила яичницу красиво на тарелку, прикрыв все ее подгоревшие части овощами и зеленью. Отнесла этот кулинарный шедевр Дане. Цербер, хоть и был проностью погружен в свои мониторы, почувствовав запах угольков, отвлекся и с удивлением воззрился на принесенный мной ужин.

– Это откуда? – живо интересуется Цербер, поддевая вмлеой помидорку и отправляя ее себе в рот. – Я не заказывал еду.

– Это я приготовила, – с гордостью отвечаю я.

Высоко подняв в изумлении брови, Даниил с еще большим интересом продолжает пробовать блюдо.

– Очень вкусно!

– Да ладно, не ври, – хмыкаю я и довольная ухожу, чтобы шеф больше не притворялся и смог спокойно выбросить подгорелыша в мусорку.

Уснула в итоге одна, вольгоино расположившись в просторной спальне. Даня пришел только под утро. Кажется, всю ночь не спал, но все равно, вместо того чтобы лечь и отдохнуть, разбудил и устроил нам незабываемое прощальное утро.

Потом Даня куда-то засобирался, мне вручил запасные ключи, велел отдыхать, а сам куда-то уехал, намекнув, что вернется вряд ли быстро, хорошо, если к вечеру.

Да-а, у нас уже была одна единственная ночь, теперь в копилке прощалтнон утро.

Долго отдыхать не стала, ввпила кофе, собралась, да и поехала домой. У меня там кошка беременная, некормленная – с холодами, Фурия все чаще предпочитает отсиживаться дома, да и с животом, наверное, особо не попрыгаешь.

Накормила свою пушистую красавицу, перерделась, а потом набралась решимости, глубоко вдохнула, выдохнула и позвонила отцу.

Надо же, ответил на вызов, еще и довольно быстро для него.

– Папочка, привет, – елейным грорском завожу я разговор. Все, теперь я самая послушная дочь во всем мире.

– Деньги, нужны, да? – сразу догадался отец.

О-о, папа, и ты даже не представляешь, сколько. Я сама плохо представляю.

– Мы можем встретиться и поговорить?

– Ну что же, давай. Я сам это хотел предложить.

Насторожилась. Если папа сам хочет со мной встретиться, то это, как правило, не предвещает ничего хорошего.

– Зачем ты это хотел это предложить? – с опаской уточняю я.

– А вот встретимсч и узнаешь. Сейчас вышлю за тобой машину. Жди.

В груди поселилось нехорошее предчувствие, но делать нечего. Жду машину. Даня, конечно, просил к отцу моему не обращаться, но это все же лучше вариант, чем рабство. Сразу представляю, как он весь такой закованный в цепи и жестком ошейнике склоняется перед мерзкой Кариной и ее папой. Фу-фу. Воображение, у меня, конечно, тоже с подвыподвертами.

Спустя час оказалась вместе с папой в ресторане. Скорее всего его ресторан, потому что официанты все бледные, напуганные, мегауслужливые и носятся с еами, как заведенные.

– Ну что, как дела, дочь? Как трудовая жизнь? – с усмешкой интересуется отец, но смотрит не на меня, а с прищуром следит за официантами, отчего те нервничают еще сильнее.

– Неплохо, – осторожно отвечаю я. Надо сначала отца задобрить. – Иду на повышение. Мне предложили место заместителя начальеика в отдела по связям с общественностью. С перспективой дальнейшего роста. Я согласилась.

– Что, узнали, чья ты дочь? – цинично хмыкает отец. – Тогда это еще скромно предложили. Ладно, обрадую тебя. Все. С твоей работой покончено. Все как ты и хотела. Больше никогда не будешь работать. Твоя жизнь устроена, я позаботился.

– Как так? Ты же говорил, что больше не будешь меня содержать?

– А я и не буду. Удалось очень выгодно договориться. Ты понравилась одному моему партнеру по бизнесу. Настоящий восточный "принц". Все, теперь ты обеспечена до конца жизни. Можно даже сыновей не рожать. У него есть уже три жены и дети.

Внутри у меня все перевернулось. Затошнило. Я знаю, что отец не шутит, он человек действия.

– Пап, ну ты чего? – спрашиваю я, мучительно подбирая аргументы против. – Я тебя сразу опозорю. Ты же знаешь мой характер, еще и интеллект.

– Ничего, тебе ведь даже а приличном обществе не надо будет показываться, жена не для выхода, а… для красоты. Отдыхай, иногда глаз мужа радуй и живи припеваючи в неге и бездельи. Идеальный вариант для тебя.

– Не, пап, я против других жен и детей, ты знаешь, да и вообще я…

– Все уже решено, – решительно заявил отец. – Пару недель еще погуляй, а потом поедешь с женихом знакомиться. Ты меня тоже знаешь – надумаешь чудить, сто раз пожалеешь.

Уговаривала отца передумать еще с полчаса, приводя всевозможные аргументы, но ничто не подействовало, а потом он просто взял и уехал, и только тогда я вспомнила, что вообще-то ехала попросить денег для Цербера.

У-у-у!

Выйдя из ресторана, далеко не ушла. Нашла какую-то лавочку, плюхнулась на нее и как разрыдалась. Все плохо. Со смертью мамы только хуже и хуже становится. Мне не хватает ее хитрости, мудрости, да и просто ее самой.

У-у-у!

С горя все-таки набрала шефа. Хоть с кем-то поделиться горюшком надо, правда, Дане самому сейчас тяжко приходится.

– У-у-у! – горестно сообщаю я начальнику, когда он отвечает на вызов.

– Лиз, что случилось?

– У-у-у! – подвываю я с обидой.

– Лиза! Где ты? Ты можешь нормально сказать, что случилось?

– Я заму-уж выхожу-у. За какого-то восточного магната.

ЦЕРБЕР

– Лиз, это какой-то бред, – уверенно произношу я, выслушав сбивчивый рассказ своей расстроенной половинки. Спорит со мной. – Лиз, скажи где ты, я тебя заберу, потом будем решать. Успокойся, никто тебя замуж против воли не возьмет.

Иду к машине. У меня в делах все плохо, но может, хоть с Лизе удастся помочь. Набираю номер ее отца.

– Ну здравствуй, – раздается в телефоне довольный голос Натана Адамовича. – Что уже позвонила и нажаловалась тебе? Доверяет, да?

– Натан Адамович, о чем вообще речь? Какой жених. Вы же так хотели и обещали…

– Мало ли, чего я хотел и обещал. Слишком долго думал. Такие предложения как у меня с неба не падают. Теперь все, поезд ушел. Хотел бы мою дочь получить, перестраховался бы и уже замуж взял.

– Я не думал долго. Я ведь вам говорил, что у меня есть определенные финансовые обязательства, а сейчас и вовсе трудности.

– Ну вот и зачем мне твои финансовые трудности, когда за Лизу мне горы золотые сулят. Тем более, я тебе раньше предлагал тунеядку и тусовщицу невоспитанную, а сейчас все иначе. Это ты, конечно, хорошо на нее повлиял. Мне ее из каждого утюга нахваливают. Да и по разговору изменилась. Рассудительная такая стала, пыталась аргументами на меня давить, ужимки материнские забыла. Еще немного и вернется в нормальное свое состояние.

– Что значит вернется?

– Ну она же не всегда дуру тупую из себя разыгрывала. Какие-то гены от меня передались. В школе училась хорошо, высокие очень показатели были, потом резко на спад пошла, загуляла, учебу забросила. Как назло все заваливала. Я ее пробовал в университет хороший отдать, чтобы там повлияли, может заинтересовали. Не-а, ну я и плюнул на это дело. Это на нее все мать ее так влияла. А сейчас, думаю, появился шанс, и ведь сработало. Ладно, мне некогда. У тебя есть еще что по делу?

– Не нужно отдавать Лизу против воли замуж, это точно к чему хорошему не приведет.

– Что-то тебя не смущало ее состояние и чувства, когда я отдавал ее тебе против ее воли, а сейчас смотри, как заговорил. Если уж получил сокровище, то надо было сразу крепче хватать, а то, видите ли, финансовые обязательства у него, невеста. Что, небось еще раздумывал, чья дочка лучше? А теперь все, поздно. Больше Лизу не увидишь.

Файнберг сбросил вызов. Злорадствует, веселится.

С раздражением отбросил от себя телефон, но потом, пару минут подумав, взял вновь.

– Алло, Тимур, привет. Надо встретиться. Сегодня. Чем раньше, тем лучше. Есть серьезный разговор.

– Привет. Я не могу сегодня, – сухо отвечает Тимур. – Да и вообще я с тобой встречаться не хочу.

– Я хочу поговорить о Карине. Точнее в том числе о ней.

Тимур помолчал.

– Ну ладно, заинтриговал. Где встретимся.

В ресторане приватный разговор – не вариант. К себе домой звать не хочу.

– Встретимся в компании?

– Хорошо. Через час.

ЛИЗА

– Зачем нам в выходной на работу ехать? – ворчу я, уткнувшись носом в боковое окно машины. Я вроде и успокоилась, но настроение все равно поганое.

– Есть одно дело. Лиз, а ты как в школе училась?

Отрываюсь от окна и поворачиваюсь к Церберу.

– В смысле?

– Ну там, на двойки? Или может на пятерки?

Отвернулась обратно к окну.

– Когда как.

– Но в целом?

– Поначалу хорошо училась, потом забросила.

– Почему?

– Рано поняла жизнь.

– Ты о чем?

– Ну а зачем мне эта учеба? Денег и так полно. Было. Все что захочу, все покупалось.

– Но ведь поначалу ты все-таки хорошо училась, значит был интерес?

– Ага. Я же маленькая была, старалась. Чтобы папочку радовать, удивлять в редкие с ним встречи. Чтобы ценил, гордился, любил. А папочка на все мои успехи, братьев в пример ставил, что у них вот лучше, и в мои годы они уже сделали то-то, то и вон то. Вечный недостижимый эталон. Поначалу это меня раззадоривало, хотелось доказать, что я тоже хороша и достойна любви и внимания. Мама мне только сочувствовала и объясняла, что это не поможет, жить надо для себя, любить и ценить только себя. Ну и позже я доросла, чтобы это понять. Хоть я буду трижды хорошей и умной, любовь отца это не купит. Когда я забросила учебу и стала вести себя иначе, его внимания стало даже больше, пусть это было и отрицательное внимание, с постоянной руганью, но оно хотя бы было. Плохие девочки вызывают больше интереса. И жить так, как мама, мне понравилось гораздо больше. Не напрягаясь, без труда получая все что хочешь, без разбитого сердца, потому что его нельзя разбить, если любишь только себя. Идти по жизни легко, без обязательств, порхая, словно бабочка, ни к чему не привязываясь и наслаждаясь каждым днем. Разве плохо?

Цербер в ответ пожал плечами и задумчиво произнес:

– Мне показалось, что на самом деле тебе хочется от жизни чуть большего, чем жизнь бабочки. Другой характер.

Глава 44

Глава 44

Приехали в итоге в офис, шеф ушел в кабинет, а я, чтобы отвлечься, взялась за готовку кофе.

Когда вдруг открылась дверь приемной и вошли нежданные визитеры, я чуть ее уронила поднос с готовым кофе.

– М-м, Тим, смотри, как нас радушно встречают, – радостно произнес Артур кивая брату на меня, застывшую с подносом. – Каравая только не хватает.

Зачем тут братья? Это с ними Цербер захотел встретиться?

Как завороженая, следую за ними в кабинет. Судя по реакции Дани, он их как раз и ждал, никакого удивления.

Раз уж зашла, ставлю на стол поднос и хочу уйти, но шеф ловит за руку.

– Лиза, останься. Садись.

– Зачем ей присутствовать на нашей личной встрече? – интересуется старший хмуро.

– Тимур, мы, конечно, договаривались, о личной встрече, но ты приехал с Артуром.

– Когда ты позвонил, мы вместе были. И у меня нет секретов от брата.

– А у меня от Лизы.

Братья просверлили меня взглядами.

– Даже так? – проговорил Тимур. – А как же Карина?

– Мы расстались. Вчера официально. А фактически… мы толком и не встречались. Сошлись на дружеской симпатии. Пытались, конечно, углубить отношения, но так ничего и не вышло. В итоге так и остались хорошими друзьями. Но официально расстались плохо. Карина обиделась. Ей нравился статус невесты.

Тимур заметно напрягся.

– Что за чушь ты несешь? Зачем бы Карине понадобились фиктивные отношения? Дп и тебе тоже.

– Изначально мы с Кариной дружили, а сошлись, когда ты ей изменил. С девушкой, с которой на тот момент встречался я. Карина видела вас прямо в процессе. Под новый год. Помнишь?

Тимур вскочил с места, потом застыл, снова сел.

– Да там было Снежаной один раз – она сама на меня залезла, когда я был в неадеквате – проночи праздновали, Карина тогда еще флиртовала с Артуром и уехала с ним "по делам". Я жутко злился.

Едва сдержалась, чтобы не хмыкнуть цинично. У-у, как у них, тут все запущено, оказывается.

– Ну вот мы и сошлись с Кариной на этой почве. Она попросила ее "прикрыть", потому что знала твой характер, и что ты просто так от нее не отступишься, вы уже на тот момент были обручены, а быть с тобой после увиденного она больше не собиралась.

Во страсти.

Тимур схватилсч за голову. Какое-то время молчит, но ротом глухо спрашивает:

– Зачем ты рассказал об этом мне сейчас?

– Карина застала меня вместе с Лизой. Пусть мы и не встречались, но для нее все как будто повторилось. Ей сейчас снова больно, и обидно. Я знаю, что она все еще тебя любит. Хотела забыть, но не вышло. Я думаю, что ты сможешь помочь ей пережить эту боль, ведь… тоже до сих пор ее любишь?

Тимур молчит. Видно, что он в шоке. Артур не знает, куда девать глаза. Кажется, жалеет, что приехал.

Потом, немного отойдя, Тимур с недоверием на лице, еще задавал уточняющие вопросы. Не мог понять, зачем все-таки Дане понадобилось обо всем этом рассказывать.

– Возможно потому это говорю, что сам сейчас горю эмоциями. Стал понимать больше, когда сам пон астоящеиу кого-то полюбил. Я очень хорошо отношось к тебе с Кариной, да и вообще к семье Файнберг, и желаю вам только только хорошего, – просто отвечает Цербер, крепко сжимая мою руку под столом.

– А ты ведь у отца Карины кредит под конский процент взял, – вдруг вспомнил Артур, пока Тимур вме еще зависает. – Смог отдать?

– Только проценты. Полностью должен был отбить всю сумму и вернуть где-то через полгода при удачном расладе, при этом я сам бы вышел в солидный плюс.

– У-у, всего полгода подождать надо было. Ну ты попал. Отец Карины тебя не переваривает. Шкуру теперь сдерет. Что делать будешь?

– Пока удалось договориться о возвращении денег частями, но… в течение недели. Мне это особо ничего не даст.

– Сочувствую, – хмыкает Артур.

– Это еще одна причина, по которой, пока у меня есть свое свободное время, "завершаю дела". Кстати, хотел посоветоваться. Вот чтобы вы сделали, если бы узнали, что у вам есть, еще брат или сестра? По отцу.

Вот теперь настал мой черед напрячься. Что Цербер творит?! До боли сжимаю его руку под столом, чтобы прекратил.

– На стороне если отец погулял? – растерянно спрашивает Артур. – Не знаю.

– Я бы убил, – вдруг холодно произносит Тимур. – Мне не нужны конкуренты на наследство.

Внутри меня все похолодело.

– Меня тоже убьешь? – весело уточняет Артур.

– Тебя нет, ты свой, родная кровь. А тот, нет. Мы не росли вместе, не общались. Я не собираюсь отдавать чужаку ничего, – Тимур переводит взгляд на Даниила. – И если ты сейчас заявишл, что ты наш брат, тебе тоде невоздоровиться.

У Артура отвисла челюсть. Он в шоке смотрит на Цербера.

– А ведь можно было догадаться, – говорит младший моему шефу. – Ты ведь говорил, что родители у тебя приемные. И отец тебя всегда очень хорошо и тепло принимал. Практически заботился, был доволен, что мы общаемся…

Не слушаю, что там дальше говорит Артур. В этот момент я, неожиданнотдля себя поняла своего отца. Он запрещал мне встречаттся с братьями и говорить кто я, не из-за того что меня стеснялся. Он вообще не из стеснительных. Мама братьев рокинула этот мир, ее тоже можно не смущаться. Видимо, он понимал, что братьям никакая сестра не нужна, у них все есть, а просто конкурент на кусочек их "пирога".

– Нет, я не ваш брат, успокойтесь, – фыркает Цербер, успокаивающе поглаживает мои пальцы. – Просто хотел узнать, что мне делать в такой ситуации. Спасибо за ценный совет.

– У тебя же нет наследства и кровных родителей, – мрачно отмечает Тимур. – Да и скоро тебе вообще будет не до того. Ну ладно, мне плевать. Я поехал.

– Удачного разговора с Кариной, – желает на прощание босс.

– Угу, – буркает в ответ Тимур.

Братья поднимаются из-за стола. Сейчас они уйдут, и мы навсегда останемся чужими людьми и они не узнают правду. Возможно, им это правда и не нужна, захотят меня устранить. Правда, руки не дотянутся, если выйду замуж скоро за папиного жениха.

Ой, да пошло оно все…

– Я ваша сестра, – мрачно произношу я, словно прыгая в пропасть. В голове заиграла музыка из любимого моими бабушками-соседками бразильского сериала. Ту-ту-ру-руу. Братья замерли. – Натановна я, ага. Можете убивать. Пусть это будет на вашей совести.

Как встали, так братья и сели.

– Не может быть, – сухо произносит Тимур. – Отец не настолько глуп, чтобы допускать такие ошибки и заводить детей на стороне. У него трезвый расчетливый ум.

– Ты просто не был знаком с моей мамой, – фыркаю я. – От нее и не такие умы голову теряли.

Достаю из кармана телефон. Сейчас поверят.

– Почему ты говоришь о своей маме в прошедшем времени? – вдруг спрашивает Артур.

– Недавно умерла, – почти не дрогнув голосом, отвечаю я. – Болела.

– Сочувствую, – произносит Артур, пока я набираю знакомый номер и ставлю вызов на громкую связь.

– Ну что тебе еще? – раздается в телефоне недовольный голос отца. Братья замерли и не дышат. Узнали голос. – Я тебе уже сказал, замуж пойдешь, это не обсуждается.

– Нет, пап, я знаешь, что давно хотела спросить. Вот ты всегда мне в пример ставил своих обожаемых сыновей, что они лучшие и вообще во всем красавцы. В детстве они для меня были недостижимым идеалом. Мне так хотелось с ними познакомиться. Почему ты меня скрываешь до сих от них? Мы ведь все давно выросли. Я думаю, они поймут. Сами, порой, совершают ошибки и могут даже невестам своим изменить, не говоря уже о женах. Наверняка поймут.

– Лиза, по этому поводу я тоже уже давно тебе все сказал. Никаких знакомств. Узнают – тебе же хуже.

– Да, пап, теперь, я, кажется, поняла. Раньше я думала, что ты не хочешь наш познакомить, потому что я плохая и ты меня стыдишься. Ну все, ладно, пока.

Когда сбросила вызов, в кабинете воцарилась тишина. Артур спрятал лицо в ладонях и вдруг захохотал. Хохот, ну очень нервный.

– Вот так живешь, а потом в одинтиз дней получаешь взрослую сестру, – более-менее успокоившись, произносит Артур. – Я в шоке. Но в целом… убивать никого убиваться не собираюсь. Денег семьи, даже возможно когда-нибудь разделенных еа троих, хватит каждому на сто жизней. Иди обниму, сестра.

Да ладно?

Сижу, не шелохнувшись и на глаза наворачиваются слезы, хотя только секунду назад настрой был более чем боевой и задорный. Ну все, потек водопад по щекам.

Артур до меня все-таки добрался, обнял, и я совсем поплыла – уже в который раз за этот день разрыдалась. Оросив рубашку брата.

– Наконец-то я больше не самый младший! – радостно произносит Артур. Тимур смотрит на нас и кажется, сейчас пальцем у виска крутить начнет, потом просто встал и ушел. А Артур остался, с ним еще долго болтали он много вопросов задавал.

– Так а вы значит, встречаетесь? – Артур кивает на нас с Цербером, и на лице брата появляется ироничная улыбка. – Новиков, это что, породнимся, может даже?

– Не-а, – кисло отвечаю я. – Отец мне какого-то жениха нашел. Восточного.

– Как так? А ты против? Давай я с папой поговорю.

– Не надо. Он теперь только ускорит мою отправку куда подальше, как узнает про то, что я вам все рассказала.

– Артур, Лиза, давайте вы позже еще пообщаетесь. Лиз, у нас на сегодня запланирована еще пара дел, нам надо ехать, – оторваашись от экрана компьютера, произнес Цербер. Все это время он занимался своими делами и в наши с братом разговоры не лез.

– Какие дела? – спрашиваю я. – Не помню, чтобы мы что-то планировали.

– Ты хочешь замуж за найденного твоим отцом мужчину?

– Нет, конечно.

– Тогда мы едем сейчас к тебе, берем документы, мои при мне, затем в ЗАГС. Я смог договориться, нас распишут.

Да что за день сегодня такой?!

– Какой смысл ехать в ЗАГС? – спрашиваю растерянно.

– Я обдумал ситуацию. Ты не сможешь выйти еще замуж, если уже будешь замужем. Все логично. Да и тот жених скорее всего из тех, кто оскорбится и сразу отменит сделку.

– Отец меня загнобит, а тебя убьет.

– Не убьет, я в этом плане давно подстраховался. Основной удар возьму на себя, тебя выставим жертвой обстоятельств м моего коварного соблазнения.

– Я не готова замуж. Вообще. Мне еще рано.

– Выбор у тебя небольшой сейчас, – глаза Цербера вдруг задорно блеснули. – В идеале, чтобы к тебе совсем не было претензий и переключить внимание, тебе было бы неплохо еше и забеременеть, – своими неожиданными идеями Даня заставляет меня паниковать. Вдруг, взгляд его потух. – Только это, к сожалению, сейчас не вариант в моем финансовом положении.

– Да ты вчера вообще со мной расходиться планировал из-за этого своего положения, а сегодня в ЗАГС решил вести! Из крайности в крайность.

Артур хмыкнул.

– Впервые вижу такое предложение руки и сердца. Чур я с вами. Свидетелем буду.

– Подождите! Я еще не готова ответить. Мне нужно подумать. Все слишком быстро и неожиданно.

– Нет времени, Лиз, – говорит Цербер вставая. – Если опоздаем, думать будет уже не о чем. Нам и так делают большую услугу. Подумаешь по дороге.

Выезжаем. Я вся на взводе. Не понимаю, что вообще такое происходит. Пока едем к моему дому, рассеянно смотрю в окно. О-о…

– Тормози!!! – как заору я истошно. Жених мой тут же дал по тормозам. Сзади гневно засигнали.

– Лиза, что случилось? – обеспокоенно интересуется Даня.

– Припаркуйся у того магазина, я быстро.

– Свадебный салон? Лиза, я же говорю, времени нет. Позже, если захочешь…

– Десять минут! Мне хватит. Десять минут можно.

Цербер задумчиво смотрит на улочку с бутиками и перестраивается, останавливаясь у салона.

– Десять минут, Лиз.

– Ой, только у меня денег нет на платье.

– Я тебе сейчас переведу.

– А у тебя есть, что переводить?

– Да, это мелочи и эти деньги меня никак не спасут. Беги.

– Ага. Сорвалась с места, краем глаза замечая, как рядом с нами паркуется Артур.

Залетаю в магазин. Там две девушки продавца. Кричу им:

– Девушки, помогите! Я сейчас замуж выхожу! У меня есть десять минут на выбор платья!

Оббегаю салон. Девушки с огромными глазами бегут за мной. Осматриваю только манекены в платьях, поскольку на поиск по вешалкам времени нет.

– Вот это платье мне снимите, я его сейчас и надену, – тыкаю в понравившееся платье. Манекен примерно моих параметров, должно сесть. – Туфли у вас есть? Мне еще туфли к нему и что там надо… фату?

– Да, у нас как раз есть к нему…

– Давайте все в примерочную, прикрепить мне сможете сейчас фату?

Выхожу из магазина, кутаясь в пальто ровно через десять минут, подхожу к машине, а Дпни нет. Оглядываюсь и замечаю, как Цербер с Артуром довольные выходят из ювелирного магазина по соседству. В руках брата, помимо прочего еще и некрупный букет. А-а! Букет невесты. Ну, круто. Сколько успели всего за десять минут.

Артур торжественно передает мне букет, а Даня с любопытством косится на выглядывающий из под пальто подол белого платья. Все улыбаются. Авантюра, блин. Все плохо, поэтому почему бы не пожениться, ага.

Когда приезжаем к моему дому, вообще уирк начинается. Бабушки у подъезда круглыми глазами смотрят на меня в фате и тем самым виднеющимся из под пальто платьем.

– Лиза, чего это ты, а? – спрашивают у меня чуть ли не хором взбудораженные бабуськи, когда останавливаюсь рядом.

– Замуж выхожу. Сегодня. Срочно надо. За документами вот заехали.

– Как замуж?! Почему так неожиданно? – посыпались на меня вопросы от взволнованных соседок. – Ты беременна что ль?

– Да ну вы что, рано мне еще беременеть, – ужаснулась я.

Нырнула в подъезд вместе с Даней, а вот Артур остался отвечать на вопросы бабушек.

Подняться в квартиру и взять, все что нужно – потребовалась минута. Цербер говорит, что ЗАГС тут недалеко, все успеваем. Я начинаю волноваться все сильнее. Так бы добровольно ни за что в ближайшие десять лет замуж не вышла, но тут вон какая угроза.

Когда выходим ес улицу, бабульки уже все осознали, охают, обнимают меня, поздравляют, всего хорошего желают. Трогательно так.

А потом мы мчимся в ЗАГС. Цербер торопится. То ли и правда опаздываем, то ли он опасается, что я передумаю. А я могу несмотря ни на что. Потому что страшно. Прыгнуть с парашютом, и то не так волнительно для меня было.

Глава 45

Глава 45

Приехали. Цербер с Артуром в своих деловых костюмах смотрятся вполне торжественно и прилично. Даня помогает мне снять пальто, а потом с любопытством оглядывает.

– Ли, ты самая красивая невеста в мире, – сказано искренне, с восхищением.

– Подтверждаю, – хмыкнув, авторитеино добавляет Артур.

Краснею. Приятно.

– Еще и самая быстрая.

Макияж освежила и поправила прическу, пока ехали в машине. Может, и хорошо, что все так. Будь приготовления долгими, пафосными и усердными, точно бы сорвалась.

– Лиз, идем, нас ждут.

Цербер крепко сжимает мою ладонь и ведет в кабинет, где нам оформляют бумаги.

Все проходит так буднично, прозаично. От силы пятнадцать минут, краткое поздравление от регистраторов и я замужем. Еще и фамилию зачем-то согласилась поменять. Совсем про этот момент не думала, а когда спросили, от неожиданности согласилась.

Артур на выходе из ЗАГСа нас снимает, орет: "Горько" и наводит суету, требуя куда-то вот прямо сейчас ехать и отмечать. А мне не хочется, у меня и так шок и переизбыток эмоций. Зачем я фамилию поменяла? Что теперь на работе говорить, почему я Новикова?

– Эх, я тоже себе когда-нибудь хочу такую свадьбу без заморочек, – мечтательно произносит Артур. Стоим у машины, осознаем. Меня все еще потряхивает, мне кажется, мужа моего тоже, раз не торопится садиться за руль. Мужа! Цербер – мой муж! Докатилась. – Дань, а как ты вообще так договорился, чтобы быстро расписали? Там же вроде так нельзя. Время на подумать…

– Формально, возможно, если, например, длительная командировка скоро.

– А я тебя командировка?

Цербер иронично взглянул на Артура.

– Ну конечно, я сам ее себе и оформил. Завтра вылетаю.

– Куда?

– К океану.

– А-а! Понял.

Даня достает из кармана бархатную коробочку, открывает, а там два премилых золотых колечка. То что поменьше, Цербер достает и встает с ним передо мной на одно колено.

– Лиза, ты позволишь?

Протягиваю супругу руку, мучительно при этом краснея. А кольца тоже теперь носить обязательно, да?

Когда колечко оказывается у меня на пальце, дрожащими пальцами вытаскиваю второе кольцо и сама надеваю его на Цербера. Ну все, окольцованы.

Полюбовалась колечком. А ведь если так подумать, я сама еще ничего не подарила супругу. Часы электронные, и то, как оказалось, на его же деньги купила. Как-то нехорошо. Надо исправляться.

– Отцу будешь звонить, сообщать? – любопытствует Артур.

– Думаю, и сам все узнает, – отмахиваюсь я.

Я замужем, мамочки! Хотя и ничего страшного. Развестись ведь можно.

Взглянула на Цербера. Красивый такой, глаза сияют, улыбка довольная. Ладно, с разводом торопиться не будем. Потянулась к супругу и тут же была захвачена в его объятия.

– Ни в какую “командировку” к океану ведь не летим? – уточняю я. – У тебя ведь теперь тут много дел не самых приятных.

– Сегодня же и полетим. С вышестоящим руководством я уже договорился. Минимум неделю отсрочки я себе выбил, остальные вопросы могу решать и без личного присутствия здесь.

– Что-то у меня нет настроения отдыхать и праздновать, – скептично замечаю я. – К тому же как сейчас куда-то улетать – у меня кошка на сносях.

– Кошку на неделю хорошо пристроим и под присмотром ветеринаров, – Цербер наклоняется ко мне ко мне и доверительно добавляет на ухо. – Возможно это наша последняя неделя вместе.

В глаза какая-то песчинка попала, часто-часто заморгала.

– Ладно, едем.

Добрались-таки до ресторана, где хорошо, спокойно и душевно посидели втроем. С Артуром нашлось много интересных тем для общения.

А уже ближе к ночи мы с Цербером улетели, оставив кошку под присмотром соседки. Вместо месяца у нас была всего неделя, но провели мы ее насыщенно и незабываемо. Как и в выходные, когда мы пытались взять от небольшого отрезка времени все, так и сейчас, понимая, что, возможно это последний наш шанс насладится друг другом, проживали каждую минуту легко, с удовольствием и действительно словно в последний раз. Никаких ссор, склок и споров, только море нежности, океан любви и взаимопонимания и незабываемых ощущений. Было классно. Мне всегда казалось, что одной быть лучше и не особо понимала тех, кто обязательно стремиться найти себе пару, а вот теперь мой мир словно перевернулся с ног на голову и хочется, чтобы эта неделя никогда не заканчивалась.

Что все хорошее имеет свойство быстро заканчиваться. Вернулись. Даня сразу уехал по делам и пропал, я осталась бдить кошку и ходить на работу. А там я одна. Формально, муж мой еще в командировке. Пусто, грустно, одиноко так сразу стало на работе, хотя раньше только и мечтала избавиться от своего личного Цербера. Пока работаю и занимаюсь документами – оформляю смену фамилии и переход на новое рабочее место, там меня, как говорят, уже ждут не дождуться. Коллеги поздравляют, новости о свадьбе и переводе разнеслись, как пожар.

За несколько дней удалось привести в порядок почти все накопившиеся дела, нашла часового мастера по рекомендации хорошего знакомого, отдала в починку часы.

Думаю, пора бы мне, наверное, и отцу уже позвонить, напрягает меня это затишье, слишком подозрительное, но чего-то никак не могу решиться.

Нет, ну так нельзя, когда это Царевы чего-то боялись? Хотя я уже вроде как на Царева…

Звоню!

В обед набрала отца. Волнуюсь. Что он сейчас скажет?

– А, позвонила, наконец, – раздается в телефоне веселый голос папы. – Мадам Новикова.

Ага, знает все, ну кто бы сомневался.

– Будешь ругаться? – уточняю на всякий случай.

– Чего мне ругаться? Взрослая деваха, давно пора. Захотела – вышла замуж. Не захотела – я бы выдал на свое усмотрение. Муж твой отказался от меня свадебные подарки получать, ты хоть забери. Сейчас пришлю к тебе человека.

Я по разному представляла свою с отцом беседу, но о таком варианте даже подумать не могла.

– А-а… что там за подарок?

– Ты знаешь, я человек практичный, а ты вроде как уже взрослая и самостоятельная, раз замуж выскочила. Так что машину свою забирай, карточку тебе новую привезут и документы. С документами заедешь к нотариусу. Там не только от меня подарки, но и от мамки твоей наследство.

– Какое наследство?

– А ты серьезно думаешь, что мать твоя шикарно жила, кучу поклонников имела и ничего от них не нажила? На лечение много ушло, но далеко не все. Хоть бы поинтересовалась сходила, бестолочь. Надо было подольше все это добро придержать, конечно, но раз уж теперь есть, кому тебя, в случае чего урезонить, забирай. То что от меня – это, считай, твой наследство, заранее выдаю, больше ничего от меня не жди. Там тебе, конечно, хватит на несколько жизней, вряд ли все сможешь растратить, но все равно старайся хоть немного головой думать, образование, наконец, нормальное получи, чтобы голова работала нормально. И вот еще что. Даня от меня отказался в любом виде деньги брать, так ты хоть на него повлияй, выдай из своих. Лучше должен будет, зато потом отдаст, чем голодранцем при богатой жене останется. Чарами там, своими женскими, повлияй, а если все равно отказываться будет, пригрози, что разведешься, если деньги не возьмет, поняла?

Сижу с отвисшей челюстью.

– Я ничего не понимаю, – растерянно произношу я.

– Не удивительно, – хмыкает в ответ отец. – Иди учиться на юриста. Память у тебя хорошая, может и не поумнеешь, но хоть законы будешь знать и свои права с обязанностями, а то развести тебя на раз-два.

– То есть, ты не против моего брака с Даней… Тебе, получается, он нравится? Ты ему покровительствуешь? Почему?

– Ну так он, человек-то неплохой, проверенный, со своими принципами, знаю его давно. Еще с отцом его когда-то хорошо общались. Тоже интересный был человек. А тут и Тимур по Карине своей все страдал. Вроде как сыну помочь надо, ну не убивать же Даню? Так теперь и Тимур теперь довольный ходит, на днях тоже “тайно” женился, и ты вроде не страдаешь. Я проект Дани изучал, скоро выстрелит, деньги потоком пойдут, а тебя еще больше ценить будет за то что не за деньги с ним была и в трудные времена рядом оставалась.

Ну и ну.

– Ты же говорил, что такой как Даня вообще на меня не взглянет, а тут оказывается, такие планы.

– Это я тебя подначивал, ты же любишь мне все назло делать.

– Твои подначки не работали.

– Ага, поэтому ты сейчас за ним замужем.

– Завтра пойду и разведусь, – ворчу я, но без огонька.

– Беги.

Отец резко сбросил вызов. Вроде надо бы ему сказать спасибо за подарок, но язык не поворачивается, так все бесит. Может потом, попозже, когда успокоюсь.

Когда разобралась со свалившимся подарком, с нетерпением жду мужа домой, а он не торопится возвращаться. Каким-то чудом все еще держится на плаву и оттягивает полный возврат всей суммы. Врода как отец Карины подобрел, когда Тимур вновь сошелся с его дочкой.

Не выдержав, звоню Дане.

– Да, Лиз, я немного занят, что-то срочное?

– Ну в принципе, да. Нужно поговорить, желательно с глазу на глаз. Когда домой приедешь?

– Часа через три, не раньше.

– Жду!

Цербер приехал только поздно ночью. Встретила его вся такая красивая, соблазнительная, нарядная, столь ломится угощениями.

– У нас какой-то праздник? – красиво вопросительно изогнув бровь, интересуется Даня. Уставший, наверняка голодный, он не торопится за стол. В первую очередь его руки тянутся ко мне. Сгреб в объятия и активно лапает, словно свое главное и любимое угощение.

– Ну как сказать. Сегодня поговорила с отцом. Он мне подарок на свадьбу подогнал в виде денег и разнообразного имущества. Плюс мамино еще наследство добавил. Я проверила счета. Там хватит на все, что только можно. Ты можешь вернуть долг отцу Карины и спокойно дождаться результатов от своего проекта. Все хорошо, никакого рабства. Ура?

Цербер сначала замер, а потом и вовсе отстранил меня от себя, взял за плечи и заглянул в глаза.

– Лиза, никаких денег ни у тебя, ни у твоего отца я не возьму, – отстраненно произнес супруг.

– Но почему?!

– Это только моя ответственность и проблема, я знал, на что иду изначально, и позже, познакомившись с тобой, как рискую. Я очень хорошо отношусь к твоему отцу, не говоря уже о тебе, ценю и ваше ко мне отношение, поэтому не желаю вмешивать во все это свои долги и деньги. Больше не хочу быть никому должным и обязанным на всю оставшуюся жизнь. Я решу этот вопрос сам… так, как сумею.

Недовольно покачала головой.

– Глупость полнейшая. Мы вообще-то с тобой женаты. Если у меня будут какие-то проблемы, мне тоже к тебе не обращаться что ли? Чтобы не быть обязанной и все такое.

Цербер улыбнулся. л

– Нет, конечно. Но мой вопрос возник еще до брака и я обязан решить его сам. о

Вспомнила совет папы, ну попробовать можно конечно...

– Если ты не возьмешь деньги, я с тобой разведусь, – хмурясь, произношу я.

– Возможно, это будет лучший вариант, – твердо отвечает Даня. Не повелся.

– Да что за ерунда вообще! – взрываюсь я.

Муж утягивает меня на диван, привычно усаживает на колени, гладит по волосам, чувствую, что-то не то сейчас говорить будет, отчего мне заранее грустно.

– Лиз, я не тот человек, которому стоит помогать. Ты очень многого обо мне не знаешь. А узнав, и не захочешь помогать. Возможно действительно стоит рассказать, чтобы больше не поднимать этот вопрос.

– Почему от Карины и ее отца ты принимал помощь, а от нас не хочешь? – спрашиваю обвиняюще.

– Потому что они мне не были так близки.

– Что там такого было в твоем прошлом?

– Тебе отец совсем ничего обо мне не говорил?

– Нет.

– Подростком я был крайне озлобленным на весь мир. Окружающая обстановка только способствовала тому, чтобы я пошел по неправильному пути. Уже тогда я стал совершать много плохих и жестоких поступков, о которых не имели понятия мои будущие замечательные приемные родители. Если бы знали, точно не рискнули бы взять в семью. После я не остановился, но оценил их отношение и старался особо не расстраивать, а своими делами заниматься тихо. Потом мне поступило неожиданное предложение переехать в большой город и вот там я познакомился с твоим отцом, узнав, кто же так ненавязчиво с давних пор мне покровительствует. Я работал на твоего отца, Лиз. Его мои криминальные наклонности не смущали, наоборот он их всячески помогал развивать и вывел на принципиально новый уровень. Я бы даже сказал, что он он был в восторге. Я не только помогал ему в его делах, но благодаря его деньгам и связям, я нашел тех, кто когда-то убил моих родителей и сумел должным образом отомстить. Только после этого во мне что изменилось, я успокоился и осознал, что хочу изменить и свою жизнь, а заодно и тех, кто мне помогал, верил мне и в меня. И опять твой отец не препятствовал и спокойно отпустил удобного ему, слишком много знающего человека. А потом у меня появилась предсказуемая работа со стабильным карьерным ростом, как ты заметила, очень правильная невеста-ширма, создающая не менее правильное впечатление заодно и обо мне.

– Что-то такое о тебе я и подозревала, после визита в твой родной город, – бормочу я, а потом задаю следующий вопрос и смотрю на Цербера, затаив дыхание. – Тебе приходилось убивать?

– Не приходилось, – отвечает муж, и я, наконец, могу выдохнуть. – Но это не отменяет того, что, с некоторыми людьми, я, порой, обращался крайне жестоко.

– И с женщинами?

– В основном с мужчинами, но, бывало и с женщинами, если на то были серьезные причины. Чтобы ты понимала, это был соответствующий контингент, совсем не офисные работники, чья самая страшная вина – прогул.

Затихла, думаю.

– И отец, зная о твоих склонностях, все равно отправил меня к тебе.

– Еще и позволял дружить со своими сыновьями, показавшими мне совсем иную сторону жизни. Это также во многом помогло мне изменить свои взгляды. Я очень уважаю и ценю твою семью и тебя, и ни за чтобы намеренно не причинил зло, он это знает.

– А что, все-таки он предложил, за то чтобы я у тебя помощницей была? Так и не скажешь?

– Зачем что-то предлагать за тебя, если ты сама по себе как приз и награда? Сладкая, взбалмошная, своенравная, дерзкая. Я только не сразу понял, что ты была не заданием, а искушением.

– Потому что папа хотел вернуть Карину Тимуру, при этом тебя не задев.

– Мой союз с Кариной ему тоже был не по душе, мне кажется, его даже больше оскорбляло то, что я принял помощь от отца Карины, но никогда ничего не просил у него.

– Мог бы и попросить, – ворчу я. Хочется, чтобы, наконец, Цербер разобрался с денежным вопросом. Волнуюсь, переживаю, откровения не слишком напугали.

– Ты тоже много чего можешь. У тебя теперь есть деньги, браком тоже не пугают. Ты свободна и вольна делать все, что угодно. Можешь развестись, уехать куда душа пожелает и забыть про все, как страшный сон.

А-а, задело все-таки Даню, что я про развод заговорила.

– Я пока никуда не тороплюсь.

– Тебя что-то здесь держит? – Цербер внимательно смотрит мне в глаза. Это он так на признания и откровения с моей стороны нарывается? Не дождется, я еще не готова ничего озвучивать.

– Да нормально здесь, чего срываться-то? – положила голову Церберу на плечо. Тихо прошу. – Дань, ну пожалуйста.

– Нет, Лиз.

– Ты заставляешь меня нервничать.

– Прости.

Глава 46

Глава 46

Я не сдалась. Еще не меньше часа спорила, уговаривала. Потом взглянула в сонные, уставшие глаза Дани, разглядела упрямо поджатые губы и поняла, что ни за что не согласится. Как и всегда ужасно упрямый. Всегда стоит на своем и жутко меня этим бесит.

Разозлилась, закатила небольшой скандал, сказала, что ухожу, и пусть Цербер остается со своими принципами один. И действительно ушла, громко хлопнув дверью. Недалеко правда, до лифта, а там меня Цербер догнал и утащил обратно, сказав, что никуда такую красивую на ночь глядя в одном пеньюаре и тапочках не пустит. Не то чтобы я сопротивлялась.

Поужинали с Даней в молчании. Ему, думаю, было уже просто лень говорить, а я так выражала свой протест. Были еще мысли не идти в кровать, а ночевать на диване, но тут опять не вышло, и по той же схеме, не слушая возражений, муж утащил в постель. Я думала, он настолько устал, да и время позднее, что уже ничего не будет, а нет.

Утром проснулась одна. Выхожу на кухню. Идеальная чистота, хотя я вчера точно не мыла посуду после ужина, да и Даня про нее не вспоминал. На столе роза, шоколадка и записка. Открываю записку.

“Доброе утро, Лиза. Сегодня на ужин не жди, не уверен, что до завтра вернусь. Целую. Очень тебя люблю. Если все-таки решишь развестись и улететь, пожалуйста, предупреди меня. Твой Цербер”.

Со злостью смяла записку. Опустила голову на руки и как разрыдалась. Довел, блин. Вот возьму и правда разведусь.

Что самое удивительное, после того как успокоилась, собралась и поехала на работу. Деньги, может, и есть, но я сегодня перевожусь на новую должность, меня ждут, я обещала. Да и вообще хочется отвлечься.

В приемной Цербера моих личных вещей почти нет. Собрала, все что нашла в пакет, обвела тоскливым взглядом приемную, с грустью заглянула в пустой кабинет и отправилась со своим пакетом на новое рабочее место. Тоскливо так, что хоть вой. Кто же знал, что мне будет так не хватать тех “ужасных” рабочих дней, где мы целыми днями сидели с моим начальником бок о бок.

На новом месте меня встретили радостно, то, что я сама счастьем не сияю – подумали, что нервничаю и смущаюсь. Ко мне, в мой пусть и небольшой, но личный кабинет напросились начальник и почти весь отдел. И без того простора не было, а сейчас кабинет показался и вовсе малюсеньким. Зато весело и теплее, что ли. Коллеги пришли со своими чашками, заварками и кипятком. Я, раз уж такое дело, заказала пиццу. Кстати, я многих тут знаю, общались на общих сходках. А с некоторыми и вовсе…

– Лизка, как здорово! Мы теперь вместе работаем! Я так рада! – ко мне подскочила Таня и стиснула в объятиях так, что я чуть не задохнулась.

– Привет! Как там Миша?

– Да что ему будет? Учится, по соревнованиям катается.

Коллега давно выслала мне долг, о котором я и говорить-то не хотела, позже она перевелась. Я знала, что на более денежную должность, но не знала, что сюда.

– Ну как же классно, что ты к нам перевелась, я всем говорю, что ты очень крутая. Да все и так в курсе!

В общем, встретили меня очень тепло. Хотелось бы поделиться впечатлениями о первом рабочем дне с мужем, но ему не дозвониться. Не поехала к нему домой, все равно та никого нет. Поехала на свою съемную квартиру, у меня там кошка. Ее не стали перевозить, ей все-таки со дня на день рожать, стресс с новой обстановкой ни к чему.

Возле подъезда остановилась поболтать с бабушками.

– Лизка, а чегой-то ты одна? Где Цербер твой?

– Занят. Работа навалилась, – вздыхаю я и спешу перевести тему. – Я тут с папой вроде как помирилась, так что готовьтесь потихоньку. У меня отпуску официальный в конце весны запланирован. К морю поедем.

– Ой, Лизка, не дури! Ты теперь замужняя, вот с мужем и отдыхай, а не с подружками шастай.

– Я обещала, так что поедем. Возражений не принимаю.

Дома накормила и нагладила кошку, повздыхала грустно. Мне кажется, я все-таки изменилась. Раньше бы не задумываясь, отправилась гулять и искать приключений на свою пятую точку, а сейчас сижу, жду чего-то, проверяю, не заработал ли у Цербера телефон. Не заработал. Волнуюсь еще сильнее.

Полночи пробродила туда-сюда по комнате, но потом легла спать. Завтра на работу ведь вставать рано.

Второй рабочий денб уже не праздничный, а деловой. Устроили с начальником мини совещание, обрисовал круг моей работы, цели и задачи, а когда узнал, что я не веду соцсети и у меня их вообще нет, жутко удивился.

– Как это нет? Разве такое бывает? Сейчас у всех они есть.

Пожала плечами.

– Заведите. Сегодня же. Это понадобиться для работы. Так с вами будут связываться. Знаете как и что там делать?

– Нет.

– Возьмите Татьяну в помощь, вы вроде с ней дружите?

Ага. С Таней мы сразу после совещания заперлись у меня в кабинете, запаслись чаем и как давай работать. Странная, конечно, работа, но да ладно.

Таня пошагово, терпеливо помогала мне все оформлять, а потом заметила:

– Нужен уникальный контент, показать, что аккаунт живой.

– И?

– Выкладывай туда периодически фотографии и видео. Про работу можешь ролики снимать. Добавляй друзей. Мы контактируем с ньюсмейкерами и…

– Тань, не торопись давай поэтапно все. Меня мой прошлый начальник так приучил.

– Хорошо. Есть у тебя красивые фото и видео? Которые можно показать.

– Ну конечно. Выбирай.

Открываю на телефоне файлы с фотографиями до старта моей работы здесь и отдаю Тане. Коллега начинает листать фото и ее лицо постепенно все больше вытягивается.

– Ого! А это ты тут с кем? Какой красавчик. Похож на известного футболиста, как его там…

– Да, это он.

– Ва-ай. А вот, – Таня сует мне под нос мой же телефон. – С какой девушкой обаятельной загорелой ты рядом. Ну очень похожа на зарубежную гипер известную певицу и актрису, которая…

– Да, было дело, фотографировались, – отмахиваюсь от телефона, который вот-вот уткнется мне в нос. Сама я мыслями сейчас далеко. Думаю, может с охраной отца связаться, попросить их аккуратно узнать, где мой муж пропадает? А то вдруг уже где-то в лесу прикопан.

– О-фи-геть! – возбужденно восклицает Татьяна. – Можно я эти фото выложу?

– Выкладывай, – пожимаю плечами. – Если нужно, чтобы я не одна была на фото, то полистай, там много интересных людей можно найти.

– У-у, а это ты где? Обстановка, как во дворце.

Мельком взглянула в экран подставленного мне телефона.

– Да, дворец. Пригласили, как-то в качестве спутницы на прием.

– У тебя тут следующим числом фото, где ты на лыжах в какой-то невероятной красоте.

– Ну а что такого?

– Зачем ты здесь работаешь?!

Хмыкнула, наконец выплывая из своих мыслей.

– Ну вот видишь, как ты охаешь и ахаешь, увидев кого-то со мной на фотографиях. Я может тоже хочу, чтобы другие увидев мое фото, ахали, что неужели вот эта та самая известная… кто-то. Да ладно, пусть неизвестная. Я думаю мне пора стать хотя бы кем-то. Ладно, давай телефон, я сама буду фото добавлять. Надо же потренироваться.

– Еще друзей своих надо тебе найти. Вообще, чем больше подписчиков у тебя будет, тем лучше.

– Ну друзей сейчас найдем.

Возвращаюсь домой поздно. Таня все никак не отпускала. Пришла в восторг от того, сколько у меня нашлось друзей по миру и как повалили подписчики и просмотры на аккаунты. Никак меня не отпускала, что-то все надо была делать, да и текущей работы в отделе это не отменяло.

Захожу в квартиру с мыслью, что все, буду обращаться за помощью в поисках Цербера, но все эти мысли тут же выветрились из головы.

Фурия жалобно мяукает из своей коробки, которую мы с мужем приспособили под будущие роды. А еще писк.

Подбегаю, заглядываю в коробку и оседаю на пол.

Дрожащими руками, в который раз за этот день набираю номер Дани. Это какое-то чудо, но в этот раз слышу гудки и почти сразу Цербер отвечает на вызов.

– Лиза, у тебя что-то срочное? Если нет, то…

– Да! У нас кошка родила! – запнулась на секунду, а потом дрогнувшим каким-то жалким голосом спрашиваю. – Ты приедешь?

– Буду через час.

Даня сдержал слово и скоро был дома. Слышу, как поворачивается замок, открывается дверь, шаги мужа.

Он останавливается возле нас, садится на корточки, заглядывает в коробку.

– Пятеро, – отстраненно тихо произношу я. Сейчас мелкие затихли и спят. Фурию аккуратно накормила, она из коробки не пожелала выходить. Видно, что устала. Спит и даже ухом не повела на посторонний шум.

Один котенок чисто белый, еще два белых с черными пятнышками, еще один полностью черный и один неожиданно серенький, в полосочку. Маленькие, беззащитные, такие трогательный.

– Очень красавцы, все в маму, – замечает Цербер с улыбкой. – Лиза, ты что, плакала?

– Я и сейчас немного плачу, – отвечаю я.

– Почему?

– Не зна-аю, это… так трогательно.

Я вновь начинаю рыдать. Не понимаю почему, но появление котят меня очень сильно впечатлило. Стараюсь рыдать беззвучно, чтобы не разбудить пушистую семью под боком. Даня подхватывает меня руки и уносит в спальню. Укладывает на кровать и садится рядом. С удовольствием кладу голову на такие удобные коленки и развожу сырость, пока муж размеренно, успокаивающе гладит меня по голове.

– Ты останешься ночевать? – успокоившись, спрашиваю тихо?

– Да.

Поднимаю голову, смотрю на Цербера.

– Удалось что-то решить?

– Можно сказать и так. У меня в запасе осталась пара дней, но уже в принципе все ясно. Не получилось.

– Ты поэтому остаешься? Больше незачем торопиться?

– Я буду что-то делать и пробовать, пока есть время, но потом… я скорее всего уеду. И мне нужна еще одна ночь. С тобой. Ты не против, если у нас будет еще одна ночь воспоминаний?

– Что, даже созваниваться не получится.

– Я возможно, буду там, где связь плохо работает.

Резко подскакиваю.

– Возьми уже эти дурацкие деньги!

Цербер улыбается и обнимает меня за талию и притягивает к себе.

– Обожаю, когда ты такая грозная.

– Я хочу тебя убить за твое тупое упрямство.

– А я просто тебя очень хочу. Любишь меня?

– Возьми деньги на этот свой проект и узнаешь.

– Я, кажется, и так знаю.

Цербер резко поддался вперед и поцеловал. Так, как умеет только он, властно, требовательно, жадно и в то же время так нежно, с особым смыслом, заставляя меня трепетать.

Утром он ушел, опять. В этот раз я только делала вид, что сплю, а сама глотала слезы в подушку. В душе поселилось плохое предчувствие.

С этим настроением и все тем же предчувствием, поехала на работу. На этот раз, просто чтобы отвлечься, потому что знала, что если останусь, совсем себя съем.

Но даже работа не смогла толком отвлечь от тяжелых мыслей и ощущения чего-то плохого, неизбежного. У меня уже бывало такое чувство, в больнице у мамы. Пока она еще была жива, но мы уже знали, что ей остались считанные дни.

В обед раздался звонок. Отвечаю вяло, на автомате.

– Да?

– Здравствуйте! – звонкий, веселый мужской голос, совсем не сочетающийся с моим настроением. – Заказ ваш готов, можете забирать.

– Какой заказ? – я все еще витаю где-то далеко.

– Ну как же, часики антикварные. Я все сделал. Почти как новенькие. Когда заберете?

Часы? Часы!

Вдруг встрепенулась. С разбитых часов, пусть символично, но все и началось. Нет, конечно, Цербер, понятно, что накосячил, но нас тогда словно удача покинула.

– Сейчас заберу. Минут через тридцать у вас буду.

– Хорошо, жду.

За часами лечу на машине, солидно превышая скорость. Глупо, конечно, цепляться за всякую мистику, но сейчас мне больше ничего не остается. Хотя…

Остановившись возле мастерской, не тороплюсь выходить. Звоню отцу.

– Ну, привет. Что-то в последнее время часто мне звонишь. Проблемы какие? – раздается насмешливый голос отца.

– Да! Пап, Даня денег так и не взял. Что делать, а?

– А ничего не делай. Ты уже развелась?

– Ну, пап.

Всхлипнула.

– Да за кого ты переживаешь? Выкрутится твой муженек. Ты его плохо еще знаешь. Я кому ни попадя бы тебя не отдал. Умный, изворотливый, жесткий когда надо. Дотянет он этот свой срок. У него есть к этому стимул.

– Я что-то сомневаюсь. Он сказал, что еще пару дней и все…

– Больше слушай. Ему, может нравится, что ты за него переживаешь.

– А что если нет?

– Значит разведешься, – хохочет отец.

Сбросила вызов. Как ни странно, не разозлилась, а даже немного успокоилась.

Захожу в мастерскую. Улыбчивый молодой паренек-мастер вручает мне часы.

– Вот, я все сделал, почистил. Несколько деталей пришлось заменить на современные аналоги, но все хорошие. Правда, на антикварную ценность теперь часы не претендуют, но работать, если бить не станете, буду еще очень и очень долго.

– Спасибо, постараемся больше ее бить.

Забираю часы и с радостью сжимаю из в ладони. Вот и повод для еще одной встречи с собственным мужем. Обязана отдать подарочек.

– И еще. Вы знаете, тут одна деталь в часах была как будто лишняя. Я всю голову сломал, как ее приладить, но ничего так и не придумал. Я бы и сказал, что лишняя, но выглядит, как часть часов. Тот же металл, узор выгравирован. Здесь цифры. Это не похоже на серийный номер. Возможно, мастер, создавший часы, так подписал свою работу, но я не уверен. В общем, странно. Заберите тоже. Часы хорошо работают и без этой детали.

Мастер протягивает мне крохотную тонкую стальную пластину. Аккуратно ее забираю, там и правда выгравирован целых два ряда чисел в узорах. При этом ряды не сплошные. При этом в первом ряды есть еще и точки. Интересно.

– Большое спасибо! – искренне произношу я.

Расплатилась, оставив щедрое вознаграждение и вернулась в машину. Часы отложила, а вот пластину рассматриваю. Шрифт у чисел кажется достаточно современным, не старинным. Да, стиль простой, ближе у современному.

Еще раз просматриваю ряд чисел. Хм. Последние числа во втором ряду, это случайно не день рождения Цербера? Да! Точно!

Заинтересовалась еще больше и решила пойти простым путем. Взяла телефон, открыла интернет только начинаю набирать в поисковике цифры из первого ряда и похоже, что это координаты! Вполне определенного дома, причем за рубежом.

Чувствуя, словно вновь играю с друзьями в квест, быстро узнаю, что за здание. Банк. Один из старейших, считающийся одним из самых надежных. Я там даже как-то раз бывала.

Задумчиво смотрю на оставшиеся числа в ряду. Меня охватывает настоящий охотничий азарт. Завожу машину.

В другое время я бы, возможно, и внимания не обратила на пластинку с цифрами, просто выбросила лишнюю деталь и все. Но сейчас я цепляюсь за любую возможность, а потому, уже спустя три часа после того, как забрала часы, сижу в самолете, который скоро взлетит. На работе отпросилась на сегодня и завтра, сказав, что плохо себя чувствую. Больше никому и ничего не сказала, да и лечу ненадолго, только проверить одну безумную теорию.

Таисия, упоминала в том нашем откровенном разговоре, что на счетах родителей Дани ничего не нашли. А что если не нашли и те, кто очень хотел и мог эти деньги присвоить? Что если родители мужа заранее опасались за свою жизнь и что-то такое предполагая, подстраховались?

Церберу пока решила ничего не сообщать, чтобы не давать ложных надежд. Сначала сама проверю.

За время полета вся извелась, строя самые невероятные предположения.

Когда, наконец, захожу в банк, у меня от волнения ноги, как ватные и все плывет перед глазами от волнения.

Подхожу к работнику банка. Остальные цифры на пластине, как я предполагаю после штудирования сети и собственного мозгового штурма, могут быть номер ячейки храненияи кодом от нее, а не какой-то специальный труднодоступный. Скорее всего доступ должен быть для любого человека, знающего номера, ведь вряд ли бы в то время тогда еще мальчик сам бы смог приехать, а мне кажется, еасчет часов Даню как-то дожны были предупредить, но он забыл из-за стресса, но часы все равно тщательно хранил, подсознательно помня, что это важно. Ну может же такое быть?

Сотрудник банка подтвердил, что есть у них такая услуга с ячейками для длительных камер хранения.

Назвала номер, показала паспорт. У меня спросили код подтверждения. Я назвала следующие четыре цифры, после предположительно номера ячейки. Дальше без лишних вопросов меня проводили в зону хранения.

Когда набираю очередной код, уже с цифрами даниного дня рождения, мои пальцы заметно дрожат. Вот это квест реальной жизни.

Ячейка открылась! Что? Тут только тетрадь?

Достаю из ячейки пухлую тетрадку в кожаной мягкой обложки. Достаю неаккупатно, поспешно, и из нее к моих ногам начинаю сыпаться фотографии.

Глава 47

Глава 47

– Алло.

– Я тебе четыре дня не могу дозвониться! Я чуть с ума не сошла! Ты издеваешься?! Знаешь, сколько я всего передумала и представила?!

– Извини. Был очень занят. Зато удалось получить отсрочку еще в неделю.

– Фу-ух. То есть ты еще ничего глобально-непоправимого не совершил?

– Нет. Если хочешь, можем встретиться на пару часов.

– Будем опять прощаться? – нервно хмыкаю. – Встретиться хочу. Приезжай ко мне. Дело есть. И не одно. На котят подросших заодно посмотришь.

– Буду через час.

– Давай-давай.

Даня приехал в назначенное время.

– У-у, что-то ты совсем бледненький. Похудел, круги под глазами, – замечаю я, закрывая за Цербером дверь на все замки. Все, теперь никуда одного не пущу. – Ты когда вообще в последний раз ел и спал?

Цербер крепко обнимает, кладет подбородок мне на макушку и молчит. Долго молчит.

– Ты уснул там что ли? Раздевайся, мойся и иди в постель.

– Лиз, я всего на пару часов.

– Ага. В ванну, быстро.

Запихнула мужа в ванну, с наказом не торопиться, но вышел он все равно быстро. Усадила за стол, проследила, чтобы нормально поел, затем дала погладить кошку с котятами и затем утащила в постель, укрыла одеялом. Даня даже и не сопротивляется моему произволу.

– Сейчас отдыхай, слушай и смотри. Во-первых, я задолжала тебе с подарками.

Жестом фокусника достаю из кармана халата часы на цепочке и торжественно передаю Церберу его часы.

– Ты их починила. Спасибо большое. Оставь себе, если хочешь.

– Нет, это твои часы. Благодаря им я еще нашла, что тебе подарить.

Наклоняюсь и достаю из под кровати тетрадь.

– Что это? – муж из положения лежа перекатывается в сидячее и забирает тетрадь.

– Это твое наследство. Здесь перечислено все. Где, какие счета, как забрать, сколько. Коды, пароли. А еще там письма тебе от твоих родителей. Извини, я прочитала. Любопытно, да и просто надо было узнать что там. Осторожнее, я когда прочитала, рыдала как не в себя, очень трогательно. Там даже письмо на тот случай, если тетрадку нашел бы не ты. Дань, я проверила, счета действующие, оформлены на твое имя. Точную сумму не знаю, но даже по самым скромным моим оценкам, огромная.

Цербер молча открывает тетрадь и вглядывается в исписанные твердым, красивым почерком строчки.

– Это еще не все. Ты готов к следующим моим подаркам или пока хочешь ознакомиться с содержимым тетради и осознать, что ты теперь богатый наследник и все у тебя просто отлично?

– Как ты нашла эту тетрадь? – Даня листает одну страницу за другой.

– Я тебе потом расскажу, это было просто невероятно, но сначала подарки. Мне хотелось все это сообщить в более торжественной обстановке, но пока не могла до тебя дозвониться эти четыре дня, испытывала столько эмоций, что сейчас перегорела. Хочется быстрее все показать. Однако там такие трогательные прощальные письма в тетради, что я лучше подожду. Пойду на кухню посижу, а ты читай.

Хочу встать, но Цербер ловит меня за руку.

– Что еще ты хочешь сказать?

– Потом. Время есть. У нас его теперь полно.

Ушла на кухню, оставив мужа знакомиться с содержимым тетради. Я знаю, как ему будет непросто прочитать, но это его, личное, и если захочет поделиться, позовет. Отец Дани имел дело с не самыми благонадежными людьми, при этом деньги в его делах крутились огромные. Он понимал, что рано или поздно его захотят убрать, а когда совсем запахло жареным подготовился как мог, хотя до последнего надеялся, что все будет хорошо. Не стало. Прощальные письма в тетради написаны мамой и отцом Дани на всякий случай. Они не хотели оставлять сына, но что-то сделать или уехать у них не получилось. Мама так трогательно пишет о том, как любит сына, что и сейчас, как вспомню, у меня слезы на глаза наворачиваются.

Цербер пришел ко мне сам где-то спустя час. Встал в проходе кухни.

– Спасибо, Лиз. Я даже не представляю, как тебя за это отблагодарить. Какие еще у тебя подарки?

– Ты лучше присядь, – советую я.

Глаза мужа подозрительно сужаются. Не спорит, проходит, садится за стол. Ладно, сначала что полегче, чтобы расслабился.

Выхожу из кухни, и возвращаюсь с фотоальбомом.

– Вот еще подарок. Твой альбом. Я Таисии позвонила, она прислала копии фотографии, из ее архива, еще я добавила туда наши фото из путешествий и со свадьбы. Ну и в начале те, что нашла в тетради.

Брови дани удивленно приподнялись.

– Там были еще и фотографии?

– Да, открой.

Муж открывает первую страницу, а там он же. Трогательный карпуз на руках у счастливых мамы с папой. Я знаю, что у Дани не осталось никаких совсем детских фотографий того времени. Фото из газеты не самого лучшего качества не в счет. Не думаю, что родители Дани знали, что их дом сгорит, но в тетрадь постарались вложить как можно больше тепла и частички воспоминаний.

Муж листает альбом дальше, там на фото его семья, он маленький, счастливый. Постаралась расположить фото в хронологическом порядке

Тихонько сажусь рядом и кладу голову Дане на плечо.

На очередной странице рука мужа замирает.

– Ага, я тоже жутко удивилась, когда увидела.

На очередной фотографии Даня не только с семьей. Он сидит на диване с двумя мальчишками, мелкие такие, Артур совсем младенец, только только, наверное, сидеть научился. Рядом с братьями их родители – мой отец с тогда еще живой женой.

– Я отца потом знаешь как пытала. Признался-таки, что он твой крестный. Представляешь?

– Я не помню его и этот момент на фото.

– Вообще у меня папа вечно занятой, вряд ли он к вам часто заезжал, не мудрено и забыть.

Цербер пролистал весь альбом и поцеловал меня в макушку.

– Спасибо. У меня просто нет слов.

– Какие у тебя тебя теперь планы? Наверное, развестись со мной захочешь.

– Почему это?

– Ну такая бедная на твоем фоне. Можно поискать жену и завиднее.

– Лиз, ты так шутишь?

– Немного, – весело хмыкнула. – Ну что, готов еще к одному подарку?

– Еще что-то?

– Ага.

Встаю, ухожу ненадолго, и возвращаюсь с маленькой коробочкой, перевязанной белой ленточкой. Включаю телефон на видеозапись, ставлю на стол так, чтобы нас было видно. Вручаю Церберу. Выражение лица Дани я хочу не только видеть, но потом пересматривать. Пока муж дергает за кончики ленточки и открывает крышку, поясня.

– В общем, мы в последнее время, похоже, так активно с тобой прощались, что добращались.

– М-м, – Даня недоуменно смотрит на лежащий в коробочке тест. – Это какой-то тест?

– Еще какой.

Прощаю Цербера за тугодумность, все-таки я до этого и так на него много вывалила информации до этого, плюс невыспавшийся, так что снисходительно поясняю:

– Тест на беременность.

– Чей?

Бли-ин…

– Кошкин, епрст!

Выключаю видео. Нет, такой тупняк на романтическое видео не тянет.

– Зачем кошке тест? Она ведь уже родила.

Я чуть со стула не упала от хохота. Благо, хмурящийся муж придержал. Нет, такое на видео потомкам не покажешь, засмеют.

– Дань, вот ты вроде умный, рассуждаешь здраво, – говорю я, смахивая набежавшие слезы. – А все равно дуб, дубом. Кошка-то родила, а я еще нет.

– Хочешь сказать, что это твой…

– А ты знаешь, я в последнее время все думала, чего такая эмоциональная стала и остро на все реагирую. Раньше ведь такая пофигистка была. И тут еще задержка появилась. Ну мало ли, переживания, график сбился. Но тест сделала на всякий случай, результат был странный, поэтому забежала еще на всякий случай к врачу. А так бы и не поняла. Не тошнит, вкусы не поменялись. Ты готов вообще к отцовству-то?

Судя по лицу Дани, он не то чтобы не готов, он просто сидит в шоке и не может поверить.

– Но ведь использовалась защита, как…

– Ну, знаешь, папка мой тоже наверняка использовал, меня точно не планировали. Вот такие мы Царевы фертильные в самый неожиданный момент, ничего не поделаешь. Ты уже как-то может еще отреагируешь, кроме шока?

Цербер схватил меня в охапку и закружил.

– Так правильно? Ты просто невероятно.

– А-а, нет, пусти, меня укачивает!

Даня спустил меня с рук и я метнулась в ванную, поспешила я, похоже, с утверждениями, что меня совсем не тошнит.

Чуть позже, выглядываю из ванны. Муж сидит на кухне и мечтательно улыбается.

– Ты о чем думаешь?

– О детях.

– В этой связи знаешь о чем стоит подумать?

– М-м? Мы домик будем покупать. Чтобы котята на свежем воздухе гуляли, все дела.

– Конечно!

– А где? А как же работа? Дом с чистым воздухом в центре города не найдешь.

– Все решим, – твердо ответил Цербер.

– Я вообще хотела бы домик у моря. И с виноградниками вокруг. Ну тот самый, знаешь какой. Мне там понравилось.

– Как скажешь, ненаглядная.

– Но как же все-таки работа? Я только перевелась, обидно.

– Все решим, – повторил муж, счастливо улыбаясь и вертя в руках коробочку с многострадальным тестом.

ЦЕРБЕР

Захожу в зал ресторана, где мы договорились встретиться с Константином Альбертовичем – отцом Карины. Он сам назначил мне место и время встречи, не интересуясь тем, удобно мне или нет.

Константин вальяжно сидит за столом, смотрит королем, лениво, с предвкушением улыбаясь. Похож на кота, пригласившего мышку к себе, чтобы в очередной раз с ней поиграть. Я знаю, что ему доставляет удовольствие наблюдать, как я верчусь, словно уж на сковороде, чтобы оттянуть полную выплату долга. Для него это развлечение. Он все знает и понимает и до сих пор давал мне отсрочки только чтобы насладиться моим зависимым положением в полной мере и скорее всего, в последний момент, когда появится надежда справиться с ситуацией, срочно потребовал бы вернуть все денежные средства.

Полагаю, сейчас он рассчитывает на то, что я буду просить его об очередной отсрочке.

– Добрый вечер, Константин Альбертович. Я немного спешу, поэтому остаться с вами на ужин не смогу, хотел бы сразу перейти к делу и…

– Ну куда же ты так торопишься, Даниил, это неуважительно, ты даже не присел, – отец Карины кивает мне на место напротив, одаривая меня довольным, властным, не терпящим возражения взглядом. – К тому же я не настроен сразу говорить о делах. Хочу сначала поужинать. О-о, а вот и мои дорогие родные подошли. Вовремя. Ты не против, если мы поужинаем в расширенном составе? По семейному. Ты ведь нам всем тут почти как родной.

Оборачиваюсь. К столику подошли Карина и Тимур. У Карины ледяное выражение лица, Тимур хмурится, но никто ничему не удивляется кроме меня. Ясно, задумана публичная порка и издевательство. Я ведь по мнению этой семьи в зависимом положении. Карина жаждет мести. Тимур, по всей видимости тоже. А Константин меня в принципе не переваривает.

Молодожены садятся за стол. Подходит официант.

– Что же вы не сказали, что намечается семейный ужин, я бы тогда взял с собой свою жену, – замечаю прохладно. Какое же облегчение, что теперь я навсегда развязан с этой милой семейкой. Правда, они пока об этом не знают.

– Жена? Это не та твоя любовница, которую ты пользовал на рабочем столе? – холодно интересуется Карина. – Как низко ты пал. Весь в долгах, еще и женился непонятно на ком, какой-то нищебродке с низкой социальной ответственностью. Она за стол с нами никогда не сядет.

Тимур кашлянул. Ну да, это Карина сейчас по его сестре прошлась.

– Карина, ты говоришь о моей чудесной, милой, доброй, обаятельной и невероятно красивой жене. Попридержи свой язык. Ты совершенно ее не знаешь, и еще неизвестно, кто с кем за стол не сядет. Да и судя по твоей реакции… ты ревнуешь? Карина, ты вообще-то замужем. Что-то не устраивает в браке?

Наслаждаюсь, наблюдая за тем, как вытягиваются лица собеседников по мере того, как я говорю. Они ведь ожидают, что я буду молча сносить любые оскорбления и издевки, думая, что я на крючки.

И пока Карина глотает воздух, словно поперхнувшись, Константин зло прищурился

– Смотри как заговорил. Совершенно не ценишь хорошего к тебе отношения. Я ничего не говорил, когда ты, взявшись словно из ниоткуда, пришел в нашу семью. Ни денег нормальных, ни связей, только гонор. Принял, дал денег, так в итоге ты же получив средства, вместо благодарности, обидел мою дочь. Я должен был сразу тебе пинка дать, но ты же так стелился, уговаривал. Мне просто интересно, куда делась вся твоя благодарность, а?

– О какой конкретно благодарности идет речь? То что вы дали мне денег на развитие. Спасибо, конечно. Я уже вернул по процентам сумму вдвое больше, и еще столько же предстоит вернуть. Я бы назвал это супер успешной инвестицией, нежели кредитом. За что еще я должен быть вам благодарен? За вашу ненаглядную дочь, на которую вы не можете надышаться? Карина действительно во многом хороша, в нее ведь тоже вложено много сил и средств, жаль только, нет чуткости, мягкости и душевной доброты. Она мне напоминает конфету в красивой идеальной обертке. Вот только если обертку снять, там окажется не конфета, а камень. Надеюсь, со временем Карина все же пересмотрит некоторые свои взгляды на жизнь.

– О чем ты? – спрашивает Карина с недоумением. – С чего ты взял, что у меня нет чуткости и мягкости.

– Я имел честь общаться с тобой не один год. Многое замечал.

– Приведи пример!

– Хорошо. Ты сама захотела. Снежана. Девушка, с которой тебе изменил Тимур.

– И что?

– Я говорил тебе, что она пришла ко мне позже с просьбой о помощи. Она была беременна от Тимура.

– Дать ей денег на решение ее проблемы. И что?

– Что?! – вторит вопросу Карины изумленный голос Тимура.

– Карина, ты говоришь о моей чудесной, милой, доброй, обаятельной и невероятно красивой жене. Попридержи свой язык. Ты совершенно ее не знаешь, и еще неизвестно, кто с кем за стол не сядет. Да и судя по твоей реакции… ты ревнуешь? Карина, ты вообще-то замужем. Что-то не устраивает в браке?

Наслаждаюсь, наблюдая за тем, как вытягиваются лица собеседников по мере того, как я говорю. Они ведь ожидают, что я буду молча сносить любые оскорбления и издевки, думая, что я на крючки.

И пока Карина глотает воздух, словно поперхнувшись, Константин зло прищурился

– Смотри как заговорил. Совершенно не ценишь хорошего к тебе отношения. Я ничего не говорил, когда ты, взявшись словно из ниоткуда, пришел в нашу семью. Ни денег нормальных, ни связей, только гонор. Принял, дал денег, так в итоге ты же получив средства, вместо благодарности, обидел мою дочь. Я должен был сразу тебе пинка дать, но ты же так стелился, уговаривал. Мне просто интересно, куда делась вся твоя благодарность, а?

– О какой конкретно благодарности идет речь? То что вы дали мне денег на развитие. Спасибо, конечно. Я уже вернул по процентам сумму вдвое больше, и еще столько же предстоит вернуть. Я бы назвал это супер успешной инвестицией, нежели кредитом. За что еще я должен быть вам благодарен? За вашу ненаглядную дочь, на которую вы не можете надышаться? Карина действительно во многом хороша, в нее ведь тоже вложено много сил и средств, жаль только, нет чуткости, мягкости и душевной доброты. Она мне напоминает конфету в красивой идеальной обертке. Вот только если обертку снять, там окажется не конфета, а камень. Надеюсь, со временем Карина все же пересмотрит некоторые свои взгляды на жизнь.

– О чем ты? – спрашивает Карина с недоумением. – С чего ты взял, что у меня нет чуткости и мягкости.

– Я имел честь общаться с тобой не один год. Многое замечал.

– Приведи пример!

– Хорошо. Ты сама захотела. Снежана. Девушка, с которой тебе изменил Тимур.

– И что?

– Я говорил тебе, что она пришла ко мне позже с просьбой о помощи. Она была беременна от Тимура.

– Дать ей денег на решение ее проблемы. И что?

– Что?! – вторит вопросу Карины изумленный голос Тимура.

– Странно, что Карина тебе это не рассказала, вы ведь теперь женаты и должны быть так близки.

– А что со Снежаной? – напирает Тимур.

– Конечно, я ей помог в решении ее проблемы. Она очень сильно плакала и просила. Ей еще и приехать ушлось, потому что Карина с ее отцом позаботились о том, чтобы работу здесь девушка не нашла, а из университета ее отчислили.

– Почему ты мне ничего не сказал? Почему она не пришла ко мне?

– Со Снежаной мы ведь вроде как тогда какое-то время встречались. Вот и пришла. Почему к тебе не пошла – думаю, тебе виднее.

– Хватит! – рявкнул Константин. – К чему все эти разговоры о прошлом? – отец Карины поворачивается к мнущемуся рядом официанту, так и не принявшему заказ. – Пошел отсюда.

– Я хочу уйти, – произносит Карина, сжимая руку Тимура.

– А зачем ты вообще пришла, Карина? Поглумиться и понаблюдать за тем, как я унижаюсь перед твоим отцом ради призрачной отсрочки выплат? Может хватит уже лелеять свои обиды и перестать быть такой мстительной?

– Я не такая!

– Если бы ты была не такая, тебе бы и в голову не пришлось закрутить с лучшим другом несостоявшегося жениха только ради того чтобы отомстить.

– Я поражен твоей наглостью, – Константин в ярости, весь побагровел. – Я думал дать тебе еще отсрочку, жалел, все-таки недавно женился. Но теперь все! Чтобы сегодня же все деньги поступили на мои счета, и если я их не получу, ты пожалеешь о том, что вообще родился.

– Жалели меня? Вам выгодна была эта отсрочка, потому что проценты по долгу никуда не исчезли и все так же растут.

Достаю телефон, звоню своему человеку. Еще минута и завибрировал уже телефон Константина Альбертовича. Он взглянул на экран и брови его удивленно поползли вверх.

– Вся сумма с процентами уже на ваших счетах. Можете быть счастливы, у нас с вами нет больше общих дел и связей, как вы и хотели.

– Откуда у тебя деньги, щенок? Хотя… кажется, знаю. Обратился к своему покровителю, да? Ха! А такой гордый сидит. Как был в долгах, так и остался. А он еще в три раза больше с тебя спросит за услугу.

– Вы за меня переживаете? Очень мило. Да, мне во многом помог мой покровитель, и пока я не отдам ему этот долг, он никому не даст мне навредить, ведь я, по сути, его собственность из-за всех этих долгов.

Поднимаюсь из-за стола. Мне ни к чему рассказывать отцу Карины про истинное положение дел. Пусть лучше думает, что я в долгах и опасается моего тестя.

– Карина, Тимур, оставайтесь. Не буду портить вам аппетит своим присутствием, я слишком много знаю интересного про всех вас, еще наговорю лишнего, что не только аппетит испорчу, но и бессонницей обеспечу. Всего хорошего, счастья молодой, искренней и любящей семье, а вам, Константин Альбертович успеха в бизнесе. Зная вас, могу только посоветовать быть аккуратнее с налоговыми работниками.

Еще раз окинул взглядом вытянувшиеся кислые лица сидящих за столом людей и с чувством выполненного долга отправился на выход. Как же долго я об этом мечтал. Сколько упущено времени. Никаких выходных, отпусков. Зачем нужно было себя загонять во все эти рамки? Кому и что я хотел доказать? Может стоит признаться Лизе, что в нашем союзе она повлияла на меня гораздо сильнее, чем я на нее? Выходные с ней были как взрыв. Только с ней осознал, как много упускаю в этой жизни и сколько еще могу пропустить.

– Дань!

Уже на улице меня нагнал мрачный Тимур.

– Да, Тим?

– Про Снежану это правда? Ты знаешь, что вообще с ней? Где она?

– Конечно, правда, я же сказал. Я дал ей денег на решение ее проблемы. Главная ее проблема была – это отсутствие своего жилья. Были и другие, но не такие серьезные. Зависимость от родителей, отсутствие работы, отчисление из университета.

– Нет, я про ребенка спрашиваю, что с ним?

– Я не знаю, что с ним, Снежана не посвящала меня в планы относительно своей беременности, это только ее дело.

– В смысле? Я думал, что ты ее чуть ли не за руку в ближайшую клинику отвел.

– За кого ты меня принимаешь?

– Где сейчас живет Снежана?

– Понятия не имею. Почему тебя это так уж волнует. Ты женат на Карине, у вас наверняка скоро появятся свои дети… Или ты беспокоишься, что у твоих будущих детей где-то подрастает конкурент на их наследство?

– Чушь не пори! Адрес скажешь или нет?

– Тим, я серьезно говорю. Я не знаю.

Тимур еще сильнее нахмурился и поджал губы, но потом его лицо просветлело.

– Ладно, сам найду, связи есть. А ты все-таки решился взять у отца деньги? Лиза уговорила?

– У твоей семьи я денег не брал, не переживай.

– Я не переживаю. Но как тогда?

– Заезжай как-нибудь в гости, мы с Лизой расскажем.

Эпилог

Эпилог

– У вас будет мальчик! Очень четко все видно! – весело пропела врач, проводящая УЗИ. Цербер крепче сжал мою руку. Аж светится весь. А вот я позже выхожу из кабинета в раздрае.

– Лиза, что случилось? Выглядишь расстроенной. Ребенок здоров, все хорошо. Ты хотела девочку?

– Не то чтобы прям хотела, но была уверена, что будет девочка. Просто с девочкой я хотя бы представляю, что делать, как общаться и чему можно научить, а что я могу дать мальчику?

– Лиза, ты любому человеку можешь дать очень и очень много, потому что ты настоящий огонек. Рядом с тобой тепло и хорошо. Это главное. Нашему мальчику очень повезло иметь такую маму.

Начальник, как узнал, что я собираюсь в декрет, воспринял новость хорошо, поздравил, но, как мне потом рассказали, велел заменить кресло в моем кабинете на новенькое со склада. Я так поняла, я уже третий его зам, уходящая в декрет.

Проработала на новой должности вплоть до весны. Муж всячески соблазнял сменить деятельность раньше, но я не поддалась. Увлеклась я все же этой работой. В новой должности задания интересные, коллектив хороший, веселый, тепло принял. Уходила я со слезами на глазах, потому что знала, что на прежнее место уже не вернусь.

По весне вплотную занялись обустройством на новом месте жительства. Как мне и хотелось, переехали к морю. В красивый дом среди гор и виноградников. Хороший климат, чистый воздух, что еще мне нравится – сверхзаботливые родители Дани, воркующие надо мной и с восторгом поглядывающие на мой живот. Думаю, их будущий внук будет самым залюбленным ребенком, ну как минимум на этот побережье. Мне кажется, меня тоже приняли за своего ребенка эти люди с большим сердцем, и я греюсь в лучах их любви, восполняя то, чего мне не хватало в детстве.

Формально я еще не уволилась, как, впрочем и муж. Мы перевелись в филиал, который когда-то приезжал курировать тут Даня. Сейчас он этот филиал возглавил, но работает уже не ради зарплаты, а скорее по привычке. Недавно муж признался, что хочет попробовать себя в политике и хочет попытаться возглавить регион, в который мы переехали, поскольку хорошо знает эти места, проблемы людей, да и люди его хорошо знают. Цели тоже хорошие – хочет сделать так, чтобы родной край процветал. Пусть пробует, я считаю. Я сама теперь, получив от отца наследство, не хочу тратить его исключительно на сиюминутные хотелки. Идея возникла внезапно. В конце весны привезла своих бывших соседок на море. Не куда-то далеко в тропики, а к нам, поскольку я теперь в перемещениях несколько ограничена. Муж, когда я заявила, что организовываю тур на море для своих пожилых соседок, вообще не удивился. Мне кажется, он любые мои неожиданные заявления теперь списывает на беременность. И что самое приятное, воспринимает положительно. Из разряда – хочешь бутерброд с селедкой и вареньем, пожалуйста, дорогая, сейчас приготовлю, кушай. А? Что? Бабушек собираешься в город к нам привезти отдохнуть? Не напрягайся, я сам все организую, скажи только, сколько собирается приехать человек. Оркестр для встречи нужен?

Ну в общем, во время визита бабушек мне так понравилась их реакция, почти детский восторг от этого места, но выяснилось, что по настоящему хорошего современного санатория у нас тут нет. И я загорелась построить новый современный комплекс. И чтобы там прям все было. Такой мини-город для полноценного отдыха, лечения, и спорта. Я ведь знаю, как надо полноценно и хорошо отдыхать в любое время года. И чтобы международного уровня. Для детей и взрослых. Пожилых и молодых. Заодно и культурный центр. При этом доступными ценами и льготными программами. Не знаю, получится или нет, дело не на один год. Даня обещает во всем помогать и развивать городскую инфраструктуру, чтобы была на уровне задуманного мной места. В общем планов много, будем стараться. Жить, творить, развиваться. Возможности и желание есть. У меня сейчас еще очень активно соцсети развиваются. Не знаю почему им так это интересно, но людей подписывается очень много, их уже столько, сколько у какой-нибудь звезды средней величины. Приятно, конечно, и пригодится. Буду строить свое идеальное место отдыха онлайн. Этакая реклама с первого заложенного кирпичика. Недавно с подписчиками выбирали место это первого кирпича. Ездили смотреть свободные участки на продажу на побережье и народ голосовал, где лучше. Столько ценных советов надавали.

Кошка поначалу была в шоке от переезда, но освоилась очень быстро и, кажется, довольна. Котят к моменту заселения всех разобрали, но сейчас я заметила, что Фурия опять подозрительно располнела. Надо будет проверить.

Недавно поймала себя на мысли, что впервые чувствую себя на своем месте, дома. Чувствую всепоглощающее счастье, рядом с любимым человеком, а когда кладу руку на свой уже солидно выросший живот и ощущаю ответный толчок в ладонь, меня просто рвет на тысячи маленьких счастливых Лизок.

Content

Несносная помощница для Цербера

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Эпилог