Третье правило дворянина

Глава 1

Когда на следующий день меня разбудил Тосик, часы показывали уже полдень.

— Вообще-то мог бы и раньше разбудить, — попенял я ему, направляясь в ванную.

— Сок карамба! — ответил он, намекая на то, что если бы ему не приспичило сока, то я бы еще продолжал спать. Каков наглец!

Справившись с обычными утренними делами, я позавтракал, выпил чашку чая и набрал Гуляева. К моему удивлению, его телефон был выключен. Странно, обычно следователь свой аппарат не выключает круглосуточно. Неужели он, как и я, решил отдохнуть после вчерашнего?

Учитывая то, что мне очень хотелось познакомиться с Китайцем и немного побеседовать с ним, я решил лично выяснить, почему Иван Львович отключил телефон. Поэтому я наскоро оделся и поехал в жандармерию.

Вот только там меня ждала крайне неприятная новость, которая застала меня врасплох. Оказалось, Гуляев был убит при задержании Виктора Ванга, а самому преступнику удалось сбежать.

Услышав это известие я, конечно, пожалел, что не принял участие в задержании Китайца. Выходит, зря послушался следователя. Мне особой разницы не было, когда ехать в Портал, а вот из-за его самоуверенности теперь поговорить с Вангом у меня не получится. Да и с самим Гуляевым тоже, между прочим.

Вопрос, кто его нанял — Хват или господа герцоги, теперь останется без ответа. Если предположить, что его нанял Голованов, то это было бы, конечно, самым лучшим вариантом — лидер наемников уже мертв, а значит угрозы он для меня больше не представляет. Ну, а если это были мои друзья из Москвы, то шанс вновь встретиться с Вангом у меня есть… Если я не доберусь до него раньше. Время покажет.

С этой мыслью я вышел из жандармерии, поразмыслил над тем, что мне делать дальше и набрал Владыкина.

— Виконт Соколов, рад вас приветствовать, — подобострастно поздоровался со мной граф. — Неужели вы соизволили почтить мою скромную персону своим звонком?

— Владыкин, не валяй дурака, — сказал я.

— А я-то думаю, когда ты мне соизволишь позвонить и похвастаться? — хохотнул он. — И вот, спустя всего несколько дней, я дождался высокой милости! Ты что там, вообще зазнался?

— Да все как-то времени не было, — по сути я даже не соврал. — Так что вот, звоню сейчас. Если честно, очень хочется выпить в хорошей компании.

— Неужели? Что-то на тебя это не похоже, — сделался серьезным граф. — Да и вообще, что за тоска в голосе? Человеку новый титул дали! Здесь радоваться нужно, а он грустит…

— Вообще-то не только титул, а еще и звание очередное, — скромно добавил я.

— Серьезно? Тебе что, уже капрала отвалили? — удивленно спросил Михаил.

— Есть такое дело.

— Тогда я тем более отказываюсь понимать, что происходит. Соколов, ты там часом не приболел? Или, может быть, проблемы какие на любовном фронте образовались? Я, если что, ни при чем, — поспешно сообщил мне Владыкин. — После того случая Таганцеву я даже не видел.

— Да не приболел я, здесь другое… Сразу так всего и не расскажешь. В общем, меня в Москву переводят, ваше сиятельство.

— Ого! — хотя графа удивить было крайне сложно, по его голосу я понял, что сейчас мне это удалось в полной мере. — Высоко летать начал, господин Соколов! Ну и как это понять? Ты мне должен обязательно рассказать об этом и чем скорее, тем лучше.

— Так я тебе затем и звоню! — усмехнулся я. — Говорю же, выпить хочется в хорошей компании, а ты вопросы глупые задаешь.

— Давай на шесть часов в «Стерляди»? Раньше я не успею, у меня кое-какие важные дела еще есть.

— Договорились.

Чтобы не терять времени, я набрал Боброва и договорился с ним встретиться через час в его ресторане. Не хотелось откладывать вопрос о мере его благодарности за Хвата — с каждым днем моя заслуга в этом деле будет казаться графу все меньше и меньше. Он с готовностью откликнулся на мое предложение, поэтому вскоре мы уже обедали вкусным жареным гусем, а он хвастал результатами проведенной операции. При этом о смерти Бригадира он даже не вспоминал — судя по всему, для него этот человек был уже в прошлом.

Как оказалось, на следующий день наемники заслали к нему парламентера и запросили мира, на который он после долгих уговоров согласился. Я думаю, что дело здесь вовсе не в доброте Боброва — это не в его стиле. Полагаю, на самом деле Бобров стребовал с них весьма приличный куш за доставленные хлопоты. Кроме того, теперь они вновь будут играть по его правилам.

Граф выглядел счастливым, как ребенок, которому накупили любимых сладостей. Он рассказывал мне о грядущих перспективах и живописал предстоящие изменения в работе его масштабного предприятия.

Когда зашел разговор об оплате моих услуг, он сходу предложил мне двадцать пять тысяч, чем меня сильно удивил. Я думал, что он предложит мне не больше половины от этой суммы. Но после того, как мы продолжили разговор, и я понял в какую сторону он клонит, я догадался, почему он был так щедр со мной.

— Вас устраивает эта сумма, господин виконт? — по его взгляду было понятно, что он ожидал от меня благодарностей за оказанную им щедрость.

— Спасибо, граф. Этих денег будет достаточно.

— Если бы не вы, то этот узел до сих пор был бы крепко завязан, — говорил он. — Ведь только благодаря вам я на это решился.

— Рано или поздно этот момент все равно наступил бы, — заверил я его.

— Возможно, — не стал спорить Алексей Борисович. — Но я рад, что случилось сейчас, а не позже. Теперь у меня есть для вас новое и очень заманчивое предложение.

Я не стал его перебивать и говорить о том, что у меня теперь уже нет времени для его предложений — пусть говорит. Во-первых, еще неизвестно, что он мне хочет предложить. Во-вторых, мне и в самом деле было интересно это узнать.

— Как вы смотрите на возможность стать моей правой рукой? — спросил он. — Не стану скрывать, вы мне очень нравитесь, виконт. У вас множество положительных качеств. Вы человек слова, в вас нет того чувства жадности, которое я на дух не переношу… Ну а самое главное — вы не просите слишком много, а ровно столько, сколько это стоит на самом деле. Очень редкое качество, поверьте мне.

— Охотно верю, — кивнул я. — Людям свойственно быть о себе высокого мнения.

— Я бы сказал: незаслуженно высокого мнения! — энергично тряс вилкой граф. — Но только не в вашем случае. Именно поэтому я и делаю вам такое предложение. Представляете, какие перспективы перед нами открываются? С моим опытом и вашими талантами, даже представить себе сложно, чего мы сможем достичь!

— Спасибо за оказанное доверие, но я думаю, что не смогу вам помочь, — спустил я Боброва с небес на землю, пока его не унесло окончательно.

Мой ответ настолько раздосадовал его, что на него даже жалко было смотреть. Он какое-то время сидел с открытым от удивления ртом и просто на меня смотрел.

— Почему? — наконец сдавленно спросил он. В этот момент его голос был больше похож на утиное кряканье, а не на человеческую речь. — Почему вы так поспешно отказываетесь? Мы же еще даже не обсудили условия сотрудничества?

— Видите ли, граф, какие бы ни были условия, я не смогу их принять.

— Вам не нравлюсь я лично? — удивленно выкатил на меня глаза граф. — Вы не говорили об этом раньше.

— Да ну, бросьте, — я махнул рукой и улыбнулся. — Что за глупости? Я уже давно не обращаю внимание на личные симпатии, если при этом неудобства хорошо оплачиваются. Дело вовсе не в этом.

— Тогда я и в самом деле не понимаю, — растерянно пробормотал Алексей Борисович. — Мне кажется я вас ни в чем не обидел…

— Не ломайте голову, ваше сиятельство. На самом деле, причина проста — меня переводят в Москву, поэтому я ничем не смогу вам больше помочь.

Граф не удержался и щелкнул пальцами от досады.

— Как жаль. Мы ведь только успели присмотреться друг к другу, — он с улыбкой посмотрел на меня и пригладил волосы. — Владимир, вы рушите все мои планы!

— Так иногда бывает, — пожал я плечами.

— Ну да, я вас понимаю — такие таланты как у вас нельзя зарывать… Так что, я даже рад за вас, — сказал Бобров, хотя его лицо в этот момент говорило об обратном.

— Спасибо, ваше сиятельство.

— И как скоро вы нас покинете, позвольте узнать?

— Пока не знаю, — совершенно честно ответил я. — У меня здесь еще есть кое-какие вопросы, так что, посмотрим.

— Софья, например, — лукаво усмехнулся граф.

— Ну, а вот это уже не ваше дело, Алексей Борисович, — кто он такой, чтобы делать мне подобные намеки? Даже если учесть, что он осведомлен о наших с ней отношениях — это наше с ней личное дело.

— Прошу прощения, виконт, — поспешно сказал Бобров. — Я не имел в виду ничего такого… Кстати, раз уж нам с вами больше не придется вместе поработать, может быть, отметим наше успешное сотрудничество? Все-таки нам есть что вспомнить, не правда ли, Владимир?

Да, воспоминаний нам действительно хватило бы не на одну бутылку вина, но учитывая то, что вечером меня ждала встреча с Владыкиным, которая на сто процентов не будет безалкогольной, спиртное сейчас будет ни к чему.

— Вынужден вам отказать, граф. У меня еще есть дела на сегодня.

— Жаль, — он всплеснул руками. — Я бы с вами с удовольствием выпил на прощание. Ну, обещанной мной оплаты за помощь, это не отменяет — до вечера деньги будут у вас.

— Разумеется, — кивнул я, с чего бы вдруг что-то поменяло названную им сумму?

— Кстати, виконт. Если вдруг мне все же понадобится ваша помощь и я буду готов оплатить вам все неудобства, связанные с поездкой в Саратовское княжество…

— Конечно, обращайтесь. Если что-то мне действительно покажется интересным, то почему нет?

— Я рад это слышать, виконт. Бывает всякое, сами понимаете.

После этого мы еще немного посидели, поговорили о всякой ерунде, а потом я засобирался уходить. Совместных интересов с Бобровым у нас больше не было, а о чем нам еще разговаривать? Не о погоде же? Мы тепло попрощались, я заверил его, что мое обещание в силе, после чего покинул ресторан.

К тому моменту, как мы закончили обед и беседу с графом, было уже около пяти часов вечера, так что я сразу поехал на встречу с Владыкиным. Немного погулял на набережной, а когда стало слишком прохладно, зашел в ресторан и стал дожидаться Михаила.

Он не опоздал и без пяти минут шесть буквально влетел в зал. От быстрой ходьбы полы его темно-серого плаща развивались за ним и это делало его похожим на огромную летучую мышь.

Подойдя ко мне, он сграбастал меня в объятия и крепко прижал к себе, словно родного брата. Даже как-то неловко… Вот уж не думал, что он способен на проявление таких вот сентиментальностей.

Мы заказали ужин, бутылку вина и затем я приступил к отчету о последних изменениях в моей жизни, о которых так жаждал услышать граф. Он был мне намного ближе Боброва, так что рассказ получился гораздо длиннее и увлекательнее.

Говорили почти обо всем за исключением мелких деталей, которые были не столь важны. Например, зачем Михаилу знать, что я получил звание за командировку в Халифаты? Достаточно того, что я скажу просто — за ответственное задание. К тому же Владыкин был далеко не дурак, поэтому сам прекрасно знал, о чем я могу говорить, а что его совсем не касается.

— Ты где в Москве жить будешь? — спросил он, когда я более-менее закончил свой рассказ. — Если что, у меня есть там квартира. Правда она немного поменьше, чем та, в которой ты живешь сейчас, но зато находится почти в самом центре и ремонт там тоже отличный. Так что — милости просим.

— Владыкин, у тебя что, в каждом городе по квартире? — не удержался я от вопроса.

— Ну не в каждом, конечно… Но в некоторых городах имеются. Вот в Москву, например, отец или я часто по разным вопросам мотаемся, так что она там просто необходима. Это намного удобнее, чем в гостинице, — объяснял он мне словно малому ребенку. — Можно заранее позвонить домработнице, которая приготовит нужный костюм, да и вообще…

— Что ты мне объясняешь, будто я сам не понимаю? — я подлил нам еще вина, чокнулся об бокал Михаила, выпил почти половину и подмигнул ему. — Не нужна мне там квартира, Император мне дом выделил.

— Вот как? Поздравляю, — граф отсалютовал мне бокалом вина. — Что за дом?

— Не знаю еще. Сам хочу на днях слетать на денек, посмотреть, что там к чему. Может быть слуг каких-нибудь нанять нужно или еще что-то такое — прямо еще одна головная боль.

— Ничего страшного, это приятные хлопоты, — заверил меня Владыкин. — Чем больше слуг придется нанять — тем лучше.

— Это еще почему? — не сразу понял я ход его мыслей.

— Как почему? Много слуг значит, что дом большой, а это хороший сигнал лично от Императора. Следовательно, ценят тебя, если в курятнике каком-нибудь не селят.

— Вот ты карьерист Миша, — усмехнулся я и хлопнул его по плечу. — Ты вообще думаешь о чем-нибудь, кроме очередного повышения?

— Редко, — ответил он. — И тебе советую почаще об этом думать, иначе сожрут тебя в Москве. Столичные волки позубастее местных будут, там лицом лучше не щелкать.

— Ну, это мы еще посмотрим, кто кого жрать будет, — сказал я и допил вино.

— Что будешь на личном фронте делать? — спросил он и откусил кусочек сыра. — Таганцева знает уже о переводе?

— Неа, — мотнул я головой. — Пока не знает.

— Так что же ты, ваше сиятельство, так и уедешь, ничего ей не сказав? — он удивленно поднял бровь.

— За кого ты меня принимаешь? Конечно нет, — я налил нам еще вина. — Сказать нужно обязательно. Этот наш с ней разговор станет последним.

— С чего ты взял? Вдруг она с тобой засобирается ехать?

— Не засобирается, — хмыкнул я. — Ты что, Таганцеву не знаешь? Она здесь на хорошем месте сидит, а карьера для нее это все.

— Правильно делает, между прочим. Она же не может все бросить и с тобой рвануть неизвестно куда. Дура будет если скажет, что с тобой хочет поехать.

— Вот сейчас как-то неприятно было, — сказал я и притворно нахмурился. — Это почему бы ей со мной не поехать?

— Ты молодой, ветреный, ненадежный… Бросишь ее и что ей потом делать?

— Слушай, Мишка, ты так рассуждаешь, как будто сто лет ее знаешь! Откуда ты знаешь, что она именно так думает?

— Я рассуждаю как здравый человек, — нетвердым голосом довел до моего сведения граф и поднял вверх указательный палец. — А Таганцева тоже не глупая баба, так что сам понимаешь.

— Да ладно, — махнул я рукой. — На самом деле я думаю так же, как и ты — никуда она ехать не захочет, даже если бы я предложил.

— Почему «даже»? — удивился Владыкин.

— Потому что я предлагать не собираюсь.

— Вот как?

— Угу, вот так. В женихи я ей все равно не гожусь, так что, зачем ей со мной время терять? Пусть каждый идет своей дорогой, пока может.

— По форме не совсем согласен, но по сути рассуждаешь верно, — поддержал мою точку зрения граф. — Ты для нее слишком молод, хотя и перспективен, этого отрицать нельзя. В любом случае, для тебя она не лучшая партия — у вас слишком разная весовая категория. Твой род намного древнее.

— Владыкин, я вот никак не пойму, ты что, вообще не веришь в такую штуку как любовь? Или любой брак для тебя это что-то вроде хода в шахматах?

— В любовь? Верю конечно, я же не идиот, — он выпил вина и улыбнулся. — Вот только причем здесь любовь и правильный брак? Оно конечно может совпасть, но я в это не верю.

— Как скучно ты живешь, граф…

— Каждому свое, — справедливо заметил он, а потом мы снова выпили.

Больше мы серьезных вопросов не касались, а просто наслаждались обществом друг друга и пили вино. Напиться в компании человека, которому можешь доверять, это дорогое удовольствие, которое позволить себе может далеко не каждый. Я вот, например, сегодня могу… Только даже понятия не имею, когда мне еще представится такая возможность?

Глава 2

Пьянка с Владыкиным и в самом деле стала для меня последней за последние недели. Не то, чтобы мой товарищ оказался вне доступа для меня, но вот времени не стало совсем. Дни сменяли друг друга очень быстро и приносили с собой существенные перемены в мою жизнь. Точнее сказать — я сам стремительно ее менял и начал это делать буквально на следующий день, после встречи с Михаилом.

Мне нужно было поговорить с Софьей, и я решил не откладывать этот разговор — чем раньше он произойдет, тем лучше. Поэтому после того, как более-менее отошел и привел себя в порядок, поехал к Таганцевой. К этому времени уже было около пяти часов вечера. Учитывая, что после ресторана мы с ним переместились в ночной клуб, из которого разъехались лишь под утро — это было неудивительно.

По пути я купил все, что она попросила и даже на всякий случай захватил бутылку вина. Мало ли как пойдет разговор. Может быть, даже что-то вроде прощального секса получится — все-таки ничего плохого я ей не делал и делать не собирался. Ну а то, что в разные стороны расходимся… Такое случается на каждом шагу. Кто-то характерами не сходится, кого-то обстоятельства вынуждают. Вот как меня, например.

Однако, когда Софья встретила меня на пороге своего дома, я сразу понял, что надежды на прощальный секс так и останутся надеждами. Нет, определенно все женщины ведьмы или как-то еще связаны с нечистью, других вариантов я не вижу. Вот как она узнала, что я к ней с не самым приятным разговором пожаловал? Каким местом почувствовала? Тем не менее, узнала и как-то почувствовала.

Я расспрашивал ее о самочувствии, а она тем временем ждала, пока я начну говорить о главном. Наконец, не выдержала сама:

— Слушай, виконт Соколов, мне кажется, ты хочешь о чем-то поговорить? Слишком ты сегодня подчеркнуто вежлив, молодой человек. На тебя это не похоже.

Примерно так и начался этот не самый приятный разговор. Я не стал долго тянуть и сразу выложил суть — меня переводят в Москву и ехать мне туда уже совсем скоро. Осталось несколько недель.

Нужно отдать Таганцевой должное, несмотря на ее взрывной характер, слушала она меня практически молча и перебивала крайне редко. В конце концов, она задала тот самый единственный вопрос, ради которого этот разговор, собственно, и затевался.

— И как мы теперь будем, капрал Соколов? — стальным голосом спросила она и посмотрела мне прямо в глаза. — Ты приехал позвать меня с собой или я ошибаюсь?

— Вообще-то я хотел спросить у тебя, насколько тебе нужен семнадцатилетний парень в качестве жениха?

— А как же любовь, виконт? — усмехнулась она. — Ты не допускаешь мысли, что я могла в тебя влюбиться?

Отвечать на этот вопрос я не стал. Что сказать? Разумеется, мне хотелось думать, что она влюблена в меня до беспамятства и как только я покину ее, тут же покончит с жизнью на почве безответной любви. Вот только, что-то мне подсказывало — вопрос задан чисто символически, чтобы проверить как я на него отвечу.

— Молчишь? Можешь не отвечать — я так и думала, что тебе нечего будет мне сказать.

Она как-то лихо поправила свой домашний халатик, что мне стали видны ее трусики, а груди в этот момент грозили выпасть наружу. Думаю, столь опытная девушка как Софья в этот момент весьма успешно разыгрывала представление под названием: «Чтобы ты видел, козел, что теряешь!». Вообще-то да, от прощального секса с Таганцевой я бы и в самом деле не отказался, здесь она полностью права.

— Между прочим, даже если бы ты сейчас очень просил, то я все равно не согласилась бы с тобой уехать, — продолжила она. — Я буду там все начинать сначала, а ты станешь волочиться за каждой юбкой и в итоге все равно эта история ничем не закончится.

— Вдруг не буду волочиться? — спросил я и получил в ответ обжигающий взгляд.

— Ну да, расскажи мне. Я помню, как ты пялился на меня в Академии! Не думаю, что за несколько месяцев, которые я тебя знаю, ты успел слишком сильно измениться.

Я посмотрел на нее и мне даже стало ее немного жаль. Все лицо опухшее, видимо и чувствует себя хреново, а тут еще я с не самыми приятными разговорами. С другой стороны, все вскоре заживет, и она вновь станет той самой Таганцевой, которой мечтает заглянуть под юбку практически каждый курсант.

— Может быть, мы все-таки выпьем по бокальчику? — я все же попытался пробить брешь в образовавшейся между нами стене.

— Не стоит, — она демонстративно запахнула свой халат. — Думаю тебе лучше уйти — нужно же собирать вещи в дорогу, чтобы на самолет успеть.

— Я пока еще никуда не уезжаю.

— Виконт, давайте не будем портить наших отношений. Я ведь сказала, что вам лучше уйти.

Вот примерно так и закончился наш разговор. Чтобы и в самом деле не ругаться, я ушел и поехал домой. На завтра у меня уже и в самом деле был запланирован полет в Москву. Вот только пока еще ознакомительный. Нужно посмотреть, что там с моим будущим жильем происходит и если это необходимо, нанять рабочих, чтобы привели его в порядок.

К полудню следующего дня я уже был в Москве. В памяти Соколова остались воспоминания про этот город, но они были какими-то отрывочными и бессистемными. Такое ощущение, что он страдал топографическим кретинизмом, поэтому обладал весьма скудной информацией о географии города.

Хотя, может быть, и второй вариант — парня все время возили на машине, поэтому для него не было острой необходимости запоминать расположение улиц и всего остального. Не знаю какой из вариантов верный, но я чувствовал себя здесь чужаком, который не знает абсолютно ничего. Так что, понимать где и что находится, удавалось только благодаря навигатору.

Как оказалось, мой дом был расположен в довольно уютном поселке, недалеко от города, который назывался Барвиха. Неплохое местечко, мне понравилось. Вот только от центра далеко — мое жилье в Саратове в этом плане было намного удобнее. Но зато мое собственное, без всякой аренды и тому подобных вещей.

Сам дом был двухэтажным и по размерам раза в три больше моего нынешнего. Внутри даже имелся небольшой бассейн. Хорошее дело — будет где освежиться утром. Кстати, может быть даже Тосика приучу здесь плескаться. Правда он у меня не самый большой любитель водных процедур, но надо же когда-нибудь начинать?

На придомовой территории имелся небольшой дом для прислуги на шесть комнат, а также довольной неплохой сад с маленьким искусственным водоемом и уютной беседкой. Кроме того, рядом с моим жилищем был еще один, совсем небольшой гостевой домик. В нем мелось всего три комнаты, зато каждая из них была с собственной ванной комнатой. Очень удобно.

В общем, должен сказать, что увиденная картина меня вполне устроила и наградой от Императора я был полностью доволен.

Может быть я, конечно, сделаю что-то внутри дома по своему вкусу, но в данный момент никаких ремонтов не требовалось, а вся необходимая мебель имелась в полном объеме. Остальные мелочи куплю потом, когда переберусь сюда окончательно.

Охранял это земельное владение сторож по имени Никодим. Весьма колоритный дед из бывших жандармов, носивший большие и пышные усы. В тот момент, когда мы с ним познакомились, он находился в легком подпитии, но держался при этом молодцом. Выглядел уверенно, а на все мои вопросы отвечал четко и внятно.

— Ты что, пьяный? — строго спросил я его, после того, как мы с ним более-менее познакомились, выяснили кто есть кто и даже немного побродили по моему владению.

— Так я для согрева, только стакан вина и хлопнул. Так что как есть трезвый, ваше благородие, — бодро ответил он и пожал плечами. — Оно ведь со скуки здесь и помереть можно.

— Можно, кто же спорит? — кивнул я. — Но если в следующий раз, когда приеду, увижу пьяным — выгоню взашей. Понял?

— Как не понять, ваше благородие? — Никодим шмыгнул сизым носом на холодном ветру. — Увидите пьяным — выгоните.

Умен, нечего сказать. Хотя, с другой стороны, из бывшего жандарма сторож будет неплохой… Вот только пить он вряд ли бросит, я этих парней знаю. Ладно, потом будем разбираться, что с ним делать. Надеюсь, до моего приезда владение по кирпичам не растащат.

Покрутившись в доме еще пару часов, я засобирался назад. Ну а что мне здесь еще делать? Владение осмотрел, сторожа настращал, а со слугами вопрос решим позже. Кто мне здесь нужен, кстати?

Поваром можно Бьянку с собой привезти, если сильно возражать не будет. Я даже не против ей немного доплатить — готовит она и в самом деле отлично. Садовник постоянный мне ни к чему — не так уж много у меня здесь насаждений. Вот за домом смотреть кому-то нужно, одна итальянка здесь не справится…

Я вытащил телефон, набрал номер и вскоре услышал знакомый голос:

— Володенька, — дрожащим голосом поприветствовала она меня и я тут же представил, как в ее глазах стоят слезы. — Как вы там, родимый наш? Хоть бы позвонили как-нибудь, столько времени прошло…

— Ну вот звоню, — сказал я. — Чего просто так названивать?

— А сейчас, случилось чего? — взволнованно спросила моя служанка из Ветрово. — Может быть, деньги нужны?

— Успокойся, никакие деньги мне не нужны, — сдались мне эти копейки. — Ты вот что… Ищи срочно вместо себя управляющего и давай ко мне перебирайся. Мне в новый дом служанка нужна смекалистая. Только особо там не задерживайся, на все дела срока тебе даю две недели, не больше.

— Батюшки! — радостно воскликнула тетка. — Вы, что же, в Саратове дом себе купили? Вот молодец какой! Где только деньги на него раздобыли?

— Не в Саратове… Мне Император в Москве владение выделил, так что, не тяни — делай что говорю.

— В Москве? — охнула Варвара. — Соколик вы наш родной… Конечно приеду, куда я денусь-то? Вот только… С Лизонькой моей, что делать? Я же ее не брошу, а она теперь со мной живет…

Тьфу ты черт! Ведь точно — Лизка же еще! Ну и что мне с ней делать? Целое бабье царство получается, зачем мне их здесь столько? Не бросать же ее там. Вот же…

— С собой ее заберешь — нечего ей в деревне сидеть. Девушка она у тебя… кхм… симпатичная, умелая… Так что найдем ей здесь жениха, — пообещал я. — Все поняла, что сказал? Через недельку наберу, узнаю — как вы там.

— Вот спасибо вам, благодетель наш! — закудахтала Варвара, но дальше я ее слушать не стал и отключил телефон. С этой теткой можно до утра разговаривать.

Ну, теперь точно все. Прислуги будет достаточно. Еще бы хорошо с Заплатиным увидеться и переговорить — все-таки наш поверенный бывший. Мужик он вроде бы неплохой, но нужно выяснить чем он сейчас дышит и какое отношение имеет к истории с казнью моей семьи. Но этим я займусь немного позже, пока не до него.

Закончив свои дела, я еще раз приказал Никодиму блюсти трезвый образ жизни и поехал в аэропорт. В Саратове у меня еще дел хватало.

* * *

Следующим вопросом, которым я решил заняться, стало получение мной очередного магического ранга. С этой целью я явился в Академию и предстал перед строгим взором Глеба Александровича Жданова, нашего наставника по магическим искусствам.

В прошлый раз, когда я получал ранг адепта, процесс занял у меня несколько дней. Учиться держать под контролем новые магические сущности и правильно при этом распоряжаться имеющимся запасом энергии — процесс не самый быстрый и весьма хлопотный. Так что, сколько времени потребуется в этот раз — большой вопрос.

Наставник нисколько не изменился — та же лысая голова, обожженное лицо и не самый приветливый взгляд. Он внимательно осмотрел меня и нахмурился:

— Явился, остолоп?

Ах да, я забыл — он же еще и на язык крайне не сдержан. Хотя раньше я воспринимал это более спокойно, теперь же мне очень сильно хотелось дать ему в ухо. Как-то я отвык за последнее время, что меня могут вот так запросто назвать остолопом.

— Между прочим…, — начал было я, но он по своему обыкновению сделал вид, что даже не услышал будто я что-то начал говорить.

— Возмужал немного, — хмыкнул он. — Хотя все равно — болван. Начальник Академии мне говорил, что ты должен будешь явиться ко мне по направлению от Департамента. Выходит, хочешь стать практиком?

— Есть такое желание. Мне кажется, что я уже готов.

— Посмотрим, — сказал он и неопределенно пожал плечами. — Я уже привык, что каждый из вас считает себя могучим Одаренным, который способен сокрушить мир. На самом деле, единственная ваша способность — это громко портить воздух.

Вот с этим я был не очень согласен и открыл было рот, чтобы возразить, но Жданов поднял руку и остановил меня.

— Хотя должен признать, что ты и в самом деле посмышленее некоторых своих товарищей, — продолжил он. — Кроме того еще и владеешь магией времени… Уникальный парень сразу с двумя сильными Дарами… Мне будет интересно с тобой поработать.

По идее, сейчас я должен поблагодарить небеса, что Жданов меня похвалил. Судя по всему, в очередной раз сдохло что-то большое на планете Джок…

— Когда ты намерен переехать в Академию? — спросил он.

Это еще зачем, интересно знать? Мне вот совсем не хочется вновь оказаться среди курсантов — одного раза мне было вполне достаточно.

— Вообще-то я надеялся, что буду жить дома и являться сюда по какому-то особому графику.

— Не получится, Соколов, — покачал головой Жданов. — С этим рангом так не работает. Заниматься с тобой целыми днями я не смогу — не забывай, кроме тебя, в этом здании еще будет находиться толпа прочих безмозглых тупиц, которых мне нужно хоть чему-то научить перед выпуском. Поэтому будем заниматься еще и ночью. Если я живу в Академии время от времени, почему бы и тебе так не поступить?

— Как-то уже привык спать дома, — честно ответил я.

— Дома лучше, согласен. Но ты же Мироходец, верно? А значит должен быть готов к временным трудностям, — сообщил мне наставник. — Так что, заканчивай пререкаться со старшими и топай к начальнику Академии. Может быть, Белавин будет так добр к тебе, что даже выделит отдельную комнату.

Собственно, другого выхода у меня все равно не было — в конце концов, это Жданову решать где я должен жить во время обучения. Поэтому мне оставалось лишь воспользоваться советом наставника.

— Завтра в семь утра жду тебя в зале магической подготовки — будем вправлять тебе мозги, — сказал мне на прощание Жданов и я пошел решать вопрос со своим временным поселением.

По пути к начальнику Академии, я встретил Кочеткова, который был рад меня видеть и даже хлопнул по плечу.

— О! Соколов! Какими судьбами? Неужели соскучился за родными преподавателями?

— Ага, за одним из них, если быть точным, — ответил я. — Вот иду к Белавину комнату просить. Судя по всему, я у вас здесь немного поживу.

После этих слов улыбка сползла с лица Кочеткова и штурмовик немного приуныл.

— Ты знаешь, с тех пор как вы с Владыкиным выпустились, у нас здесь более-менее спокойно стало, так что, своими намерениями ты меня пугаешь, — сказал он. — У нас здесь жандармы несколько дней жили, как бы чего опять не случилось.

— Не переживай, не случится, — заверил я его и подмигнул. — Это же уже несколько месяцев назад было. Мы тогда с графом еще молодые были, горячие сердца приключений требовали… А сейчас я уже остепенился.

— Да? — хмыкнул Кочетков. — Что-то я сильно сомневаюсь. Ну ладно, иди к Белавину. Только комнату все-таки отдельную проси, чтобы не с остальными курсантами вместе.

— Не понял?

— Мне здесь дуэлей и без тебя хватает, — пробурчал Арсений Владимирович. — Начнете опять достоинствами меряться…

— Ну, тут уж как начальник решит. Я же не могу ему приказать, чтобы он мне отдельные апартаменты выделил?

Штурмовик на секунду задумался, а потом махнул рукой.

— Пошли вместе. Сначала я к нему сам зайду на пару слов, ну а потом уже твоя очередь. Думаю, мы этот вопрос решим.

Глава 3

В Академии я провел без малого две недели, так что даже успел себя снова почувствовать курсантом.

Как и обещал Кочетков, вопрос с отдельной комнатой для меня он решил. Не прошло даже нескольких минут нашего разговора с начальником Академии и Белавин уже сам предложил мне вариант одиночного проживания. Он сказал, что так будет лучше для всех и я в этом был полностью с ним согласен.

В общем, вечером того же дня, я уже перебрался в Академию. Только забрал дома все необходимое, Тосика и переехал в учебное заведение. Плюшевый, конечно, был не в особом восторге от переезда, так что пришлось ему купить планшет, чтобы он мог смотреть свои сериалы.

Кстати, в последнее время он подсел на них конкретно и теперь следил не только за героями «Полиции Москвы», но также был в курсе, что происходит у персонажей «Скорой помощи», «Дежурной части» и даже следил за приключениями «Строптивой служанки». Вот последний сериал меня настораживал, если так пойдет и дальше, то он переключится на «Похотливых горничных», а это уже перебор.

Как бы там ни было, но мой подарок превратил плюшевого в покорного и верного друга, который был готов потакать любым моим прихотям. Даже такой глупости, как переезд в Академию, пусть и временный.

Все то время, пока я был в обучении у Жданова, с Софьей мы не виделись ни разу. По официальной версии она была на больничном, хотя я думаю, что это не так. Одаренных целителей в Департаменте было достаточно, чтобы довольно быстро убрать все повреждения с ее лица.

Просто она не хотела лишний раз наблюдать мою физиономию. Впрочем, так даже лучше — дурные мысли могли бы меня отвлекать от процесса.

Кстати, буквально через два дня, как я заселился в Академию, меня навестила Екатерина. Она приехала в Саратов всего на несколько часов, чтобы увидеться со мной и забрать артефакт.

Разумеется, девушка рассыпалась в благодарностях и все-такое, но вот как-то слишком все быстро и на ходу — она постоянно дергалась и боялась опоздать на самолет, кроме того, телефон у Салтыковой не умолкал ни на минуту. Она, конечно, извинялась и объясняла, что была в командировке, а теперь скопилось много нерешенных вопросов, но тем не менее. Буду надеяться, что ее обещание компенсировать суетливый обед, нормальным ужином — не пустой звук. По крайней мере, нам удалось хотя бы вместе пообедать и немного поговорить, может быть, и в самом деле у девчонки проблемы глобальной важности.

Ну, а Жданов все две недели пил из меня кровь как самый настоящий вампир. Не давал покоя ни днем, ни ночью. Иногда случались дни, когда я даже не ходил в столовую после очередной тренировки — просто приходил и валился в кровать. Сил не было совсем — ни физических, ни моральных.

Он действительно был мастером своего дела и вытряхивал из меня все, на что я был способен. Поначалу мне приходилось очень непросто, но постепенно дело сдвинулось с мертвой точки. Сначала наставник добился того, что мои старые заклинания стали намного мощнее, а энергии на них я тратил гораздо меньше. Теперь мой Огненный шар был очень опасной штукой и мог доставить врагам большие проблемы.

Или, например, Огненный элементаль, который на моем новом ранге практика, просто стал каким-то монстром в два раза больше и эффективнее прежнего.

Разумеется, не обошлось и без новых заклинаний. Правда их было всего два — Лавовый элементаль и Огненный шторм, но и это было большим успехом.

Жданову пришлось хорошо со мной поработать, пока я понял, как должен преобразовывать магическую энергию Соколова, чтобы вместо Огненного элементаля у меня получился Лавовый, но ведь главное результат, а он был, и мой наставник считал, что справляюсь я неплохо.

Когда мы расставались, Глеб Александрович все-таки меня похвалил и с сожалением сообщил, что когда придет время, то на следующий ранг он меня поднять уже не сможет. Чтобы стать наставником мне придется подыскивать себе грандмастера стихийника, а это непросто. В Российской империи их не так, чтобы много. Но меня пока эти проблемы мало беспокоили — до этого времени еще много воды утечет.

После того, как я закончил со своим магическим рангом, дел в Саратовском княжестве у меня не осталось. Да и времени оставалось мало. С каждым днем приближался тот момент, когда мне нужно будет явиться в Департамент Великого Московского княжества, знакомиться со своим новым начальством.

В оставшиеся дни я закончил ремонт в доме, который снимал до этого — сдавать его обратно в полуразрушенном виде особого смысла не было. Деньги за его восстановление с меня бы все равно содрали, так что лучше его самому отремонтировать — в несколько раз дешевле обойдется.

Еще я отправил в Москву Бьянку, которую там уже неделю как дожидалась Варвара с Лизой и, собственно, все.

Когда я сам вылетал в столицу, у меня в запасе оставалось всего пара дней, до момента начала службы. Их как раз хватит, чтобы навестить столичные магазины одежды и прикупить себе что-то в духе времени. Боюсь, мой нынешний гардероб будет казаться там не самым актуальным, так как я давно его не обновлял.

Кроме того, в столице я хотел обзавестись собственным автотранспортом. Одну машину я хотел взять в аренду, чтобы усадить на нее водителя, а вот вторую хотел купить для себя лично. Сидеть с комфортом на заднем сидении это, конечно, хорошо, вот только иногда хочется и самому погонять. Благо я уже мог позволить себе небольшие мужские радости.

В аэропорт Владыкин пожелал отвезти меня лично, так что перед вылетом мы с ним еще распили бутылку коньяка, чтобы дорога была легкой. Затем он пообещал вскорости навестить меня в столице — и на том мы расстались.

После горячительного дорога и в самом деле показалась не самой тяжелой. Практически весь полет я сладко спал и проснулся, когда меня разбудила симпатичная стюардесса и сообщила, что мы уже в Москве.

Меня ждала машина, которую наняла Варвара. Кстати, надо будет подумать — может быть, стоит завести себе симпатичную помощницу какую-нибудь? Такую, чтобы с головой дружила. А то пока я объяснял Варваре, что мне от нее нужно, нервных клеток истратил больше, чем за все время обучения со Ждановым. По хозяйству тетка, конечно, хорошо управлялась, а вот со всем остальным… В общем, над помощницей нужно будет подумать.

Отправить женщин в Барвиху за несколько дней до моего приезда, было очень правильным решением. К тому моменту, когда я приехал, мое владение уже совсем не выглядело таким же покинутым и немного мрачным, каким оно показалось мне в прошлый раз.

На входе меня встречал бравый Никодим с лихо закрученными усами. Запаха от него я не услышал, но мне все равно показалось, что он малость выпивши. Вот же, паршивец! Как он умудрился так, чтобы запаха не осталось? Надо думать, что это некий профессиональный навык.

Затем мне на грудь бросилась Варвара и принялась содрогаться в рыданиях, приговаривая между всхлипами, что я повзрослел, возмужал и стал похож на батюшку еще сильнее.

Глядя на нее, даже Бьянка не удержалась и пустила слезу. Последней к ним присоединилась Лиза, которая к моему приезду навела эффектный макияж. Правда, теперь тушь у нее потекла по щекам… но, по крайней мере, она старалась.

Остановить бесконечный поток женских слез мне удалось минут через десять, да и то, это сделал не я, а Тосик, которому надоело сидеть на одном месте. Увидев его Варвара перекрестилась, а счастливая Бьянка схватила плюшевого на руки.

— Белиссимо бамбини! — сказала она, сдавив зверюшку так, что большие зеленые глаза Тосика, чуть не вылезли из орбит.

— Карамбааа…. Димиииирр….

Пытаясь спастись, он протянул ко мне лапки, но я решил оставить его с дамами — уж лучше плюшевый, чем я. На всякий случай, я погрозил Никодиму пальцем и пошел в дом. Начнем потихоньку обживаться.

* * *

Департамент Великого Московского княжества располагался в очень примечательном здании, которое было похоже на небольшую средневековую крепость. Хотя по нему и было видно, что это не историческое наследие столицы, а новодел, построено было очень неплохо и выглядело внушительно.

В новой форме, с нашивками капрала, я топал по длинному узкому коридору и мои шаги отдавались вокруг гулким эхом. Не знаю почему, но обстановка внутри Департамента неуловимо напомнила мне Саратовскую Академию Мироходцев. Было что-то схожее.

Меня ждали в кабинете 217 к десяти часам утра, и я прибыл вовремя. Для приличия постучал в дверь, но не дождался приглашения и вошел внутрь.

Обстановка внутри довольно большого кабинета была весьма аскетичной. Длинный стол, вдоль которого в два ряда тянулись стулья, длинный кожаный диван, несколько шкафов и огромный аквариум в полстены — вот и всей обстановки. Правда, мебель из какого-то розового дерева, которое я вижу впервые, а в остальном все довольно просто.

В конце стола сидел мужчина, примерно сорока лет. У него было худое, немного вытянутое бледное лицо, но при этом какой-то удивительно острый и колючий взгляд. В какой-то момент мне показалось, что если он задержит его на мне дольше чем на несколько секунд, то проткнет меня насквозь.

Мужчина был в форме, но без знаков различия, поэтому его звание осталось для меня пока загадкой.

На одном из стульев напротив него сидела Екатерина Салтыкова собственной персоной. Увидев меня, лицо Екатерины тронула легкая улыбка — видимо максимум, который она могла позволить себе в данном случае.

— Капрал Соколов Владимир Михайлович, прибыл согласно переводу из Саратовского княжества, — представился я.

Мужчина молча кивнул и указал на стул напротив себя. Я сел за стол, кивнул Салтыковой и стал ждать дальнейшего развития событий. Наконец ему надоело дырявить меня глазами и он повел разговор.

— Как устроились в Москве, Соколов? — голос у него был тихий и вкрадчивый, наверное, именно так разговаривали бы удавы, если бы умели это делать.

— Спасибо, неплохо.

— Насколько я знаю, вы давно уже здесь не были… Как вам нравится город? Говорят, что он меняется буквально на глазах, но я вот что-то не замечаю.

— В последнее время я был очень занят, так что еще не успел как следует осмотреться. Но говорят, что большие города и в самом деле имеют свойство быстро меняться.

Он еще какое-то время смотрел на меня, а потом наконец представился:

— Меня зовут Гринев Василий Денисович, по званию я — аншеф. Нашивок не ношу, потому что числюсь в особом отделе — нам не положено звания свои показывать, — он нахмурился, будто расстроился от того, что вынужден был сообщить мне об этом. — Тебе говорю об этом — потому что с сегодняшнего дня, ты поступаешь в подчинение нашему отделу. Я буду твоим куратором. Кстати, сегодня последний раз, когда я вижу нашивку на твоей форме — дома срежешь. Есть какие-нибудь вопросы ко мне по поводу того, что я уже сказал?

Особый отдел… Вот что-то не очень мне это нравится. В обычных отделах оно как-то спокойнее работается, а эти парни даже нашивки не носят.

Я посмотрел на Салтыкову и глядя на ее улыбку понял, что ее заслуга в этом тоже имеется. Чем этот отдел занимается, интересно знать?

— Да нет, Василий Денисович, никаких вопросов у меня нет. Пока все понятно. Думаю, что мне нужно еще знать — вы и сами сейчас расскажете.

— Вот это правильная позиция, — хмыкнул аншеф. — Похоже мне не зря вас рекомендовали.

Он побарабанил пальцами по столу, и я заметил на его руке родовой перстень — синее сердце на белом поле. Кстати, нужно будет потом посмотреть в сети его титул, чтобы знать кто у меня куратор. В отличии от Владыкина, я по гербам все дворянские фамилии наизусть не знал — это он у нас специалист по геральдике.

— Екатерина Андреевна рассказала нам о вашем… скажем так — эксперименте с ее артефактом, а теперь пришел ваш черед. Очень хочется послушать о ваших приключениях. Не думаю, что вы ей все рассказали, — сказал Гринев и посмотрел на меня своим орлиным взглядом.

— Не все, конечно, — кивнул я.

— Вот и рассказывайте тогда. Начинайте с самого начала. Меня интересует буквально все: через какой Портал в иной мир попадали? Почему именно его выбрали? Ну и так далее. Я вас перебивать не буду — все, что мне нужно будет, уточню после вашего рассказа. Так что, приступайте.

И я приступил. В общем и целом, мой рассказ занял около пятнадцати минут. Выбранный мной Портал я показал на Модуле Салтыковой, так как свой я сдал в Саратовский Департамент и мне его пока никто не вернул.

Когда я закончил, Василий Денисович вытащил из недр своего стола пепельницу и коробку с сигарами. Выбрал одну, обрезал ее гильотиной, раскурил и закрыл глаза. В этот момент я посмотрел на Екатерину и она в ответ лишь пожала плечами — мол, ну вот такой он мужик.

С закрытыми глазами он сидел пару минут, не меньше. Если бы он не курил в этот момент, то можно было бы предположить, что он и вовсе заснул.

— То есть подземелье внутри Портала и то, что вы увидели снаружи не отличалось вообще ничем? — спросил он наконец и открыл глаза.

— Только тем, что в ином мире над моей головой светило солнце и имелось чистое голубое небо. Храмы, воздух и песок были такими же, — ответил я. — Твари, которые напали на меня, тоже ничем особо не отличались. Может быть, только размеров все они были разных, а в остальном…

— Как интересно, — задумчиво сказал аншеф, затем затянулся и не спеша выпустил дым. — Ну, а почему именно этот Портал выбрали?

— Мы были там вместе со своим отделением на выпускном экзамене и уничтожили Сердце. Поэтому я очень хорошо знал этот Портал. Ну, а кроме того, я подумал, что если окажусь в каком-то похожем месте, то уже буду знать с чем мне придется столкнуться, — ответил я, объяснив, чем руководствовался в своем решении. — Так и получилось. За исключением того момента, что тварей было четыре штуки, а это для меня слишком.

— Правильное решение, виконт, и своевременное, — серьезно сказал мне Василий Денисович. — Я бы на вашем месте поступил аналогичным образом — пытаться с ними сражаться, слишком неоправданный риск. Да и задачи такой не стояло.

Он повернулся на стуле, открыл стоявший у него за спиной шкаф, затем вытащил из него Модуль и протянул его мне.

— Возьмите, это ваш. Что с ним произошло?

— Ну, я же уже сказал — он просто перестал работать после того, как я оказался в ином мире, — ответил я, надевая Модуль на руку.

— Именно после этого? Не раньше? — уточнил аншеф. — Нам нужно это знать, при подготовке Модулей для остальных членов отряда.

— Не раньше. В самом подземелье я пользовался им и Модуль точно работал, — сказал я. — Мне показалось, вы сказали о каком-то отряде?

— Не показалось. Но вам пока об этом знать не нужно, хотя это касается в том числе и вас лично — всему свое время.

Сплошные секреты. Зачем тогда вообще говорить об этом?

Гринев ткнул сигарой в пепельницу и потянулся на стуле, расправив плечи. В его спине что-то хрустнуло.

— В общем, вы мне понравились, Соколов, так что можете считать, что вы в отделе, — на его лице появилась легкая улыбка и это, вероятно, должно было означать, что он в прекрасном расположении духа.

— Польщен, — усмехнулся я в ответ.

— Значит я вас больше не держу — сегодня можете заниматься своими делами, — сказал он. — Но вот в ближайшие дни ждите от меня звонка. Скоро вас ждет интересная работа.

Я встал и вопросительно посмотрел на Салтыкову, а она, в свою очередь на Гринева.

— Василий Денисович, мне нужно переговорить с виконтом.

— Давайте, только быстро, — кивнул удав.

Мы вышли с ней в коридор, она взяла меня за руку и посмотрела в глаза таким взглядом, будто была передо мной в чем-то виновна.

— Володя, не жди меня. Через полтора часа я лечу в Рязань, так что…

Теперь понятно с чего вдруг такой взгляд. Что за хреновина? Она вообще о чем-нибудь думает, кроме своих артефактов и научных экспериментов?

— Опять твои научные дела? — она кивнула и опустила глаза. — Ладно, позвонишь.

Я повернулся и пошел на выход. Настроение как-то сразу испортилось. Вообще-то я собирался пригласить эту девушку на ужин, но, судя по всему, с ней ничего нельзя планировать заранее.

Завидев меня, водитель выскочил из машины и услужливо распахнул передо мной дверь «Мерседеса».

— Поехали домой, — сказал я и хлопнул дверью, сильнее чем требовалось.

До самой Барвихи я ехал молча и не сказал ни слова. Но понемногу пришел в себя и успокоился. Что делать, если она ученая? Не могу же я ее заставить перестать заниматься всем этим. Да и нужным делом занимается… Ну хорошо, посмотрим, как оно будет.

Ворота открылись, машина заехала на территорию владения, я вышел и глубоко вздохнул. Все-таки прохладный зимний воздух — это прекрасно. Кстати, а почему это Никодим меня не встречает? В его личном владении свет горит… Понятное дело, что я и без него на территорию попаду, но порядок — есть порядок.

Я прошел в его небольшую сторожку, в которой он находился в течении дня, открыл дверь и замер. За столом сидел Никадим, напротив него Тосик, а на столе стояло несколько пивных банок, часть которых была открыта.

— Не понял, — совершенно честно сказал я. — Это что за хреновина здесь происходит?

— Барон Димир… ик… карамба…

Глава 4

Утром, как только я закончил завтракать и перешел к чаю, Варвара привела ко мне Никодима и Тосика. Нужно ли говорить, что оба стояли передо мной с опущенными головами, не решаясь посмотреть мне в глаза?

Вообще-то, они еще вчера требовали допуска к моему телу, чтобы попытаться объяснить, как так вышло, но я специально перенес разговор на утро. Пусть чувство вины накопится, чтобы от разговора пользы было больше.

Выдержав театральную паузу, я посмотрел на сторожа и решил начать с него, как с более старшего.

— Давай, Никадим, для начала послушаем тебя — рассказывай.

— Так а чего тут, ваше сиятельство, — начал он и почесал нос. — Значит так дело было. Сижу я у себя в сторожке, как вдруг приходит этот нехристь и давай меня от работы разговорами отвлекать.

В этот момент Тосик дернул деда за штанину и посмотрел на него злобным взглядом:

— Никадим стукач карамба…

— Тосик, я тебя планшета лишу! — пообещал я плюшевому. — Пусть Никодим говорит.

— Ну вот я и говорю — приходит этот нехристь…

— Дед, это я уже слышал, — оборвал я его. — Ты давай ближе к делу.

— Я и говорю ближе к делу, — кивнул он. — Сижу я у себя в сторожке, как вдруг…

— Тьфу ты черт! — я не удержался и стукнул по столу. — Слышал я уже, что ты в сторожке своей сидишь! Где пиво взяли?

В этот момент Тосик подбежал ко мне, забрался на соседний стул и показал и сообщил:

— Пиво Никадим карамба!

— Сам ты стукач, — пробормотал дед в ответ на это.

— Ну ка, быстро слез со стула и встал рядом с Никодимом! — строго сказал я Тосику и глядя как он шлепает обратно, задумался что с ними делать.

С одной стороны, ничего плохого они натворить не успели, да и рабочий день у Никодима до пяти, а к тому времени, когда я приехал, уже седьмой час шел. Но вот с другой стороны — совместная пьянка плюшевого со сторожем, это как-то не очень. Так они здесь еще устроят что-нибудь этакое. Это ладно вчера Тосик спать лег, а если бы он по пьяни шоколада обожрался, тогда что? Новое поместье здесь потом выстраивать? Нужно будет что-то решать…

Вообще-то им повезло, что я вчера разбор полетов не устроил, иначе досталось бы им крепко. Кстати, до вчерашнего дня я вообще не знал, что плюшевый может спиртное употреблять, но оказывается вполне себе может. Дела, блин.

— С какой целью пили? — спросил я.

— Так это, с целью знакомства, выходит, — почесал затылок Никодим. — С нехристем этим.

— Познакомились?

— Никодим карамба…

— Понятно. Ну, значит вот какое я принимаю решение. Ты оштрафован на тридцать процентов зарплаты, — сказал я и указал пальцем на сторожа. — А ты, друг мой милый, на две недели без планшета. Всем все понятно?

Ответа я не дождался. Никодим шмыгал носом, а Тосик злобно смотрел на него и щурился — видимо, лишение планшета он простит ему нескоро. Вот и хорошо, по крайней мере хоть какое-то время могу спать спокойно и не переживать, что они вновь чего-то учудят. Ну а то, что познакомились и подружились — это хорошо.

— Если вопросов больше нет, господа, то можете расходиться по своим делам, я никого не задерживаю.

— Стукач карамба, — бурчал Тосик, когда они покидали комнату, а сторож в ответ пытался пнуть его под зад.

Сразу после их ухода в комнату вошла Лиза, чтобы убрать со стола. Я посмотрел на ее короткую юбку, тесную белую рубашку и подумал о том, что надо будет ей потом кое-что объяснить насчет одежды — глаз она, конечно, радует, но… В общем, нужно будет одеть ее изысканнее, нечего с голым задом по дому шастать.

— Виконт, вы не забыли, на половину одиннадцатого у вас назначен завтрак с Императором? — спросила она и кокетливо улыбнулась.

Да и вот с этими манерами тоже нужно что-то сделать… Может быть, отдать ее в обучение и сделать из нее личную помощницу? Девочка она смышленая, нашему роду не чужая, да к тому же симпатичная… Интересная мысль! Обдумаю на досуге.

Насчет завтрака я, естественно, помню — разве о таком забудешь? Вчера вечером Варвара меня удивила, когда я приехал домой. Дала белый гербовый конверт с золоченным вензелем и сказала, что днем доставлено с важным курьером от его императорского величества. Внутри конверта имелось приглашение на завтрак от Императора Российской империи Романова Николая Александровича.

Я и сейчас немного нервничаю по этому поводу, а вчера и вовсе оторопел от неожиданности. Зачем я ему, интересно знать, понадобился? Поначалу даже какие-то соображения на этот счет в голову приходили, но потом я понял, что это все ерунда полная и за каким чертом он меня позвал, я все равно не догадаюсь. Так что перестал гадать и решил дождаться факта.

— Не забыл, разумеется, — ответил я, допил чай и встал из-за стола. — Что с моим костюмом?

— Все в порядке, ваше сиятельство, — ответила девушка. — Водитель вас, как вы и сказали, с семи утра дожидается.

Ну тогда не будем откладывать поездку — лучше на полчаса пораньше приехать, чем опоздать.

— Вот и хорошо, что дожидается. Иди скажи ему пусть греет машину, сейчас в Кремлевский дворец поедем.

Лиза метнулась к выходу из комнаты, а я пошел одеваться. Кстати, нужно Варваре сказать, чтобы на ужин к нам Заплатина пригласила. Пришло время с ним переговорить о трудном детстве и горькой судьбе моих родственников. Послушаем, что он мне расскажет.

* * *

По пути во дворец, я гадал в каком формате пройдет завтрак и очень не хотел, чтобы это было чистой формальностью и кроме меня там еще сотня человек. Практического смысла в подобных встречах лично для себя я не видел. Поговорить нормально все равно возможности нет, так… на людей посмотреть и своим присутствием на подобном мероприятии похвастать.

Это вот Мишка Владыкин за такое приглашение запросто мог бы руку отдать, так как был прожженным карьеристом. Я же считаю все это потерей времени, так как подобное внимание зачастую условно. Из своего прошлого жизненного опыта я знаю об этом не понаслышке, сам неоднократно прибегал к подобным методам поощрения.

Однако Император меня порадовал — хотя зал, куда меня проводили, был довольно большим, стол был сервирован на две персоны. Это было весьма неожиданно. Обстоятельство было приятным и одновременно с этим настораживало. Видимо разговор предстоит не о погоде.

В ожидании Николая я рассматривал картины, которыми были увешаны стены комнаты, так что особо не скучал. Впрочем, долго себя ждать он не заставил и без десяти минут одиннадцать стремительной походкой ворвался в комнату.

Он был немного выше меня, гладко выбрит, выглядел свежо и моложе своих тридцати пяти лет, одет был в темно-синий костюм. Мне он скорее понравился. Императора сопровождала пара гвардейцев, которые неподвижно замерли возле входа в комнату.

— Ваше Императорское Величество, — поприветствовал я его, почтительно склонив голову.

— Рад вас видеть, виконт, — ответил он мне и пригласил к столу. — Присаживайтесь и расслабьтесь, а то у вас такой вид, будто вы проглотили швабру.

Я послушно сел на указанное им место и поправил салфетку.

— Наконец-то позавтракаю в компании молодого человека, а то от этих стариков как-то устаешь, — улыбнулся он.

В этот момент в комнату вошел небольшой отряд слуг, которые ловко и умело подали нам еду. На завтрак был плов с раками, а в качестве десерта подали грушу в вине. Достаточно сытно, но так чтобы потом не тяготиться съеденным. Годится. Из напитков имелось несколько видов сока.

После того, как слуги ушли, Император махнул рукой гвардейцам, чтобы и они вышли.

— Кушайте, виконт, и чувствуйте себя свободнее. Не сидите как девица на выданье, я этого не люблю, — улыбнулся Николай Александрович и вооружился вилкой. — Создается ощущение, что я пригласил вас на допрос в тайную канцелярию, а между тем — у меня просто возникло острое желание побеседовать с вами.

— Я попробую, — пообещал я.

— Нет уж, вы постарайтесь, — хмыкнул Романов и приступил к еде. Я последовал его примеру.

— Как вам ваше новое владение в Барвихе? — спросил Николай через несколько минут. — Мне показалось, что молодого человека его размеров будет вполне достаточно.

— Так и есть Ваше Императорское Величество, меня бы устроило и что-нибудь попроще.

— Да, мне говорили, что вы не особо честолюбивый молодой человек, — он посмотрел на меня и усмехнулся. — В нынешние времена — это качество большая редкость. Все хотят наверх и как можно скорее.

Я ничего не ответил, не стану же я себя нахваливать?

— Ладно, оставим это. Я хотел вам выразить благодарность за помощь моему другу Захрану. Он вас очень хвалил. Просил напомнить, что вы можете обратиться к нему с любой просьбой, когда в этом возникнет необходимость.

— Спасибо, я помню.

— Угу, ну и я всегда отвечаю добром на хорошие дела.

— Это я уже заметил, благодарю.

— Ерунда. Мелочи, о которых даже неловко говорить, — Император отодвинул свою тарелку в сторону и приступил к груше. — Кстати, я был очень удивлен, когда несколько месяцев назад мне доложили, что вы поступили в Саратовскую Академию Мироходцев. Думаю, причины моего удивления вам понятны?

Так, ну вот, собственно, мы и приступили к главному разговору сегодняшнего завтрака. Все, что происходило со мной до этого момента, на самом деле неважно — так, небольшая проверка, во время которой на меня просто смотрели. Именно сейчас он будет думать, как со мной поступить дальше.

— Не совсем понятны, Ваше Императорское Величество. Я посчитал своим долгом поступить так, как и должен был поступить истинный дворянин. Пришел на помощь своему Отечеству в сложное для него время.

— Виконт, не стройте из себя дурака, у вас это не очень хорошо получается, — сказал Романов и ткнул в мою сторону вилкой. — Вам ведь ясен смысл моего вопроса, не так ли?

— Разумеется. Но я не думаю, что должен обсуждать ваше решение… В любом случае — я принял решение поступить в Академию вполне осознанно, меня никто не принуждал.

Некоторое время мы молча ели. Я покончил с пловом и приступил к груше, а Император ковырял ее вилкой, пытаясь избавить запеченный фрукт от кожуры. Получалось не очень. Наконец он плюнул на это дело и налил себе сока.

— Мне доложили о вашем эксперименте, в котором вы участвовали вместе с Салтыковой, — сказал он после продолжительной паузы. — Очень смелый и достойный поступок. Расскажите о причинах. Все-таки не каждый на это отважится.

Ну вот и что ему сейчас сказать? Что дело не только в моем желании помочь Империи поскорее покончить с этой нечистью, но еще и в том, что мне понравилась Екатерина и очень сильно захотелось ей помочь? Интересно, как бы он к этому отнесся, скажи я так.

— Я хочу, чтобы эта война поскорее закончилась, Ваше Императорское Величество. Слишком много достойных людей на ней гибнут и слишком много недостойных на ней зарабатывают. Мне кажется, это не очень правильно.

— Достойный ответ, — улыбнулся Романов. — Но вот какой-то слишком сладкий. Я бы даже сказал — приторный. Неужели дело только в этом? Если вы сейчас скажете, что это так, то я буду считать свое время, которое я потратил на завтрак с вами, напрасно потерянным.

— Есть еще одна причина, — я прекратил есть и посмотрел в глаза Николаю. Если хочет честного ответа, он его получит. — Учитывая обстоятельства, в которых оказался мой род, для меня это единственный путь вернуть уважение к нашей фамилии. Во всяком случае, с этого стоит начать, а потом уже… разобраться во всем остальном.

— Вот это уже ближе к делу, — кивнул он. — Мне нужно было услышать это от вас. Мы хотим затеять большое дело и вы, возможно, будете в нем участвовать в числе прочих. Поэтому мне необходимо знать — насколько лично я могу доверять вам. Ведь вы могли затаить обиду…

— На вас мне нечего обижаться, Ваше Императорское Величество — так сложились обстоятельства.

— Вот как? — удивленно посмотрел на меня Романов. — Почему вы так говорите?

— У меня есть основания полагать, что моего отца подставили. Поэтому никакой обиды на вас у меня нет, но вот на некоторых прочих она имеется…

Какое-то время в комнате было тихо. Император молча пил сок, а я заканчивал с грушей, которая к этому моменту начала казаться мне безвкусной.

— Я тоже буду честен с вами, виконт, и вот что скажу… Ваш отец… Я был знаком с ним и он мне нравился. Когда вскрылось это дело, я даже не поверил, что это так, но… В общем, я понимаю, что вы хотите добиться восстановления доброго имени Михаила Федоровича…

Он замолчал и я воспользовался паузой.

— Не только восстановления его доброго имени, но еще я очень хочу справедливости. Мне кажется, что добиться этого моя прямая обязанность.

— У вас есть какие-то конкретные обвинения и доказательства, виконт?

— Пока нет, но я буду стараться их найти.

— Понятно, — усмехнулся Романов. — Достойное желание, если, конечно, оно имеет под собой какие-то основания. Ну и то, что не бросаетесь обвинениями, пока этих самых доказательств у вас нет — это тоже правильно. К чему сотрясать воздух пустыми словами? Кстати, у меня к вам вопрос — вы знаете, что в Саратовской жандармерии вас называли Кровавым Бароном?

— Неужели? — надо же, какие интересные вещи всплывают за завтраком с Императором. — С чего бы?

— Вам лучше знать, — с улыбкой ответил он. — Может быть потому, что вокруг вас все время происходили весьма странные и загадочные события? Насколько я успел понять, их было довольно много за сравнительно небольшой период.

Так, значит с моим послужным списком он познакомился весьма подробно. Хотя, чему я удивляюсь — разве я поступил бы как-нибудь иначе?

— Видит Бог, я этого не хотел. Почему-то так происходит, что меня все время кто-то хочет убить.

— Я тоже обратил на это внимание, — хмыкнул Николай. — В связи с этим у меня к вам будет просьба — постарайтесь сделать так, чтобы в столичной жандармерии за вами не закрепилось аналогичного прозвища.

— Разумеется, Ваше Императорское Величество. Вообще-то, по натуре я весьма добр.

— Тогда давайте на этом и завершим нашу трапезу. Мне было приятно с вами познакомиться, виконт. Надеюсь, мы еще с вами увидимся.

Встали из-за стола мы с ним одновременно. Он еще раз кивнул мне и все той же стремительной походкой вышел из комнаты, оставив меня одного.

* * *

Великое княжество Московское.

Москва.

Кремлевский дворец.

Глава тайной канцелярии Игнатьев Яков Дмитриевич, который в Империи был более известен по прозвищу Ворон, очень нервничал. На его памяти Император вызывал его вечером во дворец лишь трижды, предпочитая все важные вопросы решать до обеда.

Игнатьев мерял шагами императорскую приемную и размышлял, чем могла быть вызвана такая срочность. Мысли громоздились одна на другую, но ничего полезного в голову не приходило. Он уже перебрал десятки возможных вариантов и каждый из них под особую срочность не подходил. В конце концов, он бросил эту затею и теперь просто пребывал в раздраженном от непонимания настроении.

Больше всего его томило ожидание. Он находился в приемной уже около сорока минут, а Император все никак его не звал и был занят каким-то важным совещанием. Наконец, тяжелые деревянные двери императорского кабинета распахнулись и в приемную потянулась вереница Мироходцев. На нашивках сплошь черепа с драгоценными камнями вместо глазниц, что говорило об их высоких званиях, хотя некоторые из них и вовсе обходились без нашивок.

Отлично зная кто такой Ворон, все они проходили мимо, стараясь не встречаться с ним взглядом — мало ли по чью душу здесь этот человек? Без особой необходимости общаться с ним желания ни у кого не возникло. Последним из кабинета вышел сам Император и улыбнулся Игнатьеву:

— Герцог! Вы уже здесь? Проходите, что-то мы тут с господами немного засиделись.

Яков Дмитриевич и в самом деле был чем-то похож на птицу, которой его называли. Темные, почти черного цвета глаза, мрачный, вечно подозрительный взгляд — создавалось такое ощущение, что он и в самом деле мог ни с того ни с сего больно клюнуть. Картину завершал неизменный черный плащ, который он носил практически постоянно и даже летом редко обходился без него.

— Присаживайтесь где вам будет удобно, — разрешил Романов, окинув рукой свой кабинет.

Игнатьев решил, что удобнее всего ему будет ближе всего к Императору, поэтому занял кресло возле стола Романова.

— Как вы думаете, зачем я вас вызвал? — спросил Николай Александрович.

— Зная вашу деятельную натуру, Ваше Императорское Величество, даже не стал пытаться догадываться, — соврал ему Ворон.

— Ой, темните, герцог! — шутливо погрозил ему пальцем Романов. — Но не буду вас долго томить, наверное, у вас и без того голова пухнет. Скажите, вы хорошо помните обстоятельства по делу Соколова Михаила Федоровича?

— Разумеется, — кивнул Игнатьев. — Вас интересует что-то конкретно?

— Да. Сегодня я имел честь беседовать с его сыном и у него есть подозрения насчет намерений отца, — Император внимательно посмотрел на герцога. — Вы же, как глава тайной канцелярии, должны знать, что имеет в виду молодой человек?

— У меня есть некие соображения на этот счет, — ответил Ворон.

— Вот и хорошо, — откинулся в кресле Николай Александрович. — В таком случае, потрудитесь поделиться ими со мной.

Глава 5

Вот чем мне не понравилась Москва, по сравнению с Саратовом, так это заторами и расстояниями. Пока смотаешься в центр по делу и вернешься обратно в Барвиху — целый день проходит. Нужно будет серьезно задуматься над покупкой вертолета, слишком много времени теряю на всякую ерунду.

После завтрака с Романовым, я еще заехал в пару торговых центров и к тому моменту, когда вернулся домой, меня уже дожидался бывший поверенный нашего рода — Тимофей Александрович Заплатин.

В моих воспоминаниях он отложился как зрелый энергичный мужчина, на вид которому было чуть меньше шестидесяти. Должен сказать, что за прошедшие два года он изменился очень сильно. Причем совсем не в лучшую сторону, так что меня встретил уставший старик, со слезящимися глазами и неуверенной улыбкой. Как быстро, при определенных обстоятельствах, людей меняет время.

После встречи, он довольно тепло поприветствовал меня и даже прослезился, заметив, что я стал как две капли воды похож на своего отца. Ну а затем мы сели ужинать. За едой мы о делах не говорили вовсе и он заполнял паузы забавными историями из детства Соколова. Ни одной из них я припомнить не мог, так что послушал с большим интересом. Оказывается, будучи ребенком Владимир любил пошалить.

После ужина мы расположились с Заплатиным в моем рабочем кабинете. Он с коньяком, а я с бутылкой ликерного вина. Чего-то вдруг сладенького захотелось. Мы разместились в уютных креслах напротив камина, между которыми стоял небольшой столик с напитками. Было тепло и уютно.

Когда я впервые увидел старика, я сразу его вспомнил. Варвара говорила все верно — он и в самом деле был большим другом нашей семьи, а у Владимира были связаны с ним одни лишь хорошие воспоминания. Однако, какие-то рваные…

Память не давала мне ничего конкретного насчет этого человека в особо интересующий период моей жизни — то время, когда были казнены мои родственники, а также что произошло со мной.

Учитывая то, что разговор я сегодня затеял весьма обстоятельный и хотел получить ответы на множество накопившихся у меня вопросов, то именно с этого я и начал.

— Вам была удалена память, виконт, — ответил он на мой вопрос. — Так что, можете считать это побочным явлением.

— Происки друзей моего отца? — усмехнулся я. — Морозова, Болотова и Салтыкова?

— Ну да, кого же еще. Вообще-то, по их задумке вы должны были полностью лишиться памяти — это не дало бы вам возможности в будущем использовать свои магические способности.

— Судя по тому, как вы это говорите, им что-то помешало?

— Да, — кивнул старик и сделал солидный глоток коньяка. — Им помешал я. Точнее сказать, не дал осуществить задуманное до конца. Учитывая то, что эта миссия была возложена на меня, осуществить это было не очень сложно.

— Вот как? Почему именно на вас? Если они знали, что вы были поверенным нашей семьи, то очень странный выбор.

— Ничего странного, к этому моменту они считали, что я полностью на их стороне.

Я повернулся к нему, а он, будто не замечая моего гневного взгляда, молча подлил себе в бокал спиртного.

— Не смотрите так на меня, мой мальчик. Бог свидетель, что я не предавал интересов вашего Рода, но у меня не было другого выхода, — он старался не смотреть на меня, сконцентрировавшись на пожиравшем поленья жарком огне. — Иначе меня бы попросту убили, а вы бы точно уже никогда не обрели своего Дара. Так что, дело того стоило.

— Хах! — не смог сдержаться я. — Не могу похвастать, что я очень хорошо вас знаю, но вот никак не могу не спросить: вы переживали за меня или просто хотели остаться в живых?

— Владимир, несколько поколений Заплатиных служили вашему роду верой и правдой. Я любил вашего отца, а вы, сударь, несколько раз обмочились у меня на руках, когда я играл с вами, — ответил Тимофей Александрович и вздохнул. — Так что, не хочу слышать даже намека на иронию в ваших словах. Хотя, умирать мне тоже не хотелось, если уж быть совсем откровенным.

Я взял паузу. Обдумал его слова и пришел к выводу, что определенная логика в его действиях была. Да, он действительно не глуп.

— Именно поэтому вы затеяли игру вдолгую?

— Вашего имущества было не сохранить — рано или поздно они бы его все равно забрали. Поэтому я решил какое-то время играть по их правилам. Я не стал чинить им слишком больших юридических преград во время раздела вашей бывшей собственности, а взамен получил их доверие, — Заплатин потер глаза, приложился к бокалу, а затем продолжил. — В итоге все получилось именно так, как я планировал. Вы живы и здоровы, вновь обрели свой Дар и знаете имена своих врагов. Что еще нужно человеку для полного счастья?

— Наверное, наказать своих врагов.

— Вот и займетесь этим на досуге.

— А вы? Разве вы не поможете мне?

— Помогу, разумеется. Но только не официально, — старик повернулся ко мне и нахмурился. — Я сделал для вас все, что мог и, если вновь стану вашим поверенным, то они меня убьют. Вы не сможете обезопасить меня. Разве что посадить в клетку, а я этого не хочу. Все, что вам будет необходимо, любую информацию — вы от меня получите, но официально работать на вас… Дайте мне умереть в своей постели, Владимир. Я и так сделал достаточно, чтобы вы могли справиться с этим.

Ну а что? По большому счету он прав. Зачем он мне нужен именно как поверенный? Достаточно будет того, что он снабдит меня всеми необходимыми связями и людьми, а это я уже думаю в его силах. Со всем остальным я и в самом деле могу справиться самостоятельно. Так что самое ценное в нем — это его знания, а не он сам. К тому же, он прав — герцоги не дадут ему спокойно работать на меня.

— Если вам так угодно, то я не возражаю.

— Благодарю вас, — сказал он и мы чокнулись бокалами. — Ну а что касается всего остального — я к вашим услугам.

— Я сегодня был в гостях у Императора, — продолжил я разговор по делу после некоторой паузы.

— Да, Варвара мне похвасталась. Поздравляю вас с этим успехом, — он отсалютовал мне коньяком.

— Этой тетке нужно язык вырвать за то, что слишком много болтает.

— Да уж, это у нее есть, — кивнул он. — Женщина она добрая, но вот слишком уж разговорчивая. Зачем вас хотел видеть Николай Александрович?

— Будем считать, что хотел познакомиться. Так вот, между делом я ему сказал, что считаю отца не виновным в заговоре.

— Интересно. И что же он?

— Ничего, — пожал я плечами. — Попросил никому не пускать кровь, до тех пор, пока у меня не будет конкретных доказательств на этот счет. Во всяком случае, я его понял именно так. Он сказал, что в Саратовском княжестве жандармы меня называли Кровавым Бароном и попросил, чтобы это прозвище не закрепилось за мной в Москве.

— А почему вас так называли? — спросил старик.

— То одно, то другое… Знаете, как оно бывает? — уклончиво ответил я. — Между прочим, от наших общих врагов ко мне тоже гости приезжали. Неужели я должен был дать им себя убить?

— Ну, я никогда не считал вас глупым молодым человеком и раз уж вы приняли решение поступить именно так, значит того требовали обстоятельства, — задумчиво проговорил Заплатин. — Так а что же вы намереваетесь делать, учитывая просьбу Императора? Было бы крайне неосмотрительно не услышать его в данном случае.

— Я и не собираюсь его игнорировать. Мочиться против ветра, это дурная примета. Раз уж так складываются обстоятельства, то нужно их принять. Если мне пока не разрешают просто убить моих врагов, значит нужно уничтожить их другим, более доступным способом, — сказал я и пополоскал во рту тягучее, сладкое вино. — Но если они загонят меня в угол, то пусть потом не обижаются — я утоплю их в крови даже ценой собственной жизни.

— Что вы намерены делать, ваше сиятельство?

— Для начала мне нужны люди и я рассчитываю в этом на вашу помощь.

— Кто-то конкретно? Или…

— Тимофей Александрович, я пока здесь никого не знаю, так что о конкретных персонах говорить не могу. Давайте, для начала, я воспользуюсь вашим жизненным опытом. Я просто перечислю вам ряд специалистов, ну а кандидатуры вы подберете сами, — я посмотрел на него и заметил, что лицо старика тронула легкая улыбка. Судя по всему, ему очень польстило доверие с моей стороны.

— Я к вашим услугам, Владимир.

— Тогда так. Во-первых, мне нужен начальник моей будущей службы безопасности. Желательно кто-нибудь из бывших сотрудников тайной канцелярии. Ну, или действующий, если он согласится перейти ко мне на работу.

— С действующим сотрудником могут возникнуть сложности, — сразу предупредил меня Заплатин. — Попасть туда не просто, так что служащие там дворяне весьма честолюбивы… Но я подумаю над вашей просьбой. Кто еще?

— Раз уж вы не хотите заниматься моими делами, то мне потребуется толковый юрист. Разумеется, универсал со специализацией в финансовом и хозяйственном праве.

— Здесь я вам точно смогу помочь, — расплылся в улыбке старик. — У меня есть на примете отличный профессионал! Я даже смогу давать ему необходимые консультации — все-таки суть вопроса мне хорошо известна.

— Вот и прекрасно, буду вам благодарен. Ну и кроме того, мне нужен толковый финансист.

— Финансист, ваше сиятельство? Я правильно вас понял?

— Да. Меня интересует специалист по поглощениям компаний. Думаю, не нужно объяснять, что приоритетом будут являться враждебные поглощения?

Заплатин удивленно посмотрел на меня, затем заглянул в свой бокал, допил остаток коньяка и наполнил его снова.

— Вы хотите затеять большую игру, ваше сиятельство…

— Разве у меня есть другие варианты?

Старик не ответил. Мы молча посидели несколько минут, слушая как потрескивают поленья в камине.

— Кстати, у меня остались какие-то активы кроме этого села в Саратовском княжестве? Хоть что-нибудь?

— Нет, Владимир. У вас забрали все.

— Вот же суки… А где отец вел дела?

— У вашего рода был арендован целый этаж в «Романов-Плаза», но боюсь сейчас придется подыскать что-то другое… Учитывая обстоятельства, — скорбно сообщил мне старик. — Да и туго там с местами. Место уж больно статусное — сами понимаете.

— Все ясно, — кивнул я. — Кстати, Варвара знакомила вас со своей племянницей?

— Лизой? Да. Я давно знаю эту девушку. Должен сказать, что она очень мила.

— Вот и я тоже так думаю. Поэтому сделайте мне еще одно небольшое одолжение — подыщите для этой девушки какую-нибудь приличную бизнес-школу. Пусть из нее сделают для меня хорошую личную помощницу.

— Это можно будет устроить вообще без проблем, — улыбнулся Заплатин.

— Вот и отлично. Вопросом аренды я займусь сам, а вот что касается всего остального — этим нужно заняться очень срочно. Считайте это поручение вашей лебединой песней на службе нашему роду.

— Хорошо, ваше сиятельство, я займусь этим еще сегодня, сразу, как только вернусь к себе в имение.

— Рад это слышать. Ну а на сегодня, пожалуй, хватит разговоров. Поздно уже. Завтра меня ждут в Департаменте, так что я хочу немного отдохнуть.

Несколько раз Тимофею Александровичу повторять было не нужно. Он молча кивнул, допил коньяк и поднялся со своего кресла. Лишь перед самым выходом из комнаты он остановился и в нерешительности уставился на меня, будто его мучал какой-то вопрос который он не решался задать.

— Вы что-то хотите спросить? — помог я ему решиться.

— Да, ваше сиятельство, я хотел уточнить… Прошу прощения за нескромный вопрос, но на все, что я сегодня услышал потребуются деньги. Очень немалые деньги, а насколько я знаю…

— Пусть вас не заботит этот вопрос, Тимофей Александрович. Оставьте его мне, — я похлопал его по спине и улыбнулся. — В ваши годы уже вредно нервничать по таким пустякам.

* * *

В этот раз в кабинете Гринева нас собралось пятеро. Это если не считать самого аншефа. Двоих я знал — Салтыкову и Василису. Ту самую девушку некромантку, которую я когда-то спас от гоблина. Вот только я ее не сразу узнал. В прошлый раз она была брюнеткой, а к сегодняшнему дню уже рыжей. Впрочем, так ей было намного лучше. Даже задоринка какая-то в глазах появилась. Выходит, она тоже теперь в особом отделе числится? Раньше она своего звания как-то не скрывала.

Ну а еще двоих я не знал. Оба немного старше меня и без нашивок на мундирах… Наверное, мне объяснят кто они такие и что здесь делают. Кстати, на моей форме тоже нашивок не было — утром я их спорол, как и приказал Гринев.

— Так как большая часть из здесь присутствующих вообще не в курсе некоторых событий, которые произошли в последнее время, проведу небольшую вступительную часть, — в этот момент аншеф красноречиво посмотрел на парней и Василису. — Департаментом был разработан артефакт, который позволяет проникнуть в иной мир. На данный момент проведен тестовый эксперимент, в ходе которого опытным путем удалось установить, что артефакт действительно работает.

В кабинете воцарилась абсолютная тишина и был даже слышен шум проезжающих за окном автомобилей.

Оно и понятно, слишком уж фантастично это звучало. Например, что касается меня, то я и вовсе раньше не знал, что происходят какие-то попытки создать артефакт, с помощью которого можно будет попадать в иной мир.

Если бы мне сказали об этом вот так, за между прочим, до того, как я встретился с Салтыковой, то я бы тоже не поверил в это. Да и кто бы вообще поверил? Но учитывая, где я ее нашел и выслушав ее объяснение, другого выхода у меня не было.

— То есть, вы хотите сказать, что кто-то из Мироходцев побывал в ином мире? — недоверчиво спросил один из парней, глядя на Василия Денисовича.

— Именно, — кивнул Гринев и указал на меня. — Там был вот этот человек. Прошу знакомиться — его сиятельство, виконт Владимир Соколов.

Все, за исключением Екатерины, повернули ко мне свои лица и начали рассматривать с таким удивленным видом, будто у меня на лбу появился третий глаз. Лишь только Салтыкова усмехнулась и опустила голову.

— Охренеть! — не удержалась Василиса и погладила подбородок. — Соколов, а ты, выходит, можешь не только мечом размахивать и Огненными шарами бросаться.

— Я тоже так думаю, — согласился аншеф и кивнул в сторону Екатерины. — А вот она, между прочим, создала этот артефакт.

Глава 6

Дав всем немного прийти в себя и свыкнуться с полученной информацией, Гринев дождался устойчивой тишины и продолжил.

— Теперь, собственно, давайте перейдем к делу. Не раскрою особых секретов, если скажу, что кроме Екатерины Салтыковой, все остальные попали в этот отдел совсем недавно. С разницей всего в несколько дней, — Василий Денисович обвел нас своим колючим взглядом и продолжил. — Учитывая, что в ближайшее время вам придется работать вместе, то будет не лишним, чтобы вы представились друг другу. Никаких званий не нужно — обойдемся именами и фамилиями, ну и, само собой, специализацией.

Так как ближе всего к аншефу сидела Салтыкова, то она и представилась первой.

— Екатерина Салтыкова, призыватель, — сказала она.

— Ну и по совместительству весьма толковый ученый, — добавил Гринев.

— Минин Алексей, стихийник, — представился светловолосый парень. — Лед и вода — это ко мне.

— Соловьева Василиса, некромант, — после этих слов парни с любопытством посмотрели на девушку, которая пожала плечами в ответ. — Ну вот как-то так, ребята.

Да, их можно было понять, я и сам был удивлен, когда впервые услышал о ее Даре. Меня — это впечатлило еще больше, когда я узнал, что Салтыкова призыватель.

— Вешняков Богдан, — настала очередь смуглого брюнета, который чем-то был похож на цыгана. — Я дуалист, обладаю сразу двумя Дарами — и защитой, и целительством. Не самые редкие сами по себе, но вместе два этих Дара встречаются нечасто.

Нечасто? Я вообще впервые слышу, что у Одаренного может быть два Дара одновременно и думал, что мой случай — это исключение из правил. Оказывается, нет. Стоп! Так, может быть, в моем случае возможно и другое исключение — обладание третьим Даром? Я-то вообще уникальный экземпляр для этого мира, получается. Интересная мысль… Нужно будет найти время для ответа и на этот вопрос.

— Соколов Владимир, стихийник, Дар огня, — закончил я знакомство со своими будущими соратниками.

Это кто у нас в группе получается? Призыватель, пара стихийников, некромант и целитель, который по совместительству еще и защитник. В общем, очень неплохо получается. Правда пока не знаю, какую перед нами планируют задачу поставить, но состав опасений не вызывает — даже наоборот.

— Ну вот и хорошо, — сказал Гринев. — На всякий случай, информация для размышления — все, кто сейчас присутствуют в этом кабинете собраны из разных уголков империи, за исключением некоторых персон, которым довелось пересечься друг с другом раньше. Об обстоятельствах я распространяться не буду, сейчас это не имеет значения.

Вот как, выходит и собирали нас по какому-то лишь аншефу известному принципу. Так даже еще интереснее получается.

— Так, ну со знакомством, будем считать, закончили — все остальное при желании выясните после того, как я вас отпущу. Теперь давайте ближе к делу. Разумеется, все, что вы сегодня услышите, является секретной информацией и предназначена она исключительно для ваших ушей, — Василий Денисович немного помолчал, будто думал с чего начать, а затем продолжил. — Задание на этот раз будет непростое, хотя и смертельной опасности, я надеюсь, оно не несет. Если по ходу у вас будут возникать вопросы — можете задавать, не укушу.

Все дружно кивнули.

— Для начала скажу, что после того, как Департамент получил отчет об успешном проведении эксперимента, было изготовлено несколько копий созданного Салтыковой артефакта.

— Зачем? — сразу же спросила Василиса.

— При испытании Соколовым было установлено, что архитектура местности, которая находится в Портале, полностью совпала с тем, что он увидел, когда попал в иной мир, — ответил ей аншеф. — Исходя из этого, было выдвинуто предположение, что, возможно, и в случае остальных Порталов это правило также сработает. Если это и в самом деле так, то получается, что нам удастся выяснить точное количество миров, из которых к нам проникает нечисть.

— И сколько разновидностей местности существует? — задал вопрос, который вертелся у всех в голове, Богдан.

Я попытался припомнить, что попадалось лично мне и смог вспомнить, как минимум, пять разных Порталов. Может быть шесть… Так сходу и не вспомнить.

— Девять, — ответил Гринев, разом прекратив наши мучения. — Во всяком случае, проведя анализ деактивированных Порталов на территории Российской империи, мы получили именно эту цифру. Кстати, опыт наших зарубежных коллег также был учтен. Так что…

— То есть каждый Портал ведет в свой мир? — уточнил светловолосый Алексей. — Я правильно понял?

— Пока неизвестно, Минин. Вот это мы и хотим проверить. Именно поэтому было изготовлено несколько копий артефакта. По одному для каждой группы, которая будет ставить свой эксперимент, — ответил Василий Денисович. — Пока в ином мире побывал только Соколов, поэтому чем закончатся остальные попытки — большой вопрос. Всякое может случиться… Кто знает, может быть, наши предположения неверны и все Порталы ведут в одно место. Вот именно это мы и хотим выяснить.

— С чего вы взяли, что иные миры разные? — не сдавался Минин. — Может быть, мир один, просто местность отличается? Ну, типа континентов каких-нибудь…

Вот это вряд ли. Яркое солнце и голубое небо над пустыней, где я улепетывал от паучих, очень уж сильно отличалось от того места, где я нашел Салтыкову. Если мне не изменяет память, там оно было нежно-розового цвета, да еще и три солнца вместо одного… Нет, версия того, что иной мир один — для меня была не очень состоятельна. Думаю, здесь Департамент правильно мыслит.

Но вот то, что их девять… Цифра немного пугала. Да и вообще все это выглядело слишком уж невероятно.

— Каким образом к нам могут проникать существа из девяти различных миров, независимо друг от друга? — спросил я и заработал внимательный взгляд от Салтыковой. — Даже если предположить, что каждый Портал ведет в свой мир, формы жизни там слишком различны, чтобы допустить возможность какого-то сговора или чего-то подобного. Это даже звучит как-то фантастично…

— Все верно, Соколов, — кивнул Гринев. — Выглядит все это и в самом деле странно. Вот и займемся тем, что начнем потихоньку разбираться в этом вопросе. С вашей помощью, разумеется.

Мы молча переглянулись с ребятами и понимающе усмехнулись: все, конечно, догадывались, что нас здесь не пироги трескать собрали, но тем не менее.

— Если один из вариантов уже проверен, то выходит таких же групп как наша, еще семь? Значит всего их восемь? — спросила Василиса.

— Почему восемь? — непонимающе нахмурился аншеф.

— Но ведь один из вариантов Соколов уже проверил.

— Нет, всего групп девять. Информация, которая была предоставлена Владимиром будет перепроверена, так уж чтобы наверняка. Нам не нужны случайности, — ответил он, затем встал со своего стула и подошел к окну. — Кстати, остальные группы не такие… Ваша особенная.

— Почему особенная? — спросил Богдан.

— Потому что и задача у вас тоже особенная. Если остальным необходимо будет просто подтвердить нашу теорию, то вам предстоит там, скажем так, немного погулять.

— Последняя прогулка по иному миру, мне что-то не очень понравилась, — сказал я. — Гулять там очень опасно для здоровья, Василий Денисович.

— Приказы ведь не обсуждаются, верно, Соколов?

— Не обсуждаются, аншеф.

— Значит придется погулять, — он вновь повернулся к нам и улыбнулся. — Собственно, именно по этой причине среди вас есть некромант. Василиса Соловьева получит особый инструктаж, а потом вам расскажет, что и как. У нее это лучше получится, чем у меня. Надеюсь, что ваша прогулка надолго не растянется, так что, не стоит мочить штанишки раньше времени.

Гринев посмотрел на нас и поощрительно подмигнул:

— Кстати, конкретно ваша группа выдвигается завтра в обед, поэтому я бы на вашем месте прямо сейчас отправился в ресторан — выпьете немного, познакомитесь получше. Вам это не повредит. Сильно только не напивайтесь — не маленькие, сами понимаете. Ну а вечером получите инструкции по предстоящей операции на свои Модули. Так что, я вас больше не задерживаю. Хорошего вам дня.

* * *

Великое княжество Московское.

Москва.

Имение Игнатьевых.

Единственное, что всегда делал Яков Дмитриевич независимо от обстоятельств — это четко и беспрекословно выполнял распоряжения Императора. Несмотря на то, что иногда Николай Александрович и казался вполне себе добродушным человеком, на самом деле он имел свойство мгновенно выходить из себя, если узнавал, что кто-то осмелился поступить не так, как он приказал.

Разночтений быть не могло даже теоретически. Если ты не совсем понял, что нужно делать, то лучше уточнить. Ну а если все понял — то будь любезен сделать так, как приказал Романов. При условии, что тебе дорога твоя голова и занимаемое положение в обществе.

Игнатьеву было дорого и то, и другое. Поэтому герцогам Болотову, Салтыкову и Морозову он позвонил сразу же, как только вышел от Императора. Поначалу он хотел пригласить их к себе сегодня вечером, но передумал. Зачем? Пусть помучаются до утра, так оно толку будет больше. Все-таки не каждый день он их в гости приглашает.

Так и вышло. Когда глава тайной канцелярии увидел в своей домашней приемной герцогов — он сразу понял, что ночь у всех троих выдалась бессонной.

Можно было бы для большего эффекта их в управление пригласить, но до особых крайностей пока тоже доводить не стоило. Все-таки люди известные, крупными деньгами ворочают, зачем их репутацию раньше времени портить? Дома оно как-то лучше будет. Тем более, что он часто в своем имении работает. Бывает, что и по несколько дней его не покидает — все встречи, встречи, встречи…

В народе ходили слухи, что у него даже собственная пыточная комната в доме имеется, но это, разумеется, было полной ерундой. В его доме никакой пыточной не было, она находилась совсем рядом — в подземном бункере, под домиком для гостей.

Он уже в общих чертах поведал герцогам просьбу Императора и теперь просто нужно было закрепить пройденный материал. Ворон оставил их в своем домашнем кабинете на десять минут, чтобы они смогли обменяться мнениями по поводу услышанного. Теперь вернулся и выжидательно смотрел на них — вдруг появились какие-то вопросы?

— Яков Дмитриевич, но это чистая случайность, — попытался в конце концов выразить общую мысль потеющий Болотов. — Я думаю, вам известно, что Михаил Федорович был нашим общим другом…

— Известно. Мне много чего известно, Кирилл Романович, — заверил его Игнатьев. — Именно поэтому я разговариваю с вами здесь, а не… кхм… в каком-нибудь другом месте.

После этих слов герцоги и вовсе побледнели, а Болотов вытер со лба капли едкого, неприятного пота.

— Мне бы не хотелось думать, что вы как-то участвовали в падении герцога Соколова, а основная часть его имущества досталась вам просто потому, что во многих структурах вы были с ним партнерами.

— Так и есть на самом деле, поверьте, — заверил его Болотов. — Поверенный рода Соколовых подтвердит вам это. Все происходило согласно закона, а в некоторых случаях, ситуацию решил в нашу пользу справедливый аукцион.

— Господа, я ведь никого ни в чем не обвиняю, разве нет? Мы просто разговариваем как хорошие знакомые, я бы даже сказал друзья, — Ворон мрачно осмотрел герцогов, которые съежились под его тяжелым взглядом. — Никто не хочет копаться в грязном белье и я надеюсь, что в этом нет смысла. Видимо до вас как-то не дошло с первого раза. Вопрос в другом и я хочу, чтобы вы услышали меня.

Игнатьев сделал паузу, дав время господам сосредоточить свое внимание на нем.

— С молодым Соколовым все время происходят странные истории и меня этот факт очень настораживает. И ладно бы только меня… Николай Александрович крайне озабочен этим вопросом, — Ворон тяжко вздохнул. — Вот я и решил побеседовать с вами, чтобы уберечь от какой-нибудь неприятности. Раз уж вы друзья рода Соколовых, так позаботьтесь о том, чтобы с молодым человеком ничего не произошло в нашем большом и опасном городе. Теперь это в ваших интересах… На очень уж тонкой паутине все подвешено, так что мой вам совет — не испытывайте ее на прочность. Советы я даю нечасто, так что пользуйтесь случаем и мотайте на ус. По мнению Николая Александровича, молодой человек очень полезен для Империи… Вам все ясно?

Герцоги переглядывались и сопели. Дело было вполне понятным — Соколова трогать нельзя. Во всяком случае, убивать это уж точно. По взгляду Болотова, умудренные опытом Салтыков и Морозов понимали, что именно он хочет им сейчас сказать. Лишний раз напомнить о том, что когда-то он предлагал покончить с мальчишкой… Да кто же знал, что до этого дойдет?

— Молодые люди столь горячи! — взял слово Арсентий Борисович Морозов. — В нынешнее время они легко могут находить неприятности, а что же нам? Хвостом ходить за мальчишкой?

Ворон очень внимательно посмотрел на Морозова, а затем совсем немного наклонился над своим столом, будто хотел, чтобы его клюв оказался как можно ближе к говорившему.

— Насколько мне известно, характер этого молодого человека несколько отличается от темперамента вашего сына Матвея, — сказал он заставив Арсентия Борисовича опустить голову вниз. — Поэтому я не думаю, что стоит ходить за ним хвостом…

Больше герцогам сказать было нечего, а Игнатьеву не очень хотелось что-то добавлять к уже сказанному. Поэтому он молча встал со своего стула и открыл дверь кабинета.

— Вас проводят к выходу, господа. Прошу прощения, что не прошу вас задержаться до обеда… К сожалению, меня ждет служба.

— Спасибо, Яков Дмитриевич, но мы лучше дома отобедаем, — ответил за всех Болотов.

— Как угодно, — усмехнулся Ворон.

Он вышел вместе со своими гостями во двор, но провожать до ворот их не стал. Подождал, пока они рассядутся по своим лимузинам и лишь после этого закрыл дверь.

Да, подкинул Николай Александрович ему хлопот, теперь еще за мальчишкой этим присматривать…

Глава 7

С самого раннего утра Тосик пребывал в радостном возбуждении. Видимо чувствовал, что сегодня он наконец-то отправится в новое приключение и это обстоятельство очень возбуждало его нервную систему. К делу он подошел весьма обстоятельно — притащил мне в кровать Рюкзак, пояс с препаратами и форму.

— Барон Димир карамба, — бормотал он и время от времени заглядывал под одеяло, чтобы я его уж точно услышал. — Портал карамба!

Вставать раньше времени вообще не хотелось. Учитывая то, что я приказал разбудить меня в семь и пока никаких попыток это сделать не было, значит сейчас однозначно было еще рано. Я посмотрел в окно и вполне ожидаемо увидел, что даже светать еще не начало. Нащупал телефон — половина седьмого. Ну, в принципе, можно выбираться из-под одеяла, все равно этот засранец спать не даст.

— Тосик — ты поросенок.

— Портал карамба, — радостно отозвался плюшевый и свалился с кровати.

С учетом того, что в Департаменте я должен был быть к десяти утра, спешить мне особо было некуда. Редкий момент, когда я мог побыть в доме один. В последнее время я от этого уже даже отвык. Обычно постоянно кто-то бродит по комнатам — то Варвара в сотый раз пыль вытирает, то Бьянка каких-нибудь булочек принесет, то Лиза задницей вертит…

Между прочим, племянница Варвары вчера на целый месяц уехала в какую-то школу, которую выбрал для нее Заплатин. Само собой, служанка провожала ее со слезами, как будто я отдавал девицу в публичный дом, а не на обучение в приличное заведение.

Да и вообще, Тимофей Александрович очень рьяно взялся за дело и вчера уже поздно вечером звонил мне с просьбой пообщаться утром с его юристом. Я конечно с удовольствием поговорю с ним, но только в другой раз. Сегодня мне не до встреч.

Я приготовил себе чашку чая, Тосику стакан апельсинового сока и расположился в гостиной, чтобы спокойно обдумать вчерашний день и встретить утро.

— Плюшевый, принеси мне Модуль, — попросил я зверька и он, топоча по лестнице как слон, в припрыжку поскакал в мою спальню.

Кстати вчера Гринев нас все-таки еще немного задержал после того, как посоветовал отправляться на обед. Ему потребовалась информация, какими артефактами мы владеем. Насколько я понял Департамент дополнительно намеревался снабдить нас казенными. Даже удивительно откуда такая щедрость, видимо и в самом деле мы представляли определенный интерес для империи.

Оказалось, что из всей нашей пятерки у меня одна из лучших коллекций собственных артефактов. Когда я перечислил весь имеющийся у меня арсенал, даже Василий Денисович уважительно крякнул. Ну, оно и понятно — учитывая сколько денег я во все это вложил.

Записав все, что у нас есть — аншеф отпустил нас окончательно. Мы же, последовав совету умудренного опытом куратора и в самом деле отправились в ресторан, чтобы поближе познакомиться друг с другом, да и вообще — просто пообедать и душевно пообщаться.

В этот момент вернулся Тосик, который притащил мне мой Модуль. Я посмотрел не пришло ли чего новенького — но нет, лишь вчерашние инструкции насчет нашего задания и все. Хотя какие инструкции? Так… небольшие сведения, которые мне уже были известны. Но правда координаты Портала, в который мы сегодня пойдем нам скинули. Он находился недалеко, примерно в пятидесяти километрах от Москвы. Больше ничего интересного о нашей точке входа не было, все по стандарту:

Активность иного мира.

Тип: Портал.

Ориентировочный размер: Стандарт.

Время активизации: Деактивирован.

Стадия изучения: Формы иного мира отсутствуют.

Угроза для исследования: Нет.

Вчера мне было немного не до того, а вот сегодня даже интересно про моих новых соратников прочитать, все-таки я уже капрал, так что информация должна быть для меня доступной. Их способности я уже знаю, но еще было бы неплохо узнать кто они по званию. Да и послужной список Салтыковой тоже будет интересно почитать.

Я зашел в полученный вчера брифинг и для начала решил посмотреть, что пишут про Минина и Вешнякова. Вот только про них не писали ничего. Вообще. Их имена и фамилии присутствовали только в полученном мной инструктаже, а в общей базе Мироходцев их вовсе не было. Любопытно.

С девчонками та же история — абсолютно никакой информации. Разумеется, я не стал исключением. Владимир Соколов исчез из списка действующих Мироходцев… Интересно, что бы это значило? Не думаю, что нас вычеркнули совсем, но теперь, видимо, лишь определенная категория лиц имеет доступ к нашим личным делам. Вот только я в их число не вхожу.

Ну ладно, нет так нет. В принципе, все что нам было интересно мы и так вчера за обедом друг про друга узнали. Послужного списка это не касалось, но самое главное, что ближе познакомились, а лично для меня это было даже важнее. Знать, что человек выполнил несколько десятков заданий, а сам по себе мудак — такое себе удовольствие.

Лично мне наша компания понравилась. Василиса открылась для меня с новой стороны. В прошлый раз она мне показалось скромной и немного замкнутой, а вот в компании оказалась весьма острой на язык ведьмочкой, так что, способность к некромантии ей очень даже шла. В очередной раз убеждаюсь, что девчонки странный народ — стоило перекраситься из черного в рыжий и уже совсем другой человек.

С Екатериной мы давно знакомы, так что, по-новому она для меня не открылась, а вот парни оказались субъектами весьма занимательными.

Светловолосый Алексей балагур и весельчак, который весь вечер над нами подшучивал, но границ дозволенного не переходил, да и шутки у него были добрые, без желания кого-нибудь уколоть.

Вот Богдан оказался самым серьезным и кстати мне не одному показалось, что у парня есть что-то цыганское в крови. Минин тоже это заметил и постоянно выяснял у него, где тот оставил своего коня и у кого он его увел?

В целом посидели неплохо. Первой уехала Василиса, которую вызвали в Департамент. Спустя полчаса туда же отправилась Салтыкова, ну а мы с парнями разошлись уже, когда совсем стемнело. Департаменту в этот вечер мы больше не потребовались.

Тихонько хлопнула входная дверь и в комнату вошла Варвара. Мне всегда так нравилось, как она на меня реагирует — каждый раз будто впервые видит. Вот и сейчас всплеснула руками и удивленно воскликнула:

— Володенька, ты уже встал? Что же ты в такую рань, ни свет ни заря? Болит что-то?

Вот от последнего она никак не могла избавиться. Сколько времени уже прошло, а ей все кажется, что у меня какая-нибудь болезнь прогрессирует. Видимо, Сколов в прошлом и в самом деле был чахлым ребенком.

— Все хорошо, Варвара. Где там Бьянка с завтраком?

— Да уже готово все, вот зашла вас будить.

— Тогда тащите, есть хочется.

— Портал карамба! — строго заметил ей Тосик. — Барон Димир карамба!

* * *

— Привет, граф, как ты там поживаешь без меня? Соскучился, наверное? — спросил я у Владыкина, набрав его по дороге в Департамент. — Не разбудил ли я часом, ваше сиятельство?

— Половина десятого утра, как ты мог меня разбудить? — ответил он и по его голосу я понял, что он рад меня слышать.

— Как у тебя дела? Чем занимаешься?

— Да какие у меня здесь могут быть дела в Саратове? — хмыкнул он. — Это же ты у нас теперь столичный парень с собственным владением, вот ты мне и расскажи — чем Великое Московское княжество нынче живет? Что интересного происходит?

— Всякое. Недавно вот с Романовым Николаем Александровичем завтракал.

— Да ладно! — аж задохнулся от возбуждения Михаил. — Ну и как он?

— Очень он мне понравился — весьма здравомыслящий мужик, что среди правителей не часто встретишь, — честно ответил я. Император мне и в самом деле скорее понравился.

— Скажешь тоже — не часто встретишь, — хохотнул граф. — Такое ощущение, что ты много всяких правителей видел. А по какому поводу завтракали?

— Вот этого так сразу и не расскажешь, — уклончиво ответил я. — Но разговор у меня к тебе имеется. Так что, звоню спросить — ты не хочешь ко мне в гости на пару дней приехать?

— Володь, ты что, опять в какую-то задницу уже встрял? — не удержался Владыкин. — Ты только не юли, говори, как есть, я же тебя знаю. Никогда не поверю, что ты по мне так сильно соскучился, по-любому что-то обсудить хочешь.

— Пару вопросов конечно имеется, как без них? Не будем же мы просто вино трескать? Так и со скуки помереть можно.

— Ну да, соскучишься с тобой, как же, — усмехнулся Михаил. — Да я-то могу хоть сегодня вылететь, если нужно. Правда лишь к вечеру.

Сегодня? Учитывая то, что я еще не знаю, когда вообще вернусь из нашего сегодняшнего похода, приглашать графа на сегодня с моей стороны будет опрометчиво.

— Слушай, ваше сиятельство, ну ты же все равно временем своим распоряжаешься как угодно, давай я тебя сегодня или завтра наберу и скажу точнее, ты как?

— Что значит — «как»? Разумеется, я твоего звонка буду ждать! Ты хоть и любитель приключений себе на задницу найти, но вот о чем ты там с Императором разговаривал послушать будет очень интересно.

Вот в этом весь Владыкин и есть, я даже не сомневался, что стоит упомянуть про завтрак с Романовым, как граф все бросит и примчится в Москву.

— Значит будем считать, что договорились, — сказал я.

Я отключился и бросил телефон на сидение рядом с Тосиком.

— Граф карамба? — спросил он, решив поучаствовать в разговоре.

— Да, Тосик, с Владыкиным разговаривал. У меня на этого парня большие планы появились.

— Карамба.

Вот за что я любил плюшевого, так это за то, что он мог кратко и емко высказаться практически по любому поводу. Как сейчас — закончил разговор адамантиновым аргументом, что тут еще добавить?

Так, размышляя каждый о своем, мы доехали до Департамента. Я бросил на парковке свой серый, как мышь, «Мерседес» купе, которым я обзавелся совсем недавно и потопал в гости к аншефу.

Мы дождались друг друга в коридоре и вошли к Гриневу все вместе.

— Явились? — спросил он, окинув нас хмурым взглядом и посмотрел на Модуль на своей руке. — Две минуты одиннадцатого, между прочим. Ладно, на первый раз прощаю, но в следующий раз отправлю в Императорскую Академию на пару дней заниматься физическим самосовершенствованием и укреплением духа.

Понятное дело, что отвечать ему никто не стал. Все стояли боясь пошевелиться. Каждый из присутствующих обучался в той или иной Академии и отлично понимал, насколько увлекательно они могут провести несколько дней, занимаясь исключительно физической подготовкой. Во всяком случае, я об этом знал очень хорошо и буду долго помнить те дни, когда Таганцева отправила нас с графом на усиленные тренировки к наставнику по физической подготовке.

— Разбирайте свои Рюкзаки и смотрите, что внутри, — распорядился аншеф, кивнув на груду лежавших на столе Рюкзаков.

На каждом из них имелась бирка, на которой значилась фамилия будущего владельца. Я взял тот из них, который предназначался мне и посмотрел, что в нем есть.

Для начала там имелась внушительная упаковка препаратов самого разного назначения, начиная от «Импульс-Плазмы» и заканчивая «Невидимостью». Это хорошо, значит свои тратить не придется.

Что здесь еще интересного? Две бомбы, тоже неплохо. Так, а еще? И все… В моем Рюкзаке больше ничего не было, хотя ребята из своих доставали побольше всякого барахла.

— Это все, что ли? — не удержался я от вопроса.

— Соколов, имей совесть, ты и так упакован очень хорошо, — еще сильнее побледнел Василий Денисович. — Броня хорошая есть, меч есть, что тебе еще нужно?

— Могли бы колечко какое-нибудь подбросить, — ответил я перекладывая свое имущество из старого Рюкзака, в более продвинутый новый. — Например, чтобы магической выносливости еще больше прибавляло…

— Мощнее тебе нельзя, — вздохнул аншеф. — Тебе магический ранг не позволяет. Или ты хочешь, чтобы тебя порвало в клочья?

Вопрос был скорее риторическим, так что можно было на него не отвечать. В этот момент из моего Рюкзака вылез Тосик с двумя шоколадками в лапке и полез в новое место временного обитания.

— Стоп! Это что у тебя за хреновина? — удивленно спросил Гринев. — Кошка, что ли?

— Да нет, это Тосик, — ответил я, как будто это должно было аншефу все объяснить.

— Вытаскивай его сюда, — распорядился он.

Я достал плюшевого из Рюкзака и поставил на стол.

— Барон Димир карамба, — сообщил он присутствующим и полез назад. Скромник, что с него взять — вегетативно не переносил чрезмерного внимания.

— Соколов, как это понимать? — округлил глаза Василий Денисович. — Оно еще и разговаривает? Ты где его взял? Только не говори, что у нас на планете такие водятся.

— Ну, я…

— Это существо из иного мира, — как нельзя вовремя пришла мне на помощь Василиса. Я и в самом деле не знал, какое развитие сейчас может получить эта ситуация, а с Тосиком мне расставаться очень не хотелось бы. — Они абсолютно безвредны. Я встречала таких не один раз.

— Да? Ты уверена в этом? — недоверчиво спросил Гринев. — Не думаю, что существа из иного мира могут быть безвредными.

— Можете мне поверить, это существо — исключение из правил. К тому же, не забывайте, что я все-таки некромант. Если бы оно и в самом деле представляло какую-то опасность, то я бы придушила его собственными руками, — сказала Соловьева и посмотрела на Рюкзак, в котором началась беспокойная возня.

— Я тоже думаю, что он на нашей стороне, — поддержала некромантку Салтыкова. — Я этого малыша давно знаю. Кстати, мы с ним даже дружим.

Аншеф обвел нас всех сочувственным взглядом и вздохнул:

— Как дети малые… Сначала возятся со всякой живностью непонятной, а потом у нас Порталы на каждом углу открываются. Ладно, пусть будет, но только чтобы глаз с него не спускал.

— Василий Денисович, мне бы на него разрешение какое-нибудь, — решил я ловить удачу за хвост. — Ну, что он обычное животное, типа кота. Какого-нибудь особого кота. Мироходского.

— Какое еще разрешение, Соколов? Может ему вид на жительство еще выписать?

— Ну, что-то типа того не помешало бы.

— Ладно, — махнул рукой аншеф. — Подумаю.

После этого Гринев потерял интерес к плюшевому и вернулся к моим соратникам, а именно рассказу, что и кому досталось. Ничего такого, что заставило бы меня испытать зависть, я не услышал — все артефакты примерно моего уровня.

Правда не обошлось без эксклюзивов. Например, Василисе достался десяток метательных ножей с эффектом огня, а вот Минину и Вешнякову выдали по огненному мечу. Значит пойдем туда, где нечисть больше всего не любит огонь.

Когда Василий Денисович закончил с артефактами и все наконец угомонились, он дал слово Соловьевой.

— Рассказывай, Василиса, что считаешь нужным. Ну а ты, Салтыкова, дополнишь, — затем посмотрел на нас и пояснил. — Сейчас они вам кратко объяснят, почему вы не можете пройти через Портал, посмотреть куда он ведет и сразу же вернуться обратно.

— Судари, — начала Соловьева. — Мы вас с Екатериной ненужной информацией нагружать не будем, но вкратце суть такова: вы понимаете, что сами твари никаких Порталов ставить не могут, так что, в мою задачу будет входить попытаться отыскать след некромантов. Поэтому нам нельзя просто сходить туда-назад и закончить на этом. Мне нужно будет хоть немного исследовать местность, — что она имела в виду, я совершенно не понял и, судя по лицам еще двух сударей — им тоже было ничего непонятно.

Видимо Соловьева тоже о чем-то таком догадалась, поэтому после недолгих раздумий предприняла еще одну попытку.

— Ну, чтобы было понятнее. Порталы не могут торчать там вечно сами по себе, что-то должно их подпитывать, понимаете? Вот это «что-то», я и должна попытаться найти.

Не могу сказать, что после этого объяснения мне стало намного понятнее, но хоть так. Ей нужно что-то найти — это проще.

— Кроме того, мне тоже нужно будет кое-что проверить, — сказала Салтыкова. — Пока даже не буду вам разъяснять, что именно — это слишком сложно, поэтому не хочу забивать вам голову лишней информацией. Сейчас это точно ни к чему. Когда придет время, вы все узнаете.

После небольшой паузы, во время которой мы обдумывали услышанное, слово взял аншеф.

— Парни, в общем задача проще некуда: девчонкам нужно будет спокойно поработать, а вам сделать так, чтобы им никто не мешал. Что непонятно?

Да уж, действительно проще некуда.

— Как много времени им потребуется? — спросил я.

На самом деле для меня это было гораздо важнее, чем понимать смысл миссии Соловьевой и Салтыковой. Здесь как на приеме у стоматолога — к чему мне знать, что с зубом, если я просто хочу понимать, как быстро все это закончится?

— Я не могу ответить на этот вопрос, — сказала Екатерина и посмотрела на Василису. — Она вам тоже ничего не скажет. Нужно смотреть на месте.

Да уж, умеет Салтыкова порадовать, нечего сказать. С каждой минутой наше особое задание начинает нравиться мне все меньше.

— Кстати о месте, где вы будете осматриваться, — сказал Василий Денисович. — Здесь для вас сюрпризов не будет — вы все там были. Солнце, небо, песок… В общем, как на курорте.

— Действительно, — хмыкнул я, догадавшись куда мы направляемся. — Вот только там еще иногда мумии попадаются и еще какие-то твари — то ли пауки, то ли люди…

— Соколов, не может же быть все совсем хорошо? — на бледном лице аншефа появилась улыбка. — Понятно, что есть какие-то сложности. Кстати, преодоление этих сложностей и есть ваша основная задача, разве нет?

Само собой, кто же спорит? Сложностью больше, сложностью меньше… на то мы и Мироходцы, чтобы не обращать внимание на подобные мелочи.

Глава 8

— Екатерина, что с Модулями? — спросил я у Салтыковой, когда мы уже ехали в «Мангусте». — В прошлый раз он у меня там отключился.

— Те, которые сейчас у нас, мы немного усовершенствовали, так что теперь должны работать, — ответила она и посмотрела на свой Модуль. — Кстати нам повезло — в наши приборы даже несколько артефактов «зашили», поэтому они у нас продвинутые.

— Ну так, — хмыкнул Минин. — Все-таки в особом отделе служим, нам положено владеть чудесами техники. Кстати, чем он от обычного отличается?

— Во-первых, в него встроены артефакты с эффектом Обнаружения жизни. Благодаря этому, он умеет видеть живых существ на расстоянии пятидесяти шагов.

— А нежить? — с учетом того, куда мы сейчас идем, меня этот вопрос волновал немного больше.

— Пока нет, — качнула головой Салтыкова и красноречиво посмотрела на Василису. — Мы работаем над этим. Но мне есть чем вас порадовать в этом смысле. Модуль имеет обратный эффект в нашем случае — нежить нас не чувствует, если только мы не попадаем в поле зрения тварей. Так что, хорошие новости есть.

— Да, это в самом деле весьма неплохо, — сказал Богдан. — Осталось еще невидимость в него «вшить» и будет вообще круто.

— Размечтался, — усмехнулась Василиса. — Ты и за это спасибо скажи.

— А что еще новенького придумали? — спросил Алексей.

— Пока все, — развела руками Екатерина. — Но мы работаем в этом направлении.

— Кстати, я сегодня утром хотел почитать… кхм… кое-какую информацию и столкнулся с проблемой: про нас в Модуле ничего нет. Так у всех или это только мне так повезло? — спросил я и окинул ребят взглядом.

— У всех, — дружно ответили они. Значит я был не самым любопытным, остальные тоже пытались выяснить побольше друг о друге.

— Званиями пока не доросли, — улыбнулась Салтыкова. — В особом отделе свои правила. Но во всем есть свои плюсы — зато мы обладаем более полной информацией по остальным Мироходцам.

За разговорами мы и не заметили, как «Мангуст» прикатил на место назначения.

— Ну что, выходим, ребята, или есть какие-то вопросы? — спросила Екатерина, которая в этот раз была назначена старшей группы.

Вопросов ни у кого не возникло, поэтому мы молча выбрались на свежий воздух. Хороший выдался денек. Сыпал легкий снежок, ветра не было, да и морозец не сказать, чтобы слишком уж досаждал.

Водитель «Мангуста» пожелал нам удачи и мы потопали к небольшой роще, внутри которой спрятался Портал. По пути я еще раз проверил, не изменился ли его статус, но все осталось по-прежнему.

— Василиса, в прошлый раз ты говорила, что болтаться по Порталам в дождь, считается хорошей приметой, — я посмотрел на некромантку, которая пробиралась позади меня через густые ветки. — Интересно, снег тоже считается или как?

— Наверное, — сказала она, пытаясь выбраться из крепких веток, которые вцепились ей в форму.

Я обрубил мешающие ей ветки мечом и мы двинулись дальше, активно помогая себе по ходу движения холодным оружием. Такое ощущение, что мы были первыми людьми, которые вступили в эту девственную рощу. Вскоре показалось знакомое небесно-голубое зеркало Портала.

Мы подошли поближе, отряхнули с формы снег и молча пошли внутрь. Ну, а чего долго разговаривать? Все-таки все люди опытные, знают, что делать. Я пошел первым.

Разумеется, первым делом «включил» свет в виде Блуждающего огонька. Следом за мной появился Богдан и Алексей. Затем Василиса, которая тут же дополнила мой ярко-желтый огонек своим нежно-зеленым. Последней в подземелье вошла Екатерина. Не сговариваясь мы дружно активировали Модули и посмотрели карту.

— Так, значит идем по коридору, потом, судя по всему, большая пещера или что-то типа того, ну и два тоннеля. Какой из них нам нужен пока непонятно, — рассуждала вслух Салтыкова.

— Предлагаю сначала в правый, — сказал я и потопал вперед по коридору. Вслед за мной пошли остальные.

Мы шли по подземелью с интересом осматриваясь по сторонам. Оно и в самом деле было очень похоже на то, в котором проходил мой выпускной экзамен. Песок, духота — все такое знакомое.

Вскоре мы добрались до пещеры, в центре которой находились развалины какого-то храма. Кое-где валялись человеческие кости.

— А почему именно этот Портал выбрали, кто-нибудь знает? — спросил Богдан скорее у всех, чем у кого-то конкретно.

— Потому, что это ближайшее подобное подземелье к Москве, — ответила ему Салтыкова. — Больше никаких параметров не было.

Мы молча прошли по пещере и не сговариваясь двинули в правый тоннель, который оказался довольно длинным. Судя по всему, Мироходцам, которые занимались деактивацией этого Портала пришлось здесь крепко попотеть. Практически повсюду валялись фрагменты тел мумий, а кое-где и кучи пепла, до этого они, видимо, тоже являлись какими-то тварями.

Тоннель закончился ровным прямоугольным залом, который был выложен каменными плитами. Повсюду здесь были колонны, часть из них была разрушена, а стены в некоторых местах ввалились внутрь. Судя по всему, здесь тоже был бой, и я подозреваю, что не самый простой. Достаточно вспомнить каменного голема, с которым мы возились на экзамене.

Остатки уничтоженного Сердца мы обнаружили на дальней стене. Недалеко от него было и то самое место, ради которого мы сюда пришли. С правой стороны, буквально в паре метров от груды красной стеклянной крошки на полу, на стене была легкая рябь.

— Во второй тоннель идти не нужно, — усмехнулась Василиса.

Других комментариев не было. Ну да, понятное дело, в прошлый раз я и сам порядком волновался. Конечно, я и сейчас не «само спокойствие», но все же немного полегче.

— Значит так. На всякий случай напоминаю — держимся вместе, стараемся далеко друг от друга не отходить, — повторила Салтыкова то, что уже проговаривали по пути к Порталу.

— Да слышали же уже, — нетерпеливо сказал Минин. — Что по десять раз обговаривать?

— Значит послушаешь в одиннадцатый, — сказала Екатерина и в ее голосе даже появился стальной оттенок. Даже не знал, что она так умеет. — Там не подземелье, так что я не хочу, чтобы кто-то остался в гостях у нечисти навсегда. Спасать вас туда точно никто не явится.

Алексей пожал плечами: мол, хрен с ним, рассказывай и девушка продолжила.

— Сначала идет Соколов и Минин, затем все остальные. По выходу — ждем команды от меня, — она посмотрела на меня и нахмурилась. — Если со мной что-то случится… Ну что угодно, объяснять не буду, сами все понимаете. В общем, старшим становится Владимир Соколов, который будет ждать пока закончит Василиса. Понятно?

— Понятно, — ответил я.

— А если что-то произойдет со мной, — улыбнулась некромантка и обвела нас взглядом. — То сразу валите оттуда. Без меня вам там делать нечего.

Соловьева вытащила из Рюкзака какой-то браслет и надела его на руку. Он был черного цвета и блестел так, как будто был сделан из стекла. Девушка не стала объяснять, что это такое, да нам это и не требовалось — сто процентов, какие-то некромантские штучки.

Екатерина вытащила знакомый розово-оранжевый артефакт и поднесла его к стене. Рябь усилилась, поверхность начала заметно темнеть и вскоре стала абсолютно черной. Ну вот и все, вроде работает.

— Жду вас на той стороне, — сказал я и сделал шаг вперед.

* * *

Я стоял посреди зала, который был очень похож на тот, из которого мы только что прошли в иной мир. Вот только дальняя стена была полностью разрушена, впрочем, как и часть потолка.

В проем была видна пустыня. На этот раз в этом песочном царстве был вечер. Солнце клонилось за горизонт, окрашивая небо вокруг себя в нежные оранжевые и красные тона. Было жарко. Вскоре рядом со мной появился Алексей, следом за ним Богдан, а потом девчонки.

Наслаждаясь моментом, я стоял и смотрел как ребята осматриваются по сторонам с открытыми ртами.

— С ума сойти можно, — прошептала Салтыкова, глядя на все вокруг восхищенным взглядом. — Значит он и в самом деле работает!

На лицах парней хоть и читалось удивление, но особых эмоций они не проявляли, молча свыкаясь с тем, что они сейчас находятся в другом мире.

— Прикольно, — хмыкнула Василиса. — Если честно, до последнего не верила…

Я активировал Модуль и с удивлением обнаружил, что он и в самом деле работает — на экране ярко горели пять красных точек. Вокруг нас было небольшое светлое пятно — та местность, которую мы успели увидеть. Больше ничего. Никаких живых существ, кроме нас, рядом не было.

— Работает, — сказал я и, как более опытный исследователь иных миров, без особой спешки пошел вперед.

Ребята двинулись следом.

Мы осторожно вышли из разрушенного зала и осмотрелись по сторонам. Это место было совсем не похоже на то, где я оказался в прошлый раз. Никаким храмовым комплексом здесь и не пахло, а единственное имеющееся здание было залом из которого мы только что вышли.

На десятки километров вокруг нас простиралась пустыня, а позади находилась внушительная гора, к которой и был пристроен наш каменный зал. Вокруг было тихо.

Вдруг Соловьева вскрикнула и схватилась за то место, где у нее на руке болтался черный браслет.

— Что? — спросила у нее Екатарина, пока мы смотрели вдаль, в надежде увидеть на горизонте хоть что-то интересное.

— Жжется, — прошипела она и посмотрела вдаль. — В пустыне мы вряд ли найдем то, что нужно… Нам нужно попытаться обойти эту гору. Пошлите.

Она решительно зашагала в сторону горы. Мы постояли немного, а потом пошли следом.

С каждым шагом гора становилась все ближе и больше, а светлое пятно на карте Модуля вокруг нас увеличивалось.

Вдруг Василиса замерла и подняла руку вверх, привлекая наше внимание. Мы остановились, а она склонила голову как будто к чему-то прислушиваясь.

— Слышите? — шепотом спросила она.

Я затаил дыхание и прислушался. Сначала я не услышал ничего необычного, но затем послышался странный и необычный звук… Как будто где-то рядом сыпался песок. И в этот момент я почувствовал, что земля под моими ногами начала двигаться.

— Смотрите на Модуль! — вскрикнула Салтыкова. — К нам что-то движется!

Мы одновременно посмотрели на Модули и все увидели одно и то же. Что-то довольно быстро двигалось в нашу сторону — две зеленые точки. Сработал эффект обнаружения жизни! Причем эти точки находились прямо перед нами, но вот только мы никого не видели. Ну и как такое может быть?

— Сука, что за херня? — выразил общую мысль Богдан. — Кто-то к нам ползет под землей?

— Похоже на то, — ответила Соловьева. — Может быть, какой-нибудь скорпион? Черт его знает…

Мы переглянулись между собой и замерли в ожидании. Песок под моими ногами стал дрожать ощутимо сильнее и вскоре примерно на расстоянии двадцати шагов, прямо из земли наружу выбралась какая-то тварь, похожая на сороконожку.

Только от обычной она немного отличалась цветом, размером… Какого черта? Да она всем отличалась! Огромная десятиметровая светло-коричневая тварь, толстая как огромное дерево и покрытая многочисленными хитиновыми пластинами! Каждая из ее многочисленных конечностей заканчивалась острым и длинным, как коса, когтем. А у той пары, которая была расположена возле головы, виднелись две огромных клешни, как у рака. Вот только эти были размером с метр, не меньше.

Вместо глаз четыре больших белых шара. Не знаю, куда она смотрела своими белыми глазенками, но думаю на нас. Тварь, как змея, начала приподниматься над пустыней, а спустя несколько секунд из земли вылезла еще одна.

Издав звук, похожий на скрип пенопласта о стекло, первая тварь упала на песок и довольно быстро поползла в нашу сторону. В этот момент я почувствовал легкую головную боль и ощущение того, что мой мозг будто что-то сдавило. Во как интересно! Неужели этой заразе клешней мало, и она еще ментально умеет своих врагов уничтожать?

Похоже так и было. Богдан схватился за виски и упал на колени — видимо ему хорошо досталось. Вот только у меня для таких случаев был Амулет Барьера.

Решив не играть сразу по-крупному, но в то же время и не прогадать — я призвал Огненного элементаля, который пламенным великаном вырос на пути первой твари. Сразу же после своего появления, он тут-же потопал к нашим врагам.

Обнаружив новую опасность, сороконожка остановилась, попыталась приподняться над песком и тут же получила удар огненной рукой-плетью от моего элементаля. Пустыню огласил жуткий скрежет, который, вероятно, был криком боли этой твари. Несколько хитиновых пластин лопнули и вокруг брызнула черная жидкость.

Тем временем, вторая сороконожка проползла мимо своей визжащей от боли товарки и поползла к нам. Второго элементаля мне призывать не хотелось — слишком рано тратить так много энергии. Но этого и не потребовалось.

Сороконожка начала постепенно менять свой цвет от светло-коричневого к белому, а ее скорость заметно снизилась. Это за дело взялся Минин, который пытался сковать эту тварь льдом. Наконец она замерла, превратившись в глыбу льда.

— Соколов! — крикнул Алексей, но я и сам догадывался что мне нужно делать.

Вложив в заклинание побольше энергии я швырнул в сороконожку Огненный шар, который разнес ее на мелкие части. Падая на горячий песок они мгновенно таяли и превращались в грязные черные лужи.

Элементаль тем временем заканчивал со второй тварью, на которой к этому моменту не осталось практически ни одной целой пластины. Все они были изломаны, а гигантская сороконожка была сплошь покрыта черной жидкостью. Вот очередной удар Огненного элементаля пришелся по двум из четырех ее глаз, и они лопнули как перезревшие гнойники. Следом еще один удар, который заставил ее пошатнуться, а потом она упала на песок и затихла.

Все это время Богдан сидел на песке, держался за голову и мычал. Честно говоря, мне было не совсем понятно что с ним происходит — я ясно слышал, как Гринев сказал, что у каждого из них есть кольцо с защитой от ментальных заклинаний. Да и остальные же нормально себя чувствуют…

— Твою мать! Что это за твари, кто-то видел хоть раз такое? — спросил Вешняков, когда немного пришел в себя. — Я думал у меня башка взорвется!

— Не у одного тебя, — поморщилась Василиса, массируя виски.

— У вас же есть защита от ментальных атак? — спросил я.

— Значит слабенькая, какая-то…, — сказал Богдан, поднимаясь с песка. — Нужно будет сказать Василию Денисовичу, чтобы выдал нам что-нибудь посолиднее этих безделушек.

— Ребята, а с этих тварей вообще ничего не упало, представляете? — разочарованно крикнул Минин, глядя на экран Модуля. — Хоть бы какой завалящий камешек…

— Не факт, что здесь вообще что-то с кого-то может упасть, — сказала Соловьева.

— Это как? — спросил я.

Она не ответила, потерла браслет на руке и молча пошла вперед. Мы двинулись следом.

Вскоре мы увидели, что с правой стороны горы тоже есть какое-то здание, которое было к ней пристроено. Оно было как две капли воды похоже на то, из которого мы вышли. Правда, за одним небольшим исключением — вокруг входа в него клубился туман.

— Странно как-то все это выглядит, — сказала Екатерина и посмотрела на Соловьеву. — Нам туда?

Василиса в очередной раз погладила браслет и вздохнула.

— Пока не понятно. Нужно ближе подойти.

— Что-то должно произойти? — спросил Минин и красноречиво посмотрел на ее амулет. — Что это за амулет? Он тебе какие-то сигналы некромантские подает?

— Да, типа того, — усмехнулась она. — Этот амулет ведет меня по правильному пути. Играл в детстве в игру «горячо-холодно»? Вот примерно по такому же принципу.

— А никак нельзя сразу понять, где горячо? — нахмурился Богдан. — Если еще одна такая сороконожка четырехглазая вылезет, то я точно не выдержу.

— Никак, Вешняков, что за странные вопросы? — Василиса похлопала его плечу. — Пошли, посмотрим что там за туман такой странный.

Глава 9

Чем ближе мы приближались, тем больше мне казалось, что здание выглядит как-то странно. Такое ощущение, что все оно было покрыто легкой рябью.

— Ребята, мне кажется или картинка перед нами похожа на мираж? — спросил я. — Это здание будто все время дрожит.

— Что-то такое есть, — подтвердила мои видения Салтыкова. — Может быть такой эффект дает туман, которым оно окружено? Сейчас подойдем поближе и все сами увидим.

— Очень похоже на то, что нужная нам штука тоже где-то там, — Василиса указала на окруженное туманом сооружение. — Так что скоро будем на месте.

Тем временем солнце опускалось все ниже и становилось немного темнее. Вот только как-то уж слишком медленно это происходило. На Земле за то время, которое мы провели в этом мире, оно бы уже давно спряталось за горизонт. Наверное, сутки здесь намного длиннее. Хотя, чему я удивляюсь? На каждой известной мне планете есть свои нюансы.

До здания оставалось всего шагов пятьдесят, а ответ на главный вопрос мы так и не получили — это мираж или нет? Оно и в самом деле дрожало, как будто это была голограмма.

Лезвие Рассвета начало светлеть…

— Вот с этого момента все внимательно смотрим по сторонам и шагаем крайне осторожно, — я демонстративно покрутил мечом. — Он начинает светиться только тогда, когда рядом нежить.

Мы остановились, осмотрелись, но ничего подозрительного не увидели.

— Василиса, ты ничего подозрительного не чувствуешь? — спросил у нее Алексей.

— Ты о чем?

— Ну, ты же вроде тоже из этих… Некромантов.

— Дурак вы, сударь, — улыбнулась она. — Причем здесь одно к другому? Я же все-таки живая — не нечисть.

Когда до храма оставалась всего пара десятков шагов, Екатерина вдруг подняла руку, привлекая внимание и показала на Модуль.

— Стоп! Здесь что-то есть! Он определяет какой-то трофей!

Я активировал свой и посмотрел на карту: да, на экране и в самом деле появился зеленый вопросительный знак. Любопытно.

— Не понял, это что получается? Кто-то здесь кого-то убил и не забрал то, что с него выпало или как? — спросил я у Салтыковой.

— Сама не понимаю, что это значит, — растеряно ответила она. — Давайте посмотрим, что там вообще такое?

К тому месту, которое было отмечено знаком вопроса, подходили очень неспешно. Опасаясь, что в любой момент откуда-нибудь может появиться нежить. Тем более, что основания опасаться были — с каждым шагом Рассвет горел все ярче.

Самое интересное, что чем ближе мы подходили, тем очевиднее становилась картинка — здание и в самом деле было очень похоже на мираж. Да и туман был каким-то необычным…

Нечто подобное я видел в Портале с открытым миром, где мы вместе с Василисой и Звягиным сражались с гоблинами.

Там также был вот такой странный туман, обозначающий границы за которые мы не могли выйти. Если это и в самом деле так, то у нас не получится пройти сквозь него. В остальных Порталах я тоже видел подобное зрелище, но вот проходить сквозь него не пытался.

— Вам этот туман ничего не напоминает? — спросила между тем Салтыкова.

— Да, я уже давно заметил, что где-то я такое уже видел, — отозвался Богдан. — И не раз…

— Это же очевидно — ты видел такое в Порталах каждый раз, когда оказывался на открытой местности, — сказала Екатерина.

А она права! Это действительно так и было. Правда для меня это не было столь же очевидно, как и для нее, но сути вопроса это не меняло.

— Допустим… Ну и что это значит? — нахмурился Вешняков и вопросительно посмотрел на Салтыкову.

— Пока не знаю, — ответила она. — Есть кое-какие соображения…

— Смотрите какая штука! — привлек наше внимание Минин и показал на песок. — Похоже, это и есть та хреновина, которая светится на карте знаком вопроса.

Мы подошли поближе, и я увидел на песке небольшой шар черного цвета, размером с яблоко. Мне показалось, что из такого же материала сделан амулет нашей некромантки. Разница была только в том, что этот переливался всеми цветами радуги, как мыльный пузырь.

— Какой интересный шарик!

Алексей нагнулся, попытался взять его в руку и в этот момент меня что-то ударило с такой силой, что я отлетел на несколько метров. Все остальные тоже разлетелись в разные стороны.

— Ну ты и дебил, Минин! — услышал я голос Соловьевой, которая пыталась подняться на четвереньки.

Я отыскал глазами пылающий Рассвет, который лежал в паре метров от меня и быстро пополз к нему.

Тем временем, вокруг происходило что-то странное и это мне совсем не нравилось. Из черного шара повалили клубы дыма.

— Все назад! — крикнула Василиса и мы бросились в разные стороны.

В этот момент громыхнул гром и мне показалось, что небо прямо надо мной раскололось на части. Я упал на песок и попытался понять — живой или уже нет? Вроде бы да, пока все в порядке. Даже боли не чувствовал. Интересно, что это вообще было? За спиной в Рюкзаке отчаянно начал барахтаться Тосик.

Я перевернулся на спину и увидел, что из клубов дыма начинает вырисовываться силуэт человека, который размерами запросто мог сойти за великана. В нем было никак не меньше трех метров, а может быть и все четыре — по призрачной фигуре сложно было определить точнее.

С каждым мгновением силуэт становился плотнее и вскоре перед нами материализовался облаченный в черные доспехи великан. Хотя не было даже намека на ветер, за его спиной развевался изорванный плащ. Его шлем венчала корона, а в правой руке он сжимал меч, с которого на песок стекали черные капли. Когда очередная капля падала на землю, раздавалось отчетливое шипение и над землей поднимался дымок… Не знаю, что это была за дрянь, но песок от нее явно плавился. И вот еще один момент — этот парень парил над землей и не касался ее ногами…

— Врата распахнутся и те, кто прячутся в страхе — будут сражаться рядом с нами… Путь к истинному свету всегда темен…

Его голос был похож на громовой раскат, казалось, эти слова раздаются прямо у меня в голове. Неужели это он их говорил? Похоже на то, больше некому.

— Кто это такой?! — услышал я крик Минина.

— Это Черный Рыцарь! — ответила ему Соловьева. — Катя помогай — мы сами с ним не справимся!

Такое ощущение, что только сейчас этот мужик заметил нас. Он вскинул руки и нас окружили тучи песка, которые начали принимать очертания людей, а затем материализовались в скелетов. Они были повсюду!

В этот момент я увидел, как вокруг меня одна за другой вспыхнули две вспышки и вскоре я был окружен зеленой аурой, а моя кожа стала темно-серого цвета. Это Богдан прикрыл меня защитными заклинаниями.

— Карамба? — услышал я знакомый голос возле своего правого уха.

— Полнейшая! Давай жуй шоколадку!

Зашелестела сорванная обертка, а сам плюшевый спрыгнул с моего плеча и я на какой-то момент потерял его из вида. Прямо на меня перлись скелеты, размахивающие ржавыми мечами, а позади всеми смертными карами грозился какой-то Черный Рыцарь — ну просто мрак!

Краем глаза я увидел, что Салтыкова плюхнулась на задницу, а затем услышал знакомый уже хлопок, после которого появился черный кокон. Похоже скоро к нам в гости придет Пламенный демон.

Вот хотел бы я посмотреть, как они будут выяснять отношения с Черным Рыцарем, но пока мне было немного не до них. Ближайший скелет широко замахнулся в надежде достать меня секирой, но я оказался быстрее. Рассвет прошел сквозь него как будто его и не было вовсе. Позади меня что-то ухнуло, земля под моими ногами на долю секунды ушла вниз, и я свалился лицом в песок. Твою мать!

Я попытался встать и увидел рядом с собой нескольких скелетов, которым до меня оставалось всего несколько шагов. Инстинктивно я попытался отползти назад, но в этот момент они замерли прямо на ходу, превратившись в ледяные изваяния. С оглушительным ревом через меня перепрыгнул Тосик и двумя мощными ударами разбил их на мелкие ледяные осколки.

Вот это плюшевый вовремя подоспел! Воспользовавшись небольшой паузой, я призвал Лавового элементаля, который вырос передо мной стеной из магмы. Сквозь трещины, покрывавшие его пятиметровое тело, на песок капала раскаленная лава. Всего несколько секунд он стоял на месте, а затем потопал к скелетам.

По сравнению с Огненным элементалем, этот парень был немного медленнее, но вот зато если уж бил, то после каждого его удара сразу несколько скелетов разлетались на мелкие части. На пару с Тосиком они составляли очень грозный тандем, сокрушавший все на своем пути.

Прикрываясь моими верными соратниками которые отвлекли внимание части скелетов на себя, я помчался на другой фланг, где Минину и Соловьевой явно приходилось несладко. Они сражались спина к спине, а скелеты пытались окружить их.

Недалеко от них на песке лежал Богдан, все лицо которого было в крови. Ему явно требовалась наша помощь, но пока было не до него. Нужно было разделаться со скелетами, иначе помощь могла бы потребоваться нам всем.

Опасаясь использовать заклинания, чтобы не задеть ребят — я врезался скелетам в тыл, кроша их Рассветом. К тому моменту, пока они поняли, что опасность находится позади них, я успел разделаться с целым десятком.

Своими успешными действиями мне удалось привлечь внимание почти половины наседавших на Алексея и Василису скелетов. Один из них, отличающийся от остальных внушительными размерами, вдруг прыгнул на меня, как обезьяна. Я увернулся от летящего в меня копья и лишь в последний момент успел использовать способность задержки времени.

Если бы скелеты умели думать, то, наверное, сейчас этот парень задавался бы простым вопросом — почему он завис в воздухе, лишь немного не долетев до меня? Я подпрыгнул и с размаху раскрошил его на части.

Послышалось утробное рычание Пламенного демона, а затем я услышал громкий звон мечей. Видимо двум мрачным парням там есть чем заняться.

Я увернулся от еще одного копья и увидел, что мне в голову летит что-то большое. Это оказался череп какого-то скелета, которого раскрошил Тосик очередным ударом. Плюшевый вел свою небольшую победоносную войну уже недалеко от меня. Всего пара десятков шагов и он окажется рядом. Лавовый элементаль к этому моменту уже исчез, но насколько я мог видеть, зверек прекрасно справлялся и сам.

Не знаю сколько я уже перемолотил этих долбанных скелетов, но думаю никак не меньше пятидесяти. Устал я порядком. Очень хотелось вколоть себе «Оптимум», а еще посмотреть что там с Богданом. Когда мне начало казаться, что если я еще несколько раз взмахну мечом, то у меня отвалятся руки, я вдруг понял, что скелетов больше нет. Только что я разрубил последнего.

Мы стояли с ребятами друг напротив друга и тяжело дышали. Минин указал в сторону Тосика, который огромным бурым медведем возбужденно скакал вокруг нас и усмехнулся:

— Полезный зверек…

Оглушительный металлический звон заставил нас вспомнить, что сражение еще не закончено. По крайней мере, у нас появилась возможность посмотреть, как там дела у Богдана и Пламенного демона.

Василиса бросилась на помощь к Вешнякову, а мы с Мининым наблюдали за сражением. Впрочем, самое интересное мы уже пропустили. Черный Рыцарь к этому времени лишился левой руки и половины головы, но все еще пытался сражаться. А вот его противник, можно сказать, был в порядке. Если не считать, что его правый бок был разрублен и оттуда вытекало что-то темное.

Их мечи в очередной раз скрестились и пустыню вновь огласил звон. К этому времени практически совсем стемнело, поэтому, когда мечи ударились друг об друга и вокруг разлетелись мириады искр, выглядело это весьма эффектно.

Сразу же после этого, демон нанес удар своим вторым мечом, который был соткан из белого тумана и казался практически невидимым. Черный Рыцарь замер всего на мгновение, а затем его тело распалось на две половины.

— Путь к истинному свету всегда темен…

Услышали мы на прощание, а затем его окутали клубы дыма, которые вскоре развеялись. Следом за ним пришел черед повсюду валяющихся скелетов, которые в то же мгновение превратились в пыль и исчезли будто их здесь и не было.

В этот момент я почувствовал, как что-то вцепилось мне в штанину, посмотрел вниз и увидел Тосика, который отчаянно пытался вскарабкаться на меня. Я поднял его и посадил на плечо.

— Салтыкова карамба! — сообщил он, а затем полез в Рюкзак.

Я посмотрел на Екатерину, которая сидела на песке, склонив голову. Сейчас ей нужен был «Оптимум», мне это было известно. Усталость давала о себе знать, поэтому пока я к ней шел, заметил, что мои ноги немного заплетаются… Да еще песок этот, зараза! Шагать по нему полдня то еще испытание!

Пока я шел к Салтыковой, обратил внимание, что Василиса с Мининым колдуют возле Богдана. Я присел рядом с девушкой и вытащил из пояса парочку «Оптимумов». Один шприц-тюбик я вколол Екатерине, второй себе. Мне он тоже лишним не будет. Получив необходимую дозу препарата, она бросила на меня благодарный взгляд, а затем устало вздохнула и положила голову мне на плечо.

— Что там с Богданом? — спросил я.

Несмотря на то, что до ребят было шагов пятнадцать, в полнейшей тишине вечерней пустыни, мой спокойный голос был отлично им слышен.

— Жить будет, — ответила мне Василиса. — Мы его препаратами напичкали, так что скоро придет в себя.

Ну вот и хорошо.

Спустя несколько минут я почувствовал ожидаемый прилив сил. Екатерина тоже оживилась и попыталась встать, но с первого раза у нее не вышло. Зато я легко поднялся на ноги и протянул ей руку.

— Прошу вас, сударыня, — она улыбнулась, взяла меня за руку и в этот раз легко встала на ноги.

Мы подошли к ребятам. Алексей развалился на песке, закинув руки за голову, а Василиса сидела рядом с Богданом.

— Что это было? — спросил я у Соловьевой.

— Спроси лучше у Минина, — пробурчала она и мрачно посмотрела на улыбающегося Алексея. — Он же у нас знает, что можно в руки брать, а что нет?

— Откуда я мог знать, что там внутри сидит этот тип? — отозвался он. — Я, между прочим, Мироходец, а не экстрасенс. Это разные вещи.

— Ну, значит тем более головой должен думать, раз уж ты Мироходец! Тем более здесь! Тянешь с земли всякую гадость! — не сдавалась Василиса.

— Ладно, хватит вам, — попыталась успокоить их Салтыкова. — Дома будем разбор полетов устраивать. Лучше и в самом деле расскажи нам, что это было. Ты видела таких тварей?

В этот момент Богдан застонал и открыл глаза.

— Слава Богу, очнулся, — вздохнула Соловьева и посмотрела на Екатерину. — Видела. Один раз правда…

Чтобы было удобнее разговаривать, мы с Салтыковой тоже сели на песок, который уже начинал остывать и даже стал немного прохладнее.

— Черный Рыцарь… Опасная тварь. Думается мне, что некроманты оставляют их как стражей возле особо ценных предметов, — продолжила свой рассказ Василиса. — Например, я такого видела в одном из Осколков, он охранял Сердце… Ох и намаялись мы там, пока с ним справились. Двоих человек потеряли…

— Выходит, эта черная штука какая-то важная хреновина? — спросил Минин. Чувства вины в его голосе я не услышал.

— Это камень смерти, — ответила она и посмотрела на свою руку. — Мой амулет сделан из такого же. Считается, что это часть души некромантов…

Богдан вновь застонал и попробовал сесть. Это у него получилось.

— Часть души? — удивленно спросил Алексей. — Это как?

— Не думаю, что так и есть на самом деле, но камень чувствует родные души…

— Родные, это в смысле… и твою тоже? — я внимательно посмотрел на Соловьеву, но она лишь усмехнулась.

— Мою? Нет. Я им не родная душа… Без амулета я не могу их чувствовать. Но это их камень — он напитан силой некромантов. Истинных некромантов, а не таких как я.

— То есть ты хочешь сказать, что они засунули туда этого Рыцаря Смерти? — нахмурился Минин. — Но зачем? Что ему тут охранять — это здание в тумане?

— Что охранять? Хороший вопрос… Но мне кажется я знаю на него ответ. Думаю, камень здесь не просто так лежит… Он очень крупный — слишком большой источник энергии.

— Какие-нибудь мысли по этому поводу? — спросила у нее Салтыкова.

— Его энергия для чего-то нужна…

— Например?

Девушки внимательно смотрели друг на друга несколько минут. За это время даже Богдан окончательно пришел в себя и смотрел то на Соловьеву, то на Екатерину.

— Ты спрашиваешь — например? — хмыкнула Василиса. — Ну вот, как вы думаете, Портал здесь может вечно сам по себе торчать?

Глава 10

— Понятия не имею, сколько на одном месте может торчать Портал, — пробурчал Минин. — Даже не задумывался над этим.

— Ну, вот и зря. Я думаю, что именно его и подпитывает камень смерти, — сообщила ему о своем предположении Соловьева.

— Может быть, ты и права, — согласилась Екатерина. — Нужно будет это проверить. Интересно, а этот камень смерти со временем энергию теряет?

— Теряет, — ответила ей Василиса и посмотрела на свой амулет. — Это я тебе совершенно точно говорю.

— Где ты его вообще раздобыла? — спросил Богдан, вытирая кровь с лица. Кое-где она уже успела подсохнуть и схватилась коркой, поэтому выглядел он так, как будто проиграл в кулачном бою. — Я вроде как давно в Мироходцах, а вот что-то ни разу не видел, чтобы такой трофей с кого-нибудь падал.

— Был случай, — уклончиво ответила она. — Как-то раз сняла с некроманта.

— Солидно, — одобрительно хмыкнул Минин. — Некроманты гости нечастые, но зато очень опасные.

— Ладно, ребята, — вздохнула Соловьева. — Нужно двигаться дальше — что-то здесь холодать начинает. Богдан, ты как?

— Да нормально, — ответил он, щупая разбитый лоб. — Кровь уже не идет… Вот Черный Рыцарь, сука… Чем это он меня шибанул?

— Он всех чем-то шибанул, — напомнил я ему, вспомнив как сам упал лицом в песок. — Кстати, никто не помнит, что он там про врата, какие-то говорил?

— Врата распахнутся и те, кто прячутся в страхе — будут сражаться рядом с нами. Путь к истинному свету всегда темен, — продекламировала Салтыкова.

— Екатерина, у вас поразительная память! — восхищенно сообщил ей Минин и окинул ее заинтересованным взглядом. Вот засранец!

— Спасибо, — ответила она. — С памятью у меня все в порядке, но больше ничем помочь не могу — понятия не имею, что это значит.

— Когда я в прошлый раз повстречалась с Черным Рыцарем, он тоже говорил что-то подобное, — сказала Соловьева и поднялась с песка. — Но я не знаю о чем это.

— Ну хорошо, тогда будем считать, что это какая-то некромантская поговорка, — улыбнулся я. — Давайте и в самом деле двигать дальше — время идет, а оставаться в этом мире на ночь у меня никакого желания нет. Неизвестно, что здесь по ночам из-под земли вылезает.

Вскоре мы вернулись к изучению странного тумана, который и в самом деле был таким же, как и в Порталах. Можно было сделать лишь несколько шагов в нем, а дальше он не пропускал.

— Почему мы не можем туда пройти? — спросил Минин после того, как несколько раз безуспешно попытался пробиться сквозь туман. — Ерунда какая-то.

— Если у тебя нет никаких мыслей на этот счет, еще не значит, что это ерунда, — сообщила ему Салтыкова.

— Ну так поделись своими, если ты такая умная, — проворчал Алексей.

— Даю пару вводных. Из похожего на него здания мы попали в этот мир, ну а здесь мы попасть в него не можем. Вопрос — почему?

Минин озадаченно смотрел на Екатерину. Судя по лицу, его серое вещество было занято сложным мыслительным процессом.

— Ты хочешь сказать, что его здесь нет? — спросил я.

— В определенной степени, — кивнул Салтыкова и посмотрела на Василису. — Камень смерти забираем?

— Нет, — ответила та. — Не уверена, что нужно его трогать. Если предположить, что он и в самом деле питает Портал энергией, то, может быть, он и должен лежать именно здесь? Не хочется совершить какую-нибудь глупость, из-за которой мы не сможем попасть домой.

— Тогда почему здесь, а не возле Портала? — спросил Богдан.

— Вот этого я не знаю. Может быть, он питает не только его?

— Нужно это проверить, — оживилась Екатерина.

Вот интересно, у всех ученых заложено в генах желание все время что-то проверять и проводить эксперименты? Ну вот как было бы хорошо сейчас развернуться и потопать обратно к Порталу. Выяснили же самое главное! Но нет, нам обязательно необходимо еще что-то узнать.

— Обычно, после фразы «нужно это проверить», происходят какие-нибудь странные вещи, — как бы сам себе сказал Алексей.

— Самая, как ты говоришь, «странная вещь», я думаю, уже произошла в тот момент, когда какой-то недалекий Мироходец, начал хватать руками все, что видит, — напомнила Василиса Минину о его промахе. — Так что, чья бы корова мычала.

Тот открыл было рот, чтобы попытаться оправдаться, но глядя на выражение наших лиц понял, что лучше даже не пытаться это делать.

— Ну, надо, значит надо, — кивнул он. — Раз меня все равно никто не слышит, то хотя бы объясните, что именно нам еще нужно здесь сделать?

— Ничего сложного. Обойдем гору и вернемся к нашему Порталу, — ответила ему Салтыкова. — Я хочу кое-что проверить.

— Вопросов больше не имею, — кивнул Минин. — Тогда идем, чего время терять?

Не сговариваясь, мы двинулись дальше. По моим соображениям, пока мы полностью обойдем гору, пройдет часа четыре, не меньше. Главное за это время на замерзнуть в этой пустыне, а то холод уже начинал доставлять дискомфорт. Того и гляди придется Огненного элементаля призывать, чтобы он нас немного погрел.

— Кстати, Соколов, а зверек твой мне понравился, — сказал Минин после того, как мы минут тридцать топали в полной тишине. — Бойкий малый. Я бы себе такого тоже завел.

— Согласен, мне он тоже нравится. Если доведется оказаться в том мире, где они водятся, поймаешь себе парочку.

— Да мне и одного хватит, — хохотнул Алексей. — Еще размножаться начнут, что я потом с ними делать буду? Они вон какие оказывается вырастают…

В этот момент я почувствовал, как у меня за спиной зашевелился Тосик. Значит уже немного отдохнул, а то, после того, как он спрятался в Рюкзак, до сих пор даже признаков жизни не подавал. А тут гляди-ка — услышал, что про него говорят и сразу же оживился. Или это он от слова «размножаться»? Так, вот этого мне пока точно не нужно. Будем надеяться, что все-таки просто отошел от битвы и зашевелился.

Мы прошли ровно половину пути, когда Василиса вдруг остановилась и посмотрела куда-то вдаль, в противоположную от горы сторону. Погладила свой амулет и усмехнулась:

— Камень зовет меня куда-то туда…

— Сейчас нам в ту сторону не нужно, — сказала ей Екатерина, остановившись всего на несколько секунд. — Мы обходим гору и на этом все.

— Приятно слышать, Салтыкова! Оказывается, ты еще не совсем спятила, — обрадовался Минин. — Я думал ты сейчас скажешь, что нам срочно нужно там что-нибудь проверить.

Девушка бросила на него снисходительный взгляд и пошла дальше. Мы потопали следом.

Тем временем похолодало не на шутку. Как-то мы не подумали про теплые вещи, а их взять, наверное, стоило — пустыня все-таки. Здесь по ночам бывает, что и вода замерзает. Но никто не возмущался — все шли молча и даже Минин, который был не сдержан на язык, лишь что-то сопел и бормотал себе под нос.

Спустя еще час мы обнаружили то, что искали — еще одно точно такое же здание в горе, которое было полностью окружено туманом. Салтыкова даже радостно вскрикнула, когда увидела его очертания. Забыв про холод, она ускорила шаг и нам пришлось поднапрячься, чтобы не отстать от нее.

— Куда ты помчалась, Екатерина? Вдруг там тоже какая-нибудь тварь сидит? — крикнул я ей вслед, но это было бесполезно. Остановить ученого, которому что-то взбрело в голову — это утопия.

Я активировал Модуль и проверил карту — никаких красных точек и знаков вопросов не было. Ну, по крайней мере, живые на нас напасть не собираются и еще одного камня смерти здесь нет.

Салтыкова стояла возле окутанного туманом здания и смотрела на него с нескрываемым восторгом. Оно немного отличалось от того, через которое мы сюда попали. Наше было выстроено из светлого камня, а это практически из темно-серого, почти черного.

— Вы, разумеется, понимаете, что это означает? — спросила она, когда мы все подошли ближе и выстроились перед зданием в шеренгу.

— Не совсем, — честно признался Минин.

— Смутно, — обтекаемо ответил Богдан. Видимо ему хотелось произвести впечатление более понятливого парня, чем Алексей.

— Ладно, — она махнула рукой. — Не будем спешить — мне нужно это все еще обдумать и проверить. Может быть, я и не права… Обобщим информацию от остальных групп, проанализируем, ну а потом уже выводы делать будем. Но в целом я довольна!

— Это означает, что мы возвращаемся? — с надеждой спросил Минин.

— Колотун карамба! — вставил Тосик, который тоже решил проникнуться важностью момента, выбрался из Рюкзака и теперь с мрачным видом сидел у меня на плече. — Салтыкова карамба!

Вот я всегда удивлялся его проницательности. Как он понял, что мы все здесь до сих пор находимся именно из-за Екатерины? Вот же, плюшевый!

— Да, мы возвращаемся, — обрадовала нас Екатерина.

* * *

В «Мангусте», по пути в Москву, мы согрелись и вскоре салон напоминал сонное царство, в котором бодрствовал только водитель и я. За спиной в Рюкзаке давал храпака Тосик, а на плече у меня сладко спала Салтыкова.

Напротив меня сидели Минин с Вешняковым, между которыми устроилась Василиса — все трое дружно дремали. Глядя на них, я и сам несколько раз чуть не заснул, но всякий раз просыпался, опасаясь, что сонная Екатерина свалится с моего плеча.

Так что, когда мы наконец доехали до Департамента, где остались наши машины, я облегченно вздохнул — еще немного, и я тоже смогу отдохнуть после путешествия в пустыню.

Правда по пути домой я решил завезти Салтыкову. Разумеется, она отказывалась, грозилась вызвать водителя с машиной, но в конце концов сдалась. На часах уже было почти три часа ночи, так что она послушалась меня и решила пожалеть водителя. Хотя, думаю, что на самом деле время было ни при чем. Нам приятно было проводить время друг с другом, хотя это получалось и не так часто, как того хотелось бы.

— Красивая у тебя машина, — сказала она, усаживаясь в мой новенький «Мерседес».

— Спасибо, — поблагодарил я ее за комплимент. Вроде бы мелочь, но на самом деле каждому мужчине приятно, когда хвалят его машину.

— Вот только цвет странный. Почему серый?

— Это сейчас модно, — ответил я и улыбнулся. — Цвет как цвет, чем он тебе не понравился?

— Должен быть красивенький какой-нибудь.

— Это красный, я так понимаю?

— Розовый тоже не плохо, — подмигнула она мне. — Ты был бы единственным моим знакомым с машиной розового цвета.

— Не уверен. Если бы у меня был «Мерседес» розового цвета, то вероятнее всего, я не был бы твоим знакомым и предпочел компанию Минина или Вешнякова.

— И то верно, — хохотнула она.

— Тебя куда везти?

Она назвала адрес, я забил его в навигатор, вырулил с парковки и не спеша покатил по ночным московским улицам. Катя заснула буквально через несколько минут, ну а я ее и не беспокоил. Пусть дрыхнет.

Когда мы подъехали к ее дому, я погладил ее по лицу, она вздрогнула и проснулась.

— Что? — испуганно спросила она.

— Да ничего, чего ты дергаешься? — улыбнулся я. — Что там тебе такого снилось, интересно. Приехали уже, так что подъем.

Девушка посмотрела в окно, узнала местность, потянулась и так сладко зевнула, что мне и самому в кровать захотелось. А еще лучше в кровать с Салтыковой…

Она посмотрела на меня, затем наклонилась и нежно поцеловала в щеку. Такое ощущение, что у меня на лице было написано, что я ее хочу… Конечно, поцелуй это совсем не то, но мне понравилось.

— Спасибо, что подвез.

— Да ладно, ты что, издеваешься? Неужели я бы тебя ночью бросил в Департаменте? Салтыкова — ты не перестаешь меня удивлять.

— Все равно спасибо. Увидимся на днях?

— Предвидеть такие вещи не в моих силах — ты же у нас девушка, занятая. Вечно у тебя какие-то эксперименты на уме. Я думал у тебя и дома-то своего нет. Зачем он тебе сдался, если ты постоянно в Департаменте? — она виновато опустила глаза. — Так что, лучше ты мне скажи, увидимся мы на днях или нет?

— Не обижайся, сам видишь какие сейчас дела пошли. Столько всего… Благодаря тебе, разумеется.

— Ну да, я в Москве уже неизвестно сколько, а тебе все некогда.

— Все, совсем ты меня засмущал, даже самой стыдно, — Салтыкова пихнула меня в плечо. — Договорились, в ближайшее время с меня ужин.

— Вот это уже лучше, — кивнул я.

Она чмокнула меня еще раз, взяла свой Рюкзак, сумку с вещами и выпорхнула из машины, оставив после себя тот самый легкий цветочный аромат, который мне так понравился после ее первого визита ко мне. Как там говорят — бабочки в животе летают? Вот типа того у меня происходит от ее запаха…

Кстати, домик, в котором жила Салтыкова, мне понравился. Высотка, но при этом сразу понятно, что квартиры здесь очень хорошие. Как минимум, не хуже той, которую мне Владыкин отдавал под временное место жительство в Саратове.

Перед тем, как скрыться в подъезде, Салтыкова помахала мне рукой, а стоявший возле двери охранник подозрительно посмотрел на мою машину. Сразу видно профессионал, не удивлюсь, если он еще и номера мои на всякий случай запомнит.

Выруливая со стоянки, я посмотрел на время — без пятнадцати четыре. Время, конечно, позднее, но что делать? Я вытащил из кармана телефон и для начала набрал Владыкина. Понятное дело, что ответил он далеко не сразу.

— Соколов? Ты что, охренел? Четыре часа утра между прочим! — судя по голосу, граф был явно недоволен, но вот покрыть меня матом воспитание не позволяло. — Или у вас там в Москве круглосуточно бодрствуют?

— Ваша светлость, не ругайся — в отличие от тебя, я сегодня еще вообще не ложился.

— Вот это ты зря, Володенька. Отдыхать тоже нужно, а ты все об Отечестве думаешь… Ладно, рассказывай, что случилось. Ты же не от нечего делать мне наяриваешь?

— Ты когда ко мне сможешь прилететь в гости?

— Соскучился, что ли? — пробурчал граф.

— Ага, здесь таких хороших собутыльников нет. Уже весь город обыскал.

— Ну если так, то другое дело, — на этот раз голос Владыкина звучал более миролюбиво. — Если срочно, то могу утром вылететь. К обеду буду, получается.

— Срочно, ваше сиятельство.

— Хорошо, договорились. Буду вылетать — наберу.

— Рад слышать. Тогда спокойной ночи, граф. Пусть вам снятся сладкие сны с красивыми голыми бабами.

— С тобой поспишь, — пробурчал Михаил и отключился.

Я улыбнулся и набрал Заплатина. В отличие от графа, старик ответил всего через несколько гудков.

— Слушаю, ваше сиятельство, — да, голос у него и в самом деле был довольно бодрый. Не похоже, чтобы он спал.

— Доброй ночи, Тимофей Александрович. Вы вообще спать не ложитесь?

— Владимир, старикам ведь много не нужно… Я уже лет пять как сплю по несколько часов в сутки.

— Интересно, — хмыкнул я. — Мне бы так научиться. Глядишь за день и успевал бы больше.

— Лет через сорок научитесь, — заверил меня Заплатин. — К сожалению, от этого никуда не деться. Ну а вы почему не спите? Тоже бессонница мучает?

— Да нет, я сегодня еще вообще не ложился.

— Вот как? Какие-то проблемы?

— Скорее хлопоты… Тимофей Александрович, как там обстоят дела с моей просьбой, насчет людей? Нашли кого-нибудь?

— Само собой, ваше сиятельство. Я думал вы меня вчера еще по этому вопросу наберете…

— Вчера мне некогда было. Кое-какие вопросы по службе возникли, — ответил я, приятно удивившись оперативности работы Заплатина. Вот бы еще и по качеству она себя оправдала, вообще было бы хорошо. — Так что скажете?

— Разговор, конечно, не телефонный, — осторожно сказал старик.

— Разумеется нет. Я бы хотел завтра с ними встретиться. Вот только пока не очень понимаю где это лучше всего устроить.

У меня в голове чередой прошли несколько вариантов от ресторана, до собственного дома, но ни один из них мне не понравился. Все не то.

— Ваше сиятельство, если удобно я бы мог предложить свой собственный офис. У меня же все-таки своя судебная практика имеется, так что — в любое время мой офис к вашим услугам.

Вот это, пожалуй, не самый плохой вариант. Во всяком случае, гораздо лучше тех, что приходили мне в голову.

— Хороший план, Тимофей Александрович, — одобрил я. — Мне нравится.

— Рад служить. На какое время вам будет удобно с ними встретиться?

Так, ну пару часиков я все-таки хотел бы поспать — смотреть на них красными от недосыпа глазами вообще не хочется.

— Давайте часов на одиннадцать. Только скиньте мне адрес, чтобы я знал куда ехать.

— Как скажете, ваше сиятельство.

— Тогда до завтра, хорошей вам ночи.

— И вам спокойного отдыха, Владимир.

Так, ну начнем потихоньку со своими проблемами разбираться. Я бросил телефон на сидение и нажал на педаль газа. Автомобиль мгновенно отозвался и мой серый «Мерседес» рванул вперед.

Глава 11

Офис Заплатина располагался очень удобно — в небольшом трехэтажном здании старой постройки, которое отреставрировали и с успехом переделали в комфортный бизнес-центр. Кроме Заплатина там расположилось еще несколько контор, которые оказывали разного рода юридические услуги, что было очень удобно — выбирай кого хочешь. Да и народа трется немного, так что и лишних глаз поменьше, что тоже неплохо.

Первым ко мне на собеседование попал юрист. Звали его Свиридов Артем Михайлович. Ему было около пятидесяти, невысокого роста, лысоват, с какой-то неприятной, даже издевательской улыбочкой на лице и хитрым взглядом. Одет он был очень дорого, но в то же время весьма сдержанно.

Даже с учетом нашего недолгого разговора, я понял, что этот мужчина, собрал в себе множество полезных качеств для выбранной им профессии, но вот лично меня они весьма раздражали.

У него был очень тихий, вкрадчивый голос, но вместе с тем лишних слов он не говорил — всегда коротко и по делу. Причем, он был из породы тех всезнающих специалистов, которые отвечают на каждый ваш вопрос с легкой издевкой, как бы спрашивая — неужели ты до сих пор думаешь, что знаешь что-то такое, чего не знаю я?

Это ужасно раздражало и, если честно, мне даже несколько раз хотелось подойти к нему и отвесить хороший подзатыльник, чтобы он, как минимум, перестал улыбаться. В общем — отличный парень, именно то, что мне нужно. Надеюсь, он так же сильно будет злить и моих противников. Люблю, когда мои враги бесятся от бессилия.

С ним я разговаривал меньше всего, целиком и полностью доверившись в этом вопросе мнению Тимофея Александровича. Ну а как собственно? В юридических тонкостях я все равно мало что понимал, а если Заплатин за него ручается, значит этот парень стоит своих денег.

Закончив с ним беседовать, я отправил его ненадолго погулять и пригласил к себе финансиста. Вот этот парень мне понравился больше. Звали его Давыдов Матвей Всеволодович. Если мой будущий юрист был похож по внешнему виду на помесь хомяка с кротом, то этот парень напоминал мне добермана.

Ему было тридцать пять лет, высокого роста, приятные черты лица, немного высокомерный взгляд, дорогой костюм — своим внешним видом он воплощал собой успешного дельца, которому все легко давалось. Ну а если не давалось, то он забирал это силой. Вот с ним наш разговор затянулся подольше, мне было интересно с ним пообщаться.

— Матвей Всеволодович, судя по вашему послужному списку, вы редко где задерживаетесь надолго. У вас настолько склочный характер, что не можете долго работать с одним человеком? — спросил я у него, после того, как почитал его резюме и задал несколько банальных вступительных вопросов.

— С работодателями я обычно не ругаюсь — это плохо сказывается на уровне заработной платы, — усмехнулся Давыдов. — Просто мне довольно быстро становится скучно и неинтересно. Я люблю крупные проекты и большие дела. Обычно меня нанимают, когда есть чем заняться, но интересная работа быстро заканчивается. Приходится отнимать продуктовые киоски, а это для меня слишком скучно, даже если мне за это хорошо платят.

— Продуктовые киоски? — переспросил я.

— Я немного утрирую, ваша светлость. Под киосками я всего лишь подразумевал небольшие предприятия.

— Понятно. Ну в таком случае, у меня есть для вас хорошие новости — со мной вам будет интересно довольно долго. Работы будет много и именно такой, как вы любите — в основном, это крупные проекты, — заверил я его. — Заниматься мелочами я и сам не люблю. Да и все активы, над которыми вы будете работать, вряд ли можно назвать продуктовыми киосками.

— Это очень хорошо, Владимир Михайлович, — улыбнулся Матвей блеснув белоснежными зубами. — Разрешите задать вам один интересующий меня вопрос?

— Само собой, мы здесь и сидим для того, чтобы задавать друг другу вопросы.

— С учетом моего предыдущего опыта, я бы хотел вас попросить, чтобы в некоторых ситуациях вы разрешили принимать мне решения самостоятельно, по своему разумению.

— Собственно мне как раз и нужен человек, который не будет постоянно досаждать мне вопросами, — сказал я. — К тому же, бывают дни, когда я даже физически не смогу вам ответить, так как кроме деловых интересов, у меня еще имеется служба Мироходцем. Поэтому вы часто будете принимать решения сами.

— Рад это слышать, ваше сиятельство.

— Естественно, вы будете учитывать мнение моего юриста и начальника службы безопасности, — на всякий случай предупредил я его. Человек, который будет сам по себе, меня тоже не устраивал.

— Ну это даже не обсуждается. Каждый должен заниматься своей работой.

— Хорошо, что вы это понимаете. Ну а с чем связана ваша просьба, собственно говоря?

— Очень часто случается так, что мои наниматели не доверяют моему опыту, либо вмешиваются в ситуацию в тот самый момент, когда этого как раз делать совершенно не нужно. Поэтому мне бы хотелось этого избежать, — пояснил Давыдов. — Подобные вещи не дают работать в полную силу, а потом появляются разного рода недопонимания.

— Надеюсь у нас их будет немного.

Затем мы еще обсудили ряд вопросов, среди которых меня больше всего интересовали конкретные примеры его работы, после чего я попросил Давыдова также дождаться окончания моего разговора с последним на сегодня человеком — кандидатом на место начальника службы безопасности. В заключении я хотел провести небольшое собрание и познакомить их друг с другом.

В отличие от двух первых моих собеседников, последний был дворянином и имел титул виконта, такой же, как и у меня. На его пальце красовался родовой перстень, на котором был изображен герб — окруженный зеленым дубовым венком черный молот на белом поле. Звали его Верховцев Леонид Александрович.

Ему было сорок два года, однако он был в прекрасной физической форме. Легкая пружинистая походка, широкие плечи, вот только с эмоциями у него явно были проблемы. Складывалось впечатление, что Верховцев лишен их напрочь. Его лицо не было мрачным, веселым или хмурым, а взгляд не выражал вообще ничего. Именно так смотрят питоны, перед тем как сожрать свою жертву.

Перед тем, как он оказался в кабинете, Заплатин дал мне небольшую вводную насчет этого парня. До этого он являлся сотрудником тайной канцелярии, но вот уже как два года находился на заслуженном отдыхе. Род Верховцевых не был особо богат, но в то же время нищими их тоже никто не считал.

Вот только с послужным списком у него было не очень, так как кроме работы в тайной канцелярии, другого опыта у него не имелось. Я вообще был первым человеком, на которого он захотел поработать как наемный сотрудник и это обстоятельство меня крайне заинтересовало. О чем я его и спросил, даже не собираясь мучиться в догадках на этот счет.

— Меня очень заинтересовало ваше прошлое, — ответил он, чем удивил меня еще больше. Признаюсь честно, на такой ответ я не рассчитывал.

— Вот как? И чем же, разрешите узнать?

— Во всем виноват мой скверный характер, — пожал он плечами. — Терпеть не могу счастливчиков, которым на голову валятся титулы и богатства. Вы являетесь редким исключением из общего правила — у вас забрали все, что можно, однако при этом вы поступаете в Академию и идете служить Мироходцем. Такое поведение заслуживает уважения.

— Какой интерес служить человеку из неблагополучного рода, родители которого попали в немилость к Императору? — усмехнулся я. — Неужели вас нисколько не заботит собственная репутация?

— Неблагополучного рода, вы сказали? Возможно. Вот только из очень древнего рода, который до этого ни разу не был замечен в таких вот странных злобных измышлениях против Императора или членов его семьи.

Я молча смотрел на него и приходил к выводу, что, возможно, Верховцев даже знает о моем последнем визите к Романову, и о том, что я лично в его немилость пока не попал. Может быть, он даже знает и о герцогах, к которым уплыло мое имущество сразу после казни отца.

— Ну а все-таки? Какой вам интерес работать со мной?

— Мне кажется, у вас очень много врагов и есть у меня предчувствие, что в ближайшее время намечаются весьма знаменательные события.

— Почему вы так думаете? Может быть, вы ошибаетесь?

— Ошибаюсь? Может быть и так. Но в таком случае, я не понимаю что тогда вообще здесь делаю, — сказал он и вопросительно посмотрел на меня. — Разве обычному Мироходцу нужен собственный начальник службы безопасности? Очень сильно сомневаюсь. В Порталы он с ним ходить не будет, так что…

А он действительно далеко не дурак, этот Леонид Александрович.

— Спрошу иначе — даже если знаменательные события и в самом деле намечаются, какой у вас личный интерес участвовать во всем этом?

— Хочется оказаться в самой гуще событий, — хмыкнул он. — Разумеется, кроме этого у меня есть надежда, что ваше сиятельство не забудет тех, кто был рядом с вами в этот момент.

— Ну а если не я окажусь победителем? — спросил я и улыбнулся. — Что вы тогда будете делать? Вам могут не дать второго шанса отдыхать на пенсии и беззаботно встретить старость.

— Может быть и так, — кивнул он. — Тогда, я хотя бы немного повеселюсь — сидеть дома с женой и дожидаться внуков мне как-то скучно. Да и дом мне мой не очень нравится, хочется немного его улучшить. Например, превратить из двухэтажного в небольшое имение с собственным садом и бассейном. Одна беда — на это нужны деньги, а у меня их нет.

Некоторое время мы сидели молча и смотрели друг на друга. Не знаю, о чем в этот момент думал он, а я вот пытался бросить на весы все плюсы и минусы нашего предполагаемого сотрудничества.

С одной стороны, он сразу говорил честно — мне нужны деньги и это неплохо. Всегда полезно знать о том, что пока я ему плачу — он будет работать на меня.

С другой стороны, кто знает, как этот человек поведет себя, если обстоятельства будут складываться не в мою пользу? Будет со мной до конца или предаст в самый решающий момент? Вот этого, к сожалению, я не знал, так что придется полагаться исключительно на собственную интуицию. В конце концов я принял решение.

— Хорошо, Леонид Александрович, у вас будет возможность заработать на имение с собственным садом и бассейном. Может быть даже на два таких имения.

— Было бы неплохо, Владимир Михайлович, — улыбнулся он. — В таком случае, одно из них я бы с удовольствием подарил сыну. В отличие от меня он вряд ли заработает на что-то подобное.

На том и порешили.

После того, как я закончил разговаривать с членами своей будущей команды по отдельности, я собрал их вместе и мы еще почти два часа обсуждали общие моменты по работе. Я в общих чертах рассказал им о том, что от них потребуется и по блеску, который появился у них в глазах, понял, что Заплатин привел ко мне нужных людей. Все-таки не зря он ел свой хлеб в свое время. Нужно будет отблагодарить его за помощь — с его стороны все было сделано очень профессионально.

Мы бы, наверное, поговорили еще немного — было что обсудить, но мне позвонил Владыкин и сообщил, что он уже в аэропорту, так что пришлось срочно выезжать, чтобы встретить моего гостя, которого я сам же и попросил о срочном приезде. Михаил поначалу отказывался и пытался сказать, что это совершенно не обязательно и он справится сам — но, разумеется, я сказал чтобы он дожился моего приезда.

В аэропорт мы летели с максимально возможной скоростью, так что слишком долго графа я ждать не заставил. Он, конечно, ради приличия побурчал и сказал, что я поросенок, но его быстро отпустило. Когда спустя час после нашей встречи мы обедали в ресторане, он уже и вовсе сменил гнев на милость. Думаю, немаловажную роль сыграла и пара бутылок вина, которыми мы решили отметить нашу встречу.

Как и полагается в таких случаях, к делам перешли не сразу. Для начала спокойно пообедали и обсудили всякие мелочи. Граф выяснил как я устроился на новом месте, я же пожурил его за то, что он не захотел останавливаться у меня в гостях.

— Ты, кстати, зря отказываешься остановиться у меня, — во второй раз сказал я Владыкину. — У меня там комнат сколько хочешь, а если не нравится со мной, то во дворе еще и гостевой дом имеется. Тебе там будет удобно.

— Володь, даже не уговаривай. Не хочу никого смущать и напрягать своим присутствием. Зачем прислуге вокруг меня бегать? Тем более, что у меня своя квартира в Москве есть, ты же и сам знаешь.

Я думаю, что на самом деле в этом и была причина того, что граф не хотел ехать ко мне в имение. Дома в любом случае лучше, чем в гостях, тем более, что можно и съездить погулять куда самому хочется — друзья друзьями, а личная жизнь у каждого своя. Может быть, у него девица здесь имеется, откуда мне знать?

— Хорошо, не хочешь как хочешь, — согласился я. — Сам разберешься, что тебе делать — не маленький. Ну хотя бы на часик в гости заедешь? Посмотришь где я живу и как. С Тосиком пообщаешься, он будет рад тебя видеть.

— Ну разве что так, — улыбнулся Владыкин. — Тосика проведать можно. Значит завтра что-то придумаем, пару часов на поездку выделю.

Немного помолчали, наслаждаясь вином, а потом приступили к делу.

— Поели, попили, теперь выкладывай зачем звал, не Тосика же показать? Тем более, что я его некоторым образом видел.

— Не Тосика, тут ты прав, — кивнул я. — Вопросов на самом деле два. Один сложный, второй попроще. С какого начать?

— С первого, само собой.

— Хорошо. Мне нужны деньги. Много денег. Разумеется, не в качестве подарка, я все верну в полном объеме.

— Понятно, — откинулся на стуле граф и усмехнулся. — После того как ты попросил меня собрать информацию о Салтыкове, Морозове и Болотове, я знал, что ты рано или поздно обратишься ко мне с этой просьбой.

— Вот видишь, как хорошо, что ты такой проницательный. Значит ты подумал и о том, что будешь мне отвечать, правильно я тебя понял?

— Правильно. Только хотелось бы немного конкретнее — что значит «много денег»? Это понятие растяжимое, может быть, у меня столько и нет.

— Пока еще сам не знаю. Все будет зависеть от ситуации.

— В таком случае, чего же ты от меня хочешь? — пожал плечами Владыкин. — Я ведь даже не понимаю о какой сумме идет речь. Сто тысяч, это один вопрос, а вот если миллион — то совсем другой. Таких денег у меня нет, это нужно будет с отцом разговаривать.

— Тогда разговаривай с отцом, Миша, — посмотрел я ему в глаза. — Я собираюсь затеять игру по возврату своего имущества и денег может потребоваться много. Сам понимаешь, все эти поглощения… акции… взятки директорам… Хлопотное дело. Так что, меня бы устроил вот какой вариант — вы открываете на меня счет с максимальной суммой, которую ваш род мог бы мне предоставить в качестве ссуды, ну а сколько денег я оттуда возьму, это уже второй вопрос. Начать можно с миллиона, но если мне понадобится больше — я скажу.

— Ну ты и наглец, Володя! Я от тебя в полнейшем восторге! — хохотнул граф. — Нет, как вам нравится этот авантюрист из рода Соколовых? Еще недавно он только приехал в Саратов из какой-то деревни, а сегодня уже ходит в гости к Императору и просит миллион на мелкие расходы!

Я усмехнулся, отсалютовал Владыкину бокалом вина, а затем опустошил его наполовину.

— Ты же знаешь, аппетит приходит во время еды.

— И вот что я должен тебе сейчас сказать? — никакого недовольства в его голосе я не услышал, скорее веселый азарт.

— Что поговоришь насчет всего этого с отцом, вот и все. Кстати, он вообще знает, что мы до сих пор дружим?

— Угу, — кивнул граф и хлебнул немного вина. — И даже знает, что я полетел на встречу с тобой.

— Понятно.

— Ну а как ты хотел? — развел руками Михаил. — Игры, в которых ты предпочитаешь участвовать, слишком опасные, поэтому я не могу поступать так, как мне вздумается во всем. Есть какие-то границы, за которые я переступить не могу. Фамилии, о которых идет речь, слишком влиятельны, чтобы как следует подумать, прежде чем действовать. Кстати говоря, они даже близки Императору…

— Я вот тоже недавно у него завтракал и что из этого? — спросил я.

— Вот я и говорю — мне нужно будет на эту тему пообщаться с отцом, — сказал Владыкин.

— Именно об этом я тебя и прошу, — напомнил я ему.

— Ну, а второй вопрос какой? Только не говори, что хочешь Москву-реку в обратную сторону повернуть.

— Нет, здесь проще. Мне офис нужен в очень приличном месте, у вас ведь связи в Москве очень хорошие, поспособствуете?

— Да, — покачал головой граф. — Во всем узнаю моего друга Соколова. Наверное, именно так выигрывают большие сражения. Человек уже нарисовал себе план по строительству своей финансовой империи, а у самого даже офиса приличного нет! Да что там приличного? Вообще ведь никакого нет!

Глава 12

Рабочий кабинет в моем новом жилище мне нравился больше, чем все остальное имение, вместе взятое. Небольшой, уютный, но в то же время все необходимое есть. Даже камин имеется, возле которого в последнее время понравилось спать Тосику. Ко всему прочему, находился он на втором этаже, так что даже служанок там слышно не было.

Я сидел в кресле, лопал мороженое, щедро политое малиновым вареньем и заново прокручивал произошедшие в течении дня разговоры.

В принципе, день прошел просто отлично, четыре — ноль в мою пользу. Всех, кого подобрал для меня Заплатин, я взял на работу, так как парни являлись хорошими специалистами своего дела. Правда по Верховцеву у меня были кое-какие сомнения, все же до этого он лишь служил, но в данном случае я был готов учесть, что Тимофей Александрович ручался за него лично.

Единственное, что несколько огорчало — это их стоимость. Если мои дела сразу не пойдут на лад, то без кредитных средств мне не обойтись, за идею они работать не будут. Такие парни знают себе цену и привыкли кушать на завтрак бутерброды с черной икрой, а не луковицу с хлебом.

Ну и разговор с Владыкиным, разумеется, тоже можно занести в актив. Я и до этого не сомневался в бесспорном таланте графа держать нос по ветру, а после сегодняшнего дня убедился в этом еще больше. То, что он разговаривал с отцом насчет меня, это играло в мою пользу.

Хотя я уверен, что его отец, как мудрый человек, не будет ставить все на одну карту. Он решит перестраховаться и не станет поддерживать меня в открытую всеми своими ресурсами, но и совсем отказать мне в помощи не решится.

Учитывая, что в последнее время мое положение и в самом деле становится все более устойчивым, с его стороны такой шаг был бы слишком опрометчивым. Мало ли как дело повернется? Если у меня все получится, то я ведь могу потом и припомнить, кто именно отказал мне в помощи, когда я в ней очень нуждался. Во всяком случае, я бы на его месте рассуждал именно так.

Отличным финалом разговора стало обещание Владыкина что-то придумать насчет аренды в цивилизованном месте для моей будущей компании. Понятно, что «Романов-Плаза» мне пока не светит, но что-то приличное подыскать просто необходимою Не могу же я, как нищий, постоянно у Заплатина околачиваться. Да и для статуса компании, это просто необходимо.

Единственный вопрос, о котором мне вполне к месту напомнил граф — это вопрос по директору. За последние пару часов уже голову себе сломал, размышляя над этим. Разумеется, сам я светиться не хочу. Да и времени у меня нет, чтобы разъезжать по всей Российской империи и решать эти вопросы. Активы-то моего покойного батюшки любимого щедро раскиданы, даже на севере империи кое-чего имеется. В общем, директор нужен, нечего тут и думать. Вот только кто?

Чем больше я над этим думал, тем сильнее мне начинала нравиться одна кандидатура, которую я считал весьма подходящей для этой роли. Ну а что, парень он неплохой, порядочный… Купец первой гильдии все-таки, так что, при должной помощи должен справиться. Вот только согласится ли? Если голова на плечах есть, то должен — слишком заманчивые перспективы здесь вырисовываются, чтобы просто так от них отмахиваться

Кстати, я и номер его где-то с визитной карточки в телефон переписывал… Да, точно, нашел. Я нажал на вызов и вскоре услышал в трубке знакомый голос.

— Слушаю.

— Здравствуйте, Петр Александрович. Как поживаете?

— С кем имею честь? — после небольшой паузы спросил Ермолов.

— Мы с вами знакомы, это Соколов. Не забыли?

— Добрый вечер, ваше сиятельство, — судя по голосу он явно был удивлен. Ну понятно, отчего бы ему не удивиться?

— Не буду терять ваше время понапрасну, так что давайте сразу к делу. Я с недавних пор в Москву перебрался.

— Вас стоит с этим поздравить или же переезд вынужденный?

— И первое, и второе одновременно.

— В таком случае поздравляю.

— Спасибо. Вот с этим, собственно говоря, и связан мой звонок. Я бы хотел с вами кое-что обсудить — у меня есть для вас хорошее предложение, — купец молчал и тогда я решил продолжить. — Как вы смотрите на то, чтобы взять с собой Анастасию Александровну и прокатиться на несколько дней в Великое Московское княжество? Разумеется, все ваши расходы я в полной мере компенсирую.

— Это не обязательно, ваше сиятельство, поездку в столицу мы вполне можем себе позволить и сами. К тому же, Анастасия будет рада немного проветриться, — сказал Петр. Сразу видно делового человека — над ответом он долго не думал и принял решение практически мгновенно.

— В таком случае, не затягивайте с поездкой.

— Завтра я вас наберу, Владимир… Михайлович.

Кхм, даже отчество мое помнит… Или только что вспомнил? Впрочем, это неважно. Главное, чтобы мы нашли с ним общий язык.

* * *

— Ты бы еще на Красной площади мне место нашел, — сказал я Владыкину, прогуливаясь по пустому этажу недавно выстроенного бизнес-центра.

— На вас не угодишь, ваше сиятельство! Все тебе не так, Соколов! — граф раскинул руки в разные стороны. — «Кремль-плаза» — самое модное место сейчас. Тем более, всего пять этажей. Как ты и просил, солидно, дорого, но в то же время и не на виду у всей Москвы. Перед глазами ни у кого маячить не будешь. Сразу видно, что дикарь невоспитанный из деревни приехал! Нет, чтобы спасибо сказать, он еще и носом крутит.

В общем, мне конечно место нравилось и возмущался я больше для вида — все-таки дорогое удовольствие. Хотя, с точки зрения статуса, найти что-то лучше, наверное, просто нереально. Здесь Владыкин расстарался на славу.

— Как тебе вообще удалось здесь место выбить? Здесь кроме меня только государственные корпорации находятся, — спросил я, любуясь видом Москвы-реки из окна.

— Это секрет, виконт, — он подмигнул мне. — Я понимаю, что до твоего уровня мне далеко — на завтрак к Императору пока не захаживаю, но кое-какие связи у нашего рода все же имеются.

— Вот в этом я как раз и не сомневался, — усмехнулся я и поморщился от звука перфоратора с нижнего этажа.

Здание было совсем новым, так что практически повсюду шли ремонты и только на моем этаже все было уже готово. Тоже странно, между прочим.

— Спасибо, Михаил, — я хлопнул его по плечу. — А почему здесь ремонт уже закончен?

— Да там такое дело… В общем, планировалось, что сюда другая компания заедет и они даже ремонт под себя успели сделать, но в последний момент отказались, — он посмотрел на меня и улыбнулся. — Так что, можешь считать, что тебе повезло. Просто удачный момент подвернулся.

Вот в этом я сильно сомневался. Скорее всего, что кто-то определенно приложил руку к тому, чтобы так получилось. Я даже думаю, что его отец лично в этом поучаствовал.

— Сколько денег за это просят?

— Всего три пятьсот. Я думаю как-нибудь справишься.

— Справлюсь, само собой. Спасибо еще раз. Хорошее место, мне нравится.

Мы стояли возле окна и наслаждались видом.

— Жаль, что зима, — сказал я. — Сейчас бы по реке, наверное, прогулочные катера шастали.

— Еще и как. Здесь у них целые речные заторы образовываются, — усмехнулся Владыкин. — Рад, что тебе нравится, но на сегодня это не последняя приятная новость для тебя, Соколов.

Я вопросительно приподнял бровь, хотя уже догадывался, о чем сейчас пойдет речь. Думаю, что его отец оказался умным человеком и буду удивлен, если ошибусь.

— Вчера вечером я разговаривал с отцом, и мы обсудили твою просьбу. Хочу тебя обрадовать — мне удалось убедить его открыть тебе кредитную линию, как ты и просил. Можешь рассчитывать на полтора миллиона, думаю тебя это должно устроить.

Ого! Это даже больше, чем я ожидал. Я невольно усмехнулся, на мгновение почувствовав себя беговой лошадью, на которую ставят деньги. Говоря с Михаилом о миллионе, я считал это вполне достаточной цифрой, которой его род может рискнуть без особого ущерба для себя.

Но вот оно как, похоже его отец оценивал мои шансы гораздо выше и был готов пожертвовать гораздо большей суммой. Что сказать — приятно. Как бы там ни было, главное в другом — я в игре, господа. Теперь остается выяснить, кто из нас самый лучший игрок.

— Вот это действительно хорошая новость, Миша. Можно даже сказать — самая лучшая за последнее время.

Я не стал скрывать эмоций и крепко его обнял. Даже с учетом всей его продуманности, они с отцом очень рисковали ввязываясь в эту игру на моей стороне. Пусть не в открытую, но сути дела это не меняло.

— Осторожно! Задушишь, Володя! — граф вырвался и рассмеялся. — Это кредит, а не подарок!

— Да я понял, что подарить ты зажал.

— Ты палку-то не перегибай, — шутливо погрозил мне пальцем Владыкин. — Долг платежом красен.

— Знаю я, знаю. Не переживай — я долги плачу всем и всегда.

— Ну да, в этом я почему-то даже не сомневаюсь. Ты, кстати, по директору, что-то решил или тебе и здесь помощь требуется?

Э нет, Миша, вот это уже будет перебор. Директор у меня будет свой. Ермолов или нет, это второй вопрос, но свой.

— Есть у меня один парень на примете. Толковый молодой человек. Если договоримся, то его кандидатура меня вполне устроит.

— Быстро ты справился, — хмыкнул граф и немного напрягся. — Что за парень? Кто-то из дворян?

— Нет, — покачал я головой. — Купчишка. Фамилию пока говорить не буду — потом все узнаешь.

— Секретики? Ну как знаешь, тебе виднее, — досадливо сказал Михаил, но по его виду я понял, что он расслабился также быстро, как и напрягся. Купец ему явно не конкурент, так что можно не переживать, что чей-то род окажется на ступеньку повыше Владыкиных.

— Ну что? Поехали я тебя обедом накормлю? — спросил я. — Мне кажется, ты его сегодня заслужил.

— Погоди с обедом, — он взял меня за плечо. — Ты вот что… Если будешь затевать какую-то игру, сделай так, чтобы наша фамилия нигде не фигурировала. Сам понимаешь ситуацию, не маленький.

— Все я понимаю не хуже тебя, — заверил я его. — Так что, поехали обедать. Сегодня можешь заказать, что хочешь — так уж и быть, оплачу.

— Я бы с удовольствием, но времени нет совсем. Не обижайся. У меня через три часа самолет обратно в Саратов. Поужинаем в другой раз.

— Ты, конечно, красавчик, ваше сиятельство. Хрен с ним с обедом, но я и Тосику пообещал тебя сегодня к нам домой привезти, расстраиваешь бедное животное.

— Да, плюшевый прикольный малый, его бы я увидел… Но я думаю он меня простит, — с улыбкой ответил он. — Скажешь карамбе, что я срочно укатил. В другой раз привезу ему что-нибудь вкусненькое.

— Хорошо. Но хоть в аэропорт тебя отвезти можно? Или тоже никак?

— В аэропорт можно. Только поехали сразу, мне еще домой нужно заскочить, сумку забрать.

— Поехали, какие проблемы? Хотя проблемы есть — я из-за тебя голодным останусь до вечера.

— Ничего страшного, — заверил он меня. — Молодым людям иногда голодать даже полезно.

Мы еще минут пятнадцать походили по этажу, Владыкин дал мне несколько советов, как получше обустроить мой будущий офис, а потом поехали в аэропорт.

По пути мы с ним пили коньяк и закусывали его шоколадными конфетами. Но не слишком много, иначе нас на голодный желудок могло развезти не на шутку и в Саратов он бы точно не попал.

Ну а когда мы уже подъезжали к месту назначения, мне неожиданно позвонила Салтыкова. Надо же, я уже и забыл, что она обещала на днях позвонить, думал как всегда забыла со своими очередными научными заботами. Оказалось, нет, помнит.

— Неужели, Екатерина Андреевна! Рад вас слышать, я уж думал ты про меня в очередной раз забыла, — услышав, что я разговариваю с девушкой, граф прыснул в кулак и покачал головой, намекая на то, что я бабник. Хотя сам был не лучше.

— На этот раз не забыла, — ответила девушка. — Ты же меня пристыдил, до сих пор щеки красные.

— Ну надо же, не думал, что тебя так легко смутить. Ты помнишь, что ужин мне обещала?

— Угу, помню. А ты помнишь, где я живу? — от этого вопроса я даже чуть коньяк в машине немного расплескал.

— Разумеется, как забыть?

— Вот и приезжай ко мне сегодня вечером на ужин. Часикам к семи. Буду угощать тебя чем-нибудь вкусненьким. Ну пока.

Я даже не успел попрощаться, как она отключилась.

— Кто такая? — спросил Владыкин после того, как я спрятал телефон в карман и вытер платком коньяк с костюма.

— Да так… Одна очень симпатичная девушка, которая наконец-то вспомнила, что жизнь состоит не только из одних научных экспериментов.

— Вот оно как! Умница, да еще и красавица? — хохотнул граф. — Где это ты нашел такое чудо? Мне вот в последнее время одни дуры попадаются, даже не знаю, что и делать. Может быть, меня кто-то сглазил?

— Просто девушек не нужно по собственному уму выбирать, — подмигнул я ему. — Глядишь и дуры бы не попадались.

— Очень смешно, Соколов. Похоже зря мы тебе кредит выписали. Еще даже деньги не получил, а уже дерзишь, вот что ты за человек, Володя?

* * *

Попасть на этаж к Салтыковой оказалось непросто. Если в том доме, где я жил в Саратове, было две квартиры на этаж, то здесь одна. Поэтому кроме того, чтобы нажать на нужную кнопку третьего этажа, необходимо было еще, чтобы охранник вставил в панель специальный ключ и повернул его. Конечно, у каждого жильца имелся собственный ключ, но вот у меня его не было. Так что, я в полной мере почувствовал себя гостем.

До входной двери в квартиру вел небольшой коридор. Я нажал на звонок и в квартире Екатерины раздалась мелодичная трель. Когда она открыла дверь, то от неожиданности я даже чуть букет не уронил. Впервые я видел ее не в форме и должен сказать, что выглядела она просто шикарно.

Легкое платье струилось по ее точеной фигуре, а глубокое декольте и высокий разрез на платье просто не оставляли никаких шансов остаться равнодушным при виде ее роскошного тела. Да, должен сказать, что дни ожидания того стоили… Ну и пусть она время от времени торчит в своей лаборатории. Когда-то она ведь освобождается. Сегодня, например.

— Это мне? — спросила она, глядя на букет цветов в моей руке. — Орхидеи? Очень мило.

Она взяла букет, а я тем временем пытался собраться и выглядеть как прежде — уверенным в себе и сдержанным молодым человеком, а не юношей, у которого от вида полуголой женской груди наступает эрекция. Вот только не вышло. Уж очень аппетитно выглядела Екатерина и слишком мало места ее платье оставляло для воображения. Все было на виду.

— Да, это тебе, — я протянул ей букет, а она тем временем закрыла за мной дверь. — Ты очень хорошо выглядишь.

— Спасибо, — она взяла цветы и с удовольствием их понюхала. — Люблю орхидеи.

— Ага, я знаю, — сказал я.

— Откуда? — от удивления ее глаза стали круглыми как два блюдца.

— У тебя любимые духи с нотой орхидеи. Хороший аромат, запоминающийся.

— Надо же, заметил. Мужчины нечасто обращают внимание на подобные вещи. Проходи в комнату, а я пока цветы в воду поставлю.

Она указала мне в какую сторону идти, а сама, сексуально виляя бедрами, пошла в другую сторону. Судя по всему, это был зал. Ну или один из залов — судя по количеству дверных проемов в длинном коридоре, комнат тут было очень много.

Огромный диван, совсем небольшой стол, который был сервирован, вот только еды на нем еще не было. Вскоре в комнату вошла Екатерина — в одной руке у нее была открытая бутылка вина, а в другой два бокала.

— Нальешь? — спросила она и протянула мне бутылку. — Извини, что еще нет еды — я не хотела портить вечер своей стряпней, поэтому заказала доставку из ресторана. Но эти засранцы опаздывают.

— Потерпим, — я наполнил бокалы, поставил бутылку на стол и сел на диван.

Салтыкова села рядом со мной и закинула ногу на ногу, отчего ее платье немного спало, оголив шикарное бедро. Мы чокнулись и пригубили напиток.

— Знаешь, что мне больше всего в тебе нравится? — спросила она, пока я усиленно пытался не смотреть на ее обнаженную ногу и тяжелую грудь, которая вот-вот могла выпасть из тесного платья.

— Не имею ни малейшего понятия, — честно ответил я и в этот момент ее рука скользнула мне на ногу.

— Что ты ни разу не напомнил мне о моих долгах, хотя у меня их и в самом деле накопилось достаточно, — ее рука тем временем ползла все выше, пока не замерла в нескольких сантиметрах от моего паха, где к этому моменту уже была довольно заметная возвышенность.

Я открыл было рот, чтобы сказать какие-нибудь слова в ответ, но она прикрыла мой рот рукой.

— Не порть момент ненужными фразами, — затем она склонилась надо мной и поцеловала.

Ее поцелуй был жадным и требовательным. Бокалы полетели на пол, а моя рука забралась ей под платье… Екатерина изогнулась, ее рука скользнула по моему паху, а затем она укусила меня за губу…

Похоже я сильно ошибался на счет этой девушки, она была не только хорошим ученым, но и отличной любовницей.

Глава 13

Мои надежды на то, что все-таки бывают дни, когда Салтыкова превращается в нормального человека, разрушились ровно в пять часов утра. В этот момент у нее прозвенел будильник и она объявила, что ей нужно собираться в Департамент. Все мои попытки уговорить ее задержаться хотя бы на часик, оказались неудачными. С таким же успехом я мог разговаривать с дождем и просить его идти немного медленнее.

Она, конечно, предложила, чтобы я остался у нее дома и дрых сколько захочу, но от этого отказался уже я. Просто так поспать я и дома могу. В общем закончилось все тем, что я, даже толком не позавтракав, отвез ее в Департамент и просыпаясь на ходу, поехал к себе в Барвиху.

В обед мне нужно будет опять катить в аэропорт — должен прилететь Ермолов с сестрой, так что в распоряжении у меня было целое свободное утро. За последние несколько дней я даже не помню такого дня, чтобы мне прямо с утра никуда не нужно было срочно ехать.

Я намеревался посвятить его работе и изучить подготовленные Давыдовым материалы, которые он вчера вечером скинул мне на электронку. К этому времени финансист уже ознакомился с предстоящим фронтом работ и даже включился в работу. Насколько я понял, там были его соображения насчет того, с чего по его мнению лучше всего начать. Люблю, когда люди не только быстро едут, но и не очень долго запрягают.

Но спокойно поработать мне не дали. Крики, доносившиеся с первого этажа, заставили меня покинуть свой рабочий кабинет и идти выяснять в чем дело.

Участников было трое: Варвара, Тосик и Бьянка. При этом Варвара держала плюшевого за лапу, а итальянка пыталась отбить у нее бедное животное.

— Барон Димир, карамба! — заголосил Тосик, как только увидел, что я спускаюсь по лестнице.

— Всем тихо! — громко крикнул я.

Какое-то время барышни по инерции еще переругивались, а потом с уставились на меня с таким видом, будто видели впервые.

— У меня от ваших воплей голова разболелась, — строго сказал я обеим и посмотрел на них грозным взглядом, под которым обе стушевались. — Теперь коротко и по делу — что за хреновина здесь происходит?

— Вот он, — начала Варвара и подняла Тосика повыше, чтобы я наверняка понял о ком именно идет речь. — Смотрит срамоту по телевизору!

— Синьор и синьорина аморе! — ответила ей Бьянка и сложила ладошки вместе, посмотрев в этот момент на потолок. — Пусть бамбини смотрит!

— А я говорю рано ему еще такое смотреть! — топнула ногой Варвара с такой силой, что мне показалось будто дом вздрогнул. — Ишь чего выдумал? Ладно бы только целовались, так они там голые в постели скачут!

— Аморе карамба! — оправдывался плюшевый и с надеждой смотрел в мою сторону.

Кстати, я ему говорил, чтобы он завязывал смотреть всякую ерунду по телевизору, вот уже на эротику какую-то переключился. Может быть, проучить его немного и отдать на расправу Варваре? Она его быстро научит мультики смотреть.

— Барон Димир…, — жалобно простонал в этот момент Тосик и я сдался. Как и женские слезы, это было просто нечестно.

Я подошел к Варваре, забрал у нее зверька, который сразу же забрался мне на плечо и теперь с видом победителя смотрел на покрасневшую от негодования служанку.

— Все свободны, а с ним я поговорю, — пообещал я обеим теткам.

Они еще какое-то время подождали, а потом пошли к выходу, вновь начиная потихоньку переругиваться. Короче будет им чем сегодня заняться.

— Ну и что ты там смотрел? — спросил я у зверька и посмотрел на него мрачным взглядом.

— Училки карамба!

Так, понятно, какое именно аморе Тосика заинтересовало. Похоже Варвара права, нужно будет все-таки на некоторые каналы пароль поставить, рано ему еще такие фильмы смотреть.

— Ты бы лучше что-нибудь образовательное смотрел, — посоветовал я ему, поставил на пол и он сразу же куда-то пошлепал.

Рабочее настроение они мне своими воплями сбили, да и времени оставалось уже не так много, так что я решил ехать в аэропорт. В крайнем случае немного подожду.

Как оказалось, раньше времени выехал я не зря и ждать мне не пришлось. Даже наоборот, это Ермоловы еще около двадцати минут торчали в аэропорту в ожидании меня. Ничего не поделаешь — даже с учетом того, что я выехал с большим запасом, заторы Великого Московского княжества вещь непредсказуемая и неистребимая.

Я извинился за опоздание, а затем мы поехали ко мне в имение. Ермолов поначалу начал отказываться и говорил, что они прекрасно устроятся и в гостинице, но позже сдался. Да и выхода у него другого не было.

Во-первых, я не слишком уж сильно прислушивался к его возражениям. Во-вторых, пригласил их я, так что пусть уж побудут моими гостями. Но было еще и в-третьих — такой ход с моей стороны увеличивал шансы на согласие Ермолова, все-таки я оказываю ему большую честь, принимая у себя дома. Это говорит об особом доверии. Учитывая то, что Петр был не глуп, он это поймет.

По пути в Барвиху я развлекал гостей разными историями насчет непростой столичной жизни к которой до сих пор не могу привыкнуть, ну а они по возможности пытались поддерживать разговор.

Было заметно, что Анастасия очень стесняется — всю дорогу сидела красная, разговаривала редко и все больше улыбалась. Странно, когда мы с ней познакомились на теплоходе, она показалась мне более бойкой девицей. Может быть, до сих пор переживает утрату Глотова? Гадать бессмысленно, девушки народ загадочный, так что посмотрим — может быть привыкнет, разговорится немного.

В Барвихе я оставил девушку в своем владении на попечение Варвары с Бьянкой, приказав разместить ее в гостевом доме и предоставить все, что она попросит. Ну а мы с купцом поехали в Москву.

Я планировал посвятить Ермоловым целый день, но по пути в аэропорт мне позвонил Верховцев и сказал, что хотел бы меня видеть. Поэтому я планировал пообщаться с Ермоловым, а затем отправить его в Бавриху, пока сам буду общаться со своим начальником службы безопасности.

Не став тянуть, еще по дороге в центр, я коротко объяснил Петру, почему он вообще находится со мной в машине и что мне от него нужно. Практически ничего я от него не утаил и рассказал все как есть. Разумеется, без лишних подробностей в виде писем от отца и всего прочего, но суть я ему объяснил.

Так что, через полчаса вводной беседы он понял главное — из-за неприятности с отцом мой род лишился огромных активов, а теперь я хочу их себе вернуть. Вот, собственно, и все. Ну и о его важной роли в этой истории я ему тоже поведал, чтобы человек сразу понимал не только возможные выгоды, но и риски.

Мой рассказ произвел на молодого человека очень сильное впечатление. Сказать, что я его удивил — это значит попросту соврать. Даже с учетом того, что он оказался большим молодцом и нашел время подробно ознакомиться с моей родословной и историей рода Соколовых, он был слегка потрясен. Как мне кажется, главным образом оттого, что мог сделать кое-какие выводы и теперь его голова разрывалась от поиска ответа на простой вопрос — стоит во все это вмешиваться или нет?

Пока он задумчиво смотрел на узкие улочки старого центра города, автомобиль подкатил к бизнес-центру, где с недавних пор разместилась моя компания.

Мы поднялись на последний этаж «Кремль-плаза». Ничего не объясняя, я неспешно мерил шагами элитные метры моего офиса, а следом за мной ходил Ермолов, удивленно осматриваясь по сторонам. Наконец он не выдержал и спросил:

— Зачем мы здесь, Владимир Михайлович?

— Хотел показать вам где будет находиться ваш офис, если вы примете мое предложение. Вам нравится?

— Очень, — ответил Ермолов и его лицо тронула легкая улыбка.

— Только даже не думайте, что я хочу вас этим как-то подкупить. Во-первых, это не в моих правилах, — соврал я. — Во-вторых, я просто не люблю терять лишнее время. Как видите, офис совершенно пуст и, если вы согласитесь, мне нужно чтобы вы не теряя ни дня занялись его обустройством и набором необходимого персонала.

Он подошел к окну и посмотрел на реку.

— Мне не верится, что это и в самом деле со мной происходит, — задумчиво произнес он. — Еще вчера я и подумать не мог, что передо мной будет стоять такой непростой выбор. В Саратове у нас с отцом деловые интересы.

— Ну да, я вас понимаю. Жизнь такая штука, которая может время от времени подкинуть неожиданный сюрприз, — сказал я и стал рядом с ним. — Так что, в Саратове у вас деловые интересы, а здесь возможно блестящее будущее, рядом с которым ваши прежние интересы могут показаться просто бессмысленной суетой.

— Правда существует возможность, что мои мечты обернутся трагедией, — он посмотрел на меня и пожал плечами. — Никто не знает, как будут разворачиваться события, верно, ваше сиятельство?

— Абсолютно так, — кивнул я. — Скажу больше — я затеваю очень веселую историю и вы можете не просто остаться с голым задом и испорченной репутацией, а даже очутиться в канаве с простреленной головой. Большие деньги — это всегда нервы и хлопоты.

В его глазах отразилась сложная гамма чувств, которые он испытал за одно мгновение. Мне не хотелось его пугать, но в то же время я хотел, чтобы человек ясно понимал, во что он ввязывается.

— Но я думаю, что до канавы дело не дойдет, — попробовал я немного его утешить. — В конце концов, вы будете не сами и на съедение крокодилам я вас не отдам. Поверьте, у вас будет отличная команда, с которой вам будет приятно работать.

— Мне нужно подумать, Владимир Михайлович, — наконец сказал он после почти пятиминутного молчания. — Сами понимаете, я должен сделать серьезный шаг со своей стороны. Все очень непросто. Я не дурак и отлично понимаю, какие перспективы мне светят, если я соглашусь на ваше предложение. Но есть и обратная сторона медали. Как вы правильно сказали, мои дни и в самом деле могут окончиться в канаве, а мне этого не хотелось бы.

— Я же вам сказал, что постараюсь не допустить этого.

— Охотно верю вам, виконт, но определенный риск есть.

— Ну а как вы хотели, Петр Александрович? Насколько я успел понять, в этой жизни очень часто работает одно простое правило: кто не рискует, тот ничего и не получает.

— Да, — кивнул он и улыбнулся. — Мне ли, как купцу, не знать об этом?

— Вот видите.

— Есть еще один момент… Мой отец. Он рассчитывает на меня, а я у него единственный сын, — Ермолов посмотрел на меня задумчивым взглядом. — Пока я буду заниматься вашими активами, что будет с моими? Пока он, конечно, справится, а вот потом… Он уже очень стар.

— Найдете кого-нибудь, кто будет заниматься этим вместо вас. Или продадите — не вижу никакой проблемы. Или вам настолько дорог семейный бизнес, что ради него вы готовы отказаться от большего? — купец не ответил. — Впрочем, дело ваше. Вы первый человек, которому я сделал подобное предложение, так что именно от вас я буду ждать ответа.

— Благодарю вас за оказанное доверие, ваше сиятельство.

— У вас есть день, максимум — два. Думаю, этого времени вполне достаточно. Ну, больше не будем об этом, — я похлопал его спине, и он немного расслабился. — Вечером нас ждет ночной клуб, а пока мой водитель отвезет вас ко мне в Барвиху, где вы сможете набраться сил к вечеру.

— А вы?

— По пути я выйду — у меня встреча, а после нее доберусь самостоятельно. За меня не переживайте, лучше начинайте думать над тем, что я вам сказал.

* * *

Как только я вошел в кабинет к Заплатину, тот молча встал со своего места и направился к выходу из кабинета. На секунду мне даже стало немного неудобно — чувствую себя бедным родственником, выпрашивающим место для деловых встреч.

Верховцев зашел следом и закрыл за собой дверь.

— Я вас надолго не задержу, виконт, — пообещал он, когда я сел за стол Тимофея Александровича и вопросительно на него посмотрел.

— До вечера я совершенно свободен, так что с удовольствием выслушаю вас.

— Вообще-то, я мог бы подождать и до завтра — вы сказали, что планируете встретиться с нами, но раз уж вам все равно нужно было сегодня по делам в Москву…

— Начинайте, виконт, все нормально.

— Для начала… Я вчера вечером был у вас в Барвихе…

— Мне известно об этом, сторож и служанки докладывали мне о вашем визите, — усмехнулся я. — Варвара сказала, что вы слишком любопытный тип, который сует нос во все дыры.

— Ну да, одна из ваших служанок ходила за мной хвостом. Наверное, она думала, что я хочу что-нибудь спереть, — хмыкнул Леонид Александрович. — Ладно, Бог с ней. Так вот, хочу вас предупредить — с завтрашнего дня у вас будет новая охрана. Кстати, теперь ребята будут у вас дежурить круглосуточно, так что пусть для вас это не станет неожиданностью.

— Хорошо, — кивнул я. Подобное нововведение меня полностью устраивало.

— Что делать с жандармом? — спросил виконт. — Лично мне он не нужен.

Я знал, что этот вопрос у Верховцева должен был возникнуть. Может быть, раньше Никодим и годился на роль сторожа, но для меня он не походил. Слишком насыщенную жизнь я планировал вести в ближайшее время, чтобы чувствовать себя в безопасности во время его работы.

— Не гоните его, — сказал я виконту. — У меня есть для него кое-какое предложение, так что завтра он его получит.

— Как скажете, Владимир Михайлович. Также завтра к вам в Барвиху нагрянут мастера по установке систем видеонаблюдения, так что вы уж их не прогоняйте, — улыбнулся Леонид Александрович. — Ну и если есть какие-то особые пожелания по этой части, прошу вас подумать и сообщить мне завтра утром.

— Это ни к чему, — отмахнулся я. — В этом вопросе я вам доверяю. Что еще?

— Может быть, вам это покажется неуместным, но я считаю, что вам необходима физическая охрана. Поэтому с завтрашнего дня, с вами постоянно будет находиться один из наших людей.

— Вы уверены, что это необходимо? — нахмурился я. Перспектива постоянно передвигаться по городу в чьей-то компании мне не очень нравилась. Как-то я уже привык полагаться на себя. — Я все-таки Одаренный… Да и кулаками могу помахать, если нужно будет.

— Владимир Михайлович, у меня к вам небольшая просьба, — Верховцев внимательно посмотрел на меня. — Давайте договоримся — вы мне платите деньги, а я принимаю решения, что необходимо сделать для обеспечения вашей безопасности, хорошо?

Не могу сказать, что мне это особо понравилось, но с другой стороны он прав — именно за это я ему и плачу. Ладно, если считает, что мне нужен охранник, пусть будет — надоест, тогда и отменим.

— Хорошо, считайте, что договорились, — кивнул я. — У вас что-то еще?

— Еще один вопрос и я оставлю вас в покое. На всякий случай я проверил Давыдова и Свиридова…

— Вот как? Это хорошо, — похоже мой начальник службы безопасности отрабатывает свой хлеб или просто соскучился сидеть на пенсии без дела. — Ну и что же интересного вы можете рассказать про нашего юриста и финансиста?

— Интересного могу рассказать много всего, но не буду напрасно тратить ваше время, так что давайте сразу с главного, если вы не против.

— Ну давайте с главного, — не стал спорить я, по большому счету вся их подноготная мне пока была не нужна.

— Тогда вот: они оба редкие засранцы, если играют не на вашем поле. В остальном вполне порядочные и приличные люди, даже не продаются конкурентам.

— Последнее обстоятельство звучит особо радостно, — сказал я. — Меня и в самом деле несколько беспокоил этот вопрос. Не хотелось бы в определенный момент получить сюрприз. Неужели есть люди, которых невозможно купить?

— Я бы сказал чуть иначе — есть люди, которые понимают, чем может обернуться их предательство. Так что, я думаю, эти двое как раз из таких.

На самом деле меня устраивает любая причина. Боятся или нет, главное, чтобы работали на меня, а не на кого-то еще. Но вот то, что Верховцев озаботился этим вопросом — мне понравилось.

— Спасибо за информацию, Леонид Александрович. Раз уж вы взялись собирать данные о наших будущих сотрудниках, то займитесь еще одним немаловажным вопросом, — Верховцев наклонился поближе ко мне и его глаза превратились в узкие щелочки.

— Слушаю вас внимательно, — сказал он.

— Сегодня я встречался с одним человеком, которого зовут Ермолов Петр Александрович. Я планирую его на должность директора. Он купец первой гильдии, живет в Саратове, — я пожал плечами. — Все остальное я хотел узнать от вас. Мне показалось, что он хороший парень, так что не жду от вас каких-нибудь откровений, но порядок — есть порядок.

— Завтра утром информация будет у вас, — заверил меня виконт.

— Ну вот и отлично. У вас все или есть что-то еще?

— На сегодня все.

Мы вышли из кабинета и я вновь предоставил его в распоряжение Заплатина, который мялся в приемной.

— Тимофей Александрович, я вас уверяю, что вскоре мои визиты к вам прекратятся, — сказал я и похлопал старика по плечу. — Так что, потерпите меня еще совсем немного.

— Вас я готов терпеть сколько угодно, — улыбнулся он и в его улыбке я не заметил ни угодливости, ни подхалимажа. Это было приятно. — Я заметил, что вы без машины… Мне приказать своему водителю отвезти вас?

— Да, это будет неплохо.

Мы попрощались и вскоре я уже сидел на заднем сидении «БМВ» Заплатина и набирал Екатерину. Думал пригласить ее сегодня вечером в ночной клуб вместе с Ермоловыми, но трубку она не взяла. Настроение немного испортилось.

Понятно, что она не ответила не потому, что не хотела меня слышать и скорее всего виной тому ее очередные эксперименты, но кому от этого легче? Разве я не могу просто сходить со своей девушкой в ночной клуб? Почему мне все время мешает ее работа? Идиотизм какой-то.

Глава 14

Великое княжество Московское.

Москва.

Имение Болотовых.

С того момента, как герцоги побывали в гостях у Ворона, на серьезный и обстоятельный разговор между собой они собрались впервые. До этого обсуждать было нечего, не бабки базарные из пустого в порожнее переливать, если и так все понятно. Намек им дали достаточно прозрачный — Соколова не трогать, что говорить? Да и с мыслями нужно было собраться, чтобы о чем-то конкретном говорить.

Может быть и еще бы не собирались какое-то время, но вот обстоятельства в последние дни стремительно менялись. Поэтому как-то так вышло, что герцоги практически одновременно решили позвонить друг другу и договорились о партии в преферанс в гостях у Болотова, который и выступил инициатором встречи. Понятное дело, что пульку расписать планировалось под коньячок и хороший мужской разговор.

Для подобных целей у Кирилла Романовича Болотова имелась отдельная комната, в которой все было сделано сообразно его вкусу и пониманию вопроса. К игре еще не приступали. Пили коньяк, курили и разговаривали.

— Какие новости, Кирилл Романович? — начал издалека Морозов. — Насколько я понял, вам есть что нам рассказать?

— Надеюсь приятное, — пробурчал Салтыков. — А то в последнее время одно дерьмо какое-то из всех щелей прет. Даже слушать не хочется.

— Заплатин в последнее время на рынке труда активизировался, слыхали? — спросил Болотов.

— Само собой, — кивнул Морозов. — Мы же среди людей живем, так что новостями не хуже тебя владеем.

— Ну и какие выводы из этих новостей делаете? — улыбнулся Кирилл Романович. — Раз уж удивить вас ничем не получается, тогда хоть ваши умозаключения послушаю.

— Игру против нас затевает этот сучонок, ясное дело, — нахмурился Андрей Денисович Салтыков и глубоко вздохнул. — Ну а старый хрен ему в этом помогает, что тут думать?

— Верно мыслишь, Андрей, — кивнул Болотов. — Я тоже так думаю. Слишком серьезных людей Заплатин подтянуть пытается, такие могут лихих дел натворить.

— Не нравится мне все это, — сказал Арсентий Борисович Морозов и погладил себя по упругому животу размером с баскетбольный мяч. — Ворон еще со своими увещеваниями… Сука императорская!

— Скорее кобель, — хмыкнул Салтыков.

— Какая разница будет, когда в глотку вцепится? — спросил Морозов. — Одним словом — псина.

— Давайте-ка я изложу, что у нас получается, — Болотов поерзал на мягком сидении стула и наклонился вперед, положив локти на стол. — Судя по всему, мальчишка собрался поиграть во взрослые игры. Это раз. Именно для этих целей Заплатин ищет специалистов, которые будут в команде Соколова. Это два. С этим все согласны или я неправильно оцениваю сложившуюся ситуацию?

— Правильно, продолжай раз уж начал, — сказал Салтыков и приложился к бокалу.

— Идем дальше. На фоне этого всего Ворон намекнул нам, что трогать мальчишку не стоит. Это три. Лично я считаю, что добраться до нас у младшего Соколова не получится — слишком руки коротки. Даже если он наймет самых лучших профессионалов, то для того, чтобы с нами бороться, ему потребуется много денег, а у него их нет.

— Чувствую я, что хорошо мы сделали, когда в свое время половину добра Соколовых распродали по всей империи, — хмыкнул Андрей Денисович. — Что-то мне все это не нравится.

— А меня, например, интересует вот что, — Морозов обвел приятелей тяжелым взглядом. — А какого хрена Ворон вообще нас вызвал? И почему он приказал нам не трогать мальчишку? Как это понимать, господа? Неужели Соколов каким-то образом смог втереться в доверие Императору?

— Кто его знает, может быть и смог. Николай Александрович Романов мужик не глупый, к нему просто так в доверие не попадешь, так что, видимо, заслуги какие-то у этого щенка появились, — пожал плечами Салтыков. — Ты же не забывай, что он еще и Мироходец. Его, наверное, из-за этого в Москву и перевели.

— Почему ты так думаешь? — спросил Кирилл Романович.

— Ты же знаешь, что он в Барвихе земельным владением обзавелся? За какие шиши, спрашивается, он его приобрел? У него таких денег не водилось с тех пор, как его отцу башку на площади оттяпали! Вот думаю, что за службу его и наградили, — Андрей Денисович небрежно махнул рукой. — Чего далеко ходить? Мою дочурку Екатерину Андреевну тоже недавно в Москву перевели. Теперь вот в местном Департаменте трудится. Дура строптивая… Я ей чего только не предлагал! Любой бизнес себе придумай! Занимайся чем душа пожелает, но нет — ей науки всякие подавай!

— Знаем мы все, — отмахнулся Морозов. — Достал ты со своей дочкой великоразумной!

— Ну уж получше твоего Матвея! У того вообще в голове ветер, а может даже и того не имеется — пусто, как в пещере, — огрызнулся Салтыков.

— Да мой Матвей, между прочим…

— Заткнитесь оба, господа! — хлопнул по столу Болотов. — Начнете сейчас детками меряться, как маленькие в самом деле.

Морозов с Салтыковым в этот момент смотрели друг на друга и сопели от негодования. Этот вопрос часто сталкивал их лбами и оба они готовы были биться в подобной ситуации до последнего, потому, как и один, и другой своими детьми довольны не были.

Андрей Денисович не принимал выбора своей дочери, потому как мог создать ей более блестящее будущее. Она могла стать одной из самых богатых и видных невест Российской империи, а вместо этого выбрала путь ученого в Департаменте.

Арсентий Борисович, в свою очередь, прекрасно понимал, что вырастил сорняк и теперь ему не на кого оставить свою финансовую империю, которую он так тщательно создавал. Такое положение дел заставляло его время от времени, употребить вечером лишнюю пару стаканчиков, а иногда и пустить скупую мужскую слезу.

— В общем, думаю так, — взял слово Болотов, когда напряжение немного спало и его приятели прекратили раздувать ноздри, как два разъяренных быка. — Мне, если честно, глубоко плевать, почему Ворон стал так сильно переживать за этого щенка. Может быть, он и в самом деле переведен сюда из-за своей успешной службы Отечеству, а может быть, дело в другом… Но мне не плевать на сам факт того, что Соколов теперь находится под крылышком у Императора.

— Мне тоже, — вставил Морозов и сбил пепел со своей сигары.

— Кроме того, мальчишка собирает себе команду, чтобы нас прищучить, — продолжил Кирилл Романович, не обратив внимание на реплику своего друга. — В общем, как обернется дело — неизвестно, но может статься так, что о нашем… скажем так, деле, которое произошло два года назад, узнают те, кому знать об этом не нужно.

— Вот сука, до чего ведь дошло! — сказал Салтыков скорее вообще, чем кому-то конкретно.

— Ну, а если так, значит, нам нужно перерезать единственную ниточку, которая к нам ведет, — сказал он и посмотрел на уставившихся на него герцогов. — Только один человек знает, что произошло на самом деле, так что, нужно от него избавиться. Что вы думаете по этому поводу, ваши сиятельства?

— Ты же слышал, что сказал Ворон, зачем рисковать? — спросил у него Морозов и подкрепил свой вопрос тяжелым вздохом. — Тайная канцелярия это тебе не театр юного зрителя, там шутить не будут…

— Я вот тоже так думаю, — погладил подбородок Салтыков. — Слишком опасно. Игнатьев по два раза не повторяет. Ты что, сам не знаешь?

— Да что вы обоссались сразу, я понять не могу? — повысил голос Болотов. — На них цыкнули и они попрятались как шавки по углам! Вы что, хотите, чтобы вам как и старшему Соколову на площади головы посекли?

— Кирилл Романович, ты на глотку-то не бери, — прорычал Морозов. — Сказано тебе — Соколова не трогать. Ты ведь вроде не дурак?

— Ну вот и не будем его трогать, на хрен он нам сдался? — Болотов смахнул со стола несуществующие крошки. — Пусть он еще попробует до нас добраться. Пришьем Заплатина и вопрос закрыт. Кроме него никто не знает как все было на самом деле, так что…

— Ну не знаю, — нерешительно покачал головой Морозов. — Сказано ведь…

— Да что сказано? Чтобы с щенком ничего не случилось! Ну так с ним ничего и не случится, — пожал плечами Кирилл Романович. — По Заплатину никаких разговоров не было, так что, чего тут думать? Я из-за вас на плахе голову сложить не хочу и второй ошибки допускать не собираюсь! В прошлый раз вы мне не дали этому щенку хребет перебить, ну а в этот я вас и слушать не буду! Старика надо убить, иначе рано или поздно сдохнем сами, что непонятного?

В комнате стало тихо. Герцоги размышляли над словами Болотова. Хотя, чего тут размышлять, ясно, что Кирилл Романович дело говорит — кончать нужно с Заплтиным и чем скорее, тем лучше. То, что он Соколову помогает это еще полбеды, а вот знает он и в самом деле слишком много.

— Черт с тобой! — кивнул Салтыков. — Делай, что должно. Только по-тихому чтобы!

— Согласен, — поддержал его Морозов.

— Ну вот, совсем другое дело, а то как бабы — Ворон сказал, Ворон приказал! Тьфу! Слушать тошно! — Болотов взял в руки колоду карт и начал ее тасовать. — Сколько пишем? Двадцать или тридцать?

— Давайте тридцать, — Андрей Денисович ткнул сигарой в пепельницу. — Давно уже не собирались, так что хочу подольше поиграть.

— Ну тридцать, так тридцать. Играем как обычно — сто рублей вист, — предупредил Болотов и начал сдавать карты. — В прошлый раз вы меня наказали на пять тысяч, ну сегодня держитесь, индюки самоуверенные.

* * *

— Слушаю вас, господа. Чем обязан? — спросил я у Никодима и Тосика, которые переминались с ноги на ногу в прихожей. — Мне пора ехать на встречу, так что давайте-ка рожайте поскорее.

— Никодим карамба, — начал было Тосик на основании более приближенного ко мне лица. — Барон Димир карамба…

— Да погоди ты, — шмыгнул носом жандарм. — Стало быть, выгоняют меня, ваше сиятельство?

— Карамба…

— Это с чего ты взял? — уточнил я у старика. — Осматривая себя в зеркале.

— Ну так как же, новая охрана пожаловала… По двору ходят, говорят, что они теперь будут работать, — почесал затылок Никодим. — И главный у них наглый такой… Верховцев фамилия…

Я грозно посмотрел на неразлучную парочку и строго спросил у жандарма:

— Так что с тобой делать прикажешь, если вы с Тосиком пиво трескаете целыми днями? Может быть, мне медаль у Императора выписать одному и второму?

— Так то когда было… Я уже и забыл какое оно это пиво на вкус, — пробормотал Никодим и посмотрел на плюшевого.

— Пиво карамба, барон Димир, — добавил тот.

— Точно? — еще строже задал я вопрос.

— Ваше сиятельство, вот не сойти мне с этого места, — хлопнул себя кулаком в грудь жандарм.

— Ну хорошо, пойдем тогда во двор. Посмотрим, чем там Леонид Александрович и новая охрана занимается.

Воодушевившись моей поддержкой, Никодим с Тосиком пошли следом за мной.

— Ваше сиятельство, — поприветствовал меня Верховцев.

Я ответил на рукопожатие и кивнул паре незнакомцев, которые стояли рядом с ним. Оба были выше меня и шире в плечах, судя по хмурым лицам, чувство юмора отсутствовало у обоих в принципе. Наверное, для их работы это было хорошим качеством. Во всяком случае, я надеюсь, пиво пить они точно не будут.

Охранников звали Максим и Юрий, а завтра их должна будет сменить другая пара.

— Никодим остается, — сказал я Леониду, после того, как он представил мне парней и сказал, что с фронтом работ их ознакомил. — Будет заниматься всякими вопросами по хозяйственной части. Так что, если где-то нужно будет сменить лампочку или что-то такое — дайте ему знать.

После моих слов жандарм явно повеселел, а плюшевый с чувством выполненного долга облокотился на мою ногу.

— Вот этого зверя зовут Тосик, он мое любимое домашнее животное, — пояснил я Верховцеву и охранникам, которые смотрели на него крайне удивленными взглядами. — Так что, прошу любить и жаловать. Ну и не обижать, само собой.

— Надо же… Редкий зверь, впервые такого вижу, — задумчиво сказал Леонид. — Хотя вам виднее, кого в доме держать.

— Разумеется. Я так понимаю, вы едете со мной?

— Да, — ответил он. — Насчет видеонаблюдения я парней проинструктировал. Раз уж вас не будет, когда они приедут… никаких пожеланий не возникло, ваше сиятельство?

— Нет, занимайтесь сами. Если мне что-то не понравится, это всегда можно будет исправить, правильно я понимаю?

— Само собой.

— С моим имеющимся персоналом ребят познакомили? — усмехнулся я. — А то у меня тут тетки с характером, еще надают парням тумаков.

— Все сделано в лучшем виде, Владимир Михайлович.

— Ну вот и отлично. Значит можем выдвигаться. Через два с половиной часа меня ждут в Департаменте, так что не будем терять времени. Вы идите, виконт, я еще на минуту задержусь.

Верховцев кивнул и пошел к своей машине. Сообразив, что их я тоже не задерживаю, охранники потопали на свое новое рабочее место, а я подозвал Никодима.

— Как наши гости? — спросил я и кивнул в сторону гостевого дома. — Признаков жизни еще не подавали?

— Барышня нет, — ответил жандарм. — А вот Петр Александрович с самого утра куда-то укатил. Просил вас не беспокоить, так я и не стал.

Ермолов уехал? Надо же. После нашей вчерашней гулянки я думал он будет спать как минимум до обеда. Учитывая то, что вернулись мы далеко за полночь, это было бы вполне нормально. Ну да ладно, дело молодое.

Больше задерживаться времени не было — меня ждала моя новая команда, а их — боевое крещение. Надеюсь, первый блин комом у нас не выйдет.

Глава 15

В очередной раз выдворив Заплатина из его кабинета, мы вчетвером обсуждали планы на ближайшее время. Мои новые сотрудники ждали от меня конкретной задачи, которую я сегодня должен был перед ними поставить.

Учитывая то, что Император попросил меня не устраивать кровавых войн в Москве, я решил пока не трогать герцогов. Если сразу развязать с ними корпоративную войну, то разного рода форс-мажоров не избежать, это и ослу понятно. Вряд ли они согласятся вернуть мне имущество добровольно. Во всяком случае, я бы на их месте не стал этого делать.

Но сейчас это и не требовалось. Благодаря их стараниям, часть моих активов была успешно распродана, вот с них я и решил начать. Не будем пока дразнить собак. Да и жирком обрасти будет не лишним.

Решение насчет того, с какого именно предприятия начать, я уже принял, но мне было интересно послушать мнение Давыдова. Все-таки он готовил для меня материалы, так что какое-то собственное мнение в любом случае составил.

В этот момент он с нетерпением смотрел на меня и ждал, пока я начну говорить. Примерно с таким же рвением собака рвет поводок, когда ей не терпится укусить кого-нибудь за задницу.

— Матвей Всеволодович, скажите, если бы я сказал, что для начала хочу вернуть себе активы, которые легче всего забрать — что бы вы мне посоветовали? — спросил я у него.

— Вариантов не так уж много, а точнее всего два — либо стекольный завод в Рязанском княжестве, либо мебельную фабрику в Тверском, — сходу ответил он. — Но я бы начал именно с Рязани.

Как интересно. Мое собственное мнение по этому поводу было очень схожим. Вот только этот парень не знал, чем я руководствовался в своем выборе, так что мне было даже любопытно, почему он принял именно такое решение.

— Почему с Рязани?

— Сейчас предприятие убыточное, так что его легко можно будет забрать, — ответил Давыдов.

— Убыточное? Выясняли с чем связаны проблемы? — уточнил я.

— Да. Завод граф Баркалов купил сыну, надеясь, что тот за ум возьмется, но молодой человек все больше по кабакам и ночным клубам шляется, так что прибылям там взяться просто неоткуда, — пояснил Матвей Всеволодович. — Но потенциал там хороший, так что можно и нужно заниматься. Если вам будет угодно, то я сегодня же и начну.

— Начинайте, — кивнул я. — Если нужна будет помощь Верховцева или Свиридова, то можете смело их подключать.

— Хорошо, — Давыдов, что-то пометил в своем ежедневнике и вернул свой взгляд на меня. — Владимир Михайлович, нам бы директора на главное предприятие поставить. Понятное дело, что всяких компаний-прокладок у меня хватает, но вот там, где в конце концов будут активы собираться…

— Понимаю. Я надеюсь, директор скоро появится, так что не переживайте, — я посмотрел на Верховцева, которого просил вчера подготовить информацию по купцу. — Вот только если его Леонид Александрович не забракует. Что скажете, ваше сиятельство?

— У меня к нему вопросов нет, — ответил тот. — Петр Александрович из уважаемого купеческого рода, никто из членов семьи никогда судимостей не имел, да и во всяких преступных схемах его семейство не замечено. Все хорошо.

— В таком случае, нам остается только дождаться его решения, — пожал я плечами, вспоминая свой разговор с Ермоловым. — Вот это от меня уже не зависит. Но думаю, что он согласится — уж больно заманчивые перспективы я ему обрисовал. Кстати, Леонид Александрович, я сейчас поеду по своим служебным делам, а вы втроем поезжайте в «Кремль-Плаза».

— Это новый бизнес-центр недалеко от Красной площади? — уточнил Давыдов, который, наверное, знал про все подобные сооружения в городе.

— Именно. Весь пятый этаж этого здания с недавних пор в моем распоряжении, — не обращая внимания на восхищенный взгляд со стороны Давыдова, я продолжил. — Пока ваши коллеги будут знакомиться с будущим местом дислокации, займитесь своей работой и если что-то будет нужно — делайте. Видеонаблюдение, охрана на этаже, в общем все, что считаете нужным. Мне необходимо, чтобы я и мои люди могли работать в спокойной обстановке.

— Хорошо, ваше сиятельство, — кивнул Верховцев.

— Еще ко мне есть какие-то вопросы? — спросил я и поднялся со своего места. — Если нет, то я был рад всех вас видеть, ну а мне нужно ехать. Верните кабинет Заплатину и езжайте на Красную площадь.

* * *

Я специально приехал в Департамент пораньше, в надежде увидеться с Салтыковой и, может быть, даже успеть выпить с ней кофе перед встречей с Гриневым, но у меня ничего не вышло. Честно говоря, я этому даже не удивился. Было бы странно, если бы случилось наоборот.

Встретив меня, Екатерина чмокнула меня в щеку, сказала, что мы обязательно сегодня поужинаем, а затем убежала. Как оказалось, она сегодня будет одним из докладчиков на встрече, ради которой нас всех здесь собрали, так что ей нужно было подготовиться.

В этот раз дело происходило не в кабинете нашего куратора, а в большом конференц-зале, где в общей сложности присутствовало человек сто пятьдесят. Кроме Гринева и ребят из моего звена, я здесь больше никого не знал.

Аншеф сидел в первых рядах, поближе к трибуне, видимо среди коллег, близких ему по званию — практически все они были без нашивок, так что как было на самом деле неизвестно. По правую руку от меня сидела Василиса, которая сегодня выглядела немного взволнованной, а с левой стороны Минин. В отличии от некромантки, он был весел и ржал как конь.

Вскоре свет в зале погас и прожектор выхватил из темноты стоявшую возле трибуны фигуру мужчины, которому на вид было около пятидесяти лет. Он поднял руку, привлекая к себе внимание и вокруг стало тихо.

— Добрый день, господа. Так как знают меня в основном только те, кто сидит сегодня в первых рядах, давайте я для начала представлюсь. Зовут меня Уваров Федор Петрович, я начальник особого отдела. В последнее время мы слышим от многих Мироходцев, что среди служащих растет количество недовольных тем, что все хранится в тайне, — после этих слов в зале послышался нестройный шепот десятков голосов. — Чуть тише, господа. Поэтому Департамент уполномочил меня сегодня рассказать вам последние новости, о которых вы должны знать. Хотя, кто-то их уже знает, но основная масса присутствующих — нет.

Уваров взял стоявший на трибуне стакан, сделал из него пару глотков и продолжил.

— Не открою большой тайны для сидящих в этом зале, если скажу, что не так давно Департаментом проводился эксперимент, в ходе которого необходимо было выяснить точное количество миров, из которых к нам проникает нечисть. Ну, а кроме того, мы должны были установить — всегда ли местность в Портале, из которого к нам прется всякая дрянь, совпадает с миром, в который можно из него попасть.

По залу пронеслось легкое жужжание — насколько я понимаю, это учувствовавшие в этой операции Мироходцы, решили вспомнить о своем задании. Федор Петрович вновь поднял руку и жужжание смолкло.

— Не буду вам рассказывать про все сложности, с которыми столкнулись разные группы в ходе выполнения этого задания и скажу главное — данная теория получила свое подтверждение. Было установлено, что миров и в самом деле девять. Так что, хочу поблагодарить вас за проделанную работу — она была непростой.

После этих слов он несколько раз хлопнул в ладоши и зал дружно поддержал его слова бурными аплодисментами. Когда все угомонились, он продолжил.

— Однако, господа, это была лишь первая часть общей задачи. Теперь, с одной стороны, все становится немного проще — мы знаем, как попасть в гости к тем, кто пытается нас уничтожить. С другой стороны, пока нам это не сильно помогло, потому как мы не знаем, каким образом закрыть Порталы, — зал зашумел снова и Уваров в очередной раз поднял руку вверх, призывая к тишине. — Но не все так плохо, господа. У нас есть кое-какие соображения на этот счет. Сейчас вам расскажет об этом Екатерина Салтыкова. По роду своей деятельности она не просто Мироходец, но еще и ученый, так что вам будет интересно ее послушать.

Пока Екатерина шла к трибуне, кое-где в зале раздалось несколько жидких аплодисментов. Разумеется, мы ее поддержали, но кроме нас знало ее немного народа — удел ученых.

— Всем добрый день, господа. Так как Федор Петрович меня уже представил, то я сразу к делу.

После этих слов я невольно улыбнулся — вот в этом и была вся Салтыкова, кроме дел больше ни о чем думать не может. Интересно, когда она со мной сексом занималась, надеюсь ни о каких экспериментах своих не думала? Я, конечно, надеюсь, что нет, но в случае с этой девушкой ни в чем нельзя быть уверенным до конца.

— Как сказал предыдущий докладчик, я являюсь полноценным действующим Мироходцем и также, как многие из вас, лично участвовала в проведении последнего эксперимента, — вновь наши дружные аплодисменты. — Спасибо. Итак, что я хочу сказать. Как вы понимаете, Порталы не могут существовать сами по себе — они должны подпитываться какими-то источниками энергии. Мы думаем, что этими источниками являются так называемые — камни смерти.

С разных сторон зала послышались многочисленные голоса, а затем кто-то выкрикнул:

— О чем идет речь, госпожа, Салтыкова? Можно изображение?

— Вечером все участники данного собрания получат материалы на свои Модули, среди которых будут изображения и даже видео, так что все увидите. Описания этих трофеев в Модуле в данный момент нет. Тем не менее, мы специально решили не отвлекать ваше внимание на это сейчас, чтобы вы сосредоточились на сути вопроса.

Она подождала, пока стихнут недовольные голоса желающих увидеть камни смерти прямо сейчас, а затем продолжила.

— Некоторые из вас понимают, о чем идет речь, так как подобные трофеи в некоторых случаях можно получить с мертвых некромантов, и мы считаем, что именно они являются источниками энергии. В ходе нашего задания мы обнаружили такой камень, недалеко от Портала. Кроме того, в него был заключен страж, который охранял его.

В зале стало очень тихо, все с интересом слушали Салтыкову. Что сказать, мы были не исключение, все-таки сами же участвовали в этом задании.

— Теперь перейду к самому интересному. Как вы знаете, в Порталах встречаются существа самых различных форм жизни и в своих мирах они обитают в разных природных условиях. Существа из некоторых миров просто неспособны к постановке Порталов, так как не обладают достаточными умственными способностями для этого, а это значит, что некроманты имеют возможность путешествовать между мирами.

Ее прервало сразу несколько криков, которые раздались с разных сторон. Всем хотелось что-то сказать либо наоборот, задать вопрос по поводу услышанного. Она ждала не меньше пяти минут, пока в зале наступит тишина, чтобы продолжить.

— Думаю все понимают, что это очевидно. Создание Порталов и их энергетическая поддержка невозможна без участия некромантов, а если это происходит в разных мирах, то вывод очевиден. Поэтому следующим этапом мы должны получить ответы на новые вопросы. Например, каким образом некроманты путешествуют между мирами? Кроме того, нас интересует, где именно живут некроманты в тех мирах, из которых они атакуют Землю и живут ли они там вообще? — Салтыкова замолчала на несколько секунд, а потом добавила в абсолютной тишине. — Это, разумеется, не все, что нас интересует, но это все, что вы должны знать прямо сейчас. Совсем скоро многие из вас в тех же составах отправятся на новое задание, но теперь все группы будут направлены в один мир. Нам нужно проверить одну из наиболее вероятных версий и если все окажется так, как мы предполагали — вы узнаете об этом.

В зале было очень тихо. Все переваривали полученную информацию.

— Если у вас есть какие-то вопросы, задавайте их прямо сейчас, — сказала Екатерина. — По возможности я отвечу на них.

— Почему в иных мирах некоторые области находятся в тумане, и мы не можем в них попасть? — спросила какая-то девушка.

— Хороший вопрос. Если вы заметили, то окруженная туманом местность, как правило, совпадает с той, которая оказывается внутри Порталов. Это очень хорошо заметно на открытых участках. Мы полагаем, что каким-то образом некромантам удается создавать на таких участках что-то типа стабильного межмирового пространства. Но это еще нужно проверить. Также до конца неясно что происходит с этими территориями после исчезновения Портала на нашей планете. Не забывайте, мы только недавно вообще получили доступ к иным мирам, поэтому находимся в самом начале пути.

— Какой из девяти миров является родным для некромантов? — на этот раз голос мужской.

— К сожалению, пока мы не знаем ответа на этот вопрос, — ответила Салтыкова.

Дальше вопросы на Екатерину посыпались со всех сторон, а она лишь растерянно смотрела по сторонам. На спасение ей пришел Уваров, который вновь поднялся к трибуне и призвал всех к тишине.

— Господа, на сегодня вопросов достаточно, — сказал он, когда для этого представилась возможность. — Остальные детали, о которых вам необходимо знать, вы получите сегодня в материалах, которые придут на ваши Модули. Теперь просьба разойтись по кабинетам ваших кураторов, они проведут небольшой инструктаж перед вашими заданиями.

Начальник особого отдела хотел сказать что-то еще, но его голос утонул в шуме возбужденных голосов, которые наполнили зал. Судя по всему, больше ничего интересного здесь не произойдет, пора выдвигаться к кабинету Гринева на обещанный инструктаж.

Аншеф долго нас не держал, да и ничего нового не сообщил. Так, мелкие несущественные детали. Самое важное, о чем он сказал, это то, что наша группа выдвигается завтра рано утром и общий сбор в пять утра возле Департамента.

К моему удивлению в этот раз Салтыкова не стала убегать на какие-то свои дела, и мы с ней отправились ужинать в тот самый ресторан, где сидели с нашей группой, когда впервые встретились в кабинете Гринева.

Выглядела Екатерина очень уставшей. Такое ощущение, что она целый день землю копала, а не к собранию готовилась.

— Володь, ты извини, что я немного не в духе, — это она сказала после моего очередного вопроса на который ответила совершенно невпопад. — Что-то я за последнее время совсем умаялась. Столько всего происходит… Все теории проверить нужно, обсудить. У нас в Департаменте одно совещание за другим — даже толком кофе выпить некогда.

— Теперь понятно, почему от тебя за несколько дней ни одного звонка. Я тебе три раза звонил, думал что-то случилось… Могла бы и перезвонить или даже минуты свободной не было?

Вот как-то совсем в этот момент было неприятно. Иногда мне кажется, что у нее голова работает вообще не так, как у прочих девушек, которых я встречал. Если честно, я сегодня ждал от нее более искренних извинений…

— Не обижайся, — она положила свою руку поверх моей и нежно погладила меня пальцами. — Я правду говорю, вот совсем времени не было… Давай договоримся, сразу как с задания вернемся, уедем куда-нибудь на пару дней и будем только вдвоем. Хочешь?

Хороший вопрос. Может быть, я и хочу, но могу ли позволить себе пожить пару дней в свое удовольствие? Живу-то я нескучно — каждый день полон сюрпризов.

— Я не обижаюсь, не маленький, — ответил я и улыбнулся. — А предложение твое мне нравится, вот только для начала нужно еще с задания вернуться, а потом уже решать.

— Вернемся, куда мы денемся?

В этот момент заиграла медленная музыка. Она поднялась со стула, стала позади меня и положила руки на мои плечи.

— Владимир Михайлович, а вы умеете танцевать?

— Хреново, если честно.

Она наклонилась и прошептала:

— Хотите я преподам вам мастер-класс?

— Вообще-то я и в самом деле не большой любитель танцев, — до последнего сопротивлялся я.

— Да? А если я вам скажу, что после того, как вы отвезете меня домой, я покажу вам еще один мастер-класс?

— Вот это уже интереснее. Может быть тогда поедем сразу?

— Ну уж нет, прежде я хочу потанцевать.

Я вздохнул и поднялся со своего места — будем надеяться, что ноги я ей не оттопчу. Вот никогда не понимал, почему девушки так любят танцевать? Никакой же радости, одна суета…

Глава 16

Всю ночь Тосик провел возле Рюкзака — сильно переживал, что я могу оставить его в Барвихе и не взять с собой в Портал. Вчера этот маленький засранец слопал пирог с малиной, который предназначался мне на ужин, поэтому я ему пригрозил, что в наказание оставлю дома. Понятное дело, что это была шутка, но плюшевый об этом не знал, так что провел ночь в обнимку с Рюкзаком. Будет знать, как мои пироги трескать!

— Портал карамба? — спросил он, когда понял, что я начал собираться и готовиться к выходу.

— Портал, Портал… Вообще-то я еще не принял окончательное решение на твой счет.

— Барон Димир карамба? — нахмурился плюшевый и посмотрел на меня как на врага.

— Это карамба! Бьянка жалуется, что ты у нее целый день продукты таскаешь!

— Бьянка стукач карамба, — недовольно пробурчал Тосик и тяжело вздохнул.

— Ладно, чеши в столовую, там тебя ждет апельсиновый сок и завтрак, а я пока оденусь и возьму наши цацки волшебные. Пока ты дрых, я уже позавтракал, так что не тяни. Хотя насчет последнего переживать не стоило — Тосик уничтожал еду со скоростью электромясорубки.

Плюшевый подскочил и бегом отправился в столовую. Ну а я надел форму, проверил все ли я взял, сложил препараты в пояс и собственно все, можно двигать.

Ночь выдалась морозной. Я решил ехать сам, без водителя, так что пока прогревал «Мерседес», заряжался бодростью на свежем воздухе. Все обитатели моего владения спали и лишь охранники вышли, чтобы пожелать мне доброй ночи, а затем вновь скрылись в своем домике.

Я посмотрел на окна гостевого дома, где расположились Ермоловы, и в голову пришла мысль, что вчера я так с ним и не увиделся. От Салтыковой я вернулся около одиннадцати часов вечера, когда Петр и Анастасия уже спали. Ну ничего, узнаю о его решении после того, как вернусь из Портала.

Когда мороз начал совсем уж неприятно пощипывать меня за лицо, я сел в машину. Пару раз мигнул охранникам дальним светом, чтобы они открыли мне ворота и без особой спешки покатил к Департаменту. Куда спешить? Выехал я по времени с запасом, так что успею.

Ночная Москва встретила меня пустыми улицами и снегом, который посыпал крупными белыми хлопьями. Отличная погодка! Да и настроение у меня было вполне себе ничего. Вчерашний вечер прошел отлично, Екатерина дома провела мне обалденный мастер-класс по сексу. Даже два мастер-класса. Потом мы отлично побеседовали, будем надеяться, что свою ошибку она поняла, так что — все хорошо. Во всяком случае, сказала, что осознала, дальше видно будет. С девушками заранее ни в чем нельзя быть уверенным.

Кстати, Салтыкова на место сбора приехала последней и опоздала на десять минут. К этому времени мы с ребятами уже сидели в «Мангусте» и обсуждали вчерашнее собрание. Так что, к тому моменту, когда Екатерина заняла свое место и машина тронулась, мы уже успели много чего обговорить и у нас к ней возникло множество вопросов.

Разумеется, первым не выдержал Минин, которому с детства выдержки не завезли. Он даже, не дождавшись, пока Салтыкова усядется, сразу же поинтересовался:

— Нам вот тут всем интересно, а с чего это вы на своем ученом совете решили, что некроманты должны поддерживать Порталы энергией? Может быть это необязательно?

— Вот с чего ты взял, что я на твои вопросы буду отвечать? — мрачно ответила ему Екатерина, которая, судя по внешнему виду, еще не успела толком проснуться. — И вообще — девушке для начала дают отдохнуть с дороги, а уж потом всякие вопросы задают.

— Ну никто же не виноват, что ты проспала, госпожа Салтыкова? — спросил у нее Богдан и бросил красноречивый взгляд в мою сторону. — Между прочим, вчера нужно было не с Соколовым уезжать в пламенный закат, а проводить время со своей группой, как мы и предлагали.

Вчера, когда мы вышли от аншефа, Вешняков и в самом деле предлагал всем дружно отправиться в ресторан, но мы с Екатериной отказались. Во-первых, она слишком устала для новой порции вопросов, которые непременно последовали бы с нашей стороны. Во-вторых, у нас с ней задумывался ужин вдвоем и участие ребят в нем никак не планировалось.

— Вешняков, вот я у тебя забыла спросить, что мне нужно было делать, — пробурчала Салтыкова и посмотрела на Василису, которая в ответ пожала плечами и ничего не сказала — мол, она здесь ни при чем, это личные домыслы Богдана.

Некоторое время мы ехали молча, пока Екатерина не пришла в себя и не сменила гнев на милость.

— Ладно, так уж и быть — расскажу. В конце концов, вы и в самом деле имеете право знать больше остальных, раз уж мы одна команда, — она бросила хмурый взгляд на Алексея, который после этих слов сразу же повеселел. — Ты спросил, почему мы думаем, что Порталы должны поддерживаться энергией? На самом деле все просто, когда все дружно пошли выполнять прошлое задание, то оказалось, что не везде мой артефакт работает. В некоторых подземельях Мироходцам не удалось активировать Порталы в иной мир.

— Это как? Может быть, у них артефакты были с брачком? — мстительно предположил Богдан. — У вас ученых всякое бывает.

— Нормальные у них были артефакты, — в ответ на вопрос Екатерина бросила в Вешнякова убийственный взгляд. — Мы же не в игрушки играем. Этим группам срочно нашли на замену подходящие под требования локации и эксперимент мы все-таки до ума довели. Но факт остается фактом — Порталы почему-то не открылись. Вот поэтому и возникла мысль, что они нуждаются в подпитке. Кстати, в этот раз нам нужно будет принести камень смерти с собой, чтобы проверить эту теорию. По идее, он должен давать необходимую энергию, чтобы активировать неработающие Порталы.

— Какого черта? — недовольно спросил я, вспомнив про Черного Рыцаря. — Эти камни под охраной!

— Причем под очень серьезной охраной, — добавил Минин.

— Обычно приказы не обсуждают, Соколов, — сказала Василиса. — Или, по-твоему, это она придумывает чем мы должны заниматься?

На самом деле, я был уверен, что без Салтыковой здесь не обошлось — у этих ученых всегда имеется пара-тройка теорий, которые не мешало бы проверить! Ну, если не она лично это придумала, то ее ученая коллега — какая разница?

— Согласен, приказы не обсуждают, но почему мы узнаем об этом в последний момент? — спросил Богдан.

— Если бы ты знал об этом вчера, то сидел бы сейчас дома? — спросила у него Екатерина.

От этого вопроса он немного смутился и опустил голову:

— Нет, но все-таки, — пробормотал он.

— Я старшая группы и должна была сказать вам об этом именно по дороге в Портал. Вот я и говорю — мы должны принести с собой камень смерти. Он нужен для дальнейшей работы.

На пару минут мы дружно замолчали, обрабатывая информацию насчет того, что нам придется столкнуться со стражем камня смерти. Остается надеяться, что не только Черные Рыцари охраняют эти камни, а кое-кто и попроще… Либо наоборот, посложнее…

— Хорошо, с камнем понятно, — сказал я. — Может быть, есть еще что-то, о чем ты хочешь нам сказать? Например, в какой мир мы сегодня идем?

— Тебе хоть раз попадались в Порталах гоблины или орки? — ответила вопросом на вопрос Салтыкова.

— Попадались, — я посмотрел на Василису, припоминая наше с ней совместное посещение такого Портала. — Там даже тролль имелся, если что.

— Вот в такое место мы и идем, — сказала Салтыкова и хлопнула меня по ноге. — Не переживай, Соколов, по нашим общим оценкам этот мир считается наиболее безопасным для Мироходцев. Поэтому все остальные группы, как ты понимаешь, идут в него же.

Считается наиболее безопасным миром? Очень интересно. Кроме Портала, в котором я был вместе с Василисой, имелось еще одно подобное место. Вот только в тот раз я ходил туда по заданию Боброва. Так вот, кроме гоблинов, в том мире водятся еще и зомби-огры, а тварь с металлическим шаром даже поопаснее тролля будет.

Мы не сводили глаз с Екатерины, переживая, что она выдаст еще какую-нибудь не самую приятную новость, но та лишь пожала плечами и невинно улыбнулась:

— У меня все, дамы и господа. Может быть, Соловьева что-то хочет дополнить? Я знаю, что всем группам такие же амулеты, как и у Василисы раздавали…

— Во-первых, не такие же, — гаденько улыбнулась некромантка. — Во-вторых, ничего дополнить я не хочу. Ничего опасного происходить не будет. Во всяком случае, переживать вам не за что. Детали, может быть, на обратном пути и расскажу. Сейчас лишней информацией головы вам забивать не буду, а то Вешняков точно никуда не пойдет, а нам целитель не помешает.

— Чего это? — встрепенулся Богдан. — Или ты меня за труса держишь?

— Ну ладно, хватит, — повысила голос Салтыкова. — Не хватало нам сейчас еще поругаться из-за какой-то ерунды. Давайте лучше спать — как вы знаете, нам ехать еще часа три, так что, всем хорошего сна.

Она демонстративно закрыла глаза и положила голову мне на плечо, дав понять, что больше она в разговорах не участвует. Мы еще немного посидели, а потом последовали примеру Екатерины. Вскоре в салоне «Мангуста» стало тихо — все заснули.

* * *

К тому времени, как мы оказались возле нужного места, было уже светло, так что одиноко торчавшее возле небольшой рощи небесно-голубое зеркало Портала, виднелось издалека.

Когда мы вышли из «Мангуста», то до него было не больше двадцати шагов — совсем рядом. На всякий случай, я активировал Модуль и проверил данные по Порталу. Прибор показывал, что все в норме, никакой неуставной живности с тех пор, как его деактивировали, внутри не появилось, а та, что жила в нем раньше, была полностью уничтожена.

Не теряя времени на лишние разговоры, мы проверили все ли на месте и двинули в сторону Портала. Как и в прошлый раз, внутрь я пошел первым.

Я собирался уже по привычке активировать Блуждающий огонек, но этого не потребовалось — я оказался на освещенной солнцем лужайке. Грудь сразу же сдавила непонятная тяжесть, заставив меня несколько раз подряд глубоко вздохнуть. Да, дышать здесь было тяжелее. Ненамного, но этого было достаточно, чтобы почувствовать дискомфорт.

Вскоре рядом со мной появились остальные ребята, которые также начали тяжело дышать привыкая к новым реалиям.

— Твою мать! Вот же херня! — Алексею местные условия давались тяжелее, чем остальным. Его лицо покраснело, а дыхание стало слишком частым.

Однако, спустя несколько минут, он уже чувствовал себя нормально, разве только дышал чуть чаще остальных, а в остальном все было хорошо.

Пока он приходил в норму, мы дружно осматривали окрестности. Похоже мы оказались в какой-то разрушенной деревне. Вокруг нас был густой белый туман, обозначавший границы, за которые нам не выйти, а вот впереди, на расстоянии сотни шагов, стояло несколько деревянных домиков.

Я активировал Модуль и посмотрел на карту этого места. Домиков было шесть, и они были очень похожими на те, которые мне доводилось видеть на Земле. Правда эти были сложены из камня, а дерево в основном использовалось лишь для кровли, но все равно, что-то общее между ними однозначно имелось.

— Ребята, кто был в таких мирах на открытой местности? — спросил я у остальных.

— Ты был, если у тебя с памятью плохо, — подсказала мне Василиса.

— Это я помню, но там были хижины, которые соорудили гоблины, а эти выглядят так, как будто их построили люди. Они здесь живут?

— Судя по аналитике, люди, как и некроманты, встречаются в Порталах всех девяти типов, поэтому ответа на этот вопрос пока нет, — сообщила Салтыкова таким тоном, как будто читала нам лекцию. — А эти строения дело рук орков, если что. Пойдемте искать где здесь было Сердце.

Мы потопали в сторону домов и чем ближе они к нам становились, тем все больше они были похожи на человеческие. Вот окна с деревянными рамами, деревянные двери, небольшие каменные сараи… Вонища правда вокруг стоит такая, что у меня глаза слезиться начали, но в остальном…

— Откуда так воняет? — жалобно спросил Минин, которому и без того дышалось здесь хуже всех. — Они что, в своих домах гадят, что ли?

Ему никто не ответил. Чтобы ускорить поиски, мы, не сговариваясь, разошлись по разным домам. Я с интересом заглянул внутрь того, который достался мне и с удивлением обнаружил, что и мебель внутри была очень похожа на человеческую. Правда она была грубо сколочена, вся какая-то неуклюжая…

Ни одного стула со спинкой я не увидел, лишь лавки да табуреты. В общем, все сделано крайне примитивно, никаких излишеств, только самое необходимое. Да, вот еще что… В доме имелась небольшая ограда, внутри которой был истлевший скелет какого-то животного.

Оказывается, они еще и домашний скот в домах держали. Кстати, судя по скелету, какая-то коза или овца… Ну, теперь по крайней мере понятно, откуда такая вонища! Если здесь в каждом доме что-то сдохло, откуда ароматам взяться?

В моем доме никаких следов уничтоженного Сердца я не нашел. Зато нашел странного вида меч с очень широким лезвием. Его активно уже жрала ржавчина, а об остроте лезвия и говорить не приходилось — что-то разрубить таким можно было лишь после очень сильного удара.

Я вышел из дома и облегченно вздохнул. Не могу сказать, что воздух снаружи дома меня полностью устраивал, но дышалось все равно намного легче, чем внутри.

Осмотревшись по сторонам, я пошел в следующий дом, где тоже ничего интересного не было. Разве только дохлых животных внутри было не одно, а целых четыре. Видимо здесь какие-то зажиточные орки жили или чем здесь у них богатство измеряется?

— Ребята! — судя по голосу это кричала Василиса.

Из дома я вышел зажав нос рукой и дыша ртом, иначе бы точно там потерял сознание. Я посмотрел по сторонам и увидел, что из соседнего дома выскочил Минин, который схватился рукой за стену дома и проблевался. Ну да, деревня орков местечко не из приятных, здесь я был с ним полностью согласен.

— Соловьева! Ты где?! — крикнул я.

— Да здесь!

Примерно определив, откуда был слышен голос, я дождался, пока Минин закончит свои дела, и мы вместе с ним пошли к самому дальнему от нас дому.

Мы оказались последними, все остальные уже ждали нас внутри. Да и Портал, который находился на одной из стен дома, уже был активирован.

— Где вас носит? — негодовала Василиса. — Здесь сдохнуть можно!

— Будем надеяться, что на той стороне полегче, — сказал Алексей и вытер пот со лба. — Если так пойдет и дальше, то лучше я точно сдохну.

— Не сдохнешь! Такие как ты, так быстро не сдыхают. — заверила его Салтыкова и посмотрела на меня. — Володя, будь осторожнее. Если здесь лишь часть орочьей деревни, то ты можешь сейчас оказаться в окружении врагов, так что будь готов применить заклинание.

Я посмотрел на узкий Портал, через который явно не пройти вдвоем, а вот помощь Минина мне бы сейчас точно не помешала. Ну да ладно, чего уж теперь? Не знаю, что нас там ждет, но если будет не так сильно вонять, то уже неплохо.

Я сжал меч покрепче и решительно шагнул в Портал.

Глава 17

В этот момент одновременно произошло сразу несколько вещей.

Во-первых, я оказался в каком-то помещении. С освещением здесь, конечно, была полная беда, но его было вполне достаточно, чтобы понять — я стою в центре довольно большой комнаты, а вокруг меня стоит множество деревянных столов.

Во-вторых, комната была наполнена звуками, которые были похожи на хриплое рычание, рев турбин и громкий птичий клекот. Я думаю, что если бы динозавры умели разговаривать, то они бы делали это примерно так.

В-третьих, здесь воняло так, что у меня даже закружилась голова. Такое ощущение, что где-то рядом лежали гнилые овощи, перемешанные с тухлой рыбой, а ко всему прочему, на все это сверху накрошили чеснока и залили пивом. Или брагой, вот здесь я могу ошибаться — но это явно было какое-то забористое спиртосодержащее пойло.

Как вишенка на торте, было в-четвертых. За столами в большом разнообразии сидели гоблины вперемешку с какими-то более крупными темно-зелеными тварями, у которых из нижних челюстей торчали клыки, сантиметров по пять. Хотя до этого мне приходилось видеть их лишь на Модуле, в разделе, посвященном разнообразию прущейся из Порталов нечисти, я был уверен, что это орки.

После моего появления шум в комнате как-то подозрительно начал стихать. В этот момент рядом со мной материализовался Минин, а за ним и все остальные с разницей в несколько секунд.

В комнате стало абсолютно тихо. Мы смотрели на всю эту зеленую орко-гоблинскую вонючую братву, а они на нас. На первый взгляд, их здесь было около двадцати, хотя кто его знает — дальние столы были скрыты в полумраке. Судя по тому, что некоторые из них так и замерли, не донеся до рта кружки, дело происходило в таверне или как это у них здесь называлось?

Затянувшуюся паузу нарушил грубый рев, который в один момент привел всех в движение. Орки и гоблины с воплями вскакивали со своих мест, ну и мы не стали медлить.

Выбрав орка покрупнее, я швырнул в него Огненный шар, который врезался в него, отбросив тварь в стену, а затем началось какое-то сумасшествие.

Минин обрушил на них Ледяные стрелы, Василиса, как пулемет, начала сыпать метательными ножами и лишь Салтыкова с Богданом отбивались от наседавших на них тварей мечами. Я успел бросить еще парочку Огненных шаров, а затем пришлось взяться за меч — когда перед тобой машут копьями и мечами, для заклинаний просто нет времени. Мы стали в круг и обивались от окружившей нас толпы.

Хорошей новостью было то, что зеленокожие просто наваливались толпой, отчего создавали еще большую неразбериху, которая однозначно шла нам на пользу. Под ногами более крупных орков визжали и пищали мелкие гоблины, которые доставляли своим собратьям больше проблем, чем пользы.

Пытаясь достать кого-нибудь из нас своими короткими кривыми мечами, гоблины размахивали ими с поразительной скоростью, задевали орков, отчего те ревели и свирепели еще больше.

Вдруг, из-за спины стоявшего передо мной орка, с визгом выпрыгнул гоблин и я автоматически врезал ему ногой в голову, отчего он улетел обратно. Орк издал удивленный возглас и всего на секунду замер, чего мне вполне хватило, что бы удивить его еще сильнее Огненным шаром прямо в зеленую морду.

Поняв, что так легко нас не взять, орки перестали тупо переть вперед и на какой-то момент остановились, хотя стоявшие позади них гоблины продолжали подбадривать их отчаянным визгом.

Вот очередной гоблин пролез под ногами у орка, посмотрел на стоявшего рядом со мной Минина и завопил. Алексей в ответ влепил в него Ледяной стрелой, которая проткнула зеленокожего насквозь.

Ну и что с ними делать? Поставить Огненную стену? Слишком рискованно. Так можно спалить к чертям эту гоблинскую забегаловку, да и нам нужно как-то выбираться отсюда. Элементалей не мог поставить ни я, ни Минин — для этого здесь было слишком мало места. Но делать что-то нужно и срочно — не хватало, чтобы на шум боя сюда начали сбегаться их сородичи.

Когда я уже собирался активировать повышенную скорость и устроить им здесь небольшую мясорубку, в дело вступила Василиса. Мертвые орки и гоблины вдруг начали медленно подниматься.

Поначалу это вызвало радостное оживление среди зеленокожих, которые видимо решили, что их собратья самым чудным образом начали приходить в себя. Но это продолжалось ровно до того момента, пока оживленные Василисой орки и гоблины не начали рубить своих сородичей. Некоторые из них и вовсе обходились без мечей, а просто принялись кусаться.

Нужно ли говорить, что ситуация вновь превратилась в неконтролируемое безумие? Теперь оркам и гоблинам приходилось сражаться на два фронта — с одной стороны на них наступала нежить, а с другой мы.

Дело пошло на лад и чаша весов как-то быстро начала склоняться в нашу сторону. Зеленокожие очень быстро поняли, что драться с нами гораздо сложнее, поэтому неистово крошили нежить. Мы с Мининым добавляли им азарта поочередно избавляясь заклинаниями от самых опасных и крупных особей.

Вскоре все таверна была усыпана зелеными телами и залита черной кровью. На ногах продолжали стоять лишь те, кого Василиса подняла из мертвых, но после того, как она прекратила действие заклинания и они рухнули на деревянный пол.

Мы внимательно осмотрели зал на предмет выживших — никому не хотелось получить кривым мечом, от какого-нибудь затаившегося гоблина. Но похоже, что живыми здесь были только мы.

— Как интересно получилось, — сказал я, вытирая лезвие Рассвета об одежду одного из мертвых орков. — Они что, здесь чей-то день рождения отмечали, я понять не могу?

— Что-то типа того. Или какой-нибудь мальчишник затеяли, — усмехнулся Алексей. — Ты видишь — ни одной орчихи нет. Хотя должны же быть тут какие-то лица женского пола, если это таверна?

— Минин, ты только о бабах и думаешь, — упрекнула его Соловьева. — Может у них не положено в такие места с женщинами ходить.

— Ага, у всех положено, а у них, видите ли, не положено, — сказал Алексей, прохаживаясь между трупами и обходя торчавший из пола Портал.

— Может быть, это и не таверна вовсе? — сказала Соловьева, глядя на Портал.

— Тогда что это по-твоему? — спросил Минин, затем активировал Модуль и разочарованно вздохнул. — Никаких знаков вопросов. Кто-то видит что-то интересное, кроме мертвецов?

— Ну, предположим, застава какая-нибудь, — продолжала размышлять Василиса не обращая внимания на слова Алексея. — Например, они могли охранять Портал.

— Карамба? — сонно спросил Тосик, который решил посмотреть, что происходит и вылез из Рюкзака.

— Ага, еще та карамба. Ты все проспал, мой плюшевый друг. — сказал я, затем почесал ему животик и посмотрел на некромантку. — Между прочим, вполне здравая мысль. Когда был деактивирован Портал на нашей стороне?

— Около двух недель назад, — ответила Екатерина. — Ну и что с того?

— То, что они могли об этом еще не знать, разве непонятно? — я обвел рукой вокруг себя, показывая на мертвецов. — Может быть, эти парни что-то типа группы усиления? Например, если бы Портал не был деактивирован, они бы могли ломануться к нам на Землю.

Мы обменялись взглядами с Соловьевой и по ее улыбке я понял, что она подумала примерно о том же. Богдан с Мининым уставились на нас, обдумывая услышанное.

— В этом что-то есть, — согласился Вешняков. — Будем считать, что эта мысль имеет право на жизнь.

Пока мы разговаривали, Салтыкова подошла к крохотному окну, через которое в таверну проникал свет и посмотрела что творится снаружи.

— Что там, Катя? — спросил я у нее и подошел поближе.

Богдан тем временем направился к окну, находившемуся на противоположной стене.

— Похоже мы в орочьей деревне, — сказала Салтыкова и отошла в сторону, предоставив и мне возможность полюбоваться окружающими видами.

Посмотреть было на что. Если это и была местная таверна или застава, то находилась она немного вдалеке от остальных строений. До ближайшего дома отсюда было не меньше ста шагов. Кстати, домов было немного — я насчитал пять. Недалеко от них в два ряда было выстроено с десяток знакомых гоблинских хижин. Позади жилых строений сразу же начинались скалистые горы. Вот и все, что я мог сказать, по крайней мере из моего окна больше видно не было.

— Богдан, что видишь интересного? — спросила у парня Василиса.

— Да ни хрена не вижу. Лес сплошной, — ответил он.

— Странно. Возле домов и хижин движения никакого нет, — констатировал я очевидный факт, который мне очень не нравился.

— Почему странно? — спросил Минин и заглянул в мое окно.

— Если это деревня, должно же быть здесь какое-то движение? Ну там, орчата и гоблины маленькие бегают… Козы какие-нибудь с курами, — пожал я плечами, припоминая Ветрово, где все время происходила какая-то суета на улицах. — Сейчас все это выглядит так, как будто здесь никто не живет.

— Как видишь живут, по крайней мере, вот эти ребята, — усмехнулась Салтыкова, поворачивая ботинком морду одного из орков. — И даже мечами машут. Интересно, как они здесь без стоматологов обходятся с такими клыками?

— Судя по запаху, им даже сортиры не нужны, тут где-то в угол ходят, — хохотнул Минин. — Думаю, они сами себе стоматологи. Интересно, если снаружи больше никого не видно, может быть они сами в этих домах и живут? Точнее, жили до нашего прихода…

— Ладно, нужно что-то делать, господа Мироходцы. Живут или не живут, будем выяснять опытным путем, — сказал я и поморщился. — Пора отсюда выметаться, если не хотим насквозь провонять местными ароматами или задохнуться здесь как крысы в банке.

Екатерина активировала Модуль, поигралась с масштабированием и сообщила:

— Пока на карте нет информации где находится камень смерти, так что нужно его искать.

— Я тебе об этом еще пять минут назад сказал, когда трофеи смотрел, — пробурчал Минин. — Никаких зеленых вопросов вокруг.

— Василиса, ты что-нибудь чувствуешь? — спросила у нее Екатерина.

Некромантка погладила амулет и улыбнулась.

— Да, эта штука никогда не подводит. Тепло есть, но нужную сторону пока не укажу — нужно осмотреться на местности.

— Значит выходим, чего тянуть? — сказал Богдан и закашлялся. — Соколов прав, я и в самом деле сейчас здесь сдохну. Запах тухлятины какой-то…

— Так пойдем или под «Невидимостью»? — спросил я, скорее у всех, чем у Екатерины, но смотрел при этом именно на нее — старшая все-таки, так что пусть принимает решение.

— Если что, то я думаю под «Невидимостью» будет надежнее, — на всякий случай обозначил свою позицию Минин.

В списке препаратов, которыми нас всех снабдили, у каждого из нас было по паре шприц-тюбиков «Невидимости», так что можно было подумать над этим вариантом. Тем более, что снаружи был ясный день и как только мы выйдем из этой таверны, нас сразу же увидят. При условии, что деревня обитаема, само собой.

— Колите препарат, так надежнее будет, — сказала Салтыкова и мы полезли в свои пояса. — Как только выходим, сразу в лес. Потом будем думать куда дальше двигать.

— Тосик, давай прячься, — сказал я, сделав себе укол. Плюшевый тем временем спрятался в Рюкзаке.

— Время пошло, — Екатерина толкнула дверь и мы, один за одним, покинули вонючую таверну.

Даже с учетом того, что дышать в этом мире было тяжелее, чем на Земле, по сравнению с таверной воздух снаружи показался нам свежим и приятным. Правда, каким-то совсем чужим, в пустынном мире такого чувства у меня не было.

Я окинул взглядом окрестности, но ответа на вопрос — живет здесь еще кто-то или нет, так и не получил. Вокруг было тихо. Складывалось ощущение, что если здесь кто-то и был, то все вдруг решили уйти.

Как оказалось, деревня находилась в окружении гор и леса. От таверны тянулась дорога, которая через десяток шагов разделялась на две. Одна уходила в сторону домов, другая в лес, где виднелась прогалина.

Один за одним мы гуськом пошли к лесу и вскоре скрылись в густых зарослях местных деревьев, которые были одновременно и похожи, и не похожи на наши. Забравшись вглубь на несколько десятков шагов, мы затаились и прислушались. Ничего подозрительного. Слышно было лишь пение птиц и шум листьев на ветру.

Выждав немного, мы потихоньку начали пробираться в обратном направлении, поближе к деревне, чтобы можно было видеть, что там происходит. Мы наблюдали около получаса и за это время ничего не изменилось. Дома и хижины выглядели безжизненно. Никто из них не вышел, никто не вошел, никаких голосов вокруг, вообще ничего, что могло говорить о присутствии каких-то живых существ.

— Похоже, Володя прав, — сказала Салтыкова. — Никаких признаков жизни. Может быть, это и в самом деле что-то типа заставы?

— Во всяком случае, очень на это похоже, — согласилась Василиса. — Не вижу других причин торчать им здесь в таком количестве.

— Или они охотники, — задумчиво проговорил Богдан. — Ну знаете, заготавливают здесь какую-нибудь живность, шкуры…

— Само собой, а в свободное время открывают Порталы. Наверное, все охотники так делают в этом мире да, Вешняков? — иронично спросила у него Екатерина.

— Между прочим, то, что нам нужно скорее всего в тех домах, — продолжила говорить некромантка. — Во всяком случае, амулет указывает в ту сторону. Еще есть источник энергии там, — она махнула рукой в сторону уходящей в лес дороги. — Но он слишком слабый, это не камень смерти… Что-то другое…

Интересно, что значит это «что-то другое»? Я хотел было спросить об этом у Соловьевой, но решил, что лучше сделаю это позже. Сейчас нужно закончить с нашим делом.

— Значит нужно идти и смотреть, чего ждать? Скоро темнеть начнет, — сказал я. — Если мы все считаем, что здесь никого нет, а скорее всего дело обстоит именно так, то предлагаю идти всем вместе.

— Кто еще так считает? — спросила Салтыкова и окинула ребят взглядом. В знак поддержки все дружно кивнули. — Значит принято единогласно. Соколов, Минин — давайте вперед. Богдан, ты, кстати, сегодня сделаешь что-то полезное или так и будешь за ними хвостом ходить?

— Чем мог — помог, а на остальное у меня времени не было, — пробурчал он и повесил на нас всех защитные ауры от физического воздействия и заклинаний.

Глядя на все это, мы с Алексеем сдержанно усмехнулись — Богдан и в самом деле выглядел забавно, когда начинал оправдываться как маленький ребенок. Такое ощущение, что Салтыкова его отчитывала на правах более смышленой младшей сестры.

К тому моменту, когда мы вышли из леса, действие препарата уже давным-давно прекратилось, так что любой желающий мог видеть нас во всей красе, но таковых не было. Вокруг по-прежнему было тихо и спокойно.

Мы не спеша шли к домам, не забывая при этом осматриваться по сторонам. Василиса время от времени поглаживала свой амулет и таинственно улыбалась, как будто это доставляло ей какое-то непостижимое для нас, простых смертных, удовольствие. Хотя, может быть, это так и было на самом деле? Мы же не знаем, как этот камень смерти воздействует на некромантов.

— Ребята, я его вижу! — воскликнула Салтыкова, которая все это время поглядывала на активированную на Модуле карту местности. — Вон там зеленый знак вопроса!

Она указала в сторону скал, которые находились за домами. Мы туда и пошли.

— Может быть, дома проверим? — спросил Минин, когда мы проходили возле одного из строений. — Вдруг, что интересное найдем?

— Что там у этих вонючек может быть интересного? — буркнул Богдан и я был с ним полностью согласен — заходить в их дома без особой на то надобности, вот вообще никак не хотелось. Того и гляди заразу какую-нибудь подхватишь.

— Дело сделаем, потом все обязательно осмотрим, — сказала Екатерина, заставив нас с Вешняковым обменять хмурыми взглядами. — И дома, и хижины.

Вскоре Салтыкова и Василиса подвели нас к нужному месту. Дело принимало неожиданный оборот. Как оказалось, в скале имелся вход, который в данный момент был завален камнем. Причем создавалось впечатление, что камень явно не отсюда — скала была светло-серого цвета, а он практически черного, с какими-то яркими рыжими пятнами.

— Не хочу вас расстраивать, но то что нам нужно, находится за этой черной штукой, — сообщила нам Екатерина то, что мы и без нее прекрасно понимали. — Интересно, откуда он взялся?

— Я могу призвать Ледяного элементаля и заставить его разбить этот камень, — предложил Минин. — Ну или приказать ему, чтобы он забрал его отсюда.

— Погоди, ничего не делай и вообще — ничего не трогай руками! Нам прошлого раза вполне достаточно! — повысила голос Соловьева.

— Я просто хотел помочь, — поднял руки вверх Алексей. — Но я могу и ничего не делать, пожалуйста, занимайтесь сами…

Не обращая внимания на его лепет, Василиса подошла к камню, аккуратно положила на него руки, закрыла глаза и что-то зашептала. Какое-то время ничего не происходило, а потом мне показалось, что ветер немного усилился. Она дотронулась своим амулетом до камня и на его поверхности один за другим вспыхнули несколько ярких значков, которые были похожи на иероглифы или что-то типа того.

— Что это за детские каракули? — хмыкнул Минин.

— Это некромагический алфавит, — сказала Соловьева и посмотрела не него убийственным взглядом, под которым улыбка быстро сползла с его лица.

— Понятно. Наверное, какая-то важная надпись или что-то типа того, — он задумчиво почесал затылок. — Я сразу так и понял, когда увидел эти карак… Я хотел сказать эти некромантские штуки.

— Ты можешь прочитать, что здесь написано? — с надеждой спросила Салтыкова.

— Нет, — покачала головой Василиса. — У нас используются стандартные темные руны, а этот язык пока для нас загадка… Но я думаю, что это охранная печать, которая защищает пещеру от вторжения.

— И что это значит? — спросил я. — Заклинаниями нам его не открыть?

— Почему не открыть? Можно попробовать, — нахмурилась некромантка. — Да и других вариантов у нас нет. Просто я думаю, что любая попытка воздействовать на камень приведет к последствиям, которые трудно предсказать.

— К каким, например? — осторожно поинтересовался Богдан.

— Тебе же сказали — к непредсказуемым! Не тупи, Вешняков! — сказал Минин.

— Можно попробовать воздействовать на него издалека, — предложил я. — Создадим с Алексеем по заклинанию — он Ледяного элементаля, я Лавового элементаля и отправим их сюда. Ну и посмотрим, что из этого выйдет.

— Хороший план, — одобрила Василиса. — Но на всякий случай нужно создать побольше препятствий, чем пара элементалей.

— Мы можем создать по парочке, — подмигнул ей Минин. — Соколов, вон еще и Тосика своего может подключить к этому движению.

— Нет, — покачала головой Соловьева. — У меня есть идея получше.

Она повернулась и быстрым шагом пошла к той самой таверне внутри которой был Портал. Мы подождали, пока она дойдет до нее, а затем она скрылась внутри.

— Интересно, она что, домой рванула? — спросил Алексей. — Если так, то я с ней полностью согласен — это действительно не самая плохая идея.

Некромантки не было уже около десяти минут и все это время мы с трепетным ожиданием смотрели на дверь таверны. Как-то не верилось, что она могла свалить домой. Вдруг дверь открылась, затем показалась и сама Василиса, которая неторопливой походкой направилась в нашу сторону.

Следом за ней из таверны начали выходить орки и гоблины. Выглядели они не так бодро, как Соловьева, но тоже решительно топали к нам.

— А девка не дура, — улыбнулся Богдан. — Эти нам и в самом деле не помешают.

— Если так пойдет и дальше, то я буду воспринимать нежить как своих друзей, — мрачно сказала Салтыкова, глядя на орка, которому я часом раньше отрубил ногу, но он все равно полз к нам. — Меня от этой Василисы иногда оторопь берет.

Оторопь? Не знаю, в отличие от Екатерины, мне Соловьева нравилась. Люблю необычных девушек.

Глава 18

Пока зеленокожая банда добредет до запечатанной черным камнем пещеры, мы ждали минут двадцать, не меньше. У этих поднятых из мертвых тварей, определенно были какие-то проблемы с координацией движений. Они, конечно, двигались в правильном направлении, вопросов нет, но вот как-то это у них происходило рывками, как будто их под зад подталкивали порывы ветра, которые ощущали только они.

— Стадо инвалидов, — прокомментировал это зрелище Минин.

— Неужели? — приподняла бровь Василиса, которая вместе с нами наблюдала за происходящим. — Зато мечами они машут неплохо.

Вот с этим никто не спорил, оказавшись рядом с противником, дырок они могли понаделать в нем немало. Махали они мечами реже живых орков, но почему-то их удары были гораздо сильнее.

— Соловьева, руководи процессом, ты в этих делах лучше меня разбираешься, — сказала Екатерина, когда орки и гоблины замерли в десятке шагов от камня.

— Я думаю, когда мы потревожим камень, сработает охранная печать и мы столкнемся со стражем, так что готовьте своих элементалей, — распорядилась некромантка.

— Опять Черный Рыцарь какой-нибудь? — спросил Богдан и повесил на нас еще и Ментальные щиты, после чего нас окутали бледно-оранжевые ауры. Если повесить еще какую-нибудь, четвертую, то мы будем светиться как новогодние елки.

— Откуда я знаю, Вешняков? — удивилась Василиса. — Или, по-твоему, эту охранную печать я ставила?

— Ну, в прошлый раз был Черный Рыцарь и до этого, по твоим словам, он тоже там что-то охранял. Вот я и подумал…

— Посмотрим, куда нас твоя логика выведет, — сказала Соловьева, глядя как Ледяной элементаль и Лавовый элементаль медленно шагали к камню. — Володь, я думаю можно сломать печать, например, Огненным шаром. Так что, давай попробуем.

Я бросил заклинание, которое огненной дугой пронеслось над головами зеленого воинства и врезалось в черный камень, разбросав вокруг огненные брызги. Сразу же после этого, на камне ярким белым светом вспыхнули символы некромагического алфавита, а затем он с сухим треском развалился на две половины, которые вывалились из проема в скале.

Вокруг нас сгустились сумерки, будто внезапно наступил вечер. Поднялся ветер, небо расколола молния, которая ударила как раз в то место где до этого был камень.

Земля на месте удара задымилась и постепенно из клубов дыма появилась человеческая фигура, которая была полностью укрыта черным плащом. Человек медленно поднял голову. Его лицо было ярко-фиолетового цвета, а вместо глаз зияли две черные дыры.

Наши призванные элементали ударили его одновременно, но человек как будто вовсе не заметил их — удары прошли сквозь его тело не нанеся ему никакого вреда. Лишь его темный плащ загорелся после удара Лавового элементаля, но сразу же потух.

Не замечая элементалей, как будто их и не было вовсе, человек просто прошел мимо них в нашу сторону. Воинство нежити отправилось было к нему, но в этот момент случилось вот что: у всех зеленокожих, включая тех, которые пытались добраться до противника ползком, вдруг одновременно взорвались головы. Они просто лопнули, как какие-нибудь переспевшие фрукты.

Орки и гоблины, как мешки с дерьмом, повалились на землю, оставив нас в глубокой печали. Думаю, когда Соловьева их поднимала, она не рассчитывала, что все закончится настолько быстро. Честно говоря, как и все остальные, включая меня.

— Офигеть! — ахнула Салтыкова.

— Я уж думал, что камень лопнул и добро пожаловать в пещеру, а тут какая-то херня вылезла, — констатировал Минин. — Кто-нибудь знает, что это такое?

— Это Взломщик Разума, — ответила ему Василиса, глядя как существо не сбавляя скорости направляется к нам. — Богдан, что там у тебя есть от ментального воздействия?

— Все, что есть, уже на вас висит, — сказал он. — Не переживайте, не думаю, что он нас достанет. Я повесил…

В этот момент тварь выставила вперед руку, ярко-фиолетовая ладонь начала светиться золотистым светом, а потом в нашу сторону ударил яркий белый луч. Вешняков издал какой-то булькающий звук, затем схватился за голову и дико заорал.

Ах ты сука! Вот на ком я сейчас испытаю свой Огненный шторм! Взломщик Разума исчез в огненной вьюге, которая полностью поглотила его. Мы находились на расстоянии никак не меньше тридцати шагов от него, но даже здесь чувствовался жар моего заклинания. Воздух вокруг твари раскалился настолько, что превратился в густое марево.

Раздался яростный хрип Взломщика, которому на какое-то время стало не до нас. Богдан упал на колени, а потом завалился на бок. Из его ушей и носа вязким темно-красным ручьем медленно текла густая кровь.

Так, ну если у остальных из защиты тоже только такие же ауры, которые на нас повесил Вешняков, то дело плохо. Что-то не очень они помогают от заклинаний этой твари. Выходит, я здесь единственный, у кого есть дополнительная защита в виде Амулета Барьера. Урок, который в свое время преподал мне Кровавый ройник, пошел на пользу, так что, выходит не зря я артефакт прикупил.

Я медленно направился в сторону Взломщика. Мой Рассвет пылал так, как будто его накалили добела.

— Стой, Соколов! — крикнула мне Екатерина. — Ты куда?

— Мне есть, что ему сказать, — ответил я ей, не оборачиваясь.

Когда Взломщик вышел из марева, он напоминал головешку, которую только что достали из пламени — его плащ тлел на нем маленькими ярко-красными пятнами. Удивительно как он вообще не сгорел, из чего он был сделан, интересно знать?

Тварь вновь подняла руку и тут же превратилась в глыбу льда — это Минин сработал! Я попытался взорвать этот ледяной кусок на части и бросил в него Огненный шар, но в этот момент лед разлетелся в разные стороны и мое заклинание просто пролетело сквозь Взломщика.

Твою мать! На него практически не действуют заклинания! Огненный шторм пока единственное, что хоть как-то смогло его задержать.

К этому моменту я уже был довольно близко и Взломщик решил, что пора со мной разделаться. Он вновь поднял руку, я увидел знакомый белый луч, который на мгновение ослепил меня. Голову сдавило мощными тисками, но этого было недостаточно, чтобы у него получилось меня остановить. К тому же это было все, на что он был способен — спустя мгновение давление ослабло.

Я перешел на бег и в этот момент Взломщик закричал вновь, но на этот раз в его крике слышалась лишь злость. Видимо этот фиолетовый парень не рассчитывал, что я продолжу свой путь после его удара. Теперь он вскинул обе руки, которые мгновенно охватило золотое свечение. Добежать до него я не успевал, поэтому я задержал время, вытащил из пояса ярко-розовую бомбу и бросил в него.

Раздался громкий хлопок, пространство вокруг Взломщика разорвалось на сотни розовых брызг и его отбросило назад. Он попытался подняться на ноги, но в этот момент я подбежал к нему и воткнул в его тело Рассвет.

От истошного вопля у меня заложило уши, а из его глазниц ударили золотистые лучи света. Последовал громкий хлопок и его разорвало на мелкие клочья. Вскоре о нем напоминало лишь облако золотой и фиолетовой пыли, которое медленно оседало на землю. Вокруг стало светлее, темнота ушла вместе со смертью Взломщика.

Теперь нужно выяснить, что там с Богданом, может быть, ему можно чем-то помочь?

Подбежав к Вешнякову, я посмотрел, что с ним происходит и понял — дело хреново, от слова «совсем». Вокруг валялись пустые шприц-тюбики, среди которых были все, что могли пойти ему на пользу, включая «Экстра-плазму» и несколько «Оптимумов». Салтыкова стояла возле него на коленях и колола еще одну «Экстра-плазму» но, похоже, это не имело никакого смысла. Думаю, помочь ему мы просто не могли.

Богдан лежал на спине и смотрел в небо безжизненным стеклянным взглядом, а все его лицо было залито темно-красной, почти черного цвета кровью.

— Он мертв, ты ему уже ничем не поможешь, — сказала Василиса, глядя как Екатерина пытается сделать хоть что-нибудь.

— Должен же быть хоть какой-нибудь шанс? — крикнула Салтыкова и вытерла заливавшие лицо слезы. — Как он мог умереть за одну секунду?

— Катя, не будь дурой, — Соловьева положила руку ей на плечо. — Ты что, не знаешь, как это бывает? Взломщик просто вскипятил ему мозги и много времени для этого не требуется.

Мы переглянулись с Мининым понимающими взглядами.

— Закончим дело и заберем его с собой, — сказал я и присел на траву рядом с Салтыковой. — Василиса все верно говорит, мы ничего не могли сделать.

— Если бы Соколов в этого урода бомбу вовремя не бросил, мы бы все в рядок здесь лежали, — сказал Алексей.

Вообще-то, дело было не в бомбе, а скорее в мече и моем амулете, но уточнять я не стал — ни к чему.

— Пойдем за камнем, может быть, дело еще не закончено, — сказала Василиса и пошла к пещере.

— Присоединяйтесь, — сказал Алексей и пошел следом за некроманткой.

Я помог Екатерине подняться на ноги, вытер слезы с ее лица и поцеловал.

— Не плачь и бери себя в руки. Мы же Мироходцы. Такое время от времени случается, что поделать, — не могу сказать, что мои слова мгновенно ее успокоили, но, по крайней мере, в глазах появился осмысленный взгляд.

— Жалко мне его, — прошептала Салтыкова и вытерла очередную слезу.

Ну блин… Ох уж мне эти ученые! Если честно, я думал, что у нее внутри стержень покрепче. Такое ощущение, что впервые видит смерть Мироходца на задании.

— Ты что, мертвых не видела? — в ответ она лишь шмыгнула носом.

Я обнял ее, прижал к себе и поцеловал во влажную соленую щеку.

— Давай… Соберись и пошли к ребятам. Если там еще кто-то есть, то нам понадобится твоя помощь.

— Надо было мне раньше своим Даром воспользоваться, тогда, может быть, и Богдан выжил, — вздохнула она.

— Когда раньше? Перестань, ты бы все равно не успела. Дело одной секунды, так что…

Я взял ее за руку, и мы потопали к пещере, возле которой нас уже ждали Минин и Соловьева.

Черный шар лежал в траве прямо за расколотым на две части темным камнем, на котором стояла охранная печать. Василиса присела рядом с ним и несколько раз провела над шаром рукой.

— Все нормально. Я не чувствую посторонней энергии, — сообщила она. — Думаю, Взломщик Разума был единственным стражем этого камня, так что можем его забирать.

— Ты уверена? — нахмурился Алексей. — Как-то не хочется на сегодня больше сюрпризов.

— Странно, в прошлый раз тебя почему-то не заботили такие мелочи, — мстительно напомнила ему Соловьева. — Но на всякий случай и в самом деле отойдите подальше.

Мы отошли на десяток шагов, как и просила некромантка и замерли в ожидании. Секунды тянулись необычайно долго, так что в какой-то момент даже захотелось немного ускорить время. Наконец мы услышали победный крик Василисы, которая подняла руку вверх, демонстрируя нам трофей в виде переливающегося всеми цветами радуги черного шара.

— Камень смерти у меня! — воскликнула она.

— Слава Богу, — облегченно вздохнула Салтыкова.

— Мы можем возвращаться или у тебя еще есть какие-то дела? — спросил я у некромантки, когда она подошла к нам. Она же говорила, что должна будет здесь еще кое-что проверить…

— Я уже справилась, не переживай, — ответила она. — Говорила же, что ничего страшного не будет.

— А еще говорила, что на обратном пути о своем дополнительном задании расскажешь, — сказал Минин.

— Ну мы же еще не на обратном пути? — задала вполне справедливый вопрос Соловьева.

— Ребята, в самом деле, пойдемте отсюда, а? Хватит с меня на сегодня, — сказала Екатерина и ее голос в этот момент совсем не был похож на командный.

В этот момент Минин активировал Модуль и разочарованно сообщил:

— Кстати, с этого Взломщика никакого трофея не выпало. Даже как-то обидно. С Черного Рыцаря ничего, с этого фиолетового осла тоже ничего… Как это понимать?

Василиса открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала. Жаль. Интересно было бы услышать, что она скажет на этот счет… Мне вот тоже не очень понятно, почему с нечисти в их родных мирах ничего не падает. Нужно будет как-нибудь спросить у нее на досуге, чего она не договаривает.

От моих размышлений меня вновь отвлек плач Салтыковой, которая подошла к Богдану и вновь залилась слезами. Да, нести Вешнякова под непрерывный плач Екатерины… Весьма печальная миссия. Прямо похоронная процессия какая-то… Но кому-то ведь нужно это делать.

* * *

Великое княжество Московское.

Москва.

Офис Заплатина.

В последнее время Тимофей Александрович уставал намного сильнее, чем это было раньше. С тех пор, как Соколов младший вернулся в Москву, все перевернулось с ног на голову. Его размеренный образ жизни, к которому он так привык за последние годы, был полностью разрушен всего за несколько недель.

Не то, чтобы перемены его как-то раздражали или злили, скорее наоборот — он был рад, что Владимир оказался деятельным молодым человеком, который с головой погрузился в вопросы, связанные с восстановлением былой славы рода. Но это была необычная суета, от которой он успел отвыкнуть.

Большую часть хлопот доставляла ему новая команда Владимира. Особенно начальник службы безопасности и финансист, которые совали свой нос во все, что только можно. Казалось, нет таких вопросов, которые были бы им неинтересны. Разумеется, для профессионалов своего дела подобный интерес вполне объясним, но все это забирало у него очень много сил и энергии.

Теперь Заплатин практически каждый вечер проводил в своем офисе в компании этих парней, которым даже сон был не нужен — на уме только дела, цифры и бесконечные вопросы. Вот и сегодняшний день не стал исключением, к тому моменту, когда он остался в офисе один, часы уже показывали без четверти девять вечера.

Но он был рад этому обстоятельству, так как обычно он не покидал свой офис раньше половины десятого. Ну а сегодня все сложилось в его пользу — Давыдов уехал в Рязань и донимал его только телефонными звонками, а Верховцев укатил от него еще в семь часов, так что нашлось время даже своими делами заняться.

Перед уходом, Тимофей Александрович, как обычно, просмотрел свой ежедневник — все ли планы на сегодня выполнены и не забыл ли он чего-нибудь важного? Нет, все нормально, можно отправляться домой с чистой совестью.

Он позвонил водителю, который в ожидании шефа сидел в приемной и вскоре в кабинет заглянул бородатый тип с заспанным лицом.

— Опять спал? — строго спросил Заплатин, который хоть и был вполне себе добродушным стариком, все-таки не любил, когда персонал позволяет себе всякие вольности, находясь на рабочем месте.

— Как можно, ваше благородие? Глаз не сомкнул, сижу вот, вас дожидаюсь, — соврал водитель и протер глаза.

— А чего морда заспанная?

— Так я…

— Допрыгаешься ты у меня! — погрозил ему кулаком Тимофей Александрович. — Отдам тебя на службу к Владимиру Михайловичу, там тебя вмиг перевоспитают.

На это водитель ничего не сказал, опасаясь, что старик и в самом деле может отдать его молодому Соколову, а этого никак не хотелось. Там персоналом, кроме всего прочего, еще и Верховцев занимается, а тот на расправу скор — может и по зубам съездить за между прочим.

— Ладно, на сегодня прощаю, — сменил гнев на милость Заплатин, не став омрачать неплохой в целом вечер развитием ситуации.

— Спасибо, ваше благородие, — поблагодарил его бородач.

— Иди грей машину. Только обогрев сидений включить не забудь — терпеть не могу в холодное садиться, — приказал старик и водитель убежал исполнять поручение.

Тимофей Александрович еще раз проверил бумаги на столе, сунул ноутбук в свой кожаный портфель и не спеша вышел из кабинета. Как правило, он уходил последним, так что каждый раз приходилось тщательно проверять — все ли закрыто и везде ли погашен свет. Хотя, уходя, он ставил свой офис под охрану и включал сигнализацию, порядок есть порядок. В кабинете часто остаются важные бумаги, так что лучше не рисковать — в таких вопросах каждая минута играет роль.

На улице начал срываться снежок. Заплатин посмотрел на свет фонаря, в котором были видны падающие снежинки и улыбнулся — он любил зиму. Особенно такие вот тихие и спокойные вечера, когда щеки пощипывал совсем легкий морозец и шел снег. В подобные моменты он почему-то часто вспоминал свое детство, когда гулял со сверстниками до последнего.

Он открыл заднюю дверь своего «БМВ» и плюхнулся на сидение, которое к его удивлению оказалось холодным.

— Я же просил включить подогрев! Ну вот что ты за человек? — недовольно спросил он и в этот момент понял, что с левой стороны сидит какой-то незнакомец.

Как это он его сразу не заметил? Да и кто это такой вообще? Он хотел было приказать незнакомцу, чтобы тот убирался вон, но тот вдруг размахнулся, Заплатин успел увидеть как блеснула сталь, а затем левую сторону его груди пронзила острая боль.

Тимофей Александрович хотел закричать и позвать на помощь, но крик навсегда остался в его груди. Мучительная боль сковала его тело, а затем глаза заволокла черная пелена.

Глава 19

Обратная поездка выдалась крайне невеселой — какая может быть радость от вида мертвого Богдана? Единственный момент, который хоть как-то мог это оправдать — наличие камня смерти в Рюкзаке у Екатерины, который нам удалось заполучить.

Да и вообще, по пути особо не разговаривали. Даже Василису не слишком сильно теребили насчет ее секретной миссии. Но она нам все-таки рассказала, что еще ей необходимо было выяснить.

Как оказалось, аналогичная задача стояла не только у нее, а у всех без исключения Мироходцев, которые отправились в этот мир с амулетом из камня смерти на руке. Она не слишком вдавалась в детали, но основная суть нам была понятна. Департамент предполагал, что если у некромантов на каждой планете есть собственная база или что-то типа того, то амулеты должны указать нам путь.

Если исходить из логики нашего начальства, то там был некий центр энергии, который амулеты должны чувствовать. Точно так же, как они чувствуют обычные камни смерти. Наверное, так оно и было, учитывая то, что Соловьева была согласна с подобным предположением. Во всяком случае, по ее словам, она почувствовала то, что нужно.

Теперь оставалось выяснить, что установили остальные, сверить направления, ну и сделать соответствующие выводы. Или не сделать. В общем, посмотрим, что из этого получится. Я даже не сомневаюсь, что мы об этом узнаем одними из первых.

Домой я вернулся около четырех часов утра. Пока отвезли Вешнякова в лечебный корпус, пока завез Салтыкову домой — ночь хлопотная выдалась, так что время пролетело незаметно.

Едва я въехал во двор своего владения и вышел из «Мерседеса», ко мне подошли охранники. Этих двоих я еще не видел, поэтому для начала мы познакомились. Одного из них звали Виктор, второго Глеб — они были сменщиками первых двух. Ну а затем ребята сообщили, что Верховцев просил позвонить ему независимо от времени моего возвращения.

Такая себе информация, как для четырех часов утра, если честно — заставляет немного напрячься. Что там у нас случилось, интересно знать?

Пока я переоделся и сходил в душ, телефон успел немного зарядиться, так что, как и просил Леонид Александрович, я его сразу же набрал.

— Доброго утра, Владимир Михайлович, с вами все в порядке? — спросил для начала Верховцев чем весьма меня насторожил.

— Со мной все хорошо. Но если вы задаете такой вопрос, то значит могло быть иначе?

— К сожалению, могло, ваше сиятельство.

— Ну не тяните тогда, рассказывайте, что у нас случилось.

— Заплатина убили, — коротко и ясно ответил Верховцев.

Меня как будто окатили ледяной водой. Сон как рукой сняло. Не могу сказать, что я питал к Тимофею Александровичу какие-то нежные чувства, но новость крайне неприятная. За последнее время я успел привыкнуть к этому забавному и неглупому старикану.

Он был весьма полезен и много сделал для того, чтобы у меня получилось закрепиться в Москве. Да и истории он рассказывал всякие потешные из моего детства. Это было очень любопытно…

Похоже, кого-то начала очень сильно раздражать наша дружба. Даже не нужно думать кого именно — и так все понятно. Вот только на мой взгляд, это было непростительной наглостью, Заплатин официально вышел из игры, что за свинство? Во всяком случае, он думал именно так, но вот не дали ему выйти на пенсию.

Что же, я хотел затеять возню в Великом Московском княжестве чуть позже, но не получилось. Придется кое-кому дать по роже в ответ, спускать с рук подобное я не собираюсь. Так или иначе, но он был моим человеком, а трогать своих людей безнаказанно я не позволю и мне без разницы кто это будет Заплатин или Варвара.

— Как это произошло? — спросил я.

— Его закололи ножом вчера вечером в собственном автомобиле. Это случилось возле офиса.

— Разумеется, свидетелей не нашлось?

— По моему опыту в подобных случаях свидетелей, как правило, не бывает, — ответил Леонид Александрович. — Его водитель тоже был убит, двигатель в машине работал до приезда жандармов… В общем, действовал профессионал. Мне еще нужно что-то добавить?

— Нет, я все понял.

— Наши действия? — спросил Верховцев.

Хороший вопрос. Но для ответа мне нужно немного подумать. Необходимо выбрать правильную стратегию, чтобы с одной стороны, не наломать дров сгоряча и с другой, нанести не менее болезненный удар.

— Сейчас половина пятого утра… Насколько я понял, вы уже не будете сегодня ложиться спать? — спросил я, глядя на Тосика, который свернулся клубочком рядом с моей кроватью и лишь иногда приоткрывал один глаз, намекая, чтобы я валил разговаривать в другое место и дал ему спокойно поспать.

— Нет.

— Тогда давайте встретимся в офисе Заплатина в восемь утра.

— Хорошо, — сказал Верховцев и отключился.

Пора заканчивать с этим бардаком и что-то делать со своим офисом, не могу же я вечно скитаться? Уже и Заплатина нет, а я до сих пор в его офисе встречи назначаю. Это хорошо, что у меня собственный ключ есть, а если бы не было? В ресторанах встречаться? Бред какой. Нужно сегодня разговаривать с Ермоловым — хватит ему раздумывать. Если нет, то пожелаю счастливого пути и отправлю обратно в Саратовское княжество к папеньке. Пусть своими купеческими делами занимается!

Внизу тихо хлопнула входная дверь, но я все равно ее услышал. В предрассветной тишине даже самый незначительный звук был слышен в доме очень хорошо.

Я спустился на первый этаж и прошел на кухню, откуда слышалась суета. Как оказалось, это явилась Бьянка, чтобы накормить меня завтраком, если у меня вдруг возникнет такое желание.

— Бонджорно, синьор барон Владимир, — сказала она, как только я вошел в комнату.

Вот интересно, они с Тосиком когда-нибудь запомнят, что я уже виконт или у них мозг примерно в одном и том же ритме работает?

— Доброго утра, Бьянка.

В комнате приятно пахло свежезаваренным кофе, который она принесла с собой. Какая молодец — обычно она готовила завтрак у меня в доме, если мне не требовалось нечто сверхсложное, а в этот раз все сделала у себя на кухне, чтобы лишний раз не досаждать звуками.

Я сел за стол и окинул взглядом еду на столе. Хамон, нежная ветчина со слезой на разрезе, буженина и ароматный хрустящий хлеб… Вроде бы ничего необычного, но мой желудок мгновенно напомнил мне о том, что я не ел уже целые сутки. Ну, значит не будем себе отказывать в столь малом.

Пока я сооружал себе сразу несколько бутербродов, итальянка налила мне кофе и собиралась было оставить меня одного, как я ее остановил.

— Бьянка, как там поживают мои гости?

— Синьор и синьорина Ермоловы? — уточнила она.

— Разумеется. Неужели у меня полное владение всяких разных гостей?

— Молто бене, синьор, — ответила она и глядя на выражение моего лица немедленно добавила. — Очьень хорошо, синьор барон Владимир. Правда синьорина очьень мало ест.

— Для синьорины это нормально. Значит так, Бьянка. У нас сегодня будет обед, приготовь что-нибудь вкусненькое, хорошо?

— Си, синьор.

— И пусть будет торт. Я люблю шоколадный, ты знаешь.

— Бене, синьор, — ответила она и оставила меня одного.

Больше мне никто не мешал. Я спокойно позавтракал, выпил несколько чашек кофе, которые помогли мне окончательно настроиться на работу, а затем пошел в кабинет. Нужно спокойно подумать.

* * *

Рабочий день у сотрудников Заплатина начинался с девяти часов утра, так что сегодня мы с Верховцевым были первыми, кто оказался в здании. Мы часто задерживались в его офисе до позднего вечера, но вот раньше начала рабочего дня лично я оказался здесь впервые. Непривычная тишина как-то неприятно давила — Тимофей Александрович любил придать дополнительное ускорение своим работникам, так что обычно здесь было повеселее.

В отличие от меня, Леонид Александрович никакого дискомфорта не испытывал. Он, как обычно, смотрел на меня своим холодным змеиным взглядом и лишь по блокноту в его руке можно было понять, что он готов записать мои распоряжения.

— Что говорят жандармы? — спросил я, чтобы как-то начать разговор и вообще понять точку зрения служителей закона на этот счет.

— Много всего разного, но ничего по существу, — пожал плечами Верховцев. — Версий у них хоть отбавляй. Происки конкурентов, попытка ограбления, а еще предполагают, что его могли убить враги кого-нибудь из клиентов. Сами понимаете, и такая версия имеет право на жизнь — все-таки публика богатая обслуживалась, в основном дворяне и купцы из тех, которые побогаче.

— Да, версий можно придумать сколько угодно, это и ежу понятно. Но у меня нет никакого желания все их проверять до бесконечности. Все это займет слишком много времени и пока выяснится, я успею превратиться в старика или меня самого прирежут как поросенка. Такая перспектива меня не устраивает.

— Согласен, не хотелось бы, — согласился мой начальник службы безопасности. — Судя по вашему настроению, я так понял, что вы хотите предпринять что-то конкретное? И даже знаете против кого?

— Да. Я думаю, что это дело рук наших друзей, которые нам совсем не друзья, так что их и будем щипать за задницу.

— Какой резон им его убивать? Насколько я понимаю, Тимофей Александрович на вас не работал…

— Не работал, здесь вы правы, — вздохнул я и усмехнулся. — Но зато когда-то работал на моего отца. Скажите, у вас есть поверенный?

— Имеется такой человек. Несмотря на то, что сам я могу в этом мире достаточно много, но все-таки не все, поэтому без поверенного в наше время никак, — развел руками Верховцев.

— Ну значит мне не нужно вам объяснять, что он мог знать нечто особенное?

Я посмотрел на Леонида Александровича таким взглядом, по которому он понял, что в этот момент я не задаю ему вопрос на который жду ответа, а я просто утверждаю о факте, о котором знаю наверняка. Заплатин знал кое-что, вот только не думал, что его могут убить — все-таки слишком много воды утекло с тех пор. Но вот нет, все же решили начать свою игру именно с этого.

— Вам виднее, — кивнул он.

— Вот и я так думаю, поэтому примем это как очевидный факт. Если так, то и действовать будем аналогичным способом.

У меня было достаточно времени подумать и поначалу я хотел даже поступить радикально. Заплатин был близким человеком мне и моему роду, а если так, то и мне требовалась жизнь кого-нибудь из очень близких людей для герцогов. Я подумывал было о ком-то из детей этих ребят, но вспомнив о Салтыковой отбросил эту мысль.

Убивать Екатерину я не стану, а навредить кому-то одному — это все равно не то, что мне нужно. Моя цель доставить хлопот всем троим, а значит нужно было иное решение, и я выбрал вот что.

— Леонид Александрович, я думаю у наших герцогов имеются поверенные?

— Я в этом абсолютно уверен, — ответил он. — В наше время лишь самый бедный род может обойтись без подобного человека или даже нескольких таких людей. Думаю, герцоги точно не входят в их число.

— Вот и отлично. Тогда я хочу поручить вам одну задачку, которая решается в два действия, — Верховцев отметил что-то в своем блокноте. — Действие первое: выяснить, кто является наиболее приближенными людьми к герцогам и сколько их всего. Результат сообщить мне. После чего перейти ко второму действию: устранить этих людей.

— Хороший план, виконт, — кивнул мой начальник службы безопасности. — Вот только прежде нужно уточнить один момент. Кто конкретно будет этим заниматься?

— Что вы имеете ввиду? — я и в самом деле не очень понял, о чем он сейчас говорит.

— Владимир Михайлович, вам сейчас нужно выбрать один из двух вариантов, которые существенно повлияют на все дальнейшие события, — его змеиные глаза впились в меня, словно пытаясь парализовать. — Точнее сказать, сейчас нужно определиться, кто будет решать второе действие в задаче. Я вам помогу. Вариант первый, можно найти исполнителей на это дело. Второй вариант, я могу заняться вопросом создания собственного силового отдела.

Кстати да, Верховцев прав. Момент очень важный. Ну что же, думай, Сильвиан Красс, как лучше всего поступить.

Обратиться к кому-то, с одной стороны, проще — можно скинуть со своих плеч лишнюю проблему. Вот только со временем таких вопросов будет становиться все больше, а значит придется обращаться чаще. Это будет стоить недешево… Да и информацией об этом всем будет владеть кто-то посторонний, чего совсем не хотелось бы — это может привести к тому, что в голову этому человеку начнут лезть всякие глупости… Вздумает еще меня шантажировать, потом и с ним что-то делать придется.

Второй вариант — это нанять собственных ребят. Понятное дело, что Верховцев справится с этой задачей. Вот только обходиться они мне будут в солидную сумму. Может так статься, что этот вариант будет намного дороже. Но при этом он намного интереснее и перспективнее. Терпеть не могу от кого-то зависеть, так что второй вариант мне подходит больше.

— Когда вы говорите «найти исполнителей», вы имеете в виду каких-нибудь бандитов? — уточнил я у него.

— Ваше сиятельство, такими делами добрые люди не занимаются.

— Не хочу зависеть от каких-нибудь подонков, — поморщился я. — Сегодня же начинайте заниматься поиском необходимых вам людей для создания собственного отдела. Оружие, транспорт — в общем не мне вас учить, делайте все, что необходимо.

— Хорошо, Владимир Михайлович, — кивнул Верховцев. — Непременно займусь этим вопросом.

— Что там по Рязани? С Давыдовым общались? — все-таки жизнь шла своим чередом, так что на повестке дня у меня не только страсти по Заплатину.

— Да, с Матвеем Всеволодовичем я вчера разговаривал несколько раз. И с нашим юристом Свиридовым тоже. Он, кстати, сегодня в обед вылетает туда — там возникли какие-то вопросы. Не буду вас обнадеживать пока все не проверю, но по его словам процесс идет в нужном нам направлении.

— Хорошо, — кивнул я. — Обнадеживать не нужно — терпеть не могу обманутых ожиданий, так что расскажете, когда будет чем хвастать. Вот еще что… У меня сегодня будет обед с тем самым парнем, которого вы уже пробивали. С купцом первой гильдии.

— Ермолов Петр Александрович? — уточнил Верховцев.

— Совершенно верно. Так вот — за обедом мы с ним будем обсуждать вопрос его директорства и у меня есть некоторые основания полагать, что он согласится.

— Насколько я понимаю, именно этого вы и хотели или что-то в ваших планах изменилось?

— Нет, ничего не изменилось. Пусть работает спокойно, если будет у него такое желание, но вот вам нужно будет кое-что сделать.

— Я внимательно слушаю.

— Найдите ему подходящую квартиру где-нибудь в хорошем районе. Она должна быть не слишком шикарной, но и не бедной. Пусть парню будет не стыдно принимать в гостях своих родителей, ну и вообще — директор моей главной компании не должен жить как бродяга.

— Понимаю, о чем вы говорите, — кивнул он.

— Вот и хорошо. Самое главное — сделайте так, чтобы вы и я знали о том, что происходит в этой квартире… Кто туда приходит, о чем говорят, может быть даже мы должны знать и о чем там думают, — Верховцев в этот момент улыбнулся, что было довольно удивительно — оказывается у него все-таки есть чувство юмора. — Как-то так складывается в жизни, что в последнее время у меня слишком развилась мания подозрительности.

— Я все понял, Владимир Михайлович. У меня даже уже есть кое-какие соображения на этот счет, — я тоже улыбнулся ему в ответ — как приятно иметь дело с умным человеком.

Леонид Александрович сделал еще одну пометку в своем блокноте и закрыл его.

— Я могу начинать работать? — спросил он.

— Нет. У меня к вам еще одно поручение, — я взял со стола Заплатина карандаш и постучал им по лакированному дереву. — В жандармерии Саратовского княжества есть информация насчет человека, которого зовут Виктор Ванг.

Верховцев вновь открыл свой блокнот, я подождал пока он закончит свои записи, после чего продолжил:

— По моим сведениям он китаец. Я думал заняться им немного позже, но раз уж события начали развиваться именно так…

— Хорошо, все выясню. Я должен еще что-то знать об этом человеке?

— Да. Вы должны знать, что этот человек является наемным убийцей и любит расправляться со своими жертвами при помощи артефактов. А еще вы должны знать, что однажды он приезжал в Саратов по просьбе герцогов и за моей жизнью, — в этот момент карандаш в моей руке хрустнул — видимо, я немного задумался и переломил его пополам. — Вот теперь, пожалуй, я закончил, можете начинать работать.

Глава 20

На обед я попал в чертовски скверном настроении, так что мне пришлось изрядно постараться, чтобы держать себя в руках и на ком-нибудь случайно не оторваться.

Виной всему была Екатерина Салтыкова, которой я позвонил по пути домой. Мне захотелось немного отвлечься от текущих проблем, которые свалились в последние дни, поэтому я пригласил ее на ужин. Учитывая наш последний разговор, мне почему-то показалось, что она и в самом деле кое-что поняла. Надо ли говорить, что я ошибался?

Дело даже не в том, что она хотела отдохнуть или что-то такое, нет — все гораздо прозаичнее. Как всегда, у нее была куча работы в Департаменте. После того, как вернулись все группы, без нее там совсем не могли обойтись.

Ну хорошо, допустим днем и в самом деле не могли, но вечером же нужно отдыхать, правильно? Кстати говоря, личную жизнь тоже никто не отменял или она и в самом деле считает, что я должен встречаться с ней только когда ей удобно? Если это не так, тогда я вообще отказываюсь понимать, что происходит с этой девушкой.

— Вам нравится? — услышал я голос Анастасии Ермоловой, который отвлек меня от моих мыслей и вновь вернул в столовую.

— Прошу прощения? — переспросил я, обратив внимание, что девчонка показывает мне свою руку.

— Что-то вы далеко улетели от нас, — немного разочарованно улыбнулась она. — Неужели вам скучно?

— Не принимайте это на свой счет, сударыня, — посоветовал я девушке. — В последние дни у меня и в самом деле немного прибавилось хлопот, так что я ненароком задумался. Что вы говорите?

— Петр вчера купил для меня кольцо в ювелирном салоне с моим любимым изумрудом, и я спросила у вас — нравится ли оно вам?

— Анастасия, ну что ты как маленькая, в самом деле, — попытался усмирить сестру Ермолов, но это ее не остановило.

Девушка вновь показала мне свою руку и в этот раз я обратил внимание на кольцо с внушительным изумрудом.

— Очень милое колечко, — сдержанно похвалил я драгоценность, исключительно ради того, чтобы не обидеть девушку. На самом деле я был полностью равнодушен к подобным цацкам, сколько бы они не стоили. — У Петра Александровича очень хороший вкус.

В этот момент мы переглянулись с Ермоловым, и он понимающе улыбнулся чем приятно меня удивил — в отличии от сестры молодой человек прекрасно понял, что я сказал лишь то, что хотела услышать его сестра.

Обедали мы около часа. За это время Анастасия рассказала мне как ей понравилось в Москве, какие она посетила магазины и салоны красоты и еще множество других фактов, без которых я бы мог запросто обойтись. Затем она сообщила мне, что уже сегодня вечером они улетают и поблагодарила за теплый прием.

Разумеется, и я не собирался показаться невежливым парнем, который пригласил их сюда исключительно из деловых соображений, поэтому ответил в том же духе. Кроме того, еще и извинился за то, что не смог уделить Ермоловым больше времени — проклятые дела совершенно не оставляют времени на отдых.

После шоколадного торта, который Бьянка приготовила по моей просьбе, Анастасия еще раз выразила мне благодарность за гостеприимство и откланялась. Как она сказала — им скоро ехать в аэропорт, так что нужно было успеть уложить вещи. На самом деле, о том, что она покинет нас чуть раньше, они с Ермоловым договорились заранее, это и ослу понятно.

Оставшись вдвоем, я не стал долго тянуть и сразу же уставился на Петра Александровича вопросительным взглядом.

— Я согласен, Владимир Михайлович, — коротко ответил купец на мой немой вопрос.

— В таком случае, я вас поздравляю с правильным решением. Надеюсь, вы о нем не пожалеете, — улыбнулся я первой хорошей новости за сегодня.

Хотя бы один вопрос я сегодня закрыл. Мы с ним чокнулись бокалами с вином и сделали по небольшому глотку.

— Но у меня к вам несколько вопросов, — сказал он.

— Надеюсь, вы не собираетесь просить долю в уставном фонде нашего небольшого начинающего предприятия? — спросил я и склонил голову на бок с надеждой, что я не ошибся в этом парне.

— Разумеется нет, я еще не окончательно выжил из ума, — обрадовал он меня своим ответом. — Меня больше интересуют вопросы другого свойства.

— Например?

— Ну… С кем я буду работать? Где буду жить? Мои фактические полномочия, в конце концов?

— Согласен с вами — знать эти вещи вы должны, поэтому с удовольствием отвечу на ваши вопросы.

В этот момент у меня зазвонил телефон. Не вовремя, разумеется. К моему удивлению звонил мой куратор, Василий Денисович Гринев. Что ему нужно, интересно знать? Надеюсь, мне не нужно будет прямо сейчас хватать Рюкзак и отправляться в очередное путешествие?

— Прошу прощения.

Я встал из-за стола и вышел в соседнюю комнату. Мало ли, о чем пойдет разговор.

— Слушаю вас, Василий Денисович.

— Добрый день, виконт. Как жизнь молодая?

— Вот до вашего звонка была более-менее сносной, но мне почему-то кажется, что вы мне ее сейчас немного подпортите.

— Соколов, между прочим, к приказам руководства нужно относиться проще, тогда и жизнь будет казаться лучше, — по голосу аншефа я понял, что он сейчас улыбается. Ну хоть кому-то хорошо.

— Только не говорите, что мне срочно нужно бежать в Портал — я сегодня еще глаз не сомкнул.

— Договорились, не буду тебя расстраивать — сегодня можешь спать сколько влезет, но вот завтра к девяти часам жду тебя в кабинете. Владимир, постарайся не опаздывать, у нас здесь в Департаменте все с ума сошли, так что у меня каждая минута на счету.

— Да я и не опаздывал никогда, Василий Денисович. Рюкзак с собой брать или как?

— Слишком много вопросов задаешь, капрал, и шутишь не к месту, — строго упрекнул меня Гринев.

— Виноват, совсем от недосыпа мозгами ослаб, — ответил я.

— Ох, Соколов, дошутишься ты у меня! — пообещал мне аншеф, но голос несколько смягчился. — Рюкзак можешь не брать. Только не опаздывай, понял?

— Понял, — ответил я, но он меня уже не слышал, так как сразу после своего вопроса отключился.

Что они там еще задумали, интересно знать? В этом особом отделе постоянно какие-то дела находятся, вот и сейчас — дня не прошло, а я уже опять зачем-то понадобился. Хорошо хоть прямо сейчас никуда ехать не нужно и можно с Ермоловым разговор спокойно закончить.

Я вернулся в столовую, сел на свое место и вспомнил последний вопрос купца, в котором его беспокоила собственная судьба.

— Петр, теперь давай по порядку. По поводу того, с кем ты будешь работать… Сотрудников фирмы можешь нанимать самостоятельно — я тебе полностью доверяю, а вот что касается топов, то здесь решения буду принимать я, — он понимающе кивнул, мол, именно так и предполагал, — В данный момент у нас есть начальник службы безопасности, очень толковый юрист и не менее профессиональный финансист. Эти парни подчиняются только мне и при этом ты слушаешь их советы, но вот между вами должно быть полное согласие и взаимопонимание. Кстати, очень скоро я вас познакомлю.

— То есть я им также подчиняюсь?

Так, кое-чего он все же не понимает. Придется объяснить. Учитывая то, что меня часто не будет рядом, механизм должен четко работать и в мое отсутствие, иначе все у нас пойдет через задницу.

— Петр, я же не сказал, что ты им подчиняешься — ты слушаешь их советы, а это совершенно разные вещи. Просто ты должен понять одну простую штуку — никто из них не пытается навредить тебе, а тем более мне, понимаешь? — купец кивнул. — Именно поэтому я плачу им большие деньги. Но если тебя что-то смущает, то можешь задавать им вопросы без всякого стеснения — они тебе все расскажут. То же самое касается и начальника службы безопасности — ему также задавай вопросы, на которые хочешь получить ответы. В его обязанности будет входить и обеспечение твоей безопасности в том числе.

Ермолов внимательно слушал меня и задумчиво хмурился. Вероятно, переваривал полученную информацию и раздумывал как будет выглядеть его взаимодействие с остальными членами моей команды.

— Пойми главное — я им доверяю, а значит, и ты должен это делать, — сказал я, подводя итог по данному вопросу.

— Они не станут играть против вас даже за деньги?

— По крайней мере, я на это надеюсь. К сожалению, не все в этой жизни можно сделать самостоятельно, иногда приходится полагаться и на других.

Молодой человек понимающе улыбнулся вместо ответа, и я продолжил.

— Я думаю, в общих чертах ты все понял. Что касается твоего дома… Ты когда намерен приступить к своим обязанностям?

— Зависит от того, сколько времени вы мне на это дадите, Владимир Михайлович.

— В твоем распоряжении два дня, начиная с завтрашнего. За это время квартиру мы тебе подберем, не переживай. Контакты всех, кто тебе может понадобиться — сброшу на телефон. Может случиться так, что я буду не на связи — в таком случае звони Верховцеву, он тебя направит по верному пути.

— Верховцеву? — удивленно посмотрел на меня Ермолов.

Ах, ну да, я же ему еще никого не представил…

— Это начальник службы безопасности.

— Понятно, — кивнул он.

— Что касается твоего гонорара… Для начала десять тысяч рублей в месяц, потом видно будет, — я посмотрел на купца и по блеску в его глазах понял, что предложенная сумма парню понравилась. Вот и хорошо, теперь будет неплохо, если и он мне понравится.

Мы еще немного поговорили и когда на меня посыпались вопросы совсем уж общего характера, я решил, что пора на этом заканчивать. Разумеется, в аэропорт я своих гостей не повез и поручил это дело водителю. Понятное дело, что я извинился и сгладил небольшое разочарование, которое читалось в глазах Анастасии, но в целом особо сильно она не обижалась.

Как только я проводил своих гостей, сразу же завалился спать. За последние пару дней произошло так много различных событий, что начало казаться будто я не спал целую неделю.

Заснул я практически сразу. Вот только сон вдруг начал мне казаться каким-то совсем уж необычным… Будто все происходило со мной наяву и я даже и не спал… Впрочем, я не особо переживал по данному поводу — сон мне определенно нравился.

Мне снилось как чья-то теплая рука провела по моей груди, затем по губам, а затем скользнула мне в трусы, заставляя распрощаться с остатками сна… Не понял, это меня на почве разногласий с Салтыковой такие вот сновидения мучают или как?

Я открыл глаза и повернул голову, чтобы посмотреть, кто это так горячо и сладко дышит мне прямо в ухо? В ночном полумраке показалось знакомое лицо, на котором мелькнула задорная улыбка. Ну вот и как это понимать, интересно знать?

— Лизка? Ты какого черта здесь делаешь? Тебя же Заплатин в бизнес-школу определил?

— Ага…, — прошептала она и провела своим язычком по моей щеке.

— Ты что, удрала оттуда?

— Не-а… Нам один раз в десять дней выходной дают… Соскучилась я по вам…, — ее рука в моих трусах тем временем сделала все, чтобы про сон я забыл окончательно. — Пришла вам спокойной ночи пожелать…

Нет, но вот что с ней делать? И в кого это она такая наглая уродилась? Я повернулся на бок, склонился над ее лицом и поцеловал в приоткрытые от желания губы.

Впрочем, говорят после секса спится еще лучше, так почему бы не выспаться как следует?

* * *

Великое княжество Московское.

Москва.

Имение Салтыковых.

Арсентий Борисович Морозов вылез из бассейна последним. К этому времени Салтыков и Болотов уже давно сидели в предбаннике, хрустели красными варенными раками и запивали их пивом.

— Худеть тебе нужно, Арсентий, — сказал Салтыков, когда Морозов вошел в предбанник и тяжело дыша плюхнулся на мягкий кожаный диван. — Не прекратишь столько жрать, из бассейна без посторонней помощи вообще выбраться не сможешь. Будешь там как утка плескаться.

Болотов громко заржал, а Морозов бросил в Салтыкова мокрое полотенце. Он и без чужих советов прекрасно понимал, что сто двадцать килограммов при его росте, это ровно на сорок килограммов больше чем нужно. Но вот поделать ничего с собой Арсентий Борисович не мог, здесь Салтыков был прав — он и в самом деле любил пожрать.

— Не твоего ума дело! Ты вон лучше за собой смотри — худой как доска. Черви у тебя что ли водятся, я понять не могу?

После этих слов Морозов взял со стола запотевшую бутылку холодного пива и перелил ее в кружку. Затем разом опорожнил ее наполовину и с удовольствием крякнул.

— Хорошо! — шумно выдохнул он. — Что может быть лучше бани с холодным пивом?

— И раками еще, — улыбнулся Болотов и с шумом высосал соленый сок из огромной клешни.

Некоторое время герцоги молча пили пиво и закусывали раками, которых брали с внушительного блюда, расположившегося посреди стола. После того, как Салтыков покончил с седьмым, он бросил пустой панцирь в тарелку, которая стояла здесь специально для этих целей, вытер руки о полотенце и откинулся на спинку дивана.

— Слыхали, господа, что в Рязанском княжестве делается в последнее время? — спросил он, затем взял кружку пива и сделал пару глотков.

— А что такое? — удивленно вскинул брови Морозов.

— Ты совсем уже мозги проел? — спросил Болотов, выбирая рака побольше. — Соколов у Баркалова завод отбирает, а ты и слыхом не слыхивал? Ну ты, брат, даешь.

— В самом деле? Странно… мне начальник службы безопасности ничего такого не докладывал, — нахмурился Арсентий Борисович.

— Ну так выгони значит его к чертовой матери! Тоже, наверное, как и ты — пузо на работе наедает! — посоветовал ему Болотов и с хрустом отломил огромную клешню. — Отбирает, отбирает… Уже практически все акции скупил, так что еще пару дней и Баркалов останется без завода.

— Вот же Соколов — сучонок! — усмехнулся Салтыков. — Быстро он с ним управился!

— Точно он? — после таких новостей аппетит Морозов потерял совершенно.

— Даже не сомневайся, его команда работает, — заверил его Салтыков. — Там Давыдов со Свиридовым торчат, так что тут и думать не нужно откуда уши растут. Или, по-твоему, они туда от нечего делать поехали?

— Да нет, конечно, — мрачно ответил Морозов. — Эти просто так кататься не будут. Вот сука! Начал издалека заходить! Мальчишка все-таки и в самом деле не дурак!

— Наконец-то ты это понял, — сказал Болотов и в сердцах бросил недоеденного рака на стол. — Сейчас бы его прищучить как Заплатина! Самое время!

— Ну да, как же — прищучить и можно сразу к Ворону в гости ехать, — ухмыльнулся Арсентий Борисович. — Так мол и так, ваше сиятельство, нас на днях бес попутал, так мы мальчишку на тот свет отправили. Ты уж не гневайся, если что не так…

— Ты давай, без шуточек своих идиотских, — пробурчал Болотов. — Без тебя тошно. Если бы мы тебе об этом сейчас не сказали, так бы и жил в счастливом неведении. Вместо шуток дело предлагай — ты думаешь зря нас здесь Салтыков сегодня собрал?

— Вы если такие умные и давно об этом знали, уже могли бы и придумать чего.

— Ладно, не ругайтесь. Есть у меня одна идея, господа, — сказал Андрей Денисович и улыбнулся. — Хоть кто-то из нас должен головой думать.

Болотов и Морозов посмотрели на улыбающегося Салтыкова, а тот не спешил рассказывать и вновь взялся за бокал с пивом.

— Ну, говори уже, Андрей, чего тянешь? — не выдержал подобного издевательства Кирилл Романович.

— Я так мыслю, что нужно в Нижегородское княжество ехать, — сказал Салтыков и запил эту мысль пивом.

— Зачем это? — спросил Морозов.

— Вот вы недалекие, как я погляжу. Мы там сразу три завода Соколова продали, не забыли? И все три Унковскому Гавриле Осиповичу, — Андрей Денисович обвел взглядом своих приятелей, которые усиленно пытались понять к чему он клонит и поставил точку. — Нужно поехать к нему в гости и преподнести всю эту историю в нужном нам свете. Будто Соколов, волчонок малолетний, всеми правдами и неправдами свое имущество отбирает, да никаких денег при этом не жалеет. Приведем в пример Баркалова и намекнем, что располагаем информацией, будто он следующий, ну а дальше нам и делать ничего не нужно будет. Для большего эффекта можно сказать, что он и нас пощипывает, но следующий-то он будет… Гаврила мужик суровый, долго раздумывать не станет… Вмиг к бандитам за помощью пойдет, он и не знает, как иначе дела делаются.

После этих слов герцоги призадумались. Идея Салтыкова им очень понравилась, но кое-что все же смущало…

— А с Вороном как быть? — спросил Морозов после раздумий.

— Никак, — пожал плечами Андрей Денисович. — Мы-то здесь при чем? Пусть с Унковским потом разбирается, какого черта он на мальчишку охоту устроил.

— Идея хорошая, — сказал Болотов. — Молодец, Андрей. Умеешь ведь думать, когда того дело требует. Ну, а в Нижегородское княжество кто поедет? Тянуть с этим делом нельзя.

— Вот ты, Кирилл Романович, и поедешь, — сказал Салтыков. — У тебя язык лучше всех подвешен, так что тебе и карты в руки.

— Да я и не против, — пожал плечами Болотов. — Кстати, давненько я в Нижнем не бывал. Хоть вспомню как местный Кремль выглядит.

— Стрелку Оки и Волги посмотришь, — добавил Морозов и хохотнул. — Можешь даже девку с собой взять сисястую, чтобы экскурсии веселее проходили!

Болотов ответил на это мрачным взглядом и ничего не сказал, но вот над предложением Морозова задумался. Может быть и в самом деле взять кого-нибудь с собой, чтобы скучно не было? Не все же только о делах с Унковским разговаривать, отдыхать ведь тоже нужно.

Глава 21

Василий Денисович был прав — в Департаменте и в самом деле происходил форменный дурдом. Раньше в этих мрачных коридорах никого днем с огнем не сыщешь, а теперь они наполнились людьми, которые куда-то спешили. Картина была весьма удивительная, я даже не знал, что в этом здании столько людей работает, а ведь это лишь один из этажей, что-то подобное происходило и на остальных. Между прочим, моя все время занятая Салтыкова тоже где-то здесь бегает, наверное. Все свои срочные дела решает…

Гринев был в кабинете не один. Справа от него сидел незнакомый мне Мироходец могучего телосложения и нашивками бригадира 1-го класса. Василий Денисович бросил на меня быстрый взгляд и на его бледном лице появилось что-то похожее на улыбку.

— Входи, Владимир Михайлович, — махнул он мне рукой и посмотрел на собеседника. — Ну, а с тобой мы потом закончим. Зайди ко мне через полчаса.

— Хорошо, Василий Денисович.

Проходя мимо, незнакомец удивленно посмотрел на меня — и в его взгляде читался всего один вопрос: кто этот сопляк, из-за которого его попросили покинуть кабинет?

Я подошел поближе и сел за стол. Аншеф по привычке поковырял меня своим колючим взглядом, а затем спросил:

— На ближайшие пять дней я даю тебе официальные выходные. Можешь даже на Модуль не смотреть — никаких заданий для тебя не будет.

— Вот как? Спасибо, Василий Денисович. Не ожидал от вас подобной щедрости. Я думал опять орден дадут какой-нибудь, а тут целых пять дней выходных! Даже не знаю на чем записать такое счастье.

— Не паясничай, Соколов. Во-первых, это не меня нужно благодарить, а Николая Александровича Романова, — сказал Гринев, чем удивил меня еще больше.

— Ну вы меня сейчас просто сразили наповал. С каких это пор наш Император стал лично заботиться о моем отдыхе? Даже как-то странно.

Что-то мне эта история переставала нравиться. Слишком уж все это подозрительно выглядит. Не очень похоже на правду.

— Я тоже удивлен, если честно, — сказал аншеф. — Император мог бы найти кого-нибудь посмышленее, кто не задает постоянно идиотских вопросов. Кстати, с чего это ты взял, что будешь отдыхать?

— В смысле? Ну, выходные дни обычно затем и даются, чтобы отдохнуть.

— Не в твоем случае, — Гринев постучал пальцами по столу и продолжил. — Ты же у нас уникум, Соколов, а это значит, что отдых тебе не положен в принципе.

Я смотрел на Василия Денисовича непонимающим взглядом, поэтому он продолжил.

— Ну ты же у нас не только Даром огня владеешь, ты же еще и со временем работать можешь, правильно я понимаю?

Правильно, конечно, вот только откуда у вас эта информация? Я же вроде бы как на каждом углу об этом не трубил и способности свои не афишировал. Неужели Жданов? Да он, кто же еще. Вот же засранец! Мне говорил, что это будет секретом. Ладно, отрицать это в любом случае глупо.

— Дуалисты вообще крайне редко встречаются, а если и попадаются, то в основном они целители с защитным Даром или еще что-то такое. Два таких сильных Дара как у тебя встречаются крайне редко, — продолжал тем временем Василий Денисович. — Я так сразу и не припомню кого-нибудь… Разве что сам Романов Николай Александрович. Думаю, об этом ты и без меня знаешь.

Если честно, я этого не знал. У меня нет привычки читать обо всем подряд, я предпочитал тратить время лишь на те вопросы, которые касаются меня лично. Кстати, если уж Гринев сказал, что Император дуалист, нужно посмотреть какой магией он владеет. Даже интересно.

— Понял, наконец, о чем я говорю? — спросил аншеф.

— О своих способностях я и так знал, — усмехнулся я. — А вот к чему мне выходные, пока не очень понятно.

— Николай Александрович считает неправильным, что ты у нас только в ранге огневика двигаешься, так что подыскали тебе специалиста и по твоему второму профилю, — объяснил мне Гринев. — Правда он странный немного… Но тут уж ничего не поделаешь. Дар сам по себе очень редкий, а тех, кто в нем более-менее внушительного ранга достиг вообще несколько человек на всю империю. Так что работаем с теми, кто есть.

— Теперь, вроде как, все понятно, Василий Денисович. Кроме одного. Мы не могли бы немного отложить этот вопрос? У меня сейчас столько важных дел образовалось.

— Владимир Михайлович, ты как спал вообще? Нормально? — нахмурился аншеф. — Какие дела могут быть важнее поднятия ранга, да еще когда об этом позаботился сам Император? Ты ерунды не городи, а лучше думай — как сделать так, чтобы не теряя ни минуты, сразу же после разговора со мной поехать к этому человеку. Все выяснить — сколько времени тебе понадобится, как это делается, ну и вообще вопросы позадавать. Или ты думаешь, что тебе каждую неделю будут выходные давать? Не будут, поверь. У нас работы много, так что пользуйся случаем, пока он есть.

Блин, вот в самом деле это все некстати. Мне бы сейчас деловыми вопросами позаниматься, а не службой… Хотя, Василий Денисович прав. Если есть человек, который может поднять мне ранг в магии времени, и он готов это сделать, то нужно этим пользоваться. Кстати, вот интересно, как огневик, я сейчас адепт — это понятно, а как маг времени? Любопытно.

— Все понятно, значит будем выполнять, — сказал я.

— Правильно, — кивнул Гринев. — Я тебе сброшу сообщение с координатами этого человека. Он про тебя знает, так что твое появление удивления у него не вызовет. Между прочим, этот парень очень воодушевился, когда узнал, что ты приедешь к нему на обучение, а ты тут носом крутишь.

— Да не то чтобы… Сейчас у меня и в самом деле хлопот навалилось.

— Вот и отлично, мозги перезагрузишь и от хлопот своих отдохнешь. Я тебя больше не задерживаю.

Мне два раза повторять не нужно было, я попрощался с Василием Денисовичем и вышел из его кабинета. Я не успел даже выйти из Департамента, как мне пришло сообщение от аншефа.

Так, значит зовут моего будущего наставника — Таширов Тимур Яромирович. Во как! Я залез в сеть и выяснил, что живет он в Подмосковье, в Таширово. Кстати, это его собственное имение.

Больше ничего особенного про него не было — обладает Даром управления временем, не женат, имеет сына. Обычный дворянин, в чем же его странность заключается, о которой говорил Гринев? В том, что не женат в пятьдесят лет? Так это его личное дело. На месте разберемся.

Судя по карте, до Таширово от Департамента около сотни километров. Дорога неблизкая. Хотя, времени у меня целый день, так что можно без особой спешки туда и назад по светлому обернуться.

Я завел свой «Мерседес» и медленно покатил со стоянки. Может быть, Екатерине позвонить? Она же по-любому где-то здесь сейчас бегает. Я вытащил из кармана телефон, но в последний момент передумал. Почему я все время напрашиваюсь как мальчишка? У меня ведь тоже кое-какие дела имеются, но я для нее время нахожу. Я бросил телефон на соседнее сидение и в этот момент он зазвонил сам. Кто там, с утра пораньше?

Соловьева Василиса… С чего бы это вдруг? Да нет, я не против — девушка она, конечно, симпатичная, но вот никаких совместных дел у нас с ней вроде бы как нет. Тем интереснее будет узнать, что она хочет.

— Слушаю.

— Привет, Володя, как дела? — тон был довольно игривый. Ошибиться было невозможно, она звонила явно не по делу, такие моменты чувствуются мгновенно. — Отдыхаешь?

— Как сказать. Вот в данный момент от Департамента отъезжаю, — совершенно честно ответил я. — Так что не совсем отдыхаю, получается.

— Да ладно, неужели ты каждый день работаешь? От работы кони дохнут, ты разве не знаешь? Должны же быть у человека выходные, мы и так только с задания вернулись, — в ее голосе я услышал деланное возмущение, так что решил подыграть.

— Я с тобой полностью согласен — безобразие. Нужно отписать Императору, что у нас в Департаменте творится самоуправство, пусть возьмется за них как следует!

— Это точно, — хохотнула Василиса. — Слушай… Как ты смотришь на то, чтобы вместе посидеть в каком-нибудь ночном клубе. Очень хочется провести вечер в хорошей компании.

— Разве я хорошая компания? Ты слишком высокого мнения обо мне, на самом деле я могу научить гадостям, — предупредил я ее. — Как бы потом жалеть не пришлось.

— Ну, это уже мое дело. В конце концов, я же тебе сама звоню, а не жду от тебя приглашения.

Вот это она верно подметила. Девушка она и в самом деле смелая и решительная — приглашать меня на свидание, зная о том, что у меня роман с Салтыковой, на это не каждая решится. Кстати, что-то раньше я не замечал к своей персоне особого интереса с ее стороны или просто не туда смотрел?

Отвечать что-то нужно. Пауза затягивается и ситуация из самой обычной начинает превращаться в трогательно-драматическую. Учитывая то, что с Екатериной я и так встретиться не могу из-за ее занятости, то почему бы мне и в самом деле не провести вечер в компании Соловьевой? Все это, конечно, очень похоже на свидание… Ну и что?

— Хорошо, если ты считаешь меня хорошей компанией, то я не против. Только потом чтобы не жаловалась.

— Ты не забыл, что я некромантка? — хохотнула Василиса. — Так что еще неизвестно кто из нас жаловаться будет.

— Вот только насчет сегодня не уверен, — сказал я. — Все-таки дела у меня кое-какие имеются, так что лучше давай я тебе позже сам перезвоню.

Какой смысл сейчас о чем-то договариваться, если я понятия не имею, о чем разговор с Тимуром пойдет? Может быть, он вообще мои ближайшие дни тренировками забьет сплошными, мне тогда и не до Василисы будет.

— Договорились, — она отключилась.

Я сделал музыку немного громче, прибавил газа и выбросил из головы этот разговор до поры до времени. Во всяком случае, до того момента, как встречусь с Ташировым думать об этом я не собирался.

Даже с учетом того, что я никуда особо не спешил, к часу дня я приехал в Таширово. Пришлось немного покрутиться по окрестностям пока нашел имение Тимура, а так бы еще раньше приехал.

Спросив у местных как проехать к дому графа, я нашел его довольно быстро. Кстати, даже если бы не спросил, все равно мимо не проехал бы, так как жилище наставника очень сильно выделялось на фоне остальных домов и дело было даже не в его размерах.

Дом выглядел как небольшой дворец, который сюда перенесли откуда-нибудь с востока. Что-то похожее я видел, когда был в Халифатах. На территории Захрана почти все здания были выстроены в похожем стиле. Что же, тем интереснее будет познакомиться с хозяином.

Предупредив о моем прибытии и получив разрешение, меня впустили в имение, на территории которого имелась небольшая стоянка. Беглого осмотра было вполне достаточно, чтобы понять — мое владение в Барвихе было меньше в несколько раз. Да и разнообразных строений по территории было раскидано с добрый десяток, а то и больше.

Сам Тимур Яромирович для своего возраста выглядел неплохо. Сразу было видно, что граф не истязает свой организм алкоголем и обильным питанием. Невысокий, худощавый, с легкой пружинистой походкой, он скорее напоминал подростка, чем пятидесятилетнего мужчину. Вот только длинные седые волосы выдавали его настоящий возраст.

Хорошо, что Гринев предупредил меня о том, что Таширов несколько своеобразен, так как странности начались сразу. Достаточно того, что он вышел встречать меня, шагая по снегу босыми ногами. Босой мужчина в легком восточном халате на заснеженной земле, выглядел, мягко говоря, необычно.

Впрочем, сам он нисколько не смутился под моим удивленным взглядом, а сходу протянул руку:

— Вы и есть тот парень, о котором Василий Денисович прожужжал мне все уши?

— Не знаю, что вам говорил обо мне Гринев, — сказал я и пожал ему руку. — Но я Владимир Михайлович Соколов, если вы это имеете ввиду.

— Он говорил много хорошего, скрывать не буду. Вы дуалист?

— Да. Обладаю двумя Дарами. Я огневик, а кроме того могу управлять временем.

— Управлять временем? Как интересно.

У графа была очень странная манера, постоянно заглядывать в глаза во время разговора — это было непривычно. Кроме того, он как бы подсмеивался все время, отчего у меня складывалось впечатление, что он надо мной издевается.

— Когда вы намерены явиться ко мне? — спросил он.

— Как скажете, мне дали несколько выходных, так что…

— Нам потребуется два дня, — он в очередной раз заглянул мне в глаза и будто что-то увидев там, решил дополнить. — Или три. Как пойдет.

— Два-три… Не имеет значения. К какому времени я должен буду к вам приезжать?

— Ни к какому. Вы будете здесь жить, — сказал он. — В ближайшие пару дней я буду занят, а вот послезавтра можете приезжать. Вещей берите самый минимум — все что вам понадобится, вы получите здесь. На всякий случай предупредите родных и близких, что вы будете не на связи. Интернетом тоже пользоваться будет нельзя. Такие правила.

— Забавно, — сказал я скорее себе, чем ему.

— И вот эту штучку, тоже можете не брать, — граф указал на Модуль, который болтался на моей руке. — Василий Денисович сказал, что вас не будут беспокоить. Вот собственно и все. У вас есть ко мне какие-нибудь вопросы?

Вот как-то обескуражил меня Тимур Яромирович своим напором, я даже не нашелся сразу с вопросами, ну а он посчитал, что у меня их нет вовсе.

— В таком случае, жду вас послезавтра в первой половине дня. Рад был с вами познакомиться, Соколов Владимир Михайлович.

После этих слов граф развернулся и пошлепал босыми ногами по снегу в обратную сторону. Я стоял на парковке рядом со своим «Мерседесом» и не сразу понял, что разговор окончен.

Кхм… Похоже аншеф говорил чистую правду — он действительно с приветом, этот Таширов.

* * *

Великое княжество Московское.

Москва.

Главное управление тайной канцелярии.

Игнатьев Яков Дмитриевич сидел в своем уютном теплом кабинете и занимался чтением доносов. Их принес ему его заместитель, Федор Максимович Никонов, который сейчас стоял рядом и ожидал, пока шеф ознакомится с бумагами.

Ворон откровенно скучал. Сегодня доносы выдались на редкость однообразными и даже тоскливыми.

— Федор, ну что ты мне принес? — он посмотрел на заместителя своими черными глазами и под тяжелым взглядом шефа Никонов невольно приосанился. — Вот что это такое? Почти все об одном и том же — или поносил Императорское высочество, или казенные деньги разворовывал… Совсем измельчали, даже доноса интересного написать не могут…

Яков Дмитриевич протянул заму пачку бумаг, который забрал их с легким полупоклоном.

— Как там мальчишка наш поживает? Что новенького?

— Затем и зашел, чтобы лично вам, из рук в руки, так сказать, — ответил Никонов.

— Да? Ну так и рассказывал бы, что же ты мне доносы всякие суешь? Делать мне что ли нечего — чепуху читать всякую.

— Так вы сами велели самые любопытные принести…

— По-твоему, читать про очередную растрату мне любопытно? Сами не можете разобраться кого с пристрастием допросить нужно? Детский сад в самом деле… Ладно, — махнул рукой Ворон. — Садись, рассказывай. Что там у нашего Соколова новенького?

Федор Максимович сел в кресло и начал с главного.

— Верховцев в данный момент силовой отдел создает, — сообщил Никонов. — Можно даже сказать, что уже заканчивает создавать.

— Ну да, Леонид Александрович мужик хваткий, — кивнул Игнатьев. — Этот ушами хлопать не будет.

— Очень толковых ребят подтягивает, — продолжил тем временем заместитель. — Думаю получится очень профессиональный отдел.

— А что с Заплатиным? Жандармы убийцу нашли?

— Нет еще, но дело рук герцогов, думаю так.

— Да тут и думать не нужно, ясно что их… Кому еще этот пердун старый мог понадобиться? — блеснул черными глазами Ворон. — Дел, за которые жизни лишают, его контора не вела, так что… Ладно, пусть ищут, работа у них такая.

— Есть мнение, что Соколов силовой отдел формирует именно потому, что и сам понимает, кто с поверенным их рода расправился.

— Если не дурак, то конечно понимает, — усмехнулся Игнатьев. — А он, насколько я понял, далеко не дурак. Да и люди толковые рядом имеются, которые мысль верную подбросить могут. Как бы Верховцев там дров не наломал, еще устроят у меня здесь перед носом родовые войны, а мне потом перед Императором оправдываться…

— Ну, мы следим, со своей стороны, — робко сказал Никонов.

— Знаю я, как вы следите… Потом будешь здесь стоять и волосенки рвать: не уследили, ваше сиятельство.

— Яков Дмитриевич, да как же…

— Брось, — отмахнулся Ворон. — Ты вот что, Федор… Пора мне, наверное, уже с Верховцевым самому встретиться. Пару раз мы с ним виделись, а вот личного знакомства как-то не водили. Пора это недоразумение устранять, пока трупы по всей Москве не стали появляться.

— Будет сделано.

— Ну, что еще расскажешь? Как там Соколов, утраченное имущество собирать начал?

— Начал, ваше сиятельство. Сейчас вот в Рязани стекольный завод за копейки выкупает.

— Это который сейчас сынку Баркалова принадлежит?

— Именно, Яков Дмитриевич.

— Да и хрен с ним. Правильно делает, что забирает. Младший Баркалов только девкам под юбки лазить умеет, а вот заводами управлять — не по Сеньке шапка.

Ворон встал, хрустнул затекшей спиной, прошел к шкафу с одеждой и вытащил длинную соболиную шубу. Федор Максимович открыл дверь перед шефом, подождал пока он выйдет в приемную, а затем последовал за ним.

— Никонов, только ты не тяни… Чем раньше мы с Верховцевым пообщаемся, тем лучше, понял?

— Понял, — кивнул зам.

— Только пригласи его по нормальному, без ваших этих диких штучек с масками и автоматами, понял?

— Само собой, ваше сиятельство.

— Ну да, знаю я вас, опричники… Ладно, спокойной ночи, Федор Максимович, — сказал Ворон и вышел из приемной.

Никонов подождал пока за ним закроется дверь, затем облегченно вздохнул и посмотрел на пачку бумаг в своей руке:

«Вот же засранцы, не смогли даже доносы нормальные найти — чуть не вставили его перед шефом! Хорошо еще, что Соколов этот ему на ум пришел, а так бы точно выслушал о себе много чего интересного. Ну я им сейчас устрою, ночь длинных ножей!».

Глава 22

Нижегородское княжество.

Нижний Новгород.

Ресторан «Рахат-лукум».

Унковский Гаврила Осипович славился не только своим буйным нравом, но и тем, что любил жить красиво, напоказ и временами даже с некоторым перебором. Во всяком случае, именно так считали его знакомые, сам же он был другого мнения на этот счет. Особенно был не согласен по последнему пункту. Как он сам считал, никакого перебора не было, просто он любил жизнь и не собирался этого скрывать от других.

Вот и этот раз не стал исключением. Узнав о скором приезде Болотова, он приготовился встречать дорогого гостя с присущим ему размахом и обстоятельностью.

Для обеда был выкуплен самый роскошный зал в одном из самых известных заведений города. Затем предполагалось перебраться в имение Унковского, где их будет ждать роскошный ужин, и там же поговорить о делах.

Ну а после ужина, если беседа пройдет с пользой для Гаврилы Осиповича, он планировал совершить в компании Кирилла Романовича вояж по ночному городу. Разумеется, показать при этом, какие развлечения может предложить в это время суток Нижний Новгород.

В ресторане встречали Болотова красиво и начали еще до того, как он вошел внутрь. Несмотря на крепкий морозец и падающий снег, Унковский организовал на Большой Покровской улице небольшой восточный базар, где стояли прилавки с фруктами, имелось несколько ослов, ну и, само собой, зазывалы — куда без них?

Когда Кирилл Романович оказался внутри, то его сразу же окружили восточные красавицы в прозрачных нарядах, которые извивались так, что Болотов невольно вспотел и чуть не забыл зачем он вообще заявился в Нижегородское княжество. Однако нужно отдать ему должное — герцог вовремя собрался и не дал увлечь себя танцем.

Унковский был далеко не глупым человеком, а потому сразу уловил настроение гостя. Поэтому велел приглушить музыку и отпустил всех участников представления восвояси.

Он тепло поприветствовал гостя, обняв его и крепко расцеловав.

— Что ты не весел, дорогой Кирилл Романович? — спросил он, увлекая Болотова к широким восточным диванам. — Неужели с плохими новостями пожаловал?

— Да всякие есть, — ответил герцог и похлопал Унковского по спине. — Сейчас время такое, что без скверных новостей никак.

— Вот неправда твоя. Время всегда одинаковое, просто к новостям можно относиться по-разному. Смотри какой стол для нас накрыли.

Гаврила Осипович обвел рукой стол, который и в самом деле ломился от разнообразных кушаний. Чего здесь только не было — истекающий бараньим жиром рассыпчатый плов, шашлык из нескольких видов мяса, овощи в изобилии, ароматная зелень, самса, хрустящий лаваш, конечно же, запотевший графин с водкой и несколько бутылок разного вина.

— Сейчас немного перекусим, а ты пока расскажешь, зачем пожаловал, ваше сиятельство, — сказал Унковский, усаживая гостя на один из диванов.

— Спасибо за теплую встречу, Гаврила. Ты как всегда в своем репертуаре, — улыбнулся Болотов. — Шикарно живешь!

— Ну я хоть пока и не герцог, а всего лишь маркиз, но могу себе позволить достойно встретить старого друга, — Унковский налил себе и герцогу по рюмке водки. — Выпьем, Кирилл Романович?

— Выпьем, отчего не выпить, — герцог махнул рюмку водки, крякнул и закусил ее теплой самсой, которая оказалась божественно вкусной.

Он с удовольствием прожевал кусок самсы, а затем потряс ею и не смог сдержать восхищения:

— Вот же, черти полосатые! Так и пальцы проглотить недолго!

— Это есть, — не стал спорить маркиз. — Ну а ты же еще и с дороги, аппетит нагулял. Давай-ка мы с тобой для начала пообедаем, а потом уже к делам перейдем.

Так и поступили, поэтому около часа за столом мелькали лишь общие темы и слышался звон рюмок, которыми время от времени чокались приятели.

Наконец Болотов откинулся на мягком, покрытом восточными узорами, диване и шумно вздохнул.

— Спасибо, Гаврила Осипович, за хлебосольную встречу — уважил ты меня с дороги.

— Надеюсь и ты меня не огорчишь, случись мне к тебе в гости прикатить, — усмехнулся Унковский и вытер жирный рот салфеткой. — Ну, а теперь давай рассказывай — с чем пожаловал, ваше сиятельство.

Болотов погладил себя по животу, уселся поудобнее и начал издалека.

— Ты помнишь, мы тебе пару лет назад продали три завода по хорошей цене?

— Как не помнить, если они теперь основную часть моего капитала составляют? Помню, само собой, — маркиз прищурился и склонил голову набок. — Так я каждую копеечку заплатил, вы ведь это тоже помните, я надеюсь?

— Что ты, Гаврила Осипович, я ведь не затем приехал, чтобы претензии тебе какие-то предъявлять. С нашей стороны к тебе вопросов никаких нет, здесь в другом дело, — Болотов взял кувшин с прохладным щербетом, налил себе стакан и в несколько глотков осушил его. — Кому заводы раньше принадлежали, тоже помнишь?

— Само собой, заговорщику Соколову принадлежали. Голову ему срубили на площади…

— Ага, так и есть. Теперь вот сынок его младший объявился, решил имущество семейное опять к рукам прибрать.

— Выкусит он, а не заводы получит! — прохрипел маркиз, сложил кукиш и зачем-то показал его Болотову. — Я их честь по чести купил, все документы в полном порядке, так что шиш с маслом!

Кирилл Романович посмотрел на кукиш, направленный в его сторону и поморщился — нечасто он видел подобные фигуры перед своим носом.

— Между прочим, бумаги вами подписаны, — дополнил Унковский. — Получается, ко мне вообще никаких вопросов.

— Гаврила, дело в том, что он их не по закону обратно требует, а другими методами. Как свинья себя ведет в цивилизованном обществе. Кого запугает, у кого акции по-тихому скупит… В общем, способы разные изыскивает, — сказал Болотов и налил себе еще стакан щербета. После жирной еды его нестерпимо мучала жажда.

Маркиз обдумал слова герцога, затем взял кусок шашлыка и запихнул его в рот, заев пучком зелени. Прожевав и запив его вином, он вопросительно посмотрел на Болотова и спросил:

— Откуда такая информация? Неужели к вам сунулся?

— Ну, к нам он пока не сунулся, но вот справки по своему бывшему имуществу уже наводит. Ты же не забывай — мы ведь в столице живем, знакомства разные полезные имеем, так что, если я тебе о чем-то говорю, то значит не просто воздух сотрясаю, — Кирилл Романович отломил кусок лаваша, обмакнул его в томатный соус и съел. — Вот у Баркалова сейчас в Рязани его люди гостят, со дня на день заводик у него стекольный отберет.

— Не знаю такого, — пробурчал Унковский. — Кто таков?

— Один граф из Рязанского княжества, ты его, может быть, и не знаешь, — пожал плечами Болотов. — Мы ему в свое время стекольный завод продали, который раньше Соколовым принадлежал. Теперь вот, скоро завода у него не будет. Ну а следующим ты будешь, Гаврила Осипович.

— Это откуда такие сведения? — набычился маркиз.

— Ты вроде как не со мной за одним столом сидишь, — удивленно поднял брови герцог. — Я же тебе говорю — знакомства мы кое-где имеем, так что сведения самые достоверные, можешь даже не сомневаться. Разве я тебя хоть раз обманывал?

Унковский нахмурился. Не нравилось ему все это слушать, но во вранье герцога упрекать тоже смысла никакого. Он хоть и хитрая сволочь, но вот его и в самом деле не обманул. Ни он, ни остальные двое, которые участвовали в сделке по заводам Соколова. Кто такой Баркалов и что там с этим его стекольным заводом происходит, он, само собой, выяснит, вот только похоже не врет ему Болотов.

— Что молчишь, Гаврила Осипович?

— Да вот думаю — вам какой резон ко мне с предупреждением ехать? Денег вы на этом не заработаете, а вот что-то не припомню, чтобы кто-то из вас троих за просто так почесался, — мрачно ответил маркиз.

— Это ты правильно сказал, — улыбнулся герцог. — В твоем стиле — режешь правду без оглядки на чины и титулы! Да и сказал ты как есть, чего таить — за так нам чесаться и в самом деле интереса нет никакого, это ты верно подметил. Вот только после тебя эта история может и нас коснуться, а нам оно на кой, спрашивается?

— То есть, хотите, чтобы я с сынком его разобрался? — хмыкнул Унковский. — Так выходит?

— Можно и так на вопрос посмотреть, а можно и немного иначе. Мы ведь могли тебе ничего об этом и не говорить, верно? Жил бы себе спокойно, кушал шашлык в «Рахат-лукуме» и вдруг Соколов, как гром среди ясного неба! Пока ты понял бы, что именно вокруг твоих заводов происходит, они уже и не твои, — ответил ему герцог. — Так что зря ты так на меня сейчас смотришь, Гаврила Осипович, как не крути, а мы для тебя доброе дело делаем. Между прочим, надеемся, что при случае и ты нам той же монетой отплатишь.

Маркиз ничего не ответил, а вместо этого вновь сунул в рот очередной кусок мяса и ненадолго замолчал. Нужно было немного подумать. К решению он пришел лишь после того, как съел не меньше пары шампуров и выпил три рюмки водки.

— Этот щенок сейчас в Москве живет? — спросил он.

— Угу, — кивнул герцог. — В Барвихе у него владение имеется, вот там и живет.

— Значит к вам теперь в гости ехать придется, — хлопнул себя по ляжке Унковский. — Ну а как приеду, с людьми нужными сведете?

— Да ты я думаю и без нас разберешься, Гаврила, но если возникнет нужда — чем можем, тем поможем, — заверил его Болотов. — Только ты на многое не рассчитывай, сам свои проблемы решать будешь.

— Вот уж спасибо, — хохотнул маркиз.

— А как ты хотел? Заводы купить по дешевке, да еще и на спинах у нас покататься? Так не работает, дорогой маркиз.

— Ладно, не обижайся Кирилл Романович, не хватало еще нам собачиться из-за какого-то щенка малолетнего. Выбью я ему зубы, можешь даже не сомневаться. Давай лучше еще по рюмочке накатим?

— Вот это правильный разговор, — улыбнулся герцог. — Наливай до края, выпьем за твое здоровье!

* * *

Ермолов позвонил ближе к обеду и сообщил, что все свои дела он уладил и вечером будет в Москве. Хорошая новость. По крайней мере, хотя бы часть проблем сброшу со своей шеи. Вот только заниматься молодым человеком у меня времени сегодня совсем нет — вечером свидание с Василисой, так что на этот раз без меня.

Я набрал по этому поводу Верховцева и для начала спросил, что там с квартирой для молодого человека.

— Еще вчера вечером закрыли вопрос, — сообщил мне виконт.

С каждым днем я приходил к выводу, что этот человек нравится мне все больше. Его работоспособности можно было только позавидовать. Понятное дело, что на предыдущем месте работы график у него был не самый простой, но все-таки это внушало уважение. Временами у меня создавалось впечатление, что он вообще никогда не спит.

— То, о чем я просил, сделали?

— Да. Нафаршировали по полной программе, так что даже будем знать как долго он на горшке сидит.

— Это, пожалуй, лишнее, — усмехнулся я. — Вы его тогда встретьте сегодня вечером, Леонид Александрович. У меня кое-какие планы, так что нарушать их мне бы не хотелось.

— Само собой, Владимир Михайлович. Я его наберу, и мы договоримся.

— Вот и хорошо.

— Кстати, насчет наших друзей… Если что, у меня все готово. Четыре клиента получается.

— Как-то не сходится… Друзей трое, а клиентов четверо.

— У одного их двое. Они разными вопросами занимаются

Ну что же, четыре поверенных вместо одного Заплатина — не самая плохая математика получается.

— Когда можете все провернуть?

— Да хоть завтра, если скажете.

Завтра? Хмм… Почему бы и нет? Тем более, что завтра утром я уже буду в гостях у Тимура Яромировича. Это на случай, если ко мне вдруг какие вопросы возникнут. Если что — знать не знаю, слухом не слыхивал, а врагов у герцогов и без меня хватает. Да и потом — их же я не трогаю, верно?

— Завтра — это отличный вариант. Но я буду не на связи, так что разберитесь как-то без меня.

— Не переживайте, Владимир Михайлович, разберемся.

По спокойному голосу своего начальника службы безопасности я понял, что он в этом нисколько не сомневается. Впрочем, у меня тоже не было сомнений на этот счет.

А вот после разговора с ним, меня неожиданно набрала Екатерина, чем в очередной раз подтвердила мою теорию, что все женщины немного ведьмы. До этого у не были дела, а вот как только я собрался потусить с Соловьевой, она немедленно обо мне вспомнила.

— Володя, ты где пропал? — сходу спросила она, как будто это не я звонил ей до этого с предложением встретиться.

— Ты всегда занята, ну а я же не могу названивать круглосуточно. Объявляешься, только когда тебе это удобно и у меня появляется чувство, что я не очень-то и нужен.

— Ну вот зачем ты так?

— А как нужно?

— Я же не виновата, что всего так навалилось в последние дни. Сам же знаешь, что происходит…

— То есть мне свои претензии некромантам выкладывать?

— Хочешь, давай сегодня встретимся, я тебе за тем и звоню, — сказала она после недолгой паузы.

— Вот как раз сегодня я не могу — у меня на вечер кое-какие дела.

— Давай завтра?

— Выглядит странно, но завтра я тоже не могу. Меня несколько дней не будет в городе, так что извини.

— Тогда позвонишь, как сможешь, — сказала она и отключилась.

Нет, определенно эта девушка сделана из какого-то редкого сплава, которому чужды эмоции. Да и что вообще происходит? Еще и заставляет чувствовать меня некомфортно, что за привычка? Да пошло оно все!

* * *

С Василисой мы встретились в «Бархате» около девяти часов вечера. Я здесь ни разу не был, но заведение и в самом деле оказалось весьма любопытным. Огромное внутреннее пространство было разбито на десятки отдельных комнат, которые были разделены между собой диванами и полупрозрачными ширмами.

Везде царил полумрак, поэтому рассмотреть, что происходит в соседней комнате, было практически невозможно, да и кому это интересно? Нам, во всяком случае, точно не было.

При желании можно было пойти потанцевать, для чего в центре зала имелась подсвеченная неоном площадка, но желающих было немного, и никто особо не стремился покидать уютные диваны. Кстати сказать, они были настолько глубокими, что сидеть на них было просто невозможно — лишь полулежать.

Мы пили шампанское, разговаривали о всякой ерунде и вообще просто приятно проводили время. Разумеется, ни о какой Салтыковой в этот вечер я думать даже не собирался.

Василиса оказалась очень задорной девочкой. Не глупая, с хорошим чувством юмора, бойкая и острая на язык — наверное именно таких качеств мне в последнее время так не хватало в Екатерине. Салтыкова, конечно, была умной барышней, но вот просто веселиться и хорошо проводить время, это было не ее. Если она это и делала, то очень редко и без огонька.

С Соловьевой мне было на удивление легко и комфортно. К тому времени, как мы закончили со второй бутылкой шампанского, нам казалось, что наше знакомство довольно давнее и это далеко не первое наше свидание. Не знаю почему так происходило. Может быть нам действительно было хорошо друг с другом, а может быть просто оба совпали в этот день по настроению, но… я и сам не заметил, как поцеловал ее.

Это произошло само собой. Сначала за ухом, потом шею, а потом она ответила мне с неожиданной страстью, даже укусив за губу… Всего одно нажатие на специальную кнопку и вот уже наши полупрозрачные ширмы сменились упавшими сверху тяжелыми плотными шторами.

Уютный полумрак превратился в практически полную тьму и лишь довольно громкая музыка напоминала нам о том, что мы по-прежнему в ночном клубе. Но нам было хорошо в этот момент и все остальное не имело значения.

Моя рука скользнула под ее легкий топ, который обтягивал упругую горячую грудь, и она ответила на мои ласки стоном. Ее порывистое дыхание становилось все чаще, она потянула за воротник моей шелковой рубашки, отчего пуговицы с треском начали отрываться одна за другой.

Ее губы были сладкими как ликер, а зеленые глаза манили меня как два глубоких колодца… Как можно сопротивляться некромантке, когда она смотрит на тебя таким взглядом? Наверное, никак.

Да я и не собирался…

Глава 23

Утром я обнаружил у себя на телефоне короткое сообщение от Василисы:

«Соколов, все было супер! Целую» .

Вроде бы ничего особенного, но как-то приятно иногда получать такие тексты от девушек. Тем более, что за последние несколько месяцев я успел отвыкнуть от таких вещей — Таганцева могла написать, что-то подобное, а вот в привычках Екатерины подобные мелочи не числились. Я думаю, что если она и отправляла кому-нибудь личные сообщения, то в основном это были артефакты, над которыми она работала в данный момент.

Ладно, пусть подумает немного над своим поведением — будет полезно. Тем более, что меня рядом в ближайшие несколько дней точно не будет, так что времени у нее на это достаточно.

Хотя, может быть, Таширов со мной и за один день справится — я же все-таки не совсем Соколов.

Но я ошибался. За один день мы с Тимуром Яромировичем не справились. Не вложились и в два дня, а вот до третьего дня я думал, что просто не доживу — слишком требовательным наставником оказался Таширов. Да и методы со Ждановым у них оказались совершенно разными.

Глеб Александрович просто выпивал из меня все соки изнурительными тренировками и продолжалось это до тех пор, пока я не научился правильно работать с энергетическими потоками, распределяя их верным образом.

В случае с Ташировым все было несколько иначе.

Основную часть времени наших тренировок заняли медитации, причем происходило это на свежем воздухе. На морозе, разумеется. Нужно ли говорить, что из одежды разрешался лишь спортивный костюм и кроссовки. Да и то, видимо Тимур Яромирович сжалился надо мной — сам он все время ходил босиком.

Для начала мы выяснили мой ранг — оказалось, что я практик, при этом сам Таширов был магистром. Насколько я понял из его слов, круче него в Российской империи магов времени не было. Справедливости ради нужно сказать, что кроме него их всего в империи было пять — это включая меня.

Когда мы подошли к тренировкам, я понял, что по сравнению с ним, я действительно еще мальчишка. Видимо, в свое время я покинул отчий дом на Эпсилуме слишком рано и мой наставник по магии не успел вложить в мою буйную голову всего, на что был способен.

По моему личному пониманию я был не просто Одаренным, а практически сверхъестественным существом и мог замедлять или ускорять ход времени. Я мог ускорить полет Огненного шара, мог замедлить летящий мне в лицо кулак, но уменьшить его скорость до такой степени, чтобы начало казаться будто время остановилось совсем… Это было не в моих силах и, если честно, я думал, что это просто невозможно.

Я ошибался. Оказывается, это возможно. И не просто возможно — мой наставник проделывал такие штуки с легкостью.

Причем это работало и в обратную сторону — время можно было ускорить настолько, чтобы совершить «прыжок». Во всяком случае, то, что я увидел, иначе назвать было нельзя.

Тимур обучал меня новым знаниям с упорством маньяка и его методы в корне отличались от тех, которые практиковал в Академии Глеб Александрович. Он не орал на меня с утра до вечера и не называл каждую минуту бестолковым малолетним щенком — вместо этого он использовал шест, которым лупил меня, полагая, что через боль магические науки постигаются гораздо легче и быстрее.

Не знаю, как давно он использовал подобные педагогические методы, но они однозначно были весьма эффективными. По крайней мере, у меня получалось.

На второй день он сменил деревянный шест на металлический, а на третий произошло то, чего он добивался — я научился останавливать его шест. Пусть ненадолго, но этого времени мне было вполне достаточно, чтобы избежать очередного удара.

Сразу же после этого пришло и все остальное — я шагнул на следующую ступень и получил ранг «наставник». Все мое тело к этому моменту было покрыто синяками и ссадинами, но это были сущие пустяки, о которых даже не стоит говорить.

Разумеется, мне было еще очень далеко до Таширова, но разница между тем, что я умел раньше и тем, что умею сейчас — была просто огромной. Размер объектов, с которыми я теперь мог работать, также существенно увеличился, так что при случае нужно будет выяснить где заканчивается пик моих новых способностей.

Ну и кроме того, теперь я мог использовать имеющийся запас магической энергии намного эффективнее, а учитывая то, что он у меня один на два разных Дара — это вообще отлично. Он, конечно, увеличивается у меня с поднятием каждого ранга, вот только один черт его каждый раз не хватает.

Не могу сказать, что с Ташировым я расставался с неохотой — эти три дня показались мне целым месяцем, но чувство благодарности у меня к нему было. Пусть спорными методами, но цели он достиг и новый ранг я все-таки получил, а это было самое главное.

Кстати говоря, учитывая то, что Тимур Яромирович магистр — он же может помочь мне подняться и на следующую ступень. Но об этом говорить еще слишком рано — до мастера мне далеко. Тут еще новые возможности освоить нужно!

Единственное, что нужно обязательно сделать — это не забыть заказать Таширову какую-нибудь книгу из Халифатов. Как оказалось, Тимур Яромирович большой коллекционер средневековых рукописей из Ближнего Востока, так что это будет с моей стороны вполне достойной благодарностью за его работу.

Пусть я далеко не глуп, но повозиться ему со мной пришлось. К тому же, почему бы и нет, если мне есть к кому обратиться за помощью — у меня же в Ай-Бассиде с некоторых пор завелись полезные связи. Вот прекрасный повод ими воспользоваться, а заодно и о себе напомнить.

Дома меня встретили так, как будто меня не было полгода. Тосик от радости скакал по дому конем и в ходе радостного забега расколотил пару неплохих ваз, за что получил от Варвары на орехи. Никодим был сдержан и лишь улыбался в усы, а вот Бьянка приготовила мне отличный стейк, который я с удовольствием запил бокалом красного вина.

После «здорового» питания, которого придерживался Таширов, последнее обстоятельство было особенно приятным. Как-то надоело мне питаться травой-муравой и пить яблочно-банановые энергетические коктейли по три раза в день.

После того, как страсти вокруг моего приезда немного улеглись, я удалился с телефоном в рабочий кабинет и занялся делами.

Перво-наперво позвонил Верховцеву, который начал сходу мне что-то рассказывать, но я его оборвал и вызвал к себе домой. Я понимаю, что ему было чем поделиться, да мне и самому не терпелось узнать, но хотелось обстоятельного разговора с глазу на глаз, а не по телефону в нескольких словах.

Следующим на очереди был Гринев.

— Рад тебя слышать, Соколов, ты как там, живой? Говорят, у Тимура Яромировича методы обучения специфические, не все выживают.

Я не очень понял шутит сейчас Василий Денисович или нет, но я бы не удивился, если бы он говорил вполне серьезно. Во всяком случае, я бы не был шокирован узнав, что в процессе обучения у Таширова кто-то помер.

— Отделался легким испугом, — сказал я, вспоминая хлесткие удары шестом. — Так что, готов к работе.

— Вот и отлично, тогда завтра жду тебя после обеда. Подъезжай часикам к двум, устроим небольшое совещание со всей группой и определим цели и задачи на ближайшее время, — сказал аншеф.

— Вообще-то, после таких стрессов мне еще выходные полагаются, — пробурчал я.

— Владимир Михайлович, ты там часом память не утратил? Какой может быть отдых в такие времена? — спросил Гринев своим тихим змеиным голосом. — К тому же я тебя не прямо сейчас жду, а завтра в два часа дня, так что у тебя еще почти сутки на полноценный здоровый отдых, правильно?

— С вами не поспоришь, Василий Денисович.

— Так спорить с начальством это вообще вредно, — усмехнулся аншеф. — Так что наслаждайся жизнью и отдыхай. Хорошего дня!

Девочкам я решил не звонить. Ни одной, ни второй. Гринев прав, раз уж есть время отдохнуть, то нужно этим пользоваться, а нагружать себя еще и разговорами с Екатериной и Василисой… Ну уж нет. Во всяком случае не сегодня. Завтра в кабинете у аншефа обеих увижу.

Ермолов? Вот этому парню нужно звякнуть, но чуть позже. Сначала послушаю, что интересного Верховцев расскажет. Ну а мой начальник службы безопасности долго себя ждать не заставил, не прошло и часа, как он уже был у меня в Барвихе.

Удивительно, но Леонид Александрович внешне был спокоен как скала, хотя я уверен, что ему было из-за чего нервничать. Нужно брать у него мастер-классы по хладнокровию.

От напитков Верховцев отказался, так что после того, как мы засели у меня в кабинете, сразу же перешли к делам.

— Как вам охрана, Владимир Михайлович? — первым делом поинтересовался он.

— Да вроде бы неплохо справляются, во всяком случае, меня пока устраивают, — я и в самом деле считал, что они вполне себе молодцы и поводов для жалоб не давали. — В связи с чем вопрос?

— Начиная с сегодняшнего дня вы больше не будете передвигаться по городу в одиночестве, — сказал виконт. — Только с автомобилем сопровождения.

— Интересно, а по магазинам я теперь тоже буду с охраной ходить? — спросил я, скорее в шутку.

— Само собой, — вполне серьезно ответил Леонид Александрович. — Даже если в туалет приспичит, то и в этом случае также с охраной.

— Вообще-то я и сам за себя могу постоять если придется. Вы не забыли, что я не просто Одаренный, а стихийник? Кроме того, кулаками махать тоже умею, если уж совсем туго придется.

— Владимир Михайлович, я прекрасно осведомлен о ваших талантах, но так будет лучше, — нахмурился Верховцев. — Давайте каждый будет заниматься своим делом, если уж я отвечаю за безопасность, то советую вам довериться моему опыту. Тем более, что он у меня немалый — знаю, что делаю.

Да в общем я не особо спорил, но постоянно кататься с кем-то в сопровождении и ходить в туалет с охранником, это такое себе удовольствие. Интересно, когда я с девушкой в постели буду кувыркаться, свечку держать будут или это я смогу делать без свидетелей? Ну это такое, капризы, не более того. Своему начальнику безопасности я доверял, иначе какого черта я его вообще держу?

— Ну и теперь, я думаю, вы мне хотите рассказать с чем связаны подобного рода новшества?

Спросил я и посмотрел на спящего возле камина Тосика, которому приснилось что-то тревожное — он вздрогнул во сне, пробурчал: «Карамба!» и перевернулся на другой бок. Вот кому сейчас хорошо — самое главное, что хозяин дома, все остальное — мелочи жизни.

— Разумеется, — кивнул Леонид Александрович. — Хочу вас поздравить — наша акция прошла успешно, так что все четверо поверенных мертвы. С нашей стороны потерь нет, следов тоже думаю особо не оставили, но, полагаю, ваши друзья прекрасно понимают чьих это рук дело.

— Именно поэтому вы считаете, что мне нужна охрана? — спросил я. — Вы думаете они начнут на меня охоту?

— Я бы на их месте именно так и поступил. Если человек создает слишком много трудностей, то обычно от него избавляются, а хлопот вы им доставили уже достаточно, — заверил меня Верховцев. — Во всяком случае, я бы занялся вами вплотную.

— Да, наверное, вы правы, — кивнул я после недолгих размышлений. — Ну, а что касается жандармов? Они ко мне в гости не придут в связи с этими событиями?

— Об этом можете не беспокоиться. Если только герцоги сами не покажут нужную дорогу, то жандармов можно не опасаться.

— А если покажут?

— Это не в их интересах, — пожал плечами виконт. — Но даже если к вам явятся гости из жандармерии, то доказать они все равно ничего не смогут. Наши люди чисто сработали, Владимир Михайлович, я бы на вашем месте не переживал.

— Хорошо. Значит за Заплатина мы рассчитались в полной мере — это радует. Что там в Рязани происходит? Наши гении юриспруденции и финансовых операций давали о себе знать?

— Угу, — кивнул Верховцев. — Хочу вас поздравить с первым крупным приобретением — со вчерашнего дня стекольный завод официально является полноценным активом компании «Ермолов и партнеры». Более того — парни уже в Москве и ждут не дождутся, когда смогут сами рассказать вам о своих успехах.

— Вот это и в самом деле отличная новость! — не удержался я и хлопнул себя по ноге. — Тосик ты слышал?

— Карамба барон Димир? — спросонья спросил плюшевый, хлопая глазами. — Сок карамба?

— Завод карамба! — ответил я, нагнулся и почесал у него за ухом.

— Теперь вы понимаете, почему возникла необходимость в охране? — спросил виконт. — Герцоги люди не глупые, так что из этого тоже могут сделать определенные выводы.

— Разве мы их боимся, Леонид Александрович?

— Никто не говорит о страхе, но вот чтобы исключить всякие недоразумения, лучше перестраховаться.

— Ладно, — махнул я рукой. — Вам и в самом деле виднее. Что касается Давыдова и Свиридова, то скажите им, что завтра в десять утра у нас будет небольшое совещание в нашем офисе. Вот там и поделятся своими радостями и огорчениями. Заодно и ближайшие планы обсудим.

— Хорошо.

— Кстати, об офисе. Как там наш Ермолов поживает? Я хотел его сегодня на ужин пригласить, но решил сначала вас послушать — вдруг чего интересного расскажете.

— Если вы хотите знать мое мнение, то на мой взгляд, Петр Александрович весьма хваткий молодой человек. За дело взялся с огоньком, так что, я думаю, свой офис вы завтра не узнаете, — сказал Верховцев.

— Это хорошо, значит я в нем не ошибся, — кивнул я. — Как ему квартира? Понравилась?

— Вопросов никаких не было. Может быть с вами поделится. Мне показалось, он не из тех, кто больше всего переживает о собственном удобстве. В данный момент его интересует совсем другое — показать вам свою полезность.

— Время покажет. Что еще у нас новенького?

В какой-то момент мне показалось, что Леонид Александрович хочет мне что-то сказать, но он промолчал. Хмм… Странно. Хотя, может быть, мне и в самом деле показалось?

— Больше ничего, что я хотел бы вам рассказать, — сказал он после довольно долгой паузы.

— Ну и хорошо. Вы, кстати, не хотите перекусить? В последнее время меня мучают острые приступы голода, а моя служанка прекрасно готовит — она итальянка, — спросил я у Верховцева. — У нас сегодня прекрасный стейк.

— Почему бы и нет? От мяса отказываться не буду, — ответил он. — Но прежде я бы хотел вас познакомить с вашими новыми сотрудниками — все-таки они будут заботиться о вашей личной безопасности.

— Вы думаете, что я могу судить об их способностях по внешнему виду?

— Нет, но я думаю, что вы должны на них посмотреть.

— Если вы настаиваете.

Мы спустились вниз, я отдал Бьянке распоряжение насчет еще одного обеда и пошел знакомиться со своими новыми сотрудниками.

Как я и предполагал, ничего такого, что могло бы меня насторожить, я не увидел. Парней было трое. Крепкие, рослые, с серьезными хмурыми лицами. Все так, как и должно быть. Возможно Верховцеву действительно было важно, чтобы мы с ними познакомились в его присутствии.

— Прошу знакомиться — его сиятельство, Соколов Владимир Михайлович, — сказал Леонид Александрович после того, как я поздоровался с охранниками. — Начиная с этого момента за его жизнь отвечаете головой, если с ним что-то случится, то… Впрочем, вам об этом знать не обязательно. Поверьте, ничего хорошего вас не ждет. Вы меня знаете.

Судя по лицам парней они в этом даже не сомневались. Заверив Верховцева, что им все понятно, они удалились.

— Они вооружены? — спросил я, когда мы остались вдвоем.

— Само собой. Пистолеты, автоматы — у них есть все, что необходимо для нормальной работы, — ответил Верховцев. — Даже гранаты.

— Гранаты? — он сейчас пошутил или как?

— Угу. Ситуации разные бывают.

Нет, похоже он не шутил и гранаты у охранников действительно были. Даже думать не хочу о ситуации, в которой они бы им понадобились. Будем надеяться, что до этого не дойдет.

— Ладно, черт с ними, с гранатами. Пойдемте лучше пообедаем и выпьем по бокалу вина, — сказал я. — У нас сегодня сразу несколько хороших поводов, за которые не стыдно немного выпить — выбирай любой!

Глава 24

Великое княжество Московское.

Москва.

Главное управление тайной канцелярии.

Глава тайной канцелярии Яков Дмитриевич Игнатьев смотрел на Никонова своим тяжелым взглядом вот уже как минут пять, а тот стоял перед ним низко опустив голову.

Ворон уезжал на несколько дней в срочную поездку на юг — нужно было сопроводить Императора и поприсутствовать на очень важном мероприятии, в котором участвовали его коллеги из других стран. Поэтому в данный момент его мучал всего один вопрос — почему, когда в Великом Московском княжестве происходят интересные события, он все время находится в отъезде?

Вот и сейчас — не успел он покинуть столицу, как произошло сразу четыре убийства! Причем это не обычная уголовщина, которой должны заниматься жандармы, а события, которые он предвидел и даже предупредил об этом своего заместителя, стоявшего сейчас перед ним с виновато опущенной головой.

Нет, совершенно ни на кого нельзя положиться! Все приходится делать самому!

— Что молчишь, Федор Максимович? — спросил он у своего зама, когда посчитал, что тот успел в полной мере прочувствовать момент и осознать, что в случившемся виноват по большей части только он.

Разумеется, это было не совсем так, даже если бы он выпрыгнул из штанишек, Соколов все равно осуществил бы задуманное — слишком сильно он ответил на обиду. Но это не снимает вины с Никонова, должны были предусмотреть все варианты, раз уж занимались этим вопросом.

— Ты же мне в прошлый раз говорил, что вы следите за тем, чтобы родовые войны не начались, или как? — задал еще один вопрос Ворон. — Я как в воду смотрел — говорил же тебе, что будешь здесь стоять и оправдываться! Неужели нельзя было что-то сделать?

— Яков Дмитриевич, мы не ожидали, что он…

— С трех сторон сразу ударит, да? — не дал ему закончить Игнатьев.

— Да.

— Огорчаешь ты меня, Федор. Пора тебе, наверное, на пенсию — дальше своего носа не видишь ни черта! — повысил голос Ворон.

Никонов молчал. По своему опыту он знал, что сейчас это самое лучшее, что он может сделать. Нельзя сказать, что шеф у него отходчивый, но тратить слишком много времени на головомойки тоже было не в его правилах. Если уж кто-то совсем выводил его из себя, то он время на долгие разговоры он терял, а если он тебя отчитывал — значит не все потеряно.

Так случилось и в этот раз. Посверлив его еще немного своими черными глазами, Ворон перешел к делу.

— Садись, не стой столбом. Скольких человек он убил?

— Четверых, ваше сиятельство. У Болотова двоих, а у Салтыкова с Морозовым по одному, — доложил Никонов.

— Что же так? Чем ему именно Болотов не угодил?

— Так у него поверенных двое, — пояснил Федор Максимович. — Вот он двоих и убил.

— Понятно, — хмыкнул Игнатьев. — Молодец парень. Нравится мне его методы — такими темпами он все-таки завалит всю Москву трупами. А я ведь их предупреждал — не трогайте мальчишку.

— Формально к ним не придерешься, Яков Дмитриевич. С головы Соколова ни один волос пока не упал.

— Ну и кому от этого легче? К нему тоже вроде как не придерешься — все трое живы и здоровы, — усмехнулся глава тайной канцелярии. — Только вот поверенных ни у кого больше нет, а в остальном все нормально. Самое интересное, что его даже предупреждение Императора не испугало, он просто ответил ударом на удар.

Ворон помолчал немного, выстукивая пальцами на столе только ему понятную мелодию.

— Следов, разумеется, никаких не оставили, поэтому жандармы даже понятия не имеют кого искать, я правильно понимаю?

— Правильно, — ответил зам. — Следов, которые могли бы вывести на Верховцева или Соколова — нет.

— Почему-то именно такого ответа я и ожидал, — усмехнулся Ворон. — Было бы удивительно, если бы вышло как-то иначе.

— Да, Верховцев свое дело знает, — вынужден был согласиться Никонов.

— Кстати, где он сам?

— С минуты на минуту должен появиться, — услужливо сообщил Федор Максимович. — Как вы и просили, я пригласил его для беседы.

— Ну хоть что-то умное сделал.

— И еще кое-что, Яков Дмитриевич…

— Что там? Неужели пока я в контору ехал, Соколов еще кого-то на тот свет отправил?

— Да нет, здесь другое. Вы в прошлый раз про стекольный завод в Рязани спрашивали, так вот Соколов его уже купил, — сообщил Никонов.

— Этого следовало ожидать, — пожал плечами Игнатьев. — Неужели на себя переписал?

— Никак нет, ваше сиятельство, он поступил умнее. Создал предприятие «Ермолов и партнеры», которое стало официальным собственником.

— Ермолов… Ермолов… Что-то не припомню такой фамилии. Кто таков?

— Ермолов Петр Александрович, купец первой гильдии, родом из Саратовского княжества. Я так думаю, они с Соколовым как-то сдружились в то время, когда он в Саратовской Академии Мироходцев обучение проходил.

— Любопытно. Что из себя представляет этот Ермолов?

— Ничего такого, что могло бы нас заинтересовать — по нашей линии и по линии жандармов, все чисто. Мы за ним будем присматривать.

— Да уж, за одним уже присмотрели, — мстительно напомнил заму Ворон.

— Яков Дмитриевич…

В этот момент в дверь постучали.

— Входи, Елена — властно разрешил Игнатьев и в комнату вошла молодая девушка.

— Ваше сиятельство, там виконт Верховцев Леонид Александрович в приемной, — сообщила она. — Говорит, что у него с вами встреча.

— Так и есть. Проси его и принеси нам чайку с лимоном, — распорядился Ворон.

— Хорошо, Яков Дмитриевич.

Девушка вышла из кабинета, а следом за ней удалился и Никонов. Спустя минуту вошел Верховцев.

Игнатьев с любопытством посмотрел на гостя и отметил, что с того момента, как он видел виконта в последний раз, он не сильно изменился. Разве что седины на висках немного прибавилось и взгляд стал более суровым, а в остальном все такой же — никаких эмоций на лице и холодный опасный взгляд.

Верховцев в то же время окинул взглядом Игнатьева.

— Добрый вечер, Леонид Александрович, — поприветствовал гостя Ворон и указал на стул, который до этого момента занимал Никонов. — Пожалуйста располагайтесь.

— Здравствуйте, Яков Дмитриевич, — сказал в ответ Верховцев, сделал несколько шагов и сел на предложенный стул.

Дверь кабинета открылась и вскоре на столе главы тайной канцелярии появился миниатюрный чайник, две чашки, сахарница и блюдце, на котором был выложен нарезанный тонкими дольками лимон.

— Я рискнул предположить, что с дороги вы не откажетесь от чашечки горячего чая?

Игнатьев задал вопрос таким тоном, как будто они были знакомы уже очень давно. Хотя, можно сказать, что где-то так оно и было. Во всяком случае, заочно их знакомство и в самом деле было довольно давним. Интересно, что они оба испытывали схожее чувство — как ни крути, а совместная служба сближала. Люди, которые выбрали один и тот же путь служения Отечеству, невольно вызывали взаимное уважение друг у друга.

— Не откажусь и с удовольствием выпью. На улице не самая приятная погода, так что чашка чая, да еще и в компании своего бывшего шефа, будет очень кстати.

— Тогда на здоровье, — усмехнулся Ворон и взял в руки чайник.

Он неспешно наполнил чашки, а дальше каждый позаботился о себе сам, положив сахара и лимона столько, сколько посчитал нужным.

Если бы перед Игнатьевым сейчас сидел не бывший сотрудник тайной канцелярии, то он безусловно выдержал бы паузу и заставил собеседника как следует понервничать перед разговором. Обычно это шло только на пользу, но только не в данном случае.

Ворон был уверен, что Верховцев и сам неоднократно пользовался подобными методами, да и потом — заставить опытного сотрудника тайной канцелярии нервничать, дело весьма непростое, если не сказать безнадежное.

Поэтому, как только с приготовлением напитков было покончено, и герцог почувствовал на себе вопросительный взгляд гостя, он повел разговор.

— Как вам на пенсии, виконт, не скучно?

— Странный вопрос, ваше сиятельство, — улыбнулся Верховцев. — Вы что же, решили меня вернуть на службу? Неужели у нас закончились молодые дворяне с горячими сердцами? Насколько я понимаю, от недостатка хороших кадров тайная канцелярия никогда не страдала. Очередь стоит — да еще из таких известных родов, что даже можно голову потерять от растерянности.

— Верно говорите, — кивнул Игнатьев. — Очередь в контору имеется… Да нет, на службу я вас возвращать не планировал, дело не в этом.

— Яков Дмитриевич, нужно ли говорить, что я уже достаточно заинтригован и вы можете переходить ближе к делу. Не думаю, что у главы тайной канцелярии слишком много свободного времени, — Леонид Александрович сделал пару глотков чая и одобрительно хмыкнул. — Хороший, кстати.

— Вы правы, виконт — со временем у меня и в самом деле беда, его катастрофически не хватает, — вздохнул Ворон. — Ну, к делу, так к делу. По моей информации с некоторых пор вы работаете на Владимира Михайловича Соколова?

— Так и есть. Никаких секретов я из этого и не делал. Надо же чем-то на пенсии заниматься, чтобы не скучно было, правильно? Ну а работа начальником службы безопасности у такого древнего рода, как Соколовы — это не самое плохое занятие, согласитесь, ваше сиятельство.

— Спорить не буду, род и в самом деле весьма древний. Вот только в недавнем прошлом произошли кое-какие события, которые бросили тень на эту фамилию, вы знаете об этом? — вопросительно поднял брови Игнатьев.

— Само собой, — кивнул Верховцев. — Но, насколько мне известно, мальчишка ни при чем или возникли какие-то вновь открывшиеся обстоятельства?

— Нет, ничего такого, о чем вы могли бы не знать.

— В таком случае не понимаю, почему бы мне не поработать на Владимира Михайловича. Парень он хороший, не глупый — мне понравился. По крайней мере, мне бы очень не хотелось, чтобы с ним случилась какая-нибудь непоправимая беда, — после этих слов Леонид Александрович бросил на своего бывшего коллегу многозначительный взгляд.

— Почему вы думаете, что с ним может что-то случиться?

— Профессиональная интуиция подсказывает, ваше сиятельство, — усмехнулся Верховцев.

— Понятно. В таком случае предлагаю перестать упражняться в остроумии и перейти к более конкретным вещам, — нахмурился Ворон. — Вы не глупый человек, виконт, так что для начала хочу получить от вас честный ответ на прямой вопрос — зачем вы пошли к Соколову? Предупреждаю сразу, от вашего ответа будет зависеть дальнейший ход нашей с вами беседы.

— Скажем так — я ознакомился со всей этой историей, которая произошла с его отцом два года назад и у меня возникло множество вопросов, — ответил Леонид Александрович после минутного размышления. — Точнее сказать, не к самой истории, а к тому, что случилось после. Слишком все гладко вышло для его бывших деловых партнеров, которые с легкостью растащили его имущество, оставив Владимира Михайловича с небольшой деревенькой в Саратовском княжестве.

— Понятно. Кто же вам посоветовал, как вы говорите «внимательно ознакомиться со всей этой историей»?

— Никакого секрета здесь нет. Мой старый знакомый, Тимофей Александрович Заплатин. Раньше он служил поверенным у отца Соколова. Ну а не так давно он обратился ко мне с вопросом — не хотел бы я поработать на Владимира Михайловича, — ответил Верховцев. — Разумеется, перед тем как давать ответ, я задал старику несколько вопросов, кое-что поискал в сети, кое-кому позвонил… В общем, не мне вам объяснять — провел некие оперативные мероприятия, после которых пришел к определенным выводам.

— Не поделитесь своими выводами со мной?

— Охотно. Думаю, что ему может угрожать опасность и, кстати, это не только предположения. Совсем недавно Заплатин был убит, и я думаю, что здесь замешаны враги Соколова.

— Враги Соколова…, — вздохнул Ворон. — Значит они есть?

— Думаю да, — усмехнулся виконт. — Кстати, мне даже удивительно, что тайная канцелярия не обратила свое внимание на некоторые факты раньше. Некоторые из них вполне себе красноречивы.

— Леонид Александрович, я прекрасно понимаю, о чем вы сейчас говорите, но хотел бы вас предостеречь от ложных выводов. Я понимаю, вам может казаться, что мозаика сходится, но на самом деле не все так просто.

— Вы сейчас о чем, Яков Дмитриевич?

— Именно о том, о чем вы мне намекаете. Ведь вы говорите, что во всей этой истории замешены герцоги — Болотов, Морозов и Салтыков, так ведь? — Верховцев промолчал в ответ. — Можете даже не отвечать — мы с вами оба не дураки. Но только ведь знаете, как оно бывает у родов такого калибра? Дружба — дружбой, а вот денежки — врозь. Может быть, они и не знали о подковерных играх Михаила Федоровича Соколова, а когда все это случилось — просто воспользовались ситуацией. Вы об этом не думали?

— Думал, — кивнул Верховцев. — Но мне почему-то так не кажется.

— Мало ли кому и что может казаться. Но вот то, что так не кажется вам и вашему юному работодателю, это я уже понял. Ведь именно поэтому вы решили разделаться с поверенными герцогов? — спросил Игнатьев и внимательно посмотрел на своего бывшего коллегу.

К его удивлению виконт очень хорошо умел держать удары. Даже такие мощные как этот. На его лице не дернулся ни один мускул, и оно оставалось таким же беспристрастным, как и минуту назад. Такое ощущение, что Леонид Александрович вовсе не услышал последнего вопроса.

— Не понимаю о чем вы говорите, Яков Дмитриевич, — наконец сказал он и допил свой чай.

— Все вы прекрасно понимаете, — отмахнулся Ворон. — Заплатина убили, вот вы и решили, что нужно отплатить предполагаемым врагам той же монетой!

— Вы забываете, что Заплатин ко мне имел весьма посредственное отношение.

— Ну не именно вы решили, а Соколов Владимир Михайлович решил, что это меняет, если вы на него работаете и выполняете его распоряжения? Только даже не пытайтесь мне говорить, что это не ваших рук дело. Не обижайте меня, Леонид Александрович, — сказал Игнатьев и откинулся на спинку стула. — Тем более, что мне известно гораздо больше, чем вы думаете. Всего за неделю у вас появился отличный силовой отдел, а для чего он создавался, если не для осуществления подобных операций?

— Вот уж не думал, что вызову такой большой интерес со стороны своих бывших коллег, — хмыкнул Верховцев.

— Не льстите себе, Леонид Александрович. Вы нас интересуете постольку-поскольку. Больше мы печемся о здоровье Владимира Михайловича, которому в последнее время очень симпатизирует Николай Александрович Романов, — нахмурился Ворон. — Собственно я вас поэтому и позвал на разговор. Император печется о здоровье этого молодого человека, а вы между тем устраиваете родовые войны.

— У вас есть какие-то конкретные факты?

— Конкретных фактов у меня, разумеется, нет и вы со своими ребятами позаботились, чтобы именно так это и было, — сказал Яков Дмитриевич. — Да они мне особо и не нужны. Я вас позвал не для того, чтобы угрожать вам или вашему работодателю тюрьмой.

После этих слов равнодушное выражение лица виконта сменилось на заинтересованное, что сразу же заметил его бывший шеф.

— Не смотрите так, Леонид Александрович — я действительно не собираюсь делать из вас или Соколова врагов. Если вам показалось, что я сейчас на чьей-то стороне, то сразу скажу — вы заблуждаетесь. Правда в том, что в данный момент я полностью нейтрален. Скажу даже больше — если у вас возникнут какие-то трудности… кхм… в работе, я даже готов буду прийти вам на помощь, но у меня есть одна просьба.

— Слушаю вас, ваше сиятельство.

— Меня интересует информация.

— Не могли бы вы уточнить — я не совсем понял. Какого рода информация вас интересует?

— Поймите меня правильно, виконт, в данный момент существует хрупкое положение вещей, которое очень легко разрушить. Я не хочу, чтобы погиб Владимир Михайлович, но и выяснять, что именно случилось два года назад — сейчас также никто не будет. Там слишком много темных пятен, слишком много вопросов, на которые нет однозначного ответа. Поэтому устраивать войны и топить улицы в крови — я не позволю, — Игнатьев склонился над столом, сложил руки в замок и посмотрел на собеседника своими черными глазами — ну точно Ворон. — Сейчас очень неподходящее время для всего этого. Молодой Соколов демонстрирует отличные результаты на службе Императору и считается одним из лучших Мироходцев империи, вот пусть и служит себе. Во всяком случае пока идет война…

— Вы не ответили на мой вопрос, ваше сиятельство.

— Меня интересует любая информация, которая будет касаться планов вашего работодателя насчет возобновления боевых действий в городе, — ответил Яков Дмитриевич. — Я знаю, что он сейчас потихоньку пытается собрать свое растерянное имущество и не против этого. Корпоративная война — это дело совершенно другое. Пусть развлекается, пока это не касается человеческих жизней. Вы понимаете меня?

— Вполне, — кивнул Верховцев.

— Вам нужно время на ответ?

— В этом нет необходимости, я отвечу вам отказом, — ответил Леонид Александрович. — Я не собираюсь докладывать вам о планах Соколова. Пусть каждый занимается своим делом. Вы не забыли, что с некоторых пор я не служу в тайной канцелярии? Теперь я работаю на Владимира Михайловича и за мою работу он мне хорошо платит. Слуги, которые служат сразу нескольким господам, как правило, очень плохо заканчивают.

— Вы хорошо подумали над своими словами, виконт? Я бы вам очень советовал хорошенько поразмыслить, после чего разрешаю попытаться дать ответ еще раз.

— Яков Дмитриевич, поверьте, перед тем, как что-то говорить, я всегда думаю и этот случай не исключение. Вы же не можете мне приказать?

— К сожалению, нет, — хмыкнул Ворон.

— В таком случае, мне больше нечего добавить.

Герцог еще какое-то время смотрел на Верховцева, а потом кивнул.

— Хорошо, тогда будем считать, что наш разговор окончен. Я буду присматривать за вами.

— Спасибо за чай, Яков Дмитриевич, он и в самом деле был очень хорош, — Леонид Александрович встал со стула и пошел к выходу.

— Верховцев, — окликнул его Ворон, когда виконт уже открыл дверь в кабинет. — И все-таки не забудьте о моих словах — если вам нужна будет помощь в работе, можете обращаться не стесняясь.

— Спасибо, ваше сиятельство, я буду иметь это ввиду, — ответил Леонид Александрович и вышел из кабинета.

* * *

Верховцев был прав, с того момента, когда я был в своем новом офисе в последний раз, он изменился до неузнаваемости. Теперь в нем бурлила жизнь. Все было не так. Новая мебель… новые люди… и, разумеется, новое ощущение от всего этого.

Улыбающийся Ермолов шагал рядом со мной, а сотрудники с интересом смотрели на меня и перешептывались между собой. Разумеется, они прекрасно понимали кто я такой — интернет для этого был, да я особо этого и не скрывал. Да и вообще — как не понять, если за мной следует вся королевская рать в лице Верховцева, Давыдова, Свиридова, да еще и парочка охранников ко всему прочему.

Практически все сотрудники на первый взгляд мне понравились, и я даже подмигнул одной смазливой девчонке из отдела кадров, чем заставил ее смутиться и покраснеть. Хотя, что мне на них смотреть? Пусть Ермолов приглядывается, это ему с ними работать, а меня интересует лишь результат.

Для меня здесь был выделен самый большой кабинет с отличным видом, который Петр оформил очень даже неплохо. Кроме всего прочего, у меня даже имелась собственная приемная, где сидела какая-то смазливая совсем молоденькая девчонка. Наверное, Ермолов придумал для меня секретаря, который мне вообще был не нужен. Слишком часто бывать здесь я не собирался, а в качестве личной помощницы я планировал Лизу.

Увидев меня, девушка вскочила как ужаленная:

— Доброе утро, Владимир Михайлович!

— Привет. Тебя как зовут?

— Марина.

— Хорошее имя. Ты вот что, Мариночка, сделай так, чтобы нас никто не беспокоил минут тридцать, справишься?

— Конечно, ваше сиятельство.

— Вот и молодец.

В кабинете пахло деревом и кожей — запах от новой мебели еще не успел выветриться.

— Присаживайтесь, кому где нравится, господа, — сказал я и сел в большое кожаное кресло, которое стояло возле окна. В это хмурое утро хотелось быть поближе к свету.

Все расселись кому где было удобно и уставились на меня в ожидании начала совещания. По счастливым лицам финансиста и юриста было видно, что они ждут не дождутся, чтобы поделиться со мной радостными новостями. Я не стал издеваться над членами своей команды и улыбнулся:

— Ну что, господа профессионалы? Сорока принесла мне на хвосте радостную весть на счет Рязани, это так или ей перья нужно повыдергивать за ложную информацию?

Матвей был моложе юриста и гораздо деятельнее, а потому не оставил ему никаких шансов:

— Ваше сиятельство, это было блистательно! Вы бы видели недовольные рожи Баркаловых, когда они подписывали документы! — перемежая слова смехом говорил Давыдов. — Вам нужно самому присутствовать на подобных встречах, столько удовольствия можно получить.

— Не могу я себе позволить одновременно в нескольких местах бывать. Хотя, кто его знает, может быть со временем научусь, когда поймем, как Порталы иномирцев работают. Сам буду их открывать где вздумается, — парни на меня удивленно посмотрели, и я понял, что шутку они не оценили. — Ладно, не обращайте внимания. Рассказывайте дальше, Матвей Всеволодович.

— Но, разумеется, без помощи Артема Михайловича было бы сложнее, — продолжил рассказ Давыдов и посмотрел на млеющего от удовольствия юриста. — Он просто Бог юриспруденции!

Ну начинается, кукушка хвалит петуха…

— Ладно, господа, выпишу я вам премию, не переживайте, так что прекращайте друг друга нахваливать. Давай ближе к делу.

После этих слов Давыдов меня понял и стал более предметен. В результате ему потребовалось пять минут, чтобы я понял главное — почин положен. Пора идти дальше.

Было приятно узнать, что у Давыдова имелись не только дальнейшие планы, но они их уже даже успели обсудить с Ермоловым и Свиридовым. Все-таки приятно понимать, что ты не зря платишь людям большие зарплаты и они не теряют времени зря.

Все свелось к тому, что нам нужно было выбрать один из двух вариантов. Следующим объектом нашей экспансии будет либо Тверская мебельная фабрика, либо Астраханский судоремонтный завод. Насколько я понял Давыдова, второй вариант был более хлопотным и денег там потребуется много.

— Сколько? — спросил я, когда он закончил и в комнате повисла тишина в ожидании моего ответа.

— Не менее пятисот тысяч, — развел руками Давыдов. — Меньше никак. Нужно будет действовать быстро, скупать все, пока они не успеют опомниться. Если затянуть, потом этот вопрос обойдется дороже, придется выкупать часть акций у тех, кто догадается о нашей игре. Ну, а если у нас уже будет в активе Рязанский стекольный завод и мебельная фабрика в Твери, можно будет разговаривать о необходимой ссуде в банке. Тогда можно будет взять необходимые средства под Астраханскую сделку.

— Матвей Всеволодович, я найду для вас деньги, так что не теряйте времени и занимайтесь двумя вопросами сразу — и Астраханью, и Тверью.

— Владимир Михайлович, на это может потребоваться почти восемьсот тысяч, — вкрадчиво сказал он, будто беспокоился, что я не сразу пойму порядок цифр.

Я посмотрел в окно — на улице густо валил снег. Хорошая погода. Люблю такую. Может быть прогуляться по площади перед поездкой в Департамент? А почему бы и нет, кстати говоря. Времени у меня в достатке.

— Матвей Всеволодович, за время нашей работы я вас хотя бы раз обманул? — спросил я и встал с кресла.

— Нет, ваше сиятельство, что вы…

— Тогда делайте то, что я вам говорю — начинайте заниматься обоими вопросами сразу. Я же сказал — деньги будут.

— Прошу прощения, Владимир Михайлович.

— Вот так-то лучше. Хватит разговоров на сегодня, пойду снежки в охранников побросаю, — сказал я и под удивленные взгляды своих сотрудников вышел из кабинета.

Пусть удивляются, ничего страшного. Еще неизвестно, что нам сегодня в Департаменте Гринев расскажет. Может быть, мне уже будет не до прогулок по заснеженной Москве, а пока… Где там мои опричники? Сейчас точно кому-нибудь снежком закатаю!

Глава 25

Нервничать я начал, когда до общей встречи в Департаменте, оставалось полчаса. До этого мысли относительно Василисы и Екатерины как-то меня особо не беспокоили, но чем ближе был Департамент, тем настойчивее мне в голову лезли всякие вопросы. Главный из которых, собственно, был всего один — интересно, девочки не передерутся?

Учитывая происхождение обеих, надеюсь нет, а там видно будет… Во всяком случае, поводов я им для этого давать точно не буду, а там уже все будет зависеть от них.

Как оказалось, переживал я зря. Никто на меня с поцелуями не бросился, да и вообще все как-то на удивление спокойно прошло. Екатерина была подчеркнуто холодна — видимо ждала от меня звонка, но не дождавшись его, решила, что я как мужчина должен извиняться первым. Вполне обычное дело.

Что касается Соловьевой, то и она вела себя достаточно сдержано. Обычный стиль поведения. Если не знать, что между нами что-то было, то ничего и не скажешь.

Хотя, насчет последнего я был не уверен. Видимо женскую интуицию никуда не деть… Не думаю, что Салтыкова знала о том, что мы с Василисой теперь чуть больше, чем просто приятели, но тем не менее, время от времени бросала на нее странные взгляды. Или мне так просто казалось… Черт его знает, потом увидим.

Кроме нас четверых и Гринева, в его кабинете сидел еще один парень, которого я видел впервые. На первый взгляд около двадцати, может быть, чуть старше — по его худому и бледному лицу сложно было сказать точнее. А вот как он на нас смотрел, мне не понравилось. Какой-то брезгливый взгляд — такое ощущение, что он боялся заразиться от нас какой-нибудь проказой.

— Знакомьтесь, господа, это граф Григорьев Илья Александрович, — указал на него Василий Денисович. — Молодой человек заменит в вашей команде выбывшего Вешнякова. Он также дуалист и обладает аналогичными Дарами, так что отлично впишется в команду. Я думаю вы сработаетесь. По крайней мере, мне бы этого очень хотелось.

После его слов Григорьев ухмыльнулся. Граф? В таком случае, хотя бы понятно почему он так себя ведет. Хотя это не повод и в Портале громкий титул ему точно ничем не поможет. Нужно будет объяснить ему это при случае.

— Я Григорьеву уже объяснил, что к чему, — продолжил говорить наш куратор. — Так что он знает, чем вы занимаетесь и какие задачи выполняли до этого.

Мы обменялись между собой взглядами, но никто ничего не сказал. Гринев принял наше молчание как хороший знак.

— Вот и хорошо, что нет возражений по этому поводу. Мне бы не хотелось, чтобы на этом этапе у нас появилось какое-то внутреннее недопонимание.

— Мы постараемся, аншеф, — сказала Салтыкова на правах старшей группы. — Разумеется, если его сиятельство граф Илья Александрович Григорьев, не будет забывать о том, что его титул не везде уместен.

В ответ граф окатил ее холодным взглядом, открыл было рот собираясь что-то сказать, но промолчал. Жаль, если бы начал вякать, я с большим удовольствием сказал бы ему парочку теплых слов.

— Думаю, сработаетесь, — нахмурился Василий Денисович. — Между прочим, у вас других вариантов нет. Григорьев очень сильный Одаренный, а у нас нет возможности создавать новых по мановению волшебной палочки. Ладно, хватит друг на друга пялиться — еще успеете. Я хочу рассказать вам кое-что интересное.

Куратор дождался, пока все дружно сфокусируют на нем взгляд и продолжил.

— Я так понимаю, Василиса рассказала вам о своей дополнительной миссии на вашем последнем задании?

— Весьма образно, — ответил Минин. — Не буду возражать, если вы объясните понятнее.

— Просто у кого-то с серым веществом проблемы, — пробурчала Василиса.

— На самом деле в тот момент нам всем было не до того, чтобы слушать и анализировать информацию от Соловьевой, — сказала Екатерина. — Как вы понимаете, трудно сосредоточиться на чем-то если возле твоих ног лежит павший товарищ…

— Я тебя понял, Салтыкова, дальше можешь не продолжать. Не будем устраивать из совещания поминальную встречу. Кто-то погибает, так иногда случается и я не думаю, что нужно об этом сейчас говорить, — никто Гриневу возражать не стал, он был прав. — В общем так, если вы не поняли Василису, то я попытаюсь объяснить еще раз. К тому же Григорьева в тот день с вами не было, поэтому ему тоже будет полезно послушать.

— Может быть, давайте все-таки я попробую? — Соловьева зыркнула на аншефа своими ярко-зелеными глазами.

— Валяй, только не долго, — разрешил Василий Денисович. — У меня за последние несколько дней столько всяких совещаний и собраний было, что уже устал языком молоть.

— Ребята, в общем так. Как вы помните, камень смерти становится теплее, когда чувствует некроэнергию. Так работают и артефакты, которые делают из этого камня. Например, мой амулет, — в этот момент Василиса подняла руку и показала нам уже знакомый артефакт. — Самой собой, чем сильнее источник энергии, тем сильнее он греется.

— То есть камни чувствуют друг друга? — уточнил граф.

— Именно об этом я и говорю, — сказала Соловьева, недовольная тем, что он ее перебил. — Температурного максимума он достигает в тот момент, когда «чувствует» чистую некроэнергию, источником которой являются некроманты. Пока все понятно?

После своего вопроса Василиса демонстративно уставилась на Григорьева, намекая на то, что вопросы нужно задавать своевременно, а не перебивать ее на середине рассказа. В ответ Илья лишь небрежно хмыкнул.

— Тогда идем дальше. С такими артефактами в прошлый раз ушли все звенья. Мы проанализировали результаты и теперь имеем понимание, что в мире гоблинов источник энергии находится примерно в центре возникновения Порталов. Все амулеты указывали примерно в одно и то же направление, так что — эксперимент удался. Приблизительное место нахождения источника нам известно. Теперь остались лишь детали — чтобы не топать в его поисках по всему миру, нам нужно вычислить Портал, который находится к нему ближе всего.

— Ты так говоришь, как будто для этого нужно просто на компас посмотреть, — покачал я головой и улыбнулся. — Или есть какие-то мысли как это сделать?

— Разумеется есть, Соколов, — пробурчал Гринев. — Или ты думаешь мы в Департаменте от нечего делать круглосуточно находимся?

После этих слов я поймал на себе крайне выразительный взгляд Екатерины, который мог означать лишь одно: «Ну, теперь ты понял, где я постоянно пропадаю?». Да я и не против, но вот только мне от этого как-то не легче.

— Наши специалисты считают, что Порталы расположены в виде определенного узора, — сказала Василиса. — Сложная механика, которую я не могу объяснить вам на пальцах. Некромагическая фигура, которая состоит из множества Портальных точек и в конце концов создает так называемый некрогекс, в центре которого и должна находиться база некромантов. В общем, понятно?

Судя по тишине, которая воцарилась в кабинете Василия Денисовича после последней фразы Соловьевой, смысл сказанного ускользнул не только от меня, но и от остальных. Ну, может быть, еще Екатерина поняла о чем идет речь, так как смотрела на нас троих взглядом победителя.

— Короче, парни, — решил попробовать Гринев. — Ученые считают, что Порталы располагаются по определенному принципу и создают какой-то узор, в центре которого сидят некроманты, так понятно?

— Вот это уже кое-что, — хмыкнул Лешка. — А то некромагические фигуры непонятные, некрогексы и прочая хреновина… Голову можно сломать.

— Ну, если так понятнее, то это уже кое-что, — усмехнулся аншеф. — Теперь переходим ко второму вопросу, который мы должны обсудить. Чтобы проверить эту версию до конца, нам нужно попасть в некоторые конкретные Порталы. Необходимо выяснить — где именно вы окажетесь в том мире.

Вот это вот «вы окажетесь» ясно подразумевало только одно — скоро нас ждет очередной поход.

— И если все так, как мы предполагаем, — продолжал тем временем говорить Василий Денисович. — То у нас появится возможность понять — в какой именно Портал нужно войти, чтобы в результате оказаться поближе к некромантам. Вроде бы все вполне доступно объяснил, а если что-то непонятно — задавайте вопросы, не стесняйтесь.

— Вы сказали, что для проверки этой теории нам нужно будет попасть в какие-то конкретные порталы? — спросил Алексей.

— Ты все правильно понял, Минин, — ответил Гринев. — В связи с чем вопрос?

— Просто не хотелось бы слишком далеко уезжать, вот я и хотел узнать где именно они находятся.

— Можно сказать, что совсем рядом, так что не переживай, Минин, — успокоил его наш куратор. — Мы даже уже договорились с коллегами насчет того, что вы приедете. Так что вас встретят в самом лучшем виде, не стоит волноваться.

— Зачем нас встречать? — спросил я. — Мы вроде не маленькие, сами сможем разобраться.

— Если бы дело происходило в Российской империи, то безусловно смогли бы, я в этом даже не сомневаюсь. Но учитывая то, что вы полетите в Шотландию, будет лучше, если вас встретят.

— В Шотландию? — удивился Минин.

— Именно, — кивнул Гринев. — Если еще точнее — в Эдинбург.

Мы переглянулись и, судя по выражению лиц ребят, эта информация явно никого не обрадовала. Лететь черт знает куда, чтобы просто сходить в Портал — это такое себе удовольствие.

— Ближе ничего не смогли найти? — пробурчал Минин и погладил подбородок. — Теперь еще юбку в клеточку покупать… Зима за окном, между прочим! Так можно и отморозить чего-нибудь из нужного.

— Алексей Васильевич, выбирайте выражения, — усмехнулся аншеф.

— Кстати, ты хотел сказать — килт, — поправила его Салтыкова.

— В смысле? — насупился Минин.

— Предмет одежды, о котором ты говоришь, шотландцы называют килт, а не «юбка в клеточку», — поучительно сообщила ему Екатерина.

— Ну, мало ли как они его называют — юбка, она и есть юбка, чего тут обсуждать?

* * *

Великое Московское княжество.

Охотничье хозяйство «Лопатино».

Шел третий день с того момента, как Гаврила Степанович Унковский оккупировал самый большой гостевой дом в охотничьем хозяйстве Лопатино, что расположено всего в сотне километров от Москвы. За это время он успел настолько измучить персонал, что они уже дрожали, если слышали трубный голос маркиза, которым он безустанно раздавал различные указания.

Однако сегодня для них был небольшой праздник — к Унковскому пожаловал гость, после встречи с которым он намеревался покинуть «Лопатино».

Гостя звали Крестов Сергей Дмитриевич, который в определенных кругах был известен просто как Крест. Невысокий, полный, лысый — по внешнему виду и не сказать, что Сергей Дмитриевич являлся лидером довольно мощной московской криминальной группировки, которая так и называлась без особых затей — Крестовские.

Несмотря на то, что дорога до «Лопатино» заняла какое-то время, да и вообще Крест целый день ничего не ел — от ужина он отказался, чем весьма удивил Гаврилу Степановича. Судя по его прошлому опыту, обычно бандиты были не прочь хорошенько выпить и закусить, но вот оказывается были и исключения из правил.

Собственно, так оно и было на самом деле — Крест всегда выпивал и ел один. Была у него такая вот необычная странность. Лишь в самых исключительных случаях он позволял себе изменить своим привычкам, но сегодняшняя ситуация не попадала под категорию экстраординарных событий, поэтому он отказался даже не раздумывая.

В данный момент он сидел напротив не до конца еще пришедшего в себя после бурных излияний Унковского и рассматривал фотографии. Каждая из них была подписана, поэтому он время от времени заходил в интернет и что-то там смотрел.

Герцоги рекомендовали Унковскому Креста как очень надежного партнера, который если уж берется за какое-нибудь дело, как правило, доводит его до конца. В общем, репутация у него отменная, впрочем и расценки не маленькие.

Гаврила Степанович не считал себя бедным человеком, но даже у него глаз задергался, когда Крест озвучил цену вопроса. По двадцать пять тысяч за Давыдова, Свиридова и Ермолова, пятьдесят за Верховцева, а вот за Соколова бандит запросил целую сотню.

В целом, вся эта история должна была обойтись маркизу в весьма приличную сумму — двести двадцать пять тысяч. Унковский пил холодное пиво из запотевшего бокала и размышлял. Деньги просто громадные, так что здесь было над чем подумать.

Сумма эта у него была, но все равно как-то уж слишком крепко она звучала… Двести двадцать пять тысяч… Да за такие деньги можно не то, что пятерых человек уложить — полгорода в могилу свести!

Кстати сказать, герцоги тоже хороши — сказали, что если цена вопроса ему покажется слишком большой, то могут ссудить ему без процентов немного. Вот суки! Без процентов! Да они должны вообще половину сами заплатить, учитывая, что Унковский сам этим вопросом заниматься будет!

— Гаврила Степанович, дешевле я не могу, — развел руками Крест и посмотрел на маркиза своими рыбьими глазами. — Сами понимаете, все пятеро серьезные люди. К тому же, Соколов вообще из весьма известного древнего рода. Молодой Владимир Михайлович недавно от Императора собственное владение получил… Выходит, на виду сейчас парень, а вы просите сбросить половину… Разве это справедливо? Сами понимаете — хороший труд должен справедливо оплачиваться

— Двести двадцать пять тысяч это в два раза больше, чем я планировал за них заплатить, — ответил маркиз и рыгнул.

— Если хотите, мы можем остановиться только на Соколове, — пожал плечами Крест. — Собственно, зачем вам все пятеро? Лишняя трата денег на мой взгляд.

— Нет, все! Я хочу, чтобы все! — скрипнул зубами Унковский. — Я не хочу, чтобы потом кто-то другой их нанял! Пусть мою фамилию запомнят надолго!

— Тогда двести двадцать пять тысяч и будем считать, что мы договорились. Дело сложное, подготовка больших затрат потребует, поэтому меньше с вас взять никак не могу. Но если вы хотите, я могу порекомендовать вам кого-нибудь еще, — сказал Крестов и погладил себя по круглому животику, который выпирал из-под пиджака. — Правда никаких гарантий успеха дать не смогу, но зато это обойдется вам дешевле. Только вот что потом будет делать Соколов, если останется в живых и узнает, что вы его убить хотели? Кстати, это не только Владимира Михайловича касается, но и Верховцева, например…

— Он тут причем? Тоже мне большая птица!

— Какая бы ни была, а из тайной канцелярии вылетела, — гаденько улыбнулся Крест. — К тому же дворянин. Так что, при желании может неприятностей устроить немало. Поэтому все у нас одно к одному получается. Дело хлопотное, оттого и прошу за него немало. Ну а решать вам, Гаврила Степанович.

Унковский посмотрел на пол, большая часть которого была покрыта огромной медвежьей шкурой. В какой-то момент он почувствовал себя этим самым медведем, из которого вытрясли все потроха, а шкуру бросили на пол. Вот примерно так он будет ощущать себя после того, как Соколов у него все заберет и оставит с голой задницей.

Такое себе ощущение, если честно. Уж очень не хотелось ему оказаться в такой неприятной ситуации. Лишиться теплой шкуры, вместо того, чтобы греть ее на диване «Рахат-лукума» и щупать молодых красавиц… Нет, этому не бывать! Зря Соколов ручонки свои к его заводам потянул, придется их отрубить по самый локоть.

— Может сойдемся на ста пятидесяти? — предпринял он последнюю попытку, но Крест лишь покачал головой. — Ну черт с вами, пусть будет двести двадцать пять! Моя фамилия этому щенку поперек горла станет!

___________________________________________________

От автора:

Дорогие читатели!

На этом месте заканчивается третий том приключений Сильвиана Красса и по совместительству Владимира Соколова. Надеюсь вы с удовольствием следили за ними.

Еще раз хочу поблагодарить вас за поддержку, лайки, покупки, награды и теплые слова — поверьте, для меня это очень важно и приятно. Я же, в свою очередь, постараюсь радовать вас продолжением этой истории и делать ее как можно интереснее! Кому все понравилось, но про лайк он забыл — лепите прямо сейчас, лишним не будет и даже наоборот!

Делитесь впечатлениями в комментариях насчет финала третьего тома и не забывайте: БЕЗ ВАШЕЙ ПОДДЕРЖКИ — НИКАК!

Я очень рад, что вы приобщились к этой истории и хочу сказать вам за это отдельное спасибо!

Ну а теперь, прошу в путь! Четвертый том и новые приключения ждут вас прямо сейчас!

На этот раз привычной ссылки не будет (теперь это запрещено правилами «»), но внизу есть кнопка: «Следующая книга цикла». ЖМИТЕ!

Nota bene

С вами был Цокольный этаж, на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Третье правило дворянина

Content

Третье правило дворянина

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Nota bene