Данберг Дана

Жених для непоседы

Пролог

– Деда! – я влетела в кабинет своего любимого дедушки. Правда, сейчас я его таковым не считала. – Как ты можешь со мной так поступить?! Как ты вообще мог подумать, что я соглашусь на такое?! Это позор для нашего Рода!

Я топнула ногой, останавливаясь перед его столом и упирая руки в бока.

Передо мной сидел седой, но еще не старый человек, косая сажень в плечах. Я всегда восхищалась дедом. Даже несмотря на то, что сильный маг и неплохой стрелок, он и мечом был помахать не прочь. Хотя есть семейная легенда, что он подосланного убийцу и вовсе укокошил одним ударом пудового кулака. А другие знакомые мне маги – хлюпики какие-то, только и знают, что по светским салонам мотаться и тратить все свободное от этого важного занятия время на самых элитных модисток и брадобреев. Тьфу, короче!

– Так! – дед поднял бровь. – Объясни-ка мне любимая внученька, чем именно ты недовольна. Конкретно и без эмоций, как я тебя учил.

– Объяснить? – я сузила глаза. – О, я сейчас объясню! Все объясню!

Я встала в позу оратора. Ну, практически. Под взглядом деда захотелось склонить голову, но я подавила этот низменный порыв. Еще не хватало!

– Я не хочу в этом участвовать. Это унизительно! – практически продекламировала я и все-таки сбилась под хмурым дедовым взглядом. – Почему я, наследница графства Де Велрани, должна участвовать в этом спектакле?

– Во-первых, ты не наследница, – припечатал глава Рода, – наследник – твой брат. И если ты не собираешься идти на службу после окончания университета, то тебе придется выйти замуж.

– Значит пойду на службу! – я топнула ногой.

– А не позором ли рода Де Велрани будет, если его дочь пойдет работать на мануфактуру простым артефактором? И еще хуже, к частному лавочнику, мелочь всякую делать – отличная карьера, я считаю! Говорил тебе, учиться на искусствоведа, нет, она на артефакторный пошла!

– И что, на зарплату искусствоведа нынче можно прожить дочери графа и внучке главы Рода? – не будем упоминать про то, что я в искусстве ничего не понимаю, и не горю желанием всю жизнь заниматься изучением творчества какого-нибудь художника или, не приведи боги, скульптора.

– Можно подумать, что на зарплату младшего мага-артефактора ты будешь шиковать. Да и невместно тебе, дочери графского рода с тысячелетней историей.

– Ну так у нас не одно предприятие есть, пристрой меня куда-нибудь.

– Еще скажи, руководителем, – фыркнул дед, успокаиваясь. – А никем другим на наших предприятиях ты быть не сможешь.

– И что же делать?

М-да, вопрос, конечно, хороший. Мне уже давно было сказано, что как только я окончу университет, меня отпустят в свободное плавание. Не то чтобы семья не хотела мне помогать, просто в нашем Роде принято, чтобы молодое поколение на своей шкуре почувствовало, что в жизни ничего просто так в руки не падает. Заведено так столетиями.

Брат, например, сейчас служит где-то на границе в обычном гарнизоне. Но тут надо добавить, что он закончил военную академию и служит он по специальности – штатный маг-артефактор.

Младший же брат живет с родителями в королевстве Кальн, где отец возглавляет дипломатическую миссию. Ну так маленький еще, а вот достигнет десяти лет в следующем году и вернется сюда, под крылышко деда, как я когда-то. Там, к сожалению, невозможно нормально учиться, просто нет младшего магического академиума для детей дипломатов.

– Что делать? – задумался дед, потом пожал плечами. – И что же тебе делать? Наверное, как и все идти на бал дебютанток и участвовать в Императорском отборе.

– Нет, я бы поняла, если бы там и правда среди женихов был кто-то из Императорской фамилии, но наследник и средний принц давно женаты, а младший мог бы участвовать только года через три в лучшем случае. И кто же остается? – я гневно глянула на деда. – Ты этих женишков вообще видел?!

– Прекрасные молодые люди! – фыркнул дед, впрочем, не без ехидства. Наших столичных женихов он знал наперечет, ко мне уже год как пытаются свататься.

Проблема только в том, что графов и маркизов здесь не так уж много, а герцоги в мою сторону даже не посмотрят – я для них не слишком выгодная партия. Хотя всякое случается, конечно. Сватался ко мне один герцог, он был дважды женат, похоронил обеих жен, детей нет, все состояние промотал, а приданое у меня богатое. Конечно, получил отлуп от деда, причем, чуть до рукоприкладства не дошло, уж слишком он был настойчив.

Но в основном ко мне сватались виконты и даже бароны. Да, мы не самый богатый и сильный род, из так называемой потомственно имперской аристократии, то есть когда практически все взрослые мужчины рода находятся на государственной службе, но и им место свое знать надо. Если у твоей семьи есть пара заводов – это еще не значит, что можно свататься к графине.

– К тому же женихи и невесты съедутся со всей страны, и там найдется тебе достойная партия.

Вообще, у нас Империя не маленькая, но вот аристократов не так чтобы много. Просто в отличие от другие государств, у нас наличие способностей к магии автоматически не дает права на герб. Тут, конечно, все от способностей зависит, но у простолюдинов они редко бывают выше среднего. При этом дать дворянский титул могут и обычному человеку, не магу, просто за заслуги перед Империей.

– Достойная партия? Думаешь, – я сузила глаза, – много достойных молодых людей захочет выставлять себя на всеобщее обозрение как в цирке? Думаешь, им понравится, что за каждым их действием наблюдает вся страна и каждый их промах будут оценивать все, даже последние простолюдины? Зачем Его Величество вообще это затеял?

– Не нам обсуждать волю Его Величества. Ты участвуешь и точка!

– Ну деда! Я тоже не хочу, чтобы на меня смотрели как на цирковую зверюшку!

– Тогда тебе придется изменить свое отношение, Марианна. Я все сказал!

Я собралась еще покапризничать и потопать ногами, но когда дед говорит таким тоном, то лучше не спорить. Слушать двухчасовую лекцию о том, как должна вести себя молодая леди, мне совершенно не хочется, а дед сейчас был очень близок к этому. М-да, вот и поговорили…

Глава 1

Бал дебютанток, значит?

Да, Императорский отбор открывался именно им, традиционным мероприятием в честь весеннего Дня пробуждения. Символично, ага! Причем, бал этот ежегодный, а вот отбор далеко не каждый год, а когда Его Величеству захочется. Предыдущией был, когда он среднего сына женил. У Наследника-то, понятное дело, династический брак с принцессой соседнего королевства, а вот второй принц должен был выбрать жену из нашей аристократии – положено так.

Так вот, на балу дебютанток будут присутствовать не только участницы отбора, но и те, кого просто должны были вывести в свет в этом году. А таких немало.

Спрашивается, кто не захочет отправить свою дочурку на отбор, на котором будут присутствовать видные женихи? Да кто угодно! Девушка может быть слишком молодой, ведь на бал пускают с семнадцати, а на отбор с восемнадцати, да и то это минимальная планка. Кто-то не захочет отправлять в свободное плавание свою малолетнюю кровиночку, ведь она может так накуролесить, что мало не покажется.

Даже я помню, как в прошлый раз, мне тогда было двенадцать, вся страна обсуждала историю страстной и всепоглощающей любви восемнадцатилетней герцогини и офицера Императорской гвардии, всего лишь барона, причем из обедневшего рода. Явный мезальянс. Думаю, ее родители были просто “счастливы” от выбора дочки! Но да, вся страна вздыхала и охала, любуясь на красивую пару, а мне казалось, что ничего путного из этого не выйдет.

Собственно, как в воду глядела. Уже через год они напросились на аудиенцию к Императору, прося развода. Был страшный скандал. Развод им дали, но офицера услали в какой-то дальний гарнизон, а ветреная герцогиня переехала в соседнее королевство и опять выскочила замуж.

Мне-то дед по непонятной причине доверял. Хотя у меня и было желание отчебучить что-нибудь этакое, но все же я не настолько глупа, чтобы ломать себе жизнь. Вот игнорировать всех женишков – это другое дело. В общем, план примерно такой, да…

К чему я это все? А к тому, что мне предстоит знатное позорище!

Бал дебютанток – это крупное мероприятие, присутствовать будет около полутора тысяч человек, а все, кто участвуют в отборе будут кем-то вроде животных в зоопарке или лошадей на скачках. У нас даже специальные ленты будут через плечо с номером, только таблички с надписью не хватает: “Марианна Де Велрани, графиня, девятнадцать лет, студентка Императорской Академии Магии. Сладким не кормить”. Ну а что? Мне пирожными можно взятки давать. Точнее, можно будет, когда я работать пойду.

Я с ненавистью посмотрела на платье, висящее рядом с ширмой.

Нет, само платье было очень даже ничего: холодного серо-фиолетового оттенка, со струящейся тканью низа и жестким верхом, состоящим из корсета, довольно закрытого лифа-кокетки и облегающих рукавов три четверти. Скромно и со вкусом, а главное, мне оно очень шло.

И все было бы отлично, если бы не белая лента через плечо и цифра двадцать один на ней. Позавчера по визору был розыгрыш, кому какой номер достанется. Ведущий достал из барабана этот номер при объявлении моей фамилии. Цирк и позорище, честное слово! А вчера мне доставили с курьером эту ленту. Хорошо хоть она была максимально нейтрального цвета, а то сталось бы с организаторов сделать ее розовой или салатовой.

Горничная помогла мне надевать платье так, чтобы не потревожить уже сделанную прическу, затянула корсет, сверху накинула ленту.

– Его Сиятельство просили передать, – с этими словами девушка открыла шкатулку черного дерева, в которой оказался сапфировый с вкраплениями бриллиантов гарнитур из сережек, диадемы, подвески и броши.

Прическу пришлось немного подправить под диадему и аккуратно приколоть ленту брошью – не хватало еще, чтобы это безобразие соскальзывало и приходилось его подтягивать. Подвески, правда, за лентой было не видно, но разбивать артефактный гарнитур – не самая блестящая идея.

– Ваши перчатки, миледи, – Селина, моя бессменная горничная с десяти лет, помогла мне разгладить на руках высокие перчатки, натянутые почти до рукава – между ними был зазор всего лишь в пару сантиметров.

– Спасибо, – я постаралась ей успокаивающе улыбнуться, но у меня, видимо, не получилось.

– Не хмурьтесь, миледи, морщины появятся. – Я фыркнула, но ответить не успела, пришел слуга деда и сообщил, что тот ждет меня внизу.

К сожалению, на балу он присутствовать не будет. Со всеми дебютантами будут родители или другие родственники, но конкурсанткам должно явиться без сопровождения. Якобы родичи могут повлиять на выбор.

Ну так в любом случае могут, нас же не запирают в высокой башне без общения с семьей. Пока, во всяком случае.

Я спустилась в холл, где меня уже ждал дед. Он оглядел меня с головы до ног и остался доволен.

– Не посрами Род, внучка, – строго напутствовал он меня. – И не спеши, сегодня лишь первый день, впереди еще много мероприятий. Постарайся познакомиться как можно с большим количеством участников. И не кривись так!

Нахмурился он, когда я уже хотела высказаться насчет этих самых участников.

– И еще одно… Как мне стало известно, часть женихов Его Величество пригласил в приказном порядке, так что не суди их строго.

– Пригласил в приказном порядке? – я фыркнула забавному обороту деда, но кивнула. – Учту.

На самом деле, для меня это ничего не меняет. Лучше быть обычным магом-артефактором на мануфактуре, чем гоняться за женихами на отборе невест. Нет уж, эти лошадиные скачки без меня, пожалуйста!

Я накинула на себя подбитый мехом плащ. Несмотря на то, что сегодня День пробуждения, природа просыпаться и не думала, на деревьях только начали набухать почки и на улице было довольно промозгло и мрачно.

Дед собственноручно посадил меня в экипаж, во дворец, видите ли, неприлично прибывать на мобиле, пожелал удачи и удалился еще до того, как я набрала воздуха в грудь, чтобы еще раз высказаться по поводу того, как мне это все не нравится.

Очередь из экипажей тянулась медленно, но все имеет свойство заканчиваться, закончилась и она. Швейцар в ливрее по моде двухсотлетней давности подал мне руку, и я выбралась из экипажа. Впереди меня ждала высокая лестница в сотню ступеней и еще один швейцар, который сейчас приветствовал кого-то из конкурсантов. По лестнице помимо меня шла еще одна конкурсантка с видной издалека белой лентой и дебютантка с семейством.

Сотня ступенек, м-да. Наш император тот еще затейник. Хотя на самом деле, дворец в современном его виде появился пять столетий назад и такая лестница была одним из рубежей обороны. Не очень-то удобно атаковать, когда нужно бежать вверх по ступенькам. Да и нежелательных гостей так принимать удобно, им сразу указывают на их место.

Но в обычное время все пользуются другим входом во дворец, тоже парадным, но попроще. Поэтому-то Император и затейник, что заставил в этот раз всех преодолевать препятствие. В прошлый раз, когда дебютанткой была я, мы входили с другой стороны.

Тем не менее, ничего не оставалось делать, как подниматься, стараясь при этом не замечать напряженных гвардейцев, стоящих по обе стороны лестницы. Представляю себе, как будут выглядеть гости после такого променада. К тому же тут ветер, а прически…

Впрочем, меня это не касается – семейный артефактный гарнитур, точнее диадема, не даст испортить прическу даже под проливным дождем и ураганным ветром. Все продуманно. Наверное, дед что-то знал, когда отдавал драгоценности.

Теперь главное сохранить достоинство и не запыхаться. Впрочем, мне девятнадцать, а не сто девятнадцать, так что будем надеяться, что наверх я прибуду в надлежащем виде.

Я взлетела на вершину лестницы как раз в тот момент, когда швейцар открывал двери для идущего впереди меня семейства. Ну, точнее как взлетела, пришлось на середине даже притормозить, потому что отец этого самого семейства, грузный уже в летах мужчина, весь покраснел и обливался потом, карабкаясь вверх. Честно говоря, я уже готовилась к тому, что его хватит удар. Но нет, забрался.

Впрочем, обливался потом не он один, его не менее объемные жена и дочь чувствовали себя не лучше.

– Миледи? – отвлек меня от размышлений голос швейцара.

– Марианна Де Велрани, – представилась я.

– Графиня, прошу, – этот довольно молодой мужчина с явно военной выправкой распахнул двери, ведущие во дворец. Я вошла внутрь, где тут же скинула плащ на руки подскочившему служке.

Тут, в холле, было полно зеркал и маленькие диванчики, где можно было перевести дух после подъема. И они не пустовали. Все семейство, которое шло передо мной, тут же буквально повалилось на них, чтобы отдышаться. Красные лица, струящийся пот, испорченный макияж и прически – отличное начало. Тут же не уборная, поправлять все это великолепие придется у всех на глазах.

Я, впрочем, тоже подошла к зеркалу, просто чтобы удостовериться, что все в порядке. И осталась довольна. Только состроила еще более надменное лицо, чем было до этого, поправила ленту, убрала выпавший кулон под лиф. Мне было спокойнее, что главный защитный артефакт в комплекте спрятан от глаз окружающих. Нет, если бы не было ленты, его пришлось бы выставить на всеобщее обозрение, но сейчас я могла пойти на поводу у своих артефакторских инстинктов.

– Марианна Де Велрани, – опять представилась я, подойдя теперь уже к распорядителю, который стоял напротив распахнутых настежь огромных арочных дверей. Судя по токам в них, артефактных.

Хотела бы я их изучить, да кто ж мне даст-то?

– Графиня Марианна Де Велрани! – объявил распорядитель на весь зал, куда я и прошла вслед за ним.

Впрочем, на это мало кто обратил внимания. Кто-то разговаривал, кто-то фланировал по паркету, юные девы либо стояли с родителями, либо сбились в кучку и о чем-то хихикали. Именно они обратили на меня больше всего внимания, скривив мордочки при моем появлении.

Знакомых среди них не было, вроде бы, так что их недовольные лица, скорее всего, относились к тому, что я одна из конкурсанток.

Не повезло девицам, что уж тут! Мало того, что первый бал – это вообще волнительное мероприятие, так тут еще и отбор проходит, в котором участвуют не самые последние молодые леди в Империи. Некоторые из которых в другом случае на бал бы не явились. Я, например, в этом году на него не собиралась, ибо замужество – не приоритетная моя цель в ближайшие годы, сначала надо Академию закончить, а это еще три года. И кстати, у нас полно достойных молодых людей, если уж озаботиться матримониальными планами.

Впрочем, может с другой стороны им и повезло, потому что здесь соберутся не только девушки, которые этого не планировали, но и мужчины. Много холостых мужчин!

Все это я замечала, пока спускалась по лестнице, взглядом искала знакомые лица, чтобы подойти поздороваться. Ну и заодно за кого-то зацепиться. Ходить одной по залу просто неприлично. Как назло, знакомые стояли либо большими компаниями, либо со своими семействами. Подойти поздороваться можно, но уводить оттуда никого нельзя.

Но стоило мне сделать последний шаг с лестницы на паркет, как около меня материализовалась в буквальном смысле вездесущая маркиза Ла Прентеро.

– Мари! – громким шепотом окликнула она, потому что оказалась от меня сбоку сзади, кажется выскочив откуда-то из-за пределов зала. Что она там делала? Носик ходила пудрить, наверное, вроде бы уборные были в той стороне.

– Каро, рада тебя видеть! – улыбнулась я. – Тринадцатый?

Я кивнула на ее ленту. Когда вчера показывали жребий, я опоздала к началу. На улице был затор из-за двух столкнувшихся экипажей, так что я задержалась больше чем на час, и успела только к моменту, когда объявили меня.

– Да, – отмахнулась она. – А ты не смотрела, что ли?

– Опоздала к началу.

– Меня выбрали первой из маркиз, а тебя предпоследней из графинь, так что…

– Понятно. Ну и как тут обстановка?

– Напряженная, – неожиданно утратив веселость ответила она, оглянулась, кого-то высматривая. – Клуш видела?

О, мы с Каролиной дружили давно, и то, что она имела в виду ту группу дебютанток, я поняла сразу, так что кивнула.

– Будь с ними аккуратной, одна из них меня чуть вином не облила. Специально толкнула под руку какую-то даму, когда я проходила мимо.

– Ты в порядке? – теперь понятно, почему она была в уборной.

– Теперь да, но на платье попало несколько капель – пришлось чистить.

М-да, неприятненько, хоть бытовая магия и творит чудеса. Вот только не все ею владеют на должном уровне. А то, что Каро студентка той же Академии, что и я, только факультета стихийной магии, мало кто знает, ведь там учатся, в основном, боевики, а девушки среди них редкость и они это не афишируют.

– Да уж, серпентарий, – вздохнула я. – Но знаешь, у нас есть перед ними некоторое преимущество.

– Я уже боюсь твоей улыбочки – фыркнула подруга. – Может не стоит здесь, все же отбор…

– Надо, Каро, надо, – усмехнулась я и потащила девушку к столам с закуской. Не то чтобы я такая кровожадная, но мелкие подлости прощать нельзя, потому что они будут множиться и шириться и в результате приведут к беде.

– Ну и? Каков план?

– Хм… Я оглянулась по сторонам, соображая, что тут можно сделать, не привлекая внимания служащих и гвардейцев.

Опрокинуть вино? Скучно. К тому же на них придется весь столик ронять, чтобы никому было неповадно. Но тогда именно они окажутся жертвами, а нам этого не надо. Совсем не надо…

– Тут артефактная защита по всему периметру от сильной магии, – вздохнула я. – Да и применить ничего серьезного нам не дадут. К тому же надо все сделать так, чтобы на нас не подумали.

– Рада, что ты это понимаешь, – хмыкнула Каро, тоже оглядываясь. – Как тебе вон тот фонтанчик пунша? Ярко-розового пунша!

Я еще раз оглядела зал и наткнулась на очень, просто-таки невероятно заманчивую деталь интерьера.

– Неплох, неплох, – плотоядно ухмыльнулась я. – Но пирамидка из бокалов кавельского красного мне нравится больше.

– Хм… – теперь уже хмыкнула подруга.

– К тому же это легче организовать. Чтобы окатить их пуншем, придется либо тебе постараться и тогда нас засекут, либо мне сделать сложный артефакт, и это без всех инструментов, и незаметно не только подложить его под фонтанчик, но и потом забрать. А рухнувшая пирамида бокалов… Что ж, такое случается и довольно часто. Опасное это дело, так бокалы расставлять, – я легкомысленно пожала плечами и отвернулась, чтобы никто не заметил, что мы уж очень пристально следим за этим столом.

В этой пирамиде было два существенных плюса: бокалы держала магия тонкого плана, которую я могла незаметно “поправить”, точнее ослабить, и никакой артефакт подкидывать не придется. Тогда следующий, кто возьмет бокал, получит то, что заслужил. А второе – кумушки стояли как раз недалеко от этого столика.

– Пошли?

– Надо будет только оттуда вовремя убраться.

– Если что, встанешь за мной, артефактный комплект не позволит нас забрызгать.

– Тогда пошли, – Каро кивнула и очаровательно улыбнулась.

Мы всегда понимали друг друга с полуслова и в долгом обсуждении подробностей не нуждались. Всего-то надо: пройти мимо куриц, спровоцировать, убедиться, что хотя бы часть из них увязалась за нами, подойти к столику с вином, взять бокал, при этом ослабив натяжение поддерживающих технику нитей, и успеть отойти до того, как все рухнет.

Отличный план!

Который удался даже лучше, чем мы планировали. Точнее, мы хотели спровоцировать девиц, но оказалось, что нам и говорить ничего не надо. Девочкам ударило в голову игристое вино, обстановка и то, что их целая стая.

– Ох, маркиза, вы в порядке? – спросила высокая тонкокостная девица, с породистым лошадиным лицом. Лично мы представлены не были, но вроде бы она младшая дочь маркиза Ла Гортеро. А я знаю, что семья моей подруги с ними не очень дружна. Хотя нет, это не то слово, у них, скорее, вооруженный нейтралитет. Но мелкие неприятности, которые друг другу устраивают богатые детки, вряд ли могут перерасти в открытый конфликт, иначе я бы точно не стала его разжигать.

– А что такое? Вы что-то хотите сказать? – с ухмылкой ответила Каро, разворачиваясь и приподнимая бровь. – Или в общении вы столь же неловки, маркиза, как и в движении?

Есть контакт!

Каро надменно оглядела сбившуюся в кучку разноцветно разодетую и размалеванную стайку девиц, развернулась и походкой достойной королевы двинулась к нужному нам столу. Я от нее отстала буквально на шаг, сделав вид, что замешкалась.

Сзади послышалось змеиное шипение маркизы и шепотки девиц. Уж не знаю, старалась ли они ее успокоить или наоборот сплетничали, но реакция – это хорошо.

Подруга подошла к пирамиде и взяла бокал первой, развернулась, улыбнулась мне и прикрыла на мгновение глаза, подтверждая, что да, они идут за нами. Впрочем, я это и так слышала. Когда я брала бокал, на секунду Каро загородила своей хрупкой спиной меня от зала, и я подправила потоки магии. Простейшее действие, доступное любому артефактору. Ну, почти любому, тому, кто может работать с тонкими планами.

Почему такую хлипкую конструкцию поставили в углу зала? По той же причине, по которой ее старательно обходили стороной все опытные аристократы. Эта вся пирамида стояла тут для красоты и антуража, ну и как дань традиции. Нет, вино было настоящее, но его предпочитали игнорировать, потому-то мы и не боялись зацепить посторонних. Собственно, обходили этот изыск инженерно-оформительской мысли потому, что падал он не в первый раз. И думаю, даже не в первый раз падал он специально.

Хотя, кто его знает? У нас хоть миледи и милорды те еще змеи в банке, но в реальности владеет магией из них не так уж много народу, владеют же сильной магией и вовсе единицы. Собственно, весь этот балаган с отбором и призван соединить не только самые благородные, но и самые магически сильные фамилии. А то в нашей Академии, например, из всех артефакторов моего потока лишь четверо аристократов. По другим факультетам, кроме боевого, та же история.

Теперь уже я посмотрела на Каро и прикрыла глаза. Дело сделано, теперь нужно отсюда уходить.

Мы, не обращая внимания на шипение в спину, начали удаляться в центр зала. Да, гнаться за нами всем табуном просто неприлично – все рассчитано и продумано. Так что девицам ничего не оставалось, как сделать вид, что они решили последовать нашему примеру и взять немного вина.

Леденящие душу и такие милые сердцу оглушительный звон и вскрики мы услышали почти сразу. Хорошо, успели отойти метров на пять и до нас даже осколки не долетели. Мы с Каро синхронно развернулись и охнули, прикрывая расползающиеся в улыбках губы ладошками. Со стороны должно было показаться, что мы в ужасе. Но уж в чем в чем, а в ужасе мы точно не были.

Я с удовольствие посмотрела на устроенную мною лично катастрофу. Из семи девиц досталось четырем, а маркизе больше всех – бокал взяла именно она и сейчас стояла с ним в руке, усыпанная с ног до головы стеклянной крошкой и залитая вином. Эти бордовые разводы потрясающе уместно смотрелись на ее светло-желтом платье – загляденье!

Но от любования содеянным меня отвлекли. Этот мужчина, с такой же как у меня белой лентой через плечо, стоял чуть дальше, с другой стороны от столика. Вряд ли он мог видеть, что я сделала, но сейчас он смотрел на меня в упор. Потом приподнял бровь, то ли в вопросе, я ли это, то ли в недоумении, как такая приличная девушка могла такое сотворить. Потом его губы дрогнули в ехидной жесткой ухмылке.

Неужели все-таки видел?

Глава 2

После происшествия вокруг, конечно, началась изрядная суматоха. Служки убирались, дамы шушукались, другие дебютантки ухмылялись, так удачно избавившись от соперниц, мужчины, в основном, веселились, но кто-то и сплетничал наравне с женщинами. Пострадавшие же в слезах убежали в уборную.

Ну это они зря, достоинство нужно сохранять в любой ситуации.

Мы с Каро отошли подальше и с удовольствием наблюдали за суетой, а потом и вовсе вышли на балкон. Ничего такого, просто две девушки из-за переживаний вышли подышать свежим воздухом, да.

Балконы здесь были двух видов: открытые, которые хорошо просматривались из зала, и закрытые, выход на которые прятался за колоннами. На вторые выходить молодым незамужним дамам было неприлично, а нам так и вообще скрывать нечего!

Я слегка оперлась о балюстраду и потягивала вино. А неплохое, кстати. Каро же лишь пригубила, боевым магам, пусть даже всего лишь второкурсникам, пить не рекомендуется.

– Какие планы, – подмигнув, спросила подруга?

– Планы? Собрать в бальную книжку не совсем отталкивающих кавалеров, выглядеть милой и приветливой молодой леди, – не моргнув глазом отрапортовала я.

– А если серьезно? – фыркнула Каро, тут же поняв, что второй частью своей фразы я процитировала деда.

– Думаешь, я не могу быть милой и приветливой?

– Думаю, что когда ты выглядишь с кем-то милой и приветливой, этому несчастному надо бежать за границу и чем скорее, тем лучше.

– Неправда, не такое уж я чудовище! – ухмыльнувшись, возмутилась я.

– Конечно нет! Это даже вся наша Академия подтвердит, включая большую часть боевого факультета.

– Думаешь, я перегнула палку? – спросила я, покачивая бокал, со ставшим вдруг тошнотворным вином. Как обычно, когда я вспоминала недавний инцидент, мне становилось нехорошо.

И вроде бы все по совести сделала, да только барон Иф Шарено серьезно пострадал. Не то чтобы он этого не заслуживал, но…

– Думаю, что нужно было действовать через дисциплинарный комитет. Он бы не отвертелся, ты же все видела.

Ну да, видела, как барон зажал в темном углу одну из простолюдинок-целительниц, и намерения у него явно были серьезные и недобрые. Не могла я мимо пройти! И без наказания подобное поведение я оставить не могла, потому что в следующий раз меня поблизости может и не оказаться.

Драться сразу было бы глупо, ведь девушку он отпустил, а сам сбежал. Ну не догонять же его! А вот подстроить через несколько дней несчастный случай на полигоне, для неплохого артефактора – это не слишком сложная задача.

– Дед мне мог запретить вмешиваться. Род для него важнее, и замазывать свое имя в такой грязной истории…

– Граф Де Велрани не такой! – Каро испытывала неподдельное уважение к моему деду, иногда переходящее в поклонение.

– К тому же барон ничего, по сути, сделать не успел, отговорился бы, сказал, что мне показалось, что я слишком серьезно все восприняла, да и вообще неправильно поняла.

– Ну да, – Каро поморщилась. От постоянных приставаний и нападок на боевом факультете ее спасало только то, что она аристократка. Да и то не всегда – дураков хватало.

– Думаю, пора возвращаться. Еще бальную книжку заполнять, да и поздороваться со знакомыми было бы неплохо.

Только сейчас мне пришло в голову, что вообще-то надо было сначала поздороваться, пройтись по залу, пообщаться, а потом уже мстить. А то как-то уж слишком все подозрительно вышло: Каролину только облили, как обидчицы тут же и пострадали.

Как всегда у меня действия бегут впереди мозгов. От деда точно влетит! Он-то ни за что не поверит, что это вино рухнуло случайно, а одна трепетная и нежная аки лань молодая леди там просто рядом проходила.

Не то чтобы я гениальный артефактор, но техничный и способный. Изобретения – это не мое, но сделать что-то хорошо известное, но архисложное – это как раз ко мне. И дед точно знает, что я не только способна на такую гадость, но и имею знания с навыками, чтобы это исполнить. М-да, погорячилась. Второй косяк за месяц.

Впрочем, что касается барона, когда дед узнал подоплеку дела, то не особо ругался, тем более, что такой поистине гениальный диверсант, как я, не обратила на себя карающий взор академического начальства. Они решили, что это был случайный сбой антимагического щита полигона, второй, за многовековую историю Академии. Есть подозрения, что и первый был не такой уж и случайный, по крайней мере, когда я в нем копалась и изучала, пришла именно к такому выводу.

Как этого не заметил декан артефактного факультета? Так он же этот несчастный щит сам испортить не пытался, а следов я не оставила. Профессиональных ищеек же и дознавателей на территорию Академии так и не пустили, и это мне очень сильно повезло. Уж они-то наивностью вряд ли страдали.

От невеселых мыслей меня отвлекла Каро, с кем-то поздоровавшись. Оказалось, наш сосед, а жили мы с ней рядом, граф Де Картаро с семьей. Что ж, с этим жизнерадостным колобком и его не менее жизнерадостной женой всегда приятно общаться. Так что даже не пришлось притворно улыбаться.

В отличие от следующего встреченного семейства с дочерью-дебютанткой.

Серпентарий, пауки в банке, змеюки подколодные, жуки навозные, скорпионы на выгуле… Какие еще можно эпитеты подобрать к нашему светскому обществу?

Мы, не торопясь, фланировали по залу, когда к нам откуда-то сбоку подобрались двое мужчин в белых лентах. Ну не то чтобы подобрались, конечно, просто они шли в нашу сторону, здороваясь и недолго беседуя с окружающими. То есть показали, что идут к нам, но при этом действовали не нагло, соблюдали приличия.

– Миледи, позвольте вас поприветствовать и представиться, – склонил голову в по-военному коротком кивке-поклоне один из них, смутно знакомый. Как же его?

– Дозволяем, – милостиво улыбнулась Каро, приходя мне на помощь.

По идее, представить подруге своего знакомого должна была я, а он потом своего друга. Иначе подходить к девушкам без стороннего представления неприлично. С другой стороны, они тоже участники отбора и тут подобные вольности допускаются. Наверное.

– Граф Федерико Де Кантареро, – мужчина еще раз коротко кивнул-поклонился, – мой друг, Граф Рудольф Де Лиантеро.

– Миледи, – вот этот, второй, не поклонился, скорее так, с интересом нас оглядел. Сноб и хам!

Причем, что характерно, от имени знакомого вроде бы незнакомца у меня ничего не шевельнулось, а значит нас не представляли официально, возможно, просто виделись мельком.

– Маркиза Каролина Ла Прентеро, – Каро присела в коротком неглубоком реверансе, указала на меня: – Моя подруга, графиня Марианна Де Велрани.

Я тоже присела в реверансе. Точнее, даже не присела, а так, обозначила. Еще не хватало перед господами, равными мне по статусу, спину гнуть!

– Де Велрани… – протянул граф Де Лиантеро, – кажется, я встречал вашего деда.

– Это вполне возможно, он вообще довольно известная личность, – я ухмыльнулась, правда, про себя, стояла-то я все так же с приветливой улыбкой. На меня только Каро покосилась и сделала свою улыбку еще приветливее.

Тон этого графа был не то что неуважительным, а скорее даже пренебрежительным. И это мало того, что о владельце значительной части артефактных производств страны, так еще и тайном советнике Императора. Не то чтобы дед на подобное обиделся бы, а значит и я не должна, но все же… Этот тип считает себя бессмертным?

– Надеюсь, это была удачная встреча, – почти промурлыкала я.

Что-то заподозрил и знакомый незнакомец. У всей нашей семьи резкий характер, и если он об этом знает, то сейчас что-то предпримет.

– Графиня, – как раз отвлек меня граф Де Кантареро, – я очень рад вас здесь видеть. Возможно, вы меня не помните, но я когда-то был дружен с вашим братом, мы тогда еще в младшем академиуме учились. Даже имел честь быть принятым в вашем доме.

– Мне показалось ваше лицо знакомым, – я улыбнулась, более приветливо. Хотя странно, что человека, принятого в доме, я не помню по имени, даже не отозвалось ничего. К тому же, всех друзей брата я знаю наперечет.

– Это было давно, потом отец поступил на службу в другой город и нам пришлось переехать.

– Это многое объясняет.

– Вы не откажете мне в танце, графиня?

И я не отказала, и даже не отказала этому мерзкому смазливому типу – его другу. Не потому, что очень уж хотела с ним потанцевать, а потому, что было интересно, что он из себя представляет. Слишком уж нетипичная реакция на деда.

Еще немного пообщавшись с графами, мы продолжили дальше дефилировать по залу. До начала танцев оставалось еще полчаса, а книжка почти не собрана. Какие-то кавалеры застенчивые пошли.

Сегодня предполагалось десять танцев, и меня ангажировали пока только на четыре, причем, только двое из участников отбора, остальные – давние знакомые. И что самое неприятное, первый танец я пока пропускаю.

Казалось бы, отбор, мужчины должны знакомиться с потенциальными невестами. Однако практически у всех этих самых невест аналогичная ситуация. Мы с Каро встретили еще нескольких подруг, перекинулись парой слов и некоторым недоумением. К ним либо вообще не подходили, либо подходили знакомиться, но очень мало.

То ли женихам так же понравилась эта идея насчет отбора, как и мне, то ли им претит нарушение этикета, когда надо подходить самим к незнакомым леди, не будучи представленными официально. Непонятно, но факт!

Мы с Каро, даже ради интереса подошли к ее знакомой не из столицы, думали, может дело именно в этом, но у той карточка вообще заполнена не была. Здесь она никого не знала, а подходить к ней все так же не спешили. Пришлось бедную девушку взять на буксир и представить некоторым нашим знакомым. Тут же у нее в книжке появилось два имени, а у нас с Каро еще по одному. Близнецы Иф Васеро нам знакомы давно, и они, скажем так, не совсем нашего круга. Но за неимением лучшего…

Впрочем, ситуация начала потихоньку исправляться в тот момент, когда появились наши знакомые участники. Таковых было немного, всего трое. Все – боевые маги из Академии и пришли они вместе. Один учился вместе с Каро, двое старше. Впрочем, наша с подругой репутация обеспечила нам еще три танца. Тут попробуй не подойди, мы ведь милейшие существа – в Академии жизни не дадим, если что!

Скоро разговоры в зале и перемещения начали стихать, мы ожидали явления Императора. Тот, собственно, и появился через пять минут со своей семьей: женой и младшим сыном, который в следующем году только заканчивает младший академиум. Две же старшие дочери уже давно замужем и живут в других странах, а наследник и средний принц, как я знала, убыли на границу разгребать какие-то проблемы.

Император толкнул короткую речь, поприветствовал участников отбора и открыл бал, предложив руку своей жене.

Я же, как и большинство участниц, осталась стоять у стены, как бедная родственница какая-то. Очень неприятно! Думаю, Императору это еще не скоро забудут.

– Вы позволите? – я даже сама не поняла как, но передо мной неожиданно появился тот самый мужчина, участник под номером двадцать три, который наблюдал за моим невинными шалостями с вином.

Он был высок, выше меня на голову, хотя и я не низкая, темные короткие волосы, не по современной моде, что мне понравилось. Не люблю я длинноволосых мужчин, всегда казалось, что это неопрятно и неэстетично. Строгий черный костюм без вычурной отделки должен был бы выглядеть на нем уныло, но наоборот создавал ощущение мужественности и строгой лаконичности. Увиденное мне понравилось, если бы не несколько равнодушное и отстраненное выражение лица.

– Конечно, – я благосклонно кивнула и присела в реверансе.

Мужчина, а он не представился, повел меня через весь зал в центр, где уже крутилось в вальсе несколько пар. Вообще-то, балы обычно открываются другим танцем, но не в тех случаях, когда на паркет выходит сам Император. Поэтому получилось так, что мы танцевали в паре, не разлучаясь, весь танец и просто все это время в упор смотрели друг на друга, изучали.

– Вы не представитесь, милорд? – наконец я нарушила тишину, которая с каждым мгновением становилась все тяжелее и вызывала все больше смущения. Нервировало еще и то, как меня этот мужчина оглядывал. Нет, ничего такого неприличного, скорее, как экспонат в музее или лабораторную мышь. Видела таких у целителей – бедные мышки! Они такие славные, а мои сокурсницы этого почему-то не оценили…

– Миледи не смотрела розыгрыш?

– Опоздала из-за аварии экипажей, – почему-то еще больше смущаясь, оправдалась я. На самом деле, мужской розыгрыш показывали позже женского, и я просто не стала его смотреть. Да, да, знаю, по детски и глупо, но ничего с собой поделать не могла. Готовиться к зачету по артефактным целительским структурам мне было больше интересно.

– Занятно.

– И что же именно вам показалось таким занятным? – чуть резче, чем хотела, спросила я. Задумчивый тон, оценивающий взгляд. Мне этот мужчина уже не то чтобы не нравился, но…

– Скажите, а как вам удалось так ювелирно повлиять на тонкие планы, учитывая сколько здесь защитных артефактов? – в очередной раз не ответив, спросил он.

– Милорд, мне право неудобно общаться с вами, не зная вашего имени, – мило улыбнулась я. Если ему можно не отвечать на вопросы, мне тоже можно.

– Граф Джулиано Де Риарди, к вашим услугам, графиня Де Велрани, – мужчина усмехнулся, мне показалось, слегка надменно.

– Рада знакомству, граф, – я тоже ответила усмешкой.

– Я тоже безмерно рад. Так что насчет вашей работы с тонкими планами?

– Не понимаю, о чем вы, – моей ослепительной улыбке могли бы и звезды позавидовать. Он что правда думает, что я так возьму и сознаюсь, что слегка похулиганила? Хотя на самом деле подобное хулиганство во дворце может плохо закончиться.

– Разумеется, – кивнул тот, будто про себя. – То, что вы лучшая студентка факультета артефакторики… От рода Де Велрани никто меньшего и не ожидал.

– Я второкурсница, граф, всего лишь второкурсница, – ухмыльнулась я.

Да, это давало мне кое-какое подобие алиби. Ну и что, что второкурсница знает наизусть учебник за четвертый курс и уже вплотную подбирается к пятому? Я могла бы сдать экзамены экстерном, если бы нам преподавали одну артефакторику. Увы, в других дисциплинах я не так сильна, если не сказать больше. Была у меня такая слабость: учила я только то, что мне интересно, все остальное шло по остаточному принципу. По очень остаточному.

У меня, конечно, были высшие баллы по всем предметам, но, как правильно сказал граф, от рода Велрани никто меньшего и не ожидал. Я зубрила ночами перед экзаменами историю, политологию, философию и забывала сразу же по выходу из экзаменационного кабинета. Действительно на высший балл я знала все точные науки и, собственно, все, что связано с артефакторикой. Впрочем, без математики, физики, химии и геометрии, ее и невозможно изучать.

– И все же, вы меня приятно удивили, миледи. Всегда отрадно видеть такой талант.

Я на это не ответила, лишь склонила слегка голову, как бы благодаря за комплимент. И пусть понимает, как хочет. Хотя чего тут понимать, мы оба знаем, что я не признаюсь вслух.

– Вы очень проницательны, милорд, – я опять ослепительно улыбнулась. Именно про такую улыбку Каро обычно говорит, что ее адресату лучше бежать из страны. – А чем занимаетесь вы? Я, признаться, не слышала о вашем роде.

Тут его брови взметнулись вверх, а я поняла, что сморозила что-то не то. То ли он такая известная личность, то ли его род, но я, кажется, опростоволосилась, потому что он точно удивился.

Но ответить не успел. Музыка закончилась, а пары начали расходиться. Граф меня тоже довел до того места, откуда взял, раскланялся, поцеловал ручку и был таков. Впрочем, ничего подумать я по этому поводу не успела, мой следующий танец тоже был ангажирован. И я, с одним из близнецов Иф Васеро, отправилась вслед за Каро и ее партнером в центр зала. Теперь отдохнуть смогу только через три партии.

Глава 3

На утро после приема меня вызвал к себе дед. В принципе, чего-то такого я и ожидала, так что не слишком удивилась, увидев его слугу.

Вчера бал закончился довольно поздно, но ведь это не повод спать до обеда, верно? Это только изнеженные аристократы, которые ничем полезным не занимаются, а живут с аренды своих земельных наделов, могут позволить себе ничего не делать, у нас же в роду так не принято. После обеда мне и вовсе в Академию надо съездить, узнать результаты последнего экзамена. Не то чтобы это надо сделать прямо сегодня, никуда же они от меня не убегут, но зачем откладывать неизбежное? И хоть я уверена, что сдала философию хорошо, несмотря на то, что уже ничего не помню, все равно с этим делом хочется закончить и с чистой совестью уйти на каникулы.

– Деда? – я постучала и приоткрыла дверь его кабинета.

– Заходи, – глава рода махнул рукой, приглашая.

Я попыталась собрать всю свою уверенность и твердым шагом продефилировала к столу, села в кресло для гостей напротив деда.

– Ну, рассказывай, – он поднял на меня взгляд, серьезный и какой-то не слишком довольный. Брови нахмурены, губы поджаты. Да, дед точно не в настроении.

– Что именно?

– Как все прошло? И… Вашу с Каро забаву можешь опустить, она меня не интересует. Кстати, расскажешь потом дворцовому артефактору, как ты это сделала.

– Эм… – я слегка зависла. Не интересует, значит? А что его тогда интересует?

– Я жду.

– Один вопрос, – дед величественно кивнул. – Мне ждать наказания за рухнувшую пирамиду?

– Нет. Ты, пусть и невольно, показала небольшую дыру в обороне дворца. Да, ты всего лишь грубо и зло пошутила, но ведь кто-то мог воспользоваться чем-то подобным не ради шутки.

– Странно, что об этом не подумали раньше, – пробурчала я.

– Мало кто умеет так ювелирно работать с тонкими планами. Кстати, попрошу тебя больше во дворце ничего подобного не вытворять.

– А в других местах можно? – хмыкнула я, немного расслабившись. Дед явно не собирался меня ругать и читать нотации, по крайней мере, за это.

– Мари!

– Ладно, ладно, – покладисто согласилась я и покивала для верности, на что дедушка даже глаза закатил, естественно, не поверив.

– Для своей бестолковой внученьки разъясню: артефактор поправит свою недоработку, насколько сможет. Поэтому в следующий раз тебе могут грозить последствия. И нет, я не про скандал или даже виру за оскорбление. Я про то, что любые подобные действия в дальнейшем будут рассматриваться как враждебные со всеми вытекающими из этого неприятностями.

Неприятностями? Это дед так обозвал стражу или то, что при вмешательстве в дворцовые артефакты они теперь будут сами уничтожать подлого диверсанта, то есть меня. Конечно, не все артефакты можно переделать под смертельные или оглушающие, но подать сигнал, думаю, смогут почти все. Нет, пожалуй без этого я точно обойдусь.

И с главным дворцовым артефактором нужно быть аккуратнее. Как бы он работу не предложил… Меня же дед тогда без соли съест. Хотя для меня, может, это был бы и не худший выход. Даже советнику Императора с дворцовой охраной ссориться не резон, да и место-то престижное.

– Знаю, что ты там надумала, – буркнул дед. – Идея неплохая, но тебя еще никуда не пригласили. И не пригласят.

– Потому что я буду живым напоминанием, как они облажались? – усмехнулась я. – Но когда это дойдет до Императора…

– То ничего не будет. Охрана Императора – это не только сама по себе охрана, но и политика. И закончим на этом. Так что там с моим вопросом?

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, о чем дед меня спрашивал и собраться с мыслями.

– Мне показалось, или большинство женихов тоже не в восторге от отбора? Или дело не в отборе, а в невестах. Мы же не виноваты, но нам, скажем так, не выказали должного уважения. Если ты понимаешь, о чем я.

Дед, уверена, понимал. Если его не было в зале, это еще не значит, что он не получил подробнейшую информацию о ходе бала. Возможно, даже и во дворце в это время был.

– Не в восторге – это мягко сказано… Да и сами женихи… Ты слишком легкомысленно отнеслась к отбору. На, почитай, – дед положил передо мной толстую папку.

– И что это? – спросила я, не торопясь брать документы в руки.

– Это? Это то, что должна была сделать ты. Краткая биография претендентов с моими пометками.

– Я должна была собирать их биографию или делать твои пометки? – едко осведомилась я, моментально разозлившись. Вот оно, доказательство того, что все серьезно и меня действительно собираются выдать замуж непонятно за кого.

– Тон сбавь! – рыкнул дед.

– Извини.

– Ты должна была подойти ко мне и попросить собрать информацию на претендентов. А ты даже взглянуть на них не удосужилась, когда розыгрыш проводили. Что, думаешь я не знаю? Ой, ладно, не строй тут из себя незаслуженно обиженную нежно-ранимую дурочку.

Это дед отреагировал на то, что я напоказ тяжело вздохнула и уставилась в пол, всем своим видом выражая полное раскаяние.

Нет, так-то он прав. Я поступила на эмоциях необдуманно, а для представительницы столь древнего рода это недопустимо.

– Все, можешь идти, изучать. Потом все обсудим.

Я подхватила папку и ни слова не говоря скрылась за дверью. Что ж, меня и правда ожидает интересное чтиво.

Войдя в свою комнату, я бросила взгляд на шкаф. По идее, надо бы собираться ехать в Академию, но просмотреть документы и правда было бы занятно.

Вчера, помимо трех графов я познакомилась с одним маркизом, одним герцогом и двумя баронами. Маркиз даже пригласил меня на танец, но танцевал он, честно говоря, ужасно и был крайне зануден. В общем, как человек он мне не понравился.

Я решила все же папку пролистать, тем более что завтра нас ждало очередное мероприятие – охота. Теперь уже посторонних, кроме слуг, надеюсь, не будет, так что мы сможем нормально пообщаться. То есть всю доступную информацию лучше проштудировать сегодня.

Как я поняла, Император хочет весь отбор более-менее уместить в каникулы, потому что многие претенденты и претендентки учатся, а отрывать магов от учебного процесса – так себе идея. Так что много времени на ознакомления и раскачивания нам вряд ли дадут. К тому же совершенно непонятно, что в итоге Император хочет получить: заключение браков или только помолвку. Если первое, то это проблема. Вряд ли можно хорошо узнать друг друга за две-три недели.

А ведь вариант может быть любой. По регламенту нам так ничего определенного и не сказали, только озвучили следующее мероприятие. Охота… А ведь мне еще необходимо подобрать костюм! Нет, у меня, конечно, есть парочка новых, но вообще-то я не любительница подобных развлечений, а на лошади езжу и вовсе в мужском седле. Хм…

Видимо, все-таки поездку в Академию придется отложить. Ну или кого-нибудь из слуг послать – тоже идея, хотя это и не приветствуется. Но, думаю, для участницы отбора сделают исключение. Или не сделают?..

Еще немного подумав, я все-таки приземлилась на мягкую софу под окном, открыла папку, закрыла и пошла в кабинет. Разложила краткие биографии на столе согласно титулу, потом, просмотрев, разложу уже согласно дедушкиным пометкам. Естественно, меня в первую очередь интересовали герцоги, маркизы и графы. Выйти замуж за виконта или барона мне дед разрешит только по большой и светлой любви. О-о-очень большой и очень светлой!

Просмотрела личные дела двух имеющихся на отборе герцогов. Один из них учился в Академии вместе с Каро, наш ровесник, а вот второй – хозяин герцогства где-то на юге, в горах. Я на балу с ним хоть и встречалась, но фамилия говорила лишь об одноименных землях, принадлежащих этому роду.

Что о нем можно сказать? Интересен только с точки зрения титула. Да и то быть герцогиней дальнего и небольшого, затерянного в горах герцогства, – такое себе удовольствие. Влияния очень мало, ничем важным, кроме добычи руды и угля, герцог не владеет. Но и того и другого полно в других землях, так что ресурс не стратегический. Сам по себе владелец земли замкнут и небогат, уже за тридцать, был женат, но жена и ребенок умерли при родах, в столице не появляется, с другими аристократами предпочитает не общаться. Пометка деда сводилась к мысли, что он не самая выгодная партия. Хотя внешне он очень даже ничего, только взгляд мне не понравился, какой-то агрессивный.

Про студента Академии я информацию просмотрела мельком, поскольку мы и так были знакомы и с ним лично, и с его семьей. Герцогство их было большим и находилось недалеко от столицы, отец его был видным паровозным магнатом, а после его смерти и до совершеннолетия младшего герцога всем управляет дядя, брат отца.

Маркизов было пять, графов восемь, а еще семнадцать баронов и виконтов, которых я решила отложить на потом.

И конечно у меня вызвали интерес те, с кем я уже успела познакомиться. Граф Лиантеро – мерзкий тип, которому почему-то не нравился мой дед, владел графством недалеко от столицы, но там практически не появлялся – местный модный хлыщ, отирающийся в свите одного из советников Императора. А вот и причина нелюбви: советник тот всегда был дедовым противником. Так, этого вычеркиваем.

Его друг, граф Кантареро, высокий, довольно мускулистый мужчина, имеющий военную выправку, был из какого-то дальнего графства, затерянного на задворках Империи. Дед от руки приписал, что про его финансовые дела выяснить не удалось, но недавно он уволился с воинской службы, имеет боевые награды. Неплохой вариант, довольно симпатичный сам по себе, боевой маг, не отталкивающие повадки. Вот только информации о нем мало. Да к тому же, если судить по его друзьям, он либо очень хорошо скрывает, что сам мерзкий, либо в людях не разбирается.

Граф Риарди, тот, с которым я танцевала первый танец, был мне наиболее интересен. Графство хоть и в какой-то глуши, но большое и богатое. Занимается промыслами: охотой, рыболовством, развитое сельское хозяйство, довольно сильное артефактное производство военного назначения, секретное, появилось в последние годы. Маг-артефактор, военный, участвовал в боевых действиях, имеет награды и поощрения по службе. Вышел в отставку по ранению.

Теперь становится понятно, почему он заметил или предположил, что я с той несчастной пирамидой что-то сделала. Военный артефактор – ну кто бы мог подумать?!

Я просматривала остальные личные дела и даже сама чувствовала, как все больше хмурилась. Нет, это, конечно, может быть и совпадением, но я заметила почти у всех участников нечто общее: либо у них вообще не было семьи, либо только родителей. У того же нашего с Каро знакомого герцога мать с отцом погибли лет десять назад, а воспитывали его тетя с дядей. Вот только это касалось, в основном, герцогов, графов и маркизов, у виконтов и баронов с семьями все было практически в полном порядке.

Бывают ли такие совпадения? И что это все может значить?

Император решил облагодетельствовать сироток? Так сомнительно, там некоторым сироткам уже хорошо за тридцать и многие из них вполне себе состоявшиеся мужчины. Тогда в чем дело?

Глава 4

Охота, значит? Ну, ла-а-адно! Подобные мероприятия я не одобряю, но они считаются частью обязательных светских развлечений. К тому же лошадей и природу я люблю.

– Чего-то подобного я и ожидал, – припечатал дед, когда я уже собиралась на выход. Сбор на охоте планировался в полдень, я решила выйти за час и немного опоздать, тем более, что мне еще надо подобрать Каро.

Пару недель назад она поучаствовала в гонках на мобилях по ночному городу. Гонщиков поймали и забрали в полицейский участок. После чего родители отобрали у нее транспорт в целях наказания и вразумления. Ну-ну, удачи им в нелегком деле воспитания боевой магички двадцати неполных лет от роду!

Я же не участвовала, поскольку мой мобиль был в ремонте, а также потому, что такой реакции, как у стихийного мага, у меня нет, а убиться об столб как-то не очень хочется. Так что неисправность самобега – лишь отговорка, по большому счету.

– Что опять не так? – вздохнула я, исподлобья глядя на деда.

– Ты тон-то смени, – так, по-доброму, посоветовал тот. – И одежду смени. А то не графиня рода Де Велрани, а непонятно что.

– А что тебе не нравится? Я все время так на лошади езжу.

И это была чистая правда. Я предпочитала всегда мужские седла и мужскую же одежду. Но что позволено в своих собственных графских землях, не позволено на Императорском отборе.

Понимаю ли я это? О да! Оделась ли я так специально? Тоже да. Отчасти.

– Все обе мои амазонки, дедушка, вышли из моды, – ехидно ответила я. – Поскольку я их не ношу, я их и не покупаю. А вчера просто времени не было съездить в лавку. Да и покупать готовую одежду для Императорского приема – моветон.

Мы оба с дедом знали, что сейчас я его уделала. Пытаться втиснуть меня в старую, времен учебы в младшем академиуме, где у нас были занятия по верховой езде, амазонку, довольно глупо. Я с тех пор приобрела некоторый объем в стратегических местах, так что на груди она просто не застегнется и будет неприлично коротка.

А времени на подготовку нам не дали. За один день сшить амазонку у модистки нереально, это не простое домашнее платье.

– Ладно, – граф Де Велрани махнул на меня рукой, – только повяжи на шею платок и куртку застегни.

Угу, на этом платке я и удавлюсь от общения с женишками!

Я взглянула на себя в зеркало – хороша! Темно-коричневый кожаный костюм, состоящий из узких, жокейских брюк и длинной куртки-пиджака, плюс верховые сапоги до колен. Волосы завязаны в тугой хвост на затылке, косметики и украшений нет (на виду нет, так-то я вся артефактами обвешана). Это все великолепие оттеняет ярко-синий шелковый платок, свободно повязанный на шею.

Подхватив сумку через плечо со всякими милыми сердцу любой девушки мелочами, я чмокнула деда в щеку и поспешила к уже дожидавшемуся меня мобилю.

Теперь забрать Каро и ехать строго на Восток, в Кранский лес, находящийся в официальных землях Императора за чертой города.

Подруга уже ждала меня у крыльца и от нетерпения даже притопывала ногой. Она была одета в амазонку, правда, ярко-красную, на голове, за высокой прической прятались гогглы, а трость в руке была ничем иным, как раздвижным клинком, не только холодным оружием, но и фокусом для боевой магии.

– Привет! – Каро забралась в мобиль, оглядел меня, фыркнула. – Мы, наверное, будем там самой странной парочкой.

– Не торопись с выводами, – покачала головой я.

Вчера я просмотрела все документы, что мне отдал дед, систематизировала информацию в своей голове, а потом пошла за новой партией.

Я сходу не поверила, что дед собрал материалы на потенциальных женихов, но не собрал на моих противниц в этом забеге. И была права. После одобрительной усмешки, я получила вторую папку, на этот раз с представительницами родов имперской аристократии и только ее. Самые завидные невесты, при этом не самые сильные, богатые рода. Зато, самые влиятельные. Все до одной девушки были дочерьми государственных служащих разного уровня, но при этом обладающих определенной властью.

Не было ни одной невесты из деловой или клановой аристократии. С деловой еще более-менее ясно, там редко рождаются сильные маги. Но кланы – это другое.

Наша империя делится на герцогства и марки, при этом герцогства делятся на графства и баронства, а графства еще и на виконства. Сложное деление, но при этом, если в герцогстве например, нет графов, только бароны, часто для защиты деловых интересов это объединение перерастает в клан, появляются не только территориальные связи, но и плотные экономические. В нем есть главная семья – герцогская и все остальные равные на ступень ниже. Отличительной чертой кланов является то, что их члены не служат на государственных и имперских должностях, а также не являются кадровыми военными. Вот если война, они придут со своей обученной армией и помогут Империи, но только так. Во внутренние разборки они не влезают, а занимаются лишь бизнесом, чаще всего, крупным.

Все остальные – либо независимые семьи, которые тоже занимаются бизнесом, но при этом подчиняются напрямую Императору, а не главе клана, либо имперская аристократия, составлявшая костяк управленцев – министры, советники, дипломаты, военные в высших чинах.

Так что, думается мне, что потенциальные невесты нас на этой охоте очень сильно удивят. Ведь большая часть из представительниц имперской аристократии – это вовсе не комнатные цветочки. В общем-то, в различного рода магических академиях и учатся либо простолюдинки, либо такие, как мы, а клановым или деловым аристократкам это просто не надо.

Ну что я могу сказать? Бедные женишки, мне их уже жалко! Немного, совсем чуть-чуть

Мы подъехали далеко не первые, точнее даже опоздали на полчаса. Сначала я заезжала за Каро, потом опять забарахлил подающий энергию артефакт и мы встали на дороге сразу за городом.

Это мне так мобиль починили, если что, халтурщики несчастные!

Пришлось мне все самой исправлять. Не знаю, сколько это в итоге проработает, потому что я не большой специалист по мобилям, но с помощью стихийной магии Каро, мы все-таки смогли подать достаточно энергии, чтобы доехать. Хотя, чтобы добраться обратно, думаю, придется все же вызывать дедов представительский драндулет.

Мы оставили мобиль на стоянке, а сами углубились в лес по отмеченной тропинке. Где-то на поляне нас должны дожидаться остальные участники мероприятия, лошади и оружие. Конечно, кто не взял свое.

У Каро была лишь трость с клинком внутри, а у меня в сумке лежал маленький дамский пистоль-артефакт. Разумеется, ни подруга, ни я, со своим оружием самозащиты охотиться не собирались.

Да мы вообще животных любим и убивать их не будем! И еще посмотрим, как к этому развлечению мужчины отнесутся. Хотя о чем я? Нормально они отнесутся, с радостью, даже дед любит охотиться. Тьфу!

Мы прошли по хорошо утоптанной тропинке буквально двести метров и вышли на достаточно большую поляну, которая уже была полностью готова к охоте. Ну то есть как? С одной стороны ее стояли лошади, много лошадей, но для всех явно недостаточно. А с другой находились ломящиеся от закусок столы, которые от солнца прикрывали большие тенты и шатры.

– Миленько. Не охота, а пикник какой-то, – пробурчала Каро, прочитав, в очередной раз, мои мысли.

– Ну может хоть на этот раз лесная живность не пострадает?

– Ага, мечтай! Сейчас как бурбона выпьют, так на лошадей вскачут и умчатся в закат.

– Каро, оглянись, лес вокруг, куда они ускачут-то?

– А и правда, – подруга задумалась. – В лесу не охотятся на лошадях, в лесу охотятся с собаками. Ты собак видишь?

– Может, лошади для прогулок? Что-то мне сдается, что стоило одеться поскромнее, – пробурчала я. – Как бы от моего видочка местная публика в осадок не выпала.

– Наши знакомые удержат их от столь опрометчивого шага, – фыркнула та и кому-то помахала рукой.

Я выглянула из-за ее плеча и увидела всех трех студентов нашей Академии, которые находились на отборе. Они как раз спешили к нам. Мне еще на балу показалось, что они чувствуют себя в этой обстановке не очень уверенно, ведь они одни из самых молодых участников-мужчин.

Если уж мне неприятно, что меня такую молодую и красивую заставляют выйти замуж непонятно за кого, то каково при этом девятнадцати-двадцатилетним парням?

– Привет! – по простецки поздоровалась Каро.

– Милорды, – кивнула им я. Подруга могла с ними так, ведь они все с боевого, а я с ними лишь шапочно знакома. Хотя меня саму вся Академия, конечно, знает.

– Миледи, – Парни по очереди приложились к нашим ручкам. Хотя это было и не обязательно. – Вы великолепны!

Ну еще бы! Наши ребята от нас наверняка чего-то подобного ожидали. А если и не ожидали, то все равно не удивились. А вот остальные с ужасом таращатся, особенно на меня. Один из баронов даже вон трость уронил.

– Что тут за диспозиция? – поинтересовалась Каро, пока мы шли до тентов.

– Пикник, – пожал плечами герцог, наш с подругой ровесник. – Охотиться мы, судя по всему, будем во-о-он на те мишени.

Я бросила взгляд, куда он показывал, и действительно увидела стенды с мишенями для стрельбы из лука или арбалета. Да и сами луки с арбалетами тоже рядом лежали.

– Сейчас весна, не сезон охоты, – прокомментировал виконт. – Этого следовало ожидать.

Он, кстати, был одним из немногих, кто пришел более-менее цивильной одежде, для охоты не предназначенной. А вот дед мог бы мне и намекнуть, что никакой охоты на лошадях не будет.

– Жаль, что мы об этом не узнали раньше, – полыхнула взглядом Каро, оглядев остальных девиц, часть из которых была в амазонках, а часть и вовсе в обычных платьях. То ли они не собирались участвовать в охоте, то ли изначально знали, что ее не будет.

– Все бывает, – безразлично пожал плечами парень. Подругу он явно не боялся, какой она ему, старшекурснику, соперник? А вот в мою сторону бросил какой-то нечитаемый взгляд. Не с опаской посмотрел, скорее задумчиво.

– Не хотите ли присесть? Может, вина? – спросил третий из нашей компании – маркиз. Единственный, кто вспомнил о вежливости.

Мы милостиво согласились и расположились за довольно большим столом, за которым уже сидело несколько человек. В том числе два друга-графа, с которыми мы познакомились на балу, и парочка столичных модниц, не знать о существовании которых было просто невозможно. Хотя мне такие люди не особо интересны.

Именно одна из них и решила втянуть нас в разговор. Несколько оригинальным способом.

– Мари, дорогая, рада тебя видеть! – лицо Лейсы осветила самая радостная и светлая улыбка, на которую она только была способна. Наверное, долго репетировала.

– А уж как я тебя! Вот уж не ожидала тебя тут встретить! – второе утверждение было, кстати, абсолютно искреннее. Действительно не ожидала, потому что она вместо сдачи экзаменов прикрылась болезнью и весело, как говорят, проводила время на курорте с очередным ухажером.

Она тоже училась в нашей Академии на стихийном, но на последнем курсе. Как и меня, ее знали все. И как у меня, у нее была не слишком хорошая репутация. Только причины этого были очень разные.

– Это что на тебе, дорогая? Новая мода? Неужели твой дед не был против такого резкого отхода от канонов?

– Дорогая, если бы ты чаще бывала на занятиях в Академии, то, вероятно, заметила бы, что у нас форма состоит из брючного костюма, – ослепительно улыбнулась я.

Ну, на самом деле, можно было ходить либо в костюме, либо в платье, для дам было два варианта формы. Я запросто носила оба, особенно предпочитала брюки на полевых испытаниях артефактов.

– А мне кажется, что костюм графине очень идет. Такую красоту просто грех скрывать, – откликнулся один из графов, тот, который мерзкий. Он сидел, развалившись на стуле и буквально поедал меня глазами.

– Эм… Ваше вино, миледи, – очень вовремя нарисовался маркиз с бокалами для нас с Каро. А то я уже планировала ответить симметрично и резко.

– Вино? Отличная идея! – подхватила Лейса. – Не будете ли вы столь любезны, мой дорогой маркиз?

Она жеманно обмахнулась веером, похлопала длинными ресницами.

– Хотя рядом с вами пить вино как-то страшно, – это уже нам с Каро. – Вы же тогда были рядом со случайно обрушившейся пирамидой. Такая трагикомичная история!

Что ж, намек более чем ясен. С другой стороны, ничего точно знать она не может. Скорее всего. Хотя если кто-то из ее родственников занимается охраной дворца…

– Лейса, ты на что-то намекаешь? – полезла в бутылку Каро. Это она зря, надо было просто состроить непонимающее лицо. Теперь же будет скандал.

Наш довольно громкий разговор уже начал привлекать внимание окружающих. Так что вмешаться решил граф-друг моего брата:

– Дамы, не стоит делать поспешных выводов. Уверен, это была всего лишь случайность.

– Конечно, милорд, – Лейса ехидно улыбнулась. – Только стоит рядом оказаться кому-то из этих милых леди, как количество случайностей возрастает в геометрической прогрессии.

– Ты знаешь что такое геометрическая прогрессия? – напоказ удивилась я. – Понимаю мы, артефакторы, но такой хорошенькой девушке, как ты, такие знания явно излишни.

А я что – я ничего. Она первая начала.

– Ой, да брось! – Каро, с видом королевы, точнее королевской кобры, прищурилась и нехорошо так посмотрела на Лейсу. – Услышала где-то красивое словосочетание, решила блеснуть тем, чего нет.

– Маркиза, прошу вас! – граф опять попытался вмешаться в конфликт. Но неужели ему не говорили, что не надо лезть, когда женщины выясняют отношения?

– Граф Де Кантареро, – мило улыбнулась Каро. И она еще говорит, что это у меня людоедская улыбочка? – Не будете ли вы столь любезны объяснить нашей подруге значение слова случайность. А то она явно что-то не так поняла. Впрочем, это не удивительно, учитывая то, что вместо учебы она предпочитает дорогие курорты, а вместо учебников – мужчин.

“Раунд!” – как говаривает мой брат, большой любитель спортивных боев.

Лейса побледнела, потом позеленела, потом хотела что-то сказать, но у нее пропал голос. Так-то, дорогуша. Не стоит светской сплетнице связываться с теми, с кем предпочитает не связываться целый боевой факультет Академии.

Я, конечно, преувеличиваю. Но только чуть-чуть.

– Ты бы поаккуратнее с вином, дорогая, – я ехидно ухмыльнулась. Та сжала бокал так, что еще немного и раздавит. – А то обвинишь нас и в этой нелепой случайности.

– Умеете вы друзей заводить! – тихо пробурчал герцог-однокурсник Каро, стоявший в этот момент у меня за спиной. Я обернулась и ослепительно ему улыбнулась. Не с целью запугать, а потому что того требовала ситуация.

Можно было не связываться с Лейсой? Можно, даже нужно. Но почему бы не совместить приятное с полезным? В смысле, я не искала здесь мужа, и уж тем более мне бы не хотелось, чтобы за мной стали ухлестывать какие-нибудь хлюпики-повесы, типа мерзкого графа. А ведь прицепилась кличка! Так что у меня изначально была идея показать себя пусть не с худшей стороны, но достаточно резкой и дерзкой, чтобы окружающие подумали десять раз перед тем, как меня трогать.

С Каро же было еще сложнее. Она просто-напросто не переносила на дух Лейсу и ее кружок по интересам. В смысле, кучку золотой молодежи в нашей Академии. Да, мы сами такие, но все же есть разница. Да, мы из богатых, влиятельных семей имперской аристократии, но нам не нужно каждый день доказывать свое превосходство, гнобя окружающих, как правило, простолюдинов. Тот барон, которого я чуть не убила, как раз был из ее приближенных.

Так вот, когда мы только поступили, они очень сильно насели на Каро, что ей невместно учиться на боевом направлении стихийного факультета, что она позорит честь аристократии. Хотя никакого запрета на то, что аристократка может стать боевым магом, не было и нет, более того, таких примеров немало. Что они к ней прицепились – совершенно непонятно. И кстати, непонятно до сих пор. Но тогда подруга еле отбилась и даже хотела из нашей Академии переводиться в другое место.

Заткнуть им рты, в итоге, помогла я. Потому что когда они не добились своего, то начали распускать грязные сплетни. А это уже портило и мою репутацию, как лучшей подруги Каро. Хотя я бы помогла в любом случае.

Лейса, после моих слов, вскочила и, бросив что-то про плохую компанию и желание прогуляться, убежала в сторону лошадей. Ну не прямо убежала, а ушла быстрым шагом, гордо задрав голову, не глупая дебютантка ведь.

Но на полпути ее поймал кто-то из распорядителей и, видимо, попросил вернуться обратно. Другие слуги собирали остальных разбредшихся по поляне участников отбора. Вокруг нас, конечно, собралась небольшая толпа, но тут даже четверти всех присутствующих не было.

Сдается мне, сейчас нам расскажут, зачем мы здесь собрались.

Глава 5

Когда нас собрали, распорядитель, пожилой мужчина неприметной наружности, одетый в старинную ливрею, вышел вперед.

– Миледи и милорды, – начал он, – Император, Дункан Пятый Арамеро, рад приветствовать здесь своих верных подданных.

М-да, какая интересная формулировочка!

– Я уполномочен внести некоторую ясность по регламенту нашего мероприятия.

Вся наша разношерстная толпа, и так внимательно слушавшая, теперь и вовсе превратилась в замершие гипсовые изваяния. Ни шороха, только ржание лошадей в отдалении.

– Первое, о чем я уполномочен сообщить: у нас соревновательное мероприятие. Будете ли вы знакомиться, общаться, дружить – не имеет ни малейшего значения для Его Величества. Все будет определять ваш итоговый счет в состязаниях и Имперский артефакт правды, проверку на котором вы все пройдете на завершающем этапе нашего мероприятия.

А вот это интересно. Об артефакте этом я, разумеется, слышала. Да и кто не слышал? Однако я, как будущий неплохой и, главное, крайне увлеченный своим делом артефактор, полезла в хроники, читать про него все подряд. И выяснила кое-что.

Не то чтобы это были прямо секретные знания, но и не общеизвестные, скорее просто интересные весьма ограниченному кругу лиц. Да, артефакт используют в первую очередь как детектор правды, от того он так и называется. По нему проверяют чистоту намерений и взглядов человека, его тайные душевные порывы и все в таком духе. Но это не главное. Есть у него и еще одна способность – выявлять силу и сродство магии. Сродство чему? Хороший вопрос, ответ на который один – другому магу.

То есть, когда артефакт роется в мозгах человека, он заодно еще и магию проверяет по всем возможным параметрам. Эта его способность сохранилась с темных веков, когда охотились на магов-некромантов и демонологов, а единственный способ их достоверно выявить – вот этот артефакт. А силу свою они маскировали отлично, надо сказать.

По всему выходит, что пары будут подбирать исходя из того, насколько магия партнеров подходит друг другу, а следовательно, каковы шансы, что она воплотится и усилится в детях. Прекрасно! Тогда внимание, вопрос: а зачем устраивать весь этот цирк, если можно просто всех прогнать через артефакт и определить пары без всяких отборов?

Что там говорил распорядитель? Испытания и итоговый счет… Как на принятие решения могут повлиять какие-то баллы или как это вообще будет считаться? Странно и непонятно.

Пока я все это обдумывала, народ шумел и возмущался. Они-то думали, что пришли на светское мероприятие, типа бала дебютанток, а тут такое. Впрочем, и я думала про нечто подобное, чего уж там!

– Тихо! – мужчина поднял руку и от него ощутимо повеяло силой. И все заткнулись. Менталист? М-да, куда я попала? – Второе: отбор продлится именно столько, сколько нужно для определения пар, не больше и не меньше. Поэтому по срокам и количеству мероприятий ясности пока нет. Ориентируйтесь на три недели, но может быть как больше, так и меньше. Третье: участие во всех мероприятиях отбора строго обязательно.

Распорядитель, впрочем, наказание за неучастие не озвучил, и понимай, как хочешь. Он оглядел нашу молчаливую толпу.

– Сегодня будет первый этап отбора. Мишени вы наверняка все видели. Это состязание на меткость, где победители получат свои первые баллы. Сейчас я прошу всех вас пройти к мишеням. Я буду вызывать конкурсантов, сначала мужчин, по фамилиям, они будут соревноваться между собой, потом лучшие в четверках, определят победителя и так далее до победы одного. Блочные арбалеты к вашим услугам. Потом то же самое среди леди, которых ждут луки.

Чего?! Соревнование на меткость? И что они хотят определить с помощью конкурса, в котором есть явные фавориты? Нет, стрелять из лука учат всех аристократок, это давняя традиция. Но ни одна из простых дворянок не сравнится со студентками Академии, тем более с боевыми магичками.

Остается только надеяться, что я не попаду в одну группу с Каро на самом первом этапе, а то это будет совсем грустно и печально. Стреляю-то я неплохо, но я не боевой маг. И ведь хотя бы во второй-то тур пройти очень хочется.

Беру свои слова, то есть мысли, назад. Что можно выяснить на соревновании по меткости? Да кучу всего, помимо самой меткости, на самом деле. Потому что главное тут слово: соревнование.

После некоторого замешательства, вызванного словами распорядителя, народ начал азартно выяснять, кто с кем хотел бы посоревноваться и, главное, делать ставки. Причем, в этом участвовали как мужчины, так и женщины. Начался просто балаган. Как будто тут какое-то совершенно несерьезное мероприятие, или некоторые не до конца понимают, что тут происходит…

Нет, конечно, не все ринулись в омут с головой, но таких было достаточно. Есть в принципе люди азартные, есть те, кто хочет покрасоваться и всех победить, есть те, кто хочет кому-то что-то доказать.

Это мы, столичные аристократки, тут мало кого знали, а вот мужчины были знакомы между собой если не все, то почти все. И между ними были какие-то свои отношения. Где-то скрытые конфликты, где-то открытое противостояние, где-то дружба или добрососедские отношения. В общем, нюансов хватало.

– Пошли! – азартная Каро потянула меня за локоть, ей хотелось первой вытянуть жребий при разделении на четверки.

– Ну куда ты спешишь? Можно подумать, ты без противников останешься? – мне влезать в этот балаган не хотелось совершенно.

– Я их всех сделаю!

– Конечно сделаешь, – я фыркнула. – Ну сколько тут может быть боевых магичек? Две-три? А то и вовсе ты одна.

– Уж не скромным артефакторам говорить!

– Конкурс не на создание артефактов, – покачала головой я. Да и не на стрельбу, если уж честно. Но этого я вслух не сказала, ибо бесполезно. Когда на подругу нападает азарт, тут вообще все бесполезно. Она, кстати, от погони полицейских во время уличных гонок дольше всех уходила. Просто из принципа и азарта. Если бы не ее отец-начальник одной из силовых структур, могла бы серьезные проблемы огрести, а не одну ночь за решеткой.

Поскольку Каро и не думала отпускать мой локоть, а все так же тащила вперед, мне ничего не оставалось, как все же подойти и вытянуть жребий вслед за ней.

– Ну слава богам! – пробурчала я, получив двенадцатый номер, в то время как подруга вытянула девятнадцатый.

– Что? Не хочешь со мной соревноваться? – ухмыльнулась та, уже полностью захваченная идеей безоговорочной победы.

– Соревноваться? С той, что бьет стрелой, покрытой стихией на километр? Даже и не знаю, – напоказ задумалась я.

– Ой, не прибедняйся! Ты можешь бить на тот же километр, переделав лук и стрелу в артефакт.

– М-да, могу, – послушным болванчиком покивала я. – Только мне для этого понадобится несколько часов, а тебе несколько секунд.

– Миледи не умеет быстро накладывать чары тонкого плана? Я думал, что вы хороший артефактор?

Я бросила взгляд на графа, который подошел к нам с Каро и, видимо, услышал разговор.

– Где вы потеряли своего друга? – я не стала отвечать, перевела тему.

– Видимо, леди знает, в отличие от вас, что при наложении быстрых чар, у нее будет один, максимум два выстрела. Потом лук просто разрушится, – откуда-то из-за спины раздался другой голос, тоже знакомый.

Как подошел граф Де Риарди, я не видели и не слышала, он всегда появляется как из ниоткуда. Как тогда, на балу, когда я стояла у стены, поблизости никого не было, тут раз, и он уже предлагает танец. Не знала бы, что это невозможно в зале, напичканном артефактами, подумала бы, что он магией воспользовался.

– О, мой дорогой друг, рад вас видеть! – мерзкого графа аж перекосило, когда он увидел, кто ему ответил.

– И я безмерно счастлив! – второй мужчина вышел у меня из-за спины, встал рядом. С задержкой в пару секунд поклонился нам, здороваясь: – Миледи.

– Каро, познакомься, граф Джулиано Де Риарди. Граф – моя подруга, маркиза Каролина Ла Прентеро.

– Приятно познакомиться, маркиза, – мужчина галантно приложился к протянутой ручке.

– Вы знакомы? – удивилась Каро, намекая не на наше знакомство, она же видела с кем я танцевала, а на то, что мужчины уже встречались.

– Скажем так, нас связывают некоторые деловые интересы, – усмехнулся Риарди. При этом мерзкого графа перекосило так, что я аж порадовалась.

– Мы это позже обсудим, – отчеканил тот. И мне в этих словах послышалась отчетливая угроза.

– Как вам будет угодно. В любое время.

Это он его на дуэль вызывал, что ли? Вообще, подобные выяснения отношений не запрещены, но все же не поощряются.

Мне показалось, что граф Лиантеро тоже понял, что перегнул палку, но сказать уже ничего не успел. К нам подошел его друг.

– Риарди, и ты здесь? – неожиданно грубо начал он. – Не знал, не знал.

– А чему ты, собственно удивляешься, учитывая, кого здесь собрали.

Так, а ведь граф Риарди явно что-то знает. И не только он, судя по всему. Я-то лишь по верхам информацию получила, а вот причины, почему Император выбрал именно этих людей, мне неизвестны. А вот им самим, вероятно, все очень даже ясно.

Спросить у деда? Он сам не сказал, что в курсе, хотя я и не спрашивала. Но он советник Императора, должен знать… Наверное. Вот только дед курирует направление артефактных производств, насколько ему доступна другая информация, особенно, если там что-то нечисто в плане правопорядка?

Или же он хочет, чтобы я все выяснила сама? Если это так, то это должно быть вполне безопасно. Дед бы не стал мной рисковать. Опять же, наверное.

Каро не успела задать вопрос, а кого же здесь, собственно, собрали. Она хотела, я аж почувствовала, даже за руку ее дернула, потому что не стоило при всех этим интересоваться. Но она меня собиралась проигнорировать.

Правда, игнорировать распорядителя, который пригласил всех к стендам, она не смогла.

– Вы будете за меня болеть, миледи? – спросил у нас мерзкий граф. На что я промолчала, а вот подруга внезапно с улыбкой согласилась, что да мол, будет.

Я даже посмотрела на нее удивленно, но она действительно шла и мило, а на этот раз действительно мило, улыбалась. Не поняла.

Перед стендами уже собралась небольшая толпа. Мужчины и женщины азартно переговаривались, делая ставки.

Каро безошибочно определила самоназначенного букмекера и, разумеется, потащила меня тоже делать ставки. Вот только в отличие от подруги я неазартна и карманных денег для ставок у меня не так уж много. Этим я и отговорилась, отказавшись участвовать в тотализаторе. Настоящая же причина была в том, что среди участниц отбора я заметила герцогиню Сен Генори, которая выпустилась из Академии два года назад и была чемпионкой по пулевой стрельбе. Не знаю, конечно, как она обращается с луком, но вряд ли хуже.

Не то чтобы я хотела, чтобы подруга проиграла, но иногда ей надо поумерить пыл и немного успокоиться. И нет, я не занудствую, и сама не прочь поразвлечься, сделать гадость ближнему своему и все в этом роде, но азарт Каро иногда выходит за все мыслимые рамки безопасности и приличий.

Хм… Ну ладно, может и занудствую. Что с того?

– Миледи, надеюсь, вы поставили на нас? – спросил мерзкий граф, обведя взглядом нашу компанию.

Вообще-то на нас с Каро, вокруг как-то уж очень много мужчин: два друга-графа, Де Риарди, троица студентов Академии. Точнее, была троица, потому что они сейчас тоже увидели герцогиню и срочно решили засвидетельствовать ей почтение. Старшие-то ее наверняка знали, а младшего герцога познакомят.

– Ты знала? – подруга пихнула меня в бок. Она тоже ее увидела.

– О чем ты? – я невинно хлопнула глазами.

– Я тебя еще до младшего академиума знала, можешь не прикидываться, – обиженно поджала губы Каро. – А еще я знаю твои методы правильного, как тебе кажется, воспитания окружающих. Если нельзя их излупить палкой или поразить боевым артефактом, ты начинаешь делать мелкие подлянки, чтобы они начали себя вести так, так тебе надо.

– Я не делала тебе мелкие подлянки. Я тебе говорила, что делать ставки не стоит, – прошипела в ответ.

– Но ты же не сказала, почему!

– Я думаю, – я повернулась к мерзкому-графу, который все еще ждал ответа, – что делать ставки пока опрометчиво и преждевременно. Пусть участники покажут себя, а там посмотрим.

Ну да, это я не ему сказала, а больше Каро. И пусть обижается теперь сколько хочет на мои методы воспитания окружающих. Где я не права-то?

– Графиня Де Велрани права, – граф Риарди усмехнулся. – Пока мы мало знаем о возможностях друг друга, так что тут либо ставить на себя, если непомерно уверен в своих силах, либо делать ставку из лести или желания прогнуться. Оба варианта так себе.

Подруга сверкнула в сторону графа неприязненным взглядом, но ничего не сказала. Она-то поставила на себя, не оценив окружающих. Для боевого мага плохая черта, очень плохая.

– Начинаем! – неожиданно над поляной раздался голос распорядителя, обрывая нашу милую беседу.

– Что ж, это мне, – усмехнулся граф Де Риарди и пошел к мишеням.

– Удачи, милорд, – пожелала я ему в спину. Все остальные промолчали.

Какие вокруг милые люди собрались! Да и от Каро я этого, если честно, не ожидала. Ну не всерьез же она на меня обиделась?

Тем временем, первая четверка встала напротив мишеней на дистанции в пятьдесят метров, стандартная начальная дистанция для мужчин. В отличие от женщин, с нашими луками, всех аристократов мужского пола по традиции учат стрелять именно из арбалетов разных видов.

Риарди при жеребьевке получил третий номер и сейчас стоял перед третьей же мишенью. Сбоку от него находился стол, на котором лежал блочный арбалет и десять болтов к нему.

– По команде “старт”, – распорядитель начал объяснять правила, – вы заряжаете арбалет и стреляете по готовности. У вас три выстрела, считаются все три. Учитывается как точность, так и потраченное время, на выстрел и общее. Вопросы?

Вопросов не было. Позади каждого из участников встали служки с часами и блокнотами, именно они, видимо, будут следить за временем зарядки и каждого выстрела. Как-то все больно сложно и детально. Зачем, спрашивается?

– “Старт!” – усиленным магией голосом воскликнул распорядитель.

Я же следила лишь за тем, как граф Риарди шагнул к столу, быстрым отточенным движением вставил болт в арбалет, натянул тетиву и упер приклад в плечо.

Глава 6

За мужчинами наблюдать было довольно интересно. Многие из них были боевыми магами или имели иной военный опыт. Тот же граф Риарди выиграл в своей подгруппе, оказавшись отличным стрелком. И судя по четкости и скорости движений, он тренировался вовсе не в тепличных условиях фамильного полигона.

Кто сказал, что боевые маги-артефакторы не умеют сражаться? Военный норматив, если они в армии, они все равно должны сдать. А учитывая то, что граф ушел со службы только в этом году, навыков он растерять не успел.

– Поздравляю, – искренне сказала я, когда он отстрелялся и после пары минут подсчетов объявили результаты.

– Повезло, попалась слабая подгруппа, – пожал плечами тот.

– Уверена, что вы просто скромничаете, – вклинилась Каро и очаровательно улыбнулась, бросив при этом на меня победный взгляд.

Кто-то домой пешком пойдет, честное слово!

В третьей четверке пошел стрелять мерзкий граф. И надо признать, что он был неплох, очень даже неплох и вполне мог победить, но у них в подгруппе был еще один сильный участник. На голову сильнее остальных. Он и выиграл.

Когда участники пожимали друг другу руки, он задержал графа Лиантеро, они перекинулись парой слов, а потом вместе пошли в нашу сторону.

– Миледи, милорды, хочу вам представить моего давнего знакомого, маркиза Александра Ла Шинаро.

– Рад встрече, – граф Де Кантереро пожал ему руку, кивнул, но так, с прохладцей. Мне показалось, что они знакомы, ну или как минимум слышали друг о друге.

– Давно не виделись, – это уже Риарди. А вот они точно знакомы. Крепкое пожатие рук, даже чрезмерно, почти борьба. Взгляд соперников глаза в глаза. При этом никакой агрессии не чувствовалось.

– Миледи, безмерно рад, – маркиз по очереди приложился губами к нашим с Каро рукам. При этом мою задержал в своей чуть дольше, на грани приличий. – Очень хотел с вами познакомиться.

“С чего бы вдруг?” – чуть не сморозила я, потому что последняя реплика относилась именно ко мне.

– И я рада, маркиз, – я ему кивнула и улыбнулась, потому что приседать в реверансе будучи в брюках как минимум глупо.

– Вы на кого-то успели поставить, миледи?

– О, мы тут мало кого знаем, – вклинилась Каро. Опять. – Поэтому я поставила на себя, а Мари вообще не любительница подобных забав. Скучная она.

– Не верю, что таким чудесным девушкам было не на кого поставить, – горестно покачал головой маркиз. – Риарди, как же так? Ты не сказал леди, что был чемпионом легиона по арбалетной стрельбе?

– Что, правда?! – подруга хлопнула глазами и чуть не запрыгала от восторга. – Тогда вы должны показать все, на что вы способны и победить!

– Это будет непросто, – тот тонко усмехнулся, бросив при этом взгляд на меня, потому что я поддельного восторга Каро не разделяла. Мы обе прекрасно видели, что маркиз Ла Шинаро выглядел на стрельбище лучше, чем граф. Если на то будет воля случая и жребия, они оба достойны финала, но Риарди проиграет – это без сомнений.

– Мой старый друг скромничает.

– Мой старый друг, – в тон маркизу ответил граф, – забыл упомянуть, что является чемпионов во всех трех стрелковых видах всего Южного корпуса. Мы не первый раз вместе выходим к стендам и я, к своему большому разочарованию, тут проигрываю.

– Но вы всегда можете поставить на меня, – усмехнулся маркиз.

– Может быть так и сделаем, – ответила я просто потому, что нужно было так ответить. Тратить деньги на подобную блажь я все еще не собиралась. Но в итоге не удержалась от ехидного комментария: – Но вдруг тут появится еще один чемпион, например, Северного корпуса или группы армий Востока? Не люблю, знаете ли, проигрывать…

– А вы сами, графиня Велрани, рассчитываете выиграть?

– Я всего лишь скромная студентка-артефактор, маркиз. Тут как минимум есть два стрелка лучше меня. Это я могу точно сказать. А скорее всего таких больше.

Каро на эту реплику улыбнулась и немного расслабилась. Все же ссориться с ней не хотелось бы. Не сейчас.

– Джулиано – артефактор, но ему это не мешает выигрывать.

– Граф Де Риарди, – я посмотрела в сторону мужчины, который стоял с совершенно бесстрастным выражением лица и, такое ощущение, тяготился беседой и нашим обществом в целом, – боевой маг-артефактор. Уверена, что если бы он захотел, то мог бы дать фору любому магу-стихийнику в меткости, но сейчас в этом просто нет необходимости.

– Так и вы могли бы.

– Так-то мы этот вопрос сегодня уже обсуждали, – я пожала плечами. – В боевой ситуации я, разумеется, смогла бы, но сейчас ломать оборудование – не самая лучшая затея.

Пока мы то ли беседовали, то ли переругивались, я так пока и не определилась в терминологии, потому что все друг друга старались уколоть или поддеть, отборочный этап по стрельбе закончился, выявились все восемь победителей. Теперь будут соревноваться две четверки из тех, кто вышел в следующий тур, а потом и двое лучших.

Отстрелялись быстро, но безумного финала Риарди-Шинаро не получилось. Они попали в одну четверку, из которой в финал вышел только один. Победить, что предсказуемо, удалось маркизу.

– Не переживайте, мой друг, – мерзкий граф стукнул Риарди по плечу. Но нельзя же поддерживать проигравшего с такой довольной миной!

– Это была хорошая дуэль! – сказала я.

– Вы совершенно правы, миледи. Будем теперь болеть за маркиза, – граф кивнул в сторону стендов, где разворачивалось поистине эпическое действо: Шинаро методично уничтожал самооценку другого маркиза – нашего знакомого студента Академии, именно он вышел в финал из второй четверки. Но это было предсказуемо, опытный и взрослый боевой маг точно сильнее студента, пусть и стихийного факультета.

Победитель определился быстро, им стал, конечно, маркиз Ла Шинаро. Его успели поздравить организаторы, многие захотели с ним познакомиться, так что к нашей компании он уже не вернулся.

Но времени это много не заняло и по указанию распорядителя уже очень скоро к стендам начали вызывать девушек, которых было на одиннадцать больше, чем мужчин, то есть еще две полные и одна неполная четверка.

“Ох, хоть бы не опозориться!” – именно с такими мыслями я вышла к мишени.

Не опозорилась, но мне безумно повезло с соперницами. Лишь одна из них действительно умела стрелять.

Тут надо понимать, что хоть учили обращаться с луком всех аристократок, но делалось это по остаточному принципу, поскольку дочерям благородных родов и так есть чем заняться. Помимо обычных общеобразовательных предметов в младшем академиуме мы изучали танцы, хореографию, музыку, этику, этикет, логику, риторику, философию, основы магии, изобразительное искусство, верховую езду и да, стрельбу из лука. А потом приходили домой и изучали то же самое с нанятыми преподавателями. При этом именно стрельбе уделяли меньше всего внимания просто в силу непомерной нагрузки – чем-то приходилось жертвовать.

Лично я жертвовала художественными дисциплинами, потому что собиралась поступать в Академию магии, а при вступительных экзаменах там сдается стрельба из любого вида оружия по выбору абитуриента. Так что да, я умею не только из лука стрелять, но и из арбалета, и пистоля.

Так что вовсе не удивительно, что большая часть девушек максимум на что была способна – это натянуть тетиву и выпустить стрелу куда-то в сторону мишени. Собственно, я попала все три раза, правда, только один раз более-менее в центр, не в саму десятку, конечно, а в габарит между семеркой и восьмеркой, что трактуется, обычно, в пользу стрелка. Так что мне должны засчитать попадание в восьмерку. Второе попадание было четко в семерку и третье в шестерку – позор позорный для студентки Академии.

Еще одна девушка из моей четверки попала всего один раз из трех, а у остальных стрелы просто не долетели. Вероятно, с младшего академиума они лук в руки не брали ни разу.

Я, конечно, молодец, в следующий тур вышла, но это не моя заслуга, а слабость соперниц.

– Неплохо, – кивнул мне граф Риарди. – Поздравляю!

– Спасибо, – я вежливо кивнула. – Но могло бы быть и лучше.

– Хотите, я вас потренирую? У вас явно талант, – это уже мерзкий граф.

– Благодарю, но у меня просто нет времени на дополнительные тренировки с луком. Я сейчас редко его использую.

– А как же занятия в Академии? Помнится, когда я там учился, стрельбе уделяли много внимания. Хотя я был на стихийном, конечно. Риарди, неужели артефакторы не уделяют должного внимания стрельбе?

– Я просто предпочитаю огнестрел, – мило улыбнулась я, не дав ответить графу.

– Огнестрел для девушки – не лучший выбор, – покачал головой Лиантеро.

Ну что за шовинизм?! Как будто с луком для самозащиты постоянно ходить – отличная идея!

– На самом деле графиня Де Велрани права. Огнестрел – лучший выбор для артефактора, – Риарди на подначку не отреагировал, а кинул в мою сторону какой-то нечитаемый взгляд.

– Это почему же? По традиции…

– У огнестрела, его деталей и зарядов прочность больше, чем у лука. Если в экстренной ситуации на лук можно наложить плетение и сделать один-два стопроцентно эффективных выстрела, после чего тот просто развалится, то пистоль или карабин в аналогичных условиях выдержат от двадцати и более выстрелов. Зависит, конечно, из чего они сделаны, чем прочнее материал, тем больше выстрелов будет доступно, – как маленькому объяснил один граф другому.

– Действительно… Интересная информация, – поджал губы тот, который мерзкий.

Я уже хотела сказать, что это общедоступная информация, которую любой закончивший Академию маг должен знать, но меня отвлекло то, что к стендам вышла Каро.

Конечно, она победила, но ее подгруппа была ничем не лучше моей. Вот у герцогини Сен Генори в ее четверке была еще одна сильная лучница. Впрочем, той не повезло, она вполне могла выйти в следующий тур, но, разумеется, выиграла чемпионка Академии.

На потуги же остальных смотреть было больно до слез. Дошло до того, что в некоторых четверках вышли во второй раунд те, кто даже не всеми тремя стрелами попал просто в мишени, про десятку я и не говорю.

– Вы прекрасно выступили, маркиза, – мерзкий граф даже приложился к ручке Каро, когда она вернулась чуть повеселевшей. И чего бы ей не веселиться? Одна стрела в десятку, еще две в девятку – отличный результат. Кстати, с такими показателями она может и выиграть.

Он продолжил крутиться вокруг подруги, что мне, честно говоря, не очень понравилось. Вокруг меня вот никто не крутился, так, парой слов перекинулась и все.

Во втором туре я, ожидаемо проиграла, даже несмотря на то, что опять не соревновалась с Каро. Ей бы даже проиграть было не стыдно, но меня сделала какая-то мелкая блондинистая девица, имени которой я раньше не слышала, баронесса, на секундочку.

В финале встретились она, Каро и Сен Генори. И случилось то, чего я и ожидала. Часто, очень часто, когда у подруги намечается какое-то важное мероприятие, она начинает несоразмерно нервничать. Она ведь объективно была лучше блондинки и должна была занять второе место, но…

Каролина так разнервничалась, что даже стоя за пять метров от нее, я видела, как трясутся ее руки. Первая стрела и вовсе сорвалась и не пролетела и половины расстояния до мишени, вторая попала в пятерку и только третья в девятку. С таким результатом она бы и из второго тура не вышла, не говоря о финале.

– Не расстраивайся, – подошла я к ней, чтобы поддержать, подхватила под локоть

– Знаешь, сколько я сегодня проиграла? – зло сверкнула глазами она, вырвала руку из моих пальцев и, резко развернувшись, пошла к столу с вином.

После завершения соревнований, кто-то отправился на прогулку на лошадях, но таких было не слишком много. Погода стремительно портилась, с гор вдалеке наползала большая туча, которую прорезали ветвистые молнии в половину неба. Прекрасное зрелище и страшное.

В итоге распорядитель дал отмашку всем собираться. Конечно, в первую очередь это касалось служек, которым нужно было до начала бури собрать шатры, столы, увести лошадей. Нам же, аристократам, никто приказать уехать не мог, но оставаться в лесу во время шторма – то еще развлечение. Вернее, остаться-то можно, но потом доехать до дома будет проблематично – последние мили до леса дорога-то – самая обычная грунтовка, да еще идущая по низине, по заливным лугам вблизи большого озера. Она либо превратится в месиво, либо, что хуже, ее вообще затопит.

Мой ночной кошмар, ехать на мобиле по дороге, которую затапливает. Такое со мной уже один раз было, правда, я была с отцом, и наш самобег чуть не унесло внезапно вышедшей из берегов горной рекой. Это очень страшно!

Пошла искать Каро, но ее нигде не было. Обошла поляну, ни ее, ни мерзкого графа. Замечательно! И куда она с обиды могла скрыться?

Подумав, решила идти к мобилю. Догадается же она, что я ее там жду? По тропинке уже все шли чуть ли не плотной толпой, вдалеке слышались раскаты грома, ветер налетал порывами, даже тут, в лесу. Что будет на открытой местности?

У мобиля подруги тоже не оказалось. Я обошла стоянку, посмотрела, может она стоит где-то за высокими экипажами, с кем-то общается. Но нет, ее буквально нигде не было.

– Что-то терзают меня смутные сомнения… – прошептала я.

Пришлось вернуться к своему мобилю, благо, он стоял недалеко от тропы, и мне было хорошо видно, кто выходит из леса. Так простояла я минут пять, участники уже почти все вышли, и тут я увидела знакомое лицо.

– Граф Де Кантареро, – я подошла к мужчине, который меня даже сначала не заметил, пытался отвернуться от особенно сильного порыва ветра, бьющего прямо в лицо.

– Графиня? Вы все еще здесь? Вам нужно уезжать, дорогу может затопить.

– Я понимаю. Вы, случайно, маркизу Ла Прентеро не видели? Или вашего друга? Он может знать, где она.

– Так это… – граф замялся. – Они уехали еще с полчаса назад. Вас не предупредили?

– Наверное забыли или не нашли, – я через силу улыбнулась и легкомысленно махнула рукой. – Тогда поеду, граф. До встречи!

– До свидания, графиня, – мужчина опять помялся. – Вам помощь не нужна?

Мне помощь была нужна, правда, я пока об этом не знала. Поэтому лишь отмахнулась и поблагодарила за предложение.

“Ну, Каро! Слов нет!” – шипела я про себя, под порывами ветра садять в мобиль.

Активировала артефакт зажигания. Ноль эффекта. Еще раз. Тот же результат.

– Нет, только не это! – прорычала я и со всей силы саданула по артефактной панели кулаком. К несчастью, это не помогло, мобиль не заводился.

И это проблема, потому что в прошлый раз мне помогла подруга, подав сильный магический заряд в тот момент, когда я активировала артефакт. Если поломка та же самая, то я не смогу сделать две эти вещи одновременно, не говоря про то, что я не стихийный маг и моей силы может банально не хватить.

Я выбралась из мобиля и мне тут же в лицо ветер швырнул мелкую крошку дождя. Фу!

От того, чтобы промокнуть насквозь, меня защищал личный артефакт, взятый как раз на случай падения в лужу или плохой погоды, но если будет сильный дождь, то он не поможет.

Открыв капот, я посмотрела на треснувший артефакт. Без вариантов. К огромному моему сожалению, это не починить. Еще когда мы с Каро на скорую руку заводили мобиль, у меня была мысль, что кристалл подобного зверского отношения не выдержит, но тогда вроде бы все обошлось и я надеялась, что до дома дотяну.

Я оглянулась по сторонам. На стоянке оставалось всего два мобиля и, уверена, один из них распорядителя.

– Помощь нужна? – сзади неожиданно раздался хриплый голос. Учитывая то, что подкрадывается ко мне обычно граф Риарди, я ожидала увидеть его, но ошиблась.

– Маркиз, – мужчина стоял передо мной в совершенно сухой одежде, хотя дождь уже был довольно сильный. Только он защищался не артефактом, а стихийным куполом.

– Графиня, – он обеспокоенно меня оглядел, – с вами все в порядке?

– В порядке? Да, все в порядке, только у меня мобиль вышел из строя, и здесь я его починить не смогу. Нужно вызывать подмогу.

– Здесь переговорный артефакт не ловит – слишком далеко, – озвучил он очевидный факт. – Может, вас подвезти?

Подвезти ли меня? Оставшуюся одну в лесу, и никто не знает, с кем я уехала. Отлично просто! Не то, чтобы я думала как-то особенно нехорошо о маркизе Ла Шинаро, но все же мы с ним практически незнакомы.

– Буду вам очень признательна, – я кивнула.

– Тогда прошу, – мужчина указал на довольно большой мобиль представительского класса. В отличие от моего маленького дамского самобега этот монстр всю грязь преодолеет – даже не заметит.

Маркиз открыл передо мной дверь, и я с огромным удовольствие уселась в сухое нутро мобиля. А то дождь зарядил уже с такой силой, что еще чуть-чуть и артефакт, который меня защищает от влаги, просто не выдержит.

Мужчина же сел на место водителя, включил обдув и обогрев.

– Как получилось, что вы остались одна? Вы же вроде бы приехали с подругой? – выруливаю со стоянки спросил он. – Впрочем, я даже рад.

– И чему же, милорд?

– Приятной компании, – он широко улыбнулся. – До города ехать довольно долго, почему бы не скрасить это время обществом таком прекрасной девушки как вы?

– Благодарю, – я тоже улыбнулась, но если честно, мне было немного неуютно рядом с ним.

Глава 7

– Так что с вашей подругой? – наконец спросил он, когда мы выехали на проселочную дорогу.

Дождь полностью размочил ее и превратил в грязное месиво, да и поле, через которое она шла, уже кое-где поблескивало водяными проплешинами. Низина, тут даже не сажают ничего, потому что любая буря превращает эту местность в натуральное болото. А по небу ветвились одни молнии, благо хоть оглушающий гром в мобиле слышно не так уж сильно. Отличная звукоизоляция, кстати, и даже гул работающих артефактов не мешает.

– С подругой? Подруга уехала с графом Де Лиантеро, – я пожала плечами.

– Она не знает, что у вас сломался самобег или вы надеялись его починить?

– Вообще-то он ломался уже, когда мы сюда ехали, но одна я бы его и тогда починить не смогла, а теперь и вовсе артефакт пришел в негодность.

– И она вас бросила? – нахмурился маркиз.

– Наверное, так увлеклась обществом графа, что забыла мне сказать, что уезжает.

Возможно, стоило соврать и сказать, что подруга обещала сообщить, что я осталась без мобиля, но это нелогично. Если бы это было так, то я должна была уехать с ней, а не оставаться одна в лесу.

– Не слишком красиво с ее стороны.

– Каролина – натура увлекающаяся и азартная, так что я на нее зла не держу, – отмахнулась я, но маркиз явно понял больше, чем я сказала.

– То есть она на вас обиделась из-за ставки? – Какой умный, а! Кто ж его, такого умного, просит в это лезть?

– Не думаю, что она бросила меня нарочно.

Хотя, если уж быть честной, именно так я и думала. На Каро иногда находит и в это время нужно просто держаться от нее подальше, а не провоцировать конфликт. А потом все становится, как прежде. Да и чего уж, я тоже тот еще подарочек! Так что мы друг друга стоим, оттого и дружим столько лет.

Но с другой стороны, именно это ее решение мне могло выйти боком. Да и может до сих пор, ведь маркиза я не знаю. Села в мобиль к незнакомому мужчине, мы посреди полей, в грозу, артефакт связи не работает, а порох в пистоле наверняка отсырел – это минус подобного оружия. В боевой обстановке на него накладывают заклятие, но я то не собиралась скакать под ливнем, соответственно, сбережением оружия не озаботилась. Вернее как, пистоль артефактный, может быть и с плохим порохом выстрел он сделает, но далеко не факт, что сам ствол при этом не разнесет в клочья.

В таких случаях всегда лучше холодное оружие, но я не стихийник. Фехтовать я не умею, если честно, и в моих руках обычный, не напитанный магией клинок – просто кусок бесполезной железяки. А сама магией напитать вот так сразу я его не могу.

Хм… Надо артефактным клинком озаботиться.

Шинаро помолчал некоторое время, нахмурился, посмотрел в заднее зеркало, после чего нахмурился уже сильнее.

Я тоже обернулась. Дорога в сотне метров от нас уже не просто превратилась в грязное месиво, а во вполне себе обычное такое озеро. Ее просто затопило.

– Как-то слишком быстро! – передернула плечами я.

– Не обещали на сегодня такой бури, – поддержал разговор маркиз. – С гор пришла, а значит…

– Значит на границе опять столкновения, – я поежилась. Где-то там сейчас воюет мой брат, надеюсь, с ним все в порядке.

– Не любят горы магию. Местные боги начинают злиться.

– Вы правда в это верите?

– Я много во что верю, – усмехнулся мужчина. – Сейчас я служу в Южном Корпусе, но два года прослужил в горах, так что много чего видел, да.

– Расскажете? – спросила я то, чего он ожидал.

– В местных богов гор я, конечно, не верю. Но в горах залежи некоторых металлов и климатические факторы влияют на концентрацию силы, собирают ее в одном месте, что может привести к локальному магическому шторму. Например, в бою часто применяли магию воздуха, воды, молнии – вот уже готовая буря. А магия земли может привести к пылевой буре или даже землетрясению.

– Я слышала о подобном, но считала просто домыслами.

– Когда сразу после сражения позиции накрывает сильнейшая пылевая буря, которой в этих краях ни разу за всю историю не случалось, тут во многое поверишь. В том числе в злобных богов.

– Мы успеем выбраться? – я опять с опаской оглянулась.

Хоть маркиз явно отвлекал меня разговорами, но все же я внимательно следила за приближающейся к нам водой. Не то чтобы она текла прямо за нами, как в каком-нибудь кошмаре, просто вышедшее из берегов озеро разрасталось и даже уже впереди местами дорога ушла под воду.

– Должны успеть, еще километр и будет выезд на шоссе, там уже местность повыше, – маркиз ответил подчеркнуто безразлично, но я чувствовала, что ситуация ему не очень нравится. – Держитесь, графиня!

Я схватилась за ручку двери и переднюю панель, когда мужчина прибавил газу. Теперь уже я слушала, как завывают от натуги артефакты мобиля. Очень надеюсь, что этот драндулет понадежнее моего и выдержит подобное издевательское обращение. А еще надеюсь, что мы не застрянем.

Это была бы катастрофа, потому что обратно нам уже не вернуться – там все затоплено. Пытаться же добраться до суши вплавь при так быстро прибывающей воде – та еще задача, очень сложная для девушки такой комплекции. Мужчина, может, и выплывет, я – нет.

Стоило только об этом подумать, как мы на полной скорости въехали на затопленную часть дороги. Мобиль взревел и завибрировал, выбрасывая из-под колес тучи брызг и грязи. Но за счет высокой скорости мы смогли проскочить последний опасный участок и не увязнуть. Хотя даже за эти несколько секунд в самобег уже успела натечь вода, правда, не много. Но даже такой монстр представительского класса для таких заездов не предназначен.

Подумать страшно, если бы я ехала на своем мобиле. Естественно, я бы отсюда не выбралась, точнее, не выехала бы. Пришлось бы бросать самобег еще в самом начале и возвращаться в лес пешком по пояс в болоте. Та еще задачка, при этом не только не быть смытой быстро прибывающей водой, но и не умереть от холода потом.

Последний раз громко взвыв, мобиль выскочил на мощеный брусчаткой тракт, идущий в столицу.

– Уф, – тяжело вздохнула я, когда мы сбросили скорость и поехали уже в нормальном темпе.

– Испугались?

– Немного, – почти честно ответила я. Хотя на самом деле у меня пальцы так вцепились в ручку, что их придется отдирать силой, сердце ухает где-то в животе, а блузка пропиталась холодным потом.

Испугалась, да я заново пережила свой ночной кошмар уже второй раз наяву!

– Да, это было неприятно. Никогда не видел, чтобы так быстро заливные луга превратились в натуральные озера. От такой бури и река в столице может выйти из берегов.

– Не хотелось бы. Мой дом стоит как раз на берегу, если бы не артефактные заграждения, нас бы затапливало регулярно. Но такого даже они могут не выдержать.

– Вы в Дворянском квартале живете?

– Да, я покажу.

Мы без приключений домчали до столицы, обсуждая, в основном, погоду и этот магического происхождения шторм. Постепенно я даже успокоилась. Теперь уже все пережитое не казалось таким ужасным, только мокрые ноги, от залившейся в мобиль воды, напоминали, что все это мне не приснилось.

Когда мы подъехали к нашей городской резиденции, мужчина галантно открыл мне дверь самобега и помог выбраться.

– Графиня, мне было очень приятно с вами познакомиться, – улыбнулся маркиз напоследок. – Приключения сближают, конечно, но мы так не успели нормально пообщаться.

– Да уж, – хмыкнула я. Наше обсуждение погоды подзатянулось, но маркиз, похоже, сразу понял, что на что-то более конструктивное я была в тот момент не способна.

– Так что мне бы хотелось вас еще раз увидеть уже вне этого… отбора. Вы не откажетесь выпить со мной чашечку кофе, скажем, завтра днем?

Я внимательно посмотрела на маркиза, не увидела в его выражении лица ничего подозрительного. Взяла и согласилась.

Утром следующего дня я все-таки поехала в Академию, тем более, что встретиться с Ла Шинаро мы договорились в одной из кофеен на центральной площади. А это от моей альма-матер по прямой десять минут езды – всего-то мост переехать.

Правда, тут возникла загвоздка, когда я увидела, как наша спокойная речушка превратилась в бурлящий бешеный поток, несущийся почти вровень с мостом. Проезд не был закрыт, потому что движение в центре города останавливать нельзя, а на других мостах, уверена, ситуация ничуть не лучше. Но по обе стороны от сооружения стояли двое магов-стихийников, поддерживая его в рабочем состоянии и не позволяя всякому габаритному мусору, типа стволов вековых деревьев, застревать и ломать опоры.

И мне предлагают здесь проехать?!

Да, я понимаю, что это вполне безопасно и если произойдет что-то непредвиденное, меня спасут, но… Это опять все тот же оживший ночной кошмар.

– Миледи? – кучер обернулся ко мне, спрашивая, что делать. Если бы я была одна, непременно нашла бы причину туда не ехать, но дедов мобиль мне не дали, он сам собирался куда-то по делам, а экипажем управлять самой мне неуместно. Сейчас же просить развернуться – показать свой страх.

Нет, кучер никому не скажет, он в нашей семье уже лет сорок работает, но ведь здесь не безлюдная пустыня. Кто-то что-то увидит, кто-то кому-то что-то скажет… Так и рождаются слухи. Но даже не это главное. Слабости и страхи – это то, на чем можно играть, шантажировать, манипулировать. Не очень хочется кому-то давать в руки козыри против себя.

– Поехали, мне еще к полудню надо успеть вернуться в центр.

Я откинулась на подушки, чтобы только не видеть бурлящего потока. А вот не слушать было уже сложнее.

По мере приближения экипажа к реке, грохот сотен тонн воды все нарастал. Я закрыла шторки с обеих сторон, чтобы даже случайно меня никто не видел, зажмурилась и закрыла уши руками. Правда, это мало помогало. Даже вчера мне было не так страшно. Да и присутствие рядом маркиза несколько успокаивало и не давало скатиться в панику, позволяло держать себя в руках.

Ну подумаешь мост, всего пара сотен метров, в центре река вовсе не широкая. Это расстояние можно проехать за несколько минут. Но боги, как же эти минуты долго тянулись!

Только когда грохот начал удаляться, я смогла открыть глаза и убрать руки от ушей. Достала зеркальце и стала приводить себя в порядок. Чуть румян, чтобы скрыть побледневшую кожу, поправить прическу, размять руки, чтобы они перестали трястись. Правда, что делать с расширившимися во всю радужку зрачками, было не совсем понятно.

Но, надеюсь, когда подъеду к воротам Академии, уже приду в норму.

Еще десять минут езды, и экипаж останавливается на стоянке перед Академией, дальше въехать могут лишь преподаватели, но не студенты. Повторно посмотревшись в зеркало и убедившись, что я больше не выгляжу перепуганным щеночком, я выбралась из экипажа и, приложив артефакт-пропуск, вошла на территорию Академии.

Мой путь лежал в главное здание, в деканат, где на стенде уже вывесили результаты последнего экзамена, потом надо получить документы о закрытии сессии у секретаря декана. Сегодня много народу быть не должно, так что я не опасалась провести здесь много времени.

Территория академии была поистине огромной и занимала по меньшей мере треть заречной части столицы. Так что шагала я до помпезного, с огромными белыми колоннами главного корпуса практически пятнадцать минут. А до полигонов и все полчаса идти.

Взбежала на третий этаж, ворвалась в холл деканата факультета артефакторов. Ага, вот и списки. Последней я сдавала философию, а значит… Высший балл, как я и думала.

“Основные постулаты философов седьмого века от воцарения династии Арамеро?” – мысленно спросила я себя, проверяя, осталось в голове хоть что-то или нет. Голова сделала вид, что ее тут нет и не ответила. Вообще ничего, пусто. А ведь я это в младшем академиуме учила, с нанятыми преподавателями учила, в Академии учила. Нет, ну правда ведь учила… целый один вечер перед экзаменом.

Но теперь о философии можно забыть навсегда. Ура!

Я ввалилась в приемную, но чуда не случилось, секретаря не было на месте. Теперь либо придется ждать, когда выйдет сам декан и подмахнет мне документы, либо пока придет секретарь. Вваливаться по такому пустяковому поводу к кабинет декана, да еще без разрешения, как-то неприлично.

Так что я села на скамейку и приготовилась ждать. Просидела буквально пять минут и тут дверь кабинета декана распахнулась. Я поднялась, чтобы успеть его поймать до того, как старик убежит. А он, несмотря на то, что довольно пожилой, передвигаться умеет со скоростью звука, а уходит от погони студентов он так и вовсе профессионально – любой шпион умрет от зависти.

Но из кабинета вышел не декан, а некто очень знакомый, но кого я тут совершенно не ожидала увидеть.

– Граф Де Риарди? – опешила я, уставившись на мужчину. А он что тут делает?

– Графиня? – тот тоже удивился не меньше. – Не ожидал. Вы тут по делам?

– Да, надо подпись о закрытии сессии получить.

– Ох эта бюрократия! Никогда не понимал, зачем это нужно, – фыркнул мужчина. – Но не беспокойтесь, сейчас секретарь выйдет. Это из-за меня он задержался, прошу прощения.

– Не стоит. А вы тут по делу? – полюбопытствовала я.

– Да вот решил старых знакомых навестить. Все же именно эту Академию когда-то закончил. Уважаемый декан мои проделки до сих пор мне припоминает!

– А вы с ним дружите? – спросила я, хотя на самом деле это не мое дело и несколько переходит границы. Но это я от неожиданности.

– Можно и так сказать, поддерживаем отношения.

В этот момент из кабинета выскользнул секретарь. Дедок, едва ли не старше декана, и имеющий схожие навыки перемещения и ухода от преследований студентов. Шутка, конечно, но несмешная. При желании, эти двое действительно умели виртуозно растворяться в пространстве, особенно, если от них студентам что-то надо.

– Велрани? – он окинул меня взглядом и как обычно забрюзжал: – Ваши документы давно готовы, почему так поздно?!

– Прошу прощения, были дела.

– У вас на первом месте должна стоять учеба! – отрезал дедок, передавая мне подписанный документ, извлеченный из недр завалов на столе. Как он тут что-то находит – ума не приложу. Хотя уверена, что подобный хаос – это противодиверсионная и противошпионская ловушка. Пойди попробуй в этом бедламе найди что-то ценное!

Я поблагодарила вредного старика и посмотрела на Риарди, который и не думал уходить.

– Вас проводить миледи?

– Ну, у меня тут больше дел нет, так что если вы идете к выходу, то проводите, – милостиво согласилась я.

– Как вы вчера добрались? – спросил мужчина, когда мы спускались по белой мраморной лестнице к выходу. – Не так-то просто ехать в такую грозу.

– А у меня мобиль сломался, – не преминула упомянуть я. Информацию, что я уехала с мужчиной, ни в коем случае нельзя скрывать, а то могут много чего подумать лишнего, если узнают. А узнают точно. – Хорошо, что маркиз Ла Шинаро еще не успел уехать и подвез меня, а то ночевать пришлось бы в лесу.

Постаралась, при этом, сделать голос и выражение лица легкомысленным, будто о говорю о чем-то несущественном, пустяковом. Хотя на самом деле, чем больше я об этом думала, тем хуже мне становилось от осознания всей серьезности ситуации. Если бы не маркиз, у меня бы и правда были все шансы заночевать в лесу. Там, конечно, еще оставался мобиль распорядителя, только вот он сам, скорее всего, остался где-то на ферме или в деревне, откуда привели лошадей и пришли слуги. Только одна проблема – где это все находится, я не знала, и есть некоторые сомнения, что смогла бы отыскать дорогу в такой жуткий шторм.

Граф даже приостановился и нахмурился.

– Вы чуть не остались там одна?

– Ну, я сначала искала подругу, потом пыталась оживить мобиль и… – я развела руками.

– И где же была ваша подруга? Как я понимаю, с вами она не поехала.

– Нет, оказалось, что она уехала раньше.

– Вот как, – мужчина нахмурился еще больше. – А что у вас случилось с мобилем?

Я внимательно посмотрела на мужчину. Тоже нахмурилась, кажется, понимая, к чему он ведет.

– Да нет, – неуверенно проговорила, – она не могла…

Хотя на самом деле очень даже могла. У нас у обеих дурные шутки и повышенная мстительность.

– Я не обвиняю вашу подругу, графиня, я просто хочу узнать, что случилось с мобилем.

– Да когда мы еще на эту охоту ехали, мобиль в дороге глох, мы его отремонтировали, подпитали артефакт. А потом он, видимо, не выдержал и развалился.

– Треснул?

– Да, треснул и помутнел. Это случайность, – без особой уверенности сказала я. На самом деле, это могла быть случайность, а могла и не быть. Трескаются подобные артефакты от передозировки стихийной силы, а значит Каро либо ошиблась, либо намеренно испортила мне мобиль.

Кажется, я начинаю понимать Лейсу с ее подозрительностью в отношении нас и случайностей.

– Вам нужно быть осторожнее, графиня, – покачал головой Риарди. И какое-то выражение лица у него при этом было странное. И мрачное.

– Вам что-то известно? – напрямую спросила я.

– Нет, откуда бы? Просто я хочу сказать, что вчера вам очень повезло, что маркиз еще не успел уехать. В такой шторм…

– Я это понимаю, граф Де Риарди. Но думаю, что это все-таки единичный случай.

Если я выясню, что Каролина это сделала намеренно, я ее убью!

– Будем надеяться, графиня, будем надеяться, – как-то непонятно ответил мужчина, будто действительно что-то знал. Может, он видел что-то, но в тот момент не придал этому значения? А теперь задумался, что именно он видел и говорить ли об этом мне. Или я себя накручиваю?

За беседой мы успели дойти до ворот, и на этой непонятной ноте он попрощался со мной, так ничего и не объяснив, поцеловал ручку и был таков.

“Странно все”, – подумала я и села в экипаж.

Теперь предстояло преодолеть обратный путь через бушующую реку. Надеюсь, перед маркизом Шинаро я смогу предстать в более-менее нормальном состоянии, а не перепуганной и с вытаращенными от страха глазами. Так, надо взять себя в руки, наконец!

Глава 8

Маркиз Шинаро дожидался меня за столиком одной из небольших кофеен, расположенных на центральной площади. Несмотря на магический климатический контроль, позволяющий даже ранней весной комфортно сидеть на улице, он предпочел столик внутри.

Не то чтобы я против, потому что мотивы мужчины для меня пока остаются загадкой. Так что прям вот совсем открыто демонстрировать, что я пришла на свидание… А свидание ли это вообще?

Я подошла к столику, поздоровалась с маркизом, который встал и галантно отодвинул для меня стул.

– Вы уже успели заказать? – поинтересовалась я, бегло просматривая меню.

– Пока нет, графиня, решил дождаться вас.

У подошедшей официантки я попросила кофе со взбитыми сливками и пирожное с заварным кремом. Маркиз предпочел только кофе, от сладкого решительно отказался. Серьезный, суровый мужчина, которому не пристало есть на людях сладости, угу.

– Тут очень вкусные пирожные, не хотите попробовать? – решила подначить я. Да и вообще сидеть и молчать – это странно, а маркиз не спешил начинать разговор.

– Не люблю сладкое, – поморщился он.

А я вот с подозрением отношусь к людям, которые не любят сладкое. Какие-то они не такие, загадочные.

Мы некоторое время мило побеседовали на отвлеченные темы, я даже слегка расслабилась. Маркиз производил впечатление очень начитанного и интересного собеседника. О себе я такого, к сожалению, сказать не могла, поскольку большая часть того, что я читала, была связано с артефакторикой.

Тем неожиданнее, прямо посередине вполне приятной беседы ни о чем, прозвучал его вопрос:

– Графиня, скажите, – мужчина перестал приятно улыбаться, отхлебнул из только что принесенной чашки, – какие у вас планы на ближайшее будущее? Не хотел вас смутить, но … Вы поймите, я человек военный и не привык ходить вокруг да около.

Военному человеку ничто не мешало последние четверть часа поддерживать вполне милую беседу ни о чем. Специально решил меня сбить, выдав этот странный вопрос прямо посередине обсуждения местной географии и погодных условий? Ну да ладно!

Наверное, можно было бы в ответ состроить непонимающие глазки и спросить, а что он, собственно, предлагает. Вот только мне показалось, что он говорит вполне серьезно, более того, что-то подразумевает или на что-то намекает.

– Собираюсь продолжить учиться в Академии, – максимально нейтрально ответила правду я.

– Вы же понимаете, Марианна, – а мы уже успели перейти на имена, – что я имел в виду не это, а отбор.

– А какие у меня могут быть планы? – безразлично спросила я. – Распорядитель вчера четко дал понять, что Императора наше мнение не особо интересует.

– И вы с этим согласны?

– Я не вижу, что с этим можно сделать.

– Можно, например, договориться и идти примерно на одном уровне по баллам. Вам же доставили вчера пакет?

Да, пакет с результатами этой так называемой охоты мне доставили. В нем находилось два листа: список женихов, с заработанными по результатам испытания баллами, и такой же список невест. Очень интересные списки.

Я внимательно посмотрела на мужчину, усмехнулась.

– Я сомневаюсь, что все так просто, Александр.

– О чем вы?

Интересно, это проверка или он и правда не понимает?

– Ну как же? Во-первых, никто не говорил, что при подборе пар будут руководствоваться именно количеством баллов. Во-вторых, есть еще проверка на артефакте. Так что не вижу смысла в попытке обмануть систему, тем более не зная, как она на самом деле работает.

– Думаете, будут какие-то неозвученные критерии?

– Ну это было бы логично, – я пожала плечами. – Например, маркиз Ла Мактеро и маркиза Ла Шарер происходят из враждующих семейств. Если они выйдут в на один уровень по баллам и будут совместимы по магии, то дело может кончиться плохо.

– А если Император решил эти семьи помирить?

– Помирить? Александр, они враждуют уже три столетия и попытки их помирить, в том числе с помощью брака, были. И заканчивалось это всегда плохо.

– Да? И что же произошло? – заинтересовался он.

– Дважды умирали невесты, один раз жена сразу после свадьбы, и один раз жених. Совершенно случайно, разумеется, – я усмехнулась. – И каждый раз после этого конфликт выходил на новый уровень. Так что политика, без сомнений, будет учитываться.

– И что же еще, по вашему мнению, будет учитывать Император?

– Пока сложно сказать, – я легкомысленно пожала плечами.

Мне не нравилась тема нашего разговора. В первую очередь потому, что я маркиза вижу второй раз в жизни и обсуждать с ним вопрос местных политических раскладов преждевременно. Тем более что я явно про женихов чего-то не знаю. Чего-то такого, на что даже дед не смог или не захотел пролить свет. В общем, дело ясное, что дело темное.

Ну и еще мне не хочется обсуждать Императора. Это всегда не самая лучшая тема для разговора.

Всего мы просидели с маркизом в кафе не больше сорока-сорока пяти минут. Он еще раз пытался вывести меня на какую-то реакцию, то ли возмущения действиями Императора, то ли осуждения, то ли еще что, но я родилась не вчера.

Все обучение аристократов заточено на то, что ребенку с детства вбивают в голову, что говорить можно, а что нельзя даже под пытками или с лучшими друзьями. В частности, крайне нежелательно обсуждать с посторонними и малознакомыми людьми такие вещи, как политика, религия, Император и его семья, а также дела своего собственного рода. Не потому, что кому-то могут что-то донести, хотя и это тоже, а просто потому, что много болтающему человеку нет доверия. Его могут не принять на какую-то должность на имперскую службу или в частную компанию, у него будут проблемы с поиском спутника жизни. Кому нужна в роду жена, которая метет языком как помелом? Мало ли, что она из секретов семьи может сболтнуть при случае?

В общем, я решила промолчать и сделать вид, что не понимаю никаких намеков.

Но вообще-то странная была встреча. Свидание? Да нет, не свидание. По крайней мере, маркиз не вел себя так, как на нем принято себя вести, не пытался понравиться или заинтересовать меня своей, так сказать, персоной. О себе говорил мало, обо мне не спрашивал, поболтали на отвлеченные темы и все.

И что, спрашивается, звал?

Я бы подумала, что нас немного сблизило наше приключение, и он на волне эмоций меня пригласил, а потом передумал, когда все улеглось, но… Он же не подросток. На вид ему около тридцати, он военный, причем, в немалых чинах, судя по всему. Не верится, что такой человек так легко поддается своим эмоциональным порывам.

Хотя вот опять же интересно… Ладно, Риарди в отставке, поэтому ходит в цивильном, но ведь маркиз Ла Шинаро действующий офицер, но в форме я его не видела. А ведь военные предпочитают на официальные мероприятия ходить именно в мундире, это подчеркивает статус, вызывает невольное уважение.

А для маркиза это, как будто, не важно. Хотя… На самом деле, есть еще один момент: ведь военных в рядах наших женишков не двое и даже не трое, а добрый десяток, ну, примерно, и ни один из них не пришел ни на бал, ни на охоту в форме.

Скрытое пренебрежение, неуважение к собственной службе? Очень странно. Даже мои отец и дед ходят в мундирах, хотя военными уже долгие годы не являются.

Неожиданно захотелось уточнить этот вопрос у Риарди, уверена, он бы ответил. Наверное. А еще интересно, что он все-таки делал в Академии. Решил навестить старых знакомых? Ну, возможно, только больше было похоже, что это официальный визит. Не знаю, почему мне так показалось. Может потому, что с секретарем они попрощались по-деловому, а не как старые друзья или хорошие знакомые?

Я в задумчивости откинулась на спинку кресла. Когда мы распрощались с маркизом, я решила немного прогуляться по центру, тем более, что экипажу здесь негде парковаться и его пришлось отпустить, а быстро обратно он не подъедет.

Так что домой я пойду пешком через центральный парк. Не так уж далеко, а артефактные сапожки не дадут ногам устать. А сейчас я сидела уже в другой кафешке на улице и уминала очередное пирожное.

Мысли тут же перескочили на мою новую идею, которую, кстати, надо бы обсудить с дедом. Я тут подумала, что можно открыть в будущем бутик артефактной обуви. Не то, чтобы такой обуви вообще нет в продаже, но она скорее узко специализированная, предназначенная для профессий, представителям которых надо много ходить. Лекари, например, почтальоны, полицейские, военные, опять же.

А вот что у светской леди после многочасового бала ноги представляют собой сплошное месиво, иногда даже кровавое, об это почему-то никто не думает. Ну подумаешь, потерпит несколько часов! А то, что таких балов может быть в месяц пять-шесть – это мелкие детали. Причем надо понимать, что многие туда не развлекаться ходят, а как на работу, связи там налаживать, важные вопросы с большим количеством людей можно обсудить, с которыми в отдельности встречаться очень сложно и долго. Не только мужчины так делают, женщины тоже.

Почему до этого никто не додумался? Додумались, я не самая умная, просто делается это все на заказ и индивидуально. И не все хотят тратить на такую блажь время и деньги. Ведь прийти в бутик и купить готовое гораздо проще, чем заказывать в специальных мастерских, которые на бальной обуви не специализируются.

Кстати, можно ведь разные ценовые линейки сделать. Не думаю, что лавочница или официантка откажутся от таких туфелек.

Но это потом, а сейчас надо… Бессвязный поток мыслей перебила трель артефакта связи. На гладкой металлической пластине отражалось имя абонента – Каролина Ла Прентеро. А ей-то что надо?

Так мы с подругой с той охоты и не общались. Если бы она в первый день позвонила и извинилась, что меня бросила, я бы поняла и простила. В то, что Каро действительно специально испортила артефакт, мне, честно говоря, не особо верилось. Но прошел уже день. И чем там она таким важным занята, что не могла позвонить? Лелеяла обидки?

Я еще раз посмотрела на разрывающийся артефакт и уже собиралась его отключить, но почему-то нажала на прием.

– Мари, привет! – услышала радостный голос. От этого настроение сразу испортилось еще больше, поскольку передо мной извиняться явно не собирались.

– И тебе того же, – пробурчала я.

– Ты где? Мне у тебя дома сказали, что ты уехала. Мы тут с девчонками встретились, не хочешь присоединиться?

Ага, понятно, рассчитывает на то, что при всех я затевать ссору не буду, а потом оно все как-нибудь само утрясется.

– И где вы?

С какими девчонками она там встречалась до конца непонятно, но либо однокурсницы из Академии, что маловероятно, ведь на ее факультете аристократок можно на пальцах одной руки пересчитать, либо с подругами со времен младшего академиума. А поскольку мы учились вместе, то это и мои подруги тоже.

– В парке у фонтана.

Вот ведь все демоны оборотной стороны! Теперь даже отказаться не получится! Мой путь домой как раз шел через парк и обойти при этом центральный фонтан нереально, все дороги-лучи в парке ведут к нему.

“Или может экипаж вызвать?” – малодушно подумала я. Но это займет слишком много времени.

– Хорошо, я подойду минут через тридцать, – наконец выдавила я.

Вот доем пирожное, потом закажу еще одно в рамках компенсации морального вреда и подойду.

Я оказалась не права. Каро встречалась не с девочками из Академии или младшего академиума, а другими невестами с отбора. Даже Лейса оказалась здесь.

И когда они все успели стать подругами?

В этой связи сломанный артефакт уже не кажется чем-то странным. И нет, я все еще не думаю, что это Каро, но вот любая другая из участниц – запросто. Тем более, что тут довольно много девиц и постарше нас, и любая из них может разбираться в артефакторике.

– Всем привет! – мило улыбнулась я, подойдя к ним.

Дамы сидели в летней кафешке за составленными вместе столами, под сенью только распустившейся листвы. Тут были не все сорок три невесты, а где-то около половины, но все равно народу получилось много.

– По поводу чего сбор? – спросила я соседку, потому что на мое появление отреагировали вяло, тут же продолжили разговор.

– Да вот, решаем, как проходить этот отбор и как быть с его итогами, – пренебержительно хмыкнув, ответила за нее герцогиня Сен Генори, сидевшая через одного человека от меня.

– Кто кому достанется, – поддержала ее моя соседка.

Я посмотрела сначала на нее, но виконтесса с увлечением следила за спором, потом я перевела взгляд на герцогиню, которая ответила мне не менее скептическим взглядом, чем мой.

– Пересядь-ка, – это она виконтессе. Та сначала не поняла, но потом покорно уступила место герцогине.

Не то чтобы была обязана, но с такими людьми ссориться по дурацкому поводу слишком уж глупо. Да и я была довольна, поскольку герцогиня явно хотела пообщаться.

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Не знала, что тут собрались участницы, – я напряженно посмотрела на девиц. Знала бы, ни за что не пришла.

– Тоже думаешь, что это может плохо отразиться на баллах? – хмыкнула та.

– Такое возможно, – аккуратно ответила я.

– Такое очень вероятно, – согласилась девушка.

– Но сбегать уже поздно, а вот послушать, что они, – я мотнула головой в сторону спорящих, – придумают, лишним не будет.

Герцогиня согласно кивнула. И мы сосредоточились на препирательствах двух маркиз, одной из которых была Каролина. Причем делили они не кого-нибудь, а графа Лиантеро.

– Я слышала, – герцогиня склонилась ко мне, но при этом не переставала наблюдать за противницами, – что ты уехала вчера с маркизом Ла Шинаро. Это правда?

– Правда, – я тоже не стала привлекать внимания к нашему общению. – У меня сломался мобиль, если бы не маркиз, я бы ночевала в лесу.

– Сломался или?..

Я бросила мельком взгляд на герцогиню.

– Пока не ясно. Забрать его из леса невозможно, пока вода не уйдет. Да мы там с маркизом чуть не утонули, пока выезжали! Но это скорее всего все же случайность.

– Думаешь?

– Ты уже второй человек, который мне задает похожие вопросы. Почему?

– А ты не в курсе? – нахмурилась герцогиня. – Сегодня же разослали информацию.

– Я с утра ездила у Академию, но перед этим получила пакет со списками.

– Нет, ее прислали позже.

– Так что за информация?

– Вчера с охоты не вернулась баронесса Иф Вартао. Со стоянки она точно выехала, но больше ни ее, ни ее водителя никто не видел.

– Как такое возможно? Вернее… – я задумалась на секунду. – В поле, до выезда на шоссе, свернуть некуда, а по заливным лугам и когда сухо особенно не поездишь. А ранней весной, даже не учитывая шторма, там сухо не может быть по определению.

– Но и в город она не въехала.

– Значит, что-то произошло на небольшом отрезке между поворотом с поля и городом? Хм…

Я на секунду замерла. Ведь у нас с Каро машина сломалась тоже на участке дороги между столицей и поворотом в лес. А что если дело не в плохом ремонте, а в том, что артефакт сломали намеренно именно в этом месте?

Возможно на артефакт, обеспечивающий энергию, воздействовать дистанционно? Возможно. На небольшом расстоянии, при сильном коротком импульсе магии, при применении определенных и довольно сложных техник, но это возможно.

Хотели остановить именно мою машину? Тоже возможно, но необязательно. Может, сгодилась бы любая конкурсантка.

Почему не напали? Либо потому, что мы быстро справились с проблемой, а может потому, что не ожидали второго человека. Да не просто какого-нибудь водителя, а будущего боевого мага.

Или это все-таки совпадение?

– Надеюсь, она найдется, – через минуту, полностью осознав ситуацию, ответила я.

– Я тоже надеюсь.

Помолчав и внимательно на меня посмотрев, ответила герцогиня.

А теперь еще один вопрос: как об этом узнал граф Риарди, если он пришел в Академию даже раньше меня? А ведь он точно знал…

Если я думала, что этот сумасшедший день встреч закончится всего лишь перепалкой куриц с нелепыми попытками поделить женихов, то была не права. Хотя до драки все-таки не дошло, тут я не ошиблась.

Так вот, когда я, наконец, уже в сумерках добралась до дома, меня ждали аж два конверта из Имперской канцелярии. В первом была информация о пропаже одной из невест, ее данные и просьба-приказ в письменной форме отчитаться, когда я ее видела в последний раз. А я ее вообще видела? Ну, судя по изображению, припоминаю турнир по стрельбе, вроде бы даже она вышла из первой подгруппы, но я с ней не соревновалась и лично знакома не была, о чем честно и написала.

Во втором конверте была информация по следующему этапу. И этим этапом был мужской турнир-дуэль, с использованием холодного оружия и магии. Невесты обязаны быть и смотреть.

В качестве площадки выбран полигон Академии, как самый подходящий. На самом деле, при казармах Императорского полка тоже есть полигон, но я там была, он довольно специфический, заточенный под задачи охраны первых лиц государства.

Так что завтра я опять еду в Академию, надеюсь, что к тому времени уровень воды в реке немного спадет.

Кстати, а вот интересно, не связано ли посещение Академии графом Риарди с этим турниром? А как это может быть связано? На первый взгляд никак. Во-первых, ни ректор, ни деканы не будут что-то подстраивать для победы одного из участников. Тем более там все будет под патронажем Императора.

Во-вторых, я в щите полигона копалась лично. Там можно подстроить несчастный случай, но не победу одного из участников. Вот если кто-то решит расправиться с противником тем же способом, что и я с бароном, будут проблемы. Два подряд сбоя щита точно станут расследовать, а там попасть под раздачу могу и я. Доказательств, конечно, нет, но…

Но если бы Риарди захотел подстроить несчастный случай, то зачем идти к декану? К тому же он боевой маг-артефактор, должен ведь понимать, что если что-то случится, то подумают, в первую очередь, на такого как он.

А может все наоборот? Он хотел удостовериться, что щит починили? Ну, как вариант.

В общем, что сейчас об этом думать? Я тут ничего сделать не могу, да и рисковать своей бесценной шкуркой мне завтра не придется.

Лучше подумать о другом. Например о том, что происходит с Каро? Пока мы были в парке, подруга ко мне так ни разу и не подошла, даже не посмотрела в мою сторону, азартно ругаясь с окружающими и строя планы по завоеванию мерзкого графа.

Еще вчера утром с ней все было нормально, а после этих дурацких ставок что, все? Многолетней дружбе конец? Как-то странно, да и из-за чего?

По-другому это видится, если предположить, что Каролина сломала артефакт намеренно. Но по здравому размышлению это все же не так. Не смогла бы она так точно рассчитать заряд, чтобы артефакта хватило ровно на то, чтобы доехать до места. Подруга, если она еще подруга, из тех, кто магию не дозирует. Чего ее сдерживать-то, силушку богатырскую? Да и с расчетами там не очень, это мы, артефакторы, по точным наукам, а стихийникам только бы подраться. Каро же с математикой и физикой и вовсе дружит плохо, а в артефактах разбирается на уровне: смогу ли я что-то сломать или нет.

Вот такие вот мы с ней разные. Она – мускулы, а я – интеллект. Сама себя любимую не похвалишь, никто не похвалит, да.

Так что у нас выходит? Пытались ли меня остановить на дороге – это науке неизвестно и вряд ли будет известно. После нашей с Каро реанимации артефакта и последующего его уничтожения, вряд ли остались следы еще какого-то внешнего воздействия. Кто-то, возможно, специально повредил мой мобиль уже по приезде, но это тоже подтвердить или опровергнуть будет практически нереально. Его хорошо если через неделю удастся выловить и повезет, если из лужи, а не из озера, куда он вполне может уплыть.

Что еще? Риарди и Шинаро ведут себя странно. Один с неизвестными целями ходит по Академии и тут же заподозрил, что мне специально повредили мобиль, будто бы что-то знал. Второй же и вовсе задает интересные вопросы, на которые лучше вслух не отвечать.

А еще у нас пропала одна из участниц, а Каро превратилась в записную стерву. И последнее требует от меня каких-то действий, правда, пока не знаю каких.

Если подруга отойдет через пару дней, то мстить будет как-то странно. А если не отойдет, то стоит ли тратить силы и эмоции? Может, лучше сделать вид, что ничего не происходит, а если и происходит, то меня это не волнует?

Да, наверное, так и сделаю. Не хочет дружить? Ну не очень-то и надо! Что я, собачка что ли, за ней бегать?

Глава 9

Сегодня никаких боев, охот и прочих увеселительных мероприятий среди невест не ожидалось, так что я вырядилась в платье. Было оно, правда, темно-серого цвета, не очень праздничного, да и юбка была чуть короче щиколоток, что вообще-то не принято. Но я еще вчера успела оценить дорогу на полигон.

Шторм-то и столицу стороной не обошел, с улиц вода ушла быстро в реку, но сама Академия стоит в абсолютно плоском месте, и она не вся вымощена в камне. В том смысле, что идти до полигона придется по грязи. И лучше я испачкаю сапоги, чем подол юбки.

Вот знала бы вчера, что сегодня опять придется тащиться в Академию, могла бы не приезжать.

С утра еще я имела занимательную беседу с дедом. Брать парадный экипаж для ежедневных разъездов – это не слишком удобно, там что надо было с транспортом вопрос решать. Свой дредноут, по недоразумению почему-то называемый мобилем, дед мне, конечно, не отдал, а также выразил сомнения в том, что мой старый самобег удастся привести в порядок.

– И что делать? – спросила я его за завтраком. – Мне сейчас совершенно некогда покупать новый мобиль. Кроме того, его придется делать на заказ даже на наших предприятиях, а это месяц работы.

– Я тут поговорил с твоим отцом, и он решил, что ты можешь взять мобиль брата. По крайней мере, водишь ты вполне прилично, чтобы сесть за руль такого самобега. А когда появится время, зайдешь в салон, закажешь себе новый.

– Как бы я не водила, брат все равно будет в шоке, ужасе и очень зол, – хмыкнула я.

С одной стороны, у брата крутой мобиль, почти гоночный, плавные прилизанные формы, очень мощный – мечта. С другой, он меня и правда убьет, если с его машиной что-то случится.

– Ну либо ты можешь взять какой-то из хозяйственных самобегов, которыми пользуются слуги.

У нас таких было ровно два, причем один из них грузовой, а второй все время в разъездах. Так что не вариант.

– Хорошо, возьму мобиль брата.

– Постарайся хотя бы его не утопить, – усмехнулся дед.

– Ты же знаешь, что я не виновата.

– Знаю. А еще я знаю, что ты хороший артефактор, и если ты поставишь на мобиль какую-то артефактную защиту, это лишним не будет.

– Так… – я отложила вилку, которой примеривалась к кусочку бекона, взглянула на деда. – И что бы это значило?

– У Его Величества не уверены, что пропажа баронессы, я знаю, что ты о ней в курсе, как-то связана с отбором. Но все же этого нельзя исключать.

– Мой мобиль сломался на том же участке, на котором пропала баронесса.

– Да, и это имперских дознавателей тоже заинтересовало. Как только можно будет добраться до твоего мобиля, его проверят. И жди вызова к ним на беседу.

– Это сейчас так допросы называются? – фыркнула я.

– К тебе никаких претензий, Мари, но они наверняка захотят узнать пошагово, что случилось и как вы с Каролиной действовали. Так что пока все не стерлось из памяти, лучше запиши.

Я машинально кивнула, потому что на самом деле это уже сделала. Когда меня просили написать, что я помню о баронессе в этот день, я решила и все остальное перенести из памяти на бумагу. Столько событий – могу забыть что-то важное.

После завтрака, я сразу пошла в гараж. Нет, прямо сейчас заниматься артефактной защитой я не стала, время уже поджимало. А если делать все нормально, а не на скорую руку тяп-ляп, то нужно несколько дней и часы расчетов. Все-таки мой старый мобиль хоть и имел некоторую защиту, не такую, как я планирую сейчас, но он сам по себе был намного проще и менее мощным. Тут все надо считать заново.

Жаль, что от дистанционных воздействий я защиту не ставила, даже в голову не пришло. Теперь эту недоработку придется исправить.

Серебристо-серый зализанный самобег поблескивал в скудном свете, будто подмигивал. Его подарил брату отец в день поступления в Академию, и тот с него пылинки сдувал. Если с мобилем что-то случится, он меня убьет.

Впрочем, в последнее время брат сильно изменился. Армия вообще меняет людей. Тяги к роскоши у него поубавилось, правда, осталась тяга к быстрым и мощным самобегам.

Ну, если что, купит новый, еще круче. Меня убьет и купит.

Я запрыгнула на сиденье, активировала артефакт, и мобиль взревел утробным басом. Зверюга, прямо!

До Академии я доехала быстро, хотя и не спешила, потому что самобег для меня новый, мало ли, вдруг в поворот не впишусь или еще что. Река уже чуть подуспокоилась, так что тут проблем тоже не возникло. А то ехать по мосту с закрытым глазами – так себе идея.

– Ого, какой мобиль! – Когда я припарковалась и вышла, ко мне одновременно с разных сторон подошли герцогиня и Лейса.

– Да, пришлось у брата реквизировать.

– Не все случайности настигают только окружающих. Не правда ли? – хмыкнула на это Лейса, оглядев меня с ног до головы таким издевательским взглядом, что захотелось ей врезать.

– Все в жизни бывает, – как можно спокойнее ответила я уже в спину сплетнице, потому что она решила поскорее удрать, а не слушать, что я скажу в ответ.

Алония на это лишь покачала головой. Ее-то наши студенческие разборки никак не касались.

– Ну что, готова посмотреть, как мужчины сражаются за нас?

– Да если бы за нас, – вздохнула я. – Пошли?

– Пошли.

Но перед уходом я заблокировала мобиль и навесила на него простую сигналку. Если его будут трогать, я узнаю.

Мы с герцогиней через добрых двадцать пять минут подошли-таки к полигону Академии. Мужчины, как я поняла, были здесь уже давно, осматривались, о чем-то беседовали с распорядителем. В общем, вовсю готовились себя показать и на соперников посмотреть.

Вокруг главного полигона располагались трибуны, чтобы можно было с комфортом, относительным, конечно, наблюдать за происходящим. Собственно, именно туда, в центральную секцию, нас и проводили.

– Мари! – Каро помахала нам с герцогиней рукой, подзывая.

Рядом с ней были места и я даже понимаю, почему. Вчера она довольно основательно поссорилась с большинством девиц. Странно, но мерзкий граф многим приглянулся. Ну а что? Смазлив, высокомерен, остер на язык, неплохо показал себя в стрельбе, хоть и проиграл более сильному, но если бы не маркиз, о которого он споткнулся в самом начале, мог бы пройти гораздо дальше. А еще он довольно богат и принят в светском обществе. В общем, мечта аристократки.

– Каро, – я ей кивнула и, как планировала, сделала вид, что меня ее поведение не волнует.

– Что тут происходит? – поинтересовалась Алония.

– Скоро должны начать, – ответила подруга, недовольно покосившись на герцогиню.

Хм… А ведь у меня сама собой получилась неплохая месть – я начала общаться с той, кому Каролина проиграла. Более того, мы сейчас вместе подошли и сели мозолить подруженьке глаза. Я не специально, конечно, но ведь очень удачно вышло!

Хотя она-то наверняка подумает, что специально.

Тем временем вышел распорядитель. Похоже, что опоздавших ждать не будут, хотя ведь не все учатся или учились в Академии, а тут полигон пойди найди. Могли бы хоть от стоянки мобилей как-то дорогу обозначить. Чувствую, потеряшек еще потом искать придется.

– Миледи и милорды, приветствую вас на втором этапе нашего отбора, – начал тот. – Сегодня мы увидим магические дуэли между нашими участниками-мужчинами. При этом они могут посвятить свою победу одной из находящихся здесь леди, а леди могут поддержать одного из участников ставкой.

Отлично, похоже тотализатор решили прибрать к рукам организаторы. Правильно, не можешь предотвратить – возглавь.

А теперь внимание, вопрос: стоит ли ставку делать мне?

– Участие в этом азартном развлечении не обязательно, – добавил распорядитель.

“Но очень желательно”, – услышала я.

– Теперь о правилах этого этапа. Тридцать два участника будут разбиты в произвольном порядке на шестнадцать пар, потом шестнадцать победителей образуют восемь пар дуэлянтов и так далее, пока не останется последняя пара, в которой и окажется победитель. Можно использовать холодное оружие и магию любого вида. Наносить травмы средней и легкой степени тяжести разрешается, наносить тяжелые и несовместимые с жизнью травмы – нет.

И опять умолчал о последствиях, как было и в прошлый раз, когда он говорил об обязательном участии всех женихов и невест.

– Пока идет жеребьевка, леди могут сделать ставки.

Мужчины, спустились на поле и подошли к организатору, по рядам же, где мы сидели, пошли слуги с блокнотами.

Итак, стоит ли делать ставку, если да, то на кого и сколько?

Ну, на первый вопрос ответ однозначный: да, стоит. Идти наперекор организаторам у меня нет никакого желания. А сколько? Посмотрю, сколько поставят Каро и герцогиня и поставлю примерно ту же сумму, ибо я в тотализаторах не сильна.

А вот ответа на последний вопрос у меня нет. В принципе, можно поставить на кого-то из студентов, но это глупо – деньги точно проиграю, а они у меня не лишние. И кто остается? Либо маркиз Шинаро, либо граф Риарди. А больше я никого тут не знаю. Ну, точнее знаю мерзкого графа и его друга, но у меня что-то нет желания ставить на кого-нибудь из них.

Так Шинаро или Риарди? Монетку что ли кинуть? Воля случая – это, конечно, неплохо, но если подумать…

– На графа Де Риарди, стандарт, – сказала я подошедшему слуге. Сколько это, стандарт, я не знаю, но примерно столько ставили все. Вряд ли очень много.

А почему Риарди? Более безопасный вариант. Маркиз Ла Шинаро уж очень непонятные вопросы задавал, не слишком хочется во все это влезать и показывать свою заинтересованность. Тем более что ее и нет. Ну, почти.

Все-таки оба они интриговали, даже не знаю, кто больше.

Хотя если действовать по уму, у боевого артефактора шансов на выигрыш гораздо меньше, чем у бойца-стихийника. Да тут вообще стихийников больше, а это значит, что вряд ли Риарди далеко пройдет. Но это уже политика, пусть и такая мелкая.

Герцогиня поставила на какого-то неизвестного мне маркиза, а Каро, понятное дело, на графа Лиантеро.

– Ты думаешь, он сможет выиграть? – скептически уточнила я.

– А ты думаешь, что выиграет твой артефактор? – не осталась в долгу подруга.

– Ну, на самом деле, шанс у него есть. Вы просто, наверное, не видели, на что способны боевые артфакторы, – хмыкнула Алония, покосившись на меня.

Ну я не то чтобы не видела, я сама на такого учусь. Хотя специализация у меня не совсем боевая, конечно, не как у брата. Вот он по настоящему боевой артефактор, закончивший военную Академию. Но даже выпускник – это одно, а состоявшийся и побывавший в бою артефактор – это совсем другое.

Мы вообще опасные зверьки.

– Здесь дуэль, а не реальный бой, – покачала головой я. – Никто не будет на этом цирковом представлении показывать, на что реально способен.

“Тем более артефактор, у которого куча своих хитростей и тузов в рукаве”, – про себя добавила я, но вслух не сказала. Незачем.

На самом деле, стихийники плохо понимают тонкости нашего ремесла. И у них, и у нас все зависит от умения и силы, но если у них речь идет о чистой силе потока, то у нас о способности оперировать тонкими потоками. Чем тоньше поток ты можешь создать и построить на его основе плетение, тем ты круче.

Это не значит, что артефакторы, при этом, не могут пользоваться стихийной магией. Могут и очень многие, но всегда есть опасность пережечь тонкие каналы, поэтому мы очень редко к ней прибегаем. Да и зачем?

Тем временем, мужчины тоже закончили организационные мероприятия, разбились на пары и теперь ждали отмашки о начале представления.

На песок перед трибунами вышла первая пара: незнакомые мне барон и граф, и полигон затянуло слегка поблескивающим щитовым полем. На самом деле, это было не обязательно, ничего сильного тут, скорее всего, не будут использовать. Но вдруг техника сорвется и прилетит по трибунам? Так что нас решили обезопасить.

При включении щита по телу пробежала волна мурашек. Хм… странно… Раньше такого вроде бы не было.

Распорядитель еще раз повторил правила: на бой отводилось пять минут и он завершался, если один из участников сдавался или не мог подняться с песка. Если же оговоренное время истекало, то судьи выбирали победителя по очкам – стандартная практика.

Мужчины сошлись в поединке. Оба они взяли одноручные недлинные мечи для фокусировки магии. Предпочли использовать именно напитанное силой холодное оружие, а не, собственно, техники, тем более, дальнобойные.

Как я и говорила, никто не хочет показывать, на что он способен, тем более на первом этапе.

Я лениво наблюдала за боем, хотя то и дело кидала взгляд на чинно сидящих на соседних трибунах мужчин. На этот раз нам не дали пообщаться. Они тоже смотрели на полигон, и тоже с изрядной скукой. Хотя кто-то и нервничал. Это было заметно по отрывистым движениям и громким голосам нашей студенческой тройки, например. Те, кто постарше, старались держать себя в руках и не показывать эмоций.

Но все равно, многое можно было вот так увидеть. Маркиз Шинаро, например, внимательно наблюдал за дуэлянтами и что-то азартно комментировал своему соседу. Риарди же явно скучал и чуть ли не зевал.

В принципе, было от чего. Барон на голову превосходил графа и теперь гонял того по всей арене полигона. Хотя мог бы закончить все гораздо раньше и не так унизительно для соперника.

– А ведь в таких боях отлично видно, чего человек стоит, – сказала я.

– Это точно, – поморщилась Алония, когда барон в очередной раз загнал графа в угол, но отпустил, играя, будто кошка с мышкой.

– Да, он очень неплох, стихиями владеет пусть и не виртуозно, но на хорошем уровне, – потерла руки Каро. Она мой комментарий явно не поняла и подумала, что я о силе, а не о человеческих качествах.

Когда она стала такой поверхностной? Нет, тут явно что-то не так.

Я в задумчивости посмотрела на подругу, уже хотела спросить, что это с ней, но неожиданно натолкнулась на ее предупреждающий взгляд.

Дуэль, тем временем, выиграл барон и на полигон вышла следующая пара. И опять, когда отключали щитовые чары, чтобы предыдущие участники вышли с арены, и когда потом включали вновь, по телу будто пробежал табун мурашек.

Я огляделась вокруг, но никто ничего, похоже, не заметил или не придал значения. Вообще-то, при работе мощных артефактов такое бывает, но в данном случае речь может идти о слишком сильном магическом потоке.

Потом решила посмотреть на единственного человека здесь из мне известных, который мог что-нибудь заподозрить, на графа Де Риарди. Он тоже смотрел на меня, смотрел в упор, не отводя взгляда, пристально.

Я ему кивнула, просто здороваясь, он склонил голову в ответ. Но понять, почувствовал он что-то или нет, на таком расстоянии не удалось. С другой стороны, он как будто за мной наблюдал, изучал мою реакцию.

Может, стоит сказать организаторам, что щит, вероятно, работает с большой перегрузкой? Но откуда я могла бы об этом узнать, не изучая досконально его устройство?

Мне ведь совершенно не надо, чтобы меня в чем-то заподозрили, верно? Да и мужчины на поле не какие-то там студентики – разберутся.

После нескольких таких включений и выключений, ситуация уже основательно стала бить мне по нервам. Я уже практически не следила за тем, что происходит на полигоне, кто-то выходил, кто-то сражался – ничего зрелищного, только обычные, напитанные магией клинки, помахали, разошлись. Никаких травм или острых моментов.

Лишь когда на арену вышел Риарди, я заинтересовалась происходящим. Его соперником был какой-то незнакомый виконт, невысокий, крепкий, явно с военной выправкой. Это даже может быть интересно.

Они оба одновременно напитали клинки магией, причем, Риарди использовал стихию, а не артефактную магию, как я могла бы подумать. Не знаю уж, почему он решил именно так, возможно, артефакты проносить на полигон было нельзя по условиям соревнования – типа домашняя заготовка. Но вообще это тогда выходит нечестно!

Впрочем, графа это, похоже, не очень смутило. Поток магии в клинке, как видно отсюда, с трибуны, был довольно устойчивый. Хотя для артефактора это странно и опасно – можно пережечь каналы.

Они вступили в бой и бились оба достойно, без всяких подлых приемчиков. Но Риарди был объективно сильнее, намного, на голову. Даже не думала, что боевой артефактор может так махать мечом. Причем, чем больше я смотрела, тем отчетливее мне казалось, что рисунок боя похож на тот, что используется с двумя мечами. Такое ощущение, что мужчине не хватало второго меча для полной картины.

– А он неплох, очень неплох, – прокомментировала Алония.

– Да уж, не ожидала, что артефактор на такое способен, – согласилась Каро, которая испытывала непреодолимую тягу к любому холодному оружию в зоне ее внимания. – Двуручный бой, не иначе.

Подтвердила она мои мысли.

– И на хорошем уровне, – кивнула герцогиня.

– А что в этом такого? – спросила я, потому что для меня ну бой и бой.

Да, я, конечно, не полный профан и даже вижу, что рисунок боя неполный без второго клинка, в основном из-за того, что часто присутствовала на тренировках Каролины. Но для меня все равно холодное оружие – это просто куски железок, я с ним никогда не сроднюсь – не мое это.

– Этот стиль боя очень редко используют, для него надо быть очень хорошо подготовленным, а не просто изредка упражняться. К тому же Риарди даже не стихийник.

– Ну, может, он оружие любит? – я пожала плечами.

– Все равно. Уровень практически запредельный. Ты просто не понимаешь, не видишь, – Каро покачала головой, – он сдерживается и очень сильно.

Ну, поверю профессионалу.

Бой закончился ожидаемо, виконт сдался после трех минут активного противостояния. При этом, он тоже был очень неплох и если бы ему не попался такой сильный противник, то непременно вышел бы в следующий тур.

А дальше опять пошла череда унылых поединков. Маркиз Шинаро выиграл, но как такового боя не случилось в виду очевидной слабости его противника. Из наших знакомых студентов в следующий тур прошел только самый младший, герцог, который разразился такой скоростной серией ударов, уворотов, скользящих блоков, что было очевидно – его готовили специально, по отдельной программе.

– Он будущий чемпион Академии, – пожала плечами Каро. – Входит в команду.

– Ты тоже входишь.

– Да, но он владеет каким-то родовым искусством боя, я на его фоне выгляжу бледно.

– Я училась с его старшей сестрой, – хмыкнула Алония. – Лично видела, как она вышла в учебном поединке против десяти противников, не слабых, кстати, и разделала их за пару минут всего.

– Такое вообще бывает? – не поверила я.

– Я бы тоже сомневалась, если бы этого собственными глазами не видела. Мы тогда к турниру готовились, и нас, стрелков, специально пригласили посмотреть, на что способны наши коллеги по команде.

– Ну тогда понятно… – протянула я. – Но почему ты на него не поставила?

– Он не выиграет. Молод еще, слишком самоуверен, опыта мало. Твой знакомый, граф Риарди, его, скорее всего, победит.

Будем надеяться, а то мне деньги терять что-то не очень хочется.

Я опять вернулась к созерцанию очередного боя. Подняли щит, и меня опять резануло ощущением его неправильной работы. Причем, оно здорово усилилось.

Может, все-таки сказать организаторам?

Глава 10

Второй тур, когда сражались восемь пар победителей первого, прошел ожидаемо. Ожидаемо скучно. В третий тур вышли Риарди, герцог, как это ни печально, мерзкий граф Лиантеро и еще маркиз, за которого болела Алония.

Маркиз Шинаро же позорно проиграл как раз тому самому маркизу Десоре. Почему позорно? Никогда не думала, что обученный, опытный боевой маг-стихийник может смотреться на фоне простого аристократа так слабо. Нет, то, что холодное оружие не его конек – это было понятно, хотя и странно. Но ведь не до такой же степени!

На самом деле, все четыре победителя были действительно хороши. Что неприятно, мерзкий граф тоже. Но не признать таланта было нельзя. Это не родовые техники, не гениальность, а Риарди был без сомнений, гением, не очень большой опыт, как у маркиза, но талант определенно.

Маркиз оказался, кстати, очень известной личностью, дуэлянтом и повесой, которого в свете знали все за крутой нрав и умение красиво нарываться.

Дед мне с такими типусами общаться не велел, оттого я его и не знала. Хотя на самом деле, светское общество, этот клубок жаб и гадюк, мне были просто не особо интересны. Да и не было лишнего времени из-за учебы в Академии. Если бы не это, никакой дед не уберег бы меня от общения с этими, без сомнений, приятными во всех отношениях людьми.

А там, зная мой характер, кто-то мог бы и пострадать. В конце концов, нигде в дуэльном кодексе не сказано, что сражаться могут только мужчины, женщина тоже может вызвать как другую женщину, так и мужчину. Кстати, и мужчина может вызвать женщину, но это несмываемый позор.

Сейчас я наблюдала за тем, как этот самый повеса и дуэлянт разделывал самоуверенного однокурсника Каро. Парень действительно так уверовал в свои силы, что не воспринял какого-то гражданского всерьез. И очень зря. Сейчас этот самый маркиз гонял противника по всему полигону, при этом не забывая вслух глумиться, вроде и не сильно, но немного обидно. Ничего такого, никаких смертельных оскорблений, просто злые шутки.

И это не так, как в первом туре было, где действительно издевались над более слабым. Здесь же герцог был чуть сильнее маркиза, но проигрывал за счет малого опыта, а это уже слабостью не считается. Мало опыта – нарабатывай. Да и в практически игровой обстановке ему дали бесценный урок, что нельзя недооценивать противника и переоценивать себя. Умный поймет.

Загнав-таки герцога в угол, маркиз обозначил добивание, на что тот поднял руку, показывая судье, что сдается. Ну и правильно, пора заканчивать эту комедию.

Деактивация щита больно резанула по нервам. Причем, не только меня. Чем дальше, тем больше людей недоуменно ежились. Тут практически не было артефакторов, все же мы не так часто встречаемся, как стихийники, а уж тех, кто может работать с тонкими потоками и вовсе единицы. Точнее, здесь их только двое, я и Риарди. Мы почувствовали первыми, я поняла это по тому, как граф кривился каждый раз при включении и выключении щита, как хмурился все больше. Сейчас что-то стали замечать и оставшиеся артефакторы, не такие чувствительные, как мы.

Вот только среди организаторов, если и были маги, то именно стихийного направления. А им надо огненным шаром в лоб заехать, чтобы они что-то подозрительное почувствовали.

Тем временем, на полигон вышли Риарди и мерзкий граф. На мой взгляд, у последнего не было шанса. Но бой – дело такое, непредсказуемое, ему, в конце концов, может просто повезти.

Тут во втором туре сражались два барона, один неудачно сделал выпад, второй неудачно уклонился, итогом стала пробитая артерия. Хорошо хоть здесь целители присутствуют в достаточном количестве. Да, понятно, что досадная случайность, но все же неприятно.

Щит накрыл полигон и распорядитель дал отмашку для начала поединка.

Мужчины начали двигаться по кругу, примериваясь, высматривая слабые места противника, зорко следя за малейшими движениями оппонента. Риарди это, видимо, надоело, да и пять минут, отведенных на бой, не резиновые. Он напал первым. Выпад покрытым магией клинком Лиантеро отбил. Еще один, тут просто так отбить не удалось, меч скользнул по неправильно поставленному блокирующему клинку и чуть не отрубил мерзкому графу пальцы.

Лиантеро разозлился и тоже начал отвечать, пытался отвечать. Риарди был явно сильнее. Удар, еще удар, блок, уворот, они танцевали этот смертельный танец мелькающих клинков, все больше впадая в азарт. Точнее, мерзки граф впадал, а его противник начал отступать ближе к борту арены.

– Что он делает? – удивилась Алония.

Я же знала, что он делает. Щит уже даже в работающем состоянии начал мелко вибрировать, да так, что заныли зубы.

Бой остановить было нельзя. Ну, точнее можно, но Риарди пришло бы признать себя проигравшим, щит бы отключили и тогда… Я не знаю, что тогда бы случилось. Сейчас же один граф отступал к каменному парапету, ограждающему полигон, и уводил противника за собой.

Они не дошли буквально метров десять, когда щит завибрировал, как натянутая струна, и арену поглотило белое ослепляющее всех вокруг марево.

Я вскочила.

Еще не видя, что вокруг происходит, вскочила и на ощупь стала пробираться вниз, к управлению щитовым артефактом. Дело в том, что щит все еще работал, вибрировал, шел волнами, светился, как сверхновая, но работал. И я не хочу думать о том, что будет, когда он схлопнется.

И дело даже не в том, что на арене граф Риарди, мужчины, в конце концов, могут о себе позаботиться, особенно такие, как он и мерзкий граф. Но вот зрители на трибунах не все умели и могли ставить стихийный щит, я, например, не могла. Да, у меня есть защитный артефакт, очень сильный, хоть и не из того родового комплекта, что мне подарил дед. Но тут полно людей, у которых вообще нет никакой защиты или они не умеют в должной мере ею пользоваться.

Пока пробиралась вниз, на трибунах нарастала паника, все метались, будто впотьмах. От слепящего белого света эффект аналогичный. Меня пару раз чуть не сбили, а еще раз я едва не слетела со ступеней вниз головой. Сломать себе шею – не самая лучшая идея, так что я удвоила осторожность.

Тем не менее до блока управления артефактом я добралась буквально за пару минут – сидела удачно, он как раз был под центральной трибуной.

– Отойдите, – сквозь гул приказала я, копошащимся у артефакта слугам. Они не знали, что делать, а где распорядитель, я, разумеется, не видела. Но его точно здесь не было, иначе он бы отдал команду отключить артефакт, чем, возможно, убил бы всех нас и еще снес пару соседних зданий Академии.

– Миледи?

– Отойдите, я сказала! А то здесь сейчас все пойдет вразнос!

Оттолкнув последнего слугу, я положила руки на артефакт управления. Хорошо было бы добраться до самого щитового артефакта, но он находился в подвале под трибунами, и сейчас я туда просто не попала бы. Или затоптали бы по дороге, или я бы заблудилась. Да и ключа с собой не было. Сделав гадость в прошлый раз, я ключик припрятала в своей шкатулке с драгоценностями. Ну а чем не драгоценность-то? Скромно умолчим, на какие ухищрения я пошла, чтобы его достать.

Артефакт управления горел. Нет, не в прямом смысле, но очень нагрелся, так, что до него невозможно было дотронуться. Но надо. Я терпела, не отрывая рук от раскаленного кристалла, чувствовала, как скукоживается кожа на ладонях – будет сильный ожог. Хотя лечебный артефакт уже заработал.

Я тяжело вздохнула один, второй раз, попыталась размеренно дышать, чтобы настроиться, увидеть нити управления артефактом. Они тоже были раскалены от сумасшедшего потока энергии, который на него подавался. Откуда? Откуда столько силы? Это ведь не кратковременная вспышка и не поломка, кто-то специально подает сильный и насыщенный поток магии на артефакт!

И что с этим делать? Если я обрежу потоки, будет то же, что и с отключением – взрыв. Если начну перерезать их по одному, что магия перекинется на остальные и они разрушатся с тем же результатом. Повернуть процесс вспять? Можно было бы попробовать, но мне может банально не хватить силы. Да, было бы хорошо обратным потоком сжечь артефакт, который сейчас качает энергию или покалечить мага, если он это делает напрямую, но я же не стихийник!

Остается один вариант, но он медленный, я могу не успеть. Надо успеть!

Я начала перестраивать структуру магического потока. Он состоял из пары десятков нитей, и я могу работать сразу со всеми, иначе, если брать по одной, что было бы гораздо проще, это то же самое, что перерезать.

Изменить структуру – легко сказать! На самом деле, ничего магически затратного в этом не было, но это очень тонкая, кропотливая работа. Если мне сейчас кто-то помешает… Впрочем, слуги оказались понятливыми ребятами и организовали вокруг меня что-то типа кольца, не давая в панике бегущим людям о меня спотыкаться. А так же не давая прорваться сюда тем, кто вознамерился “спасти” всех, отключив артефакт. Такие были.

Ну вот куда лезут, если ничего в этом не понимают?

Я еще раз глубоко вздохнула и начала молекулярную перестройку решетки потока. Заодно он немного охлаждался, это дало мне возможность не потерять сознание от болевого шока. У меня будут очень сильные ожоги, но сейчас об этом думать и отвлекаться нельзя.

Не знаю, сколько я так работала, наверное, минут пять, не больше. Но надо понимать, я не чинила, за жалкие минуты этого не сделать, а снимала напряжение силы в потоке. Щит придется восстанавливать заново, возможно даже с нуля. Это как с артефактным луком, ты можешь сделать из него нормальный долговечный артефакт, но на это потребуются дни, или можешь его улучшить в экстренной ситуации и у тебя будет один, максимум два выстрела, после чего оружие развалится на запчасти.

Но сейчас о щите я не думала, я думала о том, что здесь находится под сотню людей только на полигоне. Хорошо хоть студентов поблизости нет – каникулы.

Я чувствовала, как уходит вибрация, так тускнеет яркий свет, как гул, зародившийся под трибунами, утихает – получилось!

Конечно, я не могла изменить молекулярную структуру всего потока, да это сейчас было и не нужно. Надо лишь довести ее до приемлемого уровня и отключить чертов артефакт.

В тот момент, когда вместо вибрации появились мурашки, я решила, что этого достаточно. Тем более, что последние полминуты я держалась лишь на морально-волевых. Из последних сил я подала команду на отключение и…

За моей спиной купол обрушился вниз поблескивающим стеклом, точнее нитями, обратившимися в кристаллическую решетку наподобие стекла. С этим я уже не могла ничего сделать, да и графы, надеюсь, догадались прикрыться щитами. Не помрут!

Я же оторвала руки от кристалла управления, посмотрела на них… Кожа осталась на кристалле, а ладони представляли одну сплошную рану. Тут-то на меня и накатила боль, да такая, что перед глазами все тут же заволокло чернотой, и через секунду я в нее послушно рухнула, отключившись.

Надо мной склонилась женщина, но узнать ее не удалось, слишком плохо было видно лицо, окруженное свечением. Нет, ничего потустороннего, как я поняла буквально через секунду, просто так висел магический светильник, что над ее головой образовался нимб.

Я заморгала, и она мне что-то сказала. Голос я слышала, но как-то далеко, будто до меня пытаются докричаться с другого берега реки. Так что ничего не разобрала.

Она ушла, а я все это время таращилась на яркую лампочку, которая висела прямо перед носом. Наверное, не надо было этого делать, потому что скоро перед глазами стали расползаться цветные круги, а потом и черные мушки. Но женщина быстро вернулась, заслонила от меня источник освещения и влила в рот какую-то отвратительно пахнущую вязкую жижу.

Ну почему все лечебные снадобья – это такая потрясающая гадость?!

Но это я уже подумала стремительно очищающимся от усталости и тумана мозгом.

– Вам лучше? – спросила одна из целительниц Академии. Я ее знала, ну то есть не по имени, просто видела, когда до этого попадала в лазарет. А такое было несколько раз, да. Артефакторика – не самое безопасное ремесло.

Я подняла руки, посмотрела на свои ладони, на которых уже наросла тонкая розовая кожа. Хорошо со мной поработали!

– Вас сам декан исцелял, – вторя моим мыслям, ответила на незаданный вопрос женщина.

– А что было?

– У вас был болевой шок, ожоги ладоней третьей степени и рук до локтя второй.

Ого, третья – это уже серьезно. Очень серьезно. Это так вообще без рук остаться можно. Их вырастят потом, конечно, но все равно неприятно, особенно если сразу обе.

– А сейчас что?

– Сейчас все в порядке, только вам не следует их нагружать. Тяжести не таскать – это понятно, но лучше не совершать действий, которые могут содрать, поранить или натереть кожу. Вам придется какое-то время носить специальные перчатки.

– Какое-то – это какое?

– Зависит от вашего организма, но, думаю, трех-четырех дней хватит.

Я, честно говоря, выдохнула. Перчатки такие я тоже носила. Как-то при взрыве артефакта, который я делала, мне чуть не оторвало палец. Тоже было экстренное приживление и необходимость носить одну перчатку две недели. Это было не очень удобно, тем более что для красоты я носила их на обеих руках.

Правда для тех, кто мог себе это позволить, перчатки делались красивые и разноцветные, чтобы к нарядам подходили. Мужчины, обычно, выбирали белые, впрочем, они и так их носили, а целительские от обычных отличить можно было только вблизи. Женщины же изгалялись, кто во что горазд. Впрочем, я предпочитала просто телесного цвета или тоже белые, официальные.

– Прошу, – целительница мне как раз такие белые, длинные, почти до локтя, и протянула.

Аккуратно и медленно их надев, я подождала, когда они сядут на руку, облепят ее, как моя собственная кожа. Тут же защипало и я поморщилась. Это скоро пройдет, но все равно неприятно.

– Я могу сесть?

– Да, конечно. Голова не кружится?

Я аккуратно привела тело в вертикальное положение, стараясь при этом не помогать себе руками.

– Нет, вроде бы все нормально.

Я и правда себя хорошо чувствовала. Некоторая слабость была, конечно. После боевого шока и не такое бывает, хорошо еще хоть сердце не остановилось.

От размышлений и самодиагностики меня отвлек какой-то шорох и стон. Я огляделась и увидела занавеску, за которой, наверное, была еще одна койка.

– Пострадавшие? – нахмурилась я.

– Не так много, как могло бы быть, – женщина вздохнула. – Несколько переломов из-за падений. Ну и граф, который был на арене в момент инцидента пострадал довольно сильно. Пока по нему прогнозов нет.

У меня аж все похолодело. Там, на поле, было два графа, боги, хоть бы это был не Риарди! Нет, смерти или увечий Лиантеро я тоже не желала, но если выбирать из двух…

– Который?! – внезапно севшим голосом спросила я.

Но прежде, чем целительница успела ответить, в комнату ворвалась Каро.

– Мари! – она с разбегу бросилась мне на шею. – Я так испугалась!

Мне оставалось только стойко выдержать ее тисканья, стараясь, при этом, сберечь руки, которые я подняла повыше, чтобы ничего или никого не задеть. Она ведь все равно пока меня всю не облапает на предмет повреждений, не успокоится. Сколько раз уже такое было?

Я вот к ней раненной, например, ни разу не лезла обниматься, м-да…

Глава 11

Нет, не судьба мне сегодня узнать, кто пострадал…

Как только Каро выпустила меня из своих цепких лапок, в последний момент шепнув, что нам надо поговорить, с чем я, без сомнений, согласна, ко мне нагрянули еще визитеры. Декан факультета целителей меня осмотрел и отчитался сопровождающему его мужчине, что со мной все в порядке, и, собственно, этот самый мужчина в форме Полевой интендантской службы. Это только для несведущих безобидное название, однако я-то знала, что ко мне нагрянула контрразведка. Быстро они!

– Миледи Велрани, с вами хотят поговорить об инциденте, пройдемте, – сказал этот самый мужчина. Как и все контрразведчики, он был незапоминающимся, среднестатистическим, встретишь на улице – через секунду забудешь.

Но это так, детали. Что мне не понравилось, так это его слова. Во-первых, он мне приказал, а не спросил, могу ли я и хочу ли. Может мне вообще стоит деда дождаться? А во-вторых, отчего такая спешка? Нет, понятно, что дело надо расследовать, но сдергивать с больничной койки человека, который всего пару часов назад получил болевой шок – это как-то даже неприлично. В-третьих, неужели за мной не могли послать кого-то другого, дежурного, например, а не этого офицера?

Я встала, покачнулась от слабости и накатившего головокружения. Ничего, это пройдет.

Каро тут же подскочила ко мне, поддержала за локоть и гневно уставилась на этого мужчину. Ну чего она злится, он же не виноват, у него приказ. Или они знакомы?

– Позвольте вас проводить.

– А у меня есть выбор?

– Нет, – чуть подумав, ответил он. – Прошу.

Для того, чтобы сделать первые шаги мне потребовалась помощь Каро, но потом я уже смогла двигаться самостоятельно. Офицер проводил нас в административное крыло, которое отсюда совсем недалеко, далеко бы я не дошла. Оказывается, мы были в лазарете главного здания, а не целительского корпуса.

– Вас пригласят, – сказал этот вежливый и приятный в беседе (сарказм, конечно) офицер и скрылся за дверями зала заседаний при ректорате.

Каролину же и сюда не пустили, так что даже скрасить мандраж болтовней не получалось. Да, я нервничала. Не слишком-то теплый прием мне оказали, как бы еще не сделали виноватой… Не имела я права лезть в управление артефактом, но что было делать?

– Вас ждут, графиня, – из дверей высунулась секретарша ректора.

Я пожала плечами, поднялась и опять пошатнулась, но через пару секунд все же утвердилась на ногах. Не без страха зашла в кабинет и огляделась. Тут же выдохнула. За столом, помимо всех прочих, сидел граф Риарди собственной персоной. У него была перебинтована рука и голова, но выглядел он более-менее целым.

– Студентка Де Велрани по вашему приказанию прибыла, – отчеканила я, смотря на ректора.

Ну а что, если бы это была не Академия, я бы не так представилась, но это почетное собрание возглавлял именно ректор, а значит я для него больше студентка, а не участница отбора.

– Присаживайтесь, миледи, – откликнулся тот. – Как ваше самочувствие?

– Спасибо, уже гораздо лучше, – я тяжело плюхнулась на предложенный стул за столом.

Если бы меня посадили отдельно, перед уважаемым собранием, тогда это точно не сулило бы ничего хорошего, но я села вроде как вместе со всеми. А было тут человек десять и не всех из них я знала.

– Вы чуть не лишились рук…

– Я знаю, – пожала плечами я.

– Знаете? – уточнил один из мужчин в форме. Их было двое, тот, что приходил за мной, и еще один, постарше, с внимательным, очень цепким взглядом.

– Сказала целительница. Я в курсе, что такое ожоги третьей степени.

– Хорошо, что все обошлось, – кивнул ректор. – Это предварительное выяснение всех обстоятельств. Так что расскажите, что произошло, как это видится вам.

Ну я и рассказала. Скрывать мне нечего, кроме того, что я сама рылась в щите до этого и прекрасно разбираюсь в его работе. Но это к делу не относится. Я уже успела подумать, могли ли мои неуклюжие действия спровоцировать такое и пришла к выводу, что нет, не могли.

– То есть вы считаете, что у артефакта кто-то был? – нахмурился старший из офицеров.

– Я не могу это утверждать, ведь если и был, я его сама не видела. Но либо так, либо это мог быть артефакт отложенного действия.

– Мы ничего не нашли, – покачал головой Риарди. Интересно, почему он здесь? Потому что артефактор?

– Его могли забрать. В такой суматохе…

– Но ведь из-за света ничего не было видно, как вы можете утверждать, что там все-таки кто-то был?

– Я и не могу, – ответила офицеру, – но это логично. А что касается света, то я его в конце смогла приглушить, так что все-таки кто-то что-то видеть мог.

– Не думаете ли вы, графиня, что все произошедшее спровоцировали ваши манипуляции со щитом? – неожиданно спросил какой-то пожилой мужчина. Я его не знала, и вопросов он мне до этого не задавал, сидел бледной тенью.

Я откинулась на спинку стула, внимательно посмотрела на него, не зная, что ответить.

У меня было два варианта трактовки его слов: либо про то, что я копалась в артефакте, прознали, либо он имеет в виду то, что я сделала сегодня.

– Уточните, вы имеете в виду то, что щит обрушился?

– Я имею в виду то, что вы сделали с бароном Иф Шарено.

– А вы, собственно, кто? – не-е-ет, меня смутить или спровоцировать не так просто.

– Меня зовут граф Де Марино, я из Службы дознания.

– Граф Де Марино, вы хотите предъявить мне какое-то обвинение?

Мужчина замялся, но потом все же ответил.

– Нет, миледи, но все в этом деле указывает на вас.

– Все – это доказательства? – усмехнулась я. Знаю я их “все”, это еще сплетнями называется.

Вот когда надо, когда мне угрожает опасность, я могу быть не девятнадцатилетней вечно шалящей и влипающей в неприятности студенткой, а записной стервой, которая умеет общаться с сильными мира сего. Да у меня отец дипломат, многому научил, между прочим!

– Миледи…

– Хватит! – возмутился ректор. – Графиня Де Велрани не может быть обвинена только на том основании, что она могла это сделать.

– А вы могли? – усмехнулся Риарди.

– Могла ли я обрушить щит на голову барона? – я ответила такой же усмешкой. – Насколько я знаю, тогда произошло кратковременное искажение в работе щита. Отчего оно случилось, неизвестно, но это был не первый случай, а предыдущий произошел задолго до моего рождения.

Хотя нет, мне известно, конечно. Но не будем об этом.

– А вот то, что произошло сегодня, точно не обошлось без влияния извне. И нет, я бы не смогла такое сделать. Я хороший артефактор, смею надеяться, но я не стихийник. А там был очень сильный поток, который доступен только стихийному магу.

– Но вы же сами сказали, что возможно это был артефакт.

– Возможно, но… Я не уверена, что смогла бы такой сделать. Да и не уверена, что стала бы.

– Почему?

– Подобные артефакты опасны в первую очередь для создателей, – ответил за меня декан факультета артефакторов.

– Я не склонна к рискованным экспериментам, – кивнула я. – По крайней мере таким, при которых можно остаться без головы. А кроме того, если бы это была я, как бы я забрала артефакт?

– Но у вас есть мотив, – влез все тот же граф из Службы дознания.

– И какой же, позвольте спросить? – усмехнулась я.

– Вы плохо отзывались об этом отборе и о решении Императора, – начал загибать пальцы тот. Донесли, значит. – Во-вторых, вам не нравился граф Де Лиантеро и вы могли…

– Я поставила в тотализаторе на графа Де Риарди, – перебила я.

– Но он проигрывал и вы решили…

– Он не проигрывал, – покачала головой я, озвучивая очевидные вещи. Сам означенный персонаж при этом молча ухмылялся, чем меня очень отвлекал от распекания дознавателя. Я откашлялась и перевела взгляд с этой ехидной усмешки на графа Марино. – Так вот, он не проигрывал, он отводил Лиантеро от центра полигона ближе к ограждению.

– А зачем вы туда вообще полезли, можно узнать? – спросил офицер Интендантской службы.

Я поставила локти на стол, посмотрела на этих людей. Здесь только трое понимали, что там произошло на самом деле: я, Риарди и декан артефакторов.

– Вы, по моему, не очень поняли или сделали вид, что не поняли, что там случилось, – отчеканила я ледяным голосом. Они меня достали, и я сейчас начну делать то, что и обычно в таких ситуациях – гадости.

– И что же?

– Вот представьте, у вас на складе лежит взрывчатка. Лежит – никого не трогает. Представили? И тут к этой взрывчатке прикручивают детонатор и запаливают шнур. Что будет?

– Взрыв будет. То есть вы утверждаете, что щит бы взорвался?

– Утверждаю. Более того, нас от взрыва отделяли считанные секунды. Ну, может, минута.

– Так, постойте, – нахмурился дознаватель. – Понятно, что от взрыва погибли бы те, кто был на арене. А что касается людей на трибуне?

– Я думаю, что взрыв был бы такой силы, что не только снес бы подчистую полигон, но и несколько соседних зданий.

Сидевшие за столом мужчины переглянулись и с недоумением, а кто и с неверием, воззрились на меня.

– Так вы не ответили, зачем вы туда полезли? – спросил опять офицер.

– Зачем? Сразу по нескольким причинам, – я пожала плечами. – Первая – надо было что-то делать. Я чувствовала колебания потоков, артефакт шел вразнос, а учитывая недостаточную видимость, эвакуировать людей не было возможности.

– Хотели побыть героиней? – усмехнулся мужчина.

– Если бы граф Риарди не был на арене, уверена, он бы сделал то же самое. Ну и второе… Мне было интересно.

– Интересно? – удивился дознаватель.

– Артефакторы! – махнул рукой ректор. – Как они из интереса еще Академию по кирпичикам не разобрали.

– Разбирать Академию по кирпичикам – это к стихийникам, нам здания и сооружения не очень интересны, – парировала я.

Тот ухмыльнулся. Ректор вообще поддерживал такое мнение о себе у окружающих, что он опасается всех студентов. Стихийников потому, что они готовы разбирать здания по кирпичикам, целители готовы разбирать на составные части людей, а артефакторам вообще все равно, что разбирать – страшные люди. Естественно, это была шутка, но, как говорится, в каждой шутке есть только доля шутки.

– Вы вообще понимаете, что могли погибнуть? – возмутился все тот же дознаватель. Да он же ничего в магии не понимает, кто его сюда взял-то?!

– Я бы стопроцентно погибла, если бы ничего не сделала. Я пока бежала вниз, к кристаллу управления, чуть не скатилась со ступенек кубарем, а еще меня два раза сбили с ног другие люди. Эвакуироваться с трибун и успеть отойти на достаточное расстояние до взрыва – было нереально.

– Миледи, мне кажется, или ваши знания по артефакторике превосходят знания студентки второго курса? – спросил старший офицер. Они с коллегой, кстати, так и не представились.

– Превосходят. В том, что касается артефакторики, могу хоть сейчас сдать экзамены за четвертый.

– И почему не сдаете?

– Потому что помимо артефакторики в Академии полно других предметов, которые я сдать за четвертый курс не могу, – хмыкнула я.

– Вы готовы пройти проверку мага-дознавателя?

– В смысле, менталиста?

– Да. Поймите, мы не можем опираться только на ваши показания и…

– Я все понимаю, – оборвала его я. Вообще-то подобное предложение было оскорбительным и дед этого не одобрит, но… – Я согласна ответить на вопросы мага-дознавателя в том, что касается сегодняшнего инцидента.

А то еще с них станется, спросят про барончика, которого я чуть не убила, и все – вышибут из Академии легко и непринужденно. Еще и уроду этому виру придется заплатить. Нет уж, тут они обойдутся точно. Никаких доказательств у них нет, а подозрения к делу не пришьешь.

– Благодарим за сотрудничество, миледи. Вы можете идти.

– Один вопрос.

– Да?

– Каким образом пострадал граф Де Лиантеро? Мне в лазарете сказали, что он в тяжелом состоянии…

– У него не сработал защитный артефакт, а своего собственного щита не хватило.

– Вот как? – я нахмурилась.

Надо, конечно, узнать, что у него были за повреждения, но от осыпающихся нитей даже без щита можно заработать лишь порезы. В обычной ситуации.

– Вы все правильно подумали, – прервал мои размышления граф Риарди. – После того, как вы развернули поток, магия, которая уже успела напитать щит, не развеялась до конца.

Мужчина красноречиво показал на свою раненую голову, не менее раненой рукой.

– И когда обрушился купол, осколки были ничем не хуже клинка, напитанного магией, – продолжила я. – Интересно…

– Что именно?

– Магия должна была развеяться, – вместо меня ответил граф. – Но не развеялась. Причина не ясна.

Это о-о-очень, ну просто о-о-очень интересно! И где-то я про такой эффект читала. Давно это, правда, было и где именно?.. Нет, вот так сходу не вспомню. А надо вспомнить, надо, это важно.

Поскольку ко мне вопросов больше не было, я встала и отчетливо пошатнулась, чуть не осев на пол, – закружилась голова, опять навалилась слабость, подогнулись ноги. Резкие движения мне, кажется, пока противопоказаны. Как и физические и эмоциональные нагрузки.

– Позвольте, я вас провожу? – вслед за мной встал граф Де Риарди.

Некоторое время мы шли молча. Я не очень понимала, зачем граф решил меня проводить, что хотел сказать, но гораздо больше занимал вопрос, как я поеду домой. Сейчас я явно не в том состоянии, чтобы вести мобиль.

Интересно, деду уже сообщили? К сожалению, я не могла с ним связаться, у меня сгорели все артефакты, что были на мне в момент происшествия.

– Давайте присядем, – неожиданно предложил мужчина, когда мы проходили мимо небольшого скверика со скамейками. В учебное время студенты любили тут сидеть общаться или заниматься – очень приятное место. Если позволяла погода, я сама всегда приходила сюда читать.

– Не возражаю, – улыбнулась я, если это можно назвать, конечно, улыбкой. Мне казалось, что все лицо свело в мученическом оскале. Я не то что не доеду до дома, я и до ворот не дойду – слишком сильная слабость.

Вообще странно, что меня отпустили в таком состоянии.

– Миледи Велрани, Марианна, как вы себя чувствуете? – нахмурился мужчина, подводя меня к скамейке в тени деревьев.

Как, как? В ушах шумит, сейчас упаду, а так жить буду и это главное.

– Все нормально, спасибо, – я проигнорировала, что он назвал меня по имени.

– Я хотел поблагодарить, что спасли всех нас. И в первую очередь меня и графа Лиантеро.

– Я спасала и себя тоже. Но… Пожалуйста.

Хотя в чем-то он прав. Я ринулась к артефакту, еще до конца не понимая, насколько все плохо, и первое, что хотела – вытащить тех, кто был на арене.

– Не часто меня спасали милые девятнадцатилетние девушки, – хмыкнув, покачал головой граф.

– Не часто? Но все же такое бывало? – усмехнулась я в ответ.

– У вас есть мысли, почему это произошло? – проигнорировав мой вопрос, спросил он.

– Во всех предыдущих неприятностях страдали, в основном, девушки. Причем, даже непонятно было, дело касается именно отбора или конкретных людей. Теперь же пытались убить всех и подгадали тот момент, когда единственный человек, который мог все остановить, находился на арене.

– Меня тоже этот вопрос беспокоит. Именно что подгадали время, – мужчина замолчал, уставившись в пространство. – Но как, мы же тянули жребий?

– Даже если предположить, что вы точно дошли бы до определенного этапа, вы могли драться в предыдущей паре, – кивнула я. – А эффект у того, что разрушило щит, был накопительный. Единственное что…

– Что? – заинтересовался граф.

– Что если закладка сработала раньше срока, а должна была сработать во время финала? Тот, кто это устроил, точно знал, что вы попадете в финал, будете в это время под щитом и ничего не сможете сделать.

– И что, так вышло случайно, что именно я в это время был на арене? Нет, не думаю. В том, что мне ограничили возможность действовать – вы правы. Но… Видимо, щит уже достаточно напитали к тому времени и решили: чего ждать? Вдруг случится невероятное, – Риарди ухмыльнулся, – и выиграет Лиантеро, тогда весь план пойдет прахом.

– Значит, это был не заранее заложенный артефакт, а человек. Или же управляемый дистанционно артефакт.

– Нет, второе маловероятно. Колебания испорченного щита могли заглушить сигнал извне, так что дистанционный артефакт – это рискованно.

– А не рискованно дожидаться взрыва в подсобке, которую бы этим взрывом просто смело?

– Я думаю, кто бы это ни был, он ушел, когда нас всех ослепило. Процесс был уже почти завершен, так что…

– Нет, – я посмотрела на Риарди и едва не вскочила, чтобы бежать докладывать дознавателям.

– Нет?

– Нет, поток все еще шел, когда я начала с ним работать. Это точно был артефакт. До взрыва оставались считанные секунду, если бы там был человек, это было бы сущее самоубийство. Но магия продолжала поступать. Именно поэтому вас порезало нитями силы. Я читала о схожем эффекте в трактате о стихийных полях силы. Хотя там говорилось о природном эффекте, а не сделанном рукой человека. – Да, я вспомнила, я молодец!

– Марианна, мы не нашли артефакт, – покачал головой граф.

– Значит, тот, кто его поставил, был среди тех, кто обыскивал место происшествия, – отрезала я. – Сами подумайте, граф…

– Можно просто Джулиано.

– Хорошо, Джулиано. Так вот, если бы это был маг, когда я приглушила потоки, как бы он вышел из подсобки? А как бы он выжил, если бы ему все удалось?

– Ну, выжить он мог, имея сильный защитный артефакт или, например, родовую защитную технику. А вот что касается вашего первого вопроса… Значит, это был кто-то из участников.

– Или из обслуживающего персонала, сопровождающего отбор.

Мы посидели, помолчали.

– Кстати, а что там была за история с поломкой щита, в которой вас обвиняют? Мне, как будущему преподавателю, полезно это знать, – ухмыльнулся он.

Будущий преподаватель? Я своим ушам не поверила!

Глава 12

Я проспала почти целые сутки и сейчас встала абсолютно разбитой. Нет, голова уже не кружилась, да и слабости особой не было, но все равно, ощущение, что с вечера основательно перепила. Да, да, вот такие знания есть у благородной девицы аристократических кровей, и что?

Хорошо хоть меня вчера было кому забрать. Как раз в тот момент, когда Риарди довел меня до ворот, на стоянку въехал дедов мобиль. Граф меня передал под присмотр деда и был таков. А у меня сложилось впечатление, что они знакомы. Да, точно! Друг другу они не представлялись, а торжественная передача ценного груза, то есть меня, выглядела как какое-то рядовое событие, рабочий момент.

Задремала я еще в дедовом дредноуте, как меня довезли и подняли в комнату уже и не помню.

Вообще, как мы с Риарди шли до ворот, я уже помню лишь урывками. Правда, до этого пришлось рассказать ему про щит и про то, что я тут совершенно ни при чем. Он, кажется, не поверил и бросил в мою сторону очень подозрительный взгляд.

Горничная помогла мне одеться, а также сообщила, что со мной все хотят увидеться, начиная от деда и Каро, до каких-то страшных офицеров в черной форме. Ну, понятно, Полевая интендантская служба уже пожаловала. Но с их менталистом я пока не готова разговаривать, может, дня через два, когда окончательно приду в себя и меня осмотрит уже наш семейный целитель.

Еще Селина рассказала, что дед поднял на уши всех из-за этого покушения, в том числе во дворце. Да, теперь это считается официально покушением. К его душевному порыву присоединились и семьи других невест. В общем, скандал вышел знатный.

Пострадал ректор Академии, так как все происходило на его территории. Его собираются уволить, но, надеюсь, передумают. Есть подозрение, что он бы ничего не смог сделать, да и за безопасность вообще-то отвечал распорядитель отбора.

Хотела уже спуститься, поговорить с дедом, раз он так хотел, но выяснила, что он буквально полчаса назад уехал во дворец. Ну и слава богам! Еще одного допроса я сейчас не выдержу – начну орать и топать ногами.

Я уже хотела пойти найти в библиотеке тот трактат о стихийных полях, чтобы обновить знания, но, видимо, не судьба. Ко мне пожаловала Каро. И хорошо, нам с ней в любом случае надо поговорить.

Лучшая подруга, не чинясь, влетела ко мне в спальню, остановилась за метр от меня, внимательно осмотрела.

– Ты как?

– Уже лучше. Гораздо.

– Я за тебя вчера очень испугалась, – серьезно сказала подруга, садясь на диван рядом со мной. – Была уверена, что ты попытаешься все сделать сама. А когда увидела тебя, лежащую перед кристаллом управления с обожженными до костей руками…

Каро зажмурилась, помотала головой, отгоняя воспоминания.

– Если бы граф Риарди не был под куполом, я бы не стала так рисковать.

– Хотела его спасти? – остро посмотрела на меня Каролина.

– Хотела, но дело не в этом. Если бы он не был на арене, он бы все исправил гораздо лучше меня.

Подруга уже хотела что-то спросить, потом замолчала на некоторое время.

– Это все специально, да? Его специально отрезали от артефакта, не думали, что найдется еще кто-то, кто сможет остановить процесс.

– Возможно. Каро…

– Отец мне ничего не говорит, – помотала головой она. – Скажи, насколько все было опасно.

– На один волосок от смерти всех, кто находился в радиусе нескольких десятков метров, а может и сотни.

Ну а что, с меня никакую подписку о неразглашении не брали. А подруге явно будет нелишним знать, что нас всех пытаются извести с особым цинизмом.

– Понятно, я так и подумала.

– Почему?

– Потому что ты бы не стала иначе терпеть такую боль, понадеялась бы на то, что мужчины на арене сами справятся, чай не маленькие. Я тебя знаю, – она погрозила мне пальцем.

– Так-то ты права, – я пожала плечами. Ведь именно так я сначала и подумала.

– Ладно, хорошо то, что хорошо кончилось.

– Уверена?

– Что кончилось? – Каро нахмурилась. – Нет, конечно. Поэтому просьба моего отца в этом свете выглядит уже иначе. В общем-то, я именно об этом хотела с тобой поговорить.

– Что за просьба?

– В общем слушай, не перебивай… Во-первых, я хочу извиниться, что тебя оставила там, в лесу. Я не думала, что так получится и что мобиль сломается. Молчи, я знаю, что виновата, что должна была тебя найти и сказать, что уезжаю с Лиантеро, но… В общем, тут начинается во-вторых. Отец попросил меня присмотреться к женихам, не в плане подобрать себе, а присмотреться с его точки зрения, особенно, к мерзкому графу.

– То есть он тебе не нравится?

– Еще чего! Просила же, не перебивать, – тяжело вздохнула она. – Так вот, Лиантеро был вовсе не против моей компании, и мне не хотелось его упускать, поэтому я не пошла тебя разыскивать, а поехала с ним домой, когда он предложил подвезти.

– Ты очень рисковала, уезжая с ним и никому не сказав.

– Его друг был в курсе.

– Его друг, это его, – я выделила голосом, – друг.

– Граф Де Кантареро – человек чести. Мне так показалось.

– Показалось ей, ага! Так почему твой отец попросил присмотреться к женихам? На что обращать внимание?

– Не знаю, – пожала плечами Каро. – Сказал просто присмотреться, может, замечу что-то подозрительное.

– Подозрительное в плане?..

– Да не знаю я! Он ничего не объяснил, просто сказал, что я девочка умная, сама все пойму.

– Отлично просто! – язвительно прокомментировала я.

Хотя, конечно, не стоило так скептически отзываться о способностях главы Полевой интендантской службы нарезать задачи подопечным, да…

Мы еще поболтали какое-то время с Каро, и она ушла, оставив меня наедине с библиотекой. Нашла я этот трактат, прочитала, но там действительно говорилось о природном явлении, хоть и очень похожем.

Мог ли неизвестный артефактор сделать подобный эффект у артефакта? Ну, наверное мог, но зачем?

Мог ли он обойтись без артефакта? Очень сомневаюсь. Хотя я тоже не великий специалист по стихийной магии. А кто специалист? Граф Риарди. Почему именно он? Ну у него же вроде и с артефакторикой все хорошо, и со стихийной магией.

И потом, если я попробую поспрашивать стихийника на тему теоретической магии, он вряд ли вообще поймет, что я от него хочу. Им бы всем мечами помахать, да огненными шарами покидаться. Если только действительно поискать какого-нибудь теоретика среди магистров Академии, например.

Но что-то сейчас ехать в Академию у меня желания нет, да и… Ну да, мне любопытно, а любопытство у артефакторов – профессиональная деформация. Но на самом деле пусть этим расследованием занимаются профессионалы, мне же главное держать ухо востро, чтобы не прибили случайно.

А ведь могли, могли убить! Причем нас всех скопом. Вот только мы ли цели? Хотя нет, не правильный вопрос. Одна из невест похищена, а значит…

Да ничего это не значит!

Я откинулась на спинку дивана, повертела в руках фляжку с водой. Как проснулась, постоянно хотелось пить.

Ну похитили невесту и что? Может, именно она была целью или ее семья. Я же не знаю, потребовали там выкуп или нет, да мне никто и не скажет. А если похищение никак не связано с попыткой всех нас поджарить, то может дело и не в невестах, а в женихах? Они же у нас имеют определенные странности…

Во-первых, они практически все друг друга знают и не питают теплых чувств. Если бы это было в одном-двух случаях – это понятно, но нет, я следила за ними, они все общаются, но отстраненно, холодно на грани неприязни.

Во-вторых, они практически все не из столицы. Большая часть невест их не знает и в глаза не видела, а ориентироваться может только по названиям фамильных земель.

В-третьих, у герцогов, графов и маркизов нет родителей или всей семьи. Умерли. У всех. И что-то мне вот прям подсказывает, что умерли они не своей смертью. А поскольку они все знакомы, то почти уверена, что именно смерть семей их и связывает.

Что это может быть? Какая-то катастрофа, в которой погибли только лишь члены древних аристократических родов, стихийное бедствие? Все, конечно, может быть, но… Из-за катастроф и стихийных бедствий нас не попытались бы всех убить. Да и не слышала я ничего такого.

С другой стороны, может это и не связано никак. Может, кому-то просто отбор не нравится?

Угу, и поэтому решили убить невест из родов имперской аристократии? У которых через одну родственники служат в армии, дознании и других спецслужбах, а у каждой первой просто на госслужбе на немалых должностях?

Кто там у нас самоубийца? Иди сюда маленький, кис-кис!

Ну ведь бред же! Кто бы все это не затеял, Империю по бревнышку раскатают, но найдут виновного. А значит что? А значит, он уже не в Империи? Но ведь дело-то не сделано… Из чего следует, что вокруг нас бродит изощренный убийца или их группа.

Замечательно! Всегда мечтала!

Со вздохом я поднялась с дивана, побрела в лабораторию. Размышлять на тему, какая я все-таки умная и какие я замечательные выводы сделала – это, конечно, тешит самолюбие, но меня тут вообще-то убить хотят. А значит что? Значит надо, чтобы у этого убийцы ничего не получилось.

Защитные и просто щитовые артефакты, много – вот то, что мне сейчас нужно. И на долю Каро, кстати, тоже сделаю. А то я себе не прощу, если мне удастся выжить, а ей нет.

Но артефакты надо подумать как усилить и, главное, изолировать от внешнего воздействия. А то нехорошо получится, если я обвешаюсь артефактами, а их просто возьмут, да отключат.

За работу, в общем!

Я начала работу над артефактами, считала, чертила схемы, но на этом и все. Очень быстро я выяснила, что в перчатках ничего сделать не получится, просто не хватит ловкости пальцев, ощущения магии на кончиках. Я же сожгла не только руки, но и каналы, проводящие силу.

Мысли снять перчатки не было. Надо будет все как следует подготовить, а потом, через недельку, когда каналы в пальцах восстановятся, можно уже и самими артефактами заняться.

Надеюсь, меня до тех пор не убьют.

Кое-какие запасы старых артефактов у меня были, не такие мощные, не экранированные от внешнего воздействия, но хоть что-то. Так что разобрала их, обвешалась с ног до головы. А потом у меня возникла безумная идея пойти в город, посидеть в кафе, съесть пирожное.

Не то, чтобы меня дома не кормили, но хотелось подышать свежим воздухом. Причем, я решила не поехать на мобиле брата – в центре все равно парковаться негде, а именно что пройтись пешком через парк. Тот самый, что с фонтаном посередине.

Хоть уже и было темно, но в центральном парке было не страшно. Все дорожки хорошо освещены, народа довольно много, прогуливаются парочки и компании и никому нет дела до скромного артефактора, который вчера чуть не погиб и которому сожгло руки до костей.

Не то чтобы я постоянно об этом думала, пока Каро не сказала, как испугалась за меня. Я даже и представить не могла, что все было настолько страшно Ну да, кожу сожгла – это я видела, но потом-то я потеряла сознание, а ожоги – такая штука, они имеют тенденцию распространяться дальше вглубь, особенно химические и магические.

Повезло еще, что в Академии присутствовал декан целителей, вызванный как раз по случаю конкурса. А если бы там была только дежурная практикантка или, еще лучше, студентка? Я бы ведь без рук могла остаться!

Полное осознание этого факта меня настолько поразило, что я даже остановилась, не доходя несколько сотен метров до центра. Пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы остановить начинающуюся паническую атаку.

Мне девятнадцать, я артефактор, а не боец какого-нибудь секретного подразделения Интендантской службы, и спасать мир я не нанималась!

Еле-еле дойдя до фонтана, я поняла, что уже не хочу ни кофе, ни пирожных. Виданое ли дело, чтобы я не хотела пирожных?! Так и в депрессию впасть недолго! Теперь вот стояла, любовалась на бьющие в небо струи воды, переливающиеся в свете магических огней, вделанных в дно круглого бассейна, и думала: может назад вернуться?

Уже почти надумала, но не судьба…

– Мари! – меня кто-то окликнул сзади, кто-то подозрительно знакомый.

– Лейса, – вздохнула я, повернувшись к девушке.

Та отделилась от какой-то большой компании и направилась ко мне. Кажется, только поздороваться и уйти не выйдет.

– А ты чего одна? – полюбопытствовала та.

– Да вот, решила перед сном прогуляться, полезно.

– Я знаешь что хотела… – девушка серьезно воззрилась на меня. – Ты принимаешь заказы на артефакты?

– Что тебя интересует?

– Защитные, самые лучшие и самые крепкие, какие сможешь сделать.

– В принципе, принимаю, но не сейчас, – я потрясла перед ее носом своей рукой в целительной перчатке. – И еще неделю как минимум от меня не будет толку.

– Жаль, – покачала головой она. – Я хотела запастись.

– А чем тебя не устраивают те, которые у тебя есть? Не верю, что они плохи.

Лейса – маркиза не из бедного рода, да еще наследница – старшая дочь. Вряд ли на ней экономили, покупая ей дешевые и маломощные артефакты.

– Они все… Все! Сгорели вчера, когда это все произошло с щитом, – медленно ответила девушка.

– Хм… – Я задумалась. Ну почему мои сгорели я догадываюсь, хотя отчетливо помню, что целительский артефакт меня еще и подлечивал в процессе. – Мне Каро не говорила, что у нее сгорели артефакты.

– В том-то и дело, – Лейса поджала губы, будто этот разговор ей неприятен. – У нее не сгорели. Да, она сидела на трибуне дальше от эпицентра, но думаю дело в том, что ей артефакты делала ты. У всех остальных тоже сгорели подчистую, только у Каролины и графа Риарди остались в рабочем состоянии.

– Вот как? Я не знала…

– Так ты поможешь?

– Лейса, мне нужна неделя на восстановление, может, чуть больше, – я думаю, даже меньше, но нужно заложить время, чтобы сделать артефакты себе и Каро. – После выздоровления я тебе сделаю два… Нет, пусть будет три артефакта по твоему желанию. Напиши, что ты от них хочешь, обсудим потом, что я могу, а что нет.

– Хорошо, договорились, – кивнула девушка и уже собралась уходить, но остановилась, обернулась. – И еще…

– Да?

– Спасибо!

– За что?

– Мари, ты думаешь я дурочка, да? – главная сплетница столицы криво усмехнулась. – Ну, может, мы, стихийники, и не такие ботаники, как артефакторы или целители, но тоже кое-что в магии понимаем. У меня нет доступа к результатам расследования, но сложить два и два я в состоянии. Нас ведь вчера всех скопом чуть не убили, верно?

– С чего такой вывод? – нахмурилась я. Если с Каро можно многое обсудить, она если что и у отца все, что ей нужно, узнает, калеными щипцами вытащит, то насколько можно быть откровенной с Лейсой, я не знала.

– Когда-то, еще в детстве, я читала оставшиеся от бабушки старые книги, журналы и подшивки газет, она их собирала всю жизнь и очень тщательно. Не смейся, было у меня такое экстравагантное хобби. И прочитала я как-то о случае в Лейранском королевстве, где произошла катастрофа – несколько кварталов столицы было стерто с лица земли. А стер их объемный взрыв щитового артефакта. Не такого, конечно, как у нас на полигоне, а гораздо более мощного. Толком было неизвестно, отчего это случилось, но перед тем, как все взорвалось, несколько десятков секунд над уничтоженными районами стояло яркое белое свечение. Ничего не напоминает?

– Напоминает, – я нахмурилась. – Но как я могла пропустить такое событие?

– Легко. Я проверила, уже на следующий день все газеты вышли с заголовками о падении метеорита.

– Так… Как думаешь, в Имперской библиотеке могло что-то сохраниться?

– Ту газету и я тебе могу принести, но там ничего особенного нет. Я ее уже нашла и перечитала.

– Принеси. На всякий случай. Ты это уже кому-то рассказала?

– Нет, – девушка покачала головой. – Может там и нет ничего, просто падение метеорита. Ты посмотри, а там решим.

– Хорошо, – я кивнула, и мы попрощались.

Интересно, конечно. И там действительно может быть падение метеорита, ведь визуальный эффект очень похож, но… только визуальный. Для падения метеорита не характерен объемный взрыв, наоборот, там бы полгорода сдуло от воздушной волны, а вторая половина сгорела бы от начавшегося пожара.

Но в то же время зачем ставить мощные щиты в центре города? Кого охранять? У нас даже дворец Императора не находится постоянно под защитным артефактом, это просто неэффективно и слишком затратно.

А что там еще могло так взорваться? Надо признать, что угодно. Да даже какое-нибудь артефактное производство, например. Хотя в центре города?..

Пока я раздумывала, успела добрести до любимой кафешки с не менее любимыми пирожными. Аппетит на удивление вернулся.

Глава 13

Утро началось с визита императорского курьера с письмом о новом этапе отбора. Теперь нам предстояло пообщаться друг с другом и рассказать немного о себе. Ну и слава богам, а то я думала, что будет женский магический конкурс. По логике вещей должен был быть он. Да и мужской еще не закончился, но вряд ли графы Риарди и Лиантеро прямо сейчас готовы продолжать биться.

Но я рада, что организаторы изменили порядок этапов, а то у меня же пока лапки, причем, затянутые в перчатки. Хотя, может, из-за этого и поменяли местами. Ведь из женщин я одна не смогла бы участвовать, остальные-то не пострадали.

В общем, сегодня после обеда надлежало прибыть на мероприятие в загородную резиденцию Императора. Опять ехать загород!

Из письма я поняла, что это будет что-то типа собеседований друг с другом. Хотя нас же довольно много, это сколько времени понадобится? А что мероприятие с ночевкой не написано, да и кто бы позволил?

В общем, я надела довольно строгое синее платье, закрытое, с длинным рукавом. Не очень-то хотелось акцентировать внимание на перчатках. В этот раз шокировать публику я не собиралась, и так отличилась сверх меры. Впрочем, мне ничего особо не хотелось, только закончить расчеты по новым артефактам и лечь спать.

Да, я в курсе, что сейчас утро, но я всю ночь не спала, раздумывала над тем, что сказала Лейса. Газету, надеюсь, она принесет сегодня, но как бы найти на эту тему больше информации? Где она может быть?

Я, конечно, предполагаю где. У разведки. Но кто ж меня в эти закрома-то пустит? Хотя… Есть у меня одна идея.

Усевшись за стол, я набросала письмо отцу. Кто у нас папа? Папа у нас дипломат, тот же разведчик, только на паркете высшего света. Конечно, доступа к архивам он мне не даст, но может он что-то слышал?

У деда еще можно спросить. Ему тогда, почти сто пятьдесят лет назад, было лет пятнадцать, может что и помнит. Но очень сомневаюсь, что подростка это все могло заинтересовать. К тому же факт взрыва артефакта сразу скрыли. Да и он будет недоволен, что я в это лезу.

Точнее не так… Дед сам артефактор, почему я лезу, он вполне понимает, потому что любопытно – сам такой, как и любой уважающий себя представитель нашего вида магии. Но мне он может просто-напросто запретить совать нос туда, где его могут слегка укоротить. А значит, лучше спросить у папы.

Пообедав дома, правда, пришлось начинать трапезу чуть раньше, чтобы успеть, я вывела мобиль брата из гаража. Поморщилась – начали болеть руки. Так я выяснила на практике, что вести самобег сама не смогу – трение ладоней о рычаги управления вредит только что образовавшейся коже.

Пришлось связываться с Каро и просить ее меня забрать, но она уже, оказывается выехала, и была довольно далеко. А так мне ведь и некого больше просить. Связаться я могу только с герцогом, который студент, но он живет на другом конце города, как раз с той стороны, куда нам ехать. И если он примчится меня спасать, то мы явно на пару опоздаем.

– Так и знал, – покачал головой дед, неспешно сходя со ступенек заднего крыльца. – Неужели не могла попросить? Сейчас подойдет Лукрецио, отвезет тебя.

– Лукрецио? А ты как же?

– А я и без телохранителя могу обойтись, чай не мальчик. К тому же водитель тоже кое-что умеет.

– Деда…

– Все! Едешь с Лукрецио и точка. К тому же, ты вести мобиль все равно не можешь.

– Ну и дал бы мне водителя!

– Если что-то случится, Мари, – дед тяжело вздохнул, закатил глаза и наставительно поднял указательный палец, – водитель тогда первым и пострадает. Ты-то обвешана артефактами, как центральный парк лампочками. Все свои запасы выгребла? А неподготовленному человеку куда деваться?

– Сам сказал, что он кое-что умеет.

– Кое-что, но он не телохранитель. Если уж так случится, что нападут на меня, то я сам по себе немалая сила, а водителю останется только меня поддержать, прикрыть тылы. Ты же как боец никакая, да еще сейчас магией вообще пользоваться не можешь. Так что тебе нужна полная защита.

– А вот это сейчас обидно было, – шмыгнула носом я, делая вид, что сейчас заплачу от такого принижения моих способностей. Хотя да, я действительно не боец, мечом там размахивать или кулаками – не мое. – К тому же, как ты верно заметил, я вся обвешана артефактами.

– Мари! – дед что-то хотел сказать, видимо, резкое, но взял себя в руки. – Все, дискуссия окончена. А вот, кстати, и Лукрецио.

Со ступенек сошел мужчина чуть старше среднего возраста, уже кое-где с сединой, но ощутимо сильный и жилистый. От него просто разило уверенностью и магией.

Ну ладно, телохранитель, так телохранитель…

Лукрецио – это как скала. Болтать с ним или пытаться досадить – это то же самое, что разговаривать или издеваться над скалой. Ноль эмоций. Ноль! Он сосредоточенно вел мобиль, не забывая осматриваться по сторонам и на мои попытки проверить истукан ли это или все-таки живой человек, не обращал ни малейшего внимания.

Я знаю его всю свою жизнь. Вернее, он работал у деда до того, как отец уехал с дипломатической миссией в другое королевство, так что когда я была маленькая, я его уже видела и боялась этого сурового дядьку. По приезде, когда мне уже было десять, ничего не изменилось, Лукрецио был все еще на месте и все так же суров и непреклонен. Автоматон, а не человек!

Мне кажется, все неприятности и проблемы от него сами в страхе разбегаются, а все преступники улепетывают в ужасе только завидев сего господина. Предположить, что что-то случится на его дежурстве, просто не получается, фантазии не хватает.

В общем, доехали мы без приключений, в чем я и так особо не сомневалась. Хотя если рассудить здраво, я представляю из себя отличную мишень. Ну, по крайней мере, так может показаться человеку несведущему. Магией я сейчас, конечно, владеть не могу, но пистоль и артефакты – это тоже не бесполезные игрушки.

Меня высадили из мобиля уже на территории комплекса около лестницы, ведущей в летний дворец . Так что Лукрецио со спокойной душой поехал на стоянку, со мной идти он все равно не мог.

– Графиня, – один из слуг мне поклонился и провел в самую большую из гостиных, где было уже довольно много народу.

– Мари! – Каро помахала мне рукой, и я подошла к ней.

Она стояла в окружении Алонии, Лейсы, как ни странно, и еще пары девиц, с характерной военной выправкой. Девушек этих я не знала, хотя и видела мельком, но раньше не обращала внимания.

– Прости, что не смогла заехать, – подруге явно было неудобно.

– Меня Лукрецио привез.

– О, ты потыкала его палкой в этот раз?

– Кто такой Лукрецио и почему его надо потыкать палкой? – заинтересовалась Лейса.

– Телохранитель деда. И да, потыкала. Нет, он не живой, автоматон или голем, а может и более совершенное создание, но не живой – это точно.

Каро фыркнула, потом рассмеялась в голос.

– О, обожаю неприступных мужчин! – Лейса провела язычком по губам, усмехнулась.

– Ему уже под сотню лет! – возмутилась я. Хотя какое мое дело? Если хочет потерять время, пусть пробует.

– И что? Ты просто ничего не понимаешь, – топнула ножкой главная сплетница. – Между прочим, я принесла.

Она передала мне старую, посеревшую от времени газетную страницу, даже скорее листок бюллетеня, укрепленный магией, чтобы не развалился.

– А это что? – полюбопытствовала одна из девиц.

– Познакомься, кстати, – герцогиня кивнула на девушек, – маркизы Ла Серьеро, Ла Пиаро, они обе студентки Императорской военно-магической академии.

– Приятно познакомиться, кивнула я. Графиня Марианна Де Велрани.

Познакомились, раскланялись, как принято. А меня уже раздирало любопытство, что там написано в этой статье. Какие маркизы, все потом!

– Так что это? – повторила вопрос маркиза.

Лейса начала ей и окружающим объяснять, я же вчиталась в строки короткой заметки. Было понятно, что ее втиснули в номер уже перед самым выходом газеты в тираж, так что это была не большая и подробная авторская статья, а всего несколько предложений.

Я просмотрела скупые строки, но ничего сверх сказанного Лейсой вчера так и не узнала. Да, взрыв, да, объемный, но это только по первым сведениям, которые могут быть и неточными. Да, на месте четырех промышленных кварталов ничего не осталось. Есть ли котлован, который должен был быть при падении метеорита – неизвестно.

М-да, промышленных кварталов… Кто делает производства в центре города? Ну хорошо, пусть не в самом центре, но все же и не на окраине. Надо бы раздобыть план этой столицы того времени, но где?

– И что думаешь? – полюбопытствовала Каро.

– Не знаю… Это может быть действительно либо метеорит, либо…

– Что? – в один голос спросили обе студентки военной академии. Кстати интересно, почему они довольно слабо выступили на стрельбище?

– Либо это был взрыв на артефактном производстве, но… Такие производства в городах, да и вообще в густонаселенных местах не делают. Как раз из-за того, что может что-то взорваться или пойти какая-то химическая реакция, да мало ли, что может случиться, – я пожала плечами. – Артефакты – такое дело.

Например, артефактные производства моего рода находятся в очень малолюдных местах, где на десяток километров вокруг вообще ничего нет. А сотрудников, у которых нет своих мобилей, привозят на большом пассажирском самобеге компании.

Работники таких производств ничем не отличаются от шахтеров – рвануть может в любой момент.

– Тогда может все-таки щит? – вмешалась Лейса.

– Может, по описанию ну очень похоже на то, что произошло у нас, но… Что может щит прикрывать в промышленном районе?

– Да что угодно! – хором отозвались Каро и студентки.

– Это может быть какое-то секретное производство, например, – пожала плечами Алония.

– Даже императорский дворец не держат постоянно под щитом.

– Есть вещи поважнее императорского дворца, – пожала плечами та.

– Ну хорошо, но ведь на наш щит кто-то воздействовал, чтобы его перезагрузить.

– Диверсия! – в один голос воскликнули студентки военной академии.

– Вы всегда хором говорите? – подозрительно уставилась на них Лейса.

Вообще-то, такая версия не лишена смысла. Если это не артефактное, но какое-то другое секретное производство, да тех же автоматонов, например, завод и правда могли прикрыть щитом.

– Надо бы карту города раздобыть тех времен… – озвучила уже приходившую мне в голову мысль Каро.

– Какого города? – вклинился в разговор знакомый голос. Это уже становится доброй традицией, когда ко мне сзади подкрадываются.

Маркиз Ла Шинаро буквально вырвал у меня из рук газетную страницу, пробежал глазами.

– Миледи, мне кажется, вам не нужно в это лезть, – он обвел наши нестройные ряды тяжелым взглядом. – Пусть разбираются компетентные службы.

– А мы им не мешаем, – усмехнулась Лейса, так же невежливо выдернула страницу из пальцев маркиза и убрала в ридикюль. Молодец, хорошая реакция!

Я же от такой наглости только глазами хлопала.

– О чем речь? – да, да знакомый голос прямо за спиной. Я так заикой стану!

– Да так… – маркиз явно не хотел об этом говорить, но мне было все равно, что он там хотел. Потому что за мной стоял единственный человек здесь, который в этом соображает лучше меня.

– Лейса, – я посмотрела на девушку, и она все правильно поняла, передав листок в руки Риарди.

– Вот как… – буркнул себе под нос он, пробежав глазами заметку. – Маркиза Ла Дерени, вы позволите показать этот документ специалистам из Полевой интендантской службы?

– Только с возвратом. Это семейная реликвия.

– Разумеется. Думаю, в архивах у них это тоже сохранилось, но чтобы не искать… А вы, миледи, – граф нас всех внимательно оглядел, – не лезьте в это дело, дайте заняться этим вопросом профессионалам. Вас, графиня Де Велрани, это в первую очередь касается.

Вот и поговорили!

Тем временем, в середину комнаты вышел распорядитель, откашлялся, привлекая внимание. Подождал, пока все на него обернутся и подойдут поближе.

– Уважаемые миледи и милорды, сегодня у нас будет очередной этап нашего мероприятия. Мы хотели провести его позже, но во-первых, магический конкурс для женщин придется перенести минимум на неделю, да и среди мужчин пока невозможно выявить победителя. А во-вторых, мы, наблюдая за участниками, заметили, что вы взаимодействуете только в маленьких группах знакомых, не стремясь к расширению круга общения. Императора это, мягко говоря, не устраивает.

Хм, интересно, зачем Императору, чтобы мы общались. В самом же начале было сказано, что на его решение наши отношения друг к другу не повлияют. Хотя на самом деле я сильно сомневаюсь, что это будет действительно так. Получить под боком несколько десятков обозленных аристократов ему нет никакого резона.

– Мы подобрали для каждого из вас двенадцать пар для общения. Вы не ограничены во времени и в месте проведения беседы, но… Если вы не выполните условия конкурса, мы это узнаем.

Следить будут, что ли?

– Вы можете провести все встречи здесь, или отправиться в город. У вас будет три дня, не считая сегодняшнего, чтобы познакомиться и пообщаться с теми, кто в вашем списке. А чтобы вы не нарушили условия, мы выдадим вам артефакты. При встрече с другим участником одновременно нажмите на него, это зафиксирует время начала разговора, второе одновременное нажатие зафиксирует время окончания.

– Вы нам, аристократам, не верите на слово? Это оскорбительно! – воскликнула одна из незнакомых мне девушек.

И правда, очень неприятное от этого всего впечатление. И этот артефакт лучше всего с собой просто так не носить, только на встречи с участниками. Есть подозрение, что он не только время будет фиксировать.

– Вам, маркиза Ла Треоро, я на слово верю, – очень показательно распорядитель выделил это “вам”. Померещилось, что он имел в виду не только маркизу, но и всех девушек.

Возможно, только показалось.

Но все равно это как-то, ну… По-детски, что ли? Два взрослых человека встречаются, общаются, но должны фиксировать, что встретились и сколько-то там минут поговорили – бред. В конце концов, если организаторов это так волнует, могли бы устроить встречи здесь, под присмотром. Но нет, мы вас отпускаем на волю, но поводок, если что, короткий. Как-то это неприятно, м-да…

Видимо, такие мысли в голову пришли не только мне, народ заволновался, недовольно заворчал.

– Кто-то хочет нарушить волю Его Величества? – в недоумении приподнял одну бровь распорядитель. Умеет же человек играть голосом и выражением лица!

Надеюсь, это вот все не сам Император придумал, а то что-то у меня сомнения возникают в его умственных способностях.

Желающих нарушить волю Его Величества, ожидаемо не возникло, так что распорядитель стал вызывать к себе участников и отдавать им листы бумаги и небольшие кругленькие артефакты на цепочке, так и приглашающие тут же надеть их на шею.

Я тоже такой получила. Двенадцать ничего не значащих для меня фамилий. Ни с одним из них я раньше не общалась, но у всех были довольно высокие баллы. То есть, это не просто рандомные участники, а те, кто примерно соответствует моему уровню по баллам.

Кстати, после того, как я всех спасла, мне не начислили никаких баллов, я как была внизу первой трети, так и осталась. Не то чтобы я в тот момент думала о каких-то глупых преференциях или поощрениях, но вообще-то мне могли магический конкурс и засчитать, ну или хотя бы накинуть немного баллов в благодарность.

Хотя о чем это я? Спасение окружающих не входит в обязанности участников – моя личная инициатива…

Не то чтобы мне было не все равно, но мне ведь даже спасибо не сказали. Организаторы, я имею в виду. Некоторые участники прислали коротенькие записки с благодарностью, но далеко не все. Более того, я, еще когда вошла, поймала на себе несколько ну очень недружелюбных взглядов, хотя раньше ко мне относились скорее нейтрально. Сейчас же кто-то смущался и чувствовал себя обязанным, а кто-то был настроен вполне себе враждебно.

Почему? Что я им сделала?

– Ну что, какой план? – ко мне подошла Каро.

– Не знаю, – я пожала плечами и отчетливо скосила глаза на артефакт. Подруга слишком давно со мной общалась и довольно много всего слышала о тонкостях моего дела, чтобы не уловить намек.

– Думаешь?

– Нельзя исключать, – сказала ей одними губами.

– Ну хорошо, тогда может встретимся вечером в кафе с твоими любимыми пирожными?

– Если меня никто не ангажирует на это время, то давай.

– Я девочек приглашу, ты не против?

– Приглашай, только… – я опять покосилась на артефакт, и она кивнула, что предупредит.

Ну и ладненько, отдыхать тоже когда-то надо. И хоть я планировала сегодня вечером доделать расчеты по новым артефактам, но что-то у меня настроения нет. Испортил кое-кто…

А потом была рутина – обсуждение и утверждение времени встреч. Сегодня я решила побеседовать с двумя женихами из списка, причем здесь, в Императорской резиденции. Ну у меня с этим проблем нет, да и женихи не особо сопротивлялись, благо, место для общения нам предоставили. С остальными же договорились о встречах в центре города, в кафешках, ресторанах и парке.

Глава 14

Что может быть лучше общения с двумя абсолютно незнакомыми и малоинтересными мужчинами, один из которых, к тому же, виконт?! Дед никогда не одобрит мой брак с тем, кто стоит на ступень ниже в дворянском сообществе. Да и сам он…

Ну что можно обсуждать с дворянином, который занимает всего лишь должность начальника отдела в департаменте торговли? Это в тридцать три года, на секундочку! То есть он явно звезд с неба не хватает. Адепт стихийной магии, и довольно сильный, но никогда не испытывал тяги, по его же словам, к насилию, поэтому выбрал гражданскую специальность, в которой не преуспел. А еще он ниже меня, в три раза толще и страшный зануда.

Достанется же кому-то такое сокровище!

От меня он тоже, кстати, был не в восторге. Хочется думать, что его пугала моя деятельная и активная натура, но на самом деле вся проблема заключалась в моей семье. Может он и не гений, но не дурак, понимает, что его мигом подомну, если не я сама, то мои родственники. Он, кстати, один из немногих здесь виконтов, у которых нет семьи (баронов и большей части виконтов это местное поветрие не коснулось). Может оттого и такая низкая должность, замолвить словечко некому?

Со вторым же, маркизом, мы поговорили не пятнадцать минут, как с первым, а целых полчаса. За которые я выдержала, можно сказать, допрос, а потом и менторское нравоучение, что негоже лезть всяким студенткам-второкурсницам к артефактам высшего порядка. Это при том, что он тоже являлся стихийником и в артефактах разбирался примерно никак.

О чем я ему и сказала. Тут же услышала о себе много нового и интересного. Нет, грани допустимого он не переходил, но тон!.. Да и чтобы кого-то оскорбить, не обязательно опускаться до площадной брани.

Спасибо, конечно, но отец и дед у меня уже есть и в качестве мужа мне еще один не нужен.

– Очень надеюсь, что артефакт фиксирует не только время встреч, – вздохнула я, когда мы вместе с Алонией вышли из летнего дворца.

Как-то так получилось, что мы закончили одновременно. У Каро еще одна встреча, и ждать ее я не буду. Поскольку почти время ужина, я лучше домой, а потом уже встретимся в кафе.

– Что, все настолько плохо?

– Да уж не слишком хорошо, – поморщилась я. – Это не женихи, это кошмар!

– Оба?

– Ну, первый еще более-менее, занудный, но хотя бы на человека похож. А этот!

– Ну, маркиза я знаю, – усмехнулась герцогиня. – У него земли недалеко от наших владений на востоке. Тот еще… Каждый раз, когда мы приезжаем в герцогство, считает своим долгом засвидетельствовать почтение отцу и матушке, а так же попоучать меня. Это у него идет заместо флирта.

– Он к тебе сватался?

– Набивался в женихи, но отец о нем не очень высокого мнения. Он живет с доходов от своего имения, и они, как бы это сказать, не слишком велики. Но дело не в деньгах самих по себе, а в том, что они невелики, потому что он не умеет ими управлять. Работники и арендаторы от него просто разбегаются. Плюс, там была еще какая-то темная история с его родителями, но подробностей я, к сожалению, не знаю.

– Да уж, выгодная со всех сторон партия, если тебе нужен папочка, самоутверждающийся за твой счет.

– О том и речь, – хмыкнула Алония. – Так что, вечером в кафе?

– Как договаривались. Только… – я подняла артефакт, который до сих пор держала в руке. Надевать его на шею категорически не хотелось.

– Да поняла я, поняла, меня Каролина уже предупредила. Только я думаю, что ты зря беспокоишься.

Вот не думала, что герцогиня Сен Генори настолько наивная. Или может это у меня паранойя? С другой стороны, что-то мне логика Императора или распорядителя, ну кто там готовит эти конкурсы, совсем непонятна.

Будто бы они чего-то ждут, каких-то действий или событий, а сам отбор не так и важен. Вот только делать заложниками этого мероприятия стольких людей, стольких аристократов…

И тут мне пришла в голову одна умная мысль, которую мне нужно обдумать в тишине и поделиться ею только с дедом. И то не факт, что я это сделаю. А подумала я вот о чем: что дело-то может быть и не в женихах, как мне казалось раньше, что если дело в чрезмерном усилении имперской аристократии?

Если с невестами что-то случится, например, увенчается успехом какая-то диверсия и часть из нас погибнет, а то и все, то под шумок Император может провести какой-то закон или сделать нечто, на что в ином случае аристократы бы не согласились.

А отсутствие у большинства женихов семей может говорить о том, что они всего лишь пушечное мясо. Это удобно, за них просто некому будет вступиться. Всякие бароны и виконты не в счет – не тот масштаб.

Версия дикая, но, и это действительно пугает, очень логичная. Имперская аристократия и правда в последние годы приобрела слишком много влияния, нарушила баланс сил.

Хотя может я чего-то не знаю? Все же лучше поговорить с дедом, вряд ли он и другие аристократы настолько глупее меня, что не додумались до подобных выводов. А значит, я могу ошибаться, ведь вряд ли бы они отправили дочерей на убой и ничего бы не предприняли.

По возвращении домой, я пошла искать деда. Правда сначала, артефакт, который нам выдали, я заперла в специальный экранирующий всякое излучение контейнер. Целее будет.

Сам же искомый родственник окопался в своем кабинете и очень долго не отрывался от каких-то бумаг, даже когда я без разрешения вошла и плюхнулась напротив него в кресло.

– И что же ты буравишь меня взглядом? – наконец не выдержал он.

– Да вот, вопросец возник.

– О как! Только возник? И только один?

– Ха-ха, – я картинно поаплодировала, – очень смешно, де-еда.

– Не заметить в твоих словах сарказм мог только глухой. Так что подключать жестикуляцию, чтобы оскорбить собеседника, нет никакого резона.

– Я старалась быть наиболее доходчивой, а то в прошлый раз ты мой вопрос не понял, – съязвила я.

– Марианна, ты как себя ведешь?!

– Как веду? А как я себя веду? – я положила руки на стол, демонстрируя целительные перчатки. – Может, я себя веду, как человек, который пару дней назад чуть не погиб непонятно за что? А де-еда? А может, как человек, которому не отвечают ни на один вопрос, или уклоняются, или делают вид, что не понимают о чем речь?

– Ты тон-то приглуши, внученька, – разозлился дед.

– А то что? – я подняла бровь.

– Марианна!..

– Уже девятнадцать лет Марианна. И знаешь что? Я не помню, чтобы за эти девятнадцать лет я хоть раз соглашалась кого-то спасать или участвовать в авантюрах Императора!

– Мари! Не смей так говорить и даже думать о Его Величестве!

– А что я должна думать, а де-еда?

– Хорошо, – дед резко успокоился, хотя до этого сверкал глазами, – что ты от меня хочешь?

– Ответы.

– Я всего не знаю.

– Так дело не пойдет, – сокрушенно покачала головой я. – Через несколько дней я собираюсь себе, Каро и Лейсе Ла Дерени сделать новые защитные артефакты. Я хочу знать, от чего нужна защита. И я узнаю, у тебя или…

– Или?..

– У графа Де Риарди, например. Он, кажется, неплохо разбирается в том, что происходит.

– Мари…

– Что, Мари? Будет некрасиво, если я подойду с таким вопросом к Риарди, покажу, что мне собственный дед, собственная семья ничего не говорит? О да, будет! Вот и подумай об этом! И сразу скажу, никакие твои запреты меня не остановят, я жить хочу!

Я вскочила и печатая шаг пошла к двери.

– Мари, ладно… Сядь, – дед указал на кресло. – Задавай свои вопросы.

– Я один уже задала, я хочу знать, какие артефакты мне готовить?

– Щитовые, защищенные от внешнего воздействия.

– То есть, артефакт в моем мобиле сломали все-таки извне, дистанционно?

– Не могу этого утверждать. Мобиль выловили, но он был уже в таком состоянии, что невозможно выяснить, как он изначально был поврежден. Но да, такая вероятность существует.

– Значит ту баронессу похитили те же люди…

– Не знаю, следствие продолжается, но ее семья на сотрудничество не идет. Более того, вокруг этого рода вообще что-то странное происходит. Они вроде как сворачивают свои дела в Империи, будто собираются переезжать.

– Вот как? – я на секунду задумалась. – Значит, баронесса уже мертва?

– Скорее всего. Но в любом случае к отбору это не имеет никакого отношения.

– Может быть, может быть, – я прикрыла на секунду глаза, прокручивая в уме ситуацию.

Девушку было жаль. Если ее похитили, чтобы что-то выторговать или получить от ее семьи, зачем тем тогда переезжать? А значит, они это что-то сделали и это повредило Империи. Но как такое могли просмотреть спецслужбы? Значит, это было что-то не особенно значительное или сильно отложенное по времени, на что сейчас не обращают внимания.

В то, что род решил переехать потому что обиделся, что не нашли или не спасли кого-то из них – это глупость полнейшая. Или же они собирались переезжать раньше, еще до похищения.

– Ладно, это значения не имеет, а когда у большинства женихов нет семей – это имеет? – я внимательно посмотрела на деда.

– А при чем тут это?

– Ну согласись, это странно… Причем, все семьи погибли примерно в одно время, лет десять назад. А сами женихи были тогда либо детьми, либо служили, либо работали по контракту в других странах. Ни одного не было просто студента или работника семейного предприятия. Я специально проверила. Немного подозрительно, не считаешь?

– И что?

– А то, что никаких значимых катастроф в то время не было. Это я тоже проверила. И как же они все скопом погибли?

– У меня нет доступа к этой информации.

– Дед!

– Это правда.

– И тебе не кажется, что это подозрительно?

– Я не думаю, что Его Величество желает вам зла. Он всего лишь хочет сохранить сильную магию в Империи.

– Его Величество хочет сохранить не только магию, но и угасающие рода, и привязать их к Империи через браки с имперскими аристократками, – припечатала я.

– Но в этом нет ничего криминального.

– Тогда почему нас всех пытаются убить? Точнее, почему пытаются убить невест.

– Объясни-ка? – нахмурился дед.

– Мы же имперские аристократки, если нас убить, то семьям будет не до интриг Императора некоторое время. Он сможет, например, провести какие-то законы или своих людей на определенные должности. Что раньше бы встретило сопротивление его верных подданных.

– Вот именно, Мари, верных подданных.

– Которые в последнее время слишком усилились и обнаглели. А женихов, у которых нет семей и за которых некому заступиться, и вовсе не жалко.

– Ты несешь какой-то бред, Мари! – воскликнул дед. – Его Величеству не нужно уничтожать дочерей имперских аристократов, чтобы окоротить неугодных. Это бессмысленно. Ну погорюют они какое-то время, ну неделю будут заняты похоронами, дальше что? За неделю ничего не сделаешь. А пытаться, например, избавиться от нас, когда у нас же траур – это плохо воспримется в обществе. Пойдут нехорошие слухи, предположения… Нет, Мари, наш Император – умный человек, он бы не стал так подставляться. Как ты до этого вообще додумалась? Или ты не сама додумалась?

– Да нет, сама, – растерялась я.

– И никто с тобой на эту тему не говорил, не намекал?

– Не-е-ет, точно нет.

– Надеюсь, ты сама никому не успела сказать?

– Нет, я решила с тобой поговорить.

– Мари, если ты не хочешь, чтобы нас обвинили в неблагонадежности, ты должна забыть этот разговор и ни в коему случае об этом не упоминать, даже намеками.

– Ну, хорошо, – я пожала плечами, посмотрев на чрезвычайно серьезного и помрачневшего деда.

– Обещаешь?

– Клянусь. Но у меня к тебе еще один вопрос.

– Какой?! – дед аж глаза прикрыл.

– Ты ничего не слышал о взрыве в Лейранском королевстве? Это было примерно лет сто пятьдесят назад.

– А это-то тут причем?

Пришлось в подробностях рассказать. Но дед на мои слова отреагировал очень странно.

Разговор этот оставил довольно неприятное ощущение. Я чувствовала, что он что-то знал, но совершенно не представляла, как на него надавить, чтобы он мне все рассказал. Да и его реакция, когда я спросила про взрыв…

Упал метеорит и больше ничего не знает? Ну хорошо, но зачем же так нервничать? Сразу после моего вопроса, он раскричался, что я отвлекаю его от важных дел и выгнал меня из кабинета.

Ну что ж, осталось переодеться и пойти на встречу с девочками. На этот раз я решила надеть брючный костюм, почти по мужской моде, только пиджак был длинный, почти до колен и с пышными фалдами сзади. А все потому, что хотелось опять пройтись через парк. Все-таки искать Лукрецио и просить его отвезти меня на встречу с подругами – это уже перебор. Одно дело – официальное мероприятие, другое – просто хотелки неугомонной девицы. Ну это он так, наверное, подумает, если я попрошу.

Так что переоделась, обвешалась артефактами и вперед!

Посидели мы душевно. Каро и правда выбрала мое любимое кафе. Она приехала сразу из летнего дворца, но артефакт догадалась оставить в мобиле, чтобы он уж точно ничего лишнего не зафиксировал.

Так мы и сидели компанией, в которую незаметно влились герцогиня и Лейса, плюс две новенькие девочки-студентки военной академии. Я кстати спросила, почему они не особенно выделились в конкурсе стрелков. Оказалось, что они не тренировались с луками с академиума, потому что у них новые требования к стрелковой подготовке (когда брат учился, такого еще не было), и сейчас они в основном занимаются с арбалетами, пистолями и пороховыми ружьями. А луки – это так, баловство.

Каро и Алония оскорбились в лучших чувствах, я же была с ними абсолютно согласна. Ну какие могут быть луки в современной войне? Прошлый век!

Когда часы на заречной башне пробили одиннадцать вечера, мы поняли, что пора собираться. Пироженки все съедены, а добропорядочные кафе днем, сейчас начинают работать в режиме баров и подают только алкоголь и закуски. Нас бы, конечно, не выгнали, но из нас пить по закону могли только Лейса и Алония, всем остальным было меньше двадцати.

Да, да, на балу и Императорском мероприятии просто подойти и взять бокал с вином можно, а купить в баре – ни-ни! Глупо, смешно, но факт.

– Ты пешком? – спросила Каро, когда мы выходили. – Давай подвезу?

– Нет, спасибо, – я вдохнула холодный влажный воздух, которым тянуло от реки. – Хочу пройтись, проветрить голову. У меня завтра четыре встречи с женишками, надо подготовиться морально.

– Смотри, а то поздно уже.

Я посмотрела в сторону сияющего огнями парка, покачала головой.

– Да нет, нормально все будет.

– Ну как хочешь… – с сомнением покосилась на меня подруга и зашагала в сторону стоянки самобегов. Как ей всегда удается приткнуть там свой мобиль в самое загруженное время – для меня остается загадкой. Это по меньшей мере талант!

Я же направилась в парк. Когда только зашла, остро пожалела, что не поехала с Каро. Нет, не в том дело, что страшно или что-то в этом роде. Тут было полно народу, гуляли парочки, подвыпившие и трезвые компании. Хотя о чем это я, действительно трезвых там не было. Но в целом, все было нормально, никто не дебоширил, не приставал к людям, да и городовой зорко следил за порядком.

Проблема в том, что когда спускалась по ступенькам у входа в парк, я умудрилась оступиться и слегка подвернуть ногу. Не самая страшная травма, но неприятная. А кроме того, я вдруг поняла, что демонски устала. Как-то все прям сразу навалилось…

Повертела в руках артефакт связи. Можно было вызвать Лукрецио, но ждать его пришлось бы полчаса по меньшей мере. Попробовать задержать Каро? Но если она уже отъехала, то развернуться в центре проблематично.

– Ладно… – пробурчала я себе под нос и пошла бодрым прихрамывающим шагом вглубь парка.

Не учла я только одного: это со стороны центральной площади было полно народу. Но чем дальше я отходила от центра, от фонтана, тем меньше было людей. Это я любительница пеших прогулок, а другие аристократы на мобилях ездят и, как нормальные люди, в парк ходят на скамейке у фонтана посидеть, а не марш-броски совершать.

Когда я прошла примерно половину дороги от центра парка до дома, люди и вовсе перестали встречаться. Не то чтобы я думала, что что-то случится, но все равно по спине прошелся неприятный холодок.

А в тот момент, когда надо мной мигнула и погасла лампа-артефакт, и вовсе на загривке волосы встали дыбом.

Я оглянулась. На широкой аллее никого, за спиной мигнул и погас еще один артефакт.

Так!

На мгновение я замерла на месте, но останавливаться глупо, как и возвращаться. Я прибавила скорости и бодро зашагала вперед. Теперь, через три пролета от меня мигнула и погасла еще одна лампа.

Могло ли это быть простым совпадением? Да я понятия не имею, каким образом подпитываются и включаются артефакты в парке. Это может быть как одна сеть, подключенная с помощью проводов к управляющему кристаллу. Либо смотритель или охранник может по вечерам ходить и зажигать каждую лампу в отдельности. Правда, я такого ни разу не видела, поэтому скорее всего все же сеть.

Если это сеть и есть поломка, то артефакты должны гаснуть последовательно, а не вразнобой. Это не новомодное электричество, которое может где-то закоротить, тут другой принцип.

Я опять оглянулась, и опять сзади мигнула еще одна одна лампа, наводя на неприятные мысли, что мне отрезают путь к центру. Нет, это глупость, конечно. Впереди вдалеке пропало освещение сразу на целой секции ламп.

Это все меньше и меньше напоминало случайность, но с другой стороны, это слишком заметно. Скоро сюда набежит много народу исправлять проблему.

Или не набежит. Вдалеке, примерно у фонтана, тут же послышались какие-то крики, ругань и, кажется, шум драки. Нет, это все же не случайность, но кто бы тут чего не добивался, я смогу его неприятно удивить.

Я активировала все артефакты, что были на мне и аккуратно, чтобы не было заметно со стороны, достала пистоль и спрятала руку с ним в фалдах пиджака.

В этот же момент погасли все лампы разом.

Глава 15

Было сильнейшее желание рвануть куда-то в кусты, но это тупиковый вариант. Я в темноте все равно не много увижу, а вот те, кто все это устроил, наверняка обзавелись соответствующими артефактами.

Как-то не догадалась я взять с собой еще и артефакт, позволяющий видеть в темноте. Хотя такой у меня был, я же не днем щит в Академии портила. Да и вообще, диверсии любят тишину и темноту, так что у нас с Каро в этом плане все было обеспечено.

Причем, что самое смешное, и дед, и отец подруги смотрели на наши шалости сквозь пальцы и считали это тренировкой. Я тренировалась в артефакторике, а Каролина в боевой и диверсионной подготовке. Пусть и в виде детских шалостей.

Стянуть целый мешок шоколадных конфет из хорошо охраняемого и наглухо закрытого подвала – чем не тренировка? И нет, подвал не использовался для хранения конфет, просто родственники решили, что это послужит достойной наградой.

Мне-то ничего, я свою долю умяла без проблем, а Каро потом две недели пятнистостью леопарда напоминала. Нельзя ей много сладкого есть.

Но это все лирика. Свои низменные порывы броситься в кусты и то ли проламываться сквозь них дальше, убегая в неухоженную часть парка, то ли прямо там залечь и затихариться, я подавила.

И продолжила размеренно шагать по дороге, незаметно прибавляя скорость. При этом я старалась не шуметь, чтобы точно услышать, с какой стороны ко мне будут подходить.

Пока я в безопасности, на некоторое время. Все же я в артефактах, которые не так уж легко отключить все вместе, на каждый из них надо настроиться, а они перекрывают сигналы друг друга. Это не то же самое, что артефакт, полностью блокирующий дистанционное воздействие, но это лучше, чем ничего. У меня есть где-то минуты четыре-пять, пока они не подберут ключ. Это при условии, что у них прямо там, в засаде, сидит опытный маг-артефактор. А это далеко не факт.

Я шла вперед, от всей души надеясь, что в темноте я не сойду с аллеи и не сломаю ногу. А темень была кромешная. Небо, еще когда мы с девочками расходились, начало заволакивать тучами, так что обе луны скрылись, а отсветы от домов и дорог под сень деревьев не проникали, да и были довольно далеко.

Сзади послышались шаги, я сделала вид, что не заметила и продолжила шагать вперед, а сама подобралась, как взведенная пружина.

Чего им надо, убить или захватить? Оба варианта так себе, но убить у них шансов меньше, чем попытаться захватить. Все же артефакты рассчитаны на смертельные атаки. То есть, если они подскачут группой и заломят мне руки, я ничего не смогу сделать.

Но меня, кажется, все же хотели убить.

Сверкнули артефакты, и в этой вспышке я увидела, как мужчина с ножом в руке откатился от меня на добрые пару метров. А еще один подходил сбоку.

Я сама не поняла, как выстрелила. По тому, что сбоку. Того, что с ножом, как минимум оглушило, и это дает мне несколько минут.

Послышался стон. Попала? Все может быть, но очень сомневаюсь, что я его как-то сильно ранила. В конце концов, я стреляла навскидку, да и одна вспышка, очертившая контур фигуры, – этого мало для нормальной стрельбы.

А потом я бросилась бежать. И в очередной вспышке артефакта увидела отскочившую от меня стрелу. Заряд главного щитового артефакта не рассчитан на частые и точные попадания, то что у меня еще три-четыре шанса выжить, потом все. Более слабые артефакты не справятся.

Я стрельнула опять навскидку по кустам, из которых, мне показалось, и велась стрельба. Но опять же вокруг темень, вспышка артефакта мигнула и пропала, только обрисовав окружающее пространство, к тому же я все это делала на бегу.

Артефакт вспыхнул еще один раз, видимо, стрела прилетела в спину, но я даже не обернулась. Давать бой в полной темноте с пятью патронами в барабане – это глупость полнейшая.

За своим тяжелым от бега дыханием, я плохо слышала, но все же показалось, что кто-то бежит за мной и уже почти настиг. Меня сбили с ног. Стрелой меня сейчас не достать, но вот так просто повалить очень даже возможно.

Мужчина, что прыгнул на меня, не успел навалиться и зафиксировать, слишком была большая скорость и инерция, мы вместе покатились по дорожке. Но я умудрилась не только не выронить пистоль, но и перевернуться на спину и сделать еще два выстрела в поднимающегося мужчину.

Дилетанты какие-то! Ну кто же поднимается, когда на тебя ствол направлен? Да еще в свете щитового артефакта, который уберег меня от переломов во время падения.

Вот теперь я точно попала. Нет, нападающего тоже прикрывал артефакт, но стрельба с такого расстояния даже при щите как минимум оглушит, а скорее даже поломает пару ребер.

Я начала отползать, а потом вовсе поднялась и опять припустилась бежать. Никого добивать я не собиралась, тут бы от обстрела лучником уйти. Про способы ухода с траектории стрельбы, я слышала, но вообще-то я не боевой маг и даже не боевой артефактор, так что меня таким извращениям не учили.

Мимо пролетела напитанная магией стрела, кстати, до этого были обычные. Она бы точно разрушила щит, он и так был уже на последнем издыхании, но стрелок почему-то промахнулся. Маг на километр может бить. Даже если он не сошел с места, столько я явно не пробежала.

И опять я сзади услышала топот. Явно бежал не один человек, так что я припустила так, что у меня только в ушах свистело от скорости. У меня осталось три пули, но впереди уже была видна пустая, но хорошо освещенная улица дворянского квартала. Остается надеяться, что выстрелы привлекут внимание городовых.

Топот был уже близко, так что я развернулась и выстрелила на звук еще два раза. Кто-то вроде бы споткнулся и покатился по земле, судя по звукам, но ни свечения щита, ни вскрика оттуда не донеслось.

Я только порадовалась, что вроде бы все-таки попала, как мне подсекли ноги, я рухнула на дорогу, опять покатившись кубарем, но в этот раз подняться мне не дали – кто-то навалился сверху, не позволяя извернуться. Пистоль куда-то отлетел.

Чей-то то ли кулак, то ли ботинок прилетел мне по ребрам, щит мигнул и пропал, я осталась только с очень слабыми артефактами. Следующий удар прилетел в голову и навалилась не темень, а могильная чернота.

Сначала я начала различать запахи. Это было приятно после полной темноты. Это значило, то я жива, хотя в последние… Часы? Минуты? Дни? Мне так не казалось.

Когда меня ударили по голове, точнее, в основание шеи, я не потеряла сознание, точнее, не совсем потеряла. Я вроде бы и ничего не чувствовала, только кратковременную и очень острую вспышку боли в момент и несколько секунд после удара. А потом я могла только наблюдать за чернильной темнотой вокруг, глаза открыть не получалось. Мысли текли вяло, будто нехотя. Или это были сны? Галлюцинации? Не знаю.

Но сейчас я опять начала чувствовать запахи и это огромный прогресс. А пахло чем-то чистящим. Не помню, как называется это алхимическое вещество… Не могу вспомнить.

Потом, через некоторое время, не знаю какое, я стала слышать в отдалении какие-то звуки. Ватная тишина нарушилась, когда кто-то уронил что-то металлическое на каменный или кафельный пол. По крайней мере, этот звук у меня ассоциировался с упавшим на кафель ванной тазом.

Если бы он был громче, я бы, наверное, поморщилась. Я могу поморщиться? Не знаю. Мозг отдает команды, но лица я не чувствую. Почему? Меня должно это волновать? Наверное должно, но не волнует.

С каждым часом или днем я стала лучше различать звуки. Кто-то приходил, уходил, что-то говорил непонятное. Будто бы на другом языке, но я знала, что это мой родной, просто я его почему-то не понимаю.

Что со мной? И впервые за все это время вязкой черноты накатила паника. Я помню, как бежала, как стреляла, как меня ударили. Вроде бы я не умерла, но где я?

Я резко, на эмоциях, распахнула глаза. И судя по ударившему в них яркому свету, у меня получилось. Пришлось проморгаться, чтобы привыкнуть к освещению, которое шло, кажется, от окна. Повернуться и посмотреть я не могу пока, но это обычный дневной свет без осветительных артефактов. Надо мной лишь ровный белый потолок, но это все, что я вижу.

Так я пролежала еще сколько-то. Судя по удлиняющимся теням, время шло к закату, когда я услышала, как открывается дверь. Кто-то вошел в комнату легким шагом, наклонился надо мной. Я сфокусировала зрение и увидела женщину, которая тоже на меня посмотрела и что-то сказала. Я моргнула, пытаясь показать, что не понимаю. Она нахмурилась и повторила медленнее.

– Мари, – прохрипела я сорванным, пересушенным горлом. Но кажется, что из глотки вырвался только придушенный хрип. – Пить…

– Мари, – повторила женщина, кивнула. – Я дам вам смочить губы, пить пока нельзя.

Те несколько капель, которые пролились мне в рот, показались нектаром богов.

– Попробуйте еще что-то сказать, – предложила женщина, внимательно наблюдая за мной.

– Кто вы? – прохрипела я, хотя сейчас это далось немного легче.

– Лекарка, – ответила женщина, видимо, не догадавшись снабдить меня подробностями.

– Где я?

– Лекарня Всех Святых.

Это очень, просто очень странно. Почему я здесь, а не дома или в дворянской лекарне? Почему меня лечит лекарь, а не целитель?

– Как ваша фамилия, как вас полностью зовут?

Я задумалась. А как меня полностью зовут? Мари, да, кажется. В первый раз я ответила не задумываясь. Но сейчас будто бы все мысли попрятались. Я растерялась и испугалась, и на новой волне паники, я быстро выдавила из себя только что пришедшее из глубин памяти имя.

– Марианна Де Велрани.

– Графиня? – нахмурилась женщина.

– Да, графиня Марианна Де Велрани, – с трудом пробормотала я. Этот разговор и выверты памяти измотали меня, поэтому я уже еле-еле ворочала языком.

– Подождите, я скоро, – отчего-то напряженно сказала лекарка и практически убежала из комнаты.

Но ждать пришлось достаточно долго, уже успело стемнеть, а никто не догадался включить у меня свет, так что я лишь наблюдала за отсветами от фар проезжающих мобилей на потолке над собой.

В комнате, или точнее, палате, я лежала одна, что странно для бесплатной лечебницы. То ли повезло, то ли еще по каким-то причинам. В любом случае, ни с кем разговаривать я не хотела, а хотела, чтобы расплющенные, видимо, от удара мозги, встали на место.

Было очень тяжело собраться с мыслями. Я вроде вспомнила, как меня зовут, даже не сомневалась, что это действительно мое имя. Но никак не могла припомнить последние несколько дней. Вот последние десять минут, вряд ли я дольше бежала по темной аллее, я помнила очень отчетливо – как стреляла, как падала, как меня били. А вот все, что было до этого, как в тумане.

Потом я вспомнила темноволосую девушку, которая уходила к своему мобилю. Каро, да Каролина. Из памяти начали всплывать разрозненные моменты моей жизни, но пока они в общую картину не собирались.

Это почти невыносимо, чувствовать себя овощем, как внутри, так и снаружи. Да, еще я не могла пошевелиться. Голову, шею и плечи, кажется, что-то удерживало, какое-то устройство, а вот руки и ноги я не чувствовала.

Нет, по этому поводу паники не было, как только все выяснится, меня осмотрит целитель. Вот тогда и буду паниковать. Но раз я жива, значит есть немаленький шанс поправиться.

Я так погрузилась в размышления, а может и задремала, и не услышала, как открылась дверь и кто-то зажег яркий свет, больно резанувший по глазам.

– Это она? – спросил резкий мужской голос.

Ему что-то ответили, потом надо мной кто-то склонился, мужчина, кажется. Но из-за яркого света, бьющего прямо в глаза, я никак не могла рассмотреть, кто это.

От этого почему-то сделалось жутко. Вдруг, это те бандиты? Они поняли, что не убили меня и пришли добить. И персонал лекарни вряд ли сможет им помешать.

Я что-то захрипела, попыталась помотать головой, но устройство мешало. Двигаться я не могла совершенно, как и оказать какое бы то ни было сопротивление. Оставалось только кричать, но из моего горла вырывался только какой-то невнятный каркающий звук.

В следующий раз я очнулась, когда на улице было уже светло. Солнце заливало светом комнату, уже другую, как мне показалось. Нет, я по-прежнему видела лишь потолок, но в этот раз он был не белым, а скорее приятного светло-бежевого цвета с белыми узорами разнообразных диковинных растений.

Судя по тому, какой белый свет шел от окна, сейчас было очень-очень раннее утро, возможно, только недавно был восход. Что ж, будем надеяться, что проспала я не несколько суток, а только ночь.

Почему проспала? А потому, что мне вчера, когда я впала в панику и истерику, что-то вкололи. Кажется. Я ведь ничего не чувствую… Точнее, не чувствовала.

Я аккуратно пошевелила пальцами правой руки. Слушались они плохо, но я их определенно ощущала, как и левую руку, которою, при попытке ею подвигать, будто кипятком обдало. Ноги – нет, не чувствую.

Ну что можно сказать? Меня определенно лечат. Это, наверное, хорошо, ведь меня пытались все-таки убить. А значит, я не у тех, кто пытался, ведь вряд ли за несколько дней, или сколько я провалялась без сознания, как-то изменилась диспозиция и меня решили оставить в живых. А еще я явно не в городской лекарне, а в дворянской.

Здесь приятно пахнет цветами и фруктами, красивый потолок, опять же, а не просто побеленный. Жаль, что осмотреться я не могу, конструкцию эту, которая голову и плечи держит, мне не сняли.

Я так пролежала какое-то время, не слишком долгое, а когда уже собиралась кого-нибудь позвать, кто-то зашевелился рядом. У меня, честно говоря, волосы встали дыбом. Вот так лежишь вся из себя немощная, думаешь, что одна в помещении, а оказывается, что и не одна вовсе.

– Мари? – спросил заспанный знакомый голос. – Ты проснулась?

– Каро? – удивилась я, продолжая пялиться в потолок. Тут, над моей головой возникла сначала чья-то шевелюра, потом она сдвинулась и явила бледное, с синяками под глазами лицо подруги.

– Я, – улыбнулась она, старательно придавая себе веселый вид. – Ты как?

– А что ты тут делаешь? – я не стала отвечать на вопрос, на который я пока не могу ответить, если честно. Просто не очень понимаю, собственно, как я.

– Твой дед все-таки пожилой человек, ему нужен отдых. Он полночи просидел под дверями твоей палаты, пока с тобой работали целители, так что, когда опасность миновала, его чуть не силой заставили поехать отдохнуть. Так что его сменила я.

– Я в дворянской лекарне? Долго? Можешь вообще рассказать, что случилось после… Ну, после…

– Рассказать? – Каро вздохнула. Нависать надо мной ей было явно не очень удобно, но и уходить из поля зрения как-то тоже неприлично и некрасиво. – Мы тебя искали, долго, почти сутки. Когда ты не пришла домой, уже поздно вечером, со мной связался твой дед, он решил, что мы вместе. Но я уже ложилась спать и сразу поняла, что что-то случилось. Ведь по идее, ты должна было дойти до дома раньше, чем я бы доехала. Тогда мы и стали тебя искать. Сначала думали, что ты пострадала во время большой драки, которая случилась в парке. Объехали все городские лекарни, в которые доставляли пострадавших, но тебя не нашли.

– Но ведь я была без сознания, как врачи могли не показать меня?

– Мы же искали графиню Де Велрани, а не безымянную девицу.

– Кстати да, я помню, как лекарка удивилась.

– У тебя украли все. Сорвали с шеи все амулеты, забрали ридикюль, вытащили из карманов все мелочи. Наверное, хотели ограбить. В лекарне здраво рассудили, что одета ты дорого, думали, что из семьи купеческих или не родовитых промышленников, так что скоро тебя хватятся. Поместили в отдельную палату, но особо не лечили, только первую помощь оказали. Не под силу обычным лекарям такие повреждения.

– Какие повреждения?

– Это тебе лучше целители расскажут, – заюлила глазами подруга. – Но одно скажу, нашли тебя вовремя, так что все в итоге будет хорошо.

– И все же? Каро!

– Ох, ладно. Меня, правда, целители убьют и ты будешь виновата, – она тяжело вздохнула. – У тебя перелом основания черепа, поврежден головной и спинной мозг. Сломано несколько ребер, обломками было проткнуто легкое, но это ерунда, все уже срастили. Перелом левой руки, но его будут залечивать в последнюю очередь.

Интересно, когда это я руку умудрилась сломать? При падении?

– Как ты выжила, вообще непонятно, – честно ответила Каро.

– Давно я здесь? И вообще, сколько времени прошло?

– На тебя напали позавчера, весь вчерашний день мы искали. Только к вечеру из центральной городской лекарни пришло сообщение, что у них очнулась безымянная жертва ограбления, которая и представилась разыскиваемой графиней.

– Интересно, что бы было, если бы я не очнулась или если бы не смогла вспомнить имени?

– Да, согласна, это косяк. Причем, в большей степени полицейских. Они-то знали, что есть жертва нападения. Тебя и нашел городовой, который проверял территорию после драки. А лекари что? Им сказали, что ищут графиню, пострадавшую в драке, они таковой у себя не обнаружили и сказали об этом с чистой совестью.

– И не связали жертву нападения и разыскиваемую графиню? – я закатила глаза, показывая свое отношение.

– А я без понятия! – возмущенно пропыхтела Каро. – Документов нет, значит и графини никакой нет. Вот! Не знаю, в общем, что там у них было в голове, и было ли вообще что-нибудь. Но факт в том, что тебя мы нашли только вчера вечером. Причем, вызывать целителей пришлось прямо туда, перевозить тебя было нельзя.

– Спасибо, – тихо сказала я. – Что искали, что ты тоже искала.

– Это ведь я виновата, Мари, – покачала головой та.

– В чем это?

– Я должна была настоять, чтобы ты поехала со мной. Один раз из-за меня ты чуть не утонула, теперь еле-еле выжила.

– Глупости не говори, Каро! – рассердилась я. – Это было не ограбление, а нападение. Меня пытались убить – это совершенно точно.

– Что?! Так, подожди-ка, – подруга на секунду опешила, потом на ее лице промелькнуло какое-то очень странное выражение, будто она только что поняла что-то очень важное.

– Ну?

– Позавчера вечером, тогда же, когда напали на тебя, напали на графа Риарди. Он отбился, но оказался тяжело ранен. Уже, конечно, все нормально, но его тоже однозначно пытались убить.

– Та-а-ак… – протянула я. Интересно, кому это помешали оба сильнейших артефактора отбора?

Глава 16

Весь день меня усиленно лечили. Целители сменялись, потому что повреждения были настолько сильными и обширными, что им не хватало резерва. Меня обложили целительскими артефактами, а еще запретили посещение всем кроме деда и Каролины. О последней я сама попросила, а то уж очень скучно.

Со мной хотели, нет, мечтали пообщаться всякие дознаватели, городовые и другие заинтересованные лица, но тут уж и целители, и дед встали плечом к плечу на защиту моих интересов. Тем более что к тем же городовым у меня изначально претензии и кто кого допрашивать будет – это вопрос открытый.

Не слишком верится, что они настолько тупые, чтобы не соотнести ограбленную бессознательную девушку и разыскиваемую графиню. Ну не может быть такого, потому что не может быть в принципе. А значит, там был какой-то злой умысел, сговор с бандитами или еще что-то в этом роде.

Нам, параноикам, нельзя расслабляться, а то вдруг и правда следят, м-да…

Я тяжело вздохнула и уставилась в окно. Мне уже разрешали садиться и даже ходить до уборной, но все равно приходилось носить целительский корсет для фиксации шеи и грудного отдела позвоночника. Снять его можно будет лишь через пару дней.

Вот так странно, после ожогов мне пришлось и до сих пор приходится носить перчатки, я ведь и нежную кожу ладоней опять повредила, когда по земле каталась, а перелом позвоночника залечат полностью за два дня без всяких последствий. Ну, как целители говорят.

Ребра и легкие залечили вообще в первую очередь, перелом руки тоже успели срастить, как и вылечить сотрясение мозга. Мозг тут же встал на место, прошла спутанность мыслей и вата в голове, все стало видеться четко и ясно.

Причем такое ощущение, что у меня раньше такой четкости не было. Может, я все время с сотрясением ходила?

Вот только нагрузка на организм была колоссальная. Все же не только целители силы тратят при таком экстренном лечении, но и пациент. В общем, мне теперь надо очень хорошо питаться, так что Каро обещала притащить целую коробку моих любимых пирожных из той самой кафешки.

Но боги, как же скучно! Вот сижу, смотрю в окно, читать не могу – неудобно, голову ведь даже чуть-чуть не опустишь, да и вообще целители пока не рекомендовали напрягать зрение. Делать руками ничего тоже не могу, вся новая кожа на ладонях потрескалась – спасибо нападающим. Ее залечили, но теперь лучше пальцами вообще не шевелить.

Кто-то вошел в палату, так что я обернулась всем телом. Как же неудобно!

– Привет, – улыбнулась деду.

Кажется, он за эти сутки еще сильнее поседел и даже как-то сдал что ли, уменьшился в объеме. Он вообще-то довольно габаритный, косая сажень в плечах, а сейчас просто обычный очень усталый человек среднего телосложения.

– Ты как?

– Нормально, только скучно.

– Каролина скоро придет, обещала заварные пирожные и шоколадные кексы. Тебе вообще-то нужно сладкое, целители сказали.

– В кои-то веки хоть одна хорошая новость!

– Я что хотел обсудить, к тебе рвутся дознаватели. Они знают, что тебе лучше и теперь им отказать становится сложнее.

– Подождут! – рыкнула я. – Пусть приходят завтра утром. Я устала, меня целый день лечили, я просто вымотана.

– Мари, я их даже в чем-то понимаю. Чем быстрее они начнут разыскивать тех бандитов…

– Убийц, ты хотел сказать?

– Это еще неизвестно. Все-таки ты могла их не так понять или приувеличить.

– Не слишком ли круто для обычных грабителей сначала отключить все артефакты на аллее, потом устроить свару в другой части парка, чтобы отвлечь городовых, затем использовать стихийную магию при стрельбе и бежать за мной под пулями? Это что за такие грабители пошли? Тем более что у меня с собой чемодана с миллионами не было, только мелочь и несколько артефактов.

– Когда тебя нашел городовой, все освещающие артефакты работали, Мари.

– Ну, во-первых, могли и обратно включить. А во-вторых… Мы что теперь этим недотепам городовым верим на слово? Надо еще понять, почему они пытались меня скрыть.

– Не думаю, что они это специально. Просто кому-то что-то не передали…

– А я вот думаю. Что если бы меня не нашли? Целители четко сказали, что если бы не оказали помощь вовремя, то даже они не смогли бы ничего сделать. Еще день-два и все. А лекари из городской лечебницы не располагают возможностями для исцеления подобных травм. Все, что они могли – это наложить фиксатор на шею и сломанную руку. Так что если уж убить сразу не получилось, решили дать просто умереть, да и добить меня там было бы не так уж сложно. Кстати, где мой пистоль?

– Пистоль тоже пропал, Мари, – тяжело вздохнул дед.

– Но у тебя же есть еще ?

– Мари, это дворянская лекарня, она хорошо охраняется. И с пистолем здесь находиться нельзя.

– Я буду себя лучше чувствовать, если у меня будет чем защищаться, – заныла я.

– А если ты случайно пристрелишь кого-то из персонала?

– Ну до этого-то я в людей случайно не стреляла!

– Да, но сейчас ты напугана и расстроена, – покачал головой дед.

– Я не напугана, но если ко мне заявятся бандиты, я хочу их встретить как полагается – пулей в лоб.

– Нет, это сейчас невозможно. Тебя отпустят через пару дней, вот тогда получишь свой пистоль.

– Тогда мне нужен щитовой артефакт. Хороший.

– Он нарушит работу целительских артефактов, Мари. Ты ведь и сама это прекрасно знаешь.

– Лучше я побуду здесь на день дольше, чем останусь без защиты.

– Не преувеличивай. Тем более что дело не в одном дне лечения, а в ресурсах твоего организма, он начнет сильнее изнашиваться и это может намного укоротить твою жизнь.

– Если сюда заявятся убийцы, она еще сильнее укоротится, – резонно заметила я.

– Тебе всего девятнадцать, поэтому ты не ценишь сейчас того, что дает нам наша собственная магия и целители, – отчеканил он.

Я на это лишь фыркнула. Понятно, что дед уже закипал, хотя и не хотел ругаться. Ведь нельзя же кричать на больных, как бы они не были невыносимы. Но мое желание он явно считал блажью или вообще каким-нибудь посттравматическим расстройством. Я читала, что у военных или у жертв нападений такое бывает.

Не знаю, правда, в чем это в точности выражается, но вроде как в излишней паранойе, тревожности и агрессии. Какой-то особо агрессивной я себя не чувствовала, ведь я и без того тот еще подарочек. А вот на паранойю и тревогу я все же имею полное право, мне кажется.

– Кстати, – дед отвлек меня от тяжелых размышлений, – с тобой хотел увидеться еще один человек.

– И кто же? – недовольно спросила я.

– Граф Де Риарди. Он очень хотел тебя навестить.

– Только не тут! – испугалась я.

Как представила, что он меня увидит с этим дурацким ошейником и корсетом, так аж плохо стало. Нет уж, пусть подождет два дня. Ради этого я даже готова отказаться от артефакта, чтобы не затягивать лечение.

Каролина появилась у меня через час после того, как ушел дед. Он не хотел меня оставлять, но его вызвали во дворец, прямо сюда курьер пожаловал, и ему пришлось подчиниться воле Императора.

– Ну и какие новости? – спросила я Каро, когда съела всю коробку пирожных и даже подругу не угостила. Их там было всего-то шесть. Ма-а-ало!

– Новости? – та задумалась. – Не знаю даже с чего начать.

– Давай с самых плохих, а потом перейдем к хорошим.

– Почему ты думаешь, что есть плохие?

– А что, нет? К тому же ты выглядишь уж очень задумчиво.

– Хочешь сказать, что обычно я не думаю?

– Не, не думать – это, как выяснилось, больше по моей части, – я хмыкнула. – Просто обычно ты серьезная и решительная, а сейчас какая-то меланхоличная.

– Да вот, думаю, что с этим делать, – подруга передала мне листок с гербовой печатью канцелярии Императора.

Я быстренько просмотрела результаты последнего конкурса отбора. Две фамилии значились в конце списка с нулем баллов – Де Велрани и Де Риарди.

– И что?

– Тебе придется наверстывать. Честно, думала, что из-за нападения на вас хоть этот конкурс продлят, а вам просто поставили ноль и все.

– Ты себе даже не представляешь, насколько мало меня это волнует!

– А зря. Вот представь, окажешься где-нибудь в конце и…

– И что, Каро? – я тяжело вздохнула. – Девушек больше, чем мужчин. Если я займу последнее место, от меня отстанут.

– Тут есть два момента, – не согласилась подруга. – Ты один из талантливейших артефакторов. Думаешь, Его Величество не захочет продолжить линию по своему усмотрению? Ну и второй, ты права, мужчин меньше, поэтому Риарди точно найдут пару.

– Почему ты считаешь, что меня это волнует?

– А почему ты ринулась его спасать? Сама говорила, что он взрослый и сильный мужчина.

– Артефактный щит мог убить нас всех.

– Но ты этого тогда не знала!

– Ой, вот давай только без этого! – я поморщилась. – Знаю я твою романтичную натуру!

– Какую-какую натуру?! – возмутилась подруга.

– Такую! Можно подумать, я не знаю, что ты перечитала кучу дамских романов и всегда плачешь, когда герои женятся.

– Это подло, Мари!

– Ну серьезно, Каро! Да, я хотела спасти графа, но не потому, почему ты себе это все надумала. Мы ведь практически незнакомы.

– Как это незнакомы? Вы с ним танцевали – раз, – Каролина начала загибать пальцы, – ты за него болела и даже на него ставила, хотя совершенно не азартна – два, ты его спасала – три. Ну и вообще, он красавчик. И хороший артефактор, кстати.

– И этого достаточно, по-твоему?

– А еще, мне тут птичка доложила, что ты отказалась с ним встречаться, пока с тебя корсет не снимут.

– Птичка, значит?!

– Ага.

– Поймать бы эту птичку и ощипать… А ты бы сама согласилась встречать мужчину в этом? – я указала на бандаж.

– Я маг-стихийник, почти боевой, мне ли о такой ерунде думать? Это вы, артефакторы, ребята щепетильные.

– Да, да, в облаках витаем, сидим считаем-ваяем, ничего не делаем.

– Я этого не говорила. К тому же, если посмотреть на вас с Риарди, вот уж кто боевые, так это вы. Он-то хоть стихиями владеет, а ты вообще отстреливалась.

– А что было делать? Жить-то хочется… – скривилась я.

– Кстати, мне твой дед поведал, что ты боишься, что те убийцы попробуют тебя достать еще раз. Так что я пришла тебя охранять.

– Может, лучше пистоль принесешь?

– У меня своего нет, ты же знаешь. Могу только кинжалом поделиться и то простым, не артефактным, чтобы местные артефакты не смущать.

– Это для меня обычная железяка, – я покачала головой.

– Но я ведь здесь и буду тебя защищать, если потребуется.

– Ты не можешь сидеть тут постоянно.

– И не придется. На ночь меня сменит Лукрецио, завтра утром я опять приду, но во второй половине дня нас опять собирают. Кстати, девочки просили передавать тебе привет и пожелания скорейшего выздоровления. Особенно Лейса, кстати.

– Это еще чего?

– Она считает, что все случилось из-за той газетной вырезки, то есть это она виновата.

– Глупости какие!

– Я ей так и сказала. Хотя если честно, не все так однозначно.

– О чем ты? Газету эту видела не только я, но и ты, Алония, девочки из военной академии, а еще граф Де Риарди и маркиз Ла Шинаро. То есть всего восемь человек, а я еще и деду рассказала.

– М-да, вот только что толку от нас, мы ведь не артефакторы. А вот вы с Риарди – да.

– Дед тоже артефактор.

– Но ведь никто не знает, сказала ты ему или нет. К тому же он сам любого в порошок сотрет, к нему непросто даже подобраться.

– И все равно, Каро, пытаться убить двух артефакторов из-за истории полуторавековой давности, которая произошла за сто с лишним лет до их рождения? Как-то это за уши притянуто.

– Мало ли что вы могли выяснить.

– Но мы не занимаемся расследованием. Даже Риарди сказал, что передаст вырезку специалистам Полевой интендантской службы, он ничего не говорил про то, что будет копать сам. Да даже если будет, я-то при чем?

– Ну не знаю… – протянула подруга. – Но мне все равно кажется, что в этом что-то есть.

– Я все же второкурсница, Каро. Меня сложно заподозрить в глубоких знаниях, которые могут навести на некий след непонятно чего. Вот скажи, что нам дает знание, что тогда, сто пятьдесят лет назад, и сейчас был использован одинаковый артефакт? Кроме того, что такой артефакт в теории может существовать – ничего. Но знание это абсолютно бесполезное.

– Это еще почему? А вдруг в следующий раз эти диверсанты или кто они там, решат взорвать дворец Императора?

– Тогда они бы не стали сейчас показывать, что это могут, – я пожала плечами. – А кроме того, с дворцом Императора такой трюк не получится провернуть. Там внутри много боевых стихийников – они просто разнесут щит в клочья изнутри и все, да и отключить успеют при любом намеке на некорректную работу. В общем, нет, не вариант.

– А у тебя есть мысли, что все это значит?

– Кто-то хочет сорвать отбор или уничтожить вообще всех участников, а мы с Риарди этому мешаем. Вероятно, будут еще раз использованы какие-то ультимативные смертельные артефакты.

– Так, подожди… – Каро выпала из этого мира на несколько минут, обдумывая мои слова. – Получается, хотят разом уничтожить сразу столько сильных магов? Это будет тяжелый удар по Империи.

– Ага. Тяжелый, но не так чтобы совсем критический.

– Не скажи… – задумчиво протянула подруга.

Лукрецио уже давно сменил Каро, на дворе стояла глубокая ночь, а я все не могла заснуть, думала над ее словами.

– Ты что-то знаешь? – спросила я подругу, когда она замялась, а потом и вовсе уставилась в окно, не реагируя на внешние раздражители.

– Можно и так сказать.

– Мне это нужно знать? – что-то меня такое поведение немного озадачило, если не сказать больше.

– Понимаешь, я тут подслушала кое-что. Отец говорил с кем-то из коллег. Я, конечно, не все сразу поняла, не все, возможно, правильно услышала, но кое-какую картину для себя составила. Не утверждаю, что это информация действительно правдива, я могла где-то и ошибиться с выводами.

– Ты меня заинтриговала прямо. Давай уж, говори как есть, подумаем вместе.

– Ну ладно, слушай. Ты в курсе, что все герцоги, маркизы и графы из участников не имеют семей? – я подтверждающе прикрыла глаза. – Что они все погибли десять лет назад?

– Знаю, читала краткие досье. Ну, что дед смог собрать. Но что там случилось, он то ли не знает, то ли не хочет мне говорить. В общем, думаю, какая-то катастрофа, но никаких упоминаний о чем-то масштабном я не нашла.

– И не найдешь.

– О как! Это интересно.

– А знаешь ли ты, что все они были знакомы?

– Несложно было догадаться. И теплых чувств между большинством из них нет. Ну может за исключением тех, кто тогда был ребенком, как студенты нашей Академии. Они вроде нормально общаются.

– Да, я тоже заметила. Но все же знакомы они не все, точнее, заочно они, конечно, друг друга знают, но большая часть из них, как я понимаю, раньше не встречалась. Ну, может, за исключением самых старших. А вот их родители точно все были знакомы и не просто шапочно, – Каро задумалась на мгновение, явно пытаясь подобрать слова. – В общем, из того, что я услышала, можно сделать вывод, что они все состояли в некоем обществе или группе, или компании, не знаю, как правильно это назвать. Ну, смысл ты поняла…

– Тайном обществе? – хмыкнула я.

– Да уж не явном, что-то типа того. По крайней мере, ничего о подобной группе я не слышала, даже проходя стажировку у отца, хотя это ни о чем не говорит. В общем, эти семьи имели какие-то дополнительные способности, кроме основной магии. В чем это заключалось не знаю, – пожала плечами Каро.

– Какие еще способности? Всем известно, что есть всего три вида магии: стихийная, артефактная и целительская. Все остальное – направления, в рамках основной специализации.

– Я не знаю, что отец имел в виду. Не буду же я врываться к нему, прерывать разговор и спрашивать, – Каролина пожала плечами.

– Ага, он будет счастлив, что его дочь освоила такой важный навык для разведчика, как подслушивание.

– Настолько счастлив, что выпишет ремня для закрепления навыка, так сказать, – подруга поежилась. – Но это не все. Как я поняла, вот тут за точность совершенно не ручаюсь, они всей этой компанией проводили какие-то то ли ритуалы, то ли это был единственный ритуал. Во время него что-то пошло не так и они все погибли.

– Целыми семьями? Ужас какой!

– Вот не знаю, – покачала головой Каро.

– В смысле?

– В том смысле, что ритуал вроде как был опасный, а значит незаконный. Сама знаешь, что ритуалистика применяется очень ограниченно и большинство ритуалов запрещены. Возможно, кто-то погиб во время этого всего действа, а кого-то потом арестовали и отправили, например, на рудники или вообще казнили.

– Это ты тоже услышала или?.. – нахмурилась я.

– Нет, это чисто предположения.

– А по поводу незаконности ритуала?

– Тоже.

– Ну в целом, картина более-менее проясняется. Конечно, без конкретных подробностей сложно сказать, – я вздохнула.

– Я не могу сейчас отца расспрашивать, он точно догадается, что я подслушивала.

– Я об этом и не прошу, да и сейчас это, если честно, не очень важно. Ну что изменится от того, что они проводили разрешенный ритуал, а погибли все в результате какого-нибудь землетрясения или наводнения в том месте, где собрались? Да ничего.

– Ну просто если они преступники, то…

– То что? – я попыталась потереть глаза, но рука наткнулась на повязку. Все-таки с координацией пока не очень.

– Не знаю… – протянула Каро. – Вдруг они все решат отомстить.

– За что? За то, что сами проводили какой-то ритуал, который их всех угробил?

– Это если никого из них действительно не арестовали и не казнили.

– Ну, допустим, арестовали и казнили. А потом они решили взорвать щит, чтобы таким забавным способом самоубиться назло Императору?

– М-да… Ну а может они решили так разом лишить Империю большого числа магов?

– Каро, тебе не кажется, что это?.. – я покрутила рукой, пытаясь подобрать слово.

– Притянуто за уши? Ну да, есть немного.

– Я бы сказала, сумасшествие, но ладно, пусть будет по-твоему.

Мы обе задумались, замолчали, надо было все это хорошенько прокрутить в голове. А скоро пришел Лукрецио, и Каро засобиралась домой.

И вот сейчас я одна в палате лежала и думала об этом разговоре, о том, что она узнала, что действительно могло произойти и как это касается дня сегодняшнего. И касается ли вообще?

Ясно, что ничего не ясно. Но все же мне кажется, что вряд ли эти нападения устроил кто-то свой. Даже если этот человек хочет отомстить, то зачем убивать других наследников этих семейств? Нет, тут что-то другое.

Вообще, интересно, конечно, но пусть в этом все же компетентные органы разбираются. Я тут в дознавателя играть не собираюсь.

Хотя все же очень и очень интересно. Да меня от любопытства разорвет просто!

Глава 17

Через два дня меня и правда отпустили, и даже сняли ужасную конструкцию с шеи и туловища, заменив ее более легкой, которую можно спрятать под платьем. Пришлось доставать одежду с воротником.

Все равно было не очень удобно все это носить, а еще до ужаса жарко, но меня попросили так походить еще хотя бы пару дней. Нет, мне все удачно срастили, но просто этот бандаж не дает совершать резкие движения, а целители боялись, что я могу забыться и дернуть, например, неудачно подбородком или резко повернуться, и все лечение придется начинать сначала.

Так что сейчас я ждала Риарди в темном теплом платье со старомодным воротом-стойкой. Да, мне было жарко, да, это дурацкое платье еще и кололось, да, я чувствовала себя как какая-то посвященная одному из богов, постоянно ходящая в темной строгой робе. Тьфу, короче!

Это не говоря про то, что на руках по-прежнему у меня были перчатки, а под глазами синяки из-за чрезмерно потраченных ресурсов организма.

– К вам граф Де Риарди, миледи, – в комнату зашла Селина, придирчиво меня осмотрела. Она, мне кажется, даже похудела за эти несчастные пять дней, а на лбу образовалась скорбная морщина.

Мне уже успели рассказать, что моя личная горничная очень переживала, когда я пропала, порывалась бежать искать вместе с дедом и бойцами нашего рода, но ей, конечно, не разрешили. Она ведь не одаренная, обычная молодая девушка, что она могла сделать?

– Пусть его проводят в голубую гостиную, – я кивнула горничной и последний раз бросила взгляд в зеркало, поморщилась от своего вида.

– Может, вам румян добавить? – спросила девушка. – Или губы подкрасить?

– Нет, это будет выглядеть так, как будто я его ждала. – Хотя это очень недалеко от истины, но вслух я этого, конечно, не сказала. – К тому же, это только подчеркнет синяки под глазами.

Селина на это лишь пожала плечами и скрылась за дверью, я же посмотрела на свои руки, поморщилась и вытащила из ящика такие же целительные, но черные печатки. Ну а что, траурное темно-бордовое платье, черные перчатки – хоть сейчас на похороны. Прямо вот моему настроению соответствует.

Нет, дело не в графе, который меня уже наверняка ждет, а в новом конкурсе, который мне, скорее всего, опять придется пропустить. Предыдущий ведь поменяли с магическим, так вот сейчас он как раз и будет. И мужской планируют завершить уже сегодня, кстати.

Хм…

– Граф, очень рада вас видеть! – я вошла в голубую гостиную и посмотрела на мужчину, который с трудом поднялся, опираясь на трость. Поправился он, значит?! – С вашего позволения, давайте без церемоний.

Я сейчас присесть в реверансе просто не в состоянии, как и он кланяться, а целовать перчатку вместо руки и вовсе странное занятие.

– Рад вас видеть, Марианна, – улыбнулся он, садясь обратно в кресло. – Как вы?

– Уже все в порядке, спасибо. А вы?

– Могло быть и хуже, – мужчина усмехнулся, но при этом выражение лица у него стало каким-то жестким и отстраненным.

Каро не смогла мне рассказать, что случилось с графом, просто не знала. И никто подробностей не знал, даже дед. Известно было лишь то, что он сильно пострадал, но, в отличие от меня, сам отбился.

– Может быть чай или кофе?

– От кофе не откажусь.

Я позвонила в колокольчик и попросила слугу все организовать. Все это время Риарди за мной пристально следил.

– Мне сказали, что вы хотели меня видеть? – начала я разговор. Под этим взглядом мне стало не очень уютно.

– Да, узнал, что на вас напали в тот же вечер, хотел справиться о здоровье.

– Спасибо за беспокойство, – я тоже улыбнулась, в ответ на его улыбку.

– А еще хотел поднять вам настроение. Судя по всему, не помешает.

– Я просто… Да нет, все хорошо.

– Не очень похоже, уж простите, если это прозвучало нагло, – нахмурился он.

– Мне просто не очень нравится быть пешкой в чьей-то игре. Джулиано, вы можете мне объяснить, что происходит? Вы ведь если не в курсе, то точно понимаете больше, чем я.

– Вы умная девушка, Марианна, поэтому я ожидал этого вопроса. Но тут вот так сразу в двух словах и не рассказать.

– А вы попробуйте. Зачем нас всех хотят убить, вы знаете?

– Ну, думаю не нас всех, а всех женихов и вас. Остальные невесты ни при чем. Просто мы, женихи, так сказать, предпочитаем не встречаться большими группами, а устранять нас поодиночке очень хлопотно. К тому же, каждый из нас может очень удивить противника.

– Ага… А я при чем?

– Думаю, следующее покушение тоже будет с помощью артефакта, поэтому решили выбить двух самых проблемных участников.

– Что-то как-то у них выбить плохо получилось, – буркнула я.

– Да как сказать… – мужчина на секунду задумался. – Я с трудом отбился, как вы выжили – вообще непонятно. Все-таки противостояли нам профессиональные бойцы, как они не убедились, что вы мертвы?

– Профессиональные? Я бы сказала, что на меня напали обычные бандиты и только один из них был, возможно, одаренным.

– Одаренные, среди бандитов?

– Ну, может он у них был главным?

– Вы тоже склоняетесь к мысли, что это случайность и вас хотели только ограбить? – граф посмотрел на меня с каким-то сожалением и разочарованием, что ли?

– Нет конечно! Меня хотели убить – это точно. Просто если на вас напали профессионалы, то на меня нет. Возможно, решили, что и этого хватит, так зачем платить больше? В пользу этой версии говорит то, что я бы не смогла пять минут убегать и отстреливаться от профессионалов – это нереально, я не боец.

– Да нет, вы-то как раз боец. По характеру, – добавил мужчина с лукавой улыбкой. – Так что вы думаете, что просто наняли бандитов?

– Ага, решили, что с девчонкой справятся и были правы. Тем более, вероятно, знали, что я пока не могу использовать магию, – я подняла руку, затянутую в перчатку.

– И вам ничего не показалось подозрительным?

– Подозрительным? Конечно показалось! У бандитов могут быть защитные артефакты, они хоть и дорогие, но не редкость, но ни один бандит не смог бы отключить светильники, да и со стрельбой из лука не все так просто. Я много думала об этом…

– И какой вывод?

– Этим бандитам кто-то дал артефакты. Либо один из бандитов и правда был магом, либо он просто воспользовался соответствующим артефактом, чтобы напитать силой стрелу.

– Но таких артефактов не существует, – сказал Риарди, но при этом у него было такое странное выражение лица, будто он меня проверяет.

– А артефакты, которые могут питать чистой стихией щит и взорвать его, а артефакты, которые могут вразнобой отключить освещение, запитаное по цепи, они существуют?

– Очень верное замечание! – удовлетворенно ответил граф.

– Так что происходит, Джулиано? – криво усмехнулась я. Было вот совершенно не весело.

Мужчина, что сидел напротив меня, враз посерьезнел, отвел глаза и, казалось, засмотрелся на пейзаж за окном. Голубая гостиная, если что, выходила окнами на дорогу, так что разглядывать там было решительно нечего.

– Знаете, это долгая история, на самом деле долгая. Но перед тем, как я вам все расскажу, я хочу, чтобы вы понимали, это довольно опасные знания и лучше бы об этом не распространяться. Несмотря на вашу природную непоседливость, мне кажется, вы серьезная девушка и должны понимать, о чем стоит говорить, а что стоит сохранить в секрете.

– Я понимаю, – я опять криво усмехнулась, – уж поверьте. Отец-дипломат очень быстро объясняет даже ребенку, в каких ситуациях лучше держать язык за зубами. Однако, если меня будут спрашивать компетентные службы, я не смогу промолчать.

– Этого и не требуется. Все, кому по долгу службы положено, знают. Марианна, я не прошу вас скрывать что-то незаконное, ни в коем случае. Просто это не тема для беседы с подружками.

– Ну хорошо, я поняла, – я пожала плечами. – Клянусь, что не буду обсуждать это ни с кем посторонним.

Так себе формулировочка, конечно, оставляющая просторы для фантазии. Ведь дед, например, или Каро для меня далеко не посторонние.

– Хм… Так с чего бы начать? – граф замялся, собираясь с мыслями. – Все началось пятьдесят лет назад. Да, да, так давно. Никого из присутствующих на отборе еще в проекте не было. Зато были наши родители, сильные одаренные маги, теоретики и практики магических дисциплин, ученые, военные, вышедшие в отставку. Как вы знаете, все страны пытаются развивать магическую науку, производить новые артефакты, двигаться в направлении увеличения силы. Тем более сейчас, когда магов становится больше, но личная сила при этом ослабевает. Ну, вы наверняка в курсе современных тенденций.

– Да, мы это еще на первом курсе проходили, – кивнула я.

– Так вот, наша Империя уже тогда, полвека назад, была озабочена этим явлением. Уже тогда оно начало серьезно влиять на обороноспособность страны. Так что под эгидой Императора собрали тех, кто мог попытаться решить этот вопрос. На самом деле работа велась в нескольких направлениях. Первое – повышение личной силы, объема резерва. Второе – сращивание в одном человеке двух и более магических способностей, например, стихийной и артефакторной или артефакторной и целительской. Я не имею в виду те жалкие огрызки второстепенных способностей, которые бывают у обычных магов, а полное использование двух или трех направлений. Правда, трех добиться так и не удалось.

– Но это невозможно! – воскликнула я. – Ведь все дело в проводимости каналов. Если человек использует стихийную магию, артефактная или целительская в полной мере ему просто не даются. Это как стрелять из пушки по воробьям!

– Все верно. Но эти ученые искали способ. Ну и третье – создание новых, еще никем не придуманных до этого, артефактов, принципиально новых решений. Всего три направления. Но артефактное все же более стандартное, этим многие занимаются.

– Это что-то типа научной лаборатории было?

– Да, что-то типа этого. Как вы, наверное, уже поняли, это были наши родители. Вернее, их было больше, конечно, у кого-то не осталось детей, у других наследники погибли вместе с родными. В общем, смысл в том, что над этим проектом работало довольно много семей.

– Семей?

– Да, очень много из сотрудников стали семьями. Когда работаешь на секретном предприятии далеко в горах много лет, круг общения довольно-таки узок.

– Так что произошло?

– На самом деле, это хороший вопрос. Во время взрыва меня, как и остальных участников этого отбора, в лаборатории не было. Я, например, учился на первом курсе Академии. Так что, что там произошло, мы можем только догадываться. Впрочем, вариантов не так уж много. Скорее всего проводили какой-то эксперимент и что-то пошло не так. Ученые ведь достигли определенных результатов еще лет тридцать назад и все с тех пор пошло не так, как планировалось, потому что способ, который они использовали для увеличения резерва и объединения способностей был, скажем прямо, не очень этичным.

– Не очень этичным? – я приподняла бровь, уже догадываясь, о чем он.

– И не совсем законным. Да, даже в те времена ритуалистика, тем более ритуалистика на крови, уже выходила за рамки законности. Но способ был открыт, произведено несколько ритуалов, которые позволяли увеличить резерв у взрослых магов. Что же касается способностей, то тут все было сложнее. У взрослого человека нельзя развить пассивную способность до уровня основной, а вот у младенца можно. Естественно, ставить эксперименты над беременными женщинами и младенцами Император не дал. Резерв увеличивали добровольцам из числа все тех же ученых или охраны объекта – тут Император был не особо против. Единственным его условием было именно добровольное сотрудничество.

– Это было опасно?

– Скажем так, не настолько безопасно, чтобы использовать этот способ повсеместно. Около десяти процентов во время ритуала умирало, еще двадцать становились магическими и физическими калеками.

– Это очень много, – я задумалась. – Можно было бы использовать на преступниках, например.

– Были такие идеи, но все же семьдесят процентов удачных ритуалов – это достаточно много для того, чтобы давать в руки преступникам такую сильную магию. Что же касается второй силы, то проводить ритуалы над женщинами и детьми Император запретил категорически. Никто не знал, к чему это приведет к долгосрочной перспективе.

– Но они не остановились, так ведь?

– Конечно нет! Когда это сумасшедших ученых останавливали такие мелочи, как запрет Императора? Поэтому подверглись ритуалу сначала наши матери во время беременности, а потом уже и мы после рождения. На самом деле этот ритуал был гораздо безопаснее. Во время него почти никто не умер.

– Почти?

– Ну, мне лично известно о двух случаях смерти женщин во время первого ритуала, никто из младенцев не умер. Но не все младенцы в итоге получили вторую способность. Там пятьдесят на пятьдесят.

– Дайте угадаю, на отборе собрали тех, кто получил?

– А вот и нет. На отборе собрали тех, над кем проводили ритуал и кто до сих пор жив. Так-то таких детей изначально было больше ста.

– И куда они делись? – я нахмурилась, соображая. Ведь на отборе присутствовала, получается, только треть.

– Часть погибла в лаборатории. В основном, маленькие дети, кто еще не успел поступить в младший академиум. Это же все произошло в учебное время. А еще часть убили.

– Убили?

– Да, убили. За нами охотятся уже много лет. Убивают по одному, редко, может, пару-тройку человек в год, поэтому-то мы и не в восторге от вот этого всего мероприятия – здесь легче нас всех прихлопнуть. И это, кстати, почти удалось.

– Так, а кто охотится?

– А вот и самое интересное, – Риарди усмехнулся. – Нам это неизвестно. Ни мы, ни Император не смогли выяснить, кто убивает детей сотрудников этой лаборатории и в чем причина этих действий.

– В этом ключе и взрыв в лаборатории уже не выглядит несчастным случаем.

– На самом деле, мы долго думали, что это организовал сам Император. Просто уничтожил выживших из ума и вышедших из-под контроля ученых.

– И подчищает концы, убивая вас? Но сейчас вы так не думаете?

– Кто-то все еще думает, но мне лично так не кажется. Если бы Его Величество захотел, он бы от нас уже давно избавился. Тем более что многие из нас служат или служили. Убрать человека во время боевых действий не составит никакого труда. Но тот, кто это делает, похоже, не имеет доступа к военным.

– У меня вот еще какой вопрос… – я все пыталась сообразить, что за несостыковка в словах Риарди меня настораживает. Поняла, наконец. – Джулиано, вы все время говорите сейчас о женихах, верно? Здесь ведь собрались только мужчины. Но где родившиеся у ученых девочки?

– Нигде, – граф пожал плечами. – У женщин, над которыми был проведен ритуал, не родилось ни одной девочки. Более того, нам доподлинно известно, что способности передаются, но только по мужской линии.

– И что, девочки вообще не рождаются?

– Рождаются, – усмехнулся Риарди, видимо понимая, что я уже прикидываю эту ситуацию на себя. Когда-нибудь у меня будут дети, минимум двое, и среди них, надеюсь, будут девочки. – Просто они становятся обычными магами, без парных способностей.

– Получается, что Император затеял весь этот отбор, чтобы привлечь внимание преступников и попытаться их поймать? – поделилась я неожиданно пришедшей в голову мыслью.

– Думаю, – граф несколько помедлил, перед тем как ответить, отпил из чашки остатки кофе, – Его Величество все это затеял в первую очередь для того, чтобы мы оставили наследников. Сильные маги для Империи будут не лишними. А если их еще и воспитают лояльные трону матери… Вы ведь все из имперской аристократии, куда лояльнее?

– Но ведь детям тогда тоже угрожает опасность. Если хотят убить всех носителей данной специфической особенности, то выходит, что и их попытаются убить.

– В том-то и дело, что нет. Некоторые из нас, детей той лаборатории, успели жениться и родить своих детей. И несмотря на то, что часть из них потом погибла, все дети до единого остались живы.

– Может, это совпадение, их хорошо охраняли? Вы правы, Джулиано, мы, имперская аристократия, многое можем сделать, чтобы защитить своих.

– Когда-то у меня был друг, мы вместе уехали из лаборатории, вместе учились в Академии, вместе закончили. Но там он повстречал хорошую девушку простых, не аристократических кровей, они поженились и успели родить близнецов, мальчиков. Оба парнишки были одаренные в артефакторике и целительстве – очень редкое сочетание. Так вот, мой друг как-то поехал с детьми за город на прогулку, его убили с расстояния полукилометра артефактной стрелой, а детей не тронули. У убийцы была возможность сделать еще два выстрела в пятилетних детей, которые даже не поняли, что случилось и от того не убегали, но он этого не сделал. Кто бы он ни был, дети его не интересуют.

– Мне жаль вашего друга, Джулиано, – мне захотелось подойти к нему, взять за руку, поддержать, но это все же немного неуместно, мы не настолько близки. Хотя я видела, что от этих воспоминаний ему больно.

– Спасибо.

– Значит, вы хотите сказать, что убийц интересуют только те, над кем непосредственно проводился ритуал?

– Мы пришли к точно такому же выводу.

– Но почему?!

– Мы не знаем, – Риарди пожал плечами. – Если причина в самом ритуале, то нам она неизвестна. Весь архив лаборатории погиб во взрыве, а мы были слишком малы, чтобы что-то помнить.

– Да, но ведь кому-то могли рассказать родители…

– Среди нас не было ученых, даже если бы рассказали, мы бы все равно ничего не поняли.

– Вы бы, Джилиано, вы бы не поняли…

– Что вы имеете в виду? – Мужчина усмехнулся. – Сомневаетесь в интеллектуальных способностях своего будущего преподавателя?

– Когда произошел взрыв, – решила пояснить свою мысль я, – вы были на первом курсе Академии. Но ведь вы далеко не самый старший из, как вы выразились, детей лаборатории. Ведь могли быть те, кто уже закончил учиться и понимал больше?

– Самый старший из нас – герцог Сарели, но он чистый боевик и…

– Не самый выдающийся интеллект, – на этот раз усмехнулась я. С герцогом я успела пересечься лишь однажды, и он на меня произвел не самое лучшее впечатление.

– Не самый, – кивнул Риарди. – В целом, Мари, я бы с вами согласился, но ведь убивали и тех, кто намного младше, кто просто не мог все понять в силу возраста.

– Понять – нет, а запомнить?

– Значит вы думаете, что тот, кто все это делает, хочет, чтобы тайна ритуала ушла с нами в могилу?

– Возможно. Хотя у вас, конечно, было больше времени на подобные раздумья.

– Что ж, они, в принципе, совпадают с вашими. Либо дело в информации, которой мы якобы владеем, либо в том, что мы сами живой эксперимент, который еще не окончен. Но кто это все делает до сих пор не ясно. Слишком много вариантов.

– Но ваш убийца решился пойти ва-банк с этим взрывом на полигоне, не так ли? Я прочитала много шпионских романов, это не делает меня крупным специалистом, но мне кажется, что тут что-то не так. Сначала аккуратный убийца, который убивает в течение многих лет по паре человек в год, и тут он идет на риск и пытается убить сразу всех вас, да еще с вами несколько десятков наследниц имперской аристократии. К тому же, скажем прямо, если бы у вас была информация о ритуале, вы бы уже давно сообщили все Императору. Это не говоря про то, что он еще раньше все знал и даже запрещал. Ему наверняка известны если не все, то почти все подробности. Тут что-то не то, – я покачала головой. – Не складывается.

– Вот и мы все в полном недоумении.

– Так может быть там, на полигоне, все же пытались убить не вас, а нас? Или вообще помешать отбору?

– И такое возможно, – кивнул Риарди. – Но мне кажется, пусть следствием лучше займутся компетентные службы. Вы правы, все, что мы можем и знаем в плане расследований вычитано нами в детективных и шпионских романах. Думаю, у профессионалов больше шансов все раскопать и сделать правильные выводы. Но вы меня просили рассказать, что происходит, я рассказал.

– И все стало еще менее понятно, чем до этого, – устало усмехнулась я. – Мне другое непонятно: сейчас проходит финал мужского магического конкурса, почему вы не там?

– Ну тут все просто, – мужчина пожал плечами, сделал вид, что ему безразлично. Хотя может это действительно так. – Мы оба с графом Лиантеро дисквалифицированы по здоровью. Я мог бы сражаться, но, честно говоря, не вижу смысла сейчас перенапрягаться. Все же бой с убийцами, как вы могли заметить, дался мне не слишком просто.

Я кивнула. Да, сейчас ему только и выходить на полигон, противников тростью распугивать.

– А граф Лиантеро еще не поправился, так что…

– Так, стоп! – я нахмурилась. – Как это не поправился? У него вроде бы были не очень серьезные повреждения, чтобы не успеть исцелиться за больше чем неделю.

– Вот именно, Марианна, вот именно.

– На вас же рухнули одни и те же осколки. Пусть его порезало сильнее из-за отсутствия защиты, но не настолько же! Любой целитель в состоянии за пару дней убрать даже глубокие и множественные порезы. Мне позвоночник срастили, а тут ерунда, по-сути.

– И опять мы не знаем, в чем причина. То ли в индивидуальной реакции на конкретные порезы от конкретных нитей силы, то ли…

– В реакции на исцеление! Но ведь не может человек за всю жизнь не выяснить, что на него не действует целительская магия? Да и вообще подобные случаи чрезвычайно редки.

– Я как-то дрался с Лиантеро, давно это было, – хмыкнул граф, – еще в Академии, кажется, курсе на третьем. Нос ему сломал. Так вот, целительская магия на него тогда прекрасно действовала.

– Тогда в чем дело?

– Артефакт – это единственное, что приходит в голову. Возможно, какая-то индивидуальная реакция именно на этот артефакт, на этот вид воздействия, как вы правильно сказали. У меня-то точно такие же порезы в тот же день залечили без проблем.

– Артефакт, да, – я тяжело вздохнула. – А потом нападают и пытаются убить двух артефакторов. Кстати, странно, что среди нас больше их нет.

– Как нет? Есть. Просто не таких сил и умений, как мы с вами.

– Не таких сил и умений? Я студентка второго курса, Джулиано.

– Вы это почаще повторяйте, Марианна, – насмешливо ответил граф, – может те, кто все это устроил, вам и поверят. Вот только я еще на приеме во дворце понял, что ваш уровень владения магией намного выше среднего. Возможно, это понял не я один.

– Не вы один, да, – я кивнула, подтверждая, хотя мужчина меня ни о чем и не спрашивал. – Моими знаниями и умениями очень заинтересовался дворцовый артефактор, даже просил через деда, разумеется, дать ему консультацию.

– Вы студентка второго курса!

– Теперь вы это говорите! – фыркнула я. – Но да, я понимаю, о чем вы, не по чину мне таких людей консультировать. Кстати, деду он просьбу передал, но так в итоге время для встречи и не назначил, возможно, передумал или просто забыл. Вроде бы он довольно стар.

– А вы сами-то что по этому поводу думаете? – поинтересовался граф, нахмурившись.

– Я думаю, что ничего не понимаю и пусть в этом компетентные службы разбиваются. И еще, Джулиано… Спасибо, что вы мне все рассказали, мне действительно было важно это знать.

– Я действительно думаю, что это пойдет вам на пользу. Иначе ни слова не сказал бы. И Марианна, не будет ли слишком большой наглостью пригласить вас на ужин? Хотя учитывая мой рассказ, возможно вы и не захотите подвергать свою жизнь опасности рядом со мной.

Это он меня на слабо пытается взять? Ну тогда у него получается.

– Я с удовольствием с вами поужинаю, Джулиано, – с улыбкой ответила я.

Глава 18

Вчера был тяжелый день. Сначала приходил граф Де Риарди, с которым мы очень мило и продуктивно побеседовали, но поток жаждущего увидеть меня народа не ослаб. Приходили городовые, пришлось и с ними побеседовать. Правда, я им продемонстрировала всю степень своего недовольства их работой. После обеда заглянули на огонек дознаватели, им пришлось уделить гораздо больше времени. Они еще пытались склонить меня пообщаться с их менталистом, но я героически отказалась. Не дело это, когда я уставшая и после серьезных целительских процедур – ослабший организм считывать гораздо легче, а так же проще вывести на нужные реакции.

Им пришлось признать мою правоту, потому что я пообещала, что если они будут настаивать, я через суд добьюсь признания результатов допроса недействительными.

А под самый вечер ко мне с просьбой о встрече обратился маркиз Ла Шинаро. Слава богам, не приехал сам лично, а то выгонять его было бы невежливо. А так пришлось сообщить ему, что я еще не до конца здорова и именно сегодня принять его не могу, но мы увидимся завтра.

Устала я зверски, но так и не выспалась. Всю ночь думала о том, что рассказал граф.

А подумать было о чем, потому что частей мозаики много, но все они как-то не стыкуются друг с другом, будто бы чего-то не хватает, какого-то важного кусочка.

Все же, мне казалось сомнительным, что тот, кто пытался взорвать нас всех на полигоне, имеет какое-то отношение к убийце “детей лаборатории”. Не-е-ет, у последнего что-то личное, очень задевшее за живое, возможно, приведшее к какому-то ментальному расстройству. Хотя смерть всей семьи тоже могла свести с ума, чего уж там…

В канву, что это два разных человека сделали, укладывается покушение на меня и графа, на которого вообще напали профессионалы. Так вот и артефакт этот неизвестный тоже дилетантским не назовешь. Чтобы создать такое, нужны годы работы. В лаборатории той, конечно, и артефактами занимались, но если предположить, что взрыв полуторавековой давности – это не метеорит, а такой же артефакт, то выходит, что эти разработки тут ни при чем. Между ними разница в сотню лет.

И что это значит? А значит, есть некий могущественный враг и убить он хочет не только “детей лаборатории”, но и всех, кто участвует в отборе. Зачем? А затем, чтобы магия двух направлений не дала серьезных преимуществ нашей Империи. Нас, невест, убивать нет никакого смысла, конечно, но, думаю, это всего лишь приятный бонус.

А кому надо не допустить усиления Империи в магии? Врагов у нас достаточно, с парочкой мы даже сейчас открыто воюем, пусть и не в полную силу, а так, ограничиваемся небольшими стычками. Но тем не менее…

Так что сейчас, совершенно не выспавшаяся, злая и вымотанная я ехала на очередной этап отбора. Мне не обязательно, наверное, было бы присутствовать, ведь я не участвую, но хотелось поддержать Каро.

Вчера победу разыграли между собой мужчины и прошла жеребьевка среди женщин. Так что сегодня пройдут основные соревнования невест.

На этот раз нам выделили для дел наших скорбных полигон Императорского гвардейского полка, находящийся к югу от столицы. Ехать до него было довольно далеко, так что вез меня Лукрецио на машине брата. Каро сначала хотела заехать, но дед резонно заметил, что телохранитель мне не помешает. И в кои-то веки я была с ним полностью солидарна.

Так что поездка прошла в полном молчании, я даже успела подремать. И хорошо, что вовремя проснулась и привела себя в порядок, потому что на стоянке меня дожидались.

– Добрый день! – я поздоровалась с Каро и графом Де Риарди, стоящими около входа и явно кого-то ожидающими.

Мы с подругой расцеловались в щечку, мужчина же коротко кивнул на мою попытку присесть в реверансе, взял руку в перчатке, очень аккуратно и бережно пожал.

– Рада вас видеть, – улыбнулась я ему. – Вы кого-то ждете?

– Тебя, – хмыкнула Каролина

Мне кажется, заставлять стоять и ждать человека, который хромает и ходит с тростью – не самая лучшая идея.

– Надеюсь, вы здесь недолго простояли?

– Нет, только подошли, – дипломатично откликнулся граф.

– Ну что же, тогда идем?

Мы двинулись через большую площадку, предназначенную явно для каких-то физических занятий или построений, к небольшой арене полигона. Здесь, в отличие от Академии, была только одна невысокая трибуна, на которой участники и должны были расположиться. Что-то я сомневаюсь, что всем хватит места.

– Будешь за меня болеть? – усмехнулась подруга.

– А для чего я, по-твоему, приехала, – вернула усмешку я.

– Я думал, чтобы пообщаться с приятными людьми, – хмыкнул граф, сказав это таким тоном, чтобы не допустить даже доли сомнений, что тут далеко не все приятные.

И я практически сразу поняла, на кого было направлено это недовольство. К нам легкой уверенной походкой шагал и улыбался во все тридцать два зуба маркиз Ла Шинаро. Причем улыбался так приветливо и по доброму, что мне сразу захотелось спрятаться за спину графа Де Риарди.

– Миледи, приветствую, – мужчина подошел к нам, кивнул так, слегка покровительственно. – Риарди.

– Отличный день, не правда ли? – завел светскую беседу последний. – Для дуэлей дам самое оно, когда так солнечно. Правда, они солнце легко затмят.

Этот ловелас с улыбкой кивнул сначала мне, потом подруге.

– Это очень мило с вашей стороны, – Каро отзеркалила улыбку. А по искрам в ее глазах, я поняла, что она наслаждается происходящим. И правда, что может быть приятнее, чем столкновение мужчин, и пусть дамы здесь только предлог.

А ведь маркиз подошел специально, чтобы затеять конфликт. Уверена, что это поняли все присутствующие. Что ему от нас надо?

– Да, да, – пренебрежительно отмахнулся Шинаро и повернулся ко мне. – А вы не будете участвовать? Мне кажется, что отступать сейчас – это не совсем правильное решение.

Я, честно говоря, слегка опешила. Выступать я не могла по многим причинам. Во-первых, у меня обожжены каналы в руках, нагружать из сейчас – остаться без магии потом и очень надолго. Во-вторых, я не могла пока нормально двигаться. О каком бое или дуэли может идти речь, если я даже руки поднять не могу выше уровня груди?

– Маркиз Ла Шинаро, а вам не кажется?.. – начал граф, но тот его прервал и довольно резко.

– Не кажется!

– Стоп, – вскричала я, уже понимая, к чему идет. – Если вы не остановитесь, маркиз, то вы получите вовсе не то, чего добиваетесь.

– И чего же, миледи?

– Вместо вызова на дуэль от графа Риарди, вы получите вызов от меня. Ведь оскорбляете вы именно меня.

– Мари, не надо, – попытался остановить меня граф. – Я прекрасно вижу, чего он добивается, и он этого не получит.

– От вас? Да вы же… – маркиз проигнорировал Джулиано, даже не посмотрел в его сторону, а продолжил давить взглядом на меня. Зря, я от этого только злее становлюсь.

– Я же что? Я сейчас не могу драться? Не могу. Уверена, дуэль удастся перенести на неделю. А потом я вас закатаю в песок полигона, – я усмехнулась.

– А не много ли ты о себе воображаешь, девочка? Помнится, не так давно тебе это не удалось.

Ну и чего он на самом деле добивается? Я схватила Риарди за руку в тот момент, когда он уже отсоединил клинок от своей трости, но это не помогло.

– Я вызываю вас, маркиз, – выплюнул граф.

Ну зачем?! Он же этого и хотел! Слова-то, конечно, были оскорбительные, но за меня он заступаться не обязан. Я ему никто, была бы жена или сестра – одно дело, а сейчас это все выглядит излишним.

– С превеликим удовольствием. Я пришлю секунданта, – растянул губы в язвительной ухмылке он, развернулся на каблуках и убыл в сторону трибун.

– А что это было, а? – удивленно спросила Каро, не проронившая до этого ни слова.

– Я не мог поступить иначе, – пожал плечами Риарди, повернувшись ко мне.

– Я знаю, – ответила ему слабой улыбкой. – И ценю это.

– Вы правда смогли бы его размазать по полигону? Он боевой офицер… – через несколько минут тишины, пока мы не торопясь шли к арене, – спросил он.

– Вы просто не представляете, граф, на что способна артефактор в бешенстве, – усмехнулась подруга. – Я вот представляю и, поверьте, в контролируемой среде полигона я бы на маркиза не поставила. На улице, при численном перевесе – это одно, а на дуэли по жестким правилам – совсем другое.

Я была тут не совсем согласна с Каро. На дуэли сложнее использовать те подлые приемчики, которые у меня есть в запасе. Да и, скажем прямо, я хоть и не боец, но если бы у меня все было в порядке с магией, нападающим на меня не поздоровилось бы. Может, я бы и не смогла их всех убить или, тем паче, скрутить, но вот нанести значительный урон и убежать – это вполне.

– Ну так и Граф Риарди артефактор, – я пожала плечами. Точнее, попыталась. Из-за мягкого бандажа это не слишком отчетливо получилось.

– Но граф – мужчина, – покачала головой Каро. – А вот бесить женщин, тем более артефакторов – идея очень так себе.

– Я вообще не понимаю, на что маркиз рассчитывает, – перевела тему я. – Если только на ваше ранение… Мы же все видели, насколько слабо он выступил в конкурсе.

– Думаю, он рассчитывает, что дуэль не состоится, – пожал плечами Риарди. – А если и состоится, то на его условиях.

– Условиях? Вы его пригласили, значит можете выбрать место и время, а он оружие. Он выберет стрелковое! – наконец дошло до меня.

– Определенно, – согласился граф. – Даже мое ранение его не спасет, если мы будем драться на мечах. Хотя это тоже несомненное преимущество.

– И что же делать? – беспомощно посмотрела на графа. Я очень не хотела, чтобы с ним что-то случилось.

Сейчас смертельные дуэли – большая редкость, но чего только случайно не бывает. Иногда даже очень случайно.

– Я артефактор, Мари, я справлюсь с ним.

– У вас будет не больше двух выстрелов. И это не говоря о том, что он сможет уклониться от болта или отбежать, а вы пока не сможете.

– Это если мы будем стреляться из арбалетов.

– Он не даст вам такой форы, как пистоли, – покачала головой я.

– Не даст.

– Тогда почему вы так спокойны? – прищурилась я.

– Потому что мне есть, чем всех удивить, – хитро усмехнулся он.

– Уж очень надеюсь, потому что я приду вас поддержать и не хочу увидеть, как маркиз вас убьет.

– Не думаю, что до этого дойдет, – нахмурилась Каролина.

А я вот думаю. Иначе совершенно непонятно, зачем затевать эту нарочитую провокацию. Маркиз явно перешел в отношении меня грань допустимого, и при всем нежелании Риарди вестись на задумку Шинаро, он просто не выдержал такого хамства.

Так мы дошли до полигона и не сговариваясь сели с краю трибуны, как раз рядом с управляющим артефактом. Если что-то с ним случится, у нас будет возможность быстро его деактивировать.

Женские бои, ой, простите, дуэли – это мероприятия очень на любителя. Кто-то относится к этому как к спортивному поединку, но таких не большинство. Надо же выпендриться, показать себя перед женихами! У нас отбор или что?

Я бы сказала – или что, но это лично мое мнение. И я очень рада, что в этом безобразии не участвую. Не в отборе, в смысле, а в боях без правил. Потому что с одной стороны, я не могу позволить себе проиграть из-за гордости, а с другой, мне просто не дадут выиграть, как в обычной спортивной схватке.

О чем я? Ну вот например сейчас на Каро наседает одна из участниц, я даже имени ее не знаю – прослушала. Подруга объективно сильнее, но девица бросается в бой разъяренной фурией, шипя, размахивая руками и, кажется, пытаясь выцарапать глаза.

Магической бой? О чем вы? Значительная часть девушек не умеет драться магией. Ну то есть напитать стихиями кинжал или меч они могут, да, и красиво постоять попозировать. Как только дело доходит до боя, магия тут же слетает, и они начинают просто размахивать железками, а то и руками.

У меня, кстати, была бы та же проблема. Все эти мечи и кинжалы для меня всего лишь острые железяки, хотя я, конечно, могу сделать из них артефакты. Да и кое-какое представление о технике боя тоже имею. Но я не стихийница, чтобы драться, как та же Каролина.

Вот она выбила у девицы меч, а дальше не знает, что с этой фурией делать. Не рубить же ее в самом деле? В результате она пропустила противницу мимо себя, лихо отскочив от очередной атаки, и ударила ее по затылку навершием своего меча. Та, потеряв сознание, плюхнулась лицом в песок.

Ну и слава богам, что это позорище закончилось.

– Вы ведь всем этим наслаждаетесь, не так ли? – покосилась я на улыбающегося графа.

– Это забавно, не скрою.

– Ну да, красивые девушки дерутся за мужчин, что может быть приятнее?

– Когда мужчины дрались за женщин, у вас это отторжения не вызывало, мне кажется.

– Мужчинам положено драться за женщин, – я вздернула нос, но не очень сильно, иначе из-под платья будет видна верхняя часть шейного бандажа.

Целитель разрешит мне его снять в лучшем случае завтра. И только после этого я пойду ужинать с Джулиано, а то сейчас даже платье красивое не наденешь, а двигаешься и вовсе как неисправный автоматон.

Это если его маркиз Шинаро не убьет, конечно.

– Вот как?! – усмехнулся граф. – Нет, я не скрою, за некоторых женщин драться приятно.

– Но участие в этих цирковых поединках вас тоже несколько раздражает, – продолжила я мысль за него.

– Есть такое.

– Я не хочу, чтобы вы дрались с маркизом, – через некоторое время сказала я. – Если вы это делаете ради меня, то не стоит.

– Я это делаю ради себя.

– В смысле?

– В моем присутствии оскорбили девушку. Да, я мог ничего не предпринимать, но тогда бы я перестал уважать себя, – мужчина пожал плечами.

– Но я ведь для вас никто.

– И что? Один раз я пропущу мимо ушей оскорбление женщины, второй раз намеренно не обращу внимания, третий – оскорблю сам.

– Вы? Вряд ли!

– Плохое начинается с малого, Марианна. Даже в мелочи такие вещи нельзя спускать, в первую очередь, самому себе.

– Как-то вы к этому слишком серьезно относитесь.

– Так воспитали, – пожал плечами он. – Хотя, конечно, надо учитывать контекст ситуации.

– Что вы имеете в виду? – я прищурилась. Солнце вышло из-за маленькой тучки и теперь било мне прямо в глаза, когда я поворачивалась к графу.

– Ну вот смотрите… – вздохнул граф. – Вы маркиза Ла Шинаро никак не провоцировали и вообще грубого слова не сказали. Сначала. Потом он спровоцировал вас, но это уже не ваша вина. Он пришел с целью затеять драку или свару, и вы в данном случае однозначно пострадавшая сторона. Если бы девушка изначально вела себя неподобающе, то я бы все равно заступился, но вот до дуэли бы дело вряд ли дошло.

– Неподобающе с чьей точки зрения?

– С моей, конечно. Я же на дуэль в итоге вызываю.

– Как-то это…

– Лицемерно? – усмехнулся граф. – Есть немного, да.

– Я не это хотела сказать, – покачала головой я. – Точнее… Ну да, это. Просто сами сказали: в первый раз девушка и правда вела себя неподобающе, во второй раз вам это только показалось, ну а в третий…

– Очень тонкая грань, не правда ли? Как и во всех моральных оценках.

– Не для женского ума подобная философия, – я состроила наивное лицо, хлопнула ресничками и решила свернуть тему, пока мы тут до ссоры не договорились.

– Вы правда решились бы драться с боевым магом? – спросил Риарди через пару минут, не дождавшись от меня продолжения.

– Он бы сам сдал назад, – покачала головой я. – Вы же понимаете, что это было бы величайшим позором и несмываемым пятном на его репутации.

– Это не ответ на мой вопрос.

– Решилась бы, да. А вот насчет победы… Каролина несколько преувеличила мои возможности и бойцовские качества. У меня было бы чем его неприятно удивить, но даже холодное оружие – это не мое.

– М-да, вы стрелок. Так же как и он.

– Стрелок-то я стрелок, но как показала практика, только по неподвижным мишеням в тире, у которых нет стихийных щитов, – хмыкнула я.

– Простите, не хотел вам напоминать.

– Все в порядке, – ответила я. Посмотрела на скептическое выражение лица Риарди. – Нет, правда, все в полном порядке.

Как ни странно, я даже не врала. Ну да, напали, да, чуть не убили. Испытывала ли я при воспоминании об этом смертельный ужас? Да нет. Я испытывала злость. В первую очередь, из-за собственной беспомощности.

Когда разрешат пользоваться магией, придется много тренироваться. Но больше я в положение жертвы, на которую охотятся, которую загоняют, как животное, не попаду!

Глава 19

На этот раз, даже странно, но ничего на конкурсе не произошло. В финал вышли Каро и Алония, но сейчас подруга не так нервничала, как на стрельбе. Они дрались почти на равных, но тем не менее герцогиня все же победила с минимальным преимуществом.

– Расстроилась? – спросила я подошедшую к нам Каролину.

– Да нет, – та махнула рукой. – Такому противнику и проиграть не стыдно. Все-таки подготовка чувствуется.

– И заметь, обе студентки военной академии опять проиграли. Не понимаю!

Тут надо отметить, что проиграли они в полуфинале как раз нашей парочке финалистов. Еще себя хорошо показала, как ни странно, Лейса. Сейчас она сидела рядом со мной, и весь бой я слушала ее ехидные комментарии. А когда я ее спросила, откуда такие навыки в магических боях, она фыркнула и ответила, что ее постоянно вызывают на дуэль обиженные дамы, но иногда и мужчин приходится гонять.

Вслед за Каролиной, к нам начали подтягиваться остальные знакомые участники нашего мероприятия. Помимо герцогини Сен Генори и ее маркиза, за которого она вечно болеет, и с которым у них, похоже, намечаются романтические отношения, подошли девочки из военной Академии, а также граф Кантареро и ребята уже из нашей Академии. Плюс как-то приклеилось еще несколько малознакомых личностей обоих полов.

И вот всей этой честной компанией мы решили завалиться в кафе, отметить победу в конкурсе герцогини, а заодно и вчерашнюю победу в мужском поединке маркиза Алонии – Сальено Ла Десоре.

Здесь, конечно, с кафе проблема, ведь далеко не центр города, а ехать куда-то – это значит наша компания распадется и вряд ли соберется вновь. Но на помощь нам пришел, как это ни странно, маркиз Шинаро.

Когда он к нам присоединился, мы с Каро синхронно поморщились, но на лице того же Риарди ни один мускул не дрогнул. Если они опять сцепятся, то кто виноват будет? Впрочем, я бы больше волновалась по поводу того, что его спровоцирует подруга, уж очень у нее взгляд стал кровожадный.

Да и чего уж там, если у меня будет возможность его унизить или спровоцировать, я ею с превеликим удовольствием воспользуюсь. Не хочу, чтобы Джулиано с ним стрелялся! Я лучше его сама пристрелю.

– Недалеко отсюда есть бар, там обычно собираются гвардейцы, но сейчас они на учениях и, я думаю, мы сможем пойти туда, – предложил Ла Шинаро.

– Бар для гвардейцев?! – Лейса наморщила носик. – Фу-у-у!

– Ну либо ехать в центр, – пожал плечами неизвестный мне мужчина. Я, кажется, никогда не запомню их фамилии. Этого я вообще, такое ощущение, что первый раз вижу.

– Ладно, боги с вами! Но готова поспорить, что там есть только разбавленное пиво, прошлогодние орешки и ужасный, въевшийся в стены запах пота и нестиранных носков.

Тут я была с ней даже где-то согласна. Когда брат возвращался после всяких марш-бросков или учений, пахло от него далеко не фиалками. А тут целая толпа гвардейцев, пусть их сейчас и нет.

– Миледи забыли, что большинство из нас военные? – насмешливо спросил Шинаро. – Придется привыкать. Вы же хотите замуж?

– Мне кажется, или он сегодня прямо нарывается? – прошипела мне на ухо Каролина.

– Тебе не кажется, – ответила я не менее удивленно.

– Ваш солдатский юмор уже начинает просто раздражать, – высокомерно заметила все та же Лейса. У них, похоже, тоже любовь. Большая и светлая, ага. С чего бы это вдруг? Я вроде бы раньше не замечала, чтобы они как-то общались.

Мы с подругой переглянулись, и Каро пожала плечами. Тоже не знает.

– Думаю, мы можем пойти посмотреть на этот бар и если нам не понравится, поискать другое место, – дипломатично предложил граф Кантареро.

Что ж, это предложение было принято большинством голосов, хоть Лейса и кривилась. Но, мне кажется, что это не из-за самого бара, а из-за личности маркиза.

Когда вся честная компания под предводительством Шинаро двинулась куда-то за полигон, мы с Каро пристроились по обе стороны от Лейсы и чуть замедлили шаг, чтобы приотстать. Нечего всем остальным уши греть. Герцогиня бросила взгляд в нашу сторону, но отвлекаться от беседы со своим Сальено все же не стала. Видимо решила, что потом нас допросит.

– И что это было? – спросила Каро у девушки.

Да, да, она вообще образец дипломатии, особенно вот такой, можно сказать, практичной. Чего там всякие разговоры разговаривать, время тратить? Как говорится, кто-то играя в донг строит стратегию и тактику, а кто-то смахивает фишки с доски и бьет ею оппонента по голове. Вот подруга из таких как раз.

– В смысле? – хлопнула глазами Лейса.

– Ты чего на маркиза так взъелась?

– Да, – она махнула рукой, – странный он и как будто плохо воспитанный. Хочет казаться прямым как палка воякой, но на самом деле просто хам и хитрый. По крайней мере, мне так кажется.

– Это когда ты с ним успела пообщаться? – подозрительно сузила глаза Каро. Ну вот как будто та должна отчитываться.

– Да… Была у меня тут проблемка: почему-то вчера вечером, после жеребьевки, когда все разъезжались домой, не сработал артефакт связи, и я не смогла вызвать водителя. А маркиз был так любезен, что меня подвез, пригласил встретиться в городе, выпить кофе. И там у нас состоялся странный разговор.

Чем больше Лейса описывала свое так называемое свидание с Шинаро, тем больше я находила схожестей с моим собственным свиданием с ним.

– Переговорный артефакт сломался, значит? – нахмурилась я.

– Думаешь, не случайно? – тут же поняла мою мысль Лейса. – Вообще, я тебе хочу сказать, что у меня от него какое-то ощущение…

– Как будто находишься рядом с готовым броситься хищником? – спросила Каро. – Я замечала, что рядом с ним, будто озноб по спине прокатывает.

– Угу, – подтвердила та.

– М-да, очень похоже, – кивнула я. – Я когда с ним ехала, было так же.

– И почему мне это не нравится? – спросила подруга.

Мы, всей нашей веселой компанией, довольно быстро дошли до бара, который представлял собой небольшой такой ангар для какой-то техники. В прошлом, думаю, так оно и было, но потом он, видимо, пришел в негодность и тут устроили… Ну как бы это описать? На столичный бар это не походило совершенно, тут была стойка, несколько сбитых из досок столов, довольно больших, грубые деревянные скамьи, а на стенах висели ружья и пистоли, кое-что было раритетное, такому место в музее, а несколько образцов были вполне себе новые, современные. Было и холодное оружие всех видов, форм и размеров, как наше, имперское, так и из других королевств.

– А ничего так, интересненько! – Каро расплылась в радостной улыбке и пошла изучать холодняк.

– Эй, хозяин, есть кто живой?! – заорал маркиз Ла Шинаро, что я лично аж подскочила.

Мне это все больше напоминало исторический роман, где герой заваливается в какой-нибудь трактир на лесной дороге. По законам жанра ничем хорошим это никогда не заканчивается.

– Знаешь, мне тут не нравится, – подтвердила мою мысль Лейса. Причем, говорила она это совершенно серьезно, подозрительно оглядываясь, а не капризничая.

– Что именно?

– Запах тут… – она передернула плечами.

– Запах? – я втянула носом воздух. Ну да, не фиалки, конечно, но и ничего криминального. – Пахнет пивом и оружейной смазкой.

– Нет, не это, другой запах, – непонятно сказала она и отвернулась.

– Ты чувствуешь что-нибудь? – спросила я Каро, которая нацелилась снять со стены искривленный тонкий меч. Ни разу таких раньше не видела.

– Думаю, она не про запах, – пожала плечами Каро.

– А про что же? Она же сказала… А-а-а!.. – протянула я. Ну да, дошло не сразу, но ведь дошло же.

Менталисты бывают разной степени силы, но большинство из них работает на всякие компетентные службы. Если Лейсу туда не позвали, значит у нее дар совсем слабый. Хотя откуда я знаю, может она на них и работает? С другой стороны, а чего это она раскрылась?

– Эй, хозяин! – опять прокричал маркиз, а народ стал уже оглядываться.

Как-то странно, такая толпа пожаловала, а нас никто не встречает. Но не сказать, что тут все вымерли. На стойке стоит кружка с пенным, в котором еще даже шапка не осела. А значит тот, кто его наливал, только что ушел. Ну может ему в уборную понадобилась срочно? Напился своей бурды и…

– Знаешь, – задумчиво протянула Каро, – я, конечно, не менталист, но что-то мне здешняя обстановка тоже разонравилась.

– Аналогично, – ответила я, оглядываясь. Активировала боевой режим на защитном артефакте. Смешно звучит, конечно, но в режиме покоя подобные артефакты могут вовремя не среагировать на опасность, а вот в боевом они готовы ко всему, но разряжаются быстрее. Это бы не было проблемой, если бы я могла их подпитывать постоянно, но у меня сейчас магии-то, по сути, нет.

– Что у вас здесь? – ко мне подошел лорд Риарди. Он, видимо, почувствовал, что я активировала артефакты.

– Да вот… – я развела руками. – Не нравится нам здесь.

– Не нравится? – мужчина внимательно на нас посмотрел и сделал какие-то свои выводы.

– Здесь плохо пахнет, – отвлеклась от созерцания стены Лейса, прямо посмотрела на графа. – Очень плохо. Эфир напряжен до предельной степени.

– Я ничего не чувствую, со стихиями все нормально, – покачала головой Каро.

– Маркиза Ла Дерени не стихии имеет в виду, а эмоциональный фон. Я правильно понял?

– Вы все правильно поняли, граф.

Главная сплетница столицы поджала губы и медленно кивнула, не отводя взгляда от лица Джулиано. Они будто бы вели мысленный диалог, очень серьезный.

– Всем на выход, быстро! – закричал Риарди.

Когда так говорят военным, они не задают дурацких вопросов, они выполняют указание. Когда это говорят толпе гражданских, а большая часть присутствующих именно что гражданские, они начинают тормозить, переглядываться и шушукаться.

К большому сожалению, наша группа стояла довольно далеко от выхода, точнее даже у противоположной стены.

Ла Шинаро и граф Де Кантареро бросили взгляды на Риарди через головы других участников, развернулись к выходу, попутно подталкивая тех, кто стоял рядом. Но не успели сделать и шага.

В этот самый миг, когда все наконец отмерли и задвигались, ангар вздрогнул. Магическое поле вокруг взметнулось обжигающей своей мощью стеной и загудело, будто настоящее пламя.

Я сделала шаг вперед, к Джулиано, но здание опять вздрогнуло, и я начала куда-то падать.

Взрывной волной меня, кажется, сшибло с ног, сверху посыпался какой-то мусор от постоянно вздрагивающего здания. А потом стена, около которой я лежала, начала оседать прямо на меня. Вместе со всем тем металлоломом, который на ней висел.

Один из клинков отошел от крепления и теперь был нацелен ровно мне в живот. А я неотрывно смотрела как он на меня медленно опускается. И ничего не могла сделать. В бандаже мои движения и так сильно ограничены, а встать после падения, да еще под непрекращающиеся взрывы, от чего все вокруг ходит ходуном – задачка практически невыполнимая.

Защитный артефакт? А что артефакт? От всякой мелочи и сыплющегося сверху мусора он меня защитит, но не от падающей стены и не от медленно опускающегося клинка. Вот от быстрого удара или пули – да, но сейчас он его просто не воспринимает как угрозу.

Вдруг рядом со мной мелькнула вспышка, вторая. Клинок погнуло, но теперь стена стала заваливаться быстрее. Кто-то крикнул мое имя, и я почувствовала, как чье-то тело падает на меня сверху.

Сразу же стало тяжело дышать, а через мгновение на нас рухнула вся стена, придавливая еще сильнее.

Мне казалось, что это все происходило уже как минимум несколько минут, но объективно прошла всего лишь пара-тройка секунд. Просто для меня все ощущалось как в замедленной съемке.

Я посмотрела на рухнувшее на меня тело. И практически нос к носу столкнулась с Джулиано. Он глядел на меня сосредоточенно, очень напряженно, а я вдруг поняла, что он не совсем лежит на мне, он на руках старается удержать вес обломка стены. Конечно, у него тоже был щит, стихийный или артефактный – не разобрать, и он сейчас сверкал на пределе своих возможностей, стараясь уберечь хозяина.

Еще раз сильно вздрогнул пол, опять посыпалась какая-то крошка сверху. Прямо надо мной на фоне голубого неба и клубов пыли на краю полуразрушенной крыши висел большой ее обломок. Если он упадет, нас прибьет окончательно.

– Надо выбираться! – прокричала я на ухо мужчине.

– Сейчас, потерпите, – так же громко, перекрикивая шум падающих кусков обшивки и стоны раненых, ответил он.

Мужчина напряг руки и попытался отжать спиной упавший на нас обломок стены. Не получилось, как он не пытался, видимо тот оказался слишком тяжел. Риарди оглянулся.

– Мари, слышите меня? – спросил он, когда я на секунду прикрыла глаза. Пыль и мелкий мусор до меня не доставали из-за щита, но все равно неприятно мельтешили перед глазами. Видимо, он подумал, что я потеряла сознание.

– Да, да слышу, – кивнула я, с трудом сосредоточившись. А может со мной и не все в порядке, слишком я медленно думаю, будто бы вязну.

– Слева от вас лежит кусок металлической арматуры. Я не могу убрать руку, иначе просто не выдержу веса, а вы попытайтесь ее достать.

Я скосила глаза. Да, арматурину я увидела, но как ее достать, если меня сдерживает бандаж?

С огромным трудом я все-таки вывернулась из-под Риарди, не целиком, конечно, так как мне двигаться было просто некуда, но слегка довернуть корпус получилось. На то, чтобы достать палку ушло довольно много времени, но тем не менее это удалось.

– Теперь попробуйте упереть арматуру в обломок рядом с моим плечом, – скомандовал мужчина.

Попробовать упереть – это легко сказать. Она оказалась длиннее, чем расстояние от земли до этого демонова обломка, так что пришлось искать другое место куда ее можно было воткнуть и при этом чтобы она не упала.

Около моей головы валялся еще один крупный обломок, так что один конец арматурины я вогнала в него, а другой в тот, который держал на щите Риарди.

В этот же момент Джулиано рухнул на меня. Держался он уже из последних сил.

– Вы ранены? – спросила я, потому что второй рукой случайно задела что-то в районе моего и его бока, и сейчас я могла полюбоваться на свою окровавленную перчатку. Значит, ранен кто-то из нас и я не готова сказать, что это точно не я.

– Все нормально. Надо выбираться, пока эта штука еще держится.

Мужчина аккуратно начал с меня сползать, пытаясь просочиться в узкую щель между мной, обломком стены и арматуриной, стараясь при этом ее не задеть. У него почти получилось, но когда он вылез, железка начала гнуться на глазах, не выдерживая веса.

Риарди просто схватил меня за руку и рывком вытащил из-под обломка.

Я тут же взвыла, потому что это была та самая сломанная рука, да и вообще я ощущала в районе позвоночника и шеи сейчас сильный дискомфорт. Но это все ерунда по сравнению с тем, что мы стояли посреди наполовину разрушенного ангара, а вокруг нас лежали заваленные люди. Кто-то стонал, кто-то кричал. Пострадали, конечно, не все. Опытные маги успели воспользоваться щитами или оттолкнуть большие обломки, но так смогли далеко не все, а кому-то просто не повезло.

– У вас кровь! – вспомнила я.

– Ничего, все нормально, – покачал головой мужчина, осматриваясь сквозь клубы пыли. – Артефакт уже залечивает. Тот клинок прошел по касательной, ничего важного не задето.

– Откуда вы знаете?

– Я же бывший военный. Так, все пойдемте, я вас выведу.

– Нет, стойте! – я схватила его за руку. – Каро!

– Здесь нельзя оставаться, все может рухнуть в любой момент.

– Я без нее не уйду.

– Возможно, она уже снаружи. Я вас выведу, если ее там нет, я вернусь за ней, договорились? Мари? Слышите меня? Мы договорились?

Я помотала головой.

Тогда он просто схватил меня на руки и понес к ближайшему провалу в стене, путь к двери нам перекрывали завалы.

Глава 20

Джулиано поставил меня на ноги рядом с перекошенным ангаром, буквально метрах в трех. Я обернулась – от здания осталась хорошо если половина, причем разрушено оно было преимущественно именно с той стороны, ближе к которой мы и стояли.

– Мари, – меня кто-то тихо позвал, и я уже было обрадовалась, что это Каро. Но нет, в паре метров от нас стояла Лейса. Она была вся перемазана в пыли и какой-то грязи, а левая рука, начиная от плеча, была вся в крови, рукав разорван почти что в клочья. Еще кровь была от пореза на лбу, но совсем чуть чуть.

– Ты как? – я с трудом подошла к ней, беспомощно оглянулась на Риарди, но он уже скрылся в провале полуразрушенной стены. Пошел искать Каро и других пострадавших? А ведь он ранен!

– Я? – искренне удивилась девушка, недоуменно посмотрела на свою окровавленную руку. – Это моя кровь?

Это она меня спрашивает? Явная контузия.

– Так, сядь сюда, дай я посмотрю, – я усадила девушку на землю, разодрала рукав, платком протерла руку от крови и удивленно посмотрела на нее.

Лейса глядела куда-то вдаль и ни на что не реагировала, хотя я ее пыталась потормошить и узнать-таки, где болит, потому что осмотр ничего не дал. Либо я не вижу источника всей этой крови, либо она и правда не ее. А кто стоял рядом с ней, когда все началось? С одной стороны я, но это явно не моя кровь, помимо пары порезов и ноющей шеи и руки от рывка Риариди, когда он меня вытаскивал, никаких других трав у меня не было. А вот с другой стороны от нее стояла Каролина, а чуть дальше еще какой-то мужчина из незнакомых, но он был все-таки далеко. Выходит, это кровь Каро?

Мне хотелось куда-то бежать, кого-то звать на помощь, что-то искать…

Но я реально оцениваю свои способности. Без магии и с травмами я мало что могу сделать. Да я даже Лейсе не могу помочь. У нее сотрясение мозга скорее всего, а это в полевых условиях не лечится.

Наконец я отодвинулась от девушки и оглянулась. Сначала на пролом стены, из которого вылезала с виду вполне целая студентка военной академии. Я помахала ей рукой, а она вымученно улыбнулась мне, а потом посмотрела куда-то вдаль и улыбка сползла с ее лица.

Медленно, как во сне, я тоже повернулась. Передо мной расстилалась перепаханная равнина, залитая взбаламученной чистой магией, и ее концентрация была такова, что кое-где ее даже было видно невооруженным глазом. А ведь еще полчаса назад этот ангар от полигона отделял небольшой редкий лесок. Все было сметено, очищенные от листвы и вырванные с корнем деревья валялись то тут, то там, небольшая то ли лужа, то ли просто заболоченная канава рядом с тропой, по которой мы шли, просто испарилась.

Артефакт, да? Нет, не артефакт, а стихийный удар небывалой мощи. Одному человеку такое не под силу. И единственное, что нас спасло, мы были очень далеко от эпицентра, нам достались только отголоски, по сути.

А эпицентр был где-то в районе полигона, кажется. Или чуть левее, на стоянке мобилей. На стоянке был Лукрецио… Надеюсь, с ним все в порядке! Он, конечно, взрослый и сильный боевой маг, но пережить такой удар он вряд ли сможет. А остальные? Ведь пошли пропустить по рюмашке далеко не все.

Теперь понятно, что с Лейсой. Это не сотрясение, это ментальная контузия из-за взбаламученной магии и стольких смертей рядом. Иногда я завидовала менталистам, но точно не сейчас.

– Надо привести ее в себя, пока она вообще не отключилась, – рядом присела Нория Ла Пиаро, студентка военной академии, которая только что вышла из здания.

Мы провозились недолго, скоро Лейса все-таки начала реагировать на окружающую действительность. Тем временем появился маркиз Ла Шинаро с какой-то девушкой на плече, и понес ее за ангар.

– Вам нельзя оставаться на открытой местности, – бросил он, проходя мимо.

В его словах был смысл, надо признать. Если те, кто все это устроил, все еще там, наблюдают или прочесывают местность вокруг, то нам лучше спрятаться за сарай. Так себе защита, конечно, еще один удар эта ветошь вряд ли выдержит, но лучшей в любом случае нет.

Мужчина положил бессознательную девушку на небольшой клочок травы, который тут еще остался, и начал откидывать от двери ангара куски досок, обшивки и другой мусор. Видимо, изнутри дверь поэтому не открывалась, а ведь с той стороны здания тоже стояло довольно много народу и та часть помещения пострадала меньше.

Совместными усилиями с теми, кто толкал дверь изнутри, ее все же удалось открыть, и на улицу вывалились сразу восемь человек разной степени травмированности, но действительно тяжелых не было, все были заляпаны кровью, но на ногах. Мужчины вообще мало пострадали, почти все они боевые стихийники и успели поставить щиты. Девушек среди пострадавших было больше просто в силу того, что у большинства из нас реакция хуже, а щитовые артефакты наличествовали далеко не у всех или они просто не успели перейти в боевой режим и активироваться.

Через какое-то время с той стороны здания, откуда вынесли меня, появился граф Риарди, тащивший на буксире Каролину. Она была в сознании и даже на ногах, точнее на одной ноге. Прыгала, опираясь на мужчину. Вторая была то ли сломана, то ли еще что, но крови вроде бы было не видно.

– Привет! – она меня аккуратно обняла, стараясь не повиснуть. Все-таки мой позвоночник мог этого и не выдержать. Потом отстранилась, внимательно осмотрела меня с ног до головы. И это все стоя на одной ноге. – Ты жива, все нормально?

– Я-то в порядке, благодаря графу Де Риарди. Он меня закрыл собой, а потом вытащил, – я кивнула в его сторону, но он уже успел опять скрыться в ангаре. – А ты как? Что с ногой?

– Да меня основательно завалило, но я успела прикрыться щитом. А когда наконец смогла выбраться, то глупо оступилась. Нога попала между обломками крыши и свалившейся бетонной колонной – вывих, наверное.

– Так, садись, я тебя полечу, – кивнула ей одна из девушек. Целительница, судя по всему. Она переходила от одного пострадавшего к другому, подпитывала личные целительские артефакты, останавливала кровь и все остальное по-мелочи, что можно сделать в полевых условиях.

Я помогла Каролине сесть на траву так, чтобы не потревожить ногу, а сама начала осматриваться. Вроде бы прямо сейчас моя помощь никому была не нужна, а значит я вполне могу заняться своими делами.

Например, снять все замеры со взбаламученного магического поля, чтобы собрать доказательства и поймать тех, кто это сделал. Пока сюда приедут дознаватели, стихия успеет успокоиться, по крайней мере, частично. Так что действовать надо сейчас.

Еще, конечно, надо сходить посмотреть, что происходит на полигоне и на стоянке, остался ли там кто-то в живых, но одна я точно не пойду. Соваться туда не имея магии или серьезных защитных артефактов просто глупо. Даже не потому, что преступники могут быть все еще там, а потому, что в ревущем море эфира легко получить повреждения, не совместимые с жизнью.

Где-то через час удалось из-под завалов вытащить всех. К счастью, среди нас никто не погиб, но было несколько тяжелораненых, в том числе бессознательная девушка, которую одной из первых вынес маркиз Шинаро.

Пока проводились спасательные работы, нам строго настрого запретили разбредаться по округе и выяснять, что же на самом деле случилось. Столько народу, чтобы сопровождать толпу любопытных и при этом не бросать тех, кто еще находится под завалами, у нас просто не было. Почти все мужчины и так участвовали в спасении, кроме одного тяжелораненого, так что следить за остальными вызвались студентки военной академии, Алония и Каролина.

Герцогиня, кстати, успела укрыться щитом и не пострадала, а вот Лейсе было плохо. Ее прямо корежило от бурлящего эфира, она то и дело впадала в оцепенение или хваталась за голову стараясь унять боль. Я сидела рядом с ней и старалась контролировать, чтобы она не проваливалась в себя. Целительница даже сказала, что если она “уйдет на глубину” своего сознания, то может потом не всплыть. У менталистов такое бывает. Так что пришлось ее постоянно тормошить.

– Вы как, все в порядке? – подошел ко мне Джулиано и сел рядом, устало прикрыв глаза.

– У меня-то да, а вот вы были ранены. Пусть вас целитель посмотрит.

– Артефакт уже все залечил, я в порядке, – тот махнул рукой.

– Вот, кстати, странно, вроде бы все артефакты работают даже при такой эфирной буре, но не артефакт связи.

– Он просто не может через нее пробиться. Вам же известен принцип работы таких артефактов?

– Да, они связывают двух абонентов по кратчайшей прямой, – я кивнула.

– А кратчайшая прямая к городу проходит как раз через магический шторм.

– Тогда как спасатели узнают, где нас искать?

– Шинаро смог связаться с постом стражи на южной дороге, – граф махнул рукой куда-то за спину, в противоположном направлении от бури. – Но когда они все выяснят и приедут…

– В смысле, выяснят?

– Ну вот представьте, – тот невесело хмыкнул, – стоите вы на дороге, надзираете за порядком, никого не трогаете кроме нерадивых водителей, и тут с вами на связь выходит непонятно кто и запрашивает помощь из-за эфирной бури на полигоне гвардии Императора. Вы бы поверили?

– М-де… – протянула я. – Не поверила бы, подумала, что глупая шутка. Но проверить все равно было бы надо.

– Они и проверят. Точнее, этот самый страж наверняка доложил начальству, ведь не он сам пойдет проверять, у него пост, который нельзя оставить. А начальство свяжется с полигоном, точнее, попытается связаться, а когда не получится, доложит своему начальству. Еще с полчаса минимум они будут решать, что с этим делать, куда бежать и в каком составе. Потом соберут ударный отряд, который придет туда и все подтвердит, а уж потом подтянутся целители со спасателями.

– Но есть ведь и более короткий маршрут. На имперском отборе произошло ЧП, значит о нем доложат если не самому Императору, то кому-то из его администрации. Тот же отец Каро…

– Да примерно одинаково по времени займет, я думаю. Это если предположить, что там есть кому сообщить о нападении.

– Там мой телохранитель остался около мобиля, – вздохнула я.

– Может, стоянка и не пострадала, – как-то без уверенности ответил Джулиано. – Тогда помощь к нам придет раньше.

Мне все равно хотелось куда-то бежать и что-то делать, но я понимала бесперспективность подобных маневров. Без магии мне эфирную бурю не пережить, а артефакт уже скоро разрядится, лучше поберечь заряд.

– А что если к нам выйдут те, кто все это устроил?

– Если бы хотели, давно бы вышли, – пожала плечами герцогиня Сен Генори, присевшая рядом. Сама она не пострадала, но ее маркиз, то ли не успев поставить защиту, то по случайности, получил травму головы. Вроде не серьезную, но ему помощь точно была нужна.

– И куда они делись?

– А кто знает? – пожал плечами граф Риарди. – Но пытаться их сейчас найти – безумие.

– Так что, пусть уходят?

– Пусть этим занимаются компетентные органы.

– Мне больше интересно, – вздохнула Алония, – как так получилось, что мы выжили?

– Думаешь?.. – я не договорила, кивнув в сторону Шинаро, который сейчас общался с целительницей.

– Кто его знает?

– Нет, не думаю, – покачал головой Джулиано. – Зачем? Он бы мог уйти один и все, так зачем тащить сюда такую кучу людей?

– Но согласитесь, то, что не откликнулся управляющий баром – это странно.

– Нашли управляющего, – мужчина показал в сторону газона, на котором лежали раненые. – Он спустился в подвал за пивом, когда мы пришли, а потом его завалило.

– Опять случайность?

– Случайности не случайны, – криво усмехнулась отмершая Лейса.

– Ты что-то знаешь? – нахмурилась я.

– Я только знаю, что владелец бара, или кто он там… В общем, он не контужен, а притворяется.

– Шинаро! – крикнул Риарди, привлекая к себе внимания и указывая в сторону лежащего на земле мужчины.

Поистине, мысли менталистов неисповедимы. Как иначе объяснить то, что Лейса ничего не сказала раньше?

Тревога оказалось ложной. Хозяин бара действительно уже успел прийти в себя, но ничего плохого не задумывал, просто прислушивался и пытался понять, что вообще происходит. Он на самом деле спустился в подвал, но поскольку не ожидал в ближайшее время гостей, то решил, что подниматься с бочонком наверх сложно и долго, а выпить можно и на месте. В итоге, когда все началось он мирно дремал на бочках. На взрывы же и вовсе не обратил внимания, потому что на полигоне гвардейцев частенько творится и не такое. Когда же его пытались спасти и вытащить, и вовсе начал сопротивляться – спать ведь мешают, но оказавшись на траве снова ненадолго отключился.

Вот такой забавный поворот.

Более-менее протрезвев от действий целительницы и живительных пинков маркиза Ла Шинаро и наконец поняв, что происходит что-то непонятное, но очень плохое, этот выпивоха предложил связаться с начальством полигона. Оказывается, у бара была с главным корпусом проводная связь как раз на случай больших учений, когда эфир бурлит от применяемой магии.

Здание, конечно, оказалось разрушено, а провод перебит в нескольких местах, но такие мелочи артефакторов никогда не останавливали. В конце концов, соединить два конца кабеля не так уж и сложно, особенно для тех, кто понимает в техническом устройстве навороченных сложных приборов.

В общем, Риарди пошел ремонтировать связь, а я увязалась за ним. Ну а что мне еще делать? За Лейсой обещали присмотреть Алония и Каро, да и целительница тоже, так что острой необходимости в моем присутствии там не было.

– Подержите, – Джулиано передал мне передающий аппарат, а сам стал заниматься проводами.

Приличный кусок просто разорвало или придавило и не было никакого смысла его вытаскивать из завалось. Гораздо проще было найти конец провода у ангара и присоединить к нему провод, идущий от самого устройства. Хорошо хоть оно не пострадало, потому что стояло под дубовой, толщиной в две доски, барной стойкой.

Достав кинжал, мужчина оголил провода с двух сторон и их просто перекрутил, а затем с помощью артефактной магии заизолировал место соединения.

– А после воздействия магии подобное механическое устройство будет работать?

– Не разочаровывайте меня, Мари, я же не на его внутреннюю структуру воздействовал, только на внешнюю оболочку, – сказал граф менторским тоном и покачал головой.

– Вы еще не мой преподаватель, – возмутилась я, но так, без энтузиазма.

На самом деле, я об этом, конечно, знала, но вот насчет этих перекрученных проводов все же уверена не была, потому что обрезанные края провода касаются непосредственно артефактной изоляции.

– Нет, – он хитро улыбнулся, – но с нового семестра…

– Так быстро? А как же отбор?

– А что отбор? Во-первых, он рано или поздно должен закончиться. А во-вторых, после сегодняшнего я даже и не знаю, что будет.

– Думаете, отменят?

– Думаю, что теперь будет не так уж много претендентов, – граф пожал плечами. – Да и вряд ли к продолжению мероприятий положительно отнесутся как семьи погибших, так и оставшихся в живых невест.

– М-да уж… – протянула я.

– Ну что, попробуем?

Джулиано позвал хозяина бара, который ходил вокруг нас как неприкаянный, а потом и вовсе ушел куда-то в кусты и там завалился спать. Это учитывая то, что на все манипуляции с аппаратом мы потратили вряд ли больше четверти часа.

– Какой номер? – спросил Риарди уже в третий раз, а мужик все никак не мог понять, что мы от него хотим. То ли целительница слишком сильно потратилась, что не смогла убрать интоксикацию, то ли ему живительных пинков за авторством маркиза не хватает?

– Может его пнуть? – наконец предложила я. – Время-то идет…

– Не надо меня пинать, девушка! – тут же вскочил хозяин бара и посмотрел на нас абсолютно честными, но совершенно пьяными глазами.

– Может, туда, в кусты, после взрыва бочонок какой-то укатился? – задумчиво спросила я в пространство.

Тем не менее номер управления полигоном пьянчуга назвал, и мы даже, хоть и не с первого раза, но смогли дозвониться. Правда, на объяснения кто мы и что мы, ушло довольно много времени и нервов, потому что командовал там, видимо, уже кто-то из приехавших по вызову, и он не сразу сообразил, что Риарди имеет в виду и даже один раз бросил трубку.

Спасатели, ага!

Однако по итогам долгих и напряженных переговоров нам все-таки удалось их убедить, и к нам были направлены стражники и целители.

– Джулиано, а что если это кто-то из нападавших снял трубку?

– Ну… – тот задумался. – Тогда бы он вряд ли на меня орал и бросал трубку.

– Логично. Пойдемте расскажем остальным?

И мы пошли, и рассказали, а уже через десять минут нас спасли. Ну, типа того. Прибежали обещанные специалисты, целители тут же принялись за раненых, а стражники выставили боевое охранение вокруг нас, но часть из них отправилась исследовать руины ангара, хотя мы уверяли, что больше там никого нет. Да и ладно, пусть проверят, вдруг там еще кто-то за бочками завалялся.

А где-то через час нас решили отсюда вывести. Поскольку через полигон идти было невозможно, нас отправили окружным путем. Очень сильно окружным.

Только дойдя до места встречи с дознавателями, а находилось оно прямо на дороге, в паре километров от стоянки мобилей, мы узнали, что все, кто работает сейчас на полигоне, могут там находиться только под мощнейшими стихийными щитами, и то они разряжаются с угрожающей скоростью.

От самой стоянки тоже ничего не осталось, однако там оказалось несколько выживших, в том числе и Лукрецио. Ему хватило силы прикрыться, а потом выбраться из зоны поражения, но он все же сильно пострадал.

Как ни странно, но удалось выбраться и некоторым участникам отбора и даже полигонному начальству в количестве аж всех четырех штук, а больше там и не было. Все-таки гвардейцы Императора – это не детишки с улицы.

Что же касается участников, то выжила небольшая группа, которая смогла поставить общий стихийный щит, сопряженный из личных щитов, и удержать его в бушующем море магии. Все они были до предела истощены и получили сильные эфирные ожоги.

По предварительным данным, из более чем семи десятков участников в живых осталась лишь половина. Хотя не весь полигон еще обследован – очень тяжело работать в таком магическом шторме.

Глава 21

Дома я оказалась лишь через пару часов, когда за мной прислали мобиль. На вопросы дознавателей мы ответили только вкратце, так, экспресс-опрос. Но нас обещали вызвать позже.

У всех самобегов, что стояли на стоянке, начисто выжгло все артефакты, так что в дедов транспорт вместе со мной погрузились граф Риарди и Каролина, конечно. Мужчину я сама пригласила, потому что ему просить помощи было неоткуда – родственников-то нет, а постороннего извозчика на место катастрофы вряд ли пустят. Что же касается друзей, то он новый человек в городе и мало с кем пока знаком.

За Алонией тоже приехали, и она захватила с собой своего маркиза. А вот Лейсу увезли целители, домой ее не отпустили – слишком уж опасное у нее ментальное состояние, пограничное, как сказали специалисты.

– Высадите меня где-нибудь в центре, пожалуйста, – попросил граф, когда мы въехали в город.

– Вы там живете? – полюбопытствовала я.

– Пока живу в гостинице, но подыскиваю себе дом. У моей семьи не было постоянной резиденции в столице, так что все приходится начинать заново.

– Вы собираетесь здесь остаться? – это уже Каро.

– Уже через неделю я приступаю к работе в качестве магистра Академии.

Я как-то забыла со всеми этими перипетиями рассказать об этом подруге.

– Ого! И на каком же факультете? – Каролина хитро сверкнула улыбкой. Да она мне теперь покоя не даст!

– На артефакторном, разумеется. Буду преподавать для артефакторов работу со стихийными потоками.

– Думаете, возможно научить их работать со вторым видом силы? Вы это, конечно, умеете, но это слишком редкий дар.

– Я знаю и ничего подобного не планирую. Конечно, обычным артефакторам стихийниками не стать, но вот работать с такой силой они могут, а моя задача научить их не пережигать себе при этом каналы.

– А нас артефакторике учить не планируете? – усмехнулась подруга.

– Вообще-то планирую. Конечно, только основам, чтобы вы знали, с какой стороны браться за артефакты.

– А зачем нам это знать? У нас вон, специалисты есть, – Каро кивнула в мою сторону.

– Так же как ты не можешь меня постоянно защищать стихийной магией, так и я не могу везде ходить с тобой и не давать трогать неопознанные артефакты.

– Резонно. Но я не так уж часто испытываю непреодолимое желание потрогать незнакомые артефакты, как ты метко выразилась, а вот ты влипаешь в неприятности гораздо чаще.

– Знания лишними не бывают, – прекратил наш давний спор Риарди. – Здесь высадите, пожалуйста. Благодарю.

Мужчина открыл переднюю дверь мобиля, а он сидел рядом с водителем, обернулся к нам.

– Миледи, до встречи. Надеюсь, в следующий раз мы увидимся при более благоприятных обстоятельствах.

– Джулиано… Спасибо вам, – я посмотрела на него, но он лишь кивнул и захлопнул дверь с той стороны.

– В резиденцию маркизы Ла Прентеро? – уточнил водитель.

– Да, думаю да. Каро, а ты хоть сказала отцу, что с тобой все в порядке? – Что-то я не видела, как они говорили.

– Он со мной не связался, а я ему звони, да? – обиженно фыркнула подруга.

– А у тебя переговорный артефакт точно в порядке? – нахмурилась я.

Каролина достала из кармана артефакт, представляющий из себя нечто напоминающее карманное складное зеркальце, повертела, открыла и уставилась на сеть мелких трещин вместо кристалла.

– Ой!

– Вот тебе и ой! – я отдала ей свой артефакт. – Звони.

– Твой дед наверняка сообщил папе.

– Наверняка, но если ты ему не позвонишь сама, то он тебя накажет, когда вернешься домой. Так что лучше уж сейчас.

А что, отец у нее строгий, может и вовсе хорошенько наподдать за то, что не сообщила, что жива. Ведь если он все же не в курсе, то сейчас лично прочесывает полигон. Он ее прибьет – это точно.

– Хм… Не отвечает.

– Значит, занят. Маме звони.

– Уже не надо, – покачала головой Каро и кивнула в сторону ворот своей резиденции.

Встречала ее внушительная делегация слуг и родственников, впереди которых стояла мать. Отца, естественно, здесь не было, он либо на месте происшествия, хотя мы его и не видели, либо на работе – отдает распоряжения, собирает данные и все в таком духе, а то и вообще на докладе у Императора.

– Ну все, пока! – подруга практически на ходу выскочила из мобиля и тут же оказалась в крепких объятиях маркизы Ла Прентеро, которая держалась, но из последних сил.

– Домой, – я кивнула водителю.

У ступеней дома меня встретил сам дед и аккуратно обнял.

– Ты в порядке? Ранена? – спросил он, когда я поморщилась.

– Я вся грязная, в пыли. Испачкала тебе костюм.

– Нашла о чем думать! – невесело усмехнулся тот. – Сейчас тебя осмотрит целитель и ты сможешь принять ванну и поесть.

– А может наоборот?

– А может, не будешь спорить? Мало ли, вдруг у тебя какие-то внутренние повреждения?

– Да неоткуда быть повреждениям! Меня граф Де Риарди прикрыл собой.

– Вот как?

– Ага, а потом выдернул из-под обломка стены. От того и рука со спиной немного болят.

– Тогда точно нужен целитель. У тебя еще позвоночник не зажил, могут быть скрытые повреждения.

– Ла-а-адно, – не стала спорить я. Во-первых, в словах дела был смысл, а во-вторых, я просто настолько устала, что мне не хотелось вступать в полемику.

Уже через пять минут меня осмотрели и заключили, что помимо небольшого растяжения связок у меня все в порядке. Это тут же залечили и даже разрешили снять бандаж, в нем уже не было необходимости. С перчатками дело обстояло хуже – ладони я опять немного ободрала.

А через час я, приняв ванну и поев, завалилась в постель. Дед отнесся с пониманием и не стал настаивать на разговоре, да и целитель советовал дать мне отдохнуть. Дознаватели же желали видеть меня только завтра, так что было еще достаточно времени, чтобы прийти в себя.

Только вот сон сначала не шел, а потом я каждые полчаса просыпалась в холодном поту от кошмаров. Это нападение и эфирный шторм мне, наверное, еще долго будут сниться.

Если бы не предложение маркиза Ла Шинаро, многие из нас были бы мертвы. Выходит, он нас спас, пусть и случайно?

Я бы, например, прикрыться точно не смогла, мощи артефактов для защиты не хватило бы, а Де Риарди именно в момент нападения могло рядом и не оказаться, чтобы прикрыть. Да и вообще кого-то из сильных магов.

Неприятно осознавать, в очередной раз, свою беспомощность. А значит, надо создавать еще более мощные щитовые артефакты!

На следующий день письмом из канделярии Императора меня вызвали к дознавателям. Так же как и всех остальных. Нам общаться между собой не мешали, да и что мы такого могли сказать или о чем договориться? Если бы хотели, уже бы обо всем договорились, ведь между нападением и нашим спасение прошло около трех часов.

На этот раз меня забрала из дома Каролина, потому что мобиль брата сейчас тоже нуждался в ремонте. Причем, чуть ли не в более сильном, чем мой, ведь там придется менять все артефакты, коих десятки, а в моем только один ходовой. Хотя на самом деле мой любименький транспорт все же пришлось сдать в утиль, потому что после пребывания в воде началась коррозия. Возиться с этим нет смысла, проще новый купить.

Так вот, остался в нашем распоряжении только мобиль деда, а ему тоже на службу надо. Он, конечно, поручил заказать для меня новый, но такие вещи делаются не быстро, если я хочу нормальный, а не простой средненький для обычных мещан. А мне в простом ездить не вместно, да… Придется на своих двоих ходить.

Так что оставался один вариант, хоть меня и пригласили на полчаса позже, чем Каро. Но что тут сделаешь, не идти же в самом деле пешком. Нет, можно было бы на парадном выезде, но ехать в карете к дознавателям – это даже немного неприлично. Одно дело в Академию быстро скататься, чтобы никто не видел, другое дело, когда все участники будут знать, что у нашего рода просто нет больше мобилей. А то, что у меня вся семья, кроме деда, либо живет в другой стране, либо служит на границе – это никто в расчет не примет.

– Ну что? – спросила я подругу, падая на соседнее сидение.

– Папа был в бешенстве, – та недовольно повела плечами. – Но в то же время настолько счастлив, что я не пострадала, что весь вечер не мог решить, заслуживаю я розги или тазик мороженого.

Ну да, ну да, если я больше всего в жизни люблю шоколадные пирожные, то Каро неровно дышит к мороженому и может его съесть действительно очень много.

– Можно совместить. Розги – чтобы ему нервы успокоить, мороженое – чтобы тебе.

– Ай, ай, как смешно! Вот высажу, пойдешь пешком!

– Злая ты, – фыркнула я. – Как нога, кстати?

– Да что ей будет? А ты, я смотрю, сегодня уже без бандажа?

– Еще вчера разрешили снять, – я повела плечами, затянутыми в тонкое платье с вырезом – сразу видно, что на шее у меня ничего нет. Как же это здорово – носить нормальную одежду и не стесняться в движениях!

– А руки?

– Опять повредила.

– Жаль, нам бы новые артефакты не помешали.

– Не помешали, мне уже вчера Лейса писала, просила с этим поторопиться.

– И как она?

– Сильная ментальная контузия. Но целители ее еще вчера отпустили домой. У нее, оказывается, мать – сильный менталист, так что она может проконтролировать ход восстановления.

Так, за ничего не значащей болтовней, мы доехали до дворца Императора. Не случайно нам прислала письмо его канцелярия, потому что допросы будут проводить именно тут. Странное место, для подобного мероприятия.

Нас проводили в большую комнату не в самом главном дворце, а в одном из зданий, входящих в дворцовый комплекс, который по размеру был больше площади немаленького дворянского района в два раза. Там уже собралось достаточно народу. Помимо всей нашей группы, там же были и спасенные на полигоне. Выглядели они бледно, но лучше неспасенных…

Как выяснилось почти сразу, выжили еще две группы, успевшие прикрыться щитами, одна пять человек, и еще одна четыре.

– Тебе не кажется… – задумчиво протянула Каро, когда об этом услышала.

– Кажется, но я артефактор, к тому же всего лишь студентка, что я в этом понимаю? Хотя я знаю, кого спросить, – я кивнула только что вошедшему в зал Джулиано. Он, кстати, был в компании маркиза Ла Шинаро. Они уже помирились?

– Миледи, – мужчины синхронно поклонились, когда мы подошли, а мы присели в реверансах.

– Как ваши руки? – спросил граф Риарди, когда я ему подала свою ладонь, затянутую в перчатку.

– Все так же, – я невесело усмехнулась. – Никак не удается их вылечить до конца.

– Будем работать над тем, чтобы теперь этому ничего не помешало.

– Работать?

– Ну надо же помочь коллегам, – Ла Шинаро кивнул мне за спину, где находилась дверь, куда по одному уводили народ допрашивать. Кстати, пока еще никто не возвращался.

– А чем мы можем им помочь? – я пожала плечами. – Хотя меня хотели еще после прошлого раза допросить с менталистом, но что-то не получилось.

– Ну да, мы-то особо ничего не видели, а вот те, кто выжил на полигоне и на стоянке мобилей… – протянула Каро и быстренько пересказала историю не об одной, а о трех выживших группах.

– На самом деле, здесь нет ничего удивительного, – маркиз покачал головой, – большинство из нас служили или служат, так что реакция должна быть вполне на уровне. Да и силой мы не обделены.

– Тогда почему не выжили остальные? – спросила я.

– Не было никого достаточно сильного и умелого рядом, не хватило сопряжения. Одному и даже двоим людям при таком шторме не выжить. Вот пятерым и больше…

– Самая маленькая группа состояла из четырех человек, при этом в ней было две девушки, одна из которых целительница. Я ее знаю, как целительница она не слабая, конечно, но стихийный сложнокомпонентный щит она подпитать бы не смогла, – покачала головой Каро.

– Ты откуда знаешь?

– А я с ней как-то поссорилась, так она меня вызвала на дуэль, на которой даже обычный щит не поставила. За что и получила.

– Она с тобой поссорилась? И вызвала на дуэль? И не смогла даже поставить простейшей защиты? – я подозрительно покосилась на подругу.

– Ой, не смотри на меня так. Да, она меня взбесила и я сама спровоцировала вызов, где ее раскатала в тонкий блин. Сама бы ты тоже так сделала!

– Все может быть, все может быть. Так что же получается, в той четверке только трое теоретически могли поставить щит, а то и еще меньше?

– Хм… Может мы ошиблись с оценкой степени силы эфирной бури? – нахмурился Риарди и посмотрел на маркиза.

– Ты сам-то в это веришь? – задумчиво протянул тот.

– И что же тогда? – заинтересовалась Каро.

– Миледи, – Шинаро нахмурился, посмотрел на нас по очереди, как бы пытаясь своим серьезным взглядом втолковать в наши пустые головы, чтобы мы его послушали, – давайте оставим расследование компетентным службам? Очень вас прошу не вмешиваться в это.

– Мари, – задумчиво протянула подруга, – тебе не кажется, что кто-то что-то знает, но нам не говорит.

– Кажется, но можно я сегодня побуду голосом разума? Маркиз прав, пусть этим занимается тот, кто в этом разбирается, например, твой отец.

– А это отличная идея! – Каролина растянула губы в злорадной ухмылочке.

– Кажется, маркиза Ла Прентеро стоит заранее пожалеть, – хмыкнул Джулиано.

– О, не стоит! – не удержалась от сарказма я и посмотрела на подругу. – Если кого-то тут и придется жалеть, так точно не маркиза.

– Злая ты! – надулась та.

Продолжить пикировку мы не успели, дознаватели вызвали Каролину, а вслед за ней и обоих мужчин.

Я узнала его сразу, как только вошла, – Имперский артефакт правды. На позолоченном постаменте в специальной ячейке располагался матово-белый истинный корунд, кристалл почти мистический, в природе не встречающийся, выращенный в незапамятные времена гениальным магом-артефактором. Такой камень в нашем мире не один, их несколько и у каждого из них разные свойства.

Тот, что принадлежит нашей Империи, определяет правду, тайные намерения и, как бонус, сродство магии. Неплохая комбинация.

Меня проводили в небольшую комнату, где сидел, судя по форме, один из дознавателей Полевой интендантской службы, а также какая-то гражданская женщина, представившаяся сотрудницей Императорской канцелярии.

– Миледи Де Велрани, прошу, – мужчина указал на кресло рядом с артефактом. – Вам необходимо снять перчатки, дотронуться до камня и подать немного магии.

– С этим проблема, – я покачала головой. – Каналы в руках обожжены, я не уверена, что смогу использовать магию.

– Вы уж постарайтесь. Это обязательное мероприятие.

Эх, бедные мои рученьки, нет им покоя!

Но делать нечего, придется поступить так, как они просят. По крайней мере, попробовать можно, хотя еще пару дней ладоням бы неплохо подлечиться. Впрочем, сам по себе ожог случился уже достаточно давно, а то, что я постоянно повреждала новую кожу, на магических каналах сказаться не должно было.

Сняв перчатки, я положила руки на холодный камень и подала в него немного магии. А дальше началось форменное безобразие, точнее самый натуральный допрос.

Дознавателя, понятное дело, интересовали все происшествия, начиная со сломанного артефакта в моей машине и заканчивая вчерашним. Кто где был, с кем стоял, что и как говорил и все в этом духе. Даже то, что я не помнила, пришлось вспомнить. Особенно подробно мы остановились на вчерашнем нападении.

Нет, я понимаю, что погибли люди, кстати, помимо участников погибли все организаторы, в том числе и распорядитель. Среди них сильных магов, видимо, не было. А охрану в этот раз не предоставили, потому что мы же на полигоне личной гвардии Императора – абсолютно безопасное место!

Как ни странно, очень интересовал дознавателей маркиз Ла Шинаро. Думаю ли я, что он ушел специально? Нет, потому что он мог сам уйти и никто бы его не заподозрил или прикрыться щитом, ведь он достаточно силен, и вместе с еще парой мужчин мог бы продержаться до прихода спасателей, а то и самостоятельно выйти. Не было ему никакого смысла нас уводить. А вот то, что им так настойчиво интересуются, наводит на определенные мысли, м-да…

Граф Риарди же напротив никаких особых подозрений не вызвал. В плане происшествий. Зато сотрудница канцелярии очень долго мне задавала вопросы про наши взаимоотношения.

Еще спрашивали про других участников, но либо мало мне знакомых, либо тех, с кем я вообще не общалась. Так что тут мне сказать было особо нечего.

Слава богам, инцидент с поломкой мною полигонного щита в Академии, дознавателя не заинтересовал вовсе. Ни одного вопроса по этому поводу он так и не задал, хотя я боялась. Тут ведь не особо соврешь. При допросе менталистом еще можно отвертеться, отказаться отвечать на вопросы, а кристалл то намерения показывает.

В общем, не знаю, сколько меня здесь продержали, но минимум полтора часа. Хотя по ощущениям гораздо больше.

Вывалилась я из кабинета в полнейшем раздрае и желании то ли лечь и свернуться клубочком, то ли что-нибудь разбить. Голова гудела, пальцы тоже гудели. Все-таки в моем нынешнем состоянии непрерывно использовать магию полтора часа, пусть и в минимальных количествах – это еще надо сильно постараться.

– Ты в порядке? – Каро тут же оказалась рядом и взяла под локоток, а на самом деле поддержала, потому что я грозила позорно свалиться на пол. – Ты вся серая.

– Нормально все. Есть чего попить?

– Да, пойдем, – подруга повела меня через зал к столам с закусками, и только сейчас я огляделась.

Меня проводили уже в другое помещение, где собирались те, кого уже допросили. Народу тут было не очень много, меньше, чем тех, кто уходил на допрос.

– Мари, вы в порядке? – ко мне подошел Джулиано. Интересно, они думают, что чем больше задают этот вопрос, тем лучше мне становится, что ли? Хотя это я уже от усталости бурчу просто.

Я только кивнула и приложилась к стакану с соком, который протянула мне Каро. Говорить тоже не хотелось.

– Как ваши руки? – нахмурился мужчина. Тут до Каролины, видимо, дошло, почему мне так нехорошо, и она даже ойкнула.

– Все будет нормально, я вроде бы даже каналы не пережгла окончательно. Надо только отдохнуть.

– Боюсь, покой нам только снится, – Риарди показал в сторону небольшой трибуны, которая в зале явно была лишней. То есть ее поставили специально именно сейчас. А значит, нас не распустят по домам – ожидается еще что-то важное.

На это осталось только тяжело вздохнуть. А что делать? Придется сидеть и ждать, когда закончат с остальными. Хотя целитель мне бы сейчас не помешал.

– Думаете, сегодня все закончится? – я пылитво посмотрела на мужчину, лицо которого, при этих словах, стало напоминать восковую маску.

Кажется, ему идея сегодня обрести невесту не особенно нравится.

– Не знаю. Возможно. Все-таки продолжать мероприятия по отбору дальше – это верх цинизма. С одной стороны.

– А с другой, этих преступников надо поймать, а ловить их лучше на живца, – закончила Каролина, сказав вслух то, о чем мы и так про себя думали.

Глава 22

Пока мы ждали, я успела немного прийти в себя и даже руки перестало подергивать в легких судорогах. Каро посидела немного со мной, потом увидела графа Де Лиантеро и поспешила к нему. Сегодня, кстати, был первый раз, когда он после инцидента с рухнувшим щитом пришел на испытания. По поводу вчерашних событий его не будут допрашивать, разумеется, потому что его выписали из лекарни только прошлым вечером. Он физически не мог присутствовать при нападении – повезло. Но на артефакте все равно нужно было пройти проверку.

Мы же с Риарди сидели в уголке и мирно беседовали ни о чем. Сначала говорили о районах города, ему же дом надо надолго снять или купить, потом перешли к вопросу подбора прислуги. Оказалось, что при нем есть только старый камердинер, служивший их семье долгие годы и спасшийся от взрыва в лаборатории только потому, что в этот момент поехал инспектировать графские земли.

Единственное, чего не касался наш разговор, так это произошедших событий. А мне хотелось поговорить именно об этом. Видимо, на допросе еще не наговорилась.

– Джулиано, я понимаю, что вы меня отвлекаете от главной темы, но…

– Почему вы так думаете? Может, мне просто хочется поговорить о чем-то приятном? Не все время же мусолить эту тему? Надоело!

– И все же, как вы думаете, как это было сделано?

– Как – не вопрос. Вопрос – зачем и кто?

– То есть вы знаете, как можно организовать эфирный шторм не в зоне боевых действий?

– Ну, конечно. Это может сделать либо организованная группа из пяти и более очень сильных магов, либо артефакт.

– Артефакт? Да не бывает таких артефактов!

– Ну почему же? Вы только сегодня полтора часа продержали руки на артефакте из корунда, – ехидно хмыкнул Риарди.

– Мм… Не поняла? – я и правда не очень поняла насчет чего такая едкая реакция.

– Мари, – мужчина тяжело вздохнул, – сколько одновременно допрашивали людей? А сколько Имперских артефактов правды?

– Демон! – я стукнула себя ладонью по лбу, поморщилась от того, что ладонь тут же засаднило. – То есть это не был артефакт правды? Тогда куда же я сливала свою магию?

– Ну это был точно артефакт… С неизвестными свойствами, но скорее всего приблизительно такими же, как и у артефакта правды.

– Думаете, его удалось повторить?

– Сделать артефакт, показывающий ложь, не так уж сложно. Сделать его похожим на оригинал – тоже. Истинные корунды давно научились выращивать, пусть это дорого и долго, но все же. А вот насчет проявления сродства силы или тайных намерений, что может показать настоящий артефакт, тут есть некоторые сомнения. Впрочем, не исключаю, что какой-то из них был настоящим или же нам еще только предстоит проверка с ним.

– Скорее уж второе. В такой ситуации я бы не хотела показывать кому ни попадя главную ценность Империи.

– Ну может и не главную…

– Так, а что там с создающим эфирный шторм кристаллом? Вы думаете, что это был один из них?

– Это возможно. Насколько я знаю, два подобных артефакта могли теоретически вызвать схожий эффект. Один, правда, скорее устроил бы взрыв, а уж потом бы начался шторм, но характерной воронки на полигоне нет, так что… – граф развел руками.

– Взрыв, говорите? – я задумчиво посмотрела на Риарди. – А где находятся эти артефакты известно?

– Тот, который со взрывным эффектом, в Королевстве Хиоро. Я знаю о чем вы подумали, о том упавшем метеорите?

– Ну да, ведь похоже?

– Похоже, но далеко не факт. Есть еще целых два варианта: перегрузка щита, как было на испытании, и, собственно, падение метеорита. Да и тогда эти страны врагами не были, это сейчас у них вялотекущий конфликт.

– А второй артефакт?

– А вот со вторым интереснее. Теоретически он больше подходит под описание нашей ситуации, вызывает стихийный круговой удар, с последующим эфирным штормом, но вот где он находится – неизвестно. Его следы потерялись еще несколько десятилетий назад где-то на западе материка. С тех пор про него ничего слышно не было.

– Такой мощный артефакт оставили без присмотра?

– Не такой уж мощный. Чтобы устраивать диверсии – сойдет, но в боевых действиях практически не применим. К тому же у него долгий период зарядки, что-то около сотни лет.

– А наш артефакт правды зарядки не требует?

– Его заряжают при использовании. То есть исследуемый объект подает микроток своей магии, как мы сегодня.

– Но ведь артефакта на полигоне не нашли, верно?

– Мне, конечно, не докладывают, – Риарди хмыкнул, – но вряд ли. Да и, если рассуждать логически, его потом можно было забрать, там же были выжившие, так почему бы преступникам не использовать сопряженный щит, чтобы убрать улики?

– Логично, – пришлось признаться мне.

Я хотела еще побольше расспросить про артефакты и откуда граф все это знает, но тут вошел представительный немолодой мужчина в старинном камзоле, видимо, новый распорядитель, и встал за трибуну.

Что ж, послушаем, что он нам скажет.

Из речи этого человека мы поняли, что хоть все конкурсы, которые придумал для нас Император и не закончены, но отбор на этом приостанавливается. Еще пока окончательно не решено, будет он продолжен или нет, но в течение следующей недели нас начнут вызывать по одному во дворец для прохождения собеседования. И хоть этого прямо сказано не было, но, думаю, именно в тот момент будет использован настоящий артефакт правды.

Что ж, это уже неплохо, потому что, чувствую, еще одно такое нападение, и от нас реально одна пыль останется. А не хотелось бы…

Когда распорядитель закончил говорить, к нам подошла Каролина, таща на буксире мерзкого графа. Он тоже не горел желанием общаться, причем, кажется, даже не с Риарди, а со мной. Вот что я ему сделала? Ну, подумаешь, вставила пару шпилек, пусть и злобненьких, это что повод обижаться, что ли?

– Ну что, какие планы? – осведомилась подруга, подтащив-таки вяло сопротивляющегося графа Де Лиантеро.

– А у вас?

– Может, пойдем пообедаем?

Я оглянулась на Джулиано. Нет, я не то чтобы против обеда, но если он откажется, мне быть третьей лишней в этой компании точно не хочется. Вот только выбора у меня особого нет, ведь я приехала сюда вместе с Каро. Не пешком же мне домой идти! Один раз уже сходила, м-да…

– Почему бы и нет? – мужчина пожал плечами. – Вы, миледи, лучше знаете город, так что выбор заведения мы доверяем вам.

– Несомненно, – согласился Лиантеро.

– У Красной скалы! – хором отозвались мы с Каролиной.

– У нас там бронь, – добавила подруга.

Ну да, у обеих наших семей бронь в самом лучшем ресторане столицы. Да, мы мажорки, и что?

– Как поедем? Вы на мобилях? – уточнила та. – А то мы сегодня ехали вместе с Мари.

– Я на извозчике приехал. После вчерашнего моему мобилю предстоит ремонт, – вздохнул Джулиано.

– А вы? – я посмотрела на мерзкого графа.

– Я тоже. Мне пока не рекомендовали водить.

– Что ж, придется всем поместиться в мой мобиль, – хмыкнула Каро.

Впрочем, зря хмыкала, в отличие от зализанного спортивного мобиля брата, у нее вполне нормальный по размерам экипаж, в который четверо легко поместятся.

– Ну тогда поехали! – поощрительно и слегка снисходительно кивнул Лиантеро. Как же он меня бесит своими замашками – это что-то!

Мы спустились на стоянку и расселись в мобиле подруги. Она и мерзкий граф спереди, а мы с Риарди на заднем сидении.

Но поездка наша как-то сразу не задалась. Точнее она проходила в неловком молчании, что было очень странно.

– А вот это отличный район, между прочим, – надоело тягостно молчать и я показала на симпатичный, утопающий в садах райончик, проплывающий за стеклом, привлекая внимания Джулиано. – На берегу реки, почти центр, удобные широкие дороги и до Академии рукой подать.

– М-да, неплохо. Но я решил присмотреться к дворянскому кварталу. Думаю, мне там по статусу недвижимость больше подойдет.

Так-то он прав, раньше аристократия только там селилась, но теперь это вовсе не обязательно. Кто победнее выбирал места попроще.

– Что, решил прикупить домик? – насмешливо спросил Лиантеро. – Ты вроде бы не собирался после увольнения из армии возвращаться к светской жизни.

– Передумал, – безразлично ответил Риарди.

– Переду-у-умал? – протянул тот.

– Предложили должность в Академии, и я не нашел причины для отказа.

– Значит, решил все-таки обосноваться тут? А как же графство?

– А что графство? Оно приносит неплохой доход. У меня хороший управляющий, в отличие от твоего.

– Это не твоего ума дело! – вспылил Лиантеро.

– Не моего, но ты сам поднял тему, – все так же безразлично ответил Джулиано.

О, чувствую, это будет незабываемый обед! Главное, чтобы никто не подавился собственным ядом.

Однако, кое-что было занимательное в словах Риарди, на что обратила внимание я и, надеюсь, Каролина тоже. Не знаю, зачем она всюду таскается с этим мерзким графом, это все еще задание или уже нет, но похоже, что у него финансовые проблемы. Плохой управляющий – это разоренное или просто-напросто обворованное хозяйство. И неизвестно, это было когда-то давно или сейчас все так же.

Если Лиантеро действительно нравится Каро, то это проблема. Маркиз Ла Прентеро никогда не отдаст свою дочь за неспособного вести хозяйство нищеброда.

Надо будет с ней позже поговорить на эту тему.

Тем временем, мы доехали до ресторана, у которого было довольно оживленно, даже несмотря на то, что он находится на отшибе, – обеденное время. Это излюбленное местечко для парочек, желающих поесть в приятной и романтичной обстановке, но и неплохое место для статусных деловых переговоров.

Все дело в том, что этот ресторан находился не у, а на скале, примерно на середине ее, на небольшом плато. Сам он был довольно строгим и пафосным внутри, но с террасы в любое время дня и ночи открывался прекрасный и очень романтичный вид.

– Маркиза Ла Пренетро, графиня Де Велрани, милорды, рады вас приветствовать в нашем заведении, – поклонился швейцар. Конечно, любой служащий знает наизусть всех постоянных посетителей, а тем более тех, у кого здесь выкуплены столики. – Прошу прощения маркиза, но бронь вашей семьи занята вашим братом.

– А наша? – спросила я.

– Ваша свободна, прошу, – швейцар передал нас под опеку симпатичной служащей, которая и проводила в небольшой кабинет, бронь за который оплачивал мой дед.

Жаль, конечно, что бронь Каро занята, у нее место удачнее, как раз на самом краю террасы, наше же немного дальше от обрыва. Дед, несмотря на умение пользоваться стихиями, высоту не любит. Хотя он в этом не признается никому и никогда, конечно.

Мужчины помогли нам с подругой сесть, расположились сами. Риарди здесь, похоже, бывал раньше, он ведь учился в столице, а вот Лиантеро с интересом осматривался и что-то в его поведении меня напрягало.

– Что ж, приступим, – Джулиано с легкой ухмылкой посмотрел на своего визави и открыл меню.

Это был интересный обед. Очень. Риарди подкалывал Лиантеро, тот не отставал. Я много узнала о времени их службы в армии. Они служили не вместе, но часто пересекались и сталкивались, причем лбами, если так можно выразиться.

Лиантеро был сильным стихийником из тех, у кого не было второго дара. И это его, судя по обмолвкам и намекам Джулиано, неслабо угнетало, и среди “детей лаборатории” было поводом для насмешек более удачливых товарищей.

Хотя я, честно говоря, не думаю, что дело было именно в этом. Взрослые самодостаточные люди обычно не самоутверждаются за счет окружающих. А вот сама личность графа, как мне кажется, может спровоцировать нечто подобное. Ну есть такие люди, на которых смотришь и думаешь, что их лицо аж просит кирпича.

Но тут надо сказать, что и Каролина не отставала, она пыталась задеть или подловить на слове то одного, то другого. Не совсем понимаю, чего она добивается, но мне это не нравится. А еще больше мне не нравится, что на меня совсем перестали обращать внимание.

– Простите, я отойду, – я положила салфетку на стол и поднялась.

– Все в порядке? – обеспокоился Риарди. Надо же, он вспомнил, что тут не один!

– Да, да, все хорошо, – торопливо отозвалась я, выбралась из-за стола и направилась в сторону уборной.

Не то чтобы я так уж сильно обиделась, просто действительно хотелось освежиться, плеснуть в лицо ледяной водой. А еще отчего-то сильно зачесались руки под перчатками, а снимать их за столом и тем более чесаться – это было бы не очень прилично.

Добравшись до уборной, я сняла злосчастные перчатки и осмотрела руки. На пальцах, которыми я касалась артефакта, начала облезать кожа, как после несильного ожога, они покраснели, да и в целом выглядели не очень хорошо.

Целительский артефакт работал, но магический ожог – такая неприятная штука! Нет, ничего страшного, конечно. Если бы у меня руки были в порядке, ничего бы не случилось, как у остальных, но они были не в порядке и вот результат.

Я тяжело вздохнула и запустила диагност. Так-то я не целитель, но могу сама себя обследовать на предмет мелких повреждений. Крупных тоже, но для их понимания надо иметь целительские знания, а их у меня нет. В принципе, при должном упорстве этот фокус любой маг может освоить, а дед очень сильно настаивал, чтобы я это умела.

Так что, приступим…

Диагност ожидаемо сильных отклонений от нормы не выявил. Ожоги, да, на тех же местах, что и были. Из-за тонкой поврежденной кожи они появились вновь. Потом проверила магию, но с ней оказалось все в порядке. Каналы, как ни странно, не пострадали.

Я подержала руки под ледяной водой, потом плеснула ею в лицо. Посмотрела на себя в зеркало – красота! Краше в гроб кладут. Синяки под глазами, бледная, волосы почему-то немного взъерошенные какие-то. Пришлось переплетать прическу.

Хоть я и пробыла в уборной не так уж долго, но было пора идти обратно, а то того и гляди начнут искать. А значит в женскую уборную ворвется Каро со всем ее энтузиазмом. Она увидит, что я опять повредила руки, на этот раз по вине дознавателей, и затеет своему папеньке форменный скандал. Я ж ее знаю!

А мне оно надо, становиться причиной скандала в семье подруги? Правильно, не надо. Вот совершенно!

Так что не теряя времени я двинулась в обратный путь, но не успела выйти из дверей, как весь ресторан ощутимо вздрогнул, потом еще раз и до моих ушей докатился грохот. Сначала приглушенный, а потом уже громче.

Я сначала подумала, что что-то произошло на горе. Все-таки скала, конечно, надежная, но мало ли, вдруг обвал или что-то в этом духе. Но это было до того, как полопались все панорамные стекла. К счастью, они были укреплены магией от сильного ветра, так что не посыпались на посетителей, а просто потрескались в мелкую сетку.

А вот с открытой террасы послышались крики и грохот, но не такой громкий и утробный, а будто бы падала мебель.

Люди внутри все вскочили, но разбегаться не торопились. Дело все в том, что непонятно, куда бежать. На террасе явно что-то происходит – туда нельзя, а если бежать назад, то значит в скалу.

Чтобы попасть со стоянки мобилей в ресторан нужно пройти небольшой коридор, выдолбленный прямо в скале, а если это обвал, то туда идти не самая лучшая идея. Впрочем, как и оставаться в здании, ведь если упадет большой обломок, то он легко пробьет крышу.

Так что не теряя времени нужно выяснить, что происходит. И так подумала не только я. Через полминуты тишины и растерянности, мужчины, которые находились в зале, ринулись на террасу.

Я уже успела подойти к нашему столику, переглянулась с Каролиной.

– Это не обвал, – покачала головой та. – Я не чувствую, что что-то происходит на скале.

У Каро всегда был сильный аспект земли, так что ее выводам можно верить. Она в состоянии почувствовать всю скалу целиком.

– Магическая атака?

– Вряд ли, по крайней мере, не здесь.

– Пойдем посмотрим? – предложила я, но была остановлена подругой.

Через открытые двери с террасы начали выносить и выводить раненых. Серьезных вроде не было, так, порезы, синяки, пара переломов.

– Не снимай пока артефакт, – сказала я Каро, когда она ринулась помогать. С нее бы сталось отдать свой целительский артефакт кому-то страждущему.

– Да знаю я! – махнула рукой та.

Я не целитель, да и мой собственный артефакт практически разряжен из-за рук, так что помощь от меня может быть чисто номинальная. К тому же среди посетителей оказалось несколько целителей, так что я без всяких угрызений совести решила в спасательной операции не участвовать, а пойти посмотреть, что происходит.

Аккуратно просочившись на террасу, я увидела, что вся мебель, что там стояла, оказалась перевернута, наверное, она и завалила людей. Ее, как будто сильным ветром смело. Там должен быть магический полог, поддерживающий комфортную температуру, но его тоже смело.

Я постаралась оглядеться, подойдя к ограде. Совсем близко к обрыву я не подходила, мало ли, но даже за метр от парапета все было отлично видно.

И нет, не ветром все смело, а ударной волной…

С террасы отлично просматривался город. Мы были немного в стороне, так что он был виден практически полностью, и можно было с уверенностью определить, что именно и где взорвалось.

Первый взрыв, тот, который был чуть слышен, явно произошел в районе посадочного поля для дирижаблей. Судя по небольшому пожару, который уже практически потушили, ничего катастрофического там не произошло. Благо, сейчас не середина века, так что аппараты легче воздуха заправляют инертными негорючими газами, плюс артефактная начинка, позволяющая не допускать воспламенения. Так что даже если удалось взорвать один из причаленных дирижаблей, то соседние вряд ли сильно пострадали.

А вот второй взрыв был где-то в городе. Практически в центре. Но что именно там взорвалось и так радостно полыхает, разглядеть довольно сложно. Все важные имперские объекты и учреждения в другой стороне, дворец тоже, да даже Академия и дворянский квартал, которые теоретически могли бы стать мишенями, и те довольно далеко. А это, такое ощущение, что на главной площади, где моя любимая кафешка. Но там нечему так гореть… Вернее, конечно, там есть дома, кафе и модные лавки, но чтобы столб черного дыма стоял на сотню метров вверх – нет, такого нет.

К тому же, именно взрывная волна от этого второго взрыва снесла всю мебель на террасе и разбила стекла в самом ресторане. А вот взрываться там точно нечему.

– Помогите! – Я так задумалась, что не сразу услышала чей-то тонкий голос. – Эй, помогите, кто-нибудь! Я больше не могу!

Я огляделась, но никого не увидела. Всех раненых уже увели, а нагромождение поломанной мебели просто раскидали, вытаскивая людей.

– Помогите!

Я медленно подошла к парапету, уже понимая, что увижу, но все еще не веря в это.

Слева, чуть в стороне от меня, вцепившись в край руками, стоял парень. Точнее молодой парнишка лет пятнадцати-шестнадцати, а может и меньше – почти ребенок. Во что он упирался ногами я отсюда не видела, но он явно не висел, а на чем-то стоял.

Все лицо его и руки были окровавлены, будто его хорошенько протащило по камням, после того, как перекинуло через парапет.

– О боги! – прошептала я и тут же заорала: – Помогите! Эй, скорее сюда!

Я парня точно не вытащу, тут нужен либо человек с горным снаряжением, либо маг с преобладающим аспектом воздуха.

– Эй, сюда, быстро! Кто-нибудь!

Но меня, похоже, не слышали. Демон!

– Так, парень, слушай меня!

Он с трудом сфокусировал на мне взгляд и с одними губами прошептал: “Помоги!”

– Ты только не паникуй, продержись еще минуту, я приведу помощь, ладно. Сможешь?

Парень закрыл глаза, снова открыл. Ла-а-адно, будем считать, что это “да”.

– Одна минута, я скоро вернусь.

Я метнулась в сторону застекленной части ресторана.

– Эй, помогите кто-нибудь?

Ко мне тут же подскочил какой-то мужчина.

– Вы ранены? Где вы ранены, миледи. Садитесь сюда, я помогу, не волнуйтесь.

Я с огромным трудом вывернулась из его рук, потому что целитель – это явно не тот, кто мне сейчас нужен.

– Эй, помогите! Маг воздуха! Нужен маг воздуха!

Ко мне подбежали оба графа, Риарди и Лиантеро, и Каролина.

– Мари, что?! – спросила подруга, которая знала, что я к излишней панике вовсе не склонна.

– Там на уступе висит какой-то парень, держится из последних сил. Он далеко от парапета, нужен маг, чтобы вытащить.

Мужчины меня даже не дослушали, а сразу метнулись на террасу. Целитель, слава богам, понял, что мне помощь не нужна и что он может понадобиться в другом месте. Следом за графами на улицу устремились еще несколько людей, надеюсь, магов.

– Пошли, покажешь, – Каро взяла меня за руку. – Все, успокойся, его сейчас спасут.

– Если успеют…

Остается надеяться, что у парня не соскользнет нога, потому что как он цеплялся руками, так полный вес тела в воздухе не удержишь.

Мальчишку уже вытаскивали совместно два мага воздуха, остальные были на подстраховке. Целитель тоже был в готовности, но, судя по всему, тут серьезная помощь не понадобится. Парень был почти в порядке, не считая кое-где содранной кожи.

– Вы молодец, Мари, – ко мне подошел граф Риарди. Он в спасении участия не принимал.

Во время магических поединков он использовал чаще всего аспект огня, и лишь один раз воды, когда его противник использовал огонь. Владеть всеми аспектами на одном и том же уровне возможно, но чрезвычайно сложно, так что обычно маги фокусируется на одном-двух и их осваивают в совершенстве.

– Я ничего не сделала, – пожала плечами я.

– Мальчик мой! – выскочила на террасу растрепанная женщина из тех, кто пострадал сильнее. Я видела, как ее практически вносили в здание, у нее все платье было в крови. По всей вероятности, их с сыном снесло какой-то крупной мебелью, например, летящим столом.

За женщиной бежала девушка, может быть на пару лет меня младше. Дочь? Вот она, судя по виду, не пострадала.

Я отвела взгляд от этой картины. Отчего-то она была мне неприятна, не люблю смотреть на чужое горе или страх, на проявления слабости. Как-то это… Будто подглядываешь в замочную скважину.

Парня, конечно, вытащат, ничего непоправимого не случится, так что нечего смущать его мать.

– Что там? – спросил Риарди тоже отворачиваясь.

– Причальная станция для дирижаблей – это там, дальше. Почти уже потушили. А вот что взорвалось в центре, я даже не представляю.

– Не представляете? Это не в районе парка?

– Ну вообще там рядом, да, – я кивнула. – Но совершенно не представляю, что там может так гореть.

– Сам парк? – спросила Каро. – Я знаю, есть способы взорвать большую территорию.

– Если вы про объемный взрыв, тогда бы не было пожара, – покачал головой Лиантеро. – Он высасывает весь кислород.

– Да и зачем взрывать парк? – удивилась я. – Ну да, там люди, время обеденное, но сегодня даже не выходной день, никаких мероприятий там сейчас нет, насколько я знаю.

– А что там за здание за парком было? – спросил Риарди. – Я помню, стояло там, белое такое.

– О боги! – я прикрыла рот рукой.

– Что? – хором откликнулись остальные трое.

– Это городская лекарня. Когда меня нашли в парке, еще не зная, кто я, привезли именно туда.

– Да нет, не может быть… – ошарашенно покачала головой Каро.

Глава 23

– Взрывать весь воздушный порт ради одного? Нет, это как-то странно. А в лекарне и вовсе никого из участников отбора и близко не было, – покачала головой я, откинулась на спинку кресла и посмотрела на Риарди.

– Ну, может они подумали, что в эту лекарню привезли пострадавших во время эфирного шторма? Там же не только участники были.

– Но мы-то думали, что охотятся за участниками с той или другой стороны…

– Мы-то, может, и думали, – мужчина взялся за чашку кофе, уже вторую, – но дознанием и расследованием мы не занимаемся, следовательно, всего можем и не знать.

– О чем вы?

– О том, что цели, похоже, не мы, – на мой вопросительный взгляд Джулиано ответил, взяв минутную паузу. – Понимаете, Мари, нас годами убивали, поэтому когда произошли первые покушения, мы все логично предположили, что дело в нас. Потом напали на вас, что можно было объяснить либо желанием избавиться и от невест тоже, либо тем, что вы артефактор и как-то могли им помешать. Кстати, скорее всего вторая версия очень близка к правде. Соответственно, мы решили, что мишенью стал весь отбор и две подряд диверсии это подтверждают.

– Но сегодня взорвали два совершенно не относящихся к отбору объекта.

– Да, потому что мы неправильно поняли мотив преступников.

Я подняла бровь и уже хотел спросить, но к нам подошел официант, и я поспешила заказать еще одно, уже третье шоколадное пирожное. Да, мне сегодня можно. Нет, не слипнется.

Мы сейчас сидели в тихой кафешке рядом с дворянским кварталом. Не самое популярное место, далеко не центр, но уютное и милое. А главное, далеко от любых крупных объектов, если не считать сам привилегированный район.

– И какой же он, мотив? – спросила я и удовольствием вгрызлась в мягкую плоть эклера с заварным мятно-шоколадным кремом.

– Как я уже говорил, – Риарди сделал очередной глоток кофе и с каким-то даже умилением посмотрел на то, как я в три секунды разобралась с пирожным. Может еще одно? Или все-таки слипнется? – Так вот, мы думали, что цель – мы все или какая-то из групп участников в отдельности, но цель, похоже не в этом, а в самом мероприятии.

– В срыве мероприятия?

– Думаю, дело не только в желании его сорвать. Сами подумайте, Мари, Империя проводит крупное мероприятие с участием нескольких десятков аристократов, более того, большая часть из них отнюдь не слабаки в магии. Все это транслируется на всю страну по визору. Уничтожить всех этих людей и посеять панику, чем не достойная цель для террористов?

– Террористов? – я задумалась. – То есть вы думаете, что это противники Империи? Ну, это укладывается, по крайней мере, в канву двух сегодняшних непонятных взрывов.

– Противники? – теперь уже Риарди на какое-то время замолчал. – Это смотря кого считать противниками.

– Я в этом ничего не понимаю, – я покачала головой. – Брат, конечно, сейчас на фронте, но чтобы наши враги опустились до такого… Да, да, знаю, что это очень наивно звучит!

– Вообще-то я думаю, что вы правы. Наши вялотекущие войнушки длятся столетиями и это всех устраивает. Я бы даже сказал, что их специально используют для тренировки армии. Случаются, конечно, и новые конфликты, как после того то ли взрыва, то ли падения метеорита сто пятьдесят лет назад, но это большая редкость. Никто не будет нарушать статус-кво и устраивать террор. Да еще идущий по нарастающей и с привлечением каких-то сторонних бандитов и наемников, чтобы убить двоих неугодных. Профессионалы так не действуют.

– Тогда кто же?

– Я до недавнего времени служил, так что не в курсе местных политических раскладов. Может, просветите деревенщину? – Риарди обаятельно улыбнулся.

Нет, мне определенно нужно еще одно пирожное.

– Нашли у кого спрашивать! Я в политике ничего не понимаю.

– Но вы же дочь дипломата и внучка советника Императора.

– И тем не менее, – развела руками я. – Хотя…

Мне пришла в голову одна совершенно безумная мысль, но она действительно настолько сумасшедшая, что может оказаться правдой.

– Вы знаете что-нибудь о Сальских скалах?

– Ну да, находятся далеко на севере, омываются водами северного океана. Место абсолютно безлюдное как из-за холода и труднодоступности, так и из-за очень высокого магического фона. Эфир там просто бурлит.

– Да, верно. А вы знаете, почему там такой неспокойный магический фон?

– Никогда не интересовался, – покачал головой Риарди.

– Да, эта информация действительно могла пройти мимо вас. Пару лет назад там обнаружили огромное месторождение магических минералов. Причем, разные кристаллы: сапфиры, алмазы, корунды, изумруды. Очень много и все впитывают магию с очень высокой скоростью.

– Интересно… Они отлично подошли бы для самых мощных артефактов. Сами по себе имеют магический фон, да еще быстро заряжаются.

– Вот именно. Император решил, что несмотря на то, что месторождение открыла совместная экспедиция нескольких кланов, его нужно оставить себе. Ну не Императору, в смысле, а Империи.

– Готов поспорить, что кланам эта затея по душе не пришлась, – задумчиво протянул Джулиано.

– Это, пожалуй, не то слово. Совет кланов был в ярости. Весь, не только те кланы, что участвовали в экспедиции. И надо сказать, что окончательное решение Император принял не так давно, всего чуть больше полугода назад.

– М-да, если эти конкретные кланы Его Величество может задвинуть, то и у других сможет лакомый кусочек прямо изо рта вытащить. И ведь тянул сколько! Думал, за год напряжение и обида ослабнут, и ему будет проще продавить свое решение?

– Вот-вот… А больше ничего такого яркого я придумать не могу, – я пожала плечами и махнула официанту. Да, слипнется. Ну и пусть!

– Это очень интересная информация, Мари… – Риарди заказал у подошедшего официанта еще кофе и в глубокой задумчивости уставился в окно.

Я не стала ему мешать. Если он об этой неприятной истории не знал, то там действительно есть над чем подумать. Однако сложно представить, что во взрывах виноваты кланы.

Ну ладно отбор, тут хоть как-то понять можно. Ненавистная имперская аристократия плюс желание посадить Императора в лужу – отличная цель для мести. Станцию дирижаблей тоже как-то где-то можно приплести. Мы ведь не знаем, что там за дирижабль взорвали и что именно на нем делал один из конкурсантов. Но больница! Нет, это абсолютно никуда не вписывается.

Когда мы, за пару часов до этого, всей нашей четверкой приключенцев добрались до города и выяснили, что взорвалась действительно больница и там много погибших и пострадавших – это был шок.

Каролина тут же отправилась домой, потому что ее наконец-то нашел по переговорному артефакту отец и потребовал явиться пред светлы очи. Не знаю уж, для чего. На скале, бывало, переговорные артефакты не работали, так что он, видимо, переволновался.

Лиантеро куда-то делся в неизвестном направлении. А мы с Риарди просто засели в кафешке на краю дворянского квартала. Мне очень после таких новостей не хотелось оставаться одной.

Я наконец-то вернулась домой, выслушала нотацию от деда, который считал, что не стоило мне пропадать так надолго. И отчасти я была с ним даже согласна.

Конечно, я не боевик и даже не боевой артефактор, но даже мне, сугубо гражданскому лицу, ясно, что захоти эти неведомые террористы устроить диверсию там, где много благородных, и ресторан на скале был бы для этого лучшим местом. Далеко, но видно практически со всего города, с магической связью там проблемы, и при взрыве выбраться оттуда смогли бы только сильные маги воздуха… Если бы их обломками скалы не засыпало.

Но кто ж знал, что по городу бегают какие-то террористы и взрывают все, что не попадя?

Я раскинула руки и с размаху плюхнулась на спину на кровать. Хотелось просто закрыть глаза, отрешиться от этого всего и подумать совсем о другом.

Вот он смеется так заразительно, что самой невозможно не улыбнуться, вот бежит спасать того мальчишку, висящего на скале, а вот он вытаскивает из-под обломков ангара меня, аккуратно приобнимает, как бы проверяя, все ли кости у меня целы. А тогда, когда я встретила его в первый раз, на балу дебютанток, он мне казался таким серьезным и даже страшным.

Нет, я мысленно покачала головой, не до этого сейчас. Но с другой стороны, что я могу сделать? Мне, конечно, очень интересно, что происходит и кто за этим всем стоит, но расследование я не веду, и влезть мне в него никто не позволит. Если только у Каро что-то узнать, но далеко не факт, что она сама в курсе. Все же ее отец дома дела, как правило, не обсуждает.

Но ведь так интересно!

Взрывать станцию дирижаблей бессмысленно – это любой артефактор скажет. Там на всякий случай везде стоят уловители магических выбросов и системы пожаротушения, хотя там и гореть-то особо нечему. Ну повредили они один транспортник – сейчас уже известно, что пострадали трое, погиб один, как раз участник отбора. Но даже этих пострадавших привезли не в ту лекарню, которую взорвали минутой позже, их отправили в ближайшую ко взлетному полю. Да и за минуту их бы точно не довезли.

Значит, это отдельные происшествия. В том смысле, что они, конечно, связаны, но это не охота за одними и теми же людьми.

Тут от размышлений меня оторвал запиликавший переговорный артефакт. Пришлось подняться и попытаться его найти в недрах ридикюля. Да, даже в ридикюле бывают недра, этим не только большие женские сумки славятся. И ничего смешного!

– Нашла! – через минуту победно возопила я, напугав вошедшую как раз в этот момент в комнату Селину. – Да?

Моим абонентом оказалась Алония, и она была чем-то очень взволнована.

– Мари?

– Да, я. Что-то случилось? – заподозрила я нехорошее.

– Ты в порядке?

– Ну… Да. А что?

– Слава богам!

– Алония, – я плюхнулась опять на кровать, но теперь резко села, – что случилось?

– Случилось. Ты знаешь, что произошло в лекарне?

– Взрыв? – спросила я. Ну, об этом знал весь город, но мало ли, может еще где-то что-то случилось.

– Да, нет, то есть… В общем, ты знаешь, что там погибли наши, с отбора?

– Так… Нет, не знаю. Кто?

– Сания и Дэриена.

– Что они там делали? – девушек этих я знала плохо, они обе были баронессами, и мы особо не общались.

– Там погибли не только они…

– Да не тяни ты!

– Там было какое-то благотворительное мероприятие. Присутствовали несколько семей имперских аристократов – спонсоров больницы и патронажный комитет.

– Подожди… Семей?

– Да. Сания и ее мать представляли ее семью, у Дэриены погибла вся семья – больше рода Раентро не существует.

– Бред какой-то! Это точно?

– Да, завалы еще разбирают, но это точно.

– Сначала же сказали, что никого из участников отбора там не было.

– Да, были сомнения, что они успеют приехать с этой дурацкой сегодняшней проверки, но они успели. Там должна была быть и Лейса, я только что с ней говорила, но после допроса с артефактом ей стало плохо и она не поехала.

– А ее семья?

– Там должна была быть маркиза Ла Дерени – тетка Лейсы, сестра главы рода, но пока ее тела не нашли.

– Алония, что происходит, а?

– Я понятия не имею, – чуть помедлив, ответила девушка. – Но из дома я теперь точно не выйду даже под охраной.

– А я тебе сейчас одну неприятную вещь скажу, – нахмурилась я. – Практически вся имперская аристократия, кроме самых бедных, живет в дворянском квартале. Точно все еще хочешь остаться дома?

– Думаешь, цель – мы?

– Для того, чтобы убить двух-трех девиц незачем взрывать лекарню. А кто больше всех ненавидит имперскую аристократию?

– Кланы…

– Именно кланы. А еще они ненавидят Императора. Особенно, в последнее время.

– Думаешь, это как-то связано? Ну ладно сорвать отбор. Император его задумал, а участвуют имперские аристократы – тут все логично. Но лекарня? Там же несколько сотен мирного населения, обычных граждан!

– Ну да, а обычные граждане – это чьи люди? – хмыкнула я.

– Императора… Обычные граждане – это подданные Императора! И все равно это слишком фантастично.

– Фантастично – не спорю. Но других мыслей у меня нет. Знаешь, я говорила об этом с Риарди. Он, конечно, в последнее время был далек от высшего света, но сказал, что в этом предположении что-то есть.

– Тогда вопрос к тебе, как к артефактору.

– Ну?

– Откуда кланы взяли такие мощные артефакты?

– Мощные артефакты, говоришь? А ведь верно, в использованных при диверсиях артефактах не было ничего нового, как могло показаться сначала, просто они были в десятки раз мощнее, чем их уже давно известные аналоги… И я, кажется, знаю, почему, – пробормотала я.

Что-то мне подсказывает, что кто-то втихаря разрабатывает Сальский хребет. Не знаю, правда, насколько возможно, чтобы об этом не знал Император, и настолько ли мощные артефакты получаются из этих камней… Но ведь логично звучит, демоны их задери, логично!

Глава 24

– А может не идти? – вслух у Вселенной спросила я. Вселенная мне ожидаемо не ответила, но пропускать явление Риарди в Академию я не собиралась.

Я еще раз придирчиво оглядела висящую на вешалке форму. Вот и закончились весенние каникулы, начались суровые будни. Ну, точнее начнутся через пару часов.

Вчера были похороны девочек с отбора и их родственников, но мне идти запретил дед, хотя это было совсем неприлично. Но что поделать, если я не боевик, а новых артефактов я пока себе не сделала.

Дедушка-то тоже артефактор, но всем известно, что если для любого другого мага все равно, кто ему делает амулет, то для артефактора разница есть. Это связано настройкой тока эфира в теле на свою собственную поделку в процессе работы над ней.

В общем, лучше артефакторам носить только свои артефакты.

Так что вчера весь день я занималась изготовлением новых. Для себя сделала все возможные защитные и кое-что из атакующего. Еще по парочке Каро и Лейсе. Раз обещала, надо выполнять. Устала, конечно, зверски.

Погладила кончиками пальцев браслет, с навешенными на него артефактами, не всеми, естественно, была еще и брошь, и несколько кулонов, плюс серьги. В общем, если бы это все было видно, я бы напоминала табор бродячих артистов в одном лице.

Через пять минут, покрутившись перед зеркалом и тяжело вздохнув, я водрузила на плечо сумку с тетрадками и учебниками.

Глупость ехать сейчас в Академию? Ну как сказать… Помимо меня участников отбора там будет еще пятеро, считая Каро и Риарди. Казалось бы, мало? Но ведь взрыв на станции дирижаблей организовали, чтобы убить одного.

К тому же ехать все равно придется.

За мной, как обычно, заехала Каролина, только она не была за рулем. На водительском месте сидел дюжий молодец шкафообразной наружности. Еще один такой же к нему присоединился вместе со мной. Конечно, это простой охранник, а не профессиональный телохранитель, но другого у деда в наличии не было.

Ехали мы в полном молчании. Каро напряженно смотрела в окно и, казалось, была наготове в любой момент. Будто напасть на движущийся по городу в час-пик мобиль – это такая простая задача.

Я тоже пялилась в окно, полуприкрыв глаза от утреннего солнца. Но не потому, что была настороже, а потому что очень устала. Спать хотелось неимоверно!

А еще утром, уже перед самым выходом, я получила письмо из канцелярии с требованием явиться во дворец Императора через два дня. Очень вовремя! У меня же учебы-то нет!

Я, конечно, понимаю, что все планировалось завершить до конца каникул, но этим планам помешали. Так может сначала найти тех, кто пытается нас всех поубивать, а уж потом устраивать очередной этап отбора теперь уже с настоящим артефактом правды?

Ну это же логично было бы, разве нет?

Тем не менее, до Академии мы доехали без приключений. Что само по себе странно. Каролина была все так же немногословна, даже тогда, когда выяснилось, что наше учебное заведение на особом положении и охрана внутрь пройти не может. Пропускают только студентов и преподавателей.

Не знаю, даст ли это хоть что-нибудь, потому что помимо этих двух категорий граждан, тут ходит довольно много и других, часто совершенно посторонних людей. Сотрудники более низкого звена, лаборанты, уборщики и озеленители, строители. Мало ли какие задачи стоят перед работниками на такой гигантской территории?

А охраняется она… Ну, у нас есть ворота. И забор. Из тонких прутьев, которые и ребенок может погнуть и пролезть между ними. В общем-то чисто декоративная ограда. Можно было, в принципе, только ворота и оставить. Для красоты и нарядности.

– Ты сейчас куда? – все так же хмуро спросила Каро.

– Посмотрю расписание, так что на факультет.

– Ну ладно тогда…

– Каролина, что-то случилось?

Сначала мне казалось, что она очень сосредоточена, но сейчас я поняла, что она просто чрезвычайно расстроена и старается мне этого не показать.

– Да как тебе сказать? – подруга повернулась ко мне лицом. – Тебе ведь не нравится граф Лиантеро?

– Нет, не нравится. И что? – я покачала головой. Вот всего ожидала, но не этого. Как-то у меня-то голова была другим забита, и я почему-то не подумала, что у Каро могут быть совсем другие проблемы.

– Вот и мне не нравится, а отец хочет, чтобы я на него обратила самое пристальное внимание.

– Ты говорила…

– Нет, теперь он хочет, чтобы я вышла за него.

– Подожди… С чего ты взяла? Это какой-то бред!

– Он мне вчера сам сказал.

– Прямо вот так и сказал?

– Ну… Намекнул…

– Каро! – да уж, подруга не особо умеет понимать намеки. Хотя мало ли что там маркиз Ла Прентеро на самом деле задумал.

– Ладно, потом поговорим. А то мне тоже надо расписание посмотреть.

– Ты мне все в подробностях расскажешь, – припечатала я.

– Ладно, расскажу, – кивнула та, развернулась и, понурив голову, отправилась к главному корпусу, где располагался стихийный факультет.

Вот только матримониальных планов отца Каро нам и не хватало для полного счастья! Да что ж такое-то, не одно, так другое!

Факультет встретил меня веселым гомоном, будто ничего и не изменилось. Хотя для большинства студентов так и есть. Что им какой-то далекий отбор, так, прочитали новости в газете – забыли. Вот взрыв лекарни, наверное, наделал шороху. Она же городская, а тут много простых мещан, которым по карману лечиться только в такой. Так что для большинства из моих одногруппников это личное.

Еще было много разговоров об академическом полигоне. Кстати, щит до сих пор не восстановили. Не знаю уж, в чем там дело, но меня туда, думаю, и на пушечный выстрел не подпустят, вдруг я еще кого-нибудь решу спасти ценою уничтожения казенного имущества.

– О, Мари! – ко мне подошла моя однокурсница Валери, с которой мы периодически общались. Не то чтобы дружили, я в Академии со всеми поддерживала ровные отношения, но именно дружила только с Каролиной. – Ну и как оно, на отборе?

– Забавно, – хмыкнула я.

– Да уж… Слушай, а ты в курсе, что один из участников теперь наш магистр? Я его сегодня в мантии видела.

– Да, граф Де Риарди.

– Ты его знаешь, какой он?

– Хороший, – я сама почувствовала, как глупо улыбаюсь.

–Ах хоро-о-оший, – протянула Валери и оглядела меня с ног до головы. – Кажется, я знаю, кто у него будет любимой ученицей…

– Глупостей не говори!

Я даже разозлилась на ее бесцеремонность, но ссориться с ней – занятие глубоко бесполезное, она энергию черпает от негативных эмоций других. Ну есть такие люди. А самое неприятное, что о моем знакомстве с новым магистром через полчаса будет знать вся Академия во всех несуществующих подробностях.

Впрочем, мне-то какая разница? Тем более, что нового магистра я увижу уже через пятнадцать минут.

Забрала расписание и, раскланявшись со знакомыми, а это почти все артефакторы, направилась в нужную аудиторию. Нет, это не факультет такой маленький, просто я известная личность – самый талантливый артефактор последних лет. Хотя я бы себя так не назвала, это декан меня вечно в пример всем ставит. Хороший я артефактор – да, но чтобы прям талантливый или гениальный – нет.

Джулиано был уже на месте. Он сидел за преподавательским столом, просматривал какие-то бумаги. Такой серьезный, сосредоточенный, как в первый раз, когда я его увидела. И такой же красивый.

Когда занятие началось, Риарди обвел всю аудиторию взглядом, задержал его на мне, но не так сильно, чтобы это было заметно или неприлично. Не обращая внимания, что на него все пялятся, все-таки участник отбора, чье лицо можно увидеть в визоре или газете, он спокойно начал вести лекцию.

Честно говоря, я думала, что будет много практики, но оказалось, что дисциплина на нашем втором курсе больше теоретическая. Но лекция оказалась интересной и очень познавательной, хотя мне кажется, что все эти знания больше нужны стихийникам.

Впрочем, два часа лекции прошли не зря. Я все это время неотрывно практически следила за мужчиной в черной магистерской мантии, расхаживающим перед первыми партами. Ему этот балахон невероятно шел, делал загадочным и стильным, хотя другие преподаватели выглядели в нем как колобки или наоборот больше походили на взъерошенных воронов.

Наверное, Риарди заметил, что я на него постоянно пялюсь и, нахмурившись, посмотрел прямо на меня. На секунду наши глаза встретились, и я отвернулась. И кажется, покраснела.

Вот только этого не хватало! Что он обо мне подумает? Что все обо мне подумают? Хотя с другой стороны, а какая разница?

Когда лекция закончилась, и я стала собираться, Риарди попросил меня задержаться. Прямо при всех попросил. Ну да и ладно, все в курсе, что мы знакомы. Но теперь слухи пойдут точно.

– Мари, вы как? – После разговора с Алонией я ему написала и рассказала о гибели двух участниц.

– Все нормально, – я пожала плечами. – Я уже почти привыкла. Вы что-то хотели?

– Вы так пристально на меня смотрели всю лекцию, что я думал, это вы мне что-то сказать хотите.

– Нет. Простите, я… – я замялась. – Извините. Это было неприлично.

– Мари, я все понимаю, – Риарди сел рядом за соседний стол. – Но выбирает Император, не забывайте об этом.

– Я… Да, вы правы. Простите! – я вскочила, едва не откинув стул, и выскочила из аудитории.

Он был на сто процентов прав, но от этого было не менее обидно. Не от слов Джулиано, нет, а от общей ситуации в целом. Мы тут жизнью постоянно рискуем с этим отбором, а потом мне, например, какого-нибудь Лиантеро в мужья подсовывают. Противно.

Следующее занятие проходило у декана нашего факультета. Он ничего нового для меня не говорил и, в принципе, я могла не присутствовать. Он человек умный и прекрасно понимал, что по его дисциплинам я намного опережаю почти всю группу и теорией на своем уровне могу уже пренебречь, поэтому когда я не приходила на его лекции, он к этому относился спокойно.

Хотя нет, его, конечно, беспокоило то, где ходит один талантливый и очень активный артефактор. Мало ли что я могу учудить на воле?

Но да не в этом дело. Сейчас я сидела на занятии и могла подумать о своем, не отвлекаясь на саму лекцию. Например о том, что я, похоже, чего-то лишнего себе навоображала.

Риарди, конечно, сослался на решение Императора – так было проще всего. Хотя я думаю, что не будет тот насильно никого замуж выдавать и женить. Ну есть же интересы родов, в конце-концов, так что все обговорено заранее. По крайней мере, какая-то предварительная договоренность точно есть.

Значит какой вывод? Правильно! Я думала, что нравлюсь Джулиано, а это, выходит, не так. Он хочет, чтобы я не питала иллюзий на его счет. А может и знает о каких-то иных договоренностях. Но я ведь ни с кем больше с отбора не общаюсь. Получается, меня выдадут замуж за какого-то совершенно незнакомого человека?

А вдруг это будет Лиантеро?

Ну а что? Мы ведь с ним общаемся. Но в нашу компанию он попал с Каро, а ее отец намекает… Нет, с этим точно надо разобраться.

Но вернемся к Риарди и моим чувствам к нему. Что мне с этим делать? Попытаться как-то через деда решить вопрос нашего брака? Вот еще! Только навязываться мне и не хватало! Насильно женить на себе человека… А если это когда-нибудь вскроется? А если ему нравится другая или у него вообще кто-то есть. Мы ведь совсем немного говорили о его прошлом. О той части, когда его родители уже умерли, а он учился и служил. Ведь наверняка у него кто-то был. Может, там даже все было серьезно, а Император поломал ему далеко идущие планы?

Так, нет, нельзя надумывать. Он же все это время для чего-то общался со мной, присматривал, даже спасал, да и вообще не против был провести вместе время. Но это все можно легко объяснить общими интересами. Мы оба хорошие артефакторы, и оба в непростой, смертельно-опасной ситуации. Это могло бы нас сблизить… И сблизило. С моей стороны.

А он, похоже, ко мне иначе как к младшему товарищу не относится.

Очень больно и обидно.

Через два часа я из кабинета выходила под всеобщее шушуканье и бросаемые на меня постоянно косые взгляды. Понятно, Валери всем разболтала демоны знают что, плюс Риарди меня задержал в кабинете, как бы подтверждая ее слова.

Не то чтобы мне не было все равно, но все же я не люблю сплетни. Особенно те, которые крутятся около моей скромной персоны.

Выйдя из здания, в котором базировался наш факультет, я тут же наткнулась на Каро. По всей видимости, она меня поджидала.

– Привет! – я обрадовалась подруге как родной, потому что целая банда сплетниц сейчас нацелила на меня свои загребущие ручонки. Они надеялись меня перехватить и расспросить обо всех подробностях, но… В другой ситуации они побоялись бы ко мне подходить, но сейчас любопытство было выше, чем инстинкт самосохранения.

– Как понимаю, у вас уже пошли слухи? – Каролина оглядела стоящих в отдалении девиц грозным взглядом так, что они даже отпрянули.

Я могу устроить какую-нибудь пакость и даже очень громкие и серьезные неприятности, но подруга может просто и без затей надавать тут всем тумаков. Ее они боятся больше, так как кара будет сиюминутная и жесткая.

– Давай не здесь.

– В кафе?

На территории Академии было несколько столовых и кафетериев, но там всегда было полно народу. Для вечно голодных студентов поесть там чуть ли не божественный дар. На самом деле у нас же и правда много неродовитых и небогатых, а точки общепита тут практически все бесплатные, но даже те, что платные, в разы дешевле, чем в городе. Об одаренных студентах заботятся, да.

– Нет, пожалуй, нет. Давай что-нибудь возьмем с собой и посидим на улице.

– Ну, хорошо… – Каролина пожала плечами. Теперь была ее очередь подозрительно коситься на меня.

Мы взяли по рогалику с кремом и стакану крепчайшего кофе и уселись на одной из лавочек в отдалении от основных троп миграции студентов.

– Ну, рассказывай, подруга, – Каро внимательно посмотрела на меня.

– Я тебе хотела сказать то же.

– Лиантеро от меня никуда не денется. А вот что заставило тебя с отметки настроения плюс сто опуститься к противоположному значению шкалы?

– Ты преувеличиваешь.

– Ты сейчас сидишь и едва сдерживаешься, чтобы ничего не разбить или не выплеснуть на кого-нибудь кофе. Кстати, не надо, он очень горячий.

– И все же ты преувеличиваешь.

– Ладно, зайдем с другой стороны. Что такого успел сделать Риарди, что ты так расстроилась?

– А с чего ты решила?..

– Ой, вот только мне не ври, ладно? Так что? Ты ведь знаешь, что я не отстану, – подруга подбадривающе улыбнулась. – Давай, рассказывай.

Ну я и рассказала. В процессе, чуть позорно не расплакавшись. Ненавижу разводить сырость!

– Знаешь, мне кажется, что ты немного неверно истолковала его слова, – задумчиво отозвалась Каро через несколько минут молчания.

– Мне кажется, толкование чьих-то слов и поступков – это больше по моей части! – вспыхнула я.

– Ну ла-а-адно… – Каролина меня оглядела, тяжело вздохнула и, полуотвернувшись, посмотрела вдаль, на реку.

– Прости, я не хотела…

– Понятно, что не хотела. Но ты подумай: может он просто не хочет, чтобы ты чрезмерно увлеклась? Ведь это все может закончиться иначе, чем тебе бы того хотелось. Он просто беспокоится о тебе.

– Может, и так, – без особой уверенности ответила я. – Только мне кажется, он мог бы об этом так и сказать, но он дал понять совсем другое.

– Ну, ты просто подумай.

– Подумаю, – кивнула я и перевела тему: – Ладно, рассказывай, что там у тебя с Лиантеро?

Глава 25

Следующее занятие с Риарди я проигнорировала. Да, вот так просто! Я и до этого, случалось, прогуливала, меня из-за этого точно не отчислят. Благо, дисциплина для артефакторов не самая важная.

Ну, точнее, важная, позволяющая попробовать работать со всеми гранями дара, научиться себя защищать не только с помощью нашего вида магии, но и стихий. Вот только надежда на это столь эфимерна, что моих душевных терзаний точно не стоит.

А видеть сейчас Джулиано я не могла. Не хотела.

Как он на меня будет смотреть теперь? С высокомерием, с осуждением, с жалостью? Нет, спасибо, обойдусь!

Я конечно, слышала, что мне сказала Каро, и доля правды в ее рассуждениях была. Но доля небольшая. Какой смысл был Риарди говорить мне сейчас, чтобы я не питала иллюзий и надежд? Можно подумать, я забыла о словах Императора, можно подумать, не я лично говорила графу, что все не так просто, что сродство магий – лишь часть, причем небольшая, в итоговом решении, что решать будет политика.

Не-е-ет, я ничего не забыла.

Как не забыла и того, что маркиз Ла Прентеро посоветовал своей дочери обратить внимание на одного из кандидатов. Самой обратить! Какой вывод? Не дурак же начальник Полевой интендантской службы, чтобы серьезно считать, что она сама может повлиять на выбор Императора. Ага, сердце Его Величества при виде такой любви растает, и он позволит пожениться молодым по своему выбору! Вряд ли отец Каро начитался дамских романов.

Но раз он это сказал, значит и личные взаимоотношения будут учитываться. И это можно считать достоверной информацией.

Мог об этом не знать Риарди? Очень сомневаюсь. Он, может в политических раскладах и не силен, но отсутствием логики совершенно не страдает.

Значит единственный вывод, который можно сделать из всей этой ситуации – Джулиано я просто не интересна. Но тогда зачем он поощрял наши встречи? Ведь идти со мной в ресторан или кафе было совершенно не обязательно. Сослался бы на занятость, в конце концов. Я же прекрасно понимаю, что он и дом себе подыскивает, и к занятиям готовится. А может и в расследовании помогает.

Вот у меня постоянно от разговоров с ним есть ощущение, что он знает больше, чем говорит.

Да и вообще, если уж на то пошло, он с нашей первой встречи как-то больно сильно изменился. Тогда он меня пугал своим высокомерием и отстраненностью, аурой власти, которая у него присутствовала. Но уж очень быстро он в нашей компании стал своим человеком, много просто со мной разговаривал как друг, потом рассказал мне о тайнах своего происхождения.

Кто еще из конкурсанток об этом знает?

Каролина, скорее всего, а еще Алония. Не верю, что герцогиня в принципе могла пройти мимо этой информации. Лейса? Возможно. Если ей и не достоверно известны все факты про лабораторию, то за счет возможностей ее дара, она может что-то почувствовать.

Кстати, а вот на эту тему с ней можно пообщаться.

Собралась я быстро. Собственно, у меня и не было в запасе много времени – приемные часы клиники, в которой лежит наша менталистка сильно ограничены. Да, к большому сожалению после допроса с артефактом ей опять пришлось туда лечь. И в момент взрыва в городской лекарне она вовсе не домой направлялась, а в дворянскую, настолько ей было плохо.

– Чуть не забыла! – хлопнула я ладонью себя по лбу и вытащила из ящика все приготовленные для девушки артефакты. Пока она ими воспользоваться не сможет, в лечебнице нельзя, да и у нее не то состояние, но потом у нее будет необходимая в нашей ситуации поддержка. К тому же я обещала.

Сделала я не три артефакта, как договаривались, а целый ворох, штук десять. Злость и плохое настроение очень способствуют продуктивной работе до изнеможения.

Довезли меня с ветерком, на улице в середине дня было совсем немного мобилей. Так что уже через пятнадцать минут я входила в двери все той же дворянской лекарни, в которой лечили и меня.

– Можно? – я постучала в двери палаты, точнее богатых апартаментов, в которых жили состоятельные клиенты. Впрочем, других тут не было.

– Мари? Рада тебя видеть! – дверь открыла сама Лейса, худая и изможденная, с синими кругами под глазами. Я мельком видела ее перед допросом и выглядела она гораздо лучше. А ведь уже три дня прошло.

– И я тебя. Ты как?

– Что, так плохо выгляжу? – хмыкнула она.

– Ты извини, если я не вовремя, – не стала отвечать я.

– Значит плохо, – заключила она, указывая на кресла. – Да ты не смотри на это. Просто… У меня дар открылся в полную силу, вот и чудит организм.

– Редкость в нашем возрасте.

– Открытие ментального дара у взрослых бывает не так уж и редко, как мне объяснили целители. Но пока тело это в полной мере не переварит и не подстроится под новые реалии, будет вот так.

– Моя помощь нужна? Может, какой-то особый артефакт поможет?

– Нет, к сожалению. Если такие и есть, то местные целители о них ничего не знают, я спрашивала.

– Если что, ты знаешь… – она лишь благодарно кивнула. – Вот, кстати, я не с пустыми руками пришла.

Я выложила перед ней свои поделки.

– Мы про три договаривались.

– Договаривались. Но я решила, что лишними они не будут. К тому же я задержалась с выполнением заказа.

– Ну не по своей воле же. Что я тебе должна?

– Ничего. Вернее, я хотела тебя кое о чем спросить, но не знаю, сможешь ли ты мне что-то сказать.

– Помогу чем смогу.

– Я хотела спросить про графа Де Риарди, – я внимательно посмотрела на Лейсу. – Ну, ты понимаешь…

– Понимаю. Но мои способности полностью раскрылись лишь недавно, когда краем нас задел эфирный шторм. До этого были лишь предчувствия, ощущения, – девушка задумалась. – Но знаешь, кое-что я тебе все же могу сказать. Впрочем, не воспринимай мои слова, как истину в последней инстанции.

Да уж, Лейса дала мне пищу для размышлений. Она сказала, что ощущается в этом человеке двойное и даже тройное дно, что он вовсе не так прост, что ее очень поразило, как он общается со мной, потому что с другими он вовсе не так приветлив.

Он со мной приветлив? Мне казалось, что просто вежлив, как и полагается любому мужчине.

Оказывается, когда меня нет рядом он высокомерен и груб с остальными. Впрочем, Каролина ничего такого мне не говорила, так что может Лейса и преувеличивает. А может и завидует… У нее-то постоянного кавалера так и не получилось заиметь. Хотя одно время она очень активно общалась то с графом Де Кантареро, то с маркизом Ла Шинаро.

Может, поговорить еще раз с Каро. Если бы с Риарди было что-то не так, она бы заметила. Или нет? Не очень-то хочется сейчас нарваться на очередное нравоучение, тем более что у нее сейчас с Лиантеро своих проблем хватает.

Может, Алония? Но вообще-то не хочется предстать в ее глазах совершенно беспомощной, не способной решать свои проблемы самостоятельно. А то будто по всем бегаю, советов спрашиваю. Лейса еще ладно – менталист, но привлекать к этому вопросу еще кого-то не стоит.

С такими невеселыми мыслями я сегодня отправилась на очередной, теперь уже, надеюсь, последний этап отбора. Пусть артефакт Правды все решит, его-то точно не получится обмануть.

Предполагалось, что это все мероприятие пройдет во дворце, так что за час до намеченного срока я уже въезжала на его обширную территорию. Не с парадного входа с огромной лестницей, а с другой, менее помпезной, но более приспособленной для людей, стороны.

Я уже собиралась входить в нужное здание, уже практически потянулась к ручке двери, когда ее резко распахнули, и я нос к носу столкнулась с Риарди. Вот уж кого я совершенно не ожидала, а главное, не хотела видеть. Поэтому немного растерялась.

– Так, кого я вижу! – издевательски хмыкнул он, и протянул ко мне руку, видимо, логично опасаясь, что я сбегу. Собственно, была у меня такая мысль.

– Граф Де Риарди, добрый день, – я присела в реверансе.

– И что это мы так официально? Вроде бы уже давно обращаемся друг к другу по имени.

– Вы четко дали понять, что это немного неуместно, – вспыхнула я.

– Серьезно? – удивился он, мне показалось, совершенно искренне. – Пойдемте присядем.

Мужчина указал на ажурную скамейку под сенью довольно высоких вьющихся розовых кустов, которые уже начинали набухать бутонами.

– Я спешу, у меня время, – попыталась вырваться из его захвата я, но он только сильнее сжал свою руку на моем локте. Не до боли, но довольно бесцеремонно.

– У вас оно еще есть. Так что пойдемте поговорим, это не займет много времени.

Мне оставалось только подчиниться. Ну не устраивать же некрасивую сцену на глазах у изумленной публики!

Мы расположились на этой скамейке, помолчали несколько минут. Но наконец я не выдержала.

– Так что вы хотели мне сказать? У меня и правда не так уж много времени.

– Мари, почему вы не приходите на занятия?

Что?! Серьезно? Он именно о моей успеваемости хотел поговорить?

– Было много других забот, – как можно безразличнее ответила я.

– Учтите, я строгий преподаватель, если будете много пропускать – снижу оценку, а то и вообще не аттестую.

Я, с трудом справившись с мгновенно вспыхнувшим гневом, посмотрела на Риарди. Ожидала увидеть на его лице высокомерную насмешку, таким неприятным тоном это было сказано. Но у него в глазах прыгали бесенята.

Он меня специально провоцирует, что ли?

– Спасибо за заботу, – процедила я.

– Мари, я вижу, что вы на меня из-за чего-то злитесь, но, честно говоря, не совсем понимаю, из-за чего. И мне это совершенно не нравится.

Мне кажется, или раньше Риарди был немного догадливее?

– Это из-за нашего последнего разговора? – Я отвернулась, потому что с трудом справилась с собой. Хотелось то ли заплакать, то ли его ударить.

– Я не злюсь, вы ошибаетесь.

– Вы сейчас говорите со мной сквозь зубы. Мари, прекратите, что вы как маленький ребенок?

– Я маленький ребенок?! – тут я уже смолчать не смогла. – Граф Де Риарди, я на вас не обижена и не злюсь. Что касается моего непосещения лекций, то постараюсь исправиться, чтобы у моего преподавателя больше ко мне претензий не возникало. Теперь я могу идти?

– Мари, сядьте и успокойтесь! – отчеканил он.

О да, вот теперь он такой, как на балу дебютанток – высокомерный и немного устрашающий своей серьезностью, угрюмостью и подчеркнутым аристократизмом.

С другой стороны, где-то он прав. Я ведь действительно сейчас нарывалась на скандал и неприличное выяснение отношений. Пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться. Не особенно получилось, но все-таки стало лучше.

– Села, успокоилась. Что дальше? – да, да, я хамлю, ичто вы мне сделаете?

– Мари, мне кажется, вы переигрываете.

– Я вот даже не знаю, что сейчас ответить, – несколько секунд подумав, сказала я. Первое мгновение на самом деле хотела дать ему пощечину, а потом просто какая-то усталость навалилась.

Я слишком много в последнее время о нем думала, слишком много вариантов просчитывала. Слишком, все слишком. Наверное, я просто устала и перенервничала.

– Дело не во мне или в вас, Мари, дело в Его Величестве и артефакте Правды. Мы можем думать все, что нашей душе угодно, строить любые планы, но они в конечном итоге ничего не значат. Я понимаю, что это обидно, что вы ожидали от меня чего-то другого, но я предпочитаю быть реалистом. Я не могу строить планов на столь ненадежной конструкции, как артефакт и мнение правителя нашей страны. Вы же понимаете, что он не будет руководствоваться нашими предпочтениями?

– Граф, я это понимаю и всегда понимала, – ответила я спокойно.

Не таких слов я сейчас ожидала. Опять ничего не сказал о своих чувствах по отношению ко мне. Слишком рационально. Нет, я тоже всецело за рациональность, но есть же у него какие-то приоритеты? Так почему об этом прямо не сказать?

– Мне и правда пора идти, – я все же встала, когда он мне ничего не сказал в ответ. – Не хотелось бы заставлять ждать тех, кто будет проводить проверку.

– Вас подождать?

– Не стоит. У меня планы на вечер.

Я поднялась со скамейки и, не оглядываясь, пошла в направлении нужного строения. Ну и как проходить проверку на артефакте Правды в таких расстроенных чувствах? Неужели он не мог мне нервы как-нибудь в другой раз помотать?

Проверка на настоящем артефакте Правды разительно отличалась от того, что было неделю назад на его аналоге.

Я взяла в руки небольшой, размером с мячик для крикета, кристалл, он был холодный и приятный на ощупь, не обжигал. И магию так не тянул, как новодел. За все полчаса, что я отвечала на простые и не совсем простые вопросы, артефакт не причинил мне ни малейшего вреда, руки не болели, запас силы практически не уменьшился.

– Мы закончили, – наконец сказал распорядитель, и я тяжело вздохнула, вставая.

Пока велась эта проверка, я постаралась отогнать эмоции и сосредоточиться на действительно важном. И даже получилось. Но сейчас я опять думала о Риарди.

– Когда будут результаты?

– Вам сообщат, – только и ответил мужчина.

Я пожала плечами и отправилась к выходу. Ну не настаивать же на конкретной дате и времени – все равно не скажут. Больше всего я боялась, что граф меня будет ждать там, за дверью. Сейчас я совершенно не готова ни о чем с ним разговаривать. И наше предыдущее общение и допрос вымотали меня морально. Ну хоть не физически – и то хорошо!

Сев в мобиль, я приказала рулить к дому, но на полпути мне написала Каро и предложила посидеть в кафе чисто женской компанией. Я, разумеется, согласилась, чтобы хоть немного развеяться.

В моем любимом кафе меня уже ждала наша небольшая компания: Каролина, Алония и Лейса – только они. Я думала, еще кого-то позовут, но нет, решили собраться маленьким коллективом.

– Ты чего такая грустная? – тут же сходу спросила меня Лейса. Менталисты – они такие, да… По мере возрастания силы у них пропорционально теряется чувство такта.

– Нормально все, – отмахнулась я, усаживаясь и с ходу заказывая два заварных пирожных и большую чашку черного чая.

– Ты чего это без кофе? – подозрительно покосилась на меня Каро.

– Я и так уже успела взбодриться, – буркнула я.

– Ты из дворца сейчас?

– Ну да…

– А ведь перед тобой был граф Де Риарди, верно? – подруга хмыкнула, а остальные меня внимательно и заинтересованно оглядели.

– Тебе больше поговорить не о чем?

– О, у нас гроза в раю? – фыркнула Алония.

– Не смешно!

– Ты, давай, не заводись, – Каролина примирительно положила свою руку на мою, чуть сжала. – Я не буду ничего говорить сейчас, но ты подумала, о чем мы говорили раньше.

– Подумала. И сегодня все повторилось. Я не хочу больше об этом, пожалуйста!

– Ну, как знаешь… – протянула та.

– Как все интересно, – Алония отпила какой-то сливочный напиток, явно не кофейный, зажмурилась. – Но в чем-то Риарди прав, мы не можем получить стопроцентную гарантию, что выйдем замуж за тех, кто нравится.

– А ты откуда знаешь, что дело именно в этом?

– Да сейчас только об этом все разговоры, нас же так мало осталось… Из-за чего еще вы с графом могли поругаться? Мы с Сальено тоже, знаешь ли, об этом думали. Мы подходим друг другу с политической точки зрения, но мало ли что покажет артефакт Правды и решит Император.

– И вовсе мы не ругались!

– Хорошо, не ругались. Но ты на него обиделась.

– Может и так, не важно. Ладно, давайте о чем-нибудь другом.

– Ладно. О чем там мы? – Алония посмотрела на Каро и Лейсу. Они до моего прихода явно что-то интересное обсуждали, не просто же так собрались.

– Мы обо всех этих нападениях, – Каролина решила меня просветить. – Думаем, как бы нас всех не убили на итоговом мероприятии или не отловили по одиночке.

– Вас не отловят, вы не нужны. Да и на нас с Риарди напали, вероятно, только потому, что мы артефакторы. Хотя при последнем нападении мы никак помешать не могли.

– Вот именно! Поэтому я думаю, что на тебя напали не из-за того, что ты артефактор, а из мести.

– А какая разница? – хмыкнула я. – Пусть выяснением мотивов преступников занимаются компетентные люди.

– Разница есть. Сейчас преступники перешли на альтернативные методы диверсий, значит, у них был такой план, и вы с Риарди ему помешать в любом случае не могли.

– А с чего ты решила, что они перешли на альтернативные методы? Они и в лекарне, и на взлетном поле использовали артефакты. Могли бы мы их обезвредить или нет – вопрос, конечно, открытый, но я в этом сомневаюсь. Хотя бы потому, что мы должны были бы о них знать и найти вовремя.

– Так а я о чем?

– Я к тому, что они как использовали артефакты, так и используют. Просто не такие сложные и продвинутые. Наверное, – пробурчала я. – Но это к делу не относится. Я практически уверена, что что-то будет, ведь целей-то они своих не достигли.

– И это что-то будет масштабным, да, – кивнула Алония.

– Вместе лучше вообще не собираться. Вот сидим мы такие четыре имперские дворянки на террасе летнего кафе, эклерчики кушаем, – ехидно отозвалась Каро, – а где-то там, возможно, притаился неведомый враг, который нас выслеживает и поджидает.

– Не выслеживает. По крайней мере, не сейчас, – ответила Лейса, нахмурившись. – Ничьего пристального внимания к нам я не ощущаю.

– Ты еще слишком неопытный менталист… – начала герцогиня, но продолжать не стала. И так было ясно, что более-менее опытные боевики, знающие о наличии менталиста в нашей компании, смогут к нам подобраться, если захотят.

От этих мыслей сразу стало как-то неуютно, захотелось оглянуться. Но этот порыв я с успехом подавила, только на всякий случай активировала пару амулетов.

– Ты чего это? – мои манипуляции заметила Каро.

– Не знаю, неуютно стало как-то.

– Может, ты тоже становишься менталистом? – усмехнулась она.

– Скорее уж нижнее полушарие мозга предчувствует неприятности, – отозвалась я и принялась за второе пирожное.

Паранойя, оправданная или нет, – это не повод отказываться от сладкого!

И все-таки меня не отпускало чувство, что на нас кто-то смотрит. Пусть Лейса и не замечала ничего подобного, но во-первых, она действительно только-только начала осваиваться с новым даром, а во-вторых, она не боевой маг и не какой-нибудь разведчик, чтобы иметь навыки определения слежки.

У меня же с момента нападения в парке, похоже, уровень паранойи поднялся до каких-то заоблачных высот. Еще бы понять, обоснованно это или уже пора попить каких-нибудь успокоительных травок.

– Да прекрати ты крутиться! – наконец возмутилась Каро, потому что я вся извертелась. Так получилось, что именно я сидела спиной к улице и шныряющим по ней людям, поскольку пришла последняя.

– Я не кручусь, – огрызнулась я. – И вообще, мне повезло не умереть уже дважды, на третий раз удача может и отвернуться.

– Трижды, – поправила Алония.

– Я первый раз не считаю. Это было не везение, у меня чуть не обгорели руки до костей. А вы – везение!..

– То, что ты поняла, как обезвредить этот артефакт, иначе как везением не назовешь.

– Ой, ладно! – я махнула рукой официанту с целью съесть еще одно пирожное.

– Ты слишком напряжена, тебе надо расслабиться, – хмыкнула Лейса. – Можно съездить на пару дней на источники. Сейчас отличная погода и там весь цвет общества.

– Мы учимся! – хором ответили мы с Каро.

– Ну а ты? – она повернулась к Алонии.

– А я считаю, что сейчас не самое удачное время.

– Это все из-за твоего Сальено?

– Нет, не из-за него. Просто последний этап может закончиться в любой момент – не так уж долго три десятка человек опросить, и нас пригласят на обнародование результатов. Не хотелось бы это пропустить.

– А мне бы хотелось. Очень, – буркнула я. – Что-то вот совсем нет желания туда идти.

– Да все будет нормально, – махнула рукой герцогиня. – Там же, скорее всего, будет Его Величество. А значит и безопасность на уровне.

– Или это отличный шанс уничтожить всех, – не согласилась Каро. – Но вообще это маловероятно, конечно.

Может, и так, но я бы лично поставила на то, что попытаются. Удачно или нет – это вопрос другой, но в целом у них может получиться. Особенно, если у них есть сюрпризы в виде каких-то необычных артефактов.

– Может, прогуляемся? – предложила Алония, когда пауза уже затянулась на несколько минут. Каждая из нас думала о своем, вероятно, невеселом. Да и от чего тут веселиться?

– Неохота, – Лейса расслабленно потянулась, да так, что все мужчины, сидящие за соседними столиками, обернулись, любуясь видами. Умеет наша светская фифа – этого не отнять.

– И мне не хочется, – поморщилась я, вспомнив, как в последний раз прогулялась.

Теперь и гулять страшно, и в рестораны ходить, и даже в лекарню попадать и то опасно.

– Ну как хотите, – пожала плечами та. – Но вообще вы зря отказываетесь. Если что-то должно случиться, оно случится.

– Ты стала фаталисткой? – хмыкнула Лейса. – А как же утверждение, что наша жизнь в наших руках?

– Не смешно, – не менее ехидно ответила Каро. – Наша жизнь сейчас в чьих угодно руках, но точно не в наших.

Девочки продолжили спорить и переругиваться, а мне становилось все более неуютно. Вот и Лейса замолчала тоже, будто, к чему-то прислушиваясь. Посмотрела по сторонам, потом на меня.

– А что, собственно… – Каролина тоже обратила внимание, что мы напряглись и переглядываемся. Но закончить она не успела.

Сначала пахнуло такой опасностью, что все волоски на теле встали по стойке смирно. Хотя это длилось не больше секунды.

А потом нас накрыла волна удушающего жара, как магическая, так и эфирная. И было совершенно непонятно, что страшнее, море огня или разбушевавшегося эфира.

Кто-то в стороне закричал, но вопль быстро оборвался. Каролина начала спешно формировать щит, но я уже поняла, что она не успевает. Артефактной же защиты, которая была на нас на всех, надолго тоже не хватит – слишком большая нагрузка. Почти такая же, как на полигоне, когда мы не попали под удар.

Тогда удалось выжить только сильным группам, а я даже не стихийник, чтобы объединить свою силу с девочками. Эти мысли пронеслись у меня в голове за считанные мгновения, но выхода я так и не смогла найти. Ничего невозможно придумать, когда понимаешь, что еще несколько секунд, и ты сгоришь в магическом пламени или умрешь от искажений эфира.

Кажется, это все, конец…

Глава 26

Я в ужасе отсчитывала последние секунды своей жизни, когда ткань бушующего эфира разорвало, и кафе, в котором мы находились, накрыл щит, отрезая нас от магического фронта. Конечно, огонь, настоящий, не магический, он потушить не мог, но что такое обычное живое пламя, когда на нас амулеты? Ерунда! С любой из своих игрушек я могу в центре огненного шторма стоять и улыбаться.

Рев пламени и магии постепенно начал стихать, а я наконец смогла что-то рассмотреть, хоть дым и очень мешал.

Рядом со мной на полу лежала Лейса и не шевелилась. Но внешне она была в порядке, значит амулет сработал. В двух шагах стояла всклокоченная Каролина, а еще чуть дальше тоже с виду не пострадавшая Алония. А вот вокруг…

В кафе было довольно много народу, почти все столики были заняты, а в нашем мире не все маги и не всем по карману действительно хорошие защитные артефакты. Большая часть из посетителей и персонала была мертва, лишь несколько людей либо держали свои собственные щиты, либо находились под защитой амулетов. И никто из выживших не тянул на того, кто мог бы нас спасти.

И кто, в таком случае, поставил щит, отсекая нас от враждебной магии?

– Ты как? – спросила Каро и закашлялась, а Алония опустилась на колени рядом с Лейсой.

– Что с ней?

– Наверняка опять эфирная перегрузка, она еще от прошлого раза не отошла.

Тем временем, за пределами щита вышедшая из-под контроля магия начала стихать. А потом на той стороне практически прямо из огня появились трое мужчин.

– Показушники! – фыркнула Алония, мазнув по ним взглядом.

А компания там и правда подобралась презабавная. Конечно, там был Риарди. Как без него? А еще маркиз Ла Шинаро и граф Де Лиантеро. Все трое не дружат, но почему-то появились здесь вместе и объединили силы, чтобы нас спасти.

Щит лопнул с громким хлопком, а с улицы потянуло свежим воздухом, выдувая из остатков помещения дым. А вокруг нас были самые настоящие руины. И трупы, навскидку около двух десятков. И это только в кафе, а ведь удар наверняка затронул все трехэтажное здание.

– Живы? – спросил Ла Шинаро и, получив неуверенные кивки, прошествовал куда-то вглубь здания.

– Мари, ты как? – ко мне подошел Риарди. Я уже было хотела возмутиться, что не разрешала обращаться ко мне на ты, но, право, какая же это мелочь! Это я скорее по инерции и от стресса.

Тем не менее, ни одно слово так и не сорвалось с моих губ, потому что мужчина привлек меня к себе и поцеловал. Я замерла на секунду, но потом начала вырываться. Как-то это неправильно, целоваться, когда вокруг десятки трупов!

– Извините, был не прав, – он отстранился и холодно бросил мне.

– Джулиано… – Я попыталась подобрать слова, объяснить, но ничего путного в голову не лезло. – Спасибо.

– Обращайтесь, – он равнодушно и высокомерно кивнул и пошел вслед за Ла Шинаро.

Кажется, то ли я сказала что-то не то, то ли он подумал что-то не то… Надо было объяснить, но как? Как сказать: не целуйте меня сейчас, поцелуйте потом? А я что сделала? Я оттолкнула человека, от которого хотела проявления искренних чувств и даже на этом фоне с ним поссорилась.

Молодец я!

Надо с ним поговорить, но точно не сейчас. Потому что здесь не только целоваться неуместно, но и обсуждать чувства и личные отношения. К тому же в любой момент может нагрянуть полиция.

Я огляделась вокруг, пытаясь понять, куда можно сесть – от морального перенапряжения как-то враз ослабли ноги. Но вся мебель либо сгорела, либо была разбита, так что хоть на пол приземляйся. Впрочем, сейчас я даже этот вариант рассматривала.

Может, это привлечет его внимание, и он подойдет еще раз?

Это выглядит жалко? Может быть, может быть. Но мне сейчас очень хочется, чтобы меня кто-нибудь пожалел.

Мужчины вернулись через несколько минут. Хотя Лиантеро никуда и не уходил, а очень долго беседовал с Каро, взяв ее руки в свои, поглаживая ладони кончиками пальцев. В общем, демонстрировал поддержку и заботу, которой сейчас так не хватало мне. И подруга вовсе не протестовала, то ли от шока и усталости, то ли и вправду не возражала.

– Как вы здесь очутились? – спросила Алония, когда Риарди и Шинаро подошли к нам.

Лейсу удалось привести в сознание и сейчас она сидела прямо на полу, а герцогиня ее поддерживала под спину, потому что наша менталистка, похоже, все-таки заработала контузию и ее довольно сильно шатало.

– Мы? – ненатурально удивились они.

– Да, вы, – Сен Генори прищурилась оглядела их так, будто она царствующая королева, смотрящая на своих подданных. Это при том, что сама она сидела на корточках, а мужчины стояли, практически нависая над ней. Вот умеют же люди себя подать!

– Они работали, – вмешалась Каролина. – И как я раньше не догадалась?!

Эм… Это то, что я думаю? Да нет, не может быть! Риарди в отставке, Шинаро и Лиантеро действующие военные. Хотя если подумать, граф на служаку даже близко не похож. Вот его друг, Де Кантареро – да, офицер до мозга костей, а он нет.

– Та-а-ак, – протянула я и посмотрела на Риарды, но он ответил холодным равнодушным взглядом. – Стало быть, работали. И по какому же ведомству? Дознаватели? Нет, не похожи. Полевая интендантская служба? А вот это уже ближе к теме, верно?

– Не помню, чтобы у вас были ментальные способности, – поморщился Ла Шинаро. – Так к чему гадать?

– То есть, все это время вы работали на спецслужбы? – не слушая, продолжила я. – А как же отбор? В какой момент вы должны были выйти из игры?

– Не должны были. Мы такие же имперские аристократы, как и вы.

– На какие же жертвы должен идти настоящий офицер ради работы! Уважаю, – зло бросила я, и поспешила к выходу из здания, прямо через проломленную магическим штормом ограду террасы.

Злость бурлила во мне, не находя выхода. Хотелось одновременно расплакаться и чего-нибудь разбить. А лучше всего разбить это что-нибудь о чью-нибудь голову. И я даже знаю о чью!

– Не надо на меня так кровожадно смотреть, – усмехнулся Риарди, подходя.

– Вы собирались мне когда-нибудь сказать? – поинтересовалась я, сделав максимально нейтральное выражение лица.

– Присядем? – мужчина подвел меня к лавочке, стоящей невдалеке от разрушенного кафе.

Выглядело это сюрреалистично. Практически полностью развороченная терраса, выбитые витрины, по самому зданию словно торнадо прошелся, мне кажется, оно даже осело и слегка завалилось на правую сторону. По площади мечутся люди, начали подъезжать и подбегать представители экстренных служб, повсюду клубы дыма, пыли, обломки и прочий мусор.

А мы сидим на лавочке и спокойно беседуем, будто ничего и не происходит.

– Так что же? – я повернулась к Риарди.

– Собирался, если по нашей паре Его Величество примет положительное решение. Скрывать такое от жены довольно сложно, да и нет в этом особой необходимости. Если же решение будет отрицательное, то… – он развел руками.

– То знать мне необязательно, – продолжила я за него. – А как же ваша работа в Академии. Вы оттуда уйдете? Зачем это все вообще было?

– Почему же, продолжу преподавать, – он пожал плечами. – Моей работе это ни в коей мере не помешает.

– Ну да, отбора-то уже не будет. Но теперь все знают, где вы служите.

– С чего вы взяли? – удивился Риарди. – Только ваша компания догадалась, но я сильно сомневаюсь, что вы будете болтать. Маркизу Ла Дерени мы предупредим, конечно, а остальные и так в этом не нуждаются.

– Не нуждаются, говорите, – я, прищурившись, посмотрела на него. А он отвел глаза и явно почувствовал себя неуютно, потому что сболтнул лишнее. Впрочем, я решила перевести это если не в шутку, то немного отвести подозрение о том, что я догадалась. – И почему же вы не беспокоитесь, что я кому-нибудь скажу?

А догадалась я вот о чем… Точнее сейчас уже просто не понимала, как сразу до меня не дошло, что герцогиня тоже работает на спецслужбы. Ну честное слово, это было настолько очевидно, что только моей слепотой и зашоренностью можно объяснить этот провал. А ее царственная интонация, когда она их допрашивала, как они здесь очутились, всего лишь была попыткой отвести подозрение от себя.

– Я не думаю, что вы кому-то скажете, – немного помолчав, ответил граф. – Это не в ваших интересах, а вы девушка, в некотором роде, прагматичная.

– Что-то комплиментом это не прозвучало, – задумчиво отозвалась я.

– Вам нужны комплименты? Что ж, я, как артефактор, должен похвалить ваши защитные артефакты. Если бы не они, мы бы могли не успеть.

– Кстати об этом, а почему вы не ловите того, кто это сделал?

– Кто это сделал?.. – усмехнулся Риарди. – А кто? Кто оставил сумку с артефактом под скамейкой у террасы кафе? Вы видели? Я лично нет, мы подошли позже, сумка уже лежала.

– Так, подождите, за кем из нас вы следили?

– Мы не следили.

– Вы это сборище организовали специально? Герцогиня всех собрала, сделала из нас приманку? – ну да, догадалась и тут же проговорилась. Молодец я, все-таки! Что на уме, то и на языке.

Но Риарди то ли не заметил, то ли сделал вид, что не заметил моей оплошности.

– Вы не слишком хорошо о нас думаете, верно?

– Как вы правильно заметили, я прагматична.

– Нет, сборище организовали не мы, а графиня Ла Прентеро. Когда Алония сообщила нам, мы вызвались вас подстраховать. Что-то витало в воздухе… Видимо, решили мы не зря.

– Если бы не вы… Постойте! Выходит, сумка с артефактом лежала до нашего прихода? Но как они узнали?

– Не факт, что до прихода. Все же первыми пришли графиня и маркиза, их могли заприметить или вовсе следили. Потом появилась герцогиня и мы, а вы самая последняя. Когда мы подошли, кажется, сумка уже лежала.

– И вы ничего не сделали?

– На скамейке сидела девушка, мы думали, что сумка ее. Точнее, вообще не обращали внимания до того, как от нее пошел первичный импульс эфирного удара.

– Девушку ту, наверное, распылило просто, – вздохнула я.

– Да, вероятно.

– А может она… Точно импульс от сумки пошел? А то я уже ничему не удивлюсь.

– Вы думаете, что она была смертницей? – спросил граф, нахмурившись. – Нельзя этого исключать, конечно. Импульс шел от скамейки, но от девушки или от сумки – с нашего ракурса было не разобрать. Но если вы правы, и это кланы, то вряд ли они стали бы использовать смертников.

– Как наверное вы забавлялись, – я невесело усмехнулась, – когда я вам рассказывала о кристаллах и своих мыслях.

– С чего вы решили?

– Ну вы же это все и так знали, разве нет. Расследовали, вынюхивали.

– Я не занимаюсь следствием, Мари, я артефактор. Да, я служу в Полевой интендантской службе, и перед самым началом отбора был переведен в столицу на должность начальника артефактного отдела, но никаким оперативником или следователем меня это не делает. Этим занимаются другие, специально обученные люди. Например такие, как граф Де Лиантеро.

– А чем вы до этого занимались?

– Служил начальником артефактного отдела на границе, где меня и ранили. Технически наше подразделение было прикомандировано к армейским частям, так что я почти не врал. Мой предшественник в столице недавно ушел в отставку, и после ранения меня перевели с повышением.

– Понятно, – я отвернулась, пытаясь уложить в голове все сказанное Риарди.

Так-то даже не подкопаешься. Да, где-то он говорил не совсем правду или умалчивал, но так он и не обязан был мне все рассказывать. Во-первых, я ему практически никто, а во-вторых, даже если он просто артефактор, все равно специфика службы накладывает свой отпечаток. Наверняка ему нельзя об этом болтать на каждом шагу.

Но все равно как-то не совсем приятно.

– Злитесь? – раздался голос объекта моих размышлений.

– Есть немного, – хмыкнула я.

– Ваши эмоции понятны, но Мари, есть вещи…

– Я все понимаю, честно, – я обернулась к нему, улыбнулась.

Мне много всего хотелось ему сказать, но почти все было слегка неуместно. Особенно в нашей ситуации и в этом месте.

От дальнейших неловких объяснений, к счастью, нас отвлекли подошедшие дознаватели. Им нужны были наши показания, и сейчас я была как никогда рада, что они скрупулезно выполняют свою работу.

Домой меня отвез Риарди. Водителя я отпустила до всей этой заварушки, думала, либо вызову, как закончим, либо пешком дойду. Через тот самый парк, ага.

А дома меня уже встречал дед. Ему сообщили, что артефакт взорвался у кафе, где в тот момент могла быть я. Мне кажется, он еще больше поседел за последнее время, особенно, за сегодня.

– Прости, что заставила тебя волноваться, – я клюнула его в подставленную щеку, для чего ему пришлось немного нагнуться. Дед-то у меня богатырь настоящий, я ему даже до плеча не достаю.

– Я, конечно, понимаю, что у тебя артефакт связи сгорел, но могла бы через кого-то передать, что жива. А то мне понадобилось Прентеро от дел отрывать, чтобы все выяснить. И вы здесь, граф Де Риарди?

Мужчина вышел из машины вместе со мной. Ну некрасиво было бы уезжать, когда меня дед прямо на ступеньках встречал.

– Граф Де Велрани, – Джулиано церемонно раскланялся с дедом, пожали друг другу руки.

– Я вас должен поблагодарить за внучку.

– Рад был помочь, – кивнул тот.

– Что ж, не зайдете?

– Увы, мне нужно вернуться на службу.

– Понимаю. Буду рад видеть вас в нашем доме, – ответил дед, мужчины опять церемонно раскланялись, и Риарди сел в свою машину.

– Ты пригласил его к нам? – я была действительно удивлена. Дед не из тех, кто легко позволяет чужим людям приходить в наш дом с официальными визитами.

– Ну должен же я познакомиться с будущим мужем моей единственной внучки, – тот пожал плечами и, развернувшись, направился внутрь дома.

Я было ринулась за ним, потом притормозила, потому что до этого единственное о чем я мечтала – снять с себя пропахшие дымом и копотью тряпки и принять ванную. Но потом все таки решила, что с водными процедурами я еще успею, а дед может улизнуть – ищи его потом.

– Деда, подожди! – крикнула я и сорвалась вслед за ним, застучав каблучками по гулким коридорам. Никогда не любила деловую часть нашего особняка, где располагались кабинеты отца и деда, как-то здесь неуютно, необжито, хочется вот на пол коверчик постелить.

Чтобы можно было подкрадываться и подслушивать.

– Деда!

– Ну что еще? – тот притормозил у дверей своего кабинета.

– Что значит будущим мужем? – требовательно спросила я.

– А ты против? – хитро улыбнувшись, дед попытался скрыться в недрах своего убежища.

– Я нет… Да, то есть нет. В общем, что ты мне зубы заговариваешь?! – возмутилась я, придерживая дверь.

– Ты не хочешь себя в порядок для начала привести? А потом в спокойной обстановке за обедом поговорим.

– За обедом? Ла-а-адно, только сегодня без жареного мяса, – я поморщилась и проглотила вязкую слюну.

Дед оглядел меня с ног до головы, потом тяжело вздохнул, поднялся со своего монструозного кресла, где уже успел угнездиться, подошел и обнял.

– Ты ведь понимаешь, Мари, что если бы вас не прикрыли… У тебя, особенно у тебя, шансов было бы не много?

– Девочки меня бы не бросили. Да я и сама могла попытаться выйти, пока артефакт действует.

– Что ж не вышла?

– Я… Ладно, – махнула рукой.

– Если бы у тебя была специальная подготовка, то ты могла бы попробовать, но подготовки у тебя нет, – рассудительно ответил дед. – Твои артефакты хороши, не спорю, но сегодня они бы тебе не помогли. И ты сама это знаешь.

– Ладно, ладно, я тебя поняла, – обиженно буркнула я, высвободилась из крепких дедовых объятий и побежала приводить себя в порядок.

Несмотря на все волнения, нервотрепку и неприятные впечатления сегодняшнего дня, есть хотелось жутко. А может и благодаря им, ведь на подпитку артефактного щита я прилично потратилась. Даже за те несколько секунд, пока нас не спасли, я практически опустошила свой резерв. Настолько силен был эфирный шторм.

Уже через полчаса меня позвали в столовую. Как я и просила, жареного мяса на столе не было, а есть я его смогу еще не скоро – это точно. Впрочем, сейчас я старалась об этом вообще не задумываться.

Расселись с дедом за столом. Не слишком это удобно, когда трапезная предназначена для большой семьи, а нас всего лишь два человека. Такое ощущение, что в попытке докричаться до собеседника на другом краю стола, образуется эхо. Хотя это шутка, конечно, не такой уж он большой.

– Итак, – я внимательно посмотрела на деда, – расскажешь, что там насчет замужества?

– Что именно тебя интересует, внученька? – ехидно уточнил тот.

– Меня интересует, принял ли Его Величество окончательное решение?

– Не принял. Еще не все прошли индивидуальную беседу под артефактом правды. Когда все данные соберут, тогда примет.

– Но ты назвал графа Де Риарди моим будущим мужем. Почему?

– Мне кажется, что он неплохая кандидатура, и тебе, насколько я понимаю, не противен. Так ведь?

– Но решение принимаешь не ты.

– Не я, – все так же ухмыляясь отозвался дед и принялся за овощное ризотто. Поморщился и недовольно покосился на меня. Бедный, бедный дед, не любит он овощи, ему мясо подавай. Но не сегодня!

Впрочем, сейчас жалости к нему не было совершенно, потому что он надо мной безбожно издевался.

– Значит, ты все-таки что-то знаешь, – заключила я. – А не просветишь ли ты меня, о всезнающий дедушка, что вообще происходит? Кто всю эту кашу заварил и для чего?

– Не лезла бы ты в это, внученька, – уже без тени улыбки ответил он. – Занималась бы своими делами, учебой, например. Я вот слышал, что ты прогуляла несколько занятий уважаемого графа Де Риарди. А меж тем, если бы усердно тренировалась по его предмету, шансов выжить у тебя было бы больше.

Последними словами дед меня просто припечатал, и все резкие возражения и злые слова так и не слетели с языка.

– Меня несколько раз пытались убить, я имею право знать, – ответила я через несколько минут натянутого молчания.

– И что тебе это знание даст?

– Я пойму, чего опасаться. Хотя бы так.

– Я немного разузнал о сегодняшнем взрыве. И чего же ты будешь опасаться, сумки под скамейкой? Мари, я тебя убедительно прошу не лезть в этот вопрос и оставить его на откуп профессионалам, – довольно жестко подытожил он.

Дальнейший обед прошел в молчании. И чем больше я размышляла над словами деда, тем больше находила доказательств, что он что-то знает. И насчет всех этих событий, и на счет решения Императора.

Глава 27

А на следующий день я опять, как приличная студентка, поехала в Академию. Лучше бы, конечно, переселиться в бункер или глубокую пещеру где-нибудь в далеком лесу, но чего нет, того нет.

Утром я еще успела заскочить к Лейсе и передать ей новый комплект щитовых артефактов. Не знаю, в рабочем ли состоянии сейчас те, что были на ней, но только они помогли ей выжить, ведь из-за эфирного шторма она, как менталист, тут же теряет сознание, а значит не может воспользоваться собственным стихийным щитом.

Конечно, менталистов учат защищаться, когда у них просыпается дар, но маркиза Ла Дерени на подобные занятия, понятное дело, раньше не ходила. Они ей были без надобности. Ее записали на краткий курс в Военной Академии в следующем семестре, но до него еще дожить как-то надо. Так что новые артефакты ей точно не помешают.

А прямо перед обедом у меня было занятие у Риарди. Когда я вошла к аудиторию, он мне не скрываясь кивнул. Что ж, кто еще не знал, что мы довольно близко знакомы, тот узнал.

Не то чтобы я как-то скрывала этот факт… Тем более что конкурс освещали в прессе, но если Император примет иное решение, то это будет просто повод для насмешек. А ведь мне и так не по себе от одной мысли, что придется выйти замуж за кого-то другого.

Занятие прошло интересно. Все-таки Риарди обладает огромным объемом знаний и как артефактор, и как почти стихийник, и как офицер. А после я опять задержалась, не специально, просто все валилось из рук под внимательным и неотрывным взглядом магистра.

– Может, пообедаем вместе? – мужчина подошел ко мне, когда мы в кабинете остались одни.

– Почему бы и нет, – я подхватила сумку. – Куда пойдем?

На территории было много разных заведений. В том числе неплохие кафе и даже ресторан, правда, туда ходили, в основном, преподаватели. Не то чтобы студентам запрещалось, но считалось, что сильно выпячивать свое благосостояние там, где учатся люди разного социального статуса, неприлично.

Так что мы с Риарди выбрали промежуточный вариант: кафе, но с укромными кабинками и практически ресторанным меню. Правда, все по очень приятным нашим академическим ценам. В городе подобное заведение было бы намного дороже.

– Вы как после вчерашнего?

– Ничего. Вроде бы все нормально, – я пожала плечами и принялась за салат. Со вчерашнего дня есть хотелось жутко. Конечно, для восстановления энергии и силы нужно мясо, белок, но я о нем думать без содрогания сейчас не могу.

– Что-то не похоже. Мари, вам нужно хорошо питаться, – тут же все понял он.

– Вы же там были, – я поморщилась. – Может, для вас после службы на границе в такой картине и нет ничего удивительного, но я…

Помотала головой.

– Давайте о чем-нибудь другом. Пожалуйста!

– Хорошо, давайте поговорим о том, почему вы прогуливали мои занятия?

– А, так это вызов на ковер к магистру? Занятно. А для этого обязательно было приглашать меня на обед?

– Язва вы, все-таки, Мари, – усмехнулся мужчина. – Я просто хочу понять, что вы там себе напридумывали и почему на меня обиделись? Нет, в целом догадываюсь, конечно. Но я вроде бы четко обозначил свою позицию, да и вы ее, кажется, поняли и согласились.

– Я поняла и согласилась, – закивала я. – И я ничуть не обиделась.

– Тогда почему вы меня вчера оттолкнули? – заинтересовался он, кажется, искренне.

– Джулиано, – я нагнулась над столом и понизила голос. Сама на знаю, что на меня нашло, хотелось то ли смеяться от абсурдности ситуации, то ли плакать

– Да?

– Я не хотела, чтобы первый наш поцелуй, – прошептала я, – был рядом с двумя десятками обугленных трупов. Неужели я много прошу?

– Хм, м-да… – Риарди смутился. – Не подумал. Все время забываю, что за вашей личиной циничной и несколько эксцентричной особы скрывается совсем молодая девушка.

– Ну то есть вы на самом деле думаете, что если бы мне было лет, допустим, тридцать, это было бы вполне подходящее для поцелуев место? – хмыкнула я. – И это я циничная?! И почему я эксцентричная?

– Вы делаете, что считаете нужным, вам плевать на мнение окружающих. Один ваш костюмчик на охоте чего стоил!

– Понравился? – хмыкнула я.

– Вот! – ухмыльнулся в ответ Риарди. – Только такая эксцентричная личность как вы, стала бы задавать этот вопрос напрямую, без намеков и иносказаний. Так вот да, понравился. Хотя я на вас еще на балу обратил внимание. Не каждый день встречаешь такого сильного артефактора и красивую девушку одновременно.

– Спасибо, – чуть помедлив ответила я и, кажется, покраснела. Вот только этого не хватало! – Так что там со вчерашним покушением или терактом? В вашем ведомстве ничего не слышно?

Я попыталась перевести тему, но вышло как-то коряво.

– Вы же понимаете, что я не все могу вам рассказать?

– Ну ведь что-то можете? Это нас пытались убить или так совпало? Хотя таких совпадений не бывает. Днем в выходной на людной площади устроили направленный взрыв около кафе, чтобы уничтожить посетителей, но чтобы прохожие на улице практически не пострадали? Нет, это точно не совпадение!

– Вот видите, Мари, вы все сами прекрасно понимаете.

– И что делать? Вообще на улицу не выходить?

– Думаю, за отдельными людьми охотиться не будут, но вместе лучше не собираться.

– За мной охотились и чуть не убили. Как и за вами.

– Да, но причина была в другом. Если бы вы не показали себя сильным артефактором, вряд ли бы вы стали мишенью.

– Если бы я себя таковым не показала, и говорить сейчас было бы не о чем… И не с кем.

– Это правда, – Риарди невесело усмехнулся, а потом протянул руку и взял мою ладонь. – Я буду за вами присматривать, и не позволю никому причинить вам вред, Мари.

– Это будет непросто, – я ему улыбнулась, перехватила его пальцы, чуть сжала.

– Я вам обещаю.

Немного помолчав, я убрала руку под стол. Пальцы жгло от желания к нему прикоснуться, но я сдержалась. Тем более что он явно обозначил – никаких заигрываний до решения Императора. Правда, как быть в таком случае с поцелуем?

– Не бросайтесь подобными обещаниями, Джулиано. Я может и эксцентричная, и совсем молода, но как вы верно заметила, слегка цинична и практична. И мой ум, логика и та самая практичность говорят, что не все из нас доживут хотя бы до окончания отбора. И далеко не факт, что на нем все закончится. В конце концов, дело вообще не в нем.

– Мари, – мужчина нахмурился. – Я не бросаюсь обещаниями, и я не давал вам повода усомниться в себе. А теперь ешьте, до начала занятий осталось не так много времени, – строго добавил он.

Как элегантно он меня заткнул. Я в восхищении!

Честно говоря, я держалась из последних сил. Сколько раз за это время я чуть не погибла? А ведь я не военный и не герой, я простой мирный артефактор девятнадцати лет от роду!

– Студентка Велрани, – сквозь мои размышления я услышала голос преподавателя, – положите заготовку на стол и уберите от нее руки.

Я несколько секунд осознавала сказанное, потом посмотрела на искореженный кусок металла в своих руках и осторожно его отложила.

– О чем вы думаете? В таком состоянии нельзя заниматься артефактами! – бушевал магистр.

Вот дома мне ничего не мешало все нормально делать. Наверное потому, что никто над ухом не зудел.

– Извините, – я покаянно развела руками. – Этого больше не повторится.

– Уж надеюсь! Совсем с ума сошли с этим отбором! Лучше бы не о женихах, а о предмете думали!

А вот это было обидно, тем более, что думала я не о Риарди или ком-то другом.

– От вас, Велрани, я тем более этого не ожидал! – продолжал разоряться магистр. Его кто-то бешеный покусал что ли? Вообще-то он хоть и строгий препод, но нормальный.

Очень хотелось взбрыкнуть, встать и уйти. Да, я на правах любимицы декана выкидывала и не такое. Но я же обещала Джулиано и деду больше не прогуливать. Так что я, как хорошая девочка, сложила ручки на столе и преданным взглядом начала есть магистра.

Он, похоже, не поверил, а через пять минут ему это надоело и он разрешил мне вернуться к работе.

Я постаралась выкинуть все из головы и сосредоточиться на простеньком артефакте, который делала. Но это было сложно, мысли постоянно перескакивали с привычной работы на совершенно отвлеченные темы.

Дело как раз в том, что артефакт простой. Ну чего тут делать? Подумаешь, работы на пять минут! Был бы сложный, с длинными вычислениями, на нем волей-неволей сосредоточишься, а то так и без важных частей тела можно остаться, без головы, например.

– Сдавайте работы и можете быть свободны, – наконец распорядился магист, когда я уже устала бессмысленно пялиться в окно.

Да, я все-таки собралась и давно доделала этот дурацкий артефакт, балансирующий эфирные всплески. У молодых стихийников такое иногда случается и студенты первого-второго курса с удовольствием покупают подобные поделки. Я такие делала, когда мне еще было лет двенадцать. Между прочим, весь наш младший академиум втихаря снабжала. Почему втихаря? Потому что ни один вменяемый родитель не позволит своему ребенку носить артефакт производства двенадцатилетней девочки.

Я с удовольствием размяла ноги и пошла искать Каролину. У нее тоже занятия должны были кончиться. Да вот только, как правило, она задерживалась, чтобы потренироваться на полигоне. Его, конечно, еще не восстановили, но там все равно можно заниматься, если не устраивать бои без правил, когда необходим защитный полог.

Звуки схватки я услышала незадолго до арены. А поскольку я шла с другой стороны, от корпуса артефакторов, мне это показалось странным.

Дело в том, что остальные артефакторы, пошли по главной аллее, а вот в сторону полигона обычно мало кто ходил, нам-то он без надобности. Поэтому я сейчас тут была вообще одна. Но странность не в этом. Корпус от арены отделял небольшой, но довольно дремучий, заросший кустами лесок, который даже в случае больших мероприятий гасил практически все звуки.

Так что кто бы там ни дрался, он был не на арене, а гораздо ближе. Хм…

Я поспешила по тропинке дальше. Может, и не стоило ввязываться, но посмотреть надо и, если что, позвать на помощь. А то мало ли кого там бьют? В нашей Академии много всякого-разного случается, особенно между дворянами и простолюдинами.

Но того, что предстало перед моим взором, я совершенно не ожидала. За очередным поворотом тропинки, я увидела сначала одного человека полностью в черном, вплоть до маски на лице, а потом второго и с другой стороны третьего, а между ними волчком крутилась Каролина, пытаясь отбить все их атаки.

Она сильный стихийник, конечно. Вот только не боевой.

Что дело плохо, я поняла с первого же взгляда. Мужчины наступали. И единственное, почему подруга была еще жива, это потому, что они не собирались ее убивать, а скорее хотели захватить, при этом не сильно травмировав. Вот один из них, схватил Каро за руку и завернул, пытаясь зафиксировать захват, но его шарахнуло молнией. Впрочем, особого вреда это ему не причинило, но руку пришлось отпустить.

При этом из второй руки Каролина не выпускала стихийный клинок, пытаясь им отмахиваться от всех сразу.

– Эй! – заорала я во все горло. – Это не дело – трое на одного!

– Беги, зови на помощь! – прохрипела в ответ подруга, отражая очередной удар.

– Ага, сейчас! – усмехнулась я и активировала одну из своих новых поделок.

Я не так давно решила, что не дело ходить по страшным темным улицам нашей столицы без нормального оружия. Пистоль – это, конечно, хорошо, но мало. Точнее не так… Пистоля может быть и достаточно, но если противник защищен амулетами, то нескольких даже точных выстрелов может не хватить. А если противник не один?

Поэтому, во-первых, я сваяла специальные пули, способные пробивать щитовые артефакты. Стихийный щит мага такая, конечно, не пробьет, да и насчет артефактов гарантии нет, зависит от того, насколько он мощный и продвинутый, но это лучше, чем ничего.

А во-вторых, я сделала оглушающий амулет. Вот сейчас им я и воспользовалась.

Глушил он, правда, по площадям, но у Каролины был мой защитный артефакт и он должен был снять часть неприятных эффектов.

Я активировала свою поделку, и меня тут же ослепила ярчайшая вспышка, даже несмотря на то, что я успела закрыть глаза. А потом по всему телу прошла волна магии. Меня она особо не затронула, но вот все остальные почувствовали, как их буквально сковывает невидимыми путами, а потом они должны потерять сознание. По идее.

Демонстрация получилась так себе. Подруга сидела на земле, мотала головой и терла глаза, двое нападающих лежали без движения, а вот третий не только не потерял сознание, но и остался на ногах.

То ли маг, то ли у него какой-то запредельно хороший артефакт. И что с ним теперь делать?

К счастью, мужчина не мог меня видеть, все-таки вспышка его ослепила. У меня-то тоже цветные круги плавали перед глазами, но я проморгалась быстрее, потому что успела прикрыться руками. Поэтому я не стала дергаться и тем более драться с человеком в два с половиной раза больше себя, а полезла в сумку за своим ультимативным доводом.

– Стоять не двигаться! – приказала я холодным тоном, стараясь контролировать дрожащий голос, и взвела курок.

Мужик только повернулся в мою сторону, но характерный щелчок его остановил.

– Эй, ты это!.. – что это, я дослушивать не стала.

– Руки подними, и если дернешься в мою сторону, или мне покажется, что дернешься, я тебя пристрелю. Понял меня?

Мужик ясно что-то хотел сказать или сделать, но он никак не мог проморгаться, а следовательно и оценить ситуацию.

– Я спрашиваю, понял меня? – добавила угрозы в голосе.

– Слушай, девочка…

– Каро, ты как? – перебила я его, обращаясь к подруге.

– Могло быть и лучше, – та наконец-то проморгалась и сейчас пыталась встать. Сначала на четвереньки. Впрочем, ее даже в этом положении слегка покачивало.

– У тебя не найдется, чем связать этих орлов? – на всякий случай уточнила я.

– Откуда?

Ну да, веревки она с собой вряд ли носит, а после моей глушилки магией пользоваться очень сложно из-за невозможности сосредоточиться.

– Ладно, тогда вызываю подмогу.

Я подняла пистолет вверх и выстрелила два раза с разницей в пару секунд.

– У тебя осталось четыре патрона девочка, – с этими словами бандит рванул ко мне, и я выстрелила.

С первым же попаданием в плечо, кажется, его развернуло, и он рухнул на траву как подкошенный.

– Хм… – хмыкнула я, прибавив детскую заинтересованность в голос. – Мне и одного хватило. Какая я молодец, а?!

– Что это? – прохрипел тот.

– А это, мой дорогой друг, артефактные щитобойные патроны. Ты рассчитывал на свои артефакты? Зря… Твоя стихийная защита была хороша, ты даже устоял на ногах, но вот на амулетах явно сэкономил.

– Дрянь! – взвыл мужик. Не мне, правда.

Это просто Каролина как раз к концу нашей милой дискуссии оклемалась, встала и зарядила со свой богатырской дури бандиту ногой в живот. С размаху. Видимо, достал он ее сильно.

Нет, ну что за люди?! Как на девушку на одну троем набрасываться – так все нормально. А как она в мягкое подбрюшье пнула, так сразу обзываются!

– Ты это, аккуратнее… – я оглядела окончательно поплывшего бандюгана. – Его еще допрашивать нужно будет.

В это время как раз, за деревьями послышался приближающийся топот. Бежали сразу несколько человек и, надеюсь, среди них будет кто-нибудь знакомый. А то неоднозначно я как-то выгляжу с пистолем.

Сначала из-за кустов вынырнули два охранника и резко остановились, увидев в моей руке оружие. Я уже хотела крикнуть что-нибудь успокаивающее, потому что пока бандитов не свяжут, пистоль я не уберу, но тут из-за тех же кустов выскочил декан стихийного факультета. Меня он, конечно, знал, но так, можно сказать, шапочно. А вот Каролина у него перед глазами мелькала часто, особенно если дело касалось каких-нибудь происшествий.

– Прентеро, и почему я не удивлен? Что здесь происходит? – грозно спросил он и повернулся в мою сторону: – Велрани, уберите оружие.

– После того, как их свяжут, – покачала головой я.

– Магические путы вас, надеюсь, устроят? – мужчина накинул на два бессознательных и одно полусознательное тело стихийную технику контроля. От этого последний бандит все-таки отправился в нирвану.

– Вполне, – я чинно кивнула и спрятала пистоль в сумку.

– А теперь Прентеро, я вас слушаю!

– Они на меня напали, когда я шла навстречу Марианне, графине Де Велрани. У нее как раз должны были закончиться занятия. Мари подошла, когда я пыталась отбиться, и применила какой-то из своих артефактов. Вот этих двух свалила сразу, а этот оказался хорошо прикрыт стихийным щитом.

– Так он маг? – напрягся декан.

– Нет… Я не уверена. Ко мне он магию не применял.

– Велрани? – мужчина повернулся ко мне.

– Когда я в него выстрелила, то легко пробила артефактную защиту. Но мой атакующий амулет на него подействовал слабо, поэтому я думала, что он был изначально прикрыт собственным стихийным щитом. Но вообще да, не логично, что он к Каролине не применял магию.

– Ладно, разберемся, – вздохнул декан и кивнул охранникам: – Тащите этих на пост охраны.

Глава 28

О результатах расследования всех этих происшествий нам, то есть мне, конечно, не докладывали. Может, Каро и Джулиано что-то знали, но делиться сведениями они не торопились.

К тому же Риарди и вовсе пропал в последнюю неделю из поля моего зрения, все время уделяя работе. Нет, в Академии он дисциплинированно появлялся, но на обед не приглашал, а как заканчивалось занятие, сразу зарывался в какие-то бумаги, разложенные пачками на его преподавательском столе. Мне только кивал и делал виноватое лицо.

Мужчина за работой. Что ж, понимаю, мешать не буду.

А через несколько дней после происшествия с Каролиной мне принесли конверт из имперской канцелярии, в котором было приглашение на завершающий этап отбора. Мероприятие планируется как небольшой прием, не бал, не торжественный обед, а нечто среднее. Да и какой может быть бал, если нас, конкурсантов, с трудом наберется три десятка, а родственников, друзей, знакомых и прочую группу поддержки не приглашали. Это я еще у деда успела уточнить. Если бы звали семью, то он бы точно был в списке.

– Возьмешь семейные артефакты, – велел дед, когда увидел приглашение.

На это я лишь кивнула. У меня тоже было не слишком хорошее предчувствие, ведь преступников так и не поймали. По крайней мере, я ничего подобного не слышала.

На прием я собиралась тщательнейшим образом. Дело в том, что тот самый семейный комплект артефактов был вечерним, а мероприятие наше было назначено на послеобеденное время. То есть надевать вечерние украшения было… Как бы это выразиться? Немного неприлично.

Так что образ требовал практически ювелирной проработки. Диадему пришлось скрывать за волосами, сделав высокую прическу, подвеску, браслеты и брошь я, понятное дело, тоже легко спрятала, а вот с сережками не сложилось. Вернее, тут одно из двух – можно спрятать либо серьги, распустив волосы, либо диадему.

Я решила, что лучше уж пусть будут видны вычурные серьги, чем серебряный обод с двумя десятками драгоценных камней на голове.

А главное, что меня печалило, нельзя было совместить комплект и мои собственные щитовые артефакты. Они лежали у меня в сумочке на всякий случай. И пистоль пришлось оставить. Кто бы меня пустил с оружием на встречу с Императором?

И плевать, что у всех мужчин будут шпаги, да и маги сами по себе ходячее оружие. А огнестрел, видите ли, нельзя!

На этот раз мы Каролиной решили добираться по отдельности. Более того, ехала я на представительской машине деда, и мы долго петляли по улицам – так сделать он приказал моей охране в количестве аж трех человек.

Дед считал, что на меня могут совершить покушение или попробовать захватить по дороге во дворец. Я, поразмыслив, решила, что это маловероятно, но спорить не стала. Если так ему спокойнее, то от меня не убудет.

Так и не обнаружив слежки, и не дождавшись нападения, меня все-таки доставили в целости и сохранности во дворец. Там тоже были усиленные меры безопасности: всюду шныряла стража и гвардейцы, а здание, в котором и будет наш прием, накрыли осадными щитами.

Зря они, если честно. Лучше либо накрыть весь комплекс зданий, правда, тогда энергии и магии уйдет прорва, либо не поднимать щиты вообще. А так – это просто профанация для самоуспокоения. При мощной эфирной атаке единственный осадный щит не выдержит. Ну или я чего-то не знаю об императорских щитовых артефактах.

Да, наверное так и есть. Вряд ли местные специалисты глупее меня. Хотя вот на балу они ошиблись.

Меня проводили в зал приемов, где уже кучковалось некоторое количество народа, на фоне которого даже мои совершенно нескромные серьги терялись. Кое-кто разоделся в пух и прах, как та же Лейса, помахавшая мне рукой с другого конца не слишком большого помещения.

– Привет, – подошла я к ней. – Ты, смотрю, готовишься приковать к себе все внимание.

– Тут же будет пресса, – пожала она плечами. – А в визоре чем ярче, тем лучше. Да и ты постаралась.

Она кивнула на серьги, на что я скривилась.

– Это от артефактного комплекта. Остальное спрятала, а это не удалось.

– Думаешь, будут проблемы?

– А ты так не думаешь?

– Думаю… – тяжело вздохнула наш штатный менталист, и мы обе в глубокой задумчивости замолчали.

Скоро к нам присоединилась Алония с кавалером, потом подошли Джулиано и маркиз Ла Шинаро, который все свое внимание уделял Лейсе. Графы Кантареро и Лиантеро болтались по залу, но в конечном итоге последний отделился и направился к нам.

Вот только той, кого прочили ему в невесты, до сих пор не наблюдалось. Я уже начала порядком нервничать, потому что Каролина не только не приехала, но и не отвечала на вызовы переговорного артефакта.

А ведь всего неделю назад ее хотели похитить!

Каро появилась только через двадцать минут, когда уже все собрались. И вошла она не через парадный вход, как все, а вынырнула откуда-то из боковой двери.

– Привет! – шепнула она мне и присела в реверансе: – Господа.

– Мы уже начали волноваться, – укорила ее Лейса.

– Приехала с отцом намного раньше. У него были дела во дворце.

Я подозрительно посмотрела на подругу. У отца-то может и были дела, а сама она где пропадала? Тоже дела государственной важности? Куда уж нам, простым артефакторам.

– С тобой, кстати, папа хотел потом поговорить. Зайдешь к нам на ужин как-нибудь? – кивнула она мне.

– Спасибо за приглашение, зайду, конечно, – я мило улыбнулась, а сама задумалась, что от меня понадобилось маркизу Ла Прентеро.

Вроде бы каких-то сильных косяков за мной замечено не было в последнее время. Хочет поблагодарить за спасение дочери? Да мы с Каро дружим с детства, ее “спасибо” было вполне достаточно, я все равно не могла поступить иначе.

Вышел распорядитель и попросил нас всех подождать, Император задерживался. И, честно говоря, смутное ощущение угрозы от этих слов только усилилось. Мы переглянулись с Лейсой и та нахмурилась. А еще я заметила, как неспокойно себя ведет граф Де Лиантеро, тоже хмурится, озирается, будто везде опасность выискивает.

Может, он тоже менталист? Что я о будущем муже Каролины вообще знаю?

Маркиз Ла Прентеро все-таки продавил свое решение, и Каро начала более тесно общаться с графом, и чем больше они общались, тем больше он ей нравился. Да и я сейчас уже не назвала бы его мерзким. После раскрытия его места работы, его поведение неуловимо изменилось. Уже не было ссор между ним, и Риарди, хотя вот к Ла Шинаро они оба по-прежнему относились не слишком дружелюбно, скорее с холодной отстраненностью.

Мы, всей нашей компанией, стояли в уголке и разговаривали, стараясь не касаться будущего объявления результатов отбора.

Я уже почти не сомневалась, что образовавшиеся пары разбивать не будут. Ну если только магия в них совсем не сочетается. И то, не факт. Ведь последнее, что сейчас нужно Его Величеству – недовольные имперские аристократы. Может, баронов и виконтов это и не касается – кто их вообще спрашивал? Но то, что мнение графов, маркизов и, тем более, герцогов нельзя игнорировать в подобном вопросе – это совершенно точно.

Но вообще эта вся история с отбором до сих пор у меня не укладывается в голове. Как это, взять взрослых людей и поженить, потому что кому-то так захотелось? Да, я уже больше месяца об этом думаю и все это время недоумеваю. Более того у меня ощущение, будто я заставляю кого-то на себе жениться. Это, конечно, бред, но…

Видимо, что-то такое отразилось у меня на лице, потому что Джулиано незаметно взял меня за руку и аккуратно пожал пальцы. Я посмотрела на него, улыбнулась благодарно, на что он успокаивающе прикрыл глаза.

Через несколько минут распорядитель все-таки объявил о появлении Императора.

Не сказать, чтобы это было как-то торжественно. В зале вообще была милая, почти домашняя обстановка, потому что до появления Его Величества, журналистов сюда не пускали. Вероятно, чтобы нас не раздражать. А то еще кто-нибудь что-нибудь скажет сгоряча.

Вообще, в момент объявления пар, мне бы не хотелось, чтобы съемочными и усиливающими голос артефактами мне тыкали в лицо, но кто ж меня спрашивал?

Так что пишущую и снимающую братию запустили буквально за минуту до явления Императора народу. Те даже оборудование установить толком не успели.

Его Величество появился из тех же дверей, откуда в зал вошла Каролина, и выглядело это не особенно пафосно. Просто немолодой уже человек вошел и встал за небольшую трибуну, рядом с ним распорядитель и еще парочка гвардейцев, вот и все.

Оглядел всех нас, и толкнул небольшую (ну, в сравнении с обычными) речь про то, что мы опора трона, что какие бы невзгоды не свалились на наши бедные головы, мы выстоим, и так далее в том же духе. Журналисты слушали с одухотворенными лицами, но вот ни у кого из конкурсантов ничего подобного не наблюдалось.

Сколько человек погибло из-за этого конкурса? Неизвестно, как бы поступили клановые, если бы его не было, вряд ли бы, конечно, отменили свои попытки скинуть Императора. Но отбор их спровоцировал, а заплатили за это дети имперской аристократии.

В общем, я относилась к словам Его Величества с изрядным скепсисом, хотя и старалась этого не показывать. Да все мы, участники, стояли с каменными лицами. И только через пятнадцать минут заунывного пафоса мы наконец-то подобрались к самому интересному, то есть к объявлению результатов отбора.

Император успел объявить только две герцогские пары – Алонию и ее Сальено, а тому герцогу с предгорий попалась очень симпатичная виконтесса. Конечно, ему не по рангу, но, как я и думала, сложившиеся пары разбивать не решились. Герцог практически все свое внимание уделял этой девушке, я много раз их видела прогуливающихся под ручку. Так что все было ожидаемо.

Но только Его Величество перешел к маркизам, как я почувствовала очень быстро нарастающее давление эфира. Все участники, а остались в нашем отборе на выживание только сильные маги, тоже его ощутили и начали сначала озираться, а потом и вовсе прикрываться щитами.

Император замолчал на полуслове, когда его закрыли стихийными щитами гвардейцы. Журналисты только начали реагировать на происходящее, когда здание содрогнулось. С противным, разрывающим душу и барабанные перепонки звоном рухнул защитный купол, и штормовая волна взбаламученного эфира и чистой магии хлынула внутрь.

Волна силы накатилась на нас, кто-то из обычных людей закричал, а Риарди накрыл меня щитом. Мой артефакт справлялся, конечно, но это так, на всякий случай. Я благодарно ему улыбнулась, и он ответил такой же улыбкой, хоть и слегка напряженной.

Неуместно? Немного. Но по факту нам ничего не угрожало, и я оказалась права.

Концентрация эфира нарастала еще несколько секунд, а потом вдруг резко схлынула. А в отдалении послышались звуки боя. Это же дворец, а не какой-то полигон в глуши, тут такое непотребство, как магический шторм, сотворить не получится.

– Не понимаю, на что они вообще рассчитывали, – поморщилась Лейса, потирая виски.

– Может, на отвлечение внимания? – пожала плечами Каролина.

– Ты что-то знаешь? – нахмурилась я.

– Может, сначала им поможем, – подруга явно не горела желанием отвечать, а кивнула в сторону лежащих на полу людей. Все были живы, только кто-то без сознания, а кто-то просто отделается мигренью.

Мужчины же наши как-то незаметно отошли в уголок и там о чем-то шушукались. Спутник Алонии только остался, как человек почти гражданский. Он первый пошел помогать людям, оказалось, что он целитель, а ведь раньше я им совершенно не интересовалась.

Я лезть под руку не стала, только отдала какой-то даме запасной целительский артефакт, она потеряла сознание при атаке, а когда падала разбила голову. Но ничего серьезного, уже пришла в себя.

За всеми этими событиями мы как-то забыли об Императоре, которого очень быстро увели из зала его гвардейцы. А мы остались, не понимая, что нам, собственно, дальше делать.

Немного помаявшись, посмотрев, как оказывают помощь раненым, я пошла к этой загадочно забившейся в угол компании. Встала за спиной у Риарди, постояла, послушала о чем они шушукались. А они обсуждали, идти на помощь гвардейцам или их там не ждут.

В принципе, я бы не хотела, чтобы Джулиано шел в бой. Нет, я не сомневаюсь, что он хороший боец, но на данный момент он артефактор в спецслужбе и преподаватель Академии, путь им и остается. Нечего ему под площадные техники лезть!

– Ты долго так будешь стоять, подслушивать? – спросил он, замолкнув на полуслове и резко обернувшись.

– Мне кажется, что лезть не стоит, там достаточно ратников, гвардейцев и дворцовых магов.

– Смотри-ка, Риарди, твоя уже указывает, что тебе делать, – хохотнул Шинаро.

Наверное, это и правда прозвучало несколько вызывающе, но я была уверена, что моему предполагаемому жениху там делать нечего.

– Результаты еще не объявили, – не согласилась я, пока Джулиано, похоже, искал подходящие слова, чтобы послать коллегу. Он так и замер, смотря на Шинаро с недобрым прищуром. Впрочем, того не особенно впечатлило.

– Мари, – Риарди все-таки отмер и покачал головой, давая понять, что лучше бы я замолчала.

– А я согласен с графиней, – вступил в разговор Де Лиантеро. – Нечего нам там делать. Мы – одна из мишеней, если явимся на помощь, то скорее усложним ситуацию и помешаем, чем поможем.

– Или оттянем врагов на себя, чтобы гвардейцы смогли зайти с флангов.

– И как мы будем координировать с ними действия? – лениво уточнил Риарди. – У них наверняка есть готовый план обороны, а мы влезем и порушим им все заготовки.

– Я не трус и не собираюсь прятаться!

– И как только отец его на работу взял?! – буркнула, подкравшись, Каролина.

Не знаю, слышал ли ее маркиз – он стоял дальше всех, в самом углу, в который его, похоже, специально загнали, не давая убежать на помощь гвардейцам. А вот оба графа точно слышали и сейчас заухмылялись.

– Александр, ну серьезно, – продолжил гнуть свою линию Джулиано, – посмотри на остальных. Здесь почти все оставшиеся женихи – военные люди. В той или иной мере. Никто из них не рвется в бой, потому что понимают глупость этой затеи. Одному тебе вечно надо пролезть вперед.

– Так может в этом и цель? – я в упор посмотрела на маркиза. – Надо выделиться, проявить себя. Не важно, сколько из-за этого людей пострадает или погибнет.

– Мари! – теперь уже Риарди практически рыкнул.

– Прошу прощения, маркиз Ла Шинаро, вырвалось, – ответила я без тени раскаяния.

Ну а что? Кто-то ведь должен был это все высказать, а молчать я как-то не привыкла. Хотя может я и перегнула палку, вон он как на меня недобро смотрит, сейчас дырку прожжет, фигурально выражаясь. А может, и буквально…

– Я к тому, что тут полно журналистов с усиливающими звук артефактами.

– Ой… – это я скорее про себя сказала. Не подумала как-то, что такие вещи на суд широкой общественности точно выносить не стоит. Да и вообще иногда лучше молчать, чем говорить.

– А чего, она все правильно сказала! – хмыкнула Каролина. – Между прочим, бой уже заканчивается, слышите?

Звуки и правда затихали. Не знаю даже, хорошо это или плохо.

– Как-то слишком быстро, – нахмурился все тот же Ла Шинаро, будто прочитав мои мысли. – Лейса, милая, не могла бы ты подойти!

Он помахал рукой нашей менталистке, которая беседовала с одной из пострадавших – журналисткой. Ну, тут уж наша светская львица была как рыба в воде – ее родная стихия скандалов, сплетен и прочих милых сердцу вещей.

Девушка вежливо распрощалась с прессой и направилась в нашу сторону.

– Что такое? – спросила она. От прежней расслабленной улыбки не осталось и следа, она была собрана и деловита.

– Ты можешь просканировать окрестности на предмет враждебных намерений?

– Ого, ты уже научилась? – удивилась Каро.

– А то! – гордо вздернула носик та и повернулась к маркизу: – Хочешь выяснить, кто побеждает?

– Угадала, милая, – несколько снисходительно ответил Шинаро.

Я бы за такой тон приложила чем-нибудь тяжелым по голове, чтобы вообще больше говорить не мог. Но то я, а ее, похоже, это не особенно смущает. По крайней мере, она такое обращение проигнорировала.

Лейса прикрыла глаза на несколько минут. Я чувствовала, что она использует силу, поскольку стояла совсем рядом, но даже теперь совершенно не ощущала ее направленности. Вот в этом и основная опасность менталистов – их даже на довольно близком расстоянии практически невозможно засечь. Любого мага во время работы с силой можно, а их нет.

– Враги отступают, – Лейса открыла глаза и внимательно посмотрела на нас. – Они уже довольно далеко. Но не все.

– Не все? – переспросил ее Шинаро, явно поторапливая.

– Нет. Небольшая группа идет в нашу сторону и скоро она будет здесь.

Небольшая группа на поверку оказалась дюжиной воинов в неизвестной экипировке. Не то чтобы я была большим специалистом, но такой в рядах наших военных я не видела. И удивилась, надо сказать не только я.

Впрочем, мы не были их целью, судя по всему, и если бы наш доблестный маркиз Ла Шинаро их первым не атаковал, еще не факт, что они бы на нас напали.

Просто получилось так, что пока мужчины решали, стоит ли выдвинуться на разведку и пытаться перехватить этих непонятных людей, те сами до нас дошли. А поскольку спорили мы громко, они решили поинтересоваться, видимо, что такого интересного здесь происходит.

Почему я подумала, что они искали не нас?

Да потому, что они запустили какую-то технику, судя по всему, поисковую, постояли несколько секунд и двинулись дальше, в противоположную от нас сторону. Мы их совершенно не заинтересовали. Есть, конечно, подозрение, что они искали Императора… Но такой слабой группой? Возможно, у них была все-таки другая цель.

Но тут не удалось удержать нашего бравого маркиза, который выскочил за дверь и начал кидать дальнобойные техники в спину противнику. Нет, дело не в том, что это нечестно, боги с глупым морализаторством, когда тут такое происходит! Дело в том, что у него самого за спиной осталось несколько десятков гражданских.

Двенадцать бойцов – это, конечно, не великая проблема для участников отбора, но мало ли какие сюрпризы у них могут быть? Попадать под артефакт, создающий эфирный шторм, у меня нет никакого желания.

В общем, завязался бой. И не сказать, чтобы наши женишки его выигрывали. Да, я из-за угла подсматривала. И что, что прилетит? У меня же щитовой артефакт, уж одну-то даже сильную атаку он вполне выдержит!

А дело все было в том, что толкаться в одном узком коридоре дюжине хорошо сработанных специалистов и двум десяткам магов, по разному обученных и служивших в совершенно разных подразделениях – это несопоставимые вещи. То есть о единой тактике защитников наших бесценных тушек можно было забыть – они только мешали друг другу.

Ситуация складывалась неприятная. Деятели эти были, сразу видно, профессионалами очень высокого класса и уже начали поддавливать наших. Если они вытеснят женишков в зал, то нам всем придется куда-то уходить. Там есть, конечно, второй выход, только неизвестно, куда он ведет и что там происходит. Может, на той стороне еще одна хорошо обученная диверсионная группа?

– Ой! – вскрикнула я и отскочила от угла в тот момент, когда небольшой огненный шарик расплескал свой заряд по каменной кладке в двадцати сантиметрах от моего любопытного носа.

– Так, а ты почему здесь? – на мой возглас обернулся Риарди. Он стоял не так уж далеко от меня, во втором эшелоне сражавшихся, назад не смотрел и меня до этого не видел.

Он что-то сказал мужчине, находящемуся слева от него, передал тому контроль над щитовыми конструктами, которыми прикрывалась вся группа, и развернулся ко мне с очень недобрым выражением лица.

Два его больших шага, и я не успеваю убежать, когда он хватает меня под локоток.

– Пойдем-ка, любопытная моя! – прорычал он. – Мари, это уже не игрушки, ты это понимаешь?

– Я это давно понимаю! – буркнула я и попыталась вытащить руку из стальных пальцев. – А кто эти люди?

– Эти? Очень редкие специалисты, – недовольно ответил мужчина. – Я с ними уже встречался как-то. И не сказать, что эта встреча была приятной.

– Это ведь не кланы, так?

– Нет. Думаю, клановых боевиков сейчас гоняют вокруг дворца гвардейцы и маги Императора. Но не думал, что они могли снюхаться с…

– С кем?

– С шимайнийцами, – ответила за Риарди Каро, к которой тот меня подвел.

– Маркиза, присмотрите за своей не в меру любопытной подругой, пожалуйста, пока ей голову не открутили, – попросил мужчина и наконец высвободил из захвата мою конечность. При этом пришлось подавить непроизвольное желание рвануть обратно. Джулиано за мной очень внимательно следил и перехватил бы, я бы даже и шага сделать не успела.

– Всенепременно, – кивнула та.

– Если они сюда прорвутся, уходите. Вы знаете, куда.

– Никуда я не пойду! – возмутилась я.

– Пойдете, и это не обсуждается. Пообещайте мне! – Я покачала головой. – Мари, у меня нет времени на это. Пообещайте!

– Ну хорошо, хорошо, – вздохнула я, – обещаю.

Получив ответ, Риарди тут же развернулся и был таков.

Желание же возмущенно орать, не соглашаться и топать ногами мне пришлось подавить. Не то место, не то время…

– Так что там с шимайнийцами? – я повернулась к Каролине.

А с Шимайном было, конечно, все просто. Они поддержали кланы в их конфликте с Императором. Зачем? А просто бизнес. Если власть захватит клановая аристократия, то из-за различных, часто несовпадающих интересов кланов проще будет решить многие проблемы в частном, так сказать, порядке.

– И что мы будем делать? – спросила я, потирая плечи. Не то чтобы замерзла, но было крайне неуютно и тревожно.

А если его ранят или того хуже? Нет, нельзя об этом думать!

– Может, мы можем чем-то помочь?

– Не стоит им мешать, – покачала головой подруга. – Я уже сообщила отцу. Он обещал прислать помощь.

– И где она?! – практически закричала я, хотя звуки боя перекрывали даже громкие крики.

– Так, а ну-ка успокойся! Они и без нас справятся. Думаешь, ему будет легче, если он будет и за тебя беспокоиться?

Мне пришлось смиренно покивать, хотя душа рвалась туда, к Джулиано, в бой.

Впрочем, все и правда закончилось довольно быстро. Как и обещала Каро, подошла подмога, зажав диверсантов в клещи с другой стороны. Им ничего не оставалось, как сдаться.

Я ринулась искать Риарди и обнаружила его лежащим на полу и залитым кровью. Над ним уже склонился целитель.

– Ты как? – я опустилась рядом на колени.

– Все нормально, – усмехнулся он и скривился от какой-то манипуляции целителя.

– Не нормально, – ответил тот, – но будет через пару дней. Посидите с ним, а мне нужно к другим пострадавшим.

С этими словами он встал и отправился обследовать три неподвижных тела и еще несколько подвижных.

Я же с облегчением вздохнула, а потом вперила в Джулиано рассерженный взгляд. Ну сейчас я донесу до него всю степень своего недовольства! Нужно же сбросить пар после таких переживаний…

Глава 29

Новый бал назначили только через месяц, и это было полноценное мероприятие с тысячей гостей и со всем возможным пафосом.

Сразу после нападения на дворец, действительно было не до всяких конкурсов, тем не менее, где-то через неделю мне пришло официальное письмо из канцелярии Императора, что объявление итоговых пар состоится через месяц в торжественной обстановке летнего бала “Светлой ночи”.

Ждать столько времени оказалось, конечно, мучительно, но Его Величество сейчас разбирался с кланами – карал и миловал. В основном, правда, карал. Но мне, если честно, не было до этого никакого дела. Я была счастлива, что почти все закончилось и мы выжили, а в остальном пусть разбираются компетентные органы.

Ранение Риарди оказалось не очень серьезным, но он потерял много крови и еще какое-то время находился в лекарне, потому что за ним нужен был уход – его мучила сильная слабость. Дома у него пока не было, чтобы там обеспечить комфортное восстановление, а в гостинице это сделать довольно проблематично.

Я была у него если не каждый день, то через день точно. Хотя он в итоге начал рычать, что это я так от занятий в Академии отлыниваю. Ну да, учебу ведь никто не отменял. А конкурс? А что конкурс? К нему имеют отношение только пять студентов, а всех остальных он не касается.

Ситуация с кланами через месяц более-менее утряслась, шли суды, платились компенсации пострадавшим. Некоторые кланы прекратили свое существование, другие выплатили большую виру в казну и родственникам жертв, сделавшую их практически нищими. Империи отошли многие стратегические предприятия, в том числе кое-какие артефактные производства.

А поскольку этим вопросом занималась и наша семья тоже, дед умудрился отжать, а по другому и не скажешь, у Императора один очень интересный заводик. Это будет мне приданое, как он сказал.

В общем-то все закончилось хорошо, осталось только выйти замуж и жить счастливо. Хотя это смешно звучит, учитывая обстоятельства. Еще смешнее будет, если Его Величество все-таки выберет для меня не Риарди… Вот прям обхохочешься!

Да, перед балом я волновалась и готовилась к нему как к походу на войну. Не знаю, что я буду делать, если мне не достанется Джулиано, но ни за кого другого я точно замуж не выйду!

В этот раз опять пришлось подниматься по главной лестнице, только теперь под палящим солнцем, ведь сейчас, в начале лета, температура была уже за тридцать градусов. И если бы это был просто обычный день, я бы, пожалуй, даже наслаждалась такой погодой. Но попробуйте понаслаждайтесь, если вы одеты в многослойное длинное бальное платье по моде позапрошлых веков с тугим корсетом и тоннами разнообразных украшений?

Но даже такие неудобства сейчас отошли на второй план, потому что я только и думала о Риарди. И стоило мне войти в зал, как я его тут же увидела. На этот раз он был в форме Полевой интендантской службы. Блестящий офицер, подтянутый, улыбающийся…

Так, кому это он там улыбается?!

Как я вошла, он заметил почти сразу и двинулся напрямую ко мне, не забывая, правда, раскланиваться с окружающими. И улыбаться каким-то дамам!

– Миледи Де Велрани, – он поклонился, – вы ослепительны!

– Граф Де Риарди, вас не узнать, – улыбнулась я, делая реверанс и подавая руку для поцелуя.

– Ты готова?

– Я сейчас упаду в обморок, чтобы ты мне больше таких вопросов не задавал, – фыркнула я.

– Не надо в обморок, а то мы эти результаты никогда не узнаем, – усмехнулся мужчина.

– Логично. Наши уже здесь? Я вижу Каролину и Лиантеро, – я помахала рукой подруге.

– Да, уже почти все приехали. Надеюсь, хоть на этот раз все пройдет нормально.

Я только тяжело вздохнула. Дед, несмотря на уменьшившуюся в разы опасность, все равно заставил меня нацепить все возможные артефакты. Да и сам без них не пошел. Правда, на бал я явилась одна, а ему пришлось прибыть раньше по вызову Императора. Не знаю, что у них там случилось, но очень надеюсь, что не очередная война или переворот.

Если я сегодня не узнаю результатов – умру!

Мы под ручку с Риарди пошли прогуливаться по залу, здороваясь со знакомыми и разговаривая ни о чем. А когда все собрались, распорядитель объявил о выходе Его Величества.

Я ждала этого с замиранием сердца и вот…

Император вышел и встал рядом со своим троном, обвел взглядом весь зал, ни на ком не останавливаясь, и, наконец, заговорил.

Начал, конечно, не с нас. Как мы могли подумать, что являемся главными виновниками торжества? Конечно, сейчас есть проблемы посерьезнее. Он рассказал про кланы и про свои решения по ним, немного затронул внешнюю политику, но лишь мельком. Все же главной действующей силой в наших событиях были кланы, а не Шимайн, который просто половил рыбку в мутной воде.

Только где-то через двадцать минут он приступил к тому, чего часть из присутствующих ждала с замиранием сердца.

– Миледи и милорды, отбор на этом считаю завершенным. Свадебные мероприятия должны пройти в ближайшие полгода, начиная с этой даты. До конца конкурса, к сожалению, дошли не все, но жизнь продолжается.

Ой как мило! Жизнь, оказывается, продолжается! Наверное, родственники погибших конкурсантов и людей из лекарни тоже так считают. Впрочем, никто не проронил и слова, потому что сразу после этого Император начал перечислять пары.

Первыми, конечно, шли маркизы. Каролина и так стоящая с графом Лиантеро чуть не в обнимку, напряглась и еще ближе к нему придвинулась. Но первыми объявили пару: Александра Ла Шинаро и Лейсы Ла Дерени. Не сказать, что они прямо от этого были счастливы, но вполне довольны. Мне кажется, они оба искали выгодного брака и нашли его.

Каро и Рудольфа Де Лиантеро объявили следующими, поскольку она – маркиза, но он-то граф.

Подруга, мне кажется, немного оторопела. Все-таки и мне до конца не верится в реальность происходящего. Но он аккуратно поцеловал ее ладошку, и было в этом столько нежности, что Каролина моментально оттаяла и счастливо улыбнулась ему в ответ.

Но вот список дошел и до нас:

– Граф Де Риарди и… – Император сделал небольшую паузу, откашлялся, а я чуть в обморок не грохнулась уже не в шутку, а по настоящему. Ну чего тянуть-то?! – И графиня Де Велрани. Поздравляю!

Сказал Его Величество, и перешел к следующей паре. А мы…

Мы с Джулиано посмотрели друг на друга, кажется, несколько удивленно, и не знали что сказать.

– Ты рада?

– А ты?

– Мне хочется тебя обнять, – тихо сказал он, немного наклонившись, – и поцеловать. Но здесь это не очень уместно.

– А мне хочется кинуться к тебе на шею, но да, нас не поймут люди, – расстроенно сказала я.

– Тогда отложим до завтра. У меня есть для тебя сюрприз.

– Какой?

– Завтра увидишь. Это же сюрприз, – усмехнулся он и переплел свои пальцы с моими.

Это все, что мы могли сейчас себе позволить.

А потом, когда Император закончил с официальной частью, были танцы, и мы на совершенно законных основаниях станцевали вместе три из них – такое дозволяется только супругам и помолвленным.

– Странно, – вздохнула я.

– Что?

– Помнишь, как начинался отбор? Мы танцевали вместе первый танец. А теперь танцуем последний.

– Это судьба, – хмыкнул Джулиано.

Мы встретились на следующий день после бала, в обед. Он заехал за мной, и теперь нам не надо было сдерживаться, поэтому вместо принятых в свете церемоний я просто его обняла.

– Ого, а ты рада меня видеть! – хмыкнул он и поцеловал.

– Ты не меньше, – усмехнулась я. – Ну что, какие планы? Ты вроде бы обещал сюрприз?

– Обещал. Сначала пообедаем, потом сюрприз или наоборот?

– Спрашиваешь?!

– Я и не сомневался, – покачал головой он. – Но в таком случае мы можем остаться голодными.

– Потерплю как-нибудь! Ну поехали скорее, – я аж от нетерпения ногой притопнула.

Ненавижу сюрпризы! И нет, не потому, что это какая-то неожиданность, чаще неприятная, а потому, что очень сложно его дождаться, если знаешь заранее. Нет, ну не дело это, так над несчастной мной издеваться, я уже вчера чуть не извелась вся!

Мы сели в мобиль Джулиано и поехали на другой конец города. Рядом с Академией находился небольшой очень зеленый район зажиточных граждан. Тут жили очень богатые люди, но разного происхождения, были и дворяне разной степени знатности, и нет. Ну не всем же аристократам в дворянском квартале жить, там на всех желающих места не хватит!

– Что мы тут делаем? – спросила я, выходя из мобиля и оглядываясь. Передо мной предстала тихая улочка, затененная сенью высоких деревьев, вместо оград цвели живые изгороди из кустовых роз. – Милое местечко!

– Прошу, сюда, – Риарди, жестом фокусника, указал мне на затерянную в розовых кустах дорогу, ведущую к дому.

Само по себе строение было довольно большим, но явно требующим хорошего ремонта. Бледно-розовая краска на фасаде облупилась, кое-где покосились водостоки, да и вообще дом создавал впечатление, будто в нем уже много лет никто не живет. Но это было совершенно не главным.

– Ты его купил? – спросила я, направляясь к массивной двери.

– Нравится? – несколько нервно спросил мужчина. – Он, конечно, требует ремонта, но ждать его конца, чтобы тебе все показать в готовом виде, я просто не мог.

– Он великолепен! – я зачарованно смотрела на небольшую башенку, возвышающуюся сбоку от основной крыши. Самое примечательное в ней было то, что на втором этаже она была полностью застеклена по периметру, кроме той части, что примыкала непосредственно к дому. – А вон там будет мой кабинет. И возражения не принимаются!

– Ладно, ладно, возражать не буду, – усмехнулся он. – Так что, войдем?

– А там внутри…

– Нет, не опасно. Кое-где надо перестелить полы, чтобы не скрипели, все покрасить, заменить рамы, но в принципе дом пригоден для жизни прямо сейчас.

– Только здесь неплохо было бы убраться, – чихнув, проговорила я и помахала рукой перед носом. – Пыли тут!

– Успеется.

– А кому он принадлежал? Ты же вроде бы говорил, что в столице у твоей семьи жилья не осталось.

– Мне повезло, – хмыкнул Риарди. – Когда я уже отчаялся найти приемлемый вариант в районе, в котором было бы не стыдно жить имперским дворянам, коллега рассказал, что его тетушка продает дом. Здоровье ее подводит и одной содержать такой особняк стало в тягость, поэтому она переехала в теплые края, поближе к морю и своим детям, которые живут на побережье.

– Действительно, отличный вариант! Но такое ощущение, что в доме не живут давно.

– Так и есть. Переехала она уже пару лет как, но особняк не могла продать.

– Странно. Вроде бы отличное место, да и дом не сказать что в плохом состоянии.

Внутри он и правда выглядел гораздо лучше, чем снаружи. Да, ремонтировать придется, но по-мелочи.

– Мари, это для нас с тобой стоимость этого дома не так уж велика, а для дворянина средней руки это деньги неподъемные. Богатых же людей не настолько много, чтобы они каждый день искали жилье в столице. К тому же владелица не хотела продавать непонятно кому, все-таки она тут всю жизнь прожила, четверых детей вырастила. И мы вырастим…

Джулиано подошел ко мне сзади, обнял за талию, прижал к себе.

– Так что, вырастим?

– То есть ты купил этот дом для нас? – решила уточнить я.

– А для кого же еще? – удивился он. – Мари, мне самому вполне хватило бы коттеджа для преподавателей, который мне бы выделили от Академии. Но я не смог бы привести туда жену.

– Там многие магистры живут с семьями.

– И что, у них у всех жены – имперские аристократки? – Риарди усмехнулся. – Я с самого начала подбирал дом из расчета на семью. Конкурс ведь рано или поздно должен был закончиться и жениться бы мне пришлось.

– Э, подожди-ка! Что значит, пришлось? То есть, жениться на мне ты не хочешь?

Джулиано отпустил меня из кольца своих рук, потому что я начала вырываться. Я отошла на шаг, а он внимательно меня осмотрел с ног до головы.

– На тебе – хочу, но я же начал подбирать дом еще до того, как у нас завязались отношения.

– Значит хочешь? – я шагнула обратно, задрала подбородок, чтобы видеть его лицо.

– Хочу, – кивнул он подтверждающие.

– Тогда делай предложение по всем правилам. А то конкурс-конкурсом, решение Императора – решением, но моей руки ты так и не попросил.

– Собственно, я тебя сюда для этого и привез. Обещанный сюрприз, – рассмеялся Джулиано и поцеловал меня в нос.

– Я думала, дом – сюрприз… – пробормотала я. Отчего-то стало неловко.

Мужчина отступил на шаг, встал на одно колено прямо на грязный пол.

– Мариана Де Велрани, – начал он, – выйдешь ли ты за меня замуж? Я люблю тебя и обещаю беречь и потакать твоим желаниям и капризам всю жизнь. Ты хоть и самый непоседливый артефактор из мне известных, но я хочу видеть тебя своей женой.

Я на мгновение застыла, переваривая происходящее. Не думала, если честно, что он сделает предложение прямо здесь и сейчас по всем правилам.

– Так каков твой ответ? – он протянул мне обручальный браслет.

– Ну раз потака-а-ать… и беречь, – я напоказ задумалась. – Уговорили, Джулиано Де Риарди, я согласна!

В этот же момент на моем запястье застегнулся артефактный браслет, а мужчина вскочил и резко подхватил меня на руки. Я даже взвизгнула.

А после он меня целовал. Долго, с чувством. Мы оба потеряли счет времени.

Наша с Джулиано свадьба состоялась через три месяца. Мы решили не тянуть, потому что к концу отведенного Императором полугодия у всех будет аврал и ажиотаж, к тому же бракосочетание зимой – не лучший вариант, а всего лета вполне хватит, чтобы подготовиться. Так что мы поженились в начале осени, пока было еще тепло.

Конечно, у нас было грандиозное бракосочетание в снятом специально для этого загородном поместье. Все же приглашена почти тысяча человек, а для такого количества людей нужна большая территория. Да и я хотела, чтобы все основные мероприятия проходили на природе.

Мне всегда мечталось о легкой свадебной церемонии, веселых гостях, душевной, дружеской атмосфере. На дух никогда не переносила бракосочетания – превращенные в официальные мероприятия. Пообщаться по делам с другими аристократами можно и на Императорском приеме, а на моей свадьбе не надо.

Это мой день и будет, как я хочу!

Все прошло просто замечательно. В храм меня вел мой папа, приехавший специально, чтобы выдать меня замуж. Не мог же он это пропустить?! Мама утирала слезы платочком, стоя в первом ряду, младший братик, как обычно, вертелся – ни секунды покоя, старший подбадривающе улыбался.

А я смотрела только на Джулиано, который тоже не отрывал от меня восхищенного взгляда.

– Я люблю тебя, – после всех положенных клятв сказал он.

– Я люблю тебя, – в унисон откликнулась я, и мы скрепили наши обеты поцелуем.

Content

Данберг Дана Жених для непоседы

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29