Эдуард Багрицкий

Дума про Опанаса

Э. БАГРИЦКИЙ

Рисунки В. Ладягина

Э. Г. БАГРИЦКИЙ

Эдуард Георгиевич Багрицкий, известный советский поэт, родился в 1895 году. Печататься начал незадолго до революции, в Одессе. В годы гражданской войны служил в Красной Армии, был на фронте.

Первую книгу стихов, «Юго-Запад», Э. Багрицкий выпустил в 1928 году. С тех пор его стихи неоднократно выходили в различных изданиях, завоевывая популярность в самых широких кругах читателей. Багрицкий написал не так уж много, но все им написанное отмечено высоким совершенством поэтической формы, романтической взволнованностью и глубиной чувства.

Самое крупное произведение Э. Багрицкого — «Дума про Опанаса» — рисует картины гражданской войны на Украине. В центре «Думы» — столкновение комиссара Когана с Опанасом, молодым крестьянином, случайно приставшим к махновцам. Мужественная смерть Когана производит переворот в душе Опанаса, она покоряет его своей вдохновенной, непоборимой правдой жизни.

Кроме стихов для взрослых, Багрицкий писал и для детей. Известны его детские книги «Соболиный след», «Звезда Мордвина», а великолепную поэму «Смерть пионерки» знают хорошо и взрослые и юные читатели.

Эдуард Багрицкий умер в 1934 году в Москве.

Посiяли гайдамаки

В Украiнi жито,

Та не вони його жали.

Що мусим робити?

Т. Шевченко, «Гайдамаки».

1

По откосам виноградник

Хлопочет листвою,

Где бежит Панько из Балты

Дорогой степною.

Репухи кусают ногу,

Свищет житом пажить[1],

Звездный Воз[2] ему дорогу

Оглоблями кажет.

Звездный Воз дорогу кажет

В поднебесье чистом —

На дебелые хозяйства

К немцам-колонистам.

Опанасе, не дай маху,

Оглядись толково, —

Видишь черную папаху

У сторожевого?

Знать, от совести нечистой

Ты бежал из Балты,

Топал к Штолю-колонисту,

А к Махне попал ты!

У Махна по самы плечи

Волосня густая.

— Ты откуда, человече,

Из какого края?

В нашу армию попал ты

Волей иль неволей?

— Я, батько, бежал из Балты

К колонисту Штолю.

Ой, грызет меня досада,

Крепкая обида!

Я бежал из продотряда

От Когана-жида…

По оврагам и по скатам

Коган волком рыщет,

Залезает носом в хаты,

Которые чище!

Глянет влево, глянет вправо,

Засопит сердито:

«Выгребайте из канавы

Спрятанное жито!»

Ну, а кто подымет бучу —

Не шуми, братишка:

Усом в мусорную кучу,

Расстрелять — и крышка!..

Чернозем потек болотом

От крови и пота, —

Не хочу махать винтовкой,

Хочу на работу!

Ой, батько, скажи на милость

Пришедшему с поля,

Где хозяйство поместилось

Колониста Штоля?

— Штоль? Который, человече?

Рыжий да щербатый?

Он застрелен недалече,

За углом от хаты…

А тебе дорога вышла

Бедовать со мною.

Повернешь обратно дышло —

Пулей рот закрою!

Дайте шубу Опанасу

Сукна городского!

Поднесите Опанасу

Вина молодого!

Сапоги подколотите

Кованым железом!

Дайте шапку, наградите

Бомбой и обрезом!

Мы пойдем с тобой далече —

От края до края!.. —

У Махна по самы плечи

Волосня густая…

Опанасе, наша доля

Машет саблей ныне —

Зашумело Гуляй-Поле

По всей Украине.

Украина! Мать родная!

Жито молодое!

Опанасу доля вышла

Бедовать с Махною.

Украина! Мать родная!

Молодое жито!

Шли мы раньше в запорожцы,

А теперь — в бандиты!

2

Зашумело Гуляй-Поле

От страшного пляса, —

Ходит гоголем по воле

Скакун Опанаса.

Опанас глядит картиной

В папахе косматой,

Шуба с мертвого раввина

Под Гомелем снята.

Шуба — платье меховое —

Распахнута — жарко!

Френч английского покроя

Добыт за Вапняркой.

На руке с нагайкой крепкой

Жеребячье мыло;

Револьвер висит на цепке

От паникадила.

Опанасе, наша доля

Туманом повита —

Хлеборобом хочешь в поле,

А идешь — бандитом!

Полетишь дорогой чистой,

Залетишь в ворота;

Бить жидов и коммунистов —

Легкая работа!

А Махно спешит в тумане

По шляхам[3] просторным,

В монастырском шарабане,

Под знаменем черным.

Стоном стонет Гуляй-Поле

От страшного пляса, —

Ходит гоголем по воле

Скакун Опанаса…

3

Хлеба собрано немного —

Не скрипеть подводам.

В хате ужинает Коган

Житняком и медом.

В хате ужинает Коган,

Молоко хлебает,

Большевицким разговором

Мужиков смущает:

— Я прошу ответить честно,

Прямо, без уклона:

Сколько в волости окрестной

Варят самогона?

Что посевы? Как налоги?

Падают ли овцы? —

В это время по дороге

Топают махновцы…

По дороге пляшут кони,

В землю бьют копыта.

Опанас из-под ладони

Озирает жито.

Полночь сизая, степная

Встала пред бойцами,

Издалека темь ночная

Тлеет каганцами[4].

Брешут псы сторожевые,

Запевают певни[5].

Холодком передовые

Въехали в деревню.

За церковною оградой

Лязгнуло железо:

— Не разыщешь продотряда:

В доску перерезан! —

Хуторские псы, пляшите

На гремучей стали:

Словно перепела в жите,

Когана поймали.

Повели его дорогой

Сизою, степною, —

Встретился Иосиф Коган

С Нестором Махною!

Поглядел Махно сурово,

Покачал башкою,

Не сказал Махно ни слова,

А махнул рукою!

Ой, дожил Иосиф Коган

До смертного часа,

Коль сошлась его дорога

С путем Опанаса!..

Опанас отставил ногу,

Стоит и гордится:

— Здравствуйте, товарищ Коган,

Пожалуйте бриться!

4

Тополей седая стая,

Воздух тополиный…

Украина, мать родная,

Песня-Украина!..

На твоем степном раздолье

Сиромаха[6] скачет,

Свищет перекати-поле

Да ворона крячет…

Всходит солнце боевое

Над степной дорогой,

На дороге нынче двое —

Опанас и Коган.

Над пылающим порогом

Зной дымит и тает;

Комиссар, товарищ Коган,

Барахло скидает…

Растеклось на белом теле

Солнце молодое:

— На, Панько. Когда застрелишь,

Возьмешь остальное.

Пары брюк не пожалею,

Пригодятся дома, —

Все же бывший продармеец,

Хороший знакомый!.. —

Всходит солнце боевое,

Кукурузу сушит.

В кукурузе ветер воет

Опанасу в уши:

«3а волами шел когда-то,

Воевал солдатом…

Ты ли в сахарное утро

В степь выходишь катом?»[7]

И, раскинутая в плясе,

Голосит округа:

«Опанасе! Опанасе!

Катюга! Катюга!»

Верещит бездомный копец

Под облаком белым:

«С безоружным биться, хлопец,

Последнее дело!»

И равнина волком воет,

От Днестра до Буга,

Зверем, камнем и травою:

«Катюга, катюга!..»

Не гляди же, солнце злое,

Опанасу в очи:

Он грустит, как с перепоя,

Убивать не хочет…

То ль от зноя, то ль от стона

Подошла усталость,

Повернулся:

— Три патрона

В обойме осталось… —

Кровь — постылая обуза

Мужицкому сыну…

— Утекай же в кукурузу —

Я выстрелю в спину!

Не свалю тебя ударом,

Разгуливай с богом!.. —

Поправляет окуляры,

Улыбаясь, Коган:

— Опанас, работай чисто,

Мушкой не моргая.

Неудобно коммунисту

Бегать, как борзая!

Прямо кинешься — в тумане

Омуты речные,

Вправо — немцы-хуторяне,

Влево — часовые!

Лучше я погибну в поле

От пули бесчестной!..

Тишина в степном раздолье,

Только выстрел треснул,

Только Коган дрогнул слабо.

Только ахнул Коган.

Начал сваливаться набок.

Падать понемногу…

От железного удара

Над бровями сгусток,

Поглядишь за окуляры —

Холодно и пусто.

С Черноморья по дорогам

Пыль несется плясом,

Носом в пыль зарылся Коган

Перед Опанасом…

5

Где широкая дорога,

Вольный плес днепровский.

Кличет у Попова лога

Командир Котовский.

Он долину озирает

Командирским взглядом,

Жеребец под ним сверкает

Белым рафинадом.

Жеребец подымет ногу,

Опустит другую,

Будто пробует дорогу,

Дорогу степную.

А по каменному склону

Из Попова лога

Вылетают эскадроны

Прямо на дорогу…

От приварка рожи гладки,

Поступь удалая,

Амуниция в порядке,

Как при Николае.

Головами крутят кони,

Хвост по ветру стелют:

За Махной идет погоня

Аккурат неделю.

Не шумит над берегами

Молодое жито —

За чумацкими возами

Прячутся бандиты.

Там за жбаном самогона

В палатке дерюжной

С атаманом забубенным

Толкует бунчужный:

— Надобно с большевиками

Нам принять сраженье.

Покрутись перед полками,

Дай распоряженье!.. —

Как батько с размаху двинул

По столу рукою,

Как батько с размаху грянул

По земле ногою:

— Ну-ка, выдай перед боем

Пожирнее пищу!

Ну-ка, выбей перед боем

Ты из бочек днища!

Чтобы руки к пулеметам

Сами прикипели,

Чтобы хлопцы из-под шапок

Коршуньем глядели!

Чтобы порох задымился

Над водой днестровской,

Чтобы с горя удавился

Командир Котовский!..

Прыщут стрелами зарницы,

Мгла ползет в ухабы.

Брешут рыжие лисицы

На чумацкий табор.

За широким ревом бычьим —

Смутно изголовье;

Див сулит полночным кличем

Гибель Приднепровью.

А за темными возами,

За чумацкой сонью,

За ковыльными чубами,

За крылом вороньим,

Омываясь горькой тенью,

Встало над землею

Солнце нового сраженья —

Солнце боевое…

6

Ну, и взялися ладони

За сабли кривые,

На дыбы взлетают кони,

Как вихри степные.

Кони стелются в разбеге

С дорогою вровень —

На чумацкие телеги,

На морды воловьи.

Ходит ветер над возами,

Широкий, бойцовский.

Казакует пред бойцами

Григорий Котовский…

Над конем играет шашка

Проливною силой,

Сбита красная фуражка

На бритый затылок.

В лад подрагивают плечи

От конского пляса…

Вырывается навстречу

Гривун Опанаса.

— Налетай, конек мой дикий,

Копытами двигай,

Саблей, пулей или пикой

Добудем комбрига!.. —

Налетели и столкнулись,

Сдвинулись конями,

Сабли враз перехлестнулись

Кривыми ручьями…

У комбрига боевая

Душа занялася,

Он с налета разрубает

Саблю Опанаса.

Рубанув, откинул шашку,

Грозится глазами:

— Покажи свою замашку

Теперь кулаками! —

У комбрига мах ядреный,

Тяжелей свинчатки.

Развернулся — и с разгону

Хлобысть по сопатке!..

Опанасе, что с тобою?

Поник головою…

Повернулся, покачнулся,

В траву сковырнулся…

Глаз над левою скулою

Затек синевою…

Молча падает на спину,

Ладони раскинул…

Опанасе, наша доля

Развеяна в поле!..

7

Балта — городок приличный,

Городок — что надо:

Нет нигде румяней вишни,

Слаще винограда.

В брынзе, в кавунах, в укропе

Звонок день базарный;

Голубей гоняет хлопец

С каланчи пожарной…

Опанасе, не гадал ты

В ковыле раздольном,

Что поедешь через Балту

Трактом малохольным;

Что тебе вдогонку бабы

Затоскуют взглядом,

Что пихнет тебя у штаба

Часовой прикладом…

Ой, чумацкие просторы —

Горькая потеря!..

Коридоры в коридоры,

В коридорах — двери.

И по коридорной пыли,

По глухому дому

Опанаса проводили

На допрос к штабному.

А штабной имел к допросу

Старую привычку —

Предлагает папиросу,

Зажигает спичку:

— Гражданин, прошу по чести

Говорить со мною.

Долго ль вы шатались вместе

С Нестором Махною?

Отвечайте без обмана,

Не испуга ради:

Сколько сабель и тачанок

У него в отряде?

Отвечайте, но не сразу,

А подумав малость:

Сколько в основную базу

Фуража вмещалось?

Вам знакома ли округа,

Где он банду водит?

— Что я знал: коня, подпругу,

Саблю да поводья…

Как дрожала даль степная,

Не сказать словами:

Украина — мать родная —

Билась под конями!

Как мы шли в колесном громе.

Так что небу жарко,

Помнят Гайсин и Житомир,

Балта и Вапнярка!..

Наворачивала удаль

В дым, в жестянку, в бога!..

…Одного не позабуду:

Как скончался Коган…

Разлюбезною дорогой

Не пройдутся ноги,

Если вытянулся Коган

Поперек дороги…

Ну, штабной, мотай башкою,

Придвигай чернила:

Этой самою рукою

Когана убило!..

Погибай же, Гуляй-Поле,

Молодое жито!..

Опанасе, наша доля

Туманом повита!..

8

Опанас, шагай смелее,

Гляди веселее!

Ой, не гикнешь, ой не топнешь,

В ладоши не хлопнешь!

Пальцы дружные ослабли,

Не вытащат сабли.

Наступил последний вечер,

Покрыть тебе нечем!

Опанас, твоя дорога —

Не дальше порога.

Что ты видишь? Что ты слышишь?

Что знаешь? Чем дышишь?

Ночь горячая, сухая,

Да темень сарая.

Тлеет лампочка под крышей, —

Эй, голову выше!..

А навстречу над порогом —

Загубленный Коган.

Аккуратная прическа

И щеки из воска…

Улыбается сурово: «Приятель, здорово!

Где нам суждено судьбою

Столкнуться с тобою!»

Опанас, твоя дорога —

Не дальше порога…

Эпилог

Протекли над Украиной

Боевые годы.

Отшумели, отгудели

Молодые воды…

Я не знаю, где зарыты

Опанаса кости:

Может, под кустом ракиты,

Может, на погосте…

Плещет крыжень[8] сизокрылый

Над водой днестровской,

Ходит слава над могилой,

Где лежит Котовский…

За бандитскими степями

Не гремят копыта:

Над горючими костями

Зацветает жито.

Над костями голубеет

Непроглядный омут;

Да идет красноармеец

На побывку к дому…

Остановится и глянет

Синими глазами

На бездомный круглый камень,

Вымытый дождями.

И нагнется и подымет

Одинокий камень:

На ладони — белый череп

С дыркой над глазами.

И промолвит он, почуяв

Мертвую прохладу:

— Ты глядел в глаза винтовке,

Ты погиб, как надо! —

И пойдет через равнину,

Через омут зноя,

В молодую Украину,

В жито молодое…

Так пускай и я погибну

У Попова лога —

Той же славною кончиной,

Как Иосиф Коган!..

Примечания

1

Пажить (укр) — поле.

2

Звездный Воз (укр.) — созвездие Большой Медведицы.

3

Шлях (укр) — дорога.

4

Каганец (укр.) — светильник, ночник.

5

Певень (укр.) — петух.

6

Сиромаха — волк.

7

Кат, катюга (укр.) — палач, истязатель.

8

Крыжень (укр.) — дикий селезень.

Content

Эдуард Багрицкий
Дума про Опанаса

Э. Г. БАГРИЦКИЙ

1

2

3

4

5

6

7

8

Эпилог

Примечания