БИБЛИОТЕКА КРОКОДИЛА

ФРОНТ СМЕЕТСЯ

*

Издательство ЦК ВКП(б) «Правда», 1945

ОТ РЕДАКЦИИ

Весёлая шутка — верным спутник русского солдата В перерыве между атакой и во время самой атаки хлёсткий анекдот, острое словцо вызывают дружный смех бойцов, придаю, им бодрость, облегчают их тяжёлый ратный путь.

Отделы юмора и сатиры во фронтовых и армейских газетах— «Фрицемор», «Смехомёт», «Беглый огонь», «Прямой наводкой» и т. д. — любимые и популярные на передовых позициях.

В этих отделах наряду с профессиональными работниками сатиры, активно сотрудничают рядовые бойцы и командиры, которые впервые взялись за перо только в военное время.

В настоящий сборник включены материалы фронтовых и армейских газет и журналов: «Красноармейская правда». «Фронтовик», «Знамя победы», «Вперёд на врага», «Сталинское знамя», «Советский патриот», «На страже родины», «Фронтовой юмор», «Сквозняк» и др.

В сборнике «Фронт смеётся», понятно, далеко не исчерпано всё богатство красноармейского творчества в об части сатиры и юмора. Но и те анекдоты, фельетоны, басни и карикатуры, что представлены и этом небольшом сборнике, свидетельствуют о том, что смех принят на вооружение в Красной Армии. Вместе с гранатой, штыком и пулей смех разит фашистов.

Сборник иллюстрирован карикатурами художников фронтовиков В. Васильева, Е. Евгана, Е. Когана, Б. Лео и др.

СУЩЕСТВЕННАЯ ПОПРАВКА

Дело идёт не только к развязке,

но для Гитлера и к завязке!

Оружием смеха

ПЕСЕНКА О «КАТЮШЕ»

Пишет мать родному сыну

Из колхозного села:

«Расскажи-ка, милый Ваня,

Как идут твои дела.

Расскажи мне, как воюешь,

Сколько немцев перебил

И какую там Катюшу

Ты на фронте полюбил.

Я тебе, сынок, желаю

Вместе с Катей бить врагов,

От души благословляю

Вашу дружбу и любовь.

Будет время, стихнет буря,

Прогремит последний бой —

Ты с победою вернёшься,

С милой девушкой домой…»

«Слушай, мать, родного сына!

Не тая, скажу тебе:

Сроду я такого друга

Не встречал ещё нигде.

Признаюсь, что «Катерина»

Мне мила и дорога,

От любви и дружбы нашей

Нет покоя для врага.

Мы сроднились с нею крепко,

Повенчались под огнём…

И клянусь тебе, родная,

Будет время, стихнет буря,

Прогремит последний бой —

Я вернусь, но вот «Катюшу»

Не смогу забрать с собой».

В. Шишляков, красноармеец

ПРО БАБКУ ВАСИЛИСУ,

НЕМЦА И ПАРЕНЫЙ ЛАПОТЬ

(Быль)

Никто не встречал нас лучше, чем бабка Василиса из деревни Петушки.

Как увидела она, что немцы пятки смазывают, поймала свою последнюю, от немцев убережённую курицу и зарезала её: давай, дескать, встречу родных своих бойцов. Положила она курицу в горшок варить. И ждёт наших

Только ошиблась бабка малость Думала, что немцы совсем удрали, до последнего. А их шесть гадов осталось, чтобы деревню жечь.

Решили сволочи ещё раз обшарить дома.

Вот один вшивый фриц вбегает к бабке Василисе. Носом повёл — и сразу курятину почуял.

Стал немец по избе шарить, на печь поглядывать. А наша бабка Василиса улучила минуту, когда немец отвернулся, да из горшка курицу и вытащила, а вместо неё сунула туда старый лапоть.

Пошарил немец по углам — ничего не нашёл. А курятина ему всё в нос бьёт. Он тогда и говорит:

— А ну выходи, матка… Сейчас твоя изба фу!..

Бабка Василиса крикнула: «Батюшки!» — и выбежала из избы. Выбежала, а сама кулаком грозит:

— Я тебе, проклятый, сейчас покажу, как наши избы жечь!

Только что фриц из печки горшок достал, а бабка под окном как завопит во всю мочь:

— Казаки едут!

Фриц испугался, хотел было утекать, да сказалась натура немецкая, жадная. Грязную лапу ткнул он в горшок, схватил лапоть и, второпях не разглядев, сунул за пазуху.

Бросился к двери. А дверь заперта.

А мы тут как тут, на лыжах поспели. Не дали гадам деревню сжечь. Пять поджигателей уничтожили. А шестого, как был в бабкиной избе запертый, так мы его там живьём в плен и взяли. Сначала непонятно нам было: почему у фрица лапоть за пазухой, да ещё пареный.

Тут нам бабка Василиса полное пояснение дала и нас угостила настоящей варёной курицей.

А. Кушпиров

КЛЯТВА ГЕББЕЛЬСА

Геббельс клялся. «У Оки

Не пройдут большевики,

Красной Армии невмочь

Наши дзоты превозмочь».

Но гвардейские полки

Так тряхнули у Оки..

Что отбросили фашистов

Пустобрёху вопреки.

Геббельс вновь кричал: «Ура!

Мы отходим до Днепра».

Он в речах обосновал

На Днепре «восточный вал».

Но гвардейцы на Днепре

Дали жару немчуре,

Искромсав блудливых фрицев

На котлеты и пюре.

Геббельс клялся: «У Десны

Мы могучи, мы сильны.

Мы готовы ко всему,

Нас не выбить никому».

Но свинцовую пургу

Закатили мы врагу.

Немец драпал, скинув брюки,

На десновском берегу.

Геббельс Дитмара позвал,

Геббельс Дитмару сказал:

«Думай, Дитмар, где б опять

Оборону нам занять».

Мы ж опять, взведя курки,

Скажем гадам: «Пруссаки,

Занимайте оборону

Где-нибудь на дне реки!»

С. Эйдлин, гвардии ефрейтор

«ВРУЧИТЬ ЛУЧШЕМУ БОЙЦУ»

Боец Н-ской части Григорий Кореванов получил посылку. На ней было написано: «Действующая армия. Вручить лучшему бойцу».

В ящике красноармеец увидел записку: «Дорогой боец! Хотя я тебя и не знаю, но я с любовью посылаю тебе этот гостинец. Ешь на здоровье!»

Прочитав записку, подпись и обратный адрес, боец деловито послюнявил, карандаш, вынул открытку и написал:

«Дорогая Наталья! Хотя ты меня и не знаешь, зато я тебя хорошо знаю, и гостинец я твой съел с удовольствием. Как поживает наш сынок? Твой муж Григорий».

ТОЧНЫЙ ОТВЕТ

— Вы говорите по-немецки?

— Нет, я говорю только правду.

РУКА ПАЛАЧА

Работорговец и убийца,

Палач, грабитель и злодей.

Ещё фашистский кровопийца

Сгоняет в лагери людей…

Ещё топор, судеб властитель,

Взнесен над чьей-то головой,

Но каждый европейский житель

Как искра в склад пороховой!

Не превратить его в холопа.

Бурлит, кипит, горит Европа, —

В священном пламени войны

Дни псов немецких сочтены!

А. Флят

ОВЧАРКА

Немецкая рота попала в окружение: ни туда, ни сюда!.. А связи со своими частями никакой. Была одна рация — и ту снарядом разбило. Беснуется обер-лейтенант Отто Шульц: туго русские «мешок» завязали…

Вдруг обер-лейтенант увидел овчарку. «Да это ж 2 овчарка командира нашего полка!» — подумал Шульц. Овчарка без хозяина мечется во все стороны. Думал, думал Шульц и придумал выход из положения: он приказал поймать овчарку. Поймали, привели её к обер-лейтенанту. Написал Шульц записку: «Командиру четвёртого мотоциклетного полка. Выручайте? Зажат со всех сторон? Боеприпасы на исходе! Слабое место у русских — пункт Б. Оберлейтенант Отто Шульц».

Написал, поставил число, прикрепил записку к ошейнику овчарки, приказал выпроводить её. Спустя немного времени у самого блиндажа разорвался снаряд. Из него белые листочки посыпались. Принесло оберу один листок. Прочёл его Шульц и позеленел весь. На листке было написано: «Спасибо за сообщение. Сейчас приду. А насчёт пункта Б. соврал ты, сын собачий! Смотри, впредь чужих собак не трогай? Она хоть и немецкая овчарка, но вам служить не хочет. Старший лейтенант Гущин».

Через час обер-лейтенант Отто Шульц стоял, побелевший, перед старшим лейтенантом Леонидом Гущиным, у ног которого, высунув длинный малиновый языки часто дыша, сидела овчарка.

С. Семёнов

ЗЕНИТНАЯ ШУТОЧНАЯ

(На мотив песни «Вечерний звон»)

Мотора шум,

Зенитки звон!..

Как много дум

Наводит он.

Бомбил не раз

Немецкий асс,

Бомбил сейчас

В последний раз…

Летящий асс

Увидел нас

И сразу — р-раз! —

По нас фугас.

А в этот час

Один из нас

Снарядом — р-раз! —

И — с неба асс…

Весенний шум.

Вечерний звон,

Как много дум

Наводит он..

Ал. Недогонов

ДЕЛО БЫЛО В МАРТЕ

__ Что ни говорите, а на войне всякая специальность нужна, любого профиля человек себе место найдёт, свою профессию с пользой применит.

Вот, к примеру, сказать, есть у нас в роте сержант Шуничев. Прелюбопытпейший случай был с ним.

Как-то вызывает нас, то есть меня и Щуничева, капитан и говорит: так, мол, и так, надо взять «языка».

Снарядились мы и двинулись.

Ночь выдалась тихая, без ветра, мороз слабый.

В белорусское село, где расположился немецкий штаб, пришли мы вовремя.

Двух часовых сняли без шума. И стали думать: как бы хоть одного фрица из хаты вызвать?

Щуничев придвинулся ко мне и шепчет:' «Становись за крыльцом, я вызову».

«Ну, — думаю, — что-нибудь уж наш Сергей сообразил».

Спрятался я за крылечком, жду.

Проходит минут десяток. И вдруг, как назло, на крыше хаты что-то завозилось и раздался кошачий вой. Дело, надо вам сказать, происходило в марте. Ну и вот, сошлись два весенних кота и давай фордыбачить. Возятся, орут, шипят друг на друга. Один, видно, побольше, у него и голос такой суровый, с хрипотой, а другой — помоложе, потому и голос, не скажу приятнее, но понежнее.

«Эх, — думаю, — пропало всё наше предприятие! Погубят чортовы коты нашу затею. Пугнуть бы их, да нельзя: поднимется шум, фрицы сбегутся».

Только подумал, а коты ещё громче заорали.

Слышу, дверь отворяется. Вышел один из фрицев на крылечко, голову задрал и на котов орёт. Те было перестали, а потом топ-топ-топ по крыше, перебежали за угол и ну вопить пуще прежнего.

— У, доннер веттер! Ферфлюхте каце! — заругался фриц на крыльце, а ему из дома что-то закричали.

Гляжу: спускается фриц со ступенек и идет за угол. Двинулся я за фрицем, и через пять минут, упакованный и с запечатанным ртом, он быстро перемещался к нашим позициям.

Откуда-то и Щуничев появился.

Доставили мы нашу добычу и узнали, что фриц этот из штабных. Когда пришли в землянку, я Щуничеву и говорю:

— Повезло нам с котами, Серёжа. Кабы не разорались они, не так легко было бы фрица из дома вытащить.

Смеётся Сергей.

— Чего ты? — спрашиваю.

— Да это я орал.

— Как так ты?! Там их двое, котов, было.

— А я на разные голоса.

— Где же ты такому выучился?

— А я, — говорит, — до войны в цирке имитатором работал. Животным разным подражал.

Да, скажу я вам, на войне любая специальность пригодится.

А, Рейсер, старший лейтенант

ФОН СУК И ЕГО ДЕТИ

Фон Сук и все его сыны:

Курт,

Ганс,

Карлушка,

Фриц

И Вилли,—

Объевшись как-то белены,

В Россию двинуться решили.

Бандиту Курту возле Мги

Прикладом вправили мозги.

Ганс был излечен на Двине

В «водолечебнице» — на дне.

Карлушка — под Опочкою

Свинцовою примочкою.

Под Нарвою нарвался Фриц

На наш «четырёхгранный шприц».

Вовнутрь железа дали Вилли,

И он под Тарту лёг в могиле.

А сам фон Сук, пруссак проклятый,

Прошёл леченье надому:

Припарку сделали гранатой

В Восточной Пруссии ему!

Боец Иван Муха

ЛИСИЙ ОТВЕТ

(Басенка)

На воровские, подлые дела лиса всегда была смела. А встреться курица ей, утка иль гусыня — и вовсе чувствует себя, как героиня. На деле же она злодеи, бандит и вор.

* * *

Залезла раз лиса на птичий двор. Конечно, ночью: это же вернее! И уж наметила курёнка пожирнее. По тут, услышав шум, с ружьём колхозник прибежал Наум и хоть до смерти стерву не угробил, но угостил её зарядом крепким дроби.

Лисица, взвизгнув, бросилась в кусты — и лататы! Бежит… В крови спина, и нос, и хвост, и холка… Вдруг видит на дороге волка.

— Ишь, как ты драпаешь! — волк уязвил куму.

— Совсем не драпаю, — лиса в ответ ему, — а просто-напросто проветриться желаю и лёгкую прогулку совершаю!..

* * *

Мораль у басенки ясна!

Вот так же и фашистская шпана с разбитым носом в страхе утекает. Но, хоть и ног не чует под собой, «мы не бежим, — развязно заявляет, — а только… фронт выравниваем свой!»

Но мы с одним лишь можем согласиться: нахально врут и Геббельс и лисица.

В. Владимиров

РЫБНАЯ ЛОВЛЯ

Чего на фронте ни бывает!

Всё тихо будто бы. Но вот

Солдат порою попадает

В такой занятный переплёт,

Что и не снилось, не гадалось,

Не представлялось, не мечталось…

Ну, разве знал Иван Гвоздев,

Что будет есть уху сегодня?

Он был готов к чему угодно,

Но к рыбной ловле — не готов.

Он был в разведке. Всё — как надо.

Лежал в снегу, промок, продрог.

Под посвист пули, вой снаряда,

Шёл целиною, без дорог,

Где камышами, где кустами,

Где болотистыми местами.

Где прямиком, а где в обход,

Где по мосткам, где просто вброд.

Шагает с верным автоматом,

Идёт — ремень через плечо.

Вдруг слышит, ухнула граната,

За ней — ещё, потом — ещё.

«Что за чертовина такая?

И непохоже, чтобы бой…

Давай пойду да разузнаю», —

Так рассуждал он сам с собой.

Идёт кустами славный малый.

Здесь до своих рукой подать.

Тиха погодка. Снег подталый,

Весною пахнет. Благодать!

И веткам шум зелёный снится,

И где-то тенькает синица,

И вьёт, война ли не война,

Гнездо весеннее она…

Дошёл Гвоздёв до самой речки,

Ещё на речке крепок лёд.

Он выбрал в зарослях местечко,

Оттуда выглянул. И вот

Пред ним четыре дюжих фрица,

Корзина мокрая, а в ней

На солнце чешуёй искрится

Десяток добрых карасей.

Гвоздёв, прикинувши, смекнувши,

Гранату русскую берёт:

— Так, значит, фрицы, рыбу глушим.

Уху почуяв наперёд?

Должно, охота с голодухи

Почуять рыбку в тощем брюхе?

Врешь! Не для фрица на Руси

По речкам ходят караси.

Хлебни-ка сам водицы русской,

Валяй-ка — рыбке на закуску!

И как метнёт и как пальнёт!

И в самый раз, никак не мимо,

Четыре ворога — под лёд.

А вот корзина невредима.

И в полк явился наш герой,

Измокший весь, отнюдь не франтом.

Зато с закуской мировой,

Зато с богатым провиантом!

Уха на славу удалась!

Второе — жареный карась,

Шипел, как блин на сковородке,

С хрустящей корочкой такой.

И свежий хлеб и стопка водки.

Для обстановки боевой

Вполне был подходящий вечер.

Ну, тут и песня и рассказ

Про бой, про сабельные сечи.

Про неожиданные встречи.

Теперь у каждого из нас,

Кто испытал стальную вьюгу

И кто изведал, что почём,

Порассказать подчас друг другу

Уж как-никак, а есть о чем.

Бор. Палинчук

С ПОЛНЫМ ЗНАНИЕМ ДЕЛА

Все бойцы как будто по-одинаковому убивают немецких оккупантов. С одинаковой яростью. А выслушаешь их — и убедишься, что существует разница: каждый бьёт врага по-своему, согласно старой своей, довоенной профессии. Например.

Бывший кузнец, гнувший до войны подковы, теперь грохнет в траншейном бою прикладом по голове фрица и проговорит: «Есть! Ещё одного загнул!»

Бывший парикмахер обязательно жене своей напишет: «Дорогая моя! Вчера мы опять в разводке здорово намылили шею фашистам и так их обрили, что обошлось даже без горячего компресса».

Бывший фотограф, незаметно подползая к вражескому часовому, непременно шепнёт товарищам: «Спокойно, снимаю'»

Бывший портной, сбивая очередью из ручного пулемёта «мессершмитт», конечно, воскликнет: «Плотная строчка! Разъехался по всем швам!»

Бывший рыбак, прострелив голову немецкому солдату, усмехнётся: «Клюнул, гад!»

Бывший работник московского метро, выследив и сняв меткой пулей немецкую «кукушку», скажет ио старой привычке: «Готов!»

Бывший учитель, командир орудия, скомандует: «Шрапнелью ещё разок! Повторение — мать учения».

Бывший доктор, а ныне военврач, встретив возвращающихся с добычей разведчиков, не удержится, чтоб не поздравить их: «Операция прошла удачно. «Язык» у вас сегодня превосходный».

Бывший бухгалтер, бросив гранату в немецкую землянку, с удовлетворением отметит: «Разнёс по всем статьям! Баланс подведён полностью!»

И так далее… В общем бьют, как говорится, с полным знанием своего дела!

М. Яблунин, красноармеец

Перед капутом

Неизлечимые болезни, все шире распространяющиеся среди немецких вояк.

ЗАСТОЛЬНАЯ СНАЙПЕРСКАЯ

Мы жили богато,

Нужды мы не знали,

А немцы-п0длюги,

Как воры, напали.

Так бейте подлюгу,

Да без передышки,

Чтоб не было немцам

Ни дна, ни покрышки!

Как снайпер Жалейко?

Их пулею взгрейте,

Коль сотый на мушке.

Так сотого бейте.

А если, по счастью,

Окажется двести,

Почёт вам и слава

И орден по чести.

Так будьте здоровы.

Воюйте на славу

За родину нашу,

Поля и дубравы.

За милую жёнку,

За отчую хату

Воздайте по счёту

Подлюгам заклятым.

Чтоб снайперской пулей

Трёхсотый давился,

Землёю могильной

Последний накрылся!

Иван Точка

КАК Я ЧУДО СОТВОРИЛ

(Истинное происшествие в немецкой траншее)

Наднях ворвались мы в немецкую траншею. Иду я, значит, вдоль этой траншеи и вижу; немец в испуге мечется.

Рост у меня, к вашему сведению, ниже среднего. Что же касается немца, то был он настоящая дубина. Я и подумал:

«Чтобы одному взять живьём такого дылду, нужно попугать его маленько».

Согласно этому намеченному плану, даю автоматную очередь немцу над головой. И что же бы вы думали? Немец бухнулся на землю, дрыгнул ногами и срочно умер. Настоящая блицсмерть.

Засмеялся я и говорю товарищам:

— Я его убил, я и воскресить должен. Нам, согласно боевой задаче, «язык» нужен, а не покойник.

II применил я тут хотя и простой, но строго научный способ. Сначала я поднял эрзацпокойнику голову. А затем, придав этой голове нужный боевой порядок, влепил немцу подзатыльник.

Воскрешение произошло немедленно. Немец охнул, чихнул и вскочил на ноги. В таком виде и доставила мы его в штаб.

А. Крупов, младший сержант

ТРИ ЗАГАДОЧНЫХ ПИСЬМА

Скоро год я на войне,

Нет известий о жене.

Вдруг — письмо! Как весел я!

Как мне не хвалиться!

Сын родился у меня —

Счастью нет границы!

Но пришло

письмо

второе,

И лишился

я покоя.

«Жду

ребёнка…»

Ой-ой-ой!

Это что ж, второго?!

Но откуда же второй?

Не пойму ни слова!

А от третьего письма

Застелила разум тьма.

«Только что пришла с вокзала…»

Ты кою же провожала?

«Жизнь без милого тошна…»

Этот

«милый»

Кто же?

Значит,

«Всё разно,

Война»,

Ты решила тоже?

Всё же, полон мрачных мыслей,

Письма взял и сверил числа.

Эх, мне все понятно!!!

Почта письма получала.

Почта письма задержала,

Почта письма присылала

В порядке обратном:

Все июльские — сначала,

А январские — потом,

Прошлогодние прислала

Лишь сегодня вечерком.

Не меня ли

в ноябре

Жёнка провожала?

Что писала в январе?

Сына ожидала.

Сын — в июле! Я сполна

Понял, братцы, вот что:

Виновата не жена,

Виновата почта!

Б Котляров

О ТОМ, КАК КНЯЗЬ СКОВЫРНУЛСЯ В ГРЯЗЬ

(Песенка-быль)

Князь Мещерский выправил в эмиграции у нотариуса документы на право владения своими бывшими поместьями в Ново-Дугинском и Сычевском районах. Он поехал с немецкой армией, чтобы снова завладеть имением, но не доехал: пуля партизана скосила его по дороге.

Дело было в восемнадцатом году,

Побежали из России господа.

Господин один попал тогда в беду.

Удирая, говорил он всем тогда:.

— Не толкайтесь,

Дайте сесть,

Не пихайтесь,

Знайте честь!

Я ж не просто так явление,

Я не мразь,

У меня ведь есть имение,

Я ведь князь.

У меня есть имя-отчество,

Титул есть.

Но теперь ведь и высочество

Хочет есть!

Много лет прошло в парижском кабаке

Князь тарелки мыл,

Прислуживал, варил.

Был всегда его

желудок

налегке,

Иногда князь возмущённо говорил:

— Не толкайтесь

Невзначай.

Не стесняйтесь

Дать на чай.

Я ж не просто так явление,

Я не мразь,

У меня ведь есть имение,

Я ведь князь.

У меня есть имя-отчество,

Титул есть,

Но теперь ведь и высочество

Хочет есть.

А когда война с Россией началась,

Он в Париже адвокатов осаждал:

Дескать, я теперь опять как будто князь,

Столько лет, мол, не напрасно ожидал.

Подтвердите

Сей момент,

Подпишите

Документ.

Я ж не просто так явление,

Я не мразь,

У меня ведь есть имение,

Я ведь князь.

У меня есть имя-отчество.

Титул есть,

Но теперь ведь и высочество

Хочет есть.

Он у немцев был в обозе холуем,

Был мальчишкой, был прислугой, денщиком,

Но мечтал on о величии своём.

О поместье, о деревне за леском.

Размечтавшись,

Водку пил,

А надравшись,

Говорил:

— Я ж не просто так явление,

Я не мразь,

У меня ведь есть имение,

Я ведь князь.

У меня есть имя-отчество,

Титул есть,

Но теперь ведь и высочество

Хочет есть.

На Смоленщину приехал бывший князь.

Скоро вот они, родимые места,

Только вдруг он сковырнулся мордой в грязь

У сухого придорожного куста.

Очень странно;

Был — и нет.

Партизаны

Шлют привет!

Оказалось, что явление —

Просто мразь.

Не видать тебе имения,

Дохлый князь!

Позабудут имя-отчество

Навсегда,

Не вернется к нам высочества

Никогда!

М. Слободской

В немецких окопах

НОЖИК

— Иди, иди, не упирайся! Я тебя проучу, мерзавца! — и Ганс из 1-го взвода втолкнул Ганса из 2-го взвода в комнату.

— Наконец-то, герр обер-лейтенант, в нашей роте вор пойман, — доложил Ганс из 1-го взвода. — Он стащил у меня перочинный ножик.

— Дайте сюда ножик, — приказал обер-лейтенант.

Ганс из 2-го взвода повиновался.

Обер-лейтенант фон Капес взял ножик и начал читать нравоучение:

— Нехорошо, Ганс. Очень нехорошо. У кого вы воруете? Я понимаю, у русского спереть что-нибудь, а то у своего. Ведь он этот ножик купил! Не так ли, Ганс?

— Так точно, герр обер-лейтенант.

— …и уплатил, видимо, дорого. Сколько вы уплатили, Ганс?

— Не помню, герр обер-лейтенант.

— Тогда, может быть, помнит тот, у кого вы купили?

— О, да, он, вероятно, помнит… Я его купил у Ганса из третьего взвода.

— Позовите Ганса из третьего взвода.

Пришёл Ганс.

— Ну, вот видите, — продолжал фон Капсс, — Ганс поступил честно. Он уплатил товарищу деньги. Сколько он вам уплатил, Ганс, за этот ножик?

Ганс заморгал глазами:

— Уплатил?! Я ему сейчас дам оплеуху. Второй лень, герр обер-лейтенант, ищу свой ножик. Был в правом кармане брюк — и вдруг нет его. Украли…

— М-да, а где вы взяли этот ножик?

— Я помогал ротному писарю Гансу нести чемодан, он мне подарил.

— Вот видите, Ганс, он помог принести чемодан.

В это время зашёл писарь.

— Писарь, — продолжал обер-лейтенант, — поступил как товарищ и дал ему ножик.

— Ножик, какой ножик? — удивился писарь. — Ах, это же мой ножик! И монограмма с русской надписью. Десять дней ищу его. Из чемодана украли.

— Писарь Ганс! Как попал к вам этот ножик? — вопросил фон Капес.

— Мне его подарил Ганс из обоза.

Позвали Ганса из обоза:

— Кому вы подарили этот ножик?

— В жизни своей никому ничего никогда не дарил и не имею такой глупой привычки, — ответил Ганс.

— Он тогда был пьян, герр обер-лейтенант, и поэтому не помнит, — сказал писарь,

— Я был пьян? Зло берёт, герр обер-лейтенант, — ответит писарь Ганс. — Сами видите, он врет. Ведь после того, как кто-то украл спиртной паёк нашей роты, мы забыли запах водки. Украл, негодяи! Я понимаю теперь, куда девался мой лисий воротник, который я приобрёл в России…

— А этот ножик ты где приобрёл? Не подарили ли тебе? — ехидно спросил обер-лейтенант,

— Так точно… Ганс…

— Хватит, «Ганс, Ганс!» Вон отсюда! Нож остаётся у меня! — заревел обер-лейтенант Ганс фон Капес и сунул ножик в карман.

Л. Прокша

— Теперь понятно, почему газета господина Геббельса стоит дешевле других газет: она ведь соврёт — недорого возьмёт.

ДЮЖИНА ПРИЧИН

Гитлер связался по прямому проводу со штабом центральной армейской группы:

— Почему сдали Львов?

— «Тигры» не удержали!!!

— А почему сданы Белосток, Перемышль, Брест?! А?!

— На это у нас дюжина причин, наш фюрер!

— Это какая же дюжина?

— Во-первых, нас разбили, а остальные одиннадцать причин нам выяснить не удалось!

В ФАШИСТСКОМ ГОСПИТАЛЕ

Врач (новоприбывшему раненому): — Скажи, Фриц: что слышно на фронте о нашей победе?

Фриц: — От грохота русской артиллерии и разрывов снарядов, господин доктор, ничего не слышно!

ПОЧЕМУ УГРЮМЫ

У БАНДИТА ДУМЫ

Перед лужицей прозрачной

На дожде

Размышляет немец мрачный

О воде.

О ручьях, прудах и вскоре

О делах на Чёрном море.

Битый вор битья боится,

А ворьё повсюду бьют…

И от страшных: дум у фрица

Дыбом волосы встают.

Видит фриц осколки, банки,

Черепки…

Вспоминает свои танки

И полки…

Кто в ловушке, кто в «котле»,

Кто лежит в сырой земле.

Сколько было, сколько сгнило!

Страшно думать пруссаку…

И уныло фриц-громила

Трёт вспотевшую башку.

Смотрит немец то и дело

На поля,

Видит немец, что созрела

Конопля.

Свить уже верёвку можно!

Немец охает тревожно.

Холодеет фриц проклятый,

Кинув взгляд на коноплю.

И рукою волосатой

Шею щупает свою.

Всюду «клещи», «кольца», «клинья»

Да «мешки».

Неспроста полны унынья

Пруссаки.

В «эластичной» обороне,

В бронированном вагоне

У бандитов-немцев ныне

Думы только о конце:

О свинце да об осине —

Знаменитом деревце!

Вл. Иванов

САМЫЕ НАДЕЖНЫЕ

Обер-лейтенант: — Герр полковник, что это значит? Я просил надёжное пополнение, а получил… роту хромых и слепых.

Полковник: — Так это же и есть самые надёжные: они назад не побегут.

ЧЬЯ ПОБЕДА?

Солдат (догоняя машину): — Господин полковник! Большевистский офицер уничтожил наши пулемёты из нашей же пушки.

Полковник (обращаясь к адъютанту): — Срочно сообщите о победе нашего оружия.

В НЕМЕЦКОМ ШТАБЕ

К командиру эсэсовского полка врывается обер-лейтенант:

— Ох, господин полковник! Ну русским же от нас и досталось сегодня!..

— Здорово досталось?

— Здорово! Десять наших танков, три самоходных орудия, сто пятьдесят пулемётов и семьсот пленных… Живей бегите, а то как бы и вы им не достались, господин полковник!..

Уговаривать полковника не пришлось.

ТОЧНОЕ ЗВАНИЕ

— Клейст, Гудериан, Репхенау, Лист! Ведь это всё сливки германского командования.

— Да. Битые сливки!

ПОСЛЕДНИЕ КАПЛИ, ИЛИ…

…переливание из пустого в порожнее.

ПРОСТАЯ АРИФМЕТИКА

Офицер: — Сколько осталось от моей роты?

Солдат: — Вы, господин офицер.

Офицер: — А вы?

Солдат: — Я от другой роты остался.

ОБНАДЕЖИЛ

Солдат обращается к офицеру:

— Скажите, господин обер-лейтенант: долго ли мы ещё будем удерживать этот пункт?

— По приказанию фюрера — до последнего солдата!

— А… Тогда, значит, ждать недолго!

НА СВОЮ ГОЛОВУ

— Разрешите доложить, господин обер-лейтенант: разведка проведена успешно. Моему танку удалось обнаружить противотанковое ружьё русских.

— Очень хорошо! Но почему вы пришли пешком?

— Потому что это противотанковое ружьё обнаружило мой танк.

ЕДИНОМЫСЛИЕ

— О чём ты теперь думаешь, Гейнц?

— О том же, о чём и ты, Вилли.

— Ох, какие у тебя мрачные мысли!

МУДРЕН И ФЮРЕР

Фюрер: — Скажи, мудрец: как объяснить то, что русские разбили немцев на Чудском озере?

Мудрец: — Случай, господин фюрер.

Фюрер: — Ну, а то, что русские били немцев в 1918 году?

Мудрец: — Несчастный случай, мой фюрер.

Фюрер: — Но почему и сейчас русские бьют нас?

Мудрец: — Привычка, господин фюрер.

НАИВНЫЙ ВОПРОС

Солдат: — Господин офицер, разрешите узнать: когда кончится война?

Офицер: — А вот я тебе сейчас покажу! (Даст ему пощёчину.)

Солдат: — Осмелюсь доложить, господин офицер, вы меня не поняли. Я спросил не о том, как кончится война, а о том, когда она кончится.

ОЧЕНЬ ПОXВАЛЬНО

— Посмотри, Ганс, как эта старая польская крестьянка усердно молится богу. За кого ты молишься?

— За немецких солдат.

— Похвально! А какую же ты молитву читаешь?

— За упокой.

В РОЗОВЫХ КРАСКАХ

— Ну, каковы наши успехи, герр генерал?

— Великолепны! По моим данным, мы победно отступаем, а русские беспорядочно бегут за нами.

«РЫЦАРЬ» ШМОТКЕ

Поддержать арийский дух

Нерадивых фрицев

Раз пытался фон дер Тух

Разной небылицей.

Перед вшивой немчурой

Надрывал он глотку:

«В нашей роте есть герой —

Бравый Эрих Шмотке.

Никогда не отступал,

Никогда не плакал,

Неустанно «хайчь» орал

Он перед атакой.

Если русский напирал,

Если голодуха,—

Никогда он не терял

Боевого духа.

Рыцарь Шмочке! Где ты есть?

Выходи из строя!

Приколю железный крест

Я на грудь героя!»

Хайль! Застыла немчура,

Внимая с удивлением:

«Сдался Шмотке в плен вчера

Вместе с отделением».

И. Шереметьев, старшина

НЕВЕСТА БЫЛА В БЕЛОМ ПЛАТЬЕ…

…жених с сталинградским кольцом.

ОБМАН ЗРЕНИЯ

(Из монолога немецкого полковника)

— Стар я стал. Зрение слабеет. Шёл я в атаку с целым полком. Возвращаюсь — и не вижу ни одного солдата.

ПОД РИГОЙ

— Ты что болтаешься тут, Фриц?

— Отстал от части, господин обер-лейтенант.

— А где твоя часть?

— На кладбище.

ПОСЛЕДНЕЕ ЖЕЛАНИЕ

Расстреливали Ганса, который оставил свою позицию и побежал. Обер-лейтенант Капут спросил его:

— Что ты, Ганс, желаешь перед смертью? Говори!

— Хочу, чтобы меня похоронили рядом с моим фюрером.

— Болван! Ведь он живой ещё!

— Ничего, я обожду.

СОЛДАТСКИЙ РАЗГОВОР

— У нас, Ганс, на всю роту три пары рукавиц получено.

— Ну, и как: хватило?

— Вполне. Одна пара даже лишней оказалась.

НАИЛУЧШЕЕ РЕШЕНИЕ

«Куда мне лететь? — раздумывал немецкий лётчик, стоя около своего самолёта. — На восток или на запад?»

В это время на немецкий аэродром налетели советские самолёты и сбросили бомбы. Голова немецкого летчика вместе с фюзеляжем полетела на восток, а ноги и крылья самолёта — на запад.

ПОЙМАЛ С ПОЛИЧНЫМ

— Пауль Цуккер! Вы распускаете ложные слухи о том, что наш полк несёт большие потери…

— Это мне говорили ребята из второго батальона, господин обер-лейтенант.

— Вы второй раз врёте! Как вы могли это услышать от солдат второго батальона, если вчера он полностью уничтожен русскими?

СУЩЕСТВЕННАЯ ПОПРАВКА

Потеряв связь со своими частями, немецкий генерал выехал срочно в один из полков. По дороге он видит удирающих во главе со своим офицером солдат.

— Обер-лейтенант, что это такое?! — грозно кричит генерал. — Вас бьют, а вы ничего не предпринимаете?!

— Как не предпринимаем? Мы же бежим!

РЕЗОННОЕ ЗАМЕЧАНИЕ

— Фюрер не простит генералу Паулюсу его сдачу в плен.

— Ты считаешь, что для генерал-фельдмаршала очень важно, какого мнения о нем ефрейюр?!

КТО ВИДЕЛ?

— Господин фельдфебель, я опросил всю роту, но никто из солдат не видел русских разведчиков.

— Значит, их тут нет?

— К сожалению, есть!

— Что же: они невидимы?

— Видимы. Но тот, который их видел, рассказать не может.

— У него язык отнялся?

— Нет, но он сам «языком» стал.

ИМЕННО ПОТОМУ

— Скажите, генерал фон Шиккер: почему так мрачен фюрер последнее время?

— Именно потому, что это — его последнее время.

ПРЕДУСМОТРИТЕЛЬНЫЙ ФЕЛЬДФЕБЕЛЬ

— Перед атакой раздайте солдатам водку, фельдфебель.

— Разрешите, господин обер-лейтенант, выдавать водку не перед атакой, а после боя.

— Почему?

— Много экономии будет. В прошлый раз я получил девяносто порций, а после боя пришлось раздать только девять.

П. Елизаров, сержант

ВСЕ ХОРОШО!

Немецкий генерал. — Каковы дела на нашем участке?

Немецкий офицер: — Стараемся не покладая рук, господин генерал: сегодня ещё двести пятьдесят могил для наших убитых вырыли…

БОЕВОЙ ЭПИЗОД

— Вчера Ганс и Фриц на этой сосне оборудовали наблюдательный пункт.

— С какой целью?

— Чтобы советских снайперов обнаружить.

— Ну, и обнаружили их?

— Обнаружили: Фриц похоронен под этой сосной, а Ганс — около тропинки.

— Нет, я о снайперах… Их-то обнаружили?

— Не знаю. Ни Фриц, ни Ганс не могли сказать об этом ни слова.

В ТЫЛУ, КАК НА ФРОНТЕ

— Знаешь, Ганс, моя жена очень похожа на «европейский вал».

— ?

— Три гола она пишет, что верна мне и совершенно неприступна для других мужчин, а сегодня я узнал, что она только что родила.

ЗА КОМПАНИЮ

— Чистый ариец не должен дрожать.

— И я не дрожу. Эго земля дрожит, а я с нею вместе — за компанию.

НОВЫЙ ЧИН

— Обязательно передайте мой привет капитану Карлу Кирку.

— Осмелюсь доложить, господин полковник, Кирк — уже не капитан.

— А кто он теперь? Уж не генерал ли?

— Нет. Покойник.

ФРИЦ РАССУЖДАЕТ…

— Никак не могу постигнуть тонкостей русского языка. Одним словом у них обозначается несколько предметов. Когда красноармейцы захватили в плен ефрейтора Мюллера. — это называется захват. Когда нас окружили под Петровкой, — это был обхват, а потом, когда одна колхозница стукнула меня по голове палкой, — это был ухват.

Разговоры шепотом

ХОРОШО ОСЛАМ В БЕРЛИНЕ

(Басня)

Известно всем, что жить скотине

Невесело в Берлине.

Однажды пёс, осёл и бык

Подняли в жарком споре крик.

Бык промычал: «М-м-мои друзья!

В Берлине жить быку нельзя;

Шерсть рыжая, глаза и рост

Сулят быку позорный пост.

Подсказывает мне нутро,

Что стану я начальством вроде

В конторе брачного бюро, —

Сейчас в Берлине это в моде!»

Пёс заскулил: «А я не стану

В Берлине больше жить и дня:

В любом столичном ресторане

В котлету превратят меня!»

И лишь один, грубя победу,

Сказал заносчиво осёл:

«Иметь я буду жирный стол

И приглашаю всех к обеду».

За образ мыслей преопасный

Казнили пса и с ним — быка

Ну, а осёл? Живёт прекрасно!

У Геббельса он правая рука…

А. Петацкий. красноармеец

ГИБЕЛЬ КОЛБАСНИКОВ

(Правдивая повесть в трех вывесках и четырёх объявлениях)

1

Колбасы и сосиски

Торговый дом

Генрих Шульц и сыновья.

2

Убитый горем г. Шульц извещает о гибели под Смоленском своего старшего сына РУДОЛЬФА.

3

ЭрзацКОЛБАСЫ и эрзацСОСИСКИ

Торговый дом

Генрих Шульц и сын.

4

УБИТЫЙ горем г. Шульц извещает о гибели под Воронежем своего младшего сына ОТТО.

5

ЭРЗАЦсосиски

Торговый дом

Генрих Шульц.

6

Магазин закрыт по случаю тотальной мобилизации и отправки г-на Генриха Шульца на фронт.

7

УБИТАЯ горем Марта Шульц извещает

о гибели под Орлом своего мужа Генриха.

ПОЕЗД УХОДИТ НА ВОСТОК

(Роман в одной части, без продолжения)

Поезд тронулся и увёз Ганса Кнопке на Восточный фронт. Фрау Кнопке последний раз нежно махнула платочком и пошла в магазин за траурной лентой.

СМЕРТЕЛЬНАЯ БОЛЕЗНЬ

— Фрау Фрицке, чем вызвана смерть вашего мужа?

— Пополнением.

— ??

— Он оказался в пополнении, отправленном на Восточный фронт.

ОТКРОВЕННЫЙ РАЗГОВОР

Геббельс: — Как работают танковые и пушечные заводы?

Промышленник: — С полной нагрузкой.

Геббельс: — А продукция хорошего качества?

Промышленник: — Если судить по военным сводкам, русские берут её охотно.

БЕЗВЫХОДНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

— За что ты, Ганс, попал в тюрьму?

— За то, что я неправильно ответил на вопрос «Что ожидает Германию по окончании войны с Россией?» А ты за что попал в тюрьму?

— За то, что правильно ответил на этот вопрос.

ЗНАЕТ СВОЕ ДЕЛО

— Вы уверены в немецкой победе?

— Уверен. Я делаю всё для неё. Я работаю 23 часа 45 минут в сутки.

— А что вы делаете в оставшиеся 15 минут?

— Занимаюсь личными делами: перевожу свои капиталы в Аргентину.

ЖЕЛЕЗНАЯ ЛОГИКА

Поздно вечером автомобиль, в котором проезжал Геббельс, был задержан заставой.

— Я Геббельс, — пояснил пассажир.

— Вас придётся задержать, — сказал начальник караула. — Если вы не Геббельс, я должен отвести вас в комендатуру, а если вы Геббельс, вы должны обязательно соврать. А раз вы соврали, я должен арестовать вас.

— Посмотрите, майн герр, как сегодня улыбается солнце.

— Улыбается, чтоб никто не заподозрил его в унынии.

В БЕРЛИНСКОМ ТРАМВАЕ

— О-ох! — раздался среди обшей тоскливой тишины чей-то одинокий тяжкий вздох.

— О-ох! — вздохнули остальные пассажиры.

— Я прошу вас, господа, не говорить о политике! — строю сказал кондуктор.

ПРИМЕЧАНИЕ К ОДНОМУ ПРИКАЗУ

Гитлер отменил существовавшее в немецкой армии обычнее военное приветствие и придавал в обязательное порядке приветствовать друг друга восклицаниями «Хайль Гитлер!» и поднятием правой руки.

Приказ, подписанный

в Берлине,

Новинка моды, так сказать.

Предупреждает, что отныне

Нельзя друг другу козырять.

Сам фюрер предписал

военным

(Он подтянуть решил

рейхсвер):

«При встречах каждый

неизменно

Кричит «хайль» мне —

и руку вверх!

Замеченный в отдаче

чести —

Будь генерал иль рядовой —

аресту подлежит на месте

И отвечает головой».

* * *

Вот весь приказ.

Мы можем сразу

Одно сказать наверняка,

Что смысл подобного приказа

Нам так рисуется пока;

Во-первых, немцев

постепенно

Приказ заставит

привыкать

К тому, что надо им мгновенно

При встрече руки

поднимать.

А при какой, простите,

встрече,

Об этом нет в приказе

речи.

А во-вторых, вполне резонно,

Что честь им отдавать

не след

Не потому, что незаконно,

А потому, что чести нет.

М. Слободской

ПРАВИЛЬНОЕ ЖЕЛАНИЕ

— Что ты такой грустный, Эдди? Ведь Гитлер и его правительство заботятся о нас, как отец с матерью…

— Может, это и так, Фриц, но я предпочёл бы остаться круглым сиротой!

БРЕХЛИВАЯ ДУША

Геббельс умирает, душа его прилетает к преддверию рая. Апостол Пётр поочереди допрашивает прибывших.

— Сколько раз в жизни ты соврал? — спрашивает он у первой души.

— Один раз, — отвечает душа.

— В наказание пройди до чистилища и обратно.

— А ты? — спрашивает апостол у следующего.

— Три раза.

— Тебе придётся совершить это же путешествие трижды.

Когда очередь доходит до Геббельса, тот, не дожидаясь вопроса, сам обращается к апостолу:

— Дорогой Пётр, разреши мне на минуточку спуститься на землю и захватить свой мотоцикл.

ПРИМЕРНЫЙ ШКОЛЬНИК

Учитель (обращаясь к ученику): — Скажи, Фриц: каким образом тебе удалось запомнить так много названий советских городов?

Фриц: — Очень просто, господин учитель. В Пскове погиб мой старший брат. Под Смоленском пропал без вести другой брат. В Полтаве русские убили моего двоюродного брата Эмиля. Около Днепропетровска попал в плен мой дядя Карл. Под Орлом партизаны тяжело ранили моего дедушку, которого назначили нести караульную службу. А в Ростове на Дону разорвало гранатой моего отца.

ПОЛЕЗНЫЕ БОЛЕЗНИ

В приёмную доктора Ганса Вольфа, прихрамывая, вошёл немецкий солдат и стал жаловаться на больную ногу:

— Господин доктор, я еле хожу. Не могу вылезть из окопа без посторонней помощи.

Спровадив больного, доктор написал:

«Отто Шмюцке, солдат. Установлен вывих нижних суставов. Болезнь препятствует солдату Отто Шмюцке бежать от русских. Побольше бы таких стойких солдат!»

— Следующий! — крикнул доктор

Следующим оказался ефрейтор Фриц Трипке. Фриц Трипке сделал отчаянную гримасу и дико завопил:

— Мои руки! Мои несчастные руки!..

— Ваши руки, — спокойно произнёс доктор — Я вижу, что не ноги, но что дальше?

— Мои руки воспалены! — плача, продолжал Фриц Трипке. — Господин доктор, я не могу спать целую ночь, так они ноют. Я засыпаю только под утро.

Доктор Ганс Вольф выпроводил Фрица Трипке не менее быстро, чем предыдущего пациента. Книгу регистрации больных украсила ещё одна запись:

«Фриц Трипке, ефрейтор. Болезнь обеих рук — незначительные ожоги. Следует принять во внимание то обстоятельство, что Фриц Трипке не в состоянии поднять руки вверх. Такой солдат не может, если и захочет, сдаться в плен. Кроме того ефрейтор не спит самую важную часть ночи, когда возможны атаки русских. Это очень важно, если принять во внимание многочисленные факты самовольного засыпания часовых на постах.

Ефрейтора Фрица Трипке следует использовать в качестве наблюдателя»,

— Следующий!

Ю. Вершинин, красноармеец

НА УРОКЕ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ

Учитель: — Карл, какая самая распространенная порода деревьев в России?

Карл: — Берёза, господин учитель.

Учитель: — Правильно. А что из неё делают?

Карл: —Кресты для наших солдат, господин учитель,

ОЖИВЛЕННАЯ БЕСЕДА

— Герр Фуллер, я должен сообщить вам неприятную новость.

— Гм…

— Ваш зять убит на Восточном фронте…

— Ох!..

— Говорят, что и шурин ваш убит.

— Ах!..

— Какой вы странный! От вас никогда не услышишь вразумительной фразы.

— Пхе…

— Хоть бы выругались, что ли…

— Хайль Гитлер!

ТРЕЗВЫЙ РАСЧЕТ

— Фрау Шульц, фюрер требует котлы и крышки.

— Возьмите что-нибудь одно. Оставьте мне котёл, и пусть будет фюреру крышка.

С НАС УЖЕ ХВАТИТ!

Гитлер, Геринг и Геббельс решили проверить, как относится германский народ к своему правительству. Они вышли на улицу и спросили у первого попавшегося немца:

— Скажи: что говорит наш народ о правительстве?

Вместо ответа прохожий снял шляпу и протянул её к спрашивающим. Гитлер, Геринг и Геббельс бросили в шляпу по марке.

Забрав деньги, немец снова протянул шляпу и получил ещё три марки. Не говоря ни слова, он проделал это несколько раз. Наконец, Гитлер потерял терпение и крикнул:

— Ну, с нас уже хватит!

— Именно это и говорит немецкий народ о своём правительстве, — сказал прохожий и весьма поспешно скрылся в ближайшем подъезде.

ХОРОШЕЕ ОТНОIIIЕНИЕ К СОЮЗНИКАМ

— Прохожу я сегодня по вокзалу. — рассказывал своему приятелю обер-лейтенант Отто Мычке, — вижу: на скамейке растянулся толстяк и храпит. А рядом стоят два чемодана. Взял я один, который побольше, и пошёл. Раскрываю. Внутри визитная карточка хозяина: отставной полковник венгерской армии. Союзник, значит, чорт его забери! Ну, что ты будешь делать? Пришлось вернуться к толстяку…

— И отдать ему чемодан?

— Зачем? Взять и второй.

У БЕРЛИНСКИХ ВОРОТ

У берлинских ворот

Собирался «народ»

Точно.

На Восток он глядел

И от страха балдел

Срочно.

Бледный фюрер дрожал,

Геббельс рядом визжал

Кротко:

— Дрянь выходят дела,

Немцев всех подвела

Сводка!

Мрачен Дитмара взор:

— Сколько брюк я протёр,

Боже!

Я бумагу марал,

Я по радио врал

Тоже!

Геринг Гиммлера в бок:

— Где б найти уголок?!

Слышь-ка!

Чует злобный Берлин,

Что конец им один —

КРЫШКА!

А. Флит

КРИК МОДЫ

— Скажите: что у вас в Берлине теперь носят? — опросила провинциальная немецкая модница свою знакомую.

— Преимущественно покойников, — ответила знакомая.

ВЫСЛУЖИЛСЯ

К немецкому коменданту явился один венгерский журналист и попросил показать ему настоящего русского партизана, которому он задал бы несколько вопросов.

Комендант сообщил об этом начальнику жандармерии. Жандарм, желая похвастать своими успехами перед дружественной прессой, решил подсунуть венгерцу своего агента. Он вызвал к себе одного предателя из местных жителей, соответствующим образом обмундировал его и наказал ему именовать себя «начальником партизанского отряда», якобы разгромленного местной жандармерией.

Венгерец остался очень доволен ответами «партизана» и, расчувствовавшись, изъявил скромное желание.

— Нельзя ли, — сказал борзописец коменданту, — повесить этого партизана в моём присутствии, дабы я мог этот момент запечатлеть на плёнке и снимок напечатать в нашей газете?

Комендант решил быть любезным до конца и приказал повесить «партизана». Несмотря на вопли и крики его он тут же был повешен.

НА УРОКЕ ГЕОГРАФИИ

Учитель: — Скажи, Вебер: где заходит солнце?

Ученик: — Не знаю, кому верить: вы говорите, что на западе, а мой папа всё время твердит, что солнце Германии теперь закатывается на востоке.

П. Елтаров, сержант

ФРОНТОВАЯ ПАРИКМАХЕРСКАЯ

ВСЕ ЗНАЕТ

— Потому вы укладываете вещи, фрау Мюллер? Разве вы собираетесь уезжать?

— Боюсь, как бы фюрер не объявил, что наш город не имеет стратегического значения.

ТРЕПЕЩИТЕ, СТАР И МЛАД!

ГЕББЕЛЬС ВЫШЕЛ НА ПАРАД…

«Инвалиды и калеки,

Заменить вас нынче некем!

Сосунки и старики.

Стройтесь в грозные полки!

Левой — правой, левой — правой!..

Грудь вперёд, шагайте браво!»

Геббельс начал муштровать

Удивительную рать…

Но, увы, хоть разорвись ты,

Не шагают «резервисты».

Л. Гориловский

ВЗГЛЯД В КОРЕНЬ

__ По-моему, Гитлер до сих пор верит в победу Германии.

— Тсс!.. Услышит гестаповец — не поздоровится вам!

__За что же?!

— За то, что считаете фюрера таким дураком.

ПАУК-САМОУБИЙЦА

(Басня)

Паук, в газете прочитав о том, что сходство свастика имеет с пауком, затрясся весь, нахмурился сурово и, от сравнения рассвирепев такого, воскликнул:

— Нет! Позор страшнее всяких мук! Кто честных пауков так оскорбить решился?

Сказавши это, наш паук своей же паутиной удавился.

* * *

Смысл этой басенки таков — его рекомендую вашему вниманью: не стоит сравнивать с фашистской разной дрянью кого угодно… Даже пауков!

В. Владимиров

ГЕББЕЛЬС И ЕГО УЧЕНИКИ

Один из фронтовых корреспондентов Геббельса прислал ему заявление:

«Под Синявином осколок русского снаряда оторвал мне руку. Прошу вас, господин министр, выдать мне пять тысяч марок на лечение…»

Геббельс наложил резолюцию: «Выдать на лечение пальца пятьдесят марок».

Секретарь Геббельса удивился:

— Здесь, господин министр, сказано… рука…

— Вы наивный человек! Если мой корреспондент пишет «рука», — значит, у него оторвало палец: это же мои ученики.

Л. Прозоровский, старшина

INFO

Сборник составили:

Е. Весении, Л. Кублановский

Редактор Г. Рыклин

Издательство ЦК ВКП(б) «Правда» Главлит А5634.

Тираж 100 000 экз. Издательский № 333. Заказ N2 644.

Формат бумаги 70х108. 94 000 зн. в 1 печ. л.

Сдано в набор 10/III. Подписано к печати 13/IV.

Типографии газеты «Правда» имени Сталина.

Москва, ул. «Правды», 24.

…………………..

FB2 — mefysto, 2023

Более подробно о серии

В довоенные 1930-е годы серия выходила не пойми как, на некоторых изданиях даже отсутствует год выпуска. Начиная с 1945 года, у книг появилась сквозная нумерация. Первый номер (сборник «Фронт смеется») вышел в апреле 1945 года, а последний 1132 — в декабре 1991 года (В. Вишневский «В отличие от себя»). В середине 1990-х годов была предпринята судорожная попытка возродить серию, вышло несколько книг мизерным тиражом, и, по-моему, за счет средств самих авторов, но инициатива быстро заглохла.

В период с 1945 по 1958 год приложение выходило нерегулярно — когда 10, а когда и 25 раз в год. С 1959 по 1970 год, в период, когда главным редактором «Крокодила» был Мануил Семёнов, «Библиотечка» как и сам журнал, появлялась в киосках «Союзпечати» 36 раз в году. А с 1971 по 1991 год периодичность была уменьшена до 24 выпусков в год.

Тираж этого издания был намного скромнее, чем у самого журнала и составлял в разные годы от 75 до 300 тысяч экземпляров. Объем книжечек был, как правило, 64 страницы (до 1971 года) или 48 страниц (начиная с 1971 года).

Техническими редакторами серии в разные годы были художники «Крокодила» Евгений Мигунов, Галина Караваева, Гарри Иорш, Герман Огородников, Марк Вайсборд.

Летом 1986 года, когда вышел юбилейный тысячный номер «Библиотеки Крокодила», в 18 номере самого журнала была опубликована большая статья с рассказом об истории данной серии.

Большую часть книг составляли авторские сборники рассказов, фельетонов, пародий или стихов какого-либо одного автора. Но периодически выходили и сборники, включающие произведения победителей крокодильских конкурсов или рассказы и стихи молодых авторов. Были и книжки, объединенные одной определенной темой, например, «Нарочно не придумаешь», «Жажда гола», «Страницы из биографии», «Между нами, женщинами…» и т. д. Часть книг отдавалась на откуп представителям союзных республик и стран соцлагеря, представляющих юмористические журналы-побратимы — «Нианги», «Перец», «Шлуота», «Ойленшпегель», «Лудаш Мати» и т. д.

У постоянных авторов «Крокодила», каждые три года выходило по книжке в «Библиотечке». Художники журнала иллюстрировали примерно по одной книге в год.

Среди авторов «Библиотеки Крокодила» были весьма примечательные личности, например, будущие режиссеры М. Захаров и С. Бодров; сценаристы бессмертных кинокомедий Леонида Гайдая — В. Бахнов, М. Слободской, Я. Костюковский; «серьезные» авторы, например, Л. Кассиль, Л. Зорин, Е. Евтушенко, С. Островой, Л. Ошанин, Р. Рождественский; детские писатели С. Михалков, А. Барто, С. Маршак, В. Драгунский (у последнего в «Библиотечке» в 1960 году вышла самая первая книга).

Content

БИБЛИОТЕКА КРОКОДИЛА
ФРОНТ СМЕЕТСЯ

ОТ РЕДАКЦИИ

СУЩЕСТВЕННАЯ ПОПРАВКА

Оружием смеха

ПЕСЕНКА О «КАТЮШЕ»

ПРО БАБКУ ВАСИЛИСУ, НЕМЦА И ПАРЕНЫЙ ЛАПОТЬ

КЛЯТВА ГЕББЕЛЬСА

«ВРУЧИТЬ ЛУЧШЕМУ БОЙЦУ»

ТОЧНЫЙ ОТВЕТ

РУКА ПАЛАЧА

ОВЧАРКА

ЗЕНИТНАЯ ШУТОЧНАЯ

ДЕЛО БЫЛО В МАРТЕ

ФОН СУК И ЕГО ДЕТИ

ЛИСИЙ ОТВЕТ

РЫБНАЯ ЛОВЛЯ

С ПОЛНЫМ ЗНАНИЕМ ДЕЛА

Перед капутом

ЗАСТОЛЬНАЯ СНАЙПЕРСКАЯ

КАК Я ЧУДО СОТВОРИЛ

ТРИ ЗАГАДОЧНЫХ ПИСЬМА

О ТОМ, КАК КНЯЗЬ СКОВЫРНУЛСЯ В ГРЯЗЬ

В немецких окопах

НОЖИК

ДЮЖИНА ПРИЧИН

В ФАШИСТСКОМ ГОСПИТАЛЕ

ПОЧЕМУ УГРЮМЫ У БАНДИТА ДУМЫ

САМЫЕ НАДЕЖНЫЕ

ЧЬЯ ПОБЕДА?

В НЕМЕЦКОМ ШТАБЕ

ТОЧНОЕ ЗВАНИЕ

ПОСЛЕДНИЕ КАПЛИ, ИЛИ…

ПРОСТАЯ АРИФМЕТИКА

ОБНАДЕЖИЛ

НА СВОЮ ГОЛОВУ

ЕДИНОМЫСЛИЕ

МУДРЕН И ФЮРЕР

НАИВНЫЙ ВОПРОС

ОЧЕНЬ ПОXВАЛЬНО

В РОЗОВЫХ КРАСКАХ

«РЫЦАРЬ» ШМОТКЕ

ОБМАН ЗРЕНИЯ

ПОД РИГОЙ

ПОСЛЕДНЕЕ ЖЕЛАНИЕ

СОЛДАТСКИЙ РАЗГОВОР

НАИЛУЧШЕЕ РЕШЕНИЕ

ПОЙМАЛ С ПОЛИЧНЫМ

СУЩЕСТВЕННАЯ ПОПРАВКА

РЕЗОННОЕ ЗАМЕЧАНИЕ

КТО ВИДЕЛ?

ИМЕННО ПОТОМУ

ПРЕДУСМОТРИТЕЛЬНЫЙ ФЕЛЬДФЕБЕЛЬ

ВСЕ ХОРОШО!

БОЕВОЙ ЭПИЗОД

В ТЫЛУ, КАК НА ФРОНТЕ

ЗА КОМПАНИЮ

НОВЫЙ ЧИН

ФРИЦ РАССУЖДАЕТ…

Разговоры шепотом

ХОРОШО ОСЛАМ В БЕРЛИНЕ

ГИБЕЛЬ КОЛБАСНИКОВ

ПОЕЗД УХОДИТ НА ВОСТОК

СМЕРТЕЛЬНАЯ БОЛЕЗНЬ

ОТКРОВЕННЫЙ РАЗГОВОР

БЕЗВЫХОДНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

ЗНАЕТ СВОЕ ДЕЛО

ЖЕЛЕЗНАЯ ЛОГИКА

В БЕРЛИНСКОМ ТРАМВАЕ

ПРИМЕЧАНИЕ К ОДНОМУ ПРИКАЗУ

ПРАВИЛЬНОЕ ЖЕЛАНИЕ

БРЕХЛИВАЯ ДУША

ПРИМЕРНЫЙ ШКОЛЬНИК

ПОЛЕЗНЫЕ БОЛЕЗНИ

НА УРОКЕ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ

ОЖИВЛЕННАЯ БЕСЕДА

ТРЕЗВЫЙ РАСЧЕТ

С НАС УЖЕ ХВАТИТ!

ХОРОШЕЕ ОТНОIIIЕНИЕ К СОЮЗНИКАМ

У БЕРЛИНСКИХ ВОРОТ

КРИК МОДЫ

ВЫСЛУЖИЛСЯ

НА УРОКЕ ГЕОГРАФИИ

ФРОНТОВАЯ ПАРИКМАХЕРСКАЯ

ВСЕ ЗНАЕТ

ТРЕПЕЩИТЕ, СТАР И МЛАД! ГЕББЕЛЬС ВЫШЕЛ НА ПАРАД…

ВЗГЛЯД В КОРЕНЬ

ПАУК-САМОУБИЙЦА

ГЕББЕЛЬС И ЕГО УЧЕНИКИ

INFO

Более подробно о серии