Гришаева Маргарита

Приворот на василиска

Маргарита Гришаева

Приворот на василиска

Цель свою я заприметила сразу, только зайдя в библиотеку. Но еще десять минут нервно мялась за стеллажом, теребя кисти теплого платка, спущенного на плечи.

Ну, давай же Фанни. Решайся. От этого зависит твое будущее, здесь уже не до сантиментов и смущения.

Сделав еще один глубокий вдох, я решительно зашагала к столу, за которым расположился черноволосый парень, зарывшийся в книги.

– Октавиус Норк, – позвала я, уверенно отодвигая стул и устраиваясь напротив, – у меня к тебе деловое предложение.

Парень медленно оторвал голову от своих записей. Разглядев, кто это такой наглый подсел к нему, поморщился. Глаза за синими стеклами очков недовольно сверкнули и облили меня тонной презрения.

– Фанни Скаро, – произнес он холодным завораживающим голосом. – Если это такая оригинальная попытка Марены помириться, то гуляй отсюда, пока я случайно очки не снял.

– Нет, Норк, никакого мира, – сосредоточенно выдохнула я, – только война!

А вот это заявление парня заинтересовало. Откинувшись на спинку стула, он окинул меня скептическим взглядом и усмехнулся.

– Неужто скандал в ведьмовском раю? Разругалась с лучшей подружкой? Ведьмы бранятся, только тешатся. Завтра уже помиритесь. Вали, – вновь скривился он.

– Не в этот раз, – поджав губы, возразила я. – Она совершила непростительное.

– Что же? – не поверил мне Норк. – Увела у тебя парня?

– Велика проблема, – фыркнула я. – Хуже.

– Переманила фамильяра? – предположил он.

– Куда уж ей, – хмыкнула злорадно. – Не с ее силами. Гораздо хуже.

– Извини, но больше поводов я не представляю, – развел он руками. – Метлу разве что сломала, но они у вас обычно слишком боевые, чтобы в обиду себя давать.

– Она хочет украсть мой диплом по зельеварению и место в магспирантуре, – процедила я, сжимая кулаки от злости.

Парень напротив тут же посерьезнел. Пусть общались мы только постольку-поскольку, но он знал, что для меня, безродной ведьмы стипендиатки, диплом и магспирантура единственный шанс пробиться в жизни. В отличие от моей подруженьки Мары, имеющей целый клан и богатых родителей, которой диплом нужен был, исключительно чтобы хвастаться перед потенциальными женихами.

Кстати, Октавиуса она из таковых отмела именно узнав, что он и сам живет на стипендию аспиранта. И хоть перспективы у него весьма хорошие, это все еще лишь перспективы, которые не спасает даже симпатичная мордашка. Сначала-то ведьма мне заливала, что родные заставили ее порвать с парнем. Но после того как вскрылась подлая натура подруги, я домыслила многие из ее высказываний.

– Сочувствую, – кивнул Норк мне со всей серьезностью. – Чего ты хочешь от меня, Скаро?

– Мести, – расплылась я в коварной улыбке, – и сотрудничества.

– У тебя есть план, ведьма? – заинтересованно склонился он ближе ко мне.

Все же подружка весьма неосмотрительно потопталась по гордости талантливого парня. Я знала, что предложение его заинтересует. Но мы не только отомстим… о нет, это было бы слишком просто. Она будет опозорена, а я спасу свой диплом – все в выигрыше.

– Есть, – довольно кивнула.

– И?

– Ты изобразишь влюбленность в меня и перед всеми признаешься в чувствах на балу Долгой зимы, – выдала я.

Лицо парня тут же поскучнело, а во взгляде промелькнуло разочарование.

– Мелко и глупо, ведьма. Ради такого даже напрягаться не стану. Мне-то какая радость, тешить твое самолюбие, – он уже собрался уткнуться обратно в книги, когда я поспешила исправить ситуацию.

– Нет, ты не понял! – прервала я его. – Ты сделаешь вид, что влюбился из-за приворота!

Вот тут мне достался уже откровенно раздраженный взгляд.

– Ведьма, ты же вроде не тупая. На василисков не действуют привороты. Никакие. Никогда. Учи матчасть, иначе магспирантура тебе не светит и без козней подруги, – скептически заметил он.

– В том-то и дело, мой друг, – расплылась я в усмешке. – У меня-то с матчастью все прекрасно. В отличие от Мары… Зато у нее все слишком радужно с амбициями…

Пару мгновений, Норк еще смотрел на меня с сомнением. Но постепенно на его лице прорисовывалось понимание ситуации.

– Кажется, я начинаю улавливать твою мысль, – с уважением кивнул василиск. – Расскажи-ка подробнее…

***

В общем-то, лет до десяти жизнь моя была совершенно обыденна. Родилась я в семье гончара и белошвейки, третьей из детей. После меня было еще двое мальчиков, так что семья наша была большой и, пусть и дружной, но не слишком зажиточной. И по всему ждала бы меня карьера такой же белошвейки, как моя мать или, возможно, горничной, хотя скорее, конечно, замужество и домохозяйство.

Но в десять лет у меня проснулся ведьмовской дар. В родне, насколько мы знали, не было у нас ни магов, ни ведьм, но иногда такое случалось, что дар просыпался внезапно. А у меня еще и силушки оказалось ого-го. Уже в том нежном возрасте я поняла, что это шанс. Причем не только для меня, но и для всей моей семьи. Хорошая ведьма с дипломом, а тем более с высшим образованием, имеет очень даже привлекательные финансовые перспективы. Особенно, если специализируется в зельях. Поэтому, поступая стипендиаткой в ведьмовскую школу, я твердо знала, что расшибусь в лепешку, но получу золотой диплом и шляпу магспирантки. А после этого смогу помочь родителям выправить дом, поудачнее выдать старших сестриц замуж, а младших братьев устроить учиться в приличное место.

И именно эти мысли помогали мне держаться. А ведь было весьма непросто. Ведьмовской дар чаще всего передавался по наследству и такие самородки, как я, встречались редко. То есть, практически все остальные девочки, поступавшие в школу, с детства воспитывались в исконно ведьмовских традициях, многое уже знали, имели поддержку своих кланов и закаленные вредные характеры.

А мне, домашней девочке из дружной семьи, было сложно вписаться в их компанию. Меня откровенно недолюбливали, постоянно пытались задирать, делали подставы. Я терпела. Сцепив зубы, иногда плача по ночам, но не жаловалась и продолжала грызть гранит науки. И как-то так получилось, что через три года, стала лучшей ученицей на курсе.

Пусть не обзавелась таким уж вредным характером, но все подлянки научилась высматривать и обходить, овладела искусством грамотной мести и тонкого язвительного подкола, в общем, более или менее прижилась, пусть и не завела друзей. А после присвоения статуса лучшей ученицы еще и получила возможность переселиться в комнату получше со всего одной соседкой. Так и познакомилась Мареной.

Она казалась типичной ведьмочкой в десятом поколении. Рыженькая, языкастая, нагловатая, но очень очаровательная и в целом довольно дружелюбная. Даже мой переезд в давно обжитую ею комнату восприняла со спокойствием и проявила доброжелательность.

Мара была заводилой и активисткой, всегда умела знакомиться и общаться с окружающими. Академические ее успехи были куда хуже, но девушка не переживала. Тепленькое местечко в клановом деле ей уже было подготовлено, и все, что от нее требовалось, это получить диплом.

Сама не понимаю как, но мы умудрились подружиться. Мы учились на одном курсе, но в разных группах, так что задания часто пересекались, а вдвоем домашку делать было значительно быстрее. Конечно, чаще я помогала Маре с учебой. Зато она всегда была готова обеспечить меня редкими ингредиентами или дополнительной возможностью попользоваться учебной лабораторией. Потихоньку благодаря этой взаимовыручке мы по-настоящему сдружились. Она ввела меня в свою компанию, приглашала на каникулы в гости, познакомила с семьей и главное – никогда не кичилась ни родословной, ни финансовым положением. Ну… точнее, стоит сказать, что таких замечаний никогда не было в мою сторону. Иногда она позволяла себе крутить носом, но не со мной.

Пусть немного взбалмошная и вредная, но для меня она была самой лучшей подругой и поддержкой. Поэтому я прощала ей какие-то огрехи, уже привыкнув, что таковы издержки истинно ведьмовского воспитания. Ну, растят их в уверенности, что они само совершенство и ради них должны расшибаться в лепешку. Так что на периодическую заносчивость я уже давно не обращала внимания.

Зря. Стоило ведь помнить про исключительно эгоистичную ведьмовскую натуру. У них дружба, даже если и искренняя, то обязательно с какой-то выгодой. А чего еще, кроме патологической зубрежки, с меня можно было взять?

Я, в общем-то, не видела ничего ужасного в том, чтобы помогать соседке. Да и небывало такого, чтобы я совсем за нее что-то делала. Так, подсказывала, указывала на ошибки, ну иногда давала прямо списать. Но к тому, что в итоге задумала заклятая подруженька, оказалась не готова.

Как-то вечерком, когда Мара убежала на очередное свидание, я сидела и дописывала доклад про травы. И, как назло, возьми и сломайся у меня перо. Бежать в академический магазинчик за новым мне не хотелось, холодно на улице и темно уже. Вот и решила я одолжить перо у подруги.

Вообще, привычки лазить по чужим вещам не имею и, даже когда Мара предлагала взять что-то самой из стола, упорно ждала, пока нужное выдаст подруга. Воспитана я так. Но как-то завелось, что Мара заклятие от моего знала – конспекты брала списывать. Я и подумала, что страшного не будет, если я перо возьму, а то неизвестно, когда подруга еще придет. Глянув на охранку, еще хмыкнула про себя, что ей бы улучшить ее. Взломала буквально за пару минут. В верхнем же ящике нашла несколько писчих перьев. А рядом довольно толстую стопку бумаги, исписанную изящным почерком подруги. Еще удивилась, что это она строчит.

Я бы не стала смотреть. Но взгляд случайно выхватил знакомую фразу и вчитавшись, я обомлела. Словно зачарованная взяла стопку и пролистала, чтобы убедиться. В столе у лучшей и единственной подруги лежал добросовестно переписанный мой диплом по зельям, который предстояло защищать через полтора месяца. Вот только на титульном листе было не мое имя, а подруги.

Тут-то я и осознала всю подставу. Группа Мары защищала дипломы на день раньше. То есть, я бы пошла представлять свою работу на следующий день и была бы обвинена в краже! Мару бы родственники прикрыли, и ничего бы я не доказала. А самое ужасное, что даже сейчас я ничего не могу сделать, чтобы спасти себя от этого варианта…

Мою работу никто не видел, а тему ее знала только Мара, потому что сложно скрыть от соседки, над чем ты так тщательно работаешь уже несколько лет. Увы, я не была гением и похвастать изобретением какого-то нового зелья не могла. Но я была трудолюбива и усидчива – то чего так не хватало многим потомственным ведьмочкам. Поэтому уже несколько лет готовила подробную классификацию всех зелий, с перечнем возможных ошибок при их изготовлении, уточнением, как это можно определить по внешнему виду, и как исправить. Титанический труд, стоивший мне бессонных ночей. Зато он определенно гарантировал место в магспирантуре – подобный классификатор в любой лаборатории с руками оторвут.

Вот только доказать, что труд мой, я не смогу. Здесь мое слово, безродной одиночки, против слова Мары, потомственной ведьмы с кланом. В лучшем случае заявят, что не примут работу ни от кого, и заставят делать новую. Но хороший диплом за полтора месяца не сотворишь. Какой-то, вроде отписки можно, что вполне подойдет Маре, а вот достойный места в магспирантуре – нет. А это означало провал для меня. Несколько лет постоянной работы просто на выброс. Потому что я доверилась ведьме, а в ней взыграло желание потешить самолюбие.

Я даже догадалась, почему подруга решила променять вполне достойный, но средненький диплом, с которым я ей помогла, на мой. Не так давно, бросая красавчика василиска Октавиуса, она мне плакалась, что родители хотят породниться с другим кланом. Потом выяснилось, что там ей целого ведьмака навязывают, да сильного, и печаль подруженьки поутихла. Да только в ведьмачьем клане, видимо, недоучку принимать не жаждали или засомневались в перспективности девицы со средними оценками. Вот и решила она за счет моего диплома и магспирантуры в ведьмачий клан въехать, змея эдакая. А то, что я в итоге останусь просто ни с чем, ее не волновало. Нет, может она и планировала предложить мне работу на клан, кто знает. Но тех перспектив, что открыла бы магспирантская шляпа, не видать мне.

В общем… ситуация ужасная. Так и не взяв пера, я положила скопированный диплом на место. Закрыла ящик и даже охранку восстановила. И одевшись, пошла в академический магазин, покупать себе чертово перо. Да и голову проветрить тоже. Нужно было что-то срочно решить и делать.

Изобличать подругу толку нет. Далеко не уверена, что она покается, а не примется кричать направо и налево, что это я ее обокрала. То же самое с жалобами преподавателям. Может будут разбираться, а может, и нет, вот только скандал и потерянное время хорошо на мне не отразятся. Единственный вариант – заставить подругу саму отказаться от моего классификатора. Но как?

Так и добрела я до магазинчика вся в раздрае. А на входе столкнулась с Норком. Василиск едва ли заметил меня и поспешил куда-то, а вот я, глядя ему вслед, грустно усмехнулась.

Вот так вот… Любимый парень, которого Мара добивалась пару месяцев, и подруга, с которой прожили бок о бок пять лет, и обоих она поменяла на неизвестного ведьмака и какой-то там клан.

А как поначалу страдала по Октавиусу, как убивалась, что он ее не замечает. Все ведь перерыла о том, как можно добиться внимания василиска – на учебу столько стараний никогда не тратила. Вот только на магию они почти не прошибаемы. И подруга все же добилась его своими силами. Чтобы потом бросить.

И вот тут-то меня и озарило.

Я знаю, как спасти свое будущее и поставить зарвавшуюся ведьму на место!

***

– Так каков план? – серьезно поинтересовался Норк, убирая в сторону книги.

– Сегодня последний день, когда нам разрешено выходить в город, – немного нервничая, начала я излагать свою идею. – Вернувшись в комнату, я скажу Маре, что решила срочно сменить тему диплома. Мол, выяснилось, что моя прабабка все же была ведьмой. Всю жизнь она скрывала это от родных и после смерти завещала мне гримуар, который всплыл только сейчас. А там, невероятное – настоящий рецепт приворота на василиска! Единственный в своем роде. Если он действенен, то это не просто магспирантура – сразу звание магистра! Но сначала надо удостовериться в его действии. А так как ты единственный василиск на весь студенческий городок, помимо преподавателей, то проверять буду на тебе, – неуверенно глянула на парня.

– Я, значит, изображаю дикую влюбленность, – задумчиво продолжил он. – Якобы под приворотом…

– Да, – кивнула, – а я тем временем наклепаю подобие диплома, расписывая твое поведение под действием приворота. Потом на зимнем балу ты показательно признаешься в чувствах. После этого я даю тебе отворот, и ты сразу бросаешь меня. Мара убедится, что приворот и правда есть, и не упустит возможности засветиться…

– Украдет твой новый диплом и опозорится с его защитой, – понятливо закончил василиск.

– Да, – довольно кивнула в ответ. – А я спасаю свой классификатор. Все довольны и счастливы. Кроме Мары.

– Не знаю, – скептически потянул Октавиус, откидываясь на спинку стула. – Как-то все ненадежно. А если она не захочет менять хороший диплом на неизвестное чудо? Или перепроверит у кого-то, может ли работать этот рецепт? Тогда мне за просто так позориться с признанием перед всем студенческим городком? – бросил недовольный взгляд из-под синих стекол очков.

– Ну, во-первых, я с Марой прожила вместе пять лет и прекрасно знаю, насколько она любит потешить свое самолюбие. Этот приворот для нее великолепная возможность засветиться, она такую не упустит. Да, что там говорить, она и тебя тогда… ой, – начала я в порыве энтузиазма и чуть не выдала лишнего.

– Что? – помрачнел парень, подаваясь вперед. – Говори уж, ведьма, раз начала.

Я замялась. Неудобно было на больное давить.

– Просто понимаешь… Ты вроде как один из самых популярных и недоступных парней среди студентов… – пряча взгляд пробормотала я.

– И захомутать меня – это целое достижение, – процедил он сквозь зубы. – Ведьмы…

Прозвучало как ругательство. В общем, надеюсь, меня эта характеристика не слишком касается.

– Во–вторых что? – хмуро вернул он меня к основной теме разговора.

– Да, во-вторых… – опомнилась я, – проверить она ни у кого не сможет. Говорю же – сегодня последний день, когда нам разрешено покидать территорию. Дальше у нас начинается преддипломное время – никаких писем, посещений и выхода из студенческого городка – чтобы ушлые ведьмы не добыли себе дипломов со стороны. Так что у родни она не спросит. А у преподавателей побоится уточнить – вдруг правда работающий приворот, этак его еще до защиты отнимут. Ведьмы они такие, – со знанием дела покивала головой, будто сама не была одной из них.

Норк лишь хмыкнул на мое заявление.

– Допустим. А если все же не поверит?

Я невозмутимо пожала плечами.

– Значит, не поверит. В наших интересах сыграть все достоверно. Но если вдруг… До зимнего бала точно станет ясно, списала она новый диплом или нет. Если не соблазниться идеей, показательно бросишь меня еще до бала и на этом твой вклад в дело окончен, – вздохнула я, понимая, что для меня это наихудший вариант. Соблазнить бывшую подруженьку фальшивым дипломом буквально единственный способ спасти свою работу.

– И тебя не волнует, какие слухи поползут? – удивленно вскинул он брови. – Все знают – ведьм не бросают. Это они всех кидают первыми, иначе – позор.

Я безразлично пожала плечами.

– Меня уже давно недо-ведьмой кличут завистники. Поводом больше, поводом меньше – какая разница.

Особенно на фоне потерянной магспирантуры.

– А твой диплом? – немного подумав, уточнил. – Что с ним будешь делать?

– Что-нибудь, – независимо передернула плечами, пряча взгляд. – Тебе какая печаль? Мой диплом не твоя забота.

Какое-то время мы сидели в тишине. Норк хмуро размышлял о чем-то, а я молилась духам природы, чтобы он согласился. Я была практически полностью уверена, что на приворот подруженька купится. Главное – отыграть все достоверно. Но для того чтобы весь план сработал, мне нужно было согласие парня, причем именно этого.

– Ладно, – наконец выдал он скупо. Поймав мой счастливый, полный благодарности взгляд, немного поморщился.

Да пусть себе кривится! За помощь я его расцеловать готова! А первый ведьмовской поцелуй дорого стоит – говорят удачу приносит, в любви особенно.

– Только ты уверена, что получится убедить ее в существовании рецепта? – попытался притушить он мою радость. – Просто на слово она вряд ли поверит.

Вот здесь мне было чем похвалиться. Я же не просто так пришла – подготовленная. Все выходные дома на это потратила. Намного порывшись в сумке, я вытащила на свет истрепанный жёлтый от старости лист, испещренный кривым почерком, с пометками и рисунками, и протянула его на суд магу.

Тот взял листок с настороженностью и всмотрелся внимательно. А я собой гордилась. С каким трудом я старила проклятый листок, коверкала свой почерк, чтобы был совсем неузнаваемым и еще сестру заставила нарисовать эскизы травок и кореньев на полях. Даже схематичный василиск в боевом обличии виднелся в уголке – этим рисунком я особо гордилась. Объяснять, как он выглядит, приходилось чуть ли не на пальцах, да еще и по описанию из учебника рас. Все же боевую ипостась вживую я никогда не видела.

На рисунок Октавиус глянул с недоумением, но в остальном подделкой впечатлился.

– Ведьма, да ты страшный человек, – хмыкнул он, после того как перепроверил листок магией и чуть ли не лизнул. Но я была уверена в своем детище – долго рылась в архивах городского магистериума в поисках нужных заклятий, да еще всю ночь прошлую варила зелье для состаривания бумаги. – Тебя хоть сейчас бери на подделку документов.

– Обойдусь, – фыркнула я, бережно пряча лист обратно в сумку.

– Что за рецепт-то? – поинтересовался парень. – Набор ингредиентов не простой. Так с ходу я не разобрался, что это может быть.

– Зелье истинных чувств, – тихо призналась.

Случайно наткнулась на старинный рецепт там же в архивах. Состав сложный, действовал почти как сыворотка правды – заставляя раскрыть человека то, что у него на сердце. И при этом имел в составе обязательный почти для каждого приворота набор ингредиентов: вербена, розовые лепестки, чабрец, кровь мавки. Но рецепт был забыт и исключен из реестра зелий, когда изобрели более дешевый и эффективный вариант сыворотки. Поэтому я была уверена, что подруга не узнает его и не найдет в местных справочниках. В то же время, чувствовалась в этом горькая ирония – не так мне хотелось бы узнать об истинных чувствах той, что виделась подругой.

– Оригинально, – понятливо хмыкнул Норк. – Ладно, будем считать, что ты меня убедила. Сделка?

Василиск протянул мне руку через стол, которую я с радостью пожала.

– Сделка.

– С чего начнем, партнер? – с улыбкой глянул он на меня.

– Конечно, с приворота.

***

Тем же вечером в нашей комнате я с горящими глазами расписывала подруге подробности невероятной находки, тыкала в лицо потрепанным листком с рецептом и воображала славу и мировое признание, в случае действенности зелья.

Мара, поначалу отнеслась довольно скептически моему рассказу. Но пощупав лист, немного поколдовав над ним, чтобы удостовериться в старине, выглядела уже более заинтересованной. Полночи я специально изображала трудовой порыв, строча введение для нового диплома. Ну, правда, не совсем – мне действительно предстояло его написать. Но все же размазать на десятки листов выдуманный рецепт куда проще, чем рассчитывать параметры настоящего. Тем более что Мара во всем этом разбиралась куда хуже меня, и все равно не найдет подлога в сложных формулах и расчётах.

На следующий день я выпросила у нее пару редких ингредиентов и доступ в лабораторию. И уже там, под пристальным и серьезно заинтересованным взглядом заклятой подруженьки, на протяжении десятка часов варила «приворот». Потом еще десять он настаивался. Еще несколько часов варки. Снова ожидание, и опять варка. В общем, процесс изготовления чудо-зелья занимал почти двое суток. Подруга вытерпела со мной лишь пару первых и один последний час.

Под конец варево крайне удачно выдало в воздух розовато-серебристый пар и стало прозрачным. Из целого котла ценных ингредиентов и двух суток потраченного времени вышел всего десяток капель зелья. Неудивительно, что его исключили из перечня – затраты не стоили результата.

На маленький пузырек в моих руках Мара смотрела с такой жадностью, что я уже не сомневалась – подруга купилась.

Несколько раз для достоверности переспрашивала у нее, не против ли она, что испытывать приходится на ее бывшем. Но ведьмочке уже было плевать на прошлую любовь, и она чуть ли не сама подгоняла меня скорее подлить несчастному экспериментальное зелье.

В назначенный день и час мы кутались в полушубки напротив академической кафешки, где василиск по заведенной традиции распивал послеобеденный чай. Подруженька осталась наблюдать снаружи, и я скользнула в теплоту кафешки. Быстро пробралась к столику Норка и с приветливой улыбкой застыла напротив.

– Пришла? – брошенный на меня взгляд полного недовольства был слишком достоверным.

Но я не стушевалась – мне не привыкать игнорировать чужие кривящиеся мордочки. Улыбнувшись шире и обаятельнее, присела напротив него.

– Пришла, – кивнула ему.

– И как? Сработало? – василиск все еще выражал лишь равнодушие.

– Мне кажется, да, – сделала улыбку потише, изображая, что упрашиваю его о чем-то. – Сюда она меня сама притолкала. Чуть ли не впереди бежала.

– Кто бы мог подумать, – хмыкнул он, бросив на меня взгляд исподлобья. – И что дальше?

– Сделай вид, что подавальщицу зовешь, а я тебе приворот подливать буду, – скорчила невинную мордашку.

– Ведьма, – фыркнул он. Отвернувшись, стал старательно призывать местную официантку, а я тем временем быстро провела над его чашкой рукой, роняя пару капель в чай.

– Чем хоть травить собираешься? – поинтересовался, обернувшись к невинной мне, после того как заказал еще чайник отвара.

– Общеукрепляющее, – робко улыбнулась ему. – Сезон простуд, лишним не будет, особенно перед экзаменами.

– И когда должен начать действовать приворот? – поинтересовался, делая первый глоток зелья.

– К вечеру можешь начинать бросать на меня подобострастные взгляды, – прикинула я расписанное в бумагах действие.

– Какие-какие? – старательно хмурился парень, но я-то видела, что едва сдерживал смех.

Я насупилась. Ну не специалист я в отношениях, вот в зельях – да.

– Ладно, сам разберусь. Иди уже отсюда мелочь, – дернул он головой, прогоняя меня. – Скоро увидимся.

Я изобразила на лице разочарование и быстро убежала обратно к подруге.

– Получилось? – с горящими глазами вопросила Мара.

– Ага, – довольно просияла я, и мы хором обернулись к окну кафешки.

Там за стеклом, немного хмурый Норк, продолжал цедить общеукрепляющий чай.

– Ну… Посмотрим, что из этого выйдет, – задумчиво потянула подруженька, глядя на бывшего.

«Посмотрим, посмотрим,» – мрачно следила за ней я.

***

О том, что стоило подробнее обсудить с Норком дальнейшие планы, я подумала, только вернувшись в общежитие. Приворот-то может и должен подействовать уже к вечеру, но мы с василиском почти нигде не пересекаемся – как же он будет показывать, что зелье уже вступило в силу?

Глупая, глупая ведьма. Ладно, один потерянный день еще ничего не значит, а вот завтра надо будет его подкараулить где-то в библиотеке и обсудить все подробнее.

Вот только я недооценила василиска и его желание отомстить. Он начал действовать сам и даже активнее, чем я предполагала. Тем же вечером в столовой, Мара дернула меня за рукав, чуть ли не заставив подавиться.

– Ты чего? – хмуро отобрала у нее руку.

– Норк здесь! – прошипела она, круглыми глазами уставившись мне за спину.

– Да ладно? – удивилась я и поспешила обернуться. И правда, сидит за два столика от нас в одиночестве и… сверлит взглядом мою спину. Аж дрожь пробежала, и я поспешила отвернуться. Какие-то жутковатые у василисков заигрывания.

Вообще-то, у магспирантов и преподавательского состава был свой отдельный обеденный зал. Да и большинство из старших предпочитали питаться в кафешках, раскиданных по студенческому городку – выбора больше и вкуснее. За все время отношений с Марой, Норк ни разу не приходил в студенческую столовую. А здесь вот… проявил инициативу.

– Это оно, да? Приворот? – возбужденно шепнула мне подруженька.

Я лишь недовольно угукнула. Он, конечно, молодец. Вот только как теперь едой не подавиться, если я даже лопатками ощущаю его взгляд?

***

На следующий день я еще больше убедилась – либо я ничего не понимаю в отношениях, либо у василисков какие-то странные предпочтения.

Я, в общем-то, спокойно себе брела вслед за остальной толпой ведьмочек на обед после занятия по проклятьям. Мара где-то там впереди сплетничала с подружками, а меня их хихиканье и раньше подбешивало, а уж после раскрывшейся правды совсем тошно было находиться рядом. Так что отстала я намеренно.

И вот иду я, кутаюсь в полушубок, сапожки слегка оскальзываются на заледеневшей дорожке, и вдруг чувствую – кто-то магией за ногу зацепил! Нелепо взмахнув руками и уронив сумку с тетрадями, я стала заваливаться назад. Все, думаю, прибью ведьм поганок! Успокоились ведь давно уже, ан нет, все равно подлость выдали! И главное, как я не заметила-то? Лишь зацепившись ногой, почуяла магию.

В общем, я уже зажмурилась и приготовилась лечить отбитый об лед копчик. Вот только почему-то не упала. Меня чуть дернуло, падение вдруг остановилось и теплее как-то стало.

Недоверчиво приоткрыв глаза, я наткнулась на насмешливую улыбку и синие стекла очков. Тут же уставилась на довольного Норка, приобнимающего меня за талию, не давая упасть.

Так, похоже, я зря ругала ведьмочек. Просто кое-кто так много общался с одной конкретной, что даже начал применять их приемчики.

– Ты что творишь? – прошипела, вцепившись в лацканы его пальто, потому как возвращать меня в вертикальное положение не спешили, и оттого мне было как-то неуютно. Не дай боги, отпустит просто из вредности.

– Бросаю на тебя подобострастные взгляды, – ухмыльнувшись заявил парень.

– Пока ты бросаешь только меня, – скептически заметила в ответ.

– Нет, вообще-то, я тебя ловлю, – возразил он и, наконец-то потянув, поставил меня ровно.

Можно спокойно выдохнуть и немного отряхнуться. Не успела оглянуться, как василиск уже протягивал мне упавшую сумку.

– И что это было? – скептически вскинула бровь, принимая свое добро.

– Проявление внимания, – продолжал улыбаться Норк.

– Не похоже, – буркнула, недовольно поправляя шапку.

– А со стороны даже очень, – хмыкнув слегка кивнул он.

Чуть повернула голову и заметила, что убежавшие вперед ведьмочки из моей группы хихикая смотрели на нас и о чем-то шептались. Мара следила особенно пристально. Я поспешила отвернуться и изобразить смущенную улыбку.

– Ты молодец, – нехотя признала я.

Все-таки не мне судить о романтике. Похоже, это все только мне и кажется странным. Наверное, поэтому я ни с кем и не встречаюсь.

– Завтра после занятий пойдем на свидание, ведьма, – выдвинули мне ультиматум.

Едва сдержала желание скривиться. Ну кто так делает, мы же партнеры, можно было же уточнить сначала?

– Завтра я не могу, мне заниматься надо, – слегка потупилась я.

– Ведьма, думаешь, у меня своих дел нет? – недовольно поинтересовался Октавиус, при этом лицом всячески выражая восторг от общения со мной.

Резко склонившись и застыв буквально в паре сантиметров от моего покрасневшего лица, он угрожающе сверкнул глазами сквозь стекла очков.

– Если я нашел для этого время, то и ты найдешь, – заявил уверенно. – В конце концов, кому это нужнее?

Как ни горько признавать – он прав. Моя дальнейшая жизнь зависела от этого спектакля, а не его. Просто… ну не привыкла я подстраивать свое расписание под кого-то. Придется менять привычки.

– Ладно, – вздохнула горестно, но быстро поспешила сменить выражение лица на радостное. – Когда? Где?

– Вечером с запиской пришлю, – пообещали мне и наконец отступили, давая пространство для вздоха. – Иди, – кивнул он в сторону толпы хихикающих, – хвастайся.

– Угу, – поспешила спрятать я взгляд. Мда, как-то неудобно, все же я его использую, пусть это и взаимовыгодное сотрудничество.

Отвернувшись, быстрым шагом посеменила в сторону ведьмочек, но на полпути все же обернулась. Парень так и смотрел мне вслед. Быстро сделав вид, что и не оборачивалась, поспешила к своим. Девчонки тут же кинулись расспрашивать, чего от меня хотел симпатичный василиск, и только у Мары в глазах был другой вопрос.

«Сработало?»

Я неуверенно кивнула в ответ.

«Похоже, да».

Лицо подружки снова приобрело задумчивое выражение. И я молилась всем богам природы, чтобы размышляла она о выгоде смены диплома на более перспективный. Не хотелось бы, чтобы все наши усилия пропали даром.

***

А вечером в комнату доставили букет. Я озадаченно смотрела на врученные мне серебристые розы – самые популярные цветы перед праздником зимы, а Мара вертела в руках вытащенную из букета записку с приглашением на ужин.

– Хм… «Слеза русалки»? Самое приличное заведение в студгородке. Меня он лишь один раз туда водил, – с какой-то обидой глянула на меня подруга.

Мне аж плохо стало. Мы же забыли обсудить самое важное – финансовую сторону вопроса! Нет, было понятно, что раз нам придется изображать парочку, то будут и свидания, и какие-то небольшие подарки. На людях все будет выглядеть так, словно он за меня платит.

С моей стороны было бы некультурно ожидать, что все и правда будет оплачивать Норк из своего не особо крупного кармана. Так что я планировала отдать ему, потраченные на меня деньги. Но кто же знал, что он станет так разоряться?! Никогда бы не подумала… Неужели ему так важно пустить пыль в глаза Маре, которая разве что буквально его нищим не обозвала?

Но я-то не смогу ему возместить все это роскошество! Я уже на чертовом букете с рестораном разорюсь. У-у-у-у, змеища проклятая. Но и оставить оплату всего на него, мне совесть не позволит – мой диплом спасаем-то, мою шкурку.

– Ты что-то не слишком довольная? – вдруг вырвала меня из размышлений подруга.

Вот блин, задумалась и всю конспирацию порчу.

– Да просто переживаю – не слишком ли много я накапала приворота, – быстро выдала подруге версию. – Все же действие зелья не должно быть столь стремительным – иначе это будет выглядеть подозрительно.

– Хм… – задумалась подруга. – Наверное, ты права.

Фух, облегченно выдохнула. Придется быть осторожнее с выражением своих эмоций.

– Кстати, ты в чем завтра пойдешь? – вопросительно уставилась на меня Мара.

Сначала хотела недоуменно спросить – а что, ученическое платье не подойдет? Вряд ли у меня будет время переодеваться, если мы после занятий встречаемся. А потом сама подумала… все-таки в приличное место иду. И вряд ли еще раз выдастся случай туда сходить, по крайней мере, пока я сама зарабатывать прилично не начну. Ну и… василиска позорить тоже не хотелось.

– Парадное платье возьму, – решила я все же хоть вид сделать, что стараюсь, – которое для шабашей.

– Нет, ты не права, – в глазах подруги вспыхнул ведьмовской огонь. – Это же все-таки диплом по привороту, тебе нужно проверять, насколько хорошо он сработал. Мы поступим по-другому, – зловеще потерла она руки.

Я нервно сглотнула, глядя на нее. Эх, не подставила ли я себя с этим свиданием?

Чертов василиск, и чего тебя в лучшее место в студгородке потянуло?! Не могли кафешкой обойтись?

***

К ресторанчику следующим вечером я подходила в состоянии некой обреченности. А еще мне было стыдно. Но я сама загнала себя в эту ситуацию и придется нести за нее ответственность.

Норк ожидал у входа с маленьким букетиком в руке. Я даже сначала порадовалась, что он поумерил аппетиты в цветах, но, подойдя поближе, помрачнела. У василиска лицо правда тоже вытянулось от взгляда на меня, но ему это лучше удавалось скрывать.

В общем, одарить меня он решил зимними фиалками. Чудесные бутоны, нежно-голубого цвета, с легким ароматом, а выжимка из их лепестков используется во многих зельях. Все в них было прекрасно – кроме запредельной цены. Счет за спасенный диплом рос все быстрее.

Впрочем, разочарование Октавиуса я тоже прекрасно понимала.

– Ведьма, это шутка какая-то? – процедил он сквозь улыбку, протягивая «скромный» букетик мне. – Ты что творишь? Это что за вид?

– Бывшую свою благодари, – столь же любезно оскалилась в ответ. – Она заявила, что для чистоты эксперимента я не должна пытаться тебя понравиться.

Не сказать, что я выглядела так ужасно. Я просто была никакой – а для ведьмы, это почти приговор. Лицо мне основательно запудрили, скрывая четкие темные брови, румянец щек и яркость губ. Зеленые глаза скрыли толстые стекла очков, в которых я обычно работала с мелкими дозировками в зельях. Темные кудри безжалостно стянули в тугой пучок низко на шее, зализав волосы до идеальной гладкости. И Норк еще не знал, но под полушубком у меня скрывалось рабочее платье зельевара, неприметного пыльного оттенка. Всем своим видом я являла серость обыкновенную, и любимая подруженька была чрезвычайно рада этому обстоятельству, провожая меня на свидание.

Василиск тихо выругался под нос.

– Плевать уже, – пробормотал, подхватывая меня под локоток. – Идем внутрь, там проще будет, – и направился в сторону сверкающих стеклом дверей.

– А может, просто погуляем? – попыталась я затормозить пятками, все еще надеясь избежать растрат.

– С тобой в таком виде? – сладко улыбнулся мне Октавиус и дернул решительнее. – Нет уж, позориться перед всем студгородком я не желаю. Идем скорее, столик уже все равно оплачен.

Разочарованно вздохнув, позволила утянуть себя внутрь.

Сдав услужливому привратнику старенький полушубок, я поймала скептический взгляд василиска на своем платье невнятного цвета и порадовалась, что на мне столько белил – не видно, как я покраснела.

Кстати, несмотря на мой непритязательный вид, персонал заведения вообще ни глазом на это не повел, а отличие от того же Норка.

– У вас заказано? – услужливо поинтересовался непонятно откуда подскочивший подавальщик.

– Да у меня забронирован кабинет на имя Норк, – кивнул ему василиск, заставив меня настороженно застыть на месте, глядя в широкую спину, обтянутую черным камзолом.

– Какой еще кабинет? – прошипела я, дернув его за полу и заставив удивленно обернуться. – Я девушка приличная!

– О чем это таком ты там подумала, приличная моя? – насмешливо сверкнул стеклами очков парень, склонившись ближе.

Я покраснела еще гуще, поспешила отпустить его и отступить подальше.

– Просто там мы сможем спокойно поесть и поговорить, без чужого интереса, – с улыбкой пояснил Норк. – К тому же прекрасно впишется в легенду о привороженном и потерявшем голову. Идем? – кивнул в сторону ожидавшего нас у лестницы на второй этаж прислужника.

– Угу, – неуверенно согласилась и все же последовала за ними.

Комнатка оказалась небольшой, но очень приятной. Круглое оконце напротив столика, два диванчика обитых темно-зеленым бархатом и стены нежно-бирюзового оттенка – в общем, очень по-морскому. Скатерть на столе переливалась перламутром, а фарфор с хрусталем сияли чистотой.

Счет за этот праздник жизни рос с чудовищной скоростью.

Я неловко плюхнулась на один из диванов и даже взяла протянутое меню у лакея. Открывать боялась.

– Сделаете заказ сразу или подойти попозже? – учтиво поинтересовались, протягивая аналогичную папочку моему спутнику.

Заикнуться не успела, как Октавиус выдал уверенное:

– Сразу. Выбирай скорее, ведьма, – бросил мне, даже не посмотрев, и сам углубился в изучение.

Я робко приоткрыла меню, проглядела первые несколько пунктов. И закрыла.

– Ты знаешь, я не голодна вообще, – с независимым лицом отложила папку. И буквально через мгновение живот мой взвыл диким голосом, напоминая, что ведьма-заучка забыла его покормить в обед, а теперь и ужина лишить пытается.

Лакей даже виду не подал, а вот Норк бросил на меня раздраженный взгляд.

И снова, неожиданное спасибо подруженьке за полностью выбеленное лицо, хоть не видно красных щек.

– Мне, пожалуйста, вот это, – ткнул василиск в меню, вернув взгляд к подавальщику, – и это. А девушке – вот это и что-нибудь из сладкого. А еще будьте добры вина, – здесь мне достался пристальный оценивающий взгляд, причем оценку выдали явно не положительную, – и сока, – вздохнув закончил он.

Бодро все записав, лакей удалился, а мы остались вдвоем в неуютной тишине. Я старательно прятала глаза, боясь, что расплачусь от неподъемного долга, повисшего на мне. Норк раздраженно перебирал пальцами по столешнице.

– За дверью в конце коридора есть умывальня – иди смой с себя этот ужас. Отравишься еще собственной косметикой в тарелке, – поморщившись заметил он.

Я поспешила воспользоваться причиной сбежать хоть на мгновение и смыть из глаз капельки собравшихся слез.

Понимаю, что он не виноват! И от успеха этой авантюры зависит только мое будущее. Но мы же так все мои накопления потратим, а я хотела родным подарков купить! И так обидно от этого… Подруга предала, напарник даже не посоветовался прежде, чем начать шиковать, а мне теперь расхлебывай!

Когда я вернулась в комнату, еда была уже доставлена. Василиск споро кромсал свой кусок мяса, а меня дожидалась ароматная зажаристая до золотистой корочки рыбка с овощами, а рядом с ней изукрашенная фруктами песочная корзиночка. Пахло все одурительно, но я никак не могла заставить себя проглотить кусочка. Только вяло ковырялась в блюде, понимая, что деньги за него не вернут, даже если я не стану есть.

– Да это же невозможно просто, – с раздражением отбросил от себя парень вилку, обратив злой взгляд на меня. – Ведьма, я не пойму, это что за игры в униженную и оскорбленную? Не нравится – так гуляй отсюда на все четыре стороны. Я вполне себе переживу и не отомщенный. Но вот эти твои закидоны терпеть не стану!

Низко опустив голову, я спрятала глаза. Он прав. Надо было сразу обговорить все. А то я не предупредила, а теперь сама обижаюсь.

– Извини, – пробормотала, не решаясь взглянуть на него. – Ты здесь ни при чем, просто… много всего сразу навалилось, да и я не обговаривала с тобой все…

– Так, а нормально можно объяснить? – еще злился василиск, но все же старался сдерживаться.

– Зачем мы сюда пришли? – подняла на него несчастный взгляд, вываливая свои печали. – Почему нельзя было просто погулять где-то или в обычной кафешке посидеть?

– Ведьма, – раздраженно закатил он глаза, – если ты беспокоишься о своем пострадавшем моральном облике, то никто, кроме тебя, про кабинеты ничего плохого не думает.

– Да не в этом дело, – горько отмахнулась я. – Просто… ну к чему весь пафос? Зачем цветы дорогие? Важно же именно внимание. Можно же было вон и ромашки оранжерейные принести…

– За оранжерейные ваша наставница может и голову оторвать, – криво усмехнулся Норк. – И честно говоря, впервые на моей памяти девушка возмущается, что я пытаюсь быть галантным. Я, если ты помнишь, привороженного должен изображать.

– Ну да… – смутилась я, – но можно же было выбрать что-то попроще? Мы могли сходить на ярмарку вон зимнюю, на каток, посмотреть на снежную крепость стихийников или в иллюзион…

– То есть туда, где бесплатно? – внезапно помрачнел василиск.

И я потупилась. Понимаю, что после Мары тема денег болезнена, да и для мужчин в принципе это тема щекотливая. Но ведь мы же не встречаемся на самом деле, а только изображаем!

– Слушай, ведьма, – зло засверкал глазами Норк, – я не знаю, что там тебе наплела подружка, но я вовсе не нищий…

– Да при чем тут ты, – оборвала его я, всхлипнув. – Я – нищая, понимаешь? Я не потяну всего этого – цветов редких, ресторанов! За один сегодняшний день отдам тебе все накопленное.

Не выдержав, отвернулась, продолжая шмыгать носом. Потому что мне было стыдно. Не из-за своего происхождения или финансового положения. Было стыдно, что я помощи попросила, а о том, как ее будут оказывать, не подумала. А теперь еще и виноватым его выставила. Позорище просто, а не ведьма.

– Не реви, – раздалось мрачное со стороны, и мне под нос сунули бумажную салфетку.

Салфетку взяла, а оборачиваться не стала – постеснялась.

– А теперь скажи мне, ведьма, я что деньги у тебя просил? – строго смотрел на меня василиск.

– Нет, конечно, – пробурчала в ответ. – Я сама так решила. Ты ведь прав – весь этот спектакль больше нужен мне, как я могу позволить тебе все оплачивать? – бросила на задумчивого Октавиуса взгляд исподлобья. – Это моя проблема, а не твоя. Как минимум потраченное именно на меня, я вернуть обязана.

– Ведьмы никому никогда не должны, – пробормотал словно прописную истину. – Это им все всегда обязаны.

– Да, что ты заладил – ведьмы-то, ведьмы-се, – недовольно посмотрела на него. – Я прежде всего человек, поэтому и веду себе по-человечески! И у меня имя есть – Фанни.

Откинувшись на спинку дивана, василиск долго рассматривал меня с каким-то непонятным выражением лица. Затем хмыкнул, сверкнув глазами за затемненными стеклами.

– Удивительное ты существо, Фанни Скаро, – со странной улыбкой заявил Норк.

– Я не существо, я девушка, – обидевшись на такое сравнение, буркнула в ответ. Хотела сделать все правильно, у него же тоже с финансами не все радужно, а в итоге крайней оказалась.

– Значит, давай договоримся так, Фанни, – с усмешкой, но, правда, какой-то доброй, обратился он ко мне, – что бы ты там ни думала, я могу себе позволить накормить девушку и купить ей цветы, без влезания в долги. Поэтому ты спокойно сейчас поешь и заберешь эти несчастные фиалки. И не будешь мне ничего возвращать, – добавил строго, когда я попыталась возразить. – А в следующий раз вместе решим, куда идти, чтобы ты не мучилась так. Только ты тогда постараешься выглядеть прилично, а не как сейчас, – добавил строго.

Я засомневалась… Это решало мои печали по поводу средств, но виделось мне в этом что-то неправильное. Ну не воспитывали меня так!

– Но…

– Никаких возражений, – категорично заявили мне.

Я тяжко вздохнула, но согласилась. Ладно деньгами я не отдам, но можно ведь и по-другому? Могу ему зелья какие-то сварить. Я же и правда отличный зельевар.

– Хорошо, – робко согласилась, и настроение все же повысилось. – Спасибо большое, – шмыгнув носом, слабо улыбнулась.

Василиск только покачал головой на мою мордашку.

– Ешь, – вздохнул он, – хотя все уже давно остыло.

– Все равно вкусно, – заверила его все же приступая к рыбке, которая на самом деле была крайне соблазнительна.

Есть под пристальным взглядом василиска, медленно потягивающего вино из бокала, было не очень комфортно, но еда была вкусной, а я такой голодной, что про смущение быстро забылось. А вот когда я уже добралась до десерта, Октавиус снова заговорил со мной.

– Не пойму я, как ты такая принципиальная на свидания ходила? – скептически заметил он. – Ни один же мужчина не выдержит, когда девушка рядом все сама пытается делать.

– Я и не ходила, – пожала безразлично плечами.

– Как это? – удивленно посмотрел он на меня. – Ты же на последнем курсе, нет? Совершеннолетняя уже…

– Когда мне по свиданиям ходить, – скривившись хмыкнула я. – Я стипендиатка, мне пахать все время надо было, чтобы не потерять место, здесь уж не до свиданий.

– И что же ты, одна по иллюзиону и стихийному городку бродила? – недоверчиво глянул он на меня.

– Так, я и не была там, – призналась нехотя. – Вот и думала, раз уж нам приходится парочку изображать, хоть посмотрю, что там.

Норк сверлил меня недоверчивым взглядом, словно ждал, что я рассмеюсь своей шутке. Но какое уж тут.

Все годы моего обучения время перед праздником Долгой Зимы, для меня было посвящено подготовке к экзаменам и зачетам. Учеба давалась мне непросто, поэтому работать приходилось на износ. Только в этом году к диплому я вышла уже хорошо подготовленная, поэтому и занятий было меньше, и зачетов почти не осталось. А до этого празднеств, ежегодно устраиваемых ко дню Долгой Зимы, я не видела. Хотя нет, на ярмарке была. Но там это обязанность была – ведьмочки третьего курса участвуют в качестве зачета по кулинарной магии. Но ничего, кроме улочки с едой, я тогда и не видела – ни ряда артефакторов с милыми безделушками, ни зоомагов со зверинцем. Только и делала, что пряники, согревающие и восстановляющие, ваяла – и ни одного не попробовала. А между прочим, каждый факультет создавал свою площадку – стихийники строили сказочные городки, некроманты ставили постановку со скелетами, менталисты устраивали иллюзионные представления. И все эти радости прошли мимо меня.

Обиднее всего будет, если окажется, что я зря пропускала все прелести молодости, в итоге, все равно потеряв заветное место.

– Так, ты поела? – внезапно вырвал меня из размышлений серьезный голос парня.

Я переполошилась, решив, что у него уже, наверное, дела, и поспешила запихнуть в рот остатки корзиночки – вкуснючей, жуть просто.

– Да, – прошамкала, заглатывая последний кусочек.

– Тогда идем, – решительно поднялся он.

Бросив монеты на стол и не дав мне разглядеть, сколько потратился, он потянул меня за локоть из кабинета. Внизу также хмуро помог накинуть полушубок.

Вот только на выходе из ресторана мы вовсе не поспешил разойтись по своим делам. Уверенно шагая, василиск тянул меня следом.

– А мы куда? – робко уточнила, побоявшись указать, что как романтическая парочка мы сейчас вовсе не выглядим. Скорее, как недовольный хозяин и нашкодившая кошка.

– Смотреть крепость стихийников.

Я пораженно примолкла. Неужели?

Правда. И именно туда он меня повел, потому что на улице уже потемнело, а подсвеченная огневиками ледяная крепость в этой время смотрелась особенно впечатляюще.

И, божечки-кошечки, какая это была невероятная красота! Словно хрустальный замок, пусть и совсем небольшой. Искрящийся прозрачными гранями и сияющий в освещении огненных звезд и гирлянд. Ажурные арки и зеркальные коридоры, прозрачные башенки с витыми лестницами, и все совсем не скользкое и почти нехолодное. Я бегала по замку словно ребенок, таращась огромными глазами на каждую резную фигурку, украшавшую стены. Таскала за руку Норка по всему замку, а он мне рассказывал, как делалась та или иная часть. И все время посмеивался над моими ахами и вздохами.

Потом рассказал, какие замки были в прошлых годах. Как же я пожалела, чуть не взвыла, что так беспечно отмахивалась от приглашений сходить за компанию с Марой. А ведь в прошлом году была крепость из цветных облаков, по которым можно было ходить, не проваливаясь. А в позапрошлом –  замок из живых деревьев – зимой! И все это я не увидела.

Но за эту прогулку я была безумно благодарна Октавиусу. Все же, сколько чудесного я пропускала за учебниками и зельями.

Обратно в общежитие мы возвращались очень поздно. Я устала, голова гудела от впечатлений и эмоций, ничего из заданий сделать не успела. Но я была счастлива.

– Спасибо, – искренне выдохнула василиску, с улыбкой наблюдающему за мной. – Спасибо, что сводил меня посмотреть на крепость. Не представляла, что это так красиво!

– Значит, ресторан тебя впечатлил меньше? – хмыкнул он.

– Нет, там, конечно, тоже неплохо, – поспешила заверить его. – Но в крепости было интереснее, – все же призналась. К еде я в принципе довольно равнодушна, не приучена к деликатесам всяким, а вот к впечатлениям…

– Первый раз меня девушка благодарит не за дорогой ужин, а за возможность бесплатно посмотреть на чью-то экзаменационную работу, – рассмеялся василиск.

А я просто пожала плечами. Ну вот такая я, неправильная ведьма.

– Беги, –  усмехнувшись кивнул он мне на дверь, – завтра еще свидимся.

– Ага, – улыбнулась я и поспешила внутрь. Все же подмерзла.

В комнату я ввалилась сияя. Правда, при виде кислого лица подруги, радость моя поутихла, напомнив причину этой чудесной прогулки.

– Я смотрю, вечер удался? – выдавила из себя сладкую улыбочку ведьма. – Чего это ты такая радостная?

– Приворот действует, – тут же нашлась я. – Еще как! Эх, какой диплом шикарный получится, – вслух мечтала я, заваливаясь одетой на кровать. – А может, мне сразу лицензию алхимика-зельевара за это выдадут… – продолжала соблазнять подругу.

А на самом деле… закрывая глаза, я представляла вовсе не себя в магспирантской шляпе, и не новенькую лицензию зельевара… Я видела улыбающиеся глаза василиска, насмешливо взирающего на меня сквозь синие стекла очков.

Ох, не случилось бы из этого беды.

***

Через неделю стало понятно – пропала ведьма. Не знаю, сказалась ли моя неопытность или просто василиск был слишком хорош. С каждым днем я все чаще забывала, что причина наших встреч и прогулок – мой драгоценный диплом, а не что-то другое. А хуже всего было, что именно другого мне и хотелось.

Октавиус был… ох, слишком привлекателен. Он был интересным собеседником – нам всегда было о чем поговорить. Внимательным и заботливым – замечал, что я начинала мерзнуть, даже если не говорила, и просто молча кидал на меня согревающее заклинание. Как и договорились, никаких дорогих рестораций и подарков больше не было. Мы много гуляли, побывали и на ярмарке, и в иллюзионе, греться и перекусывать заходили в небольшие кафешки. Но как-то так получалось, что все равно везде платил он, да еще и мелкие приятные вещицы умудрялся всучивать. Причем так, что у меня и мыслей не возникало снова начать разговор о деньгах.

Василиск… просто ухаживал, и я, даже зная, что все лишь игра, охотно на это поддавалась. И с каждым днем становилось все страшнее, что игра вот-вот оборвется. Ведь время шло, а титульный лист в столе у подруженьки не спешил менять названия.

Мара пристально следила за встречами, расспрашивала, кривилась, отмечая мое излишнее довольство или очередной небольшой подарок. Я так и не могла понять – просто ли не верит она нашей игре, или подруженька оказалась продуманнее и не решается рисковать. И с внутренним опасением ждала, когда же сам василиск поинтересуется нашими успехами. Ведь я обещала ему, что если ведьма не соблазнится новой темой, то мы просто разорвем сделку, не доходя до крайности. А теперь вот ловила себя на жадной мысли, что хочу доиграть этот спектакль до конца. Но, конечно, я не могла замалчивать эту тему вечно.

– Кстати, что там с твоим дипломом? – все же вспомнил о главном Норк, когда мы грелись в небольшой кафешке после очередного визита в ледяную крепость стихийников. – Купилась уже ведьма?

Я подавилась глотком чая. И пока откашливалась, пыталась судорожно решить, что же делать. Соврать? Или увильнуть от ответа? Придумать какое-то оправдание, чтобы потянуть время еще немного?

Но, подняв взгляд на обеспокоенно смотрящего на меня василиска, сдалась, понимая, что не смогу его обмануть.

– Нет пока, – повесив голову призналась, с замиранием ожидая ответа. – Вроде и верит всему, злится, я бы даже сказала, что ты так со мной обходителен, но пока менять тему не спешит…

– Мда, как-то невесело, – поморщился парень. – Неужели мы все это зря затеяли? – произнес, заставляя мое сердце дрогнуть. – Может, стоит…

– Попробовать убедить ее другим способом? – поспешила оборвать его слова, боясь, что он предложит закончить сделку.

– Это каким же? – с неожиданной заинтересованностью посмотрел василиск на меня. Даже смутилась немного, потому как, откровенно говоря, никакого плана у меня пока не было.

– Ну… – судорожно соображала я, – раз просто свидания ее не убеждают в эффективности приворота, значит, надо попробовать что-то более… внушительное, – не совсем уверенно подобрала я слово, пытаясь придумать достойный вариант.

– Фанни Скаро, ты меня заинтриговала, – расплылся Норк в соблазнительной улыбке. – Неужели, мы подумали об одном и том же?

Я подняла на него удивленный взгляд. Так значит, он вовсе не собирался расторгнуть сделку? Фух, вот это облегчение. Вот только что именно он хотел предложить? И что же теперь сказать мне?

Озарение пришло внезапно.

– Слушай, может, есть что-то такое, что ты категорически отказался делать, когда встречался с Марой? Прозвище какое-то тебя бесило, или там за руки держась не хотел ходить? Возможно, если ты сделаешь что-то, в чем отказал ей, это поможет убедить ее? – с надеждой посмотрела на парня.

Странно, но на лице у василиска проявилось разочарование, словно рассчитывал совсем на другое предложение. Тогда, о чем же думал он?

– Была пара таких случаев, – поморщился парень. – И, если от платья с каменьями от лучшей швеи города, ты сама открестишься, – с усмешкой заметил на мои округлившиеся глаза, – то второй вариант, к моему неудовольствию, возможен.

Вот уж не думала, что злостная подруженька с него наряды требовать стала. Они же и повстречались всего ничего – пару месяцев. Да и вообще как-то это… странно для меня, чтобы едва знакомый парень тебе одежду приобретал. Тем более, когда родители ей в подобных покупках никогда не отказывали. Да у нас весь шкаф практически ее платьями забит!

– И что за второй вариант? – спросила с искренним интересом. Все же мне сложно представить, что такого надо было предложить, чтобы василиск категорически отказался делать.

– Каток, – недовольно выдохнул Октавиус. – Я не захотел вести ее на каток.

Вот здесь ему удалось по-настоящему меня удивить. А что, спрашивается, такого ужасного в этом месте?

– А можно спросить почему? – поинтересовалась аккуратно. Неспроста же это.

– Я не умею кататься, – поморщившись признался Норк. – И крайне не люблю чувствовать себя дураком, а там по-другому не получится. А ей же не просто покататься надо было – покрасоваться перед остальными ведьмочками. В общем… становиться шутом перед толпой ведьм мне не захотелось, – мрачно заявил он.

В целом, я его прекрасно понимала. Сборище ведьмочек способно любого до белого каления довести. Хотя кое-что и показалось странным.

–А как так вышло, что ты не умеешь кататься? – спросила осторожно. Все же… зимой у нас развлечений не очень много, потому на коньки дети вставали сразу после того, как ходить учились. Когда зима длится почти пять месяцев в году, приходится осваивать все виды развлечений, чтобы со скуки не помереть. Я вот тоже с детства на коньках. Правда, после того как к ведьмам поступила, забросила это дело – не до катаний, когда все время на грани висишь.

– Фанни, там, где я вырос, такой зимы не бывает, – снисходительно посмотрел на меня василиск. – Никакого снега или льда – негде мне учиться было. И когда сюда поступил, не до коньков поначалу было. Да и сейчас тоже, – слегка помрачнел он.

Ну точно же, василиски же в основном на юге обитают, где пески всякие и всегда тепло. Просто мне почему-то казалось, что он местный, вот и не подумала об очевидном. Но раз так… заставлять Норка переступать через себя ради какой-то достоверности не хотелось. Я уже раскрыла рот, чтобы исключить этот вариант и поинтересоваться, что же собирался предложить он. Не успела.

– Ладно, – немного нервно взъерошив волосы, решительно выдал василиск, – каток, так каток. В конце концов, страшнее практики на Арвийских болотах ничего быть не может.

Я даже опешила. Неужели он это ради меня?

– Ты можешь не кататься сам, – предложила ему. – Просто постоишь у ограждения, а я рядом буду кружить.

– Нет уж, Скаро, – хмыкнув посмотрел он на меня, – раз уж идти, то до конца. Раз идем на каток, значит, кататься будем оба. А ты, ведьмочка, возьмешь на себя ответственность и будешь учить меня, – усмехнувшись заявил парень.

– Ладно, – согласилась немного растерянно.

Как будто я буду против. Я давно признала, что дело уже не в дипломе – мне просто нравится проводить с ним время. Так разве я откажусь, побыть рядом хоть немного дольше?

***

До катка мы добрались в выходные, специально выбрав время, когда народу будет побольше. Все же, как ни крути – слухи нам будут только на пользу, так что, чем больше народу засвидетельствует нашу «романтику на льду» тем лучше.

Мара, заслышав, куда именно мы собираемся на очередное свидание, чуть ли не закипела от злости. Самой-то не удалось вытащить туда строптивого василиска – значит, не так уж и хороши ее ведьмовские чары, да внешность. И хоть она с упорством изображала безразличие к моим сборам, я была уверена – как только дверь за мной закроется, она тут же ломанется следом. Впрочем, это будет нам только на пользу.

Народу вокруг бывшего озера, а ныне катка, и правда оказалось полно, как на берегу, так и на льду. Студенты носились и хохотали, вокруг озера стояли прилавки со всякими согревающими напитками и перекусами. Вот только нигде я не могла высмотреть проката коньков. Мои-то у родителей остались, в городе, а у Октавиуса вообще никаких не было. Тем временем василиск уверенно тащил меня ко льду.

– Погоди, – попыталась притормозить я, – а коньки?

– Увидишь, – многозначно улыбнулись мне.

Добравшись до льда, парень легонько толкнул меня к проходу.

– Ступай, – приободрил он недоумевающую меня.

Сомневаюсь, что василиск стал бы надо мной издеваться. Но ногу на лед я ставила с опаской, не представляя, чего ожидать.

Стоило ботинку коснуться льда, как по нему пробежалась морозная искра. На подошву стал стремительно нарастать лед, чтобы через мгновение обратиться сверкающим прозрачным лезвием конька, намертво прикипевшим к обувке.

– Ого, – пораженно охнула, подняв восхищенный взгляд на довольно усмехающегося василиска.

– Это же не просто развлечение, а зачетная работа, – с улыбкой заметил Октавиус, глядя, как и второй ботиночек обзаводится острым лезвием.

Все-таки стихийники круты. Всегда считала их чересчур самодовольными и надменными, но теперь не могла не признать – имеют право. К слову, Норк ведь тоже стихийником был.

– И ты так можешь? – с интересом посмотрела на него, вновь привыкая к ощущению льда под ногами. Давно не стояла на коньках, забыла немного.

– Точно так вряд ли, – заметил в ответ. – Мои стихии – земля и огонь, так что лед мне плохо дается. Но принцип построения подобных заклинаний мне хорошо знаком, так что сделать, например, огненные или земляные лезвия смог бы. Правда, на таких не покатаешься, – хмыкнул Октавиус, – так что толку от них не особо. Ну что, госпожа преподаватель, начнем обучение? – вопросительно вскинул он бровь.

– Хмм… – замялась я. – Давай я кружочек прокачусь, вспомню как на них держаться, а потом за тобой приеду? – попросила небольшую отсрочку.

– Как это вспомню? – насмешливо поинтересовался Норк. – Я-то думал ты специалист прямо, а здесь оказывается…

– Не смешно, – насупившись толкнула его в плечо, – будешь издеваться, специально тебя уроню.

– Другого и не ожидал, – показательно разочарованно вздохнул парень, – вы ведьмы такие коварные существа. Сначала заманите, а потом бросаете.

Я нахмурилась, обидевшись на сравнение с подлой подружкой.

– Езжай, – улыбнувшись, заметил мне василиск, – я подожду.

Бросив на него взгляд исподлобья, кивнула и неловко оттолкнулась. Все же довольно много времени прошло. Но подзабытые навыки возвращались быстро, и закончила я кружок по ледяной глади, уже уверенно держась на ногах. Единственное, пожалела, что мы выбрали самый людный час – народу было не протолкнуться, только и изворачивайся, чтобы не врезаться в кого. Я опасалась, что дельного обучения в такой обстановке не выйдет. Но теперь уже поздно сожалеть.

На лед василиск ступил куда увереннее, чем я в свой первый раз. Чувство равновесия у парня было отменное. Я только и объяснила ему чуток принципы движения, придержала поначалу, но уже через десять минут Октавиус вполне спокойно, пусть и не слишком быстро, скользил рядом со мной, крепко придерживая за руку.

– Почему у меня такое ощущение, что ты мне врал про неумение кататься? – косилась на него с подозрением.

– Обижаешь, Фанни, – хмыкнул он, бросив на меня взгляд. – Первый раз на льду. Просто у меня был хороший учитель.

Подозрения мои лишь усилились. Да я ему только пару движений показала! А он как будто уже давно умеет, просто подзабыл. Чуть ли не лучше меня держится!

– Я не про тебя, – насмешливо сверкнул он глазами за стеклами очков. – Кто же знал, что некоторые упражнения с физической подготовки здесь пригодятся. Так что не зазнавайся, ведьмочка, – щелкнул он меня легонько по носу, – преподаватель из тебя ужасный.

– Ой, из тебя как будто лучше, – фыркнула в ответ.

– Конечно, – гордо выпятил он грудь, – да студенты молятся на меня просто!

– Ага, чтобы ты заболел, они молятся, – насмешливо заметила ему, прекрасно зная, какие слухи ходят об магспиранте. На его лабораторных воют даже отличники.

– Зато знания, полученные на моих занятиях, хоть на немного задерживаются в их головах, – вывернулся он.

Хотела добавить – исключительно потому, что он их туда чуть ли не вбивает, но не успела. Почудился какой-то рывок под ногами, и я стала стремительно заваливаться вперед. Норк, как оказалось, не столь уж уверенно стоящий на коньках, полетел следом, но успел как-то ловко извернуться, благодаря чему я приземлилась не лбом в лед, а ему на грудь. А вот парню повезло меньше.

– Октавиус, ты там живой? – пробормотала, все еще испуганно цепляясь за его пальто.

– Не уверен, – простонал парень подо мной.

А я нервно расхохоталась, уткнувшись лбом ему в грудь.

– Похоже, учитель из меня и правда не очень.

– Зато ведьма ответственная. Обещала уронить – уронила, – хмыкнул он. – Если ты так хотела поваляться на мне, могла просто попросить, – шепнул где-то у моего уха.

Отчаянно краснея, почувствовала, как рука, придерживающая меня за поясницу, прижала к парню чуть крепче. И я тут же завозилась, пытаясь неловко подняться.

– Стой! – внезапный резкий окрик, заставил меня замереть. Я вскинула голову, желая понять, что случилось, но мне на глаза резко легла чужая ладонь в перчатке.

– Не смотри на меня, – напряженно заметил василиск, перестав обнимать меня и завозившись рукой где-то рядом.

– Что случилось? – чуть дыша спросила у него.

– Очки слетели, – процедил он.

И в следующую секунду рядом раздался надсадный хруст стекла. Мы оба замерли.

– Вот же… – едва слышно выругался Норк.

А я почувствовала себя виноватой. Боги, и зачем только вытащила его на лед.

– Закрой глаза, – попросила его. – Я посмотрю, что с твоими очками, а потом помогу тебе встать.

Парень не ответил, но рука с моих глаз пропала.

Октавиус лежал зажмурившись, напряженно стискивая челюсть. Сложно представить, какого ему сейчас. Мало того, что вынужден полагаться на слабую ведьму, так и опасен вдобавок. Если зацепит кого-то взглядом, может и заколдовать. Не насмерть, конечно, на пару часов, вот только разборок будет.

Я поспешила сползти с бедного парня и подняться на ноги. Быстро оглядевшись, заметила совсем рядом россыпь синих осколков и разрезанную пополам оправу.

– Боюсь, твоим очкам уже не помочь, прости, – виновато заметила я, наклоняясь и придерживаясь за ограждение рядом. Взяв его за руку, потянула на себя, помогая подняться. Хотя… вернее будет сказать, что парень и сам прекрасно справлялся, а я скорее мешалась.

– Ты то, чего извиняешься, – вздохнул он, все также зажмурившись. – Не ты же их разбила. Неприятно, конечно, но не смертельно. У меня есть несколько запасных. Вот только не с собой.

– Я проведу тебя куда нужно, – тут же вцепилась ему в руку и потихоньку потянула за собой вдоль того же бортика к выходу.

– Что, и не побоишься в мужское общежитие прогуляться? – слабо усмехнулся он.

– А чего здесь бояться? – нахмурилась я. – Или у вас там охранка какая-то жуткая?

– Там обитатели жуткие, – хмыкнул василиск, чтобы тут же посерьезнеть. – Я благодарен за твою готовность помочь, но больше никогда не соглашайся на такие предложения. Впрочем, сам прослежу, чтобы их не поступало, – пробормотал уж совсем неслышно себе под нос.

Мне оставалось лишь пожать плечами. Уж не знаю, чем так сильно отличается их общежитие, чтобы его опасаться. Я слышала, что некоторые ведьмочки спокойно ходят. И тут же вспомнив, для чего они туда прогуливаются, густо покраснела, порадовавшись, что василиск не видит.

Вот блин, дуреха я наивная.

Пусть и медленно, но до выхода мы доползли без повторных происшествий. Стоило сойти с глади катка, как лед с обуви исчез, позволяя вновь спокойно идти по земле.

Где находится мужское общежитие, я знала, поэтому уверенно повела василиска. Было очень неловко, что я вытащила парня на этот дурацкий каток, а в итоге рухнула на него и поставила в такое положение.

– Ты не сама упала, – внезапно, словно почувствовав мои мысли, заметил Октавиус, чуть крепче сжав ладонь. – Я ощутил всплеск магии под ногами, прежде чем мы упали.

Я так резко остановилась, что Норк чуть не снес меня, успев перехватить за талию, чтобы не упала вновь. Но я, не обращая внимания, напряженно вглядывалась в поле катка позади, высматривая знакомую фигуру. Вот даже не сомневаюсь, кто мог нам такую подлянку организовать.

– Плевать, – шепнул мне на ухо василиск, снова угадав мысли. – Все целы и живы, а в остальном нам это на пользу сыграет. Уверяю тебя, после сегодняшнего представления все только и будут говорить, что о нашем романе, – усмехнувшись заметил парень.

Ох, что-то слишком часто я сегодня краснею. Поспешно выбравшись из его хватки, потянула дальше за собой, стараясь не думать, как будет выглядеть со стороны наш визит в мужское общежитие.

Да ладно, в конце концов, всем ведьмочкам можно, а мне нет, что ли?

Несмотря на все убеждения, под сень мужского жилища я входила, чуть ли не пряча голову в вороте полушубка. Казалось, что со всех сторон сейчас начнут доноситься похабные смешки и шуточки. Но… что называется, у страха глаза велики. Откровенно говоря, в холле общежития вообще никого не было. Да и пока мы добирались на самый верхний этаж к обители магспирантов и младших преподавателей, навстречу нам попалась лишь пара человек, и те не обратили на нас внимание.

Наконец, мне удалось благополучно довести василиска до дверей родного жилища. Но если говорить честно – моей заслуги в том не так уж много. Даже лишенный зрения парень вполне себе уверенно держался на ногах, ни разу не спотыкнулся, а я всего-то и указывала нужное направление.

Приложив руку, Норк снял защиту с комнаты и, распахнув дверь, пригласил войти первой.

– Прошу, – с улыбкой пропустили меня вперед.

Порадовавшись, что легкий румянец на моих щеках все еще скрыт от василиска, я шагнула внутрь.

Комната была, в общем-то, стандартной – разве что чуточку больше той, где проживали мы с Марой, ну и выделена была под одного. А так, все та же кровать, письменный стол, изрядно приправленный бумагами, комод, шкаф и книжный стеллаж, едва ли не ломящийся от втиснутых фолиантов.

– Фанни, будь так добра, – подал голос василиск, не спешащий отходить от двери, – верхний ящик комода, деревянная шкатулка справа – там лежат запасные очки.

– Конечно, – встрепенулась я.

В комоде оказался идеальный порядок – писчие принадлежности, какие-то мелочи и непосредственно шкатулка, из которой я споро достала синие очки, идентичные там самым разломанным. Там оставалось еще штук пять пар таких, и я подивилась запасливости василиска. С другой стороны – это не просто вопрос удобства, а именно безопасности, причем по большей части окружающих. В таком случае излишним ничего не будет.

Вернувшись к терпеливо ожидавшему меня парню, аккуратно вложила хрупкие стекла ему в ладонь.

И уже через мгновение любовалась сверкнувшими мне глазами.

– И снова привет, – хмыкнул он.

– Привет, – смущенно шепнула в ответ.

Потом парень чуть нахмурился и окинул меня быстрым взглядом.

– Ты цела? Нигде не ударилась? Все-таки упали мы капитально.

– Это я тебя спросить должна, – фыркнула в ответ. – Из нас двоих прилетело льдом в затылок тебе.

– Есть такое… –  поморщившись дотронулся он до головы.

– Надо осмотреть, – решительно заявила ему и потянула в сторону ближайшего стула. А то я до его макушки разве что в прыжке достану.

– Давай хоть верхнюю одежду снимем, – со смешком заметил мне Норк. – Здесь тепло, не замерзнешь.

Я бы даже сказала жарко, так что стянуть полушубок с шапкой была только рада. Правда, волосы и так собранные кое-как совсем растрепались, да и платье было простым ученическим, ну да ладно. Пристроив одежку на крючок у двери рядом с пальто парня, я поспешила усадить пациента, чтобы оценить степень повреждений.

Удивительно, но Октавиус даже и не сопротивлялся, лишь слегка морщился, когда я аккуратно прощупывала пальчиками края огромной шишки у него на затылке. Да, приложился парень изрядно. Ведьмы, конечно, в плане лечения больше полагаются на зелья различные, но в этом случае, можно попытаться заставить поработать способности василиска.

Поэтому аккуратно положив ладошку ему на затылок, я стала своей силой стягивать энергию мага к повреждению, чтобы ускорить регенерацию. С потоками силы мы хорошо работаем – и со своими, и с чужими.

–Ты чего там творишь, ведьмочка? – настороженно вопросил Норк, впрочем, не пытаясь вырваться из хватки.

–Ш-ш-ш, – зашипела на него, – ничего ужасного, всего лишь подстегиваю твой организм на быстрое восстановление.

Парень возражать не стал и терпеливо ждал, когда я закончу процедуру. Ну, это я так считала, на самом-то деле василиск просто обдумывал, как бы задать свой вопрос поаккуратнее.

– Фанни, – подал голос парень, когда я заканчивала, – я уже понял, что ты ведьма гордая, порою до глупости, – заставили меня нахмуриться его первые слова. – Но я не особо умею ходить вокруг да около. Так что давай я спрошу кое-что прямо, а ты постараешься не обижаться на этот вопрос? – чуть повернувшись, он перехватил меня за руку и заставил заглянуть ему в серьезные глаза.

Такая постановка вопроса меня насторожила. Что это за провокационные вещи на уме у этого чешуйчатого?

– Ну задавай, – чуть прищурившись согласилась я.

– У тебя есть платье для Зимнего бала? – с легкой настороженностью уточнил Норк.

А я, облегченно выдохнув, легко рассмеялась. Всего-то? И стоило ли так переживать из-за такой глупости? Хотя… если подумать, то раньше на предложение купить платье я бы и правда обиделась бы. А сейчас…на Октавиуса не смогла бы. Нет, такой подарок я бы вряд ли приняла, но оскорбляться по этому поводу не стала бы. Впрочем, любые размышления излишни – потому как платье у меня было заготовлено.

Вообще, обычно я избегала всех подобных мероприятий. Все эти балы и праздники казались мне тратой времени и денег – это же наряд надо, обувь и так далее. И только в этом празднике я решила себе не отказывать. Зимний бал был моей последней возможностью хоть краем зацепить радости студенческой жизни и готовилась я к нему аж с лета. Так что за это время я успела обзавестись и платьем и всем ему сопутствующим.

Переживания парня были напрасными. Но мне приятно, что он решил уточнить этот вопрос. Тем более, когда еще не было полной уверенности в том, что наш общий поход на бал вообще состоится. Внушало надежду, что василиск будет сопровождать меня вне зависимости от того, поддастся подлая подруга на искушение новым дипломом или нет.

– У меня все есть, не переживай, не опозорю я тебя как тогда в ресторане, – ехидно заметила Октавиусу, освобождая руку и отступая.

Но парень вновь перехватил меня за запястье.

– Можно посмотреть? – раздался неожиданный вопрос, заставивший чуть нахмурится. Неужели и правда считает, что ведьма окажется его недостойна? Это было обидно. Платье мое хоть и не было новым, но нравилось мне неимоверно. Даже Мара скупо признала его хорошим выбором – а эта ведьма знала толк в нарядах!

Вырвав руку из его хватки, я отступила на пару шагов.

– Извини, с собой его не ношу, чтобы всем хвастаться. Потом принесу показать, если оно вообще понадобится, – закончила мрачно.

– А помнишь ты его хорошо? – с какой-то понимающей усмешкой поинтересовался василиск, поднимаясь со стула и одним шагом сокращая расстояние между нами.

– Что? – растерялась я от неожиданности вопроса.

– Закрой глаза и представь его себе во всех нюансах, – попросил Норк и, прежде чем я успела возразить, накрыл мне глаза ладонью. Я почувствовала, как вокруг сгущается магия.

– Платье, – напомнил мне серьезно василиск, – вспоминай себя в нем.

Ладно, посмотрим, что задумал парень. Я сосредоточилась, вызывая в памяти свой облик. Образ был хорошим и четким – я неприлично много времени крутилась у зеркала, любуясь собственным отражением, и бесконечно благодарила маму за подаренное чудо.

Да, денег на новую дорогую, а главное, одноразовую тряпку у меня не было. Зато оставалось мамино свадебное платье, одетое лишь раз и хранящее теплые воспоминания. Матушка, конечно, поначалу мечтала, что кто-то из ее дочерей наденет его на собственное торжество. Но так уж вышло, что старшие сестрицы ростом пошли в папеньку, на голову перерастя родительницу, и впору хранимая вещь была лишь мелкой мне. А у ведьм с замужеством отношения вообще сложные. Так что, когда встал вопрос о наряде, свадебное чудо было извлечено из закромов без особого сожаления. И уже потом, благодаря искусным рукам мамы и чудесам зелья, превращено в мое личное маленькое волшебство.

– Открывай глаза, – неожиданно охрипшим голосом попросил парень, а я поняла, что чужая ладонь уже исчезла с моего лица.

Не чувствуя никаких изменений, я недоуменно посмотрела на василиска, пытаясь понять, что он хотел сделать. Прочитать мои воспоминания? Хотела было уточнить, но запнулась о пристальный взгляд, скользивший по мне. А глянув на себя, ахнула.

Платье, то самое, прямо на мне! А по ощущениям я все в том же ученическом.

– Это высшая иллюзия? – восторженно поинтересовалась, поднимая руку и глядя, как взметается следом легкая полупрозрачная ткань рукава – совсем как настоящая!

– Ага, – коротко отозвался василиск, словно пришибленный.

– Что? – нахмурилась, не понимая такого поведения. Может, что-то исказилось в моих воспоминаниях? Покрутив головой, усмотрела на створке шкафа зеркало в полный рост и поспешила к нему, чтобы ахнуть повторно.

Василиску удалось вытащить из моих воспоминаний не только само платье, точное до малейших деталей, но и задуманные прическу с макияжем. В общем, я была при полном параде – чего со мной не случалось за все время обучения. А потому василиск, молчаливо созерцающий меня со странным выражением лица, нервировал меня все больше.

– Да чего не так-то? – вспылила я, глядя на его отражение за спиной.

Норк судорожно сглотнул, медленно отведя взгляд от платья, и перевел его на мое недовольное лицо.

– Тебе не кажется, что оно слишком… – застопорился он, словно пытаясь подобрать слова.

– Простое? – напряженно уточнила, почти с угрозой в голосе.

Потому что лично я от него была в восторге. И пусть на нем не было каменьев и дорогих вышивок, зато оно было идеальным для меня.

Нежный шелк и шифон, стекающие по корсажу и переходящие в не пышную, но многослойную и воздушную юбку, мягко очерчивающую линию бедра. Декольте не особо откровенное, но идеально подчеркивающее хрупкие ключицы, прямую линию плеч и высокую грудь. И летящие рукава, оставляющие плечи открытыми. Но главным достоинством платья была сама ткань – нежный, цвета кремовых сливок, шелк и чуть переливающийся персиковый шифон с легкой искрой. Мне удалось создать уникальный оттенок, точно подобранный к моей коже. Платье не выглядело прозрачным, но при этом заставляло меня почти светиться, а на бледных щеках расцветал румянец. В общем – если чешуйчатый только заикнется, что оно недостаточно хорошо – его самого в этот цвет перекрашу, чтобы он сам мне идеально подходил.

– Нет, – легко качнул Норк головой, выдав немного растерянную улыбку. – Оно слишком хорошо для какого-то мелкого студенческого бала.

Я смутилась и довольно хихикнула, огладив руками призрачный шелк юбки.

– Ты очень красивая, – раздалось неожиданное из-за спины.

Столкнувшись ошарашенным взглядом с завораживающими глазами василиска в отражении, я замерла. И в этот миг… мне и правда показалось, что он так думает. Что все произошедшее между нами по-настоящему, а не вымышленная игра, чтобы спасти диплом и наказать предательницу. Потому что искры восхищения и желания в его глазах, могла разглядеть даже совершенно неопытная я.

Его плавный шаг ближе я отметила с затаившимся дыханием, не зная, чего ожидать, но при этом отчаянно желая этого. Вот только глупый василиск умудрился разрушить очарование момента и вернуть меня из грез на бренную землю одной фразой.

– Но несмотря на ваше общее великолепие – это платье совершенно не подходит для наших целей, – выдал Октавиус, взмахом руки развеивая мое чудо. И вот из зеркала на меня снова смотрит растрепанная серенькая ведьмочка. Совершенно не вдохновляющая и не привлекательная.

– И что ты хотел этим сказать? – мрачно повернулась к напарнику, жестоко напоминая себе – между нами лишь сделка, и чувствам здесь не место.

– Боюсь, если ты явишься на бал в этом, я весь вечер проведу, отгоняя от тебя навязчивых поклонников, и признание моего личного поражения перед ведьмовским приворотом пройдет незамеченным, – с легкой усмешкой заметил парень. – Подобной нимфе много кто будет рад сдаться без сопротивления, а нам важно доказать силу приворота.

Нельзя отрицать его правоту, но мне совершенно не нравилось, куда сворачивал разговор.

– Предлагаешь мне прийти в рванине? – сухо поинтересовалась, складывая руки на груди, вспоминая услугу от лживой подружки.

– Нет, – легко усмехнулся василиск. – Ты должна быть ослепительна – но по-ведьмовски, чуть агрессивно.

– У меня нет другого платья. И денег, и времени, чтобы достать его, тоже, – совсем помрачнела я.

– Я так понимаю, что от моей помощи в покупке ты окажешься? – догадливо уточнил Норк и, напоровшись на мрачный взгляд, в ответе уже не нуждался. – Ладно, зачем покупать, если можно одолжить…

– В смысле? – недоуменно глянула на него.

– У меня старшая сестра такого же роста, – заметил он, окинув меня расчетливым взглядом. – Она будет не против одолжить тебе наряд на вечер, раз уж ты так не хочешь покупать.

Я засомневалась. Одолжить, это, конечно, вариант. Но вот так вот у кого-то совершенно незнакомого.

– Как-то… неудобно… – промямлила неуверенно.

– Пустяки, – отмахнулся он легко. – У нее их все равно столько, что большинство висит не тронутыми. Она из мужа веревки вьет и не знает ограничения в тратах, а тут хоть не зря пылиться будет наряд, – хмыкнул Октавиус.

– Ну… я буду благодарна, если она одолжит что-то подходящее, – нехотя признала я, чтобы после пробурчать себе под нос. – Но жалко, что так и не удастся выгулять свой наряд.

– Не переживай, – мягко взял меня за ладонь василиск. – Обещаю потом отвести тебя в место, достойное твоего великолепного платья, – сверкнув глазами за стеклами очков, прикоснулся он легким поцелуем к запястью.

А я густо покраснела, проклиная себя за тонкую и светлую кожу, на которой так легко расцветает румянец.

После Норк сопроводил уже меня до общежития, где ожидала чуть ли не пышущая злостью Мара. Выслушав очередные восторги по поводу зелья, слегка поуспокоилась и вникала в мои бессмысленные рассуждения о различных способах повышении эффективности приворота уже с оценивающей сосредоточенностью.

Следующим вечером мне в комнату доставили огромную коробку с открыткой от Норка. А внутри пряталось шикарное пышное платье, глубокого темно-фиолетового оттенка, с золотистой искрой, жестким корсажем, воротником-стойкой и вырезом на спине. Немного провокационное, но определённо – ведьмовское! Именно к такому шляпа магспирантки стала бы идеальным дополнением. Пожалуй, здесь Октавиус был прав, ведьма, рискнувшая испробовать экспериментальный приворот на василиске, должна выглядеть дерзко, а не весенним первоцветом на снегу.

Мара за распаковкой шикарного платья следила молчаливо с каменным лицом. Лишь раз бросила взгляд на записку, по которой было ясно, что платье от василиска, но где не было ни слова про заимствование, и ушла из комнаты, отговорившись делами. Пропадала где-то долго, вернулась сосредоточенная и мрачная, когда я спрятала наряд.

И уже на следующий день на работе, прячущейся в ее столе, изменился титульный лист. Предательница-ведьма все же купилась на наш спектакль.

***

Оставшуюся неделю до Зимнего бала я провела просто в розовом тумане влюбленности. Глупо отрицать это – я влюбилась в Октавиуса по-настоящему. И эта неделя, проведенное нами вместе время, давали мне надежду, что чувства были взаимными. Мы не говорили о том, что происходило между нами, балансируя где-то на грани. Просто общались, гуляли, занимались в библиотеке – все время были рядом. И я была счастлива настолько, что совсем забывала о нашей договоренности. Все было таким реальным, что я была уверена – дипломом все не закончится. И душа моя от этой мысли пела.

День бала выдался для меня особо волнительным. Обычно пренебрегающая косметикой и внешним видом, я в этот раз заранее заготовила всевозможных зелий и кремов, чтобы выглядеть просто идеально. И даже от щедрот души поделилась с заклятой подругой – все же пока не стоило давать ей сомневаться в дружбе.

Почти весь день мы провели в бессмысленном девичьем трепе, уходе за собой и приготовлениям к балу. В какой-то момент сердце кольнуло тоской – все было почти как раньше – болтовня, посиделки, словно мы все еще лучшие подруги. А на самом деле везде подлость и подковырки. Она пытается подставить меня, я ее, но при этом обе дружелюбно улыбаемся друг другу. В общем, подозреваю, что дружбы с ведьмой у меня в этой жизни вообще не сложится. Надо будет попробовать найти друзей среди стихийников – судя по всему, они ребята классные.

Впрочем, боль от предательства подруги уже была лишь отголоском. Я в некоторой степени ей благодарна. Если бы не ее подлость, я бы никогда сама не подошла к Норку и не познакомилась с ним поближе. И почему не заметила его раньше? Слишком прислушивалась к мнению Мары? Уже понятно, что ее словам никогда нельзя было доверять. До сих пор не понимаю, откуда она взяла, что Октавиус чуть ли не бедствует. Все время нашего общения я только и делала, что отбивалась от каких-то подарков. Сложно представить, чтобы парень в чем-то отказал любимой девушке. Здесь уж скорее у подруги оказались непомерные запросы – какой-нибудь брильянт с кулак размером, например.

В любом случае ее потеря стала моим выигрышем, и уже за это ей огромное спасибо.

К положенному часу я стояла перед зеркалом и впервые за долгое время находила себя красивой. Ничуть не хуже Мары, слывшей главной красавицей факультета ведьм. Конечно, в темно-зеленом шелке, изукрашенном изумрудами, ведьма смотрелась дорого и впечатляюще. Но, пожалуй, и я в своем темно-фиолетовом наряде выглядела настоящей чаровницей. Собранные в высокую прическу темные кудри и подведенные глаза завершали образ. И мне не терпелось увидеть, как на подобное преображение отреагирует василиск.

И знаете что? Он меня не узнал!

К тому времени в холле ведьмовского общежития собралась уже толпа кавалеров, ожидающих своих дам, чтобы сопроводить их в бальный зал через портал, специально открытый в общежитии. Не будут же ведьмочки по холоду в платьях идти?

В общем, маги всех мастей попеременно высматривали в спускавшихся девушках своих пар. Октавиус, пристроившийся чуть в стороне ото всех у стены, тоже бросал скучающие взгляды на лестницу. В очередной раз оглянувшись, лишь мельком отметил меня и отвернулся. Чтобы через несколько мгновений резко посмотреть обратно, впиваясь в смутившуюся меня взглядом.

Я слегка покраснела и едва не оступилась, следя, как он поспешил сквозь толпу к лестнице, чтобы подать мне руку.

– Фанни, ты обворожительна, – коснулся поцелуем ладони, затянутой в перчатку, обжигая меня жарким взглядом, сквозь стекла очков.

– Настолько, что ты меня не узнал, – с легким смешком пожурила я, принимая его руку и шагая следом к порталу.

– Мне нет прощения, – с легкой улыбкой покаялся он. – Просто я привык к очаровательной и милой девушке, и не ожидал увидеть вместо нее околдовывающую своим видом ведьму. Боюсь, мне все равно придется весь вечер отгонять от тебя назойливых кавалеров, – притворно вздохнул он.

Я засмущалась под его взглядом и поспешила шагнуть в арку портала.

Центральный зал академии, специально преображенный к празднеству, просто поражал. Огромные ели, раскрашенные хрустальными переливами игрушек. Морозные узоры, обрамляющие темные стены и кружащиеся под потолком снежинки, тающие не успевая долететь до пола. И, конечно же, музыка, увлекающая в танце сотни пар.

Я даже не успела оглянуться, как Норк утянул меня в круговорот танцующих. И я потеряла голову мгновенно. От этого серебристого света, окружающего нас, ритма вальса, горячих рук, крепко удерживающих меня, и блеска глаз напротив. Сейчас и здесь именно это казалось главным – его объятия, уверенность, с которой он вел меня в бесконечном танце, и пламя в темных глазах, жаром разбегающееся по моей коже и заставляющее сердце трепетать в ожидании неизвестного.

Время до полуночи пролетело едином мигом. Мне казалось, что мы успели только ступить в зал, а вот уже затихает музыка и магия приглушает освящение, высвечивая на потолке огромные часы, отсчитывающие мгновения самого темного дня зимы. Все хором отсчитали последний десяток секунд, и радостные крики вместе с яркими фейерверками ознаменовали первое мгновение вновь приближающейся весны.

Россыпь ослепительных цветов, распускающихся над головой, горячая ладонь, сжимающая мою руку и ощущение счастья, казавшееся сейчас таким полным, в следующее мгновение, поглотившее меня с головой.

Я только повернулась к Октавиусу, чтобы поздравить его, но не успела сказать и слова. Парень оказался неожиданно близко, ловя мое дыхание. Миг, и нежное прикосновение горячих губ знаменует кражу первого ведьмовского поцелуя. Того самого, что должен дарить удачу, в том числе и в любви. И я всем сердцем возжелала, чтобы эта удача оказалась нашей общей.

Мой тихий выдох, когда меня на мгновение отпустили. Взгляд глаза в глаза, говорящий больше, чем любые слова. Вокруг шум поздравлений и всеобщей радости, но мы этого не замечаем. Смотрю на него и вижу отголосок своих чувств – эту нечаянную и неожиданную любовь, родившуюся из чужого предательства и сумасбродной идеи мести. И за следующим поцелуем тянусь сама, с радостью и восторгом в сердце встречая обжигающее прикосновение и крепкие объятия.

Вокруг уже свистят и громко смеются, обратив внимание на нашу пару, а мне все равно. У меня кружится голова, а под кожей словно бурлят пузырьки искрящегося счастья.

Когда Октавиус отпускает меня, вокруг все еще звучат смешки и одобрительные выкрики. Я еще плохо соображаю, едва держась на ногах от захлестнувших меня эмоций. И совсем не ожидаю, что в этой толпе, окружившей нас, василиск вдруг склонит передо мной колено, заставляя окружающих ахнуть, а меня замереть на вдохе. Зал вокруг еще шумит, но те, кто совсем близко, замолчали, осталось лишь шуршание шепотков. А Норк смотрит только на меня, улыбается и достает из внутреннего кармана камзола… маленькую бархатную коробочку. Ту самую, в которых обычно прячут кольца.

Сердце замирает, чтобы тут же забиться с утроенной силой. Василиск не говорит ни слова, но я все вижу по искрящимся глазам. Этот миг…он только для нас двоих. И раздавшиеся вдруг рядом одобрительный свист и крики, кажутся просто кощунством и оскорблением. Я не даю парню открыть шкатулку – этот момент, это признание, я хочу оставить только между нами. Накрыв ладонью бархатную коробочку, заставляю его подняться. Не говоря ни слова, под выкрики однокурсников знакомых и нет, я тяну его за руку на выход из зала.

Показалось, что рядом мелькнула изумрудная зелень платья подруги – но какая разница. Диплом… диплом, конечно, важен. Но сейчас гораздо важнее мне был парень, уже сам тянущий меня по коридору в сторону классов, пустующих сейчас, и то, что так неожиданно расцвело между нами.

В сумерках кабинета между нами воцарилась волнительная тишина. Нет, я, конечно, надеялась, что мои чувства взаимны, но… предложение… вот так сразу? Такого и представить не могла. Это было неожиданно, немного боязно, но все же разливалось теплом по сердцу. Бархатная коробочка, в какой-то момент перекочевавшая ко мне в ладонь полностью, практически обжигала, и я надеялась, что мое покрасневшее лицо сейчас не светит маяком в темноте.

Столько мыслей в голове, что я не знала, за какую ухватиться. Подняла растерянный взгляд на василиска, застывшего в нескольких шагах от меня. Света в комнате не хватало, чтобы толком рассмотреть лицо, но я даже немного порадовалась этому. Значит, и мой смущенный румянец, и влюбленный взгляд не так бросаются в глаза. Сейчас я была так опьянена эмоциями, что готова была сама отдать Маре диплом, лишь бы и правда остаться с Октавиусом навсегда.

Я подняла небольшую коробочку в своей руке, так и не решившись открыть.

– Это… было даже слишком неожиданно, – произнесла, молясь, чтобы голос не дрожал от волнения и переполнявших меня эмоций.

– А мне казалось, что момент более чем подходящий, – хмыкнул василиск, сделав шаг ближе. – Ну как, мне удалось произвести впечатление, как думаешь?

Я тихо усмехнулась. Это не просто впечатление – я чуть чувств не лишилась на месте!

– Думаю, в университете теперь годами будет ходить легенда, как одной снежной ночью, василиск сошел с ума и сделал предложение ведьмочке посреди бала, – заметила я, тоже сделав небольшой шаг ему навстречу.

– Мы станем частью истории, – вполне довольно кивнул Норк, – будет что рассказать внукам. Но зря ты меня увела. Могли бы еще потанцевать. А теперь уже вернуться вряд ли получится. Такой прекрасный вечер, к сожалению, закончился слишком быстро, – прозвучало в его голосе явное разочарование.

А я… застыла, поняв, что в его словах что-то не так. Сердце, до этого радостно и гулко бившееся в груди, словно на мгновение запнулось, почувствовав неладное.

– Почему… вернуться… нельзя? – выдавила из себя, остро ощущая, что ответ мне не понравится.

– По идее, ты добилась своей цели, получив признание от привороженного. Сейчас ты как бы выдашь мне отворот, и мы благополучно расстанемся, – напомнил мне первоначальный план василиск. – Будет странно, если мы после этого вернемся вместе и продолжим танцевать…

Конец его фразы я почти не слышала. В ушах гремел звон осыпающегося хрустального замка моих иллюзий. Глупая, глупая ведьма, которая обманулась сказкой, выдуманной для других… Я сама же ему сказала – признаешься в чувствах – практически это он и сделал. Но ведь сейчас, наедине, ни слова о чувствах не прозвучало… Только о всеобщем впечатлении…

Что сказать… спектакль вышел что надо. И я не могу винить Октавиуса в том, что роль удалась ему уж слишком хорошо. Настолько, что верила каждому взгляду и прикосновению. Ведьмочка, никогда не встречавшаяся ни с кем, не знающая, что такое влюбляться и быть любимой… Неудивительно, что наивная я восприняла все за чистую монету. А василиск… он лишь выполнил свою часть сделки. Помог спасти мой диплом. Он мне ничего не обещал! И ни разу соврал! Даже сейчас не прозвучало ни одного лживого признания в любви. Он пытался сделать все как лучше… вот только почему мне хочется закричать и ударить его? Сделать ему больно так же, как сейчас было мне… Изобрести этот проклятый приворот и заставить его навсегда остаться рядом.

– Ты прав, – сипло выдохнула я, отступив на полшага. – Возвращаться уже нельзя. Прости, сглупила и не подумала.

Бархат коробочки в сжатой руке, казалось, прожигал ладонь насквозь, и боль эта отзывалась в самом сердце. Какое же счастье, что в пустом кабинете царил плотный сумрак. Значит, василиск не видел взгляда влюбленной и потерявшей голову ведьмы. И не заметит сейчас слез, едва сдерживаемых. А я должна сдержаться! Потому что он в моих чувствах и мечтах совсем не виноват!

– Спасибо тебе большое, – старательно контролируя голос, произнесла я, уже не пытаясь разглядеть его лицо. – Наверное, сегодня ты спас мое будущее, – горько усмехнулась я, вспоминая, что пару минут назад готова была распрощаться и с дипломом, и с магспирантурой. – Я теперь твоя должница. Если когда-нибудь и тебе понадобится моя помощь –  буду рада ее оказать.

Только бы голос не дрожал… Лишь бы не всхлипнуть раньше времени…

– Фанни… – мне почудилось, что парень был чем-то обеспокоен, и это напугало.

Он услышал приближающуюся истерику? Какое позорище… Ты не ведьма, а тряпка какая-то! Нет, надо скорее убегать! Не хочу, чтобы он понял, насколько болезненным оказался для меня этот самообман!

– Надеюсь, тебя не слишком будут дразнить предложением, – постаралась добавить наигранного веселья в голос. – Можешь всем рассказать, что решил подшутить над глупой ведьмочкой – я косых взглядов не боюсь. Ой, кстати, чуть не забыла, – спеша покинуть комнату и выплакаться в одиночестве, я криво пихнула ему в руки проклятый обжигающий бархат, из-за чего коробочка свалилась на пол. – Извини…

Пока василиск склонился, чтобы поднять злосчастный подарок, я поспешно метнулась к двери.

– Еще раз огромное спасибо. Я потом тебя отблагодарю, – заполошно пробормотала я, почти испугавшись, когда Норк сделал ко мне шаг.

– Фанни…

– До диплома тебе лучше не появляться рядом. Мара может что-то заподозрить, и все сорвется в последний момент. Так что давай встретимся через пару недель, ладно? – пробормотала дрожащим голосом, постепенно отступая.

Не дожидаясь ответа, чувствуя, как по щекам уже начали струиться слезы, я резко развернулась и понеслась по коридору к покинутому только недавно залу и порталу рядом с ним. Скорее обратно, в общежитие, остаться одной и наконец позволить себе отпустить эту боль!

– Фанни Скаро! – раздалось мне вслед, но я уже нырнула в арку портала.

Теперь у меня только две недели, чтобы смириться с собственной глупостью и успокоить сердце. А потом мы встретимся вновь… и я смогу поблагодарить его нормально… Надеюсь.

Мара вернулась только под утро. К этому времени я уже успела выплакаться, снять отеки с глаз специальным отваром и даже почистить и упаковать обратно в коробку платье.

Когда пьяная и улыбающаяся подруга ввалилась хихикая в комнату, я за письменным столом корпела над последней частью поддельного диплома.

Увидев меня, ведьма чуть ли не запнулась, и радости на ее лице стало куда меньше.

– Выдала отворот? – поинтересовалась, упав на свою кровать и пристально вглядываясь в мое мрачное лицо.

– Да, – хмуро подтвердила, продолжая писать.

– Не сработал? – уточнила Мара настороженно.

– Почему же… сработал, – дернула я плечом. – Просто… устала от этой игры. Защититься бы поскорее.

Ведьма покивала головой, соглашаясь, и уползла в ванную приводить себя в порядок после бессонной ночи.

А я, отложив перо, откинула голову на спинку стула, стараясь загнать вновь собравшиеся на глазах слезы обратно.

Пусть приворота для василисков и не существует… но для себя отворот я могу попробовать сварить? Ведь сейчас мне казалось, что своими силами я с этими чувствами не справлюсь.

***

Вот и настал этот день. День, когда решится судьба моей будущей карьеры. А мне… не то чтобы все равно, но мысль о проваленном дипломе уже не мучит так. Муторно на душе и просто хочется, чтобы все это закончилось. Чтобы можно было вернуться домой и выплакаться маме.

Октавиуса после бала я не увидела ни разу. Я не искала с ним встречи, и он со мной тоже. Наша сделка была окончена…

Глупо, наверное, но после того как в ночь бала дописала поддельный диплом, я закрыла его в ящике стола и не вспоминала до самого дня защиты. Ни разу не проверила, переписала ли предательница-подруга работу или в последний момент решила все же отобрать у меня классификатор. В принципе, это уже было и неважно. Если она вдруг отказалась от сладкой конфетки в виде исключительного приворота, исправить что-то и сообразить новый диплом я не успею. И сил переживать по этому поводу у меня не было. Оставалось просто дождаться решения своей судьбы.

Упиваться унижением и разоблачением бывшей подруги уже не хотелось, но на ее защиту я все же пошла. Просто, чтобы не выглядеть совсем уж дурой, если на следующий день представлю на суд такую же работу. Благо ведьмочкам дозволялось посетить чужие защиты, даже поощрялось для общего развития.

Так что я пристроилась на заднем ряду и просто терпеливо ждала, когда наступит очередь Мары. Конечно, ведьме повезло оказаться последней в своей группе. Перед комиссией она предстала немного нервничающей, но все же вполне довольной собой.

Озвученное название работы я отметила даже с каким-то равнодушием.

Приворотное зелье для василиска.

Мара говорила бодро и уверенно – стоит заметить, написанную мной работу она изучила досконально, не поленилась. С другой стороны, пусть хоть наизусть выучит, если она не понимает даже какой бред несет, толку от нее как от зельевара ноль. Впрочем, в наблюдательности и умении чувствовать обстановку ей не откажешь. Уже на середине представления своей работы она отметила хмурый вид ведьмы-наставницы, преподавателя зелья, да и сомнения на лицах остальной части комиссии. Но рассказала все до конца, пусть и заметно подрастеряв в уверенности.

Стоило подруге замолкнуть, как зал погрузился в тишину.

– Многоуважаемая ведьма Арлени, – с откровенным скепсисом смотрел на нервничающую девушку председатель комиссии магистр Клерон, заместитель ректора, – скажите, вы основы зельеварения сдавали?

– Сдавала, – пропищала ведьмочка, смутившись под мрачным взглядом одного из преподавателей, который у нас его и вел.

– Тогда вы должны знать, что на василисков не действуют привороты, – припечатал строгим голосом магистр вздрогнувшую ведьму. – Никак. Никакие. Никогда! Василиски в принципе имеют врожденную защиту ко всем видам ментального воздействия, неважно магического ли или алхимического типа.

– Но… просто никому не удавалось до этого… – попыталась проблеять в ответ растерявшаяся Мара. – Это же экспериментальное зелье… новая разработка…

– Тогда с чего вы решили, что вам это удалось? – хмурой тучей взирала на нее наставница Аурелия. – На основе чего вообще вы создавали этот рецепт, сами хоть знаете?

– Древний рецепт… – почти прошептала попеременно краснеющая и бледнеющая ведьма, – передающийся по наследству.

– Все, что вы сейчас рассказали – откровенный бред! – добил ее профессор Вудрик, который преподавал зелья.

Совсем потерявшись под строгими взглядами, Мара с отчаяньем выдала:

– Но он же работает! Я проверяла!

В аудитории опустилась настороженная тишина.

А я едва ли не простонала вслух. Вот такой дурости от нее не ожидала! Я-то понадеялась, что она молча выслушает всеобщие упреки и удалится опозоренная, но ляпнуть вот такое…

– Что, простите? – вкрадчиво поинтересовался магистр Клерон, пока представители ведьмовского факультета бледнели рядом с ним. – Вы проверили приворот? Видимо, непосредственно на василиске, не так ли?

– Да! –  выдала глупейшая ведьма. – И он сработало.

Я прямо видела, как наставница мечтает заткнуть ей рот, но сделать это на глазах у начальства, увы, не могла.

– Итак, – зловеще продолжил рассуждать магистр, – учитывая, что на территории академии присутствует лишь трое представителей рода василисков и двое из них преподаватели, проверяли вы его на масгпиранте Норке.

– Да, – уже смешалась Мара, начав понимать – что-то определенно не так.

– Прекрасно, – усмехнулся магистр Клерон. С его рук сорвалась магическая искра посланника и стремительно умчалась из кабинета. – Тогда подождем его.

В напряженной тишине прошли несколько минут ожидания. Подружка уже осознала, что ляпнула что-то несусветное, но отступиться не могла и лишь нервно мяла юбку форменного платья перед хмурой комиссией.

Когда раздался хлопок двери, я вздрогнула и впилась взглядом в решительно вошедшего василиска. Сердце болезненно дернулось, разбив надежды, что за прошедшее время влюбленность моя поутихла. Меня Норк не заметил, а, может, просто не захотел обратить внимания. Прошел до стола с преподавателями и скупо кивнул им приветствуя.

– Октавиус Норк, – с улыбкой обратился к нему заместитель ректора, – госпожа Арлени заявила комиссии, что проверяла на вас рецепт экспериментально приворота. Скажите, вы давали свое согласие на подобные опыты?

Все присутствующие ощутили, как по кабинету разлетелся всплеск магии. Похоже, магистр не поскупился на заклинание правды. Впрочем, у василиска-то причин для вранья не было.

– Нет, – сухо ответил Октавиус.

Повезло. Если бы спросили, знает ли он что-то про приворот, пришлось бы сразу все рассказывать. Хотя… раз разборки дошли до такого уровня… все равно придется признаваться. Это не грозило мне или Норку большими проблемами, разве что осуждением от ведьмы-наставницы, что подставила перед всеми. С другой стороны – и я не ожидала, что Мара совершит такую глупость!

– Ведьма Арлени, вам известно, что тестирование экспериментальных зелий без их согласия испытуемого, преследуется законом? – обратил строгий взгляд на девушку магистр.

Мара побледнела, нервно сглотнув.

Конечно, ей должно быть об этом известно! И всем давно ясно: ведьма может втихую пробовать все что угодно и без согласия, до тех пор, пока это не несет вреда здоровью и не афишируется! Другой ведьме можно было сказать, что ты попробовала и все получилось, но для всех остальных, пока нет разрешения – это исключительно теоретические разработки!

А эта идиотка перенервничала и ляпнула такое, что весь факультет под плаху подводит.

– Я… я… – растерянно промямлила она, пытаясь найти выход из ситуации. И наткнувшись на меня взглядом, видимо, нашла. Знала я уже о подлости подруженьки, но она зашла еще дальше. – И не делала этого! Это моя соседка сварила зелье по рецепту и подлила его Норку! Я не заставляла, она сама!

И ведь ни словом не соврала, гадина такая. Вот только зря она надеется, что выберется из этой ситуации чистенькой.

– Кто ее соседка? – мрачно вопросил магистр у ведьмы-наставницы.

– Ведьма Скаро, поднимитесь, пожалуйста, – устало позвала меня госпожа Аурелика.

Вставала я спокойно, но случайно пойманный острый взгляд василиска заставил на мгновение дрогнуть. Я тут же поспешила обратить свое внимание на преподавателей, опасаясь, что глупо покраснею под взглядом парня. Сейчас бы с другим разобраться.

– Итак, ведьма Скаро, – переключился магистр на меня, – вы подливали какие-то зелья Норку?

Я почувствовала легкое давление магии, намекающее, что врать не стоит. А я и не собиралась.

– Да, – честно призналась в страшном.

В глазах бывшей подруги промелькнуло торжество. Зря радуется. А вот мои преподаватели явно расстроились и сникли – не ожидали от умницы и скромницы Фанни такой подставы?

– С его разрешения? – продолжил допытываться маг.

– Да, – раздался неожиданный для всех ответ от василиска. – У нее имелось мое согласие.

Комиссия замерла и удивленно переглянулась.

– Вы подлили ему приворот? – подался вперед магистр Клерон.

– Нет, – слабо улыбнулась я. – Всего лишь общеукрепляющее. Против простуды.

Похоже, мой ответ еще сильнее смутил преподавателей. Но еще больше – предательницу подругу.

– Да она же врет! – возмущенно заявила Мара, тыкнув в меня пальцем. – Я видела, как она варила приворот! И как подливала его. Да с чего бы тогда Норк ей предложение сделал при всех на балу, а потом резко перестал обращать внимание? Это же все из-за зелья, я знаю. Просто она дала ему отворот, вот он и забыл обо всем!

Кажется, от паники ведьмочке совсем голову снесло. Так и крутится, не зная, как бы вывернуться и подставить других. Вот только в этот раз не получится. Слишком ведьма заигралась во вседозволенность. Но неприятно, что придется вытащить наружу всю историю нашей сделки с Октавиусом. Перетряхивать свои чувства перед преподавателями и всем ведьмовским потоком… Если сначала я на мгновение и пожалела ее, то теперь вся жалость окончательно испарилась.

– Норк, вы и правда сделали предложение этой ведьме? – с какой-то насмешливой улыбкой поинтересовался заместитель ректора.

– Да, – совершенно невозмутимо признался василиск, все же заставив меня нервно покраснеть.

– По причине? – вопросительно вскинул бровь магистр.

– Личной заинтересованности, – спокойно и уверенно заявил парень. А у меня сердце оборвалось, и я подняла ошарашенный взгляд на него. Чтобы поймать его ответный полный нежности и тепла.

Неужели? Но… он же не может сейчас врать! Я все еще чувствую магию вокруг…Значит… это было по правде? Значит… мне все же не показалось? Все было взаимно?

– Для окончательного прояснения ситуации – ведьма Скаро, вы когда-нибудь варили привороты? – с доброй усмешкой поинтересовался магистр Клерон, но магию правды не отпустил.

А мне было все равно. Я тонула в чужих глазах, чувствуя, как сердце бьется быстрее словно оживая, разнося по телу ощущение тепла и радости.

– Только на занятиях с преподавателем, – отозвалась я, даже и не взглянув на главу комиссии.

Разбирательство меж тем продолжилось.

– Ведьма Арлени, объяснитесь, – потеряв добродушие, строго посмотрел на ведьмочку маг, требуя ответа.

До Мары наконец-то дошло, что я ее просто подставила. Сверля меня злым взглядом, она признала:

– Я не писала этот диплом. Это работа ведьмы Скаро, а я… просто воспользовалась ею, желая получить более высокую оценку.

– Ведьма Скаро, вы и правда написали эту работу? – пришлось мне все же вынырнуть из розовых облаков нежности и счастья, чтобы окончательно со всем разобраться.

– Да, – выдохнула я, все же взглянув на уже изрядно замученного нашей историей магистра.

– Вы тоже не знаете, что привороты на василисков не действуют? – разочарованно вздохнул он.

– Знаю, – улыбнулась я. – Это поддельная работа. Рецепт, описанный здесь – это исключенное из реестра зелье истинных чувств.

Профессор Вудрик вскинулся и довольно закивал головой, после чего тихо разъяснил комиссии, что это за зелье и почему его исключили.

– Фанни, зачем? – устало поинтересовалась ведьма-наставница, покачав головой.

– Хотела проверить ее на честность. Она собиралась украсть мою первоначальную дипломную работу. Я всего лишь пыталась обезопасить свой труд, – признала я, старательно изображая спокойствие и уверенность.

Потому как произнесенный вслух план мой звучал удивительно глупо. Но я не жалею, что поступила именно так. Бросив косой взгляд на невозмутимо ухмыляющегося в сторону чуть ли не кипящей от злости ведьмы Норка, лишь утвердилась в этой мысли. В конце концов, какой бы глупой сейчас ни выглядела, в итоге я осталась в выигрыше. Даже в двойном.

– Кто бы мог подумать, что у вас на факультете такие интриги плетутся, – хмыкнул магистр Клерон. – Со стихийниками все куда проще, скажите же, Норк? Подерутся, зарядят друг в друга заклинанием и уже через час идут вместе пить.

Василиск лишь криво усмехнулся, видимо, узнав кого-то в этой короткой истории. Возможно, и себя, хотя мне сложно представить, чтобы невозмутимый Октавиус полез с кем-то в драку.

– Ну да ладно, – вздохнул маг. – Мне все ясно. Ведьма Арлени, ваша работа не принята комиссией. Дальнейшую ситуацию вы будете обсуждать с наставницей и ректором, – сурово вынес свой вердикт глава комиссии.

Подозреваю, что диплом теперь Маре выдадут только после повторной сдачи всех предметов. Ну или за о-о-очень большую взятку. Но все же… весь факультет ведьм будет знать истинное положение дел и уровень знаний наследницы ведьмовского ковена.

– Ведьма Скаро, – внезапно строго окликнули и меня.

Я с настороженностью взглянула на заместителя ректора.

– Когда защита у вас?

– З-завтра, – неуверенно выдала я.

– Хорошо. Обещаю, я буду крайне придирчив, – коварно заметил маг, а мне оставалось лишь нервно сглотнуть. Не то чтобы я была не уверена в своей работе… Но все же пристальный интерес второго человека в академии во время защиты – это пугающе.

– Всем спасибо, все свободны, – громко и устало оповестила аудиторию ведьма-наставница.

Первой из кабинета вылетела на всех парах Мара, по пути бросив разъяренный взгляд на меня. А мне было уже плевать. Сама виновата в этом унижении, никто не заставлял красть работу, когда у нее и своя неплохая имелась. Да и вообще куда сильнее меня сейчас волновал улыбающийся василиск, терпеливо ожидающий все там же в центре кабинета, пока я подойду.

Ведьмочки, хихикая и бросая на меня оценивающие взгляды, шумной толпой уходили, обсуждая произошедшее. Где-то вместе с ними успели уйти и преподаватели с магистром. Последней покидала кабинет наставница Аурелика, задержавшись на мгновение рядом со мной, все еще застывшей у задних парт.

– Ну, Фанни, – с тяжелым вздохом покачала головой ведьма, – не ожидала такого от тебя.

Я застыла в напряжении, оторвав взгляд от василиска и уставившись на ведьму, готовясь защищаться.

– Столько времени тихая была, зато под конец проявила ведьминский характер во всей красе, – усмехнулась она, бросив украдкой взгляд на застывшего невдалеке парня. – Хвалю за стойкость и смекалку. Но все же, если бы ты предупредила меня заранее о подобном раскладе, не было бы так неудобно перед начальством.

Я выслушала завуалированную похвалу с удивлением. То есть… мой вариант одобрили? Получается, я зря переживала, и можно было сразу обратиться по поводу кражи работы?

Хотя… тогда бы не вышло всей этой истории с Норком. Так что все к лучшему.

– Простите, наставница, – вежливо склонила я голову. – Но я хотела разобраться лично.

Все же, портить отношения не стоит – мне еще в магспирантуре учится.

– Я понимаю, – усмехнулась ведьма. – Но на будущее – предупреждай о подобном.

Клятвенно заверив, что это будет единственным сумасбродным эпизодом в моей карьере, я распрощалась с наставницей. Та мне явно не поверила, одарила напоследок многозначной улыбкой, кивнув в сторону василиска, и удалилась, плотно прикрыв дверь, оставляя нас наедине.

Тишина, яркий солнечный свет из высоких окон, и мы на противоположных концах комнаты.

– Иди-ка сюда, ведьмочка, – поманил меня пальцем Октавиус, смотря с осуждением.

Я потупилась, слегка покраснела, но все же выбравшись с ряда, прошла к нему.

– Итак, Фанни Скаро, – наигранно серьезно начал парень, – теперь-то ты объяснишь мне, что это за истерика с тобой случилась на балу?

Смущенно спрятав взгляд, я тяжко вздохнула, понимая, что накрученная собственными чувствами, кажется, тогда неправильно поняла Октавиуса.

– Фанни? – теперь уже искренне обеспокоился василиск, пытаясь заглянуть мне в глаза. – Я… поспешил и напугал тебя? Чем-то обидел?

И мне стало стыдно. Зациклившись на собственных чувствах, я совсем не подумала, как на мой побег среагировал сам парень. Особенно после того, как я чуть ли не выкинула врученную мне бархатную коробочку… Которую, похоже, мне презентовали на полном серьезе.

Поэтому поборов собственную робость и смущение, я шагнула ближе, обвила его шею руками и заставив склониться, робко прикоснулась к его губам, стараясь вложить все свои чувства в это простое касание. А после поспешила спрятать лицо в его груди.

– Я… я перенервничала и, кажется, не так тебя поняла, – призналась глухо, чувствуя, как василиск обнял меня в ответ и погладил по голове.

– А что там можно было понять не так? – недоумевал Норк. – По-моему, мое предложение было вполне очевидным, – коснулся легким поцелуем моего виска. – Может, слегка поспешно, вот только мне не хотелось ждать, когда тебя какой-нибудь ушлый ведьмак околдует. Ты ведьма перспективная, того и гляди, украдут вместе с классификатором, – хмыкнул он.

И я еще более остро почувствовала собственную глупость.

– Когда ты сказал, что нам не стоит возвращаться вместе в зал… В общем, я подумала, что все это и правда было лишь игрой… и предложение тоже. Просто чтобы обмануть Мару. И… и расстроилась, – тихо вздохнула, сильно приуменьшив размер собственного отчаянья от той мысли.

Спрятаться вновь мне не дали. Обхватив ладонями мое лицо, василиск запрокинул мне голову, заставив смотреть прямо в его серьезные глаза.

– Фанни Скаро, за кого ты меня принимаешь? – строго вопросил он. – Мне казалось, мы успели хорошо друг друга узнать. Изобразить интерес и даже влюбленность, для дела я бы мог. Но никак не делать предложение, да еще и на глазах у всех, – с осуждением заметил парень мне. – С такими вещами не играют.

Да, я и правда успела хорошо узнать Октавиуса, чтобы понимать, что переступать через себя он бы не стал. Но когда сердце разваливается на куски, сложно соображать, поэтому я поспешила сбежать. Впрочем… кое-что мне все еще не давало покоя.

– Тогда почему… ты просто пропал после бала? – постаралась я сдержать упрек в голосе.

Потому что я ведь ждала… Первые пару дней и сама думала, что ошиблась и что-то не так поняла… Но василиск не пришел, и я окончательно потеряла надежду.

– Ведьмочка моя глупая, – пожурил меня Норк, кажется, все же заметив, что это меня обидело, – я, как никто другой, представляю, как важен тебе был диплом. Ты же даже ко мне решилась подойти и предложить этот план. Сейчас я еще лучше понимаю, насколько сложно это было для тебя. Так как же я мог нарушить нашу договоренность? А если бы нас заметили, и эта идея с дипломом не выгорела? Не хотелось бы, чтобы ты потом винила меня, пусть даже и не осознанно. Магспирантура важна для тебя, поэтому я сделал все, чтобы наш первоначальный план удался. Хотя держаться от тебя подальше целых две недели было чертовски сложно, – признался василиск, склонившись ближе и проведя носом вдоль моей щеки к виску. – Похоже, я слишком привык, что ты все время рядом.

А я постеснялась признаться, что все это время разлуки, на первом месте для меня была вовсе не магспирантура и не благополучное будущее в лаборатории. Слишком я привыкла к нему, к его присутствию, заботе, взгляду, который уже давно ощущала так остро, каждый раз стараясь не краснеть от смущения.

– Ведьмочка, ты все еще не ответила на предложение, – шепнул мне на ухо Октавиус, запуская одну руку в слабый пучок на затылке, а второй притягивая к себе за талию. – Знаешь ли, я слегка переживаю… Со мной это впервые…

– Но ты так и не произнес его, – тихо выдохнула в ответ.

Норк чуть отстранился и тут же полез в карман камзола, чтобы под моим удивленным взглядом вытащить всю ту же алую бархатную коробочку. Так он носил ее с собой, все это время?

– Фанни Скаро, – с улыбкой произнес парень, – ты совершила невозможное и все-таки сумела приворожить василиска. И теперь, как честная ведьма, должна взять на себя ответственность, потому что отворожить меня уже не сможешь. Согласна?

– Да, – рассмеялась я, чувствуя, как в уголках глаз собираются слезы счастья. – Я ведь только пообещала наставнице, что буду исключительно честной ведьмой.

– Вот это мне повезло, – хмыкнул парень. Оглянуться не успела, как на моем пальчике уже сверкнуло кольцо с синим камнем.

– Я люблю тебя, – шепнула ему в губы, обнимая за шею и целуя, пусть все еще не слишком уверенно, но от всей ведьмовской души.

И все же это оказалось правдой… первый поцелуй ведьмы действительно дарит удачу в любви… особенно ей самой.

***

Следующим днем Норк встречал меня у дверей того же кабинета после защиты.

Парень уже явно нервничал, потому как первым делом бросил на меня обеспокоенный взгляд и, отведя в сторонку от шумной толпы ведьмочек, покидающих место публичной пытки дипломом, поинтересовался очень аккуратно:

– Ну как?

Это все было понятно. Словно в отместку за вчерашний спектакль магистр Клерон специально переставил меня последней в очереди на защиту. Вдумчиво слушал, придирчиво перелистал работу, подождал, пока с ней ознакомятся остальные, чтобы потом долго заваливать меня вопросами. В общем, перетрухнула я изрядно. Хотя после нервной встряски с недопониманием на балу, это все было уже не столь страшно. Тем более что закончилось все благополучно.

– Отлично, – просияла я улыбкой, и василиск облегченно выдохнул. – Профессор Вудрик сразу же отобрал у меня работу и пообещал должность в своей личной лаборатории. А наставница по секрету шепнула, что место магспиранта уже несколько месяцев, как зарезервировано для меня.

Так что переживала я зря. И плохо думала на всех ведьм тоже. Это просто мне в соседки попалась особо вредная, а так и среди них нормальные имеются, пусть и заносчивые.

– Поздравляю, ведьмочка, ты умница, – быстро поцеловал он меня в губы, чтобы через мгновение сунуть мне под нос…ромашки?

Подняла на него радостный, слегка растерянный взгляд.

– Ты же хотела букет из оранжереи, – с усмешкой напомнил он, передавая мне меленькие белые цветы.

Я с ужасом посмотрела на ароматную охапку аптекарской ромашки в своих руках.

– Ты и правда ограбил оранжерею? – осипшим голосом вопросила, подняв на него взгляд.

– Сама же мне предлагала, – подмигнул он.

Боги, кто же меня за язык тянул! И я искренно считала василиска разумным существом!

В голове только заметались мысли, как бы поскорее вернуть несчастные цветы на грядку, как от двери в аудиторию раздалось громовое:

– Октавиус Норк, да как ты посмел?! – сверлила яростным взглядом букет в моих руках наставница Аурелика.

– Боюсь, мне надо спешить, – мимоходом одарил меня очередным поцелуем парень. – Приходи вечером ко мне, лечить будешь, – подмигнул, прежде чем рвануть по коридору от разъяренной ведьмы.

– Простите, госпожа ведьма, я потерял голову от приворота! – крикнул он.

– Не смей использовать это глупое оправдание! – рявкнула наставница, прежде чем устремиться за ним.

А я хоть и чувствовала толику стыда за разорение клумбы лекарственных растений, но все же совершенно счастливая обняла охапку простых цветов, которые на самом деле были ценнее самых дорогих роз. И взяла себе на заметку внимательнее следить за тем, что говорю, потому как василиск оказался человеком слова, выполняя все обещания.

Мое прекрасное платье мы в итоге тоже выгуляли. Правда, много позже рассчитанного мной, зато по действительно важному поводу. Мама была счастлива, что ее мечта сбылась, и именно ее подвенечное платье украшало меня у брачного алтаря.

А после, поздней ночью, василиск подробно мне объяснил, почему именно не позволил выйти в этом, исключительно соблазнительном, по его словам, наряде, на зимний бал, наглядно показав, какие именно мысли обуревали его при взгляде на меня. И я абсолютно согласилась, что его стоило придержать именно для этого момента.

И, возможно, когда-нибудь, я передам платье уже своей дочери. Но пока нас ожидает еще множество других важных, интересных, а главное, счастливых вещей.

Content

Гришаева Маргарита Приворот на василиска