Ким Алисандра

Адская смесь

Адская смесь

1

Ада Георгиевна Самойлова. Да, имечко придумать родители постарались. Девушка улыбнулась своему отражению в зеркале заднего вида. Поправила блеск на губах. Провела пальцами по растрепанным волосам цвета воронова крыла. Этот цвет она давно мечтала воссоздать на своей шевелюре. Улыбнулась, широко во все 32 зуба. Так приятно, когда исполняются любые пожелания. И эти исполнения обеспечиваешь себе сама, ни на кого не полагаясь!

— Я звезда! И пусть весь мир сдохнет от зависти. — вытащила ключи из замка зажигания. Подхватила тяжеловатый органайзер с ноутбуком и вышла из машины. Слегка задохнулась от порыва холодного ветра и накинула мягкий меховой капюшон. Она знала, что выглядит хорошо. Даже идеально. Подготовилась к очень важной деловой встрече. Пожалуй, такая роскошь, как прямое общение с заказчиком выдавалась не часто. Ада ступала, занося ногу за ногу, словно по подиуму. Так ее научила мама, еще в детстве, когда таскала по бесконечным детским конкурсам моделей. Высокая, яркая брюнетка, с глазами цвета мокрого асфальта. Личико в форме острого овала, с четко очерченными губами. Курносый, даже чуть острее, чем хотелось бы, нос. Достаточно большие, широко расставленные глаза, под идеально сделанными бровями. Ада не особо увлекалась косметикой. Но не отходила от общих запросов красоты, и не скупилась на татуаж и микроблейдинг. Салоны красоты она посещала достаточно регулярно, чтобы выглядеть ярко и ухоженно. Профессия обязывала. Да и сама, Ада, не могла забыть о себе любимой.

Директор и главный менеджер отдела продаж и дизайнерского направления, Самойлова, успешно справлялась со своими обязанностями. Возможно, эта ее увлеченность и даже фанатичная преданность работе, привела к полному краху в личной жизни.

Девушка шла уверенно и легко с парковки, к главному входу многоэтажного офисного здания. Где на самых верхних этажах расположилась одна из самых известных частных клиник города. Где и назначена была та самая важная встреча. Ада предвкушала новые лавры очередной победы. Новый грандиозный заказ, который она прорабатывала сама лично, уже на протяжении двух недель. Долгие и нудные переговоры. И вот наконец-то они пришли к общему знаменателю. Осталось, подписать документы. Медстарз, фирма производитель медицинской одежды. Ада уже более 10ти лет трудилась на благо процветающей, и сетевой компании. В этом городе, практически всем отделом заправляла она, Ада Георгиевна Самойлова.

Получив эту должность, она поняла, как сильно и упорно шла именно к этому. С ней наравне, и даже чуть весомее в решениях была Генеральный директор Леонтьева Паулина Валерьевна. Но эту громовую женщину точно нельзя было бы переступить или отодвинуть. Леонтьева создавала этот отдел Медстрза. Она звезда и ярый фанатик своего дела! Как же часто Самойлова и Леонтьева вместе напивались до потери пульса, обмывая очередную победу и новую ступень ко всероссийской известности. А заказы сыпались со всех уголков их необъятной родины! Умело сделанный сайт и многочисленные способы рекламы продукции! А так же участие почти во всех мероприятиях, с участием руководителей медицинских организаций.

Ада улыбнулась, нажимая кнопку вызова лифта. Волнительно. Что же ее волнует больше: подписание контракта или встреча с Романовым? Да пофиг. Молодая женщина мысленно фыркнула и усмехнулась. Они встречались пару раз. Нет, пожалуй, больше. Ранее главврач области, теперь ген директор сети клиник Елизар, Романов Захар Львович. Крутой мужик. Ничего не скажешь. Даже при своем 178 см, Ада закидывала голову, чтобы взглянуть в блядские зеленые глаза этого мачо-директора. Ей 37 лет, ему 45 лет. Ада снова хмыкнула. Зачем она сравнивает их возраст. Вообще, их двоих сложно установить в одну позицию. Слишком разные и отдельно неуправляемые. Вспомнилось, как на одной из конференций случился скандал. Бывшая жена Романова, тоже довольно известная личность, обвинила мужа и одну из медсестер в любовной связи. Столько было возмущений! Этот скандал осудили больше за то, что он совсем не к месту. Романов вообще ни как не реагировал. Словно, это не его проблема. Холодный и отрешенный взгляд. Почему именно этот случай? Ведь, этот красавчик, так же добился успеха! Елизар он создал их ничего! Может, вот такие скандалы были рассчитаны лишь на привлечение внимания? Фу! Вот уж точно не особо радует такая реклама.

В ее голове крутились мысли о дизайне, о закупке ткани. Ведь подписание документа, это лишь точка для начала грандиозной работы! Медстарз выиграла тендер! А конкурс был не простой! Более того, кто-то пустил слух, что Ада собственной персоной «расплатилась» за выигрыш. Вокруг Романова всегда страдают те, кто хоть как-то связан с его персоной! Слухи казались абсурдными! Но самое невероятно было в том, что именно Романов опроверг их! Он обнародовал все предложения других фирм. Заявил, что Медстарз проявила настоящий деловой интерес! Да. Ада сама приезжала в клинику с дизайнерами. И общалась на прямую с персоналом, чтобы выяснить, какой должна быть одежда мед работника! Работа велась долго и упорно. Ада привыкла брать все в свои руки и идти до конца.

Да, Романов решил полностью переделать дизайн клиник, а так же форму всего персонала. Обсуждение цветов и форм проходило в невероятном масштабе. Так же сам лично проводили опрос среди работников, для получения идеального варианта. И все же, Ада понимала, что Медстарз оказалась впереди других производителей не просто так.

Романов обожал заставлять народ раз за разом им восхищаться и нервничать. Он просто купался в лучах собственной охринительно мужской харизмы и власти!

Ада мельком глянула на свое отражение, в зеркальной стене просторного лифта. Высоченные тонкие шпильки. Очень высокие кожаные ботфорты. Длинные ноги затянутые в тонкий капрон и короткая юбка кожаного платья. Ворот наглухо скрывал шею и грудь. Черные волосы в художественном беспорядке. Минимум косметики. И меховой жилет с капюшоном. Да. Март месяц не радовал погодой. А так уже хотелось скинуть любые верхние одежды и греться в лучах солнышка.

Последний раз Ада грелась на солнышке в отпуске с бывшим мужем. Лет сто назад. Солнышко! Отдых! А что это? слышали когда нибудь о таком? Неа.

Черт. Зацепилась каблуком за ковровое покрытие коридора. Игорька вспомнила. Любое воспоминание, как и жизнь с ним, это сто пудов примета о неприятности!

Да, взбудоражила ее эта предстоящая встреча. Заставила ускориться и бурлить кровь по венам. Игорь, ее бывший муж, никогда вот так не заставлял нервничать. Они поженились, когда им обоим было по 18 лет! Какое там нервное возбуждение! Это просто был подростковый сумасшедший протест! Мечта быть свободными. Вот сейчас если подумать, свободными от чего? Наверное, и не вспомнить уже! Ну и хороший такой залет, поспособствовал замужеству, после слишком неопытных сексуальных экспериментов. Теперь этот 18 летний эксперимент гулял где-то без ведома родителей. Вернее, без ведома Ады, потому что папы, как такового никогда и не было в жизни ребенка! Катерина Самойлова, была достаточно умной, чтобы хорошо учиться и стремиться к лучшей жизни. Но все же парня себе нашла. И чаще ночевала у него, чем у своей матери. Не просто нашла! Они оба легко и беззаботно влюбились и не отступали от своего решения.

Ада вошла в приемную ген директора сети клиник Елизар. Оставила мысли о прошлом за порогом. сейчас совсем о другом надо думать. Мысли о прошлом успокаивали и заставляли немного опомниться.

Молча и грациозно положила черную изящную визитку на стол секретаря. Статная и слишком худая блондиночка лет 20, не больше, холодно так кивнула. И подала знак, что гостью уже ожидают. При этом на лице, словно маска, ни одна мышца не пошевелилась. Капец. Кукла.

На очень короткое мимолетное мгновение, задумалась. Ожидают? Точное время не было назначено. Ада вообще до последнего думала, что обойдется встречей с замом или администратором. А тут такое "счастье" — ее ожидают!

2

Ада вошла, предварительно постучавшись. Ее ожидают. Ага. Вот лучше бы все же он был в очередном супер командировочном отъезде!

Клиника Елизар, именно в этом городе, больше напоминала люкс апартаменты в каком-нибудь элитном загородном клубе. Нет, Ада, не часто разъезжала по элитным клубам, но пару раз бывать приходилось. В меру своей профессии. Однажды встречалась с компанией зарубежных клиентов, и посещала очень даже модное медицинское мероприятие в шикарнейшем отеле в другом городе. Сейчас хотелось осмотреть каждую мелочь интерьера. Настолько необычные и изумительные формы. Нет вообще никаких намеков на люстры или светильники. Стены, словно из белоснежного шелка. Все скрыто от глаз посторонних. Но как задумано! Девушка не долго разглядывала обстановку. Потому что владелец этой роскоши, слишком сильно притягивал взгляд. Ну просто как сила притяжения земли. Да, только в Елизаре своя собственная стопудовая сила, вокруг которой все вращается.

Романов не сразу, но все же поднял свою темноволосую с проседью голову. Да. Он, как картинка из порно журнала. Сердце Ады, умеющее оставаться ровно бьющимся, пропустило удар. Но нет, не подумайте, это всего лишь восхищение представителем мужского общества! Романов Захар Львович выглядел по истине потрясающе. Уложенные седые пряди, легкая щетина, сглаживающая слишком резкий квадрат лица. А лицо да, красивое. По мужски. Острое, четкое. Блядский прищур ярко-зеленых глаз. Резкие скулы, полноватые губы. Которые, кстати хотелось поцеловать. Да. Облизать бы особенно нижнюю его губу. Уколоться его щетиной. Кажется слишком давно к ней не прикасались мужские руки. Но почему именно сейчас она так явно это ощутила!!! Попыталась снова отвлечься на обстановку. Только напрасно. Он уже не отпускал.

Ада изучала. И позволяла ему делать тоже самое. Мужчина встал. Выпрямился во весь свой захватывающий рост. И медленно, как тигр перед прыжком, начал приближаться. Неторопливо и так по мужски горделиво. Это его территория. Его мир. Его стихия.

Ада готова была ухватиться за сердце. Там, где оно должно бы быть. Но нет! Бешеный стук теперь отдавался где-то в районе живота. Медленно, обжигая и сползая ниже. Сосредотачивая свою мощную силу желания в районе кружевных трусиков, под чертовски короткой юбкой. Поспешила она утром, наряжаясь на встречу, с выбором одежды. Ох, поспешила. Его тяжелый, искрящийся от напряжения, взгляд, прошелся по всему ее телу. Словно метал о метал проскрежетал где-то!

Подошел, чтобы помочь взять ноутбук из рук.

— Добрый день, Солнышко! — слегка склонился к самому уху гостьи. Не голос, а прям мягкий бриз, погнавший волну мурашек по позвоночнику. Ада расширила глаза. Солнышко? Послышалось? Шутник однако, дяденька генеральный директор! Губы открылись, но тут же закрылись. Охринительное приветствие. Черт! Почему она так реагирует на вульгарность красавчика? Какой на хрен красавчик! Генеральный! Директор! Важный проект! Так! Самойлова, очнись! Тебе просто под нос дурманящий порошок подкинули!

— Жарко то у вас как, Захар Ильич. — Но не в обморок же падать! Если он любит пошутить, надо умело подыграть! Ада повела плечами. Мужчина помог снять меховой жилет и аккуратно повесить на изящную стойку с вешалками для верхней одежды.

В горле то как пересохло! Ну реально, аж язык к небу прилепает. Огляделась. водички бы, в этой Сахаре найти! И желательно, подальше от главного суховея!

Ада пыталась собрать всю свою психологическую подготовку к нестабильным ситуациям. К ней не раз проявляли скользкий и пошлый интерес. Не раз ее загоняли вот в такие щепетильные случаи! А она устояла! справилась! И еще выходила победителем!

Но этот мужчина! Он точно не идет ни в какое сравнение с другими! Романов это мужик! Настоящий ходячий секс во плоти! Аромат его дорогущего парфюма ласкал обоняние Ады. Хотелось застонать даже от его дыхания. Да, Ада, твою мать, Георгиевна! Давненько мужика не было. Не было. Ну не умеет она легко и не принужденно потрахаться для здоровья! А серьезных отношений не хотелось еще больше! После Игорька! Нет. Ни за что! Опять проходить круги ада, привыкание, изучение, подкатывание! Фу!

Ада вздернула острый подбородок, открыто улыбнулась. И нырнула в этот прожигающий зеленый взгляд. Кажется, жарко стало в ее трусиках. Там просто все увлажнилось и растаяло. До боли хотелось потереться о мужчину, как озабоченная самка. Вот не понятно, это его энергетика так действует? Или она сама создает?!

— Поработаем, Захар Ильич?! Есть не решенные моменты… — Не успела закончить предложение, потому что указательный палец мужчины прикрыл ее губы. Улыбаясь, он просто заставил ее замолчать.

— Ада Георгиевна, Вы не впервые в наших скромных хоромах! Но в моем кабинете еще не были. Так что просто необходимо освоиться, расслабиться после дороги! Вы же за рулем? Без водителя? — он как то слишком близко стоит. Нависает. Заслоняет не только свет, но и воздух. Его палец прошелся по губам. Под тканью тонкого кружевного лифчика соски напряглись так, что стало больно.

Ада отвернулась, сделала два шага к огромному окну, где открывался красивый вид на шумную улицу. Хотелось расстегнуть ворот платья. Так стало невыносимо душно. Даже грудь не вдыхала полностью! Он ее порабощает? Как Ада не желала такой встречи! Она настаивала, чтобы Леонтьева отправилась с ней! Ведь, Паулина Валерьевна, просто с ума сходила по Романову! Каждую вечеринку, где им доводилось встречаться, бегала за ним, как маньячка! И ведь, Романов поощрял такое внимание! Или делал вид, не важно уже! И холодность Ады его точно бесила. Она сама в прямом смысле сбегала от его общества при любой возможности! А тут просторный кабинет стал теперь крошечной каморкой! Ни старшей медсестры, ни Леонтьевой! Ни кого! Только эта селедочного вида секретутка за дверью! Но от нее точно мало толку. прям, вот рвануть отсюда, подальше!

Романов оскалился, видя, ее нервные телодвижения. Подошел к столу и уселся в свое кресло. Он давал наконец-то долгожданный простор. Ада разложила ноутбук на его столе. Пришлось подойти к сидящему зверю. Она показывала картинки, давая нужные пояснения. Говорить о работе, слава Богу, получилось без запинки.

В кабинет вплыла секретарша с подносом. На полусогнутых так смешно вышагивала. слишком смешные движения, на непрелично высоких каблуках. ада чуть не рассмеялась. И поймала взгляд Романова. Он смотрел на ее ноги! и да! Каблук настолько высок, что аж дух захватывает. И Ада великолепно справляется с хождением в такой обуви! Мужчина оценил!

На подносе стояли заварной чайничек и две чашечки. Видимо приказ был издан до прихода Ады. Потому что хозяин данного заведения смотрел одобряюще, секретарша тут же корявенько удалилась. Уже на выходе, все же поинтересовалась, не нужно ли еще что. ее не удостоили ответом. Лишь короткий кивок. Дверь беззвучно закрылась. Вновь оставляя их вдвоем.

Ада изумленно посмотрела на Романова. Везде, где бы ей не приходилось бывать, предлагали и пытались напоить ее кофе! Но она ненавидела этот напиток! Просто ни в каких вариантах! Только чай! И лучше со вкусом бергамота. О ней наводили справки? Зачем? Его главная цель — Медстарз. Ада лишь исполнитель! Что происходит?

— Чай. Поверьте, Ада Георгиевна, такого напитка испробовать вам еще не доводилось. Я сам, лично привез его из Китая! — снова этот голос — тягучая патока.

— Собирали листочки тоже сами? — хотелось язвить и вообще что-нибудь чудное ляпнуть. Ада расслабилась. Ну что она как ребенок! Романов настоящий бабник до мозга костей! Он красив, богат, да просто очаровательный мужик. У него наверняка есть целый гарем! Так чего она на придумывала себе! Да, она, безусловно красотка! Но судя по его пассиям на симпозиумах и званых вечерах, он точно предпочитает блондинок! При чем худых, как его секретарша. Скорее всего та селедка одна из представительниц его гарема! Точно! Да, он оказывал ей знаки внимания. И смотрел так тяжело из-под черных ресниц. Ну и что? Просто ей хотелось, чтобы он начал приставать? Смешно! Они же в кабинете его клиники! А она не девственница на восточном базаре! И да, ей хотелось его внимания! А бегала, потому что никогда не станет, как Леонтьева, за мужиком бегать!

Романов встал и прошел к двери. Слишком быстро. Ада не сразу поняла, что она услышала. А это точно был щелчок дверного замка. Холодный пот выступил на ладонях.

3

— Солнце, расскажи ка мне, на деловые встречи всегда являешься такая сладенькая? — голос снова сжигает ее внутренние настройки и силу своего противостояния. Голос просачивается в мозг, опаляя и заставляя нервничать. Воздух в кабинете, вдруг, стал настолько густым, что казалось его можно сжать в ладони!

— Ччего? — девушка обернулась. Да, она точно забыла, как дышать. Может, ошиблась и не то услышала. Рот так и не смог закрыться от шока, и рука сама потянулась к горлу. Захар подошел слишком быстро. Всего пару внушительных шагов. Не давая времени опомниться. Он легко подхватил девушку за талию и усадил на стол. Встал между расставленных колен. Руками уперся в столешницу по обе стороны от ее пятой точки. И лицом уткнулся в ее лицо. Давно вот так ее не брали на абордаж. Да и не было такого в помине! Ее либо боялись, либо просто обходили стороной! А тут лоб в лоб! Какого хрена этот самец творит?

— Не слышу ответа, Ада! Украшающая жизнь! Удовольствие! Так твое имя расшифровывается? Хотя нет! Ты не Ада! Ты мой на хрен чертов ад! Где скоро все сгорит до тла! — голос тягучий и сексуальный теперь так близко, почти внутри. Захар полностью контролировал себя. Или думал, что контролирует. Он ждал этой встречи. Ждал, как одержимый, отсчитывая секунды. Аромат ее духов! Тонкий и экзотический! И эта коротенькая юбчонка! Где тормоза?! Да хрен с ними! По этим стройным ножкам забраться туда, где они сходятся!

— Я же по работе…Ааа, — лишь стон слетел с губ, когда быстро, просто скоростно быстро длинные мужские пальцы расстегнули молнию платья. Губы влажно присосались к шее. Он спустил кожаную ткань с плеча и теперь ласкал языком подрагивающую жилку. Голова выписывала виражи! Как при резком взлете перехватило грудную клетку, сдавило все мышцы. И выбило окончательно силу сопротивления.

— Сладкая! Как же хорошо, что ты наконец-то здесь!

— Это ненормально! Пусти! Черт! Псих озабоченный! — Говорила с придыханием, и вовсе не возмущенно, а скаким-то восторгом! Словно вот он, ее звездный час! То, чего она ждала не просто долго, а бесконечное количество лет! Откинула голову и прерывисто выдохнула, когда его язык, без предупреждения устремился вниз. Кружевная чашечка бюстгальтера легко спустилась. И жадный мужской рот накрыл твердый сосок. Захар тоже застонал, впитывая невероятный восторг ее аромата. Ах, какая женщина в его руках. Она, как теплый воск в его руках. Материал для нового создания! Податливая, гибкая, нежная и потрясающе вкусная! Всю ее выпить до дна! Руками, губами, языком создать новую женщину. Только его! Даже ее белье из тончайшего кружева черное и дерзкое, как его душа! Горячие ладони уже нетерпеливо исследовали стройные бедра. Колготки! Это должны были быть чулки. Он зарычал. Приподнял девушку и стянул капрон, вместе со стрингами. Дернул ее к себе ближе. Так что своей сокровенной промежностью она ощутила всю силу его возбуждения. И да, он как подросток, готов был взорваться от нетерпения!

Сил сопротивляться не было и в помине. К тому же таких сильных и темных эмоций еще не врывалось в размеренную жизнь Ады. Никогда. Не знала и не помышляла о таких вот случайностей! Сейчас она взрослая и состоявшаяся женщина в здравом уме, готова трахаться с незнакомцем! Не просто трахаться до потери самосознания, а отдаваться и полностью отключить мозг! Она таяла в его сильных и уверенных руках. Она сгорала в его поцелуях и ласках. И ей это нравилось! Не нужно слов! Он просто делал все на совершенных инстинктах! Читал ее желания! Впитывал стоны и стонал сам. Ада не оставалась без действий! Ждать это вообще не ее! Она расстегнула ремень его брюк и дернула! Начала расстегивать рубашку, но это плохо получалось. Захар даже засмеялся так хрипло и осипло!

— Торопыжка! Какая же ты красотка, Солнце сероглазое! — он стянул рубашку через голову, и тут же сделал это с ее платьем! Подхватил девушку под попу и пошел в сторону огромного кожаного дивана. Так легко повесил ее на себя, как обезьянку! Словно она и весила так же, как маленький зверек! Диван Ада не видела сразу, он оказался в скрытой зоне, за тонкой перегородкой. Она не ощущала своей наготы. Хотела разглядеть его! Потому что Захар по истине восхищал воображение. Высокий, поджарый. Мышцы перекатывались и напрягались под смуглой кожей. Закинула руки ему на плечи. Его член уперся в увлажнившуюся промежность. Захар застонал так протяжно. Заглянул в глаза Ады. Его пальцы ловко бегали по ее расщелине. Распаляя еще сильнее. Проник внутрь, и сам почти заныл от нетерпения. Ада захныкала. Хотелось больше, чем его пальцы! Прямо сейчас! Полностью! До упора!

— Не могу ждать! Так хочу тебя, что рассудок теряю!

— Так будь в рассудке! — она сама подалась ему на встречу, раздвигая бедра шире. И он точно не медлил. Входил резко, заполняя собой до упора. Ада выгнулась, закусывая губы, сдерживая крик. Внутри все пульсировала и напрягалось. Горело диким пламенем! Она только сейчас во всей силе осознала, как хотела именно этого мужчину. Он впился зубами в ее ключицу. И эта боль сливалась с мощными толчками. Он врезался, шлепая своим телом о ее! Стонал и целовал. Ада сама не понимала, как он так легко доводил ее до конечной цели! Как он мог вот так трахать ее до исступления! Оргазм яркими вспышками прокатился по телу. Думать о прошлом не было времени. Но оргазм всегда был слишком вымученным и сложно достижимым. А с этим человеком, возбудилась так, что сама стала бесконечной сладкой истомой!

Захар почти сразу же выскочил из нее, высвобождая свою сперму на живот Ады.

Диван вполне позволял им повалиться рядом, в попытках отдышаться. Ада приложила ладони к пылающим щекам. Закрыла глаза. потолок белоснежный и такой далекий. Она на карусели! Как же хорошо! Не думать! Только чувствовать! Здесь и сейчас.

4

— Что это было? — в этот миг она поняла, что теперь ее сексуальный опыт разделился на до и после. Этот вопрос она произнесла мысленно, как подумала сначала а оказалось, вслух. Хотя нет, не так! Не было никаких до. Она вообще полный профан в этом деле. Не знала себя! Свое тело! Не знала никогда, как это оказаться в руках опытного самца! Смотреть на мужчину рядом, не решалась. Как вести то себя? Да, в этот момент Ада точно растерялась. Как школьница на первом выговоре учителя. Сука! Она слишком легко всегда отбивалась от назойливых приставал! Назвать Романова приставалой язык не повернется. Это насилие! Насилие по согласию! Да, Блять, так бывает! И теперь Ада это знает! Дальше то что? Сорваться и бежать? Она же не ребенок! На хрен все! Соберись, тряпка! Ты же звезда! Ну, трахнулись, ну и что! Событие великое! Мысли лихорадочно осаждали воспаленный мозг.

— Секс высшего уровня! Прям, так и видел, как ты желаешь этого, Солнце! — он провел ладонью по гладкой коже плеча. Ада дернулась. Он током ее пронзает от каждого контакта! Черт! Романов, дьявол тебя дери! — У тебя отличная на меня реакция! Вряд ли на всех мужиков так бросаешься?! — вот эти его слова просто как красная тряпочка для быка. Мулета называется! Точно! Мулета! А этот кабинет арена! Хочет кровавых зрелищ? Да легко! — она развернулась и со всего маху влепила пощечину. Захар аж глаза чуть из орбит не потерял. Самодовольно улыбнулась. Села, выпрямив спину. В ее серых глазах растерянность и сомнения! Даже эта оплеуха показалась эротичной и возбуждающей! Вытолкать ее прочь! Он же получил, что хотел! Но нет. Захар сощурился. Он всегда поступал так. Его бывшая жена так научила. Использовал и выкинул, как презерватив. Так почему сейчас он, как сопляк, не знает что же делать дальше. Физически видит ее насквозь. — Нравится по острее? Порка и плеть? Солнце, да ты полна сюрпризов!

— Ненавижу прозвища! Имя мое запомнишь? Хотя, зачем тебе! — она попыталась встать, но Захар дернул ее на себя. Ада повалилась сверху, размазывая его сперму по их животам. Захар прижал ее за плечи кольцом рук. И снова стоящим членом уперся в ее живот.

— Хочу тебя снова! — Ада дернулась. Но какой смысл. Заглянула в эти блядские зеленые глаза и задохнулась. Снова. Что он делает с ней! Посреди рабочего дня! В этом кабинете! Она совсем чокнулась! Но как же хорошо с ним! И как же снова хочется его внутри!

— Ада! Имя твое, как татуировка в моей душе! Поняла? Я не сейчас решил тебя поиметь! Мечтал об этом! Слишком давно, чтобы ждать еще хоть секунду! Поняла? Смотри на меня! Ада, смотри на меня! — он перевернулся. Аккуратно, удерживая девушку. Лег сверху и взял ее лицо в ладони. — Снова хочу! тебя! В тебя! Твой рот хочу! Твои волосы, кожу! Всю тебя! Хочешь треснуть еще раз! Можешь хоть убить! Но то, что случилось было по общему согласию. Ладно. Про других мужиков погорячился. Так и быть. Но трахаешься ты отменно. Тело у тебя, просто создано для изучения и ласк! И мы обязательно продолжим! Не все ще в тебе изучил! — пальцами он прошелся по ее бедрам. И проник снова в ее промежность. Сделала несколько скользящих движений так, чтобы услышать ее стон.

— Да! вот так! Громче! Пусть все сдохнут от зависти! Как тебе хорошо, Солнце! Я бы продолжил. — слегка склонился к ее губам. Но ада все же нашла те самые, потерянные свои силы, оттолкнула. Встала на дрожащие ноги.

— Отпусти! Твой кабинет, теперь пахнет сексом! Точно здесь нельзя работать! Или тут норма порнуху устраивать между подписаниями документов?

— Это все что тебя волнует? Не знаю, как кабинет. Но вот ты, дикарка, пахнешь мной! — он хмыкнул, тоже встал, приблизил свое лицо и слегка прикусил ее нижнюю губу. Языком проходя по верхнему небу.

— Да, — она не умела быть доброй и ласковой. А сейчас вообще не понимала как себя вести. Ее оттрахали так, что хотелось теперь летать от восторга. Но показывать этого она точно не собиралась. Недоверие к людям, особенно к мало знакомым, давно уже засело в ее красивой голове. — А что волнует вас, Захар Ильич? Только не втюхивайте мне эти сопли о хочу тебя и в тебя! Фу!

— А меня волнуют сероглазые ведьмочки! В через чур коротких юбочках! Получила, что хотела! Теперь и поработать можно!

Ада огляделась и лихорадочно начала одеваться. Захар словно невзначай помогал. Заботлив. Учтиво. Застегнул бюстгальтер. При этом костяшками пройдясь по спине. Поправил ей волосы. Поцеловал в висок.

— Мне нравится, что ты так естественна. Везде. Твое лицо, тело! Волосы. Ты вся какая-то настоящая. Живая. И соплей не будет. Только секс. Жесткий. Безрассудный! И при любой возможности. Ты очень гибкая, знаешь?

Ада молча двинулась к двери, но мужчина развернул ее к себе. Прижал к стене у самой двери. Ада вскинула колено, но до цели не дошла. Романов довольно хмыкнул. Ее сопротивление и даже наивность возбуждали на много сильнее, чем опытные и знающие шалавы! Она не кривлялась. И сейчас искренне возмущалась. Ее попытки быть грубой, как защитный механизм. Сколько же еще интересного он в ней откроет для себя! А он до чертиков хотел знать о ней все!

— Мы сейчас пообедаем. Здесь, в здании, отличный ресторан. Ада Гергиевна Самойлова. И обсудим все вопросы по контракту. — его злило привычка этой девчонки не слышать то, что говорят! Ах ты ж маленькая стерва! Он тут пытается прилежным ухажером быть! А она игнорит! Изучал. Как подросток изучал ее красивую задницу в обтягивающей юбке! И снова в брюках стало жарко и тесно! Она возбуждает так сильно, что хочется выбить все провода и не отпускать!

— Серьезно? Думала, что ты теперь не захочешь нормально со мной работать. — Ада умела собрать себя в кучу. И искренне надеялась, что сейчас так и выглядит. Холодной и безразличной. Его слова могли стать лишь ветром! Секс безрассудный? Да ну на хрен! Романов точно из тех мужиков, что каждая женщина лишь объект с сиськами и жопой. Он точно не станет волноваться о ее проблемах и заботах. О том, что секс на рабочем месте может навредить ей! О том, что вообще такое вот поведение для нее вовсе не норма, а настоящий апокалипсис! Да и вообще, теперь может и забудет о ее существовании. Он получил, что хотел. Получил без разрешения! Засранец! Она не собиралась смотреть в эти блядские глаза! Этот прищур и длинные ресницы пронзали душу насквозь! Заиметь такого любовника на долгое время было бы подобно выигрышу в лотерею. Но как только эйфория от выигрыша пройдет, она останется полностью разбитой и потерянной! Нет. Не нужен ей такой аттракцион, под названием Захар Романов!

— Захочу. Всегда хотел. — Эти слова согрели внутренности. Не надолго. Конечно, сейчас он еще рядом. Потом все закончится. Они разбегутся и забудут о том, что было. — Поможешь с галстуком?

— А ботинки не почистить! Иди на хрен, Романов! — но после этих слов, увидев его неловкие попытки справиться с галстуком, все же подошла. Сделала красивый четверной узел. Стянула чуть сильнее. Задушить его что ли. Захар не двинулся. Усмехнулся одним уголком тонких губ. Приподнял одну черную бровь. Он готов к любым ее действиям. Откровенно. Без условий и преград. Она должна это понять и принять.

Заметался пожар голубой,

Позабылись родимые дали.

В первый раз я запел про любовь,

В первый раз отрекаюсь скандалить.

Был я весь — как запущенный сад,

Был на женщин и зелие падкий.

Разонравилось пить и плясать

И терять свою жизнь без оглядки.

Ада приложила ладонь к его губам.

— Не нужно вот этого всего. Соблазнять можешь своих селедочных секретарш. Мне достаточно на сегодня.

— Екнуло сердечко, Ада моя! По глазам вижу. Не сбежать тебе от меня.

— Ты сам сбежишь. Не нужно ничего. совсем ничего.

Они вместе вышли из кабинета. Захар сам нес сумку с ноутбуком. Ада не смотрела на секретаршу. Та точно слышала ее крики. Боже! Хотелось спрятаться. Где? Уткнуться в плечо Захара! Вот еще! Она сама о себе позаботиться!

Стихи? Он пытался читать ей стихи? еще бы серенаду под окнами Медстарза забахал! Нет! Ада ни за что не купиться на такие банальности и даже пошлость!

Как он и обещал, обсудили все! Без малейшего опущения! На людях, Романов вел себя идеально. Не прилично холодно. Ада ждала подвоха. С каждым его словом и жестом. Под столом до посинения сжимала коленки. Потому что так хотелось протянуть ножку и коснуться его ноги! ах, Самойлова, ну что ты творишь! Нет. Это конец. Единичная акция от Романова!

Попрощались, как малознакомые коллеги. Легкое пожатие пальцев. Только Захар задержал ее пальчики чуть дольше, чем этого требовалось.

5

Ада вошла в шумный и слишком подвижный офис. Она, даже не сразу поняла, что уже доехала до места. Припарковалась, как самая тупая блондинка, сразу на три стояночных места. Но мозг отказывался нормально функционировать. Коленки слегка тряслись. Из автомобиля вышла не сразу. И даже, когда вышла, непонимающе уставилась в пустоту. Прислушивалась к своим собственным ощущениям. Словно не встрече побывала, а в другой реальности. То, что произошло с натяжкой можно встречей назвать. Скорее свидание с дьяволом. Прям квест! Который ей не удалось пройти!

Офис Медстарз находился в отдельно стоящем здании. Вообще, когда-то для Ады Медстарз звучало чем-то недостижимым и очень громким! Сейчас она вполне комфортно чувтсвует себя в этой организации. И пусть иногда все же возникает странное подозрение, что все совсем не так красиво и четко, как кажется. Пусть. Она все смогла преодолеть. Смогла достичь больше, чем кто либо другой из ее окружения. А сейчас? После встречи с Романовым, она все еще та самая Ада? Или что-то сильно пошатнулось и изменилось. Тело еще ломило слегка от слишком резких движений и очень бурных ласк. Но внутри, все хорошо. Спокойно. почему же так хочется реветь. Как тот волк из мультика. Когда он сидит под столом и заявляет: щаас спою! Вот оно! Да! Сейчас она переполнена своим собственным удовлетворением! И да! ее поглощает восторг произошедшего! ЕЕ уничтожает само понимание, что этого больше не повториться!

Все же одернула себя и двинулась дальше. Вокруг здания ухоженный хвойный парк, и летом — фонтанами и газонами. Пять этажей. Где два этажа сдавались в аренду. Сами фабрики по пошиву медицинской одежды, которую Медстарз, успешно продавал уже более 20 лет, находились за городом. На фабрики Ада часто каталась по мере необходимости. Она всегда хотела быть в курсе происходящего и все держать под контролем. Контроль. Сегодня его не было.

Ада не особо реагировала на приветствия. И даже не собиралась отвечать за свое долгое отсутствие. Хотя Леонтьева точно потребует полное повествование поездки. Леонтьева всегда и всюду совала свой красивый носик. и всегда требовала от Ады отчета! Пофиг! Как зомби, она прошествовала к своему спасительному кабинету. Швырнула куда-то сумочку и телефон. Опустила жалюзи. Огляделась. Что же нужно сделать. вот прямо сейчас. Переодеться? да! колготки точно есть в ее шкафчике. Нет сил. Совсем нет желания для лишних телодвижений. Попыталась закрыть дверь, но ее чуть с петель не сорвали. Леонтьева Паулина Валерьевна никогда не умела быть тактичной. Она почти оттолкнула Аду, и размахивая руками, начала вещать о происходящем.

Ада открыла рот для возражений, но тут же мысленно махнула рукой. Бессмысленно останавливать танк без тормозов.

Ада села в кресло перед столом. Сложила руки и опустила на них лохматую голову. Как то совсем не цепляли разговоры, крики или вообще внешние звуки. Потому что внутри, в самой подкорке сознания стало слишком глухо и пусто.

— Эй! Самойлова! Я тут перед кем распинаюсь! Вообще-то, я твой начальник и требую полного отчета! Ты на оленях что ль ездила на встречу! — уперлась ладонями в стол и наклонилась ближе к своей коллеге. — Ау, блять! — топнула ногой. Стихла, вдруг.

Ада не подняла головы, просто издала всхлип и зарыдала. Ее плечики задергались.

Паулина аж в ступор впала. Непонимающе сморщила лицо. Она не особо приветствовала проявление эмоций в рабочее время. Нет. Не так. Леонтьева в принципе терпеть не могла чье-то нытье!

— Вот те на! Меня не только не слушают! А прям так и шепчут, что повод выпить есть! Эй! Ты ржешь или ревешь? Не ответишь, Адушки-Ладушки, придушу! Или позвоню туда, откуда ты явилась! Ты же встречалась с Елизаровскими? — ее тугие, как пружинка рыжие локоны подпрыгнули вместе с хозяйкой. Да, новая сделка волновала Леонтьеву больше, чем полный раздрай своей сотрудницы!

Но так и быть, у нее у самой сегодня не рабочий настрой! Она вышла и тут же прискакала назад. Щелкнула замком. От этого щелчка Ада подняла голову и вздрогнула. Вот так же и Романов закрыл свой кабинет! А теперь, как жить дальше после такой пленной капитуляции?

Паулина уже выставила на стол внушительную бутылочку вискарика, два пузатых бокала и лимон, порезанный дольками на блюдце. Уселась своей приличной задницей прямо на стол, ноги то длиннющие.

— Эх, Самойлова! Хорошо, что мы с тобой не подруги! А то пришлось бы тебе сейчас душу изливать! А мне твои сопли подтирать! Но я твой непосредственный начальник, черт возьми! И по совместительству самый охуенный собутыльник! Так что давай, Адушки-Ладушки! Подняла свой неприлично красный нос и дернула со мной вискарика! — Ада поморщилась. Адушки-Ладушки называла ее только Леонтьева! И это, прям, вымораживало! Бесило! Тупая кликуха! Кошмар просто! Каждый корпоратив весь офис прям от смеха давился, потому что Леонтьева по пьяной лавочке только так ее и называла!

— Иди на хрен, Валера! — Ада тоже не осталась в долгу и придумала прозвище. Валера, как того лохматого певца — Валерий Леонтьев!

Каждый хочет любить и солдат и моряк

Каждый хочет иметь и невесту и друга

Каждый хочет любить и солдат и моряк

Только дни тяжелы, только дни наши — вьюга

Тут же напела, Ада, вытирая слезы. Леонтьева тоже бесилась и начинала свою фамилию ненавидеть!

— Я б сходила! Да хрен в командировке! А не заткнешься со своим Валерой, придушу, Самойлова!

Паулина поднесла бокал ко рту и застыла. Потому что Ада жахнула сразу пол бокала виски, налила следом еще и так же ловко опрокинула в себя. Не поморщившись! Лимон лишь понюхала. И откинулась на спинку кресла. Даже подозрительно заулыбалась.

Она никогда особо не красилась. Лишь глаза. Всегда ярко подчеркивала карандашом и тушью. Теперь очень была похожа на панду. На страшно замученную панду!

— Ядрен батон! И никакого нытья, что за рулем! Работать надо! И все такое! — Паулина выпила и закинула в рот дольку лимона. — Ох, нечистью завоняло, Самойлова!

Ада расстегнула замки своих высоченных сапог, скинула. Закинув длинные ноги без колготок на стол. Вот тут Леонтьева реально широко распахнула свои глазища и рот открыла!

— Мать, на улице не лето красное, а ты с голыми ногами! Может, еще и без трусов дефилируешь!

Щеки Ады тут же покрылись алой краской. И это точно не действие алкоголя, хотя и оно тоже. А ведь колготки, порванные в хлам, валяются где-то в просторном кабинете Романова. Хорошо, что она на машине. Стоп. Теперь уже не на машине! А домой теперь как? Плевать. Война план покажет. Надо срочно напялить колготки! Хотя, теперь не тсмысла. Леонтьева не отстанет.

— Пауль! Черта с два я тут перед тобой откровениями растекусь! Так что нечего со своим вискариком подмазываться.

— Ой, прям напугала. Реви себе, как дура! — они снова выпили, — Все равно работать уже не получится! Сегодня пятница, Слава Богу! Так что можно и расслабиться! Пусть наша чернь работает! На фига столько народу в офисе! Пусть рабствуют, как положено! — В этой фразе вся Леонтьева. Ада до сих пор удивлялась, как ее саму эта высокомерная баба выделила из этой рабской общины! За работников офиса Ада всегда стояла горой перед Леонтьевой. И часто за это получала хорошую взбучку. А сейчас на все плевать. Не до этого. Сейчас хотелось только о себе подумать. И о еще некоторых личностях не рабского происхождения!

Ада огляделась в поисках своего смартфона. Выключен и разряжен. Ну и прекрасно. Нет звонков, нет проблем! А то не важно где она и что делает, вечно осаждают заказчики, менеджеры, дизайнеры! Пошли все на хрен сегодня!

После пятого бокала, Ада все же пропела:

— Меня сегодня так охуительно оттрахали, что до сих пор теку, как сучка озабоченная! Может я нимфоманка? — Ну да, так случилось, что подруг нет. Шоппинг и сплетни ну совсем не ее. И все подруги слишком замужем! И заботы другие. Вот так сложилось. Да если бы кому-то из тех самых подруг Ада вот так же заявила о случайном сексе, ее на костре сожгли бы! А Леонтьева выдержит! Да еще подбодрит в таких смелых начинаниях! Это не просто откровения. А лишь факт произошедшего. Хотелось услышать это из собственных уст. Ада повертела бокал в руке, разглядывая его.

— Это ж прекрасно! А то ты давно уже всех достала своим вечным недотрахом! А ревела то чего? Мужика перепутала или кончить не дали?

— Так хорошо, что мало!

— Мать, так это был единичный бонус? Из-за этого под расстроилась? Ты вон в каком состоянии! Может и трахарь твой в таком же! Опомниться и сам прибежит! А не прибежит, обращайся, желающих на тебя много! Быстро подгоню! — Леонтьева уже не раз подбивала Аду к вот таким приключениям. Знакомила, настаивала. Сама вела беспутный образ жизни и считала это нормой! Ада категорически отказывалась принимать участие в такого рода развлечениях. В какой-то степени именно Паулина была виновна в таком поведении Ады. Слишком явно проступал контраст между бесконечными оргиями и нормальными свиданиями!

Тут Паулина напряглась. Глазища свои с накладными ресницам снова вытаращила. Встала. Она сопоставила все происходящее, вспомнила, на какой встрече была ее подчиненная. И картинка сложилась! Да! На лице читалось полное возмутительное понимание произошедшего! К этому все и шло! Рано или поздно она узнала бы. Лучше сразу.

Ада махнула на нее и засмеялась, как пьяный лавочник, останавливая:

— Молчи, Леонтьева! Твою мать, молчи! Уже вижу, как твои нейрончики в мозгу сбивают друг друга от перегрузки движения! Взорвешься, не буду твои жиры от стен отдирать! Ну посмотри, кожа уже по швам трещит!

— ДА НУ НА ХРЕН! САМОЙЛОВА! — как заорет во все горло! Аж пластиковые проемы задребезжали! — ЭТО чего, ОН тебя трахал!?! — Ада сделала пару глотков виски, прям из горлышка бутылки. Наверное, она тоже взорвется, если не выдаст хоть что-то, что так разъедает изнутри. Ажиотаж всех клеток в организме начал утихать. Даже, видя реакцию на короткое время подруги-собутыльницы, хотелось заржать во все горло. Но не смешно совсем то, что было сегодня!

— Ты, блин, выгляни, и всем сразу подробности выложи! А лучше в рабочий чат отправь! Там теперь у моего кабинета весь офис уши греет!

Леонтьева изобразила глубочайшее разочарование в жизни. Даже как-то лицо побледнело.

— Сучка ты крашеная, Ада Георгиевна! Романов моя личная порно мечта! Прям съела бы его всего без остатка! Я тебе столько разных мужиков подгоняла! И все по тебе слюни пускали! А ты на Романова рот разинула! Как это так! Сколько он нервов мне потрепал! А посмотреть, что у него в штанах так и не дал! Ты ж сорвала Джек пот! Ревешь от радости? Как он тебя до слез довел?

— Довел он меня до оргазма! Да так, что прям не пойму как! Муж меня столько раз вот так же удовлетворить пытался! Мучился, бедняга. А этот, в один мах, раздел и поимел до хрипа в горле! — Таких откровений от себя не ожидала даже сама Ада. Леонтьева реально выглядела сейчас так, словно готова кое-кого за волосы оттаскать.

— По контракту хоть все решили? Какого хрена я не поехала! Вот я дура. Теперь может будешь проще к таким делам относиться! Не совсем к делам, конечно!

— Пауль! Это, скорее всего, одноразовый аттракцион был. И да, по контракту все отлично. Мы нормально все обсудили и решили. я подписанные документы на почту в главный отправила. И тебе, конечно, тоже.

— Подписал?

— Ну да. А ты проблем ждала? Смотрю на тебя, и понять не могу. Леонтьева, ты мне завидуешь что ли? — они сверлили друг друга уже не трезвым взглядом. Ада не раз ловила на себе вот такой злостный и даже ненавистный взгляд начальницы. Может это и есть тот самый момент между ними, который не позволяет сблизиться и назваться подругами. Леонтьева совсем не простой человек. И ее замашки, иногда, кажутся лишь прикрытием чего-то более важного и скрытого.

— Нет. Ты на себя много берешь, Ада Георгиевна. Зависть это не про меня. О другом сейчас речь. Этот мутный жук, Романов, не только с нами переговоры вел! Есть у меня достоверные источники. И такое странноу подозрение, что игру вел именно сам Романов. На хрена ему понадобилось, чтобы именно ты приехала на встречу.

— Шутишь! Я ж чуть кони не двинула, работая над этим заказом! Вопрос о том, кто должен был довести его до окончательного решения даже не стоял! — Ада даже поднялась, пошатнулась, и поставив ладони на столешницу, склонилась к Леонтьевой: — этот контракт и прибыль не чьи-то грязные игры и интриги, поняла? Я! Я перелопатила тонны информации, чтобы найти то, на что точно согласился бы Елизар! Работала, как проклятая и день и ночь! Чуть зенки не выпали от напряжения! Дизайнеры меня почти возненавидели! А ткань?! Такого оттенка ткань для костюмов?! Кто ее нашел! На задворках немецкой фабрики! Только попробуй сейчас, Паулина, заговорить о подлых игрищах! Контракт это плод моих гигантских усилий!

— Не гневи Бога, Самойлова! Напилась, веди себя прилично! Я бы могла массу причин привести для очень даже серьезных сомнений в твоих суждениях! Но раз уж ты мне тут такие истории рассказываешь, так и быть, промолчу.

— Секс это моя фишка. Вишенка на торте Елизар!

— Типа, получила свой бонус? Или теперь премии ждешь? Прям даже не знаю. Романов трахнул тебя, как в подтверждение контракта или как плату? Наградить тебя, или поздравить? Самойлова, думаю, на этом ничего не закончилось. Подписать договор это лишь саааамое начало.

— Это самое главное. Начать! Дальше будет проще.

— Пей! Ну же, давай! Пока ты вон как разошлась! Потом о работе поспорим!

6

Конечно же, домой пришлось ехать на такси! Таксист пару раз чуть не высадил двух абсолютно невменяемых девчонок! Они спорили. И в меру своего состояния, совершенно не осознавали границ своих воплей!

Ада, прошла по своей квартире, сбрасывая с себя одежду. Ее слегка покачивало. Словно не квартира, а кораблик по волнам. Ее квартирка! Ее убежище! Пьяненько хихикнула. Включила музыку так громко, чтоб не слышать своих мыслей. Прошла в душ. Включила только холодную воду. Завизжала во все горло. Пусть соседи с ума сойдут от любопытства! А то слишком тихо живет Ада Самойлова!

— Чертов! Романов! Засранец! Сука! — рассмеялась еще больше размазвая тушь по лицу. Откинула голову и подставила лицо острым струйкам воды. Романова сюда бы. Вот прямо сейчас. В голове сами по себе рождались образы: большие ладони на ее груди, его смуглая кожа на ее теле! АААх!

Ее до сих пор сотрясали эмоции вселенского размаха. И сложно было усмирить их внутри своего тела. Хорошо, что сегодня дочери Кати нет дома! Вряд ли она оценила бы танцы своей пьяной и голой матери! А самое классное, что эта четырехкомнатная огромная квартира в элитной новостройке принадлежит лишь ей одной! нет никакого надзора! Нет зануды мужа! И вечно снующей и вынюхивающей все и вся свекрови!

Она, Ада, сама себе хозяйка! И это пьянило больше чем алкоголь! Сейчас, конечно, совсем другие мысли дурили голову. Но главное, нет свидетелей ее сумасшествия. Она немного протрезвела после контрастного душа. Прошла к барной стенке. Налила бокал текилы. Отставила бокал и сделала глоток из горлышка бутылки.

Ада прошла в свою светлую и еще пустынную мастерскую! Не кабинет! А мастерскую! Пусть кабинеты и вся строгость работы остаются за пределами ее собственного маленького мира. Здесь пахло краской и картоном! Здесь повсюду валясь пустые еще ватманы и холсты. На низких столиках ютились баночки с краской и кисти разных форм. Карандаши и маркеры. Да. Здесь она творила то, что не имело отношения к заработку или проблемам жизни! Здесь она проводила свои собственные, никому не доступные эксперименты. Дочь иногда участвовала. Вместе они могли устроить войнушку из краски. Поэтому стены, пол и потолок в этой комнате полностью в ярких кляксах и мазках! Одна стена была увешана фотографиями. Ада и Катя. вот они полностью все в красках. Артем их фотографировал. Вот Катя и Ада готовятся к прыжку с парашютом. Да. Они вдвоем могли многое проходить и творить! И это было прекрасно! Сказочно! Не забываемо.

Она поставила перед собой скетч-бук, бутылку текилы. Сделала еще один хороший глоток. И рука сама начала делать набросок. Его лицо? Да. повесить на стену, как очередное приключение. Смешно. Она решила его запомнить? Даже если память отшибет, забыть не сумеет. Романов тот еще умелец по внесению сумятицы в душу!

Космическая вспышка сегодняшнего происшествия так и сверлила разум и душу. Так ярко, так сладко. Что же ее так не отпускает теперь? Наверное, понять это предстоит чуть позже. Сейчас не время еще. Все успокоиться. И мир снова пройдет очередной круг, возвращаясь, к нужной траектории.

Да, в ее жизни был не только бывший муж. Был другой мужчина. Вернее, мальчишка. Не особо хотелось вспоминать. Не то чтобы не хотелось, смысла нет. Тогда она сделала это назло мужу. Просто хотела проверить дойдет ли до конца. Случайность? Нет, в тот раз она продумала любые мелочи. Чтобы никаких последствий. Ни каких проблем. Денис был младше ее. Но очень страстный и послушный мальчик. Ада была в восторге от восхищения и поклонения Дениса. И секс с ним не выбивал почву из-под ног. Наоборот, придавал сил и уверенности! Он целовал ее так нежно и трепетно. Шептал о любви. Ей хотелось тогда смеяться. Сразу сказала, что любовь, это не про нее! Они тогда договорились, что вместе только по необходимости. Но этот роман не принес в ее жизнь остроты или успокоения. Не много удовлетворения, пожалуй. Муж вообще никак на это не отреагировал. Да и ей стало просто пофиг. Чтобы оградить мальчика от болезненной и никому не нужной любви, почти сразу его отшила. Просто и прямо сказала о своем нежелании продолжать. Строить отношения, бороться, выбивать свою собственную точку достижения цели — тогда ничего ей не было нужно. Тогда она еще стояла на распутье. И тот мальчик, не смог бы ей по настоящему оказать поддержку или дать сил для борьбы.

Романов. А что если в то время, вместо того мальчика, Ада встретила бы его? Было бы все иначе? Да. Наверное, заная, что в руках мужчины можно чувствтвать себя так, Ада смогла бы перевернуть свою жизнь! Он сегодня, словно не просто возбудил ее. А поделился своей собственной недюжей силой, упорством и страстью!

Если один случайный секс с этим мужчиной, лишает ее душевных сил, что же будет дальше? Что от нее останется, если влюбиться в такого человека? Да она сдохнет! Просто лишиться рассудка от любви! От любви, которой она никогда не знала и не доверяла! Потеряет себя! И хуже всего то, что теперь ее планка подскочила до небес! Планка выбора секс партнера или просто парня для встреч! Да, после развода, она не рассчитывала на постоянные отношения. Но встречаться и заводить любовников не собиралась отказываться! Ада не особо легко поддавалась на ухаживания. Денис стал просто исключением. Для собственного женского комфорта. Три года она в разводе. Три года покоя и тишины. Катя, дочь не раз говорила, что это не жизнь, а стойкое болото!

Романов просто вышиб из ее жизни любую возможность на отношения! Теперь она будет сравнивать с ним! Он словно выжег клеймо на ее теле! Понимает, гад, что не найти ему подобных! Не так это просто! Были кандидаты на роль любовника! Теперь нет. Ха!

Она отшвырнула блокнот. Встала и вернулась в зал. Начала танцевать. Резкие движения и крутящие моменты. Да! Так, чтобы тело горело от резких движений! Голова крутилась так, словно сейчас совсем открутиться!

В промежутке затишья между музыкой услышала трель домофона. Туман в голове. Тело еще в ритме танца. Да, видок у нее сейчас как у той ведьмы из фильма Вий. Да кто это может быть! Катя ключи забыла? Она не собиралась возвращаться. 18 летняя дочь давно завела себе паренька, и не особо нуждалась в родительской заботе. Ада накинула на плечи меховой жилет, валяющийся у порога. И не глядя на экран входа, открыла дверь. Она кого то ждет? Может, забыла? Пофиг. Сейчас точно не важно. Пусть, просто явиться кто-то в гости. Будет с кем выпить!

Прислонилась спиной к стене. Слегка прикрыла веки. Снова его лицо перед глазами. Тот момент, когда он закрыл дверь. Такой вид у него был, как у кота, кторый все же загнал мышь в ловушку.

Ада распахнула дверь, услышав звук остановившегося лифта. Когда на пороге возник Романов, взвизгнула. Темно-седые волосы, как у подростка взъерошены. Вместо строго костюма и галстука, кожаная куртка и тонкая футболка под ней. Узкие джинсы.

— Ты точно лишь белочка! Ну да. Допилась! Отличненько! — она попыталась закрыть дверь перед его носом.

Захар ожидал чего угодно. Даже того, что ему не позволят войти. Но пьяную и почти голую Аду лицезреть совсем не был готов. Он всего лишь хотел понять, что это было сегодня. Может даже прощения попросить! Ведь им работать вместе. А он, по сути, воспользовался ситуацией. И тут такое чудо! Джинсы стали какими то через чур узкими. Поймал почти закрытую перед лицом, дверь. Вошел в квартиру не спрашивая разрешения. Жадно разглядывая Аду, в совершенно ином образ.

— Прогонишь? — Он прислонился спиной к входной двери. И пока еще держал руки в карманах джинсов. Слегка прищурил глаза. Что за красотка! И запах! Как же она вкусно пахнет! Его феромон! Личный соблазнитель!

Она взглянула на него своими туманными серыми глазищами. Пьяно улыбнулась. Сделала шаг. сама! Покачнулась. Захар ухватил ее за талию, и понял, что под жилетом вообще ничего нет! Только ее атласная кожа! Стройное тело! Все то, чего он слепо желал!

— Да ты в хлам, Ада моя! — Он восхищенно разглядывал влажные губы. Мягкая нежная кожа без единого намека на косметику. Как же редко в его руках оказывалась вот такая, полностью настоящая, девочка.

— Ага. Это помешает? — встала на носочки и потянулась лицом к нему ближе.

— Чему? — Он очарован! По настоящему! Забыл зачем пришел! Думал, что стал почти насильником. Но нет! Это она, как хочет вертит его! Это она заставляет его теряться и сводит с ума!

Она дернула плечами, скидывая жилет. Усмешка пьяного хулигана. Красивый ярко-красный ноготок прошелся по его колючей щетине. Думал, снова оплеуху зарядит. А она… черт!

7

— Сладкая конфетка! Захар Романов! Сегодня ты меня! Теперь и я тебя! — она подтолкнула его к стене. Одной рукой уперлась в стену, выставив на показ грудь красивой формы. Прижалась слегка к ошалевшему Захару. Он открывал рот, как рыба на суше, хватая воздух. Потому что да, сейчас она целиком и полностью перевоплотилась в роковую захватчицу! Месть от Самойловой это нечто горячее и возбуждающее! Только бы не спугнуть! Он хочет узнать, дойдет ли она до конца! Или все же опомниться!

С улыбкой, рукой проводя по всему телу мужчины, Ада опустилась на колени. Его сердце теперь колошматило о ребра, так будто приступ случился. Он горел, как подросток в свою первую секс ночь! Руки затряслись от нетерпения. Она же пьяная! Ну и хрен с ним! Днем они оба трезвые были. Глянул вниз. Острые пики грудей. Черная макушка. Ада очень ловко расстегнула пряжку его ремня и ширинку джинсов. Стянула их вместе с боксерами. — Ах ты ж! Мать твою! И как ты в меня поместился! — она, блять, с членом разговаривает! подняла на него глаза. Рукой прошлась по всей длине и без того возбужденного члена. Из легких выжгло весь воздух. Захар положил ладонь на ее голову. Пальцы самопроизвольно сжали волосы. Но он не пытался руководить процессом. Сейчас она казалась очень опытной и знающей. Но! Вряд ли это было так. В кабинете, днем, слишком искренне и наивно она отзывалась на его ласки! И да, от напора и собственных новых ощущений она была немного в шоке!

Ада подхватила языком головку набухшего члена. А затем посасывающими движениями заглотила его до самого горла. Захар откинул голову так, что треснулся о стену. И громко застонал. Нет, эта баба точно его с ума сведет! Она просто сумасшедшая! И невероятная! Кайфует от того, что сосет его член. Причмокивая и облизывая! Да еще, вдруг, прошептала: Вкусненько!

— Я сейчас кончу! Ада! Твою ж мать! Аааа!

Она не остановилась до тех пор, пока его сперма не опалила горло. Влажные пухлые губы и быстрый язычок.

Захар оказался теперь в той же ситуации, что и она днем! Такого он точно не ожидал! Вроде бы он ее в рот трахал, а поимела Она ЕГО! Не наоборот! Он переступил упавшие на пол джинсы. Склонился. Ада облизывала пальцы. И сомотрела на него из-под бровей. Соблазнительно и остро.

— Какая интересная у меня белочка прискакала! — она реально его принимает за белую горячку! кажется этот недуг сейчас самого Захара захватит! Нет! Сейчас время для других действий! И он полон сил!

— Ах ты ж! — мужчина ухватил девушку поперек живота и потащил в комнату. Не глядя по сторонам! Просто искал кровать! Чтобы ее всю целиком! Трахать и трахать без оглядки! Ему мало ее! Так мало! Сейчас полностью овладеть! До самых темных глубин. Нежности позже.

— Романов! Я думала ты глюк! Пусти!

— Ты отсосала мне так, как самая последняя шлюха! А теперь хочешь, чтобы отвалил! Не хочешь! Знаю, что о другом твои мыслишки пьяненькие! И даже думать страшно, чем займешься, если я уйду!

— Сама себя удовлетворю! Да так, что тебе и не снилось! У тебя полно шлюх под рукой! Так чего ко мне приперся!

— Еще пара таких минетов и я вообще от тебя не отстану!

— Иди в жопу! Ненавижу, скотина!

— В жопу так в жопу! Любое желание, Солнце! Твоя задница мне ох как нравится!

Нет, это просто помешательство! Он возбуждает ее одним своим голосом! Его руки! Губы! Его стоны! Он тот, кто теперь перевернул весь ее мир!

Резко перевернул ее лицом в подушку. С рыком раскидал скомканные одеяла. Лег сверху и прошелся руками по всему стройному телу. Да, в его руках еще не было на столько знойной женщины. Крутые бедра и тонкая талия. Грудь не большая, но мягкая и тяжелая. И там, в самом пике женского естества легкий пушек волос. Да она сокровище! Эксклюзив по современным меркам! Пальцы застыли на сочной промежности. Она не просто мокрая!

— Ты кончила, вылизывая мой член!

— Ага! размечтался! Приснилось тебе! — она попыталась перевернуться. Но Захар лишь дернул ее бедра на себя. Так что она теперь стояла кверху попой и лицом вниз. Под живот он подложил подушку.

— Детка! Я сей час свихнусь от тебя! — пальцем проник в узкое колечко ануса. Ада резко вскинула голову и громко застонала. Его палец был там, куда она еще никого не подпускала. Попыталась отодвинуться. Не много больно, но и так же приятно. Острые пики наслаждения разлетались под кожей.

— Нет! Романов! Гад! Мы не настолько знакомы! Аааа! — он губами приник к ее анусу и крепко держал бедра чуть поднятыми. Снова привстал и лег сверху. Поверх ее спины билось его сердце. Рукой он ухватил ее за горло и поднял голову, чтобы зашептать в ухо:

— Только не говори, что не все твои дырочки познали блаженство. Адушка моя. Я затрахаю тебя до смерти! Хочу! хочу так, что теряю рассудок. — его палец настойчивее растягивал узкую дырочку. — Скажи, что ты согласна. Давай же, детка! Я буду очень ласковым с тобой! Моя Ада! Скажи, как ты хочешь, чтобы я трахал тебя! Скажи! Никогда еще никого так не желал! И уж точно не за кем не бегал!

— Так какого ху. я ко мне примчался! Я тебя не звала!

— Твое тело говорит о другом! Звала! И до сих пор ждешь! Хочу услышать, Ада моя!

Он все еще держал ее за горло. И стоны проходили через его ладонь. Она сама терлась задницей о его палец. И да, как никогда хотелось новых острых ощущений. С ним! Только с ним!

— Захар! Трахни меня в задницу! Трахни же меня!

Он смочил слюной головку своего члена и направил в ее отверстие.

— Будет больно, скажи! Остановлюсь! Сдохну, но остановлюсь, если ты этого захочешь. Ада! Поняла!

— Да! — алкоголь все еще бурлил в ее крови. Стократно увеличивая восторг от близости. Мужчина вошел лишь на половину, матерясь и стоная. — Не останавливайся! Сильнее! Даааа! — и ей до безумия хотелось этой боли! потому что запредельные невероятные импульсы переростали в нечто неземное. Все тело желало чего-то большего и бесконечного!

— Какая блять ты узкая! Аааа! Так не бывает! Ты везде словно под мой член выточена! Ада! Моя! Моя девочка!

Он ухватил ее бедра и замер, когда вошел полностью. Ада закусила зубами подушку, чтобы сдержать крик. Боль разлеталась тысячами огненных осколков. Не было ничего, кроме этой давящей и восхитительной боли. Она перерастала в нечто сказочное и дурманящее. Дернула задом.

— Ну же! Романов!

Он закрыл глаза. Застыл на миг. Просто читая свои новые ощущения. Склонился, опираясь на кровать ладонями. Движения давались с трудом.

— Я кончу в тебя сейчас. Блять! Какая ты горячая!

Он начал двигаться. Рукой нашел ее клитор, обостряя происходящее. Ада закричала, потому что оргазм сумасшедшей лавиной опалил внутренности. Захар усилил темп и уже не мог остановится. Даже когда пульсация охватила член.

Она уснула почти сразу же. Захар откинулся на подушки и рассматривал спящую девушку рядом. Так еще не было в его прожженной жизни. Сейчас он ни директор сети клиник, ни муж ради денег и славы. С ней, с Адой, он просто Захар. С ней он желанный мужчина. С ней он тот, кем еще не был никогда. Романов всегда пользовался женским вниманием. Но чаще всего секс становился холодным и техническим актом. С Адой все было иначе. Только с ней. Он втянул ее в свою жизнь. И теперь уже не представляет, как отпустить.

8

Утро. Ада открыла глаза и застонала. Солнечный луч упорно влезал в ее личное сонное пространство. И головная боль напомнила о вчерашней попойке. А еще покалывание во всем теле. Странная усталость и нега в мышцах. Не особо приятный дискомфорт между ног. Секс. От воспоминаний загорелись щеки и все тело. Это все был не сон? Осмотрелась. Куча одеял. Она любила создавать на кровати хаос из подушек и одеял. Прикрыла рот рукой. Снова закрыла глаза.

Да. Точно сон. Но тут рядом возникло шевеление. Ада тихо выругалась. Не сон. Села в кровати. На руках от крепкого захвата синяки. На животе засос. Нет. Это не она была. Не могло быть так! Она же не способна на такую Кама сутру! Ежики-морожики! Вот как за один день ее жизнь превратилась в полный беспредел! Прогуляла, по сути, работу, которая всегда была на первом месте! Трахалась там, где все слышали! А теперь еще и в дом его пустила. Не только в дом. Застонала. Пустила туда, куда никого раньше даже на подход не позволяла приблизится. Сзади чуть чуть тянуло еще с непривычки. Игорь пару раз пытался склонить ее к анальному сексу. И даже разок все же проник. Но тогда было адски больно и неприятно! Романов сукин ты сын! Он был у нее везде! За одни только сутки! Тогда, как бывший муж 15 лет пытался и не продвинулся дальше банального скучного секса!

Пнула спящего мужчину. Ноль реакции. Мужик, конечно, загляденье. Тело точно не офисное. Спортом занимается? Следит за собой, гад! Чтоб таких вот дур совращать и пользовать! Задница каменная прям. Мышцы, как рисунок по всему телу. Курчавые волоски виднеются не только на груди, но и на руках, на ногах. Это не отталкивает. Наоборот, словно дикого зверя гладишь. Сколько ему лет? 45 кажется. Для этого возраста слишком хорошо сохранился. Никак не угомонится! Ей 37, ему 45. 8 лет разницы. Но во время секса, они не только одного возраста. Они двигаются, как единый механизм. Ну как тут не потерять голову. Да. Умелый и опытный любовничек. Но вряд ли постоянный. Был у нее парнишка, наоборот, на 8 лет младше. Единственная, не забываемая измена мужу. Господи! Кому расскажи, не поверят. Муж и один любовник. Теперь вот Романов. И все! Даже Леонтьевой Ада не могла признаться в своем скупом опыте сексуальных отношений. Ни любви, ни страсти. Ничего не было. Только голод по неизведанному. И вот Романов, как неуправляемый паровоз въехал в ее тихую и скучную жизнь! Разворотил все устои! И, кажется не собирался сваливать.

— Эй! Романов! Сукин сын! Вали из моей квартиры на хрен! Вали к хренам собачьим!

Он заржал в подушку. Вытянул мускулистую руку и ловко подтянул девушку под себя.

— И тебе утречко, Ада моя. Налюбовалась? Нравится то, что видишь? Или не все рассмотрела? — от его слов щеки Ады покрылись румянцем. С умным мужиком иметь дело еще не приходилось. Как же правильно поставить себя? Как взять инициативу? Да ни как! Гнать его в шею! Взъерошенная шевелюра, улыбочка на наглом лице. Колючая щетина на скулах. Все, абсолютно все на столько соблазнительно, что сердце Ады тихонечко заныло. Пальцы сами тянулись, чтобы запутаться в его волосах. Соски закололо от желания снова оказаться в его губах.

— Иди к черту! — она увернулась от поцелуя. И мужские губы опалили висок.

— Вкусный завтрак или просто кофейку! Ах, да! Чайку! Кофе же ты не любишь!

— Ты дурак?! Вали говорю же! Не будет ни завтрака, ни тапочек в зубах! Уясни.

— Да ты прелесть, крошка!

— Не люблю уличных собак! А ты самый настоящий кобель!

— Гадить по углам не буду! Я очень не прихотлив!

— По углам? Да ты всю мою жизнь загадил!

— Я ж позаботился о тебе! Секс полезен для здоровья! — Он широко развел ее колени, прошелся пальцами по ее промежности и довольно прошептал: — Ты уже потекла, Адушка! Так не стану томить!

Его член оказался внутри, и Ада закричала от восторга. Так ловко он ее заполняет! Так сладко он целует!

Рот захватил твердый сосок. А руки умело ласкали спину.

— Моя красивая Ада! Сказочная девочка. Моя! О да! Как же в тебе хорошо!

Его ритм усилился. Острее! Резче! Грубее! Да! Это настоящий секс марафон! Где они оба выходят победителями!

Захар до чертиков боялся отпустить ее. Только сей час ловить и ловить этот момент. Она точно не станет бегать за ним, ждать! Теперь он стал одичалой жертвой безумного фанатического обожания. Как ее удержать? Как научить верить ему?

— Если ты сейчас не встанешь с кровати, мы продолжим! — прошептал Захар на ухо Аде. Она почти отключилась после очередного утреннего секса. На миг подумала, хорошо, что Кати нет!

— Тебе точно пора исчезнуть! Как ты вообще оказался в моей квартире?! Как ты нашел меня! И зачем!

— В наш век технологий это не проблема.

— Знаю я твою технологию, Романов! Леонтьева она называется! Она же меня сдала?! Да пофиг мне. Катись теперь. Получил, что хотел и свободен!

— Ну да! Бегу! Волосы назад! Ада! Мы вместе покатимся! Ты, кстати, тоже получила, что хотела! И давно хотела! Бегала от меня, как мышка от кота! Но облизывалась и хотела. Так что продолжим!

— Нет! Скоро Катя придет!

9

— Катя?

— Дочь.

— Она с тобой живет?

— А у тебя дети есть?

— Вот что за стерва маленькая! Отвечать на вопросы будешь, я тебя научу! И да. У меня есть тоже дочь. Но она с матерью живет. И далеко, за границей. Пошли в душ. А потом на прогулку.

— Зачем? — она наблюдала, как он двигается. Сколько в нем опасной мужской силы. Как красиво его тело. Как не хотелось покидать эту теплую постельку. И как она теперь ночью здесь засыпать будет? Вся спальня пропиталась его запахом, его голосом, его присутствием!

— А ты, секс маньячка, думала, что будут только член и твоя вагина общаться? Нам тоже не помешает. Ну там, узнать получше друг друга. Как нормальные люди.

Она встала и прошествовала в душ. Включила воду и подставила лицо. Кожа горела. Это от его щетины. И от того, что он не собирается уходить.

Захар встал позади. Намылил волосы ей и вспенил. Она попыталась снова взбрыкнуть. Но он не отстал, пока они оба полностью не вымылись.

Уже на кухне. Она стояла у окна с чашкой крепкого чая. Захар пил кофе.

— Захар.

— Ого! все же имя мое знаешь! Это радует. Что мое сокровище? — мальчишеский растреп волос. Голый торс. Джинсы без ремня, сидящие низко на бедрах. Да он просто ходячий секс! А ее это бесит! Бесит реакция на этого мужика! Собственное тело кажется тягучим и тяжелым. А еще так дико хочется потереться о его курчавые волоски на груди.

— Я не твое! Не твоя! Уясни! Романов, ты сам то вообще от меня чего хочешь? — Так! Самойлова! Ты б-ь не подростковая барби! Вспомни о мозгах! О тех, что в голове, а не между ног!

— Вот блин тебе на! Снова показать, чего хочу? за всю ночь так и не уяснила? Или это ты так нарываешься на новую порцию сладенького?

— Все уже было. Не нужно теперь рыцаря разыгрывать. Мне не нужны сопли и мыльные оперы. Понимаешь? Совсем не нужны.

Он давно ее заприметил. Ах, как давно! Если бы она только догадалась, сколько баб он трахал, пытаясь в них найти ее! Ада Георгиевна Самойлова! Первый раз он заметил ее в картинной галерее! Да! Да! В столице нашей златоглавой Москве, б-ть! Захар прошелся пятерней по щетине. Надо к своей барберше наведаться! А то скоро на горного пастуха похож будет! Ада. Сколько раз за ночь она дергала его за колючие волоски! Дикарка! Ведьма! У него снова стоит на нее! Чем больше он ее трахает, тем больше желает продолжения! В той галере, она с мужем была. Хлюпик и долбоеб ее мужинек бывший! Захар тогда просто подошел ближе и встал позади. Она не шелохнулась. В тот день, Ада была единственной во всей пафосной галерее, кто пришел не покрасоваться, а именно на картины смотреть! Нет, не картины! Фотографии. Ее взгляд. Она находилась тогда в своем собственном мире иллюзий и открытий. Не обращала внимания на снующих людей. И даже собственный муж был для нее лишь ненужным звеном происходящего. Захар просто шел за ней следом. И наблюдал. Вдыхал. Восхищался. Ее улыбка очередному шедевру. Масса эмоций. Лишь от наблюдения.

По разговорам он выяснил кто она. Позже встречи повторялись, как сменяющийся рисунок калейдоскопа. Она всегда была разной. Красивая. Яркая. Чистейшая кожа и лишь ярко подкрашенные глаза. Губы. Эти губы так и снились ему по ночам. Он попытался пару раз к ней подкатить. Через Леонтьеву. Через еще каких-то людей. Но она была замужем и абсолютно не шла на флирт или контакт без слов о работе. Вообще ноль реакции на него. Лишь мельком скользящий взгляд.

Сейчас он так же встал позади. Как в первый раз. В той галерее. Когда он просто до одури хотел затащить ее в темный уголок и хорошенько прижать к себе! Сейчас он легко повторил свою мечту!

Ада попыталась оттолкнуть. В этом вся она! Сопротивление! Ей и вправду никто не нужен?

— Я не умею под игрывать! Совсем! Отказываюсь! Все игры только по своим собственным правилам. Не собираюсь носить тапочки по утрам или готовить завтрак. Являться по первому зову или смеяться когда совсем не смешно. Я люблю быть одна. Меня это полностью и безоговорочно устраивает. Ясно? — она попыталась повернуться к нему лицом. Но Захар ухватил ладонью подбородок и зафиксировал. Губами присосался к длинной шее под началом роста волос. Стон сорвался с ее губ. Она сопротивляется, но позволяет управлять.

— Может именно это мне и нравится в тебе, солнышко!

— И придумывать смешные прозвища тоже ненавижу. Так что можешь просто сразу скрыться в туман. На хрен! Романов, катись к дьяволу!

Рука с подбородка спустилась ниже. Втянул ноздрями запах ее волос. От одного этого жеста ее начинает трясти. Это не просто тряска, а настоящий сладкий озноб, прошибающий все кости. Какие большие у него ладони. Они полностью накрывает ее грудь. И это так красиво выглядит. Ада прогибается в пояснице, прижимаясь к мужчине своей задницей. На ней лишь короткий халатик. Да собственно его почти нет. Пальцы Захара уже там, в горячей точке ее естества. Стон. Ах эти стоны с ее губ, как нектар. Его эрекция через джинсы уперлась в ее промежность.

— Хочу. — он заставил ее ладонями упереться в широкий подоконник. Расстегнул змейку на джинсах и позволил им легко сползти на щиколотки. Без усилий вставил член в ее горячую влажность и застонал от дикого удовольствия. С ней не надо долгих уговоров и прелюдий. Она готова всегда. Так же как и он. Вот она. Его идеальная женщина. Та, кого он искал в других. Он шлепал бедрами о ее задницу, увеличивая темп. Впиваясь пальцами в живот. Одной рукой почти душил, задирая ее голову так, чтобы она терлась о его грудь. Он трахал ее самозабвенно. Полностью теряя контроль. Город казался другой реальностью в окне, рядом с которым они занимались сексом. Реальность вот она. В умопомрачительном удовольствии. Ада закричала, чувствуя яркую вспышка оргазма. Захар хотел кончить в нее! Ах как он этого хотел! Но еще слишком рано! Эту фурию слишком легко спугнуть! Он резко высунул член.

— Хочу кончить тебе в рот! — тяжелое дыхание. Туман в глазах. Ада даже не раздумывала. Повернулась, опустилась на колени и взяла влажный член в рот. Два рывка и он заполнил ее горло спермой.

Она понимала, что кайфует даже от этого! Его член во рту! Эта бешеная пульсация во всем теле.

Захар подхватил ее на руки, подняв с пола.

— Посмотри на меня! Ада! Посмотри! Твою мать! Б-ь! — он утопал в ее серых глазах, которые сейчас от страсти превратились в черные омуты. — Я не исчезну! Поняла? Ты же все понимаешь. Сдохну, если сейчас все закончу!

10

Она все же выскользнула из его рук. Вышла. Ада в тишине спальни ухватилась за волосы и посмотрела в свое отражение в зеркальном шкафу. Боже! Что происходит с ней! Она не может просто выгнать его! Не может контролировать себя рядом с ним! Накинула пушистый халат с капюшоном. Застегнула его на молнию под самое горло. Как можно мечтать и одновременно прогонять человека?! Вернулась в кухню.

— Я вышла замуж и родила дочь в 18. Тогда все это казалось пределом мечтаний любой девчонки. И да, не скрою, была счастлива. Но с годами менялось тело, потребности. Мы вместе с мужем взрослели и оба понимали, что друг друга нам мало. — хотелось говорить на серьезные темы. Откровения ей всегда не просто давались. Да и зачем что-то такое знать Захару. Но он слушал. Слушал и понимал.

— То есть вы знали об изменах друг друга?

— Это была игра. — Если бы она только сказала, что любовник был всего один. Да Романов ее на смех поднимет! — Азарт зашкаливал. Как все это пошло и поверхностно. Фи. Но да, мы оба знали. Только ничего уже не могли поделать. Я начала чувствовать вину. Не отказывалась ни от чего. А он требовал иногда такие вещи, которые не умел воплощать в жизнь. Вроде бы ему нравилось. А вот мне было противно. — Сейчас эта фраза казалась неуместной. Потому что этому мужчине Ада позволяла все! Без исключения. Нет. Не позволяла, она сама от него требовала какие-то невероятные вещи! Даже этот секс посреди ее кухни был высшим пилотажем запределья! А ночью? Что они оба вытворяли?! Представить это с другим невозможно.

— Со мной не противно? — он смотрел ей прямо в душу. И ждал. Ждал ее ответа. Снова попытался приблизиться, но Ада не позволила. Вот так она прячется и сбегает. Твою мать! Он же не сделал ей плохо? Может, погорячился со своими порывами? Если это закончится сейчас он просто сдохнет! Что за женщина?! — Какого хрена ты молчишь, Ада? — он называл ее по имени. Полностью подчинялся любым требованиям!

— С тобой все по-другому. — Ада облизнула губы. Посмотрела в зеленые глаза и улыбнулась. — Я вполне взрослый человек. И мне льстит такое внимание, Захар. Ты тот еще кобель. На тебя ах как много баб облизывается. Но нет. Тебе я понадобилась. Думаешь, я не видела твои похотливые взгляды? Или как ты вокруг меня территорию метил? Как отгонял от меня других засранцев? Я же все вижу, Романов! Не понимаю только, на хрена тебе эти заморочки? Ты же был женат. И по опыту знаешь, какие мы, бабы, зацикленные на своих проблемах! Не нужна тебе я. Просто стало забавно получить то, что не дается! — она вздохнула, подошла ближе и провела кончиками ноготков по его щетине, — Ты охуенный самец, Романов. Чего греха таить, нравиться мне твое общество. Но вот пока не понимаю, как дальше с этим жить! Как муж сказал однажды, холодно со мной. Душа остывает.

— Долбоеб твой бывший. — Он ухватил девушку за волосы на затылке и лбом уткнулся в ее переносицу, — И как ты с ним жила столько лет, он идиот! Я не отстану, Ада. Смирись. Просто прими меня. Подумай, чего ты хочешь и как. Я тебе дам время отдышаться. Но не отстану теперь, понимаешь? Слишком долго ты меня своим безразличием вымораживала. А сейчас новый день. Ты готова?

— К чему?

— Воздухом подышишь. А то ты бледненькая! Пойди, работа и дом! Ни какого простора в жизни! Ну еще иногда бухаешь до синих соплей. Надеюсь, не в одиночестве.

— Ну вот как тебя послать! Чем дальше, тем лучше. Ладно. Сейчас соберусь. Черт! После прогулки тогда меня до офиса подкинешь? Машина на работе осталась.

— Так ты вчера сразу после нашей встречи наклюкалась?

Она молча вышла. Слишком четко он видит в ней все! Это не правильно. Так не должно быть. Никто и никогда не проявлял столь сильный интерес к ее внутренним ощущениям. Его волнует, как она все воспринимает. Его на самом деле волнует именно она, Ада.

Дверь входная хлопнула и в кухню впорхнула совсем молоденькая девушка. Глаза как у мамы, зеленючие.

— Привет. — девушка прошествовал к холодильнику и достала колбасу и хлеб. — А ты симпатичный! — сварганила себе бутерброд и жадно откусила. — Сделать бутер?

— А ты добрее своей мамочки! — Захар уже натянул футболку. И пятерней пытался пригладить седую шевелюру. Да пофиг. Главное, что ада теперь рядом. Выходные. Мобильник в машине валяется. Черт. Там теперь миллион пропущенных. У директора сети клиник не бывает выходных. Но Самойлова точно устроила ему настоящий отпуск!

— Это да! Катя. — девушка скинула с плеч куртку и повесила на спинку высокого стула. — Блин, как кушать охота! Мааам! Может пиццу закажем?

— Захар. — представился мужчина с улыбкой, — Классная идея. Тоже жрать охота. — Катя тут же позвонила в пиццерию. — Мы сейчас уже уходим. Прогуляю мамочку твою.

— О! это ей просто необходимо! А то как спрячется со своими картинками, так все! Тушите свет.

Захар склонил голову удивленно. И Катя приложив палец к губам в знак молчания, махнула Захару в сторону закрытой комнаты.

— Знаете, что она рисует? Даже начинала учиться на модельера!

— Рисует? Серьезно? Нет. Пока не успел изучить ее увлечения.

— Ага. Конечно. — Катя хитро улыбнулась. — Зато потребности ее точно изучили оооочень хорошо. — Захар заржал в голос. Просто эта девчонка совершенно ничего не стеснялась.

— У тебя и парень уже есть, как я понял? Только мелковата еще для грубых шуточек.

— Ой, Захар, ну не нуди. Может еще и дядюшкой называть? Дядя Захар! Хаха!

Катя провела мужчину в ту самую комнату. И он был поражен, увидев рисунки. Ада точно увлекается тем, о чем он и знать не знал. Рисунки, картины, фотографии. Фотоаппарат, явно, из профессиональных и не дешевых. Словно он прикоснулся к чему-то запретному. Катя, вдруг, сказала:

— Ты не думай, Захар, показываю все это, потому что горжусь своей мамой. И предупредить хочу: обидишь, не оставлю в покое! Она хоть и разведена, но не одна. Запомнил? — ЕЕ слова как то радостно отозвались в его душе. Девчонка смелая и дерзкая. Наверное, Ада такой же была. Почему была? Она и сейчас не сильно изменилась.

— Это хорошо. Все, что ты говоришь, я услышал.

— Ты первый. В нашей квартире. Здесь никогда никого не было. Вообще, в ее жизни никого, кроме меня нет. Эта с виду она железная леди.

— Запиши мой номер. Если что, звони. Ок?

— Ок.

Катя не стала рассказывать матери, что открыла маленький секрет. Захар тоже таинственно подмигнул и промолчал. Втроем они быстро слопали пиццу. Вполне дружелюбно и весело болтая о том, о сем. Какое-то время Ада зависла не телефоне. Чаще материлась и очень громко кого-то отчитывала.

— Да насрать мне на ваши проблемы! Выходной у меня. Законный! В понедельник будешь мне мозг выедать! Вот тогда и обсудим детали! — Захар глаз не мог отвести. И снова чувствовал, что желает лишь эту грубую красотку! Все время! До пляшущих чертей в мозгах!

Ада приставила ладонь козырьком ко лбу, как только шагнула из подъезда. Влажный весенний воздух радостно ворвался в легкие, напоминая о возрождении жизни после зимней спячки. Уже в машине Ада спросила:

— Куда мчим?

— К родителям моим. Не далеко за город.

11

— Куда мчим? — Ада, практически растеклась по удобному кожаному сиденью. Такого сладкого удовлетворения и слабости во всем теле она просто никогда не допускала. Рядом с ним все по другому.

— К родителям моим. Не далеко за город. — он произнес это, даже не оборачиваясь. Уверенно и ловко выруливая на довольно загруженную для выходного дня, трассу. Он не заметил, или сделал вид, что ему все равно, как Ада резко выпрямилась. Ее руки дернулись в слепом порыве, ухватиться за руль. Усмешка завоевателя. Нет, Захар, прекрасно осознавал свои неправомерные действия. Но по другому с этой женщиной нельзя.

— Ты спятил? — голос не дрогнул. Но надрыв от испуга проскочил, как легкий разряд по проводам.

— Да расслабься, моя Ада! Я ж не в Загс, пока что, тебя везу! — слегка склонился, и прямо в глаза сказал: — Сегодня родителям мебель привезут. Там Денис, конечно, все разрулит. Но контроль необходим! Так что просто прокатимся! Ты, что расстроилась, что сначала не с твоими родителями познакомимся! — да он глумится на полную катушку. Ада треснула его по предплечью. Он даже сделал театральный жест, как ему больно! Засранец игривый!

— Да плевать с кем раньше! Не хочу к родителям! Еще Денис какой-то, — от этого имени в голове Ады вспыхнул тревожный огонек. Не огонек, а моргающая лампочка пожарной сигнализации. Был в ее жизни Дениска. Младше ее. Но горячий мальчишка, зараза. — Захар! Ты знать не знаешь меня! К знакомству с родителями точно торопишься.

— Расслабься, Адушка! Предки у меня мировые. Представлю, как коллегу! Ну, пойми, не могу, пока с тобой расстаться! — и взгляд такой из-под бровей, ласково умоляющий и сражающий на повал. Сердце Ады реально взрывалось от его вот таких выходок. Ведь, раньше, всего лишь 24 часа назад, она знала его лишь как серьезного и лишь предполагаемого бизнес партнера! Блять!

— Останови свой чертов танк, Романов! Ты уже сутки мою жизнь переворачиваешь, как на горках, сука, американских! — она топнула ногой и попыталась открыть дверь, — выпрыгну на хрен! — кулаками заколотила по панели. Завертела головой так, что волосы растрепались, превращая ее в настоящую ведьмовскую дьяволицу. Глаза горят. А губы!

Захар заржал в голос. Он то понимал, что она знает о блокировке дверей! Его Рендж ровер тот еще танк! И вполне может сдержать атаку, как снаружи, так и внутри. А заржал лишь потому, что еще больше не желал идти на уступки.

— Я же познакомился с твоей дочерью! Почти без штанов перед ней предстал! А ты боишься всего лишь старичков, на пенсии!

— Моя Катя мне как подружка. Мы не просто мама и дочь! Мы женщины, живущие в одной квартире! А ты холостой здоровенный детина на выданье!

— Это что сейчас за проблему считается?

— В нашем случае, да!

Он все же затормозил на обочине. Хотя от резкого торможения, сзади ему матно посигналили. Но продолжать движение, когда всего колошматит, как в лихорадке, просто край безумия. Захар ругал себя, пытаясь привести в норму! Он взрослый, и вполне умеющий держать свои эмоции в узде, мужик! Провоцирует девчонку на что? Чего добивается? Развести на новую порцию яростного безумия? В его жизни еще не было таких фейерверков! Никогда! Однажды попробовав, сложно теперь отказаться! Может только сейчас начинает раскручиваться тот самый клубок странностей и непонятных действий!

Ада выскочила из машины и направилась назад, в сторону города. Сегодня она нарядилась в мягкую замшевую куртку. Узкие серые брючки. От мартовского ветра и липкого грустного снега на трассе, не очень приятно было находится. Солнце светило еще слишком нерешительно, но все же сглаживая общий пейзаж.

Захар, как раззадоренный мальчишка помчался за своей спутницей. Вот на хрена ему это надо? Лучше прямо сейчас разорвать и забыть! Но пока разум спал, где-то за громкими ударами собственного сердца. Мимо пролетел гремучий большегруз. Захар еле успел дернуть Аду за руку, и спрятать за свой Рендж, от летящих грязных брызг. Они оба чуть не свалились в грязь! Но грозная фурия не собиралась сдаваться. Пнула мужчину по чуть ниже колена. Снова рванула прочь. И снова он ее заключил в жесткие объятия.

— Адская девчонка! Угомонись уже!

— Да с хрена ли ты ждешь от меня покорности! Романов, вези назад! Не хочу с тобой никуда.

— Значит трахаться со мной можно, а показаться на людях претит твоей гордости!

— Да! Вот ты все понимаешь, чертов придурок! Так отцепись уже!

— Кричишь отцепись, а сама хватаешься за меня? — они оба опустили взгляд на ее кулачки. Она яростно сжимала распахнутые полы его кожанки.

Захар вдруг прижал ее к себе. Обвил руками в кольцо. Так словно от всего мира спрятал. Ада крепче ухватилась за ворота его куртки. Уткнулась носом в шею. Лишь один день и ночь. Такой короткий период времени. А этот запах, гуляющий кадык, колючая щетина стали уже родными. Необходимыми. Она знает его. Знать его семью это еще более опасный шаг, чем секс с ним! Он же вирус! Смертельный и неизлечимый! Вирус, против которого точно не в ее силах придумать комбинацию прямого спасения!

— Ада, послушай! Мы не обсуждали с тобой пока наши отношения. — она вскинула голову, с целью заговорить, но он прижался губами к ее рту, — Молчи! Сейчас я скажу, просто послушай. Мы взрослые люди. У каждого своя жизнь. Пока сложно строить планы. Но все же подумай. Подумай, нам же хорошо вместе. Подумай, как сделать так, чтобы тебе было спокойно. Но отпустить тебя сейчас не могу. Ада. Я не собираюсь крутиться вокруг тебя и менять твой образ жизни! Только если ты этого пожелаешь. Просто прими меня. На любых условиях.

Твою ж мать! Он что ее уговаривает? Он?! Захар Романов никогда не идет на поводу женских истерик! А теперь сам вот так легко упал к ногам одной из них!

— Захар. Захар! — она молча оттолкнулась от него, хотя и не хотела этого. Но слишком шумно. О таких вещах надо говорить в другом месте. Села снова на пассажирское сиденье. Он почти сразу прыгнул на водительское.

— Ада.

— Даже если и допустить наши возможные отношения.

— Не допустить! Они уже есть, Ада! Ты же не ребенок!

— Трахаться, как подростки по углам, еще ничего не значит!

— Да ты себя видела, когда говоришь такое?! — он дернул ее на себя. — Посмотри на меня! Ада! Смотри!

Его маниакальное желание видеть ее взгляд становилось уже осязаемым.

— Одно условие. Захар. Только одно. И не думай, что цену себе набиваю! Тоже пойми и меня! — она посмотрела прямо в его прищуренные зеленые глаза. Прямо. Так, что его сердце чуть не остановилось. Да что она творит с ним! Один взгляд и он готов на коленях умолять о возможности быть рядом. Черт! Ей страшно. А вот он не боится. Потому что уже пережил эту стадию принятия. Она борется со своими новыми чувствами. А он то уже давно все принял! Только не таким был его план! Совсем не таким!

— Условие? Какое?

— Пока ты со мной, никого больше быть не должно. Это не полное согласие. Я хочу тебя. Захар. Но пока это просто секс. И он должен быть только между нами. Обещай. Просто обещай, что если появится кто-то, ты просто скажешь об этом.

— Ада.

— Обещай. Это все о чем я прошу.

— Хорошо. А ты? Ты можешь обещать тоже самое? — как же он смотрит. Боже! Они что заключают сделку? Она соглашается быть с ним? И это не разовая акция? Романов станет ее любовником? Почему он выбрал ее? Почему? Почему смотрит вот так, в самую душу. Огонь. Да. Это не бабочки в животе. Это огненные звезды заполняют внутренности. А потом рассыпаются бенгальскими огнями! Боже. Как хочется быть с ним.

— Да. Я тоже могу это обещать. Но ничего не решено.

— Адушка. Мы все обсудим. А теперь помчали к моим предкам. Ты ж моя девушка теперь. Хоть я и староват для таких слов, но это просто охринительно!

— Поцелуй меня. — она потянула его за ворот куртки. И уговаривать не нужно было. Его горячие губы легко накрыли ее рот. Язык ворвался внутрь, заполняя и восхищая!

— Моя. Ада моя!

12

Захар абсолютно беззаботно представил Аду, как свою девочку! Приобнял так, словно это естественный процесс на протяжении не одного года отношений! Непревзойденный служитель Мельпомены. Ада даже прикрыла рот ладошкой, чтобы не хихикнуть. Но до чего хорош, зараза! Аж на сквозь все внутренности пробивает. Один взгляд. И эта чертовская ухмылочка. Он доволен собой.

Старики, если их можно так назвать, ни один не подали признаков эмоций. Совсем. Просто скользнули взглядом. Кивнули головой. Ничего. Ада за поездку уже успела полностью ухватить себя за горло, и смиренно ждать встречи. Но вот так все равно не ожидала. Слишком часто сюда баб таскает? Родители смирились с неустойчивым мужским кобелизмом? Ни за что! Одной из многих она точно не станет! Только представит, что он других по углам зажимает и хочется убивать. Его убивать! Рвать на тряпочки и раскидывать по свету! В очередной раз Ада убеждается в собственной вероятной глупости. Связаться с Романовым это равносильно стать единоличным вурдалаком для бешеной баржи! Фу! Чего то ее не в ту степь потянуло. Родительский ом совсем не располагает к романтике. Но очень хочется увидеть именно его комнату! Его спальню! Он же видел ее жилище?

На въезде у ворот показался большой фургон, и Захар начал кидать распоряжения. Он посмотрел на Аду, но та махнула головой, в знак, что вполне самостоятельная девочка!

Оказалось, что дом только построили. И часть мебели уже завезли. Но деятельность была очень бурная. Захар теперь был в своей стихии. Как он четко и громко дает распоряжения! Прям генерал на войне! И сложно такому не подчиниться.

Огляделась. Красивый со вкусом оформленный ландшафт. Еще закрытый фонтан из камня, сделанного под старину. Идеально уложенные дорожки. Альпийская горка. Да и сам дом очень интересной планировки. Значит, здесь нет ЕГО спальни? Где же они жили раньше? А где сейчас живет Романов. Черт. Она совсем, абсолютно ничего о нем не знает.

На миг Ада поймала взгляд его матери. Напряженный. Подозрительный. Нет, скорее презрительный. Почему? Женщина хоть и одета в нечто подобное рабочему наряду, но все равно хорошо выглядит. Кожа явно подвергается пристальному уходу. Волосы идеально кипельно белые.

Захотелось скрыться от этого взгляда. Ну не желала Ада сейчас выяснять причину необъяснимой ненависти. Разборок и общения с людьми хватало на работе. А Романов на столько вытряс из нее душу, что сейчас другие эмоции таились внутри! Но закон подлости никто не отменял! Переполнена эмоциями, ха! На, получай фашист гранату! Уже отойдя в сторону, где только высадили молоденькие туи, Ада увидела того самого Дениса! Даже захотелось кулачками глаза протереть. Но нет! Это тот самый Денис! Мальчишка тоже заулыбался, как кот, своровавший сметану!

Ада, конечно, в разные нелепые ситуации попадала. Но чтоб вот так! Денис нес в руках большую коробку, укутанную в стрейч пленку. Увидев, гостью, поставил медленно свою ношу на плитку. Красивый мальчик. Ничего не скажешь! Темноглазый, смуглый. В нем, словно тайна скрыта, экзотическая загадка какая-то. Губы красивой формы. И целуется он так сладко, так умело. Волосы под ежик пострижены. Раньше он ходил с длинными лохмами. Повзрослел. Пять лет прошло. Да. Кажется пять лет назад они познакомились. Он ди-джеем в клубе подрабатывал. Зажигал по полной. А как танцует! Да. В тот раз именно его опытные движения на танцполе зажгли в теле Ады бешеное пламя. Денис легко выцепил ее посреди толпы беснующих и пьяных людей в том клубе. Тогда вообще все было, как во сне. Что он тут делает? Твою мать.

Подошел. Как ни в чем не бывало, положил ладони ей на плечи и чмокнул в губы.

— Привет, Королева танцпола!

— Денис! — говорить, что еще, она не знала. Сейчас ее тело полыхало от рук совсем другого мужчины. Да и не в этом дело. К Денису она как-то поостыла. Он был больше друг, милый мальчик. Тогда, в момент ее замужества, он был ее спасением. Сейчас, наоборот, заставлял терять почву под ногами от растерянности. Конечно, поводов для беспокойства вовсе нет! Романову никто ничего не обещал! Да, у него самого за плечами, наверняка, табун вот таких же, бывших! Просто сама суть этой встречи немного путала мысли.

— Я так рад тебя видеть!

— Свои культяпки убрал бы, детеныш, от моей девушки! — послышался со стороны холодный резкий голос. Ада только заметила Захара. Стоит, прислонившись к бревенчатой стене дома. Скрестил руки на груди. Глаза, сузились, словно для выстрела. Поиск цели. Огненный вихрь, пожирающий ее жизнь! Он заставляет ее теряться и сомневаться в собственных поступках!

Ада хотела рассмеяться. Он ревнует? Романов? Его девушка? Аааа! Да пофиг ей! Или нет?

Денис оказался еще и братиком Романова! Двоюродным! Твою мать! Вот уж точно прекрасная новость!

— Брат? Шутка что ли такая?

Денис даже не собирался уходить. Встал, широко расставив ноги:

— Бро, она и моя девушка!

— Денис! Не неси ерунды!

— Скажи ему! — прошипел Захар. Встал рядом и взял ее за руку. Она дернула руку, но он не дал отойти.

— Да вашу ж мать! Вы чего тут родэо устраиваете!

— От меня, как от адского пламени, гонялась! А совращением малолеток не гнушалась? — кровь прилила к голове. Он прям кипел от ярости. И слова почти выплевывал. Носом утыкался ей в макушку. Плечи сдавливал. Ада пнула его кулаком в грудь. Устраивать сцены при Денисе и родителях не хотелось. Но ситуация на самом деле нелепая. Сколько раз она продумывала, что Денис никогда не появится на ее пути. Он же совсем из другого мира! Другое поколение! Он просто не должен был больше появиться в ее жизни! Собственно, Романов вообще в ее план никогда не вписывался!

— Я тебе не жена! Не сестра! Вообще, блять, никто! Так какого хера ты мне тут предъявляешь? — она привстала на носочки и прошептала на самое ухо. Как бы подтверждая свои слова, ногтями ущипнула за живот под футболкой. — Занимайся делом. И поехали отсюда! Я здесь, как собаке пятая нога, на хрен никому не нужна!

— Оставь свои замашки пьяного сапожника! Ада! Он же, сука, на 9 лет тебя младше! — ну заладил! Она все же оттолкнула его. Да так, что чуть не упала в объятия Дениса. Он подхватил девушку за талию.

Захар навис, как темная туча. Впечатал ее в свое тело. Да так, что зубы клацнули. Крепко. Ох, как крепко вцепился он в нее. Так словно, только ада удерживала Захара в вертикальном положении. Давил, загребал, отрезал от мира. И она теряла способность говорить и мыслить. Вдыхала этот пьянящий аромат своего нежданного сумасшедшего любовника. Словно, наркоманка, дозу получала. И уплывала в их собственный мир желаний и грубости. Он ревнует! Он притащил ее в дом своих родителей! Он умолял ее поехать! Он слишком большое пространство занимает вокруг!

— Руки, блять, убрал, братан! — Денис видел все это. Понимал. Усмехался и потирал ладони. Даже плечами повел, словно разминаясь. — Да, прям спелись! Парочка!

— Денис, не нагнетай! — Ада отстранилась на сколько ей позволили. Повернулась к Захару, — Не успокоишься, вызову такси и уеду. — нарушен покой. Ее личного пространства уже не существует. Моль сожрала все мнимые преграды. Изумрудные глаза выжгли свое собственное клеймо в ее сердце. и теперь оно жжется там. Посылая импульсы по всему телу. Перед глазами так и мелькали сцены сегодняшнего утра. Подоконник. И город за стеклом. Его горячие руки и требовательные губы. Она смахнула наваждение. Бежать от сюда! Пусть занимаются своими делами! А она по тихому скроется. Но ее планы перечеркнул голос Дениса:

— Да хрен ты угадала! Сюда такси никто не пустит! Поселок закрытый. Новый. Ада, располагайся, крошка!

— Значит, пешком пойду. Денис, как, вообще, у тебя дела? Сто лет не виделись!

— Супер у меня все! Скучал по тебе! А не виделись потому что, напомни, кто захотел? — он делал это назло! И получалось ведь! Захар готов был уже все крушить. Если бы не его мама! Она подошла. Ближе. Улыбнулась.

— Ада, не поможете мне с книгами. Пусть мальчики тут пообщаются. Они давно не виделись.

Ада была искренне благодарна. И с радостью скрылась в доме. Инна Матвеевна провела девушку на второй этаж. При этом рассказывала, что и где будет в доме. На втором этаже огромная библиотека. Книги еще в коробках. Ада принялась их раскладывать. Но все же повернулась, к пожилой женщине, и спросила:

— Инна Матвеевна, мы же с Вами совсем не знакомы. Откуда столько негатива в мою сторону?

Женщина поджала губы. Молча продолжила ставить книги в толстых переплетах. Ада решила, что не услышит ответ. Но все же он прозвучал:

— Нет, девонька, нет негатива к тебе лично. Захар всегда один. Вижу, как смотрит на тебя. А ты холодная к нему совсем. После Гельки, его бывшей, он вообще, ни с кем долго не был!

— Он давно развелся.

— Сбежала она. За границу. Десять лет уже как. И Полинку, дочь увезла. Думала, вообще больше ни одной женщины в дом не приведет.

— Инна Матвеевна, убеждать вас в чем-то я не стану. Захар очень нравится мне. Но мы мало еще знаем друг друга. Одно могу точно обещать, обманывать и сбегать я не собираюсь.

— Ваши это дела. Как я могу вмешиваться. Только пойми, привел к нам, как бы случайно. Но это не так. А Денис, он же так редко нас навещает.

— О! Денис просто хороший знакомый.

Ада присела прямо на пол. Делая вид, что засмотрелась на книгу. Листала пожелтевшие страницы. Да. Книги это редкость. Но еще более странная редкость в наши дни это верность. Любовь. Преданность. Ада много избегала в отношениях. Романов все переворачивал. Зачем он появился. Что их ждет.

13

Захар утащил ее в сторону от дома. Именно тащил! Он держал ее ладонь, она дергала, а он не отпускал. Ада, как слепой котенок, просто шла за ним. Пыталась дергаться, но без особых усилий! Да с ним хоть в ад. Хотя и так уже запахло жаренным! Они вместе. Ада Самойлова и Захар романов. Снежная королева и непревзойденный извращуга! Вокруг еще не ухоженные дебри. Он привел ее в недостроенный дом. Одна из комнат светлая и отапливаемая. В остальных ремонт. И один из боковых частей без окон и дверей. Совсем не страшно. Страшнее вот так, наедине. Далеко от людей. Между ними слишком много флюидов летает. Нет, не летает! Два абсолютно несхожих биополя бьются друг от друга, выпуская искры и вспышки!

В той комнате горел камин. В камине трещали языки пламени. Все было сделано уже очень красиво. Камень и металл. Рядом стойка под кочергу. Связка дров. Настоящий камин! Не просто картинка или имитация. В комнате от огня было не просто тепло, а уютно. Кроме огня в камине не было никакого освещения. Ничего кроме камина и большого дивана. Высоченный потолок. Плюшевый темно серый диван больше похож на аэродром своим размером.

Захар встал у камина. Спиной к ней. Ладонями уперся в каменную стену. Ему тоже не просто. Видно, как напряглись мышцы его рук. Пройтись ладонью по широкой спине. Прижаться щекой. Ада опустилась на жесткий диван. Сначала присела на краешек, а потом, упираясь руками, двинулась глубже. Прислонилась спиной к большим мягким подушкам. Закрыла глаза, откинув голову.

Полутемный силуэт мужчины походил на ретро фотографию. Снова рассматривает его. Впитывает. Ждет, когда он так же обернется и посмотрит. Они молчали пока шли сюда. И сейчас не хотелось говорить. Так тихо.

— Чей это дом? — голос теряется в этой густой тишине. В собственных потоках желания.

— Мой. — Обернулся. Ада крепче сжала колени. Полулежала. Нога на ногу. Расслабиться не получается. Потому что до безумия хочет совсем другого. Он резко, как тигр подошел и, поставив ладони на край дивана, наклонился над девушкой. — И что это было? — не надо и пояснять. Речь опять о его двоюродном братце. Черт!

— Ревнуешь, Романов? Уверен, что это наша история? — попыталась от ползти. Позорно, отстраниться. Потому что стало нестерпимо жарко. И помещение словно уменьшилось в размерах.

— Ада! Что вас связывает? — Но Романов уже полностью навис над ней. Он словно сам понимал, что перебарщивает, но не мог остановиться. Говорить с братом о ней он точно не собирался. Так что оставался один способ все узнать. Носом упираясь в ее нос. Опустил голову, лбом в ее переносицу. Дыхание тяжелое.

Ада глубоко втянула ноздрями его запах и зажмурилась от удовольствия. Стянуть с него футболку и зубами впиться в его кожу. Дикарка!

— Эта история не про нас, Романов! Теперь ты не собираешься отвечать на мои вопросы. Потому что мы оба знаем ответ! Но что если я захочу о твоих бабах узнать! Поболтаем, как два заядлых собутыльника? А? — она вперилась в него взглядом. Держаться. Надо быть жестче с ним. С ним? Ха! Романов положил ладонь ей на скулу. Пальцами прошелся по нежной кожи у виска. Дыханием опалил ее шею. Языком лизнул мочку. Жестче, чем то, что упиралось ей в живот уже не куда! И да, она, как ненормальная хотела эту жёсткость в себя и побыстрее! Стыдно будет потом. Пусть. Это же уже не сейчас. Точку невозврата они прошли еще до начала старта. А теперь заражены друг другом!

— Ты и я! Ада! Только двое. Так кто же такой Денис в этой истории?

— Не отстанешь, да?

— Все же понимаешь. От тебя сложно отлипнуть. Еще сложнее видеть голодные взгляды вокруг. Ты же просто какой-то недостижимый идеал для меня! Как повернутый придурок с ума схожу!

— Не продолжай лучше! Романов остановись! Сам потом жалеть о сказанном будешь! Денис был разовым помутнением. И не плел мне сказки о любви! Просто секс! — Ада слегка дернулась от очередного сладостного поцелуя. Он касался лишь слегка, а она уже жаждала на много больше. И не удержалась от злой шутки: — Твой младшенький тебе во многом фору даст! — эти ее слова окончательно взбесили Романова! А она хотела этого! Задеть его! Охладить и тут же взорвать до предела!

Захар вообще молча сорвал с ее плеч замшевую куртку. И ладонями прошелся по спине. Вздернул так, чтобы она встала. Они оба стояли коленями на диване. Лицом к лицо. Глаза в отблеске огня стали вообще дьявольскими.

— Да чего тебе надо, Романов! Да какого х-я ты от меня добиваешься! Я всегда жила сама по себе! Не требуй невозможного! Ты сам, кажется, вполне доволен своей свободой и жизнью в целом! Нас обоих уже не переломить и не перевоспитать! — она так же резко стянула его кожаную куртку с плеч. Рванула пряжку ремня на джинсах. В отблесках полутьмы ее глаза сейчас на самом деле стали ведьмовскими! И она хотела жестокости и боли! Потому что ее всю выламыло и выкручивало! Словно в мясорубку попала! Его близость, его горящие глаза делали ее безумной! Одержимой! Впитать каждый миг рядом с ним! Вкус его тела на языке! Его рот на ее коже! Она уже начинала ненавидеть себя такую! Потому что это желание причиняло боль! Нестерпимую, неуемную и бесконечную! Если так больно рядом с ним, то потом, без него будет совсем уже невыносимо!

— Трахни меня, Захар! Сможешь? Прямо здесь! В твоем будущем доме! Трахни меня так, как только ты можешь это сделать! Сможешь потом приходить в этот дом и помнить, как это было прямо здесь! Устраивать семейные посиделки перед камином. С милой теплой женушкой. Вот здесь, где мы оба сейчас сгорим! Сгорим, если кожа не прикоснется к коже прямо сейчас! Ну же!

— Ты ненормальная, знаешь об этом! Это все я должен говорить!

— Я тебя переиграла. И думаю, не в последний раз!

Он зарычал. Сжал зубы так, что скрипнули. Прижал ее голову к себе. Ада. Если бы она хоть на миг допустила, что это и есть его мечта! Этот дом. И она. В этом доме! Стройка давно застыла из-за отсутствия вдохновения! Слишком долго он не видел ее! А теперь она здесь! Вот только для Ады это лишь игра! Такое же помутнение. Разовое?

— Нееет, милая! Мы еще рассмотрим все наши понятия свободы и жизни в целом! Так просто ты не сможешь сделать свой ход! — Он взял ее лицо за подбородок и поднял так, чтобы их глаза встретились. Но пока рано говорить такое. Слишком рано! Хрупкие еще между ними нити переплетаются! Один неверный шаг и оборвутся, рассыплются в пепел! Поиграть? Впитать ее так, чтобы под кожу!

— Скажи, чего ты сейчас хочешь, Ада моя! Смелая девочка моя. Сейчас я твой. Полностью. В любом варианте!

— Хочу тебя полностью. Хочу откусить кусочек, облизать. Хочу чтобы ты был везде! Хочу тебя, Захар Романов. И пусть это лишь сон. Сейчас полностью принадлежи мне!

— А ты готова к этому? Выдержишь такое откровение?

— Только с тобой и поняла, что раньше ничего в моей жизни не было. Ты заполнил слишком много пустоты. Главное, не жди от меня невозможного.

Он подхватил ее и уложил на диван. Закинул руки за голову. Лицом приник к шее. Одной рукой он так и не позволял ей двигаться. Другая рука легко проникла под тонкий свитерок. Задрала его до самой шеи. Мужчина задохнулся, увидев, то что на ней нет белья. Губами всосал горошину соска. Ада изогнулась. Она дергала руками. Хотелось тоже касаться его. Но ее пленили. Заковали. Дрожь промчалась по их телам. Возбуждение острыми клыками впивалось во внутренности.

Он отпустил ее только за тем, чтобы раздеть. До нога. Практически сорвать одежду так, что кое-где послышался треск. Ада хихикнула.

Огонь. Темнота. И она. Совершенно беззащитная, голая в его руках. Ширинка джинс царапала ее живот.

— Захар! АААА! Захар! — она была обнажена, а он еще одет. Что создавало чувственный контраст. Мужчина целовал ее тело. Упиваясь атласной кожей. Слушая бешеный стук сердца и стоны. Опустился ниже. Пока язык не проник в сладкую расщелину. Пальцами сжал клитор. Ада двигала бедрами. Сейчас она хотела его целиком. Его язык доводил ее до полного безумия. Она дергала его волосы. А он продолжал свои мучительные ласки.

Два пальца проникли внутрь. И лишь несколько манипуляций, как Ада закричала от охватившего ее оргазма. Захар привстал, расстегнул молнию джинс и выпустил на волю член. Он проник внутрь горячей пульсирующей плоти и сам застонал от восторга.

Он перекатился так, что она оказалась сверху. И теперь неуемно скакала, откинув голову назад.

Секс с этой женщиной стал самым ярким событием в его жизни. И теперь точно он ее не отпустит. Даже если она сама пока этого не осознает.

14

Захар вышел. Сначала долго смотрел на спящую девушку. Коснулся щеки. На палец намотал прядь волос. Слегка коснулся губами ее виска. Она волнует его. Манит. Сводит с ума. Таких аттракционов в его жизни еще не было. Укрыл ее своей курткой. Вышел, чтобы принести им перекусить. Или просто чтобы дать себе перерыв. Он не мог надышаться рядом с Адой. Ее все время было мало. Как мальчишка, тайком пробрался в родительский дом. Боковым зрением уловил движение. Брат. Стоит с бокалом в руке и ржет. Все понимает. Но не подает виду. Захар погрозил ему пальцем. Тот лишь плечами повел.

И снова, как пацан, бежит к ней. Но вернувшись, увидел, что ее нет. Нет ни одежды. Ни Ады.

Ада сидела в машине такси и понимала, что поступает по детски. Но пока не готова она полностью заполнить свой мир этим мужчиной.

Она нервно похлопала смартфоном по руке. Позвонить? Господи! Этот мужик лишает ее душевных сил! Она словно в детство впадает. Бред какой-то! Он, Романов, ее затянувшийся бред! Никогда таких откровенных желаний, да что таить, темных и порнографических, не было в ее голове.

Она все же пролистала контакты в смартфоне. По сути у нее есть его номер только потому, что их связывала работа! Но Ада ни разу не воспользовалась этим! Она не звонила ему лично. Всегда действовала через секретаря. И сейчас, найдя контакт Романов-Елизар! Нажала кнопку вызова.

— Ты, блять Коперфилд хренов! — сначала выругался Захар, а потом притворно нежно спросил: — Ада моя. Где же ты солнце?

— Я не твоя. И ты не мой. Романов, я направляюсь прочь от твоего логова недостроенного. — она слышала, как скрипнули его зубы. Сейчас он сжимает смартфон так, что трещит пластик. — Ты обманул меня! В вашем чудесном поселке не только есть служба такси. Круче! Здесь есть целый отдел водительского сопровождения! В любое дня и ночи.

— Блять. — снова он выругался.

— Не матерись! Романов! Ты же крутой мужик. Директор! Под твоим руководством сотни людей на цыпочках бегают! Я уже говорила и теперь повторю. Я сама по себе. Ты сам по себе!

— Ада! Твою мать! — он первый прервал звонок. Потому что его айфон последней модели улетел в стену.

Неделя прошла, как в тумане. Ада Георгиевна Самойлова превратилась в настоящую фурию. Она носилась по офису и на ходу вставляла всем! Ее начали бояться! При общении с поставщиком ткани, чуть не прибила его! За то, что прислал не тот оттенок! Даже Леонтьева держалась в стороне. Просто наблюдая этот безумный фейерверк эмоций.

— Ты дизайнер или кто, а? — орала Самойлова во все горло, стуча ручкой по столу. — Ты вот этот детсадовский фасончик хочешь всучить нашем новому заказчику?! Да мы вообще всех клиентов растеряем с такими идеями!

Дизайнерша, подхватила свои наброски и шмыгнула носом. Взлохмаченные светло русые волосы скрыли покрасневшее лицо, когда девушка склонила голову. Ада отвернулась к окну. И сама поморщилась, понимая, что точно переборщила. Но признавать это не собиралась. глянула через плечо:

— Ты еще пореви мне тут! Два часа у тебя есть! Чтобы исправила!

Леонтьева грациозно вплыла в кабинет, встала, руки в боки. Махнула головой дизайнерше, чтобы та скорее умчалась. И ладошкой толкнула Аду в плечо:

— Какие на хрен встречи! Пятница, Самойлова! Сегодня пятница развратница! Смоем твое скотское отношение к людям? Если ты в таком вот ведьмовском прикиде с нашими заказчиками встречаться будешь, то нас отправят в церковь! Снимать порчу! — на миг в отражении окна мелькнул облик Ады. Она и впрямь выглядела, как бес одержимый. Макияж с черными тенями и стрелками. Высоченный хвост на макушке. Водолазка под горло и супер тонкие шпильки. Короткая юбка почти открывала задницу. И дополняли все это громоздкие аксессуары — широченный металлический браслет с иероглифами, и подвеска в виде черепа.

— Чего? Валера, ты с дуба рухнула?

— Как с начальником разговариваешь?! — она полностью скопировала тягучую манеру говорить Ады. Вот тут Ада застыла. Моргнула. — Выдохни, мать! Чего бесишься? Неделю терпела! Но с таким твоим отношением, Медстарз опустеет скоро! Ты ж всех людей разгонишь! Сегодня будет важная туса. Так что давай-ка, поднимай свою тощую задницу. Укладывай злобный взгляд на полочку в сторонку, и гуляем! И самое главное, накинь что нибудь поярче! А то прям только метлы не хватает! И на шабаш можно отправляться!

— Нет. Не хочу. Ангелочек наш! — Ада злобно улыбнулась подружке. Леонтьева реально выглядела полной противоположностью. В ярко изумрудном летящем наряде, с распущенными волосами и почти без косметики. Только неизменные ресницы, как опахала!

— Вообще не спрашиваю. — Леонтьева подошла ближе, двумя пальцами ухватила Аду за подбородок, — не хочу, чтобы ты взорвалась и твои кишки забрызгали дерьмом весь офис! Так что, это приказ! Полный вперед за приключениями!

Они вышли из офиса на свежий воздух. Леонтьева замерла: — Слышишь?

— Чего?

— Адушка ладушка! Это вздох облегчения за нашими спинами! Стервой всегда была я! Так чего мою роль забираешь?! Очнись! Тебя кто так довел? Не дотрах или перетрах?

— У тебя вечно одна проблема.

Леонтьева заставила ее нарядиться. Они обе в этот вечер выглядели сногсшибательно! Узкие открытые наряды. У Ады красное, с прозрачным кружевом. Разрез сбоку почти до талии! Леонтьева в темно зеленом. Ее рыжие локоны идеально сочетались с нарядом. И вот они в облаке дорогущих духов. Красивые и сексуальные подкатили на автомобиле с водителем, к дверям небольшого темного здания.

— Леонтьева! Пауль! Ты меня на склад убивать привезла? — в ответ лишь загадочное молчание. Леонтьева вообще выглядела слишком молчаливой. Этот шикарный автомобиль с водителем точно не такси! И еще странное место. Вокруг ни души. На отшибе. Им открыли тяжелую дверь. Казалось, сейчас зазвенят цепи. Или зомби выглянут из-за угла.

Красивая гардеробная уже поражала роскошью. Здесь не просто гардероб, а настоящие хоромы. Сплошные зеркала и море света.

— Где мы, Пауль?

— Леонтьева склонила свою голову ближе, приобняла Аду за плечи.

— Мы, дорогуша моя, Адушка, в самом охринительном клубе! Здесь все тааак круто! Только випы. Вот привела тебя, чтоб глаза открыть! Расслабься! Развейся! Мы с тобой крутые випы! Помни об этом, когда опять прессовать народ будешь! И еще, все дерьмо оставляем там! Здесь другой мир!

— Мать Тереза блин. Ладно. Я тебя услышала. — но внимательнее посмотрела на свою начальницу. — Это все? Здесь мы только из-за меня? — внимательнее вгляделась под густые ресницы Леонтьевой. Ей что-то от нее нужно? Ада была как никогда спокойна и настроена на отрывный лад. А вот, Леонтьева, наоборот нервничала.

— Ты даже не знаешь, что такое дергаться или волноваться! Чего вдруг, Леонтьева!

— Отвали! Сканер, блять. Все то она видит! Со своим хреном знакомить тебя буду.

— С чего вдруг? Мы же решили, что не подруги! Пауль! С такими темпами в любви признаваться мне начнешь! Ты из-за меня так нервничаешь? — ада улыбнулась и сделала губки уточкой, — чмоки, милая!

— Сучка ты, Адушка! Если б ты мужиком была, давно призналась бы! — положила ладони на грудь Ады и сжала их, — а телочка-то секси! И чего мужикам еще надо!

— Фу, блин! Пауль, ты реально извращенка. Только я мальчиков предпочитаю.

— А может конкретно, Романова? Он здесь вполне может быть.

15

— А может конкретно, Романова? Он здесь вполне может быть.

— Да твою ж мать! — ада развернулась, но уйти ей уже не дали.

— Только рискни, Ада. — Леонтьева умела угрожать и быть серьезной. Всегда улавливала нужную волну. И всегда знала, как манипулировать людьми. — И это будет последний прыжок со скалы твоей карьеры.

Они схлестнулись взглядами. Нет. Все таки они не подруги. Лишь используют друг друга. Иногда, находя спасение там, где его нет. Это всегда было именно так. Ада горда вздернула подбородок и шагнула внутрь. Что ж, она понимала, как лучше именно для нее.

Серое и невзрачное здание снаружи, поражало своим пафосом и роскошью внутри. Ада аж зажмурилась на миг. Не то чтобы золото и серебро. Нет. Наоборот довольно сдержанный интерьер. Но все н столько идеально и красиво. Огромный двух этажный зал. Столики. Снующие официанты. И люди. Эти люди! Ада расширила глаза и чуть рот не открыла. Леонтьева довольно усмехнулась.

— Да, дорогуша! Это мэр в уголочке скромно потягивает кальян. А рядом с ним шахеризада точно не его жена. Ада! Здесь мужской клуб. Очень очень тайный. Ты только рот не разевай! Спокойнее. Словно, каждый день у тебя такой вот насыщенный.

— А у тебя он такой? — теперь многое становилось понятным. Леонтьева всегда была слишком самоуверенной. И точно не собиралась отпускать свои позиции. Медстарз для нее зал развлечений. Вовсе не способ зарабатывать. Она не только дочь богатых родителей. Так же наследница не малого состояния. И способов жить шикарно у нее было очень много. ада находилась совсем в другом положении. Она зубами выгрызала свою должность. Как скалолаз, покоряла отвесные вершины. Леонтьева ее носом в дерьмо тыкала, а потом в ладоши хлопала, наблюдая за борьбой своей подчиненной. Вот так они и спелись. Но равными никогда не были. Никогда и не станут!

— Как же нас пропустили?

— Потому что вас ждут, леди! — произнес возникший из неоткуда официант. Высокий, весь в строго белом наряде. Он провел их через небольшой проход в отдельную комнату. И именно там, в отдалении, на возвышении, Ада увидела Романова! Аж молния пронзила тело. Ада дернулась и сделала шаг назад. Но Паулина удержала ее под локоть.

— Стоять! Даже не пытайся улизнуть! Черт! Ада! Ну как тебя угораздило! Почему Романов! Я до последнего не хотела в это верить! Теперь сама убедилась. Он трахает все, что движется! — Леонтьева была довольна своим открытием. И это злило! Ада не собиралась растекаться лужицей у ног этих самодовольных засранцев:

— Ты у нас сплошное движение, Пауль! Но осталась в мокрых трусах!

— Сучка.

Ада не могла оторвать взгляд от этого мужчины. Сейчас он был не такой, каким она его видела. Словно туман обволакивал весь его облик. Он полулежал посреди больших объемных подушек. Как турецкий султан. Рубашка расстегнута полностью. Волосы взъерошены. Он расслаблен. Рядом с ним очень красивая и худая блондиночка. Молоденькая совсем. Лет 20. Не больше. Она заглядывает ему в рот. Трется щекой о волосы на груди. Что-то шепчет. Ее рука ласкает его плечи. Ада даже не видела, что эта комната вся в таких диванчиках. Кальян. Ароматы волнующие, возбуждающие. Танцующие девушки на маленьких сценах. Она видела только его. Голова откинута. Глаза закрыты. Блондинка что-то шепчет ему на ухо. Боже! Ада готова была согнуться пополам! Потому что вот сейчас, как еще никогда, за все свои 37 лет жизни не сходила с ума от ревности! А это она! Именно ревность пожирала внутренности! Черным ядом расползалась по венам. Причиняя боль. Невыносимую боль. Она сама сбежала! Сама отказалась! Она попыталась отвернуться. Но тут, Романов открыл глаза. Словно его кто-то в спину толкнул. Открыл глаза. Ну как открыл. На половину. Ах эти щелочки его блядских глаз! Вынос мозга и сердца окончательно! Блондинка поцеловала его в небритую скулу. Романов, продолжая смотреть на Аду, уцепил блондинку за волосы. И впился в ее шею. Из под бровей продолжая смотреть. Когда блондинка начала целовать его грудь, рукой шаря поверх его брюк, Ада все же отвернулась. Что за хрень твориться?! Почему его тонкие губы сейчас целуя другую, словно на ее теле выжигают след. Ее соски тут же колом встали. По телу пробежал шквал мурашек. Перед глазами мелькнули сцены под мелькающее пламя из камина.

— Адушка! Пошли сказала! Романова интересуют девки помоложе! Как его еще за совращение малолеток не закрыли! — Леонтьева протащила ее в другую скрытую комнату. Свет везде был приглушен. А в этой комнате вообще почти отсутствовал. Вот там она увидела двух парней больше похожих на бандитов. И так же в клетке танцевали голые девицы. Только танец был больше похож на сексуальные ласки. Две девочки целовались и лизали друг друга. Стало противно. Ада поняла, что готова бежать сломя голову! Ей дико не нравится это место. И увидеть здесь Романова было худшим из приключений! Леонтьева ведет свою игру! И она притащила ее сюда вовсе не для знакомства! Романов нужен Медстарзу? А она, Ада, наживка? Все не случайно. Все продумано до мелочей. Ада умеет играть грязно. Почему же сейчас все это стало таким мерзким и чужим?!

Леонтьева представляла своего поклонника. С пафосом и театральными жестами. Смех сквозь пальчики. Моргание и касание, как бы случайно. Ада даже не смотрела на этого типа. Просто тошнота подкатила к горлу. Она пытается прыгнуть выше своей головы. Это не ее место. Не ее мир! Мечтала о деньгах и власти. И вот он, шанс. Считала, что не важно, как добиваться своего! К Леонтьевой подбиралась! Так вот! Все здесь! Хорошая игра приведет к новым достижениям!

И второй экземпляр предполагался для Ады. Довольно смазливый тип. Наглые масляные глазки. Руки все в перстнях. Под воротом рубашки шелковый шарф. Ох и гадкий представитель мужского рода. Не в этом дело. Все выглядит вполне прилично. Под этим слоем приличия слишком много откровенной грязи!

Ада готова была снова начать кричать и топать каблуками! Так они вырядились, чтобы побывать в этом притоне! Притон для богатых извращенцев! Рука мужика в шелковом шарфике уже, как змея пробиралась по пояснице Ады. Сползала ниже. Запах его духов был слишком едким и сладким.

— Нет, Леонтьева. Это выше моих сил. — Она развернулась и помчалась прочь. Споткнулась. Но тут же выпрямилась и гордо зашагала. За спиной услышала шипение Леонтьевой. Возможно, это очень не правильный шаг. Плевать! Вот так зарабатывать очки для шикарной жизни, Ада не намерена!

Но далеко уйти не получилось. Потому что она со всего своего бега врезалась в обнаженную грудь какого-то мужика. От его тела воняло жуткими духами и еще какой-то дрянью. Ее ухватили за плечи. Ада даже крикнуть не успела, как оказалась где-то, где во всю дурь орала громкая музыка. Это был еще один зал. Для танцев. Она вырывалась из рук совершенно пьяного мужика. А он только ржал. Да уж! В этом заведении водились только шлюхи! Если без мужика, значит для всех! Ада была слишком трезвой для таких приключений. Потные и толстые руки незнакомца во всю лапали ее тело. Ада дергалась, но все напрасно. Вот она плата за роскошь! Ее бросило в холодный пот. Треск одежды. Зажатый рот.

— Да пусти же козел вонючий!

— О! задница что надо! Прям по мне! — а мужик то оказался очень даже знакомым. Его морда мелькала на экранах телевизора. И Ада не раз встречалась с ним. Потому что это оказался один из чиновников отвечающих за здравоохранение. Смешно как людей меняет место и алкоголь! Он всегда такой галантный и чистенький. А тут полное ничтожество в разгуле. Он кинул ее лицом на большой стол, скидывая посуду и бутылки. Звон бьющегося стекла и ржач тех, кто это видел. Ада изогнулась, и сняла туфлю с высоченной шпилькой. Воткнула со всего маха, тонкую шпильку в руку нахала.

Выскочила на улицу. Вызвала такси. Хорошо, что клатч умудрилась не потерять. Платье разорвано. Приходилось держать клочок ткани, чтобы хоть немного прикрыть грудь. Ада даже не сразу поняла, что по щекам бегут горячие слезы. Да, Леонтьева хорошо остудила ее пыл. А может зря она так? Отправиться в отрыв! Трахаться налево и направо! Чего она строит из себя недотрогу?! Смешно. Только хотела она одного мужика. А сейчас ненавидела его еще сильнее чем раньше. Романов заставил ее пересмотреть свою жизнь! Изменить что-то главное и важное!

Он все же поймал ее возле такси. Ухватил за плечи и развернул к себе. Ада развернулась и влепила ему пощечину. Ее трясло сейчас. Так сильно, что кажется зубы стучали. Пощечина вышла очень звонкой. Ладонь теперь горела. И на его щеке образовалось красное пятно.

— Снова убегаешь, Ада моя! — он говорил звенящим шепотом. Разило алкоголем. Но нет. Не пьян. Даже слишком трезв для такой трясучки. А его колошматило, как в лихорадке. Эта женщина доводит до белого каления! Не дает ему возможности приблизиться! А это теперь стало единственной целью! — Что ж ты бегаешь-то? Видишь же все! Понимаешь! И все равно бегаешь! Ада! Ада! Кто тебя обидел? Я могу убить его! — щека горела от пощечину. Но он уткнулся лбом в ее макушку. На один короткий миг Ада замерла. Даже прижалась ближе. Как от него веет жаром. Как же тепло и уютно в его руках. Пусть от него сейчас несет той самой блондинистой малолеткой. Но боже! Как же хорошо рядом с ним. Стук его сердца. Он не ровный. Такой громкий. Нет. Это ее сердце сейчас лупит о ребра. Нельзя. Нельзя с ним. Он превратит ее жизнь в ад. Ад был только что. Когда его обнимала другая. Сейчас уже это ад! А дальше она не справиться! Дальше не потянет эти муки ревности. Он красив. Как дьявол красив. Темный, высокий, горячий. Влюбиться так легко. Безвозвратно. Но слишком болезненно. Оттолкнула все же. Хорошо, что не пила алкоголь. Хоть каплю в кровь алкоголя, и она не смогла бы оттолкнуть. То, что ее чуть не изнасиловали сейчас не имело значение. Все было не важно. Кроме него.

— Это место, Романов, как нельзя лучше описывает тебя! И подходит тебе! Да! Вот в этом гадюшнике ты в своей стихии! Я не твоя! Никогда не буду! Ты мне не нужен. Ни ты, ни твое блядское существование! Обидеть меня могу только я сама! И да, сегодня получила по заслугам. Больше этого не повториться. И не надо никого убивать! Сама разберусь! — он взял ее лицо за подбородок. Губами скользнул по ее губам.

— А чем ты лучше, Ада моя! Чем ты лучше меня? — он так и не собирался сдаваться. А сейчас еще больше хотел именно ее. И отпустить не мог. И держать не имел права.

— Не твоя, Романов! Хоть и не лучше. Но не такая же, как ты. И не твоя.

Он отпустил. В ее серых потемневших глазах такая дикая ненависть плескалась, что аж волосы на затылке зашевелились. Еще чуть чуть и она сгорит! От собственного адского пламени! Нет! Не так! Спалит их обоих. Красивая. Как может быть красива раненая птица. Потерявшая что-то очень важное. Черные потеки от слез на щеках. Платье порвано. Хотелось убить и оторвать руки тому, кто посмел это сделать. В какой-то степени и он виноват в происшедшем. Он тянет ее туда, куда она упорно не желает идти.

Ада прыгнула в такси. И уже дома, забралась в душ и разревелась. Это не ее жизнь. Ей не нужны такие стрессы! Она пережила ад со своим бывшим мужем. Теперь все будет иначе. Никому и никогда больше она не позволит управлять собой! Не позволит унижать ее! Не позволит вообще никак влиять на ее собственную жизнь! Даже не ее бывший муж создал настоящую клетку, скорее его мать! Игорек до последнего оставался маменькиным сыночком. Во всей своей мерзкой красе. Ада до сих пор не могла понять, почему?! Какого хрена она жила под ее гнетом?! И как ей повезло, когда очередная малолетка Жанночка залетела на полную катушку. Может, тогда это стало ее спасением!

К черту Игоря! К черту Романова! Ей никто не нужен. С таким, как мальчик Денис, она вполне могла справиться и поиграть. Легко. Без обид и тяжелых заносов. С Романовым игра уйдет в катастрофический дрифт! Который закончится полным переворотом!

16

Ада вошла в офис и огляделась. Покручивая ключи, оглядывала, все ли на местах. Даже на миг подумала — может, извиниться. Ну уж на хрен! Обойдутся. Леонтьева еще не явилась. Наверняка, и виду не подаст, что вчера что-то было. Она та еще стерва.

Видела напряженные лица, выглядывающие из-за мониторов. Рядом с ее кабинетом переминался с ноги на ногу Витюша. Менеджер. Дохлячок неприметный. Но вот когда начинает говорить его облик меняется. Есть в нем что-то даже привлекательное. Да и опыт в продажах никто не отменял. Белобрысенький, невысокий. Он одевался как-то необычно, в своем собственном стиле. Всегда добавлял яркий элемент. Ремень необычных тонов. Или кроссы супер кислотные! Прическа всегда с укладкой. Тот еще модник. Но вот сегодня он выглядел жалко. Как кот у подворотни.

— Витя, блин! Понедельник еще толком не начался! А ты уже тут как тут! — Один его взгляд из под бесцветных ресниц выдавал нервное волнение. Ада снова оглянулась. Ее боялись! Да! В прошлую неделю она точно сорвалась по полной. Больше романов не будет так на нее влиять! Это работа! И ей здесь нравится. Нравится решать вопросы, выстраивать стратегии! Нравится быть тем, кем стала! Она сама добилась этого! От рядового менеджера до директора! Ее уважали. Ее слушали! Ада Георгиевна Самойлова имела здесь свое влияние и силу! Но сейчас на нее смотрели, как на черта с рогами! Ее реально боялись. Все же молчать нельзя было. Так она и вправду станет грымзой бездушной. — а ну встали все! — рявкнула Ада!

Все резко повскакивали со своих мест. У кого-то даже стул грохнулся. — В Кабинет ко мне! Сейчас же!

Как только все собрались, Ада, не вставая, в своем кресле. Слегка крутанулась. Осмотрела всех. Такие все разные. Но они все уже по многу лет работают в Медстарз. И да, Самойлова, являлась тем начальником, который держится за каждого своего работника. Она подбирала свою команду долго и упорно. Вместе они устраивали корпоративчики, по утрам совещания и обсуждения. Ее уважали за опыт и умение.

— Зайчики мои! Расслабьтесь! Я вас кусать не буду! На той неделе, ок, погорячилась. Все! Ада Георгиевна искренне извиняется. Океюшки? — она смотрела и буквально видела, как лица слегка меняются. Но нервное напряжение так просто не отпустит. Голос подал Витюша: — То есть плохие новости это не повод устраивать трэш?

— Именно это я и имею ввиду. Считайте, был творческий кризис! Он позади. Совещания по утрам возобновляются. Даю вам пол часа для сбора информации и отчета о проделанных работах. Ок?

Все потихоньку разошлись. Ада сама боялась дышать. До чего довела нормальных людей! Романов скотина! Он все! Теперь без него будет пусто. Она скучала. Скучала, как ненормальная! По его взгляду блядскому! По губам требовательным. По его голосу. По его члену, в конце концов! После той жаркой ночки в его недостроенном доме не могла спать по ночам одна. Еще этот поход в притон добавил огоньку! И Леонтьева сучка! Устроила квест на выживание! Долго ее сегодня нет. Значит, что-то будет. Вчерашний побег обернется ей еще сюрпризом! Леонтьева долго умеет обиду помнить! И отомстит.

Ада отвлеклась и не сразу заметила, что Витюша так и не испарился. Вдох-выдох. Больше она не стервозит со своими коллегами!

— Говори уже. Все. Я готова слушать твои плохие новости. И кстати, Леонтьева не звонила? Почему ее еще нет?

— Она отправилась разбираться с этой проблемой.

— Вить, я тебя сейчас все таки укушу, если так и будешь стоять и яйца мять! Говори уже!

— Романов. — от одной фамилии ее как током прошибает. Ада встала. Нет. Никто не должен видеть ее в момент собственной слабости. — Романов Захар Ильич возвращает первую партию, которую отправили уже.

— Чего? — тааак! Психотерапия, твою мать. Вдох-выдох. Конечно же, он не на зло ей! Это рабочий момент! Так бывает! Леонтьева уже все решает! Рыжая бестия умеет решать такие проблемы. Ерунда. А если они вдвоем это затеяли? Ответственность за проект с Елизаром полностью несет Ада Самойлова! И отдавать свои лавры ни кому не собирается! Там все идеально! Какой на хрен возврат! Сжала кулаки. Ногой пнула стул. Вдох-выдох. Сквозь зубы, не произнося имени: — ОН озвучил причину возврата?

— Ну да. Говорит, что не тот оттенок ткани. Претензию накатал! В почте письмо есть!

— Ох ты ж блять! — она пыталась не ругаться. Директор все же. Но так приперло, что само вырвалось. Подняла руку, — Тихо, Витюша, не трясись! Не на тебя я злюсь! Выяснили? Ткань та, на которую Романов согласился?

— Да в том-то и дело, что та! И в договоре все указано! А он блин все равно свое прет. Говорит, что в его новой клинике ремонт, новый цвет! Что форму подбирал в строгом соответствии интерьеру! Паулина Валерьевна уже там, в Елизаре.

— Ок. поняла. Решим все. Свяжи меня с фабрикой. Поговорю с нашей Таисийей. Точно ли они все правильно выполнили. Надо разобраться. Собери все, понимаешь, Вить? Все, что только можно! Образцы! Выкройки! Договор! Любые документы по проекту! С юристами пока не связывайся. Это не проблема. Так, фигня! Решим!

Витя даже засиял, как начищенное блюдце. Потер ладошки.

— Вот это моя начальница, а не та мегера, что пинает стулья и швыряет зарисовки во все стороны.

— Ты границы то не пересекай!

Парень быстро метнулся к двери.

Витя не успел выйти, как его чуть не сбил с ног рыжий тайфун! Леонтьева размахивая руками, дышала тяжело, как потерпевшая. Она бросила свою шанель сумку на стол, подошла к мини бару и налила стакан вискаря! Взмахнула прыгучими пружинками волос. Подошла вплотную к Аде. Злобно сверкнула глазами.

— Вы какого х-я надо мной издеваетесь!? Это по вашему аттракцион?! Я чего девочка, чтоб бегать?

— Эй, остынь! Пауль! Чего за наезды! — иногда Ада поражалась, они разговаривали друг с другом, как два подростка в подворотне. Ругались матом, орали, как две ополоумевшие ведьмы. Это был обычный их язык общения. Но сейчас, Паулина кипела от чистейшего гнева.

— Ты из-за него тогда сбежала? Оставила меня с двумя разбираться! Всю ночь их ублажала, чтоб усмирили свой гнев!

— А на хрена ты меня обещаешь, без моего ведома! Я не собираюсь спать с кем попало!

— С кем попало?! Ада, твою мать! А Романов тогда, этот кобелина, на котором пробу ставить негде, он не кто попало! Он же трахает все, что вообще способно принимать его член! В том клубе каждая официантка им оттрахана во все дырки! Ты сама то долго еще будешь целку разыгрывать!

— Да ты свечку держала? О Романове не слишком много знаешь? Бесишься, потому что тебе то свою ширинку не распахнул! Пауль! Очнись! Мы на работе, а ты бред несешь.

— Не бред. Ада. Я тебя предупреждала, аккуратнее со своими замашками королевы. Ты его динамишь, а он лишь еще сильнее рвет все вокруг. Он в тот вечер весь клуб разнес к херам! Ада, — слишком серьезный тон. И все время по имени. Даже как-то официально. Холодок пробежался по позвоночнику. Ада отвернулась к окну. Воздуха не хватает. Так все время будет, когда речь о Захаре? Откуда такая реакция на человека? Леонтьева налила еще бокал. Сделала глоток. Села в кресло Ады.

— О чем ты?

— Самойлова, я тебе предоставила шанс стать на порядок выше. Сама же этого хотела.

— У тебя был бы такой же расклад, если б я того козла удовлетворила?

— Дура ты. Поняла? Я и сама могу удовлетворить кого угодно! И ты, соплячка высокомерная мне на х. й не нужна.

— Так что с клубом?

— Тебя кто-то домогался?

— Ну был там один гад.

— Теперь в том клубе его больше не будет. Цени, Ада! У тебя рыцарь, мать его появился. Можешь сколько угодно считать меня своим врагом. Но на счет Романова…

— Я сама со всем разберусь, Паулина! Это не твое дело.

— Да что ты говоришь! А я бы очень хотела ничего этого не затрагивать! Короче, этот контракт полетит ко всем чертям. Если ты не решишь свои проблемы с Романовым.

— У нас нет проблем. Никаких. Ясно? Я не имею ничего общего с…

— Заливай, сколько влезет. Только мне из главного офиса звонили уже. По твою душу. Романов будет общаться по всем вопросам, связанным с нашей фирмой, только с тобой. Заявил, что ты умеешь решать проблемы. И знаешь, что? Либо ты полностью удовлетворяешь его запросы, либо, скорее всего твою должность займет кто-то другой.

— Ты сейчас шутишь? Так вопросы не решаются! Или это месть за мой побег?

— Думай, как знаешь, блять! Ты когда нибудь все равно останешься ни с чем! Если не повзрослеешь! — Леонтьева уже орала так, что стекла тряслись. Ада совершенно спокойно смотрела на свою начальницу, — А как решают такие проблемы? Я же говорила! Он тебя еще тогда поимел, как оплату за контракт! Ты залог нашего успеха! И еще. У Елизара полное обновление. Скоро начнутся рекламные съемки. Где будут фигурировать наши наряды. Это грандиозный не шуточный заказ. — она говорила с паузами. Прямо глядя в серые глаза Ады. Провела пальцами по рыжей шевелюре.

Ада сделала шаг к стене со стеклянным шкафом. Обернулась. Посмотрела на Леонтьеву в своем кресле. Как все хлипко и не надёжно.

— Значит, в Медстарз, я совсем ничего не значу?

— Ада. Значишь. И очень много. Но такой косяк не простят даже мне. Я тебе больше скажу, вылетишь ты, и я полечу так же! С голой жопой на все четыре стороны.

— У тебя не может быть голой жопы, в принципе.

— Ошибаешься. Ты моя лошадка, на которую много поставлено. Я не собираюсь терять свою независимость из-за ху. и! если надо будет, Ада, прикую тебя цепями и подарю кому угодно и когда угодно! Поняла! Не сотрешься, если прогнешься правильно и вовремя.

— Ты все таки истинная леди, Паулина.

— А ты нищебродка дикая! Пора знать правила! И не нарушать их. Вот в чем наша разница. Если бы я трахалась с Романовым, вцепилась бы в него мертвой хваткой! А ты кобенишься! И строишь из себя мисс вселенную! У тебя жизнь слишком неустойчивая! А как же дочь? О ней ты подумала? Катя твоя согласиться жить в палатке, когда ты все потеряешь?

— Иди на хрен! Не тот способ шантажа придумала. Дочь у меня вполне самостоятельная! — Ада отвернулась. Она на самом деле перегибает палку. Сама влезла не в ту нору. А теперь ищет виноватых. Это глупо.

— Ты Романова видела?

— Нет. Он уехал. Очередной сходняк Елизаровских шишек. Да и его селедка секретутская заявила, что только с тобой будет разговаривать этот говнюк.

— Я поняла.

— В тот вечер, из-за него сбежала? — Паулина встала. Она успокоилась. Алкоголь сделал свое дело. Рассматривала свою красивую. Подружку. Да, она красивая. Наверное, из-за такой можно сойти с ума. Завидно. Капец как завидно. Ведь, Романова она хотела. Очень и легко согласилась бы на все, что он потребовал бы. Но почему этот шанс выпал не ей. Бесит! Как же бесит. Ада вся такая прилежная девочка. Глаза прячет. Губы дрожат. Ей чужды игры богатеньких и скучающих извращенцев. В какой-то момент Леонтьева даже порадовалась, что в тот вечер Ада сбежала. Если бы она согласилась на все, наверное, тогда бы она разочаровала. Да. Сейчас Леонтьева гордилась этой девочкой. Забавно. Но говорить об этом точно не станет. Ада не доверяет ей. Такова жизнь. Они обе на разных платформах. — можешь не отвечать. Вижу, что он всему виной. Ладно. Не знаю что там у вас. Но решать вопрос надо.

— А ты в тот вечер… Кто он этот твой ухажер?

— Он тот еще мудак.

— Его лицо знакомо.

— Ну да. Депутат. Мать его. Ты ушла, тогда, они меня чуть не прибили. Ада, пойми твои невинные взгляды, и эта привычка сбегать еще больше мужиков распаляет. Я, конечно, люблю экстрим в сексе. Но в тот вечер из-за тебя пришлось с двумя развлекаться. Жестко. Научись, принимать решения не только ради себя! Ты же так упорно работала. Неужели нельзя хоть немного согнуть свою планку. Романов он же оху-й мужик. Просто поменяй свое отношение. Жизнь не розовый пряник! Ада.

— Я тебя услышала. Пауль. — Ада вздернула подбородок. Что ж. Продавать себя не просто. Такая мерзость внутри собралась склизким клубочком. Выть охота. Она ждала от Романова романтики? Фу ты! Нет конечно! Она вообще ничего не ждала! Но такой гадости точно не ожидала. — Я решу этот вопрос. Обещаю.

— Отлично, — Леонтьева встала, открыла свою шанельку, достала листочки цветные и положила их на стол.

— Что это?

— Билет. На самолет. Сегодня в девять вечера. В Москву. Отель уже забронирован. Там проходит форум медицинский. Вся элита, мать ее. Так что вперед, детка! Романов тебя ждет. Лучше ты его! Чем он нас!

— Ты настолько уверена была, что соглашусь.

— Послушай, это не конец. Ясно? Это норма жизни. Все и вся продают и покупают. У всех есть своя цена.

17

Да, форум проходил с размахом. Ада не особо любила такие мероприятия. Но уже привыкла, и умела правильно себя преподносить. Сейчас же она словно рабыня стояла на подиуме. Да. Словно ее рассматривают, нет не как рабыню, как лошадь. Готовы зубы проверить. Стоит ли она своей цены? Романов на нее не смотрел. Сейчас он был в своей стихии. Высокомерный. Засранец! Идеально сидящий костюм. Волосы уложены, волосок к волосочку. Ах, как хотелось вцепиться ногтями в это холеное лицо! Выдрать его барберухоженную шевелюру! Ада горела внутри. Внешне идеально замороженная. Улыбочку нацепила, как положено.

Видела его и горела. А он не смотрел. Чертов Романов! Уже, когда все закончилось, Ада на ресепшене получила записку. И ключ. От другого номера. В записке нет слов. Цифра.

В своем номере приняла душ. Полностью разделась. На живот повязала атласную ленту алого цвета. И поверх всего накинула пальто с широкими рукавами. Ни капли косметики. Ничего. Распущенные темные волосы еще оставались влажными. Туфли на высоченной шпильке. Ну что ж Романов, решил воевать! Значит, повоюем! Я тебя уничтожу! Так, как ты даже не представляешь.

Она вошла в номер. Тихо. Темно. Свет горел где-то в стене. Приглушенно. Теплый желтый свет, очень слабый. Номер люкс. Кто бы сомневался. Самый верхний этаж. Здесь нет панорамных окон. Но все же по всему периметру огромная терраса, с видом на ночной город. Его нет. Странно. Прошла прямиком на террасу. Уже так пахнет весной. И даже после долгого дня, воздух прозрачный и свежий. Город шумит где-то внизу. Так много огней. Ада слегка поежилась. Прохладный воздух прошелся по обнаженной коже.

— Зайди в номер! — рявкнул Захар. Заботиться! Захар только увидел ее, как все опьянение развеялось. Она его личный Ад! Он стоял все еще в том же костюме. Строгий, серьезный мужчина, до дрожи красивый и сексуальный. Этот блядский прищур зеленых глаз прошелся по гостье, как сканером. Задержался на обнаженной шее. Она не любила украшения. Лишь в ушах маленькие золотые бусины. Ни кольца, ни ожерелья не носила постоянно. Могла их лишь добавить к наряду. Подняла высоко подбородок. Вошла в номер. Повеяло не просто весной, аромат ее тела окутал помещение. Она любит шампунь и гель с экзотическими запахами. Сегодня это кокосовое молочко. Сладко. Захар стоял, засунув руки в карманы брюк. Сжал кулаки в карманах. Потому что кончики пальцев закололо. Так дико хотелось прикоснуться к влажным еще волосам. Длинной тонкой шее. Пухлым губам. Но нет. Она так просто не сдастся. Ада! Ада!

Ада улыбнулась. Широко растянув губы. Языком прошлась по верхней губе. От чего мужчина дернулась. Током прошибло по позвоночнику. И возбуждение тут же залило весь мозг! Вспомнил черные потеки на щеках. Как в тот вечер дрожали ее губы. Он нашел того, кто обидел его девочку. Романов многое мог сделать. И сделал. Если Ада может быть с ним только с помощью шантажа, значит, пусть так и будет. Пусть! Главное с ним! Он найдет миллионы способов ее привязать к себе. А позже, она сама признает поражение.

Она увидела, как там, в его паху произошло изменение. Подошла ближе. Соблазнительной плавной походкой.

Все это происходило в оглушительной тишине. Лишь дыхание и почти слышимая дрожь.

Ада опустилась перед ним на колени. Захар хотел отойти, но черт! Ноги приросли к полу! Он мог лишь смотреть! Смотреть! Дрожать и умирать от ее близости! Такая же как все! Она же сегодня здесь лишь ради своей собственной выгоды! Да! Подлый план! Но зато она здесь! Не важно какими путями! Здесь.

Девушка расстегнула пряжку ремня. Дернула змейку молнии. Тонкие пальчики с длинным черным маникюром. Ведьма. Колдовской взгляд. И этот рот.

Ада хотела в этот момент казаться крутой соблазнительницей! Хотела свети с ума этого мужчину. Но в итоге сама ощущала дикое, необузданное возбуждение. Эта ночь. Город у самых ног! Его неровное прерывистое дыхание. Брюки сами упали на пол, вокруг его щиколоток. Следом девушка стянула боксеры. Его член уже замер в ожидании. Налитый, стоящий, огромный. Ада провела пальцами по всей длине, до самого основания и захватила ртом головку. Играя языком, втянула полностью, до самого горла. Дышать носом сложно. Но сейчас это так важно! С мужем она могла лишь слегка полизать его член. Не больше. С Захаром желала его всего целиком. Слегка задохнулась и отстранилась.

Захар вцепился в ее волосы на макушке и дышал тяжелее. Но глаза не закрыл. Он наблюдал! Ада сосала и лизала. Издавая хлюпающие звуки. А он готов был кончить в любой момент от восторга! Сейчас она управляет процессом. Она полностью подчинила его себе! И это возбуждает до предела.

Захар наклонился и резко поднял девушку, ухватив подмышки. Говорить было невыносимо сложно. В горле стоял ком от возбуждения и страсти. Она заставляет его отрекаться от себя! От своих планов и принципов.

— Ада моя! Моя самая удачная взятка! За всю историю моей карьеры. — Как же подцепить ее! Как задеть! Как взбаламутить ее эмоции! — он держал ее за талию и шею. Не давая выйти из его рук.

— Романов! Ты так сильно хочешь меня?! Готов идти по головам!

— Ведьма! Я готов взорвать весь мир к чертям собачьим! Неужели не понятно! Ты здесь! И пох-й какими путями! Можешь начинать бояться, Ада! Потому что я тебя не отпущу! — он толкнул ее на кровать. Ада уперлась на локти. Расстегнула пальто. Захар увидев алую ленту полностью потерял контроль. Он стянул ее верхнюю одежду и скинул свой костюм. Зарычал и набросился на свою добычу.

— Ада моя! Моя! — впился в ее губы поцелуем, покусывая и зализывая, — Думаешь, все в твоих руках?! Я тебя купил! Полностью! Купил и буду покупать дальше! Ты можешь быть только моей! У меня хватит средств все время покупать тебя!

— Главное верь в это, Романов! — она задохнулась, когда мужчина втянул ее сосок в рот. Пальцы проникли в ее влажную промежность. Тело выгнулось.

— Ты хочешь меня! Так же дико, как и я! Затрахаю тебя, Ада моя!

— Не называй меня так! Не называй!

— Моя! — он спустился ниже и губами начал водить по внутренней стороне бедер. Пальцами продолжая двигать внутри. Она текла! От движений все хлюпало и сочилось. Ада стонала! И закричала, когда оргазм горячей волной прокатился по телу. Захар тут же приподнялся и резко вошел в нее. Он ловил ее пульсацию! Закричал, когда сам начал кончать, вдалбливаясь все глубже! Глубже! В ней! Внутри нее! Он в ней! Она в нем!

Захар давно решил, что научит ее любить его! Решил, что присвоит эту дикую девчонку. Он не мог смотреть на других. Престал получать хоть какую-то разрядку с другими. Только она позволяет полностью отключаться и видеть радость в сексе. Восторг от ее близости! Нежность ее кожи! Запах темных волос. Он влюбился! Давно! Беспросветно! Влюбился, как пацан! Но эту любовь не оценят! Более того она испугает ее. Поэтому не время для откровений! Время для захвата территорий.

— Романов! На хрена ты это сделал?! На хрена ты кончил в меня! — она попыталась вскочить на ноги. Но ее тут же бросили обратно, на смятые простыни. Сильные мужские руки легко удерживали стройное тело.

— Я буду делать это постоянно. Так что принимай таблетки.

— Они не дают сто процентной гарантии.

— Ты залог очень хорошей сделки. Буду трахать тебя, где захочу! Когда и как! Только я буду решать. Смирись. — его голос сорвался на крик. Она провоцирует его спящие эмоции. Она заставляет его становится настоящим мудаком! Жестоким эгоистом!

Он перевернул ее лицом в подушку и приподнял бедра. Вошел сзади, издавая громкий рык. Ада сама приподняла зад и терлась, повторяя его движения. Да! Никогда в ее жизни не было такого секса! Она и не знала, что так бывает! Что даже уставая, продолжаешь кайфовать! Возноситься к небесам! Ненавидеть и желать одновременно!

— Твой муж так же тебя трахал? — он не останавливался, шлепаясь о ее задницу. Ада стонала. Положил ладонь на грудь и заставил подняться. — Скажи! Ада! Муж так же трахал тебя?! И другие мужики?!

— Нет! Не было никого! Только ты так можешь! Ты! Романов, сукин ты сын! Хватит допрашивать! Гестаповец хренов! Хватит рвать мою душу!

— От моей давно одни клочья остались!

18

Уже на много позже. Под утро. Захар лежал и смотрел, как она спит. Из под полуопущенных век. Слушал ее дыхание. Уйти просто не мог. Снова исчезнет. Исчезнет? Что она может? Его желание слишком откровенное и темное. Она не справится с этим. Ада приоткрыла глаза.

— Спи. Я пойду в свой номер.

— Нет. — он удержал ее в кровати. Рукой поперек тела. — Твои вещи принесут ко мне в номер. Здесь останешься.

— Ты просто псих! Что тебе от меня надо! Маньяк! — шепот. Тихо в самое сердце. не знает как больно от каждого слова. Не знает, как легко она может им управлять.

— Много у тебя мужиков было?

— Не твое на хрен дело! Много! просто не вспомнить всех! Трахалась налево и направо! Как только муж сваливал из дома, я тут же вызывала к себе кучу любовников.

— Дениса ты где подцепила? — уткнулся носом ей в шею. От каждого ее слова начинало трясти. Врет. Она безбожно врет. А он ревнует. Все равно ревнует. Даже, если она просто мечтала о ком-то. Блять! Почему рядом с ней он начинал в себе сомневаться! Он отпустил ее. Проверил, что будет! И понял, что не подойдет. Сама она никогда к нему не приблизится. На форуме Ада отлично общалась с людьми. Легко пожимала руки, легко улыбалась. с ним, даже до той встречи, в его офисе, никогда не была такой. Почему она с ним другая? Почему в серых глаз под толстым слоем страсти всегда есть доля скрытой ненависти?!

— Романоооов! Я же тебя не спрашиваю о твоих бывших! Ты бредишь! Мы уже все это проходили! И выяснили, что это не про нас! — она отвернулась. Смешно. Рассказать, что он лишь третий за всю ее жизнь? Да он на смех поднимет. Все равно не поверит. Скоро, очень скоро, Романов поймет, на сколько ада простушка. Ничего особенного и выдающегося. Поймет и отстанет. Увидит ее настоящую и потеряет интерес. Он никогда не оценит самую обычную девочку без заворотов и выкрутасов. Он, пока, сам не понимает на сколько они разные. В том закрытом клубе этот контраст между ними очень явно выделился!

— В тот вечер. В клубе. Ты часто там бывала? Развлекалась с этим депутатом? Он лучше меня?

— Ты не отстанешь?

— Не могу. Ада моя. Не могу отстать. Ты здесь, только из-за контракта?

— Иди сюда, — она сама потянулась к нему. Взяла его лицо в ладони и прошлась языком по его губам. Так ласково и трогательно, что Захар ошалело заглянул в серые глаза. Ада приложила палец к его губам. Затем этот палец проник в его рот. Она стала целовать его шею, плечи, гладила, ведя ладонями. Она распластала его по кровати. Села сверху, в позе наездницы. Ей очень нравился вот такой потерянный, покорный и отзывчивый Захар. Таким он мог быть только с ней. — Ни с кем больше не будь таким! Сейчас ты должен понимать, что только я имею на это право.

— Ты присваиваешь то, от чего всеми силами отбрыкиваешься! — он подмял ее под себя, переворачивая. И полностью повторяя ее же действия. Ада ловила ртом воздух. Как же с ним хорошо. — Ада моя! Когда мы вместе, разве имеет значение, почему? Какой смысл думать о прошлом или будущем? Мы оба добились много в жизни. Мы оба способны удержаться высоко над остальными. Но эта высота иногда обрекает на одиночество. На недозволенность откровений.

— В моей жизни не было паровоза из мужиков. — тихо проговорила девушка. — Дааа! Не останавливайся! — он ртом приник к ее шее. А член уже глубоко входил в бархатную узкую щель.

— Как же хорошо в тебе! Ты думаешь, я этого не понял? В тот вечер ты, как малолетняя девственница рвалась прочь от того мужика! Ада! Не ходи туда, где не готова отстаивать свои собственные возможности! — он врезался в ее тело. — Я исполню все, что пожелаешь! Хочешь экстрима? Хочешь разнообразия? Ты же совсем неопытная в таких играх. В тот первый раз, в моем кабинете, ты словно впервые оказалась в руках мужчины. Ах, детка! Ты же только со мной открываешь то, что не желала открыть с другими!

Вот эти его слова еще больше пугали! Он знает? он так просто читает ее?

Ада вышла из отеля, не оглядываясь по сторонам. Все те же ботфорты на каблуках. Короткая куртка и кожаные брюки. Москва. Хотелось прогуляться по ее улицам, пока здесь. Захар полностью ушел в работу. Они так и не уснули ночью. Лишь на рассвете, пару часов вздремнули. Ада убежала в свой номер. Поздно вечером уже самолет, так что нет смысла менять что-то. Звонила Леонтьева. Но говорить с ней не хотелось. Нет, это не обида или злость. Просто надо принять все как есть и научится быть выше происходящего. Сколько раз Леонтьева делилась подробностями своих новых отношений и возможных связей. Она воспринимала ситуацию Ады, как обычное дело. Ну, словно ее в магазин отправили конфет купить, а расплатиться надо песенкой, стоя на стуле. Ха! Они получают контракт, а она душевную рану! Потому-что скоро, даже быстрее, чем можно представить, Романов Захар Львович наиграется! Похвастается перед публикой. Как той блондинистой шлюшкой. Ах, как она тогда ему в рот смотрела. И он был такой, шальной, расслабленный, как от плотного ужина.

Романов медленно, но верно пробирается под ее кожу. Его откровенные ласки, его умение доводить до высшей точки восторга!

19

Ада уже хотела прыгнуть в такси, когда ее окликнули. Этот голос. Рукой сжала ручку автомобиля. Спина напряглась. Слушать его сейчас стало даже немного противно. Словно гуляя по ромашковом полю, в какашку вляпалась голой ступней. Погода такая замечательная! Воздух московских улиц заманивает! Радость побега от Романова тут же испарилась. Ну на хрена ее бывший мужинек нарисовался! Ни работы! Ни проблем! Москва и свобода. А тут он. Игорек, мать его. Подняла голову к небу. Вдооох-выдооох.

Не было желания даже оборачиваться. А говорить тем более. Он подошел ближе, чем необходимо. Почти касался ее спины. Положил свою руку поверх ее.

— Отпусти такси, поговорим. — Ада выдернула ладонь, хлопнув дверцей. Таксист нервный попался, тут же рванул прочь. Девушка поморщилась. Сунула руки в кармашки курточки и обернулась. С улыбкой на бледном личике. Сегодня совсем не хотелось прятаться за косметикой или ярким прикидом. Москву не любила. Но находиться в плену у Романова, словно в воронку торнадо затягивало и пугало! Лучше шум города и суета улиц! И все же. Вот такой альтернативы не предвидела. Игорь выглядел вполне привлекательно. Заматерел и возмужал. В начале их отношений смазливый блондинчик с голубыми глазами выглядел очень даже скудно. Он бегал в то время за Адой. Прохода не давал. И именно его мамаша подбивала парня на такие подвиги. При этом уверяла, что ее сын крутой супергерой и достоин лучшего! Как же давно все это было. Как слаба и беспомощна была Ада в то время. И сейчас воспоминания уже не мучили, но и не радовали. Совсем. Самое хорошее, что они оба сделали за время их мучительных и пустых отношений это Катя. Только дочь согревала душу. И напоминала, что жизнь прошла не зря!

Она молчала. Просто вдыхала и прокручивала воздух через организм. Отстраненно, слушая голос Игоря. К черту такси. Достала смартфон. Каршеринг. Точно! Взять машину, и умчатся, куда глаза глядят!

— Ада просто поговорим. Смени свой высокомерный вид! Ты же не такая, Ада! — голубые выпученные глазки и эти рыжеватые волоски на лице теперь казались отвратительными. Так и хотелось дернуть его реденькую бородку.

— Ну откуда тебе знать, какая я! Самойлов, шел бы ты лесом в своем направлении!

— На других мужиков время нашла! А на отца своей дочери…

— Фу! Самойлов! Даже не продолжай этот бред! Это ты и твоя брюхатая подружка семью разрушила! Отвали! — Ада прижала к бедру маленький клатч. Позвонить бы Романову. Вот просто ради порисоваться! Игорек любит ей мозг выносить, зная, что никто не поможет, а Романов его точно в порошок сотрет! Вздохнула. Солнце почти ослепляло. Да и вид Игорька раздражал. — Отвали! — направилась в сторону, где на карте показывалась стоянка автомобиля. Солнце такое яркое. Надо было очки взять. Новые купить! Точно! Скоро лето! Пора уже настраиваться на солнышко! А то эта плесень в душе уже разъедает все хорошее. Самойлов в припрыжку бежал следом. Пытался преградить путь. Тянул свои кривенькие ручонки. Ада стряхнула их, как нечто гадкое.

— Руки убрал! Пока я их тебе в другую сторону не вывернула.

— Ада, поговорим. Важно это. Что ты дикая какая стала! — голос его прям бесит! Врезать бы хорошенько. Ада улыбнулась. Вот точно Романова натравить на этого слизняка. Ладно. Он ни в чем не виноват. Она сама его в свою жизнь пустила. Самойлов слабак. Никогда не управлял своей жизнью. Только подчинялся. Всегда. Может у них не сложилось потому что она, Ада, так и не смогла власть у его матери отвоевать. Смешно. С Романовым никогда не встанет вопрос власти. Контраст просто охринительный.

Оглянулась. Яркая вывеска кричала о наличие маленького кафе. Ада вошла внутрь. Вкусные ароматы. Да. Кофе совсем не помешает. Хоть и в такой компании. Игорь делал все молча. Уселись за столик.

Ада отвернулась к окну. Подставила лицо солнышку. Да. Точно надо очки купить. Какие нибудь офигенно брендовые! Это ж Москва! Здесь этих пафосных бутиков пруд пруди. Надо поскорее с Игорешей развязаться. Прилип, как липучка! Катюхе позвонить, наверняка пожелания есть на подарочки из столицы!

Игорь попытался заказать два латте, уверенный, что это ее любимый напиток.

— Самойлов, я сама могу сделать заказ, без твоих соплей! — и заказала экспрессо. Двойной.

Игорь никогда не занимал особое место в ее сердце. Хотя смешно! Она и не знала, что у нее есть сердце. Жуткое, деформированное и болезненное чувство ответственности! Это да! Это было и губило ее всегда! В 18 лет выскочить замуж, потому что родители говорили, так надо! Она же забеременела! Случайно. После бурной деревенской дискотеки. В какой-то степени это было насилие. Но разве тогда кто-то хотел в этом разбираться. Мама лишь плакала, слушая дочь, но ничего не советовала и не говорила.

А потом 14 лет брака. Именно брака! Не замужества! Это был брак! Бракованные годы! Выкинутые на свалку! Ада работала, училась, воспитывала дочь. Игорек перебивался с одной работы на другую. Чаще вопил, что директор козел и издевается над ним, бедненьким. Или работа слишком тяжелая! Именно Ада продала родительский дом после их смерти. В тот год, почти все жители городка переболели каким-то неизведанным вирусом. И страшная участь постигла ее отца и мать. Ужасное было время. Вспоминать совсем не хотелось. Ада и не вспоминала. Игорь всегда был напоминанием, ассоциацией с чем-то поганым и мрачным. Проданный дом стал бизнесом мужа. Автомастерские. Игорек тогда вообще пропал из семейного образа жизни. Приволок в их квартиру свою мамашу. Вот тогда жизнь стала адом! Ее, аду, гнобили за все. При чем, теперь не только Игорек, но и его мамочка! Катя ненавидела своего отца и бабушку. Несколько раз из дома сбегала. Смешно. Мама и дочь тогда и стали, как две подружки! Ада даже на дискотеку ходила в компании друзей дочери! Ах, это был незабываемый скандал. Тогда она и поняла, что ей больше нравится бесить Самойловых, чем спокойно их терпеть!

Ада начала работать в Медстарз. И так получалось, что работа занимала все свободное время! Она забирала дочь из школы и приводила на свою работу. Катя росла под присмотром менеджеров и дизайнеров. Она там научилась общению, рисованию и просто веселью. Ада и Катя устраивали настоящие вечеринки и квесты! Придумывала мотивирующие игры! Уже в юном возрасте Катя была выдумщицей и хохотушкой!

Сейчас Игорь совсем не принимал участия в жизни дочери. Особенно, когда Ада купила квартиру. А что было, когда она подала на развод! Игорь заявил, что она Ада, тварь не благодарная! Что он ее столько лет поддерживал и содержал! Она тогда прямо в лицо ему хохотала! Даже не пыталась хоть что-то кому-то доказывать! Просто собрала вещи свои и дочери, и ушла! В никуда! На съемную квартиру! Свекровь ее прокляла! Заявила, что она все соки из ее сыночка выпила! Ада не словом не обмолвилась. Становится подобной таким людям это просто неуважение к самой себе.

А уж когда ей начала названивать некая Жанночка, просто готова была убить этого слабого и бесполезного человека. Жанночка умоляла скорее оставить ее Игорешу, так как у них скоро появится малыш. Более того, Жанночка явилась в школу к Кате! Ах, это было страшнейшей ошибкой! Когда трогают Аду, она вполне может проявить стойкость и терпение. Но когда эта грязь коснулась дочери! Ааах! Ада такой погром устроила! Сначала в автомастерской Игорешки! Она орала, как полоумная! Громила все, что попадалось под руки! Но этого ей мало было! Явилась и домой! Закатила скандал! Свекровь вызвала ментов. Весело было. Только после, Ада посещала психотерапевта. Ад. То был ад. Долгий ад восстановления.

Ада сделала глоток кофе. Говорить не хотелось. Но и долго рядом находится тоже.

— Игорь, не тяни кота за яйца! Говори и разбежимся!

— Ада, ты же руководитель, а так выражаешься. Не хочешь спросить, что я здесь делаю?

— Замолкни. Я пойду. Все равно ничего умного не скажешь.

— Катя. Она встречается с мальчиком. Не рановато?

— Блин. — Ада готова была засмеяться. Вымыть бы его рот с мылом. Он не имеет право даже имя дочери произносить. Хотелось лишить его родительских прав. Но он считал, что нет для этого повода. Он же платит алименты! Ха! То, что он платил, даже на месяц хлебушек покупать не хватило бы! — Даже обсуждать с тобой не хочу. Заботься о своем новом ребенке! Твоя женушка, кстати, не на много старше Кати. И еще, отстань, а! Испарись! — махнула тонкими пальчиками, как в сказке, трах те би дох! Не исчез. — и еще, ты с парнем Кати поговори. У него, между прочим, отец какой-то важный шишкарь из ФСБ. Прям, обязательно с ним пообщайся! — от этих слов Ады, Игорь отстранился и в лице поменялся.

— Понимаешь, это же только предлог! Я ж вот тебя увидел! А что ты в Москве делаешь? Красивая такая. Изменилась.

— Господи! Вот смотрю на тебя и думаю, как вообще могла тебя принять за мужика! Я всегда была красивая. И ничего не изменилось.

— Все время пытаешь меня оскорбить. Никак не пойму, что ты так на нас разозлилась. — В этом весь Игорешик! Слюнявчик до сих пор болтается где-то под его подбородком. — Ты до сих пор злишься? Ада, не злись! Пора немного налаживать отношения. Мы же семья! Мама хотела Катю повидать. Она болеет. Сильно. Даже про тебя спрашивала. — вот уж точно повод порадоваться! Даже про тебя спрашивала! Ха! Да лучше б вы все забыли о моем существовании! Ада сама мечтала память потерять, лишь бы не иметь ничего общего с этой семейкой. Хотела фамилию поменять. Но остановило то, что с дочерью будут отличаться.

— У тебя есть телефон. Позвони своей дочери. Она достаточно взрослая, чтобы самой принимать решения. — Ада встала.

— Она не отвечает. Или сбрасывает.

— Самойлов, чего то поздно вспомнил про Катю!

— Я вас не выгонял!

— Ты нет! Нас нельзя прогнать! Мы с Катей сами решили уйти! Так что усмири свой порыв справедливости!

Но у выхода из кафе, Игорь, вдруг, обнял ее. Девушку аж передернуло. Стало холодно. Во рту появился кислый привкус. Кофе дерьмовый! Нет, не обнял. Вцепился в ее плечи. Под тканью точно образуются синяки.

— Отвали, Самойлов! Ты обкуренный что ли?! — он крепче обнял сзади и не давал возможности обернуться. На них уже пялились другие посетители. Аду начинало все раздражать. После яркой впечатляющей ночи с Романовым, оказаться в руках Игорька, это даже сравнивать нельзя! Погладить тигра, а потом увидеть мерзкую жабы перед носом! Фу! В прошлом если она отказывалась от исполнения супружеского долга, он брал без спроса. Вспоминая некоторые подобные моменты, холодный пот покрыл позвоночник. Девушка попыталась пнуть его ногой. Но бывший муж лишь злобно оскалился. — Давно я тебя не тискал! Соскучилась?

Звякнул колокольчик. Ада не успела обернуться, как Самойлов отлетел от нее. При чем, вылетел из кафе, на тротуар улицы. Можно не оборачиваться, чтобы понять, кто так мощно отшвырнул приставалу. Рядом стоял не очень веселый Романов. А ее уже пробивало на глупое хихи. Желания сбываются! Натравила таки своего любовничка на бывшего муженька! Грозный какой. Брови сдвинуты в одну полоску. Искрятся красивые глаза. Прыгнуть на него и целовать до головокружения!

— Значит так? Со мной тебе фигово, решила пообщаться вот с этим? — Романов гневно сверкал глазами. Взъерошенный и злой! Игорь снова ворвался в помещение. Скрипнул зубами, и приблизился.

— Эй! Ты какого хрена к моей жене лезешь? — Голосок Игоря даже понизился на пару тонов. Близко он не подходил. Одной рукой за полуоткрытую дверь держался. Но сама суть сказанного, как удар хлыста по сердцу Романова.

Ада смотрела на Захара. Захар смотрел на нее. Игорь был надоедливой мухой. Вот так и она всегда выглядела, когда Игорь говорил со своей матерью. Смешно. Больно. Противно.

— Муженек, значит! — Романов умел повышать голос так, что он звенел, как сталь! Самойлов даже немного скукожился. Ада молчала. Ее немного трясло от происходящего. Романов сейчас был похож на гневного дьявола. Полыхающие глаза, уже кипели диким пламенем! И это даже не ревность! Он видел, как этот бывший держал Аду! Видел, как она поморщилась от боли! Это не ревность. Это боль. За понимание того, что было в ее жизни.

Шаг к двери. Романов навис над Самойловым. Пусть рост почти одинаковый, но все таки навис, как скала! Угрожающая. Разрушающая. Ада приложила ко рту кулак. Вот это контраст между двумя мужиками. Хотя одного лучше так не называть. Да, Ада, ну ты даешь! Романов занес руку для удара. Не глядя. Ада ухватила его за плечи. Обняла сзади и прижалась лицом к спине.

— Нет! Не трогай его! Он не стоит этого. Пошли отсюда! — она взяла его большую руку и потянула в сторону. — Погуляй со мной, Романов. Москва же. А?

— Я вообще-то еще тут! — попытался влезть бывший.

— Уходи. По-хорошему. И никогда больше не появляйся.

— Да пошла ты. — ушел. Ада лишь вздохнула с облегчением. Обняла Романова за талию.

— Скажи, что встреча случайная. — поцеловал ее в темную макушку. Приобнял за плечи и вывел на улицу.

— Так я это и говорю.

— Не могу на мою девочку злиться! Ада. Его больше не будет в твоей жизни. я об этом позабочусь. — И признаться не мог, что от ревности черной пеленой кроет! — Сколько мужиков у тебя было?

— Захар! Это уже мазохизм называется! Ты то спасаешь меня, не понятно зачем и от чего! То допрашиваешь, как школьницу! Самойлов неотъемлемое прошлое моей жизни. Я вполне могу с этим разобраться. Он отец моей дочери. — Когда нибудь она обязательно расскажет. Не сейчас. Слишком это личное. Слишком откровенное. Сказать, что он единственный, настоящий. Никого не было раньше.

— Хочу все о тебе знать! И еще! — остановился и повернул ее к себе, — Ты здесь только из-за контракта? Хочу услышать правильный ответ, Ада моя! — он пронзал ее зеленым взглядом. Пытливо ожидал ответа. Ада боялась отвечать. Вообще его попытки вытащить ее на чистую воду это просто издевательство какое-то!

— Захар, не требуй невозможного. Зачем ты набросился на Самойлова? Я уже говорила, что умею сама постоять за свою честь. И лучше тебе понимать это. Ни какой зависимости. — Вокруг мелькали бегущие куда-то силуэты. Гул и шуршание улиц словно испарилось. Или нет, их закрыло пеленой. Ада сама потянулась и поцеловала его. Знает, что не ответит. Он вообще не собирался открывать свою душу. Сам поди, как и она не знал, что эта душа у него есть. Захар ответил на поцелуй. Лаская, пробуя. Вот они посреди улицы. Пусть не в своем городе. Но им хорошо вместе. Не в закрытом кабинете или номере отеля. Он хотел, чтобы она вот так его целовала. Открыто. Не важно, где и когда. — А ты, Захар, ты купил мои услуги или душу? — они молча сверлили друг друга взглядом. Но никто не мог дать ответ.

— Ну давай, мой прекрасный Ад! Покатаемся и зажжем московские огни! — он смотрел и мысленно умолял: «Полюби меня! Полюби! Ада!» — Хочешь, уедем? На край света. В любую страну.

— В Италию хочу. Я там не была никогда.

— Не в Париж?

— Нет. Тоскана. Рим.

— Даже не Венеция?

— Захар, что за банальщина!

— В Италию, так в Италию! Завтра билеты куплю! Катю возьмем?

— Романов, не смешно уже!

— Господи, Ада! Ты еще не поняла? Я вообще шутить не умею! Особенно, когда дело тебя касается!

Он заставляет ее верить! Он принуждает ее мечтать! И уже на заднем сидении такси, она сама шепнула ему в ухо: — Я здесь не ради контракта. Только вряд ли что это меняет!

— Меняет, глупенькая моя девочка!

Сумасшедшие два дня в Москве на всю оставшуюся жизнь останутся одним из самых ярких узоров для Ады! Да, как в самых слезливых сериалах про любовь! Сплошная приторная ваниль! Но Боже! Как это было сладко! как спасительно для окаменелых сердец!

Он гонял ее по аттракционам! Останкинская башня! Катер по Москва реке! Вкусная еда и спокойная музыка. Цветы. Танцы. Поцелуи и горячие объятия посреди улицы! А ночи! Боже! Это ночи полные страсти и откровений! У них оказалось много общего. Романов расспрашивал аду о ее увлечении рисованием. Она даже нарисовала его портрет. От чего мужчина просто кричал в восторге. Они оба влюблялись все сильнее. Окончательно теряя уверенность в правильности одиночества.

Ада с трепетом открывала глаза и тихо мурлыкала, от его нежных ласк. Он смотрел на нее и боялся лишь одного, что это все сон. Она исчезнет. Оставит его. Как в то утро, когда увидел ее с бывшим мужем. Он бегал по улице, как ненормальный, искал свою Аду. Что же дальше?

— Романов, ты меня гипнотизируешь! Как змей искуситель заставляешь забыть свою жизнь! Хочешь привязать к себе? Сегодня на американских горках твой девчачий писк открыл твою новую для меня сторону!

— Ах значит писк! Вот уж ты точно половину столицы распугала своими воплями!

— Я с тобой в постели громче ору!

— Ада моя! Провоцируешь? Мы же в ресторане!

— Так и что это меняет? — она снова поцеловала его. И плевать, что мир остановиться! Просто так хорошо вот здесь и сейчас!

20

Ада вошла в офис Медстарза, как королева. Ей аплодировали. Не хватало красной дорожки и кокошников. Улыбки и довольные лица. Завистников тоже вполне хватало в офисе. Теперь она и только она устроила на долго серию заказов и партнерских договоров. Иногда казалось, что даже Леонтьева ей завидует. Вот и сейчас, Паулина стоит в сторонке. Как-то спокойно и тихо изучает вошедшую Самойлову. В ее взгляде, под пышной рыжей челкой четко пробегает откровенная холодная зависть. Поймав, взгляд Ады, Паулина встрепенулась. Ручками изобразила знак приветствия и поклон головой.

Уже при входе в кабинет, все же заявила:

— Самойлова, ты решила окончательно меня вытеснить из генеральского кресла?

— Да на хрена мне этот геморрой, Валера! Меня все устраивает. Ада пыталась смягчить не понятный ей пока настрой начальницы. Леонтьева, вроде как всегда гордилась их сотрудничеством. Что же изменилось. Вот такие всегда странности были в их отношениях. Не подруги. Не враги. Просто две женщины. Со своими тараканами в красивых головках! Да, они обе красотки, осознающие свою состоявшуюся женственность. Где бы не появлялись, мужики бошки сворачивали. Это и объединяло их. Но в остальном, они словно дополняли друг друга. Успокаивали. Учили. Но не всегда доверяли друг другу.

— Не верю. А может Романов тебя переманивает? Тепленькое местечко в своем Елизаре приготовил. Ну же, Адушки ладушки! Хоть раз в жизни будь честна! — Паулина встала в грозную позу, руки в боки. И нахмурила свои нарисованные брови. Ада шутливо треснула себя по лбу:

— Черт! Ты что мой личный исповедник?! Скорее я атеисткой стану, чем к тебе на исповедь приду! — откинула темные локоны, махнув головой. Во всем теле такая сила и уверенность, что хотелось летать. И это вовсе не рабочий успех. А именно успех безумных ночей. — И что я раньше об этом не подумала! Свалю от вас бездельников! Надоело на своих плечах тащить все! Пауль! Я как вышибала на разборки гоняюсь! В бухгалтерии ошибки разгребаю. За менеджеров, за дизайнеров! Да! Хочу зарплату больше. А может, вообще пора свой собственный бизнес открыть. Конкуренцию составлю! Знакомств теперь достаточно!

— Да вот хрен тебе. Лучше не развивай такие темы в моем офисе! Поняла? — угроза. Да, чистой воды угроза. Даже глаза потемнели от гнева. Паулина знала и понимала, что это на самом деле возможно. Не готова она отпустить Самойлову. Не только из Медстарз. От себя. — Сучка ты Самойлова. И вот знаю, что однажды все равно свалишь! Устроишь фейерверк! Знаю. Жду подвоха. И терплю. Только будь внимательнее. Я же могу раньше тебя взорваться. И тогда именно ты останешься у разбитого корыта. — Паулина сказала и тут же встрепенулась. Словно и не было этих слов. Слов, которые всегда висели в воздухе, а теперь явились на свет. Улыбнулась во все 32 белоснежных зуба, — Радуйся своему призу — Романову. Где бы ты еще такой экземплярчик отхватила! Держись за его яйца и не отпускай. Хотя, ты у нас гордая. Не станешь.

— Вот уж точно не приз, а настоящая проблема! И это не твое дело. Что у нас сегодня на повестке дня?

— Ты дура что ли?! — Паулина вздохнула, как несчастная принцесса. Отвернулась. — Завидую я тебе, Самойлова. Хоть и не просто такое признавать.

— О чем ты? И ты уже это признавала. Завидуй сколько влезешь. Только у нас разные приоритеты в жизни!

— Романов никогда не ставил вопрос ребром. — подошла почти в плотную к своей красотке коллеге. Даже руку на плечо положила. Кончиками пальцев по нежной щеке прошлась. — Ну там, ты или контракт полетит к чертям. Не было такого. Дошло, королевна наша?

— То есть в Москву я летала просто, потому что ты так решила? — Ада оттолкнула наглую начальницу. Которая теперь откровенно хихикала. Чего же она хочет в конце концов? Что за игру ведет? Почему Ада себя теперь ощущает как бабочка пришпиленная к столу? Ее изучают? Проверяют?

— Ага. Он по другому выразился. Сказал, что ты стала основным звеном, заключившим такой контракт. И чтоб твои позиции укрепились в Медстарз. И еще сообщил, что намерен забрать тебя, как первоклассного специалиста. Вот почему я не сказала. Но заметь, отправила тебя к нему! А могла бы в Занзибар, например отогнать.

— Я что для тебя, представитель погонного скота на распродаже?! Пауль, ты совсем охринела в своих богатеньких дебрях? Ебанулась от зависти и ревности? — Ада теперь тоже вцепилась в ее плечи. И даже дернула за рыжий локон. — Чего ты добиваешься? Ревнуешь все таки Романова? Или меня? — дурацкий вопрос. Но именно он все время вертелся на языке. Взгляд Леонтьевой сейчас стал, как у побитой кошки. Словно узнали то, что она не позволяла другим знать!

Ответа не было. Леонтьева оттолкнула аду и вышла. Хлопнула дверью так, что жалюзи отрывалась и с грохотом упала на пол. Ада открыла ноут.

Настроиться на рабочий лад не получалось. Романов. Они вместе или порознь? Скорее втрое, чем первое. Тот одурительный кураж, сладкая истома и полная потеря контроля, которые она находила в объятиях Романова теперь причиняли боль. Любить это не про нее. Любить это вообще не для них. Здесь есть подвох. Есть что-то, что она пока не знает.

Тут в кабинет влетел запыхавшийся Витюша. За ним следом вернулась и Леонтьева. Его привычка долго молчать, перед озвучиванием, прям выбешивала двух девчонок. Они в два горло заорали:

— Не томи, твою мать! Чего случилось?

— Из министерства звонили. Там… Там… — он тут же нашел пульт и включил небольшой телевизор, встроенный в стену кабинета. — Лучше увидеть! Ада Георгиевна…

На экране во всей красе предстал Романов, с очень красивой и высокой блондинкой. Он высоченный, харизматичный мужик, с улыбкой голливудского плей боя. Его темно-седая шевелюра. Блеск серо-зеленых глаз с прищуром. И блондинка больше похожая на порно звезду. Фигура — песочные часы. Идеальная прическа. Дорогущие украшения и брендовая одежда. Да. Они пара. Это видно не вооруженным взглядом. Брэд Питт и Анджелина, мать их! Ада зажмурилась но тут же снова открыла глаза. Да. Пожалуй, именно это и нужно было увидеть. Чтобы точно расставить все акценты. Он с ней. За их спинами парочка накачанных ребят — явно охрана. Встреча в аэропорту. Ангелина Романова, известный деятель, руководитель всемирно известного благотворительного фонда. Один из акционеров сети клиник Елизар. Начинается оснащение оборудованием новой клиники, где есть детское отделение, для лечения сирот и малоимущих детей. Где будут проводиться сложнейшие операции. Уже приглашены лучшие хирурги. Репортер что-то кричал, чуть не писая от восторга! И столько красивых слов сказано в адрес столь знаменитой и представительной паре! Да они расстались. Но как гармонично смотрятся вместе.

Ада сглотнула комок в горле. И он странно зажег внутренности. А по коже пробежали морозные мурашки. Правда, гармонично. Вспомнила лицо Захара, когда он увидел ее бывшего мужа. Смешно. Самойлов не тот, к кому можно ревновать. Ангелина совсем другое дело. И все же. В их отношениях, Ады и Захара нет места ревности. Они оба не имеют права на это. Смогла бы Ада когда нибудь вот так же блистать на экранах телевизора, под ручку с этим красавчиком? Нет. Вот этого она точно не желала для себя. Он не просто затмит ее. Он вотрет ее в пустоту.

— Какая прелестная сцена! Вить, ты гений, что показал нам такое зрелище. И что, блять? — выругалась Паулина и уставилась на пристыженного парня. Он словно в росте уменьшился.

— В эту клинику, срочно необходима целая партия новых костюмов. У них там форс-мажор. Пришлось перенести открытие клиники на более ранний срок. Привезут ребенка, для проведения какой-то грандиозной операции! В общем, обратились ко всем, пока встал вопрос о сроках. Только сроки имеют значение! Вот к чему все это!

— Так чего глазенки свои пучишь? Гордишься своей тормознутостью! — теперь заорала уже Самойлова. Внутри закипал вулкан. Но в тоже время, она увидела очень яркую перспективу! — Забирай заказ! Если надо, сами сядем строчить! Чего мы, не швеи мотористки что ли?! И тебя, Витюша, переквалифицируем на новую должность! Скрылся с глаз моих! И навел шороху! Работы полно!

Ада улыбнулась. К черту все. Романова к черту. Работа всегда заряжала и вдохновляла! Да! И на самом деле офис загудел. Ада набрала номер технического отдела. Вызвала работников, чтобы в ее кабинете навели порядок. Сама направилась по офису, раздавать указания. Дел на самом деле много. Во первых необходимо подтвердить заказ. Связаться с тендерной комиссией, составить договор. Романов это директор Елизара. И не важно что было и что будет дальше.

— Это его бывшая жена. — Леонтьева шла рядом. Она наблюдала за реакцией Ады. Хотела уколоть побольнее. Или наоборот поддержать? Никто этого так и не понял.

— Я догадалась. Паулина, свяжись с главным офисом. Через них договор быстрее…

— Указывать здесь буду я! И это тебе известно, Ада Георгиевна! — тут же набрала номер в своем телефоне, — уже связываюсь

21

Ада закрылась в своей собственной закаменелой скорлупе. Она полностью отключилась от личных своих переживаний. Оттолкнула все возможности подходы к ней. Работа. Работа стала спасительным кругом. Она цеплялась за любые возможности. Делала даже то, что уже давно не входило в ее обязанности. Не было злости или истерик. Наоборот. Ледяное спокойствие. Сотрудники немного побаивались такого ее поведения больше, чем предыдущего кризиса. Ада посмотрела на себя в зеркало. В дамской комнате, просто застыла на месте. Господи! Что он сделал с ней? Никогда Ада Георгиевна Самойлова не была директором-самодуром! А теперь услышала мельком, как ее называют ведьмой! Кто-то с упреком, кто-то ласково. Поползли слухи, что именно благодаря влиянию Романова она достигла директорского кресла. Выводило из себя столько неверных и никчемных выводов. Он сделал ее продажной психопаткой! Извращенкой, мечтающей о бесконечном сексе! Ада думала о нем. Все время. Давала себе оплеухи, но не могла прекратить эти мучения. Он же не стоит того, чтобы полностью изменить свою жизнь! Она нашла в интернете тот самый ролик о приезде его бывшей жены. Смотрела несколько раз. Смотрела на их лица. На то, как они стоят рядом. Захар не смотрел на свою бывшую. От слова совсем. Не смотрел, потому что больно? Или потому что ненавидит? Что между ними? Он никогда, ни словом не заикнулся о том, что в его жизни важно и дорого. Никогда не упоминал имя Ангелины. Или дочери. А дочь у него есть. Его больше заинтересовала Катя. Он спрашивал про нее. Катя ему звонила. Ада улыбнулась. Когда они были в Москве, у Ады полностью разрядился телефон. И Катя, ее милая дочурка, позвонила Романову. Просто уточнить все ли в порядке. Она плеснула горсть воды в зеркало. Ее силуэт слегка размылся. Губы до сих пор покалывало от воспоминаний его поцелуев. Нет. Это не то, о чем надо думать!

Романов затих. Объявил режим тишины. Словно все встало на свои места. Но по ночам, в кромешной темноте, хотелось рыдать и кусать губы до крови. Она сканировала и прожигала свой смартфон. Но каждый раз, когда слышалась мелодия звонка, понимала, это снова не он. Позвонить самой? Что в этом такого? Просто сделать вид, что по работе. Претензий со стороны Елизара больше не возникало. Говорили, что Романов вообще не появляется в офисе. Ада все же набрала его номер. Набрала, чтобы услышать долгие и протяжные гудки. Не ответил. Да. Это был удар. Настоящий тревожный удар битой в солнечное сплетение. После этого она поставила его номер в черный список. Хотя зачем? Все равно не ответила бы. Но надеялась. Что позвонит.

Его бывшая, Ангелина, так и мелькала в местных новостях. Ада не желала думать о том, где живет эта женщина? В его квартире? Они вместе пьют кофе по утрам? Вместе обсуждают важные проблемы фирмы? Строят планы на будущее. Или вспоминают свое общее прошлое? Ангелина приехала одна или с дочерью? Может быть семья Романовых воссоединилась? Что за черная адская мука разъедает легкие. Дышать невозможно.

Однажды она не выдержала и все же отправилась в клинику. Отправили вторую партию. И теперь, если появятся претензии, Ада желала услышать и отмести их сразу. Она долго и тщательно подбирала свой наряд. Перед этим по непонятным соображениям, обрезала волосы. Просто захотелось что-то кардинально в себе изменить. Ее раздирало внутреннее необъяснимое беспокойство. Она несколько раз бессмысленно звонила дочери, не понимая, почему ее так сильно волнует неизвестность. Катя лишь успокаивала мать, и терпеливо пыталась поддержать. Из-за дней и ночей переполненных работой и переживаниями, Ада похудела. Даже лицо заострилось. А глаза словно увеличились, и теперь походили на блюдца. Из-за короткой стрижки она стала выглядеть как подросток. Сначала это даже немного расстроило. Но решив, что так лучше, Ада успокоилась.

Выходя из машины, она увидела, как Романов помогает садиться в автомобиль своей бывшей жене. Они смотрелись очень гармонично. Такой вывод она сделала ранее, теперь убедилась воочию. Ангелина на самом деле очень красивая и эффектная женщина. Ада споткнулась. Вернее зацепилась каблуком за выступ дорожной плитки. Смачно выругалась. А еще от бессильного гнева вогнала свои длинные острые ноготки в ладонь. Чуть слезы из глаз не брызнули. Ну уж нет!

Захар даже не обернулся. Его плечи свело судорогой. Спину прожигало. Он понимал, что она смотрит. Но если сейчас, хоть на миг, их взгляды встретятся, то полетят искры. Да, он просто спалит весь мир до тла, лишь бы они остались вдвоем. Выяснили все и поняли друг друга. Так делают люди в отношениях. Так делают те, кто доверяют. Ада не верит никому. И его в свою жизнь она не пустит. Не важно, как долго и сильно он будет биться в ее дверь. Это не конец. Это начало. Он не тот, кто легко сдается. Сейчас время, когда лучше остановиться, чем идти на пролом.

Уже в салоне автомобиля, на заднем сиденье, Ангелина положила свою тонкую руку на его предплечье. Провела пальчиками по скуле. Ноль эмоций. Он всегда так слепо зависел от этой особы. Теперь их связывала только дочь. Дочь, которую ни ему, ни его родителям не позволяли даже видеть. Зависимость прошла. Или ее вообще никогда не было. Осталась лишь пустота по отношению к этой женщине. Бессмысленная темная дыра.

— Зах, может, поужинаем! — ее привычка вот так обрезать его имя каждый раз, как скрежет металла. Мужчина поморщился. Изобразил холодную усмешку. С Ангелиной всегда надо было играть роль. Роль голливудской звезды. Этакого высокомерного мачо. Сейчас он не играл. Искренне ненавидел. Хотя, нет. Это не ненависть. Полное штильное безразличие. Болотная вонючая тина. А она стала самой настоящей кикиморой! Ада научила его делать такие сравнения. Моя девочка. Пронеслось в голове. Ее глаза. В тот миг на парковке. Ах, эти безумные глаза. Как же она изменилась. Ада. Его личный ад несостоявшейся любви. Короткая стрижка, ярко красные губы. Жгучая брюнеточка, с фигурой подростка. Она не одевалась больше как женщина вамп. Нет. Его девочка. Узкие брючки с серебрянными лампасами. Короткий тренч. Спортивные ботиночки. Как хороша чертовка. Легкая, воздушная. Девочка мечта. Нежная, красивая. Сладкий нектар прожигал душу. Зачем он здесь? Зачем он в этой машине? Он должен быть там, с Адой! Сел прямо так, что чуть спина не переломилась.

— Уже говорил, Геля, твоего общества и днем более чем достаточно.

— Не называй меня, как деревенскую овцу!

— Сука! Блять! Зае. а ты уже! — он склонился и прошипел это прямо ей в самое ухо. При этом пальцами сжал ее руку так жестко, чтобы оставить синяки, — еще раз до меня дотронешься и твои наманикюренные клешни выдерну нахер. — отстранился. Так, чтобы даже их одежда не соприкасалась, — Надеюсь, ты все поняла, Геля?

— А ты изменился. Раньше вот так себя не вел. Что тебе стоит быть добрее? Ну же, пусик, мы одна семья.

— Полина, когда прилетает в Россию? — игнорировать ее было сложно. Но попытки сделать это уж очень бесили Ангелину. Та аж на месте подпрыгнула от бешенства.

— Когда станет совершеннолетней, и сама этого пожелает. Захарчик, милый, ну расслабься. Может, вспомним прошлое, выпьем вина… — протянуть руку она уже не решалась. Ее лицо теперь больше походило на слепок, холодную каменную маску. — У тебя кто-то есть?

— Не твое, собачье дело. — Ему было плевать даже если услышит водитель. Эта женщина не просто стала чужой и коварной стервой. Он искренне презирал ее. И участвовал во всех возможных мероприятиях, чтобы поскорее отправить ее обратно. В ее жилах нет обычной алой крови. Нет. Это создание из мрамора. А вместо крови ледяная вода. Она не просто предала его! Нет! Она лишила когда-то его любых возможностей жить полноценно! Растоптала и топталась по его разбитому сердцу до сих пор. Она могла вытворить все что угодно, ради того чтобы причинить боль! Только муки других людей, приносили ей покой и удовлетворение.

Именно поэтому, Ада не могла сейчас быть в его жизни! И это скоро необходимо исправить.

— Захарчик, а что если я навещу твою новую пассию, или нет! Приглашу ее поужинать с нами! Как ты на это смотришь? Можно устроить сабантуйчик на троих? Я же только за! Ни в чем не могу тебе отказывать!

Он не шелохнулся. Сдохнуть, но выдержать! Нет! Ада останется в стороне! Иначе придется убить эту суку Ангелину. Захар молчал. Говорить просто не было смысла. Он уже знал, как будет действовать. С этой женщиной можно лишь угрожать и нападать. Других способов понимания ситуации она не усваивает. Когда-то давно, Захар решил, что Ангелина пострадала от алкоголика отца и жестокой матери. И с психикой у нее были серьезные проблемы. Он помогал, как мог. Был настолько терпеливым к любым ее выходкам, что сейчас ужасается! Да ее необходимо было еще тогда запереть в психушке! Навеки вечные. Спрятать от людей! Сколько жизней можно было бы тогда спасти.

— Тогда зови и своих трахарей! Уж развлекаться так по полной!

— Ну что ты! Милый! Ты мой единственный.

— Очень удачная шутка. Учитывая, что только за время нашего недолгого совместного житья, ты успела попрыгать во всех более-менее известных кроватях города! Тебя трахал любой стоящий член! А теперь я стал единственным?

— Что изменилось? Ты знал это. Всегда знал и все равно лез ко мне под юбку! Что не так в этот раз?! — она начинала визжать. Потому что теперь по настоящему теряла контроль над этим человеком, — Полина… — лишь произнесенное имя дочери заставила Захара дернуться. Он обернулся. Вцепился рукой в горло Ангелины. Бултыхнул голову ее к спинке сиденья. Она лишь усмехнулась. Ей нравились такие игры. По жестче. По извращеннее. Она изогнулась, пытаясь оголить свою грудь.

— Ни слова. Все что хотела ты уже говорила. Это последнее предупреждение — Полина должна вернуться в течении двух недель. Ты уже встречалась с моим адвокатом? Осознала, что сидеть сложа руки, я не стану? — он отвел ее руку так, что она завопила от боли:

— Отпусти! Синяки останутся!

— У тебя везде синяки. Ты вся синяя и черная, как самая настоящая тварь! А будешь мертвой тварью! В болоте каком-нибудь. Поняла?! — теперь он орал ей прямо в рот. — Сука! Тебя спросил, поняла?! Я не бил тебя лишь из-за дочери! Но говорил с ней по видео связи! Ты! Тварь! Позволяешь своим трахарям мою дочь трогать?! Убью! Но сначала отправлю тебя в какую нибудь самую мерзкую и дальнюю тюрьму, пущу по всем рукам и членам, которые будут! Ты поняла?!

— Да!

— Останови машину! — громко рявкнул Захар водителю. Тот так и сделал. Захар вытер руку платком в кармане пиджака. Словно испачкался о кожу на ее шее. Затолкал этот платок в ее ярко накрашенный рот. — А теперь, сука знаменитая, попробуй гавкать! Пошла вон! Из моей машины! Из моей жизни. Сделай все, как говорит адвокат. Две недели. На возвращение моей дочери. А сама катись в ад!

— Я же не оставлю все вот так! Ты это понимаешь?!

Мужчина сам перегнулся через Ангелину, открыл дверцу и вытолкал ее на трассу.

— Пизд-й на х-й!

Автомобиль быстро умчался прочь. Оставив расфуфыренную красотку на грязной обочине. Вокруг лишь лес. И трасса. Она нигде не пропадет. Живучая и выносливая, как икая бездомная кошка.

22

Он сидел прямо на полу. В полутемном подъезде. Возле ее квартиры. Вытянул свои длинные ноги, обтянутые в дорогущие брюки. Голова откинута назад, глаза закрыты. Жуткое зрелище. Романов в таком раздрае. А сердце то екнуло. И пустилось вскачь. Он так и не ответил на ее тот единственный звонок. А теперь просто пришел. Словно так и надо. Легко. Ада на одно, коротенькое мгновение прислонилась спиной к двери закрывшегося лифта. Улыбнулась. Соседи давно не обращают ни на что внимания. Наверное, она даже и не знала толком, с кем по соседству живет. Романов. Оставить его здесь. Разве она сможет спокойно зайти в квартиру и не думать о нем. Не сможет. Никогда не сможет переступить через него. Он ее совращает и приручает. Уже сейчас, Ада готова была бежать за ним. Звонить бесконечное количество раз. Соскучилась. Боже. Как же сильно она скучала по этому мужчине.

Голова Захара мотнулась, и упала на грудь. Приоткрыл один глаз. Протянул руку, фокусируя взгляд. вот злодей, он играет! это театральная постановка? не знал, как лучше снова появиться на ее пороге!

— Тааа! Я уже где-то видел этиии нооожки. — Пьяный в дрыбодан. Ада подошла, ближе разглядывая черты его лица. Он другой сейчас. Не таким был директор, в первую встречу, разложивший ее на столе! Словно что-то надломилось внутри этого человека. Он не боится вот таким предстать перед ней. Доверяет ей на столько? А она сама, Ада, доверяет? никогда и никому не доверяла. скрывать эмоции. Все держать в себе.

Ада снова была, как подросток, в джинсах и кроссовках. Она уже успела влюбиться в сой собственный новый образ. Захар ее сделал такой. Ранимой, юной, мечтающей. Внешне теперь она полностью отражала свое внутреннее состояние. Никто этого понять не сможет. Тайное признание.

Катя еще даже не видела мать в таком образе. Дочь вела довольно бурный образ жизни, совмещая учебу и подработку. К тому же большую часть времени проводила с Артемом.

Ада приоткрыла дверь квартиры.

— Кать ты дома?

— Ау! Бегу. — девочка выглянула. В коротеньких шортиках и топе. С забавными хвостиками. — Ой! Не знала, что у нас гости. — а потом все же заметила короткую стрижку и джинсы. — ни фига се! Мамуль, ты теперь младше меня выглядишь! — Катя на самом деле удивилась. сколько раз она пыталась привлечь маму к вещам, которые нравились ей самой. Ада всегда все решала сама.

Ада села на корточки. Ладошкой попыталась потрясти за плечо Захара. Он взял ее кисть и поцеловал.

— Не гони, Солнце. — его колючая щетина коснулась кожи. Вот как так получается? она же сегодня на работе не могла на месте усидеть! ее тянуло домой, как сильнейшим магнитом! он? из-за него? Она словно чует его на расстоянии! Словно слышит и понимает! Ее вовсе не удивило его появление!

— Кать, тут сейчас проблемка посложнее моей стрижки.

— Это понятно. Но точно проблема? Ты же из-за него последние дни как… — Катя не договорила, потому что Ада подняла голову и глянула на дочь. Они понимали друг друга без слов. Сейчас очень хотелось пошутить над забавной ситуацией. Но, если присмотреться, совсем нелегко давались такие поступки Захару или Аде. Он тем более, лицо публичное. Часто подвергался критике или наоборот, повышенному вниманию.

— Адуууушка моя! — подал голос Захар.

— Захар, пошли домой!

— Домой? Ттточно. У нас должен быть один дом! С тобой! — Улыбнулся Кате и махнул рукой. — Встречайте! Я пришел! — попытался встать. Ада и Катя помогали ему. Он чмокнул в щеку сначала Аду, потом ее дочь. — Какие красотки! Я польщен! — Каждое его слово имело более глубокий и значительный смысл. Потому что он ловил взгляд Ады. Пытался проникнуть внутрь ее сознания. Словно ловил на инстинктивном уровне ее душевное потрясение и скрытые желания. Ничто не забыто. Но нет места упрекам и сомнениям. Они оба достаточно взрослые, чтобы видеть цель любых поступков и действий.

— Захар. Ты понимаешь, где ты? — глядя в его глаза, казалось, что он больше претворяется. Но нет. — Прекрасно понимаешь. Зачем ты напился? зачем все это?

— Солнце! Я всегда там, где ты. Всегда! — Катя захихикала, поглядывая на мать. — и Я здесь не потому что напился! Придти к тебе решил заранее. Просто была важная встреча.

— Я так понимаю, скоро будем новый дом присматривать!

— Катя!

— Нет. — заявил Захар, крепче прижимая к себе Аду. — дом уже есть. Он лишь ждет вас! Дом пока такой же не достороенный и не уютный, как я сам. Но все в ваших красивых ручках, девочки мои!

Ада затолкала его в свою квартиру. Понимала, что Захар сейчас выдает то, что слишком долго таил в себе. И все же верилось с трудом. Перед глазами так и стояла сцена, когда он усаживался в автомобиль с Ангелиной. Он даже не посмотрел на нее. Знали ли, что Ада была там? Зачем поехала вообще в елизар. В самый первый раз зачем поехала! кажется снова рядом с ним начинается тахикардия. Пора к кардиологу обратиться.

Ада соскучилась. Сейчас совсем не хотелось выяснять. Дом, о котором он говорит, это тот, где они провели несколько горячих часов. Только он, она и играющий пламенем камин. Все их встречи короткие, но сишком горячие. И всегда секс. Ничего кроме секса. Вот он так близко. Она сама готова наброситься. Это лишь обычное плотское вожделение? Тогда пр ичем здесь сердце! У них нет ничего общего. Да, сейчас появился общий контракт. Есть неудовлетворенные желания. Это дело времени. И все успокоиться. Остановиться. Однажды, Романов на самом деле вот совершенно просто укатит в ночь, с какой нибудь красоткой. А что останется ей, Аде? Собственный ад сожалений. Как в эти дни, когда он так и не ответил на ее звонок.

Катя помогла лишь войти в квартиру и ушла в свою комнату. Хотя Захар вполне уверенно стоял на ногах. Они посмотрели в глаза друг другу. Боже! Какая борьба сейчас кипела внутри каждого! Он пришел, потому что не смог побороть самого себя. В тот раз сумел не обернуться. В этот раз ноги сами принесли его к ее двери! Как пес бродячий, скитался эти дни, изнывая от одиночества и холода. Его любимая снежная королева, оказалась самой теплой и нежной! Самой притягательной и очаровательной девушкой.

В какой-то момент он прижал Аду к себе крепко-крепко. Взял ее лицо в свои большие ладони. Да, алкоголем от него несло изрядно. Но все происходящее забавляло и даже радовало. Он пьян. И пришел к ней. Замирает сердце. Он пришел к ней!

— Захар, тебе надо в душ. И кофе. Сейчас сварю кофе! Там, в шкафу есть большая футболка, тебе будет как раз… — Не дал договрить. Прижался губами к ее рту. Ласково. Мягко. Языком прошелся по тоненькой коже нижней губы. Еле слышно выдал стон.

И зашептал, как молитву:

— Нет! Мне нужен не кофе. Ты. Ада. Как жизнь, как воздух, как солнечный свет, мне нужна только ты! Полюби меня, Ада! Полюби меня! А потом прогони и забудь. Дай мне время смириться, что мир без тебя может существовать. Дай мне сил пройти в этот мир, где ты будешь не моя.

— Захар, ты бредишь! Сам не понимаешь, что несешь! Не понимаю тебя совсем! Не понимаю. И от этого хочется с крыши сигануть! Да! Ты понимаешь, что порождаешь во мне странные порывы! С ума сводишь! Делаешь меня настоящим монстром! Зачем ты так напился!

— Из-за тебя. Ты меня полностью сгубила! Превратила жизнь в пустынный хаос. — его язык заплетался. Но он продолжал говорить. Целовал, обнимал Аду и говорил: — Ведь, я все для тебя! На все готов! Скажи! Скажи чего хочешь! — с такой сладкой нежностью касался губами ее глаз, щек, подбородка. Большими пальцами лаская шею и плечи. — Ты, Ада, мой алкоголь! Мой рай и ад. Я так долго шел к тебе. Так долго пытался остановиться.

— Говоришь так, словно жалеешь о своем появлении здесь? Говоришь одно, и тут же отрицаешь это!

— Не хочу тебя обидеть, девочка моя. Не хочу сделать что-то, что навредит тебе.

— Захар, ты не договариваешь. Ничего не знаю. Ничего! Ты есть, но тебя нет в моей жизни! Цепляешься, и тут же отталкиваешь!

— Наоборот. Сказано уже слишком много. Ада. Ты же меня прогоняешь все время! Не пытаешься удержать! Но хочешь этого. — целуя и лаская, он раздевал свою девочку. И медленно направлял в сторону душа. Ада оттолкнула мужчину. Тяжело дыша, смотрела из-под полуопущенных век. Он прижал ее к стене и впился в раскрытый рот поцелуем. Теперь более яростно и отчаянно. До разрыва всех возможных преград! Ада снова оттолкнула. Она видела и понимала. Но тот факт, что пришел вот так, без объяснений. Сводил с ума. Устраивать скандал не собиралась. Но снова быть с ним, и остаться одной — эта мысль убивала! Захар умело обращался с ее телом. На столько, что она сама не замечала, как изгибается и стонет.

Его дыхание так же рваное и тяжелое, словно они в спорт зале, а не в тихой спальне. Прижал Аду к себе. Резко развернулся так, что с тумбочки слетела лампа.

Появилась полоска света, когда Катя заглянула.

— Вы тут живы? — Спросила и снова исчезла.

— Все хорошо, Кать. Не волнуйся. Просто алкоголик буйный попался.

— Захар, что же ты делаешь со мной. Ты не должен был приходить! Всегда легко и просто открываешь дверь, а потом я остаюсь и лишь смотрю тебе в след.

— Ты моя. Ада. Моя.

Она оттолкнула его и вышла. Заглянула в комнату дочери. Катя что-то упорно печатала в своем смартфоне, нервно кусая губы.

— Мам? Ты чего?

— Я чего? Кать, ты о чем думаешь?

— Иди к нему. — Катя всегда казалась старше своего биологического возраста. Глаза такие внимательные и серьезные. Она замечала на много больше, чем Ада хотела ей показывать. Много было бесед и рассуждений на тему взросления, пестиков и тычинок. Но Катя иногда сама поясняла больше, чем ожидала ее мама. Вот сейчас, дочь долго рассматривала короткую стрижку Ады. Подошла. провела пальчиками по темным волосам. — Все хорошо, мам, правда.

Ада на миг задержалась в коридоре. Приложила руку к горлу. Туда, где прыгало непослушное сердце.

Заглянула в свою спальню и услышала звук льющейся воды в душе. В этом прелесть их квартиры две большие отдельные комнаты, с душем и туалетом. Две комнаты, которые объеденяла боьшая кухня и зал- студия. Оригинальная и улобная планировка. В спальне Ада убрала осколки лампы. Почему то хотелось плакать. Захар не говорит, что пришел на всегда. Не умеет она легко и беззаботно. Наверное, поэтому и за Игоря держалась. Верила. Что можно только однажды и навсегда.

С Романовым хотелось навсегда. Только с ним. Но он не говорит об этом. Делает вид, что цепляется за нее. Позволяет ей верить в сказку. А что дальше. Он выжжет ее насквозь. И оставит у пепелища. Но так спокойно, когда он рядом. Легла на кровать. свернулась калачиком и уснула. Она слышала его почти бесшумные шаги. Слышала его аромат, присущий лишь ему. Кровать слегка прогнулась под ним. Словно так и должно быть, лег, прижимаясь к ее спине. Укрыл их обоих одеялом. Поцеловал в затылок. Обнял и тоже вскоре тихо засопел.

Утром Ада открыла глаза. Потянулась. В кровати только она. Огляделась. Его вещи аккуратно висят на спинке стула. Он все еще здесь. Они снова провели ночь вместе. Просто спали. Ада до сих пор ощущала тяжесть его руки. Он прижимал ее так крепко, словно боялся уронить. Они просто спали. Обнимая друг друга. Просто спали. А хотелось совсем другого. Он не переступил черту. Оттолкнула бы она его? Поздно уже. Между ними было все. Так почему сейчас так, словно они только начинают узнавать друг друга. Накинула пушистый халат. Тапочки мягкие с ушками.

Из кухни доносятся приглушенные голоса. Ароматы готовящейся еды! Это редкость в их квартире. Ни Ада, ни Катя готовить не любят. Да и продукты не всегда есть в холодильнике! Они обе не завтракают. А обед и ужин чаще всего проходит вне дома. А тут, пахнет блинчиками! Ада умылась. Пощипала бледные щеки. Захар все еще здесь. Он что, голый блинчики жарит? Там же Катя! И его вещи, брюки, рубашка, все в комнате! Футболку она так и не достала из шкафа. В ванной пахнет шампунем и полотенце на сушилке влажное! Значит, он принимал душ. Прям идилия. Семейное утро. Выходной. Раньше, еще в период своего замужества Ады искренне пыталась научиться вкусно готовить и придумывать завтраки. Но похвалы или даже поддержки так и не услышала. Лишь критика и упрек. Фу. Сейчас совсе нет времени вспоминать.

Ада просунула руки в карманы халатика. Облокотилась на дверной проем. И так и застыла, наблюдая великолепную душевную картинку!

Катя еще в пижаме. Волосы забраны на макушку, повязка ее любимая с бантом держит волосы. И Захар Романов! Это зрелище просто не забываемо! В ее халате! Этот мужчина натянул ее халатик! И весело дергаясь в такт своей болтовне, перекидывал блинчики на сковородке. Со стороны могло бы показаться очень даже неприлично — девчонка в коротеньких шортиках и мужик широкоплечий с голыми волосатыми ногами.

Ада быстро скрылась за стенкой. Приложила руку к сердцу. О Боже! Прям как в той песне: О Боже какой мужчина! Она снова выглянула из-за стенки, нарисовать или сфотографировать? Это ее тихая заветная мечта. Навсегда.

Он легко и непринужденно вписывался в их тихую размеренную жизнь! Ада столько раз его прогоняла. А он словно бумеранг возвращается назад. Забежала в свою мастерскую. Провела рукой по волосам. Схватила фотоаппарат. И теперь понимала, что до боли в груди, мечтает продлить вот такие чудесные моменты! Запомнить их! Принять! И не забывать!

Она вошла в кухню и начала, как истинный папарацци щелкать затвором, без остановки. Катя завизжала, возмущаясь:

— Мам, ты чего! Я ж не могу вот так своим потомкам предстать! Ну маааам!

А вот Захар наоборот. Улыбнулся, как настоящий голливудский пройдоха. Провел пятерней по серебристо темным вихрам, еще больше их взъерошив. И даже махнул половником и сковородкой!

— Я сейчас рок-звезда? Или актер Голливуда?!

Ада остановилась на миг. Их взгляды встретились. Как две стихии схлестнулись, выдавая поток искр. Голодные, стремительные и неутоленные. В два прыжка мужчина оказался рядом. Одной рукой держал голову Ады и целовал нежные губы. Катя закатила глаза: — Ну началось!

Ада хотела, очень пыталась, по крайней мере, оттолкнуть. Уже положила ладони на его полуобнаженную грудь.

— Захар, кажется ваш завтрак горит! — он метнулся к плите. А Катя выскочила из кухни, услышав звонок мобильного.

Захар выключил плиту. Обернулся. Ладони выставил на столешницу. И разглядывал хозяйку своей души.

— Ты теперь реально как моя дочь выглядишь.

— Тебе это нравится или нет?

— Ага. Заметут меня за совращение малолеток.

— Сомневаюсь, что это тебя пугает. Ты вчера в таком состоянии был, что не понимаю, как до моей квартиры добрался.

— Не понимаешь? — не отпуская ее взгляд, подошел ближе, вытянул руку, ухватил Аду за талию и потянул к себе. Он примял ее губы своими, и счастливо вздохнул. Лаская спину, рука сползла гораздо ниже талии. Ада потерлась ноющей грудью о тугие волоски. Пальчиками сильнее распахнула полы халатика, которые и так почти не сходился на нем. — Ада, хватит уже…хватит…перестаааань. блять! — прошептал мужчина, утыкаясь носом ей в шею. Влажный скользящий поцелуй. И вот она уже дрожит в его руках. Горячая. Сладкая. Тает и ждет. Она всегда ждала лишь его одного. И он счастлив от такой ее реакции. Счастлив, что открыв утром глаза, увидел ее. Спящую. Хрупкую так близко.

— Что перестань? — Ада откинула голову и закрыла глаза. Ее руки легли на мужские ягодицы. И она прижимала его. Чувствую жесткую эрекцию. Чувствуя, как он начинает закипать.

— Бегать от меня!

— Убежишь от тебя, пожалуй! И хватит уже ругаться матными словами! Ты же все таки директор! Генеральный!

— Тогда на стоянке, я не мог. И ругаюсь я, потому что это самый настоящий доступный язык.

— Знаю. — она прямо смотрела в его глаза. Положила ладонь ему на скулу и улыбнулась. — Захар, мне не 15 лет. Я все понимаю. Если ты так сделал, значит, по другому было нельзя. — провела ладонями по его плечам. Чувствуя, как сладкая дрожь охватывает их обоих, подумала, сказать или нет? Все же произнесла, — Это было больно.

— Больно? — он уже медленно направлял ее к спальне. Удерживал за талию, целовал шею. Делал шаг, и она ступала назад, подчиняясь ему полностью, — Да я чуть не сдох, понимая, что обижаю ту, которую люблю! Думал, что никогда не простишь меня. Вообще столько всего ужасного застряло в голове. Не убегай! Той ночью, я не остался в доме. Помчался в город. Хотел к тебе. Как ненормальный хотел тебя! Всегда хочу. Всегда люблю. — его ладони уже не просто гладили ее спину, прижимая сильнее. Захар вошел в спальню. Прикрыл рукой дверь.

— Ччто? Ты… не говори таких громких слов. И зачем ты привел меня в спальню? Тттам…ничего не сгорит?

— Скажу! Много раз скажу. Все тебе расскажу, Ада моя. А сгореть могу только я сейчас. Прямо сейчас. — Его губы требовательно накрыли ее. Не нужны слова. Ада таяла в его руках. Просто теряла остатки рассудка. Хотелось раствориться в этих поцелуях. — Неужели ты думаешь, что это просто секс? — он уложил ее на кровать и языком стал ласкать живот. Ада выгнулась и застонала, когда его умелые и уверенные пальцы, запорхали по бедрам. — Девочка моя! Ада моя! Я же весь для тебя одной! Все сделаю, что пожелаешь! Только не гони! — он шире развел ее бедра, приподнялся и вошел в ее горячее лоно. — Скажи, как тебе нравится?

— Еще! — она двинула бедрами так, чтобы он глубже и резче вошел в нее. — Хочу так, чтоб унесло крышу совсем! Да! — она закричала, забыв о том, что за стеной есть Катя. Захар закинул щиколотки Ады себе за плечи и начал врезаться так сильно, как только мог. Он желал ее до самого дна испить, исследовать! И уже не мог остановиться в этом слепом безумии.

23

Уже на много позднее, когда за окном сгустились сумерки ранней весны, прошлась по комнатам. Поняла, что Катя умчалась в ночь. Специально? Или нет? Захар. Романов. Снова в ее квартире. Снова в ее жизни. И снова она приняла его. Вошла в сою мастерскую. Взяла скетч бук и начала рисовать. Просто наброски. Просто мысли. Просто душа в серых тонах. Самопроизвольно, даже закрывая глаза, на белый лист ложился лишь тот, кто сейчас был так близко. Это ее мысли. Это ее волнение и страсть. Романов.

Позвонила дочери и та сообщила, что не вернется. Артем забрал ее. Ада аж покраснела. Ей стало немного стыдно. Слышала Катя хоть что-нибудь? Романов совсем ее лишает здравого мышления! Какие бы замечательные не были отношения с дочерью, надо все же помнить границы дозволенного.

— Кать, ты ммм, давно ушла?

— Мамуль, — она захихикала, — ну ты чего?! Ну, главное тебе хорошо! Романов тот еще черт, раз тебя так кричать заставляет!

— Кааатя!

— Обязательно поговорим об этом, — на фоне голоса дочери слышались звуки довольно громкой музыки, — сейчас я в клубе. С Артемом. Он немного расстроен. Кажется, его отец против наших отношений. Мам, если тебе будет звонить его отец, не говори с ним. Ладно? Я сама все решу.

— Катюш, даже не пытайся устранить меня от своей жизни! Ты же помнишь, наш уговор, мы вместе навсегда! И отца Артема я не боюсь. Позвонит — поговорим. Он такой же человек, родитель!

— Мам, ты многого не знаешь.

— Есть тайны? Катя! Скажи, что все хорошо? А лучше, приезжайте с Артемом к нам! Приезжайте. Не нужно никому ничего доказывать.

— Спасибо. Знаю, что мамочка у меня огонь! У Артема есть своя квартира. И нас это устраивает. Мне пора. Не могу больше говорить. Помни, держу кулачки за Вас с Захаром! — голос бодрый и веселый. Но все равно что-то взволновало Аду. Дочь у нее реально решала свои проблемы сама. Всегда.

Романов сел прямо на пол, позади Ады, обнял ее со спины и шепнул на ухо:

— Ада моя, твои щечки пылают, как возле печки! Ты из-за Кати так смутилась? Твоя дочурка тоже на кухне со своим мальчиком не только блинчики жарит! Но могу точно сказать, о встрече с Артемом она договаривалась до моего появления. И сбежала не из-за нас.

— Черт! Романов! — она развернулась и шутливо шлепнула его ладонью по плечу. — Катя, все таки еще ребенок!

— Я же прав! И ты это знаешь! Она взрослая.

— Сейчас другое меня беспокоит. Она как-то в школе устроила настоящий бунт. Заявила, что сама может решать свои проблемы. И вызывать родителей, а так же ходить на собрания будет сама. Я звонила ее классному руководителю. И знаешь, моя дочь ответственно и серьезно подходила к любым вопросам. Она сегодня призналась в проблеме. И это не очень успокаивает.

— Что за проблема?

— Ты сам отец. Но о дочери никогда не говоришь. Неужели тебе интересно, что с Катей происходит.

Он потянулся и достал откинутый в сторону скетч бук. Увидел набросок своего силуэта. Улыбнулся.

— С моей дочерью сейчас все не так просто. Очень хотелось бы знать о ней больше. Но, поверь, то что мне известно более чем достаточно, чтобы забрать ее под собственную опеку. — он говорил ровным слегка звенящим голосом. Прокручивая в голове, как лучше выразить свое молчание, — Полину я люблю. И очень хочу говорить о ней и с ней. Но Катя здесь. И отпускать ее проблемы на самотек нельзя. Я спросил не просто так. Ада. Какая проблема?

— Отец Артема. Он довольно серьезный человек, ФСБэшник, кажется. И ему не нравятся встречи наших детей. А мне не нравится он. Хоть и заочно.

Захар не много напрягся. Отложил блокнот. Встал. Ада даже обернулась на мужчину. Скулы сжаты. Желваки играют. Глаза потемнели. Аж, почернели, как тучи грозовые. Снова тихонько заныло сердце. она начинает привыкать, что он рядом. Привыкать к его запаху, к его рукам. Здесь, в квартире, стало таким естественным видеть его. Но, по сути, что она знает о нем?

— Фамилия? — его голос, как гипноз.

— Захар, — она так же встала. Непонимающе смотрела, — почему ты так реагируешь? Мы с Катей привыкли…

— Просто назови фамилию.

— Карпов. Я знаю, что парень моей дочери Артем Карпов. Учится в юридическом. Он замечательный мальчик. Очень образованный, культурный. Катя сначала дружила с ним. Просто дружба их не устроила. Особенно, когда возник вопрос об отъезде Артема за границу. Он остался не только из-за Кати. Просто вообще не собирался уезжать.

— Карпов не самая приятная личность. Я имею ввиду отца, конечно. Господи, Ада! Смотрю на тебя и не хочу ни о чем думать. Карпов однажды вмешался в то, во что не следовало.

— Хочешь покушать?

— Хочу. Но тебя хочу сильнее. Мы поужинаем в ресторане. Или нет. — подхватил девушку за талию и повесил ее на себя. Ада взвизгнула, но сопротивляться не стала. Высокий, горячий мужчина. И весь, целиком сейчас в ее власти.

Его прожигающий зеленый взгляд заставляет сердце выходить из нормального ритма. Его следующие слова еще больше заставили волноваться.

— Ада моя, не могу от тебя оторваться. Но сейчас тот самый момент, когда надо кое-что выяснить.

— Нет. — Ада попыталась спрыгнуть на пол. Захар усадил ее на стол. Его рука уже уверенно и властно гладила внутреннюю сторону бедер. Он целовал длинную шею. Стонал в ее рот. Взял ее лицо в ладони и прижался нос к носу. Это важно для него. Ада ощущала, как подрагивают кончики его пальцев. Всегда такой уверенный и холодный Захар Романов сейчас полностью и без остатка пал к ее ногам. Как же хотелось в это верить. Но что это значит?

— Даже если снова нам придется не надолго расстаться. Не дергайся! Молчи! Дослушай до конца. Не могу тебе всего рассказать сейчас! Просто верь мне. Слышишь? Верь. — он снова дернул ее личико так, чтобы их взгляды встретились. — Карпов на самом деле опасный человек. Он оставил след в моей жизни. НО! У меня есть способы борьбы с ним. Ты, Ада, не справишься одна. Если, он появиться. Или хотя бы намекнет на свое появление, Ада, обещай, что позвонишь мне. Сообщишь об этом сразу же! Ада! Услышь меня сейчас! — его голос стал строгим и умоляющим одновременно.

— Почему ты исчезнешь? — горькое и нестерпимое отчаяние прожигает тело. Дикое, почти звериное желание, похоть и боль от сказанного. Миллионы противоречивых чувств вихрем выкручивают кости и внутренности. Ада закрыла глаза. Он не должен это видеть.

— Я тебе все объясню. Обещай!

— Хорошо. Обещаю. — Давать обещания так легко. Потому что в этот миг ты еще не задумываешься о последствиях.

— Отлично. Тогда, последний волнительный вопрос — ты мою дочь примешь? — Он сказал и тут же расстегнул ее халат. Скинул его в сторону. Так, что Ада открыв рот, ловила воздух. Ее испугал вопрос. И в тоже время его действия полностью лишили сил.

— Твою дочь?

— Ага. Полина. Она скоро вернется из заграницы, и будет жить с нами.

— С нами? — Ада как попугай повторяла его слова. А сердце замирало от восторга. Он склонил голову и языком прошелся по ключице. Провел мокрую дорожку вокруг соска. Втянул его в рот. Пальцы его уже изучали влажную расщелину между ее бедер.

— Ну да! Моя квартира больше. Думаю, жить там будем. Хотя скоро дом дострою! Можно и туда сразу переехать.

— Захар, ты все еще пьян? Что ты творишь сейчас! Ты меня…ааа…я умираю!

— Нет. Милая, наоборот! Мы начинаем жить! — он притянул ее ближе, шире раздвигая ноги. Направил свой мужской орган в ее тело. Ада, как воск в его руках. Принимала те формы и позы, что он желал. И сейчас откинув все сомнения, она просто принимала правила его игры. На время, пока он рядом. Здесь и сейчас.

— Женишься на мне?

— Черт! Это я должен говорить! — резкий толчок. Оба застонали. Он набирал темп. Его головка распирала ее изнутри, заставляя выть от восторга. Она откинулась на столешницу, выгибая спину. Скорость стала просто невероятной. Шлепки и дыхание. Стол ходил ходуном! Нет способов остановиться. Безумие. Она уже кричала. Мир завертелся. Внутри нарастал фееричный восторг. Они кончили одновременно. Так бурно и громко.

Оба влажные, разгоряченные. Целовались. Снова и снова. Он не выходил из нее. Так и стоял. Словно навек срослись.

Ада зашептала, не в силах говорить в полный голос:

— Ты точно псих! Не хочу я замуж! Неужели это не понятно! Не хочу! Ни за тебя, ни за кого либо еще! У меня травма психологическая после одного замужества! Ты кстати, один раз был женат? Тебе то это на хрена надо? — она попыталась отстраниться. Но Захар не отпустил.

— Значит, будем ловить момент. Ада. Я буду трахать тебя до тех пор, пока не согласишься.

— Это не угроза, милый мой. — они засмеялись. Потому что даже уставшие, они не желали расставаться.

— Ты прекрасна. Сейчас. В моих руках. — его член внутри нее снова начинал оживать.

— Захар, может это болезнь? Гиперактивность например?

— Да! Моя болезнь Адативность называется! Адская зависимость! Адская смесь любви, безумия, нежности и страха! — снова двинулся внутри нее. — Хочу тебя снова.

Он молча изучал ее лицо. Ловил эти странные эмоции, которые она редко выпускала на свободу.

— Ты говорил, что можешь исчезнуть.

— Это лишь вероятность.

— Ты вообще много говорил.

— Что я люблю тебя? Это говорил? Снова могу повторить.

— Захар…

— Ада! Тебе придется ответить на мои вопросы! Не получится все время убегать! — он уселся за стол и сделал глоток кофе. — Милая моя Ада, пора нам вместе выйти в свет!

— Зачем? Хочешь продемонстрировать свой новый трофей? В Москве ты очень явно меня прятал от других!

— Потому что ты совсем не замечаешь плотоядные взгляды! Там на конференции я ревновал! Еще и этот твой бывший! Поверь, Дениса более, чем достаточно!

— А что, если это все? Ну, двое мужчин в моей жизни. И ты, Захар. Никого больше. Совсем. — Она говорила так тихо, что мужчина склонился к ее лицу ближе. Смысл сказанного не сразу дошел. Захар слегка сощурился и более пристально заглянул в серые глаза, затянутые влажной пеленой нерешительных откровений. — Молчишь? Думаешь, вереница мужиков прошлась через мою постель.

— Просто, я все время был так резок, и ты ни разу не усмирила мой напор. Ты… Блять! Ада! В тот раз, когда говорила, что впервые… Так и было?

— Член во рту и попе? — она хихикнула, увидев полнейшее замешательство. Пусть это звучит откровенно пошло. Но Бог свидетель, это было сказочно. — Захар, расслабься! Да. С тобой я поняла, что была практически девственницей! Но ты умелый учитель. Ни разу не было дискомфортно или противно. Ты это понимаешь?

Он отстранился и тяжело выдохнул.

— Значит, ты на самом деле со мной из-за секса? — вот после этих слов, сказанных почти детским обиженным голосом, Ада рассмеялась. Так стало сладко и тепло на душе. Обняла мужчину. Он обнял ее в ответ, чмокнул в нос. — Маленькая развратница!

— Это ты меня сделал такой! Ты, Захар романов, разбудил во мне женщину!

— Ада. Пошли на свидание.

— Сейчас? — волнительно. Словно она подросток, а самый яркий мальчик в классе, ей предлагает дружить. — А не слишком поздно устраивать свидание?

— Мы же так сало знаем друг друга.

— Я не понимаю смысл таких походов. Не умею строить отношения или красиво говорить.

— В этом и есть смысл! Мы оба будем узнавать и находить пути к правильности и взаимности!

Ада смеялась напрасно. Нарядилась в яркий сарафан, и светло розовый кардиган. Изящные лодочки без каблука. Захар, увидев ее, аж за сердце ухватился.

— Чертовка! Все вокруг меня за твоего отца примут!

— Смешной ты человек! Этого и добиваюсь. Может, тогда отстанешь!

Он привез ее в свою городскую квартиру. Не для того чтобы похвастаться, а переодеться. Его жилище. Его логово. Квартира, оказалась совсем простой. Без сверх невероятных интерьерных решений. Три комнаты. Огромные. Совершенно все утопает в зелени! Что очень удивило! В старом, но очень колоритном здании. Захар смотрел, как Ада бродит по комнатам. И становилось так спокойно на душе.

— Эта квартира лишь перевалочный пункт. Но растения я привозил из разных стран. Хочу в новом доме открыть настоящий зимний сад. Завести попугая какаду. Мой дом ты видела. Все мои планы будут осуществляться там. И еще. Мы идем на свидание.

— Как в Москве?

— Ага. Только немного спокойнее.

— В этой квартире…

— Нет. Ада. Мы не будем здесь заниматься сексом. Хочу, чтобы ты поняла, нас связывает больше чем безумное притяжение. Ты должна увидеть во мне не только член, стоящий беспрерывно!

— Но это тоже много значит! С бывшим мужем у нас были общие интересы, музыка, театр, и прочая фигня! То бред, Захар! Главное то, что мы чувствуем! Только так можно надеяться на дальнейший смысл отношений!

— Скажи, что я нужен тебе. Это же просто. Всего пару слов.

— Нужен. — Пауза. Взгляд пронзающий до самой души. Полушепот. Мольба. — Необходим. — она сама начала его целовать. Но он отстранился.

— Свидание.

— Упрямый!

— Я знаю твои мысли. Насквозь вижу. В Москве нам было хорошо. Нам всегда хорошо, когда мы оба в поле зрения друг друга. Сейчас идем в кино.

— Сто лет там не была.

— Ужастик? Уверен, тебе нравятся ужастики.

— Нет. Фантастика! Любимая книга Таинственный остров!

— Я говорил, что все о тебе знать хочу! Все!

Они бродили за ручку по городу. Смеялись. Ели мороженное. Смотрели фильм. И просто гуляли, не обращая ни на кого внимания! И да, вдвоем им хорошо.

Они даже не думали о том, куда идти. Конечно же к ней! Целовались уже в лифте. Раздевались на ходу. Раскидывая одежду по коридору.

Уже рано утром, после бурной ночи. Раздался звонок в дверь.

Ада вышла в коридор. Прижала ладони к пылающим щекам. Посмотрела в зеркало. Она выглядит, как женщина, которую всю ночь напролет не отпускали мужские руки. Поправила халат, застегнув под самое горло. Плевать, кого там принесло. Подождут. Руки дрожат. Она снова, не глядя, открыла дверь и замерла.

Денис Старцев и ее бывший мужинек. Картина Репина. Приплыли. Это заговор ее любовников?

24

Ада обернулась, ошарашено вытаращив глаза на Романова. Его вид успокоил ее. Вообще просто его присутствие. Он, как стена, даже на расстоянии вытянутой руки, оградил ее от любых проблем. Он здесь. А все остальное совсем не имеет значение. Вид у мужчин пришедших совсем растерянный. А вот ее любовничек, словно питается этой растерянностью и становится увереннее.

— Это, б. ть розыгрыш такой? — Спросил Захар. Выпрямился во весь свой рост. Сделал движение головой, словно разминка перед боем. Самец. Удовлетворенный и счастливый. Сильный и властный. Он на своей территории. Он со своей женщиной. Он даже не думает, что кто-то посмеет посягнуть на то, что принадлежит ему. — Нашествие ухажеров? Так поздно, девочка занята на всю оставшуюся жизнь. — Ада даже хихикнула, спрятав лицо в свое плечо. Да. Она его. Полностью. Потом, как ни в чем не бывало, сложила руки на груди. Захар обнял девушку за плечи, возвышаясь над ней и спросил:

— Какого хрена приперлись? — Все понимали, вопрос чисто риторический и отвечать не обязательно! Ада на самом деле начала нервно хихикать, потому что происходящее просто было какой-то комедийной сценкой. Все ее приключения в одном флаконе. И это хорошо, что Романов успел напялить свои штаны, а не в ее халатике щеголяет. Хотя, он успел поставить в ванной, на полочку, свою зубную щетку. И даже из своей квартиры, захватил смену белья и рубашку! Ада долго смотрела на эти вещи, в своем шкафу. Так необычно. В ее комнате, везде, стали появляться следы его присутствия. Она сама пару дней назад купила полотенце, в темно коричневых тонах. Хотя в ее принадлежностях в основном присутствовали голубые и белые цвета! Коричневое полотенце! Которым, теперь, успешно пользовался Захар! Осталось купить махровый халат и тапочки.

Ада вглядывалась в лицо Игоря. И в итоге, улыбнулась Денису. Который отсалютировал в ответ. Может, рассказать уже Романову, что это как раз и есть все, что было в ее жизни? Нет уж. И так слишком самодовольный.

Денис лишь лыбился, как подросток и почесывал затылок. Мальчишка.

— Ну я это… Поговорить хотел.

А Игорь аж побелел от неожиданности. Слегка отступил. Словно, готовясь, к побегу, если что! Задевало его то, что бывшая жена пользуется спросом! Хотя нет, она теперь точно не будет потакать его капризам. Теперь она точно уже бывшая. А когда-то он кричал, что никому она не нужна, да еще с ребенком! Ждал, что прибежит, со слезами и мольбами. Он мог позвонить в любое время дня и ночи, и начать жаловаться, как плохи его дела! Всегда считал, что это нормально делиться печалью с бывшей женой! Сейчас, конечно же, не полезет на рожон. Теперь четко видно, Ада никогда не принадлежала ему. Никогда не была на одном уровне с ним. Романов полуголый выглядел просто гигантом, позади невысокой Ады. Но смотрелись они потрясающе. Хоть и потрепано. Распухшие губы, на шее явные следы от очень страстных поцелуев. Даже взгляд Ады изменился. Серые глаза всегда казались просто серыми! Сейчас появился блеск, и золотая радужка под темными ресницами.

Игорь сглотнул. От этих двоих разило сексом и развратом. Нет пути назад. Он уже потерял любые права на эту женщину! Променял ее на малолетку бестолковую! И все еще цепляется за прошлое, потому что от настоящего хотелось повеситься! Теперь не он ныл и стонал, а на его шее повисли бесполезные нытики. Глаза Игоря забегали!

— Катя. — Выпалил он, делая еще шаг назад, — Ее увидеть хочу. Она не отвечает на мои звонки. — Долго придумывал предлог. Долго стоял у подъезда. Увидев входящего паренька, и подумать не мог, что это посетитель к его жене. А уж что в ее квартире обосновался такой здоровяк, тем более не знал. Его бывшая жена всегда, как дикая отскакивала от мужиков. И в постели была, как рыба холодная, не подвижная. Он пытался пробудить в ней женщину! По крайней мере был уверен в том, что делала все правильно. Сейчас и парнишка с густой шевелюрой и высоченный мужик оба смотрели так, словно сейчас убивать будут, просто за появление!

— Уходи, Игорь. Кати нет дома. — Ада прижалась спиной к Захару, и говорила совершенно спокойно, даже безразлично, — Не отвечает, значит, не желает говорить. Я передам, что ты приходил. — Игорь не двинулся с места.

Денис попытался войти в коридор, но Романов отодвинув Аду, преградил путь. Просто загородил весь дверной проем своей грозной фигурой.

— Ден, уверен, что не пожалеешь? Лучше бы твоя причина появления была более прадоподобная, чем у этого хмыря. — Захар склонил слегка голову на бок и усмехнулся так, как только он умел это делать. Властно и надменно!

— Да, расслабься, брателло! Понял я уже все! Считай, к родственнице, в гости нагрянул! — склонил голову в театральном поклоне. — Не тупи, Захарище! Я б не приперся ради прикола!

— Как ты вообще мой адрес узнал? — Ада все же выглянула из за спины Захара. Нет, ну смешно уже. Она, как в окопе, под надзором!

Романов сам ответил: — Он же мой брат. Сейчас узнать адрес не проблема. Когда то я тоже узнал! Если помнишь, буквально, за пять минут! — Глянул вниз, на лицо Ады. Щеки девушки тут же покрылись румянцем. Оба помнят, как она тут голая ему дверь открыла. И как он потом вытворил то, от чего о сих пор все тело горит. Пусть потом было много раз! Но те, первые моменты, даже в пьяном угаре, забыть Ада не могла! Из-за него напилась! Из-за него сейчас готова всех прогнать и продолжить то, что совсем недавно закончили.

Игорь рассматривал обоих мужчин и произнес сквозь зубы:

— Ты здесь притон устроила?! Ада! Я в опеку обращусь! И Катя будет жить со мной! — голос сорвался почти на визг.

Романов не дал ей ответить, вышел в подъезд, пропустил Дениса и захлопнул дверь. Толкнул Игорька в плечо.

— Вали на х. й отсюда. Доступно изъясняюсь? В опеку? — Захар улыбался. Только улыбка эта больше была похожа на звериный оскал. Склонил голову и сощурился. Дьявол во плоти. Игорь понимал, что противостоять такому человеку просто опасно. Он молча развернулся к лифту. — Ты долбоеб Самойлов. И свое счастье давно просрал. Пиздуй нахуй к своей мамочке под юбку, и там права качай. Здесь, на пороге квартиры, или вообще в жизни моей будущей жены, чтобы я тебя больше не видел. Угрозы это не мое. Я не угрожаю. Предупреждаю. Потому что если начну угрожать, ты стоять на ногах и тем более ходить уже не сможешь!

— Есть мужья и любовники. Все уходящее. Бывший муж это не забываемый статус. К тому же я отец нашей дочери! И это никакими угрозами не сотрешь! Она же снежная королева! Холодная, как рыба.

— Королева. Точно. Но для тебя не доступная. Еще хоть слово, и говорить больше не сможешь. Выход там!

Романов вошел в квартиру. Ада. Вокруг нее много людей крутятся. Она видела его жену. Он теперь знает ее мужа. У них обоих много всего за плечами. Им предстоит хорошенько выстроить новое и прекрасное.

Жена. Улыбнулся своим мыслям. Ада Романова. Хорошо звучит. Теперь осталось в этом ее саму убедить.

Ада и Денис были на кухне. Зашипел электрический чайник. Ада что-то весело рассказывала. Денис гоготал в ответ.

Романов вошел, и прислонившись к стене в кухне, спросил брата, но при этом неотрывно наблюдал за Адой. Ее движения. Грациозная. Маленькая. Пальчики подвижные и ловкие. Верхняя губа чуть выпирает вперед, придавая забавный и милый вид. Черные прямые пряди волос обрамляют маленькое личико. Она посмотрела на Захара. Просто поняла, что он смотрит. Тепло. Как же и тепло и уютно вместе. Столько времени ждал ее. Ходил вокруг да около. А надо было давно просто взять ее себе.

— Очень надеюсь, что тебе есть, что сказать! Ден! Слушаю тебя!

— Ада, знал бы, что этот сморчок твой бывший, при входе в подъезд, заранее отправил бы его подальше.

— Он так просто не отвяжется. И если честно, то Игорь не та проблема, которую вообще следует обсуждать. — Ада и Ден переглядывались. То ли ради шутки, то ли все так ради позлить Захара!

— Эй! Вы двое! Я не собираюсь молча вас слушать! Ден, вопрос задал! — а голос у Романова старшего все таки потрясающий. Сердце Ады замирает. Он, как дорогие духи многогранный и сложный!

Ада стояла у окна с чашкой кофе. В ее голове все еще жили последние слова Романова. Любовь? Полное доверие? Рассказать все? А он сам, готов к такому? И что греха таить, то, как он прогнал Игорька очень нравилось ей. Много раз хотела именно такой сцены. Хотела напора, завоеваний и побед. Но все же. Много сказано. Кроме одного. Самого важного. Останется ли Захар навсегда. Сейчас брата своего сверлит взглядом. И видно, как дымит адское пламя в зеленых глазах. Он снова становится тем самым генеральным директором. Нахмуренный. Сосредоточенный. Ни единый мускул не дрогнет на лице. Ревнует? Нет. В их переглядывании что-то другое. Наверняка. Братья давно выяснили отношения. Ада даже не пыталась вспоминать прошлое. Потому что есть мужчина, который слишком ярко озарил настоящее!

Ден расположился за столиком. И совершенно не смущался своего присутствия. Какой же он все таки симпатяга, в очередной раз поразилась Ада. Да, вкус на мужиков у нее точно есть. Не считая бывшего мужа! С тем ошибочка вышла, по малолетству! Денис, конечно, и близко ни в какое сравнение с Романовым. Но тут имеет значение возраст. Мальчишка еще слишком молод и горяч. И все же, секс излучает одной своей улыбочкой. Весь такой небрежно привлекательный. Забавные вихры прикрывают верхнюю часть лица. Милашка. Он подмигнул своей бывшей любовнице. И та подмигнула в ответ.

Захар аж подпрыгнул. Сохранил выдержку. Но руки сжались в кулаки.

— Вы тут оба совсем уже ох. ли?! — зарычал Захар, нависая над Денисом. Тот засмеялся и поднял руки, в знак полной капитуляции.

— Эй, бро! Да понял я! Что ты тут вожак и все такое! Тетушка переживает за тебя, вот просила позвать всех на ужин. Знаешь же, что противостоять ей не могу!

— Ты мне тут зубы не заговаривай!

— Телефончик-то проверь! Он выключен у тебя!

— Ты сейчас прям Отелло недоделанный! Серьезно? Ты в курсе всего что было. Этого уже не изменить. Я же не накинулась на твою жену? — Ада заглянула в глаза Захара. Он подошел ближе и плотнее запахнул ее халатик. Чмокнул в нос. И взъерошил волосы.

— Ада моя! Еще слово и точно кого-нибудь прикончу. И так как тебя обижать не могу, достанется вон тому малолетнему пройдохе!

Ада готова была хохотать во все горло. Ден так же позади давился от смеха.

— Бро! Вот это номер! Цирк шапито нервно курит в сторонке! Бро! Ты и ревность! Черт! Хочу это развидеть! Прям ну вот совсем! Ты ж стер все свои стереотипы! Чувак! — Ден теперь откровенно ржал над братом. Не зная восхищаться или завидовать, — Адушка! Ну ты ведьма! Довела человека! А ведь он нормальным был!

Ада больше не могла сдерживаться и тоже рассмеялась во весь голос. Как-то так хорошо стало! От одного вида ревнующего Романова в ее животе расцвели ромашки! И теперь мягкие и нежные лепесточки щекотали внутренности!

— Ден, шел бы ты.

— Я же не только ради ужина пришел. Тетушка до тебя дозвониться не может. Хоть бы вспомнил о родителях!

— Я тебя все же прибью сегодня!

— Нет! На моей кухне разборок не будет. Не люблю вид крови.

Ден вдруг как-то посерьезнел. Встал со своего места.

— Я хотел с Адой поговорить. Но теперь понял, что нет смысла. А вообще, Захар, ты ж не вечно рядом с ней будешь. Я подожду. И нечего беситься. — он так многозначительно посмотрел на Аду, — не сбавляй обороты, бро. И помни, я рядом. Когда-то Ада смогла сбежать. От меня. Я позволил. Сам упустил шанс. До той нашей встречи, даже не думал, что можно вот так скучать по человеку. Ада. Я всегда буду где-то поблизости. — сложно понять шутит или всерьез? — Но если ты, Захарище, сделаешь ошибку, я буду рядом. Буду каждый твой шаг просчитывать. И кто знает, может, ухвачу удачу за хвост.

— Хрен тебе! Ада моя. Навсегда. На всю жизнь. И не нарывайся больше. Выкини из головы этот бред.

— Я, вообще-то, тут, мальчики! — Ада хотела отойти в сторону, но Захар снова прижал ее к себе. Прижал так, чтобы слышала, как волнуется его сердце.

— А ты у нас на самом деле кокетка!

— А, может, выберешь? — Ден подошел к ней поближе, — Я моложе. На этом старпере пробу ставить негде! — мальчишка улыбался во все 32 зуба! Провоцирует. Как пить дать, провоцирует! Забавляется.

— Вот да, придумали! Устроили тут ярмарку невест-женихов! Захар, я так понимаю, едем к твоим родителям? — спросила ада, когда Захар сходил в комнату за телефоном и вернулся.

— Нет. Не сегодня. — он наконец-то включил свой телефон. И теперь немного растерянно смотрел в экран. — Я в аэропорт. — он обнял Аду, чмокнул в макушку. И просто прижал к себе, — Полина пропала. Найду и заберу дочь. А ты, Ден, отвезешь Аду к родителям. — посмотрел на брата. Они оба переглянулись, прекрасно понимая, что происходит. Ада слегка отстранилась. Снова уткнулась лицом в его грудь.

— Я без тебя не поеду. — ее вдруг начало трясти. При мысли, что вот сейчас он выйдет за дверь. Выйдет. И уже все измениться. Ладони вспотели. А в глазах сверкнули слезы. Ада быстро взяла себя в руки. Но стало так страшно от собственных переживаний. Не расставаться с Романовым. Это стало единственным важным.

— Поедешь, милая. — он снова крепко прижал девушку к себе. Уткнулся лицом в шею. Денис даже отвернулся. Захар прошептал, — ты не просто поедешь. Будешь рядом с Денисом! Или он рядом с тобой. Называй, как хочешь. Но теперь он станет твоим телохранителем. И еще! Ада! — он понизил голос до шепота, так чтобы слышала только она: — Когда вернусь, поменяем твою фамилию. Романова тебе лучше подходит, чем Самойлова.

Ада лишь открывала рот, как рыбка, и не знала что ответить. Это предложение? То самое, от которого она отказалась? Нет, это скорее приказ и твердое уже решение. Во что же она попала?!

— Вы сейчас играете во что-то?

Как ей рассказать, что проделки его бывшей жены не проходят бесследно?! Об этом нельзя говорить! Никому! Все внутри. Болото из грязи и беспринципной подлости. Он рано пришел. Рано. Поддался своей слабости. Тот ее взгляд, прожигающий спину. Его необходимо было увидеть. Усмирить собственную боль. Ада должна была остаться в стороне. Она на самом деле оказалась намного наивнее и чище, чем он вообще мог представить. Он скучал по этой девчонке! Скучал так, что скручивало все внутри! Хотелось лезть на стену от одиночества и тоски. Захар смял ее губы своими. Вдохнул ее дыхание. Словно пытаясь зарядиться, запастись ее теплом, ее жизнью, близостью. Она и есть его спасение. Его очищение и свобода.

Но в его смартфоне появилось сообщение: ЭТОМУ НЕ БЫВАТЬ! И фото Ады! Так же сообщение от Поли: Пап я пропала. И еще несколько голосовых сообщений от незнакомого человека. Романов долгие годы живет так, словно минное поле дом родной! Он каждое утро просыпаясь, готов был Бога благодарить, что утро настало и все спокойно. Ангелина. Видимо, в прошлой жизни он предал родину или просто полмира загубил. Его любимый роман Джейн Эйр. Ха! Рочестер жил под гнетом сумасшедшего брака. Захар хоть и развелся, но полностью контролировал бывшую жену. Притворялся. Подстраивался. Свою жизнь создавал как бы в стороне от этого ужаса. Но Ангелина, как яростная ищейка, всегда находила способы все разрушить! Денис, возможно, один из немногих людей, знает всю суть происходящего. И как бы не хотелось, но в очередной раз предстоит доверять брату. Аду нельзя сейчас оставлять одну. Она ничего не знает. Ничего не понимает. А если узнает, то точно сбежит! Погонит его прочь! Потому что ей есть что защищать.

Начало войны объявлено. Предстоит не простое время.

Денис знал, что за фрукт Ангелина. Он уже спасал Полину от ненормальной матери. И до сих пор помнил, как брат метался в панике, когда забрали его дочь. Теперь Ангелина нашла новую мишень. Вот только ставить ли эту мишень в известность.

— Это не игра. Денис, ты на машине?

— Да. Отвезти тебя в аэропорт?

— Вы оба меня пугаете. Я не могу просто начать жить по твоим правилам. — Ада отвернулась к окну. Ровная спина. Спокойный голос. Словно и не было этих мгновений слабости. Сейчас слабость непозволительная роскошь.

— Пусть Катя живет у Артема. А ты поживешь у моих родителей. Ден станет твоим водителем. Это не на долго. Обещаю. Не по правилам. Просто ради твоей безопасности.

— А она есть? Опасность.

Ада вышла из кухни. Что-то происходит. Она узнает. Конечно, все узнает. И все разрешиться. Романов не тот человек, чтобы позволить выйти ситуации из-под контроля. Но его взгляд. Может быть, впервые она видит его на столько серьезным и злым, что холод пробегает по позвоночнику.

Захар вошел следом за Адой в спальню.

— Ада моя. Я все тебе расскажу. Поверь, это не на долго!

— Это твоя бывшая жена? Она причина? — она помнит, каким он был тогда, на стоянке. Со своей женой. Как скала. Ледяная. Неприступная. Сейчас он тоже мог быть таким же. Но не с ней.

— Ты обо всем узнаешь. Обещаю.

— Хорошо.

25

Ада все таки отправилась в дом его родителей. Отправилась, потому что не могла отказать Захару. Ни в чем. Слабачка. Перед ним так естественно быть хрупкой и ранимой.

— Захар, я точно понимаю, что влезла во что-то не очень простое. Но я не на столько слаба, чтобы скрывать от меня детали. Рано или поздно все узнаю. И лучше, если узнаю от тебя! — она смотрела в его глаза и почти молила о доверии! Уже тогда, перед самым его отъездом, понимала, что он тот, за кого можно держаться и бороться. — Я не сдаюсь легко на пол пути! Захар! Просто будь честен со мной!

— Я никогда тебя не обманывал, Ада моя. Никогда. И да, я все тебе расскажу. Когда вернусь.

— Почему то очень хочется плакать. Словно, твое возвращение потеряет свой смысл.

Все было тихо и спокойно. Захар не звонил. Присылала лишь сообщения в вайбере. Короткие и редкие. Ада никого не донимала с вопросами. Но и просто ждать на месте тоже не получалось. Дом родителей изменился с последнего раза. Теперь там царили мир и уют. Все такое теплое и родное. Инна умела устроить именно дом для семьи, не музей! Вообще за эти три дня Ада решила, что подружилась с родителями Захара. Чему в очень большой степени содействовал Денис. Все было хорошо.

Денис откровенно флиртовал с ней! Нечаянные прикосновения. Улыбочки. Легкие поцелуйчики в щечку. Ада позвонила Леонтьевой. И позвала ее в гости. На турнир по теннису. Паулина сначала попыталась возникать и даже послать подальше. Но услышав, что это дом родителей Романова! И что есть еще и младший Романов — примчалась через час! При этом выглядела, как счастливая школьница. Ада даже рот открыла, когда подруга-неподруга выскочила из машины. Короткая плиссированная юбчонка, топ узлом под грудью, хвостики рыжие.

— Екарный бабай! — Ада сложила ладошки возле груди и пропела: — Валлеррраа! Ты ли это! А где адские каблуки и боевой макияж!

Паулина подергала ножкой, демонстрируя гольфы и легкие кеды.

— Сама ж сказала, надо младшенького соблазнить! Так вот я и подготовилась! — соблазнительно поправила грудь и ухмыльнулась.

— Ну отлично. Медстарз еще стоит? Все на рабочих местах?

— Думаешь, без тебя офис рухнет! Хрен тебе, дорогуша! Выпру я тебя скоро на хер из Медстарза! Все равно в женушки Елизаровские метишь. Нам конкуренты на рабочих местах не нужны!

— Ты совсем, Леонтьева?! Приехала, в такую глушь, чтобы это сказать? Не боишься? Оглянись! Закопаю тебя где нибудь потихонечку! И стану самым крутым директором! А?

— Б! Веди меня к мальчишкам! Я развлекаться приехала! Убивать потом будешь!

И да, они устроили настоящий турнир! При чем, даже Инна Матвеевна и Сергей Викторович участвовали! Еще пару охранников и соседи! Было настолько весело и беззаботно! Ада уже устала по сто раз в минуту проверять свой смартфон. Поэтому теннис был отличным способом отвлечься. И ее задумка удалась! Денис не просто увлекся! Его глаза загорелись при виде Паулины! Рыжая громогласная и задорная девчонка знала себе цену! И умело завлекала все мужское общество. В этом и была вся она!

Ада увидела мелькнувший силуэт. Кто-то бы позади живой изгороди. И этот кто-то точно не из их компании.

Она решила проверить и смело направилась с площадки. Солнце светило очень ярко. Зелень уже вовсю покрывала темные ветки деревьев. Весна. Прекрасное и нежное время года. Когда хочется дышать полной грудью.

Сейчас Ада нервничала. И совсем не могла привести мысли в порядок. Но пойти за незнакомым человеком могла стать серьезной ошибкой.

Денис ухватил ее за предплечье. Ухватил и рванул на себя.

— Куда ты собралась?! — Он злился. И сейчас как никогда был абсолютной копией своего брата. Взъерошенный, взгляд переполненный скрытой угрозы. Нет. Пожалуй, этот пацан станет еще хуже своего брата! Он ухватил Аду за голову и приблизил свое лицо. Так что их дыхание смешалось.

— Тою мать! Денис! Я же не тень твоя! Отцепись уже!

— Ты как слепой котенок! Ада! Нельзя уходить одной! Будешь убегать, наручниками к кровати прикую! А еще напомню, как помогал когда-то сбросить напряжение! — он все таки коснулся губами ее губ. Но Ада выгнулась в его руках. Так что их нижняя часть тела слишком плотно соприкоснулась. И он точно был в полной боевой готовности.

— Я тебя скоро ненавидеть буду!

— Ненавидеть за то что я хочу тебя? Или за то, что хочешь сама?

— Отпусти, Денис! Отпусти и сходи, прими холодный душ!

— Ну зачем же! Ты мне вон какую горячую штучку подогнала! Трахну твою Леонтьеву! Чтоб все в округе услышали! Будешь ревновать? — Он был настолько горячим, что ладони Ады прожигало насквозь. И да, конечно, она помнит, каким страстным и порывистым он может быть! Тогда в ночном клубе он реально ее возбудил и закружил! Но сейчас все иначе! Если тело и реагирует на него то далеко не так, как происходило с Захаром. Ада ударила ладонями по груди парня.

— Нет, Денис! Не буду ревновать! Из нас двоих, по какой-то непонятной причине ревнуешь именно ты! Ни в прошлом, ни сейчас не давала тебе поводов так вести себя! Отпусти! — что он пытается доказать? Отвлечь от происходящего или в его глазах реально полыхает смесь ревности и желания!

Парень так страстно заключил ее в кольцо своих рук, что Ада не спела среагировать! Мгновенный его порыв сразу же остыл. Но было поздно. Леонтьева увидела это. Рыжие косички подпрыгнули. Губы изогнулись. Язва проснулась! Она подскочила к ним. И даже слегка толкнула Аду.

— Вот ну какого х. я тебе это так просто удается! Ада, блять! Ты, оказывается, всех Романовых решила прибрать!

— Хватит, Паулина! Не неси ерунды! — между ними всегда существовала некая непонятная грань. И сейчас Паулина сгорала от злости, готовая стереть любые преграды. Ухватила Аду за плечи. Та поморщилась. Кажется после рук Дениса еще остались следы. Теперь Леонтьева. Что им всем от нее нужно?! Что происходит! — Иногда не понимаю, Пауль, ты ревнуешь мужиков которые ко мне клеются? Или меня? — после этого вопроса они просто застыли, как два изваяния. Глаза в глаза. Лицо Леонтьевой покрывалось медленно красными пятнами. Как в чайнике закипала вода. Денис расцепил их руки. Приобнял Паулину.

— Девочки, брейк! Меня на всех хватит! Я ж вон какой большой! И сердце у меня огромное! — он посмотрел на Аду, поверх головы Паулины. Прогоняя. И в тоже время словно спрашивая, что между вами?

Ада развернулась и помчалась к дому. Идти за незнакомым силуэтом уже бессмысленно. А Ден и Паулина лишь острее напомнил, как не хватает Захара. Она постоянно думала лишь о нем! И каждую секунду убеждала себя, что это просто мысли. И та страсть, что кипела в крови сейчас, как лава выжигала мозг.

Прошло еще два дня. Два бесконечных мучительных дня! Ночью еще сложнее. Еще больнее и страшнее. Ада даже дочери не могла звонить. Не могла рассказать того, чего сама не знала. Леонтьева кричала, что очередные проблемы с заказом. После чего Ада уже не выдержала. Она, Ада, настояла поехать в офис. Ден отговаривал. Даже Инна Матвеевна вставила слово. Намекнула, что не советует уезжать.

Если бы не эта поездка!

Ада открыла глаза. И далось ей это с большими усилиями. В голове пульсировала боль. Словно она провалилась в колодец и теперь медленно пробирается к свету.

Не сразу поняла, где находится. Тот самый дом. Не достроенный. Камин холодный и темный. Во всем помещении, как в склепе. Темно. Сыро. Даже окно завешено плотной тканью.

Мысли очень медленно заполняли помутненный мозг.

Денис! Точно! Они ехали с Деном! На его машине! После ее работы! Да. Потом, на встречку вылетела легковушка. Черный внедорожник! Как бешеный зверь выскочил из за поворота! Ден дернул руль. Визг резины об асфальт. Замедленный режим пролетающих моментов в жизни. Ада помнит как закрыла лицо руками. Ден что-то успел сказать! Полет в кювет. Но они не перевернулись. И нормально затормозили. Ден треснулся о лобовое стекло, так как не пристегивает ремень!

Ада выругалась. И только сейчас поняла, что не может двигаться. Совсем. Словно она это отдельное сознание от своего тела. Первый момент накрывает паника. Лишь глаза открывать и закрывать можно. Слеза скатилась по щеке. Боже! Они все таки разбились? И это ад?

— Не дергайся. Это бесполезно. — Хрипловатый и очень низкий голос. Женский. Не знакомый. Ада не сразу увидела того, кто это сказал. Ангелина. Та самая знаменитая красотка. Вся в черном элегантном наряде. Даже нелепо как-то выглядит в пустой комнате, без отделки. Склонилась над обездвиженной пленницей. Сердце Ады пустилось вскач. Ангелина перекрасила свои белокурые волосы в темно каштановый! Она что, ее, Аду копирует? Даже в этом прикиде, высокие сапоги, изящная атласная блузка. Это наряд Ады! Так однажды она посещала офис Елизара? Совпадение?

Ада молча прикрыла глаза. Паника превращалась в холодный разум. Ледяная изморось поползла по всему телу. Сердце уже не скачет. Словно ему тяжело качать кровь. И от напора оно пропускает удары. Губы свело судорогой. Почему она не может шевелиться?

— Ты под наркозом. Знаешь, есть такой. Когда человек в сознании. Но обездвижен. — женщина отвернулась. Она что-то делает. Ада не может видеть. Кажется это ее конец? Вот так все и закончится? Смешно. Никогда не во что не вмешиваться, а умереть от руки сумасшедшей. Романов стоит такого? Ее тихая, размеренная жизнь стала вот такой?

— Что молчишь? Знаешь же кто я? — Ангелина обернулась. В ее руке сверкнул острое лезвие ножа. Ада шумно выдохнула, когда лезвие коснулось ее лица. А она это просто видела, но не чувствовала. Треск разрезаемой ткани. Ее раздевают! Просто оголяют тело! Ангелина отрывала куски ткани и выкидывала их в сторону. — Лучше отвечай, когда спрашиваю. А то прямо сейчас этот нож в тебя воткну. Хочешь? Это будет замечательная смерть. Без боли. Без сожалений. Просто закроешь глаза и растворишься.

— Тогда кого же ты копировать будешь? — значит, это Ангелина вокруг романовского дома бегала? Следила? Ада понятия не имеет, что происходит. Ей так никто ничего и не рассказал. А теперь она, на самом деле, как слепой котенок, в руках незнакомой сумасшедшей бабы!

— Ты сучка! Я тебе не давала разрешения говорить. Заткнись! Никого я не копирую! Просто все это на мне выглядит лучше, чем на тебе!

— Хоть всю мою одежду присвой, он тебя не полюбит!

— Смешная. — Ангелина присела на край диванчика. Теперь уже кончиками пальцев с очень длинным маникюром, прошлась по лицу Ады. — Не очень то ты и красивая. Мой муж совсем понизил планку! Раньше имел только самых горячих телочек. — склонилась ближе и губами прикоснулась к губам Ады. — Страшно тебе?

— В этом разница. Ты и те другие лишь телки. Я женщина. Одна. Единственная. Захар меня замуж позвал. И этот дом наше семейное гнездышко. Он узнает, что ты делаешь, и убьет. Знаешь, что он с моим бывшим сделал? Захар любого уничтожит, из-за меня.

— Заткнись тварь! — шипит, как змеюка. Даже слюни изо рта брызжут. Лицо побелело от собственной злобы. Сейчас ядом захлебнется. Ада лишь хрипло рассмеялась. Пусть, Ангелина взбеситься и сделает опрометчивый шаг! Ярость не лучший советчик.

— Я то заткнусь, но разве, может мужчина, который вылизывал каждый миллиметр моего тела, захотеть такую как ты? Посмотри на себя? Ты же толстая! И грудь скоро до пупка повиснет!

— Оху. ла совсем! Ты что несешь, Я тебя изуродую, мразь подзаборная!

— Ты как в сказке, да, кто на свете всех милее! Только я лучше! Захар меня выбрал! Он признался, что давно влюблен! Значит, когда вы еще женаты были, он уже тогда любил меня и хотел! — Ада пошевелила пальцами. В душе загорелся огонек надежды. Потянуть время! Потянуть и сбежать! Может Ангелина уйдет! Или убьет быстро и безболезненно.

— Тебе не интересно, что делать с тобой собираюсь? Ада Георгиевна Самойлова. Интересно. По глазам вижу. — И все же бывшая жена Романова быстро остыла. — Ты сейчас не чувствуешь. Но я раздела тебя полностью. Кожа у тебя замечательная. Но вот волосы плохо удаляешь. — Ангелина водила рукой по телу Ады. Стало так холодно. Но по прежнему не получалось двинуться. Лишь кончики пальцев горели. Только этого слишком мало.

— Не трогай меня, Ангелина! — слезы застыли горечью в горле.

— Ну не только Захарчик имеет право на тебя. Говоришь, лучше меня? Вот и даю тебе шанс побывать в руках настоящих мужиков! Ты у нас пользуешься спросом. Сейчас еще желающие появятся. Посмотрю потом с каким лицом тебя твой любовничек примет. Ден уже трахал тебя? Ну конечно. Славный мальчишка. Резвый. Перед таким не грех ноги раздвинуть. Видела, как он на тебя смотрит и зажимает! Пусть и другие порадуются. Научу тебя чужих мужиков не уводить!

— О! так мы не одни веселиться будем? — Ада продолжала уговаривать свое тело хотя бы дернуться. — Ангелина, ты же давно уже свободная женщина! Какого мужика я могла увести?!

— Слышь, шалава облезлая! Ты больше на мальчика похожа! Костлявая и низкорослая! Захарчик мой! Всегда был моим! А у тебя теперь много мужиков будет! Или нет. Пусть мой громила тебя хорошенько выебет, а потом я тебе внутренности вырежу. Или в бордель продам. Там такие плоские очень актуальны! А может сделаю тебе подарок, сиськи вживим! А? станешь шлюхой силиконовой! — Позади послышалось движение, — Смотри, он же огромный! Раздевайся. — рявкнула Ангелина оборачиваясь. Глаза Ады расширились, когда она увидела вошедшего человека. Выглядел очень внушительно. Совершенно лысый. С маленькими темными глазками. Он облизывал губы и довольно скалился. — А еще позвоню своему старому знакомому! Карпов. Анатолий Петрович. Горячий мужик! Любит наручники и плетки! Да так, чтоб до кровавых следов! Когда он меня трахал, я даже отключалась. Стегал по телу, так что потом к пластическим лепилам обращаться пришлось.

— Тебе нравится боль?

— И тебе понравится. Вокруг извращенцев на много больше чем ты представляешь.

— И кто из них сделал тебя такой? Отец? Или первый парень? Был кто-то, кто обидел тебя, Ангелина?

Ведьма взмахом руки остановила немого насильника. Склонилась к своей жертве. Приложила палец к губам Ады. И та почувствовала привкус крови.

— Это твоя кровь. Нравится? Я порезала твое личико. — склонилась и лизнула порез. Потом как настоящий вампир облизала кровавые губы, — вкусная ты. Не надо пытаться меня сканировать! Я сама всегда стремилась к новым острым ощущениям. И секс это лучший способ выразить себя.

— Поэтому ты запомнила лишь Захара? Почему так хочешь его вернуть?

— Потому что он один поддается манипуляциям. Потому что только он по настоящему страдает из-за меня. Все остальные слишком похожи на меня саму! Захар другой. Его дочь уже в борделе. Вот и тебя продам. Карпов тоже скоро явится. Он, кстати, на тебя зуб точит. Или член. Не знаю точно. — Ада удивилась что эта фамилия всплыла в таком странном разговоре. Но теперь мысль о встречи с Карповым по настоящему пугала. Даже больше, чем вид лысого незнакомца перед лицом. Слова о борделе, и о дочери! Что происходит? Как вообще такое возможно?!

— Полина еще ребенок! Ты можешь издеваться над Захаром. Но Полина! Где она?!

— Чуть позднее устрою вам встречку. Не терпится?!

— Ангелина! Ты же совсем меня не знаешь. Почему просто не пришла поговорить! Это же возможно!

— Говорить? А ты сама не знаешь, что чужое трогать нельзя?!

Здоровяк молча расстегнул и спустил свои штаны. Его толстый красный член уже во всю топорщился. Мужик довольно водил по члену рукой, приближаясь к неподвижной Аде.

— Он немой! Так что не пытайся с ним говорить. Засунь ей в рот! Мне нравилось смотреть, как Захар трахает других. А потом возвращается ко мне. Я всегда была откровенной с ним! Всегда улавливала его желания! И умело скрывала свои собственные приключения. Тебя после того, как ты обслужишь всех желающих, он уже не примет. Брезгливый мой Захарчик. Такой весь Романов.

Ада зажмурила глаза, когда вонючий и толстый орган начал лезть в ее лицо. Мужик растопырил ее рот и всунул член. Довольно так охая. Из глаз Ады потекли слезы. Как же мерзко и противно. Все так заледенело и остыло, словно она уже умерла. И даже не может сопротивляться происходящему.

— Ты должна хорошенько усвоить, сучка! Чужие мужики это неприкосновенность! Захар всегда был только со мной! Я могла творить что угодно! Но по первому зову он прибегал и падал к моим ногам! Он мой! Он только мой! Убью всех и вся! Пусть только посмеют встать между нами! Он иногда противится! Играет! Это игра у нас такая! Трахаться с кем попало, но всегда возвращаться друг к другу! Если надо я и мамашу его прикончу! Она на всех баб смотрит, как на врагов! Потому что ее сыночка никто не достоин! А мне плевать! Захар мой! Вот и ты поплатишься за то, что посмела на него рот разевать! — Ангелина почти визжала, свистящим шепотом, — Если не я, то Карпов убьет Захара! Да. Эти двое давно в контрах. И знаешь, Карпов попался на крючок. А ты станешь его спасением. Смешно. Карпов тебя поимеет. И Захар точно останется со мной. Как тебе член моего громилы! — Ангелина толкнула мужика, — хватит! Трахни ее теперь. Хороша?! Видишь, крошка, ты ему нравишься. Ревешь? Это ты зря! Когда начну кишки твои вырезать тогда и поревешь! — Ангелина ходила вокруг дивана и фотографировала на свой смартфон. В одной руке она так держала окровавленный нож. — Запечатлею! А потом оставлю эти картинки во всех соц сетях! На сайте твоего Медстарза! И все отправлю Романову! Он должен увидеть шалаву в деле! А еще фотки, где Дениска тебя прижимает. Захар в отъезде, а вы тут резвитесь. Он же решает важные вопросы! Знаешь, дочурку спасать поехал! — Ада задыхалась скопившейся желчью и горечью. Слова словно через вату проникали в мозг. Беззвучные рыдания заставляли грудь дрожать. Сколько грязи. Сколько дерьма сейчас в воздухе! Захар жил так? Захар открыл для нее новый мир. А теперь этот мир обернулся кошмаром.

Лысый навис над Адой. И уже пытался просунуть в нее свой инструмент. Ада закрыла глаза и начала громко вопить. Так громко, насколько это было возможным. В это самое время раздался жуткий грохот! Просто рухнула стена! И в полутемную комнаты въехал почти танк!

Ада всхлипнула и поняла, что отключается.

26

Захар вернулся из аэропорта. И обнаружил незнакомый автомобиль во дворе своего пока еще недостроенного дома! Он знал об аварии. И о том, что Ада пропала! Первым делом подключил все возможные поисковые возможности. Клиники Елизар сотрудничали с лучшим охранным агентством не только в этом городе, н и по всей стране. И это были люди, не просто охрана зданий или территории, это настоящие специалисты в области отслеживания и сокрытия информации. А так же работа с силовыми структурами и даже военными ведомствами. Весь поселок, где проживали родители, полностью подвергся тщательному обыску. Потому что телефон Ады давно уже стоял на отслеживании. Захар никогда не выпускал ее из вида. И после аварии, которая случилась на территории поселка, Ада так и не покинула его границы. Понятное дело, что это не всегда правильные выводы. Но все же!

Ангелина так же находилась в поселке! И именно это стало знаком, что все они совсем близко!

Захар готов был волосы на голове драть! Он орал, как псих неудержимый на каждого, кто пытался просто привести его в чувство! Ни Ден, ни родители, ни даже дочь, не могли его успокоить! Ада! Его Ада в руках Ангелины! Это настоящий удар! Нет! Не удар! Смерти подобна даже мысль об этом! Ангелина давно уже страдала психическим расстройством. И он, как заботливый муж, пытался ее лечить. Она сбегала. И продолжала творить жуткие поступки. Полину она увезла только благодаря Карпову! Да! Именно он когда-то устроил их побег! Ада. Теперь она все же узнает о том, что за жизнь у семьи Романовых! Это невозможно описать и объяснить.

Захар попытался сначала войти в дом. Все закрыто. Плевать! Пусть это здание превратиться в руины. И поэтому въехать в стену не было даже сомнением! Он нутром чуял, что Ада там! А уж когда услышал крик, убедился! Спец группа из охранного агентства уже были на подъезде. Но ждать Захар точно не собирался.

Увидев обнаженную и плачущую Аду, Захар потерял контроль окончательно. С разбегу пнул ногой мужика так, что тот покатился кубарем и врезался в стену. Подлетел к нему и снова врезал ногой по голове. Тот сполз и отключился.

Ден в это же время кинулся на Ангелину. Она завизжала. Извернулась. Ее глаза как у сорвавшейся с цепи собаки, крутились и выпрыгивали из орбит.

— Я вам так просто не сдамся! — Одно движение. Пара прыжков! Она прыгнула на Аду! И со всего маху воткнула нож в ее живот! Нож, который она так и держала в руке! Острое лезвие как по маслу вошло внутрь, по самую рукоятку. Замедленный кадр. Захар в этот момент сам чуть не умер от ужаса! Ангелина лишь шире раскрыла глаза и начала хохотать. Она хотела повернуть нож, Но ей не дали!

Захар скрутил свою бывшую жену. Швырнул ее об стену так, что у той искры из глаз посыпались.

В комнату тут же ввалились еще несколько человек в военной экипировке. И теперь начался настоящий хаос.

Ада ничего не слышала. Боли не было. Совсем. Только отключалось сознание. Не было и страха. Полная темнота окутала мозг. Умереть вот так, ничего так и не понимая. Как глупо. Умереть вот такой грязной и пользованной! Как несправедливо. Она так долго и упорно устраивала свою жизнь, по камешку, выкладывая нужный фасад. И что в итоге? Не останется ничего. Катя. Да. Пожалуй, ей будет совсем одиноко. Ее главное и самое важное достижение, наследие всей жизни, это Катя. Захар. Если она умрет сейчас, он запомнит ее вот такую? Голую, грязную, измученную.

Если она выживет, это будет конец. Захар исчезнет. Да. Та правильно. Захар не для нее. Она умирает по его вине? Нет. По собственной глупости. Но того что было рассказать ему не сможет. И с ним быть не сумеет больше. Теперь сама Ада разделилась на до и после. Ада — любовница Романова осталась во вчерашнем дне. Да. Когда он уехал в аэропорт. Тогда он видел ее в последний раз. Если она выживет, то это будет другой человек. Другая Ада. Она посвятит себя своей карьере. Искусству. Дочери. Но не ему. Ни искусству, ни дочери не нужна будет правда. А Захар потребует. Нет. Этого нельзя допустить. Пусть запомнит ее живой и красивой. Навсегда.

Захар завернул Аду в покрывало, и направился к машине. Растолкал всех, кто пытался его остановить. Собранный. Холодный. Злой. Ден бежал за ним следом. Сел за руль.

— Даже не пытайся сам вести! Держи Аду! Я вас отвезу.

Захар держал Аду, как нечто самое ценное и важное в его жизни. Он смотрел в ее бледное лицо. И молился. Может быть, впервые в жизни молился. Лишь на мгновение она приоткрыла глаза. Улыбнулась. Посмотрела так внимательно, так внушительно. Словно прощаясь. Она простилась с ним. И снова отключилась. Не понятно одно, Ада ранена или он умирает?

— Я тебя спасу, моя девочка. Любимая моя. Все будет хорошо.

Ден только посматривал в зеркало заднего вида. У самого руки тряслись.

Романов позвонил в свою клинику и заорал, чтоб готовили операционную! Чтоб все хирурги были в сборе! Это самый кошмарный и страшный момент!

Ее кладут на каталку и везут. Как в кино. Может это и есть лишь съемки фильма. Вот именно в такие моменты понимаешь, что жизнь заключается теперь в одном единственном человеке. Нет сил даже просто дышать без нее. Болит каждая молекула в теле. Это его растлили там, на том диване! Это с него содрали одежду и унизили! Ада. Его красивая нежная девочка! Как он, Захар Романов, посмел войти в ее жизнь! И сделать с ней такое? По крупицам открывал для Ады новый мир ласк и страсти. А в итоге, стер все в порошок! И это он! Только он виноват! Что сразу не убил свою бывшую! Сразу не растерзал эту тварь! Ангелина превратила в бесконечный кошмар его жизнь, и жизнь собственной дочери! Она не гнушалась ни какими мерзкими поступками! И перед отъездом, уже тогда надо было эту суку в психушку закрыть!

Нож. Этот нож не в тело Ады вонзился, а в его сердце вошел! И теперь во рту привкус крови. Вся душа в крови.

Он как дикий зверь потом метался по коридору клиники. Дергал свои седые волосы и стучал кулаком в стену. Он спас дочь. Но погубил жизнь ни в чем не повинной девчонки. Он похоронил свою мечту. Свой мелькнувший кусочек счастья. И теперь навеки обречен остаться в темноте. Она простилась с ним. Не потому что ранена. Простилась, потому что будущего у них нет.

Приехала Катя и Артем. Она лишь молча посмотрела ему в глаза. Он ничего не смог сказать, кроме: — прости.

Катя лишь махнула головой. Тихо заплакала, плача лицо на плече своего парня. Просто увидела, что все на самом деле серьезно.

— Моя мама все, что у меня есть.

Захар знал, что все будет хорошо. Одна из медсестер сразу же примчалась из операционной, чтобы сообщить, что лезвие прошло по касательной. Ни один орган серьезно не поврежден. Лишь требовалась кровь. Больших запасов в их клинике не было. Кровь сдавала Катя. И он, Захар. У них оказалась одна группа крови. Это мелочь. Это такая мелочь. Готов всю свою кровь ей отдать. И пересадить все органы. Не важно.

Ден толкнул брата в плечо, когда Захар еле передвигая ноги, вышел из процедурной.

— Захар! Мать твою! Сегодня не Хэллоуин! Переоденься, бл!

Захар осмотрелся. Он весь в крови. В ее крови! И это он во всем виноват! Что с ней было там! Что было бы не появись они! Захар закрыл лицо руками, сел прямо на пол в коридоре.

Все эти дни он медленно сходил с ума. Усталость и мерзость прошедших дней окончательно выбили брешь в его броне. Ему позвонила женщина из борделя! Бордель, куда продала Полину его бывшая жена! Это как вообще можно понять?! Она продала свою дочь! Заявив, что никто ей не нужен, если он, Захар, ее бросит! Она пыталась шантажировать вот так? Это даже рассказать кому-то невозможно! Смысл происшедшего ужасен! Ангелина всегда делала, что ей приходило в голову. Просто выдумывала и творила. Любил ли он когда-нибудь ее? Как можно любить своего палача и мучителя? Как они вообще поженились? Из-за Полины. Да. Ангелина забеременела. И он, как настоящий мужчина, женился. Поздно осознал свою ошибку.

Романов встал. Направился в свой кабинет. Обернулся.

— Катя, Ден! В мой кабинет! Там будем ждать. Артем, помоги Кате! Кровь сдавать не простое дело. Теперь нам всем надо сил набраться. Ради Ады!

— Я здесь останусь. — Катя не собиралась уходить от операционной.

— Кать. В кабинет. — Минутная слабость прошла. Расслабляться нельзя. Он же Романов! Столько людей теперь в таком же состоянии. — Я тебе все объясню. С Адой все будет хорошо. Поверь.

— Я уже поверила тебе один раз! Ты сначала с бабами разберись неудовлетворенными! А потом к моей маме лезь! — Катя одернула себя, понимая, что сейчас просто в панике. И молча пошла за Романовым.

В кабинете он принял душ, пока Катя и Ден пили чай.

А потом они все вместе пошли в палату. Операция прошла успешно. Захар остался в кабинете. Мучил допросом врача. Все отправились в палату. А он не решался идти. Увидеть ее глаза. Ее боль и осуждение. Нет. После. Когда она останется одна. Не при всех. Умолять о прощении. Умолять. Стереть из ее памяти весь этот ужас. Увезти ее туда, где светит солнце.

27

Ада с трудом разлепила веки. Кажется, она все же умерла. Свет. Такой резкий свет пробирал зрение. Слишком резко. Голова шевельнулась. В горле пересохло так, что даже звук из него не мог выйти. Что произошло? Почему вокруг такой яркий белый свет!

И все же она почувствовала что-то тяжелое на свое руке. Физически и внутренне эта странная тяжесть вселила крошечную радость в замерзшее сердце. Вспомнилось, как было тогда, когда не могла шевелиться. Значит, все таки жива. Дочь не осталась сиротой. Потому что без нее папаше Игорю она точно не нужна станет. Хорошо, что у Кати есть Артем. Артем. Хорошо ли, что они вместе? Карпов косвенно, но имеет отношение к происходящему. Карпов старший давно на слуху, но уже внушает ужас. Катя не может открыто с ним бороться. Катя в опасности. Катя.

Какие оказывается тяжелые веки. Или это ресницы?

Захар. Точно. Его седая голова покоиться на постели, рядом с Адой. Он поседел еще сильнее. Раньше Ада считала, что это фишка его стилиста. Оказывается это просто Захар. Слишком смелый, чтобы скрывать седину.

Больница. Пиканье приборов. Запах лекарств.

Вот бл.ь. Ругаться стала, как он. Он рядом. Это хорошо. Горло болит. Но дышит сама.

Ада дернулась. И Романов тут же поднял свое помятое красивое лицо. Зарос совсем. Дед Мазай, твою мать.

Он потянулся к девушке. Лишь слегка касаясь ее лица кончиками пальцев. Серьезный. Ни единого намека на улыбку. Боже! Как же сердце саднит от его вот такого взгляда.

— Господи! Ты пришла в себя. Ада моя! Как же тебя люблю, девочка моя. Я знал, ты справишься. Молчи. Сейчас всех врачей позову. Пусть посмотрят! Как ты? Все хорошо? Где болит!

— Романов! — все же прохрипела Ада. И слегка сжала запястье его руки. — Как твоя дочь? — Это то что на самом деле волновало ее? Нет! Не только это! Ее слишком волновал он! Он! Захар Романов! Человек, проживающий свою жизнь ярко и весело, но все же в аду!

— Полина? Ты сама после сложнейшей операции… — он замолчал, увидев сверкающий взгляд., - слава Богу! Вижу, ты и вправду в себя пришла. — Взял ее руку и поцеловал кончики пальцев, — Полина у моих родителей. Все хорошо. Ангелина теперь закрыта на веки вечные. И не волнуйся. Она не в тюрьме. Никаких справедливых судов не будет. Она в тюрьме-психушке. Я заплатил за ее пребывание там пожизненно! И да, такая психушка есть. И уйти оттуда нельзя. Совсем. Я на все вопросы ответил?

— Почти. — Он даже не подозревает что врагов у него на много больше. Карпов. Ангелина не просто так про него говорила. Карпов. Он однажды лишил Захара дочери. Что же дальше?

— Катя скоро придет. Ты больше суток проспала. — Молчание. Оно почти ощутимо повисло в воздухе. Захар встал во весь свой немаленький рост. Склонил голову. Видно было, что зажмурился, словно пытаясь сфокусировать зрение. На самом деле боролся. Понимая, что все изменилось. Во взгляде Ады по прежнему была искренняя вера в него. Но! Теперь в ее глазах застыл и ужас происшедшего. И даже некое обвинение, — Прогонишь меня, теперь, после всего? Скажи. Если хочешь, я исчезну.

— Вот так просто?

— Вот так просто? Это по твоему просто?

Он потянулся и губами коснулся ее холодной щеки. Провел горячей ладонью по бледному лицу. Пальцы слегка запуталсь в темных волосах. Сейчас она совсем не пахла собой. Был лишь запах больницы и боли. Запах крови и тоски.

— Прости.

— Романов, ты не должен просить прощения. Одному Богу известно, в каком аду ты сам побывал. Я все выдержу. И справлюсь.

— Я тебя люблю. Ада.

— Именно сейчас, может быть, ты стал полностью свободным. Во всех смыслах свободным. Возможно, тебе необходимо время. Осознать и прожить так, как только ты сам этого желаешь. Захар, зачем тебе я? Я не умею подчиняться и подстраиваться. Не умею красиво выражать эмоции и создавать видимость спокойствия. Во мне еще больше ненормальности, чем в твоей бывшей жене!

— С ней приходилось бороться. С тобой будем сходить с ума вместе. — он снова сел на край кровати. Склонился, прижимаясь лбом к ее лбу. Сцепил зубы, — Ты моя, Ада! Ты же моя! — даже так она прекрасно слышала глухие и тяжелые удары его сердца. Он все понимает. И она давно уже все решила.

— Я тебя тоже очень люблю, Захар. Очень. — закрыла глаза. Как трудно говорить, не из-за того, что болит горло, а из за стона внутри, — Я хочу, чтобы ты ушел. — она сама медленно убрала его руку со своей руки. Отвела взгляд. Нет, слез не было. Только понимание, что решение верное. Так надо. Так лучше. Разойтись, чтобы расставить приоритеты. Она выжила. Умирая, решила, что им вместе быть не судьба. Это правильно. У них нет будущего. Нет. Он так устал. Видно, как непросто ему дается даже воздух через легкие прогонять. Словно замер весь мир.

— Ушел? — он встал. Сунул руки в карманы брюк. Склонил голову. — Если я буду тебя молить о прощении…

— Нет. Не в прощении дело. Я этого хочу. Чтобы ты ушел. Оставь меня. Дай мне время. Дай это время себе.

— Время. Это непозволительная роскошь. Ты на самом деле просишь о времени? Или это отговорка. Чтобы просто прекратить все. Ада. Ада. Ты готова жить без меня? Хорошо. Я ухожу. — он подошел поближе. Кончиками пальцев провел по ее щеке. Не время спорить. Ада приняла решение. И сейчас не свернет с этого пути. Кого она сейчас ненавидит больше: себя или его? Прижать ее к груди. Крепко крепко. И не отпускать. — Я тебя люблю. — и вышел, склонив голову. Слеза скатилась по щеке. Смахнул. И направился в свой кабинет. Холодно. Как стало серо и беспросветно. Пусто на душе. Словно выдернули все живое внутри. Уже в кабинете уставился в окно. Ледяное спокойствие. И полный штиль…

Ада тихо заплакала. Что хуже? Остаться без него, или увидеть презрение в его глазах? Каждый день бояться его потерять? Каждый день понимать, что все страшное еще не закончилось? Винит ли она его за случившееся? Нет, конечно! Виноваты те, кто это сотворил. Но вот как бороться с последствиями? Как теперь заштопать порванное сердце? и тело, ставшее оружием сумасшедшей!

Уже позднее, из новостей, Ада услышала версию, что Ангелина уехала на лечение за границу. Бывшая жена Захара Романова отказалась от своих притязаний на участие в проектах. Передала все права на использование своих акций и прав в Елизаре, своей дочери, Полине. А главным исполнителем назначили Романова. Все внешне выглядело очень презентабельно и правильно.

28

Лето в разгаре. От жары хочется растаять, как мороженка! В квартире беспрерывно работает кондиционер.

— Кать! Ты моя дочь, а не гувернантка! Ты можешь оставлять меня одну! — Ада наблюдала, как дочь суетиться на кухне. Решила сварить супчик. Притащила продукты. И теперь усердно строила из себя примерную кухарку. Прикусив губу, разделывала курицу. И чуть палец себе не оттяпала. Ада рассмеялась и выхватила нож. — Как тебя Артем терпит? Ты же совсем не желаешь становиться домохозяйкой!

— Мам! Ну ты чего! Он и не желает видеть во мне домоседку! Еду вполне можно заказывать! Сейчас это модно! Да и продукты в любое время на дом доставляют! — Катя после выписки матери из больницы изменилась. Очень. Стала еще более скрытной. И еще более заботливой. Она постоянно что-то пыталась сделать для Ады. Иногда смотрела так пристально и долго, что это даже пугало. Лишь однажды девочка все же сказала: Я так боялась тебя потерять.

— А посещать гастроэнтеролога тоже модно? Кать, переезжайте ко мне. А? я все время работаю. Вместе веселее будет. Ты же знаешь, я на вашу свободу не претендую. Квартира у нас очень даже комфортная и удобная! Будем настоящие вечеринки устраивать! Друзей ваших в гости приглашать! Ты все равно почти все время здесь! Работаешь, учишься! Все твои вещи здесь! — Ада точно знала, что уже вряд ли когда нибудь подпустит к себе другого человека. Никого. Романов ее запечатал. Заколдовал. Выстроил стену! как это еще назвать? Другие руки на своем теле она даже представлять не собиралась.

— Друзей? А ты? У тебя есть друзья, мам? Ты еще молодая! а уж красотка какая! Вот встретишь своего принца, и что? Живи на всю катушку! Твоя Леонтьева, например! Позови ее! Эта четкнутая рыжая точно умеет веселиться!

— Она не друг. Коллега. Руководитель. Собутыльник. Кто угодно. Не друг. Не доверяю ей. — правда в том, что не доверяет Ада теперь никому. В каждом потенциально видела некие признаки тайных мыслей. Ангелина выглядела вполне презентабельно. Вся такая элегантная и яркая. А что потом? Сумасшедший блеск ее глаз, и холодный смех до сих пор заставлял Аду сжиматься. Вот и Леонтьева всегда была слишком грубой и непредсказуемой.

— Я ее с Денисом видела. — Катя произнесла это тихо. Два месяца прошло. Имя Романова и упоминания о нем не произносились. Но Денис упорно приходил в гости и звонил Аде. Иногда присылала веселые эсэмэски! Привет, красотка, погуляем? Научу тебя веселиться! Если Ада его игнорила, названивал Кате. — шпион чертов. — Денис как-то легко и непринужденно забыл обо всем что случилось. Не забыл конечно, но делал вид. Он был уверен, что теперь имеет полное право вернуть забытые отношения. Настойчиво, в своей задорной манере, мог подкараулить Аду, у подъезда. или на стоянке.

— Почему шпион? — все равно тяжелеет внутри от боли. Сначала это был нестерпимый холод пустоты. Словно ей ампутировали конечности. И теперь надо учиться жить в новых условиях. Или внутренности заменили на стеклянные емкости. Боялась лишний раз двигаться. Не правильно повернешься и стекло внутри треснет. Потом пустота стала темной, ноющей и звенящей. По ночам просыпалась в слезах. Снов не запоминала. Лишь их отклик пробивал насквозь, оставляя открытые раны.

— Да что Леонтьева твоя, что Денис оба докладывают все Романову. — Катя запнулась. Посмотрела на Аду. Словно спрашивая разрешения говорить дальше. Ада улыбнулась дочери. Дениса она сразу же осадила. И четко дала понять — сежду ними никогда, ни при каких условиях ничего не будет. Пусть смело крутит свой роман с Леонтьевой.

Ада считала что научилась казаться безразличной и веселой. Сейчас это стало таким привычным. Она как-то срослась со своей тоской по человеку, который даже не звонил. Уважает ее решение? Или просто боится, что ему не ответят. Ответила бы она? Иногда казалось, что без него вообще не живет вовсе. Лишь застыла, как скованная льдом. И никогда уже не отогреется.

— Катюш, долго ты еще будешь вздрагивать, если начинаешь говорить о Романовых?

— С чего ты взяла! Не вздрагиваю я! Так вот… о чем я?

— О Романовых.

— Мааам.

— Просто скажи, что хотела.

— Я их видела в ресторане. Там подруга подрабатывает. Мы с ней договаривались встретиться. Они втроем из ресторана выходили. — Все таки Ада не рассчитала свои силы. Больно. Слышать о нем больно. Он не уехал. Хотя, Леонтьева кричала, что Романов в Москву собрался.

— Ну хорошо. Видела и видела. Мне все равно. И еще! В том ресторане точно подруга подрабатывает, а не ты сама? — мама и дочь не раз спорили на эту тему. Катя упорно порывалась начать работать. Но ада уверяла, что вполне в состоянии помогать дочери, пока та учится. Катя находила разные способы. И в итоге, Ада отступила. Поставив одно условие — пусть подработка, но только не в ночных клубах или ресторанах!

— Мам. У меня ест ьвполне спокойная и нормальная подработка. Я же обещала тебе. — Чиокнул Аду в щеку. Какая же Катя уже взрослая. — Он изменился. — снова помолчала и продолжила. — Изменился. Сильно. Волосы совсем коротко постриг, чуть ли не под нолик. И кажется совсем худой. Старый. Лицо осунулось. Даже не думала, что он настолько старый. — Не нужно называть имен, и так понятно о ком речь.

— Кать, ты зачем это говоришь сейчас?

— Потому, что и ты такая же! От тебя скоро даже воздух шарахаться будет! Посмотри! В зеркало на себя глянь! Ты за руль машины садишься, и менты тормозят, думая, что ты подросток! Ты больше не красишься ярко! Волосы выпадают. Я же вижу! Не ешь ничего! — Катя начала плакать и уже почти кричала, — мне живая мама нужна! Тогда на операции, я еле пережила все это! А теперь ты просто тихо умираешь! Артем тоже скоро меня бросит! Все вы! Вам плевать на меня! Думаете только о себе! Артем скорее всего к родителям вернется. И не говори, что тебе все равно! Потому что вижу, не так это! — Катя смахнула слезы. Она, как и мама не умела долго расслабляться. Но Ада обняла дочь.

— Мы справимся. Обещаю, все будет хорошо. Пригласи к нам Артема. С его отцом. Устроим семейный ужин. Поговорим. Может, он и серьезный дяденька, но все же человек! От разговоров не рассыплется! Просто, пригласи его.

— Нет, мам. Он домой не придет. Да и вообще, говорить не станет. Анатолий Петрович, не человек.

— Катя! Я так понимаю, что ты не просто расстроена, а уверена, что уже ничего нельзя сделать! Давай, попробуем хитростью. Этот Карпов, где именно работает?

— Он чаще в разъездах. Видела его пару раз. Больше на бандита похож. Пистолет в кобуре из под одежды выпирает. Усатый, как пират. И очень большой. А голос, словно он привык только орать. Говорит вроде спокойно, но стены дрожат. Мам, я выше тебя ростом, и знаешь, рядом с ним, в пупок ему дышу. Нет. Встречаться нам всем не нужно. — холодный озноб прошелся по телу Кати. Она прятала глаза от матери.

— Он озвучивал когда-нибудь причину своего такого враждебного настроя?

— Артем рассказывал. Его уже почти женили. Ну как бы связали обещанием. Что он жениться на дочери какого-то важного человека из Москвы. Дело не во мне. А просто у Анатолия Петровича другие планы на жизнь сына. Да, он взрослый и вполне самостоятельный. Мам. Я вижу. И точно знаю, он боится своего отца. Очень.

Ада вспомнила слова Захара — обещай, что позвонишь, если встретишь Карпова. Захар. Он мог бы ее защитить? Ценой собственного благополучия. Ада поняла, что будет действовать без кого либо. Пора набирать форму! И возвращаться в мир взрослых и жестоких. Хватит прятать голову в песок. Укутываться, как пледом, своими переживаниями и страданиями. Она решила никогда не связываться с Романовым. Так чего тогда ныть теперь? Это ее решение. Ее жизнь. Она выдерет свое сердце из груди. Уложит его в красивую коробочку, на полочку. Спрячет под замок. И будет жить дальше. И действовать. На кону нечто более важное, чем ее душевное спокойствие и самобичевание. На кону счастье и спокойствие ее дочери!

Медстарз устраивал вечеринку в честь своего 15-летия. Не само событие волновало Аду. А именно то, кого можно встретить на данном мероприятии. Пусть встреча ожидалась не самая приятная, но очень даже занимательная и полезная. Ну, кто еще, как не Леонтьева может стать напарницей в таком тонком деле.

Ада и Паулина отправились в лучший спа-салон. Шоппинг. И салон красоты. Они обе собирались предстать перед руководством в лучшем виде. И да, развлекаться вместе у них получалось на ура! Леонтьева Паулина вообще жила на широкую ногу.

Уже в салоне, когда девушки сидели на маникюре. Расслабленные, красивые, полные сил и прекрасных ощущений. Ада слишком пристально изучала лицо под рыжей челкой.

— Ты счастлива, Пауль? — зачем то спросила она. Сегодня Ада решила создать на своих длинных ногтях целый пейзаж, в черных и мрачных тонах. Более того, она нарастила длинные локоны, вьющиеся, иссиня черные. В таком образе ее еще не видел этот мир.

— Конечно! Надоело, знаешь ли, твои обязанности на своих хрупких плечах тащить. Рада, что ты приходишь в норму. Офис словно быстрее зашевелился, стоило тебе порог перешагнуть.

— Я не об этом. Романов теперь… Хотя, что я несу. Он всегда был свободен. Так что можешь продолжить добиваться его внимания. — снова она холодная деловая стерва. Паулине это нравилось.

— Мне объедки не нужны.

— Он красив, как Бог! Твои же слова! И очередная баба в его прошлом, это лишь пустяк. Все мужчины в твоем окружении имеют жен и любовниц, и не в единичном количестве!

— Баба, может быть и пустяк. Но ты, Самойлова, далеко не просто баба. Я видела вас вместе. Видела, как он на тебя смотрел. И знаешь, считаю тебя полной дурой! Если бы на меня хоть раз, хоть кто-нибудь посмотрел, вот так же как он! Боже! Я бы душу продала! Да голая за ним бегала бы!

— У тебя нет души, Валеррррааа!

— Сучка, хватит меня так называть. К тому же, у меня есть отличная игрушка в виде Дениса. Младший Романов оказался тем еще говнюком! Он просто не выносимый бабник! Реально! Привел меня в клуб и тут же, у туалета, другую трахнул! И довольно улыбался, когда я это увидела! Он со мной вообще такие вещи вытворяет! Даже представить страшно, на что Романов старший способен.

— Мы расстались совсем не по таким причинам. И знаешь Пауль, ты можешь представлять сколько тебе влезет!

— Снежная королева включена! Твои притворные словечки меня не обманут! Хочешь сказать, если я смогу замутить с Захаром, ты нормально к этому отнесешься?

— Ну да. Нормально. Убью тебя.

— Так я и думала. Ладно, колись, чего такая добренькая. Вместе со мной тебе стало тяжко находиться. А тут такой поход! Чего тебе от меня надо? Аааа! Поняла. Могу весь расклад по жизни Романова выложить!

— Мне это не интересно. И да, я в курсе, что ты все про меня ему сливаешь! Только ты сама ничего не знаешь обо мне.

— Что тебе надо, Адушка?

— Тот клуб. Помнишь? Закрытый. Мне туда нужно.

— Иди на хрен. Опять меня подставишь! Романова можешь и в другом месте поискать. Или у тебя после наркоза мозг расплавился? Решила начать новую карьеру под мужским началом?

— Эту привилегию оставлю тебе, крошка! Он там бывает? — Ада задала свой вопрос, а сама сжала пальцы так, что девушка маникюрщица охнула. Чуть не испортила всю работу. Извинилась. Но увидела довольную усмешку коллеги. Да, Леонтьева кайфовала от страданий других людей.

— Бывает! — и вздохнула так, словно мечтала рассказать о чем то запретном. — Он горячий мужик! Если Денис весь такой подвижный и бойкий, то Захар…

— Хватит их сравнивать!

— Тебе можно, а мне нет! Смешная ты. Ладно, Захар подкатывает ко всем подряд. Трахает там все, что движется. Как озабоченный подросток.

— Он мне не нужен. Меня интересует другой человек. И ты его знаешь. Карпов. Анатолий Павлович.

Леонтьева аж дернулась. Оттолкнулась на стуле. И руками замахала:

— Ты еб. сь совсем что ли?! Карпов мразь та еще! Романов рядом с ним школьник примерный! Этот Карпов снимает шлюх, чтобы потом их в больничку отправить! Он подкатывал ко мне. Я тогда замутила с одним чуваком из столицы. И Карпов к нам третьим напрашивался. Там, в клубе знаешь ли все возможно! И да! Я его отшила! Знаешь, что было потом? — Леонтьева поморщилась и даже в лице изменилась.

Им уже сделали маникюр. И девушки уселись пить кофе.

— Что было потом? Пауль? Говори! Мне нужен Карпов. И я с ним встречусь. С тобой или без тебя.

Вот тут Паулина встала. Подошла к Аде. Долго смотрела в ее лицо. Затем склонилась и губами коснулась ее губ. Ада отклонилась.

— Ты спятила?

— Нет. Чистенькая наша девочка. Давай так, Адушка. Позволишь сделать с тобой что-нибудь извращенное. Переспи со мной. Тогда я отведу тебя к Карпову. И клуб не нужен.

— Ты же по мальчикам вроде.

— Я по тебе. Ада. Соглашайся. — рыжая склонилась совсем близко. И зашептала в ухо Аде. — я вылижу твою киску так, что всех мужиков забудешь! Буду доводить тебя до оргазма долго и мучительно! Можем Дениску к нам позвать! Устроим тройничок! С ним же ты тоже трахалась! Он забавный. Точно сможешь отвлечься.

Ладони Ады вспотели. По спине прошелся горячий ветерок. И заглянув в глаза под рыжей челкой, так многое стало понятным. Она на самом деле хотела ее! Это откровение совсем не радовало! Опускаться ниже, в грязь, уже не куда!

— Ты же пошутила? Паулина?

— Нет. Я всегда была предельно откровенна с тобой, Ада. просто ты закрываешь уши, когда тебе это удобно! Ты просто непревзойденная дура.

Леонтьева встала. Выпрямилась, вскинув голову. И ушла. Оставив привкус своих сладких духов на губах Ады.

29

Вечеринка состоялась. Грандиозное шоу в приемном зале огромного ресторана. Для проведения официальной части наняли известного ведущего. А для неофициальной части на сцене выступали настоящие звезды российской эстрады. Размах такой не хилый! Шампанское лилось рекой. Звон бокалов, разговоры и смех! Собрались все важные персоны Медстарза. Самый дорогой отель города почти полностью забронирован для пребывания важных персон из столицы и других городов.

Ада выглядела довольно грозно в своем новом образе. Но теперь далеко ушла от внешности подростка. Длинные вьющиеся локоны. Открытые шея и плечи. Черный, плотный корсет с широченным золотым ремешком на талии. Пышная, струящаяся юбка. Юбка была коротенькой. Открывала стройные ножки. Чулки со стрелкой сзади. И туфли на опасно-высоком каблуке.

В самый разгар пиршества подошла Леонтьева. И взгляд ее не предвещал ничего хорошего. Она была очень зла. И эта злоба, граничащая с ненавистью, направлена на нее, на Аду! Да, они не виделись два дня. После салона красоты, Ада не собиралась отвечать на дурацкое предложение.

— Можешь не крутить башкой! А то отвалиться! — прошипела Паулина. Положила тонкую руку на запястье Ады. Рука в тоненькой перчатке, с гипюровой отделкой. Да. Сегодня Леонтьева выглядела, как благородная леди. Ангелочек со взглядом дьявола. Ее приличный, изумрудный наряд очень ярко контрастировал с нарядом Ады.

— Пауль, скажи, что в салоне ты пошутила?

— Не важно это уже. Ты добилась всего, чего хотела. Улыбайся, Адушка! Улыбайся начальству, и ножки по шире раздвигай. Сколько раз ты боролась за свои проекты! Пыталась строить из себя пчелку Майю! Вся такая правильная и разумная. Я, как болванчик, как мебель в офисе! А ты всегда забирала все лавры!

— Я работала! Сама! Без поддержки или протекции! Тебе ли это не знать, Пауль! Ты же видела, как много времени я проводила на встречах или в офисе! Никогда не отлынивала! Решала проблемы. Так что сейчас то, ты бесишься!

— Потому что теперь ты работать так не сможешь. Есть люди, которых ты интересуешь. — Она самодовольно оскалилась, оглядываясь по залу. Крепче сжала ножку бокала. И ближе подалась к собеседнице. — Теперь точно твоя должность будет зависеть от способностей и умения.

— Ты пьяная, что ли! Что с тобой! Несешь околесицу!

— Тебя в Москву переводят. В главный офис. Теперь крутая будешь жопой вилять перед главными! Не только вилять. А подставлять. Они тебя там научат правильному поведению в обществе бизнеса!

— Скажи, ты сама мечтала об этой должности? Леонтьева! Ну что тебе стоит просто быть честной!

— Да кто ты, блять, такая, чтобы с тобой секретничать! Я не скрываю свои пути и способы достижения целей! И мне не чего бояться. А вот ты теперь познаешь новый мир мужиков! Где не просто выжить! Мужиков, которые не допустят тебя так просто к рудоководству! За все, за каждый шаг будешь раплачиваться жестким и даже жестоким трахом, или минетом. Коленки сотрешь, работая в поте лица!

— Да что за бред!

— Романов твой подсуетился. За тебя. Он не признается в этом. Но у меня свои источники. В Москву отправишься, королева наша! Не крути башкой сказала. Здесь твой Романов. Здесь. С очередной подстилкой в обнимочку. Он давно уже эту малолетку пялит. Не долго искал тебе замену. Так что не лезь к нему! Поняла! Но самое интересное, Адушка, любовничек твой окончательно свихнулся! Его тут решили в самый верх продвинуть! Столица! Политика! Ну что-то очень грандиозное! А он отказался! Ты ведьма, Самойлова. Из-за тебя отказался.

— Лезбиянка недотраханная. Поняла? Пауль! Ты больная во всю башку! Уже не понимаю, где ты правду рубишь, а где придуряешься!

— Это ты больная! Даже сейчас по глазам вижу, с ума сходишь и ищешь взглядом своего ненаглядного! Что, его бывшая тебе слабый урок подала!

Ада замахнулась и влепила пощечину. Да. Конечно же на них посмотрели. Леонтьева уцепила ее руку.

— Рехнулась! Свои сцены устраивай мужикам! Я тебе пальцы сломаю!

— Хватит пытаться меня острее уколоть! Пауль! Пусть мы не подруги! Пусть ты та еще сволочь! Пауль! Но ты такая же женщина, как и я!

— Вот именно! Женщина! Без любви. Даже Денис постоянно о тебе говорит! Даже этот пацан! Как ты их всех цепляешь? Как вытряхиваешь из них всю суть! Романов изменился! Просто словно его стерли и заново нарисовали.

— Хватит. Не стану с тобой выяснять отношения. Где Карпов?

— И Карпов явился. Открою страшную тайну, Карпов о тебе спрашивал. И теперь намерен встретиться. Может, пристрелит тебя, наконец. И даст мне спокойно жить.

— Ну сука ты, Леонтьева.

— А мне пох. й, что ты думаешь. Чистенькая вся такая, аж блевать охота. Претрахайся хоть со всеми директорами! И сдохни уже! Исчезни из моей жизни! Карпов не просто насилует и калечит. Он больной на всю голову изверг. В своей ментовке от его допросов так же дохли подозреваемые. Он от тебя и мокрого места не оставит. Ненавижу тебя, Самойлова. Так сильно ненавижу! — Леонтьева улыбалась. Но ее звенящий ледяной голос, как острые шипы впиявливались в мозг. Она ненавидит? Ада встала на пути Паулины. Бокалы с шампанским в руках. Со стороны просто милая беседа двух красоток. Пощечина словно случайностью была. А между ними ледяной ветер гуляет. — Гори в аду!

30

Ада ничего не успела сказать. Она не успела набрать воздуха от возмущения. Потому что сзади ее кто-то очень властно приобнял за талию. Корсет затянутый довольно крепко, не позволил сжать сильнее. Но все же, рука точно была чужой и грубой. Терпкий горьковатый аромат табака и совсем незнакомого парфюма. Даже не оглядываясь, Ада понимала, что мужчина очень высокий и широкоплечий. Ее словно уменьшили в размерах. И полностью накрыла тень чужого пугающего человека. Никто из фирмы Медстарз не посмел бы, вот так фамильярно обращаться с Адой Георгиевной Самойловой. Поэтому сразу стало ясно, кто это может быть. Да и взгляд Паулины говорил о многом. Внешне спокойная и холодная. Но пальцы точно дрогнули. Глаза застыли, то ли в страхе, то ли в холодной ненависти.

Леонтьева злобно хмыкнула и ушла. Бросив на последок: — Развлекайся, если сможешь! — сколько презрения и отчуждения в одной фразе. Но Ада очень точно понимала смысл. Она лишь попыталась убрать руку. Тщетно. Ноги под тонким капроном коснулись ткани мужского костюма. Он сжал теперь так сильно руку на ее талии, что стало невозможно дышать.

— А ты меня искала, кнопа! Считай, что нашла! — теперь он даже слегка приподнял ее. Ада оттолкнулась и чуть не упала. Оттолкнулась сильнее, чем рассчитывала. Или этот гигант специально ослабил хватку! Он хотел, чтобы Ада упала! У всех на виду! Выставила руки вперед и налетела на другого человека. И этим другим оказался никто иной, как Романов Захар собственной персоной. Страх, паника, ледяное спокойствие, нестерпимая адская боль от встречи! Как много вариантов эмоций собралось в единый флакон.

Захар помог ей удержать равновесие. Здоровяк незнакомец тут же ухватил ее под руку. Дернул ее на себя. Словно тряпичную куклу, без права голоса. Ада не посмотрела на Романова. На короткий неуловимый миг, он попытался отстранить ее от Карпова. Она все же молча, взглядом, попросила не делать этого. Доверяй мне. Это важно. Это необходимо! Она должна поговорить с Карповым! Сама!

Лишь слегка коснулся кончиками пальцев обнаженного плеча. И ее предательское тело среагировало тут же легкой сладкой дрожью. Их взгляды пересеклись. И захлестнула душу нестерпимая тоска. По его губам, по его рукам. Снова к нему прижаться всем телом. Без притворства и отговорок. Он смотрел. Спокойно. Отчужденно. И лишь Ада видела, что это маска. Маска на лице ее любимого мужчины. Он понимает? Он не отпускает. Нет. Просто дает возможность самой сделать шаг.

Карпова она разглядывала, проявляя наигранный интерес. Давно продумывала в голове, как повести себя с этим человеком. И да, Катя была права, он даже в идеально сшитом костюме, больше похож на бандита, чем на гос служащего! Возможно, он мог бы считаться красавчиком, если бы не его взгляд убийцы. И лицо, обветренное, суровое.

Он не из тех, кто будет долго ходить вокруг да около. — Да лааадно, — протянул Карпов, на ухо Аде. Он крепко держал ее за плечи и уводил прочь из зала. — Пора уже повзрослеть, кнопа! Мы вполне можем без взрослых побеседовать. Танцы нам ни к чему! Сразу к делу!

— Ада.

— Что?

— Меня зовут Ада Георгиевна. Анатолий Павлович! — она говорила спокойно и холодно. Даже пытаясь улыбаться. Взяла его руку в свою, словно изображала рукопожатие. Сама же до нервного срыва хотела убрать его ладонь от себя подальше. Его темная аура накрывала все вокруг. Глаза сощурились до узких щелочек. Под усами промелькнул однобокий оскал.

— Узнала. Наводила справки?

— А есть смысл пытаться узнать о Вас что-то без вашего ведома? — Она попыталась играть. Почему нет? Пусть он не особо располагает к себе. Но он мужчина!

— Да ты меня спроси! Вот он я. Отвечу. — его руки не желали убираться от ее талии. И он снова уверенно вел ее сквозь людей.

— Куда мы идем? — Ада попыталась каблуками упереться в пол и остановиться. Но куда там! Карпов не собирался останавливаться. И теперь двумя руками подтолкнул на выход из зала.

— А ты не знаешь? Трахаться, конечно! Нравишься ты мне. Худая слишком, но сексуальная ведьма! Да сама пытаешься глазки строить! — шлепнул ладонью по ее ягодицам. Ада подпрыгнула.

— А не слишком торопите события? — она притормозила в широком и светлом коридоре. Уже виден большой зал и дверь, выходящая на улицу. Ада задрала голову, чтобы встретиться взглядом с Карповым. Он ухмылялся одной стороной рта. Большая шершавая ладонь лежала на ее хрупком плече. Большим пальцем он медленно водил круги по ее ключице. При этом сжимая руку все сильнее. Еще чуть чуть и кость хрустнет.

— А на хрена еще ты могла меня разыскивать? Дела важные порешать только мужики могут. А бабы всегда лишь один способ знают.

— Поговорить о наших детях. Нам необходимо просто поговорить!

— Я с тобой говорить не намерен. Все вопросы я решу со своим сыном! Хватит ему уже за бабскими юбками прятаться! — склонился ближе. Другую руку заводя ей за спину. — Хороший секс всегда лучший словарный подсказчик! Пошли, здесь есть классные вип комнаты. Одну из них я уже для нас стобой забронировал! Никто не помешает тебе вопросы задавать, а мне честно ответ нести! И перед тем, как начнешь кабениться, ведьма, скажу сразу — удовлетворишь меня, тогда соглашусь поговорить. В Вашем Медстарзе так дела делаются? А?

— Я не хочу даже выяснять о чем вы говорите! Это уже переходит все границы! Здесь куча народу!

— Никто! Ни один из этих педиков московских и слова мне не скажет! Даже если я тебя прям там, в зале разложу! Поняла?! — Глаза уже искрятся от бешеной ярости. — Рыжая твоя подружка жопой отрабатывала свой косяк! Я же многие ваши делишки прикрывал! А плата всегда разной была. Рыжая ниче так, зачетная чика. Вот пришел черед тебя опробовать! Кто знает, какую ху. ю еще прикрывать понадобиться вашим вонючим швеям! Давно уже говорил им тебя прислать! Не нужно было бы сейчас лясы точить! Так что давай, детка, задирай свою юбчонку!

— Я работаю в Медстарз не шлюхой! Отпусти!

Как же стало, вдруг, страшно. Как ж четко всплыл перед глазами тот толстый вонючий член. Все повторяется. Пусть она не обездвижена. Но такое ощущение, что тело парализовало. Его голосом. Его близостью. Масляный взгляд. Плотоядный оскал. Ада открыла рот. Нет. Так она не станет решать вопрос! Только не так! До сих пор не могла в себя прийти после случая с Ангелиной. До сих пор зализывала свои раны. А тут сначала Паулина со своими мерзкими приставаниями, не понятно правдивыми ли? И еще Карпов? мокрого места не оставит? Если он только дотронется, Ада сама себя потом убьет! После такого она точно не сможет по земле ходить.

Не успела открыть рот до конца. Потому что Карпов легко, как пушинку подхватил ее за талию. Прижал к своей груди спиной. Одной рукой держал под ребра, а другой зажал рот.

— Только вякни, кнопа! Прям, тут тебя грохну! Пора немного пошалить! Романов совсем уже охринел со своими претензиями! Вот я ему и отвечу! Ты ж вроде как его шалвка!

Ада попыталась двинуть руками, и локтем ударилась об кобуру под его пиджаком. Он просто вынес ее из коридора. Втолкнул за незнакомую дверь.

— Я не имею никаких отношений с Романовым!

Щелкнул замок. Когда-то, в другой жизни, вот такой щелчок взволновал Аду. Когда-то, целую вечность назад, Романов вот так же закрыл дверь своего кабинета. Когда-то он впервые прикоснулся к ней. Когда-то от этого звука, тогда еще не осознанно, но была счастлива.

Сейчас этот звук означал нечто совсем другое. Более страшное. Более темное и жестокое. Сердце уже не билось. Оно замерло. Спряталось где-то в районе колен. И дрожало. И эта нервная дрожь порождала предчувствие боли.

— Вы же взрослый и серьезный человек, Анатолий…

— Я мужик. И давненько хотел с тобой поближе познакомиться. — он медленно расстегивал пиджак. Чтобы скинуть его с плеч. Поверх рубашки наплечная портупея. Стянул ее. И положил на столик. Комната оказалась небольшим залом. По кругу кожаные диванчики. Бильярдный стол. Во всю стену барная стойка. Из колонок в стене звучала музыка. Да если она даже будет вопить во все горло, здесь ее никто не услышит. Здесь специально делают комнаты для вот таких вот вип посетителей. С хорошей звукоизоляцией. Да и там, в главном зале очень громко играет музыка. Гости даже не представляют, что может такое происходить под их носом! Да и вряд ли вообще такой случай кого-то мог бы тронуть. Видели же, что он почти выволок ее из зала. И Никто… Романов.

Ада прошлась вспотевшими ладонями по юбке. Она пятилась. И да, ей было страшно. Клатч выпал из рук еще в коридоре. А значит телефон не под рукой. Никто ее не станет искать. Леонтьева одна знает. Нет. Романов тоже видел. Захар не позволит с ней ничему такому случиться.

Сейчас, глядя в эти пустые черные дыры-глаза, Ада слишком отчетливо поняла так многое! Она слишком долго закрывала глаза на всю грязь, что крутилась вокруг. Думала, что достаточно просто самой не делать гадостей и жить спокойно. Только не учла одного, болото в любом случае затянет в свою трясину рано или поздно! Только сейчас она начинала во всех красках осознавать злобу и ненависть Леонтьевой! И ее собственная, якобы чистота, и тот случай насилия в этот момент окончательно утратили свое воздействие и смысл. Так не важно все это вот сейчас, перед лицом этого человека, больше похожего на нечто звериное и опасное. А ведь когда-то опасным она считала Романова. И. что греха таить, винила его в том, что с ней случилось! Но не Романов виноват. Не он! А вот такие злобные, низкие и бессовестные люди, окончательно утратившие в себе все человеческое. Для Карпова происходящее сейчас норма жизни. Для Ады грубейшее насилие и предчувствие катастрофы.

— Послушайте, я не собираюсь легко сдаваться на волю ваших извращенных желаний! — выставила руки вперед, пытаясь отгородиться. Нервно улыбнулась и вздернула голову, — Анатолий! Просто скажите, как мы могли бы договориться!

— Раздевайся. Сама. Пока я добрый. Иначе, домой голая пойдешь. Я все твои шмотки в клочья изорву. Так чего ты там говоришь, хотела? А, да! Твоя дочурка. Сначала хотел ее попользовать! А что? Она не понимает слов! Так что выбирай ты или она! Мне то знаешь ли по х. ю кого на члене вертеть!

— Не смей мою дочь трогать. Даже имя ее произносить!

— Так и не тронул. Пока. Раздевайся. — в его облике или голосе уже не было игры. Лишь откровенная голая похоть. Ада попыталась обогнуть его и подбежать к двери. Но Карпов ухватил ее за юбку. Дернул ткань. Послышался треск. А в следующий момент тяжелая рука опустилась ей на затылок. Она полетела на пол. В глазах потемнело. — Слушай сюда, пупсенок! Я так и быть, не трону дочурку! Но Артема она оставит! Поняла? А раз дочку не трону за моральный ущерб расплатишься ты!

Он перевернул ее на полу, лицом вниз. Сорвал под юбкой трусики.

— Ну давай, кукла! Задницу подними кверху! — его грубая рука уже исследовала ее промежность. Сорвал трусики и бросил в сторону. Пальцем пытаясь проникнуть внутрь ее тела.

Ада завизжала, что было сил и начала махать руками и ногами! Столько внутри ярости зародилось! От боли! От бессилия! Извернулась и умудрилась коленом ему в пах заехать! Карпов даже не сдвинулся. Вот тут она перевернулась уже на спину и со всего маху ладонями треснула ему по ушам! Ее учили этому приему. И она точно тогда не знала, как сильно ей это поможет!

Дверь комнаты открылась. Влетел Романов! Глаза словно сейчас из орбит вылетят! Он разбежался, и плашмя упал на Карпова. Так что они покатились по полу!

Ада сразу же ухватила кобуру с пистолетом, чтобы не дай бог, она в руках Карпова не оказалась.

Бывали когда-нибудь на боях без правил? В этот самый миг перед лицом Ады разыгрался именно такой турнир. Страшное, кровавое побоище. Ни Карпов, ни Романов не собирались сдаваться. И да, это был бой насмерть. Ада бросилась между ними. И чуть не получила хорошего пинка. Ее оттащила Леонтьева.

— Совсем дура, Самойлова! Они убьют тебя! — и что удивительно, Паулина обняла Аду. Обняла и заплакала. — не лезь. Охранники уже бегут. Этих двоих так просто не разнять. Адушка прости меня! Прости!

Ада не могла говорить. Ее душили рыдания. От пережитого. От того, что ее Романов сейчас весь в крови.

Их на самом деле разняли два здоровяка. Скрутили. Романов выпрямился, снял свой изрядно помятый пиджак и накинул на плечи Ады. Повернулся к охранникам. — Ментов я уже вызвал! С этого, указал на Карпова, — глаз не спускать!

Карпов не собирался так просто сдаваться. Он, как щенков смахнул прочь двух охранников и сунул им свое удостоверение. Романов понимал, что никто не пойдет на перекос подполковнику полиции. Он рванулся чтобы снова устроить схватку, но между ними встала Ада. Широко расставила руки.

— Нет. Продолжения не будет. — повернулась к ФсБэшнику, — я не оставлю все так просто. И не боюсь вас. Напишу завление о нападении.

— Ты мне тут сказки не рассказывай! Вы оба будете молчать в тряпочку! А напишете, вместе отправимся туда, откуда нет выхода. — он направился к выходу. Охранники за ним. Обернулся:

— Мы еще встретимся, кнопа. И тогда пощады не будет. — хлопнул дверью так, что охранники остались в комнате. Романов посмотрел на них: — Все в порядке. Спасибо за помощь. С ним позже другие люди разберутся. — двое вышли молча.

Леонтьева посмотрела на Аду и Захара, и тоже ушла. Прощать ее никто не собирался. Минуту ее слабости, кажется, не приняла ни Ада, ни она сама.

Романов подошел к бару. Налил себе алкоголь в квадратный бокал. Выпил. Потом сделал круг по комнате. Провел рукой по волосам. Он не смотрел на Аду. Но что-то сильно волновало его. Даже пальцы подрагивали.

Ада подошла к нему очень близко. Обняла за талию сзади. И прижавшись лицом к спине, всхлипнула.

— Здесь осталось его оружие. — она просто не знала, что нужно говорить. Захар тоже молчал.

31

Захар повернулся, не выходя из кольца ее рук. Молчание. Вдох. Выдох. Обнял за плечи, укрытые его пиджаком. Просто прижал ее голову к своей груди. Втянул ноздрями ее аромат. Только ее. Уникальный. На несколько секунд. И даже за эти несколько секунд ее тепло и дыхание словно окутывали его нежнейшей невидимой аурой спокойствия. Он понимал, что только с ней он может позволить себе быть настоящим. Словно с новой силой по венам побежала кровь. И сердце радостно дрогнуло.

Ада чуть отстранилась и взяла его руку в свою. На руке разбиты костяшки. По лицу размазана кровь от разбитой губы. Рубашка порвана. Да, и Карпов ушел не в лучшем виде. Только это вовсе не успокаивало. Карпов зверь сам по себе. Его лицо, словно видавшее все кошмары этого мира. Для него драка не на жизнь, а на смерть, это проза дней суровых. Ничего больше.

Захар. Это же он. Вот так близко. Ее Захар. Это словно она и не дышала все то время без него. А теперь наконец-то снова ожила. Отошел. Снова к барной стойке. Поморщился, когда алкоголь прожег ранку на губе. Обернулся. Снова глаза в глаза. Они стоят чуть поодаль друг от друга. И это расстояние слишком велико. Всего пару шагов. Всего один вздох и можно упасть в его объятия. Ее все еще трясет от происшедшего. Но Бог свидетель, от того, что он стоит не рядом просто выворачивает все внутренности. Взгляд. Утонуть в этих изумрудах его глаз, где в самом эпицентре полыхает янтарное пламя! Он мой. Кричит мозг и душа. Этот мужчина принадлежит только ей!

Ада огляделась. В комнату снова вошел один из охранников. В руках держал коробочку с красным крестом.

— Думаю, вам это нужно. Или вызвать скорую?

Ада и Захар переглянулись. Да, уж видок у них отпадный! Оба словно рухнули со скалы, и летели очень долго, задевая выступы и ветки!

— Спасибо. — Ада взяла коробочку, — Скорую не нужно. Нам уже точно ничего не поможет. Не правда ли, генеральный директор?! — она подмигнула Романову. И сказала охраннику, — мы справимся. И скоро уйдем.

— Комната полностью в вашем распоряжении. — и вышел, слегка прикрыв дверь.

Ада взяла ватные диски, перекись. Романов приподнял одну бровь:

— Нет, Ада моя. — он запнулся. Потому что не мог перестать называть ее своей. Ада улыбнулась и приложила палец к его губам.

— Ты же не маленький! Потерпи!

Оба обработали друг другу раны. Но вот ребра все еще саднило внутри. Ада посмотрела на свой вид. Юбка почти оторвана от самого пояса. Корсет только по прежнему плотно сидит. Завела руки назад, пытаясь ослабить шнуровку. Ей казалось, что задыхается.

Захар встал позади. Отвел ее руки и сам распустил веревочки. Ада только охнула и еле удержала корсет от падения.

Захар снова отошел чуть дальше. Снова хлебнул виски из бокала. Ада держала корсет и не могла надышаться. Но мысль о его близости. О его руках ускоряла ритм бегущей по венам крови.

Обернулась. В это же время обернулся и Захар. Глаза в глаза. Обласкали мысленно друг друга. Как глупо быть так далеко.

Ада сама сделала те самые пару шагов, потянулась к нему губами. Сама обхватила его голову ладонями. Дыхание, стон, поцелуй! Мужчина легко подхватил девушку под попу. Прижал к себе так крепко, как только мог. Он покружился по комнате с ней на руках. Целуясь, безотрывно.

Усадил ее на краешек бильярдного стола. Ада сама начала расстегивать его ремень. Сама кусала губы, требуя большего. И Захар уже не собирался ее отпускать. Слишком скучал. Слишком умирал без нее.

Плевать, что это общественное место. Плевать, что дверь не заперта. Плевать, что вечеринка в разгаре, где все начальство! Плевать! Они вдвоем. Они наконец-то вдвоем! Весь мир остался далеко, за пределами разума. Он откинул и без того упавший корсет. Склонился и губами впился в нежную кожу ее груди. Не было места нежности, лишь дикая, необузданная страсть! Жажда бесконечного обладания друг другом. Кожа к коже. Друг в друга. Навсегда.

Слегка откинул ее назад. Так что ада облокотилась на согнутые руки. Закинула свои ноги ему на плечи. Он вошел в нее быстро, во всю длину. И она уже была горячая и влажная, готовая принимать его! Лишь его одного. Придвинул ее плотнее и замер на миг. Боже! Как же в ней хорошо! Как же давно он хотел этого! Они словно стирали плохое! Стирали те дни, что провели далеко друг от друга. И не существовало той силы, что снова смогла бы их разлучить. Как глупо было строить ненужные и пустые преграды.

— Я могу сделать тебе больно!

— Да! Захар, я хочу этой боли! Тебя хочу. — резкий и даже грубый толчок. Ада откинула голову и протяжно выдохнула. Стон вырвался из самых внутренних темных глубин. Все горело огнем. Собиралось в тяжелый сладостный ком. Чтобы потом взорваться и яркой вспышкой рассыпаться по венам.

Он закричал, чувствуя ее пульсацию. Поднял ее голову за затылок и впился во влажный рот. Усиливая свое вторжение и ускоряясь. Ада вцепилась ногтями в его плечи, когда в ее теле заискрилась сила его оргазма.

Сложно было восстановить дыхание. Влажная и чувствительная кожа так и требовала новых ласк.

Склонившись к ее шее. Медленно. Продолжая ласкать хрупкое тело.

— И все же, Ада Георгиевна Самойлова, тебе нужен от меня только секс. — он улыбался. И глаза его зеленые искрились утихающим спокойствием.

— Ты прав, Романов. И ты снова кончил в меня.

— Не просто кончил. Кажется выплеснул все полностью, что было во мне. — он посмотрел на то, как его семя стекает по ее бедрам, на бильярдный стол. — И если ты хоть немного не прикроешься, то снова сделаю это.

— Я же не пью сейчас таблетки! — она выпалила это и тут же прикусила язык. Практически признание. Все именно так. Других мужчин нет и не могло быть. Никого. Только он один.

— Ада. Теперь только я буду ставить условия. Так, чтобы ты уже не захотела убегать.

— Шутишь? — она попыталась спрыгнуть со стола, но ей не дали. Захар взял ее за руку и дернул на себя. Посмотрел на полуголую, или скорее голую. Потому что только порванная юбка забавным кольцом опоясывала талию. Он снял с себя тое слегка покоцаную рубашку. Сорвал с Ады остатки юбки.

— Я больше шутить не намерен. Тебе уже говорили, ты потрясающе сегодня выглядишь. Но моя рубашка тебе больше к лицу. — одел рубашку на тело любимой девочки. Застегнул все пуговички. На себя накинул пиджак. — а я как выгляжу?

— Вот сейчас твой образ прям самое то!

— Все уже в курсе наших отношений. — он достал из кармана маленькую коробочку. Взглянул на девушку из-под длиннющих ресниц. Соблазнительный мальчишка! Открыл коробочку. Кольцо. — Из этой комнаты ты можешь выйти только вот так, с кольцом на безымянном пальце! — взял ее руку в свою. Ада попыталась выдернуть пальцы, но ей не позволили. — Нет! Ты моя! Ясно? Все проблемы твои я решу. Если ты меня в чем-то винишь, поговорим об этом. Всегда и во всем можно найти компромисс. Только вместе. Понимаешь? Не могу без тебя. Как в пустыне, когда ты не рядом! Умираю без тебя. Как же ты не понимаешь!

— Это шантаж? Шантажируешь, зная, что не позволю тебе страдать! Захар! Мой родной и любимый. Неужели сейчас время для кольца и таких слов! Я не умею выражать свои чувства. Не умею быть такой, как все. Без эмоциональная. Без чувственная! Снежная королева! Так меня называют.

32

— Вот именно! И не королева, а стерва! Вот кто ты! — раздался голос от входной двери. Оба обернулись. Паулина стояла, сложив руки на груди, — хватит тут трахаться, как кролики. Вы в реале выглядите так, словно пора бы душ принять! Два бездомных ободрыша! — подошла ближе, взяла руку Ады, рассматривая кольцо, — Ниче так, бриллиантик. Не хилый! Романов, уверен, что эта дама заслужила такой подарочек?

— Паулина, тебе просто завидно или ты так радуешься за нас? — Романов чмокнул Аду в макушку и отошел к бару, — хочу надраться до чертиков. Милая женушка ты со мной?

Ада аж в лице поменялась от такой фразы. Медленно обернулась и уставилась на Захара.

Тут Леонтьева закатила глаза и фыркнула:

— Да ну вас на хер, голубки еб. е! Аж блевать охота! Не живется вам нормально то! — хотела снова уйти, но ее задержала Ада. Ухватила за руку:

— Постой. Ты сказала, что я с Карповым ушла?

— Она. — подтвердил Захар. — Я не сразу увидел, куда вы двинулись. Словно специально меня отгородили! Она проследила, куда он тебя потащил. Так что не такая уж и черная у твоей подружки душенка. — Романов добродушно подшучивал. И сама Леонтьева немного размякла, понимая такое располагающее к себе отношение. Вот поэтому она всегда искренне тянулась к Аде! Только она единственная, не заискивала, не передергивала, не пыталась подлизаться или наоборот, унизить. Только Ада всегда была по настоящему человеком в жизни Паулины.

— Надоели вы мне оба! — она пыталась стряхнуть руку Ады, — Ада, тебя наш главный зовет. Отпусти ты меня! Вцепилась! Теперь вон за этого хмыря так держись! Покрепче! Не за меня! И да, — Снова глянула на Романова, — она бесчувственная тварь, ясно тебе Романов! И бросит тебя, очень скоро. Бросит и не оглянется.

Ада улыбнулась и придвинулась к Леонтьевой. На ухо шепнула: Лезбиянка чертова!

Паулина ее толкнула в плечи. Не сильно. Как-то спокойно и шутливо.

— Я в любви тебе призналась, идиотка недоделанная!

— Руки от нее убери, Паулина! — Захар хоть и с улыбкой, но все же угрожал. Ему не важно, как и кто! Никто не смеет прикасаться к его будущей жене. Никто! Ада лишь улыбнулась. Подняла руку с кольцом.

— Мне тут предложенице сделали.

— На которое ты, кстати, еще даже не ответила.

— Не ответила, потому что приличным девочкам требуется время на раздумья.

— Приличные девочки не трахаются с незнакомцем в его кабинете при первой встрече! — рявкнул Романов.

— Мы с тобой еще обсудим варианты нашего дальнейшего сотрудничества, Захар Романов. — Ада снова обратилась к Паулине, — Та должность в Москве или здесь. Не важно. В Медстарз я достигла своего потолка. Пора расти дальше. Много раз предлагала изменить дизайн некоторых моделей, но меня редко желали слышать. Хочу стать дизайнером. Пойду учиться. И начну жить только так, как желаю сама. Такой мужчина, как Захар Романов требует соответствия!

— Ты вообще свихнулась! Какой потолок?! Ты…

— Я ухожу, Паулина. И это не шутка. А вполне осознанное решение. Не хочу больше видеть ни тебя, ни твоих начальников! У меня уже все четко и правильно сложилось в голове. Не пропала оставшись совсем одна. Не пропаду и сейчас. Тем более с таким тылом. — Романов молчал. И даже отвернулся. Он слышал ее слова. Да и сам давно знал, что они мыслят одинаково.

— Как же я без тебя… — голос понизился до шёпота. Ада приобняла за плечи Паулину.

— Я всегда готова стать твоим другом. Другом. Не соперницей. Не объектом для злобы и зависти. Подругой. Поэтому, знай, Паулина, я у тебя есть.

— Значит, мне опять самой отдуваться.

— Пауль, я не исчезаю. И никого не боюсь. За свои поступки я буду отвечать сама. Если кто-то желает со мной поговорить, пусть просто наберет номер или назначит встречу другим способом. Больше никаких темных делишек не будет.

33

— Сейчас мы уходим. — Захар взял Аду за руку, посмотрел на Паулину, — ты же понимаешь, что сейчас точно не будет никаких встреч. Мы оба не в том виде. К тому же есть кое-что поважнее этой вечеринки.

Паулина вдруг улыбнулась. Слегка треснула ладошками по плечам Ады и Захара. Ее глаза. Ада очень сильно удивилась этому странно доброму взгляду. Такой Паулину она еще не видела.

— Вы, конечно, оба настоящие какашки. Но, могу хотя бы надеяться, на приглашение? На свадьбу! — откинула рыжие кудряшки, выпрямилась и поставила руки в боки. — Ну так что? — она реально ждет ответа? Ада и Захар переглянулись. Кажется оба не знали эту сторону Леонтьевой.

— Это обязательно! Даже не сомневайся! — произнес Захар. И даже треснул по плечу в ответ. — с условием, что оставишь свой дерьмовый характер на работе! И перестанешь ручонки тянуть, куда не надо!

— Но тут сложно обещать. Но постараюсь точно!

Захар приобнял свою любимую девочку за плечи и вывел из ресторана. Усадил в свой автомобиль. Сел на водительское кресло. Посмотрел на Аду. Сам пристегнул ее ремень безопасности.

Ах, эти его глаза! Душераздирающий заботливый взгляд. Все внутри переворачивается. Его забота, его тепло и нежность стирают все грани. стирают все плохое и ненужное.

— Как же сильно я тебя люблю, — выдохнула Ада, она просто не понимала, как будет правильно и верно, — Не смотри так, Романов! Не надо. Я же теряю все возможные мысли в голове от такого твоего взгляда.

Он склонился и поцеловал ее губы. Ада коснулась пальчиками его израненного рта. Глаза Захара выдавали все более понятно, чем любые слова.

— Я так сильно тебя люблю. Прости, что решила так просто отказаться. Больше не поступлю так. Захар. Ты ранен. Вы слишком сильно дрались. Карпов, он жестокий. Может в больницу?

— Ты уже обработала ранки. Больше ничего не нужно. Ты, Ада моя, лучший антисептик.

— Ты пил. А теперь сел за руль.

— Останемся здесь? В машине на стоянке у ресторана? Ты в моей рубашке. Я в …

— Захар! Лучше я сяду за руль. Я же не пила алкоголь.

Мужчина подхвати девушку и потянул ее на себя, усаживая на колени. Одна рука прошлась по обнаженной коже бедра, а другая притянула голову. Так, что их губы встретились.

Ада все же отстранилась и сказала:

— Катя. Мне нужно с ней связаться! Карпов…

— Не нужно. Помни, я у тебя есть. Катя и Артем у моих родителей. Там же Денис, и еще пара хороших ребят для охраны.

— Ты знал? — мысли лихорадочно забегали в воспаленном мозгу. — Ты не мог знать, что все так будет! Даже то, что ты будешь здесь!

— Ты видела с кем я был. Она одна из работниц Медстарза. А я вообще-то ваш клиент.

— Видела я твою очередную селедку! — Ада состроила обиженную гримасу. И Захар чмокнул сморщенный носик.

— Ты очаровашка, когда ревнуешь. Но все же поводов нет.

— Романов, ты же тот еще кобель. И я не собиралась лишать тебя развратного секса с другими девками.

— И тем не менее, лишила! Заклеймила ты меня, как барашка безвольного! Чуть не сдох, пытаясь прокормиться на чужих полях! Только ты, понимаешь? Только ты моя хозяюшка!

— Хочешь сказать, я одна у тебя!

— А ты этого еще не поняла?! Нет, ну посмотрите на это создание! Ты реально думаешь, что все это время я прыгал по чужим койкам, как пацан озабоченный! Я нашел нечто большее, чем секс ради секса! Неужели можно вот это, — он показал как дрожат его пальцы от прикосновения к ней, — можно хоть как-то заменить?! Я тебя люблю. Очень.

— Хорошо. Выяснили. Теперь, двигай на сиденье пассажира и поехали отсюда. Хочу в душ. Вместе с тобой. И хочу повторить всякие там штучки! — она говорила и понимала, что под ее бедрами уже набухает бугорок. И Захар аж резко выдохнул от переизбытка эмоций.

Она все же вытолкала его на пассажирское сиденье. И автомобиль тронулся со стоянки.

— Почему Катя у твоих родителей?

— Знакомится с сестрой. С Полиной. — Романов слегка помолчал и продолжил, — Ада, Карпов уже несколько дней следил за тобой. А некоторые хорошие ребята следили за ним. Сейчас он так же полностью под присмотром. Но могу сказать точно, ты на самом деле больше не работаешь в Медстарз.

— Не надо ставить мне условия. Ты же понимаешь, что этот вопрос тебя не касается.

— Все твое теперь и мое. И да, ты можешь найти себя в любом другом бизнесе или даже просто ничего неделанье! А если ты пожелаешь работать со мной…

— Нет. Твоей тенью я не стану. Это не обсуждается.

— Тенью! Да, уж будущая Романова, такое только ты могла ляпнуть! Скорее ты затмишь меня!

Из машины он вынес ее на руках. Она не успела даже туфли подхватить.

— Черт! Романов! Я на весь твой дом теперь голой жопой сверкаю! Отпусти!

— Никогда и ни за что!

Он поставил ее на пол, уже в самой квартире. И не успев, даже захлопнуть дверь, прижал к стене. Прижал, обнимая. Сорвал рубашку и кинул в сторону. Сам скинул пиджак. Он целовал и подталкивал ее в сторону ванной.

— Я жду ответ! Ада моя! Ну же!

— Глупый! Я бы не стала даже кольцом сверкать, если бы хоть какие-то сомнения были!

— Нормально скажи!

— Как будто ты нормально спрашивал!!!

Конец

Content

Ким Алисандра Адская смесь

Адская смесь

1

2

3

4

5

6

7

8

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33