С любовью, бухгалтерия

Глава 1. День бухгалтера

Помните, что по теории невероятности

За каждым углом ожидают тебя неприятности

(Из м/ф “Смешарики”)

Дорогие бухгалтера, поздравляю вас с профессиональным праздником! – дежурно произнес директор.

Галина невольно поморщилась и уткнулась взглядом в висящую на стене картину. Пейзаж на ней впечатлял: неистовый поток извергался с горной кручи, вдребезги разбиваясь о каменные уступы, на заднем фоне белели заснеженные вершины.

«Эх, удрать бы туда, прямо сейчас, - угрюмо подумала она. – Жаль, что картины-телепорты существуют лишь в фэнтезийных романах».

Протокольных мероприятий Галина не любила. Но куда деваться, когда ты этот самый бухгалтер и есть? Хоть пока и не главный.

Еще и села в конференц-зале неудачно, под самым кондиционером, и теперь чувствовала, как по спине пробирался неприятный холодок.

- Мы ценим ваш труд, – внезапно добавил шеф. – И очень-очень любим!

И что-то послышалось в его голосе, заставившее Галину оторваться от созерцания горных красот.

Алексею Павловичу было слегка за сорок, но выглядел он еще очень даже ничего: стройный, подтянутый, с пронзительным взглядом серо-зеленых глаз и легкой сединой в темно-русых волосах.

К шефу Галина относилась нейтрально – тот был в меру старомодным, в меру либеральным, достаточно строгим, но без откровенных перегибов. Не все его поступки она одобряла, но не детей же с ним крестить? Директор как директор, вполне адекватный.

«Интересно, что он имел в виду, - последняя фраза невольно вызвала улыбку. – Очень любим ваш труд? Или очень любим вас? Относиться с любовью к бухгалтерии - что-то новенькое в нашем мироустройстве! Хотя, какая разница, банальные слова».

Директор начал бормотать про производственные показатели, лидерство на рынке и даже миссию компании, но его никто не слушал.

Кроме трех бухгалтеров фирмы, в число поздравляемых входили экономист, финансист, ревизор и аудитор. У этих работников профессиональные праздники приходились на другие числа, но начальство на этот счет не заморачивалось, единожды причислив всех к бухгалтерии.

Хотя «бухгалтерских дней» тоже существовало немеряно: и российский, и международный, и отдельно главбуха, и еще какой-то там. Поэтому волевым усилием руководства была принудительно выбрана единственная дата в конце июня. Ее и отмечали.

От скуки Галина уткнулась в мобильный телефон, в мессенджере как раз горело неотвеченное сообщение.

“Привет, - писал ей контакт под кодовым именем «Аллигатор». На аватарке улыбался симпатичный загорелый мужчина лет тридцати с обаятельной трехдневной щетиной: – Чем занимаешься?”

“Сижу на мероприятии, - отписала Галина. – Директор поздравляет нас с днем бухгалтера”.

“Оу! У тебя сегодня профессиональный праздник? – отозвался Аллигатор удивленным смайликом. – Поздравляю! Уже определилась, когда летишь в Геленджик? Я же должен тебе маршрут разработать”.

Галина вздохнула и отложила телефон.

К своим двадцати восьми годам она привыкла делить жизненные обстоятельства по примеру бухгалтерского баланса - на активы и пассивы.

В активах у нее была приятная внешность – стройная шатенка с нежными чертами лица, стабильная работа и довольно неплохая зарплата. Сюда же она относила верных подруг – они же коллеги по работе - и путешествия.

В пассиве числилась личная жизнь. Точнее, полное ее отсутствие.

Как бухгалтер, Галина знала, что активы формируются за счет пассивов. И когда-то сознательно предпочла жизнь в столице и профессиональную карьеру тихому провинциальному счастью.

В прошлом году летала на десятилетие окончания школы, и на торжественном вечере встретила первую любовь: в мятом костюме, с ярко выраженным пивным животиком. Оказалось – женился, двое детей, работает охранником на складе, посадил полгектара картошки. Долго вглядывалась она в глаза, пытаясь отыскать того прежнего парня: смелого, спортивного, целеустремленного, с которым они гуляли до рассвета, мечтали, строили грандиозные планы на жизнь. Не разглядела. Нынешнего его интересовали лишь футбол по телевизору, пиво с друзьями и колорадский жук на картошке.

В тот момент Галина порадовалась, что не выскочила замуж сразу после школы, как говорится – по большой и чистой любви. Погрязла бы в том же провинциальном болоте. Но иногда, одинокими вечерами, сомневалась в своем решении: а, может, это и есть счастье? Она ведь не пробовала это тихое семейное счастье, а как можно судить о чем-то, не испытав?

Директор тем временем принял торжественный вид и вытащил из папки долгожданный приказ о премиях к профессиональному празднику.

При чтении документа премируемые вначале замерли в радостном предвкушении, но, когда дело дошло до сумм, с трудом попытались скрыть разочарование.

Галина, в чьи обязанности входил, в том числе, и расчет зарплаты, видела этот приказ еще вчера и уже провела необходимые начисления. Тогда же успела расстроиться. Премии в этот раз почти у всех были символическими, а многие, как и она, рассчитывали, что выдадут по примеру прошлого года – в размере оклада.

Она давно эту воображаемую премию расписала до копейки: планировала добавить к выходным пару отгулов и махнуть куда-нибудь к теплому морю. Ленивому валянию на пляже Галина предпочитала активный отдых: походы, посещение труднодоступных мест – куда нужно долго идти пешком или подниматься по горной круче, развлечения на грани экстрима.

Директор закончил официальные поздравления, и в зал для переговоров вплыла его личный секретарь Лера с подносом шампанского.

Выглядела та как типичная секретарша из анекдотов: натуральная блондинка с кукольным личиком, в короткой до неприличия юбке, что называется на миллиметр ниже трусов, и полупрозрачной блузке, сквозь которую просвечивало дорогое кружевное белье.

Отношения директора с Лерой были тоже из разряда анекдотических: секретарша печатала одним пальцем, допуская жуткие грамматические ошибки, постоянно все путала и забывала. Даже явному скептику было ясно, для каких целей директор ее держит. Впрочем, они и не трудились что-либо скрывать: Лера за глаза называла директора папиком, не стесняясь присутствия коллег, просила у него кредитную карту – на шоппинг смотаться, в деловых поездках парочка останавливалась в одном номере.

В последнее время в бизнесе такие секретарши встречались все реже и реже: предпочтения отдавались профессионалам, настоящим помощникам руководителя. Но Алексей Павлович, очевидно, был в вопросах секретарей ретроградом.

Лера плюхнула поднос на стол. Бокалы жалобно звякнули, сталкиваясь друг с другом, часть шампанского выплеснулась на конференц-стол, сделанный из дорогих пород дерева по индивидуальному заказу.

Галина видела смету на мебель, отчего при всей душевной «травоядности» возникло нестерпимое желание отшлепать Леру по рукам. Но она мужественно сдержалась.

- Валерия! Осторожнее! – скривился директор, ловко спасая от намокания документы. – Нельзя быть такой неуклюжей!

- Хорошо, Алексей Павлович! – Лера похлопала ресницами и нацепила на лицо коронную улыбку: нашкодившего, но любимого ребенка: - Я постараюсь!

Удивительно, но в отсутствие директора Лера была совсем другой: вежливой, приветливой, внимательной к людям. Глупые ужимки и кривляния проявлялись только рядом с боссом, в общении с коллегами она вела себя естественно.

К чести Леры, та не разносила сплетни, не занималась доносительством и никому не мстила через шефа. Поэтому, не смотря на ее патологическую рассеянность, в коллективе к секретарше относились снисходительно.

Галина тоже предпочитала видеть в Лере милую, хоть и слегка взбалмошную, девушку, а об ее недостатках и связи с шефом просто не думать. Во-первых, смысл переживать о том, чего не можешь изменить? А во-вторых… На редкость отвратительное занятие – думать о ком-то плохо! Словно в грязи копаешься. И зачем?

Директор взял с подноса бокал:

- Хочу выпить за моих дорогих бухгалтеров! Желаю вам традиционно крепкого здоровья, профессиональных успехов и личного счастья!

- И чтобы баланс сходился, - подсказала главбух Татьяна Тамерлановна, не отводя от директора зачарованного взгляда.

- И чтобы баланс сходился! – послушно повторил шеф.

Татьяна Тамерлановна, по прозвищу Чингисхан, была эффектной женщиной около сорока, выделяющейся той особой красотой, когда к славянской внешности примешано немного восточной крови.

Главбух пригубила шампанского, бросила на директора еще один томный взгляд и едва заметно покраснела.

Галина не любила, когда кто-то лезет в чужую личную жизнь, и себе не позволяла. Поэтому заметив, как Чингисхан смотрит на директора, деликатно отвернулась.

Но в голове тут же заплясали непрошеные мысли:

«Похоже, главбушка наша к Палычу неравнодушна! А что, он мужчина видный, разведенный, без детей. Та тоже не замужем - никаких моральных препятствий по соблазнению директора нет. Но ведь у шефа – Лера! Как бы хорошо не выглядела сорокалетняя женщина, с восемнадцатилетней девушкой, еще и модельной внешности, соперничать глупо».

И это осознание вызвало искреннее сочувствие. Чингисхан была неплохим человеком: строгой, с крутым нравом, но при этом справедливой, и своих бухгалтеров в обиду не давала.

А что такое жизнь одинокой женщины, объяснять было не нужно. Конечно, монашкой и затворницей Галина не являлась: периодически ходила на свидания, общалась в соцсетях со множеством мужчин, но близкого человека так и не встретила.

Она поставила недопитый бокал на стол и вернулась к переписке с Аллигатором.

Познакомились они несколько недель назад в интернете на туристическом форуме, быстро нашли общий язык и с удовольствием общались в личке, делясь забавными историями из путешествий. Парня звали Олег, но после рассказа об его сафари на крокодилов, над которым Галина хохотала до слез, Олег немедленно был перекрещен в Аллигатора.

В виртуале они понимали друг друга с полуслова, и даже пару раз возникала мысль, а вдруг – это Он, тот самый?.. Но Олег на личные вопросы отмалчивался и встреч в реале не искал.

«Или женат, или я не его вариант», - честно признала Галина и продолжила общаться с Олегом исключительно на тему путешествий. Здесь он был неоценимым кладезем информации: подсказывал, где выгоднее купить билеты, каким туроператорам можно доверять, а каким нет, делился полезными лайфхаками, советовал интересные места для посещения. Узнав, что Галина планирует поездку в Геленджик, загорелся идеей составить для нее индивидуальный маршрут.

«Накрылся мой Геленджик, - она поставила ряд грустных смайликов. – Премия к празднику оказалась в десять раз меньше ожидаемой».

«Жаль, - посочувствовал Аллигатор. - Ни за что не подумал бы, что ты бухгалтером работаешь. У такой экстремалки – и такая скучная профессия».

«Вовсе не скучная! – Галина добавила обиженный смайл. – Я свою работу люблю».

Она действительно еще со школы хотела стать бухгалтером: привлекали стройные колонки цифр, нравилось по сухим строкам отчетов воссоздавать в уме реальное предприятие с его проблемами и достижениями. Наверное, так хороший врач за показателями анализа крови и данными артериального давления видит живого человека.

«А ты, молодец, идейная, - хвалил Галину руководитель дипломной работы. – Многие в бухгалтера из-за моды пошли, востребованности профессии. Кто по призванию – единицы».

И прочил ей блестящее будущее. Частично предсказание сбылось, но главным бухгалтером Галина пока не стала.

Тем временем коллеги произносили тосты: длинные и короткие, серьезные и шутливые.

- А почему это наша Галя молчит? – вспомнила про нее вдруг Татьяна Тамерлановна. – С тебя тост!

Галина невольно вздрогнула. Она терпеть не могла сокращенного варианта своего имени! Грубым он казался, и каким-то колхозным, что ли. Наверное, психолог назвал бы ее неприятие комплексом девушки из провинции. Для подруг Галина была Линой, посторонним представлялась полным именем. Но «Галя»… Как доярка какая-то.

Злость придала вдохновения. Галина встала, инстинктивно скользнула пальцем по запотевшему бокалу, и слова полились сами, пытаясь догнать возникающие в голове яркие образы:

- Бухгалтер – очень важная и увлекательная профессия! Платежки, накладные, ведомости на зарплату - похожи на крохотные кирпичики, из которых мы - бухгалтера, словно древние зодчие, строим прекрасный город. От нас зависит, как крепки будут оборонительные стены: не совершат ли набег дикие орды проверяющих, не проникнут ли вражеские лазутчики конкурентов. И насколько комфортной покажется городская жизнь: будет ли все вовремя, размеренно и по правилам, или воцарится неуправляемый хаос. Наконец, бухгалтерский труд определяет, каким увидят наш город акционеры в годовой финансовой отчетности: аккуратные кварталы, дворцы, фонтаны или бессмысленное нагромождение непонятных построек. Бухгалтер – прекрасная и очень нужная профессия!

- Хорошо сказано… с душой, - задумчиво оценил директор, но посмотрел почему-то на Чингисхана. – Спасибо, Галина!

- Ой, я теперь знаю, кто мне поздравление для налоговиков напишет! – улыбнулась главбушка. – Каждый раз маюсь, не знаю, что и сочинить.

«Нарвалась, - Галина быстро допила шампанское и поставила бокал на стол. – Сидела бы себе тихо, нет же – потянуло на замысловатые речи! Не зря папа говорит – инициатива наказуема».

«Крутой тост! – моргнуло сообщение от Аллигатора. - У тебя талант!»

Она ответила удивленным смайликом:

«Откуда про тост знаешь?»

«Ты нечаянно нажала вызов, - пояснил Олег тремя хохочущими колобками. – Я все слышал!»

- Кстати, Татьяна Тамерлановна, - Палыч погладил ножку бокала и послал главбуху загадочную улыбку; – Напомните, чем у нас Галина занимается?

- Зарплата, реализация, НДС, - отрапортовала главбушка, наградив директора взглядом из-под ресниц.

- Самые ответственные участки, значит, - шеф встретился глазами с Чингисханом и на миг задержал внимание.

«Надо же, как переглядываются! - Невольно отметила про себя Галина. - Как натуральные заговорщики».

И вдруг вспомнила, что вчера приказов на премии было два. В одном, общем, который недавно и зачитал директор, у Чингисхана наравне с остальными стояла скромная сумма. А во втором… Во втором значилась только фамилия главного бухгалтера и премия там была более, чем щедрая.

«А, может, дело вовсе не в романтических чувствах? Вдруг директор и главбух мутят что-то втайне от акционеров? - Галина явно ощутила на лбу холодный пот. – А кое-кто тут про дворцы и фонтаны в годовой отчетности распинается! Хвастовство, излишняя осведомленность и несдержанность на язык могут и до увольнения довести!»

Алексей Павлович на подчиненных не орал, уважал трудовой распорядок, а если кому-то приходилось работать сверхурочно – все дополнительные часы оплачивал без вопросов по нормам трудового законодательства.

Но при этом мог выкинуть на улицу мгновенно и без видимых причин, по каким-то ему одному известным соображениям.

В памяти тут же возникла недавняя история с Геной, бывшим начальником отдела продаж. Директор утром на совещании его похвалил, оценил достигнутые показатели и утвердил план на следующий месяц. А ровно через два часа вызвал к себе в кабинет и заставил написать заявление. Гена клялся и божился, что поводов никаких для увольнения не давал, и причину ему директор не озвучил.

Словно в подтверждение невеселых мыслей, шеф обернулся к секретарше:

- Лера, принеси мне личное дело Галины. Надо подумать.

«С днем бухгалтера! – язвительно прокомментировала про себя Галина. – Что называется, праздник удался!».

Глава 2. Бухгалтерская программа или мир тесен

Утром Галина пришла на работу на час позже.

Чингисхан попросила завезти в налоговую документ, который никак не желал отправляться по электронным каналам связи.

- Лере не могу поручить, - устало пояснила она. – Или по дороге потеряет, или кабинеты перепутает. А курьер заболел.

Холл при входе в офис поражал непривычной тишиной: не было ни очереди у турникета, ни запыхавшихся опоздавших из отдела продаж – их рабочий день начинался на пятнадцать минут раньше бухгалтерии. Утренняя суета закончилась, и сотрудники разошлись по рабочим местам.

Галина поздоровалась с охранником, приложила пропуск к матовому окошку сканера и, гулко стуча каблучками, направилась к лифту. Тот был звеняще пустым.

Палец привычно лег на кнопку четвертого этажа и застыл на мгновение, не сразу решившись нажать. Мозг четко ассоциировал действительность с компьютерной игрой: пустое здание, темные безжизненные коридоры, в лифте никого. И вдруг отовсюду выскакивают жуткие...

Дзынь! Неожиданно мигнул указатель второго этажа. Лифт остановился, створки дверей поползли в стороны, и прямо перед Галиной возникло непонятное всклокоченное существо. Нечесаные вихры торчали, словно чешуйки рептилоида, челка свисала причудливым каскадом, закрывая приличную часть лица.

По спине прокрался предательский холодок, палец привычно искал спусковой крючок оружия и, не найдя, лег на застежку сумочки.

- Привет! - бодро поздоровалось чудище голосом сисадмина.

- Бо-о-ря! – простонала Галина. – Когда пострижешься, нелюдь?!

- Сегодня собираюсь, - сисадмин запустил пятерню в растрепанную шевелюру, сгребая волосы назад.

Боря был совсем молодым парнем. Коллеги любили его за доброту и веселый нрав. И поистине золотые руки. Если у кого-то ломался телефон, планшет, компьютер, да хоть кофемолка с утюгом, все знали твердо – нужно бежать к Боре. Парень никому в помощи не отказывал, и денег за свой труд не брал.

- Пустяки, - смущенно улыбался он, протягивая отремонтированную вещь. – Тут делов-то было на раз-два.

Галина тоже относилась к Боре с теплотой и нежностью, но его внешний вид действительно пугал:

- Третью неделю обещаешь. Уже на монстра похож! Прикинь - в лифте зомби, а я без дробовика? Со страху половина ХП слетела!

- О-у-у! – воодушевился тот. – Тоже гамаешь?

- Практически нет, - Галине не хотелось ломать тщательно создаваемый образ взрослой успешной дамы. – Брат младший на каникулы приезжал, насмотрелась.

- Оставайся вечерком, - подмигнул сисадмин. – У нас жесткие батлы с соседней конторой. Каждый боец на вес золота!

Лифт тем временем остановился на четвертом этаже.

- Кстати, - вспомнил Боря. – Что у вас в бухгалтерии за кипеш?

- Не знаю, - удивилась Галина. - Я с утра в налоговой была.

Кипеш на четвертом этаже был в самом разгаре.

Мимо промчалась Соня – бухгалтер по материальному учету. На ее бледном лице читался испуг, плавно переходящий в панический ужас.

Дверь в святая святых - кабинет главбуха - была бесстыдно распахнута настежь, оттуда ощутимо разило валерьянкой. Боря с Галиной, не сговариваясь, пошли на зов опасности.

Татьяна Тамерлановна сидела в кожаном кресле, белая, как полотно.

- Боренька, наконец-то! – она посмотрела на сисадмина так, словно у того над головой сиял нимб, а за спиной топорщилось два белоснежных крыла. – Только ты можешь меня спасти!

- Что случилось? – в один голос выдохнули Боря и Галина.

- Вот… - Чингисхан обреченно кивнула на монитор в углу. И попросила: - Галочка, принеси воды, пожалуйста.

Боря с видом взявшей след гончей бросился к компьютеру.

Галина вышла в коридор и налила в пластиковый стаканчик воды из кулера. К производной «Галочка» она относилась нейтрально. А когда на совещании директор распекал менеджеров из отдела продаж, что они работают «для галочки», ей было смешно и даже немного приятно.

Татьяна Тамерлановна сделала глоток и поставила почти полный стаканчик на стол.

Боря нажимал какие-то клавиши, щелкал мышкой, и, наконец, с недоуменным видом повернулся к главбуху:

- А что не так? Комп работает, экспресс-тестирование проблем в системе не обнаружило.

- Причем тут система! – эмоционально всплеснула руками главбушка. – На оборотку полюбуйся!

Она подъехала на кресле к столу, решительно отобрала у Бори мышку и развернула на весь экран оборотно-сальдовую ведомость.

- Какой ужас! – невольно вырвалось у Галины.

Открывшаяся на экране оборотно-сальдовая ведомость изобиловала красным цветом, словно дневник нерадивого школьника.

- Это и есть оборотка? – уважительно пробормотал Боря. И, почесав подбородок, повторил вопрос: - А что не так-то?

- Ты что не видишь?! – почти рассердилась главбушка. – Она красная!

- А какая должна быть?

- Нормального цвета. Боренька, ты же все можешь…

- В бухгалтерских прогах я не шарю, - печально признался Боря. – Нужно спецов вызывать. Впрочем… Вчера вечером все нормально было? Можно с бекапа подняться.

И, уловив в глазах Чингисхана растерянное непонимание, пояснил:

- В смысле, из архивов восстановить. У меня стоит автоматическое сохранение информации. Ежедневно, в восемнадцать ноль-ноль, все данные архивируются и пишутся на резервный сервак. Могу вернуть, как было вчера в шесть часов вечера.

- Это, конечно, лучше, чем ничего… - оживилась Татьяна Тамерлановна. – Но три часа моей работы полетят коту под хвост. Я вчера специально вечером осталась – все открыжила, проводки нужные сделала. Как раз с шести до девяти сидела.

Галина с уважением посмотрела на главбуха: надо же, в профессиональный праздник. Причем, подчиненных отпустила пораньше, а сама сидела до ночи.

- Тогда только спецы, - вынес вердикт Боря. – Мы же стоим у кого-то на обслуживании?

- Стоим, - подтвердила Галина. – По крайней мере, абонплату перечисляем регулярно. Телефон фирмы у Леры должен быть.

Легка на помине, в кабинет вплыла Лера. На ней было короткое блестящее платье с откровенным вырезом на груди, в руках барышня держала какие-то бумаги.

- Ах, вот вы все где! – ее лицо озарила искренняя улыбка. – А я бегаю, ищу.

Лера положила на стол документы:

- У нас новый трудовой распорядок! Ознакомьтесь, пожалуйста, с приказом, и подпишите.

Галина внимательно прочитала документ и поставила подпись. Сисадмин подмахнул не глядя.

Подпись Татьяны Тамерлановны на приказе уже стояла, самая первая.

- Лерочка! – ласково посмотрела на нее главбушка. – У тебя есть телефон фирмы по бухгалтерским программам?

- Новый? – Лера засунула подписанный приказ в файл. – Есть. Вчера их специалист приходил программу настраивать, предупредил, что телефон поменялся. Визитка в приемной на столе лежит, сейчас сфоткаю и перешлю.

- Когда это он приходил? – изумился Боря. – Я вчера никого не видел.

- Поздно было, - отмахнулась Лера. – Часов в десять вечера. Все по домам разошлись.

И, натолкнувшись на общее недоумение, начала быстро-быстро пояснять:

– Они позвонили утром, сказали… сказали - нужно обновить…модуль. Но чтобы никто в программе не работал. А у нас же вечно все допоздна сидят. Договорились на десять вечера. Я им ключ дала, и офис на сигнализацию не поставила. А сегодня они мне ключ на остановке вернули.

Галина внутренне напряглась. Поведение Леры нарушало все мыслимые и немыслимые нормы корпоративной безопасности, и логично было предположить, что секретарша получит хорошую взбучку. От обоих ответственных лиц: главбуха и сисадмина одновременно.

Но ни ругани, ни даже высказываний на повышенных тонах почему-то не последовало.

– Эх, Лера-Лера, - наконец проговорил Боря. В его голосе слышалась искренняя печаль: – Как можно было левых прогеров без меня допускать к системе? А теперь у бухгалтерии прога накрылась.

- Да, Лерочка, так нельзя, - поддержала Татьяна Тамерлановна, на удивление спокойным и даже ласковым тоном: – Ключ у посторонних людей, офис всю ночь без охраны. А если бы пропало что-то?

Галина во все глаза смотрела на обоих. Ладно, еще Боря, он от природы не кровожаден, но Чингисхан! Та за меньшие провинности устраивала такие головомойки, что стекла от крика звенели. А сейчас с Лерой - сама деликатность и всепрощение. Что-то не то с начальницей в последнее время творится, странная она какая-то.

- Ой! – расстроилась Лера. – Я не подумала. Как лучше хотела…

- А получилось, как всегда, - хмыкнул Боря. – Кто виноват, что программа не работает? Сисадмин, конечно. Шеф разбираться не будет, уволит без разговоров. Пора изучать вакансии.

- Боренька! – Лера сунула файл с документами подмышку и сложила ладошки перед собой в умоляющем жесте: - Прости меня, пожалуйста! Прямо сейчас пойду к папик… к директору и сама расскажу, какая я дура! Мне то что – поорет-поорет, но не выгонит же. И этим программистам позвоню, пусть приходят и все исправляют!

Лера хотела что-то изобразить руками, но внезапно файл с документами выпал, проехался по гладкой поверхности стола и влетел прямиком в недопитый главбухом стаканчик с водой.

Стакан перевернулся, вода выплеснулась прямо на Борины штаны. Спереди на льняных брюках сисадмина расплылось внушительное мокрое пятно.

Галина усилием сдержала невольный смех. Нет, она не понимала тупые приколы, вроде поскользнувшегося на банановой кожуре человека, и Борю было искренне жаль! Но выглядел сисадмин на редкость глупо и неприлично.

Лера стояла, сжавшись в комочек, и только испуганно хлопала ресницами.

- Это была последняя капля, Лера! - усмехнулся Борис, скосив взгляд на брюки. – И даже не капля – целый стакан! Шанс все исправить у тебя один. Свидание.

- Свидание? – растерянно переспросила Лера. – Какое еще свидание?

- Нормальное свидание. Кино, мороженое, прогулка в парке. Не бойся, ничего лишнего.

- Но мне же пап…ой, в смысле директор не разрешит!

- А ты сделай так, чтобы он ничего не узнал, - подмигнул ей сисадмин.

В кабинет влетела все еще перепуганная бухгалтер Соня, сжимая в руках пакет с логотипом известной аптеки. И начала торопливо выкладывать на стол перед главбушкой баночки и коробочки:

- От давления, от сердца, от нервов, как вы просили.

- Я просила всего лишь стакан воды, - устало отозвалась Татьяна Тамерлановна.

Взгляд Сони нечаянно упал на Бориса:

- Боря! Что это с тобой?!

- Облился. Есть, чем вытереться?

- Полотенца…бумажные…у меня в кабинете были, - пробормотала Соня и опять выбежала в коридор. – Сейчас принесу.

- Хорошо, - в неожиданно наступившей тишине произнесла Лера. – Я пойду с тобой на свидание. Только очень прошу перед этим постричься.

- Постригусь! – по-детски обрадовался Боря. – Обещаю. Но у меня к тебе тоже просьба – оденься приличнее. Юбку хотя бы…

Он махнул рукой где-то в области своего колена:

- Так. А то вдруг знакомых встречу, неправильно поймут. И косметики поменьше.

- Не волнуйся, - робко улыбнулась Лера. – Я буду в другом образе. Тебе понравится.

Тут в кабинете появилась Соня с бумажными полотенцами.

Галина решила выпить кофе – все рано работать в ближайшее время никто не собирался.

«Удивительные вещи вокруг творятся! - думала она, вполуха слушая Сонин пересказ постигших с утра бухгалтерию фатальных несчастий. – Чингисхан превратилась в мать Терезу, тихушник Боря в открытую клеит любовницу шефа, та краснеет, будто средневековая девственница, и… соглашается! Может, я все-таки перенеслась в параллельный мир? Через картину в конференц-зале?»

Они с Соней заняли в буфете столик у окна.

Галина привычно взяла эспрессо, Соня для успокоения нервов решила оторваться - заказала большой капучино и два эклера с белковым кремом.

Соне вела на предприятии материальный учет: склады, товары, поступление - списание, подотчетные лица и такое прочее. Ей недавно исполнилось двадцать шесть, она была миленькой блондинкой. Не то, чтобы полной – в теле. Мужчины оглядывались с интересом. Но в личной жизни Соне тоже почему-то не везло. Возможно, причина крылась в характере: она была жуткой паникершей.

В любом рядовом происшествии Соня видела далеко идущие последствия, причем непременно негативного характера. Верила в приметы, гороскопы, предсказания буддистских монахов и прочую чушь, которой в интернете хоть пруд пруди.

- Лина, представляешь! – с расширенными от ужаса глазами врывалась она в кабинет. – Сибирский шаман предсказал конец света! На этот раз точно, британские ученые подтвердили.

- И когда у нас свет в очередной раз кончится? – по-доброму улыбалась Галина неисправимой подруге. – С датой определились?

- Двадцатого числа будет!

- Не, двадцатого не пойдет, НДС сдать не успеем. Надо шаману позвонить, попросить, чтоб дедлайн подвинули.

В этот раз Соня ныла по поводу утреннего происшествия, рисуя самые мрачные перспективы: предприятие закроется, всех уволят без выходного пособия.

Галина делала вид, что внимает, и активно переписывалась в телефоне.

«Как Геленджик? – интересовался Аллигатор. – Не передумала?»

«Не передумала, но пока отложила. Свободных денег нет».

«Друг работает в туристической фирме, - отослав грустный смайлик, продолжил Аллигатор. - Бывают горящие туры за копейки, Геленджик тоже попадается. Хочешь, дам твой телефон? Если что-то подвернется – маякнет».

«Конечно!! Буду очень благодарна!»

- Девочки, я к вам! – у столика стояла Женя из отдела персонала. На подносе у нее был кофе американо и французский блинчик с курицей и грибами: – Что у вас в бухгалтерии произошло-то?

- Ничего страшного, - опередила Галина Сонины апокалиптические прогнозы. – Некритичный сбой программы. Попытаемся исправить, если не выйдет – восстановим архив за вчерашний день. Будет небольшая потеря информации, но втроем быстро наверстаем.

- Ясно, - улыбнулась Женя и поставила поднос на стол.

Женя являлась еще одним участником их женского клуба одиноких сердец. У нее были русые волосы с красивым золотистым отливом и большие серые глаза.

Через Женины руки проходили кадровые документы фирмы, поэтому она все про всех знала.

Фактически она возглавляла этот самый отдел персонала, и периодически мечтала о табличке на двери, где строгими буквами: «руководитель HR-службы», ее фамилия и инициалы.

Но директор ее карьеризм не поощрял: должность начальника отдела который год числилась вакантной, а у Женьки в трудовой книжке стояло скромное «старший специалист по кадрам».

Спасибо, зарплата была вполне себе начальственная. А также опыт и умение решать задачи определенного уровня. Это стоило дороже таблички, и Женька, скрепя сердце, мирилась.

- Садись, подруга, - подвинулась Соня к Галине, немного обиженная, что ей не дали поиграть в Кассандру. И случайно заглянула в телефон подруги.

- Ух ты, какой красавчик! – восхищенно оценила она аватарку Аллигатора. – Новый знакомый? А почему молчишь?

- Чисто виртуальный, - подчеркнуто спокойно произнесла Галина. Иллюзий насчет онлайн приятеля она себе больше не позволяла: – Без перспектив. Познакомились на турфоруме, общаемся исключительно про путешествия. Думаю, у него жена и куча детей.

- Неудивительно, - буркнула Соня в своем привычном стиле. – Все нормальные мужики заняты. А уж такого точно давным-давно к рукам прибрали. Дай рассмотреть, как следует, исключительно в эстетических целях!

Галина увеличила аватарку.

- Хорош! Ох, и хорош, гад! – мрачнела та. – А почему Аллигатор?

- Производная от Олега. Дружеское прозвище.

- А мне, мне дайте на красавчика посмотреть! – жалобно попросила Женька. – Я что – рыжая?

- Конечно, рыжая! – улыбнулась Галина. – Особенно сейчас.

Яркие лучи солнца падали на Женькины золотистые прядки, делая их просто огненными.

- Но рыжим тоже можно, - Галина протянула ей телефон.

- Олег значит, - мельком взглянув на фото Аллигатора, многозначительно произнесла Женька. – А точнее, Олег Александрович, тридцать два года, прописан в Москве.

- Откуда ты его знаешь?! – изумленно посмотрели на нее подруги.

- Вживую не видела. Только документы.

Женька сделала эффектную паузу, наслаждаясь нетерпением подруг, но долго не продержалась:

- Я вчера этого красавчика к нам на работу оформляла. Заместителем директора. Кстати, штампа из ЗАГСа у него в паспорте нет.

- Это ни о чем не говорит, - невозмутимо возразила Галина, допивая эспрессо. – У него может быть гражданский брак.

Но сердце почему-то радостно забилось.

- И когда этот Аллигатор на работу выйдет? – заинтересовалась Соня.

- Завтра, - ответила Женька. И посмотрела на Галину: - Ты говорила виртуальному приятелю, где работаешь?

- Нет, он только знает, что я бухгалтер.

- Значит, будет красавчику сюрприз! – Женька потерла руки в предвкушении.

Глава 3. Трудности перевода и планы на вечер

Вынужденное безделье Галину утомляло.

В программе работать пока было нельзя, и она решила навести порядок в бумагах.

Начать, естественно, следовало с самых важных, которые хранились в сейфе в кабинете главбуха.

- Татьяна Тамерлановна, - заглянула к ней Галина. – Можно, я пока документы в сейфе переберу?

- Конечно-конечно, - на миг отвлеклась главбушка от разговора по корпоративной связи. – Очень правильная мысль! А то, не дай Бог, проверка придет, а у нас где-нибудь некомплект или подписей нет… Але, Вадим! Это я не вам. Что там, говорите, с договором поставки?

Галина отперла сейф, достала несколько тяжелых папок-сегрегаторов. Устроившись в уголке стола, она вытаскивала документы по одному из файлов и внимательно их просматривала.

Чингисхан тем временем закончила разговор, взяла со стола второй телефон и нажала кнопку вызова. Подождала несколько секунд, отключилась и пожаловалась Галине:

- Опять занято! Больше часа пытаюсь этим программистам дозвониться – то занято, то не берут трубку.

- Лера же грозилась сама их набрать! - вспомнила Галина.

- Какая Лера… Я запретила ей с ними общаться! У Леры ветер в голове.

Чингисхан оглянулась на дверь и продолжила, понизив голос:

- Если честно, Алексея Павловича в этом вопросе не понимаю. Ведь прекрасно он видит, что секретарство – не для Леры. Отправил бы девочку учиться, помог дело по душе выбрать. Нет же, держит при себе. Все-таки мужчины такие эгоисты.

- Да уж… - понимающе протянула Галина. Здесь она была полностью согласна с начальницей.

- Снова занято! – раздраженно прокомментировала та, бросая телефон на стол.

- Поставьте на автодозвон, - предложила Галина. - В управляющую компанию только так дозваниваюсь.

- Не умею. В вопросах техники я пещерный человек. Поможешь?

Галина взяла мобильный, настроила автодозвон и включила громкую связь.

«Абонент занят, - механическим голосом произнесла трубка. – Перезвоните позже».

Начальнице вновь пришел вызов по корпоративной связи:

- Слушаю, Вадим! Сделали допсоглашение к договору? А что в условиях поставки написали? НДС сколько процентов? Хорошо, кидайте мне на почту, посмот…

- Алло! – внезапно отозвался стоявший на автодозвоне телефон. Голос был мужским, приятным, но немного уставшим. – Говорите, слушаю вас.

- Да-да! – прервав разговор с Вадимом на полуслове, взволнованно ответила главбушка. – Это фирма «Софт для бухгалтерии»?

- Точно.

- Что за безобразие! Целый день вам звоню и не могу пробиться! Уже сомнения одолевать начали – может, вы шарашкина контора какая-то?

- Мы поменяли оператора, - примирительно проговорили в трубке. – Третий день заново настраивают корпоративную связь. Но что-то пока не особо успешно – звонки вместо офис-менеджера приходят на программистов.

- Ах, замечательно, - хищно улыбнулась Татьяна Тамерлановна. – Скажите, вы были вчера вечером в компании «***»?

- Может, и был, - задумался собеседник. – У вас форточки?

Чингисхан бросила взгляд на окно, заканчивающееся наверху откидной форточкой:

- Да.

- Значит, был.

Главбух прикрыла трубку рукой и испуганно прошептала Галине:

- Пьяный приходил что ли? Кроме форточек на окне ничего не помнит.

- Не, - так же шепотом ответила Галина. – Это он операционную систему имеет в виду.

- И что вы у нас вчера делали? – в голосе начальницы нарастало возмущение.

- Ничего особенного. Накатил пару апдатов.

- Я ж говорю – пьяница! – прикрыв микрофон, рассерженно прокомментировала главбушка. – Пришел в пустой офис, напился, в форточку покурил и сломал программу!

Она убрала руку и разъяренно гаркнула в трубку:

- У меня из-за вас на Голове какая-то дрянь висит!

- На голове…– изумился голос. - Какая дрянь?

- А это я у вас хочу спросить – какая! – отбрила Чингисхан. – А ниже все покраснело.

- Ни-и-же, - ошеломленно протянули в трубке. – Как ниже?

- По всем ОПам краснота! А внутри вообще – краником встало.

- Э-э-э…

*Форточки - операционная система Виндоус

Накатить апдаты - установить обновления

Юзверы - пользователи

Голова - головное подразделение

ОПы - обособленные подразделения

Сальдо краником - сальдо по дебету равно сальдо по кредиту*

Галина почувствовала, что если немедленно не спасти ситуацию, через несколько секунд в трубке послышится звук падающего тела.

Она резво вскочила со стула:

- Разрешите, я поговорю?

Главбух молча протянула Галине телефон.

- Здравствуйте, - бодро произнесла она. – Меня зовут Галина.

- В-василий, - представился собеседник.

- Очень приятно! Скажите, Василий, вы вчера были у нас: офис на четвертом этаже, операционная система «Виндоус»?

- Да.

- Устанавливали обновление программы?

- Верно.

- С утра возникла проблема с программой – в оборотно-сальдовой ведомости неправильные остатки. По головному подразделению висит странное сальдо, во много раз больше реального. А по обособкам вообще минуса откуда-то вылезли, программа красным их выделяет. И по аналитике какая-то ерунда – дебетовое сальдо равно кредитовому.

- Похоже, слетел регистр остатков, - задумался голос. – Возможно, апдаты криво встали – но это маловероятно. У вас ТВ есть? Можете включить?

- Еще бы радио предложил послушать! - сердито фыркнула главбушка.

- Не, это он о другом, - улыбнулась ей Галина.

И ответила в трубку:

- Тим вьювер есть, сейчас согласую с сисадмином, он даст доступ.

Через несколько минут Чингисхан зачарованно глядела на экран, по которому сам по себе бегал курсор, открывались и закрывались окна программ.

- Галочка, ты такая умничка, - печально вздохнула она. – Рядом с тобой чувствую себя древней старухой.

- При чем тут возраст, - рассмеялась Галина. – Не такая большая у нас разница! Просто мой младший брат – компьютерный гений. Хочешь – не хочешь, а кое в чем разбираться будешь.

Через несколько минут раздался звонок.

- Слушаю! – ответила главбушка. – Какие еще звери?

И тут же протянула трубку Галине:

- На, лучше ты поговори.

- Галина? – обрадовался голос в трубке.

- Да. У вас получилось исправить?

- Все в порядке! Апдаты ни при чем, как я и думал. Сегодня в семь сорок семь юзверы из манагеров влезли в закрытый период и сбили синхронизацию. Все восстановил, смотрите оборотку.

- Татьяна Тамерлановна, - обернулась к ней Галина. – Программу починили, проверьте, пожалуйста.

- Моя обороточка! - восхитилась главбушка, раскрыв оборотно-сальдовую ведомость. – Родная, правильная! А в чем проблема была?

- Менеджеры из отдела продаж сегодня утром провели документы задним числом.

- Ах, вот оно что…- многозначительно протянула Чингисхан. – И кто конкретно это сделал, можно узнать?

- Имя пользователя – Юра Головин, - сообщил Василий.

- Негодяй! – мстительно произнесла Чингисхан. – И тут напортачил. Сколько раз пыталась с ним по-хорошему - как об стенку горох. Пришло время устроить Головину хорошую головомойку.

- Спасибо, Василий! – поблагодарила Галина.

- Не за что! – весело ответил собеседник. – Обращайтесь. Галина, а можно я буду теперь общаться напрямую с вами? Мы так хорошо понимаем друг друга.

- Можно, - улыбнулась Галина и продиктовала свой номер телефона.

Юра Головин – менеджер из отдела продаж – был здоровенным двухметровым детиной весом сто тридцать килограммов. С коллегами вел себя хамовито, девушек мог запросто зажать в углу и облапать.

В кабинет главного бухгалтера он входил вразвалочку, словно хозяин жизни. Челюсти его монотонно двигались, пережевывая жвачку.

- Вызывали? – зычным басом поинтересовался Головин.

- Вызывала, - негромко согласилась главбушка.

Рядом с этим амбалом худенькая Татьяна Тамерлановна со своим ростом в сто шестьдесят сантиметров казалась маленькой пичужкой.

- Водички попью, - Галина попыталась деликатно выскользнуть в коридор.

Юра плотоядно оглядел ее с головы до ног, и, несмотря на строгий деловой костюм, Галина почувствовала себя раздетой. Он сделал вид, что пропускает, и, якобы нечаянно, скользнул рукой по груди.

Галина стояла у кулера и пила третий стакан воды. Она уже начала волноваться за главбушку – в кабинете было тихо: ни крика, ни даже разговора на повышенных тонах.

«Совсем на себя не похожа, - грустно признала Галина. – Неужели все-таки возраст?»

Наконец, дверь кабинета отворилась.

Юра Головин вышел шаркающей походкой, бледный, словно смерть. Плечи его были опущены, отчего Юрка казался ниже ростом.

- Сигаретки не найдется? – жалобно посмотрел он на Галину.

- Не курю, - она протянула Головину стакан воды. – Водички?

Тот взял стакан и выпил залпом. Руки у Юрки бесстыдно дрожали.

Татьяна Тамерлановна сидела за столом в кабинете и что-то чиркала в своем ежедневнике.

- Извини, Галочка, - устало улыбнулась она. – Заставила ждать. Что поделать – рабочие моменты.

И Галина понимающе улыбнулась в ответ.

«Нет, все в порядке! – весело подумала она. – И реальность та самая, и Чингисхан – настоящая. Не зря коллеги дали ей это прозвище. Имени великого завоевателя и покорителя народов она достойна вполне!»

В четыре часа позвонила ревизор Аня:

- Лина, ты идешь сегодня с нами?

- Ой, совсем забыла! – повинилась Галина. – Иду, конечно. А куда – уже решили?

- Женька сказала, что знает классное место: можно и отдохнуть, и потанцевать, а еще там обалденные десерты. Сейчас локацию скину, где этот рай находится.

- Соня будет счастлива! – рассмеялась Галина. – Пока все десерты не перепробует, мы ее оттуда не вытащим.

Девушки еще вчера договорились отметить день бухгалтера в нерабочей обстановке.

К неразлучной троице – Галине, Соне и Женьке - присоединялись ревизор Аня и аудитор Ксения.

Аня носила короткую стрижку под мальчика, несколько серёг в ухе и терпеть не могла юбки – ее деловые костюмы были исключительно в брючном варианте.

У Ани был вполне счастливый брак, хоть и не без ссор – но с кем не бывает? – и подрастал хорошенький четырехлетний сынишка, перлами которого она веселила коллег.

- Во сколько собираемся? – уточнила Галина.

- В восемь. Переодеться нужно и красоту навести. Я уже у начальства отпросилась.

- У начальства? – удивилась Галина. – Финдир же в командировке?

- При чем тут финдир! – хмыкнула Аня. – У меня дома свои директора сидят – муж и Данька. Говорю им вчера: «Можно мама сходит с подружками погуляет?» А они встали у стены, оба одинаковые, руки на груди скрестили, посмотрели на меня изучающе. А потом Данька и выдал – снисходительно так: «Ладно, мама, гуляй. Только котов блохастых не трогай и в лужи не лезь».

- Строго они с тобой! – рассмеялась Галина. – Поняла, к восьми буду.

Дома она надела голубое трикотажное платье, распустила волосы и сделала легкую укладку. На улице было прохладно после недавно прошедшего дождя, поэтому наряд был дополнен светлым пиджаком.

Галина уже приготовилась к выходу, когда из сумочки раздались бравые аккорды имперского марша из «Звездных войн». Мелодия сообщала, что звонит младший брат Анатолий - на аватарке хитро улыбался темноволосый подросток с веснушками на носу и рваной челкой.

- Здоров, Галактика! – бодро поприветствовал ее брат.

- Привет, Толиман! – нежно ответила Галина.

*Толиман – одно из названий Альфы Центавра*

Звездные прозвища они дали друг другу давным-давно, когда старшая сестра читала маленькому братику стихотворение Арсения Тарковского «Звездный каталог»:

До сих пор мне было невдомек –

Для чего мне звездный каталог?

В каталоге десять миллионов

Номеров небесных телефонов.

С тех пор прошло много лет, но шуточные имена в семейном общении остались.

- Как дела? – поинтересовалась Галина. – Как родители?

- Предки в норме, - отрапортовал брат. – У меня дела, как обычно. Выиграл очередной конкурс по программированию. Точнее, региональный этап. Всероссийский стартует через неделю – так что жди в гости.

- А как Юля? – задала Галина вопрос на засыпку. – Она участвовала в конкурсе?

С Юлей брат дружил с первого класса: они вместе ходили из школы домой, вместе делали уроки и на кружок информатики тоже записались вместе. Способности к программированию выявились у обоих, но Юля чуть-чуть уступала Анатолию, который, по выражению преподавателя, «родился с алгоритмическим мышлением».

- У Юльки стандартное второе место.

- Понятно, - рассмеялась Галина. – Она тебе чуб со злости не выщипала?

Над соперничеством Юли и Толи в семье привычно подтрунивали: несмотря на искреннюю дружбу и бескорыстную помощь в любых жизненных ситуациях, в соревнованиях каждый хотел быть первым.

- Не-а, - весело ответил Толя. – Мой проект, конечно же, оказался лучше. Зато Юлькина работа была с социальным уклоном – она придумала специальный сервис для людей с ограниченными возможностями.

- Молодец какая!

- А то! Нас губернатор поздравлял: мне пожелал удачи на всероссийском конкурсе, а Юльке предложил поучаствовать в программе «Доступная среда» - будут разрабатывать софт для инвалидов. Ходит, нос задравши, типа все эти конкурсы – детские развлечения, а я буду реально людям помогать.

- На этот раз Юлька тебя таки сделала, - беззлобно поддела Галина Толю. - Кусаешь локти от зависти?

- Нет, - голос брата неожиданно прозвучал серьезно. – Радуюсь. Может, мне ее победы в миллион раз дороже собственных.

- Вот это новости… - удивилась Галина. - А жениться, часом, еще не собрался?

- Собрался, - не стал отрицать брат.

- А Юлька хоть в курсе?

- Нет пока. Не знаю, что делать.

- Приезжай, - не менее серьезно отозвалась Галина. – Вместе подумаем. Устроим мозговой штурм.

- Ок, - повеселел Толя. – Мозговые штурмы уважаю! Готовь бутерброды с колбасой – скоро буду.

Глава 4. Бухгалтерская вечеринка

К месту встречи Галина немного опоздала – подруги уже сидели за столиком и делали заказ.

- Есть сильно хочешь? – обернулась к ней Женька.

- Нет, конечно, - улыбнулась Галина. – Мы пришли сюда танцевать и веселиться!

- Заказали шампанское, профитроли, большую тарелку разных сыров, - начала перечислять Аня.

- Одобряю! – со смехом прервала ее Галина. – За сыр особое спасибо – не забыли, что я сырная душа.

- Попозже будут кофе и десерты! – заговорщицки сообщила Соня. – Дима сказал, что сегодня просто волшебное тирамису!

На Соньке было скромное темно-серое платье без изысков и украшений. Но покрой одежды выгодно подчеркивал ее роскошную грудь, поэтому серой мышкой в этом платье подруга не казалась ни разу.

- А кто такой у нас Дима? – весело уточнила Галина.

Мельком она заметила, что посетитель за столиком у стены бросает на Соню заинтересованные взгляды. Мужчина обладал приятной внешностью, а модная ассиметричная стрижка делала его похожим на популярного актера из молодежного сериала. Но Соня сидела к нему вполоборота и смотрела в другую сторону, поэтому ничего не замечала.

- Дима – Женин знакомый, - пояснила аудитор Ксения. – Барменом здесь работает. Милый мальчик, просто чудо!

Она незаметно указала на совсем молоденького паренька в форменной одежде.

- Действительно хорошенький! – Галина скользнула внимательным взглядом по Женькиному кавалеру.

Ксения была самой старшей в их компании, и давно перешагнула тридцатилетний рубеж. Однако обладая ростом в сто пятьдесят два сантиметра, тоненькой фигуркой и огромными глазищами с пушистыми ресницами, она выглядела едва ли не школьницей.

Официально Ксения считалась замужем, но с супругом они то сходились, то расходились и месяцами не жили вместе. У Ксюши была взрослая дочь, и вскоре ожидался внук.

- Представляете, девочки! – жаловалась она коллегам. – Ладно, я дурой была, выскочила замуж сразу после школьного выпускного. Мужа себе выбрала… сами понимаете, как в таком возрасте выбирают: чтобы высоким был, красивым, на гитаре играть умел. Так он всю жизнь на гитаре и пробренчал, а я на двух работах вкалывала, чтобы ребенка вырастить. А вчера приходит Алина и заявляет, что у нее скоро свадьба. Я чуть в обморок не упала: «Ты что творишь, дуреха! На меня посмотри!» А она в ответ улыбается: «На тебя и смотрю. Ты, когда за папу выходила, тоже никого не слушала». Жуть – люди в тридцать шесть только первого ребенка заводят, а я уже бабкой буду!

Подруги потанцевали и, разгоряченные вернулись за столик.

- Хватаем сыр и профитроли! – бесшабашно командовала Женька. – Дима скоро шампанское поднесет!

- Классный у тебя Дима! – восторженно заявила Аня. – Добрый, заботливый, с юмором. Женька, колись – где отхватила такой шедевр?

- Где в наше время можно познакомиться? - не поддержала ее энтузиазма Женька. – Два часа рядом в пробке стояли.

- Он так смотрит на тебя, - вздохнула Ксения. – Как на королеву. На меня уже сто лет никто так не смотрел.

- Дима несколько раз намекал на отношения, - словно нехотя призналась Женька. – Но я не решаюсь. Все-таки, он младше на целых пять лет, а мне привычнее общаться с взрослыми мужчинами. Когда наоборот, не осуждаю, но даже не представляю, чем заниматься с малолеткой. Пазлы собирать что ли? И потом, я еще с Игнатом официально не рассталась.

- Игнат – это который свалил в Данию на ПМЖ, и три месяца тебе не пишет и не звонит? - Аня приняла вид умудренной матроны. – С этой минуты объявляю тебя свободной. Не благодари. Пазлы? В принципе, можно это и так назвать. Ты попробуй, подруга, обещаю – потом за уши не оттянешь! Молодые - они бойкие, горячие, неутомимые.

- Тоже мне секс-гуру! – прыснула Женька и ткнула ее в бок. – Напомни, не ты ли выскочила замуж на третьем курсе по величайшей на свете любви? И муж вроде как ровесник. Откуда такие познания про интим с молодыми?

- Мужа и вспоминаю, - честно призналась Анька. – На третьем курсе. Сейчас бы так, как тогда! Но у него нынче, кроме меня, работа и ипотека. Еще и свекровь неизвестно насколько в гости приперлась, в однокомнатную квартиру, эх…

- Возраст – ерунда, - вмешалась в разговор Соня. – Но Дима - простой бармен, а у Жени - высшее образование. Ей с ним будет скучно. Не считаю, что одни профессии лучше других, но культурная разница чувствуется.

И, поймав недовольные взгляды подруг, пояснила:

- Вову – охранника знаете? Я как-то ходила с ним пить кофе.

- Вовчика? – снова рассмеялась Женька. – Конечно, знаем. Он прикольный!

- Ты ходила к нему на свидание? Когда? А почему молчала? – посыпались вопросы со всех сторон.

- Не то, чтобы на свидание, - Соня угрюмо отправила в рот кусочек сыра. – Пригласил меня в соседнюю кафешку посидеть. Облился одеколоном с головы до ног и говорит: «Правда, классно пахнет? Это я специально для тебя помочился!»

- Оговорился человек, - давясь смехом, заступилась за Вовчика Ксения. – С кем не бывает!

- А потом спрашивает: «Соня, ты москвичка?» Я говорю: «Можно сказать, что так. Родители переехали в Москву, когда мне было полгода. А родилась в республике Марий Эл». Вочик посмотрел на меня уважительно: «Так ты, оказывается, иностранка. А почему в Россию перебрались? В этом… Мариаме хорошо – тепло, мандарины растут».

- Марий Эл с Марокко перепутал! – догадалась Галина.

- Знаете, девочки, что в мужчине самое сексуальное? – дождалась Соня, пока подруги отсмеются.

- Бицепсы накачанные, - мечтательно вздохнула Женька.

- Губы, - выдала свою версию Ксения.

- Нет, - печально улыбнулась Соня. – Самое сексуальное в мужчине – мозг. Меня всегда восхищали умные мужчины – образованные, интеллектуальные, способные решать сложные задачи, делать фундаментальные открытия, постигать тайны вселенной. А попадаются одни Вовчики…

Галина заметила, что посетитель за столиком у стены развернулся и во все глаза уставился на Соню. Но та, увлеченная собственными откровениями, опять ничего не заметила.

Как раз появился Дима с подносом, на котором стояли играющие пузырьками бокалы с шампанским.

- Девочки, давайте лучше выпьем! – попробовала разрядить обстановку Аня. – Традиционный тост - за нас: самых умных, самых красивых и самых скромных!

- И самых одиноких, - уныло продолжила Соня, поднимая бокал. – Аня и Ксюша не считаются, конечно.

- Ксюша считается, - криво усмехнулась Ксения и поставила бокал на стол. – Соня, ты оптимистична до жути! Как хотите, но я за это пить не буду.

- Тогда у меня есть другой вариант! – возле столика стоял, улыбаясь, тот самый мужчина, что весь вечер разглядывал Соню. В руках он держал бокал красного вина: – Предлагаю выпить за знакомство!

Девушки разом обернулись, разглядывая незнакомца.

Он выдержал изучающие взгляды и весело пояснил, обращаясь то ли к Ксении, то ли к Галине:

- Весь вечер размышляю, как познакомиться с вашей очаровательной подругой, - он указал глазами на Соню. – И не могу найти достойного решения. В моем возрасте просто так, в лоб, заигрывать с незнакомой девушкой неприлично. И большая вероятность, что мой шаг будет неверно интерпретирован. Поэтому решил, что вначале познакомлюсь с вами…

Он обвел взглядом Ксению, Аню, Женю и Галину:

- А потом вы меня представите подруге. Полагаю, так будет больше шансов.

- Можно попробовать, - первой отмерла Аня. – Но мы своих подруг с кем попало не знакомим! Для начала нужно убедиться, что вы человек приличный.

- Вроде приличный… - задумался мужчина. – Друзья уважают, начальство ценит.

- А жена? – ехидно ввернула Женька. – Что жена про вас говорит?

- Женой пока не обзавелся, - невозмутимо сообщил Сонькин поклонник. – Но не теряю надежд.

Галина бросила невольный взгляд на безымянный палец правой руки: кольца не было. Не было и следа от недавно снятого кольца, про который новоиспеченные ловеласы часто забывают.

- Пьете? – придирчиво уточнила Ксения.

- Пара бокалов вина в хорошей компании, - улыбнулся мужчина.

- Курите?

- Не имею такой вредной привычки.

- Наркотики?

- Упаси Боже, у меня другие жизненные приоритеты.

- Конфликты с законом?

- Два штрафа за нарушение парковки, - весело признался мужчина. - Ну, барышни, вы даете! Меня так даже в ФСБ не допрашивали.

- А вы имеете отношение к ФСБ? – удивилась Аня.

- По работе иногда приходится сталкиваться.

- А в какой сфере работаете, если не секрет? – заинтересованно посмотрела на него Галина. – Запоминающееся лицо, подумала, что вы – актер.

- Нет, - рассмеялся незнакомец. – Я – ученый. Физик.

Соня в шутливом разговоре подруг не участвовала и недоверчиво разглядывала гостя из-под ресниц.

Но при последних словах тряхнула головой, отбрасывая со лба челку, и открыто встретилась глазами с мужчиной.

- Физик…- очарованно прошептала она. – Никогда не встречала живого ученого.

- Молодой человек, - укоризненно проговорила Ксения. - Как вам не стыдно! Признайтесь, что просто подслушали наш разговор и решили назваться ученым, чтобы произвести впечатление. Помните бородатый анекдот, когда один хитрец услышал беседу трех девушек о том, какие им нравятся мужчины? Одна сказала, что любит военных. Вторая призналась, что предпочитает спортсменов, а третья была без ума от индейцев.

- Индейцев? – улыбнулся гость. – Уже смешно.

- Так вот, - закончила Ксения. – Мужчина подошел к ним и представился: мастер спорта, старший лейтенант Чингачгук.

- Большой змей! – рассмеялся мужчина. – Нет, раньше не слышал. Или не запомнил. Но я действительно физик, прилетел вчера на конференцию.

Он вытащил из кармана длинную разноцветную бумажку и протянул Ксении.

- Международный форум по вопросом ядерной энергетики, - прочитала она. – Участник Егоров Вячеслав Валерьевич.

- Он самый, - подтвердил гость. – Для друзей просто Слава.

- Соня, - выпалила Соня и покраснела.

Глава 5. Гвозди в кузне, тигр и лужа

Слава и Соня быстро нашли общий язык.

Они танцевали, смеялись, разговаривали обо всем на свете: о кино, музыке, любимых книгах.

Слава даже выслушал стандартную Сонину чушь про астрологию, улыбнулся и сказал, что в гороскопы он, конечно, не верит, но древние астрологи достойны всякого уважения: они накопили бесценные знания и наблюдения, которые легли в основу современной науки.

Соня была счастлива - глаза сияли, словно яркие звезды.

Но заметив в руках подруги третий бокал с шампанским, Галина насторожилась.

Кроме приступов пессимизма и любви к мистике у Сони была еще одна черта – на нее по-особенному влиял алкоголь.

В отличие от многих девушек, которых спиртное делало мягкими и податливыми, с Соней все было в точности до наоборот. Всего пара бокалов шампанского или сухого вина – более крепких напитков подруга принципиально не употребляла – ее полностью преображали.

Сколько неудавшихся знакомых наступили на эти грабли и не счесть – надеющиеся напоить хорошенькую девушку и воспользоваться ее беспомощным состоянием неожиданно получали…

Нет, Соня не хамила, не использовала площадную брань, не искала приключений на разные интересные места.

Она становилась резкой и принципиальной, словно прокурор на слушании громкого дела, имеющего широкий общественный резонанс. Резала правду-матку в глаза, беспощадно обличала пороки, в общем, говорила человеку открыто все, что о нем думает.

Несколько раз доставалось и подругам. На следующий день Соня, опустив глаза, просила прощения и подсовывала обиженной шоколадку:

- Лина, извини, знаешь же – меня заносит. Но если честно, та юбка тебе действительно не идет.

Или:

- Жень, прости дуру, я же не со зла. Но твой Ваня – хозяин автосервиса мутный какой-то, мне не понравился.

Поэтому, заметив, как Соня налегает на шампанское, Галина волновалась не зря. Но еще раз вглядевшись в ее безмятежное лицо, успокоилась.

Слава не выглядел донжуаном, ищущим партнершу на одну ночь. Наоборот, производил впечатление воспитанного человека, и к Соне относился с уважением.

Беда пришла, откуда совсем не ждали.

Парочка сидела рядышком и договаривалась о завтрашнем свидании.

- Так жаль, - сокрушался Слава. – Я всего три дня в Москве. А послезавтра лечу в Африку на две недели.

- В Африку? – в голосе Сони сквозила печаль. – Почему так сразу – и в Африку? Это несправедливо!

- Строим новую современную АЭС. Слышала, наверное? Я один из консультантов.

Слава осторожно положил руку на спинку Сониного стула:

- Не волнуйся, две недели пролетят быстро. Разве это разлука в наш век интернета? Буду писать по сто раз в день, слать смешные фото…

- В соцсетях?

- Нет, в соцсетях меня нет. Из соображений секретности. Но разве мало других способов? А через две недели вернусь и почти полгода буду в Москве – начнутся согласования по новому проекту.

Соня с безмятежным видом пристроила голову на его плечо.

- Зато завтра – полностью наш день, - улыбнулся Слава. - Давай проведем его, как захочешь. Предлагай любые варианты – кино, театр, выставка…

Он немного задумался:

- Поездка куда-нибудь. Не очень хорошо знаю Москву, а как здесь люди привыкли отдыхать – и вовсе не в курсе. Жду твоих предложений. В средствах не стеснен, наоборот – богат, как арабский шейх: у нас очень хорошие командировочные, а тратить особо некуда. Что нужно одинокому мужчине кроме новой зубной щетки и набора для бритья?

Соня млела и летала в облаках, пребывая где-то в районе седьмого неба.

- Хотя последние командировочные еле выбил, - со смехом признался Слава. – Эти мокрые куры из бухгалтерии на меня натурально ополчились. Говорят, за два года ни одного авансового по командировкам не сдал, поэтому не видать тебе денег, как своих ушей.

При этих словах Соня мягко отстранилась от Славы, и Галина уловила в ее глазах знакомый стальной блеск.

- Значит, два года не отчитывался?

- Некогда мне, - ничего не подозревающий Слава опять попробовал притянуть Соню к себе. – Я эти два года мотался, как неприкаянный, между домом, служебной квартирой в Москве и Африкой. Ума не приложу, где эти документы по командировкам валяются - вероятно, распределены равномерным слоем по всем трем местам. Раздражает – двадцать первый век, крупный проект, престиж государства на кону, а этим теткам замшелым подавай свое: бумажечка к бумажечке, подшей, пронумеруй… Бр-р-р!

- А знаешь ли ты, - Соня решительно выпуталась из Славиных объятий: - Знаешь ли ты, что я тоже работаю бухгалтером? Веду материальный учет и, представляешь, расчеты с подотчетными лицами?

- Бухгалтером? Ты? – удивился Слава. – Честно говоря, думал, что у такой красивой и эрудированной девушки и профессия под стать. Что-нибудь интересное, современное: вебдизайн, например, или контент менеджмент.

- А бухгалтер, по-твоему, – неинтересно и несовременно?

Галина незаметно толкнула Соню под столом ногой. Она бы с радостью толкнула и Славу, потому как тот был слишком расслаблен и совершенно не чувствовал опасности.

- Мне бухгалтера всегда представлялись этакими толстыми бесформенными тетками, - признался Слава. – В черных нарукавниках, сдувающими вековую пыль с пожелтевших картонных папок. Думаю, эта профессия скоро отойдет в прошлое: сложить несколько цифр – любой компьютер умеет. И гораздо быстрее, и точнее человека.

- Думаешь, мы только два плюс два на калькуляторе складываем?! – не обращая внимания на предупреждение подруги, возмутилась Соня. – Что ты вообще понимаешь в жизни! Твоя ядерная физика, она же без бухгалтерии ничто…

Соня поднесла к губам пустую ладошку и символически сдула с нее что-то невидимое:

- Пыль! Без бухгалтерии вы никакую АЭС не построите: никто денег не даст, а если дадут – то все разворуют, и зарплату вам никто не посчитает и не выплатит, и…

- Мне зарплату государство из бюджета платит, - постарался уйти от скользкой темы Слава. Но Соню уже несло:

- И бюджета без нас никакого не будет! Никто налоги не посчитает и не перечислит. А, значит, и государство развалится. Мы – основа мироздания, на бухгалтерах весь мир держится! Знаешь, что такое двойная запись?

- Нет.

- Дебет и кредит – это… это… - волновалась Соня. – Это – гармония! Что там в вашей физике есть? Катод и анод? Нет, электрон и позитрон! Это важно, научно, это, наконец, красиво!

- Соня, извини, - Слава попробовал накрыть ее маленькую ладошку своей широкой ладонью. – Кажется, я был неправ.

- Еще и как не прав! Просто катастрофически, фатально неправ! – Соня вырвала руку и эмоционально продолжила: – И вдруг в нашем стройном порядке, в наших выверенных расчетах появляется такой как ты – которому лень потратить десять минут, чтобы сделать авансовый отчет! Из-за таких, как ты, потом непонятно, сколько денег в реальности потрачено, куда именно потрачено, как потрачено. Невозможно оценить издержки, спланировать будущие расходы. А потом из-за таких, как ты, оказывается, что объем финансирования рассчитан неправильно. И все летит в тартарары – Африка, АЭС, престиж страны. Все, все из тебя!

- Враг вступает в город пленных не щадя, от того, что в кузнице не было гвоздя… - продекламировал Слава. – Достаточно, я осознал всю глубину своего падения. Но обещаю исправиться. Сегодня же скачаю учебник по бухучету и буду всю ночь штудировать, как загулявший студент перед последней пересдачей. А завтра, готовься, буду задавать вопросы, много вопросов! И, надеюсь, ты благосклонно объяснишь все непонятные моменты бухгалтерского учета.

*Слава цитирует стихотворение Маршака*

- Ничего я тебе завтра не объясню, - фыркнула Соня. – Потому что завтра с тобой никуда не иду. Не собираюсь встречаться с человеком, который так неуважительно отзывался о моей профессии!

Галина еще раз толкнула Соню под столом ногой, гораздо сильнее, чем раньше.

- Не пойдешь? Как не пойдешь…почему? Я же честно обещал исправиться!

- Обещать – не значит жениться! – безапелляционно выдала Соня.

- Дай хотя бы номер телефона!

Галина не выдержала и, уже не скрываясь, изо всех сил пнула Соню под столом.

- Ай! – вздрогнула Соня. – Лина, не толкайся, не в метро!

И, посмотрев на Славу, припечатала:

- Никаких номеров. Когда поймешь важность бухучета, тогда и поговорим!

- Понял, - усмехнулся Слава. – Приятного вечера, дамы. Был рад знакомству.

Он поднялся из-за стола, сам нашел официанта, расплатился и вышел на улицу.

- Ох, и дура ты, Сонька! – печально вздохнула Ксения. – Завтра же пожалеешь, как пить дать, пожалеешь!

- Плевать! – бесшабашно улыбнулась Соня. – Зато сегодня полностью уверена в своей правоте. Я не просто женщина, я – бухгалтер. Профессионал. И горжусь своей профессией. Кстати, мы сюда пришли отмечать день бухгалтера, верно? Так давайте за это и выпьем!

Подруги молча подняли бокалы. Все знали, что спорить с Соней в таком ее состоянии бесполезно.

- Но про бухгалтерию ты сказала красиво, - допив шампанское, признала Аня. – Мне понравилось. Умеете вы с Линой увидеть в самой обычной профессии нечто особенное. Я про свое ревизорство ничего такого придумать не могу. Ваша Чингисхан молоток, набрала в команду профессионалов. А видели бы, что в других компаниях холдинга творится. Если главбух – то обязательно родственница директора. Или любовница. В учете такая помойка, что и открывать страшно. И смотрят на тебя сверху вниз: «Ищи-ищи, свинья везде грязь найдет».

- Эх, Анечка, - грустно отозвалась Ксения-аудитор. – Что тогда мне говорить, когда я в эту их субстанцию погружаюсь с головой? И только вроде все разгребу, рекомендации напишу, как правильно делать, а они так же, да туда же, да по тому же месту. Чувствую себя уборщицей бабой Тамарой, хочется встать посередине коридора и заорать: «Куда ж вы, ироды, по помытому! Совести у вас нет!»

- Девочки, это непорядок! – воодушевилась Галина. - Нужно и про ваши профессии придумать красивые истории.

- Что там придумывать, - махнула рукой Аня. – Не получится.

- Еще и как получится! – не сдавалась Галина. – Я вчера такое поздравление налоговикам написала, что аж сама прослезилась. А если еще и Соня поможет…

- Запросто! – пообещала Соня.

Неожиданно возле их столика нарисовался тощий плешивый мужичонка. Его испитую рожу не спасал ни дорогой костюм, ни аромат элитного парфюма. Но при этом в глазах читалось чувство собственной неотразимости и превосходства над другими. Парадокс?

- Скучаете, кошечки? – он бесцеремонно оглядел подруг и остановил взгляд на Ане: – А у тебя, киска, какие планы на вечер?

- Извините, я замужем, - Аня показала руку с обручальным кольцом.

- Так даже лучше! – расцвел мужичонка, обнажая в улыбке кривые зубы. – С замужними проблем меньше.

Он наклонился к Аньке и, обдав перегаром, зашептал на ухо:

- Поехали ко мне, пушистая, познаешь истинного тигра в постели!

- Не получится… - Аня изобразила мировую скорбь. – Мне начальство строго-настрого запретило трогать блохастых котов.

Девушки расплатились и веселой толпой высыпали на улицу. Последнее происшествие не давало им покоя, заставляло вновь и вновь обсуждать его, звонко хохоча во весь голос.

- Жжешь, Анюта! - заливалась Галина. – Как у этого кошака облезлого рожа вытянулась, я чуть от смеха под стол не свалилась!

- Я кофе поперхнулась! – вторила ей Женька. – Начальство….ы-ы-ы…запретило…блохастых!

На улице было хорошо, как бывает хорошо вечером после теплого летнего дождя. Подруги заказали такси, но оно останавливалось немного дальше, нужно было пройти через небольшой сквер.

- А что, я человек ответственный, - весело соглашалась Аня. – Начальство сказало нельзя, значит нель…

Хрясь! Каблук Аниной туфли попал в ямку и с противным хрустом сломался.

Укротительница тигров взмахнула руками, пытаясь сохранить равновесие, но не получилось. Со всего размаха она плюхнулась в свежую лужу, в которой еще секунду назад отражались неоновые огни рекламной вывески.

- Ой! Мамочки! Писец! – всполошились подруги и, потянув со всех сторон, вытащили Аню из лужи. – Анютик, сильно ушиблась? Где болит? Идти можешь?

- Все норм, - сообщила Аня, обтирая о траву босые ноги. – Грязь мягкая. Бриджам только хана.

Ее коротенькие белые брючки действительно выглядели плачевно, что было понятно даже при тусклом свете фонаря.

- Где моя сумочка? – оглянулась Аня.

И, подобрав с дорожки удивительным образом не попавший в грязь клатч, вытащила из него пачку влажных салфеток:

- Всегда с собой таскаю. Данька – ужасный поросенок, с прогулки как кусок грязи приходит. Теперь понятно, в кого он такой уродился… в мамочку!

Аня старательно очищала салфетками одежду:

- Хоть бы в такси пустили, а то скажут - иди отсюда, бомжиха!

- Да, подруга, - Ксения вытащила из пачки еще одну салфетку и помогла Ане. – До конца-то ты приказ начальства не выполнила: от котов похотливых отбоярилась, а вот перед лужей – не устояла.

- Такая я, - хмыкнула Аня. – Морально неустойчивая. Чую, накажут меня дома: поставят в угол и гулять больше не выпустят.

- Сегодняшний вечер у всех вышел незабываемым, - буркнула Соня и отвернулась.

Глава 6. Утро

Утром Галина пришла на работу на час раньше, запланировав нечто наподобие генеральной уборки. Только в делах.

Она не любила «хвостов» и отложенных на неопределенное время задач, а они слегка поднакопились. «Несрочное и неважное», если о нем забыть, имеет привычку превращаться в «горящий вопрос жизни и смерти», решение которого требует невероятных усилий.

Галина себя к супергероям не относила, предпочитая вместо бессмертных подвигов планомерно, раз в месяц, разгребать завалы.

Проходя мимо кабинета главбуха, она заметила, что дверь приоткрыта.

- Доброе утро, Татьяна Тамерлановна! – заглянула Галина. – Думала – первой на работу приду, но вижу – ошиблась. Вы хоть отдыхаете когда-нибудь?

- Здравствуй, Галочка! – улыбнулась главбушка. – Вчера с питерского ОПа прислали отчеты, и мне они категорически не нравятся. Хотя внешне вроде все пристойно. Глянешь свежим взглядом?

- Конечно, посмотрю!

- А куда я питерскую папку положила? - Чингисхан обвела кабинет глазами. – Только - только в руках держала! Рассеянной в последнее время стала, все забываю.

Жалобы главбушки удивили. Это Чингисхан-то рассеянная? Та, которая помнит наизусть цифры из отчета трехлетней давности?

Галина пригляделась к начальнице: та выглядела осунувшейся, под глазами залегли тени.

«Переутомилась, - пришел на ум резонный вывод. – Днюет и ночует на работе. В отпуск кому-то нужно, причем срочно!»

- Вспомнила! – прервала ее размышления Чингисхан. – На полку поставила. Вот же, голова садовая.

Она поднялась из-за стола, подошла к стеллажу с документами и потянулась к стоящим на верхней полке папкам.

- Ой! – внезапно начальница качнулась и, схватившись за стену, медленно съехала вниз.

- Татьяна Тамерлановна, что с вами? – Галина бросилась к ней и подхватила под руки. – Вам плохо?

- Ерунда, - попыталась улыбнуться Чингисхан. – Голова закружилась.

Вид у нее был совсем неважный – лицо белее мела, на лбу мелкие капельки пота.

Галина помогла главбушке встать и пересесть в кресло.

- Это оттого, что утром не позавтракала, - виновато призналась начальница. - Выпью кофе и все пройдет.

- Отдохнуть вам нужно, - сочувственно произнесла Галина.

- Отдохну. Когда-нибудь. Ты документы-то глянь.

Галина молча взяла папку с документами и вышла из кабинета.

Происшествие ее серьезно взволновало. Начальницу Галина уважала и искренне желала ей добра.

«Хорошо, если это простое переутомление, - думала она по дороге к бухгалтерии. – А может быть и симптомом серьезных проблем со здоровьем. Как уговорить бессменного Чингисхана заняться собой? Хоть к директору на прием записывайся».

Удивительно, но и Соня с утра находилась на рабочем месте.

Она обложилась бумагами и отчаянно стучала пальцами по клавишам.

- Привет, ранним пташкам! – поздоровалась Галина. – Как самочувствие?

- Здоров, - хмуро отозвалась Соня. – Самочувствие – прекрасно, настроение – отвратительно.

- А что так? – улыбнулась Галина. – К Земле приближается астероид-убийца, британские ученые подтвердили?

- Слава сказал, что «британские ученые» – мем, - Сонька вытащила из папки какой-то документ, просмотрела его по диагонали и, скривившись, смяла и бросила в урну: – Достал Вадик, опять накладную подсунул без подписей и печатей! И плевать на апокалиптические прогнозы, когда у меня личный апокалипсис.

- Что, подруга, жалеешь? – поняла Галина.

- Жалею, - не стала врать Соня. - Но лишь о том, что обрубила все концы, не оставив Славе вариантов. Дедушка, царство ему небесное, говорил, что шанс человеку нужно давать. Хотя бы один.

- Слова мудрого человека, - с уважением отозвалась Галина. – Наверное, дедушка психологом работал?

- Почти, - первый раз за утро улыбнулась Соня. – Наперсточником он был. На Казанском вокзале лохов разводил.

- Теперь ясно, – рассмеялась Галина. – Сонька, ты вся в деда - кинула мужика на ровном месте! Все понимаю, но номер телефона человеку можно было оставить!

- Не Славу я кинула, а себя, - опять погрустнела Соня. – Без единого шанса. Где конкретно работает - не знаю, где живет – тоже не в курсе. И в соцсетях страницы нет, чтобы заглянуть невзначай, фоточку лайкнуть. Первый раз в жизни встретила человека, за которым готова идти на край света – в Африку, к дикарям-людоедам, хоть куда. И надо же было так сказочно, просто феерично тупануть!

- Что теперь поделать, - Галина погладила подругу по руке. – Отнесись к ситуации философски, как к жизненному эпизоду – приятно провели время, пообщались по душам.

- Вся моя жизнь – сплошные эпизоды! А претендента на главную роль нет и нет.

Соня взяла со стола очередной документ и начала рьяно колотить по клавиатуре.

Внезапно раздался звонок по корпоративной связи.

- Бухгалтерия? – уточнила трубка нежным голоском секретарши.

- Да, - отозвалась Галина.

- Отлично! – обрадовалась Лера. – Ты-то мне и нужна. Точнее, не мне, а шефу. Вызывает.

- Прямо сейчас? – Галина почувствовала в груди предательский холодок.

Только расслабилась, решив, что директор о ней забыл. А он тут как тут – выскочил из засады, застигнув жертву врасплох.

- Не, - задумалась Лера. – Шеф сейчас занят. Давай через полчасика.

Галина настолько волновалась перед разговором с директором, что пришла на пятнадцать минут раньше.

«Подожду в приемной, - подумала она, подходя к царству секретарши. – С Лерой поболтаю, хоть отвлекусь немного».

Дверь в приемную оказалась закрытой неплотно. Сквозь узенький просвет была видна Лера, работающая за компьютером. Пальцы легко порхали по клавиатуре, набирая в текстовом редакторе документ.

«Надо же, - одобрительно отметила Галина. – А девочка-то молодец! Учится, растет над собой. Только-только потешались над Лериным способом печати одним пальцем, а она уже прекрасно работает обеими руками. И скорость как у пианиста-виртуоза!»

Документ на экране компьютера выглядел идеально: текст был отцентрован, разбит на аккуратные абзацы, автопроверка не находила ни единой ошибки. Надо полагать, грамотность Лера тоже подтянула.

Галина уже подняла руку постучаться, когда услышала недовольный голос шефа:

- Валерия! Сколько можно ждать? Где письмо?

- Сейчас-сейчас, - пискнула Лера. – Одну минуточку, заканчиваю.

Она бросила взгляд на закрытую дверь в кабинет шефа и начала производить над документом на экране странные манипуляции.

Нажимая клавиши ввода и пробела, секретарша меняла структуру текста. Через несколько секунд красивый ровненький документ превратился в хаотичное нагромождение висячих строк. Параллельно Лера исправляла слова, заставляя редактор подчеркивать изменения красным.

«Она что – специально ошибки делает? – не поняла Галина. – Но зачем?»

Лера распечатала обезображенный документ и понесла начальнику.

- Ох, Валерия, - раздался через минуту его тяжелый вздох. – Как можно быть настолько безграмотной? Редактор же показывает, в каких словах ошибки, бери и исправляй.

- Я исправляю, - виновато пробормотала Лера. – А он все равно подчеркивает!

- Нажми на слово с ошибкой, - терпеливо пояснил директор. – Программа предложит варианты замены. Просто выбери нужный.

- Я не знаю, какой нужный! - пролепетала Лера. – Пробовала, ты ругался потом.

- Пожалуй, автозамену и впрямь использовать не стоит, - задумчиво согласился шеф. – Хватило, когда ты в письме банку вместо «аваль» написала «шваль». Лера-Лера, что же мне с тобой делать?

- Не моя вина, - из начальственного кабинета послышались сдержанные всхлипы. – Что не было возможности получить приличное образование! Это у вас - москвичей элитные школы, кружки, дома детского творчества. А в нашем ПГТ школа одна, половины учителей не хватает. Выкручиваются, как могут: физику преподает учитель труда, а русский язык – учитель физкультуры.

- Заметно, - с сарказмом подтвердил шеф. – Ладно, не реви, я обо всем позабочусь. Вчера звонил знакомому, что возглавляет кафедру менеджмента в университете. Обещал помочь. В этом году тебе поступать рано, а на следующий - можно попробовать. На платную форму, естественно. Но готовься – придется серьезно заниматься с репетиторами.

- Менеджмент? – разочарованно протянула Лера. – Не хочу. Скучно.

- Извини, - в голосе шефа послышалась усталость. – Других подобных знакомств у меня нет. А с улицы ты не поступишь. Надо смотреть правде в глаза.

- Хорошо, - согласилась Лера. – Вечером ждать? Что на ужин приготовить?

- Что хочешь. Сегодня буду поздно, перед отъездом нужно много дел переделать. Кстати, ты вызвала Галину Горячеву из бухгалтерии?

- Да. Она должна подойти через десять минут.

- Пусть в приемной посидит, хочу сделать пару звонков. И, Валерия…

Директор сделал паузу и продолжил назидательным тоном:

- Сколько раз говорил – носи на работу что-то менее вызывающее! В компании принят деловой стиль, неужели трудно приобрести приличный костюм? Моя карта у тебя, денег на ней достаточно. Или хотя бы темную юбочку и светлую блузочку.

- Я в школу ходила в черной юбке и белой блузке, - тихо проговорила Лера. - В одних и тех же, три года! Юбка настолько полиняла от постоянных стирок, что напоминала половую тряпку. А рукава блузки были мне по локоть. Но другой одежды…

- Прекрати, я все понял! – резко перебил ее директор. - С этим разберемся позже. Включи, пожалуйста, кондиционер – в кабинете жарко.

Подождав минуту, Галина постучалась и вошла в приемную.

- Шеф просил подождать, - улыбнулась ей Лера. – У него срочный разговор по телефону. Кофе будешь?

- Да, - Галина незаметно разглядывала секретаршу.

Та, как всегда, была свежа, весела и приветлива. Ее нежное личико и открытый взгляд не смогли испортить ни вульгарное платье с откровенным разрезом впереди, ни полтонны косметики.

Странная история с документом не шла у Галины из головы. Зачем умной, грамотной девушке выставлять себя непроходимой тупицей? Или это способ раскрутить шефа на оплату учебы в университете? Если да, то Леру можно поздравить - хитрый план удался.

Думать о том, что секретарша не та, за кого себя выдает, и ее подослали в компанию нехорошие люди, с еще более нехорошими целями Галине не хотелось.

«Но присмотреться к секретарше внимательнее стоит, - решила она. – На всякий случай».

Лера сбегала к кофе-машине и принесла две чашки эспрессо.

- Составлю компанию, - подмигнула она. – Сколько ложек сахара любишь?

- Люблю одну, - вздохнула Галина. – А буду ни одной - вчера на десертах оторвалась, утром плюс килограмм на весах.

- Тебе можно! – убежденно заявила Лера. - Худенькая совсем.

И вытащила из ящика стола початую коробку шоколадных конфет:

- Угощайся, очень вкусные.

- Разве что одну, попробую, - соблазнилась Галина.

Конфеты действительно оказались душевными. Не удержавшись, она взяла и вторую.

Лера между делом приговорила половину коробки.

- Поправиться не боишься? – Галина удивленно наблюдала за редеющими рядами конфет. – Столько сладкого ешь.

- Не боюсь, - отмахнулась Лера. – Наоборот, за неделю похудела на три кило. Ночами почти не сплю, трачу много энергии.

На ум пришло логичное объяснение ночных энергозатрат секретарши, и Галина смутилась. Тот момент, когда рядом с юной девчонкой без комплексов, чувствуешь себя старой занудой и моралисткой.

Наконец пришел вызов от шефа.

- Слушаю, - нажала Валерия кнопку громкой связи.

- Галина Горячева подошла?

- Да, она здесь.

- Пусть зайдет.

Галина мысленно перекрестилась и вошла в кабинет директора.

Первым делом она намеревалась поделиться с шефом тревогой о самочувствии главбуха. Потому как, если отложить этот разговор на конец аудиенции, Палыч может… может сказать неприятную вещь, настроение испортится, и все благие намерения вылетят из головы.

- Доброе утро, Алексей Павлович! – бодро произнесла Галина.

- Здравствуйте, Галина! – пробурчал себе под нос шеф. – Присаживайтесь.

Он несколько минут что-то писал в ежедневнике, потом, наконец, поднял голову и вперился в Галину изучающим взглядом. Будто рентгеном светил!

Лицо его не выражало эмоций. Догадаться, доволен ли шеф, рассержен, или удручен – было невозможно.

Галина выдержала директорский взгляд и, помня о своем решении, набрала в грудь воздуха и начала первой:

- Алексей Павлович, я должна сказать вам важную вещь.

- Вы? Мне? Важную вещь? – по лицу шефа скользнула тень удивления. – Говорите, слушаю.

- Это касается здоровья Татьяны Тамерлановны! - выпалила Галина.

- Татьяны… Тамерлановны? – директор запнулся, и Галина вдруг прочитала в его глазах… страх? Растерянность? Искреннее переживание?

Но уже через мгновение шеф вернул на лицо непроницаемую маску:

- Что вы хотите сообщить о ее здоровье?

- Татьяне Тамерлановне стало плохо сегодня утром. Закружилась голова, и она чуть не потеряла сознание. Думаю, из-за переутомления – она слишком много работает: сидит допоздна, утром приходит раньше всех. Я проверила – Татьяна Тамерлановна три года не была в отпуске. С такой нагрузкой никакого здоровья не хватит.

- Я вас услышал, Галина, - шеф задумался и постучал кончиками пальцев по столу. – Спасибо за информацию. Конечно, непорядок, что у нас человек три года не отдыхал. Но тут такой момент…

Он опять что-то чиркнул в ежедневнике:

- Не могу отправить ее в отпуск прямо сейчас. Нужно вначале решить одну важную задачу. Кстати, мое предложение к вам касается этого напрямую.

- Предложение? – растерялась Галина. – Какое предложение?

- Хочу попросить вас исполнять обязанности главного бухгалтера на период отсутствия Татьяны Тамерлановны. Она довольна вашей работой и лично рекомендовала именно вас. Что скажете?

- Обязанности…исполнять…на период отсутствия… - вместо того, чтобы просто обрадоваться, Галина напряженно искала в словах шефа логику. Аналитический склад ума – он такой: – А почему на период отсутствия? Вы же не даете ей отпуск?

- Отпуск пока нет, - уголки губ директора тронула легкая усмешка. – Но мы послезавтра летим в Санкт-Петербург - неделя, очень напряженный график, много вопросов. Поэтому необходимо надежно прикрыть тылы. Вы согласны? Или нужно время подумать?

- Если Татьяна Тамерлановна сама меня рекомендовала… - протянула Галина, понимая. – Прикрыть тылы… Я согласна.

- Отлично! – уже открыто улыбнулся шеф. – Сегодня будет приказ. Закажите, пожалуйста, себе электронную подпись для банка и налоговой.

- Хорошо, - выдохнула Галина.

Директор нажал кнопку громкой связи:

- Лера, приказ на Галину можешь печатать. И сразу мне на подпись. Билеты на самолет заказала?

- В Санкт-Петербург? – уточнила Лера. – Три билета – вам, Татьяне Тамерлановне и мне?

- Да. И гостиницу забронируй. Два номера – двуместный и одноместный.

- Поняла.

- И еще. Собери, пожалуйста, через час весь актив в зале для переговоров. Хочу представить нового сотрудника и обсудить вопросы предстоящей автоматизации.

Директор отключил связь и кивнул Галине:

- Желаю удачи.

- Спасибо!

В голове она вновь и вновь прокручивала его последнюю фразу: «Представить нового сотрудника». Мамочки, это же Аллигатор! Женька говорила, что он сегодня выходит на работу! Как можно было забыть?

Проходя мимо зеркала, Галина придирчиво осмотрела себя с головы до ног и осталась недовольна.

«Можно ведь было надеть под пиджак розовую блузку! - обиженно думала она. - С ней лицо кажется нежнее и не таким бледным. И прическу сделать. Отчего идеи о том, как понравиться мужчине, приходят в последнюю очередь? Если вообще приходят?»

Но мысль, не останавливаясь на этом, помчалась дальше:

«Олег, наверное, удивится, встретив на новом месте работы виртуальную знакомую. А будет ли рад?»

Галина поправила волосы и улыбнулась. Скоро все станет ясно.

Глава 7. Новости

Легкой походкой Галина вошла в бухгалтерию. Соня и Женька стояли у окна и что-то увлеченно разглядывали на улице.

- Наконец-то! – обернулась к ней Женька.

Галина молча подошла к своему столу и села в кресло.

- Уволил?! – испугалась Соня. – По статье?

- Нет, - улыбнулась Галина. – Решил не мелочиться и сразу расстрелять.

И, прочитав в глазах подруг искреннее переживание, торопливо пояснила:

- Все в порядке. Буду заменять Чингисхана в случае ее отсутствия. Платежки подписывать и отчеты в наложку.

- Слава Богу! – выдохнула Соня. – А то мы извелись все!

- А к окну прилипли чего? Высматривали черный воронок, прибывший по мою душу?

- Нет, - многозначительно ухмыльнулась Женя. – Обсуждали, на каких машинах ездят заместители директоров.

- Заместители директоров… - догадалась Галина. – Вы Олега имеете в виду?

- Его самого! - подтвердила Соня. – Напомни, как ты его называешь по-дружески?

- Аллигатор.

- Самое время перекрестить в Олигарха! А что – тоже производная от Олега.

- Точно! – Женька сделала пригласительный жест рукой. – Лина, иди оцени карету виртуального друга!

Галина поднялась из-за стола и подошла к окну.

На парковке у офиса стоял роскошный «Бентли Мульсан», новенький, сверкающий, будто только-только из салона. Рядом с этим великолепием черная Ауди директора выглядела гораздо скромнее.

- Обалдеть! – поддержала Галина общее настроение. – Сколько же такая красота стоит?

- Лямов двадцать пять, - весело отозвалась Женька. – Это если еще начинка так, по-скромненькому.

- У нас, конечно, неплохие зарплаты, - задумалась Галина. – Но на такой автомобиль не насобираешь. Если Олег привык к высокому уровню доходов, зачем ему эта должность?

- Подумаешь, - отмахнулась Женька. – Может, машина ему по наследству досталась. Или папа дал покататься. Или он взял кредит на сто один год.

- Так, Лина, - щелкнула пальцами Соня. – Твоя задача - прибрать красавчика к рукам: втереться в доверие, усыпить бдительность, а потом – хлоп! – и в ЗАГС.

- Не собираюсь никому навязываться, - спокойно отозвалась она. – Захочет Олег общаться – будем общаться, не захочет – так тому и быть.

- Подумаешь, принцесса! – возмутилась Соня. – Ради собственного счастья можно и понавязываться, не развалишься.

- Кто бы говорил! – рассмеялась Галина. – Видали мы, как ты вчера навязывалась: «Я не просто женщина! Я бухгалтер! На свидание не пойду и телефон не дам!»

- Неправильные мы, - вздохнула Женька. – Несовременные. Ждем чего-то несбыточного: любви, романтики, уважения. А побеждают беспринципные хищницы, как Лера, например. Вцепилась в Палыча, деньги из него тянет. А на досуге Боре глазки строит.

Галина вспомнила странное Лерино поведение утром, но подругам ничего говорить не стала. Во-первых, стыдно было признаваться, что она подслушивала. Во-вторых, что-то в этой истории было неправильным: искусственным, картонным, как декорации в провинциальном театре.

- Ладно, девочки, - улыбнулась она. – Буду документы на электронную подпись готовить. Шеф велел срочно сделать, а то они с Чингисханом послезавтра улетают в Питер.

- Шеф с Чингисханом… в Питер… - загадочно протянула Соня. – Как романтично!

- Ничего романтичного, - не поддержала ее Галина. – Лера тоже с ними.

- Раздражает меня эта Лера! - фыркнула Соня. – Выползла из какой-то дыры на наши головы. Охота взять ее за шкирку и обратно в эту дыру засунуть. Только размечталась, что у шефа с Чингисханом наладилось… И опять Лера, побери ее холера!

- У шефа с Чингисханом? – заинтересовалась Женька. – А у них что-то было?

И, видя, как Соня замялась, настояла:

- Давай, колись, подруга.

- Эх, - покаянно пробормотала та. – Не хотела говорить, чтоб не сглазить. Но раз так… Видела я их.

- Палыча с Чингисханом? – уточнила Галина. – Где? Когда?

- Неделю назад примерно, когда на сверку в энергокомпанию ездила. Мозг перерасчетами вынесли начисто, выползла еле живая. Смотрю – идут по улице как два голубка: за ручки держатся, смеются. Я аж глаза протерла – думала, померещилось. Нет, точно – шеф с главбухом, счастливые, словно влюбленные студенты, сбежавшие с пар. У Чингисхана платье красивое, Палыч тоже при параде.

Галина мысленно похвалила себя за наблюдательность. Значит, не показалось – ни их обмен взглядами на дне бухгалтера, ни волнение шефа при известии о плохом самочувствии главбуха.

- Ничесе! – округлила глаза Женька. – Шеф с главбухом в отношениях! Но Палыч, конечно, гад редкостный – на два фронта работает: с Чингисханом за ручку гуляет, а для постельных дел у него Лера имеется.

- А, может, у шефа с Лерой и нет ничего? – задумалась Галина. – Вдруг он по доброте душевной решил помочь девушке с трудной судьбой?

Но подруги подняли ее на смех.

- Ой, Лина, - заливалась Женька. – Ты такая наивная, прямо как маленькая! Не бывает такого в наше время. Просто не бывает и все. А если бы и было – никакой благотворитель, даже святой с нимбом, не стал бы терпеть Лерины выходки. Вышвырнул бы в два счета и без разговоров.

- Лера у Палыча ночует, - подтвердила Соня. – Мне Гоша-водитель говорил, что утром часто забирает их из дома вдвоем. А как-то раз и вовсе прикол был. Шеф попросил Гошу подняться в квартиру – нужно было телик в ремонт завезти. Гоша заходит – стоит Палыч в коридоре, полностью одетый: в костюме, при галстуке, и кричит: «Валерия, подъем! Сколько можно дрыхнуть, на работу опаздываем!» А Лера ни гу-гу. Шеф ее за ногу из-под одеяла вытащил.

- Это Гоша такие подробности рассказывал? – изумилась Женька. – Он же молчит постоянно, даже здоровается через раз.

- Гоша на чебуреки приглашал, - смутилась Соня.

- И ты ходила?

- Нет, мне Вовчика хватило, - буркнула она и погрустнела.

- Если так, то Чингисхану можно только посочувствовать, - проговорила Галина. – Она заслуживает нормального человеческого счастья. А какое это счастье, если приходится делить любимого мужчину с кем-то еще?

- Еще и как заслуживает! – согласилась Женька. – Чингисхан классная – красивая, стильная, элегантная, не то, что Лера – деревня-деревней. И человек Татьяна Тамерлановна хороший. В прошлом году отцу серьезное обследование нужно было делать, я бегала везде, деньги занимала. А Чингисхан сама подошла: «Почему, Женя, сразу мне не сказала?» И премию выписала из особого фонда, к нему только она доступ имеет и директор.

- А почему премию, а не материальную помощь? – удивилась Соня.

- Потому что премия включается в расходы, а материальная помощь – нет, - пояснила Галина.

Действительно, время от времени ей приносили для начисления приказы на разовые премии. И в последнем стояла фамилия Чингисхана.

«У нее проблемы, – решила про себя Галина. – Похоже, со здоровьем».

Размышления прервал звонок по корпоративной связи.

- Девушки, не забыли, что через десять минут общее совещание? – весело напомнила Лера. – Шеф просил не опаздывать.

- Уже идем! – отрапортовала Галина.

И подруги отправились в зал для переговоров.

Глава 8. Встреча

Конференц-зал был охлажден кондиционером до ощущения морозильной камеры.

Галина намеревалась устроиться в уголочке – за стеллажом с рекламными буклетами и грамотами от администраций городов за участие в гуманитарных программах. Здесь она надеялась дольше оставаться незамеченной. Но Чингисхан, традиционно занимавшая место по левую руку от директора, подозвала к себе и усадила рядом. Словно подчеркивая новый статус Галины. Соня села возле подруги.

Кресло шефа пока пустовало. Не было и нового заместителя.

Галина украдкой поглядывала на дверь и изо всех сил сдерживала волнение.

«Что тут такого, - уговаривала она себя. – Поздороваемся и разойдемся».

Но сердце предательски колотилось, щеки пылали огнем и даже ладошки стали влажными. Точь-в-точь как перед экзаменом у лютого препода, который задает каверзные вопросы и ставит двойки налево-направо.

Дверь отворилась, и в переговорную ввалилась целая толпа: директор, Лера в обтягивающих шортиках и короткой блузочке, каких-то два одинаковых парня в серых костюмах, очках, даже стрижки их были похожими.

Но Галина лишь скользнула по ним краем глаза, внимание ее было приковано к Олегу.

Да, это был виртуальный друг Аллигатор собственной персоной, но выглядел он гораздо круче, чем на аватарке.

Олег был чисто выбрит. Его постриженные лесенкой светло-русые волосы лежали эффектной, слегка небрежной волной, что наводило на мысль об умелой руке стилиста.

Дорогой, идеально подогнанный по фигуре, костюм Аллигатора дополняла оригинальная, слегка хулиганская рубашка без галстука. Все это ему удивительно шло, делая облик стильным и естественным.

Рядом с Олегом всегда элегантный Алексей Павлович смотрелся мужиковатым председателем сельсовета.

- Ох, и хорош гад! – восхищенно прошептала на ухо Соня.

Аллигатор, конечно, сразу же заметил виртуальную подругу. По лицу скользнуло ненаигранное удивление, но он мгновенно взял себя в руки.

- Коллеги! – Галина уловила в голосе шефа усталость. – С удовольствием представляю моего нового заместителя. Олег Александрович – серьезный профессионал с большим опытом, широкими связями и безупречной репутацией. Его лично рекомендовал сам председатель Правления.

- Хы, - тихонько толкнула в бок Соня. – Твой Олигарх, похоже, засланный. Учредители его смотрящим приставили.

- Девочки, не шушукайтесь! – шикнула на нее Чингисхан. Точь-в-точь, как учительница на расшалившуюся первоклассницу.

- Прошу любить и жаловать! – закончил представление директор.

И обернулся к двум одинаковым парням:

- А еще хочу познакомить с партнерами: Василием - легонько кивнул в сторону одного из них, и Виталием - точно так указал на другого. Вместе будем строить новую систему автоматизации. Наши цели: видеть продажи по обособленным подразделениям в реальном времени, прозрачный внутренний документооборот и система эффективной управленческой отчетности.

- Прошу прощения, - улыбнулся один из парней. – Это я - Василий, а он – Виталий.

- Извините. Виталием и Василием, - исправился директор. - Работы предстоит много, поэтому прошу сотрудников оказать партнерам всякую помощь и содействие.

«Программисты, значит, - весело думала Галина, незаметно разглядывая парней. - Двое из ларца, одинаковы с лица. Оба миляги: симпатичные, и улыбаются так открыто, что губы сами растягиваются улыбнуться в ответ. Но с Аллигатором – Олигархом их, конечно, не сравнить».

Галина осторожно посмотрела на виртуального друга и получила в ответ многозначительную полуулыбку.

- Мы с Олегом Александровичем и партнерами обсудим план автоматизации подробнее, - объявил директор. – Остальные могут быть свободны. Лера, принеси, пожалуйста, планшет и сделай кофе.

Галина чувствовала, что девчонкам не терпится перемыть косточки Аллигатору, или Олигарху, как его теперь называли с легкой Сониной руки. Но как обычно бывает – на всех навалилась работа.

Женька убежала делать отчет по военнообязанным, Соне прислали накладную с неправильной ставкой НДС, она куда-то звонила и шумно возмущалась.

Галина заполнила заявку на электронную подпись, приложила заверенные документы и отослала в удостоверяющий центр.

Она даже успела оплатить два больничных и наполовину начислить аванс, когда в почте появился закрытый конвертик непрочитанного сообщения.

Оно было из удостоверяющего центра:

«Сертификат подписи готов. Можете получить сегодня до семнадцати часов. При себе иметь паспорт».

Галина заглянула в сумочку – требуемый документ был на месте.

- Куда намылилась? – ревниво посмотрела на нее Соня.

- Электронная подпись готова. Съезжу, получу флешку – и домой.

- Так нечестно! Думала, посидим где-нибудь после работы, обсудим все.

- Давай завтра, - вздохнула Галина. – Сегодня устала что-то.

- Вирус у нас летает что ли? – фыркнула Соня. – Чингисхан с утра в обморок брякнулась, Палыч на совещании еле живой стоял, будто перед этим два вагона с углем разгрузил. Теперь ты… Устала она, понимаешь ли!

- Я тоже заметила, что шеф выглядел неважно, - согласилась Галина. – Но у меня другое – просто надо пройтись и подумать.

- Про Олега? – хитро посмотрела на нее Соня.

- Да. Он как-то странно на меня действует, не могу разобраться в ощущениях.

- Ладно, - великодушно разрешила Соня. – Иди, гуляй, думай.

Улица встретила зноем, запахами пыльной листвы и раскаленного асфальта.

Галина пряталась под матовым пологом остановки и ждала маршрутку. Мысли путались, перескакивали с одного на другое, не желая становиться в стройный, логически выверенный порядок.

- Кого я вижу! – внезапно послышался насмешливый мужской голос. – Что столь очаровательная особа делает в этом презренном месте?

Галина резко обернулась.

Буквально в полуметре от нее остановился тот самый «Бентли Мульсан», его владелец приоткрыл дверцу и с улыбкой смотрел на Галину.

- Привет! – улыбнулась она в ответ. – Жду маршрутку.

- Не пугай меня! – картинно возмутился Олег. – Принцессы не ездят на общественном транспорте! Скажи, где твоя прелестная четырехколесная пони? Неужто на лечении в автосервисе?

- Безлошадная я, - вздохнула Галина. – Не дружу с четырехколесным зверьем. Папа пробовал научить водить, но после первой же попытки зарекся. Сказал, что мне нельзя доверить управление даже тачки с навозом.

То, что ей не давалось искусство вождения, было правдой. Но не всей. При желании индивидуальные занятия с инструктором решили бы проблему. Как говорится, и зайца можно научить курить.

Но не признаваться же Олегу, что машина для нее – слишком дорогое удовольствие? Про съемную квартиру, что отец почти год не мог найти работу, а брату – подростку для гениальных экспериментов нужен мощный компьютер? Про все это Олегу знать необязательно.

- Понял, - рассмеялся Аллигатор. – Тебе нужна машина сразу с водителем. Кстати, сегодня могу поработать в этом качестве.

Он распахнул дверцу шире:

- Залезай!

- Спасибо, не надо, я так…

- Хочешь, чтобы я обиделся? Подруга называется! Туристка-экстремалка. Садись, хоть поболтаем по-человечески, в формате реальной жизни.

Галина не нашла аргументов для отказа и села в машину.

- Куда едем?

- Мне надо в удостоверяющий центр, - Галина произнесла адрес.

- Отлично! Прямо по заказу – как раз направляюсь в ту сторону.

Аллигатор перестроился в другой ряд, и обернулся с улыбкой:

- Скажи честно, ты знала? Вид утром был не особо удивленный.

- Про то, что будешь у нас работать? Вчера узнала, - не стала отрицать Галина.

- Значит, будем трудиться в одном колхозе! - подмигнул Олег. – У меня будет свой человек внутри. Многообещающе.

Он остановился возле здания удостоверяющего центра.

- Спасибо, что подбросил! – помахала рукой Галина. – До завтра!

- Ты же здесь ненадолго? Потом куда?

- Потом домой.

- А живешь ты…?

Галина назвала район:

- Сама доберусь.

- Сама-сама, все сама, самостоятельная какая, - хмыкнул Олег. – Здесь неподалеку варят отличный кофе. Выпьем по чашечке, потом отвезу домой. Возражения не принимаются.

Кафешка выглядела довольно скромно. Единственной фишкой был внутренний дворик в итальянском стиле, с большим количеством зеленых растений.

Галина с Олегом устроились в уютной беседке, завитой плющом и диким виноградом.

- Недавно откопал это местечко, - похвастался Аллигатор. – Интерьер простой, без изысков. Зато кухня – лучше, чем в самых дорогих ресторанах.

Галина попробовала кофе и согласилась с Олегом.

Он тем временем подозвал официанта и сделал заказ:

- Салат с грибами и сыром, мясо под сырным соусом, две сырных булочки. И упакуйте все с собой.

Галина молча наблюдала, как работник кафе складывает в пакет пластиковые контейнеры.

- Не слышу твой вопрос! – хитро посмотрел на нее Аллигатор.

- Какой вопрос? – удивилась Галина.

- Ты так пристально разглядываешь мой сегодняшний ужин, - улыбнулся он. – Наверное, желаешь что-то спросить. Спрашивай, я разрешаю.

- Любишь сыр? У тебя во всех блюдах он присутствует.

- Да, я обожаю сыр, - со смехом признал Аллигатор. – Но вопрос неправильный. Любая нормальная девушка должна была спросить: «Почему ты покупаешь еду в кафе? Неужели готовить некому?»

- Я ненормальная, - в тон ему ответила Галина. – И считаю, что подобные вопросы задавать неприлично. Захочешь, сам расскажешь.

- Хм… Может, и расскажу. Когда-нибудь.

Он заметил что-то за спиной Галины и приложил палец к губам:

- Тс-с-с…

Она невольно обернулась. В кафе входили Боря и Лера.

Сисадмин был аккуратно пострижен и вообще выглядел молодцом. А Лера… Галина в первый миг даже засомневалась, действительно ли это секретарша директора, или просто немного похожая на нее девушка.

Лера была в голубом сарафане с широкой юбкой-клеш до колена. Сарафан казался довольно закрытым, при этом мягко подчеркивал все достоинства Лериной великолепной фигуры. Секретарша выглядела в нем одновременно и женственно, и целомудренно. Ее светлые волосы были заплетены в нетугую косу, на лице практически не было косметики. В руках Лера держала букет лесных фиалок.

Этакая романтичная барышня: нежная, чистая, мечтательница. Галина подумала, что не хватает лишь кружевного зонтика и томика стихов Ахматовой. Или Цветаевой.

Боря и Лера заняли соседнюю беседку.

- Как фильм? – спросил сисадмин. – Понравился?

- Как сказать… - замялась Лера. – Если честно – на троечку.

- Фантастический боевик – не твое, - понимающе улыбнулся Боря. – Вам, девушкам, подавай что-нибудь романтичное, про любовь.

- Не в этом дело! - возразила Лера тоном эксперта. – К сюжету претензий нет, он стандартный для этого жанра. А игра актеров оставляет желать лучшего. Если главный герой показан более-менее, то роли второго плана – настоящий позор. Не люди – биороботы! Смотрят в сторону, машут руками и произносят бессмысленные монологи.

- Разговоры у них тупые, - согласился Боря. – Но я на них внимания не обращаю, главное, чтоб спецэффектов больше было! Ты уже выбрала мороженое?

- Крем-брюле, - улыбнулась Лера. – И апельсиновый сок.

- Вот это да… – вполголоса прокомментировал Аллигатор. – Щучка-то наша времени не теряет. Днем шефа ублажает, а по вечерам окучивает другого потенциального спонсора.

- Это Боря-то спонсор? – прыснула в кулак Галина. – Сисадмин? Я занимаюсь начислением зарплаты, поэтому в курсе его доходов. Поверь, если бы Леру интересовали деньги, она бы на Борю даже не взглянула.

- Отец Бориса – владелец сети автозаправок. Я с ним знаком лично. Лерочка прекрасно знает, что делает. И главное, умна, стерва. На работе проститутка проституткой, очевидно, Палыч таких любит. А с Борей сама невинность – скромная девушка из хорошей семьи. Платье у нее интересное, сразу видно – авторская работа и пошито по ней. И фиалки. Не розы, не гвоздики, не фрезии. Именно – фиалки! Не знаю, кто разрабатывал ей образ, но с фиалками попадание в точку.

- Может, Лера просто любит фиалки, - заступилась за секретаршу Галина. – Я, например, люблю полевые ромашки. Они солнечные, веселые, глянешь - и настроение сразу повышается.

- Ромашки, значит? – улыбнулся Олег. – Ромашки – это здорово! Но Бориному отцу я, пожалуй, позвоню, предупрежу об опасности.

- Считаешь себя вправе вмешиваться в чужую жизнь?

- В этом случае – да. Боря – молодой глупый пацан, выросший в тепличных условиях. А Лера… Знаешь, где Палыч ее взял?

- Привез из командировки, - вздохнула Галина. – Из какого-то провинциального городка.

- Из притона он ее вытащил. Из грязного вонючего притона – где бомжи, алкаши и всякая дрянь. Умыл, приодел, в люди вывел. А Лерочка отблагодарила – за спиной романы крутит.

- Слушай, Олег, - удивилась Галина. – Ты вроде как первый день на работе. Откуда такая осведомленность?

- Я, как умный человек, навел справки, - весело признался Аллигатор. – У меня есть личный источник информации.

- А про меня что твой источник говорит?

- Про тебя не узнавал. Только ключевые фигуры – директор, главбух, начальник отдела продаж.

- Понятно, - Галина изобразила разочарование. – Рядовые сотрудники не интересуют.

- Теперь будут интересовать! – многозначительно пообещал Аллигатор. – Готовься, Галина Горячева, скоро выясню всю твою подноготную.

- Не забудь мне рассказать! – рассмеялась Галина. - А то вдруг и я из борделя, живу себе и не знаю об этом.

- Непременно расскажу! Мы же друзья. Кстати, если интересует карьера, самое время заявить о себе. Ваша Чингисхан не просто так главбухом стала – был влиятельный покровитель, который защищал и двигал вперед. А недавно помер – старенький дедушка был. Осталась Чингисхан без прикрытия, если накосячит – никто держать не будет, вылетит в два счета. И сразу ты на белом коне…

- В эти игры не играю! - обиделась Галина. – Татьяна Тамерлановна – профессионал. Я ее уважаю как человека, и как специалиста.

- Да ладно! – изумился Аллигатор. – Слышал, что она тупая вздорная баба, на всех орет без причины, и в коллективе ее ненавидят.

- Она бывает резкой. Но исключительно по делу. Похоже, твой источник информации не очень компетентен.

Тем временем Боря и Лера закончили с десертами и направились к выходу из беседки. Сисадмин галантно подал спутнице руку, но вдруг подхватил девушку и начал кружить.

Глаза Леры светились восторгом, русая коса растрепалась, юбка сарафана взлетала, открывая круглые коленки.

- Боря, отпусти! – хохотала Лера. – Отпусти, а то больше не пойду с тобой гулять!

Он поставил девушку на пол:

- Кстати, что ты Палычу наплела?

- Сказала, что иду к репетитору изучать правила русского языка, - потупила глазки Лера. – Жи и ши пиши с буквой «и».

- А если проверит? Экзамен тебе устроит?

- Он? Мне? – Лерин смех звенел словно колокольчик. – Он мне вчера задание прислал. И написал в нем «позвонишь» без мягкого знака.

- А что – надо с мягким знаком? – удивился Борис.

- Боря! – Лера шутливо погрозила пальчиком. – Не позорь меня!

- Ты Палычу когда скажешь уже?

- Завтра, - пообещала Лера. - Утром вывесят официальные списки.

Боря расплатился, и парочка, держась за руки, вышла из кафе.

- Хм… - почесал подбородок Аллигатор. – Пожалуй, сегодня не буду звонить Бориному отцу. Что-то здесь не так.

Глава 9. Вечерняя миссия

Аллигатор подвез Галину домой, всю дорогу шутил и рассказывал смешные байки о путешествиях.

Галина вежливо поддерживала разговор и даже улыбалась в нужных местах, но мысли были о другом.

Наконец, она попрощалась с Олегом и вышла из машины. Поднялась по ступенькам в подъезд, вытащила из почтового ящика счета за коммунальные услуги и целую пачку рекламных флаеров.

Пройтись и спокойно обо всем подумать не вышло, зато теперь пищи для размышления стало больше.

Квартира встретила привычной тишиной и немного застоявшимся воздухом.

Галина открыла окно, критически осмотрелась вокруг: вроде бы и порядок, но генеральная уборка не помешает - скоро брат должен приехать.

Она влезла в домашние шорты и розовую маечку со смешным котенком, налила кружку кефира и с ногами уселась на диван.

Разговор с Олегом оставил двойственное впечатление. Вроде все мило, вежливо и по-дружески, но то, что он говорил про Леру, а особенно про Чингисхана, Галине категорически не понравилось. Еще и смотрел как-то особенно, точно выжидал чего-то.

То, что Олег не просто так, с улицы, пришел на совершенно не топовую должность, было понятно.

И Сонино предположение, что его специально прислали учредители, чтобы за всем приглядывать изнутри, было похоже на правду. У владельцев всегда был в коллективе человек, который предоставлял так называемую обратную связь: о настроениях среди персонала, о подозрительных ситуациях и взаимоотношениях.

Галина про это знала и воспринимала спокойно: бизнес для его создателей как любимое дитя, а за ребенком нужен глаз да глаз, чуть расслабишься, пропустишь тревожный звоночек – и получишь серьезные проблемы.

Раньше эту работу выполняла Вита – бывшая секретарша директора. Вита была племянницей одного из владельцев, свою деятельность не скрывала, наоборот - пыталась поставить на научную основу: проводила анонимные опросы, рассчитывала рейтинги руководителей. Но Вита вышла замуж и уехала с мужем куда-то на край света: то ли в Австралию, то ли в Новую Зеландию.

Галина допила кефир и отнесла кружку в мойку.

«Олег, конечно, не Вита, - весело подумала она. – Другой уровень. Значит, и задачи перед ним поставлены шире и масштабнее. А для их решения нужны информаторы – и на это он намекал открыто и без стеснения. Но не на ту напал – пусть поищет в другом месте».

С Аллигатором Галина решила впредь вести себя осторожнее. Нет, симпатия, основанная на легкости общения и общих увлечениях, никуда не делась. Но лезть ради этого в чужие интриги было нерационально.

Хотелось немедленно позвонить Соне или Женьке и все обсудить, но Галина взглянула на часы и со вздохом отложила телефон – была уже половина десятого.

Она включила незатейливый сериал, сняла с лица макияж и кончиками пальцев нанесла ночной крем:

«Надо пораньше лечь спать и наконец-то выспаться».

Внезапно раздался звонок телефона. Номер, высветившийся на экране, был незнакомым.

«Кому это я на ночь глядя понадобилась?» - удивилась Галина и решила не отвечать.

Но незнакомый номер звонил и звонил, словно отчаянно пытался докричаться, добиться, чтобы его выслушали.

Галина не выдержала и нажала кнопку ответа:

- Алло, слушаю!

- Наконец-то! – выдохнул в трубке приятный мужской голос. – Хоть до кого-то дозвонился.

- А вы кто? – удивилась Галина.

- Я – Василий. Программист. Помните, вы давали мне номер?

- Помню, - Галина вспомнила веселую беседу Чингисхана с этим самым Василием. – Что случилось?

- Галина, вы сейчас очень заняты?

- Если не считать того, что собираюсь спать, то нет – не занята, - многозначительно ответила Галина, намекая на позднее время.

- Замечательно! – обрадовался голос в трубке. – А можете прямо сейчас приехать к нам? Мы с другом лежим всеми покинутые, и никому до нас нет дела. Галина, вы же добрая девушка? Приедьте, пожалуйста, и спасите нас!

Галина раскрыла от изумления рот, тут же его закрыла и медленно опустилась на диван.

«Он что – пьяный? – пришло в голову логическое объяснение. – Напились с другом и ищут развозчика дров».

- Где вы лежите? – вслух спросила она.

- На полу. В вашем офисе.

Версия про пьяных вдрабадан программистов подтверждалась.

«Веселенькая нам предстоит автоматизация!» - вздохнула про себя Галина.

И ехидно уточнила вслух:

- А что самим встать никак? Ноги не держат?

- Никак, - печально согласился Василий. – Нам не разрешают. Суровые ребята в масках и с автоматами.

- Лера!!

Кирпичики сложились, и ситуация увиделась во всей неприглядности – серьезные партнеры, крупный контракт, а тут…

- У Леры телефон не отвечает.

- Естественно, не отвечает! – со злостью пробормотала Галина. - Если Лера кому-то срочно нужна, значит – не дозвониться. Это ее жизненное кредо.

И уже более спокойным тоном уточнила:

- Вы договаривались о визите?

- Конечно, - обиделся Василий. – На совещании составили план работ - сегодня предполагалось провести полное тестирование системы. Специально договорились на вечер, чтобы никому не мешать. Боря коды доступа выдал, Лера ключ привезла.

- А офис с сигнализации не сняла, - язвительно продолжила Галина. – Действительно, зачем?

На проходной в офисном центре охранник дежурил только в рабочее время. Ночью безопасность обеспечивал ЧОП, с которым у фирмы был договор.

Если кто-то хотел поработать в вечернее время, необходимо было позвонить по специальному телефону в ЧОП, назвать кодовую фразу и снять офис с охраны. Но Лера, очевидно поглощенная мыслями о предстоящем свидании, про все забыла.

- Галина, вы поможете нам? – с надеждой уточнил Василий. – Извините, что напрягаю, но больше не знаю, к кому обраться. Борис вне зоны доступа.

- Помогу. Ждите, сейчас буду!

Галина частенько задерживалась на работе, поэтому ее фамилия была в списке доверенных лиц, и кодовую фразу она знала.

Убедившись, что паспорт лежит в сумочке, она натянула джинсы и тоненькую водолазку и вызвала такси.

Параллельно пару раз попыталась набрать сладкую парочку, но Василий не обманул: Лера не брала трубку, Боря пребывал вне сети.

Подкатили к офису довольно быстро. Здание выглядело угрюмым и безжизненным, лишь на четвертом этаже горело одинокое окошко.

«Бухгалтерия», - безошибочно определила Галина и приложила к замку магнитный ключ.

Ночной холл подавлял зловещим полумраком, пустотой и запахом пыли. Галина не помнила, где выключатель, и не стала терять время на его поиски.

«Миссия – спасение заложников! – издевался мозг, подсовывая ассоциации из компьютерной игры. – Принять?»

Лифт не работал. Галина была в кроссовках и, похвалив себя за предусмотрительность, помчалась к лестнице:

«Принять, куда деваться! Тиммейты слились, что Лера, что Боря, одна я в онлайне».

Возмущение бестолковой парочкой присутствовало, но больше из-за перспективы предстоящих разборок с программистами. Подставили партнеров, стыд и позор.

Зато прогулка по ночному офису ни капли не напрягала – наоборот, захватывала дух и добавляла в кровь адреналина. Точь-в-точь как… РеалРПГ?

Галина едва не споткнулась о первую ступеньку, в последний миг, даже не разглядев, скорее угадав по памяти, где именно начинается подъем. Хотелось врубить режим ночного видения, но где эта кнопка в жизни?

На каждом пролете чудилась засада, приходилось сдерживать себя, чтобы идти спокойно, не пригибаясь, не заглядывать в темные уголки и не потрошить стоящие в ряд картонные коробки. Пальцы дрожали, прося автомат или, на худой конец, нож.

«Толиман – поросенок! – весело думала Галина, ступая в коридор четвертого этажа. – Подсадил взрослую тетку на детские глупости. Но интересно же!»

Возле родной двери топтались двое здоровенных мужиков в черной форме и с автоматами. Лица охранников закрывали маски, оставляя видимыми лишь глаза. И взгляды у них были недобрыми.

«Сердятся, что среди ночи выдернули на ложный вызов, - догадалась Галина. – Кофе недопит, боевик недосмотрен и партия в «козла» не доиграна».

Она поздоровалась, назвала кодовую фразу и протянула паспорт.

«Надеюсь, моего левела достаточно, чтобы освободить заложников убеждением, - про себя улыбнулась она. – Потому как драться с этими амбалами я не готова. Не та прокачка».

Один из охранников взял документ, тщательно пересмотрел все страницы, кивнул и выдал ворох бланков для заполнения.

«Сработало!»

Галина вошла в кабинет. Один из программистов был там, но уже не лежал на полу, а скромно сидел в уголке на стуле.

- Добрый вечер! – сочувственно произнесла она. – Это вы мне звонили?

- Да, - улыбнулся тот. – Мы. Извините, что побеспокоили.

«Это - Василий, - поняла Галина. – Именно с Василием я разговаривала».

- Вы нас извините. За нашу организацию. А где ваш друг?

- Пошел носик попудрить. Под конвоем.

Галина вздохнула и села заполнять бланки:

- Вечер у вас получился непростой, с сюрпризами.

- Не то слово! - рассмеялся программист. – Только зашли, только успели компьютер включить, слышим – в коридоре страшный топот, будто стадо слонов несется. Врываются три ниндзя: «Всем лечь на пол! Лицом вниз! Руки перед собой!» Я со страху чуть не помер.

Галина осторожно улыбнулась. Конечно, некрасиво смеяться над людьми, попавшими в неудобную ситуацию, особенно, когда в этом виноваты твои коллеги. Но этот парень так эмоционально и увлекательно рассказывает! И вроде совсем не сердится.

У программиста зазвонил телефон:

- Да, Катюня! Не волнуйся, все хорошо. Приехал представитель, сейчас заполнит бумаги, и нас отпустят. Не ждите меня, ложитесь спать.

Он нажал отбой и весело пояснил:

- Жена переживает. Самое смешное, пообещал детям, что на выходных свожу в комнату страха – где черепа, скелеты отовсюду вываливаются. А теперь пусть Катюха сама отдувается. У меня после сегодняшних монстров на год вперед план по страхам выполнен!

- И ничего мы не монстры, - неожиданно обиделся один из охранников и стащил маску. – Я, между прочим, по диплому педагог дошкольного образования.

У ЧОПовца было широкое скуластое лицо, крупный нос и почти наголо бритая голова. К нему как нельзя лучше подходило определение «мордоворот».

У Галины перед глазами внезапно возникла яркая картинка, как этот «педагог» в детском саду укладывает малышей на тихий час: «Всем лежать! Лицом вниз! Руки перед собой!»

Она сделала немыслимое усилие, чтобы не расхохотаться в голос. Краем глаза заметив, как давится беззвучным смехом программист, очевидно, он подумал то же самое.

Галина встретилась с ним глазами и, не сдержавшись, прыснула.

«Какой хороший парень! – подумала она. – Другой бы после такого происшествия кричал, ругался, требовал компенсации. А этот все легко воспринимает, с юмором. Жаль, что несвободен».

- Когда вы все успеваете жениться… - невольно вырвалось у Галины.

И, осознав, что именно она сказала, покраснела и попыталась исправиться:

- У меня две подруги: умницы, красавицы – и обе одинокие. Где им пару найти, когда все приличные мужчины женаты?

- Я на втором курсе женился. Проиграл будущей жене в карты на желание.

- Так и женились? – изумилась Галина. – По воле случая? Без любви?

- Как это без любви! – возмутился он. - Я ей поддавался! Целую стратегию проигрыша разработал. Когда ты лучший игрок на факультете, а Катюха с трудом валета от короля отличает, проиграть было практически нереально. Но я смог.

Он окинул Галину быстрым взглядом, оглянулся на дверь и произнес вполголоса:

- И не все мы женаты, а только я. Друг мой, например, холост. Хороший парень – умный, добрый, серьезный. Никогда не подставит и не предаст, сто раз проверено.

- И чего он такой хороший – и без пары?

- А почему ваши подруги одиноки? – улыбнулся программист. – Мой друг весь в работе, с девушкой познакомиться некогда. И стесняется он. Так что…

Он опять бросил взгляд в сторону коридора:

- Ваши подруги могут присмотреться к нему внимательней.

«Василий женат, Виталий – свободен, - отметила про себя Галина. – Главное, не перепутать».

Как раз вернулся второй парень.

- Спасительница наша! - широко улыбнулся он.

Галина отдала охранникам заполненные бумаги, и программисты начали собираться.

Они что-то клацали на клавиатуре, отключали кабеля, вытаскивали флешки, и Галина опять запуталась, кто из них кто.

- У вашей фирмы такой строгий дресскод, - пожаловалась она. – Натуральная униформа. Вы в этих костюмах настолько одинаковые, что я все время вас путаю.

- Будете смеяться, - улыбнулся один из парней. – Но мы – программисты - народ демократичный. На фирме никакого дресскода нет, все ходят, в чем хотят. Но перед тем, как к вам ехать, директор вызвал и говорит: «Поймите, это солидный клиент, крупный контракт, перспективы. Очень прошу не явиться на переговоры в рваных джинсах и футболке со Шнуром. Форма одежды – деловая. Обязательно».

- Я после этого пошел в торговый центр через дорогу от офиса, - весело признался второй программист. – И купил первый попавшийся костюм. Оказалось, мой друг сделал то же самое.

Галина рассмеялась. Какие все-таки хорошие ребята! С ними так легко.

- Кстати, вы на машине? – уточнил один из них.

- Нет, но сейчас вызову такси.

- Какое такси! – возмутились они в один голос. – Василий на машине, доставим в лучшем виде.

Машина у Василия была неплохая, но, конечно, ни в какое сравнение с Бентли Аллигатора не шла. Зато троица так хохотала всю дорогу, что Галина вновь почувствовала себя беззаботной студенткой.

«А к Виталию нужно присмотреться, - подумала она. – Вдруг Соне понравится. Или Женьке. Или…»

У двери родного подъезда она обернулась и помахала парням.

«Между прочим, - пришла в голову озорная мысль. – В игре за спасение заложников полагаются плюшки и очень даже приятные. Интересно, в реале это правило работает или нет?»

Глава 10. Все не так, как кажется

Галина не выспалась.

Долго не могла заснуть, в голове крутились яркие эпизоды прошедшего дня, обрывки разговоров, догадки и предположения.

С трудом поднявшись по будильнику, она приняла холодный душ, собрала волосы в хвост и замазала тональным кремом синяки под глазами.

Настроение, прямо сказать, было не очень. То, что вечером казалось веселым, озорным и увлекательным, с утра радости не вызывало.

«И программисты после того, как адреналиновый запал схлынул, могут оценить происшедшее с практической точки зрения и преспокойно выкатить претензии», - пришла в голову невеселая мысль.

Галина за честь родного предприятия болела. И признавала, что автоматизация давным-давно назрела. Существовали участки, особенно в обособленных подразделениях, где учет велся в суммовом выражении, без детализации по ассортименту. И это открывало возможности для различных нехороших схем. И отчетность оттуда приходила с опозданием. Палыч давно выбивал у учредителей финансирование на усовершенствование бухгалтерской программы и, наконец, получил. А если эти партнеры откажутся, второй раз денег могут и не дать.

День обещал быть жарким, в воздухе стояла тяжелая, липкая духота. Маршрутка подошла набитая до отказа, еле-еле втиснувшись, Галина всю дорогу провисела на поручне. Перед выходом толстая тетка наступила ей на ногу, еще и обругала при этом, а меланхоличного вида дедок выдрал клок волос, зацепившись металлическим браслетом доисторических часов.

Подходя к родному кабинету, Галина услышала дружный хохот.

«Кому это с утра пораньше так весело?» - удивилась она и толкнула дверь.

В кабинете обнаружились Соня, Женька и Лера с Борисом. Компания пила чай с шоколадными конфетами и что-то весело обсуждала.

Лера была в черных спортивных брючках, белой футболке и совсем без косметики, отчего походила на школьницу, сбежавшую с урока физкультуры. Увидев Галину, она смутилась.

Боря выглядел помятым, но счастливым.

- Лина, садись с нами чай пить! – весело предложила Соня. – Боря притащил обалденный шоколад.

Галина не ответила. Она поставила сумочку в стол и включила компьютер.

«Какая дружная компания, - с обидой подумала она. – Всем хорошо, всем весело. А кто-то должен по ночам чужие косяки разгребать».

- Ли-и-ина! – жалобно протянула Лера. – Знаю, ты жаждешь моей крови. Признаю, я тупая, бестолковая, безалаберная склеротичка. Забыла корпоративный телефон на работе. Но поверь, ты полностью отомщена!

- Ничьей крови я не жажду, - буркнула Галина. – И никому мстить не собираюсь. Но перед программистами неудобно – что про нас люди подумают?

- Я уже позвонил, извинился и все объяснил, - улыбнулся Борис. – Они хорошие ребята, ситуацию нормально восприняли, с юмором. И Лера ни при чем – это я виноват.

Он накрыл рукой ладошку подруги и пояснил:

- Мы вчера ходили в кино. Только встретились, позвонила Ксения – аудитор. Ей срочно понадобился документ из директорского сейфа, а Палыч уехал.

- Они с юристами возражение на акт проверки писали, - вспомнила Соня. – Ксюша вчера говорила.

- Вот! – подтвердил Борис. - Пришлось срочно на такси мотнуться в офис. А я терпеть не могу опаздывать – оттого бессовестно психовал, нервничал и выносил Лере мозг. Достал так, что она все забыла. И бонусом мой телефон разрядился, а у меня, как у последнего нубаса, с собой ни кабеля, ни повер банка. Мой слив, сто процентов.

- Спасибо, Боря! – улыбнулась Лера. – Но я сама хороша. Ксюшу про сигнализацию не предупредила, сумку на столе в приемной оставила, хорошо хоть личный телефон в кармане был. Не голова, а решето.

- Ладно, - сдалась Галина. Глядя, как эта парочка трогательно защищает друг друга, невозможно было сдержать улыбку: – Попробую ваши конфеты. Только скажите – все хоть не зря было? Вечер удался?

- Удался, - подтвердил Боря и посмотрел на Леру.

- Еще и как удался! – рассмеялась она. – Знаешь, где мы с Борей ночевали? В полиции!

- Как в полиции? – изумилась Галина. – Почему?

- Боря проводил меня домой, - пояснила Лера. – Мы попрощались. Я хвать… сумочки-то нет! А в ней ключи от дома.

- Съездили бы в офис… - не поняла Галина. – За сумкой.

- Так от офиса ключи в той же сумке были! Они на одной связке. А дверь я захлопнула.

- А у Бори ключей нет?

- У Бори есть. От его кабинета, а от приемной – конечно же, нет. От приемной только у Вовчика-охранника в шкафчике дубликат висит. Но Вовчик приходит к семи утра.

- Я Лере предлагал – поедем ко мне, - вздохнул Боря. – Так нет же – уперлась: неудобно, неприлично, я стесняюсь. Сказала, буду тут на лавочке до утра сидеть. Я уговаривал-уговаривал, да и плюнул. Хочешь – сиди!

- А сам домой поехал? – настороженно уточнила Женька.

- Нет, конечно. Тоже на лавочку сел. Но на другую, напротив.

Слушая рассказ, Галина вообразила картину в цвете: Боря и Лера скучали на соседних скамейках, делая вид, что и вовсе друг с другом не знакомы.

На землю спускался вчерашний, довольно прохладный вечер, над домами лениво всплывала луна. Лера мерзла в открытом сарафане, а стеснительный Боря не решался ее обнять. Жизнь вокруг медленно затихала, одно за другим гасли окна домов. Над ухом ехидно жужжали комары.

И вдруг Боря заметил, в Лериной квартире открыто окно!

- Лер, а чего мы паримся?! – воодушевился он. – Невысоко! Всего лишь второй этаж! Можно залезть на крышу подъезда, оттуда подтянуться на балкон, а дальше – плевое дело.

- Не вздумай! Опасно! – испугалась Лера.

– Не боись! – снисходительно улыбнулся Боря и задрал голову, примериваясь. - Сейчас будет мега паркур! Я в игрухе сто раз так делал!

* Паркур — искусство преодоления препятствий с использованием прыжковых элементов*

«Вчера, смотрю, все гамали, - весело отметила про себя Галина. – Но я в Реал РПГ, а эти во что? Реал шутер? Потому и не встретились – на разных серваках зависали».

Сисадмин, стараясь не пыхтеть, забрался на крышу подъезда. Но балкон оказался выше, чем виделось с земли - не достанешь.

Боря подпрыгнул вверх. Еще раз. И еще. Пару раз удалось коснуться перил балкона, но ухватиться не сумел – лишь отбил пятки и поцарапал ладони об сколы бетона. Скилл паркура в реале оказался непрокаченным.

Лера эмоционально переживала внизу, а потом вдруг решилась:

- Давай на плечи к тебе встану и как раз вровень с балконом буду!

И полезла. Закрутила юбку сарафана в узел, чтобы не мешалась, ступила вначале на кривой ствол росшего у подъезда абрикоса, затем на подоконник первого этажа.

Испугалась, увидев прямо перед собой огромные светящиеся глаза, вздрогнула, чуть не свалилась, но успела ухватиться за кованую решетку.

Глаза оказались кошачьими – их владелец недовольно повел ухом, спрыгнул с абрикоса и исчез в вентиляционном окошке подвала.

Лера поймала улетевший на голову сарафан и протянула руку Боре.

Через миг парочка уже стояла на крыше подъезда.

- Молодежь, вы что – пьяные были? – подозрительно уточнила Женька.

- Я алкоголь не употребляю, - обиделась Лера. – Вообще. Еще в детстве так решила, потому что… Были на то причины.

- Вы чего? – снисходительно посмотрел на всех Борис. – Это же кайф! Ночь, луна, крыша подъезда. Драйв, адреналин, кровь кипит! Как в игрухе, только в сто раз круче. Кричу: «Лерка! Штурмуем базу!» А она глазами хлопает – ни разу в стрелялки не играла! Пещерный человек.

- Сумасшедшие… - вздохнула Галина. – Ночью по балконам прыгать!

И вдруг вспомнила, как с Денисом лазали на крышу сарая смотреть на звезды, на спор переплывали реку, ныряли с обрыва.

Какое это яркое, непередаваемое ощущение: секунды полета, столб колючих брызг, обжигающе-ледяная вода.

И бурное течение подхватывает, кружит, волочет за собой на острые камни. Но ты юная и сильная: борешься, ныряешь, гребешь – и выходишь победителем в поединке со стихией.

Драйв, кайф, адреналин? Да, именно так. Глупость и безответственность? Безусловно.

Воспоминание было настолько реалистичным, что Галина почувствовала, как руки покрылись гусиной кожей, словно она действительно только что искупалась в ледяной воде.

Десять лет назад это было. А будто вчера…

- Только я дотянулась, – возбужденно продолжила Лера. – Только начала через балкон перелазить - сарафан за железяку зацепился. Боря ворчит: «Чего копаешься?» Я юбку туда-сюда дергаю, отцепить пытаюсь, и вдруг…

Позднюю тишину уютного дворика взорвал истошный вой сирены. Через арку влетели две полицейские машины с мигалками и остановились рядом с подъездом.

- Слезайте или будем стрелять на поражение! – дребезжал в мегафоне голос полицейского.

Лера от страху дернулась и услышала предательский треск. Хрясь! Пол-юбки осталось на перилах.

- Кто-то из бдительных соседей полицию вызвал, - вздохнул Боря. – Слезли, видок еще тот: у меня брюки в ржавчине, Лера пытается куском юбки прикрыться.

- Жуть! – посочувствовала Галина, с трудом сдерживая смех.

Ребят было искренне жаль, но как представишь картину маслом: Боря и Лера в образе квартирных воришек.

- Взяли банду форточников! – доложил полицейский по рации.

Боря снял рубашку, оставаясь с голым торсом, и отдал подруге. Лера соорудила из нее нечто наподобие набедренной повязки и осмелела.

– Где это написано, что человек не может в собственную квартиру через окно залазить? – шумно возмутилась она. - Нет такого закона!

- Докажите, что квартира ваша! – невозмутимо парировал полицейский.

- Запросто! – фыркнула Лера и вдруг вспомнила… - Понимаете - штамп о прописке в паспорте, паспорт в квартире, ключи в сумочке, сумочка в офисе, офис закрыт.

- Сказки мне не надо рассказывать! – усмехнулся полицейский. - У вас, как у Кощея – игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце.

Соня и Женька, не сдержавшись, расхохотались.

- Забрали нас, - вздохнула Лера. – И как раз шеф звонит: «Лера, ты дома?» - «Дома, конечно, спать собираюсь». А полицейский подкалывает: «Что – не первый раз? Автозак - дом родной».

Галина не выдержала и тоже рассмеялась:

- Ну и ночка была! Совсем нескучная! Признаю, ваши приключения круче моих.

- Как же вы из полиции выбрались? – отсмеявшись, спросила Женька.

- Борин папа помог, - смутилась Лера.

– Приехал грозный такой, - улыбнулся Боря. – «Борис, что за дела? Охренел по чужим квартирам в форточки лазить?!» А как историю узнал, хохотал на все отделение.

- Да, - со смехом подтвердила Лера. – Говорит: «Мой сын, весь в папу».

- Он, оказывается, тоже к маме в окно залезть пытался, - пояснил Боря. – В общагу. Только этаж перепутал и вместо ее комнаты попал в каптерку к уборщице. А та с перепугу его шваброй по лбу шандарахнула. Говорит, столько звезд увидел – целый Млечный путь.

- Боря – продолжатель семейных традиций, - весело заключила Лера.

И, покраснев, добавила:

- А нас на следующей неделе на семейный ужин пригласили.

- Батя нас в офис подкинул, - пояснил Боря. – Я штаны отчистил, а Лерка в спортивную форму переоделась – собиралась по вечерам на стадионе бегать, да так и не собралась. Сейчас шеф приедет – пойдем к нему с повинной.

- А пока готовимся, принимаем допинг в виде шоколада! – весело подтвердила Лера и отправила в рот очередную конфету.

Галина заметила, что конфеты в коробке заканчиваются, и быстро ухватила одну из них.

Лера взглянула на часы и бросилась к окну.

- Приехал! – взволнованно сообщила она Боре: – Сейчас срочные дела раскидаем, и я тебе позвоню.

- На стреме, - согласился Боря. – Жду.

Галина тоже выглянула в окно. Действительно, подъехала черная директорская Ауди. Палыч вышел из машины, открыл дверцу и подал руку Татьяне Тамерлановне.

«Вместе приехали», - невольно отметила про себя она.

Лера убежала, Боря и Женя отправилась по своим кабинетам. Галина углубилась в работу.

Неожиданно раздался звонок по корпоративной связи. Звонила Чингисхан.

- Галочка! – ласково произнесла она. – Ты подписала у шефа распоряжения по ОПам?

- Нет, - покаянно произнесла Галина. – Забыла.

- Беги к нему! Пока у себя, а то уедет скоро. А завтра мы в Питер улетаем.

Галина схватила папку с документами и отправилась в приемную.

Там неожиданно оказалось много народу – у всех в руках были документы, очевидно, коллеги тоже спешили что-то подписать, утвердить, согласовать перед отъездом шефа.

Несмотря на работающий кондиционер, было жарковато и ощущалась легкая нехватка кислорода.

Галина помахала ревизору Ане, кивнула Вадиму – начальнику отдела продаж и неожиданно лицом к лицу столкнулась с Олегом.

Тот был в легких брюках и белой рубашке-поло, выгодно очерчивающей его спортивное тело и оттеняющей великолепный загар.

«Когда только загореть успел», - с завистью подумала Галина.

- Доброе утро! – широко улыбнулся Олег, открывая крупные белые зубы.

«И впрямь аллигатор. Ишь, как скалится, - пронеслась в голове непрошеная мысль. – Но при этом обаятелен до жути».

- Привет, - вслух произнесла она. - Тоже к шефу на аудиенцию?

- Хочу смету согласовать, - Олег помахал пластиковым скоросшивателем с логотипом строительной компании. – Планирую склад расширить: расстояние между стеллажами маленькое, запасной выход заставлен тарой.

Галина слушала вполуха, внимательно наблюдая за Лерой – та раскладывала на столе шариковые ручки в ряд: построила по росту, смешала и начала выкладывать по цветам.

«Волнуется», - догадалась Галина.

Боря сидел рядом с подругой и делал вид, что копается в настройках ее компьютера.

Шеф выглянул из кабинета. Выглядел он неважно: бледный, на лбу капельки пота.

- Как вас много, - тяжело вздохнул он, оценив очередь желающих. – Хорошо, сейчас сделаю один звонок и всех приму.

И посмотрел на Леру:

- Валерия, сделай мне, пожалуйста…

- Кофе? – услужливо подсказала она.

- Воды, - прохрипел он. – Со льдо…

Внезапно шеф качнулся, глаза его закрылись, и он плашмя грохнулся на пол.

«Словно манекен упал», - пронеслось в голове у Галины.

- Мамочки! – завизжала Аня. – У него инфаркт! Инсульт! Скорая, скорее в скорую звоните!

Но Боря уже и сам догадался.

- Алло, скорая! – произнес он в трубку. – Здесь мужчине плохо.

Олег с Вадимом подняли директора и уложили на кожаный диванчик.

Галина ухватила запястье – пульс был. Палыч дышал, но был без сознания.

Среди всей кутерьмы взгляд невольно выхватил Леру – та застыла за столом с ручкой в руках:

- Папа…

И вдруг швырнула ручку, выскочила и, растолкав всех, подлетела к директору.

- Папа! – трясла Лера его за плечо. – Папочка, очнись, пожалуйста! Я плохая, знаю… Но больше не буду – честно! Буду тебя всегда слушаться! Папочка…

По лицу Леры ручьем текли слезы:

- Папочка, я тебя люблю!

- Я тоже тебя люблю, дочка… - одними губами прошептал Палыч. – Только не кричи так, пожалуйста, голова болит.

- Папа… дочка… - недоуменно повернулся к Галине Олег. – Это у них прозвища такие?

Галина не ответила. Догадки, наблюдения, неясные ощущения последних дней разом сложились в цельную, логичную картину.

В приемной появилась Чингисхан. Она быстрым взглядом оценила обстановку: открыла окно, расстегнула Палычу ворот на рубашке, достала из холодильника пакет со льдом и приложила к затылку директора.

- Хулиганишь, Леша!

- Я не специально… - виновато улыбнулся директор и попытался сесть.

- Лежи! – остановила его Чингисхан. – Говорила кому-то – с давлением не шутят, к врачу надо. Только кто б меня послушал.

- Вот такой я балбес, - вздохнул директор. И добавил точь-в-точь как Лера: - Но я больше не буду, честно.

В этот момент приехала скорая. В приемную вошли врач – маленький худощавый старичок с бородкой, чем-то похожий на Айболита из мультфильма, и санитар – здоровенный молодой парень со стрижкой ежиком.

Всех выставили в коридор. Палычу померяли давление, сделали укол, записали кардиограмму.

- Похоже на гипертонический криз, - объявил врач. – Но нужно сделать полное обследование.

- Вы его заберете? – испуганно посмотрела на врача Лера. – В больницу?

- Да.

- А можно поехать с ним?

- Разрешено только близким родственникам, - безэмоционально сообщил санитар. – Вы кем приходитесь больному?

- Дочь, - призналась Лера и вытерла рукавом слезы.

- Родная?

- А что – бывают двоюродные дочери? Конечно, родная.

- Лера и в самом деле дочь шефа?! – изумленно прошептал на ухо Галине Аллигатор.

- Получается, что так, - согласилась она.

- Что-то ты не выглядишь удивленной, - присмотрелся к ней Олег. – Знала?

- Нет, - честно ответила Галина. – Но в последнее время предполагала нечто подобное.

- А я ни сном не духом! – покачала головой Аня. - Конспираторы.

- Вот кто знал! - Аллигатор указал на Борю, уже в открытую обнимавшего Леру.

- Конечно, знал, - согласился тот. – Я у них дома много раз бывал: виндоуз на компе переставлял, принтер настраивал.

Тем временем Чингисхан подошла к Лере, достала из кармана платочек и вытерла слезы, словно маленькой.

- Куда ты поедешь, ребенок, - вздохнула она. – Толку от тебя никакого. Я поеду. Как будет информация – сразу наберу.

- Хорошо, - всхлипнула Лера.

- А вы кем приходитесь больному? – внимательно посмотрел на Чингисхана санитар.

- Женой, - просто ответила та.

- Гражданской?

- Зачем гражданской? Законной. Уже неделю как. Документы показать?

«Вот куда они с Палычем ходили нарядные! - догадалась Галина. – Когда Соня их видела. Как раз неделю назад».

Палыча погрузили на носилки и унесли в машину, Чингисхан уехала с ним.

- Жена? – окончательно растерялся Аллигатор. – Чингисхан – жена шефа?! Ты знала?

- Ничего я не знала, - отмахнулась Галина. – Но очень рада за них и желаю добра.

- Будто я адепт зла! – обиделся Аллигатор. – Но это полностью меняет расклад. Нужно думать.

- Лерочка, а почему ты молчала? – ласково посмотрела на нее Анька.

- Вначале у нас с папой договор был – личное на работе не светить, - вздохнула Лера. – А потом… дура я.

- Пойдем, Лерочка, в бухгалтерию, - предложила Аня. – Валерьяночки тебе накапаем.

- Лучше шоколад. Он на меня успокаивающе действует. Боря, те волшебные конфеты еще есть?

- Сейчас сбегаю, - пообещал Боря. – Мигом!

- А мы пока чайку заварим, - взяла ее за руку Анька. – Посидим, поговорим обо всем. Хорошо?

Лера согласилась.

Глава 11. Рассказ Леры

Галина с Аней отвели Леру умыться, дождались Борю с его чудесными конфетами.

«Надо сфотографировать коробку, - подумала Галина. – И купить такие же. Скоро Толиман приедет, он сладкое уважает».

Боря вручил конфеты Лере и убежал к себе:

- Ваши девичьи разговоры – на два часа, не меньше. А мне нужно решать вопросы по автоматизации.

Удивительно, но Соня и Женька уже были в курсе событий.

Ученые утверждают, что самая большая скорость во вселенной – это скорость света. Но Галина многократно убеждалась, что слухи и сплетни распространяются гораздо быстрее этой самой скорости света.

- Бедный Палыч! – вздохнула Соня. – Молодой совсем, и не пожил толком.

- Соня! – шикнула на нее Аня, незаметно показывая глазами на Леру. – Опять за свое? У человека гипертонический криз. Подлечат, выдадут рекомендации, и будет он жить поживать с молодой женой. У моего дедушки с тридцати лет гипертония, и, слава Богу, недавно его восьмидесятилетие отметили. Беречься, конечно, нужно – кофе ведрами не хлебать, нервничать меньше. Опять же – диета, физкультура, таблетки специальные, если врач выпишет. Ничего, Чингисхан шефа построит, она умеет.

Соня смутилась и, оглянувшись на Леру, пробормотала:

- Я это и имела в виду, ты меня не так поняла.

Женька заварила всем чай, добавила к коробке конфет пакетик с круассанами:

- Лер, я так удивилась, когда узнала, что Палыч – твой отец! Фамилии у вас разные, и отчество у тебя не Алексеевна.

- Викторовна я, - согласилась Лера. – Мама меня в честь деда записала.

- Твои родители не были в браке? – уточнила Соня.

- Не были…- Лера вздохнула и распечатала коробку с конфетами. – Хотя у них все серьезно было, и дело к свадьбе шло.

- А где познакомились? Они ведь из разных городов?

- Папа приехал в наш ПГТ на преддипломную практику. У нас поселок хоть и маленький, но в нем расположен завод с уникальным производством, таких больше в России нет. А это как раз и была тема папиного диплома.

- А мама – местная? - спросила Соня и вытащила из пакета самый большой круассан.

- Местная, - улыбнулась Лера. – Она в молодости красивая была – как картинка. В областном конкурсе красоты первое место заняла. Да еще и с характером: упрямая, своенравная, лишний раз не смолчит. А папа тоже далеко не белый и пушистый, сами знаете.

- Нашла коса на камень, - вздохнула Галина.

- Не то слово! – весело согласилась Лера. – Бабушка рассказывала, они то в любви друг другу клялись, и имена будущим детям придумывали, то ругались аж до крика. Как-то гуляли по улице, поссорились, папа маме что-то обидное сказал. Так она, недолго думая, сняла с ноги босоножку на шпильке, и этой самой босоножкой в папу запустила.

- Круто! – рассмеялась Женька. – Итальянские страсти прямо. И как – попала?

- Не попала. Папа пригнулся, босоножка перелетела через него и попала в открытый канализационный люк.

- Помню, - согласилась Галина. – Я когда маленькой была, у нас тоже эти люки везде открытыми были. Сколько людей ноги переломали. Зато сейчас у нас новый губернатор – дороги сделали, чисто везде, фонари горят. С тем, что было – не сравнить.

- Жалко босоножку, - покачала головой Женька. – Это ж не достать…

- Почему не достать? – хитро улыбнулась Лера. – Папа спрыгнул в люк и вытащил мамину обувку. Вылез весь перепачканный, встал перед мамой на одно колено и говорит: «Кому эта туфелька придется в пору, та станет моей женой!» Это он маме так предложение делал.

- Так женились бы, - вздохнула Аня. – Раз такие одинаковые.

- Собирались. Уже и заявление в ЗАГС подали. Думали у нас по-тихому расписаться, а в Москве свадьбу сделать. Папа уже и родителям своим позвонил, во всем признался. И тут за день до росписи они разругались в хлам. Папа маму приревновал к кому-то, вроде бы совсем без повода. А мама разозлилась и выгнала его. Сказала – проваливай в свою Москву, и чтоб больше я тебя не видела. Папа один и уехал. А вскоре мама узнала, что беременна.

- И, конечно же, о беременности отцу не сказала, - догадалась Аня.

- Она ждала, что папа сам позвонит или приедет. Но он не позвонил и не приехал. И тогда мама обиделась: «Сама ребенка выращу, безо всяких козлов».

- Кого-то мне это напоминает, - Женька с загадочной улыбкой посмотрела на Соню.

- Я не беременная! – буркнула та.

- Одно это и радует!

- Тяжело-то одной, - посочувствовала Аня. – Сестра двоюродная тоже сама мальчишку поднимает. Не отдохнуть и не расслабиться особо.

- Поначалу справлялась. Дед с бабушкой живы были, помогали. Дед военную пенсию получал, хорошую. И мама неплохо зарабатывала.

Лера улыбнулась:

- Она у меня шьет. Да не просто шьет – такие наряды придумывает, круче, чем в модных журналах. Все жены местных богатеев у нее обшивались. А я в садик ходила, как принцесса – таких платьиц ни у кого не было.

Она взяла еще конфету и продолжила:

- А потом дедушка умер, и пошло-поехало. У нас частный дом, все посыпалось – крыша течет, проводка сгорела, в углу плесень появилась. Дедушка с золотыми руками был – сам все делал, а тут пришлось нанимать рабочих. А они, сами знаете как: денег сдерут, сделают тяп-ляп, еще и украдут что-нибудь. Маминых заработков стало не хватать, а еще и бабушка заболела.

- Беда никогда не приходит одна… - грустно пробормотала Соня.

- Мама решила срочно мужа найти: чтоб и в доме хозяин был, и материально легче стало. И вся ушла в активные поиски: бары, рестораны, ночные клубы…

- И как – нашла? – с надеждой посмотрела на Леру Галина.

- Нет, - опустила голову Лера. – Поклонников было много, с ее-то внешностью – неудивительно. Но серьезных отношений ни с кем не получилось. Может, не хотели чужого ребенка воспитывать. Но, скорее, из-за маминого характера. Так замуж и не вышла, зато из-за ночных похождений пристрастилась к спиртному. Пока бабушка жива была – еще так, баловалась временами. А после ее смерти запила по-настоящему.

- Ужас! - искренне разволновалась Соня. – Молоденькой девочке в одном доме с пьющим человеком… Это не жизнь, это мучение!

- Лучше расскажи, как тебя отец нашел, - попробовала Аня увести разговор в более позитивное русло. – Он же про тебя не знал ничего?

- Чисто случайно, - улыбнулась Лера. – Приехал в командировку, хотели у нас в поселке упаковочный цех открывать.

- Знаю, - согласилась Галина. – Документы до сих пор в районной администрации на согласовании, все не подпишут никак – то одно им не нравится, то другое.

- И встретил на улице Михалыча - бывшего руководителя практики. Михалыч ему: «Никак, к дочке приехал?» Папа глаза вытаращил: «К какой еще дочке?» Михалыч только головой покачал: «Дочь у тебя, Валерия, школу недавно закончила. Ты что – правда, не знаешь?»

- Представляю! – рассмеялась Женька. – Во у шефа шок был! Тот случай, когда ты весь из себя – молодой, холостой, интересный. А тут как дубинкой по голове – дочка у тебя, взрослая совсем.

- Как раз бабушке сорок дней было. Мы с мамой поминки сделали. Сначала все пристойно: съездили на кладбище, в церкви панихиду заказали. Дома стол накрыли, соседи пришли, посидели, повспоминали хорошее. А потом, как обычно. Поселок у нас маленький, все про всех знают. Местные алкаши, как мухи на мед слетелись: «Налей, хозяйка, надо ж Степановну помянуть, душевная женщина была». Мама и не хотела пить, но не сдержалась. И тут, откуда не возьмись, папа…

- Как гром среди ясного неба, - прокомментировала Соня.

- Не то слово! Заходит – в доме накурено, хоть топор вешай, мама пьяная, посередине комнаты два каких-то мужика в наколках в карты режутся. И я на кухне в уголочке с книжкой.

- Жуть, - Галина так ярко вообразила эту картину, что невольно поежилась.

- На меня посмотрел: «Валерия?» Я глазами хлопаю, но кивнула. «Даю тебе, - говорит. – Пятнадцать минут на сборы. Едем в Москву». Я обалдела: «А вы, собственно, кто?» А он вздохнул тяжело так: «Отец я твой. И в этом вонючем притоне тебя не оставлю».

- Да… - уважительно протянула Женька. – Палыч умеет принимать решения и нести за них ответственность. За это его и ценят.

«Странно, - подумала Галина. – Аллигатор тоже говорил про притон. Но откуда он мог узнать? Вряд ли Палыч стал бы распространяться о подобном».

- Я сначала отказывалась, - продолжила Лера. – Ехать неизвестно куда, неизвестно с кем. Но папа пообещал маме помочь – устроить в санаторий, где зависимости лечат. И соседка теть Валя поддержала: «Езжай, Лерочка, тут пропадешь. А так, глядишь, и мать вытащишь: это она пока горе заливает, а не ровен час – по-настоящему сопьется». Я и собралась. Папа пришел с мужиком каким-то, думали сумки-чемоданы, тащить нужно. А у меня один рюкзачок маленький.

- И как тебе Москва? – улыбнулась Галина. - Понравилась?

- Как будто я ту Москву видела, - вздохнула Лера. – Папа меня по приезду запер в квартире, как в тюрьме: ни в кино не отпускал, ни в театр, даже в парке погулять не разрешал. «Сиди дома, - говорил. – Ты жизни не знаешь, и наследственность у тебя плохая».

- Нет, так-то тоже нельзя, - покачала головой Аня. – Крепостное право какое-то.

- Он вообще со мной разговаривал, как со слабоумной! – обиженно проговорила Лера. – Не там стоишь, не так сидишь, не о том думаешь. Хоть бы раз спросил – чем, дочка, увлекаешься, что нравится, в чем у тебя успехи. А мне было, чем удивить – грамот и дипломов целая папка: и первое место на региональном конкурсе чтецов, и лучшее сочинение ко Дню Победы, и благодарности за отличную учебу.

Лера отпила чай, и пожаловалась по-детски:

- Он даже в мой аттестат не заглянул! Баллы по этому ЕГЭ несчастному не посмотрел! Хотела на работу устроиться, аниматором в мастерскую детских праздников, а папа меня высмеял: «Куда тебе, опозоришься только, тут Москва, а не деревня». Объявил, что буду у него секретарем и точка. Моего желания, естественно, никто не спрашивал. Я и обиделась. Решила, раз считает меня тупой безграмотной колхозницей, то пусть такую и получит.

- Ты специально притворялась? – догадалась Соня. И укоризненно покачала головой: - Лер, глупо. Детский сад какой-то.

- А она – кто? – заступилась за Леру Женька. – Она ребенок и есть. Восемнадцать лет! Это только по паспорту совершеннолетие считается, а по уму…

- Сама понимаю, что сглупила, - перебила ее Лера. – Но так просто из образа не выйдешь. Все ко мне такой привыкли.

- Но у тебя определенно талант! – восхитилась Женька. – Так ловко сыграть классическую секретаршу – глупую любовницу шефа. Я ни минуты не усомнилась.

- А мне показалось, что Лера переигрывает, - улыбнулась Галина. - Слишком уж анекдотичная секретарша вышла, картонная. При этом ужимки прожжённой стервы, а глаза невинной девушки.

- Потому что так и есть, - смутилась Лера. – Я на мамину жизнь насмотрелась и решила, что у меня все по-другому будет – уважение взаимное, любовь, семья. И никаких близких отношений до свадьбы.

- Обалдеть! – выдохнула Соня. – Семнадцатый век прямо. А Боря в курсе?

- В курсе, - улыбнулась Лера. – Сказал, что уважает мое решение, и условия принимает.

- Хоть бы у вас все получилось, ребята, - с чувством произнесла Аня. – Вы такие милые…

- И про талант, Лер, не забудь! – напомнила Женька. – Лину не слушай, она въедливая, до каждой закорючки докапываться любит. С твоей внешностью и способностями – прямая дорога в театральный.

- Я подавала документы в этом году, - весело сообщила Лера. – Сразу на два факультета – актерский и режиссерский. Готовилась по ночам, даже похудела от волнения.

- Ух, ты! – воодушевилась Женька. – Как я угадала! И что – поступила?

- На актерском одного балла не добрала. Сказали, как и Лина, что немного переигрываю. А на режиссуру…

Лера сделала эффектную паузу и выдала:

- У меня самый высокий балл среди абитуриентов этого года! Сегодня на сайте вывесили списки – зачислена на бюджет.

- Ура! Молодец! Круто! – обрадовались девчонки.

- Как же ты на экзамены вступительные вырвалась? – удивилась Соня. – Если дома так строго?

- Танюша помогла, - улыбнулась Лера.

Галина в первое мгновение даже хотела уточнить - какая еще Танюша. Но потом догадалась, что Лера так называет Чингисхана.

- Когда у них с папой закрутилось, я вначале это восприняла негативно, - призналась Лера. – Надеялась, что папа с мамой помирятся. Но потом увидела, что рядом с Танюшей он совсем другим становится – спокойным, понимающим, даже нежным.

- И давно у Чингисхана с Палычем отношения? – не сдержала любопытства Женька.

- Взаимная симпатия у них давняя. Но у Танюши раньше особо времени на личную жизнь не было – она дядюшку старенького досматривала.

- Тяжело это, - вздохнула Соня. – Когда в доме пожилой больной родственник – все время и все деньги на него уходят.

- Про время – это точно, - поддержала Лера. – А в остальном старик сам был обеспеченным: несколько квартир, дом огромный в Подмосковье, дача на Лазурном берегу, доля в бизнесе.

- Получается, Чингисхан у нас богатая наследница? – уважительно протянула Женька. – С таким-то родственником.

- Не-а, - помотала головой Лера. – Он ей родственником не был. Друг ее покойного отца. А наследников там тьма, только они много лет не объявлялись. Одна Танюша его навещала – вместе смотрели фильмы, обсуждали книги, на прогулку вывозила. А не успел дедушка умереть, сразу толпа набежала – и дети, и внуки, давай имущество по завещанию сверять и пересчитывать.

- Терпеть не могу таких людей! – скривилась Аня. - Ничего в них человеческого нет, только о деньгах думают.

- Скажи, Лера, - посмотрела на нее Галина. – А маме помогло лечение в санатории?

- Помогло, - загадочным голосом сообщила та. – Только не знаю, что больше – сам санаторий или дядя Сережа.

- Какой еще дядя Сережа?

- Друг мамин. Она с ним в санатории познакомилась.

- А он тоже… - Соня на миг замялась, подбирая слово. – С зависимостью?

- Нет, - рассмеялась Лера. – Санаторий широкого профиля, там разные отдыхающие. Дядя Сережа – артиллерист, полковник в отставке. Его на учениях контузило, есть небольшие проблемы со слухом. Причем, интересно так – обычную речь он слышит, а высокие тона – нет. Например, детский плач, или когда кто-то кричит или визжит.

Лера обвела всех глазами и продолжила весело:

- Дядя Сережа спокойный-спокойный и чем-то похож на дедушку, он тоже военным был. И смешно так: мама со своим характером, что-то ей не так – начинает на дядю Сережу кричать, слова обидные говорить. А он сядет, щеку рукой подопрет и умиляется: «Эх, Машка, ничего-то я не слышу. Но ты такая красивая, когда сердишься!» Мама поорет-поорет, а потом успокоится и прощения просит.

- Да, - согласилась Аня. – В отношениях нужно уметь иногда промолчать. Это не значит, что со всем соглашаться. Просто выслушать спокойно, постараться понять. А потом объяснить свою точку зрения. Мы с мужем первые два года ссорились чуть ли не до драки, я все пыталась ему доказать что-то. А теперь ничего не доказываю, он сам делает все, что я попрошу. Ну… не всегда, но я работаю в этом направлении.

- Наверное, поэтому у мамы с папой и не получилось, - вздохнула Лера. – Никто из них не хотел уступать. А с дядей Сережей маме хорошо – он ее понимает.

Внезапно у нее зазвонил телефон:

- Да, Танюша! – отозвалась Лера и вышла с трубкой в коридор.

Вернулась она через несколько минут и сообщила:

- Гипертонический криз подтвердился. Плюс небольшое сотрясение мозга – ударился, когда падал. Сказали, что страшного ничего нет, но две-три недели побудет в больнице. Завтрашняя поездка, естественно, отменяется.

В коробке на столе оставалась последняя конфета, которую никто не решался брать. Лера ухватила ее и отправила в рот:

- Спасибо, девушки, за чай и компанию! Но пора и поработать – билеты сдать, бронь на гостиницу отменить. Танюша целый список поручений выдала, надо записать, пока не забыла.

- Лер, - улыбнулась Женька. – А твоя рассеянность – тоже часть образа?

- Нет, я на самом деле такая. Секретарь должен быть внимательным, пунктуальным, собранным. А я творческая личность – вечно в облаках летаю. Не мое это.

Лера помахала всем рукой и убежала.

Внезапно открылась дверь, и в бухгалтерию вошел Боря с одним из программистов. Боря, пыхтя, тащил системный блок.

- Мы решили, что организуем нашим партнерам отдельные рабочие места, - выдохнул он. – У вас будет работать Василий…

Боря поставил системный блок на столик за шкафом.

- Доброго дня, девушки! – улыбнулся Василий. – Не беспокойтесь, не помешаю, спрячусь в уголочке и буду сидеть тихо-тихо.

- А у меня, на втором этаже, поместим Виталия, - продолжил Боря и почесал затылок: - Сюда еще нужен монитор и кабеля. Сейчас принесу.

- Давай помогу! – вызвался Василий.

И они вместе вышли из кабинета.

- Напомни, - обернулась к Галине Соня. – Кто из них женат – Василий или Виталий?

- Василий, - улыбнулась Галина. – У него жена Катя и двое сыновей.

- Ох, уж этот Боря! – недовольно фыркнула Соня. – Мужик и есть мужик, понятия никакого. Была бы на его месте женщина – сразу бы догадалась: к нам в бухгалтерию надо холостого, Виталий, который. А женатый мог бы и с сисадмином посидеть.

- Интересуешься? – подмигнула Галина.

- Не для себя, - надулась Соня. – За вас с Женькой волнуюсь.

- Не переживай, - рассмеялась Женька. – Если надо – мы этого Виталия из-под земли достанем, не то, что со второго этажа.

Глава 12. Интриги и разоблачения

Бухгалтера углубились в работу. Галина оценила стопку непроверенных счетов-фактур и погрустнела.

Распивание чаев и долгие беседы «за жизнь» - вещь, конечно, душевная. Но для бухгалтера она означает, что придется задерживаться вечером и «подтягивать хвосты».

Рабочее место Василия находилось возле окна, и было отгорожено высоким пеналом с документами, отчего человека за этим столом из кабинета не было видно. И сидел программист за шкафом так тихо, что девушки начали понемногу забывать о его присутствии.

- Представляешь, - жаловалась Соня. – Купила вчера чулки. Вроде и фирма привычная, и размер нужный, но модель мне совершенно не подходит. Гляди…

Она задрала юбку и продемонстрировала чулки, болтающиеся где-то в районе колен:

- Сползают, гады!

- Тссссс! – шикнула Галина и указала глазами на шкаф.

- Ой! – покраснела Соня и быстро одернула юбку.

- Я ничего не видел, - отозвался из-за шкафа Василий. – Сижу по локоть в коде, думаю про свое, можете не обращать на меня внимания.

Галина не успела разнести и половину счетов-фактур, как явилась Ксения.

- Девочки! – с порога начала она. – Ни у кого нет пару тысяч до зарплаты перехватить? С этой свадьбой Алинкиной никак концы с концами не сведу!

- Не-а, - печально вздохнула Соня. – У меня голый Вася.

- Я одетый! – обиженно выглянул из-за шкафа Василий. – И даже при галстуке!

- Ой! – Соня смутилась, и ее лицо пошло красными пятнами. – Я… мне… это выражение такое! Дедушка был родом из Одессы, он всегда так говорил, когда денег совсем нет.

- Блатной жаргон, - улыбнулась Галина. – Произошло от «голый вассер», что означает «пустой карман».

- А ты откуда знаешь? – изумилась Соня.

- У меня мама филолог. Любит занятные словечки расшифровывать.

Галина вытащила из сумочки пятитысячную купюру:

- Хватит?

- Да, конечно, спасибо огромное! – обрадовалась Ксюша. – С зарплаты обязательно верну.

Не успела Галина вернуться к работе, как в дверь просунулась курчавая голова Вадима – начальника отдела продаж.

- Лина! – в его голосе слышалось волнение. – Забыла, что у меня на следующей неделе свадьба?

- Не забыла! Готовим поздравление от коллектива.

- Я не про то, - смутился Вадим. – Премию из «секретного» фонда начислила? Чингисхан вчера говорила, что приказ уже у тебя. Просто очень на эти деньги рассчитываю.

Галина открыла папку входящих документов. Действительно, подписанный директором приказ на разовую премию Вадиму был там.

- Сейчас начислю! – пообещала она. – Прямо сию минуту. А завтра выплатим.

Вадим поблагодарил и скрылся за дверью.

Галина еще раз взглянула на приказ, что-то он ей напоминал. Точно! Именно такой приказ был на Чингисхана. Даже сумма та же.

«Чингисхан получила ту премию к свадьбе, - поняла Галина. – Теперь все понятно. Кстати, нужно уточнить – свадьба дочери считается особым случаем или нет? Хорошо бы и Ксюше помочь».

По телу разливалось приятное ощущение, что наконец-то все встало на свои места. Галина с детства обожала разгадывать ребусы, решать запутанные задачки, особенно с подвохом.

«А коль разобрались с одним вопросом, - весело подумала она. – То заодно стоит выяснить и другой. Раз я такая «докапывательница до каждой закорючки», как говорят девочки».

«Притон» и осведомленность о нем Аллигатора не шли у нее из головы.

- Соня! А можешь глянуть по авансовым отчетам, кто ездил полгода назад с Палычем в командировку на Лерину родину?

- Там целая толпа ездила! – отозвалась Соня.

- Помню. А всех перечислить можешь?

Соня клацнула мышкой, открывая нужный документ в программе:

- Палыч – понятно. Плюс Руслана – юрист, Оля – маркетолог…

- Не, не то. Из мужчин кто?

Галина помнила, что Лера говорила о мужике, пришедшим вместе с Палычем вынести вещи. Это мог быть водитель, но коллеги летали в командировку на самолете, директорского Гошу не брали. Водитель из местных? Или…?

- Из мужиков пол отдела продаж, - буркнула Соня. – Юрка Головин, например.

- Головин подходит, - задумчиво согласилась Галина.

Юрка с его хамским отношением к женщинам запросто мог быть источником грязных сплетен. И с Чингисханом у него давний конфликт.

«С другой стороны, - честно признала Галина. – У меня к Головину личная неприязнь. Возможно, поэтому хочется обвинить его во всех смертных грехах?»

- Кому это он подходит? – изумилась Соня. – Юрка, конечно, холостой, но я с таким на одном гектаре…

Она с ужасом оглянулась на шкаф и закрыла ладошкой рот.

- Не кому, а куда, - рассмеялась Галина. – Это так, предположение. Пока не подтвердится или не опровергнется – ничего говорить не буду.

- Подумаешь, мисс Марпл! – обиженно фыркнула Соня.

Сравнение с персонажем Агаты Кристи вызвало у Галины укол грусти. Конечно, эта самая мисс Марпл обладала недюжинным умом и выдающимися способностями, но при этом была одинокой старой девой.

«Или это одиночество так влияет? – с тоской подумала Галина. – Ищу себе занятие на пустом месте. Но нужно же выяснить, кто в коллективе распространяет сплетни и наушничает учредителям! Чтобы самой быть осторожнее и коллег предупредить. И Аллигатор этот…кто он и что он - непонятно».

Свое отношение к Олегу Галина не могла сформулировать. Вроде и нравится – симпатичный, обаятельный, когда встречаешься взглядами, сердце пропускает пару ударов.

Но скользкий он какой-то.

«Аллигатор и есть аллигатор, - решила она. – Холодный, хищный, опасный. Рептилия. Лучше держаться от него подальше, по крайней мере, пока».

- Лина, ты на обед идешь? – прервала ее размышления Соня.

- Нет, наверное. Работы куча. Сбегаю через дорогу в гастроном, куплю чего-нибудь перекусить.

- Как хочешь, подруга, - Соня поправила перед зеркалом прическу и взяла в руки сумочку. – Если передумаешь – знаешь, где нас с Женькой искать.

Галина закончила разносить последний документ и взглянула на часы. Прошло уже двадцать минут обеденного перерыва. Под ложечкой нестерпимо сосало – желудок требовал еды в установленное привычным режимом время.

«Надо хоть булочку купить, - подумала она. – Или творожок сладкий».

И вдруг вспомнила про программиста.

- Василий, - позвала Галина. – Я иду в магазин. Купить тебе чего-нибудь съестного?

Василий выглянул из укрытия и улыбнулся:

- Спасибо! Я перед приездом плотно пообедал, так что ничего не нужно.

Галина закрыла бухгалтерскую программу, перевела компьютер в ждущий режим и вышла из кабинета.

В коридоре никого не было. Большинство сотрудников обедало в кафе на первом этаже: там кормили довольно прилично, плюс у многих были карты постоянных клиентов, что давало возможность получать скидки и бонусы.

Галина вызвала лифт. В тишине было слышно, как он щелкнул дверьми несколькими этажами выше и начал спускаться.

Внезапно спину обожгло чье-то горячее дыхание. Нахальные руки ухватили за талию и бесстыдно полезли под блузку.

- Бухгалтер, милый мой бухгалтер, - отчаянно фальшивя, пропел в ухо знакомый бас. – Вот ты какой… Какой сегодня у бухгалтера бюстгальтер? Покажешь?

Потные лапищи потянулись к груди.

- Юра! – брезгливо скривилась Галина. – Убери руки! Немедленно!

Извиваясь змеей, она вывернулась из мерзких объятий, отскочила на пару шагов в сторону и повернулась к Головину лицом.

Лифт подъехал и, звякнув, приветливо распахнул двери.

- Погнали на склад! – гаденько ухмыльнулся Головин. – Инвентаризацию проведем - что у тебя есть, а чего нет.

И сделал жест руками, приглашая Галину в лифт. Но она уже спешила к лестнице.

- Стерва! – обиженно фыркнул Юрка. – Ничего, новое начальство быстро вас, шлюх, на чистую воду выведет!

Звонко цокая каблучками, Галина сбегала вниз по лестнице. Щеки пылали – ее душила злость:

«Ох, и сволочь, этот Головин! Совсем берега потерял! Еще и новым начальством пугает. Новое начальство – это, конечно же, Аллигатор. Значит, Юрка и есть тот самый информатор, доносящий гадости Олегу. Какие же они оба…»

Галина спрыгнула с последней ступеньки и лицом к лицу столкнулась с Аллигатором.

- Куда торопишься, принцесса? – широко улыбнулся он. – Сбежала с бала, оставив безутешного принца одного?

- Достали эти прынцы! – буркнула Галина, бочком-бочком пытаясь обойти знакомого. - Житья от них нет!

- Ты слишком сурова к нам несчастным!

«Вот оно как, - язвительно подумала Галина. – Еще один «прынц». Неужели, такой же, как Головин? Но этот хоть воспитанный. И красивый, гад!»

Тем временем Олег что-то уловил в ее глазах и спросил уже серьезно:

- Срочное дело? Если нужно куда-то подбросить – не стесняйся.

- Спасибо, но мне ничего не надо, - сквозь зубы процедила Галина, стараясь не поддаваться на его обаяние. – Иду в соседний гастроном, купить на обед булочку.

- Ты собралась обедать булкой? – искренне возмутился Олег. – Безобразие! А потом будешь лечить гастрит! Гастрит от слова гастроном – кто туда ходит, тот его и получает!

Галина с маминой подачи знала, что и гастрит, и гастроном происходят от древнегреческого «гастер», что означает «желудок». Но доказывать что-то Аллигатору совершенно не хотелось.

- Я придумал! – весело объявил он. – Мы сейчас поедем в нормальное место и пообедаем по-человечески. Заодно, обсудим производственные вопросы.

- Времени нет. Работы столько, что я, похоже, сегодня здесь ночевать останусь.

- Зря. Хотел рассказать кое-что интересное.

- Ах, да! – Галина презрительно ухмыльнулась. - Ты обещал узнать от своего «источника», - она выделила слово «источник», – от своего «источника» всю информацию обо мне. Так вот – мне это неинтересно. Совершенно не желаю выслушивать гадости, сочиненные Головиным!

- Юрой… - растерялся Олег. – Гадости?

- А он что - способен на что-то другое? – несло Галину. – Хотя – да, способен: хамить, пошлить и распускать руки. Его все девушки в коллективе ненавидят! Ни одной нет, к кому бы он не приставал или не делал грязных намеков. Мне только что возле лифта пытался залезть под блузку. Еле убежала!

- Неприятно слышать подобные вещи… - Аллигатор растерянно почесал затылок. – Особенно про собственного брата.

- Головин – твой брат?!

Галина внимательно вгляделась в лицо Олега, пытаясь найти хоть какое-то сходство. Стройный, спортивный Аллигатор с тонкими, правильными чертами лица и грузный Головин с маленькими глазками и квадратным подбородком. Они - братья?! Не может быть!

- Троюродный, - видя ее замешательство, пояснил Олег. – Но в детстве мы были очень дружны, почти как родные. Никогда бы не подумал, что он дойдет до такого. Кстати, директору говорила?

- Нет, конечно! Директору что – делать больше нечего, кроме как Головина воспитывать? Юра дает хорошие показатели продаж, Палыч им доволен.

- А Чингисхан – в курсе?

Галина потупила взгляд:

- Думаю, догадывается. Но мне стыдно отвлекать ее подобными вещами. Ябедничать, как в детском саду.

- А надо было сказать, - задумчиво протянул Олег. – Получается, Юрка всех достает, вы шушукаетесь по углам, но начальство при этом в неведении. Значит, сами его провоцируете.

- Да мы… да я…- начала возмущаться Галина, но Олег взял ее за руку.

- Я поговорю с Юрой и постараюсь объяснить, что он неправ. Если не поможет – придется уволить. Но насчет информатора…

Он посмотрел Галине прямо в глаза:

- Ты ошиблась. С Юрой мы давно не общались, и не любитель он распространяться – слова клещами не вытянешь. Только вчера узнал, что у него серьезные проблемы – мама Юркина позвонила. Даже обидно, что он сам за помощью не обратился.

Олег улыбнулся:

- Поехали, поговорим в открытую. Я действительно хочу помочь. Точнее, представляю людей, которым нужно, чтобы все было спокойно, предприятие работало и получало прибыль. А с твоей нагрузкой разберемся. Едем?

Галина нехотя согласилась.

Глава 13. Сырные переговоры

Всю дорогу Галина незаметно разглядывала Аллигатора и думала.

«Если не Головин, то кто? Не получилось из меня мисс Марпл, - сокрушалась она. – Какая-то Даша Васильева из произведений Донцовой выходит».

Галина мельком смотрела пару серий про эту Дашу и была в курсе ее «выдающихся» способностей.

«А Олег быстро освоился в должности, - пришла следом вторая мысль. – Ишь, как распоряжается: захочу – уволю, захочу – нагрузку изменю. Или дело вовсе не в должности?».

Аллигатор ожидаемо привез Галину в то кафе, где они вчера пили кофе.

- Предлагаю провести сырные переговоры! – весело сообщил он.

- Мирные? – не поняла Галина.

- И мирные в том числе. Вижу, что ты на меня второй день дуешься. Колись, чем вчера не угодил? Слишком быстро ехал? Или мало говорил комплиментов?

- Слишком много болтал, - в тон ему ответила Галина.

И добавила уже серьезно:

- Мне не нравится, когда про людей говорят гадости, не разобравшись. И даже разобравшись.

- Надо же, какая моралистка, - хитро улыбнулся Олег. – Соглашусь – гадости про окружающих говорить некрасиво, неэтично, неприлично… Зато как эффективно!

Подмигнув обалдевшей Галине, он продолжил:

- Представь ситуацию – ты присмотрела квартиру и хочешь купить. Все устраивает – этаж, планировка, двор. Но сосед сверху – Иван Иваныч - внушает сомнения. Что сделаешь?

- Наверное, поговорю с другими соседями? Спрошу, что они думают об Иване Ивановиче.

- И знаешь, что они тебе ответят?

Аллигатор изобразил глубокий вздох, поджал губы и картинно развел руками:

- «Иван Иваныч? Ой, даже не знаю. Мы особо не общаемся. Сосед как сосед. Нынче живут каждый сам по себе, а что за стенкой происходит – никого не волнует. А в наше время подъезд был как одна семья: вместе праздники отмечали, за детьми присматривали, ключ под ковриком оставляли, и никто его не трогал. Вот жизнь была!»

Галина невольно улыбнулась, Олег очень похоже изображал ее соседку – Ольгу Михайловну.

Официант принес меню.

- Любишь сыр? – уточнил Аллигатор.

- Обожаю! В детстве утром первым делом бежала к холодильнику и съедала кусочек сыра. Мама меня дразнила сыроедкой.

- Отлично! Всегда чувствовал, что мы с тобой родственные души. Предлагаю суп с цветной капустой и сыром, мясо с черносливом в сырном соусе, а на десерт…

- Олег, у меня с собой мало денег, - смутилась Галина.

- Какие деньги! Мы не в Америке, чтобы платить каждый за себя, - возмутился он. - Тем более, у нас деловые переговоры, забыла? Оплачивает сторона-инициатор, то есть я.

Аллигатор сделал заказ и опять посмотрел на Галину:

- Продолжим историю про соседа. Получилось у тебя что-нибудь узнать? Сама видишь, что нет. А потому, что не умеешь спрашивать. Теперь представь, что прихожу я к этой самой соседке и заявляю: «Хочу купить квартиру напротив вас, все нравится и о соседях прекрасные отзывы. Обо всех, кроме Ивана Иваныча. Про него говорят, что он редкостный негодяй: пьет, по ночам долбит стены перфоратором и ежемесячно заливает весь подъезд до первого этажа.

Галина широко раскрыла глаза. Надо же, как угадал! Над ней действительно жил именно такой сосед, только не Иван Иванович, а Николай Николаевич. Все остальное совпадало – выпивал, водил сомнительного вида девиц, каждый раз - новых, постоянно что-то сверлил и забивал, не обращая внимания на позднее время. И кран периодически забывал закрывать, отчего у Галины на кухне потолок был в радужных разводах. Хоть и съемная квартира, а все равно – жалко.

- И что мне ответит соседка? – улыбнулся Олег.

Он закатил глаза и перешел на доверительный шепот:

- «Ох, вы бы знали, как мы с ним намучались. Житья никакого нет. Еще и курит на балконе, и бычки вниз бросает. Вчера мне пододеяльник пропалил. И кобелину свою без намордника выводит, а третьего дня…»

Галина грустно улыбнулась. Аллигатор в чем-то был прав. Но для нее подобные методы были неприемлемы. Возможно, именно поэтому она простой бухгалтер, а не владелец компании.

- Значит, решил прикупить квартирку?

- Квартирку я уже, можно сказать, прикупил, - многозначительно сообщил Олег. – Даже не квартирку, а целый подъезд. Жаль только, что не сам, а вскладчину. И у меня от домкома владельцев задание – разобраться с квартирантами. Например, Чингисхану я должен найти замену. И как можно быстрее.

- Почему? – расстроилась Галина. – Это связано с доносами и сплетнями?

- Думаю, доносы мало что значат. Дело в ее покойном покровителе: он безапелляционно продвигал свою протеже, а мнения остальных просто не слышал. Теперь начался обратный процесс. Для председателя Правления Чингисхан словно бельмо на глазу – спит и видит, как бы от нее избавиться.

- У Татьяны Тамерлановны был такой влиятельный покровитель? – изумилась Галина. – Что запросто указывал председателю Правления?

- Еще бы, - усмехнулся Аллигатор. – Попробуй не послушай собственного отца. Тем более, главного собственника и одного из основателей компании.

- Вот оно что… - задумчиво протянула Галина.

Про учредителей у нее были самые общие сведения. Компанию когда-то создали два друга, начиная с маленького склада в подвале и крошечного производственного цеха в гараже.

Теперь бизнес разросся до холдинга, выросло и число собственников – это было уже не два человека, а две семьи, где каждому принадлежала доля в компании.

«Получается, - подумала Галина, - одинокий старичок, за которым ухаживала Чингисхан, был основателем компании? Как же вышло, что в последние годы жизни он остался совершенно один? У него ведь и дети были, и внуки...»

Аллигатор словно услышал ее мысли:

- У председателя с отцом отношения в последнее время были не очень. Дед его постоянно критиковал, не доверял, обзывал дармоедом и мошенником. Теоретически вся власть у председателя, а фактически старикан мог в любой момент позвонить и все переиграть по-своему.

- Семейные дрязги сами по себе большая проблема, - вздохнула Галина. – А когда это переходит на бизнес…

- Конфликт поколений, что поделать. Теперь понимаешь, почему председатель настроен против Чингисхана? Но то, что они с Палычем семья, значительно все усложняет. Увольнение обычного главбуха шеф бы, скорее всего, проглотил, повозмущавшись для приличия. Но за родную жену может встать грудью.

- И что он сделает? Он ведь не акционер.

- Он нет, - усмехнулся Аллигатор. – А его родная тетя – да. Она из второй семьи. И ссориться с ее представителями нашему председателю совсем не комильфо. Хотя, думаю, он мог бы пойти на это, лишь бы убрать протеже отца. Но тут такое дело…

Олег оглянулся и понизил голос:

- Примерно за полгода до смерти наш старикан выкинул финт ушами – переписал завещание. И теперь сыну не достается почти ничего, кроме довольно скромной недвижимости. А все акции компании переходят третьему поколению. То есть внукам. Это секретная информация, о ней пока никто из посторонних не знает. Так что попрошу тебя…

- Не имею привычки раскрывать чужие секреты! - обиделась Галина. - Если это такая тайна, необязательно было рассказывать. Я не просила.

- Мне нужна твоя помощь. Я в некотором роде представляю интересы третьего поколения. Мы люди современные, либеральные. Не хотим никому ничего доказывать, и конфликты нам тоже не нужны. Вполне устраивает, если предприятие работает, приносит прибыль и вовремя платит дивиденды.

- И чем я могу помочь?

- У меня есть три варианта. Первый – уволить Чингисхана и войти в конфликт с Палычем и второй семьей. Второй – оставить Чингисхана и получить проблемы с председателем. Пока завещание не вступит в силу, у него все рычаги управления. А третий вариант…

Аллигатор улыбнулся:

- Я говорю председателю, что нашел замену главбуху. Но этому человеку нужно принять дела, разобраться во всем. Поэтому он какое-то время побудет исполняющим обязанности. Думаю, председателя это устроит. А там завещание вступит в силу, мы получим реальную власть и сделаем все, как нужно.

- А с Палычем и Чингисханом не хочешь поговорить?

- Хочу, - вздохнул Аллигатор. – Но не сейчас же? Палыч выздоровеет – поговорю. А пока… Скажи, я могу тебя завтра представить председателю, как ИО главбуха?

- Можешь, - весело отозвалась Галина. – Я со вчерашнего дня как раз исполняю обязанности главбуха в случае отсутствия Чингисхана. Палыч приказ подписал, я даже электронную подпись на себя успела оформить.

- Замечательно, - расцвел Аллигатор. – Принцесса, вы не только прекрасны, у вас воистину золотое сердце!

Он взял руку Галины и поднес к губам. Тем временем принесли суп.

- Очень интересный рецепт! – оценила Галина. – Цветная капуста прекрасно сочетается с сыром.

- Плохого не посоветую! К такому обеду полагается бокал белого вина. Будешь?

- Только если с тобой за компанию, - улыбнулась Галина.

- Жаль, сегодня не могу – вечером ответственное мероприятие. Но мы с тобой не последний раз так сидим, надеюсь…

Под взглядом Аллигатора Галина почувствовала, как щеки начинают гореть. Как у школьницы, на которую обратил внимание симпатичный старшеклассник.

- Кстати, насчет Юрки, - продолжил Олег. – Естественно, не одобряю его поведения. Но раньше он был другим: стихи писал, любил порассуждать о смысле жизни, о духовности. Я над ним даже посмеивался со своей прагматичной колокольни.

- Головин? – скептически протянула Галина. – Как-то не верится.

- Это так. У него много лет были серьезные отношения с девушкой, все шло к свадьбе. Но существовала одна проблема – и он, и его подруга жили с родителями, а отдельного жилья у них не было. Помотавшись много лет по съемным квартирам, Юрка решил поехать на Север и заработать денег. Рассчитал, что за три года сможет скопить на квартиру в новостройке, а еще года работы хватит, чтобы оплатить ремонт.

- И как – заработал?

- Заработал. Ежемесячно почти всю зарплату перечислял подруге, та заключила договор со строительной компанией, регулярно вносила нужные платежи. Наконец, дом был сдан, и в квартире начался ремонт. Подруга обо всем советовалась с Юркой – мебель, цвет обоев, сантехника, высылала фото почти готовой квартиры. Но когда Юрка вернулся, оказалось, что он к этому жилью не имеет никакого отношения: все документы были оформлены на подругу, а она успела к тому времени выйти замуж и прописать мужа к себе. Так что остался Юрка и без невесты, и без квартиры, и без денег.

- Неприятная история, - задумчиво прокомментировала Галина. – Девушка поступила подло. Но если полагаешь, что я теперь пожалею бедного Юрочку и закрою глаза на его мерзкое поведение – этого не будет.

Память услужливо подсунула яркий образ Головина – с похабной ухмылкой и бесстыжим взглядом. Бр-р-р!

- Считаю, что никакие проблемы и разочарования не дают ему права так себя вести, - твердо заявила Галина.

- Я же сказал – не оправдываю, - устало согласился Олег. – Просто ума не приложу, что с ним теперь делать. Мама его – тетя Юля – вчера рыдала в трубку, просила помочь. Адвоката нанял, попробуем квартиру вернуть. А как вернуть прежнего Юрку – не знаю.

- К психоаналитику отведи, - предложила Галина.

- Спасибо за совет. Попробую.

Мясо под сырным соусом было настолько великолепно, что разговор сам собой прекратился.

«И все-таки не верится, что Юрка Головин стал настолько другим, - думала Галина. - Не может человек измениться до полной своей противоположности. Что-то было в Юрке и раньше, сидело в глубине души, прикрываясь романтикой и философскими рассуждениями. Олег просто не замечал».

Принесли десерт. Конечно же, сырный, и, конечно же, неимоверно вкусный. Он был оригинально оформлен – в виде летнего желто-белого цветка.

- Ромашка, - улыбнулся Аллигатор и хитро посмотрел на Галину.

- Мой любимый цветок, - согласилась она.

- Кстати, ромашки тебе подходят. Разрабатывай я твой образ - непременно поиграл бы с ромашками: что-нибудь летящее, солнечное, яркое. Лето, отпуск, курорт. Кстати, тебе не звонил мой друг из турагентства?

- Звонил, - вздохнула Галина. – Предлагал горящую путевку в Пятигорск. Но я хочу именно Геленджик, а таких туров пока нет.

- Будут, - улыбнулся Аллигатор. – Непременно. Сам хочу быстрее со всем разобраться и махнуть куда-нибудь на дайвинг – сафари.

«А работать-то новое начальство особо и не собирается, - отметила про себя Галина. – Второй день в должности, а уже об отдыхе мечтает. Наверное, у него другие жизненные приоритеты».

Внезапно у Галины зазвонил телефон. На аватарке улыбалась Соня:

- Лина, ты где? Василий сказал - ушла скупать гастроном?

- Нет, - смутилась Галина. – Я все-таки решила нормально пообедать. Потом расскажу.

- Тебя клиент домогается, - хитро сообщила Соня. – Насчет долгов по акту сверки, если я правильно поняла. Переключить?

- Переключай! Должников нельзя отпускать, а то попрячутся.

- А можно на громкую? – вклинился Олег. – Меня должники тоже интересуют.

Галина включила кнопку громкой связи.

- Здравствуйте! – раздался в трубке хрипловатый мужской голос. – Я член вашего клиента.

Аллигатор с трудом сдержал смешок и посмотрел на Галину. Но она общалась и не с такими, поэтому спокойно уточнила:

- Вы хотели сказать – сотрудник?

- Сотрудники кончились, - устало возразил собеседник. – Остались одни члены. Я из завтрашнего дня звоню.

- Какое у нас безрадостное будущее! – давясь смехом, прошептал Аллигатор.

- Мы закрываемся и всех гасим, - пояснили в трубке.

- Ужасы нашего городка! – веселился Аллигатор. – Геноцид сотрудников за закрытыми дверями!

- ООО «Завтрашний день», - поняла Галина. – Предприятие находится в стадии ликвидации, сотрудники уволены, а вы один из учредителей, точнее член Правления, и занимаетесь погашением долгов.

- Да! – радостно согласился собеседник. – Правильно!

- Я бы в жизни не догадался! – уважительно посмотрел на Галину Аллигатор.

- Девушка! – произнес голос в трубке. – Скажите, как вас загасить? Чтобы покончить с вами насовсем?

- Вы про долг, надеюсь? – улыбнулась Галина.

- Конечно! Мы у вас уже полгода ничего не берем. Три месяца назад вы прислали бумажку, где было написано, что наш долг пятнадцать тысяч.

- Акт сверки?

- Да, как-то так. Я сразу пятнарик кинул. А через месяц написали, что хотите уже тридцатку. Могу понять – мы не платили, вы обиделись, штраф выкатили. Отправил тридцатку. А вчера смотрю – от вас новая бумажка. И там уже шестьдесят тысяч нарисовано. Знаете, это как-то жирновато будет! Ладно, я готов их оплатить, но давайте договоримся, что в последний раз!

- Подождите, - Галина сосредоточенно потерла переносицу. – Я вас вспомнила! У вашего предприятия нет никакого долга, наоборот – была переплата пятнадцать тысяч. А вы зачем-то оплатили еще пятнадцать, переплата стала тридцать тысяч. Потом отправили еще тридцать, и теперь переплата составляет шестьдесят тысяч. В актах сверки все указано!

- Ничего там не указано, - обиделся собеседник. – Дебет и кредит какие-то. И внизу сумма написана. Так что – мне не надо платить шестьдесят тысяч?

- Не надо, - ласково подтвердила Галина. - Напишите письмо, что просите вернуть переплату и укажите реквизиты. Мы завтра же перечислим шестьдесят тысяч.

- Спасибо! А какие реквизиты писать – ваши?

- Зачем наши, - удивилась Галина. – Свои пишите.

- А я свои не знаю, - смутился собеседник. И попросил жалобно: - Девушка, а можете сами себе от меня письмо написать?

- Хорошо. Напишу образец и скину на почту. Поставите печать и перешлете обратно.

- Договорились! – радостно отозвалась трубка. – Девушка, а вы замужем?

- Нет, - растерялась Галина.

- А за меня пойдете? Мне нужна умная жена!

- Я… - Галина в замешательстве не знала, что ответить.

Но Аллигатор перехватил телефон.

- Никуда она не пойдет! – строго произнес он. – Я не отпущу. Понятно?

- Понятно, - вздохнули в трубке. – Жаль.

И отключились.

- Ты зачем мне женихов отпугиваешь? – шутливо возмутилась Галина.

- Какой из него жених! – фыркнул Аллигатор. – Дурак, бизнес потерял, деньги не поймешь кому рассылает. Тебе нужен совсем другой человек.

- Это какой, интересно?

- Нормальный. Сейчас нормальных мало, но, думаю, одного найти не проблема.

Аллигатор хотел сказать что-то еще, но официант принес счет.

Глава 14. Новый уровень

Родная бухгалтерия встретила очередными посиделками.

«Без Чингисхана никто не работает», - со вздохом отметила про себя Галина.

За столом гоняли чаи Соня, Женька и Ксения.

Гвоздем программы выступал Гена – бывший начальник отдела продаж.

Генка был небольшого роста, толстеньким, плешивым и с удивительно кривыми ногами. Походка у него была как у заправского кавалериста: будто только слез с лошади, проскакав на ней без отдыху сутки.

Он был женат и воспитывал двух дочерей-старшеклассниц.

Для женской части коллектива Генка выступал в роли общей подружки – говорил комплименты, умел рассмешить и поднять настроение, помнил, когда у кого дни рождения, как зовут детей и домашних питомцев.

- Лина, солнце мое! – расцвел Генка и полез обниматься. – Как я соскучился!

- Привет, Гена! – улыбнулась Галина.

- Лин, тебе какой чай? – Соня достала с полки ее чашку. – Черный? Зеленый? Или кофе сделать? Генка принес обалденные эклеры!

- Только с обеда, - виновато призналась Галина. – Наелась на три дня вперед.

- Неужели и чаю не выпьешь с бывшим коллегой? – картинно обиделся Гена. – Вот оно как, две недели прошло, а я уже чужой. С глаз долой, из сердца вон!

- Чаю выпью, - сдалась Галина и обернулась к Соне: - Зеленый, без сахара.

Та кивнула и вытащила из шкафа коробку с пакетиками зеленого чая.

- А где Василий? – вспомнила Галина.

- Я здесь! – программист привычно выглянул из-за шкафа.

- Ну, вы, девочки, даете! – Галина укоризненно посмотрела на Соню. – Почему человека к столу не пригласили?

- Они предлагали! – выступил в защиту Василий. – Несколько раз! Но я отказался - плотно пообедал и совершенно не голоден.

- Василий, это никуда не годится! – шутливо возмутилась Галина. – Нельзя отрываться от коллектива! Я тоже на еду уже смотреть не могу. Но из солидарности буду пить чай. Составишь компанию?

- Тебе – составлю, - улыбнулся программист. – Но, если можно, кофе.

- Можно, конечно! – обрадовалась Соня и достала гостевую чашку с гербом Москвы.

- Удивительные у вас дела творятся! – подмигнул Генка Галине. – Потерянные дети, тайные жены – бразильский сериал!

- У нас весело! – согласилась Галина. – А как твои дела? На работу устроился?

- В активном поиске, - вздохнул Генка. – Рассылаю резюме, хожу на собеседования. Но пока ничего подходящего не нашел. Кстати, сделай мне, пожалуйста, справку 2-НДФЛ.

- Вроде делала уже, - удивилась Галина. – При увольнении выдавали.

- Ту банк забрал. А нужна еще одна – жена хочет подать на социальное пособие. С деньгами и так напряг был из-за ипотеки, плюс я теперь безработный.

Галина почувствовала, как в душе поднимается возмущение. Палыч, конечно, директор неплохой, и дай Бог ему здоровья, но поступок с Геной совершенно его не красит.

Как можно на утреннем совещании вовсю хвалить человека за показатели и ставить всем в пример, а потом, буквально через два часа, уволить без объяснений?

Генка тогда сказал, что Палыч почувствовал в нем конкурента, претендента на директорское кресло, и решил по-быстрому избавиться.

Похоже, это было правдой. Потому как объективных причин для увольнения Генки так никто и не озвучил.

У Сони зазвонил телефон.

- Вадик! – весело отозвалась она. – Помню про твой микроавтобус, помню! Завтра с утра документы будут готовы.

Сонька нажала отбой и ухватила из коробки очередной эклер:

- Ох, уж этот Вадик со своей свадьбой! Теперь ему микроавтобус понадобился - гостей из деревни привезти.

- В аренду хочет взять? – уточнил Генка.

- Не-а, - прожевав, пояснила Соня. – Чингисхан сказала выписать путевку, будто он по делам фирмы едет. И командировочные. Вадик на свадьбу потратился – экономит буквально на всем. Вчера захожу – «Доширак» лопает из кружки. У начальника отдела продаж денег на обед нет!

- У него даже сахар к чаю кончился и купить не за что, - согласилась Женька. – Пришлось от эйчаров гуманитарную помощь подкинуть – полпачки рафинада отсыпали.

- Это все будущей тещи капризы, - осуждающе покачала головой Ксения. – Ни Вадик, ни его невеста поначалу свадьбу не планировали. Хотели тихо расписаться, сделать красивую фотосессию и поехать куда-нибудь к морю. Нет же, мамаша уперлась – как я буду родственникам в глаза смотреть? А родни почти сто человек. Уж насколько мы для Алинки по скромному делали, и то чуть не разорились. А сто человек привезти, разместить, прокормить, развлечь… Бедный Вадик, в долгах, как в шелках!

- Поэтому Чингисхан и решила хоть с микроавтобусом ему подсобить, - подтвердила Соня. – За бензин платить не будет, и командировочные, хоть какая, а копейка.

– Людям нужно помогать, - согласился Генка.

На несколько минут воцарилось молчание.

- Очень вкусный кофе! – нарушил тишину Василий. – Но такой горячий, что у меня очки запотели!

Он вытащил из кармана футляр, достал оттуда специальную салфетку, снял очки и начал их протирать.

Без очков программист выглядел совсем молоденьким парнишкой, а еще у него оказались удивительные глаза – карие, лучистые, обрамленные густыми пушистыми ресницами.

«Ну и глазищи! – мысленно восхитилась Галина. – Наверное, в детстве он был звездой детсадовских фотосессий. Интересно, сыновья похожи на папу? Может, попросить, чтобы показал фото? И жаль, что у него не дочка. Девочка с такими глазами выглядела бы сказочной принцессой!»

Внезапно у Василия зазвонил телефон.

- Да, Катюня! – ласково отозвался он. – Пиццу? Конечно, буду. Я ем все, что ты приготовишь. Желательно, конечно, чтобы это была действительно пицца, а не угольки.

«Нужно срочно что-то решать с личной жизнью! – вздохнула про себя Галина. – А то скоро буду, как старая бабулька, сидеть в соцсетях и лайкать фото чужих детей и котиков».

Открылась дверь и в бухгалтерию вплыла Аня с толстой стопкой бумаг. На подруге были узкие брючки и короткий пиджачок до талии.

- Анюта! – всплеснула руками Женька.

- Я тута! – весело отозвалась Анька.

- Долго ты шла до тута, эклеры почти кончились! – проворчала Соня. – Скажи спасибо, я тебе отложила.

- Нюта, все хорошеешь! – Генка встал из за стола, обнял Аню и чмокнул в щеку. – Как сама? Как поживает славный отрок Даниил? С воспиталкой уже нашел общий язык? Как там ее – Филимоновна?

- Привет, Гена! – улыбнулась Аня. – Скучно без тебя, даже пожаловаться некому! Данька – нормально, растет, вчера опять в садике подрался. Вера Филимоновна – как обычно, ворчит. Я для улучшения отношений решила прогнуться…

Анька плюхнула на стол бумаги, которые при ближайшем рассмотрении оказались цветными картинками с овощами и фруктами:

- Отсканировала материалы для открытого урока и распечатала на цветном принтере. Почти триста листов вышло.

- А никто начальству не застучит, что ты рабочую технику в личных целях используешь? – заволновался Генка.

- Чингисхан разрешила! – отмахнулась Аня, усаживаясь за стол. – Я предлагала посчитать стоимость и оплатить в кассу, но она не захотела. Говорит, делай, что надо, это копейки, фирма не обеднеет.

- Добрая ваша Чингисхан, - вздохнул Генка. – Цените ее.

- А мы и ценим, - серьезно ответила Соня.

Компания закончила с чаепитием и разошлась по рабочим местам.

Генка получил свежую справку 2-НДФЛ и, с обещанием периодически забегать в гости, удалился.

Галина проверила уже готовую квартальную отчетность по сотрудникам и отправила на подпись главбуху.

«Хотя, я теперь и сама могу подписать, - вспомнила она. – Но это будет неправильно. Татьяна Тамерлановна никуда не уехала».

Легка на помине, в бухгалтерию заглянула Чингисхан. Выглядела она уставшей.

- Галочка, зайди ко мне минут через десять, - попросила она. – Нужно поговорить.

В кабинет главбуха Галина шла с тяжелым сердцем.

Вроде бы ничего плохого не замышляла и не делала, а получается, что влезла в чужие подковерные игры, еще и непонятно на чьей стороне. Аллигатор, конечно, уверял в благих намерениях, но полного доверия его слова не вызывали.

«Может, честно рассказать все Чингисхану? – Галина в нерешительности остановилась у дверей кабинета. – Но как-то оно не то. Не настолько у нас доверительные отношения, чтобы откровенно обсуждать щепетильные вопросы. И по факту выйдет пересказ сплетней. Главбух - женщина умная, наверняка сама обо всем знает или, по крайней мере, догадывается. Лучше подождать и разобраться в ситуации более глубоко».

С этой мыслью Галина наконец-то постучала в дверь.

- Да-да, Галочка, заходи! – ласково отозвалась Чингисхан. – Я тебя жду. Присаживайся.

Она открыла папку и вытащила оттуда документ с подписью и печатью:

- С завтрашнего дня иду в очередной отпуск. Вот приказ, оформи, как положено, отпускные там и т.д.

Галина растерялась. В голове возник целый клубок мыслей – они путались, толкались, перекрикивали друг друга.

Но, как обычно, вперед выскочила профессиональная:

- Татьяна Тамерлановна! С завтрашнего дня не могу отпуск оформить, отпускные полагается за три дня выплачивать. Проверка придет – штраф выпишет.

- Помню я про эти три дня, помню! – улыбнулась главбушка. – Ты приказ почитай. Вначале три дня отгулов, а потом уже очередной отпуск. Отпускные сегодня начислишь и выплатишь, сроки соблюдем.

- А почему так внезапно в отпуск? – решилась спросить Галина. – С Алексеем Палычем… серьезное что-то?

- Алексей Палыч уже вовсю рвется в бой, - весело призналась Чингисхан. – Но я настояла, чтобы он, как следует, пролечился. Мужчинам после сорока нужно внимательно следить за здоровьем. А я решила, что сегодня был знак…

Она на миг замялась, но все же продолжила:

- Об этом пока никто не знает, но тебе скажу. Знаю, что умеешь молчать. У нас с Лешей будет ребенок, уже одиннадцатая неделька пошла. И я сегодня поняла, что работа, должность, карьера – все это просто пыль. Самое главное – жизнь и здоровье близких.

- Поздравляю! – потрясенно выдохнула Галина. – Рада за вас с Алексеем Палычем! Малыш – это здорово.

- Ребенку нужна мама здоровая и с положительными эмоциями, а не ходячая бухгалтерская программа, что работает без остановки и отдыха. Даже компьютер мы вечером отключаем, а у меня и по ночам в голове цифры крутятся. Хватит! Пока все отпуска и отгулы за три года не использую – на работу не выйду. А там и время декрета подойдет. Принимай дела, Галочка! Пришло время становиться главным бухгалтером.

Чингисхан положила перед ней ключ и бумажку с цифрами:

- Это ключ от моего… то есть, уже твоего, кабинета. А это пароль доступа к базе с полными правами. Квартальную отчетность я сдала, а до следующей полностью войдешь в курс дела. Ты девочка умненькая, все получится.

- Я, конечно, очень волнуюсь, - призналась Галина. – Но постараюсь продержаться до вашего выхода из декрета.

- На это особо не рассчитывай! Если Бог даст, после первого декрета сразу же уйду во второй. Конечно, мне тридцать девять - пытаюсь прыгнуть в последний вагон. Но надеюсь на хорошую генетику – здоровье в порядке, а поздние роды в нашей семье не редкость. Бабушки после войны рожали и в сорок семь, и в сорок восемь безо всяких современных чудес медицины. Но, конечно, никуда не исчезаю. Если нужно – звони в любое время и по любому поводу.

- Спасибо! – искренне поблагодарила Галина.

Чингисхан подошла к зеркалу и аккуратно расчесала густые темные локоны. Вдруг улыбнулась своему отражению и уложила челку набок, что придало ей легкомысленный и даже хулиганский вид:

- А на последок, Галочка, дам один совет: никогда не вмешивайся в чужие интриги и разборки, не будь ни «за красных», ни «за белых». Просто делай работу «на отлично» и поступай с людьми по совести. И все будет хорошо.

- Благодарю, Татьяна Тамерлановна! Я воспользуюсь вашим советом.

«Хотя вам самой он и не помог, - подумала про себя Галина. – Несмотря на весь профессионализм, справедливость и невмешательство в интриги. Мир, увы, далек от идеала. Но это вовсе не означает, что не нужно стремиться сделать его лучше».

- Да, Галочка, и еще, - вспомнила главбух. – Ты смотрела папку с отчетами по Питерскому ОПу?

- Еще не успела, - смутилась Галина. – Но сегодня обязательно гляну, обещаю!

- Необязательно сегодня. Но завтра-послезавтра посмотри. Внешне там все хорошо, но интуиция просто кричит, что там что-то не так. Хотя…

Она махнула рукой и легким движением подхватила со стола сумочку:

- Возможно, это моя беременная мнительность! Решение принимать уже тебе. Желаю удачи!

Чингисхан бесшабашно перекинула сумку через плечо, от двери послала Галине воздушный поцелуй и чуть ли не вприпрыжку выскочила в коридор.

«Она уже не здесь, - с грустью поняла Галина. – У Чингисхана теперь другие мысли и приоритеты. Что ж, а мы будем работать».

Она несколько раз прошлась по кабинету взад-вперед, выглянула в окно и, наконец, запустила компьютер.

С удивлением призналась себе, что подсознательно ожидала увидеть на экране знакомые всплывающие строки: «Поздравляем! Вы достигли нового уровня! Получен предмет «ключ от кабинета главбуха», получен предмет «пароль от базы».

Но компьютер запустился в обычном режиме.

«Жизнь немного похожа на компьютерную игру, - подумала Галина. - Выбираешь класс персонажа, используешь данные от рождения очки способностей. А потом идешь по сценарию – выполняешь квесты, копишь опыт, получаешь левелы. Но как-то должность главбуха мне слишком читерски досталась - хардовых миссий не проходила! Или…»

Программа под полным доступом имела непривычный интерфейс. На стартовой странице висел список квартальной отчетности, отмеченный зелеными галочками.

Действительно, все было сдано, кроме отчетов по зарплате, которые Галина немного ранее отправила на проверку главбуху. Недолго думая, она подписала отчетность своим электронным ключом и отослала.

Затем рассеянно кликала мышкой, открывая новые и новые ведомости и аналитические расшифровки. Везде было чисто: квартал закрыт, текущие расходы списаны, налоги начислены и уплачены.

«Чингисхан действительно профессионал, - с уважением признала Галина. – Нужно будет очень постараться, чтобы не уронить планку».

Очередным открытым окном на экране оказался список собственников предприятия. Аллигатора среди них не значилось. Впрочем, если друг - экстремал не соврал, то его фамилия среди владельцев должна появиться после вступления в силу завещания.

Галина еще раз пролистала перечень собственников: покойный дедушка - основатель компании там еще был, его доля составляла внушительный пятьдесят один процент от уставного капитала.

«Контрольный пакет, - поняла она. – Действительно, дед мог продавить практически любое решение. Все голоса остальных собственников не могли перевесить его единственный голос. Интересно, он раздробил контрольный пакет между внуками или передал кому-то из них целиком? Например, Аллигатору?»

Галина вспомнила, что нужно начислить отпускные Чингисхану и выплатить их сегодня же.

Интерфейс зарплатного модуля под доступом главбуха показался неудобным, отсутствовали многие привычные кнопки и фишечки.

Галина произвела расчет отпускных с твердым обещанием подогнать настройки под свой режим.

Выгрузив платежки для банка, она задумалась.

«Подпись за главбуха-то у меня. Но Палыча ведь тоже нет? Интересно, у кого дубликат директорской подписи? По идее, должен быть у Аллигатора, как у зама».

Но фамилии Олега в списке сертификатов банковских ключей не оказалось. Зато там значился Воробьев Вадим, начальник отдела продаж.

Недолго думая, Галина нажала вызов по корпоративной связи:

- Вадик, привет! Скажи, это ты подписываешь платежки в отсутствие директора? Чингисхан ушла в отпуск, я за нее. А кто вместо директора – никак не пойму.

- Конечно, я! – радостно отозвался Вадим. – А ты не знала? У нас всегда начальник отдела продаж замещает директора. Раньше Гена был, теперь я. Чингисхан насчет тебя предупредила.

- Отлично! Нужно подписать платежки на отпускные, и еще за аренду платить пора, и за продление подписки бухгалтерского журнала. Сейчас все счета и расчеты перешлю, проверишь суммы.

- Лина, погоди, - остановил ее Вадим. - Я в ваших бухгалтерских делах не соображаю, поэтому всегда тупо подписываю то, что подписано Чингисханом. А теперь, значит, буду подписывать за тобой. Делай платежки, какие надо, все подтвержу.

- Хорошо, - вздохнула Галина.

Если Палыча не будет три недели, а Вадик ничего не проверяет - весь банк на это время полностью в ее руках. Нужно быть предельно осторожной.

Конечно, финансисты спускали бюджет и график платежей на месяц, но ежедневного контроля перечислений не вели.

Закончив с платежками, Галина позвонила Вадиму, дождалась, пока суммы будут подтверждены и пройдут по банку, и выключила компьютер. Все-таки, работать в кабинете главбуха пока было непривычно.

«Буду приноравливаться потихоньку, по несколько часов в день», - решила она. И, закрыв кабинет на ключ, направилась в родную бухгалтерию.

- Лин, чего так долго? – Соня встретила ее встревоженным взглядом. – Чингисхан работой загрузила по самое не могу?

- Чингисхан ушла в отпуск на месяц, - с улыбкой выдала Галина заранее согласованную версию. – Пока буду за нее.

- Правильно, - согласилась Соня. – Муж в больнице, его нужно навещать, вкусняшки привозить.

Она заложила руки за голову, откинулась в кресле и блаженно потянулась:

- Лафа! Начальства месяц не будет! Значит, так… Прямо сейчас запишусь на маникюр. А завтра задержусь – приду часикам к десяти, нет, лучше к одиннадцати. Надо сделать эпиляцию зоны бикини, а то там уже…

Программист за шкафом закашлялся, и Соня испуганно умолкла.

- Галина, домой собираешься? – через некоторое время уточнил Василий. – Можем подбросить, как вчера выяснилось, нам в одну сторону.

- Да, пожалуй, иду, - задумчиво согласилась Галина. – Сегодня был тяжелый день, столько событий.

- Тогда ждем в машине! – программист выключил компьютер и встал из-за стола.

- Хорошо быть ИО главбуха, - обиженно протянула Соня. – Все замечают, комплименты говорят, на машинах катают. А нам, бедным простым бухгалтерам, такое и не светит.

- Подвезем! Обязательно! – тут же предложил Василий. – В какой район ехать?

- Сонечка, - загадочно посмотрела на нее Галина. – Ты вроде как на маникюр собралась? Уже молчу о том, что сама на машине.

- Ну и что! – буркнула Соня. – Можно было предложить, а я бы отказалась. Эх, никому не нужна, один Слава меня понимал, и то…

- Найдется твой Слава! – убежденно произнес Василий. – Обязательно. Я ведь уже говорил: если он нормальный мужик, и ты ему действительно понравилась – на другой планете отыщет. А если нет – зачем тогда он нужен?

«Удивительные дела, - отметила про себя Галина. – Соня с программистом ведут откровенные разговоры, личную жизнь обсуждают. С чего бы это?»

Возле лифта Галина столкнулась с Аллигатором.

- Принцесса! – он галантно уступил ей дорогу. – Позволите подвезти вас домой?

- Сожалею, - в тон ему ответила Галина. – Меня уже ждет другая карета.

- Наверное, я должен был возмутиться, - рассмеялся он. – Ну да ладно, мне сегодня твой район не по пути. Не забудь - завтра в десять у нас совещание с председателем Правления. Попрошу не опаздывать.

- Я прихожу к восьми, - улыбнулась Галина и, помахав ему рукой, вошла в лифт.

Глава 15. Информация к размышлению

Галина подошла к машине. Она хотела устроиться на заднем сидении, но Виталий галантно распахнул дверцу, предлагая сесть рядом с водителем. За рулем, естественно, был Василий.

«А они совсем разные! – пришло в голову удивленное. – Как я могла их путать? Действительно, оба высокие, темноволосые и в очках. И костюмы одинаковые. Но на этом сходство заканчивается. У Василия волосы прямые, а у Виталия вьются. У Василия более мягкие черты лица, а у его друга нос с горбинкой и твердая линия подбородка. И глаза у Василия карие, а у Виталия голубые».

Василий повернул ключ зажигания и, включив заднюю передачу, начал выезжать с парковки. Бентли Аллигатора еще стоял на месте.

- И как вам у нас работается? – весело поинтересовалась Галина.

- Отлично! – радостно отозвался с заднего сидения Виталий. – Оказалось, что мы с Борисом третий год воюем в игре за один клан. Представляешь, как приятно встретить старого боевого друга в реале?

Галина улыбнулась. Мальчики есть мальчики, им бы в войнушки поиграть. Хоть в пять лет, хоть в тридцать.

Конечно же, вспомнила и про себя, но отмахнулась:

«Я из-за брата в игру полезла – помочь, поддержать, прикрыть в бою. Не бросать же младшенького, когда кругом враги? Так и втянулась».

- А если серьезно, - продолжил Василий, – то заканчиваем тестирование модуля контроля продаж в реальном времени. Завтра планируем провести презентацию.

- Отлично! – обрадовалась Галина. - А управленческую отчетность когда настроите?

Василий начал подробно рассказывать про запросы и регистры.

Галина слушала с интересом – все, что касалось работы, имело принципиальную важность, а программист умел объяснять четко и логично. Но внезапно она поймала себя на мысли, что ей интересны не только рабочие моменты.

Ей нравился ход рассуждения Василия, нравилось мысленно забегать вперед и предугадывать выводы, нравилось, как он строит фразы. И даже тембр голоса. И…

Галина перехватила взгляд программиста в зеркале и почувствовала, что улыбается.

«Василий - приятный собеседник! – решила она. – Не шутник и балагур, не рассыпатель комплиментов, но в его спокойной манере рассуждать есть свое очарование».

Между делом домчали до дома.

Галина поблагодарила парней и вышла из машины. Попав в родную квартиру, она с удовольствием стянула офисную одежду и, шлепая по полу босыми ногами, отправилась в душ.

Теплые струйки мягко лились на лицо, плечи, руки, успокаивая и снимая напряжение. Любимый гель для душа пах, конечно же, ромашкой.

Настроение сразу улучшилось.

Галина надела короткий махровый халатик. Есть совершенно не хотелось, но памятуя про здоровый образ жизни, она налила чашку кефира.

Как раз позвонила Соня:

- Лина, забыла сказать! Пока ты обедала, звонили из пенсионного фонда. У них вопросы по последнему отчету, просили с утра набрать.

- Хорошо! – Галина, не отключаясь, выставила напоминалку про звонок в пенсионный фонд на десять утра.

- Кстати, ты обещала рассказать про обед! – хитро продолжила Соня. – Колись, чем это ты на перерыве занималась?

Галина невольно улыбнулась.

«Это и была истинная причина звонка, - поняла она. – Про пенсионный фонд можно было и утром сказать. Сонька жаждет новостей и желательно с романтическим уклоном».

- Не тем, о чем ты подумала! – весело произнесла вслух. – Всего лишь деловыми переговорами и обсуждением перспектив предприятия.

- С клиентами что ли? – погрустнел голос Сони. – Ясно.

Галина не стала ее разубеждать. Про деловые переговоры она не соврала, а уточнять, что они были с Аллигатором, не стала:

«Соньке только дай повод. Начнет жужжать про Олега с утра до ночи, намекать на возможные отношения и ЗАГС. В шутку, конечно. Но если все время про кого-то шутить, волей-неволей начнешь об этом человеке думать больше, чем следует. А Олег мне и так нравится».

Раньше времени переходить от дружеской симпатии к более сильным чувствам не хотелось. Тем более, в одностороннем порядке – от неразделенных влюбленностей толку нет. Одна головная боль.

- Лучше ты расскажи, - загадочно протянула она. – Что это у вас с Василием за душевные беседы? И даже без бутылки.

- Сама удивляюсь, – смутилась Соня. – Поругалась с поставщиками по телефону, Вася и спросил – отчего я такая нервная? Слово за слово, выдала ему всю историю про Славу от начала до конца. Думала, смеяться будет, как вы. А он серьезно все выслушал и сказал, что Слава может вернуться.

«Василий умеет не только говорить, но и слушать, - отметила про себя Галина. - Душевный человек».

- Мы тоже над тобой не смеемся, Сонечка! – вслух произнесла она. – Пытаемся развеселить, чтобы ты меньше переживала из-за той истории. Но и мнение Василия игнорировать не стоит – ему с мужской колокольни виднее.

- Кстати, он про тебя спрашивал! – вспомнила Соня.

- Про меня?! – Галина вдруг почувствовала странное волнение. – Что именно?

- Про личную жизнь, - весело пояснила Сонька. - Есть у тебя кто-то или нет. Я сначала насторожилась – неужели парень от жены налево сходить жаждет? Не похож он на такого. А потом дошло – это он друга своего сватает, Виталия.

- И что ты ответила? – волнение стало еще сильнее.

«Странно, вроде бы мне до Виталия дела нет, - изумленно подумала она. – Или есть?»

- Правду, конечно, - гордо ответила Сонька. – Что ты, конечно, барышня популярная. И восторженных поклонников вокруг целый сонм. Но серьезных отношений в данный момент нет.

- Спасибо, подруга! – рассмеялась Галина. – Как говорится, товар лицом! И кто кого еще сватает…

Они поболтали в таком духе еще пару минут и разъединились.

Забравшись с ногами на диван, Галина включила ноутбук. Сразу посыпалось множество сообщений из социальных сетей – новые посты друзей, комментарии, фото.

Автоматически зашла на свою страничку - последними висели снимки с прошлогодней фотосессии на природе: Галина на цветущем лугу в летнем платье и в венке из любимых цветов.

«Надо бы фотографии обновить, - вздохнула она. – Но хотелось выложить поездку в Геленджик, а теперь непонятно, когда она состоится и состоится ли вообще. Хотя Аллигатор обещал…»

Вспомнив про Олега, Галина набила его фамилию и имя в поисковой строке. Поиск выдал множество людей с именем Олег Светлов, но Аллигатора среди них не оказалось.

Галина повторила запрос в других социальных сетях, но результат был аналогичным:

«Ишь, хитрый какой. Законспирировался. А если через Юрку?»

Головин не заходил на свою страницу уже несколько лет. На последнем из выложенных снимков он стоял в обнимку с темноволосой девушкой.

«Очевидно, та самая, что отняла у него квартиру», - поняла Галина.

Фотографий на Юркиной страничке было немного. На одной Головин - по виду почти школьник - был заснят на фоне деревенского дома рядом с худеньким пареньком. Тот был отдаленно похож на Олега.

Галина увеличила фото.

- Нет, не он, - разочарованно пробормотала она. – Слишком тощий, прыщавый и длинноносый. И деревенщина деревенщиной, с холеным Аллигатором не сравнить. Но сходство есть, наверное, еще какой-нибудь их родственник.

Из телефона послышались знакомые аккорды имперского марша.

- Привет, Толиман! – весело отозвалась Галина.

- Здоров, Галактика! – в тон ей ответил брат. – Звоню напомнить, что люблю сервелат.

- Билет взял? – догадалась сестра.

- Угу. Послезавтра жди.

- Отлично! Как дома? Родители здоровы? Какие новости?

- Дом стоит, - отчитался Толик. – Предки в норме. Новостей особых нет. Запиши мой рейс, он прибывает в семнадцать тридцать.

- Тебя встречать?

- Что я – маленький что ли? – оскорбился брат. – Сам прекрасно доберусь.

- Хорошо, буду ждать дома, - покладисто согласилась Галина. – Как Юлька?

- Постриглась, - вздохнул Толик. – Прикольно, ей идет. Совсем взрослой кажется.

- В любви уже признался?

- Нет. Решил подождать до выпускного.

- Это еще целый год! – удивилась Галина. – Выдержишь?

- Выдержу, - твердо заявил брат. – Не до личной жизни, к ЕГЭ готовиться нужно.

- А кто говорил – ЕГЭ ерунда? - шутливо поддела Галина. – Что ты его с закрытыми глазами напишешь?

- То по математике и информатике. А по русскому у меня с запятыми проблема – вечно то пропускаю их, то лишние леплю. Юлька обещала со мной позаниматься, как с отстающим.

- Занимайтесь-занимайтесь. Куда поступать - уже решили?

- Будем подавать документы сразу в три ВУЗа. Два Московских и один Питерский. Посмотрим – куда пройдем. Хотя, по идее, должны везде пройти.

- Лучше в Москву. Чтоб у меня под присмотром были.

На том и распрощались.

«Надо к завтрашнему дню подготовиться! – вспомнила Галина и открыла одежный шкаф. – Что бы такое надеть, чтобы произвести хорошее впечатление на председателя?»

Она долго перебирала вещи и, наконец, остановилась на легком костюме цвета морской волны: примерила его, покрутилась перед зеркалом и осталась довольна собой.

«Заколю волосы в высокую прическу и надену длинные серьги с бирюзой, - решила Галина. – Аллигатору должно понравиться. И Виталию тоже».

Но неожиданно перед глазами возник образ Василия – без очков, со слегка рассеянным взглядом и длинными пушистыми ресницами.

- Кыш! – Галина со смехом помахала перед собой рукой, отгоняя непрошеное видение. – Женатые нам не подходят.

Уже засыпая, она подумала, что прошедший день принес много информации. Но вся она обрывочная и неструктурированная.

Галина невольно поморщилась: ей нравились четкие логические построения, но пока ни по одному направлению ясной картины не просматривалось.

«Или данных для анализа недостаточно, или мало очков в интеллект закинула, - весело провела она параллель с компьютерной игрой. – Значит, буду наблюдать за всем дальше и одновременно поднимать стату интеллекта. Интересно, как это в реале делается? Хорошую книгу почитать? Или фильм серьезный посмотреть? Ладно, подумаю об этом завтра».

Глава 16. Новые загадки

День обещал быть теплым и солнечным.

Как приятно проснуться на десять минут раньше будильника и чувствовать себя выспавшейся и полной сил!

Галина сладко потянулась и легко вскочила с кровати – впереди ее ждали великие дела.

В это утро все получалось само собой: волосы с первого раза легли в аккуратную прическу, глаза сразу подвелись четкими линиями, так что ничего не потребовалось исправлять и ретушировать.

Галина позавтракала свежей клубникой. Клубника была местной, с огорода, пахла детством и деревенской свободой.

Уже вставив ключ в замочную скважину, Галина оглянулась на свое отражение в зеркале. Вроде ничего особенного – деловой стиль, скромный макияж, и прическу подобную делала много раз. Но отчего-то сегодня из зеркала улыбнулась таинственная незнакомка: то ли Скарлетт О’Хара в знаменитом зеленом платье, то ли Наташа Ростова, спешащая на первый бал. Наверное, все дело в настроении – когда глаза сияют, на щеках играет природный румянец, когда искренне веришь, что впереди ждет только хорошее.

«Аура победительницы! - со смехом констатировала Галина. – Плюс к уверенности, плюс к харизме, плюс… еще к чему-нибудь важному!»

Не успела она нажать кнопку лифта, как двери его распахнулись сами. Ехавший в лифте сосед сверху - Николай Николаевич, окинул Галину одобрительным взглядом и, посторонившись, сделал приглашающий жест.

Даже пес соседа, породы московская сторожевая, при виде соседки приветливо завилял хвостом и умильно наклонил голову набок.

Галина вежливо поздоровалась и присоединилась к ним.

Николаю Николаевичу было около пятидесяти лет. Если верить назойливой рекламе, в этом возрасте мужчины имеют проблемы с потенцией, страдают от лишнего веса и нервных срывов.

Неизвестно, смотрел ли сосед рекламу, но если смотрел – очевидно, хохотал над ней во весь голос.

Вид он имел невероятно брутальный. Клетчатые шорты и майка-борцовка подчеркивали сто килограммов стальных мышц без единой капли жира. Наколка на плече в виде парашюта и надписи «Никто, кроме нас» намекала на славное армейское прошлое, идеально ровные белые зубы свидетельствовали либо о прекрасном здоровье, либо о солидном материальном достатке, а скорее всего – о том и другом одновременно.

Силой сосед был наделен поистине фантастической. Когда в подъезде сломался лифт, он в одиночку затащил на четвертый этаж старинный комод, при этом даже не запыхался, словно мебель была не из цельного дерева, а из пенопласта.

А когда к внучке соседки напротив одновременно явились сразу два ухажера и на почве ревности устроили в подъезде настоящие бои без правил, Николай Николаевич просто засунул нарушителей спокойствия себе подмышки, словно два рулона обоев, и аккуратно вынес во двор. Два двадцатилетних парня спортивной внешности не то что не смогли дать ему хоть какой-то отпор, но даже и не пикнули.

Впрочем, Николай Николаевич и сам был не без греха. Курил на балконе, периодически выносил на мусорку полные пакеты пустых бутылок из-под коньяка, любил посверлить стены в воскресенье утром и никогда не надевал намордник на своего внушительных размеров пса.

Но больше всего раздражали его девицы. Все подруги соседа были какие-то одинаковые, словно он подбирал их по шаблону – крашеные блондинки, худые, длинноногие, намного моложе его, при этом невероятно глупые и назойливые.

Неизвестно, чем именно пленял сосед, но девицы бегали за ним, словно собачонки: караулили под подъездом, звонили в домофон соседям и врали, что забыли дома ключи, скулили у него под дверью и устраивали истерики.

Наверное, вопреки рекламе, с потенцией у Николая Николаевича все было в порядке. А, может, барышень прельщали его квартира и новенькая бэха.

- День рождения? – уважительно пробасил сосед, откровенно разглядывая Галину. – Поздравляю!

Пес радостно гавкнул, присоединяясь к словам хозяина.

- Нет, - улыбнулась Галина. – День рождения у меня нескоро. На работу еду.

- На работу, значит, - сосед задумчиво пошевелил губами и вытянул из кармана пачку сигарет. – Понятно. А я, грешным делом, подумал, что совпало.

Галина не стала уточнять, что именно совпало, просто неопределенно улыбнулась и вышла из лифта.

Ждать маршрутку на остановке тоже не пришлось – практически сразу подошла нужная. На удивление, она была полупустой, и Галине досталось роскошное место у окна.

«Аура еще и плюс к удаче дает! - весело подумала она. – Все само собой получается. Хоть бы так и дальше было».

К турникету Галина подошла в семь тридцать пять.

- Рано ты сегодня! – оценивающе взглянул на нее охранник Вовчик. – И красивая, как картинка.

- Обычная. Просто у меня сегодня важная встреча.

- Тогда желаю удачи!

Галина наградила его той же неопределенной улыбкой и пошла дальше.

Возле дверей родной бухгалтерии она столкнулась с Василием и Виталием. Оба были в «фирменных» одинаковых костюмах и как раз выходили из кабинета.

- Думала, это я сегодня ранняя пташка! – Галина весело поприветствовала программистов. – А вы, оказывается, еще раньше меня пришли.

- Мы с шести утра на работе, - пояснил Виталий. – К презентации готовимся. Сейчас с Борисом проведем последнее тестирование и будем демонстрировать новые возможности программы.

- Это после обеда будет, - уточнил Василий. – Я позвоню заранее.

«Все-таки Василий симпатичнее, - невольно отметила про себя Галина. – Но Виталий тоже очень милый. Надо будет после презентации устроить совместное чаепитие».

- Кстати, - обернулся Виталий. – Тебя искал ваш замдиректора, Олег, кажется. Два раза в бухгалтерию заходил.

«Ничего себе! – изумилась Галина. – Ладно, программисты, но чтобы Аллигатор так рано пришел на работу… Это совершенно с его образом не вяжется».

Она вошла в кабинет, бросила сумку на стул и уже наклонилась, чтобы включить компьютер, но внезапно замерла.

Перед монитором в пластиковом стаканчике для воды стоял букет полевых ромашек.

Галина машинально потерла глаза – букет никуда не исчез. Он походил на сказочный островок солнца, кусочек волшебства, проникший сквозь офисные стены из другого, лучшего мира.

Она взяла цветы в руки и нежно погладила лепестки. Ромашки были настоящими – пахли деревенским лугом, школьными каникулами и будили воспоминания о первой любви.

«Когда же мне в последний раз дарили ромашки?» - растерянно вспоминала она.

Конечно, цветы в подарок Галина получала нередко. Время от времени возникающие поклонники приходили на свидания с букетами роз или других популярных цветов. Но любимых ромашек не приносил никто.

Ромашки Галина собирала сама, когда выезжала с подругами на пикник. Но чаще просто покупала их у бабулек возле метро, не в силах пройти мимо маленьких солнышек.

«Денис на выпускной, - наконец-то пришел мысленный ответ-воспоминание. – То есть целую вечность назад».

Она еще раз вдохнула аромат цветов, прижалась к ним губами и блаженно закрыла глаза:

«Кто же этот таинственный поклонник, безошибочно угадавший мои вкусы и желания?»

Утром в бухгалтерии работали программисты, два раза сюда заходил Аллигатор. Получается, цветы мог принести Виталий или Олег. Но кто из них?

«Аллигатор знает, что я люблю ромашки, - подумала Галина. – Скорее всего, подарок от него».

Она с легким сожалением вернула цветы на место. Стебли были мокрыми. Тот, кто принес ромашки, не просто поставил их в стаканчик, но еще и заботливо налил туда воды.

«Если бы кто-то сказал, что Аллигатор приволок букет полевых цветов, сходил к кулеру за стаканчиком, налил воды - в жизни не поверила бы! Наверное, все-таки цветы от Виталия. Но как он угадал?»

Галина наконец-то запустила компьютер. В корпоративной почте мигало новое входящее сообщение. Оно было от Аллигатора.

«А вдруг там признание, что цветы от него? Или что-нибудь более откровенное?»

Щеки сами собой залились румянцем. Сердце заколотилось, в горле возник непонятный спазм. Дрожащей рукой Галина щелкнула кнопкой мышки.

Но письмо оказалось сугубо деловым – в нем лежал проект нового штатного расписания.

«Фух, не он! – Галина внезапно испытала чувство облегчения и даже искреннюю радость. И удивилась сама себе: - Странно, мне же нравится Олег? Или нет? Или просто боюсь перемен?»

Машинально она начала изучать штатное расписание. Строго говоря, документ был не штатным расписанием, а штатной расстановкой – в нем были указаны занятые должности с фамилиями сотрудников и вакансии. Но народ упорно обзывал этот список «штатным расписанием». Аллигатор решил не нарушать традиции.

В документе Галина числилась на позиции главного бухгалтера, оклад был таким же, как у Чингисхана. А на родной должности бухгалтера по заработной плате стояло слово «Вакансия».

Раздался звонок корпоративной связи.

- Привет, Лин! – голос Леры был невыспавшимся, но бодрым. – Видела, что ты пришла. Тебя Олег Александрович вызывает, подойдешь?

- Привет! – Галина вновь почувствовала непонятную дрожь, но взяла себя в руки: - Да, сейчас иду.

Внешний вид Леры сегодня полностью соответствовал деловому стилю: легкий макияж, длинная юбка цвета горького шоколада и кремовая блузка.

«Сливочное мороженое в шоколаде, - с улыбкой подумала Галина. – Может же, хулиганка, одеться и стильно, и оригинально, и в полном соответствии с дресс-кодом».

- Ой, ты сегодня классно выглядишь! – вернула Лера невысказанный комплимент.

- Как Палыч себя чувствует?

- Вчера собирался сбежать из больницы по пожарной лестнице, - со смехом сообщила Лера. – Скучно ему там, видите ли, тоска заедает. Пришлось срочно скачать на телефон стрелялку, теперь он в команде Бори гоняет зомби.

- И как – получается? – Галина живо вообразила сурового Палыча со всклоченными волосами, в исступлении вцепившегося в телефон, и невольно улыбнулась.

- Еще и как получается! - гордо призналась Лера. – За ночь до седьмого левла поднялся.

- А где…? – Галина посмотрела на дверь кабинета шефа и невольно замялась.

- Зам новый? Пока в зале для переговоров сидит. Но уже с утра выдал распоряжение подготовить отдельный кабинет. Юристов решил потеснить, они теперь вместе с финансовым отделом сидеть будут.

«Ишь, какой прыткий, - подумала Галина. – Еще толком работать не начал, а уже отдельный кабинет подавай».

Она остановилась у двери зала для переговоров, постучала и решительно вошла внутрь.

Аллигатор сидел, развалившись, в кресле, обычно занимаемом Палычем. На коленях его стоял ноутбук, и Аллигатор что-то увлеченно в нем разглядывал.

- Доброе утро! – поздоровалась Галина.

- Здравствуй, принцесса Лина-Элина! – Аллигатор в шутливой покорности наклонил голову. – Вы сегодня прекрасны, как никогда!

Галина ждала, что он встанет и поприветствует ее по-дружески или, по крайней мере, предложит сесть, но Олег не сделал ни того, ни другого. Он поставил ноутбук на стол и положил ногу на ногу. Галина осталась стоять.

- Молодец, что пришла заранее! – похвалил ее Аллигатор. – Нас уже ждут.

- Но ты же говорил, что встреча в десять?

- Начальство меняет планы, - он посмотрел на потолок и картинно развел руками. – Готова?

- Да.

- Кстати, как тебе мой утренний сюрприз? Понравился?

У Галины резко перехватило дыхание.

«Все-таки ромашки от Аллигатора?! Он пришел на работу ни свет, ни заря, принес мои любимые цветы, позаботился о том, чтобы поставить их в воду… и при этом сидит передо мной в разнузданной позе и даже не предложил стул. Как это может уживаться в одном человеке?!»

- Понравился, - после некоторого замешательства призналась Галина. – Ты меня удивил и даже растрогал.

- Рад, что оценила! – расцвел Олег. – Мелочь, а у самого настроение повышается. Главное, чтобы нам председатель это настроение не испортил. Поехали, и да пребудет с нами сила!

Услышав знаменитую фразу из любимых младшим братом «Звездных войн» Галина невольно улыбнулась.

Аллигатор захлопнул ноутбук, сладко потянулся и поднялся из-за стола.

Он открыл дверь и галантно пропустил Галину вперед.

«Все-таки воспитание в нем есть, - отметила она. – А сесть начальник может и не предлагать, подчеркивая субординацию. Но если у нас исключительно деловые отношения, то зачем цветы? Загадка…»

- Кстати, - вспомнил Олег. – Я для своего кабинета заказал новую мебель и технику. Проплати, пожалуйста, до обеда, счета у тебя на столе. И доверенности на меня выпиши.

- Хорошо!

Глава 17. Слитый квест и другие неприятности

Офис председателя Правления находился в соседнем здании, куда можно было спокойным шагом дойти за десять минут. Но Аллигатор, не слушая возражений, потащил Галину в машину.

- Не по статусу нам ноги оббивать, - хитро улыбнулся он. – Мы люди деловые, каждая минута на счету. А пешком пускай лодыри гуляют.

Секретарша главного босса встретила дежурной улыбкой:

- Валентин Игоревич занят, подождите, пожалуйста, пару минут.

Ждать действительно пришлось недолго.

«Надо же, а я почти не волнуюсь, - бесшабашно отметила Галина. – Аура в действии!»

Наконец их пригласили в кабинет.

Доброе утро! – Аллигатор обменялся с начальником рукопожатием.

Галина тоже поздоровалась.

До этого она видела председателя несколько раз, но в основном мельком и издалека. Поэтому незаметно разглядывала главного босса из-под ресниц, ища общие черты с Аллигатором. Они ведь родственники?

Валентину Игоревичу было хорошо за пятьдесят, и внешность он имел вполне заурядную: среднего роста, полноват, с выцветшими, почти бесцветными глазами. Русые волосы он зачесывал назад, прикрывая уже заметную лысину.

«Явного сходства нет, - вынесла вердикт Галина. – Хотя оба относятся к одному и тому же типу – светловолосые и голубоглазые. Возможно, председатель тоже был в молодости красивым мужчиной. Но сейчас про него такого не скажешь».

- Здравствуй, Олежка! – проскрипел начальник в ответ на его приветствие.

На Галину он не обратил никакого внимания, словно та была еще одним предметом мебели.

Это вызвало легкую обиду:

«Как же мой чудесный образ? Обаяние? Настроение? Все замечают, а у этого даже взгляд не потеплел».

- Как спина? – участливо поинтересовался Олег. – Массаж помог?

- Сегодня лучше. Твой массажист действительно хорош. Болтает только много, все уши политикой прожужжал. А в остальном просто находка.

- В следующий раз будет молчать как рыба! – Олег сделал отметку у себя в ежедневнике. – Я умею находить нужных людей и правильно с ними работать.

- Умеешь, - согласился начальник и, наконец, остановил взгляд на Галине: - Это тоже твой нужный человек?

- Да, Галина Горячева, - представил ее Аллигатор. – Будет исполнять обязанности главного бухгалтера.

- Не надо ничего исполнять, - проворчал председатель. – Достаточно нормально работать.

Он посмотрел Галине прямо в глаза:

- Напомните, по чьей протекции вы к нам устроились?

- Ни по чьей, - смутилась Галина. Взгляд председателя был холодным и колючим, от него пробивал озноб, будто за шиворот насыпали ледяной крошки: – Заполнила форму резюме на сайте, прошла по конкурсу.

- Отлично! - в бесцветных глазах мелькнуло что-то похожее на удовлетворение. – Из людей с улицы часто получаются хорошие работники. А от блатных толку нет, развели бардак: сотрудники за счет фирмы по личным делам катаются, на ксероксе «Войну и мир» штампуют.

Озноб усилился. Колючий лед не просто царапал кожу, он пробрался в кровь, вызывая оцепенение:

«Откуда председатель мог это узнать? В курсе про Вадикову поездку за родней и Анино использование ксерокса были трое: Чингисхан, Соня и я. Но никто из нас не способен на доносительство».

Следом пришла и другая мысль:

«И Головин точно ни при чем. Похоже, Олег насчет него не обманул».

Аллигатор тем временем выложил перед председателем знакомый проект штатной расстановки.

- А почему у нового главного бухгалтера сразу полный оклад? – тот недовольно подчеркнул ногтем строчку на бумаге. – Где стажировка с оплатой семьдесят процентов?

«Это несправедливо! – внутренне возмутилась Галина. – Стажировка предполагает, что меня кто-то будет стажировать, то есть – учить. А здесь я буду сама выполнять весь объем работ! И нести полную ответственность».

Она хотела повторить это вслух, но язык примерз к зубам, не дав выговорить ни слова.

- Стажировка Галине не нужна, - мягко парировал Аллигатор. – Она у нас уже три года работает и в курсе всех дел. Плюс какое-то время придется совмещать две должности: главного бухгалтера и специалиста по расчету зарплаты. Но я сегодня же дам задание кадровикам подобрать на это место…

- Ладно, пусть будет полный оклад, - перебил председатель. Он взял с подставки дорогую ручку с золотым пером и размашисто вычеркнул позицию бухгалтера по зарплате. – А эту должность сокращаем. На текущий объем работы двух бухгалтеров более чем достаточно, пусть перераспределят обязанности между собой. И так ничего не делают, только чаи целыми днями распивают.

Председатель сгреб бумаги со стола и вручил Аллигатору:

- Все понятно? Идите работайте.

Галина с Олегом молча побрели к выходу. Но уже у двери председатель окликнул:

- Да, Олежка, что насчет моего вопроса?

- Занимаюсь! – бодро отчитался Аллигатор. – Рассматриваю несколько вариантов.

- Быстрее давай, - недовольно зыркнул на него председатель. – Крайний срок – завтра.

Встреча с председателем оставила у Галины неприятное впечатление. Вроде бы и повышение, и серьезная прибавка по деньгам, а на деле выходило, что работать придется на полторы ставки. На этом фоне увеличение зарплаты выглядело не так привлекательно.

«Как же теперь Соне сказать? – печально думала она. – Ей вообще не повезло, деньги те же, а работать придется больше».

Галина оценила, насколько надежно и спокойно было за спиной Чингисхана. Та выбивала для своих девочек и премии, и подарки к праздникам, и оплату за переработки. Возможно, она действовала через Палыча или через покровителя, но суть от этого не меняется – при Чингисхане бухгалтерам жилось легко и комфортно.

«Главбух – не только профессионал в области учета, но и руководитель, - честно признала Галина. – Чингисхан – это Чингисхан, а из меня руководитель пока никудышный, слова председателю не сказала. Сама влипла, и подругу подставила. И аура не помогла – в жизни, как и в игре, серьезного босса наскоком не одолеешь. Тем более ледяного голема, как этот. Слила квест, как последняя нубаска».

Аллигатор словно прочел ее мысли.

- Не грусти, - улыбнулся он. – Проигранное сражение не означает проигранной войны. Потерпи полгодика, наше поколение придет к власти и сделает все, как нужно.

Галина не строила насчет будущего воздушных замков, но по отношению к Аллигатору чувствовала благодарность:

«Он ведь из той же семейки, что и председатель, но выступил на моей стороне. Если бы не его вмешательство, и полного оклада не получила бы. Может, ромашки все-таки от Олега? Или он подобным образом вербует сторонников?»

К родному офису подъехали в молчании.

- Не забудь про оплату моих счетов и про доверенности! – напомнил Аллигатор и удалился обустраивать новый кабинет.

Галина поднялась на лифте на четвертый этаж.

В бухгалтерии встретил только букет ромашек: Соня еще задерживалась, программисты, очевидно, продолжали совещаться с Борей.

Галина, не удержавшись, невесомым движением погладила букет. Аллигатор вызывал все больше вопросов и сомнений, но цветы ни в чем не виноваты! Они нежные и наивные.

В корпоративной почте опять мигало новое сообщение. Оно было от Чингисхана. Щелкнув мышкой по посланию, Галина заметила, что фотография экс-главбушки изменилась – с аватарки улыбалась озорная девчонка с конским хвостом.

«Здравствуй, Галочка! – писала Чингисхан. – Я совсем забыла про Ксению. Во вложении приказ о начислении премии, подписала у Палыча задним числом. Если что, звони».

Галина открыла приказ и запустила бухгалтерскую программу, чтобы сделать начисления.

«Эх, Татьяна Тамерлановна, - вздохнула она. – Про все вы помните, всем помогаете. Мне до вас пока далеко…»

Она начислила премию и сделала платежки на выплату. Счета от Олега обнаружились на краю стола рядом с принтером.

«От скромности не умрет!», - оценила Галина стоимость мебели и оргтехники для его кабинета.

Впрочем, суммы не превышали установленный лимит, после которого требовалось особое согласование, поэтому Галина сделала платежки и на них.

Для оформления доверенности требовались паспортные данные Аллигатора, и она открыла его электронное личное дело.

- Паспорт… номер… выдан, - пальцы старательно вбивали реквизиты. – Прописан по адресу…

Не удержавшись, Галина посмотрела на страничку семейного положения. Женька не соврала, здесь действительно было чисто. Нечаянно взгляд привлекла графа «Место рождения». В ней значилось, что Аллигатор родился в деревне Поползень.

«Ничего себе! – изумилась Галина. – Дед – основатель компании был москвичом. Его трое детей – сын и две дочери – тоже жили в столице. Как получилось, что представитель третьего поколения был рожден на выселках?»

Сгорая от любопытства, она запустила приложение «Яндекс-карты» и нашла деревню Поползень. Родина Аллигатора находилась почти за две тысячи километров от столицы.

- Глухомань какая… - растерянно бормотала Галина, поворачивая карту в разных направлениях. – До райцентра далеко, до федеральной трассы тоже. Население – семьдесят пять человек. В моем подъезде и то, наверное, больше!

По сравнению с деревней Поползень ее родной город выглядел натуральным мегаполисом. В голову пришла мысль, что Аллигатор, как и Лера, внебрачный сын кого-то из учредителей, но Галина ее отбросила.

«Это, как говорил Генка, стопроцентный бразильский сериал получится, - весело подумала она. – В жизни, конечно, бывает всякое. Но два абсолютно одинаковых случая в рамках одного предприятия… Просто издевательство над теорией вероятности!»

При воспоминании о Генке в голове возникла еще какая-то неясная мысль, но при попытке ухватить ее за хвост, мысль вырвалась и, показав язык, умчалась восвояси.

«Впрочем, место рождения само по себе ничего не значит», - вернулась Галина к основной цепочке рассуждений.

В качестве примера вспомнился Мишка – однокурсник и незаменимый товарищ по студенческим шалостям. Мишка был потомственным интеллигентом и москвичом в седьмом поколении. Его достойные предки были похоронены на старом московском кладбище еще до революции.

Но при этом в графе «место рождения» у Мишки значилась даже не деревня, а железнодорожная станция. Дело в том, что Мишкина мама, непоседа и активистка, на девятом месяце беременности отправилась в другой город болеть за университетскую команду КВН. На все уговоры она лишь махала рукой и заявляла, что роды через три недели, еще на Северный полюс слетать можно и обратно вернуться.

Но роды начались, как это часто бывает, внезапно. Прямо в поезде. И появился Мишка на свет в акушерском пункте маленькой почтовой станции под стук колес проходящего поезда и гоготание пристанционных гусей.

В свидетельстве о рождении университетского друга значился «населенный пункт при ж/д станции 1171 км». Поэтому Мишка гордо заявлял, что он простой парень из народа и в Москву «понаехал».

За размышлениями и веселыми воспоминаниями юности Галина закончила с текучкой: выгрузила платежки в банк и подписала, распечатала доверенности на Аллигатора и сложила их в файл. Оставалось попросить Вадима подтвердить платежки. Галина набрала его по корпоративной связи, но телефон ответил короткими гудками.

«Перезвонит, или попозже сама перенаберу», - решила она и бросила взгляд на часы.

Была уже половина одиннадцатого, а Сонька на рабочем месте отсутствовала.

«Загуляла подруга», - вздохнула Галина.

Нужно было продумать предстоящую беседу с Соней, чтобы и не обидеть, и объяснить, что объем работы увеличился и вольное обращение с рабочим временем недопустимо.

«Терпеть не могу подобные разговоры, - честно призналась себе Галина. – Надо хотя бы кофе предварительно выпить. Для поднятия боевого духа».

И полезла в шкаф за кружкой. На ней была изображена всклокоченная тетка в очках, одновременно пытающаяся разговаривать по трем телефонам. Надпись на кружке гласила: «Отдаюсь Работе на 100%».

Кружку Галина не любила, но пользовалась, чтобы не обижать подруг – это был их совместный подарок. Она направилась с кружкой к кофе-машине, но в дверях столкнулась с Вадимом.

- Привет! – весело поздоровался он. – Видел-видел, звонила. Но я и так к тебе шел, так что вот он я!

И Вадим плюхнул на стол целую пачку текущих документов: накладные, счета-фактуры, допсоглашения к договорам поставки и. т. д.

- Вадик, подпиши платежки, пожалуйста! – Галина поставила кружку на край стола и начала разбирать принесенные документы. – Они в банке. Ой, смотри, печати нет!

Она закончила сортировку и вернула Вадиму один из актов выполненных работ:

- Проследи, чтобы печать шлепнули.

- Прости, не углядел, - повинился Вадим и пообещал: - До кабинета доберусь и все сделаю.

Он уже направился к выходу, но остановился и повернулся к Галине. Было видно, что парень хочет о чем-то поговорить, но не решается.

- Просто не знаю, как об этом сказать… - промямлил Вадим. – Но не сказать еще хуже.

- Говори уже! – шутливо подначила Галина. – Не томи душу!

- Видел, в бухгалтерию вчера приходил Гена. Знаю, вы давно дружите, а я в компании человек новый…

- И-и-и?

Вадик опять замялся, но потом быстро выпалил:

- Знаешь, за что его уволили?

- Нет… - растерялась от неожиданности Галина. – А ты знаешь?

- Знаю. Но Палыч взял слово, что я никому не скажу.

- Почему тогда начал этот разговор?

- Потому что вчера он к нам в отдел тоже заходил. И у Лизы из кошелька деньги пропали. А Лиза не миллионерша, у нее две дочки-близняшки в этом году в школу идут. Деньги эти предназначались на школьную форму.

- Ты что, намекаешь…

- Ни на что я не намекаю, - Вадим быстро попятился к дверям. – Просто Гену уволили за то, что он взял из кассы крупную сумму денег, которая на командировочные предназначалась, и не вернул. И до этого брал, а потом отчеты липовые рисовал. А еще Палыч ему сказал, чтобы завязывал с онлайн-казино.

- Быть того не может! – выдохнула Галина. – Гена… он не такой!

- Можешь мне не верить. Я предупредил, груз с души снял. Поступай, как хочешь. Платежки подпишу буквально через пару минут, жди.

Галина поставила локти на стол и закрыла глаза ладонями.

На душе было паршиво – одновременно хотелось плакать и тщательно вымыть руки с мылом. Деньги у них действительно время от времени пропадали, причем не крупные суммы, а тысяча-две. Подозревали вначале уборщицу бабу Зину, потом бригаду ремонтников. Но ремонт давным-давно закончился, и баба Зина уволилась. А пропажи денег не прекратились.

Неужели это действительно Генка? Генка, который всегда понимал с полуслова, который мог утешить и поднять настроение, Генка, которому она взахлеб рассказывала историю первой любви? Этот самый Генка воровал у них из кошельков деньги?!

Галина потерла виски и открыла глаза.

«Нужно посоветоваться с девчонками, - решила она. – Слишком много всего навалилось, а я пытаюсь разобраться сама. Так и запутаться недолго. Нужен свежий и честный взгляд со стороны. Пора собирать народное вече и обсудить с подругами все: Чингисхана, председателя, новую должность, Генку и… Олега!»

Глава 18. Понеслось!

Только Галина вспомнила про Аллигатора, как он возник на пороге собственной персоной:

- Доверенности готовы? А то мебель уже привезли.

- Да, сейчас, - засуетилась Галина.

На столе лежало множество бумаг, разложенных по стопкам, но еще не подшитых. Файл с доверенностями находился в самом низу. Галина потянула его за уголок и стопки бумаг на столе пришли в движение. Словно горные вершины, сотрясаемые подземными толчками, они качались, наползали друг на друга и, наконец, рушились, сметая все на своем пути.

Не повезло и кружке, стоящей на краю стола. Увлекаемая бумагами, она грохнулась об пол и с жалобным звоном раскололась на куски.

- Ой! – испуганно выдохнула Галина – Разбилась! Сейчас уберу.

- Руками не трогай! – Аллигатор скорчил недовольную гримасу и заступил проход к разбитой чашке. – Порежешься! Позвони уборщице, это ее работа. Поняла?

- Поняла, - нехотя согласилась Галина.

Беспокоить уборщицу из-за пустяков не стоило, но не пойдешь же напролом? Выслушай начальство, и тихонечко сделай по-своему.

- Жалко чашку?

- Нет, - честно ответила Галина. – Мне она не нравилась.

- Посуда бьется к счастью! Поклонники новую подарят.

Аллигатор указал глазами на ромашки и подмигнул Галине.

Букет действительно гордо оставался стоять на столе, бумажные катаклизмы обошли его стороной.

- Кстати, есть предложение, - весело продолжил Олег. - Знакомый прислал два пригласительных на кинофестиваль, программа стандартная – болтовня, фуршет и собственно просмотр фильма. Отказаться неудобно, а одному идти скучно. Составишь по-дружески компанию? Это завтра, в семь вечера.

- Ты приглашаешь меня в кино? – Галина широко раскрыла глаза.

- Кино, вино и домино – наше все, - хохотнул Аллигатор. – Кино и вино точно будут, насчет домино не уверен. Но попробую предложить взамен что-нибудь более интересное. Идешь?

- Не знаю… Ко мне брат приезжает.

- Сколько брату лет?

- Шестнадцать.

- Поверь, такого большого мальчика можно спокойно оставить одного, - улыбнулся Аллигатор. - Отмазки не проканали, завтра жду.

Он помахал файлом с доверенностями и скрылся за дверью.

Галина опустилась на корточки и начала собирать осколки.

Жизнь, которая еще несколько дней назад шла медленно и размеренно, вдруг сорвалась с привязи и понеслась вскачь. Новая должность, цветы от неизвестного поклонника, завтрашний поход в кино с Аллигатором. И еще множество информации, которую даже не успеваешь запомнить, не то что осознать и разложить по полочкам. Просто голова кругом!

В кабинет вошел Василий. Мгновенно оценив обстановку, он взял со своего стола картонную коробку и поставил рядом:

- Сюда бросай.

Затем снял серый бесформенный пиджак, повесил его на спинку стула и, присев рядом с Галиной, ловко собрал с пола остатки несчастной кружки.

Галина невольно засмотрелась на программиста: кремовая рубашка-поло мягко подчеркивала его спортивную фигуру.

«Бицепсы не хуже, чем у Аллигатора, - удивленно отметила она. – Никогда не думала, что программисты бывают такие…»

Нужное слово – определение программистов никак не подбиралось.

- Куда это вы все подевались? – поинтересовался он. – Несколько раз заходил – ни тебя, ни Сони.

- Соня еще задерживается, - вздохнула Галина. – А я была на переговорах.

- Вижу, переговоры были напряженными, - улыбнулся Василий. – С битьем посуды.

- Нет, я сама виновата. Развела на столе беспорядок, все и падает. Будет мне наперед наука, что бумаги нужно сразу подшивать.

- Давай сюда, я вынесу, - программист протянул руку, забирая коробку у Галины.

И в этот миг их пальцы соприкоснулись. Странно, но показалось, что Василий замер, словно хотел продлить это мгновение.

«Глупость какая, - подумала Галина. – Как в первом классе».

Но тоже почему-то не стала разжимать пальцы. И прикосновение длилось, длилось бесконечно, словно время остановилось, застыло, как льдинка в замке Снежной королевы.

«У него волосы растрепались, - машинально отметила Галина. – Нужно поправить. И очки снять, они ему не идут. А потом…»

Что будет потом, она не знала. И думать об этом не хотелось. Странное оцепенение разорвал телефонный звонок.

Василий забрал коробку, встал и выхватил из кармана телефон.

- Да, Катюня! – ласково ответил он. – И до скольки ты собираешься тусить с подругами? До двух ночи? Хорошо, но пусть это будет на самом деле два часа ночи, а не три и не четыре. Без тебя спать не лягу, так и знай.

«Добрый он, - вздохнула про себя Галина. – Жену отпускает до поздней ночи на посиделки с подругами. Я бы от такого сама никуда не пошла».

Программист с коробкой исчез в коридоре.

Галина резко встала, тряхнула волосами, словно сбрасывая наваждение, и рассердилась на собственные последние мысли:

«Куда-то не туда меня понесло! Это от перенапряжения. А на самом деле мне нравится Олег, он подарил цветы, и завтра я иду с ним в кино. Именно так, и никак по-другому».

Василий вернулся в кабинет. В руках у него были веник и совок.

- Мелких осколков много, - он сгреб крошечные остатки чашки на совок. – Нужно убрать, а то не ровен час - наступишь. У твоих туфелек подошва тоненькая, опасно.

Галина почувствовала, что краснеет. От столь неприкрытой заботы она растерялась и вместо подобающих слов благодарности выдала откровенную глупость:

- Как быстро ты нашел веник и совок! Я за три года работы не узнала, где уборщица их хранит.

И, осознав, что именно она сморозила, умолкла и залилась краской еще больше.

На удивление, Василий не обиделся. Лишь улыбнулся и пояснил:

- Утром Виталий наливал у кулера воды и случайно опрокинул полный стакан. Пришлось произвести разведку и найти, чем ликвидировать последствия катастрофы. Каптерка уборщицы возле лифта, там она весь арсенал хранит.

- Спасибо большое! – наконец-то сообразила Галина.

- Не за что! – Василий подхватил пиджак и вышел из кабинета.

Галина принялась наводить порядок на столе:

«Интересно, зачем Виталий утром наливал в стакан воды? Просто хотел пить? Или…?»

Гора бумаг на столе постепенно уменьшалась: допсоглашения к договорам укладывались в файлы и подшивались в толстую папку-сегрегатор. Первичка прокалывалась дыроколом и распределялась по скоросшивателям.

«Но если ромашки от Виталия, почему он ведет себя отстраненно? – продолжала размышлять она. – Аллигатор и комплименты говорит, и в кино приглашает. А Виталий поздоровался и ушел на целый день к Борису на второй этаж. Ни взгляда, ни намека. Нет, наверное, цветы принес Олег».

Внешний вид стола уверенно подходил к отметке «идеальный порядок». Оставалось распределить несколько тонких папочек. Галина наугад открыла одну из них – зеленого цвета – и пробежала глазами верхний лист. На нем были данные товарных остатков, диаграммы продаж в разрезе ассортимента и ценовых групп.

«А, это та самая папка по Питерскому Опу, - поняла она. – Которую Чингисхан просила посмотреть. Отлично, прямо сейчас и гляну».

Но только она углубилась в чтение бумаг, как в кабинете вновь появился Василий. Он вновь был в мешковатом сером пиджаке и очках.

«Только что был симпатичный спортивный парень, а теперь опять бесформенный офисный планктон, ничем не отличающийся от тысяч других, - с разочарованием отметила про себя Галина. – Куда только жена смотрит? Или ее внешний вид мужа полностью устраивает? Чтобы никто не позарился?»

- Сейчас загружу пару внешних форм, - пояснил Василий. – И будем презентоваться.

И исчез в закутке за шкафом.

«А, может, ромашки – работа Василия? – пришла в голову неожиданная мысль. – Хочет «пристроить» своего холостого приятеля и старается вовсю: цветы, поездки на машине. Все, чтобы привлечь внимание к Виталию. Если так, то внимание он привлек. Но не к Виталию…»

Галина вздохнула и попробовала вернуться к питерской папке. Но дверь с шумом распахнулась, и в бухгалтерию грозной походкой римского легионера вошел Юрка Головин.

- Завтра иду в отпуск, - он небрежно бросил на стол перед Галиной заявление. – Сегодня мне нужны отпускные. И быстрее.

- Не помню тебя в графике отпусков на этот месяц, - удивилась Галина.

- Какой еще график! - скривился Юрка. – Меня ваши бумагомаракские заморочки не волнуют. Заявление видишь? Олег Александрович подписал. С завтрашнего дня я в отпуске. Перечисляй деньги.

Галина взяла заявление. На нем действительно стояла размашистая подпись Аллигатора.

- А приказ где?

- Приказ ты сделаешь. Олежка подпишет. Главное, денег дай.

- Приказ должен подписывать Вадим, - строго сказала Галина. – Он официально замещает Палыча. И заявление на отпуск тоже Вадик должен согласовывать, как твой начальник. Подпиши заявление у Вадима, я напечатаю приказ. Только он будет не с завтрашнего числа, а тремя днями позже. По закону полагается перечислять отпускные за три дня до начала отпуска. Если выплачу сегодня, а отпуск начнется завтра, проверка штраф выпишет.

- Не понял, - угрожающе посмотрел на нее Юрка. – Какие еще три дня?

- Заявление на отпуск нужно подавать не позднее, чем за три дня до его начала, - устало пояснила Галина. – Я всем сотрудникам рассылала оповещение. Несколько раз. Да оно у вас на двери висит! Сама видела.

- Хочешь сказать, что я завтра не пойду в отпуск? А если мне очень надо?!

- Если очень надо, то вопрос решается с непосредственным руководителем. Можно использовать отгулы. Или взять эти три дня за свой счет, а потом откорректировать в следующем отпуске. Или…

- Охренела?! – взревел Головин. Он схватил со стола заявление и ткнул им в лицо Галине: - Начальство согласовало отпуск! С завтрашнего дня!

- Мне нужна подпись Вадима! – голос Галины слегка дрожал, но она не сдавалась. Однако для безопасности отъехала на кресле подальше к стене.

- Срать я хотел на этого дрыща! – глаза Головина налились кровью, словно у разъяренного быка. – Олежка тут без пяти минут хозяин! Быстро подорвала жопу и выплатила бабки! А не то я тебя…

Он в два прыжка оказался возле Галины, схватил за плечи и выдернул из кресла.

- Руки убрал! – прохрипела Галина. – Быстро!

- А не то что? – оскалился Головин. – Закричишь? Да я сейчас дверь закрою и прямо на столе тебя, шлюху, оприходую. Давно нарываешься…

Руки Головина бесцеремонно полезли под блузку. Его отрывистое дыхание слышалось возле самого уха. От Юрки несло потом и соусом васаби.

Галина лихорадочно шарила по столу, ища чем огреть Головина. Врезать по наглой роже! Наотмашь! Изо всей силы!

- Отпусти ее, - произнес спокойный голос рядом. – Лучше по-хорошему отпусти.

Галина подняла голову. За спиной Головина стоял Василий.

Юрка обернулся и оглядел новоявленного защитника с головы до ног. Чем больше он смотрел, тем презрительней изгибался угол его рта.

Галине стало страшно. Вид у Василия был далеко не боевой.

«Хоть бы Юрка драться не полез! Он психованный, с него станется».

- Нарываешься, ботан? – пренебрежительно фыркнул Головин. – Сиди в углу и не отсвечивай, лабай собачий вальс на клавиатуре.

И гордый собственным остроумием, расхохотался в голос.

- Заявление перепиши, как нужно, - Василий взял со стола документ и протянул Головину. – И не мешай людям работать. Еще раз Галину тронешь – пожалеешь.

- Ой, боюсь-боюсь! – дурашливо замахал руками Юрка. – С перепугу обо...

Он подскочил к Василию, сдернул с него очки и бросил на пол. После чего с размаху наступил на них каблуком. Раздался жалобный хруст.

- Вали отсюда, чмо слепое! – сплюнул Головин. И замахнулся для удара.

- Юра! Стой! Не надо! Пожалуйста! – закричала Галина, но ее голос потонул в страшном грохоте.

Все произошло так быстро, что она даже не успела ничего понять. Кулак Головина остановился в воздухе, что-то противно треснуло, и громадная туша Юрки с размаху грохнулась на пол.

- Охренел, с-сука! – взвыл Головин.

- Извини, нечаянно тебя толкнул, - пробормотал Василий. – Сослепу не разглядел.

- Урою, падлу!! – Головин вскочил с пола и, размахивая руками, понесся на Василия.

Хрясь! Бах! Шлеп! Юрка три раза приложился лбом об стол и с воплями плюхнулся на колени.

- Ой! – прислушался Василий. – Кажется, опять что-то упало. Галина, извини, я без очков такой неуклюжий.

- Это беспредел! - прохрипел Головин. – Прямо на работе убивают! Я этого так не оставлю. Сядешь, сука, обещаю!

- Для начала заявление перепиши, как нужно, - улыбнулся Василий. Он поднял с пола документ и вручил Юрке. – Сам дверь найдешь или помочь?

Юрка что-то промычал, с трудом поднялся на ноги, и, шатаясь, побрел к выходу.

Но дверь неожиданно распахнулась прямо перед его носом.

«Неужели Сонька наконец-то дошла до работы?» – подумала Галина.

Но это была не Соня. На пороге стояла новая уборщица – баба Тамара. Это была статная дородная женщина лет шестидесяти в синим рабочем халате и резиновых перчатках. Голову уборщицы венчал цветастый платок, концы которого располагались на лбу, отчего казалось, что у бабули крошечные ушки на макушке.

В руках баба Тамара держала желтенькую тряпку для уборки:

- Девочки, я подоконничек протру быстро? Не помешаю?

Тут она увидела Головина и приняла боевую стойку:

- Ах, вот ты где! Скажи, безобразник, зачем опять в уборной мимо писовара надзюрил? Только с утра лужу вытерла, а ты опять насикал!

Вид у бабки был настолько грозный, что Галина с Василием, переглянувшись, тихонько захихикали.

- Рехнулась, карга старая! – прорычал Головин. – Причем тут я? На этаже куча народу работает, еще и посторонние ходят! – Он указал глазами на Василия. – Вон с него спрашивай!

- Ай-ай-ай! Не надо на посторонних кивать! – пожурила его бабка. – Я тебя утром за этим самым застукала!

Она обвела глазами Галину и Василия, словно ища поддержки, и поведала:

- Зашла мусор выбросить, гляжу этот вот, – она кивнула на Головина, - стал возле дверей, кнедлик свой высунул и бурянит, что со шланга, да по всей стене! А оно стекает, да на пол, целая лужа набежала. Подошел бы поближе к писовару, прицелился в дырдочку, так нет же…

- Заткнись, дура! – Головин покрылся красными пятнами.

- Я ж добра желаю! – обиделась бабка. – Хочешь, пойдем вместе, научу, как уборной пользоваться. А когда по тяжелому сходил, там внизу ершик стоит…

Галина и Василий, уже не сдерживаясь, хохотали в голос.

- Идиоты! Все! – обиженно буркнул Головин, и, схватив заявление, ретировался за дверь.

- Иди-иди, сцыкун, - беззлобно парировала бабка и начала тщательно вытирать подоконник. – Что за молодежь пошла, никакого воспитания.

Галина вытерла вызванные смехом слезы, достала зеркальце и подправила макияж.

- Спасибо! – улыбнулась она программисту. – Спас от этого ненормального.

- Я что – я ничего, - отмахнулся Василий. – Он сам споткнулся, упал, и ударился головой о стол.

- Да-да, - весело согласилась Галина. – Три раза подряд. Скажи, где драться научился?

- В школе ходил на секцию. А потом на службе.

- Настоящий герой! Уделал Юрика на раз-два.

- Не, это бабуля герой, - рассмеялся Василий. - Я всего лишь в морду дал, а она размазала по полной.

- Потому что порядок должен быть, - убежденно заявила баба Тамара, заканчивая протирать подоконник. - Порядок - основа всего. А коли безобразия не пресекать, то оно пойдет-поедет: сегодня в уборной на пол нагадил, а завтра в душу кому-нибудь.

- Железная логика, - согласился Василий.

На пороге бухгалтерии наконец-то возникла Соня. Галина бросила взгляд на часы: было начало первого.

Глава 19. Вопросы производственные и не очень

Соня проплыла к своему столу и небрежно бросила сумку на кресло.

Выглядела она по-королевски: новая прическа, интересный макияж, явно сделанный профессиональным визажистом, и роскошный маникюр.

- Доброе утро! – зевнув, поздоровалась Сонька. – Лин, не представляешь, как я устала! Давай, что ли чаю попьем.

Василий приветливо кивнул.

- Кому утро, а кому и день, - многозначительно отозвалась Галина. – Что-то ты, подруга, загуляла – половина рабочего дня прошла.

Баба Тамара закончила наводить чистоту и отправилась восвояси. Проходя мимо Сони, она неодобрительно покачала головой – нарушение трудовой дисциплины ей не приветствовалось.

- Лин, не занудствуй! – обиделась Сонька. – Начальства же нет. Неужели человек не может раз в жизни задержаться, чтобы привести себя в порядок?

И повернувшись к Василию, приветливо улыбнулась:

- Тебе чай или кофе?

Программист крутил в руках разломанные очки. Вздохнув, он отправил их в мусорное ведро.

- Ой! У тебя очки разбились! – всплеснула руками Соня. – Как же без них? А запасные есть?

- Есть в машине. Очки ношу недавно и никак к ним толком не привыкну. Виталька - тот с третьего класса очкарик, настолько сросся - без очков себя голым чувствует. А мне наоборот – снял и свобода! В быту без них обхожусь прекрасно, а работать тяжело – глаза болят.

Василий подошел к своему компьютеру, что-то понажимал на клавиатуре и обернулся к девушкам:

- Давайте кофе попьем после презентации. У нас все готово. Спускайтесь потихоньку в зал для переговоров, сейчас сбегаю в машину за очками и начнем.

- Соня! Мне надо с тобой серьезно поговорить! – произнесла Галина, лишь за программистом закрылась дверь.

И, устыдившись своего начальственного тона, смягчила:

- Точнее, посоветоваться. И с другими девчонками тоже. Объявляю большой сбор!

- Ух ты! И какая повестка дня?

- Обсудить работу…

Соня сразу погрустнела.

- И личную жизнь тоже! – с улыбкой закончила Галина.

- Какую еще личную жизнь? – Сонькины глаза снова заблестели. – Твою что ли?

- Мою.

- Неужто Олигарха заарканила? Может, он уже и предложение сделал? А я и не в курсе! Подруга, называется.

- Чаще на работу опаздывай, - беззлобно поддела Галина. – Так и замуж без тебя выйду!

И, заметив, как вытянулось Сонькино лицо, утешила:

- Не бойся, пока только цветы подарил и пригласил в кино.

- Вижу… - Сонька бросила завистливый взгляд на желто-белый букетик. – И надо же, как угадал – твои любимые ромашки! Поздравляю, подруга! Как говориться, совет да любовь!

- Рано пока поздравлять! Я совсем запуталась. Даже не знаю, нравится мне Олег по-настоящему или нет.

- Не, ну ты… - начала Соня возмущенную тираду, но Галина прервала:

- Поговорим в более подходящей обстановке.

- Хорошо, поняла. Девчонок соберу - сходим куда-нибудь, посидим. У меня, кстати, тоже новости есть. Про Славу.

- Виделась с ним?! – обрадовалась Галина.

Соня помотала головой.

- Звонил?

- Не виделась и не звонил. Но я придумала гениальный план, как его вернуть. Расскажу на женсовете.

На том подруги и договорились. И, поправив перед зеркалом прически, отправились в конференц-зал.

Галина ожидала на презентации много народу, но в зале находились лишь они с Соней, Аня – ревизор и Вадим – начальник отдела продаж.

Было опасение вновь столкнуться с Головиным, но Юрку не позвали.

«Слава Богу!» – выдохнула Галина.

Юрки она не боялась. Особенно после того, как Василий с бабой Тамарой разделали того под орех. Но лишний раз чувствовать на себе липкие взгляды не хотелось.

В зале появилась Лера, принесла поднос с минералкой и стаканами. За ней походкой вожака прошагал Аллигатор и без стеснения занял кресло во главе стола.

Боря и Виталий колдовали возле большого экрана.

Наконец вошел Василий. Новые очки с широкими стеклами делали его похожим на чудаковатого профессора.

«Без очков ему однозначно лучше! – отметила Галина. – Совсем другой человек – милый и обаятельный».

Конечно, сразу вылезла мысль, что заглядываться на чужих мужей неприлично и бесперспективно. Но Галина безо всяких сомнений выгнала ее восвояси:

«Вовсе я на него не заглядываюсь! Обычная дружеская симпатия. А после сегодняшнего инцидента с Юркой, я, как нормальный человек, чувствую благодарность. Это совершенно естественно».

- Уважаемые коллеги! – произнес Василий. – Давайте начнем. Доработанный модуль позволяет видеть продажи в любом из подразделений в режиме реального времени.

Он вывел на экран список ОПов:

- Кого возьмем для примера?

- Санкт-Петербург! – неожиданно для себя выпалила Галина.

Наверное, дело было в зеленой папке, которую она так и не успела изучить.

- Зачем Санкт-Петербург? – скривился Аллигатор. – Что мы там не видели? Лучше Самару посмотреть! Самара меня очень беспокоит!

Но Василий его как будто не услышал. Он смотрел на Галину и щелкал мышкой:

- Санкт-Петербург, пожалуйста.

- Спасибо! – Галина встретилась с ним взглядом, но вздрогнула и быстро отвела глаза.

«Да что со мной творится! – рассердилась она. – Не могу ему в глаза смотреть! И не смотреть тоже не могу… Бред какой-то».

На экране возникла электронная таблица. Она не была статичной, с ней кто-то работал прямо сейчас: добавлялись новые строки, выскакивали наименования товаров и суммы.

— Расходная накладная, я правильно поняла? – заинтересовалась Аня.

- Да, - подтвердил Василий. – В эту самую минуту оператор в Питере отпускает товар со склада.

- Покупатель ИП Заяц, - с улыбкой прочитала Аня. – Неплохо закупается, на кругленькую сумму.

— И хорошо! – обрадовался Вадим. – А то в Питере продажи за последнее время чуть ли не до нуля упали.

Новые строчки в накладной появляться перестали. Она окрасилась зеленым цветом и мигнула.

- Отправили документ на печать, - пояснил Василий. – Оплата наличными. Сейчас кассовый чек выбьют.

Но произошло нечто странное. Вместо кассового чека на экране вновь появилась эта же накладная. И строки с наименованиями товара начали исчезать одна за другой.

Итоговая сумма таяла как прошлогодний снег: сотня тысяч стала десятком, потом еще похудела и, наконец, сползла до единиц. В накладной осталась одна единственная позиция на пятьсот рублей. Возник кассовый чек на эту сумму, оператор подтвердил оплату и закрыл чек.

- Эх, Заяц, - разочарованно вздохнул Вадим. – Набрал целый грузовик товара, а потом передумал.

— Это он Волка испугался, - хихикнула Аня. – Глядите, новая накладная – покупатель ИП Волков. Прямо «Ну, погоди!»

- Волк, не подведи! – эмоционально выдохнул Вадим, словно покупатель мог услышать. – Я за тебя всегда в этом мультике болел!

- Волков молодец! – уверенно заявила Аня. – Гляди, сколько нагребает! Сейчас он один месячный план продаж закроет!

Накладную на ИП Волкова тоже отправили на печать.

Но история повторилась: вместо оплаты документ был откорректирован, и большинство строк из него пропали. Оплата прошла на триста рублей с копейками.

- Не нравится мне это! – покачала головой Аня. – Подозрительно как-то.

- Ничего подозрительного! - уверенно перебил Аллигатор и взял с подноса стакан с минералкой. – В Питере новенькая девочка – оператор, недавно взяли. Это она так тренируется в программе работать.

Он залпом выпил воду, встал из-за стола и подошел к программистам:

- Благодарю за работу, меня все устраивает. Будем считать данный этап принятым, высылайте документы на оплату.

- А как же Самара? – еле заметно улыбнулся Василий. – Самара уже не интересует?

Его голос звучал, как всегда – вежливо и предельно корректно. Но в последних словах Галине почудилась хитринка и даже дружеская подначка.

«Они что – знакомы? – удивилась она. – В смысле, встречались раньше? Не только по работе?»

- Потом посмотрю, - невозмутимо парировал Аллигатор. – Не горит. Еще раз спасибо, презентация прошла на высоте.

Он пожал Василию руку и направился к выходу.

«Нет, незнакомы, - решила Галина. – Показалось».

Внезапно Аллигатор обернулся у двери и нашел ее глазами:

- Лина, можно тебя на пару минут? Нужно обсудить срочный производственный вопрос.

Галина молча встала и пошла за Олегом. Странные операции с накладными в Питере ей тоже не понравились.

«Он что-то знает, - подумала она. – Но, правильно, подобные вещи не стоит обсуждать прилюдно».

Обновленный кабинет Аллигатора Галине понравился.

Вся старая мебель была выброшена, а новая размещена настолько компактно, что создавала иллюзию большого пространства.

Легкие занавески оттеняли самые жаркие лучи, но не препятствовали солнечному свету: он лился сплошным потоком, даря ощущение легкости и комфорта.

- Здорово! – оценила Галина вслух. – Много света и воздуха!

- Люблю минимализм, - довольно улыбнулся Аллигатор. И кивнул на небольшой кожаный диванчик: - Присаживайся. Кофе будешь?

- Спасибо, не хочу, – отказалась Галина, но на диванчик села. – Ты говорил - срочный вопрос? Слушаю.

- А я выпью! – Олег нажал кнопку громкой связи и заказал кофе со сливками. После чего подмигнул Галине: - Конечно, у меня к тебе множество вопросов! Архиважных. Например, ты решила, в каком наряде пойдешь завтра на кинофестиваль?

- Наряд? Кинофестиваль? – меньше всего Галина ожидала услышать нечто подобное, поэтому слегка растерялась. – Нет, еще не решила. А какое это имеет значение?

- Огромное! Представь, что ты наденешь вечернее платье в пол, а я явлюсь в рваных джинсах и косухе. И как мы будем смотреться со стороны?

- У меня нет вечернего платья в пол, - со стыдом призналась Галина.

- Зря. Оно бы подчеркнуло твою аристократичную внешность.

Олег встал из-за стола, подошел к Галине и окинул ее оценивающим взглядом сверху вниз:

- Чувство стиля у тебя есть. Не хватает яркой детальки, «безуминки», как говорит мой стилист. Хочешь, я вас познакомлю?

В кабинет вошла Лера, поставила на стол кофе и удалилась.

— Вот с ней явно работает профессионал, - уверенно заявил Аллигатор, внимательно проследив глазами за секретаршей. – Сразу видно. Записать к моему мастеру на прием?

- Олег! – строго произнесла Галина. – Ты хотел обсудить работу? Говори, у меня много дел.

- Принцесса Элина опять мной недовольна? – картинно вздохнул Аллигатор. Он отхлебнул кофе, поставил чашку на стол и присел на диванчик рядом с Галиной. - И чем я провинился в этот раз?

- Скажи, что происходит в Питерском ОПе? – Галина отодвинулась на самый край дивана. - Только не надо кормить меня сказками про новенькую девочку, которая тренируется!

- Считаешь, что я нагло вру? – он посмотрел ей прямо в глаза.

- Очень на то похоже! - Галина без труда выдержала взгляд.

«Надо же, - удивленно отметила она. – С Аллигатором мне общаться намного легче, чем с Василием. Даже на такие скользкие темы».

- Вот какого ты обо мне мнения! – почти натурально обиделся Олег. – А я, между прочим, никогда никого не обманываю. Точнее, последний раз делал это в третьем классе, когда сказал маме, что это не я курил за школой.

- А ты курил? – развеселилась Галина.

- Было дело. Мама меня сразу разоблачила, так как улики были налицо: в портфеле лежала начатая пачка сигарет, в кармане обнаружились спички и крошки табака, а изо рта у меня на километр несло куревом.

- Влетело сильно?

- Еще бы, - вздохнул Аллигатор. – Мама строгая - отходила веником и заставила перебирать мешок гороха. С тех пор я больше и не курю, и не вру.

- То есть, - хитро подытожила Галина. – Ты теперь говоришь правду, только правду и ничего, кроме правды?

- Почти, - в тон ей ответил Олег и положил руку на спинку дивана. – Я, как искусный переговорщик, использую дипломатические приемы: где-то недоговариваю, где-то говорю иносказательно, строю фразы так, что их можно понять по-разному. Но чтобы откровенно и бессовестно врать… нет, для меня это слишком примитивно!

— Значит, в Питерском ОПе действительно новый оператор?

- Да! – широко улыбнулся Аллигатор. - Милейшее создание по имени Алиса, дочь моих питерских знакомых. Я ее туда и устроил.

- И она просто тренируется набивать накладные? – скептически посмотрела на него Галина.

- Конечно, тренируется - для нее это новая работа. А просто или не просто... Может ли девочка-оператор мутить схемы без ведома директора филиала?

- Что-то знаешь про Питерского директора?

- Прямо ничего. Но есть некоторые мысли и наблюдения. И не только у меня. Напомни, Чингисхан ведь тоже интересовалась деятельностью Питерского ОПа? Даже собиралась ехать туда на ревизию.

- Может, нам эту ревизию и устроить? Взять Ксению, Аню и махнуть туда без предупреждения? Сразу все и выяс…

- Не советую, - мягко перебил Аллигатор. – Если не хочешь оказаться там же, где и Чингисхан. Питерский директор – человек председателя. А тому нужна наличность, и в последнее время - все большие суммы.

Учитывая, что Чингисхан фактически находилась в декрете, обещание Олега отправить ее туда же, вызвало у Галины невольную улыбку. Но она сразу же посерьезнела:

- Предлагаешь закрыть на все глаза?

- Нет, просто подождать полгода. Власть в городе поменяется, и мы неучтенные потоки наличности прекратим.

Аллигатор вновь пристально посмотрел в глаза Галине и накрыл ее руку своей ладонью:

- Или перенаправим в нашу пользу.

Галина вспыхнула и высвободила руку. Прикосновение Олега не было неприятным, но оно, как и разговор, казалось совершенно неуместным.

- Мне не нужны неучтенные потоки и мутные схемы, - твердо произнесла она. - Просто хочу хорошо делать свою работу, расти как профессионал, помогать фирме и коллегам развиваться. Ни в каких незаконных операциях я участвовать не буду, лучше сразу уволюсь.

- Похвальная позиция! – почти нежно улыбнулся Аллигатор. – Но наивная до невозможности. Неужто на самом деле идеалистка?

В кармане у него зазвонил телефон.

- Да, Валентин Игоревич! – Аллигатор поднялся с диванчика и непроизвольно выпрямился, словно солдат перед грозным генералом.

«Председатель звонит», - догадалась Галина.

- Занимаюсь вашим вопросом, - продолжал отчитываться Олег. – Конечно, завтра все будет, как и обещал!

И замолчал, выслушивая ответ собеседника.

- Сегодня? Хорошо, постараюсь сегодня… Понял, сегодня будет! Обязательно!

Аллигатор нажал кнопку отбоя и посмотрел на Галину:

- Производственные вопросы, говоришь? Сейчас обсудим.

Он подошел к столу и взял с него несколько листов бумаги, скрепленных эффектной канцелярской скрепкой в виде космического корабля.

- Нашел нового поставщика сырья, - Олег протянул бумаги Галине. – Нужно сегодня кинуть им сто лямов.

- Сто миллионов? – изумилась Галина, машинально проглядывая документы. Это оказались договор, прайс-листы и счет на предоплату. Товарные позиции были привычными, а вот наименование поставщика она видела в первый раз: - Но нас полностью устраивает старый партнер - ни разу не подводил. И платим мы ему частями. Неразумно рушить устоявшиеся связи.

- А мы и не будем ничего рушить. Просто уменьшим заказ. А параллельно поработаем с новыми ребятами. Диверсификация рисков, слышала про такое?

- Слышала. Но, может, тогда стоит взять пробную партию на небольшую сумму? Зачем сразу перечислять неизвестной компании большие деньги? Вдруг это фирма-однодневка?

— Это новое предприятие, но люди за ним стоят солидные, - убежденно пояснил Олег. - А сто миллионов потому, что при этой сумме заказа они дают скидку в пять процентов. Разве плохо на ровном месте заработать для родного предприятия пять лямов? Кстати, часть денег можно пустить на премии для сотрудников. Ты еще хочешь в Геленджик?

- Хочу, - угрюмо согласилась Галина. – Но мне все это не нравится. И, между прочим, я не смогу перечислить сто миллионов без согласия наблюдательного совета!

Мысль о наблюдательном совете придала Галине уверенности. Но ненадолго. Жестом фокусника Аллигатор выхватил из ящика стола еще один документ.

- Держи, зануда! – улыбнулся он. – Мы с тобой ничем не рискуем, большие дяди взяли ответственность на себя.

Галина внимательно изучила протокол наблюдательного совета. Документ выглядел, как положено: подпись, печать, свежая дата, наименование поставщика, сумма оплаты и, главное, - согласие акционеров:

- Хорошо. Я сделаю платеж. Но при этом проведу полную проверку контрагента и отчет о ней направлю председателю, Палычу, тебе, аудитору...

- Конечно-конечно, - перебил Олег. – Делай, что положено. Но предприятие абсолютно чистое, сама убедишься.

Галина взяла бумаги и уже было направилась к выходу, но у дверей остановилась:

- Да, насчет твоего родственника. Он сегодня опять…

Аллигатор не дал ей договорить. Он в два прыжка оказался рядом и взял за руку:

- Прости. Возил Юрку к психоаналитику, выяснилось, что у парня клубок психологических травм родом из детства. Предстоит серьезная работа, но прогноз благоприятный.

- Олег, я ему сочувствую, - спокойно произнесла Галина. – Но не собираюсь терпеть…

- Тебе и не придется ничего терпеть, - опять перебил Аллигатор и символически поднес ее руку к губам. – Я отправил Юрку в отпуск. На работе он не появится, пока специалист не заметит явных улучшений. Забудь про Юрку. Подумай о ком-нибудь более приятном. Неужели таких нет?

- Есть… - выдохнула Галина. И их взгляды встретились.

Но подумала она почему-то совсем не об Аллигаторе.

Глава 20. Вечерние сюрпризы

- И что это вы с Олигархом так долго обсуждали? – завистливо уточнила Соня. – Фасон свадебного платья?

- Пока всего лишь нового поставщика, - устало улыбнулась Галина и продемонстрировала принесенную от Аллигатора стопку бумаг. – Срочно проплатить нужно.

- Ты гляди, подруга, далеко его от себя не отпускай. Посмотри на меня – дуру, и сделай все правильно. Мертвой хваткой вцепись, чтоб не вырвался!

Галина не ответила. Олег, несомненно, нравился: с ним было легко, он умел рассмешить и дать ценный совет. Но насчет чего-то большего, чем просто дружеское общение... Может, всему свое время?

- Кстати! – вспомнила Соня. – Программисты заглядывали. Предлагала им кофе попить, но они без тебя не захотели.

Галина опять промолчала. Она сделала платежку на предоплату в сто миллионов, но отправлять пока не торопилась. Вместо этого зашла на сайт налоговой службы и погрузилась в изучение сервисов проверки контрагентов.

На первый, да и на второй взгляд в новом поставщике не было ничего подозрительного. Единственное, что можно было отнести к фактору риска – предприятие было создано недавно, чуть более года назад. По всем остальным критериям придраться было не к чему: ни адресов массовой регистрации, ни директора-многостаночника, ни судебных разбирательств. Компания обладала приличным уставным капиталом и численностью персонала в тридцать человек. В прошлогодней финансовой отчетности была показана прибыль и серьезные вложения в имущество.

- Надо же, какие зайчики, - пробормотала Галина. – Белые и пушистые.

Но перед тем, как отправить платежку, она решила воспользоваться еще одним – коронным – методом проверки.

Бывший однокурсник Мишка, тот самый, что родился на безызвестной железнодорожной станции и гордо представлялся «понаехавшим», после окончания универа ушел на государственную службу и успел дослужиться в налоговой до серьезного чина.

«Если что-то с этой фирмой не так – Мишка будет в курсе», - решила Галина и набрала знакомый номер.

- Привет, Галинка! – весело отозвался тот. – Только тебя вспоминал. Думал, что пора собрать нашу компашку, да как следует оттянуться. Надеюсь, ты по этому поводу звонишь?

- Я тоже за всеми соскучилась, - призналась Галина. – И очень хочу увидеться. Но звоню по делу.

- Редиска ты, Галинка, - вздохнул Мишка. – Ладно, давай свое дело.

- Что скажешь про ООО «Перспектива»? Мне принесли от них счет на предоплату в сто лямов. Их продукция немного дешевле, чем у наших обычных поставщиков, плюс дополнительно обещают скидку в пять процентов. Пробила по всем базам – вроде чисто. Но на душе как-то неспокойно…

- Знаю таких, - по-деловому ответил Мишка. – Это из корпорации «Корунд» выделили отдельное направление.

- Схема? Дробление бизнеса?

- Вроде нет, - в трубке послышался легкий смешок. – Насколько мне известно, сын главного учредителя вывел свою долю и организовал отдельный бизнес. Решил, так сказать, уйти от бати на вольные хлеба. Сейчас нарабатывает клиентскую базу, поэтому дает хорошие цены и разные преференции.

- Значит, можно им платить?

- Думаю, что можно. По крайней мере, у нас пока никаких претензий к этой конторе нет. Разве что… напомни, сколько процентов скидки они дают?

- Пять.

- А не десять?

Галина пошуршала бумагами и подтвердила:

- Да, пять. Это плохо, да? Не платить?

- Плати-плати, - рассмеялся Мишка. – Но директору от меня привет.

И перешел на обсуждение предполагаемой встречи однокурсников.

После разговора с Мишкой Галина с чистой совестью подписала платежку на сто миллионов. Правда, намек про «привет директору» немного озадачил.

«Интересно, что Мишка имел в виду? – думала Галина. – Что Аллигатор не такой уж умелый переговорщик? Выбил всего пять процентов скидки, когда можно было вдвое больше?»

Но вскоре она с головой погрузилась в работу, и все догадки и размышления отошли на второй план. Соня тоже закопалась в бумагах, поэтому подруги несколько часов даже не разговаривали.

Из производственного экстаза вывел телефонный звонок. Галина взглянула на экран телефона и замерла. Звонил Василий.

- Да, слушаю! – отозвалась она. Голос звучал спокойно, а вот сердце почему-то колотилось, как угорелое. Переработалась?

- Домой собираешься? – весело поинтересовался Василий. – Мы уже в машине, а тебя нет.

- Домо-о-ой? – растерянно протянула Галина. И бросила взгляд на часы: - Точно! Половина шестого уже…

- Собирайся спокойно, мы подождем.

Галина засуетилась, сгребая документы со стола.

«Хотела же уйти пораньше! – корила она себя. – Толик прилетает, а у меня не убрано, и в холодильнике мышь повесилась. Нужно хоть забежать в магазин, купить его любимую колбасу».

- Спасибо! – виновато ответила в трубку. – Но я с вами сегодня не поеду. Мне надо супермаркет за продуктами.

- Отлично! – обрадовался Василий. – Мы тоже сегодня собрались закупиться. Но думали вначале тебя отвезти. А раз так – поедем все вместе.

- Хорошо, - у Галины больше не было аргументов для отказа.

- Соня, ты идешь? – обернулась она к подруге.

- Нет, еще посижу, - вздохнула та. – Хоть начальство и в отпуске, а работа-то никуда не девается.

«Все-таки Сонька ответственная, - с уважением подумала Галина. – Если и позволила себе расслабиться, то потом хвосты подтягивает без напоминаний. И порядок у нее во всем. Нужно выбить подруге прибавку к зарплате».

Машина программистов как раз вырулила с парковки и остановилась у центрального входа. Привычным жестом Галина распахнула дверцу, усаживаясь на переднее сидение. Но встретиться взглядом с Василием почему-то не решилась. Вместо этого она посмотрела на его руки, лежащие на руле.

«Красивые кисти, - пришла невольная мысль. – Пальцы длинные, словно у пианиста. Ни за что не поверишь, что такой элегантной рукой можно запросто дать в морду».

- Спасибо за новый модуль! - торопливо произнесла Галина. Она вспомнила, что не поблагодарила ребят на презентации. – Очень удобная вещь, сразу все продажи, как на ладони!

- И, надо понимать, питерский филиал сегодня круто подставился! – хохотнул Виталий.

- Виталька, это их внутренние дела, сами разберутся, - мягко осек друга Василий.

- Я просто пошутил!

- Мы разговаривали с замдиректора по этому поводу, - вмешалась Галина. – Пока рано делать выводы, но будем за Питером внимательно наблюдать.

Она все так же пристально рассматривала руки Василия: что-то с ними было не так.

«Кольцо! – вдруг поняла Галина. – У него нет обручального кольца! Неужели я…»

Вздрогнув, она обернулась к Виталию. Но у Виталия, естественно, тоже кольца не было.

Тем временем у Василия зазвонил телефон.

- Да, Катюшка! – ласково отозвался он. – Что-то срочное? Я за рулем.

Выслушал ответ и улыбнулся:

- Да, конечно! Возьми мою карточку. На кухне, в ящике стола. Пин-код? Как всегда, твой день рождения.

Василий опять замолчал, слушая собеседницу, и улыбнулся еще шире:

- Ты же знаешь, для тебя ничего не жалко! Но смотри, чтоб нам осталось, чем за квартиру заплатить. А то свет отключат. И я тебя целую.

«Глупая она, эта Катюшка! – со странной тоской подумала Галина. – Разрешает мужу не носить обручалку. Неужели, настолько в себе уверена? Или в нем?»

Автомобиль подкатил к супермаркету.

Галина ухватила тележку и начала наполнять ее продуктами – Толя приезжал на несколько дней, а молодой растущий организм нужно хорошо кормить. К кассе она подкатила с внушительным багажом.

- Иди сюда, мы очередь заняли! – помахал ей Василий.

Взгляд машинально уткнулся в его тележку – та была практически пуста: с краю сиротливо ютились пачка заварного кофе и коробка сибирских пельменей.

«А жена у него особо не утруждается, - с непонятным раздражением подумала Галина. – Сама на гулянку завеется, а муж должен суррогатами ужинать. Интересно, дети тоже пельменей поедят? Или им она все-таки что-то приготовила?»

Но тут же стало стыдно за подобные мысли:

«Не мое дело, главное, чтобы их обоих устраивало. И, может, он как папа…»

Папа всегда, когда мама куда-нибудь уезжала, закупался в магазине вредными продуктами и устраивал себе маленькое пиршество. Если бы мама знала, чем ужинает дорогой супруг в ее отсутствии, у нее – поборницы здорового образа жизни - на голове зашевелились бы волосы.

В ход шли такие же пельмени в коробках, мясные консервы, лапша быстрого приготовления и кабачковая икра в железных банках.

- Все, отвел душеньку! – весело заявлял папа, вымакивая хлебом остатки какого-нибудь шпротного паштета. – Теперь снова можно кушать овощное суфле.

У Виталия, на удивление, тележка была заполнена доверху. Там присутствовало несколько видов мяса, овощи, крупы, молочная продукция, сыр, яйца, макароны…

- Смотрю, ты основательно подходишь к покупкам! – уважительно произнесла Галина.

- Обожаю готовить! – разулыбался Виталий. – А закупаюсь раз в неделю, по списку. Список составляю вначале большой, а потом лишнее вычеркиваю. Очень удобно, если хочешь – научу.

Подобная рационализация домашнего хозяйства была для Галины несбыточной мечтой.

- Хочу, - призналась она.

Галина встретилась глазами с Виталием: взгляд у него был теплым и слегка рассеянный, как у истинного очкарика.

«Повезет же кому-то! – подумала она. – Такой и накормит, и быт обустроит».

Но почему-то кроме дружеской симпатии, никаких других чувств Виталий у нее не вызывал.

Василий заметил у кассы стойку с игрушками.

- Кстати! Я же обещал Илюхе водяной пистолет!

Он снял со стойки ярко-оранжевый водомет и положил в тележку. Потом почесал затылок и добавил еще один такой же, только синий:

- Ваньке тоже надо, а то подерутся.

- Разбалуешь парней, - укоризненно посмотрел на него Виталий. – Каждый день подарки.

- Имею право! – гордо заявил Василий и начал выкладывать покупки на движущуюся ленту. – И тебя спрашивать не буду!

Здесь Галина была полностью солидарна с Василием. Со стороны, конечно, виднее, но отец вправе сам решать, как воспитывать детей.

Покупки погрузили в машину и как-то неожиданно быстро домчали до Галининого дома.

«Даже жаль выходить, - поймала Галина себя на странной мысли. – Еще бы с ребятами покаталась».

Но вслух произнесла только приличествующие случаю слова благодарности.

- Погоди! – улыбнулся Василий. – Сумки до квартиры донесем.

Галина бросила взгляд на соседку, уже занявшую боевой пост на лавочке у входа, и попыталась было отказаться от помощи. Но Василий с Виталием ухватили пакеты и направились к подъезду.

При виде программистов соседка вся подобралась и, отложив вязание, просканировала ребят взглядом, не хуже чем фантастический робот-полицейский.

- Добрый вечер, Ольга Михайловна! – вежливо поздоровалась Галина.

- Добрый, - поджав губы, пробурчала старушка. – Кому добрый, а кому и не очень. Лучше скажи, где мы сегодня ночевать-то будем?

- Ночевать… - растерялась Галина, испуганно оглядываясь на дверь подъезда. – Случилось что-то? Дядя Коля опять всех залил?

- Залил, - сварливо подтвердила соседка. – Зенки свои поганые он залил. И до сих пор продолжает, прямо на лестнице. А кобелина его проклятая никого в подъезд не впускает.

Глава 21. День рождения – грустный праздник

Виталий шел первым.

Он распахнул дверь подъезда и натолкнулся на умный, выжидающий взгляд темно-карих глаз. Огромный холеный зверь породы московская сторожевая лежал возле лестницы, положив лохматую голову на крепкие бело-рыжие лапы.

Василий с Галиной зашли следом и остановились у дверей.

- Хорошая собачка! – просительно улыбнулся Виталий. – Пропусти, пожалуйста, нам нужно сумки в квартиру отнести!

И на полном серьезе показал собаке тяжелый, наполненный продуктами, пакет из супермаркета.

Пес лениво повел носом и зевнул. Виталий попытался бочком обойти грозного стража. Пес не обращал на его действия никакого внимания и даже прикрыл глаза.

Но тут в подъезд влетела Ольга Михайловна.

- Что, не пропускает? – участливо посмотрела она на Галину и, развернувшись к собаке, уперла руки в боки:

- Разлегся тут, скотина безмозглая! Из-за тебя, урода, я уже второй сериал пропускаю!

Пес, не открывая глаз, оскалился, демонстрируя великолепные ослепительно-белые клыки.

- И хозяин у тебя сволочь редкостная! – продолжала распаляться соседка. – Нормальный человек такого монстра не заведет!

Пес глухо зарычал.

- Вот видите! – она торжествующе подняла вверх указательный палец. – Собака опасная и без намордника! Нужно срочно звонить в полицию! А лучше сразу живодер…

Но договорить бабка не успела - бесшумно метнулась огромная бело-рыжая тень. Пес вскочил на задние лапы, а передние осторожно поставил на стену, как раз по обе стороны от лица Ольги Михайловны. Со стороны он был похож на неуклюжего кавалера, проводившего свою девушку до подъезда, но так и не решившегося ее поцеловать.

Галина заглянула в глаза зверя – в них не было злобы, а лишь вселенская собачья грусть.

- Божечки… - взгляд соседки наполнился ужасом. - Сожрет меня страхолюдина эта, как пить дать сожрет!

Старушка вжалась в стену, и лицо ее приобрело цвет под стать подъездной побелки – такой же грязновато-серый.

«У нее сейчас сердечный приступ будет! – испугалась Галина. – Надо как-то отвлечь собаку! Но как?»

- Отпусти ее, друг! – раздался вдруг спокойный голос Василия. Он шагнул вперед и встал рядом с собакой. – Видишь же, человек пожилой. Возраст нужно уважать.

Пес обернулся к программисту и, высунув ярко-розовый язык, часто-часто задышал.

- Не все силой решается, иногда по-хорошему надо, добротой, понимаешь?

Галина изумилась, что Василий так странно, прямо по-человечески разговаривает с собакой, но еще более удивительно – пес его понял. Зверь как-то странно фыркнул, словно издал тяжелый вздох, опустился на четыре лапы и отошел в сторону.

«Вот это самообладание! – невольно восхитилась Галина. – Будь дело в игре, сказала бы, что у Василия скиллы прокачаны по максимуму: и лидерство, и понимание языка зверей, и эмпатия. А, может, что-то еще?»

- Ольга Михайловна, как вы? – подскочила она к соседке. – Давайте, валерьяночки накапаю! Или скорую вызвать?

- Жива еще, - отмахнулась соседка и мстительно посмотрела на пса. – И заявление в полицию написать сил хватит. Совсем совесть потеряли, живых людей собаками травят!

- А ты чего один гуляешь? – продолжил Василий разговор с собакой. – Хозяин твой где?

Пес понуро опустил голову.

- Где-где, - ехидно встряла бабулька. – Между третьим и четвертым этажом! Видела его, когда во двор выходила. Наш барин так укушались, что до дому доползти не сумели.

- А вдруг плохо стало? – вмешался Виталий. – Дядька мой так же в подъезде упал. Все думали – пьяный, а оказалось - инфаркт.

- Надо проверить! – согласился Василий. – Пошли!

И, подхватив тяжеленные пакеты, программисты бодро устремились вверх по лестнице. Галина с одной дамской сумочкой с трудом успевала за друзьями. Дело было не в плохой физической форме, просто на шпильках бегать по ступенькам несподручно.

Удивительно, Ольга Михайловна не отставала от компании ни на шаг. Она резво прыгала через ступеньку, умудряясь при этом ворчать:

- Зря волнуетесь! Пьяный он! И бутылка при нем!

Николай Николаевич действительно обнаружился на лестничной клетке между третьим и четвертым этажом. Он сидел, развалившись, на подоконнике и самозабвенно курил, глядя во двор. Бутылка коньяка стояла рядом на полу, но была полной и, кажется, даже непочатой.

- Ну что – убедились? – старушка с победным видом ткнула в него пальцем. – Живехонек! Весь подъезд провонял, алкоголик!

Сосед не обратил на ее слова никакого внимания, даже головы не повернул. Лишь виртуозно стряхнул пепел в железную баночку из-под консервированных оливок.

Обгоняя всех, по лестнице взлетел бело-рыжий пес и, подскочив к хозяину, уткнулся головой в его колени.

- Кортес, а ты откуда? – изумился Николай Николаевич, машинально гладя мохнатую гриву питомца. – Неужто на двор бегал? Как только мимо меня проскочил?

Галина отметила, что голос его был вполне нормальным. Если сосед и был выпившим, внешне это никак не отражалось.

- Тоже Саньку ждешь? – догадался Николай Николаевич и вздохнул. – Зря. Не придет он сегодня.

Пес опустил уши и жалобно, совсем по-щенячьи взвизгнул.

- Николай Николаевич, у вас все хорошо? – выступила вперед Галина.

- У меня? – сосед обернулся, скользнул по ней одобрительным взглядом. – У меня, Галочка, все прекрасно!

- Еще бы, - фыркнула Ольга Михайловна. – Если прямо на лестнице спиртное употреблять!

- Что вы, дорогая соседушка! - наконец-то посмотрел на нее Николай Николаевич. – Я еще не употреблял.

Он кивнул на запечатанную бутылку:

- Жду, что вы по-соседски составите мне компанию.

- Ты… – Ольга Михайловна растерялась. Она умолкла и смешно вертела головой, переводя взгляд с соседа на Галину, потом на ее друзей и снова на соседа. Наконец, набрала в грудь воздуха:

- Как ты смеешь мне предлагать подобное! Я порядочная женщина! Вдова! В матери тебе гожусь!

- А что тут такого? – удивился Николай Николаевич. – Вы сами постоянно ворчите, что раньше люди по-другому жили, более дружно. И соседи промеж собой общались, праздники вместе справляли. Я и приглашаю вас отметить мой день рождения – посидеть, поговорить. И выпить слегка за мое здоровье, исключительно из уважения к традициям.

- У вас сегодня день рождения? – поняла Галина.

- Да. И даже немного юбилей.

Сосед поднялся на ноги, бросил незаметный взгляд во двор и, развернувшись, сделал приглашающий жест:

- Тебя, Галочка, я, естественно, тоже жду. И твоих друзей. Стол накрыт, за коньяком я сбегал. Для дам бутылка шампанского есть.

- Но это как-то слишком неожиданно… - с сомнением в голосе протянула Галина.

- Вообще-то сына ждал, - признался Николай Николаевич. – Но что с этой молодежи взять?

- Не пришел? – в голосе Ольги Михайловны наконец-то проскользнуло сочувствие.

- И даже не позвонил. Это когда новый телефон нужен или приставка игровая – тут уж не забудет: двадцать раз напомнит и проверит, чтобы я все параметры правильно записал. А день рождения отца – кто ж о таких пустяках думает?

«У него окна квартиры выходят на другую сторону! – поняла Галина. – А здесь сидел, потому что сына высматривал. Но так и не дождался».

- Моя внучка такая же… - вздохнула Ольга Михайловна и повернулась к Галине: - Идите, молодежь, я домой заскочу, переоденусь. Начинайте без меня.

- Николай! – сосед обменялся с парнями приветственными рукопожатиями.

Они тоже представились в ответ.

Услышав имя «Василий», сосед окинул того быстрым взглядом и разочарованно мотнул головой:

- Нет, показалось. Но это имя тебе идет. Однозначно. Пойдем-ка, мужики, по коньячку!

- Я за рулем… - начал было Василий. Но Виталий наступил ему на ногу:

- Машину поведу я!

Василий, обернувшись на друга, промолчал.

Галина не поняла, что означают эти действа, но деликатно сделала вид, что ничего не заметила. Программисты занесли пакеты в ее квартиру, и троица отправилась этажом выше.

Квартира Николая Николаевича вызывала двоякое впечатление.

С одной стороны был сделан умопомрачительный ремонт с элементами умного дома: матовые светящиеся панели по щелчку пальцев разъехались в разные стороны, открывая накрытый праздничный стол. Взмах руки соседа включил приятную музыку, а точечное освещение само настроилось на гостей, становясь более ярким.

С другой стороны посереди этого царства высоких технологий, на стене, украшенной стильной венецианской штукатуркой висели… фотографии.

Нет, не модные портреты в изящных рамках, а именно обычные фотоснимки, точь-в-точь как в красном уголке деревенской избы. Здесь были старые черно-белые фото, пожелтевшие от времени, с обтрепанными краями, были и современные цветные фотографии, причем явно напечатанные совсем недавно.

Галине вдруг захотелось подойти к стене и рассмотреть снимки подробнее, но она не решилась.

- Прошу к столу, гости дорогие! – улыбнулся сосед, и Василий галантно пододвинул Галине стул.

Пришлось действительно сесть.

«Фото потом посмотрю, чуть позже», - подумала Галина, краем глаза замечая, что Василий занял место рядом с ней.

Виталий обошел стол с другой стороны и уютно устроился на диванчике. Он открыл бутылку лимонада и налил себе полный стакан.

Стол, можно сказать, ломился от яств, но сразу было понятно, что накрывал его старый холостяк: несколько видов колбасы, в том числе любимый братом «Сервелат», копченая курица, сыр, оливки, готовые салаты из супермаркета.

Николай Николаевич взял со стола бутылку шампанского, и начал было раскручивать проволоку, но потом бросил взгляд на дверь и произнес уважительно:

- Подождем Ольгу Михайловну. Нехорошо без нее начинать, не по-соседски.

Пес Кортес незаметно подошел к Василию и положил лохматую голову к нему на колени. Рука программиста зарылась в шерсть собаки, ласково почесывая за ухом. Кортес умильно вздохнул и закрыл глаза.

- Ну и ну! – изумился сосед. – Первый раз вижу, чтобы он к чужому так ластился.

- Чувствует родственную душу, - вздохнул Василий. – У меня такой же был. Пятнадцать лет вместе, из армии меня ждал. А в прошлом году… До сих пор привыкнуть не могу. Будто лучшего друга потерял.

- Да уж, - только и смог вымолвить Николай Николаевич. Потом помолчал и добавил тихо: - Я Кортеса на прошлой неделе на вязку возил. Алиментный щенок – мой. Хочешь?

- Хочу, - так же тихо согласился Василий. – Заплачу сколько нужно.

- Да брось ты! – отмахнулся сосед. – Какие деньги в таком деле. Знаю я как это – друзей терять. Слишком хорошо знаю.

Будто специально, чтобы прервать грустный разговор, входная дверь распахнулась, и на пороге появились соседка Ольга Михайловна и ее внучка Аделина. В руках у соседки была трехлитровая банка маринованных огурцов, внучка держала бутылек вишневого компота.

Аделине было около двадцати лет, она училась в каком-то техническом ВУЗе.

Внешность внучка соседки имела самую простую – русоволосая, с серо-голубыми глазами и довольно ладной фигуркой, которую, впрочем, слегка портили слишком тяжелые бедра. О таких, как Аделина, в лучшем случае говорят – миленькая. А в худшем – ничего особенного.

Но успех у парней внучка Ольги Михайловны имела прямо таки феноменальный: они ей постоянно звонили, караулили на лавочке у подъезда и устраивали между собой оглушительные разборки.

Наверное, дело было в отсутствии конкуренции. В технических ВУЗах девушек мало, и хитрая барышня пользовалась ситуацией на всю катушку.

- Нужно перелить куда-нибудь! – Аделина водрузила на стол компот.

- Да-да, сейчас, - Николай Николаевич бросился к Ольге Михайловне и принял из ее рук банку с огурцами. – Где-то на кухне графин был. Огурчики домашние? – Преданно заглянул он в глаза старшей соседке.

- Само собой, соседушка! - улыбнулась бабуля. – Мы с Адкой в прошлом году тридцать банок закрутили. Мой особый рецепт – с перцем огонек.

- Острые? – облизнулся именинник. – Уважаю. Раз такое дело… коньяк оставим молодежи, а мы с вами, может, по водочке? Под огурчики? У меня в холодильнике как раз бутылочка отдыхает.

- А давайте, - зарделась Ольга Михайловна. – Огурчики у меня и впрямь знатные. А с коньяком оно как-то… не комильфо.

Наконец-то все расселись за столом. Василий налил Галине шампанского, аккуратно положил на ее тарелку разной еды. Выпили первый тост – за здоровье именинника. Василий поставил на стол пустой бокал и… снял очки.

- Эти запасные, - виновато пояснил он. – Неудобно в них. Подогнать, наверное, нужно. Или…

Галина встретилась взглядом с его лучистыми карими глазами и задохнулась. Так бывает, когда очень хочется пить, и от нетерпения делаешь слишком большой глоток воды. Чистой родниковой воды. Из колодца.

«Это запрещенный прием, - растерянно подумала она. – Нельзя такими волшебными глазами на живого человека смотреть. Но, может, он ненадолго? Сейчас стекла протрет и наденет?»

Василий улыбнулся и спрятал очки в карман.

Выпили второй тост – за знакомство. Далее компания сама собой разделилась на группы по интересам.

Бабуля с именинником вдохновенно употребляли водочку, успев опрокинуть по третьей и по четвертой, заедая все это маринованными огурчиками. Правда, наливали они совсем понемногу, больше для соблюдения традиций.

Ольга Михайловна попробовала супермаркетовские салаты, скривилась и отправила Аделину к себе в квартиру за вялеными помидорами и салатом из баклажанов и болгарского перца.

Виталий пил лимонад и с кем-то самозабвенно переписывался в телефоне, широко улыбаясь и несколько раз даже беззвучно смеясь. Потом он заметил вошедшую с новой консервацией Аделину и поспешил помочь ей на кухню.

Вскоре они вернулись с большим блюдом, на котором соления были выложены красивой композиций, как в ресторане, и украшены веточками укропа. Виталий взял нож и жестом фокусника сделал из соленого огурца эффектную розочку.

- Ух, ты! Покажи! – заинтересовалась Аделина, и Виталий с удовольствием устроил для нее мастер-класс.

Галина было подумала, что Виталий увлекся соседской внучкой, но окинула парочку внимательным взглядом и отказалась от подобного предположения:

«Нет, они беседуют отстраненно, как коллеги-профессионалы. Виталий, конечно, большой молодец! Не только готовит, но и подать блюдо умеет, и украсить».

Но Виталий ее не волновал. Ни капельки.

Галина сделала несколько глотков шампанского и ковыряла в тарелке салат из курицы с сыром – тот действительно был не ахти: мясо казалось резиновым, а сыр слишком сухим. Но это тоже не имело никакого значения.

Все ее внимание было сконцентрировано на одном человеке, который сидел рядом, и которому она боялась посмотреть в глаза. Василий молчал. Молчала и Галина. И это молчание было легким-легким, невесомым, словно пушистое облачко.

- Эх, хороши у тебя огурчики, соседушка! – опрокинув очередную стопку, именинник с наслаждением откусил огурец: – Но должен сказать, что лучше, чем у моей Татьяны, маринованных огурцов не найти. Твои тоже – высший класс! Но у Танюхи все-таки лучше…

- Это которая из твоих этих… Танюха? – ехидно уточнила Ольга Михайловна. Слово «этих» она произнесла с пренебрежением.

- Танюха не из этих, - вздохнул Николай Николаевич. – Это жена моя. Бывшая.

- А отчего бывшая-то?

- Да так, развелись по глупости. Сначала поссорились по сущей ерунде, что яйца выеденного не стоит. Потом месяц не разговаривали. Танюха подала на развод. Думал – несерьезно оно, напугать хочет. И не разведут так быстро – Санька еще в школу ходил. А судья взяла и развела. Только штамп в паспорт «клац» и готово.

- Изменял, небось, жене-то? – понимающе хмыкнула Ольга Михайловна. - Я ж вижу какой ты – баб водишь толпами, каждую неделю новая.

- Ничего не изменял, - обиделся именинник. – До развода вообще ни с кем ни разу. Я Танюху любил. И, может, до сих пор люблю.

«Понятно, - вздохнула про себя Галина. – Начались пьяные откровения».

- Помирился бы, - вздохнула бабуля. – Чай не мальчик уже. Опять же, сын у вас.

- Хотел, - отвел взгляд Николай Николаевич. – Но собирался долго и опоздал, Танюха себе интеллигента нашла, с тремя высшими образованиями. Куда мне до него? До сих пор себе простить не могу. Тут дело такое – медлить нельзя, а то останешься ни с чем.

На этих словах Василий вдруг замер. Потом налил себе полный бокал коньяка и выпил залпом.

Его рука нырнула под стол, нашла там ладонь Галины и сжала ее. Галина вздрогнула, хотела выдернуть руку и… не смогла.

И это, вроде бы совершенно невинное прикосновение, было таким горячим и таким откровенным – откровеннее, чем все объятия и поцелуи. И даже, чем все постельные опыты. Невероятно, прямо таки до бесстыдства откровенным. И до ужаса неправильным.

С этим нужно было что-то делать. Немедленно. Галина обвела глазами комнату, в поисках чего-то, что…

- Николай Николаевич, можно я посмотрю фотографии? – радостно произнесла она, увидев спасительный повод.

- Да-да, мне тоже любопытно, - улыбнулся Василий.

- Конечно, смотрите, молодежь, - кивнул сосед. – Если вдруг что будет интересно – спрашивайте.

Глава 22. Балкон и другие происшествия

- Вася, налей мне шампанского, пожалуйста! – попросила Галина. Это был обманный маневр, и он удался.

Василий выпустил ее руку, открыл пробку на бутылке с шампанским и наполнил бокал Галины до краев.

Она резво выскочила из-за стола и, захватив с собой шампанское, направилась к стене с фотоснимками.

Фотографий было много, они визуально делились на три отдельных группы или блока: старые черно-белые фото, бытовые снимки с ребенком – в квартире, на природе, на утреннике в детском саду. Третий блок включал фотографии мужчин в военной форме.

Галина сначала остановилась возле старых фотографий. В центре - молодой парень в форме красноармейца: открытый взгляд, выбивающийся из-под фуражки непокорный чуб, на груди – несколько орденов и медали.

«Похоже, это дед сегодняшнего именинника, - определила Галина. - Внешнее сходство – налицо».

Рядом располагалось фото молодой женщины с пронзительным взглядом карих глаз. На ней было платье с кружевным воротничком и фетровая шляпка с цветами.

«А это – бабушка, - поняла Галина. – Красивая».

Она перевела взгляд ниже и улыбнулась. На снимке были запечатлены молодой длинноволосый парень в брюках с невероятным клешем и молоденькая девушка в коротеньком пальтишке и легкомысленном берете.

«А это – папа с мамой».

Галина вздохнула, и отошла от старых фотографий. Когда смотришь черно-белые фото, на душе двойственное чувство – с одной стороны интерес к ушедшей эпохе и даже благоговение, а с другой – острая грусть.

Жили люди – любили, мечтали, верили во что-то светлое и настоящее. А сейчас они в лучшем случае – глубокие старики. А скорее всего, их уже и на белом свете нет.

Посередине блока бытовых фотографий было свадебное фото Николая Николаевича. Хотя вряд ли кто называл тогда так этого симпатичного парнишку со счастливыми глазами. Коля или даже Коленька, наверное, так.

Взглянув на его невесту, Галина снова не сдержала улыбки. Стало понятно, на кого похожи бесконечные девицы, которых сосед таскал к себе. Его жена Татьяна была очаровательной блондинкой – стройной, белокожей с милыми ямочками на щеках.

«Татьяна – оригинал, - весело подумала Галина. – А остальные барышни – всего лишь ее ксерокопии. Причем, не лучшего качества».

Разглядывая фото дяди Коли с сыном, Галина краем уха ухватила продолжение его разговора с соседкой:

- Глупые вы с женой, что развелись, - вздыхала Ольга Михайловна. – Да не одни вы такие. Мать Адки с моим сыном и трех лет вместе не прожили – разбежались. Дима по диплому нефтяник, после института на севера подался. А Жанке то ли климат не подошел, то ли характерами они не сошлись – подхватила дочку и уехала. Теперь у него на севере новая семья, двое мальчишек. Жанка тоже замуж второй раз вышла – троих родила. Всем хорошо, все при деле. Только Адка неприкаянная осталась – ни отцу, ни матери толком не нужна. Я одна ей и занимаюсь. А тяжко оно уже – как-никак, восьмой десяток пошел. Но помирать нельзя – куда Адка без меня, она ж глупая еще совсем.

- Эх… - покачал головой Николай Николаевич и опять плеснул водки на дно стопок.

- Но одно полезное дело я сделала, - продолжила Ольга Михайловна. – Адку готовить научила. Она у меня все может – хоть борщ сварганит, хоть плов узбекский. Даже пирожки деревенские на опаре у нее отлично выходят – пышные, мягкие.

- Это хорошо, - одобрил сосед. – Среди нынешних барышень таких рукодельниц днем с огнем не сыщешь.

Василий все это время стоял возле группы фотографий с мужчинами в военной форме.

Галина сделала глоток шампанского и подошла к нему. Исключительно для того, чтобы закончить просмотр фото. Но почему-то успокоившееся было сердце, рядом с этим парнем опять понеслось вскачь. Цветные изображения поплыли перед глазами, сливаясь в одно пестрое полотно.

- Это – Африка, - тихо сказал Василий, указывая на одну из фотографий. – А это – вторая чеченская.

Галина тряхнула головой, с трудом фокусируя взгляд. На фото был запечатлен молодой дядя Коля в пятнистой форме, из-под которой выглядывала полосатая тельняшка, и в голубом берете. На груди соседа красовался орден и несколько медалей.

- А ты откуда знаешь? – удивилась она.

- Батя мой - военный, - улыбнулся он. – Рассказывал кое-что.

- Получается, дядя Коля служил в этом… - Галина потерла лоб, стараясь собрать в кучу разбегающиеся в неположенные стороны мысли. – В десанте, да? Или как иначе – ВДВ?

Василий неожиданно рассмеялся.

- Нет, «иначе ВДВ» - это другое. Это сленг такой у десантуры, аббревиатура. Расшифровывается - «иначе вряд ли домой вернешься». Так перед особыми заданиями говорят, призывают к осторожности.

- А это ты откуда знаешь? – еще больше удивилась Галина. – Тоже от отца?

- Да. От него. Точнее, и от него тоже.

Он отвернулся от фотографий и посмотрел на Галину:

- Пойдем на балконе постоим, а то тут жарко как-то.

На стене, прямо над фотографиями висел кондиционер. Галина машинально бросила взгляд на датчик – семнадцать градусов по Цельсию. Не особо и жарко, если честно. На балконе, скорее всего, температура выше.

Но предательский язык сам собой выдал нечто совершенно непотребное:

- Да, душновато. Мне тоже хочется на свежий воздух.

Внезапно раздался звонок домофона.

- Никки, это я! – отозвался тоненький женский голосок. – Пришла тебя с днюшкой поздравить.

Галина с трудом сдержала ехидную усмешку. Никак, очередная ксерокопия нарисовалась! Василий взял за руку и посмотрел в сторону балкона.

Галина машинально переплела с ним пальцы и еле заметно мотнула головой. Ее взгляд был прикован к прихожей, где вот-вот должна была появиться пассия дяди Коли.

Патологическим любопытством Галина не страдала, но было занятно проверить возникшую несколько минут назад теорию. Василий, похоже, понял ее интерес – его губы тронула улыбка, и он остался стоять на месте.

Угадала! Вошедшая девица ничем не отличалась от стандартного шаблона любовниц соседа: блондинка, худощавая, в короткой джинсовой юбке и кофточке известного бренда. На вид ей можно было дать как двадцать, так и тридцать лет.

- Поздравляю, Никки! – гостья повисла на шее соседа. – Я купила тебе подарок, особый подарок – он сейчас на мне. Но пришлось потратить всю кредитку под ноль, ты же мне пополнишь, правда?

Галина нечаянно заглянула в глаза Василия – в них был насмешливый скепсис.

- Пойдем к столу, Шура, - покладисто предложил дядя Коля. – Выпьешь за мое здоровье.

- Не называй меня так! – обиделась блондинка. – Сколько раз повторять, меня зовут Алекс!

- Алекс-шмалекс… Лучше скажи, что тебе налить: шампанское, коньяк, водку?

- Шампанское, - зайдя в комнату, блондинка растерянно оглянулась по сторонам: - Ой, а у тебя что – гости? А я думала, мы будем только вдвоем – подарок показать хотела. Или они уже уходят?

- И впрямь, соседушка, - подхватилась Ольга Михайловна. – Пора нам и честь знать. Адка, идем?

Аделина сидела на диване рядом с Виталием и увлеченно обсуждала с ним кулинарные блоги.

- Неплохой рецептик, - хвалила она, тыкая пальцем в телефон. – Но я больше люблю индейку с апельсинами.

- Раньше именно с апельсинами ее и готовил, - вздохнул Виталий. – Но теперь не судьба.

- Точно, ты же говорил про аллергию! - Аделина хлопнула себя по лбу. – Я, кстати, тоже в детстве от цитрусовых чесалась. Но годам к десяти переросла. Тебе нужно просто немного подождать.

«У Виталия аллергия на апельсины? - невольно отметила про себя Галина. – Бывает. Но когда это он ее перерастет – к сорока годам что ли? И впрямь Адка глупая еще – мелет откровенную чепуху».

При словах бабушки Аделина подняла голову и встретилась взглядом с дяди Колиной любовницей.

Галина невольно вздрогнула. Алекс смотрела на Аделину так, будто готова была убить. Серые глаза гостьи превратились в щелочки и метали молнии. Но Аделина спокойно выдержала взгляд, положила ногу на ногу и улыбнулась Виталию:

- С яблоками индейка тоже неплоха. А с айвой – еще лучше.

- Нет, Михайловна, я вас не отпущу, - вмешался дядя Коля. – В кои веки нормально поговорить можно, по душам. Мы еще и полбутылки не выпили – непорядок! Да и…

Он бросил загадочный взгляд на Василия с Галиной:

- Молодежь не нагулялась. Сейчас включим музыку и устроим танцы.

Галина в красках вообразила медленный танец с Василием, и от этой перспективы ее бросило в дрожь. Нет, танцы никак нельзя. Ни за что. После точно никто не сможет остановиться.

- Мы не хотим танцевать, - поспешно проговорила она. – Дядя Коля, можно мы на балконе постоим, подышим свежим воздухом?

- Можно, отчего ж нельзя? – хмыкнул сосед. – Если что – пепельница внизу, под скамейкой.

- Мы не курим, - улыбнулся Василий и обнял Галину за талию.

Виталий встретился взглядом с другом и еле заметно кивнул.

- Правильно, - согласился дядя Коля. – Сигареты – зло. На свете есть много более приятных вещей.

Галина почувствовала, как краска заливает лицо. Хотелось сказать, что все не так, и все всё неправильно поняли и вообще…

Но Василий прижал ее к себе и с довольным видом увлек на балкон.

Балкон у дяди Коли был самый обычный.

То ли сосед не успел его облагородить под стать великолепно отремонтированной квартире, то ли не видел в этом смысла, но выглядел балкон точь-в-точь, как любой другой в типовой панельной многоэтажке.

Здесь стояла грубо сколоченная деревянная скамья, пустые пластиковые ведра из-под жидкой побелки, в углу сиротливо примостились две удочки, а из-под скамьи выглядывали резиновые охотничьи сапоги с высоким голенищем. Где-то в самом верху на бельевой веревке болтались майка и шорты, щедро заляпанные разноцветной краской.

Галина с Василием вышли на балкон, и парень постарался аккуратно закрыть за собой дверь. Дверь была пластиковой, но то ли ее установили не совсем качественно, то ли уплотнитель со временем потерял нужные свойства, оттого дверь совершенно не хотела закрываться.

Василий подергал ее так и эдак, постарался прижать плотнее, но противная дверь опять со скрипом приоткрылась. Василий окинул ее внимательным взглядом в поисках шпингалета, но шпингалета не было. Тогда он махнул на это рукой и подошел к стоящей у перил Галине.

Жил дядя Коля на пятом этаже. Его окна, как и окна Галины, выходили не во двор, а на обратную сторону: здесь были крошечный сквер, баскетбольная площадка, со всех сторон огороженная сеткой, и подземная парковка для машин.

А еще со всех сторон стояли дома: старые девятиэтажки времен СССР соседствовали с новенькими свечками-высотками.

«Уплотнительная застройка, - вздохнула про себя Галина. – Бич всех крупных городов. И это еще район не особо престижный».

Василий встал рядом и обнял за плечи. Галина хотела вывернуться из объятий, но или не нашла на это сил, или… В глубине сознания мелькнула то ли мысль, то ли подсказка, но поймать ее не удалось.

Будто в компьютерной игре получила записку с важной информацией, а прочитать не можешь – левел маловат или нужный навык не прокачан.

«В том, чтобы просто стоять рядом на балконе нет ничего предосудительного», - решила Галина и погрузилась в созерцание июльского вечера.

На улице совсем стемнело. И в прямоугольниках окон окрестных домов горел свет: где-то желтый, где-то неоново-белый, иногда яркий, иногда приглушенный.

- Когда я училась в университете и жила в общаге, - неожиданно для себя призналась Галина. – Любила вечером сидеть на подоконнике и смотреть на окна домов. И казалось, что вокруг огромная вселенная, бесконечное множество параллельных миров, и в каждом - своя жизнь, своя правда, своя уникальная история. Мне нравилось придумывать эти истории – иногда смешные, иногда грустные, но обязательно со счастливым концом. Всегда хочется верить, что рано или поздно у всех хороших людей все будет хорошо. Или жизнь не имеет смысла.

Василий вздохнул и зарылся губами в ее макушку.

Тем временем из-за неплотно прикрытой двери было слышно происходящее в комнате.

- Никки, что у тебя за шампанское? – томно уточнил голос блондинки. – Итальянское?

- «Советское», - признался дядя Коля.

- Фиии! Как ты можешь предлагать мне такую гадость!

- Не знаю, - в голосе соседа слышалось замешательство. – Сам шампанское не употребляю, но вроде барышни пили – никто не плевался.

- Отличное шампанское, - уверенно вмешался голос Аделины. – Обожаю полусладкое. Виталь, налей мне еще, пожалуйста…

- Потому что нахаляву! – безапелляционно заявила ксерокопия. – Эти, так сказать, барышни нашару и стеклоочиститель пить будут!

- Не суди других по себе… Шура! – насмешливо фыркнула Аделина.

- Могу сделать коктейль с водкой и вишневым соком, - вмешался Виталий. – Еще апельсины нужны.

- В холодильнике вроде были, - задумался именинник. – Ада, хочешь коктейль?

- Нет, - отозвалась Аделина. – Мне шампанского хватит.

- Не морочь себе голову, дружище, - весело сказал дядя Коля, очевидно обращаясь к Виталию.

- А на мое мнение, значит, всем наплевать? – обиделась блондинка.

В комнате послышался шорох, и голос Алекс произнес горячим шепотом прямо возле балконной двери:

- Никки, ну что ты прямо, как маленький! Скажи им всем, чтобы убирались отсюда. У меня же подарок – забыл?

- Если бы ты на самом деле хотела сделать мне подарок, - устало вздохнул дядя Коля. – Могла бы, например, холодца наварить. Очень я, знаешь, его уважаю, особенно с горчичкой…

- Холодец – это что? – брезгливо уточнила блондинка. – Такой мороженый суп? Бе-е-е, терпеть не могу колхозную еду.

- Коля, ты холодец любишь? – подала голос Ольга Михайловна. – И чего молчал, мы завтра с Адкой наварим в лучшем виде!

- Ой, не стоит из-за меня беспокоиться, - смутился именинник. – Обойдусь.

- Не только из-за тебя! – горячо возразила бабуля. – На днях смотрела доктора одного, костоправа или как там они называются?

- Остеопата, - подсказала Аделина.

- Вот-вот, какого-то такого. Он говорил, что в моем возрасте холодец обязательно кушать нужно, для костей и сухожилий – лучшее средство, никакие новомодные таблетки и в подметки не годятся. Завтра мне непременно подлечиться надо, а заодно и тебя угостим, по-соседски.

- Если так, - еще больше смутился дядя Коля. – Тогда я, конечно, не возражаю.

- Так, Адка! – в голосе бабули послышались командирские нотки. – Завтра после институтов своих заедешь на фермерский базар, купишь…

- Да, знаю-знаю, ба, - весело ответила Аделина. – Поросячью ножку и деревенского петуха, желтенького такого.

- Давайте я сам все куплю, - предложил сосед. – Список напишите.

- Нет, - безапелляционно возразила бабуля. – Мужчинам нельзя доверять продукты покупать, а Адка в этом деле разбирается, моя школа.

- Ада, а ты где учишься? – задумался дядя Коля.

Аделина назвала учебное заведение.

- Точно! Где бы еще студенты в июле учились? А занятия во сколько заканчиваются?

- Около двух.

- Отлично! Завтра заеду за тобой, и вместе отправимся на базар. Негоже хрупкой девушке тяжелые сумки таскать. Михална, может тебе еще чего нужно? Овощей каких-нибудь? Я на машине, не стесняйся.

- Картошечки бы, - призналась соседка. – И капусты. Хотя и морковка тоже заканчивается…

- Отлично! – обрадовался сосед. – Возьмем всего сразу по мешку, чего мелочиться.

- Никки, - голос блондинки дрожал. – Ты что… приедешь в институт за этой?! - Слово этой она произнесла с пренебрежением. – На своем новеньком «БМВ», да? Чтобы все увидели, как этой уродке повезло?

Она всхлипнула:

- А меня ты никогда с пар не забирал. Скажи, у тебя с ней что-то было, да? Не зря же она к тебе на днюху приперлась?

- Дура ты, Шура, - вздохнула Аделина. – Я здесь по-соседски. Зашла дядю Колю поздравить, на стол накрыть помочь. А вообще у меня парень есть. Даже два. Точнее, я еще не решила, кто из них будет парнем, а кто просто другом.

- Кирилл и Богдан! – с желчью выплюнула ксерокопия. – Самые классные парни на потоке. И что они в тебе нашли – ни кожи, ни рожи, ни мозгов!

- А меньше навязываться нужно, - снисходительно пояснила Аделина. – А тем более, деньги выпрашивать.

На этих словах Галина улыбнулась. Похоже, дело не в отсутствии конкуренции у девушек в техническом ВУЗе. А в чем-то совершенно другом. Она отодвинулась от Василия и заглянула в его глаза. В них читалось веселое одобрение:

- Адка - наш человек! А эту «Шмалекс», надеюсь, дядя Коля сейчас выставит.

Словно услышав слова Василия, именинник вздохнул:

- Шура, спасибо за подарок, но тебе уже пора. Наша вечеринка для тебя слишком колхозная. И если честно, тебе тут никто особо и не рад.

- Ах вот ты как! – злобно прошипела блондинка. – После всего, что у нас было! А… а как же кредитка?

Галина, не выдержав, обернулась и посмотрела через стекло на происходящее в комнате.

Дядя Коля полез в карман, достал увесистый бумажник и отсчитал несколько пятитысячных купюр:

- Хватит?

Алекс сгребла деньги и сразу же засунула в карман короткой юбчонки.

- А..? – она просительно заглянула в глаза соседу.

- За то, что у нас было? – устало подсказал он.

Дядя Коля открыл другое отделение бумажника и вытащил оттуда несколько зеленых бумажек.

- Ты… - взвилась блондинка. – Ты за кого меня принимаешь?!

- По любви, так по любви, - усмехнулся именинник и начал засовывать деньги обратно.

- Дай сюда! – Алекс резво выхватила деньги. – И тут мало.

- Ты и этих не стоишь. Но впрочем…

Сосед добавил еще две купюры:

- Чтобы я тебя больше не видел и не слышал. Поняла?

Блондинка фыркнула, забрала деньги и гордо прошествовала в коридор, не забыв на прощание хлопнуть дверью.

«Ненормальная! – возмутилась про себя Галина. – Штукатурка обсыплется, придется дяде Коле в прихожей ремонт переделывать».

Но не прошло и двух минут, как домофон опять запиликал.

- Никак Алекс пересчитала деньги и решила, что продешевила? – презрительно усмехнулся Василий. – С нее станется.

Но внезапно чинно дремавший пес Кортес сорвался с места и бросился к двери с восторженным лаем.

И домофон отозвался совсем другим голосом – мальчишеским и задорным:

- Папа, открывай, это я!

- Санька! – расцвел Николай Николаевич. – Сынок. Пришел все-таки.

Глава 23. Один почти хэппи-энд и один открытый финал

Галина обменялась с Василием понимающими взглядами и почему-то на цыпочках подошла к балконной двери и выглянула в квартиру.

Стоящий в коридоре парнишка был светловолосым и вихрастым.

«Немного похож на прадеда, - отметила Галина. – А в основном – вылитая мать».

- Кортес, отстань! – хохотал Санька, ловко уворачиваясь от пса, в порыве нежности намеревающегося облизать ему лицо. – Я еще не готов к таким откровенным поцелуям! – Потом обнял отца: - Поздравляю! Главное, не болей, а с остальным как-нибудь разберемся!

- Спасибо… - пробормотал дядя Коля и отвел глаза. – Думал, ты забыл.

- Какое забыл? – возмутился Санька. – Еще в шесть утра в соцсетях поздравление написал! И песню твою любимую на стену повесил.

- Песню? Повесил?! - растерялся сосед. – На какую еще стену?

- Ох… То есть ты ничего не читал и не видел?

Именинник смутился:

- Эти твои соцсети на телефоне блымкали-блымкали, по сто сообщений в день показывали. А откроешь – там ерунда всякая, реклама одна. Я и удалил.

- Ты, наверное, на какие-то левые группы нечаянно подписался. Ладно, потом дашь телефон – настрою, - улыбнулся сын. – А пока пойдем за твое здоровье выпьем!

- Есть лимонад и вишневый компот, - задумался дядя Коля. – Или тебе, как взрослому, шампанского налить?

- Папа!! – в голос расхохотался Санька. – Мне двадцать один год! Я даже по европейским меркам – совершеннолетний! Коньяк есть?

- Есть, - вздохнул именинник.

- И пожрать бы чего-нибудь - голодный, как сто облезлых волков!

Он решительным шагом направился в комнату и вдруг замер…

- Ой! Здрасьте! Папа, ты не говорил, что гости будут!

Заметил Аделину и слегка покраснел:

- Адель, а ты здесь откуда?

- А я здесь живу! – улыбнулась внучка соседки.

- Живешь… - растерялся Санька. – Здесь?!

- Здесь – это этажом ниже и напротив. Мы соседи твоего отца.

- Отлично! Буду знать, где живет самая классная девушка факультета! – довольно улыбнулся парень. И что-то вспомнив, посмотрел на Аделину серьезно: - Слушай, я когда в подъезд заходил, с Сашкой Дырдиной столкнулся. Она что – к тебе приходила? Вы подруги?

- Не хватало, - фыркнула Аделина. – По делу она приходила. – И, поймав взгляд дяди Коли, добавила небрежно: - Конспект по матанализу хотела.

- А ты не дала? – рассмеялся Санька. – Понятно тогда, чего такая злющая из подъезда вылетела. Чуть меня с ног не сшибла. И правильно – держись от Сашки подальше, она на всю голову еб…

Он с размаха закрыл ладонью рот и быстро оглянулся вокруг:

- В смысле больная она на всю голову.

- Да я поняла, - рассмеялась Аделина.

- Они что – все трое в одном институте учатся?! – изумленно прошептала Галина. – Верно говорят, что Москва – большая деревня!

- Я тоже об этом подумал, - согласился Василий. – Еще раньше, чем ты.

За столом очередной раз выпили за здоровье именинника.

- Может, тебе еще шампанского принести? – предложил Василий.

Но Галина мотнула головой. Она смотрела на соседа дядю Колю и его сына, и на душе почему-то было тепло-тепло.

Василий заглянул ей в глаза, тоже улыбнулся, обнял и притянул к себе.

- А чего долго-то так, Санька? – поинтересовался сосед, накладывая сыну полную тарелку еды. – Я тебя с обеда жду.

- Как чего, в личку же написал, - Санька закинул в рот сразу три куска колбасы. – А, ты же не читал. Концерт у меня был. Точнее конкурс, международный.

- То есть ты все так же, - дядя Коля поднес руку к уху и помотал ей туда-сюда. – На скрипке пиликаешь?

- Не всем же с парашютом прыгать и драться, - беззлобно возразил сын, накалывая на вилку соленый огурец. – У меня талант, между прочим! Второе место на таком конкурсе - не хрен собачий. В смысле – престижно, хотел сказать.

- Если талант, то ладно, - вздохнул дядя Коля. – Только мне кажется, причина в твоем отчиме. Как там его – Валерий? Он же тоже с искусством связан. Критик или кто он там? Ты на него смотришь и пытаешься подражать.

- Чтобы я этому м*даку подражал? – поперхнулся салатом Санька. – Я что совсем конченый?!

- Ревнуешь, сын. Понятно. Не лезь в личную жизнь матери, она сама разберется.

- Ну, знаешь ли! – вскипел Санька. – Эта козлина ей изменяет, между прочим! У нас на той недели две пары по вышке отменили, я раньше домой приперся. А мамка на сутках была. Захожу, а это чмо продавщицу из хлебного во все…

Он оглянулся на Аделину:

- В общем, отчим – нехороший человек.

- Сань, ну не надо было при посторонних-то… – поморщился дядя Коля. – Мать знает? Ты ей сказал?

- Зачем сказал, - хмыкнул сын. – Я видео снял со всем этим и ей переслал.

- И что она?

- Сказала, что у козлины кризис среднего возраста, а она вечно на работе и не уделяет ему внимания. Типа сама виновата.

Сосед налил себе полную стопку водки и выпил залпом:

- Эх, Танюха-Танюха, что же ты с собой делаешь…

- А еще он у мамы деньги спи… взял, которые она целый год на отпуск откладывала, и потратил на свою тачку. Резину крутую поставил, фильтры поменял.

Дядя Коля вновь бросил взгляд на бутылку, но отвернулся:

- Ладно, хватит. Бог с ними, пусть в своей семье живут, как хотят. Меня больше твои фильтры интересуют.

- Какие еще фильтры? – не понял Санька.

- Которые не работают. Ты когда-нибудь слышал, чтобы я при женщинах матерился? А у тебя прямо фонтаном. Если фильтры не выдерживают, молчи лучше. За умного сойдешь.

- Сча посмотрим, как твои выдержат! – Санька прищурил глаза и гордо задрал подбородок: - Это еще не все. Вчера мама попросила меня из «Девятой роты» саундтреки на телефон скачать. А этот урод сказал, что армия – сборище дармоедов, которые живут на его налоги. И если ее разогнать – воздух чище будет. А в десантуру идут одни дебилы, которые только и умеют, что пустые бутылки о тупую голову разбивать.

На этих словах Василий неожиданно напрягся. Его губы были плотно сжаты, а глаза светились непривычным стальным блеском.

Галина, не удержавшись, погладила его по руке.

«Подобные словесные помои отвратительны сами по себе, - сочувственно подумала она. – Про любую профессию. А у Васи еще и папа военный».

- Ох, ни… чего себе! - выдохнул дядя Коля. – И ты при живом отце, позволил этом долбо… дятлу раскрывать свой поганый рот?!

- Я хотел заступиться… - начал Санька.

- Испугался? Понятно. Это тебе не тренди-бренди на скрипочке.

- При чем тут скрипка! – возмутился сын. - Я, конечно, не так крут, как ты, но если за дело, могу и по… по лицу настучать! Адель подтвердит!

Аделина встретилась взглядом с Санькой, слегка зарделась и кивнула.

- А на этого му… мужа мамкиного прямо руки чесались! – эмоционально продолжил Санька. – Вломить за все разом! Не успел просто. Его мамка с лестницы спустила.

- Танюха? – растерялся сосед. - Что, в натуре с лестницы?!

- О! Это было эпично! – восторженно поведал Санька, прожевав кусок копченой курицы: – Вытащила за шкирку в коридор и дала конкретного пинка. Он в реале летел головой вниз, все ступеньки пересчитал. Кстати, я на телефон снял. Хочешь, перешлю?

Дядя Коля все-таки плеснул водки себе и Михайловне, положил на хлеб кусок сервелата…

- Хочу, - застенчиво признался он. - Уважаю бои без правил. Часто смотрю, когда по телевизору показывают. Так что, наша мамка, выходит, свободная?

- А то! Этот орал, что она ему голову разбила. А мама сказала, если что – пусть приходит к ней на работу, обслужит вне очереди. А потом собрала его вещи в мусорные пакеты и выкинула следом.

- А работает она все там же?

- Да, в травмпункте. Завтра, кстати, на сутках.

- Понятно, - сосед поставил на стол пустую стопку. – Похоже, мне тоже нужно в травмпункт. Застарелая душевная травма – без профессионального травматолога не обойтись. Пойду к Танюхе, пусть загипсует что ли. Или зеленкой помажет. Отказать-то не сможет - клятву Гиппократа давала. И спасибо за подарок, Санька. Я о таком и не мечтал.

Ольга Михайловна одобрительно покивала головой.

Василий тихонько рассмеялся, нагнулся к Галине и горячо прошептал ей на ухо:

- Кажется, в одном из параллельных миров история скоро завершится хеппи-эндом. Все, как ты любишь.

Потом посмотрел на ее губы и добавил тихо:

- А, может даже и не в одном параллельном мире. Может, сразу в двух.

Неожиданно дверь на балкон снова заскрипела и открылась еще больше.

- Да что ты будешь делать! – рассмеялся Василий. – Ладно, сейчас что-нибудь придумаем.

Он сунул руку в карман и вытащил разноцветный прямоугольник с логотипом фирмы по настройке бухгалтерских программ:

- На работе сделали визитки, а я и не пользовался толком. Пару штук только раздал. Теперь пригодится для нужного дела.

Он сложил визитку несколько раз и засунул в дверь. И на этот раз она сдалась и закрылась плотно.

Василий обнял Галину по-настоящему, крепко прижал к себе и уверенно потянулся к губам.

Галина оторопела.

«Мамочки! – лихорадочно проносилось в голове. – Только не это! Если то, что было раньше, еще можно как-то, пусть с большой натяжкой, но списать на дружеские отношения, то после поцелуя обратной дороги не будет. Не надо! Я не хочу! То есть, конечно, хочу… Но это подло! Мерзко! Аморально! Никогда себе потом не прощу! И нет сил отказаться, совсем нет…»

Галина посмотрела в небо, где алой полосой догорал закат.

«Эй, вы там, высшие силы или кто-нибудь! – взмолилась она. – Сделайте же что-нибудь! Ну, пожалуйста!»

И вдруг в момент, когда его губы уже почти коснулись ее губ, в кармане требовательно зазвонил телефон.

Василий вздрогнул, мотнул головой, но все-таки отстранился от Галины и полез за телефоном.

- Это Катюха, - виновато прошептал он. – Вдруг срочное что, ее без присмотра нельзя надолго оставлять.

И поднес трубку к уху.

- Да, Катюша… Что?! – его голос слегка изменился, но все-таки остался спокойным. – Пожар? Где? Понял, сейчас буду.

Галина вздрогнула. Невероятная история, но где-то там ее услышали.

«Но не такой ценой же! – мысленно простонала она. - Эту цену я платить не готова. Словно в игре – активировала свиток призыва, но призвался кто-то совсем не тот».

Галина схватила Василия за плечи:

- Скажи, что случилось?! Все… все живы?!

- Да, - отрывисто выговорил он. – Все нормально. Сгорела сковородка. И еще занавеска. Уже все потушили. Вроде без травм, но на кухне нужно делать ремонт. Но это Катя так сказала, я должен сам убедиться. Немедленно.

Он быстро поцеловал Галину в щеку:

- Извини, что так вышло. До завтра.

Василий рванул балконную дверь и быстро прошел в комнату. Сложенная вчетверо визитка упала на пол. Но дверь неожиданно захлопнулась – сама собой и без всяких приспособлений.

Галина растерянно стояла на балконе. Она видела, как Василий подошел вначале к дяде Коле и что-то ему сказал. Потом к Виталию – тот живо подскочил с места и, раскланявшись с гостями, поспешил к выходу.

Василий пожал руки соседу и его сыну, кивнул Аделине и Ольге Михайловне и догнал друга в прихожей.

Галина сделала глубокий вдох и прижала пальцы к вискам:

«Надо же – какой безумный вечер! Столько событий, впечатлений, информации, новых лиц. И… и что теперь с этим всем делать?!»

Она машинально подняла с пола скомканную визитку и положила ее в карман.

Глава 24. Утро начинается, начинается…

Утро начинается, начинается. Город улыбается, улыбается. Открываются окошки, Разбегаются дорожки

(Из м/ф «Чучело Мяучело»)

Спала Галина отвратительно. Мысли были понятно о ком.

Существует известное выражение – «ум с сердцем не в ладах», но оно к ситуации не подходило.

«По уму, на объективный взгляд, мне Вася тоже нравится, - честно признавала Галина. – И характер, и мысли, и отношение к окружающим. А по сердцу… одни глазищи чего стоят! И эта удивительная способность все понимать без слов».

Недостаток у Васи был один единственный. И звали его Катя. Детей Галина недостатком не считала. Дети – это дети. Будь они от бывшей жены, и вопроса не возникло бы. Но лезть в чужую семью – неприемлемо. Без вариантов.

«И когда я успела в него влюбиться? – сокрушалась Галина, ворочаясь на постели. – Несколько дней всего знакомы. Вроде и не думала, и не собиралась, а оно само собой… Но, может, все не так и запущено? Выпили лишнего, занесло куда-то не туда. Нужно меньше попадаться друг другу на глаза, и все пройдет».

На этой мысли она наконец-то задремала.

Утром пришлось извести полтюбика тонального крема, чтобы замазать не только синяки под глазами, но и невесть откуда взявшиеся угрюмые складки на лбу.

«Если так пойдет и дальше, - удрученно думала Галина, придирчиво разглядывая себя в зеркале. – То я скоро превращусь в старуху. И кто придумал эти любовные страдания? Жила же спокойно без этого целых десять лет. И надо было так глупо подставиться!»

На лестничной клетке она столкнулась с заспанной Аделиной, та спросонья даже не сразу поняла, кто перед ней. Потом протерла кулаком глаза и вежливо поздоровалась.

«У кого-то вечер, похоже, удался», - поняла Галина и понимающе улыбнулась соседке.

Вчера от дяди Коли они ушли все вместе, причем Санька вызвался проводить Аделину до квартиры. Но сквозь тревожный сон Галина полночи слышала за дверью звонкие молодые голоса и искренний, заливистый смех.

«Анекдоты травили что ли? – промелькнуло в голове завистливое. - До скольки стояли – до трех? Нет, пожалуй, даже до четырех – в полчетвертого вставала попить воды, и в это время парочка еще бессовестно ржала на лестничной площадке».

Новенький «БМВ» соседа уже стоял перед подъездом со включенным двигателем.

- Ада, садись в машину! – виноватым голосом произнес дядя Коля, распахивая дверцу. – Подвезу до института. Молодец, девочка – ответственная! Хоть и гуляла до утра, а учеба есть учеба. А мой-то балбес дрыхнет без задних ног. Из-под одеяла его вытащил, кружку воды за шиворот вылил. А он, не разлепляя глаз, справку под нос сует: за победу на пиликальном конкурсе на сегодня освобождение выписали. Тебя, значит, подставил, а сам в кусты. Позор на мою седую голову!

Аделина хлопала заспанными глазами, до конца не понимая, о чем речь. Галина же, не выдержав, рассмеялась.

- О, Галочка! – заметил ее сосед. – И ты садись, до работы подброшу.

Галина с Аделиной без лишних слов плюхнулись на мягкое сидение из кожи.

- Везет мне сегодня, - улыбнулся дядя Коля. - С самого утра катаю красивых девушек. То ли еще будет…

По дороге завернули на заправку. И пока заправщик заливал в бак топливо, сосед сходил в магазин и вынес оттуда два стакана кофе и две шоколадки.

Причем, Галине достался обычный стаканчик с эспрессо, Аделине же вручили здоровенную пластиковую бадью, вроде той, в которую обычно наливают Кока-Колу:

- Пей Ада, а то на занятиях уснешь. Эх, сын накосячил, а батя должен косяки разгребать. Но Санька не плохой парень-то: добрый, работящий. Воспитания не хватает, но мы с тобой из него человека сделаем, обещаю. Что скажешь?

Галина хлебнула кофе и откусила шоколадку.

- Спасибо, дядя Коля! – наконец-то отмерла Аделина. – Но не стоило так беспокоиться. Я в прошлом месяце подписку на киноклуб оплатила, теперь частенько до утра боевики смотрю. И ничего, потом нормально на пары встаю.

- Ты еще и боевики любишь? – восхитился сосед. – Понял, точно нужно брать.

Аделина наградила его непонимающим взглядом, а Галина улыбнулась.

Доехали на удивление быстро, даже ни разу не попав в пробку. Сначала завезли Аделину, у которой сосед взял номер телефона и велел ждать его в два часа возле института, а потом настала очередь и Галины.

Она бросила взгляд на часы – было без пяти восемь. Краем глаза отметила, что машины Василия на парковке еще нет, зато «Бентли Мульсан» Аллигатора почетно красовался на своем месте.

«А это идея, - внезапно подумала Галина. – Как в народе говорится «клин клином» - чтобы отвлечься от Васи, нужно увлечься Олегом. Тем более, сегодня мы с ним идем на кинофестиваль».

Она, правда, вспомнила, что собиралась держаться от Аллигатора подальше, но отмахнулась:

«И от того подальше, и от этого подальше. Олег – меньшее зло. У него штампа в паспорте нет, и про детей ничего не говорил. И вообще – он мне давно нравится, еще со времен нашего виртуального общения».

Словно в ответ на ее мысли, не успела Галина войти в кабинет и включить компьютер, как раздался звонок по корпоративной связи.

- Лина, привет, тебя Олег Александрович вызывает! – голос Леры тоже был не выспавшимся. – Сказал, чтобы сразу к нему шла, срочное дело.

Галина вздохнула, щелкнула замочком косметички, подправила макияж и отправилась на аудиенцию к Аллигатору. Уже выходя из кабинета, она краем глаза отметила, что ромашек на столе нет. Зато документы лежали аккуратной стопкой, а сам стол был протерт.

«Понятно, - вздохнула Галина. Она вчера еще обратила внимание, что букет начал осыпаться на стол желтой пыльцой: - Скорее всего, к утру он окончательно завял, и уборщица баба Тамара выбросила цветы в мусор. Жаль, но в жизни нет ничего вечного».

С Лерой они столкнулась возле кофейной машины. Глаза у секретарши были красные, и она отчаянно зевала.

- Кто это тебе по ночам спать не дает? – таинственно улыбнулась Галина.

- Вчера с Борей ходили на водное шоу. Красотища необыкновенная! Домой собрались, а он все на часы поглядывает. Оказывается, договорился в стрелялки поиграть. С офисного компа. Говорит: «Тебя проводить или с нами будешь?»

- А ты? – улыбнулась Галина.

- Ой, там сложно так! Куча разного оружия, еще и сленг геймерский. Но к утру разобралась.

- Наш человек!

- Боря говорил, ты тоже гамаешь, - подмигнула Лера.

- Я больше по стратегиям. Хотя на шутеры тоже иногда пробивает, - весело пояснила Галина. Потом вспомнила про свою новую серьезную должность и быстро добавила: - Но очень-очень редко. Работы много.

- Да-да, - не поверила Лера и окинула ее внимательным взглядом: - Какая-то ты сегодня не такая. Тоже гуляла до утра?

- Нет, - вздохнула Галина. – Я просто так не выспалась. Без приятных поводов. Ночью душно было, мысли разные в голову лезли, еще внучка соседки с кавалером до утра под дверью хохотали. Разве тут уснешь?

- Ясно, - сочувственно вздохнула Лера.

А Галина почувствовала на губах горькую усмешку. Прозвучало это на редкость по-стариковски. Странное утро – все вокруг сонные, на кого ни посмотри.

Однако Аллигатор уверенно выбивался из всеобщего красноглазого и зевающего тренда. Он был бодр, свеж и невероятно хорош собой. Синяя шелковая рубашка оттеняла его голубые глаза, делая взгляд глубоким и даже загадочным.

Аллигатор поздоровался с Галиной и начал что-то уверенно рассказывать, но та не слышала ни слова. Она смотрела на Олега во все глаза, будто видела его впервые.

Да, красив. Обаятелен. Умеет быть галантным и остроумным. Но…

- … проплатить немедленно, - мозг все-таки ухватил самое важное из речи Аллигатора.

- Что проплатить?

- Понятно, - хмыкнул он. – Полчаса распинаюсь, подробно разъясняю стратегические вопросы деятельности предприятия, а наша принцесса Элина витает в облаках. Если коротко, вот…

Аллигатор протянул подписанный договор:

- Сегодня до десяти нужно проплатить пятьдесят миллионов.

Галина машинально взяла договор, перевернула его обратной стороной и сразу посмотрела реквизиты. Опять то самое ООО «Перспектива».

- Зачем нам столько товара? – удивилась она. – Где хранить будем? Мы еще прошлую партию не получили, а ты договор на новую поставку приносишь. Не нравится мне все это, если честно!

- Как зачем? Расширяться планирую. А вообще, наше дело маленькое.

Аллигатор жестом фокусника вытащил из ящика знакомую бумажку:

- Учредители в курсе. Председатель Правления взял ответственность на себя. Нам с тобой остается только подчиняться.

И вложил ей в руки протокол Наблюдательного совета.

Галина вздохнула и свернула документы трубочкой. Симпатии и влюбленности – дело, конечно, серьезное, но на работе что-то подозрительное творится. Нужно в этом разобраться. Немедленно.

Она уже подошла к выходу и даже открыла дверь, но Аллигатор догнал и положил руку на плечо:

- Надеюсь, не забыла про наш сегодняшний культпоход?

Галина встретилась глазами с Олегом и покачала головой:

- Прости, наверное, все-таки не смогу. Работы много, брат приезжает, и что-то неважно себя чувствую – голова болит.

- Голова – это серьезно, - озаботился Аллигатор. – Тебе нужно пройти полное обследование. Хочешь, запишу к проверенному доктору? Очень хороший специалист.

- Не нужно. Все у меня нормально со здоровьем. Просто устала и не выспалась.

- Тогда кинофестиваль – лучшее лекарство! – улыбнулся Олег. – Отдохнешь, развеешься. Не волнуйся – исключительно дружеская вечеринка, без излишеств. К тому же хочу обсудить одно деликатное дело. На работе не стоит об этом говорить.

Галина вздохнула. Пожалуй, он прав. Нужно переключиться с бесполезного пережевывания в уме вчерашнего вечера на что-то рациональное. Например, на впечатления и размышления после просмотра фильма. Собиралась же в реале поднимать параметр интеллекта?

- Хорошо, - улыбнулась она Аллигатору. – Я подтверждаю согласие.

- Тогда заеду за тобой в полвосьмого, - обрадовался он. – Только заранее сфотографируй свой наряд и сбрось на телефон. Я подстроюсь под тебя.

Галина кивнула, подняла голову и увидела прямо перед собой Василия. Он стоял в коридоре, держа под мышкой системный блок. На программисте были новые очки с темными стеклами, поэтому прочитать что-либо по глазам не представлялось возможным.

Галина вздрогнула и осторожно вывернулась из-под прикосновения Аллигатора к своему плечу. Потом сделала несколько шагов вперед, окончательно выходя из кабинета в коридор. Олег хмыкнул и закрыл за ней дверь.

- Привет… - выдохнул Василий. – Я переезжаю на второй этаж.

«Ясно, - пришел на ум логичный вывод. – Он тоже после вчерашнего хочет быть подальше от меня».

- Будем проводить мозговой штурм – вопросы накопились, а единого решения нет, - пояснил Василий и улыбнулся. - Зайдешь? Нам нужны свежие идеи.

- Привет, - Галина не удержалась от ответной улыбки. – Извини, очень занята. Срочно проплатить нужно.

Она помахала документами.

- Хорошо, позже сам загляну.

- Кофе вместе попьем! – согласилась Галина.

И на душе вдруг стало хорошо и радостно. Легко-легко.

Следом пришло осознание, что с этим точно нужно что-то делать. Срочно! Но рабочие вопросы в приоритете.

Галина вернулась в бухгалтерию. Сони на месте еще не было. Она бросила договор и протокол Наблюдательного совета на стол, взяла в руки телефон и решительно выбрала из списка контактов элегантного темно-русого парня с ехидной улыбкой – того самого однокурсника, который работал в налоговой.

- Привет, Миша! – отозвалась она на веселое приветствие. – Мне нужно с тобой серьезно поговорить. Точнее, посоветоваться. Когда сможешь?

И широко улыбнулась, выслушав ответ:

- Хорошо. Буду ждать тебя в двенадцать. В кафешке напротив нашего офиса варят вполне приличный кофе. Борщ у них тоже есть.

Не успела Галина договорить с Мишкой, как явилась Женька.

- Лина, ты завтракала? – загадочно улыбнулась она.

- Нет еще, - вздохнула Галина. – С утра как-то не хотелось. Только кофе пила с шоколадкой. Предлагаешь сходить в столовую перекусить?

- Да, перекусить, - Женька таинственно взмахнула ресницами. – Но не в столовке. Вот…

Она выложила на стол прозрачный пакет, полный жареных пирожков, по форме немного напоминающих чебуреки.

- Ух, ты! Красота какая! – восхитилась Галина.

- Это самосы, - гордо призналась Женька. – Индийские пирожки. Вчера в интернете рецепт попался - решила покулинарить. Вроде неплохо получилось, ставь чайник.

Галина бросила в кружки по пакетику заварки и залила кипятком.

- Вкусно! – оценила она, откусывая индийский пирожок. – С капустой?

- Да, - расцвела Женька. – Еще с курицей есть, внизу.

Тут распахнулась дверь и в кабинет ворвалась запыхавшаяся Соня. Она с разбега плюхнулась в кресло, схватила договор с ООО «Перспектива» и принялась обмахиваться им, будто веером.

- Наша Сонечка сломя голову бежала на работу! – съехидничала Женька. – И даже почти не опоздала. Откуда трудовое рвение – не иначе в лесу что-то сдохло?

- Я сама чуть не сдохла! - фыркнула Соня. – Не представляете, что со мной было! Еле ноги унесла.

- Сонька, ты что! Кто-то обидел? Не томи, рассказывай! – обеспокоились подруги.

- С утра отвезла ласточку в автосервис, - отдышавшись, начала рассказ Соня. – Не понравилось, как двигатель работает – что-то стучит в нем. Потом села на маршрутку и помчалась на работу. И представляете, проехала нашу остановку!

- Понятно, - улыбнулась Галина. – Сто лет на маршрутках не ездила, уже и не помнишь, как простые люди на работу добираются.

- Вылезла непонятно где – вокруг бетонные заборы, рядом мост железнодорожный.

- Это ты не одну, ты целых три остановки проехала, - поняла Галина. – В промзону попала.

- Может быть, - не стала спорить Соня. – Короче, стою на остановке, людей вокруг – никого. И подходит ко мне… С виду приличный мужчина в дорогом костюме, только смуглый очень, как эти… арабы или сирийцы. Но по-русски говорит без акцента.

- А что – арабы красивые! – томно вздохнула Женька. – У них глаза такие – будто южная ночь!

Галина вдруг словно наяву увидела перед собой лучистые карие глаза Василия и густо покраснела.

- Плевать, какие у него глаза! – буркнула Соня. – Он как рот открыл, у меня сердце в пятки ушло. Реально умалишенный! На полном серьезе заявил, что он великий маг и заклинатель змей! И меня найдет, где бы я не спряталась! А потом как схватит за грудь! Я вырвалась, да как припустила, до самого офиса бегом бежала. И представляете…

Она обвела подруг испуганными глазами:

- Вроде оторвалась от него, удрала. Только расслабилась – гляжу, а он на нашей остановке стоит. Может, и впрямь маг? Как он вперед меня телепортировался?

- Думаю, магии здесь никакой нет, - сочувственно погладила ее по плечу Галина. – Просто он на маршрутке подъехал. Но сама история – жуть! Не приведи Бог, если тебя сумасшедший преследовать начнет.

- Я тоже так подумала, - согласилась Сонька. – Вовчика – охранника сразу предупредила, что если мной будет интересоваться иностранец, то меня нет. Никогда и ни за что.

Наконец она немного пришла в себя и бросила заинтересованный взгляд на Женькины пирожки:

- А это что за вкусняшки?

- Индийские чебуреки, - пояснила Галина. – Обалденные. Женька-мастерица нажарила.

Соня выхватила из пакета индийский пирожок, откусила и благоговейно закрыла глаза:

- И впрямь – высший класс! Женька, пора тебя замуж выдавать!

Внезапно раздался звонок по корпоративной связи. Звонил пост охраны.

У Сони рот был набит пирожком, поэтому она включила громкую связь.

- Сонечка, - послышался смущенный голос Вовчика. – К тебе этот… нерусский приходил.

- Мамочки! - Соня поперхнулась, со страха проглотив слишком большой кусок. – Нашел все-таки!

- С виду он вроде такой ничё, - продолжил Вовчик. - Костюм приличный, сам загорелый весь. И по-нашему шпарит, как на родном. Я, было, подумал поставщик какой за документами, чуть не пропустил. Но вспомнил твой наказ и спросил строго: «Кто таков и откуда?» Тут он и спалился. Сказал что он из этой… из Индии, и со змеями что-то связано. И еще про чебуреки говорил.

- Точно, он! – задрожала Соня. – Загорелый…Индусы тоже смуглые! А главное – змеи! В Индии к змеям особое отношение! Это маг – змеиный заклинатель, никаких сомнений!

Она бросила взгляд на Женькины пирожки:

- Наверное, хотел меня на чебуреки индийские позвать. Ох, что же делать-то!

- Не боись, я его выставил! – гордо признался голос Вовчика. – Сказал, что тебя нет, и сегодня не будет. Он расстроился и ушел, визитку только оставил.

- Вовчик, а прочитай, что на визитке написано? – задумчиво уточнила Галина. – Что-то крутилось у нее в голове: чебурек, Индия, змеи. Словно разгадываешь шараду и чувствуешь, что не хватает какой-то мелочи, одной детальки, чтобы все встало на свои места.

- Не могу, - смутился Вовчик. – Не по-русски написано.

- Конечно, не по-русски, - горячим шепотом подтвердила Женька. - Соня сразу догадалась, что этот псих - иностранец!

- Но в углу логотип, - продолжил Вовчик. – Какой-то порванный круг, в нем треугольник, а внутри точка, будто зрачок у глаза.

- Круг, в нем треугольник и глаз? - Соня изо всех сил вцепилась в подлокотники кресла, аж костяшки на пальцах побелели. – Это же…это Всевидящее Око! Древний оккультный символ! Он впрямь маг!

- Так, Вовчик! – решительно вмешалась Женька. – Выбрось эту дрянь в мусорку, визитку в смысле, и руки помой. А еще лучше прочитай «Отче наш», знаешь?

- Знаю, - тихо согласился Вовчик.

- Оккультиста, если еще раз появится – сразу гони в шею, понятно?

- Понятно.

- Не бойся, Сонечка! – обняла ее Женька. – Мы тебя в обиду не дадим!

- Соня, а как он узнал твои имя и фамилию? – задумалась Галина.

- Как-как, он же маг! Мысли читает! А имя я случайно сказала.

- Он фамилию не называл, - подтвердил Вовчик. – Просто сказал – Соня из бухгалтерии.

- Он мог спросить у кого-нибудь в офисе, где работает Соня, - вслух размышляла Галина. – И потом искать конкретно бухгалтера Соню. Но что-то тут не так, нелогично.

- Странная ты, Лина! – фыркнула Женька. – Пытаешься понять логику ненормального! Нет ее у него и быть не может!

- Слушай, Вовчик, если этот индус еще раз придет… - Галина почесала лоб. – Соню ему, конечно, не выдавай. Но тихонько позвони мне, хочу взглянуть на этого змеиного чебурека из Индии.

- Добазарились! – бодро ответил Вовчик.

Глава 25. Рабочие моменты и дружеский совет

Галина допила чай и посмотрела на часы. Было без десяти десять.

«Ой, мне же проплатить нужно! – с ужасом вспомнила она. – Олег просил строго до десяти! Внутреннее расследование – само собой, но ослушаться приказа начальства, а тем более учредителей – недопустимо».

Она взяла договор и внимательно его просмотрела – вроде все стандартно. Однако на пункте «скидки» взгляд остановился сам собой. Странно, в прошлый раз было хотя бы пять процентов, а теперь и вовсе – два. Ладно, вопросы потом.

Галина быстренько набрала платежку, точнее – скопировала старую, изменив сумму. Одной рукой подписала электронный документ, а другой – нажала вызов по корпоративной связи.

«Хоть бы Вадик был на месте, - лихорадочно думала она. – А то некрасиво выйдет. С этим Сониным магом кучу времени потеряли».

На счастье Вадим – начальник отдела продаж – отозвался практически сразу.

- Вадик, подпиши платежку в банке, пожалуйста!

- Ок. Кофе допью и подпишу, - весело согласился Вадим.

- Нет, ты прямо сейчас подпиши, - просительно протянула Галина. – Мне до десяти успеть нужно – кровь из носу.

- Ну, раз так, то… - послышался шорох, потом клацанье мышки. – Все, подписал.

Галина проверила платежку и нажала «Отправить». Машинально бросила взгляд на часы – было без двух десять. Успела!

- Спасибо, Вадик, ты настоящий друг! Спас меня!

- Да? – рассмеялся Вадим. – Всегда рад, обращайся.

Потом вдруг замялся и добавил нерешительно:

- Лина, а можешь меня тоже спасти? Вопрос жизни и смерти.

- Говори свою жизнь и смерть, попробую! – улыбнулась Галина.

- Звонили из конторы «Восточный экспресс», представляешь - они все документы по нашей с ними работе потеряли! То есть вообще все, за три года: договора, ТТН-ки, счета-фактуры, акты.

- Жуть. Но мы же рабочее предприятие, можем сделать дубликаты.

- С самого утра этим и занимаюсь, - печально признался Вадим. – И хорошо, если к вечеру закончу. Столько работы – не пересказать. А у меня планерка, потом две встречи…

- Ничего, подождут! Нечего было терять. Разведут бардак в документах, а кто-то отдуваться должен.

- Они не могут ждать, у них проверка налоговая идет. И если завтра к девяти утра документов не будет к нам придет встречка.

- Ох, только проверки не хватало! – испугалась Галина. – И так не пойми что… Хочешь, чтобы я помогла восстанавливать документы?

- Нет, я сам. Там нюансы есть, я в курсе, а тебе вникать придется. Мне другая помощь нужна.

Вадик сделал глубокий вдох и продолжил заискивающим тоном:

- Утром теща будущая приезжает. А там такая мадам, если не встречу, она мне до самой смерти не простит - пакостить на каждом шагу будет. Я документы подготовлю, в папку подошью и на твоем столе оставлю. Завтра отвези им до девяти, ладно? А то кого не спрошу – все не могут. И курьера Олег Александрович с утра по своим делам припахал.

- Ладно! Чего ради дружбы не сделаешь! Так и быть, поработаю у тебя курьером.

- Спасибо, Лина! – с чувством произнес Вадим. – Я этого не забуду! За тебя – хоть в огонь, хоть в воду, хоть крокодилу в пасть!

На его последних словах Галина вспомнила Аллигатора и рассмеялась в голос.

Не прошло и минуты после разговора с Вадимом, как позвонил Олег.

«Надо же – легок на помине, - удивилась Галина. – Еще и сам набрал, не через Леру».

- Проплатила?

- Да. Без двух десять банк подтвердил перечисление.

- Умница, - довольно хмыкнул Аллигатор. - Слушай, принцесса, я же понимаю, что тебе красоту навести нужно: макияж, прическа, все дела. После двух можешь быть свободна.

Галина, услышав о сокращенном рабочем дне, расцвела от счастья:

«Прическа прической, а кое-кто вчера весь вечер занимался чем попало и ничего из еды не приготовил. Чуть не оставив молодой растущий организм впроголодь на одной колбасе. А если так… Отлично! Можно суп по-быстрому сварить, и курочку в духовке, и…»

- Спасибо! – искренне поблагодарила она.

Закончив разговор с Аллигатором, Галина с головой ушла в работу. Хорошо, когда начальство отпускает пораньше, но это значит, что нужно переделать текущие дела за более короткое время.

Без пяти двенадцать она сгребла документы на столе в более-менее ровную стопку, вышла из программы, подхватила сумочку и помчалась к выходу.

- Куда это ты? – ревниво посмотрела на нее Соня. – Опять с Олигархом обедать?

- Да, - весело согласилась Галина. – Обедать. Только не с Аллигатором, а с Мишкой - нужно обсудить кое-что по работе.

- Мишка – который универский друг – обаяшка? – мечтательно улыбнулась Соня. – Красавчик! Жаль, что женат.

Она помолчала минуту и добавила твердо:

- Но Слава все равно лучше.

- Если так… - обернулась у дверей Галина. – У тебя, кажется, есть гениальный план, как его вернуть?

- Есть, - вздохнула Соня. – Не знаю, гениальный или идиотский, но хоть какой-то. Долго рассказывать.

- Напомни, когда у нас планируется военный совет в Филях?

- Сегодня собирались посидеть всей компашкой. Но оно с утра не задалось: у меня машина, у тебя Мишка, а потом кинофестиваль, у Аньки малой приболел, Ксюша поехала с дочкой выбирать роддом… В общем, завтра или послезавтра, как получится.

- Держи меня в курсе! – улыбнулась Галина и бодро понеслась на встречу с Мишей.

Мишка был давно и счастливо женат, воспитывал очаровательных сорванцов-двойняшек – мальчика и девочку.

Но как истинный московский интеллигент в седьмом поколении, он был галантным кавалером и дамским угодником. С женщинами Мишка общался исключительно вежливо и даже любезно. Отчего даже разбитная рыночная торговка млела, смущенно хлопала ресницами и вместо привычного трехэтажного мата выговаривала нечто вполне приличное и даже учтивое.

Своих же университетских подруг Мишка выделял особо. Он запросто мог обратиться к ним «моя любовь», «счастье моей жизни» и тому подобными словами. При этом преспокойно ехидничал и по-дружески подшучивал над бывшими однокурсницами. Он говорил, что после «экваториальной» сессии все они боевые побратимы и кровные родственники. Жена Мишки над этим хохотала и сцен ревности мужу не устраивала.

Галина решила для быстроты подъехать на лифте, но, уже войдя в него, поняла, что просчиталось. Было время обеда – лифт останавливался на всех этажах, впускал и выпускал людей. А на третьем этаже один особо умный из отдела продаж держал двери лифта, пока его друг договорит по телефону с девушкой.

К проходной Галина подошла в двенадцать ноль семь.

Мишка уже стоял у поста охраны и улыбался своей коронной ехидной улыбкой.

- О! Прекрасная Галатея! – провозгласил он и заключил Галину в крепкие объятия. – Жар моего сердца!

Затем нагнулся к ее уху и укоризненно прошептал:

- Галка, что за дела – почему опаздываешь? Я же госслужащий, у меня строго: шаг влево, шаг вправо – расстрел.

- Извини, Миша, - смутилась Галина. – И давай не будем обниматься на людях, меня могут неправильно понять.

- А раньше ты этого не стеснялась… - загадочно констатировал Мишка. И картинно всплеснул руками: - Понял! Ты меня разлюбила! Коварная изменница, разбила мне сердце!

А шепотом добавил:

- И желудок. Мой несчастный желудок уже целых семь минут должен чувствовать в себе борщ. А вместо этого чувствует голод и несправедливость.

- Что ты, Миша, я тебя люблю! – улыбнулась Галина. – Мои чувства к тебе искренни и проверены временем. Больше не буду заставлять тебя страдать.

- О! Это просто бальзам на мою израненную душу! – громко обрадовался Мишка. – Пойдем же и предадимся порочной страсти…

И сдув завиток с ее уха, ехидным шепотом продолжил:

- …обжорства!

Галина со смехом выпуталась из Мишкиных объятий и внезапно прямо в двух шагах от себя заметила Василия.

Он вполголоса разговаривал с мужчиной лет сорока. Галина невольно отметила у Васиного собеседника костюм известного бренда и дорогие швейцарские часы. Вид незнакомец имел крайне недовольный.

Программист тоже выглядел озабоченным, на лбу залегли упрямые складки. В руках он держал большую папку с документами.

«Вася что, видел весь этот цирк с Мишкой? – растерянно подумала Галина. - И оттого расстроился?»

Василий еле заметно кивнул ей и улыбнулся.

Мишка же ухватил за руку и целеустремленно потащил к выходу.

В кафешке напротив офиса готовили неплохо, но Галина с подругами ее не любили.

Рядом находился крупный продовольственный склад, и это заведение облюбовали торговые представители. Они бесконечно разговаривали по телефону, что-то громко доказывали, даже ругались – в общем, никакой уютной атмосферы.

Но не тащить же Мишку в корпоративный общепит! То, о чем Галина собиралась с ним поговорить, не предназначалось для чужих ушей. Особенно ушей коллег по работе.

Вот и сейчас за столиком у окна сидело двое таких парней.

- Сколько «варшавской»? Триста? – громко кричал в трубку один из них. - Записал.

Он что-то ткнул в своем планшете.

- А на «белорусскую» акция. Каждая десятая коробка бесплатно. Сколько? Да, сейчас отмечу. Нет, возврат не берем. В смысле просроченная? Так вы ее сами три месяца держали! Еще и без холодильника небось! Защита прав потребителей? Налоговая? Да, пожалуйста! Хоть Господу Богу напрямую пишите!

Мишка загадочно улыбнулся и подошел к барной стойке, растерянно полистал меню. Там скучала внушительного вида тетка в ярко-розовой униформе.

- День добрый! – ласково поздоровался он. – Что столь очаровательная леди посоветовала бы на обед? Борщ красный с пампушками?

- Не стоит, - покраснев, тихонько призналась тетка. – Он позавчерашний, гретый-перегретый. Лучше возьмите солянку, она свежайшая. А на второе – котлеты с грибами или люля-кебаб.

- Благодарю, - с чувством выдохнул Мишка. – Тогда солянку, грибные котлеты, пюре…

Он обернулся к Галине:

- Галинка, будешь солянку?

- Нет, не хочу первое – жарко, - отказалась она. - Люля-кебаб и овощной салат. И…

Галина достала из сумочки банковскую карточку:

- Я угощаю.

- Ага, счас… - обиделся Мишка. – Что я, альфонс какой.

- Но ты же госслужащий!

- У меня приличный оклад, - гордо заявил он. – К тому же, часто бывают премии. Очень даже приличные, я умею хорошо работать.

Мишка подхватил карточку Галины и ловким щелчком закинул ее обратно ей в сумку:

- Считайте все вместе. Расплачусь наличными.

Галина с Мишкой устроились в самом углу кафешки, возле входа в служебные помещения. Здесь было жарковато, несмотря на включенный кондиционер, но более или менее тихо.

- И о чем звезда моя хотела со мной поговорить? – Мишка отставил в сторону пустую тарелку из-под солянки.

Его взгляд значительно подобрел.

- Все о том же, - вздохнула Галина. – Сегодня опять принесли на оплату договор с ООО «Перспектива» на пятьдесят миллионов. Хотя мы еще первую поставку от них не получили. Смотрела остатки по складу – нам, в общем-то, особо ничего и не надо, продажи упали в последнее время.

- Понятно, - хмыкнул Мишка. – Директор ваш, гляжу, совсем берега потерял. Может, стряслось у него что? Похороны, свадьба, кто-то заболел?

- Ты Алексея Павловича имеешь в виду?

- Само собой. Сегодня после твоего звонка глянул выписку из реестра, директор у вас тот самый, ничего не изменилось.

- Алексей Павлович в больнице. Гипертонический криз с осложнениями. И да, он чуть больше недели назад женился. Но он тут ни при чем. Это…

Галина замялась. Ей почему-то не хотелось говорить Мишке про Аллигатора. Тем более, тот ничего и не решает – только бегает договариваться, а вся ответственность на другом человеке.

- Это – Валентин Игоревич, председатель Правления. Он шлепает протоколы Наблюдательного совета, как горячие пирожки, заставляя меня отдавать деньги фирмы неизвестно кому. Сегодня, когда пятьдесят миллионов проплатила, посмотрела остаток на счете. Там совсем копейки какие-то. А у нас аванс скоро и налоги.

- Ах, вот оно что! – на лице Мишки появилась брезгливая ухмылка. – Не удивлен. Великовозрастный сыночек после смерти отца дорвался до кормушки. Наличка ему понадобилась.

- То есть, ООО «Перспектива» - фирма однодневка? – испугалась Галина. – Занимается обналичкой?

- Нет, предприятие приличное. Но оно дает десять процентов скидки. Всем. А если в договоре указано пять или два процента, значит, остальная сумма выплачивается как вознаграждение представителю, подписавшему договор. Вроде комиссионных.

- Хочешь сказать, что кто-то получил себе в карман пять лямов с первой поставки и три со второй?!

- Похоже на то, - улыбнулся Мишка. – Только непонятно, зачем этот ваш председатель торопится. Он же главный наследник, получит контрольный пакет. Отчего не подождать полгода, да не забрать всю фирму под себя целиком? Зачем вытаскивать сейчас какие-то копейки с риском утопить предприятие?

- Понимаешь, Миша… - Галина вдруг вспомнила «сырные переговоры» с Аллигатором. – Нет, это не моя тайна, не могу говорить.

- Тебя никто не просит раскрывать тайны. Но совет вроде был нужен тебе, а не мне? И, если ты забыла, я умею хранить секреты. Ведь так и не признался, что это Степка на третьем курсе кинул дрожжи в туалет возле деканата.

- Степка?! – растерлась Галина. Словно наяву перед ней возникла жутко воняющая пузырящаяся субстанция, лезущая по коридору прямо под дверь кабинета ненавистного декана. – Не ты? И столько лет молчал?! Тебя же чуть за это из универа не поперли!

- Да, молчал, - Мишка поправил лацкан пиджака. – Потому что внутренне был согласен со Степаном. То, что декан устроил на экваториальной сессии – это прямое издевательство и нарушение всех законов. А еще потому, что мой отец – профессор с мировым именем, а Степкин – токарь на заводе. Я Степке запретил признаваться под страхом смерти. Даже хуже – сказал, что если он хоть слово вякнет, я у него девушку отобью.

- Ох, Мишка-Мишка… - Галина, не выдержав, рассмеялась. Но потом посмотрела на университетского друга с уважением и даже восхищением: – Ты у нас, оказывается, герой. Хорошо… Дело в том, что тот учредитель, который умер, переписал завещание. Председатель ничего не получит, все достанется внукам.

Мишка ловко порезал ножом котлету, отправил кусочек в рот. Старательно прожевал, затем откинулся на спинку стула и молчал несколько минут, задумчиво глядя в потолок:

- Слушай, Галчонок, ко мне на днях дамочка подкатывала – владелица сети спа-салонов. Ей нужен хороший бухгалтер по зарплате. Да, это не твой уровень, и в деньгах немного потеряешь, зато у них полная демократия: в офисе сидеть необязательно, можно работать из дома по удаленке. А самое вкусное – для сотрудников полный карт-бланш на услуги: часть процедур вообще бесплатно, а остальные с приличной скидкой. Может, попробуешь? Выспишься наконец-то. Опять же – солярий, бассейн, массаж, обертывания разные, даже спортзал с личным фитнес-тренером. Что еще вам - барышням для счастья нужно?

- Все настолько плохо? – удрученно вздохнула Галина.

- К сожалению, ничего радостного сообщить не могу. Валентин Игоревич, конечно, скользкий тип и хапуга, но он хотя бы имеет представление, как вести бизнес. А внуки… внуки – полный неадекват.

- Что, совсем-совсем?!

Перед глазами тут же возник образ Аллигатора. Вроде он не выглядит невменяемым – и про корпоративную стратегию вещал, и про диверсификацию рисков.

- Хорошо, даю полный расклад, - Мишка отправил в рот дольку свежего помидора. – Думай сама. Внуков трое: два парня и девушка. Один совсем малолетний, его в расчет не берем. Итого - двое. Парень – классический мажор и балбес. Его кредо - дорогие машины, экстремальные развлечения, модные тусовки и псевдо творческие мероприятия. Да, языком чесать умеет, но на работе больше месяца нигде не задерживался – вылетал с треском. Несмотря на то, что отец и дед за него просили лично. Такого пусти поруководить – развалит все.

Галина машинально кивнула. Портрет Аллигатора во всей красе, ничего не пропустил.

- А девушка… там вообще туши свет. Говорят, правда, она талантливая художница, но я эти современные направления не догоняю. Зато она совершенно не от мира сего, живет где-то в другом измерении и ни с кем особо не общается. Естественно, бизнес для нее – нечто далекое и непонятное.

- Понятно, - Галина отставила тарелку с недоеденным люля-кебабом. Он был отличный, но кушать резко перехотелось: – Значит, мажор и инопланетянка. Весело, ничего не скажешь. Погоди, но есть же и вторая сторона? Та, у которой сорок девять процентов?

- Там тоже все кисло. Вторая сторона представлена престарелыми тетками, мужья поумирали, а эти ничего в делах не соображают. Тем более две из них давно живут в Испании и про наши реалии представления не имеют. А хуже всего – они между собой переругались и даже не разговаривают. Ваш Алексей Павлович прямой наследник тетки, что осталась в России. У него полная доверенность на управление долей от нее, но там вроде даже пятнадцати процентов нет.

- А у нас по Уставу для блокирования решений Правления нужно двадцать пять процентов. Ох, Мишка, что же делать-то?

- Подумать над моим предложением, - сочувственно произнес он, поднимаясь из-за стола. – Буду иметь тебя в виду, если еще кому толковый бухгалтер понадобится.

Глава 26. Цветы и юридические тонкости

Галина вышла из кафе в растрепанных чувствах.

Чмокнула Мишку в щеку, подтвердила согласие на встречу старым тесным кружком университетских друзей – как только, так и сразу – и отправилась через переход к родному офису.

«Похоже, родным ему осталось быть недолго, - печально думала она. – И скоро придется искать работу: мне, Соне, Женьке, Ане, Ксюше, Вадику… всем! Кошмар, как не вовремя! У Жени отец болеет, Соня за машину кредит не выплатила, Вадик со свадьбой в долгах, как в шелках, у Ксюши дочка на сносях…Мне проще всех – пару месяцев спокойно могу просидеть у родителей - изучить вакансии, составить грамотное резюме. Конечно, о машине и о новом компьютере для Толи придется забыть. Но что поделать, не жили хорошо, нечего и начинать ».

Резкий гудок автомобиля заставил вздрогнуть. Прямо перед ней с визгом затормозила «Лада Гранта». Водитель - мужчина лет сорока, обладатель пышных черных усов с еле заметной проседью, высунулся из окна и демонстративно покрутил пальцем у виска. Но этого, видать, показалось ему мало, дядька изобразил идиотское выражение лица и постучал себя кулаком по лбу.

Галина подняла голову и увидела светофор. На нем горел красный стоящий человечек.

«Полный абзац! – ошеломленно выдохнула она. – Я что – поперлась на красный свет?! Для полного счастья осталось под машину попасть».

Она посмотрела по сторонам и быстро добежала до противоположного тротуара. Краем глаза отметила, что «Бентли» Аллигатора был еще припаркован на стоянке.

«Странно, с его выдающимися способностями и до сих пор торчит на работе», - ехидно подумала она.

Машина Василия тоже была на месте, но это удивления не вызывало: работает человек, занят, даже позвонить некогда. А, может, намеренно не хочет усложнять.

Умом Галина признавала, что такое поведение Василия правильно, но на душе еще больше заскребли кошки.

В офисном холле она увидела их обоих сразу. Точнее, даже троих: того самого мужчину с дорогими часами, что разговаривал с Василием, самого Василия и Аллигатора.

Олег преданно улыбался знакомому Василия, что-то увлеченно рассказывал, прямо заливался соловьем. Обладатель швейцарских часов небрежно ухмылялся в ответ, но вид у него не был сердитым, как раньше.

Василий молча стоял рядом, держа в руках уже две папки с документами.

Наконец, мужчина с часами подал Аллигатору руку:

- Хорошо, я согласен с новыми условиями. Готовим допсоглашения к договорам.

И неожиданно широко улыбнулся:

- Тете Зине привет передам. Признаюсь, слышал… всякое, а вы, оказывается, – разумный деловой человек, искренне болеющий за судьбу компании.

- Что поделать, у меня была бурная молодость! – в тон ему ответил Аллигатор. – Но я знал, чего хочу, и уверенно шел к цели.

- Если не секрет, какое у вас образование?

- Питерский экономический, красный диплом. Заочно, правда.

- Думаю, сработаемся, - кивнул мужчина. – Допы пришлем по ЭДО.

*ЭДО – электронный документооборот*

Василий заметил Галину, улыбнулся, и даже открыл рот, собираясь что-то сказать, но обладатель швейцарских часов схватил его за рукав:

- Поехали, Вася, нужно, чтобы ты срочно описал, что у вас сделано, что нет, и на какой все стадии. А потом пусть юристы работают.

Василий послушно направился за ним к выходу. Но у дверей обернулся, поднял ладонь, быстро потыкал по ней пальцами и поднес к уху.

«Обещает позвонить», - поняла Галина.

И от осознания этого стало немножко теплее. Будто сквозь тяжелые тучи проглянуло солнышко и согрело ласковым лучом.

Она улыбнулась ему в ответ и кивнула.

«Ничего плохого в обычном звонке нет!» - успокоила себя Галина.

Аллигатор стоял у будки охраны и устало вытирал пот со лба.

- Принцесса Элина ходила на обед? – он окинул ее внимательным взглядом. – Везет же. А у меня был жаркий секс с элементами БДСМ.

- В смысле? – не поняла она.

- В смысле - отодрали, как ту сучку. Но от десяти лямов неустойки отмазался.

- Это ты о чем?!

- Вечером расскажу. В полвосьмого жди, как договаривались.

- Хорошо.

Галина пошла к лифту. Сказанное Аллигатором заставило ее невольно поморщиться. Слышать от него подобные обороты было непривычно.

Вот Юрка Головин – тот всегда разговаривал именно так.

«Стоп! – вспомнила Галина. – Они же братья! Еще и родились оба в каком-то Богом забытом селе. Аллигатор - демонстрационная версия Юрки? Так сказать – выставочный образец? А на самом деле они одинаковые?»

Но тут же ей стало стыдно:

«У человека были тяжелые переговоры, он спас предприятие от десяти миллионов неустойки. Интересно, правда, откуда она взялась? И причем там Василий?»

Галина уже подошла к двери родного кабинета, как в голову пришла новая мысль:

«У Олега, оказывается, высшее экономическое образование, как и у меня. И даже красный диплом. Впрочем, как ехидно заявляет Мишка, красный диплом ненамного дороже обычного. Тем более - заочно. И тогда понятно, почему Питер, а не Москва. В Питере взятки меньше».

Соня сидела за компьютером и что-то увлеченно изучала. Галина бросила взгляд на экран – это был сайт поиска работы.

«Она что – уже знает?»

Впрочем, при более внимательном рассмотрении оказалось, что сайт предлагал не работу, а разовые подработки. На странице, открытой у Сони, искали помощницу по дому.

- Сонька, - загадочно улыбнулась Галина. – А ты у нас, оказывается, белоручка – домработницу ищешь.

- Угу, белоручка! – обиделась подруга. – Особенно если учесть, что я недавно лазила у тебя под столом на карачках, воду тряпкой собирала. И стол вытирала, и клавиатуру твою сушила. Хорошо, у Женьки фен в шкафу оказался.

- Ты, вытирала воду? На моем столе? – изумилась Галина. – Откуда она там взялась?

- И под столом тоже! – поджав губы, напомнила Соня. – Откуда… Оттуда! Олигарх твой стакан перевернул!

- Какой еще стакан? Погоди, Аллигатор был здесь? Что ему было нужно на моем столе?!

- Был, - завистливо фыркнула Соня. – Он сюда бегает каждый день, жить без тебя не может.

Потом помолчала и добавила уже нормальным тоном:

- Договор ему срочно понадобился.

- А, понятно. С ООО «Перспектива»?

- Нет, с программистами. Я сказала, что мы такие договора у себя не храним, отослала красавчика в юротдел. А он нечаянно твой стол толкнул, вода из стакана и разлилась.

Галина подошла к столу – на нем все было, как обычно.

Она открыла текстовый редактор и быстро прошлась пальцами по клавиатуре. Молодец, Соня – вовремя провела спасательную операцию: все символы с клавиатуры печатались, клавиши не западали.

- Спасибо, подруга! Спасла мою клаву, все работает. С меня – коробка вкусняшек! Интересно, откуда взялся на моем столе стакан с водой?

- Как откуда – а цветы твои? – в голосе Сони опять слышалась зависть. – Уже и забыла про них?

- Ромашки? Так они завяли, их уборщица выкинула.

- Ты что-то путаешь. Вон они, я на окно переставила.

Галина подошла к окну – в пластиковом стаканчике снова красовался букет полевых ромашек. Свежий. Не завявший и не обсыпающийся. Галина тронула пальцем белоснежные лепестки и повернулась к Соне:

- Скажи, а кто сюда заходил, пока меня не было? Только Олег?

- Да. А хотя… программист еще забегал – Василий, женатый который, тебя спрашивал. Я сказала, что ты занята – важная встреча с налоговиком, а потом поездка на кинофестиваль. А он пожаловался, что сегодня за двоих отдувается: Виталий отпросился, у его родителей жемчужная свадьба.

- Понятно, - выдохнула Галина.

«То есть, на самом деле опять непонятно, от кого ромашки, - весело подумала она. – Аллигатор так неумело поставил, что воду разлил? Или… Неужели Василий волшебным образом угадал мои любимые цветы? Ясно одно – Виталий тут ни при чем. Минус один подозреваемый».

Часы показывали начало второго.

Галина бросила взгляд на стопку документов – Аллигатор отпустил после двух, поэтому нырять в первичку смысла нет. Зато можно успеть…Она решительно вытащила из ящика ключ от кабинета Чингисхана:

- Соня, я пойду поработаю с учредительными документами. Надо проверить – всем ли я дивиденды по последнему протоколу начислила.

- Это правильно, - согласилась Соня. – Драконов лучше не злить.

Учредительные документы всех предприятий, входящих в компанию, хранились в сейфе в кабинете директора.

Где-то на сервере было хранилище электронных версий, но Галина еще не получила к нему доступ. Однако Чингисхан, как человек старой школы, всегда делала ксерокопии уставов и протоколов собраний и держала их у себя в сейфе.

Кабинет главбуха встретил тишиной и идеальным порядком. Галина включила компьютер, покрутилась на кресле. Удивительно, но она так и не решилась перенести сюда свои вещи. Да хотя бы просто – прийти с самого утра, поработать в тишине…

«Наверное, уже и не стоит, - вздохнула она. – Все равно ненадолго, скоро все разлетится на мелкие кусочки».

Внимание привлекла фотография на столе Чингисхана – родной коллектив на новогоднем корпоративе. Все нарядные, улыбающиеся - Палыч с бородой деда Мороза, Чингисхан в короне Снегурочки, у Галины в волосах блестки-снежинки, Генка в смешном гномьем колпаке.

При взгляде на Генку что-то мелькнуло в голове, какая-то важная мысль, но тут же исчезла.

«Сейчас не до Генки, - отмахнулась Галина. – Нужно подумать, как спасти фирму. Нельзя сдаваться, нужно бороться до конца!»

С этой победной идеей она подъехала к сейфу и вытащила папку с копиями учредительных документов. Первым делом Галина достала устав головного предприятия – остальные уставы делались по шаблону и были аналогичными – открыла раздел, где говорилось об управлении, и внимательно вчиталась в текст.

«Итак, председатель Правления, он же – Глава Наблюдательного совета, - сосредоточенно шептала она. – Может не быть участником общества – это понятно, Валентин Игоревич – не участник, не был им и не будет. Избирается двумя третями голосов участников. Две трети – это шестьдесят шесть и семь десятых процента. Интересно, кто за него голосовал при избрании?»

Галина начала торопливо листать вложенную в сегрегатор тоненькую пластиковую папочку с протоколами:

«Присутствовали… голосовали… Старичок-основатель – пятьдесят один процент, Палыч по доверенности – шестнадцать процентов. Итого – шестьдесят семь. Как раз хватило, чтобы назначить председателя, можно сказать впритычок. Мишка ошибся – у Палыча не пятнадцать, у него шестнадцать процентов, впрочем, чтобы блокировать решения Правления и этого не достаточно. И что - больше никто на собрание не пришел? А на другие?»

В папке были протоколы собраний за три года – Галина просмотрела их все: на собраниях всегда присутствовали только двое: дед-основатель и Палыч.

«Похоже, испанским теткам наплевать, что творится на предприятии, - ехидно отметила Галина. - И сами в собраниях не участвуют и доверенности никому не дают. Но это означает…»

Она потерла лоб:

«То, что Председателя нельзя переизбрать до открытия наследства – понятно. Но если у нас в наследниках малолетний внук и инопланетянка – им точно не до занудных юридических процедур. Значит, на собрание они не придут, а если и придут – против отца… или дяди… у старика было трое детей, внуки могут быть и не родными между собой, а двоюродными - против своего родственника голосовать не будут. Разве что – Аллигатор, но его доли не хватит, даже вместе с долей Палыча. То есть – Валентин Игоревич у нас практически непотопляемый авианосец! Чего же он так торопится вытащить деньги из фирмы, если и после вступления внуков в наследство его убрать с поста почти нереально?»

Галина вновь взяла устав и открыла страницу, где говорилось о назначении директора.

«Очень интересно! – выдохнула она. – Та же самая история! Тоже две трети голосов! Значит, Палыча можно уволить с поста директора, только если он сам проголосует за свое увольнение! Даже совместных голосов трех внуков не хватит».

Папа Галины в молодости увлекался шахматами и даже получил первый разряд. У дочери с шахматами не сложилось, но основные понятия она помнила:

«Кажется, это называется патовая ситуация, ни одна из сторон не имеет преимущества! Палыч не может переизбрать Председателя, а Валентин Игоревич не может уволить Палыча. Палыч не имеет права не исполнять решения Правления… Но он может их по-тихому саботировать, например. И никто с ним ничего не сделает! Получается, председатель торопится не потому, что наследник не он, а потому что директор-соучредитель в больнице».

Рука сама потянулась к телефону.

Галина никогда не ассоциировала себя с героиней фантастического романа, готовой в одиночку спасать мир.

«В таком деле лучше посоветоваться со старшими и опытными», - подумала она.

Нет, звонить Палычу Галина не решилась, палец сам выбрал из списка контактов Чингисхана.

- Да, Галочка! – весело отозвалась та. – Что-то срочное?

- Здравствуйте, - ответила Галина. Сразу начинать с проблем было бы не вежливо: - Как вы себя чувствуете? Как здоровье Алексея Павловича?

- Чувствую себя прекрасно! - бодро заявила Чингисхан. В трубке фоном слышался заливистый женский смех. – Правда, меня на сохранение положили в больницу – было небольшое кровотечение, но уже все прошло. Ребенок в порядке.

- Больница – это хорошо, - участливо согласилась Галина. – То есть, конечно, неприятно и утомительно, но рисковать нельзя. Главное, что с малышом все хорошо, больничную скуку можно потерпеть.

- Ох, Галинка, какая скука! – звонко рассмеялась главбушка. – У меня такие классные соседки по беременной палате, мы с утра до ночи хохочем, а еще у нас сногсшибательные приключения! Я словно в студенческую юность вернулась!

Она отсмеялась и добавила серьезно:

- Леша тоже бодрячком, но лечащему врачу его кардиограмма не понравилась. Завтра будут делать УЗИ сердца и еще какие-то процедуры. Выписка пока откладывается. А ты что хотела-то Галочка?

- Да ничего такого, - беспечно отозвалась Галина. - Просто узнать, как вы, как здоровье. У нас все хорошо, справляемся.

- Умничка! Я в тебе никогда не сомневалась.

Галина нажала отбой, положила телефон на стол, аккуратно собрала в папку документы и заперла в сейф:

«Кровотечение при беременности – очень опасно. Тем более, на маленьких сроках. Сердце – тем более, с сердцем вообще шутить нельзя. Придется пока выпутываться самой. Аллигатор вечером обещал серьезный разговор – послушаю, что скажет, и буду принимать решения».

Глава 27. Сборы

Платье для похода на кинофестиваль у Галины было.

Конечно, не вычурный наряд в пол с открытой спиной, но вполне себе милый коктейльный вариант из сиреневого шелка с юбкой до колен. Платье относилось к прошлогодней коллекции одного из любимых брендов и досталось на распродаже за сущие копейки.

Галина вытянула платье из шкафа, примерила, потом разложила на диване, щелкнула на телефон и отправила фото Аллигатору. Тот в ответ прислал смайлик в виде поднятого вверх большого пальца.

Галина не сдержала довольной улыбки, но бросила испуганный взгляд на часы и помчалась на кухню.

«Толя приедет где-то в семь, - по-деловому размышляла она. – Курицу замариновать, поставить вариться овощи на оливье, суп… Гороховый, конечно – любимое у младшего первое блюдо. Хорошо, что вчера копченую грудинку купила – с ней вкуснее».

Когда без пятнадцати семь раздался звонок домофона, Галина уже заканчивала накрывать на стол.

- Наконец-то! – радостно отозвалась она на голос Толи.

И не закрывая двери в квартиру, стала ждать брата. Тот явно проигнорировал лифт и легко поднимался на четвертый этаж по лестнице, прыгая через ступеньки.

Пара минут – и улыбающаяся мордашка возникла прямо перед Галиной.

- Здоров, Галактика! Сервелат купила?

- П-привет… К-купила.

Галина похлопала глазами и вновь взглянула на Толю. Но его вид не изменился. Затылок младшенького, а также пространство над ушами были гладко выбриты. Зато имелась длинная густая челка, нависающая прямо на глаза, при этом одна половина челки была выкрашена в синий цвет, а вторая – в красный.

«Белого не хватает, - растерянно отметила Галина. – Был бы роскошный триколор».

Одет Толя был в длинные черные шорты и черную бесформенную футболку, на которой красовались жуткие челюсти с огромными клыками. Руки братца от запястий до плечей, а так же его шею украшали многочисленные татуировки.

- Толя, что это?! – наконец-то пришла в себя Галина.

Брат скосил глаза на футболку:

- Улыбка вампира! Она еще в темноте светится! Нравится? Могу дать поносить, шмот - унисекс. Ты не жирная, влезешь.

- А это, на руках?

- Боди-арт. Аркашку с третьего этажа помнишь? Он теперь боди-арт художник. А я у него вместо модели - решил помочь, по-соседски чисто. Покормишь, или так и будем на лестнице стоять?

- Да, заходи, конечно, - виновато посторонилась Галина. – У меня все готово.

Братец бросил на пол в коридоре рюкзак, прошлепал босыми ногами в ванную мыть руки и, наконец, плюхнулся за стол.

- О, моя колбаска! – он радостно сгреб с тарелки половину нарезки и отправил в рот.

Галина налила брату суп.

- Толя, ты что, - она указала глазами на футболку. - С этими зубами на всероссийский этап конкурса пойдешь?

- Нет, конечно, - рассмеялся младшенький. – У меня в рюкзаке переодевашка есть – вполне приличная белая футболка. Надпись на ней, правда, неприличная. Но она на китайском – никто не догадается.

«Неисправим! - вздохнула Галина и положила на свою тарелку куриное крылышко и ложку салата. - За день толком и не поела, а на кинофестивале шампанское пить придется, не хватало, чтобы в голову ударило. Хватит вчерашнего дня – выше крыши».

Она вспомнила, что Вася обещал позвонить, но так и не набрал. И эта мысль вызвала укол грусти.

- А чего про мою прическу молчишь? – нагребая на тарелку гору оливье, усмехнулся братец. – Правда, круто?

- Круто. А родители что сказали?

- Мама валерьянку пила, а папа ее утешил: «Лучше пусть в шестнадцать перебесится, чем на старости лет отжигать будет». Мама посмотрела на папу, вздохнула и сочла аргумент убедительным.

Папа у них был неисправимым весельчаком и юмористом, и мама ему периодически высказывала, что в солидном возрасте нужно вести себя солидно. Галина в красках представила переданный братом разговор и рассмеялась.

Веселье прервал телефонный звонок.

«Василий!» – накрыла восторженная мысль, и сердце заколотилось, как угорелое.

Но на экране улыбался роскошный блондин с трехдневной щетиной.

- Да, Олег! – Галина постаралась скрыть разочарование в голосе.

- Скоро буду, - коротко бросил Аллигатор. – Через десять минут выходи. Во двор заезжать не стану – прошлый раз еле развернулся. Подхвачу возле остановки.

- Поняла, через десять минут на остановке, - подтвердила Галина и нажала отбой.

Затем подскочила с места и заметалась по комнате:

- Кошмар! Совсем заболталась! Ни прически, ни макияжа. Хорошо хоть платье поглажено.

- Куда-то идешь? – ревниво посмотрел на нее брат. – И с кем?

- На кинофестиваль. С заместителем директора. Нужно обсудить рабочие вопросы, которые не для чужих ушей.

- Секретные переговоры? А этот замдиректора, он адекватный? Ты его хорошо знаешь?

- Нет, наоборот, - Галина достала косметичку и пыталась по-быстрому освежить лицо. – Почти ничего о нем не знаю. Он внук недавно умершего основателя компании и через полгода станет одним из собственников. И это практически вся информация.

- А в инете смотрела? – снисходительно глянул на нее Толя. – В инете есть все. Тем более, про богатых наследников.

- Ой, какой он богач! – отмахнулась Галина, обводя губы контуром. – Для нашего городка был бы и впрямь величина, а для Москвы… Знаешь сколько здесь миллиардеров на квадратный метр? Как таджиков в коммуналке. Их семья не такая и известная: самолетов-пароходов нет, футбольных клубов тоже. Почти средний класс. Поэтому интернет про него молчит.

- Ты просто не умеешь искать.

- Да что вы говорите! – язвительно отозвалась Галина. – Ну-ка отвернись, платье надену. Конечно, куда мне тупой и необразованной в ваши интернеты лазить! Все, можешь поворачиваться!

Она подошла к зеркалу, быстро собрала волосы в пучок и закрепила изящной заколкой-прищепкой. И почувствовала стыд за собственное поведение:

«Толя по-хорошему помочь хочет. А я придираюсь».

- Его нет в соцсетях, - примирительно пояснила Галина, укладывая челку гелем. – И в светской хронике не нашла о нем упоминаний.

- Скажи имя и фамилию, - в голосе брата слышался вызов. – И скинь фотку. Обещаю, что к твоему приходу расскажу про этого чела много интересного. Но с тебя за это – шоколадный торт с орехами. Из той кондитерской, где мы были на каникулах.

- Хорошо, попробуй, - Галина старательно не показывала скепсис. Ничего он не найдет, конечно, но это же Толя: если взбредет что в голову – не отвяжется. Лучше пусть сам обломается, меньше нос задирать будет: - Его зовут Олег Светлов. Лови фотографию…

Она отправила брату портрет Аллигатора и брызнула на запястье капельку духов. Затем схватила сумочку и обернулась:

- Ладно, по-честному. Не знаю, поможет это или нет, но Юрка Головин - троюродный брат Олега. Юрка у меня в друзьях в соцсети. Поразите вашей дедукцией, мистер Холмс!

На лестничной площадке Галина столкнулась с дядей Колей, заносящим в квартиру соседки два огромных мешка с картошкой. При этом со стороны казалось, что в руках у него два накачанных гелием воздушных шарика.

- Ой, спасибо, Коленька! – чуть не прослезилась Ольга Михайловна. – Хороший ты человек, душевный и старикам помогаешь. Дай Бог тебе здоровья и счастья побольше!

Она замялась, но все-таки не удержалась от вопроса:

- Скажи, Коля, с женой помирился-то?

- Заезжал, - коротко бросил тот. – У Танюхи очередь битых-поломанных – на весь коридор. Разговаривать некогда было, но на свидание пригласил.

- Ох-ох-ох… - бабуля покачала головой. – Солидные люди, сын взрослый, а они как малолетки какие-то.

- А, может, нам по-другому скучно жить… Ты, соседушка, дверь не закрывай, я сейчас еще капусту с морковкой закину и огурцов три ящика.

Галина кивнула в знак приветствия и прыгнула в лифт.

«А мне на скучную жизнь жаловаться не приходится! – подумала она. – Новости сыплются со всех сторон, как горох из дырявого мешка!»

Потом опять вспомнила, что Вася не позвонил. И та самая грусть навалилась сильнее прежнего.

«Зря надеялась, - честно признала Галина. – Тут все запущено. Еще и как. Но бороться с запретными любовями буду позже. Сейчас все силы требуются для спасения родного предприятия! А войну на два фронта я не потяну».

Глава 28. Кино, вино и…

Галина с Олегом приехали к самому началу фильма.

- А как же торжественная часть? – удивилась она.

- Прогуляли! – Аллигатор легонько обнял за плечи. – Не люблю пафосное словоблудие. А нужных людей увидим на фуршете.

Олег был одет в черную стрейчевую рубашку, выгодно подчеркивающую великолепный рельеф тела, и темно-серые брюки. От него пахло изысканным парфюмом: соленый морской бриз с нотками пряной тропической зелени. Этакий капитан пиратского корабля: дерзкий, брутальный, уверенный в себе и невероятно привлекательный. Но почему-то его прикосновение восторга не вызвало. Не то, чтобы оно было неприятным, скорее, показалось излишним.

Галина отключила звук на телефоне. И, не удержавшись, бросила взгляд на список входящих звонков. Вызова от Васи среди них не было.

Олег вручил флаер с анонсом фильма – обещали трогательную историю о первой любви. Галина не считала себя ярой поклонницей любовных романов, предпочитая детективы и произведения с динамичным сюжетом. Но сейчас реклама попала в точку: хотелось чего-то нежного и трепетного, доброго и наивного. Ожидаемо вспомнился Денис, но его образ промелькнул перед глазами и вновь исчез в глубине сознания, заслоняемый другим. Тем, что так и не позвонил.

Галина тихонько вздохнула и углубилась в просмотр кино. На экране разворачивалась история двух подростков из провинциального городка – парня и девушки. Реалистично показывалась жестокая травля классом, беспорядочные половые связи, безудержное веселье под алкоголем и кайфом. Декорациями к фильму служили разбитые дороги, ободранные квартиры, вечно пьяные родители и тупые учителя. В финале главный герой умер от передозировки, а главная героиня спрыгнула с крыши, вступив в клуб самоубийц.

«Гадость какая! - поморщилась Галина. – Мерзость и разврат и, главное, - ни одного положительного персонажа. Хочется вымыть руки, отплеваться и прополоскать рот, будто нечаянно съела ложку прокисшего супа».

В зале зажегся свет, зрители поднялись, начали хлопать и выражать бурный восторг. Галина осталась сидеть, как сидела – аплодировать подобному «шедевру» казалось ниже собственного достоинства. Аллигатор лениво хлопнул пару раз, не выделяясь из общего тренда.

- Впереди самая вкусная часть программы! - заговорщицки шепнул он. – Фуршет. Пойдем скорее, а то шампанское без нас выпьют!

И он потащил Галину к накрытым столам. По дороге Олег без конца с кем-то здоровался, жал руки, улыбался, говорил комплименты. Наконец они пришли в зал для фуршета. Аллигатор поставил перед Галиной чистую тарелку и подал бокал шампанского:

- Извини, исчезну на пару минут. Нужно срочно кое с кем переговорить. Отдыхай, не стесняйся – ешь, пей, веселись.

И направился к полноватой дамочке лет сорока пяти. На женщине было дорогое вечернее платье и целая россыпь бриллиантов. При виде Аллигатора она восторженно всплеснула руками и полезла обниматься. Тот галантно подхватил ее под локоток и повел к выходу из зала.

«Отдыхать, так отдыхать», - уныло согласилась Галина.

Она сделала глоток шампанского, положила на тарелку сырное канапе. Потом, не выдержав, открыла сумочку и посмотрела на телефон. Новых входящих звонков так и не было. Часы показывали без четверти десять.

«Если Вася до этого не набрал, то теперь уже точно не позвонит, - вздохнула Галина. – Он давно дома, в семейном кругу, укладывает детей спать. Все правильно и разумно, но отчего на душе так паршиво-то?»

- И почему столь прелестная молодая особа скучает? – внезапно услышала она над самым ухом. – Неужели вы здесь одна, без спутника?

Обернувшись, Галина увидела элегантного мужчину лет сорока пяти. У него были темные волосы с благородной проседью, интересная рубашка в мелкую полосу и массивный перстень-печатка. На лбу незнакомца, недалеко от левого виска, красовался лейкопластырь, из-под которого проглядывало сине-лиловое пятно.

- Я не скучаю, - вежливо улыбнулась Галина. – Пью шампанское, пробую различные сорта сыра. Мой спутник отпросился на пару минут, у него срочный деловой разговор.

- Он, наверное, у вас молодой, глупый и самоуверенный, - рассмеялся незнакомец. – Я бы не рискнул оставлять такую красавицу без присмотра даже на минуту. Могут ведь и увести.

Он поклонился:

- Разрешите представиться – Вал, милостью Божьей – известный кинокритик.

- Галина. Работаю бухгалтером. Главным.

- Понятно, - хитро посмотрел на нее Вал. – Позвольте, угадаю: а ваш спутник – директором. Там же, где и вы.

- Почти угадали.

- Тогда скажите, прекрасная Галина, что думаете о премьере? Как вам новое прочтение бессмертной истории любви Ромео и Джульетты?

Галина сделала глоток шампанского и задумалась. Нет, не над мнением по поводу фильма, оно было однозначным. Над тем, стоит ли высказывать это мнение вслух. Не было никакого желания вступать в дискуссию с абсолютно посторонним человеком, можно ведь просто отшутиться. Или нельзя?

- Любви? – все-таки не выдержала она. – Любви я как-то и не увидела. Совсем. Если секс в общественном туалете, перед этим заглотив горсть таблеток, - это любовь, то я чего-то не понимаю в этой жизни.

- Конечно, не понимаете! – весело поддержал Вал. – Вы слишком юная и восторженная. У вас нет детей подросткового возраста, иначе бы знали, что современная российская молодежь вся такая. Их интересуют только удовольствия, а на остальное наплевать.

- Не соглашусь! - упрямо ответила Галина. Она вспомнила Толю, Юльку, Леру, дяди Колиного Саньку: – Они все разные. И если у нас такие тупые подростки и молодежь, то кто каждый год занимает призовые места на международных олимпиадах по математике и физике? Кто выигрывает музыкальные конкурсы?

- Лина, ты выражаешь непопулярную точку зрения! – весело произнес знакомый голос прямо над ухом. – Во всяком случае, ту, за которую не платят!

Аллигатор обнял за плечи и кивком поприветствовал ее собеседника:

- Здорово, Валик! Чего разглагольствуешь? Лина – не журналист светской хроники.

- О, Олежка! – усмехнулся тот. – У тебя новая дама сердца? А я слышал…

- Лина – мой главбух, - перебил Аллигатор. - У нас корпоративный культпоход и приобщение сотрудников к высокому искусству.

- Какому еще искусству… - не могла успокоиться Галина. - В этом фильме все вранье! Оставим в покое несчастных детей, но там и взрослые сплошь алкоголики и идиоты! Я не против, чтобы искусство показывало темные стороны действительности. Наоборот. Но видеть только плохое и не видеть хорошего – нечестно. В жизни есть и то, и другое. Вокруг множество достойных людей – учителя, спасатели, врачи!

- Про врачей не надо… - скривился Вал. – Ненавижу этих коновалов. Для них живого человека убить – раз плюнуть. Олежка, а ты что про кино скажешь? Неужели тоже записался в идеалисты?

- Мы – коммерсанты народ скучный и рациональный, - хохотнул Аллигатор, подавая Галине тарталетку с сырным соусом: - На высокие материи смотрим исключительно с позиции купи-продай. Но в рекламу этой картины лично я вкладываться не буду.

- Это еще почему? – насупился Вал.

- Народу не понравилось! – Аллигатор с невинным видом кивнул на Галину. – Значит, провалится в прокате. Лучше скажи, Валик, а что у тебя на лбу? Твоя рецензия вызвала широкий общественны резонанс?

- Отморозки напали! – фыркнул тот. – Чего еще ждать от этой страны? Прямо в подъезде.

- Ладно, - примирительно произнес Олег. – Предлагаю выпить шампанского.

- За знакомство? – улыбнулся Вал Галине. – Непременно. Приятно встретить настолько обворожительного оппонента! Готов продолжить нашу дискуссию в более подходящем месте. Олежка, раз у вас с Галиной сугубо деловые отношения, я попрошу у нее номер телефона?

- Лина, не ведись, он женат! – громким шепотом предостерег Аллигатор.

- Уже нет, - парировал Вал. – Галина, так вы…

- Лучше выпьем! – Аллигатор поднял бокал. – За успешные переговоры и полученное предварительное согласие в важном для меня деле.

И сделав глоток шампанского, коснулся руки Галины:

- Извини, Вал, вынуждены откланяться. Время позднее, а нам нужно обсудить производственные вопросы с учетом новых договоренностей.

Кивнув Валу, исключительно, чтобы соблюсти нормы приличия, Галина взяла Аллигатора под руку.

Кинокритик залпом выпил вино и посмотрел ей в глаза:

- Еще увидимся, малышка. Так и знай.

Но Аллигатор уже повел Галину к выходу.

Июльский вечер радовал тишиной и ароматом цветущей акации: молочно-белые гроздья были похожи на взбитые сливки, которыми неизвестный кондитер щедро полил аллейку. По небу бродили рассеянные облачка.

«Чудесное время для романтических прогулок! – вздохнула про себя Галина, забираясь в машину. – Но слегка душновато».

В автомобиле было мягко и удобно. Работал кондиционер. Галина с наслаждением откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза.

«Нет, гулять не хочу, - подумала она. – Скорее бы домой, в кровать и как следует выспаться!»

И тут же испугалась собственных мыслей:

«Это что – все? Старость?!»

Аллигатор молча сел за руль и выехал с парковки.

Говорят, что можно бесконечно смотреть на три вещи - горящий огонь, бегущую воду и на то, как работает другой человек. Пожалуй, к этому списку следует добавить четвертый пункт – можно бесконечно смотреть на дорогу. Точнее, на стелющееся под колеса шоссейное полотно. Особенно, если едешь по хорошей дороге на хорошей машине и, тем более, с хорошей скоростью.

Галина рассеянно глядела на трассу и молчала. Мысли прыгали туда-сюда, не останавливаясь на чем-то одном. Но Вася присутствовал в них постоянно, не желая забываться и уходить в тень. Аллигатор уверенно вырулил на МКАД, но это не удивило: до района Галины по кольцевой и впрямь было быстрее.

- Лина, может, начнем разговор сейчас? – вывел из задумчивости голос Олега. – Или предпочитаешь более удобное место?

- Нет, я согласна. Давай поговорим.

- Хорошо. Вижу, у тебя ко мне есть вопросы. Задавай.

- Что за неустойка на десять миллионов, от которой ты сегодня отбился? – Галина вспомнила недовольного Василия с папкой документов. – От кого она?

- От фирмы, которая занимается у нас автоматизацией учета. Председатель утром велел отправить письмо, что мы разрываем с ними контракт.

- Это еще почему?! – возмутилась Галина. – Ребята отлично настроили онлайн-продажи! И управленческая отчетность нужна, как воздух! Без нее невозможно принимать объективные решения: ни Палычу, ни мне, ни Вадику, ни…

- Валентин Игоревич посчитал, что сумма контракта слишком высока – у нас нет средств на подобные излишества.

- Конечно! – язвительно усмехнулась Галина. – Если рассылать каждый день по сто миллионов неизвестно куда, то никаких денег не хватит! Так, погоди, а десять миллионов это…

- Штраф за односторонний отказ от контракта, - устало признался Аллигатор. – И это в лучшем случае. Их директор, а заодно и владелец, получил письмо и тут же прискакал в офис. Лично. Ох, как он жаждал крови! Обещал кроме неустойки испорченную репутацию.

- А ты?

- Дрался аки лев, - хмыкнул Аллигатор. – В конце концов, помог откровенный разговор по понятиям. Припомнил знакомство с его родственницей и то, что в курсе похожей истории в их семье. Родной дядя этого товарища в свое время тоже допился до чертиков, впал в полный неадекват и чуть не потерял бизнес. После этого партнер смягчился и согласился взять паузу на полгода, пока нормальные люди не вступят в наследство. Мне, конечно, пришлось уступить в свою очередь: цены будут выше, плюсом пойдут дополнительные работы, но в целом переговорами доволен.

- Тоже допился до чертиков… - выхватила Галина цитату из монолога Аллигатора. – Ты про Валентина Игоревича? Олег, скажи честно…

Она развернулась и требовательно посмотрела в глаза:

- Председатель – твой отец?

- Нет, конечно! – мягко улыбнулся Аллигатор. – Я Александрович, а не Валентинович, если забыла.

- Это еще не доказательство. Лера у нас тоже Викторовна, при этом – Алексей Павлович – ее родной папа.

- У меня все проще, без навязчивых реприз мексиканских сериалов, - подавил смешок Аллигатор. - У Валентина Игоревича дочь, единственная. И я его, если честно, на дух не переношу. Но вынужден терпеть – родственник, никуда не денешься.

«Понятно, - отметила про себя Галина. – Он его племянник. А дочка председателя – та самая инопланетянка».

- А насчет допился… - продолжил Аллигатор. – Нет, он не пьет. Но, наверное, лучше бы пил – там хоть понятнее, чего от человека ожидать. То, что с ним – хуже.

- Наркотики? – под впечатлением от просмотренного фильма предположила Галина.

- Нет. Еще хуже. Он попал в секту.

- Религиозную?

- Даже не религиозную - магическую. Связался с каким-то индусом, называющим себя великим магом и верховным жрецом. Индус обещал чудодейственный ритуал в храме змей, якобы возвращающий человеку молодость и здоровье. А Валентин Игоревич в последний год сдал сильно – и со спиной серьезные проблемы, и с желудком.

- Ужас… - выдохнула Галина. – Это он деньги на ритуал собирает! Предприятие разорит и глазом не моргнет. Еще и Палыч так не вовремя заболел…

- Не волнуйся, - Аллигатор коснулся ее руки. – Я не сдаюсь. И план по спасению ситуации уже разработал. Продержимся полгода, а потом, как покажем, кто в доме хозяин!

- Олег, у тебя всего семнадцать процентов в уставном капитале! – печально вздохнула Галина. – Этого мало.

- Ты неплохо осведомлена, - загадочно улыбнулся Аллигатор. – Но твоя информация устарела - у меня тридцать четыре процента. Сегодня разговаривал с матерью малолетнего внука – она его официальный представитель. Можешь поздравить - доверенность на управление этой долей практически у меня в кармане.

- Ловко! – не смогла не восхититься Галина. – Но и тридцать четыре процента недостаточно, чтобы переизбрать председателя.

- А я и не останавливаюсь! Веду переговоры по третьей доле. Но там очень сложно общаться. Никогда не думал, что в наше время можно быть настолько наивным и не знать жизни. А этот человек еще и очень привязан к Валентину Игоревичу и безоговорочно ему верит.

«Это дочь председателя – инопланетянка, - догадалась Галина. – Именно она не от мира сего и, само собой, верит собственному отцу».

- Но у меня есть железобетонные аргументы, - весело закончил Олег. – Так что контроль над третьей долей – вопрос времени.

Неожиданно машина остановилась. Аллигатор выключил зажигание, откинулся на спинку сидения, заложил руки за голову и потянулся.

Галина растерянно оглянулась вокруг. На родной двор и даже на окрестности ее района это место не было похоже ни капли. Вокруг стояли однотипные двухэтажные домики с одинаковыми заборами, горели фонари, освещая хорошо заасфальтированную улицу, аккуратно стриженые кусты вдоль заборов и великолепный сосновый бор вдалеке.

«Коттеджный поселок» - пришло на ум нужное определение.

- Олег… - изумленно пробормотала она. – Где мы? Ты куда меня привез?!

- На дачу, - весело признался тот. – Отличное место для откровенных разговоров и заключения долгосрочных контрактов.

Его рука скользнула по спинке сидения, обнимая Галину за плечи:

- У меня к тебе роскошное предложение, принцесса Элина. От которого ты не сможешь отказаться.

И потянулся к ее губам.

- Олег! Прекрати! – Галина уперлась ему в грудь ладонями, отталкивая. – С ума сошел?! Ты же обещал исключительно дружескую вечеринку, без излишеств!

- Само собой, - хмыкнул Олег. – Я и предлагаю исключительно дружбу и сотрудничество. Близкую дружбу и близкое сотрудничество. Что здесь такого?

И все-таки коснулся губами ее губ, сначала осторожно, будто пробуя их на вкус, а потом более уверенно и откровенно. Поцелуй был умелым и почти идеально выверенным: в меру глубоким, в меру влажным, в меру…

«Никогда не гонялась за эталонами из палаты мер и весов!» - подумала Галина и вывернулась. Она забилась в самый угол, почти прижимаясь к двери:

- Не надо, я не хочу.

- Ох, знала бы ты, как утомляет эта обязательная программа – «не хочу, не буду», - почти нежно рассмеялся Аллигатор. – Я ведь нравлюсь тебе. Давно нравлюсь, еще со времен онлайн общения. Признайся, представляла наше более близкое знакомство? Хотела этого? Скажи «нет», глядя в глаза, и я отстану. Давай, скажи!

Галина выдохнула и опустила взгляд.

«Он прав. Было. И даже хуже – прямо сегодня собиралась увлечься им, чтобы отвлечься от Васи. Клин клином. Как говорится – бойтесь ваших желаний».

Глава 29. По понятиям

Аллигатор верно истолковал ее поведение и улыбнулся:

- Видишь – я прав! Мы - взрослые люди, какой смысл что-то из себя изображать? Мое предложение действительно серьезное, ты получишь все: карьеру, деньги, в перспективе – долю в бизнесе. Или помогу открыть собственное дело, поддержу финансово и клиентов подгоню, знаешь, какие у меня связи?

Галина кивнула:

«Глупо отрицать, что в обществе богатых и влиятельных Аллигатор чувствует себя, как рыба в воде. И договариваться тоже умеет».

- Но мне нужны гарантии лояльности, - его голос был мягким, но в нем чувствовалась стальная сила. – А с женщинами это решается одним способом – тем самым. Хотя в нашем с тобой случае постель будет приятным дополнением. Ведь мы оба этого хотим.

Галина смотрела на Аллигатора и думала. Нет, не над своим ответом, естественно, – он был однозначным. Над его формой. Страха она не испытывала:

«Это только в эротических романах красавец-начальник заманивает наивную подчиненную за город, где жестоко домогается с подробным описанием всех деталей процесса. В жизни подобное, к сожалению, тоже случается. Но не с такими, как Олег. По этому человеку за километр видно, что ни в поклонницах, ни в любовницах у него недостатка нет. А мне просто предлагает сделку. Причем, открытым текстом».

Аллигатор по-своему понял молчание Галины, взял ее руку и поднес к губам:

- Не волнуйся, я хорошо отношусь к женщинам. А к своим женщинам – тем более. Соглашайся, Лина. Это полностью в твоих интересах. Или хочешь обсудить детали подробнее?

Галина с трудом сдержала тяжелый вздох:

«Извечный женский квест – как отказать и не испортить отношения? Аллигатор не случайный знакомый, с ним еще работать вместе. И какие аргументы подействуют на человека, для которого моральные принципы – пустой звук?»

- Да, - вслух произнесла она. - Давай поговорим.

И, вспомнив недавний рассказ Аллигатора, продолжила чисто интуитивно:

- По понятиям.

- По понятиям?! – в его глазах мелькнуло изумление. И Галине вдруг показалось, что за ним кроется и другая эмоция – более сильная и глубокая.

Но Олег уже пришел в себя и беспечно рассмеялся:

– Как с гопниками в подворотне? Ой, мама! С женщинами по понятиям точно никогда не разговаривал! Кстати, знаешь, откуда произошло слово «гопник»?

- Нет.

- В Санкт-Петербурге в конце девятнадцатого века было «Городское общество призора», сокращенно — ГОП. Туда свозили беспризорников, малолетних хулиганов и бандитов. Этот контингент и стал называться гопниками.

- Интересно, - улыбнулась Галина. – Откуда такие познания?

- Я жил в Питере. Почти шесть лет. Лина, ты знаешь блатной жаргон? Сейчас спросишь, чего я такой борзый, да? А потом скажешь: «Пацанчик, дай телефончик позвонить!» И больше я его не увижу.

Галина невольно бросила взгляд на стоящую в держателе-присоске последнюю модель айфона и рассмеялась:

- Нет, телефон у тебя пока отжимать не буду. Но руки чешутся, так и знай!

- Не вопрос! - хмыкнул Аллигатор. – Завтра получишь такой же. При условии достижения нами полной договоренности.

Но поймал ее взгляд и смягчился:

- Ладно, понял. Давай свой разговор по понятиям.

— Это другие понятия, Олег. Не блатные. Просто – жизненные. Но они самые важные.

- Я догадался.

Галина набрала в грудь воздуха и мысленно скрестила пальцы наудачу:

- Олег, ты когда-нибудь любил?

- Тьфу ты! – с явным облегчением выдохнул он и положил ладонь ей на колено. – Стандартный женский вопрос! А я чуть было не подумал… Конечно, любил! Долго, умело и со вкусом! Скоро узнаешь, как.

- Я не об этом, - Галина улыбнулась в ответ, но решительно сбросила его руку.

- Ты про конфеты, букеты и лирические куплеты? Извини, но я не то, чтобы старый, скорее, слишком рациональный для этого. Если что – предпочитаю полезные подарки. Про телефон, например, серьезно. Подумай.

«Значит – ромашки точно не от него! – яркая, неудержимая волна счастья залила с головы до ног. – И не от Виталия! Они от… Ох, как это глупо и бесперспективно! Но так нужно мне. Особенно сейчас».

- Спасибо, Олег! – задорно отозвалась она вслух. – Но «полезные подарки» - слишком скучно. Я же экстремалка, забыл? Голосую за гоп стоп и подворотню!

И подождав, пока он отсмеется, продолжила серьезно:

- Ты первый раз подумал правильно. Это я, наверное, не совсем корректно спросила, слишком по-женски. Если перефразировать… Ты всегда действуешь только ради выгоды? И на этом пути тебя ничто не остановит?

- Утвердительно ответит только полный идиот! – снисходительно улыбнулся Аллигатор. – Конечно, остановит. Грубая физическая сила, например - прямое воздействие или реальная угроза жизни и здоровью. Лина, если в подворотне ты будешь с тремя подельниками уголовного вида, а я - один и без оружия, то телефон отдам без разговоров, на рожон переть не стану.

— Это разумно, - согласилась она. – Но меня интересует другое. Есть ли то, ради чего ты это сделаешь добровольно? И делал ли когда-нибудь?

Аллигатор отодвинулся от Галины и щелкнул кнопкой бардачка:

- Занятная ты, Лина-Элина. И вопросы задаешь… в тему. Знаешь что-то?

Он требовательно вгляделся в глаза и мотнул головой:

- Нет, нереально. Совпадение? Пресловутая женская интуиция? – И, не дожидаясь ответа, вытащил початую пачку сигарет: - Не против, если закурю?

- Ты же не куришь? – изумилась Галина. – Сам говорил, что как мама застукала…

- После применения грубой физической силы в виде березового веника, я действительно больше не курил, - мягко перебил он. – Сколько лет получается? Пятнадцать? Нет, больше… Больше двадцати. Это – гостевые сигареты, так сказать. Но сейчас отчего-то потянуло.

- Кури, конечно.

- Будешь? – Аллигатор протянул пачку.

- Нет, не по этим делам.

- И не по этим, и не по тем… - он клацнул зажигалкой и с наслаждением затянулся.

Затем открыл окно и несколько минут курил молча, стряхивая пепел на дорогу.

- Ты умеешь вызвать на откровенность, - наконец проговорил он. – Да, есть то, ради чего я готов на многое, если не на все. Это – моя семья.

- Семья? – растерялась Галина. – У тебя есть жена, дети?

- Пока нет. Семья в моем случае более широкое понятие: мать, дядя, тетка, двоюродные брат и сестра. Троюродные тоже, но только те, с кем общался еще пацаном. И трое… двое друзей из юности, которые стали практически братьями.

Аллигатор погасил сигарету и засунул окурок в пепельницу:

- Я их всех не идеализирую. Наоборот, часто не понимаю поступков этих людей. Но стараюсь помогать по мере возможности. Получается, увы, не всегда. И не со всеми.

— Это достойно уважения, Олег! - признала Галина, рассеянно следя за пробегающими по забору тенями от машин. – А когда-нибудь было такое же, но…

- С женщиной? Нет, не было. Влюблялся – да, само собой, особенно по юности. Даже глупые поступки совершал. Но чтобы включить человека в семейный круг – это слишком.

- Ты просто еще не нашел ту самую, - понимающе улыбнулась она.

- А я и не искал. У меня серьезные жизненные цели и жесткая стратегическая линия поведения на будущее. А кого тащить на себе и так хватает. Лишний балласт не нужен.

Аллигатор бросил взгляд на часы и обернулся к Галине:

- Если ждешь от меня этого, извини – взять на себя ответственность за твою судьбу не готов. Но близкая дружба – это ведь тоже неплохо? Без подстав, со взаимным уважением и даже – с удовольствиями.

- На дружбу согласна, - улыбнулась Галина. – Только на обычную дружбу, как в третьем классе: ты мне дал списать математику, а я тебе – русский. Ты дотащил мне до дома портфель, а я тебе вынесла из дома попить и бутерброд с колбасой. А спроси твоя мама, где ее сын был целый день, я бы с честным видом ответила, что два часа объяснял мне сложную задачу, а потом помогал нести из магазина сетку с картошкой. При том, что точно знала бы, что ты в это время был с друзьями на речке.

- Звучит заманчиво! – рассмеялся Аллигатор и опять положил руку ей на плечо. – Особенно про бутерброд с колбасой, что-то я проголодался от базаров по понятиям. Жаль, в детстве никогда не дружил с девчонками – был им неинтересен. Слушай, но в принципе, я предлагаю тоже самое! С поправкой, что мы все-таки не в третьем классе. Пойдем, а? На даче в холодильнике всегда запас продуктов имеется – колбаса точно должна быть. Заодно и поедим. А если еще и сыр отыщем…

Он мечтательно прикрыл глаза.

Галина невольно вспомнила Толю и сервелат:

«Юное дарование наверняка уже палку колбасы прикончило, за ним не заржавеет. Позвонить что ли?»

Она посмотрела на фитнес-браслет:

«Половина двенадцатого. Загулялась одна «понятийная». Брат давно спит. Да и мне не мешало бы…»

Глаза в ответ сразу же начали слипаться, голова налилась чугуном, рот растянулся в зевке.

«Пора заканчивать душеспасительные беседы! – честно признала Галина. – А то засну прямо здесь».

- Никуда я не пойду, Олег! – твердо произнесла она. – Откровенность за откровенность – ты мне действительно всегда нравился. И иногда даже казалось, что больше, чем просто по-дружески. Но – нет. Теперь точно знаю, что нет.

- Отчего так? – усмехнулся он. – Чем-то разочаровал?

- Нет, наоборот. Причина не в тебе, а во мне. Дело в том, что я…

Галина запнулась, но все-таки выговорила это вслух:

- Я люблю другого. Не про постельные удовольствия, и не про конфеты-букеты. По-настоящему.

— Понятно… - Аллигатор опять потянулся за сигаретой. – Это многое объясняет.

Он сделал несколько затяжек, посмотрел на сигарету и с сожалением погасил в пепельнице:

- Хватит, что-то я пошел в разнос. С любовями не связываюсь. Ни в каких вариантах, принципиально. В поступках приветствую логику и рационализм, а от одержимых данной напастью разумного поведения не дождешься.

Аллигатор закрыл окно и включил зажигание:

- На свадьбу приглашений не жду, но поздравление пришлю. Когда свадьба-то? Дату уже назначили?

- Никогда, - вздохнула Галина. – Он…он несвободен.

- Ох, елки зеленые… - сочувственно посмотрел на нее Аллигатор. – А, может, как в народе говорят - «клин клином»?

- Думаешь, сработает?

- Думаю, что нет, - Аллигатор нажал педаль газа. – Взять хотя бы Юрку… Но мне все равно нужна твоя помощь.

- Можешь на нее рассчитывать – во всем, что не противозаконно и отвечает интересам компании, я тебя поддержу.

Аллигатор вырулил на трассу и помчал по ночному шоссе:

- Договорились. Завтра можешь задержаться – выспись, как следует, а то загулялись сегодня.

- Ой! - Вдруг вспомнила Галина. – Документы! Завтра до девяти утра нужно оттащить бумаги в одну фирму. Они потеряли свои экземпляры, а там налоговая проверка. Если не привезти – к нам встречная придет. Давай заедем в офис, пожалуйста! Заберу папку и утром отвезу им.

- Давай я, - предложил Аллигатор. – На машине быстрее.

- Нет, - с сожалением отказалась Галина. – Вдруг вопросы какие-то будут? Я хоть знаю, что к чему.

- Хорошо. Едем в офис.

Глава 30. Ночное рандеву

Рандеву́ (фр. rendez-vous — встреча, свидание)

Неожиданно полил дождь.

Как это бывает: вроде ничто не предвещало и внезапно – как из ведра. Несмотря на мокрую дорогу до работы доехали быстро – машин на ночных улицах, еще и в такую погоду почти не было. На удивление в офисном здании горел свет. Но не на четвертом этаже, где бухгалтерия, а на втором.

«Приемная, - вычислила Галина. – Лерка забыла выключателем щелкнуть? С нее станется».

- Надо же – как льет, - хмыкнул Аллигатор, подгоняя машину к самому входу. – А мы без зонтов. И это, похоже, надолго.

Он порылся в бардачке и вытащил большой полиэтиленовый пакет с логотипом элитного продуктового магазина:

- Держи, Лина, хоть голову прикрой. А, может, вместе пойдем – выпьем кофе у меня в кабинете? Или у тебя?

- Нет, я быстро, - решительно помотала головой Галина. – Папку схвачу – и назад. Брат дома один, вроде и шестнадцать лет, но все-таки волнуюсь.

«А еще переживаю, как бы кое-кого опять не занесло, - честно признала она. – Вроде сейчас такой друг, что лучше и не бывает. Но Аллигатор и есть аллигатор - холоднокровное создание. Его температура подстраивается под окружающую среду. И кто знает, что на него повлияет в следующую минуту».

- Хорошо, - покорно согласился Аллигатор. – Жду.

Галина подняла над головой пакет и быстро побежала к входу. Лифт, естественно, не работал, и она помчалась вверх по ступенькам.

Пробегая мимо второго этажа, она услышала взволнованный Лерин голос:

- Боря-я-я! Прикрой, они на крыше! Стреляй, чего тупишь! Ах, ты ж мой сладенький… А ты куда лезешь, урод? Один - минус. Боренька – подкинь патронов для дробовика… Блин, он сзади! Скорее! Йееессссс! Мы победили!

- Да, жесткая катка была, - согласился голос Бориса. – Потная. Кстати, а шеф где? Он же в нашей команде был?

*Катка – одна игра в стрелялке, один матч*

- Папа предупреждал, что у них сегодня постовая злобная дежурит, - обиженно пояснил голос Леры. – После нулей может влегкую вай-фай рубануть. А мобильный инет там слабый.

- Ни хрена себе! – возмутился голос Бориса. – Живому человеку и за просто так интернет отрубить? А если он в бою?! У меня бы сразу сердце в трусы провалилось! Лер, еще одну или по домам?

- Спать охота, - послышался сладкий зевок. – Но так и быть – еще одну за контров.

* Контры - игроки, которые противостоят террористам – «сторона защиты»*

- Заказываю такси через полчаса, - твердо заявил голос Бориса.

- А если читеры налезут?

- Блин… ладно, позже закажу. О! Гляди – шеф опять в строю.

- Постовую раздамажил, походу.

* Раздамажить (damage – повреждение, урон) – нанесение серьезного вреда здоровью соперника*

Галина улыбнулась знакомым геймерским словечкам и побежала дальше – на свой четвертый этаж. Если Лера и Боря тут, значит – офис не на сигнализации. Тем лучше, не нужно никуда звонить.

Ключ легко провернулся в замке, и Галина вошла в родную бухгалтерию. Рука привычно потянулась к выключателю, но отчего-то замерла на месте, а потом опустилась.

Света, проникающего через полуоткрытую дверь из коридора, было достаточно, чтобы ориентироваться в кабинете. И даже, чтобы разглядеть лежащую на столе толстую папку с документами. На папку была наклеена бумажка с названием той самой фирмы – растеряши.

«Молодец, Вадик! – одобрительно подумала Галина. – Все подготовил и даже подписал».

Но вместо того, чтобы взять папку и идти обратно в машину, она зачем-то направилась к окну, повернула ручку и распахнула его настежь.

Теплый летний дождь падал сплошной стеной, весело барабанил по жестяному подоконнику, шаловливо брызгал в лицо. Галина подставила ладонь, с наслаждением ощущая прикосновение бойких струек. Дождь она любила. Особенно смотреть на него вот так – через раскрытое окно.

Неожиданно сзади послышались шаги. Чьи-то ладони осторожно легли на плечи. Чьи-то губы мягко зарылись в ее волосы, скользнули ниже к шее, но вдруг, будто испугавшись, вернулись опять к волосам.

«Аллигатор все-таки приперся, - устало поняла Галина. – И опять пристает. Неймется же кому-то!»

Но, как ни странно, теперь его прикосновения казались удивительно приятными и даже… родными.

«Ну, уж нет! Облезет и неровно обрастет!» – решительно подумала Галина и уже собиралась выпутаться из объятий, как вдруг…

- Я тоже люблю дождь, - нежно прошептал ей кто-то на ухо.

И голос был… совсем не Аллигатора.

- Вася? – резко обернулась Галина, узнавая. – Что ты делаешь в офисе среди ночи?

- Зацепился – одно, другое, - смущенно признался Василий. Он отступил на шаг, но все равно стоял слишком близко, и очков на нем не было: – А! Ты же, наверное, не знаешь – мы с завтрашнего дня прекращаем работу. Нужно было доделать кое-что.

- Знаю. Продолжите через полгода.

- Продолжат. Но уже без меня. Я с завтрашнего дня в отпуске с последующим увольнением.

- Из-за нас? – сочувственно посмотрела на него Галина. – Из-за того, что наша фирма приостановила контракт?

- Нет. Предложили другую работу, более перспективную и по моей основной специальности. В начале августа выхожу на новое место с новой должностью.

- Поздравляю. А как ты оказался на четвертом этаже? Вроде же переезжал на второй?

- Сидел в кабинете Бориса и услышал, как кто-то поднимается по лестнице, - улыбнулся он. - Сразу подумал, что это ты – только у тебя такие легкие, летящие шаги. Пришел проверить и, как видишь, оказался прав. Допрос окончен?

- Да, - рассмеялась Галина.

- Тогда и я спрошу кое-что. Ты была очень занята сегодня? – он бросил взгляд на настенные часы и поправился. – То есть, уже вчера.

- Ох, не то слово! - устало согласилась Галина. - Вчера был совершенно безумный день. И хоть сутки и сменились, сумасшествие не закончилось - с самого утра нужно везти документы разгильдяям, которые потеряли всю первичку за три года. Я за ними сюда и пришла.

- Я бы отвез, - опустил голову Василий. – Но утром никак не могу – важная встреча, точнее – собеседование.

- Ерунда, - отмахнулась Галина. – Не барыня, на маршрутке доеду.

- Значит, сумасшедший день… Ни одной свободной минуты. Понимаю, бывает. Правда, понимаю.

Василий посмотрел ей в глаза и улыбнулся:

- А я целый день ждал, что ты позвонишь. Телефон за собой везде таскал, как последний дурак.

- Да?! – изумилась Галина. – А чего сам не набрал?

- Я?! – в свою очередь удивился он. – Меня Соня предупредила, что у тебя важная встреча, потом кинофестиваль. Не хотел мешать, к тому же знаю, что на таких мероприятиях телефоны отключают. И мы же договорились, что позвонишь ты.

- Когда это мы договорились?

- Внизу, в холле, - непонимающе посмотрел на нее Василий. – Я попросил набрать меня, когда освободишься, и ты согласилась.

- Попросил – это вот так? – Галина, уже догадавшись, со смехом потыкала пальцем свою ладонь, в точности повторяя его вчерашний жест, и поднесла ее к уху.

- Да. Я видел – ты поняла.

- Конечно, поняла, - еще громче рассмеялась она. – Только то, что это ты обещаешь мне позвонить!

- Правда что ли? И ты ждала… ждала моего звонка?!

- Да.

- Детский сад какой-то… - выдохнул Василий и искренне рассмеялся в ответ. Его ладони вновь скользнули по плечам Галины, обнимая и притягивая к себе. – Натуральный детский сад «Колокольчик»!

- Ромашка! – весело поправила Галина. – Моя мама говорит - «детский сад «Ромашка»! Кстати, спасибо за ромашки, мне было очень приятно!

- Пустяки, - Василий застенчиво уткнулся в ее плечо. – Не стоит благодарности.

- А как ты угадал, что я люблю ромашки? Читаешь мысли? Или кто-то подсказал?

- Ты и подсказала! - в его голосе опять слышался смех. – Если на главной фотографии в соцсети у тебя на голове венок из ромашек, и подпись внизу - «ромашки – мои любимые цветы», то догадаться было необычайно трудно! Можно сказать – практически невозможно!

«А ведь и точно! - признала Галина. – И как я сразу этого не поняла? Каждый день на страничку захожу. Наверное, Толя прав - я действительно не вижу того, что для других – очевидно. Нет, не мисс Марпл. Ни разу».

Василий отсмеялся и посмотрел на ее губы.

Галина инстинктивно отступила на шаг, упираясь спиной в подоконник. Дождь разошелся еще сильнее, острые струйки нахально залетали сквозь раскрытое окно, с подоконника на пол бежал веселый ручеек.

- Ой, Вась, смотри, какое наводнение! – с преувеличенным испугом воскликнула Галина. – Я сейчас намокну!

- Понял! – он с улыбкой подхватил Галину на руки и, развернувшись, поставил перед собой, поменявшись с ней местами. – Теперь дождь до тебя не достает?

- Нет. А как же ты?

- Не сахарный, не растаю!

Теперь Вася стоял, прижимаясь спиной к подоконнику, и оказался как раз напротив падающего из коридора света. Можно было хорошо рассмотреть его колдовские лучистые глаза и то, что таилось в них. Там было что-то дерзкое, горячее и невероятно сильное. Галина вздрогнула и, не выдержав, отвела взгляд.

- Хотя пиджак, пожалуй, сниму, - вдруг озаботился он. – Намокнет еще. Видел на нем какие-то значки: так не стирать, этак не сушить – ни бельмеса в этом не понимаю. А утром нужно выглядеть прилично.

«А что - кое-кому лень постирать и посушить? - вылезла тщательно гонимая прочь предательская мысль. – Взрослая женщина вроде бы, мать двоих детей, а ни приготовить, ни одежду в порядок привести… Одни гульки на уме! Как малолетка какая-то».

Следом пыталась пробиться и другая мысль – та, что и тогда, на балконе. Но не смогла – навыков для ее дешифровки все еще не хватало.

Василий улыбнулся и взял одной рукой Галину за локоть:

- Чтоб не сбежала! А то по глазам вижу, что удрать хочешь!

Второй рукой, смешно дергаясь и изгибаясь, он стащил пиджак с плеча. Затем молниеносно поменял руки, закончил раздевание и ловко швырнул одежку на кресло.

Под пиджаком обнаружилась простая белая футболка, без надписей и логотипов, но она необыкновенно шла Василию, подчеркивая его великолепную мужскую фигуру.

«Какие плечи красивые! – пришла в голову непрошенная мысль. – Взглянуть бы на них по-настоящему - без одежды. Погладить, обнять, прижаться и…Мама, куда меня несет!»

Галина почувствовала, как краска заливает лицо. Она постаралась осторожно освободить свой локоть, но Василий с той же мягкой улыбкой мотнул головой и не выпустил.

Дождь окончательно сошел с ума и даже не полил - рухнул сверху Ниагарским водопадом, будто где-то там – на небесах прорвало громадную плотину. Василию тут же досталось – ворвавшийся в окно поток весело окатил его с головы до ног: намокли волосы, разделяясь на отдельные пряди, намокла белая футболка, прилипая к телу.

Но он не обратил на это никакого внимания. Он стоял у окна и смотрел на Галину. А она смотрела на него, завороженно разглядывая то, что уже не скрывала почти прозрачная мокрая футболка.

«У него еще и пресс шикарный, и… Кто там включил этот дождь? Выключите немедленно, а то я за себя не ручаюсь!»

- Вася! – взволнованно произнесла Галина, выглядывая через его плечо на улицу. – Давай закроем окно – ты уже весь мокрый. Смотри, что творится – настоящий всемирный потоп!

- Плевать, - не поворачивая головы, хрипло отозвался он. – Потоп, пожар, землетрясение, хоть атомная война. Я тебя все равно поцелую, слышишь? На этот раз не отвертишься.

И, стараясь не касаться мокрой одеждой, потянулся к ее губам.

Галина посмотрела на изливающееся дождем почти черное ночное небо и вздохнула:

«Нет уж, высшие силы, я с вами больше не играю. Атомной войны точно не надо, такой ответственности я не переживу. Лучше пусть поцелует. Один раз. Исключительно ради спасения человечества».

Глава 31. Спасение мира

Василий коснулся ее губ.

Это было так мягко и удивительно бережно, что губы Галины поддались, доверчиво раскрываясь навстречу.

И вдруг, в этот самый миг, мелькнула вспышка, заливая комнату ярким, ослепительно-белым светом. Еще мгновение спустя грянул оглушительный раскат грома. Свет в коридоре замигал, становясь то ярче, то тусклее, будто какой-то шутник играл светорегулятором, поворачивая его влево-вправо.

Где-то внизу взвыла сигнализация оставленного на офисной стоянке автомобиля. Галина вздрогнула и всем телом прижалась к Василию, утыкаясь носом ему куда-то в подмышку, словно желая спрятаться под крыло более сильного.

- Вот это шандарахнуло! – улыбнулся он. - Давно чувствовал, что между нами искрит, но чтобы так… Полмиллиарда вольт долбануло, не меньше.

Свет в офисном здании окончательно погас.

- Т-т-твою мать!!! – донесся снизу удрученный вопль Бориса. – Такую катку просрали!

- Вася, ты что натворил? – тихонько рассмеялась Галина.

«Тут и высших сил не надо! - подумала она. – Вася сам по себе настоящая ходячая катастрофа! Раньше казалось, что моя личная, а на самом деле…»

- Извини, я нечаянно.

Вася был совсем мокрым и в то же время удивительно горячим – странный контраст намокающего от прикосновения к нему платья и бегущей по телу огненной волны.

Дождь обрадовался и бессовестно обливал уже их обоих.

- Лин, ты теперь тоже мокрая, - участливо прошептал он. – Не замерзнешь?

- Ничего, я об тебя греюсь. Ты, словно печка.

- Хоть какой-то от меня толк, - вздохнул он, прижимая ее к себе еще крепче. – Грейся.

Вдруг где-то внизу, то ли в той самой воющей машине, то ли на нижних этажах офиса включилось радио.

- … в Москве ливни! – усталым голосом произнес диктор. – В Подмосковье град, размером с куриное яйцо…в Иркутской области введен режим чрезвычайной ситуации в связи с лесными пожарами… наводнение в Краснодарском крае…на Камчатке пробудился древнейший вулкан…

- Это все что – тоже я?! – растерянно выговорил Василий. – Я не хотел.

Он слегка отстранился, чтобы заглянуть в глаза Галины:

- То есть, конечно, хотел. Безумно хотел тебя поцеловать. И сейчас хочу… еще больше.

И вновь потянулся к ее губам. Струйки дождя стекали по его лицу и губы тоже были мокрыми - с мягким вкусом чистой дождевой воды.

«И мне даже не стыдно за собственное поведение! – вдруг осознала Галина. – Кошмар! И кто-то совсем недавно осуждал Аллигатора за отсутствие моральных принципов. Я ничуть не лучше».

- Хватит, Вася! - Галина решительно увернулась от его губ. И чтобы это не выглядело обидным, пояснила весело: – И так доцеловался до мировых катаклизмов!

- Какая уже разница, - усмехнулся он. – Цена оплачена.

- …пассажирский лайнер пропал с радаров, - опять проснулось радио. – Ведутся поисковые работы.

- Ого… - замер Василий. – Самолет – это серьезно.

- Не умеешь – не берись! – вцепилась в удобный повод Галина.

- Согласен. Дилетантов нельзя подпускать к решению серьезных вопросов. Но кто же знал, что я аж настолько не умею? Что прямо катастрофически не разбираюсь в поцелуях?

Галина, не выдержав, рассмеялась.

- Но ты же меня научишь, правда? – он с надеждой посмотрел ей в глаза. – Покажешь, как нужно целоваться, чтобы в мире все оставалось на своих местах?

- С чего ты взял, что я умею?

- Знаю. Почему-то знаю и все тут. Даже больше – я в тебя верю! Верю так, как не верил никогда в жизни.

Дождь лил, лил, лил – по лицу, рукам, плечам. Одежда окончательно промокла и в то же время согрелась от неистового жара тел. И казалось, будто ее нет вообще, и все происходящее было таким запретным и таким невероятно сладким.

- Поцелуй меня… пожалуйста… - жарко шептал Василий, скользя горячими ладонями по ее плечам. – Хотя бы попробуй, чуть-чуть. Просто, чтобы проверить гипотезу. Неужели ты против научных экспериментов?

«Это полное безумие, - удрученно подумала Галина. – Даже хуже – стопроцентная глупость и мракобесие!»

Но ее губы почему-то сами потянулись к губам Василия, прижимаясь нежно-нежно, запоминая каждый их изгиб, пробуя на вкус его дыхание.

В комнате вновь вспыхнуло, но уже не так ярко, и гром прогремел спустя значительный промежуток времени. Радио всхлипнуло и умолкло.

- Видишь, все хорошо! – радостно прошептал Василий. – Гроза уходит, о новых мировых катастрофах не сообщается. Продолжай…

Галина подавилась смехом и поцеловала его уже по-настоящему, но еще вполне скромно.

Воющий на стоянке автомобиль наконец-то заткнулся. И в кабинете воцарилась загадочная тишина, разбавляемая лишь тихим шелестом уходящего дождя и бешеным стуком сердец. Свет в коридоре снова мигнул, а затем загорелся уверенно и ровно.

- Боря, гляди, наша команда выиграла! – сообщил снизу изумленный голос Леры. – Папа один всех терросов завалил!

*Терросы – террористы*

- Хренасе… - восхищенно отозвался голос Бори. – Шеф – трайхард, блин. Походу скиллы поднял конкретно.

*Трайхард - геймер, который воспринимает игру очень серьёзно, и прикладывает титанические усилия для достижения основной цели

Поднять скиллы – прокачать навык в игре*

- Борь, может, еще одну катку?

- Ладно, крайнюю. Заранее заказываю такси, чтобы уж точно…

- А если читеры?

- Ладно, позже закажу.

Галина с Василием переглянулись и рассмеялись в один голос.

- Я же говорил – умеешь! Еще и как умеешь! – радостно прокомментировал он.

Дождь уже не обливал, а только нежно брызгал в лицо.

- У тебя тушь потекла… - прошептал Василий. – Давай вытру.

- Я сама. И вообще, - Галина бросила взгляд на часы. – Начало четвертого. Пора уже…

- Спасать мир! – восторженно продолжил Василий.

- Какой еще мир?

- Большой. Планету. Человечество.

- И как его спасать?

- Также, - улыбнулся он и посмотрел на ее губы. – Тем же способом, которым ты ликвидировала локальную катастрофу. Только, понимаешь, мир больше, поэтому потребуется более интенсивное воздействие. Нужно будет глубже погрузиться в проблему.

- Вась, а ты часом не охамел? – искренне возмутилась Галина.

- Ни капли, - серьезно проговорил он. – Переживаю за судьбу цивилизации.

Она рассмеялась и посмотрела на него во все глаза, запоминая:

«Какой же он… Мокрый? Смешной? Наглый? Нет! Любимый! И вообще – он сейчас уйдет, и больше я его никогда не увижу. И потом ни за что себе не прощу, что… Поцелуя-то, по большому счету, еще и не было. Так – детские игры на школьном дворе».

- Хорошо, - вздохнула Галина. – Попробую спасти мир.

И потянулась к его губам.

Вот теперь все было по-настоящему – чувственно, горячо, откровенно. Когда не хватает дыхания, когда сердце выпрыгивает из груди, когда пальцы путаются в его волосах, когда бросает в дрожь от прикосновений…

- …в Краснодарском крае собрали невиданный урожай, - бодрым голосом диктора проснулось неведомое радио. – Российская легкоатлетка установила мировой рекорд в прыжках… корпорация «Росатом» заключила выгодный контракт, который можно смело назвать сделкой века…

При упоминании «Росатома» у Галины что-то щелкнуло в голове, какая-то важная мысль пыталась пробиться сквозь всепоглощающее безумие… но нет, не пробилась.

- У тебя получается! – восхищенно признал Василий, на миг отрываясь от ее губ. – Я знал! Я верил!

И настойчиво посмотрел в глаза:

- Еще чуть-чуть… чуть больше, пожалуйста. Самолет… помнишь?

Галина кивнула и прижалась к его губам.

«Мамочки! Чуть больше… и это называется чуть больше?! Да у меня же никогда в жизни еще такого не было! Чтобы так чувствовать другого человека – любить, наслаждаться, проживать с ним вместе каждое мгновение. И это еще всего лишь поцелуй!»

- … - пропавший с радаров пассажирский лайнер совершил аварийную посадку на картофельном поле под Воронежем, - с искренней радостью сообщил диктор. – Погибших нет. Пассажиры и экипаж чувствуют себя удовлетворительно. Мы желаем всем доброй ночи!

После чего заиграла лирическая мелодия.

- Ты смогла, - выдохнул Василий, зарываясь губами в ее волосы. – Мир спасен.

«Угу, - Галина устало взглянула на часы. – Почти четыре. Пора выбираться из этого сумасшедшего дома. Пока есть еще хоть какие-то остатки разума».

- И как положено героине, спасшей мир, осталось вытереть пот со лба и гордо свалить в закат.

- Не получится, - загадочно улыбнулся Василий. – Никак.

- Это еще почему?!

- Потому что, если я правильно помню, через час с небольшим начнется рассвет. Придется тебе быть оригинальной и вместо заката свалить в рассвет. Кстати, могу подвезти.

- Я на машине, - Галина внезапно вспомнила про Аллигатора. – Кажется…

- Как хочешь, - не стал спорить он. – Но должен признаться, что в восторге от сегодняшнего занятия и попрошу и дальше заниматься со мной. Будешь у меня репетитором?

- Репетитором? – растерялась Галина. – По какому предмету?!

- По поцелуйному, конечно.

- Ну, знаешь! Я, конечно, в старших классах подрабатывала репетитором по русскому. Моя мама - филолог, поэтому с языком у меня всегда было хорошо…

- Да, с языком было особенно хорошо… - мечтательно перебил ее Василий.

- Ах, ты! Да я тебя! – она со смехом схватила его за футболку, машинально замечая, что та уже почти высохла. – Ты у меня сейчас получишь!

- За что? – его взгляд был смеющимся и удивительно теплым: – Просто повторяю основные тезисы сегодняшнего занятия. Так сказать, учу конспект. Скажи, когда следующий урок. Назначь время.

- Никогда, - Галина выпуталась из его рук. – Сама в шоке от сегодняшних невероятных совпадений, но пора браться за ум. Поиграли – и хватит.

- В смысле – поиграли?! – Василий шагнул к ней, притянул к себе. – Я не играл.

Галина снова извернулась, выскользнула и, подойдя к двери, вытащила из сумки косметичку. Свет в кабинете включить так и не решилась.

- Ужас! – фыркнула она, вытирая растекшуюся косметику. – Играл – не играл, какая разница? То, что было, не должно повториться.

- Почему?! Вроде нам обоим было хорошо. Или… я что-то сделал не так? Скажи – что?

- А ты не знаешь?

- Нет, - не отводя глаз, ответил Василий. – Правда, не знаю.

Удивительно, но в его взгляде на самом деле стояло искреннее, ни капли не наигранное непонимание.

«Еще один беспринципный, - вздохнула про себя Галина. – Что-то развелось нас в последнее время».

- Тогда нам не о чем разговаривать! - она схватила со стола папку. – Окно закрой, пожалуйста.

- Да, конечно, - согласился Василий и направился к окну.

- И дверь захлопни!

Галина воспользовалась обманным маневром и быстро помчалась по коридору.

Но Василий догнал ее на лестнице и обнял за плечи.

- Подожди, Лина, - горячо прошептал он на ухо. – Я, наверное, сегодня совсем сошел с ума. Логическое мышление отрубилось, хотя всегда считал его своей сильной стороной. Но не волнуйся - приду домой, остыну и подумаю обо всем серьезно. Обещаю.

- Да что ж тут непонятного! - фыркнула Галина.

Поведение Васи вызывало раздражение. Хотелось открытым текстом выдать все – про его жену и детей, но слово «жена» почему-то не выговорилось.

Есть такие слова, слишком тяжелые эмоционально, которые невозможно произнести вслух. Например, «смерть». Невыносимо трудно сказать про близкого человека «умер», поэтому люди используют эвфемизмы «ушел», «его с нами больше нет». И про Васину жену…

- Катюхе привет! – выдавила из себя Галина и с вызовом посмотрела ему в глаза.

- Извини. Пока не передам.

«Кто бы сомневался!» - язвительно подумала Галина, сбросила с плеч его руки и побежала вниз по лестнице.

- Не прощаюсь! – весело произнес он вслед: - Выучу конспект, и будешь принимать у меня зачет по пройденному материалу. Так и знай!

«Странный он какой-то, - машинально отметила она. – Но это, наверное, и впрямь последствия безумной ночи. Ничего – придет в себя, подумает разумно и поймет, что продолжать весь этот бред глупо и бесперспективно. Не говоря уже о моральной стороне вопроса».

На душе при этом было как-то многосмысленно: и хорошо, и плохо и…

Глава 32. Рассвет не избежать мне

Заблудилась по дороге и запуталась в туман

Задохнулась свежим ветром и споткнулась тут и там

Потеряла ориентир, сбилась, толком не пойму

Это правда или, может, я во сне или в бреду?

На свет - буду бежать я

Рассвет - не избежать мне

Нас нет - всё исчезает

Ответ кто-то же знает

(А. Винницкая)

На улице начало светать.

Первые солнечные лучи выглядывали из-за многоэтажек, придавая пушистым облакам золотистый оттенок. Город был чист и безмятежен, как выкупанный младенец.

Аллигатор спал в машине. Его лицо выглядело абсолютно спокойно и расслабленно, будто он задремал в мягком кресле на веранде какого-нибудь тихого дома отдыха.

Галина открыла дверцу и без сил плюхнулась рядом с ним на сидение. В машине было душновато, и она первым делом открыла окно, впуская вкусный послегрозовой воздух.

- Лина, чего так долго? – Аллигатор открыл глаза, сладко потянулся и выглянул в окно. – О! Дождик давно перестал? Когда ты уходила, он вроде еще шел.

- Не видел, что творилось?! – изумилась Галина. – Ну, ты даешь! Гром, молния, сигнализация орала, как резанная, в офисе свет мигал!

- Нет, сразу отключился. Спать могу, где угодно и при любых обстоятельствах: хоть в парке на скамейке или в подъезде на подоконнике. А в машине и вовсе кайф – выспался отлично.

Он зевнул и окинул Галину внимательным взглядом:

- Ты вся мокрая, и платье мятое. Что-то случилось?

Галина почувствовала укол совести – откровенного вранья она не любила. Но как тут без него? Поэтому набрала в легкие воздуха и…

- В бухгалтерии окно настежь распахнулось – наверное, защелка слабая! – вдохновенно выдала она. – Весь подоконник в воде, на полу лужи. Лазила, закрывала, промокла насквозь. А молния как шандарахнет – чуть со страху из окна не вывалилась!

Взгляд сам собой наткнулся на папку с документами:

- А еще оказалось, что накладные по двум последним поставкам не распечатаны! Пока включила комп, пока в базу зашла, отправила на печать. И, как назло, свет погас! Пришлось все заново.

Внезапно краем глаза она заметила Василия. Тот стоял совсем рядом, на ступенях, ведущих в офис и сосредоточенно рылся в кожаной сумке-мессенджере. Или делал вид, что рылся. Галина перехватила его взгляд - он был таинственным и полным искреннего веселья.

«Вася слышал все это вранье?!» - Галина опустила голову и густо покраснела.

- Не повезло, бывает… - участливо пробормотал Аллигатор и включил зажигание.

Вася улучил момент, когда Олег отвернулся, и со смехом поднял вверх большой палец.

«Слышал… - поняла Галина. – А чего радуется-то? Понял, что врать умею, значит – подхожу на роль любовницы? Нет уж, хватит!»

Вася тем временем вытащил из сумки ключи от своей машины и направился к ней.

- А программист здесь откуда? – заметив его, удивился Аллигатор.

Галина закрыла окно и проговорила с самым беспечным видом:

- Понятия не имею! Хотя слышала, Боря на втором этаже ругался, что-то у него не получалось.

- А, точно! – вспомнил Аллигатор, выезжая на дорогу. – Программисты говорили, что в базе кое-что доделать нужно. Видать, с Борисом засиделись.

Домой Галина попала в начале шестого утра. Толя спал на гостевом диванчике без постельного белья и в одежде.

«Сестра, называется! - Галина ощутила острый приступ вины. – Брату младшему даже постель не заправила! Вместо этого шлялась всю ночь неизвестно где и занималась неприличными вещами».

При воспоминании о тех самых неприличных вещах тело вновь накрыло горячей волной. Но ее тут же погасил стыд за недостойное поведение. Галина сходила в душ, бросила платье в корзину для грязного белья, сняла остатки косметики специальным молочком.

Удивительно, но не смотря на бессонную ночь, зеркало отразило прехорошенькую и совсем юную особу с сияющими глазами и нежной-нежной кожей. Ни синяков под глазами, ни складок на лбу – будто снова вернулись безумные шестнадцать лет.

«Неприличное поведение благотворно влияет на внешность! – пронеслась в голове озорная мысль. – И это еще только поцелуи! Хотя секрет, конечно же, в дождевой воде. Идеальное средство для кожи, любой косметолог подтвердит».

Следом пришла и другая мысль, рациональная:

«Было и было. Назад не отыграешь. И по большому счету – ничего запредельного. Красивый чувственный эпизод. Разовый. Разменяю, как Михайловна, восьмой десяток, сяду на лавочку у подъезда, нацеплю на нос очки, возьму в руки вязание. И буду вспоминать – вспоминать-вспоминать: Васины глаза, губы, плечи, ласковый голос. Тогда и разберусь – то ли жалеть об этом, то ли ностальгировать. А сейчас некогда – дел выше крыши».

- Толиман, подъем! - потрясла она за плечо спящего брата. – Всероссийский конкурс проспишь!

- Галактика, отвянь! – Толя натянул на голову диванную подушку. – Конкурс завтра!

Затем все-таки открыл глаза и постарался сфокусировать на сестре рассеянный взгляд:

- Сегодня консультация перед конкурсом, в пять часов. А потом московский актив нашего клана ждет на сходку. Так что буду поздно.

- Какой еще клан?! – возмутилась Галина. – Чтобы в двадцать два ноль-ноль был дома!

- Не кипишуй, систер! – сладко зевнул Толя. - У нас в клане нормальные мужики, лохов и п*доров не держим.

- Чего?! Кого?! – еще больше рассердилась Галина. – Что за выражения! Я, между прочим, пять лет в общаге прожила! И нецензурной лексикой владею в совершенстве. Но не употребляю. Принципиально. Сейчас кого-то на замок запру, пока вести себя не научишься!

- Кто бы говорил. Сама приходишь под утро, а мне нельзя?

- Ты несовершеннолетний!!

- Я - взрослый, серьезный и почти женатый мужчина, - лениво потянулся брат. – И ты мне не указ.

- Как женатый?! – испугалась Галина. – Вы что - с Юлькой…

Но сразу же стало стыдно за пошлые мысли, и она исправилась:

- Я имела в виду – вы объяснились? В любви ей признался?

- Нет еще, - небрежно отозвался Толя. – Сказал же – на выпускной, значит, на выпускной. Но подумай логически – куда она от меня денется? Я - гений, будущее российской цифровизации. А, может, и мировой. Хотя, почему «может»? Юлька будет рыдать от счастья, что такой, как я, обратил на нее внимание.

Он нехотя сел на кровати и взъерошил пятерней разноцветный чуб:

- И в плане внешности у меня все в порядке: морда, фигура – то, что девкам надо. Еще и в спортзал записался.

Галина ненароком вспомнила кубики Васиного пресса, посмотрела на худые руки и торчащие лопатки Толи и многозначительно улыбнулась. Но, заглянув в наглейшие глаза младшенького, возражать не стала.

- И, кстати, - вдруг вспомнил тот. – Не забудь купить торт! Приду со сходки и сожру.

- Какой еще торт? – не поняла Галина.

- Как какой? Шоколадный, с орехами, из той самой кондитерской. Забыла?

- Ты накопал инфы про Аллига… про Олега Светлова?!

- Само собой, полный расклад, - довольно ухмыльнулся Толя и требовательно заглянул в глаза: - Скажи честно, у тебя с ним было? Я имею в виде – секс?

Галина почувствовала, как краска заливает лицо, и хотела было ответить резко, но натолкнулась на насмешливый и какой-то слишком взрослый взгляд брата.

- Ничего у меня с Олегом не было, - безэмоционально выговорила она. – Исключительно рабочие отношения. Я другого люблю.

- Фух, попустило! - с облегчением выдохнул Толя. – Хотя тема про другого тоже напрягает, но с этим разберемся позже. Скажешь, как его зовут, проведу полное расследование.

«Этого еще не хватало!! – ужаснулась Галина. – Сама на Васину страничку в соцсети не захожу, чтобы не видеть его фото с семьей и не чувствовать себя уж совсем распоследней сволочью. А если Толя узнает…»

- Да-да, потом! – быстро проговорила она вслух. – Нужно бежать – до девяти должна завезти документы в одну фирму. Туда далеко ехать.

- Хорошо, - загадочно улыбнулся брат. – Если торопишься, и впрямь – лучше вечером. Но скажу, твой Олег Светлов еще тот читер – несколько раз менял класс перса, и при этом - без штрафа на скиллы. Из задроченного нубаса прокачаться до хая…это нужно уметь!

*Перс – персонаж в игре

Скилл – игровое умение

Нубас – новичок в игре

Хай - игрок высокого левла, игровая элита*

«Ясно! - догадалась Галина. – Аллигатор играет в какую-то онлайн игру. Ой, а кто сейчас не играет? Шеф уж каким ретроградом в этом плане был, и того соблазнили. Толя сам геймер, на геймерских форумах и накопал информации. Конечно, никакой ценности эти сведения не имеют, но формально торт он заслужил. И разве я не могу побаловать любимого брата? Уж на что на что, а на сладости зарабатываю! Даже из элитной кондитерской».

- Будет тебе торт! - нежно улыбнулась она. – Сегодня же заеду и куплю. Но все равно, в десять часов вечера…

- В пол-одиннадцатого, пожалуйста… - умоляюще посмотрел Толя.

И Галина сдалась:

- Хорошо, в десять тридцать – ты дома. И чтобы все время был на связи!

- Обещаю! – обрадовался он.

Галина переоделась в офисный костюм, подхватила папку и отправилась к свету нового дня.

«Сброшу с себя ночное безумие и начну жизнь с чистого листа!» – твердо решила она.

Однако в лифте пискнул телефон, уведомляя о пришедшем смс. Галина машинально посмотрела на экран – сообщение было от Васи:

«Думаю. Учу конспект».

И смайлик, изображающий поцелуй.

Галина вздохнула и забросила телефон в сумку.

Глава 33. Предчувствие войны

На улице окончательно просохло. Но в воздухе еще ощущалась пьянящая послегрозовая свежесть.

Удивительно, но несмотря на бессонную ночь, Галина ощущала бодрость и легкость во всем теле.

«Адреналина глотнула! – весело поняла она. – Как в детстве, когда лазила с мальчишками в соседский сад за яблоками. А что, в малых дозах этот гормон даже полезен».

В фирме – растеряшке бухгалтером оказалась совсем юная барышня с испуганным взглядом. Галина посмотрела на нее и вдруг почувствовала, как раздражение испарилось:

«Не тот случай, когда нужно злорадствовать или ехидничать. И я была такой. Еще вчера. Пускать хлеб по воде? Кажется, так. Хорошо, что сама поехала, молодому специалисту нужна помощь».

И она действительно помогла. Отдала документы, объяснила бухгалтеру нюансы, напрямую поговорила с проверяющими, и осталась довольной разговором.

К родному офису подкатила с чувством внутреннего удовлетворения и веры в себя. Да, профессионал. Это важно. Не менее важно, чем чувства и отношения.

- Здоров, Лина! – высунулся из будки Вовчик- охранник. – Звонил тебе по корпоративке. Час назад примерно. А ты была не в офисе.

- Опять индус?! – испугалась Галина. После рассказанной Аллигатором истории про секту, тревога за подругу, преследуемую неадекватным иностранцем, усилилась.

- Он самый! Соня, как договаривались, не в курсе. Объяснил этому, что ее в офисе нет, и сегодня не будет. Индус расстроился: «Заболела что ли?» Визитку оставил и ушел. Я, само собой, визитку выбросил, руки помыл, молитву прочитал.

- Вовчик! Ты герой! – серьезно посмотрела на него Галина. – С индусом будь осторожным, он может принадлежать к опасной секте. Но мне все равно звони, если придет.

- Через меня не прорвется! - охранник принял воинственный вид. – Буду стоять насмерть. Но тебя наберу.

- Договорились!

- Привет! – Соня встретила ее нетерпеливым взглядом. – Как кинофестиваль?!

- Нормально, - Галина спокойно прошла к своему столу, запустила компьютер. – Протокольное мероприятие.

- А что наш Олигарх?

- Ничего. Когда у нас народное вече?

- Сегодня, - надулась Сонька. - Аня и Ксюша на работе. И Женька само собой. В обед все готовы.

- Отлично! – Галина примирительно улыбнулась подруге. - Будет информация к размышлению. Но розовых соплей нет, и не предвидится.

- Розовые сопли у меня, - вздохнула Соня. – Даже не представляешь, на что я готова пойти, чтобы вернуть Славу!

Галина заметила на столе пустые кружки с остатками чая и начатую пачку шоколадного печения. Кружек было пять:

- Смотрю, сегодня уже посиделки были?

- Генка приходил! – расцвела Сонька. – Как всегда, повеселил от души. Нахохотались - аж живот болит. Про тебя спрашивал, но я объяснила, что ты на боевом задании – спасаешь Вадика от гнева почти тещи.

Потом бросила взгляд на печение и вздохнула:

- С работой у него никак не получается. Раньше пирожными баловал, а теперь еле-еле на печенье наскреб. Мы с девчонками его отругали, чтобы не тратился. И денег предлагали занять – но Генка гордый, отказался.

Рука непроизвольно потянулась к верхнему ящику стола. Вчера Ксюша вернула часть долга – тысячу рублей, Галина торопилась и вместо кошелька сунула деньги в ящик:

«Пусть лежат, будет неприкосновенный запас. Вдруг сумочку дома забудешь или еще чего».

Ящик мягко выдвинулся наружу. Денег в нем она не увидела.

«Вчера был безумный день, - Галина попыталась быть объективной. – Не говоря уже про ночь. Может, сама переложила куда-нибудь на автомате?»

- Сонь, а где сидел Генка? – вслух спросила она. – За моим столом?

- Да! И что? – Сонька посмотрела на подругу с неодобрением: – Ты как в сказке про трех медведей – кто сидел на моем стуле? Подумаешь, похозяйничал слегка: папки передвинул, ручку в стол кинул, чтобы на пол не скатилась. Лина, не будь занудой!

- Похозяйничал, значит… - растерянно протянула Галина.

«Стоит ли передавать девчонкам подозрения Вадика насчет Генки? – она старательно перетряхнула содержимое ящика. Деньги не нашлись: - Как противно – чесаться от отвращения начинаешь! Но лучше сказать».

От тяжелых мыслей отвлек вызов по корпоративной связи.

- Лина, тебя Олег Александрович ждет! – сонным голосом пробормотала Лера.

«До утра с Борей гамали!» - поняла Галина и улыбнулась.

С Аллигатором встречаться не хотелось. Неприязни он не вызывал, но на распутывание корпоративных интриг не было настроения.

- И зачем мне с самого утра этот крокодил? – философски выдохнула она в трубку.

- «Крокодил»?! – моментально проснулась Лера. – Да, я тоже не фанатка «крокодила», «Галя» гораздо круче!

* Крокодил – в игре дробовик XM1014

Галя - штурмовая автоматическая винтовка IDF Defender/Galil AR*

- Галя против крокодила?! – рассмеялась Галина. Впервые сокращенный вариант ее имени не вызывал отторжения. – Согласна, «Галя» - неплохое оружие! Хорошо, сейчас приду. Посмотрим, кто кого.

Подходя к месту обитания Аллигатора, она увидела Генку. Тот вылетел из кабинета, будто кто-то отвесил ему хорошего пинка. Вид у Генки был раздраженный и даже злой.

- Не нуждаешься?! - прошипел он, обращаясь к двери Аллигаторова логова: – Ничего, в другом месте больше заплатят. И за тебя тоже!

Генка заметил Галину и улыбнулся. Со стороны казалось, что абсолютно искренне:

- Лина! Чудесно выглядишь! Ждал тебя, ждал, да так и не дождался. Как сама, как Толя – все награды на компьютерных конкурсах собрал? Может, кофе выпьем? Поговорим по душам?

Галина стояла и растерянно смотрела на него. На душе было странно: гадко и одновременно грустно:

«Получается, Генка и есть тот самый – источник информации Аллигатора? И не только его? Да, он тоже ездил тогда в командировку на родину Леры. И слышал про микроавтобус для Вадика и ксерокопии развивающих материалов для Анькиного сына. Гена?!!»

Хотелось ответить – язвительно и резко! Спросить, как живется на свете предателям и ворам, не мучает ли по ночам совесть? Но обидные слова не выговорились. Наверное, в глубине души образ Генки-лучшего друга еще был жив. Но умирал – медленно и мучительно.

- Извини, не могу, - выдавила из себя Галина. – Меня замдиректора вызвал.

- А потом?

- А потом столько работы, что в страшном сне не привидится. Давай, Гена, в другой раз.

Она скорее по привычке помахала ему рукой и вошла в кабинет Аллигатора.

Олег был верен себе – свеж и энергичен. Очевидно, действительно отлично выспался в машине. Рубашка на нем была другая – тёмно-зелёная с черным, и запах парфюма отличался от вчерашнего: не капитан пиратов, а воспитанный молодой человек из хорошей семьи.

- Утро доброе, принцесса Элина! – улыбнулся он во все тридцать два и выложил на стол стопку документов. – Нужно проплатить до двенадцати.

Галина почувствовала острое раздражение:

«Как надоела вся эта свистопляска: доли, наследники, заговоры, тайные агенты. Неужели нельзя просто нормально работать?»

Она подошла к столу, бегло просмотрела бумаги:

- Опять ООО «Перспектива»? И снова пятьдесят миллионов? Только на этот раз вообще без скидки?

Аллигатор вздохнул и картинно развел руками.

Галина бросила договор на стол:

- Не собираюсь это оплачивать.

- Придется подчиниться! - Олег полез в волшебный ящик стола, добавил к стопке протокол наблюдательного совета. Словно золотую руну использовал – не отобьешься.

- У нас нет денег на счету! – вспомнила Галина.

- Есть. Финотдел только что прислал остаток по банку. Там пятьдесят четыре ляма.

- ОПы выручку кинули, - удрученно пробормотала Галина. - Зарплата скоро.

Раздражение усилилось. Сердце застучало быстрее, в кончиках пальцев чувствовалось покалывание.

«Адреналин! – узнала она знакомое для любительницы экстремального туризма состояние. – Будто стоишь на краю обрыва».

- Олег! – твердо произнесла она вслух. – Нельзя отдать эти деньги неведомо куда и оставить людей без зарплаты! Про налоги вообще молчу.

- Лина, я тебя прекрасно понимаю, - Аллигатор встал из-за стола, подошел к ней и обнял за плечи. – Давай заплатим последний раз? Председатель уже билет купил, через несколько дней летит в Индию проводить ритуал в храме змей. А пока его не будет, я проверну одно дело и…

- Меня не интересуют твои дела! – перебила Галина, выпутываясь из объятий. – Людям чем платить прикажешь?

- Возьмем овердрафт. Он у нас автоматом, я договор читал.

*Овердра́фт (англ. overdraft — сверх планируемого, перерасход) — кредитование банком расчётного счёта клиента при недостаточности или отсутствии на расчётном счёте денежных средств*

«Надо же, какие слова знает! - пришло в голову язвительное. – Хоть диплом и купленный, но, проходя мимо, чего-то нахватался».

- Договор по овердрафту просрочен! – радостно сообщила Галина. – А без Палыча его не продлить. Поэтому Валентин Игоревич сегодня в пролете.

Адреналин прибавлялся, рос, стремительным потоком бежал по сосудам.

- Лина! Председателю не хватает совсем немного, эта сумма будет последней. Потом он укатит на месяц, если не на два. А мы в это время...

- Нет!!

- Ты представляешь, как он озвереет, не получив денег?

- Да.

Аллигатор сел на диванчик, положил ногу на ногу и посмотрел на Галину, словно на редкое доисторическое насекомое:

- Ты что – реально собралась воевать с председателем?! Напомню, у него сейчас практически неограниченная власть в компании. Плюс деньги, связи и прескверный характер. Раздавит и не заметит.

Галина не ответила. Просто встретилась взглядом с Олегом.

Адреналин стучал в висках, заставляя принять решение. То самое, что и миллион лет назад при встрече далекого предка с саблезубым тигром – драться или бежать.

- На меня рассчитываешь? – Олег покачал ногой. – Извини. Мысленно с тобой, но открыто поддержать не смогу. Уверена, что готова к открытой войне? Реально оцениваешь риски?

«Точно! - вспомнила Галина. – Против семьи он не пойдет. Семья – святое».

- При чем тут ты, - усмехнулась она. – У тебя даже права подписи нет. Я – должностное лицо, несу полную ответственность, включая уголовную. Мне и решать.

Руки сами сжались в кулаки, раньше сознания понимая выбранный путь. Женщины обычно предпочитают второй вариант. Но не все женщины – главные бухгалтеры. И что делать, если «драться», кроме тебя, больше некому?

- Да, готова, - вслух произнесла она. - На войне как на войне.

Галина вернулась в кабинет, села за компьютер, набрала текст докладной записки, где указала, что отказывается перечислять деньги ООО «Перспектива» и привела аргументы, объясняющие решение.

Выбрала из списка контактов нужных лиц и нажала «Отправить»:

«Война объявлена! Сразу так нужно было сделать».

На удивление, на душе было легко и спокойно, как бывает, когда наконец-то принимаешь трудное, но верное решение.

Первой отреагировала аудитор Ксюша, она позвонила буквально через несколько минут. Причем не по корпоративной связи, а на личный номер Галины:

- Лина, что за дела?

- Приглашаю на экстренный военный женсовет! - весело отозвалась она. – Через полчаса в кафешке напротив.

- Фу, - скривилась Соня. – Там менеджеры со склада орут постоянно!

- Зато никто лишний не подслушает! Зови Женьку, Аню, буду вас сильно удивлять.

Вчерашняя толстая тетка-кассирша заметила Галину и с надеждой оглянулась вокруг. Но, не увидев того, кого нужно, погрустнела.

«Ох, уж этот Мишка! – улыбнулась про себя Галина. – Любимец женщин».

Подруги взяли блинчики с разной начинкой и, специально для Галины, тарелку с сырной нарезкой.

- Лина, слушаем тебя! – начала разговор Ксения.

- Девочки, прошу, чтобы все осталось между нами, – Галина обвела глазами подруг. – О многом бы предпочла промолчать, даже более – давала слово, что никому не расскажу, но раз у нас война…

- Война – форс-мажор! – деловито прокомментировала Анька. – При наступлении форс-мажора старые договоренности не действуют. Жги, не стесняйся! А мы будем молчать, как партизаны.

И Галина рассказала подробно: про председателя, наследников, Индию и ритуал в храме змей; и про ООО «Перспектива» со скидками, про закавыки в учредительных документах, Чингисхана и Генку.

Выдала всю информацию.

- Сколько всего и сразу! - выдохнула Ксюша, прожевала блинчик и задумалась: – Начнем по порядку. Отказалась платить – это правильно. За участие в финансовых аферах могли бы запросто притянуть как соучастницу. Если вообще не повесить все именно на тебя.

- Не позволим! – возмутилась Женька. – Лина, не волнуйся, мы все за тебя встанем!

- Приду, внимательно перечитаю нормативно-правовые акты и внутренние документы предприятия, - продолжила Ксения. – Полагаю, закон на твоей стороне. Но председатель – человек жадный, мелочный и подлый. Я с ним давно работаю – насмотрелась всякого. Может пойти по беспределу.

- По беспределу? – широко раскрыла глаза Сонька. – Это со стрелками, перестрелками и штурмом офиса?

- Наша Сонечка, оказывается, поклонница нуара! - улыбнулась Анька. – Нет, до остросюжетного криминального романа, думаю, не дойдет, не те времена. Но придраться к какой-нибудь мелочи и уволить Лину по статье – это запросто.

- Согласна! - Ксения подняла вверх указательный палец. – Вывод первый: нужно каждому на своем месте проверить все от и до, и если есть недочеты – срочно устранить. Не дать председателю ни единой зацепки!

- Принято! – Галина достала телефон, открыла заметки и набрала первый пункт. – Только успеем ли? У него самолет через пару дней, и деньги нужны прямо сейчас.

- Надо срочно шефа вытаскивать из больницы! – горячо воскликнула Женька.

- У Палыча с сердцем плохо, - вздохнула Галина. – Кардиограмма лечащему врачу не нравится.

- Нужно поехать и поговорить с врачом! – не сдавалась Женька. – Узнать, насколько ситуация критичная. Думаешь, потеря бизнеса кардиограмму Палычу улучшит?!

- Хорошо, - Галина вновь сделала отметку в телефоне. – Сегодня же договорюсь с Лерой, съездим вместе.

- Лина, может, тебе на больничный уйти? – предложила Анька. – Пока Валентин Игоревич не улетит к своим змеям? У меня есть знакомые врачи.

- Предпочитаю встретиться с врагом лицом к лицу! - улыбнулась Галина. – А то неизвестно, что он за моей спиной намутить может. Но, в крайнем случае, буду иметь в виду.

- Значит, ждем реакцию председателя, пробуем поговорить с Палычем и подчищаем «хвосты», - резюмировала Ксения.

- Девочки… - испуганно прошептала Соня. – Змеи, Индия… Получается тот индус, что меня ищет – опасный сектант?! Если уж председателю голову задурил, то куда мне против магии!

- Скорее всего – да, сектант, - не стала отрицать Галина. – Хотя что-то в истории с индусом мне не нравится. Знаешь, как в детском стишке-загадке, когда нужно читать наоборот. Но тебе, Соня, осторожность не помешает. Постарайся одна никуда не ходить.

- Кстати, - вспомнила Женька. – Соня, ты обещала новость про Славу!

- Ой, какие новости, - отмахнулась Сонька. – Тут вон какие дела творятся, а у меня так – глупости.

- Желаем слышать глупости! – улыбнулась Ксения. – Чтобы хоть немного мозги расслабились.

- Да-да, Соня, не томи! – весело поддержала ее Галина.

- Хорошо, - сдалась Сонька. – Я зашла на сайт Международного форума по вопросом ядерной энергетики, где Слава участвовал.

- И нашла его электронную почту? – обрадовалась Женька.

- Нет, там только список участников. Слава среди них – но ни адресов, ни телефонов нет. Зато есть ФИО, телефон и е-мейл организатора. Поискала в интернете – интересная такая бабуля, преподает в университете.

- Думаешь, она так просто выдаст контакты Славы? – хмыкнула Анька.

- Нет, не думаю. Но бабуле требуется домработница: убирать в квартире, готовить еду, выгуливать собаку. И я решила – возьму отпуск и на месяц наймусь к ней в прислуги. Вотрусь в доверие и осторожно проникну в компьютер. У нее обязательно есть контакты участников – приглашения она им как-то рассылает!

«Так вот зачем Соня изучала сайты по поиску домашнего персонала!» - поняла Галина.

- Наша Сонечка перечитала шпионских романов! – звонко рассмеялась Анька. – Слушай, подруга, а как же принципы?

- Принципы на месте! – буркнула Сонька. – Но он же извинился! Даже автоинспекторы не всегда штраф выписывают. Если поулыбаться, могут на первый раз и простить.

- Все ясно, девочки! - загадочно улыбнулась Галина. – Чтобы наша Соня, с ее характером согласилась на роль прислуги и по совместительству шпионки… Это – она, сто процентов. Великая и могучая, на букву «л»!

- Не волнуйся, Сонечка! - Ксюша обняла ее и погладила по голове, как маленькую девочку. - Сейчас по быстренькому победим врага, снова соберем женсовет и решим, что делать с твоей любовью. Насчет домработницы ты, конечно, загнула. Но каждая из нас может задействовать личные связи и найти того, кто знает Славу. Знаешь про правило шести рукопожатий? Оно действует, много раз убеждалась!

- Думаете, еще можно что-то сделать? – Соня с надеждой обвела глазами подруг.

- Конечно! – твердо ответила Аня. – Если любовь настоящая, она сильнее любых препятствий, по себе знаю!

«Просто ты, Анька счастливая… - вздохнула про себя Галина. – В жизни оно так не всегда».

А вслух произнесла с улыбкой:

- Итак, наше сегодняшнее заседание женсовета объявляю закрытым. Надеюсь, следующее будет по более приятному поводу.

Девушки расплатились и высыпали на улицу.

- Ой, так рада за Чингисхана! - умиленно вздыхала Соня. – Дай Бог здоровья ей и малышу!

- Эх, Генка-Генка! - сокрушалась Анька. – Лучший друг! Такое разочарование, плакать хочется!

Однако не успели они дойти до офиса, как у Галины зазвонил телефон.

- Лин, тебя Валентин Игоревич ищет! – испуганным голосом сообщила Лера. - Он в конференц-зале сидит злой и сказал, чтобы ты подошла прямо срочно-пресрочно!

- Поняла, сейчас буду!

Галина обернулась к подругам:

- Председатель меня ждет в конференц-зале.

- Понеслось! – выдохнула Женька и погладила ее по руке. – Лина, помни, мы рядом! Отдел персонала – почти контразведка, у нас на всех дела хранятся. Личные. Сча еще юротдел мобилизую. Союзники не помешают!

- Если будет орать и говорить гадости, - вмешалась Анька, - не принимай на свой счет. Мысленно включай водопад. А я пока финотдел обработаю выступить на нашей стороне. Финдир – мой должник, в прошлом году его косяки прикрыла перед учредителями.

- Пальцы крестиком сложи! – эмоционально воскликнула Соня. – И представь, что председатель – всего лишь большая жирная жаба. Ты ведь не боишься жаб?

- Не боюсь! – рассмеялась Галина. - Не волнуйтесь, барышни, буду держаться, как Брестская крепость.

- Мы с тобой, - перекрестила ее Ксюша. – Во всем и до конца.

«Зря я думала, что «драться» кроме меня некому! – виновато признала Галина. – Мои девчонки – настоящие подруги. И героини! С ними ничего не страшно».

Глава 34. Откопанный топор

Галина подошла к конференц-залу.

Сердце стучало быстрее обычного, щеки горели. Но ни страха, ни тем более, панического ужаса, парализующего все тело, Галина не испытывала. Состояние было легкое и слегка бесшабашное, словно после бокала шампанского.

Адреналин смешался кровью, проник под кожу, равномерно распределился по мышцам, подчиняя все древнему закону. «Драться» - не всегда означает хватать палку и тыкать ею в глаз саблезубому тигру. С палкой даже проще.

Перед тем, как войти к председателю, Галина подошла к висящему на стене зеркалу во весь рост и окинула свое отражение внимательным взглядом.

«Как там Сонька говорила – я не женщина, я бухгалтер? – весело подумала она. – Неправильно. Я, конечно, бухгалтер. Но и женщина тоже. Поэтому безупречный внешний вид важен. Это как в игре – пара пунктов к параметру «уверенность в себе», и кому, как не геймеру знать, что порой миссию вытягиваешь на минимальном превосходстве!»

Галина достала косметичку и не торопясь подправила контур глаз. Потом взяла любимую бледно-розовую помаду и собиралась освежить губы. Но вдруг подмигнула себе в зеркале и вытащила с самого дна другую – кроваво-красного цвета.

Эта помада досталась ей бесплатно, в качестве акционного подарка при покупке любимых духов. Галина ей ни разу не пользовалась – не любила слишком яркий, вызывающий макияж. Но теперь открыла колпачок и тщательно накрасила губы:

«Боевая раскраска воина индейского племени! Откопаем же топор войны!»

При воспоминании о воине-индейце в голове опять пронеслась какая-то мысль, она была рядом, близко – ухвати рукой и…

«Подумаю об этом позже!» – решила Галина и вошла в конференц-зал.

Валентин Игоревич сидел в кресле директора и небрежно листал какие-то бумаги. Вид он имел нездоровый: кожа землистого оттенка, тяжелое дыхание, белая рубашка, несмотря на работающий кондиционер, была мокрой от пота.

Сидящий рядом Аллигатор словно для контраста выглядел молодым, свежим и спортивным.

- Это она? – хрипло уточнил у него председатель.

- Да, - послушно подтвердил тот. – Галина Горячева, исполняет обязанности главного бухгалтера.

Председатель повернул голову и вперил в Галину злобный взгляд из-под бровей.

«Как острым ножом полоснул!» - пришла на ум невольная ассоциация.

Галину бросило в жар, во рту пересохло, ладони зачесались, требуя ту самую палку. Но она осталась стоять на месте. И взгляд не опустила.

- Что, сучка, совсем охренела? – выждав паузу, проскрипел председатель. – Умную из себя строишь? Ты – никто, и звать тебя никак, поняла? Выскочка из задрипанного Мухосранска, мы тебя, считай, на помойке подобрали – отмыли, отчистили, серьезную должность доверили. А ты как за доброту отплатила, а? Шляешься целыми днями неведомо где, в налоговую секреты компании сливаешь.

Он закашлялся, хлебнул воды из стакана:

- За сколько налоговикам продалась, дрянь?!

«Налоговики – это Мишка! – поняла Галина. – Девчонки проболтались Генке о нашей с ним встрече. А тот и рад за деньги слить информацию! Предатель».

- Я не продавалась, - спокойно начала она. – Это…

- Заткнись! – рявкнул председатель. – Я тебя уничтожу, слышишь? Размажу по асфальту, как собачье дерьмо! Быстро подорвала задницу и проплатила, куда сказано. Последний раз говорю по-хорошему!

В его глазах была такая искренняя, неприкрытая ненависть, что Галина задохнулась. Адреналин кипел белым ключом, требовал немедленно…

- По договору с ООО «Перспектива» ничего перечислять не буду, - тихо, но твердо выговорила она. – Я считаю эту сделку подозрительной и не отвечающей интересам компании. В докладной записке все указано.

- Плевать мне, что ты там считаешь! – вызверился председатель и опять повернулся к Аллигатору: – Тебе полчаса, чтобы вышвырнуть эту падаль на улицу! Заберешь у нее ключи, пароли, доступы… Понял?!

- Я… - Аллигатор бросил на Галину виноватый взгляд. – Я не…

- Любовница твоя? – хмыкнул председатель. – Знаю-знаю, по светским вечеринкам ее таскаешь.

- Ваш источник лжет! - возмутился Олег. – Я серьезный человек, и думаю исключительно об интересах семьи. А этот специально на меня наговаривает, потому что выгнал его и денег не дал. Он сто лет в компании не работает, и никакой информацией не владеет. Сочиняет что-то на голубом глазу, а вы и верите! Запросите у кадровиков приказ об увольнении этого придурка и посмотрите на дату!

- Ладно-ладно, Олежка, не жужжи, - поморщился председатель. – Просто уволь эту дуру, и дело с концом.

- Я бы с радостью! Но у меня нет таких полномочий.

- Как нет?! Ты же замдиректора? И договора подписываешь!

- Да, - Аллигатор скользнул взглядом по Галине и незаметно улыбнулся. – Договора с поставщиками подписываю, у меня доверенность от директора. А кадровые вопросы – не мое. За это в отсутствие Палыча отвечает Вадим, начальник отдела продаж.

- Ну и бардак, - тяжело вздохнул председатель и нажал кнопку вызова.

- Да! - отозвался голосок Леры.

- Слышь, вертихвостка! Вызови мне Вадима из продажного отдела. И бегом!

Через несколько минут послышался нерешительный стук в дверь.

- Вызывали? – напряженно произнес Вадик. Он стал рядом с Галиной и вытянулся в струнку.

Галина краем глаза посмотрела на начальника отдела продаж: тот выглядел задеревеневшим, точно неживым, руки его била мелкая дрожь. Взгляд Вадима метался по конференц-залу, как у перепуганного ребенка.

Галина испытала острое разочарование:

«Вадик – неплохой парень: добрый, старательный, толковый. Но не боец. От слова совсем. Он до смерти боится председателя и будет выполнять все его приказы. Просто из страха. И меня сейчас уволит без разговора».

Вадим поймал взгляд Галины и коснулся ее руки, будто ища поддержки. Ладонь у него была влажной.

- Вадим Воробьев? – председатель оглядел его с головы до ног и довольно улыбнулся. – Скажи, Вадим, тебе нравится работать в нашей компании?

- Оч-чень…

- А почему ты, Вадим, используешь служебный транспорт в личных целях? Я в курсе, что ты ездил на микроавтобусе фирмы в деревню за своей будущей родней. Еще и командировочные получил. Знаешь, чем это пахнет?

- Д-догадываюсь, - опустил голову Вадик.

- Нет, не догадываешься. Не только штрафом и увольнением с волчьим билетом и такими рекомендациями, что тебя на склад грузчиком не возьмут. Уголовное дело хочешь?

- Н-не хочу.

- В принципе, могу понять, - почти ласково проскрежетал председатель. – Парень молодой, любовь-морковь, свадьба… Готов сделать вид, что ничего этого не было. Хочешь?

- Хочу, - вздохнул Вадик. – А что я должен сделать взамен?

- Настоящий начальник отдела продаж! – расцвел председатель. – Вместо глупого упрямства сразу торгуется. Не волнуйся, ничего запредельного. Сущая мелочь! Подпиши приказ об увольнении Галины Горячевой, и забудем о твоем преступлении.

- Лину, уволить… - Вадик растерянно оглянулся на нее. – За что?

- Она шпионит для налоговой! Разглашает коммерческую тайну. Между прочим, в трудовом договоре за такие вещи прописано увольнение! – горячо провозгласил председатель. - Просто поступи согласно правилам. Потом быстро поменяй подпись бухгалтера в банке на кого-то другого и выполни нужные мне платежи. Время у тебя до завтрашнего вечера.

- Я…

- Ты согласен! – радостно перебил председатель. – Знал, что мы договоримся!

«Вот и все! – с горечью подумала Галина. – Девчонки готовы воевать до последнего, а от мужиков никакого толка! Что Вадик, что Олег… Перевелись на Руси богатыри».

Вадик стоял молча и смотрел себе под ноги. Он побледнел, потом покраснел, потом сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев и, наконец, поднял взгляд на председателя. Галина с удивлением отметила, что страха в его глазах больше не было.

- Нет! - совершенно не заикаясь, произнес Вадим. – Никого я увольнять не буду. Если Галина виновата, пусть с ней Палыч разбирается. Я в юридических тонкостях не соображаю, а просто так на подлость не пойду. Не дождетесь.

- Да я тебя… - взревел председатель, но встретился взглядом с Вадимом и махнул рукой: - Пошли прочь, кретины! Не хотите по-хорошему, значит, будет по-плохому. Это мои деньги, и я их никому не отдам!

Галина с Вадимом выбрались из конференц-зала, словно из камеры пыток, и устало побрели по коридору.

- Спасибо, Вадик! – Галина взяла его под руку. – Ты настоящий друг!

«Друг познается в беде! – пришла в голову знакомая с детства пословица. – Банально, но справедливо на все сто! Пока не увидишь человека в критической ситуации, ни за что не поймешь, чего он стоит на самом деле. И даже личные качества не всегда определяют итог. Генка всегда был смелым и решительным, и предал. А трус -Вадик – нет. Не в смелости дело? А в чем?»

- Не за что! - смутился Вадим. – Обещал же, что за тебя в огонь, воду, и крокодилу в пасть. Правда, пришлось не простому крокодилу в зубы попасть, а межгалактическому пауку, который из жертвы мозги высасывает, но что ради дружбы не сделаешь.

- Пойдем к нам, девчонки, наверное, с ума от переживаний сходят! – улыбнулась Галина.

Женсовет и впрямь обнаружился в бухгалтерии в полном составе и в полной же боеготовности.

- Лин, как председатель? Что сказал? Орал сильно? – посыпались вопросы со всех сторон.

Галина коротко пересказала подругам происшедшее в конференц-зале.

- Нужно срочно выпить кофе! - воодушевилась Женька. – И решить, как быть дальше.

- С коньяком! – Анька жестом фокусника выставила на стол бутылку пятизвездочного: - На днюху подарили, так и стоит непочатый. Специально в кабинет за ним сбегала.

- На рабочем месте? Прямо в рабочее время? – растерялась Сонька.

- Мы на войне! – обняла ее Ксения. – Фронтовые сто грамм.

- А кто за рулем?! – еще больше испугалась Соня.

- Тому фронтовые пять грамм! – рассмеялась Женька. – Не боись, к вечеру выветрятся.

Галина хотела включить чайник, но заметила, что он пуст.

- Сейчас воды принесу! – вызвался Вадим и, схватив чайник, исчез в коридоре.

- Слушай, Лина, - вспомнила вдруг Женька. – Ты нам про Олега ничего не рассказала! А вчера была с ним на кинофестивале. Может, он тебе уже и замуж предлагал, а мы не в курсе?

- Предлагал, - беспечно согласилась Галина, вытаскивая из шкафа кружки и ложки. – Дружеский секс без обязательств.

- Сволочь! – брезгливо поморщилась Анька. – А с виду приличный молодой человек. Ну-ка, напомните, как вы его называете?

- Аллигатор! - отозвалась Галина.

- Олигарх! - буркнула Соня.

- А теперь будет Олигофрен! – сквозь зубы процедила Анька. – А что, тоже производная от Олега!

Девушки злорадно расхохотались. Все, кроме Галины.

- Он далеко не дурак! – постаралась она быть объективной. – Да, не подарок. И скользкий какой-то. Но если быть честной – он меня ни к чему не принуждал. Да-да, нет-нет, нормально поговорили, по-человечески. И хорошее у Олега тоже есть: для семьи и близких друзей он готов на все.

- Да, это ценное качество для мужчины… - задумчиво начала Ксения. Но ее размышления вслух прервал телефонный звонок.

- Аллигатор, легок на помине, - Галина показала входящий звонок на личном телефоне.

- На громкую! – прошептала Женька.

- Да-да! – поддержали подруги.

И Галина включила громкую связь.

- Слушай меня внимательно, - голос Аллигатора был резким. – Председатель велел прямо сейчас ехать в ЧОП, где хозяином его друг, и заключить договор на круглосуточную охрану офиса. Понимаешь, о чем я?

- Рейдерский захват?

- Умница! Я, естественно, поеду. Но на дорогах жуткие пробки. И в договоре мне несколько пунктов не понравятся, придется переделывать. Это пара часов, в лучшем случае три-четыре. Постарайся использовать их правильно.

- Спасибо, Олег! – изумленно произнесла Галина. – А почему ты…

- Удачи! – перебил он и отключился.

- Я была не права! – честно признала Анька. – Он молодец! Наш человек в тылу врага.

- Агент под кодовым названием «Крокодил»! - рассмеялась Женька.

- Нет, у агентов должно быть зашифрованное имя, - улыбнулась Галина. – Например, «XM1014».

- Солидно! - признала Женька. – Даже круче, чем «007». А что это значит хоть?

- «Крокодил» и значит, - весело пояснила Галина. Все-таки не все вокруг играют в онлайн игры: - А точнее – дробовик.

- Принято! Агент «XM1014»! – гордо провозгласила Анька.

- А Соня оказалась права, - вздохнула Ксения. – Нуар будет. Нас ждет рейдерский захват по беспределу.

- Значит, будем готовиться к осаде! – Галина обвела глазами подруг. – Нам понадобятся Лера и Боря.

Глава 35. Крепость в осаде

Вадим вернулся с полным чайником воды.

Затем в коридоре послышался синхронный топот ног и веселый Борин голос:

- Лерка, держись, паркур! Еще! Через три ступеньки!

Юная парочка явилась на экстренный призыв. Стульев в кабинете не хватало, поэтому Боря устроил Леру у себя на коленях.

- Что, реал катка? – Лера обняла своего парня за шею. – Мы в команде!

Галина оглядела расширенную версию военного совета и быстро ввела вновь прибывших в курс дела.

- Понятно, - вздохнул Вадим. – Этого и боялся. Валентин Игоревич ни перед чем не остановится.

Он поставил чайник на стол, но включать не стал:

- Некогда кофе пить.

- Коньяк тем более! - согласилась Галина. – Выпьем уже за победу. Боря, у нас база на сервере?

- Да. Сейчас отрублю доступ, и поменяю пароли. По-хорошему бы снести инфу со всех компов, но архивы долго пишутся, можем не успеть. Предлагаю компы шефа и Чингисхана вывезти, а остальные – каждый почистит свой сам: удалит подозрительное, папки запаролит.

- Мы с юротделом соберем учредительные документы, сложим в коробки и оттащим ко мне в машину, - предложила Аня. – А машину загоню в гараж.

- А если ЧОПовцы твой гараж штурманут? – скептически протянула Ксюша. – Беспредел и есть беспредел. С нашего председателя станется.

- Гаражи нынче дорогие, - загадочно улыбнулась Анька. – Мы с мужем еще на свой не заработали, поэтому арендуем. У генерала ФСБ. Пусть попробуют его гараж штурмом взять, прямо не терпится посмотреть, что с ними будет!

- Принято! Учредиловку в гараж к генералу, - согласилась Галина. – Туда же трудовые книжки, которые еще бумажные остались. И компьютеры директора и главбуха.

- А первичку за три года я к себе домой вывезу! – обрадовался Вадик. – Будущая теща не хуже генерала ФСБ, любого ЧОПовца уделает на раз-два.

- Лина, у тебя электронные ключи к банку и ЭДО на флешке или на компьютере? – торопливо вмешалась Женька.

- И там, и там есть.

- С компьютера удали, а флешку спрячь… на себе.

Галина покраснела и кивнула.

- Ой! – вспомнила Лера. – Печати!! Они в папином сейфе в приемной. Я их тоже спрячу на себе.

- Кстати, Лера, - обернулась к ней Галина. – Как папа себя чувствует? Татьяна Тамерлановна сказала, у него кардиограмма плохая.

- Чудеса с этой кардиограммой! Папе уже и УЗИ делали, и МРТ, и красящее вещество вводили – все в норме. А кардиограмма каждое утро, будто он всю ночь марафон бегал.

- А Палыч в стрелялки часто играет? - Галина вспомнила дождливую ночь в офисе.

- Каждый день. До трех-четырех ночи сидит. А то и до утра. Уже прокачался так, что круче Бори стал. А Боря скиллы больше года поднимал.

- Тогда неудивительно, что у него по утрам постмарафонская кардиограмма, - улыбнулась Галина. – Пора возвращать хардкордового геймера в реал. Нам в команду такие нужны. Заказывай такси, едем в больницу к шефу.

- Прямо сейчас?

- Нет, через час-полтора. Вначале подготовимся к штурму.

Следующие полтора часа не прошли – пролетели в быстром темпе, как в компьютерной игре, где можно ускорять ход времени. Галина и Соня почистили свои компьютеры, удалили лишнее, поменяли пароли.

В коридоре слышался то топот ног, то наоборот тяжелое дыхание, которое бывает, когда кто-то тащит тяжелые коробки.

- Осторожно! – раздавался запыханный голос Бори. – Этот комп десять моих зарплат стоит! На черный ход тащи, там машина ждет.

- Приказы по кадрам к первичке положила! – бодро комментировала Женька. - Ничего врагу не оставим, только выжженную землю!

- Ведь недаром… Москва, спаленная пожаром, французу отдана! – продекламировала Галина и осторожно спрятала флешку с электронными ключами в бюстгальтер.

- Выехал! – прислал сообщение Вадим.

- В гараже у генерала! – чуть позже отчиталась Анька.

Галина посмотрела на часы, подхватила сумку и направилась на второй этаж – к приемной. Пора было ехать к шефу.

- Жень! – поймала она по дороге деятельную подругу. – Назначаю тебя комендантом осажденной крепости! Постарайтесь продержаться подольше. А мы с Лерой мчимся за подмогой.

- Будет сделано! – задорно тряхнула золотистыми волосами Женька. – Мы этим осаждающим покажем, где раки зимуют! Придут на осаду, а попадут в засаду!

Галина хотела сказать что-то насчет осторожности и благоразумия, но поймала горящий взгляд подруги и промолчала. У самой сердце прыгало в груди, как теннисный мячик. Поэтому хотя бы внешне попыталась принять спокойный вид.

Подойдя к двери приемной, Галина услышала разговор.

- Бо-о-оря! – возмущался голос Леры. – У тебя что – пинг завис? Русским языком третий раз повторяю, бери печати и пихай мне в лифчик!

«Пинг или «ping» – характеристика, которая отражает скорость сетевого соединения между компьютерами при передаче данных».

- Э-э-э… - смущенно отозвался голос Бори. – Может, ты сама?

- Какое сама!! Самой неудобно! И надо затолкать так, чтобы со стороны не было видно.

За дверью послышалась возня, звук падающего на пол предмета, и Лерин голос буркнул рассержено:

- Боря, блин! Кто так сует? Печати разобьешь! Краснеть и трястись дома будешь! А сейчас соберись – катка жесткая анреал, против нас настоящий спецназ! Крутые читерилы, понимаешь?!

- Ненавижу читеров, - вздохнул Боря. – Так нормально?

- Глубже суй, а то повыпадают! О, так нормально. ГГ, нап!

*ГГ (GG) – good game – хорошая игра, хорошо сыграли

Нап – напарник*

И раздался звук быстрого поцелуя.

Галина на цыпочках сделала несколько шагов назад и опять пошла к двери, нарочно громко топая.

- О! Это, наверное, Лина! – обрадовался голос Леры, и она сама выглянула из приемной: - Ты вовремя! Такси ждет!

Девушки выскочили через черный ход, озираясь по сторонам и осторожно заглядывая за каждый угол. Точь-в-точь, как в компьютерной игре, когда знаешь, что за каждой стеной могут прятаться враги.

На улице было душно – от утренней свежести не осталось и следа. Или это кипела перенасыщенная адреналином кровь? Странное состояние – вроде и страшно и осознаешь возможные негативные последствия, но будто стремительный поток подхватил и понес вперед. И ты просто подчиняешься этому потоку, живешь по его законам.

И что-то в этом есть, безусловно: яркое, притягательное, волнующее. Для геймера – привычный драйв, полное погружение в игру. А в реале… Неужели то же самое?

До такси удалось добежать без потерь, и даже не вступая в открытое противостояние – вражеских ЧОПовцев еще не было.

Галина прыгнула на переднее сидение и бросила машинальный взгляд на часы: с момента звонка Аллигатора прошло чуть более двух часов.

«Молодец, агент «XM1014»! - одобрительно подумала она. – Слово держит! Конечно, он, скорее всего, двойной агент, если не тройной. Но тут следует действовать, как настоящие работники спецслужб – не рассуждать о моральных качествах источника, а грамотно его использовать».

Рассуждения прервал телефонный звонок.

«Аллигатор!» - была первая мысль.

Но нет, звонил абонент «Алексей Павлович».

«Шеф!» - вздрогнула Галина и взяла трубку.

- Здравствуйте, Галина! - в голосе Палыча сквозило неприкрытое недовольство. – Объясните, пожалуйста, что за письмо пришло сегодня от вас на мою корпоративную почту? Какое еще ООО «Перспектива»? И это уже третья оплата им?! Почему я узнаю об этом только сейчас?!

- Я… - растерянно начала Галина, но шеф ее прервал:

- Не по телефону. Прямо сейчас берите такси и езжайте ко мне. Хочу знать подробно, что творится в офисе!

- Да мы уже приехали, если честно, - Галина протянула таксисту деньги. – Стоим с Лерой у входа в приемный покой.

- Оперативно! – похвалил директор. – Хорошо, жду в фойе на третьем этаже.

Алексей Павлович действительно сидел в фойе на диване для посетителей. Вокруг стояли кадки с пальмами и тропическими лианами, отчего казалось, будто шеф не в больнице, а где-нибудь в окрестностях Амазонки.

Вид у Палыча был вполне бодрый и даже деловой, если не считать красных глаз и трехдневной щетины на лице. Других посетителей в фойе не наблюдалось. Очевидно потому, что в висевшем на стене распорядке дня текущее время значилось как «тихий час».

Директор оглядел девушек и усмехнулся:

- Слушаю вас, барышни!

Лера с Галиной, переглядываясь и перебивая друг друга, подробно поведали об офисных событиях последнего времени.

Шеф вначале хмурился, потом задумчиво кусал губы и под конец улыбнулся:

- Значит, учредиловка в гараже у генерала ФСБ? А печати у Леры в надежном месте? Я правильно понял в каком?

- Да, - Лера застенчиво погладила себя по вырезу блузки.

- И банковские ключи там же, - покраснев, призналась Галина. – Только у меня.

- Не, ну в общем молодцы, ГГ, напы! – весело признал шеф. – Сориентировались быстро. Но что мешало сразу мне позвонить?

- Не хотели волновать, - опустила голову Галина. – У вас же сердце…

- Сердце у меня есть, - вздохнул Палыч. – А то разогнал бы ваш клуб юных заговорщиков без выходного пособия. Все хорошо, но договор с ЧОПовцами председателя – опасный ход. Тот давно эту контору продвигал к нам на охрану, но я был против. Наводил справки – ЧОП этот «с душком», слухи ходят, мягко говоря, неприятные. Крыша у них в органах солидная – оттого ребята совсем страх потеряли.

- Нужно срочно разорвать с ними договор и отозвать доверенность на право подписи у Алли… у Олега Александровича! – горячо вступила Галина.

- Само собой… - Палыч вытащил телефон и начал листать список контактов. – Но позже. Если будем по нотариусам бегать – доверенности отзывать, эти черти нам весь офис разгромят.

Он нажал вызов и оглянулся на взволнованных девушек:

- Ладно, дети, не бойтесь, в игру вступает папа!

В трубке ему ответили: хриплый мужской голос, но слов разобрать не удалось.

- Здоров, Серега! – весело отозвался шеф. – Извини, сразу к делу – можешь прямо сейчас прислать к моему офису с десяток крепких парней?

Слова собеседника не были слышны, но и по репликам шефа можно было легко понять суть разговора.

- Не, тетеньки твои пусть банки охраняют!– рассмеялся шеф. – Трехлитровые. Да, ты правильно подумал – Валентин Игоревич скатимшись до беспредела.

- …?!

- Вот-вот, я тоже не удивлен. Новый договор с твоим ЧОПом? Не вопрос, подпишем.

Собеседник Палыча разразился веселой тирадой.

- В сауне с девочками?! Эх, заманчиво… - сладко вздохнул Палыч. - Но по саунам я больше не ездец, а то будет мне…

В трубке рассмеялись. И что-то поговорили ехидным тоном.

- А то! Монголо-татарское иго в отдельно взятой квартире! Кто это сдался?! Русские не сдаются! Я заключил с Ордой военный союз!

Трубка опять подавилась смехом. И что-то уточнила.

- Само собой, официальный. И даже стратегический. Простава? Легко! Приезжай на выходные к нам на дачу – шашлычки, водочка, все путем. Главное, мужиков мне отправь.

В этот раз собеседник ответил коротко и четко.

- Выехали десять минут назад?! Ну, Серега, ты красава, буду должен!

Палыч нажал отбой и подмигнул Лере с Галиной:

- Прорвемся! Сейчас еще адвоката наберу, и дуем в офис.

И выбрал из списка контактов новый.

Однако шеф держал трубку у уха довольно долго, но абонент не отвечал. Палыч уже собрался прервать вызов, когда контакт отозвался.

- Привет, Игорек! – выдохнул шеф. – Ты где?

И, дождавшись ответа, добавил торопливо:

- На заседании суда? Извини, не буду тогда отвлекать.

Но абонент еще что-то проговорил и рассмеялся.

- Да ладно?! – так же весело ответил Палыч. – Адвокат противоположной стороны заявил ходатайство о переносе? А с кем ты спаррингуешься на этот раз? Соломоныч?

Шеф уже, не сдерживаясь, рассмеялся в голос:

- Соломоныч явно к нам полетел. Прыгай в тачку и догоняй. Что-что – то, что подумал. Жду возле офиса через полчаса.

И довольно потер руки:

- Осталась сущая мелочь – отпроситься у лечащего. Девушки, подождите внизу, я быстро.

- Такси заказать? – уточнила Лера.

- Не нужно! - шеф с гордым видом покрутил на пальце ключи: - Машина внизу, на стоянке. Попросил Вадика вчера пригнать - как чувствовал, что понадобится.

Глава 36. Стояние на Угре, Куликовская битва и другие параллели

К офису подкатили довольно быстро – больница находилась от него неподалеку. Или это время галопом неслось вперед, будто кто-то подкрутил колесико в левом верхнем углу экрана?

Галина невольно посмотрела влево-вверх. Кнопки настроек игрового меню, естественно не обнаружилось. Только небо – июльское, ярко-синее, без единого облачка.

Не успел Палыч зарулить на парковку, как к офисному зданию с двух сторон, грохоча и визжа тормозами, примчалось два практически одинаковых микроавтобуса. Из обоих высыпали крепкие парни в шлемах, камуфляже и с оружием.

Удивительно, но оба отряда выглядели абсолютно одинаково: совпадал и цвет формы до малейшего оттенка, и фасон летних берцев, и марка автоматического оружия. Будто все экипировались на одном складе. А, может, так оно и было?

Бойцы противоположных сторон медлили, недовольно зыркая друг на друга. Старшие групп выступили вперед, обменялись короткими эмоциональными репликами. После чего отряды разошлись, занимая позиции с разных сторон лестницы, ведущей в офис.

- Войска построены, - пробормотала Галина. – А черный ход?

- Думаю, там аналогичная история, - шеф побарабанил пальцами по рулю, вглядываясь в лица ЧОПовцев.

- Пап, а которые наши? – озвучила Лера общий вопрос.

- ХЗ, - машинально отозвался тот, но потом оглянулся на дочь и поправился: – В смысле – Хочу Знать. Раньше у войск хоть знамена были.

- У них шевроны на рукавах, - присмотрелась Галина. – Там название ЧОПа написано.

- Предлагаешь бегать туда-сюда и заглядывать на шевроны? – Палыч вытащил телефон, но вдруг широко улыбнулся и спрятал его обратно:

- Наши справа! Мордатый, что у них за старшего, – Серегин племянник. Заматерел в край человечище, сразу и не признал.

Галина пригляделась и узнала того самого ЧОПовца – педагога дошкольного образования – с которым разговаривала ночью, когда примчалась в офис вызволять программистов:

- Да, справа те, что приезжали к нам, когда сигнализация сработала.

Но вспомнилась ей другая ночь – вчерашняя: дождь, Васины колдовские глаза, жар его тела. Галина невольно поерзала на месте, сбрасывая с себя не к месту яркие ощущения.

«За столько времени я подумала про него в первый раз! - пришло в голову удивленное. – И то, что к слову пришлось. Война – лучшее лекарство от любви?»

Привычно мелькнула мысль на заднем фоне, как раз про ночной эпизод с программистами в офисе, что-то в нем было не так! Но Галина так же привычно отмахнулась – надоели эти полу-догадки, полу-подсказки подсознания. Вечно не вовремя.

- Справа, значит? – обрадовалась Лера. – Это потому что наше дело – правое!

Шеф высунулся из окна машины и поднял руку, приветствуя племянника друга. Тот ответил тем же.

Палыч расправил ладонь и опустил вниз, что, очевидно, означало – «стоим на месте, ждем». ЧОПовец-педагог кивнул в ответ, понимая.

Мягко шурша колесами, на площадку перед офисом въехала «бэха» председателя. И припарковалась в теньке у забора.

- Вражеское командование явилось! – хмыкнул директор.

Лера с волнением заглянула ему в глаза:

- Папа, а когда наши ЧОПовцы с чужими драться будут?! Как в игрухе?

- Надеюсь, никогда, - снисходительно улыбнулся Палыч. – Мы с председателем поговорим. И все. Ждем парламентеров.

- Тогда это ненастоящая война! – фыркнула Лера. – Потоптались на месте, языком почесали! В чем смысл этих армий с оружием, если все равно одни разговоры будут?!

- Понимаешь, дочка, - шеф примирительно погладил возмущенную Леру по руке. – Иногда, чтобы тебя просто услышали, нужно, чтобы за спиной была армия. Теперь у нас равенство сил: ни Валентина Игоревича в офис не пустят, ни меня. Пока не договоримся. И ты не права насчет «топтания на месте» - война разная бывает. Про стояние на Угре помнишь?

Лера кивнула и задумалась.

– А в старину, когда силы двух армий были равны, - наконец, выпалила она. – От каждой выходил лучший воин, и они устраивали между собой поединок – кто выиграет, того и армия, считалось, победила!

- Предлагаешь отпинать председателя? – рассмеялся Палыч. – Я – за милую душу! Но, боюсь, он не согласится.

Внезапно в ворота друг за другом въехали еще две машины, и остановились у самой лестницы.

Из одной вальяжно выбрался полный респектабельный джентльмен лет пятидесяти пяти. Несмотря на летнюю жару, на нем был костюм-тройка и цветастый галстук. В руках толстяк держал массивный кожаный портфель.

Из второй машины выскочил худой долговязый парень лет тридцати в белом летнем костюме и с ноутбуком подмышкой.

- Адвокаты пожаловали, - улыбнулся Палыч и обнял Леру: - А твоя правда, дочь, – будет поединок! Кто из адвокатов окажется более ушлым, того сторона и победила.

- Пап, а который наш?

- Наш в белом! - гордо признался шеф.

Лера окинула адвокатов оценивающим взглядом и вздохнула:

- Наш симпатичнее. Но не сильно ли он молодой? Вон какой у председателя дядька конкретный, по лицу видать, что запросто докажет, будто белое – это черное.

- Не бойся, дочь! - усмехнулся Палыч. – За нас сам Игорь Пересветов – восходящая звезда московской юриспруденции! Парень еще ни одного дела не проиграл! Хотя брался за такие, где никто не верил в победу.

- Пересветов? – обрадовалась Лера. - Воин Пересвет вышел за нас на поединок богатырей?! Жаль, что Соломоныч никак не Челубей, Куликовской битвы не получится!

Галина задумалась. Игра в ассоциации была в детстве любимым развлечением. А сейчас давала возможность немного отвлечься, притушить бушующий в крови адреналиновый пожар.

Мозг радостно ухватился за идею: абстрагируя, экстраполируя, прокручивая одновременно с десяток вариантов. И менее через минуту был готов ответ:

- Насчет «никак не Челубей» я бы поспорила! Челубей с тюркского переводится как «юноша из благородного рода», «царевич». А Соломоныч - сын Соломона и…

- Тоже царевич! – весело догадалась Лера, не дав договорить. – Соломон – имя известного царя. Все подходит!

- Фантазерки! – рассмеялся шеф. – Но параллель с Куликовской битвой меня не вдохновляет. Поединок Пересвета с Челубеем окончился ничьей, и воевать пришлось всерьез. Наши хоть и победили, но понесли большие потери.

Адвокаты тем временем обменялись рукопожатием, перебросились парой фраз и отправились в одну из машин.

Толстый Соломоныч, он же Челубей, вытащил из портфеля стопку документов. Храбрый воин Пересвет в белых одеждах распахнул ноутбук.

Галина взглянула на них и ее накрыло: бешенное напряжение, сумасшедший стук сердца, полное ощущение причастности. Словно все волшебным образом перенеслись сквозь время и пространство – туда, на Куликово поле.

Солнце слепило, отражаясь в блеске стали, ветер трепал русские знамена, горячие кони топтали жухлую осеннюю траву. Ветер пах дымом костра, мешаясь с пеплом отдаленных пожарищ. И два великих воина мчались навстречу друг другу, судьбе, смерти. Или бессмертию?

Адвокаты горячо спорили, отчаянно жестикулировали, напряженно молчали глядя друг другу в глаза. Челубей атаковал ксерокопиями учредительных документов. Пересвет, словно щит, выставлял перед собой ноутбук, раскрытый на страничке арбитражного суда.

В машине Палыча все молчали и, затаив дыхание, наблюдали за происходящим.

«Действительно, поединок! – признала Галина. – Реальная драка не на жизнь, а насмерть! Кто же победит? Хотелось бы, конечно, чтобы наш! Но исторические параллели – коварная штука».

Наконец, Игорь Пересветов кивнул оппоненту, вышел из машины и, отойдя на приличное расстояние, достал телефон.

- Да, Игорек! - напряженно отозвался Палыч и, встретившись взглядом сначала с Лерой, затем с Галиной, включил громкую связь: - Что у нас?

- Ты, Леша, скажи, как тебе надо, - устало отозвался Пересвет. – По закону или…

- Конечно, по закону! – перебил Палыч. – Беспределом пачкаться не собираюсь!

- Ок. По закону подаем в суд. Там я раскатаю председателя в лаваш, без вариантов.

- Но? – со вздохом угадал шеф.

- Верно, Леша. Без «но» не обойдется. Соломоныч честно признал, что будет всячески тянуть, юлить и вставлять палки в колеса. Раньше, чем через полгода, решения не будет. А до этого работать спокойно не дадут. Формально по документам сейчас двоевластие, что фактически означает анархию. Сам понимаешь, с таким раскладом можно и бизнес потерять.

- Ясно. А второй вариант? Ты говорил «по закону или…»?

- Или с минимальными потерями. Предлагаю компромисс.

- То есть, ни нашим, ни вашим! – Палыч оглянулся на девушек. - Хорошо, говори условия.

- Противоположная сторона хочет десять миллионов наличными, - быстро произнес адвокат. – Рублей. За это отказывается от любого вмешательства в дела фирмы до вступления в наследство.

- Спасибо, конечно, что не золотых червонцев! – криво усмехнулся шеф. – Но тоже нехило.

- Леша, не волнуйся, - начал оправдываться Пересвет. – Судиться все равно будем. Все сдеру обратно, еще и с лихвой! Но сейчас лучше дать. Это мое мнение, а там смотри сам.

- Хорошо, дай десять минут на подумать.

Палыч нажал отбой и посмотрел на новоиспеченного главбуха:

- Лина, где мы можем быстро взять десять лямов?

- Заем могу вам выдать, - назвала она первый пришедший в голову вариант. – Как сотруднику.

- Эх, быть мне в долгах, как в шелках… - вздохнул Палыч. – Не смог наш Пересвет сходу одолеть Челубея, историческая параллель соблюдена. Ничья.

- Объективно, реального подтверждения, что поединок между Челубеем и Пересветом был на самом деле, нет, - улыбнулась Галина. – Возможно, это просто красивая легенда. Художественное произведение народного творчества.

- Все может быть. Но оставим историю историкам и подумаем, как быстро обналичить деньги. Твой ключ к расчетному счету у тебя?

- Да, - смущенно призналась Галина, поправляя блузку.

- Тогда едем ко мне, дома на компьютере есть дубликат моего. И банк-клиент установлен. Только подтвержу согласие на сделку.

Но не успел Палыч набрать адвоката, как на офисную парковку, откуда ни возьмись, влетел ярко-красный мерседес. Машина завернула крутой вираж, объезжая ЧОПовцев и адвокатов, и остановилась у забора. Неподалеку от машины председателя.

Из Мерседеса неожиданно выскочил Аллигатор.

«Странно, а где его нежно любимый «Бентли»? – пронеслось в голове у Галины. – Загнал в автосервис на профилактику?»

Агент «XM1014» обошел машину, галантно распахнул дверцу и помог выбраться незнакомой девице.

Барышня выглядела лет на двадцать пять. Она была стройной голубоглазой блондинкой с мягкими чертами лица. Спутницу Аллигатора даже можно было назвать миловидной, если бы не непонятное одеяние, скорее напоминающее бесформенный балахон, растрепанные волосы и, главное, взгляд. Взгляд у девушки был рассеянный и направленный куда-то за пределы окружающей действительности.

- Какие люди! Сто лет дочку председателя не видел! – ехидно прокомментировал шеф и перевел взгляд на своего заместителя. – И наш пострел, который везде поспел.

«Значит, это та самая инопланетянка! - догадалась Галина. – И, Аллигатор, надо понимать, успешно обрабатывает последнюю наследницу на предмет передачи прав на долю. Если еще не обработал».

Девица растерянно оглянулась вокруг и мертвой хваткой вцепилась в Аллигатора. Тот успокаивающе погладил ее по руке и вытащил из машины дорожный чемодан. Затем вместе с инопланетянкой и чемоданом направился к машине председателя.

Они сели в его «бэху», пробыли там минут десять и вышли уже без чемодана.

«Вещи они, что ли, председателю в дорогу привезли? - растерянно подумала Галина и окинула парочку оценивающим взглядом: - Двоюродные брат и сестра, получается? Оба голубоглазые и светловолосые, оба не склонны к полноте, но явного сходства нет. Или есть? Ой, не до того сейчас!»

Аллигатор с девицей сели обратно в красный мерседес и уехали.

Неожиданно вслед за ними погрузились в микроавтобус вражеские ЧОПовцы. Их автомобиль лихо развернулся у самых ступеней офиса и тоже убыл восвояси. Затем сорвалась с места машина председателя, вырулила на дорогу и исчезла за поворотом. Последним из представителей противоборствующей стороны выезжал адвокат Соломоныч, чинно и неспешно покидая окрестности офиса.

В ту же самую минуту раздался звонок от Игоря Пересветова.

- Прикинь, они отказались от всех своих требований! – радостно сообщил он. – Но судиться все равно буду, уже завелся!

- Ну и дела творятся! Вражеская армия бежит с поля боя, – растерянно пробормотал Палыч и обернулся к Галине. – Говоришь, легенда о Пересвете и Челубее – художественное произведение? Тогда все по законам литературного жанра – явился бог из машины и изменил ход истории.

* Deus ex machina (с лат. — «бог из машины») — выражение, означающее неожиданную, нарочитую развязку той или иной ситуации, с привлечением внешнего, ранее не действовавшего в ней фактора*

- Точно! – рассмеялась Галина. – Из красной машины. Вместе с богиней!

Они с Лерой вышли из автомобиля шефа и не спеша побрели к офису. Палыч обещал, что догонит позже, после того, как перепаркует машину и переговорит с ЧОПовцами и адвокатом.

«Олег, что за чудеса? - набрала Галина в мессенджере, не надеясь на скорый ответ. – Что ты сделал с председателем?!»

«Ничего противоестественного, - тут же отписал Аллигатор, снабдив сообщение рядом катающихся от смеха колобков. – Просто дал денег».

«Десять лямов?!!»

«Пятнадцать».

«Откуда?!»

«Машину продал».

«Ты – благородный герой, спасающий мир?!»

«Само собой! – отписал он, вставляя смайл с суперменом. – Нравлюсь?»

«Вообще в шоке».

«Может, передумаешь?»

«Насчет чего?»

«Сама знаешь», - прилетело смс, дополненное ярко-красными губами, означающими поцелуй.

«Нет».

«Зря».

«А если честно – почему?»

«Наши интересы совпадают. Временно».

Галина вздохнула и забросила телефон в сумку.

«Все-таки «XM1014» - двойной агент, - подумала она. - Или тройной?»

Глава 37. Снятие осады

Не успели девушки подняться по лестнице к входу, как из дверей офиса высыпали защитники осажденной крепости.

Боря подхватил Леру на руки, Соня и Женька с двух сторон повисли на Галине.

- Ой, мы так перепугались! Чуть со страху не умерли! – горячим шепотом призналась Соня.

- Но были готовы стоять до конца. Насмерть, - гордо поведала Женька.

Боря и Лера просто целовались в открытую, никого не стесняясь.

Галина вместе с подругами вошла в холл офиса и замерла от изумления – все входы через турникеты были перегорожены картонными коробками.

- Первая линия обороны! – весело прокомментировал Вовчик, выглядывая из своей будки. – Осторожно, Лина, коробки не пинай – в них кирпичи.

- Кирпичи?! – растерялась Галина. – Откуда?

- На хоздворе нашли, - хихикнула Женька. – Там много чего интересного оказалось.

Галина привычно направилась к лифту, но подруги развернули ее к лестнице:

- Лифт не работает, Вовчик в подвале рубильник отключил.

На лестнице стойко пахло мылом, как после генеральной уборки, и к этому аромату чистоты почему-то примешивался запах рыбы.

- Лина, иди за мной! – быстро проговорила Женька и вышла вперед. - Вот прям точно за мной, а то упадешь!

И она начала осторожно пробираться вдоль стены.

- Вы чем-то намазали лестницу? – поняла Галина.

- Средством для мытья посуды и растительным маслом! – гордо призналась Соня.

- И где вы взяли в офисе растительное масло?!

- У Вовочика была консерва – «сардина в масле», - улыбнулась Женька. – Реквизировали на нужды фронта.

- Понятно, тогда, почему рыбой воняет, - рассмеялась Галина.

- Да! И перила не трогай – на них клей!

- Ой! – вспомнила Галина. – А Палыч?

- Боря проведет!

Пол в коридоре четвертого этажа слепил металлическим блеском от щедро рассыпанных канцелярских кнопок и гвоздей. Их перемежал наклеенный полосами двусторонний скотч. С потолка свисали гроздья липких лент для ловли мух.

Галина поражалась разгулу креатива и осторожно переступала препятствия. Наконец, возле родной бухгалтерии выдохнула с облегчением, взялась за ручку и толкнула дверь.

Раздался оглушительный грохот. Женька прыгнула на подругу, закрывая собой и выталкивая из зоны поражения. На то место, где только что стояла Галина, шумно лилась вода со стойким запахом растворителя для лака.

- Вот это оборона… - растерянно выдохнула она.

- Это еще что! – гордо заявила Женька. – На третьем этаже отдел продаж такие баррикады выстроил – обалдеешь!

- А Боря собирался по камерам передавать звуки выстрелов и предложение сдаться! – хихикнула Соня. - И смотри, на мое кресло не сядь, я туда раскрытую булавку воткнула!

- Откуда у тебя здесь булавка, Соня?!

- Я всегда ее на себе ношу, - смутилась та. – К изнанке платья цепляю. От сглаза.

- Девочки… - ошеломленно посмотрела на подруг Галина. – Вы что – реально собирались воевать?! С профессиональными вооруженными мужиками?!!

- А то, - хмыкнула Женька. – Терпеть не могу захватчиков, это, знаешь ли, в крови.

- И я! - подтвердила Сонька. – Кто в наш офис со злом придет – на сардине упадет!

Галина ощупала свое кресло, покрутила туда-сюда, и, не найдя подвоха, устало плюхнулась в него:

- Кошмар! Какие вы… какие мы тут все ненормальные! ЧОПовцы председателя – беспредельщики. Попади они на такое – вызверились бы по-черному.

- Знаем, что беспредельщики, - неожиданно серьезно отозвалась Женька. – Ксюша сказала. Мы специально хотели их сильнее разозлить, чтобы подольше на нас вызверялись. Финотдел круто протупил, забыли аналитические записки к Аньке в машину загрузить.

- А там реальная картина – деньги, серые схемы, расходы! – подхватила Сонька. – Закрытая информация, они эксклюзивно для Палыча делали.

- Это все, чтобы дать время финотделу уничтожить документы? – догадалась Галина и посмотрела на подруг с уважением. – Вы на самом деле героини, девочки!

- Это Женька! – улыбнулась Сонька. – Она всем командовала. Комендантша.

Внезапно раздался вызов по корпоративке – звонили из приемной. Галина привычно нажала кнопку громкой связи.

- Бухгалтерия! - весело произнесла Лера. – Папа ждет всех в конференц-зале на торжественное совещание по поводу снятия осады. Поторопитесь, пожалуйста, а то шампанское выдохнется и пирожные растают!

- Ух, ты! – воодушевилась Соня. – Как раз сладенького захотелось!

- А потом, - загадочно продолжила Лера, - для генерального штаба отдельное заседание в приемной: вино, коньяк, пицца и душевная компания.

- Я на машине, - обиженно буркнула Соня.

- И такси за счет фирмы! – закончила Лера.

- Отлично! – потерла руки Женька. – Наши с Сонькой розовые пони сегодня отдохнут на офисной парковке!

И подруги, успешно обходя препятствия, как в компьютерной игре – бродилке, спустились в конференц-зал.

По дороге встретили Ксению и Аню с Вадимом.

- А мы с Вадиком сидели на скамейке за черным ходом! – поделилась Анька своей историей. – Не успели в офис попасть до приезда этих охламонов. Полпачки сигарет скурили, полбутылки коньяка выпили.

- Аня, ты же не куришь?! – изумилась Галина, разглядывая подругу. На Аньке были светлые брюки и блузка с открытыми плечами.

«Домой заезжала что ли? – пронеслось в голове бестолковое. – Вроде утром была одета по дресскоду».

- То не я, то нервы, - отмахнулась Анька.

- А коньяк откуда? – удивилась Сонька. – Твоя бутылка у нас в бухгалтерии так и стоит. Женька ее в шкаф от захватчиков спрятала и налепила этикетку «Ацетон».

- Вадик сбегал, - весело призналась Анька. – Знаешь, как мы за вас переживали?! К тому же у нас с ним война на сегодня не закончилась: ему с будущей тещей объясняться, а мне с мужем.

- Да… - сочувственно посмотрела на нее Галина. – Муж у тебя строгий.

- Ой, и не говори! – вздохнула Анька. – После того, как свекровь месяц у нас гостит, окончательно испортился – нервный, злой, все ему не так. Позвонила сказать, что на работе задержусь – срочные дела, так минут десять мозги полоскал – что это за работа, я против сверхурочных и вообще – увольняйся.

- Представляю, что дома будет… - вздохнула Сонька.

- Ничего, прорвемся! – Анька гордо расправила плечи. – Он меня так нравоучениями достал, что я плюнула на все сантименты и честно призналась: «Приду поздно, пьяная и с войны!»

- А он?!

- А что он – заржал: «Шинель только не забудь!»

Вдруг Анька посмотрела на свои голые руки и подняла на подруг испуганные глаза:

- Блиннн! А где мой пиджак?! На скамейке оставила что ли… Или в гараже…

Подруги дружно рассмеялись и вошли в конференц-зал.

Палыч в больничных шортах и футболке выглядел как никогда молодо и свежо. При этом вел себя не как строгий руководитель, а скорее, как любящий отец большого семейства – улыбался, шутил, говорил веселые тосты, вворачивая туда геймерские словечки.

Коллектив пил шампанское, угощался пирожными и хохотал на все голоса.

- И, наконец, - поднял директор последний тост. – Хочу поблагодарить всех сотрудников за проявленное мужество и воинскую смекалку. Но впредь попрошу не предпринимать никаких боевых действий без согласования с верховным главнокомандующим – то есть мной!

Все в очередной раз рассмеялись и выпили.

- Рабочий день окончен, - улыбнулся шеф. – Отпускаю всех домой. Предупреждаю: на третьем этаже теперь будет дополнительный пост охраны. И считаю, что нам нужно прямо с сегодняшнего дня усилить пропускной режим. Юротдел, внесите, пожалуйста, соответствующие изменения в трудовой распорядок. А вас, Владимир…

Он посмотрел на Вовчика:

- Попрошу ознакомить персонал с изменениями под роспись.

- Я что – я запросто! - подобострастно выпрямился Вовчик. – Надо, так надо.

Сотрудники веселыми группками покидали конференц-зал. Женсовет, усиленный Лерой, Борей и Вадимом переместился в приемную.

Юная парочка сразу устроилась возле компьютера и что-то в четыре руки увлеченно тыкала, остальные участники расположились за невысоким стеклянным столиком.

Лера сбегала на проходную забрать у доставщика несколько коробок с пиццами. Палыч выставил на стол по паре бутылок коньяка и десертного вина.

- Алексей Павлович! – задала Ксения волнующий всех вопрос. – Как наши дела? Мы победили? И чего ждать дальше?

- Дела у прокурора! – рассмеялся шеф и распечатал бутылку с коньяком. – Точнее, в арбитражном суде – Игорек Пересветов обещался организовать. Пускай занимается, конечно, но большого смысла юридическая возня не имеет: пока суд да дело, наследники вступят в права.

- Наследники? То есть – Валентин Игоревич? – расстроилась Ксюша.

- Формально – да. Но по факту председатель конкретно съехал мозгами, связался с какими-то аферистами – якобы индийскими магами, те в промзоне склад арендовали, ритуалы проводят. Жесть, двадцать первый век на дворе! Думаю, он отойдет от дел, передав управление кому-то из семьи, - Палыч налил коньяка себе и Ксении. – Остальные пьют вино, я правильно помню?

«Управление он передаст, - подумала Галина. – Но не из-за лже-магов, а потому, что завещание изменилось. Хотя сути это не меняет».

- Лина, слышала? – испуганно прошептала на ухо Сонька. – Маги проводят ритуалы в промзоне! Я в промзоне с этим ненормальным и встретилась. Он точно маг – все сходится! Мамочки, что же делать?

- Не бойся! – так же шепотом отозвалась Галина. – У нас теперь на третьем этаже круглосуточно ЧОПовцы с автоматами сидеть будут. Против автомата магия бессильна.

- Нам с Вадиком коньяк! – бодро вмешалась Анька подвигая к Палычу пустые бокалы. – Мы его с обеда уже пьем. А чего наш замдиректора на разборки приезжал? Еще и на чужой машине?

- Деньги председателю привез! – шеф послушно наполнил бокалы. – Целый чемодан. Мужики наши, что ближе к забору стояли, видели, как он пачки пересчитывал.

«Аллигатор не соврал, - удовлетворенно подумала Галина. – Вопрос – зачем оно ему понадобилось?»

- Олег Александрович – молодец! – восторженно отозвалась Лера. – Вступил в бой на нашей стороне!

- Сориентировался быстро, - криво усмехнулся Палыч. – Вот уж хитросделанный – пробу ставить негде. Но умный, гад: въедливый, хладнокровный, на несколько ходов вперед просчитывает. И ноль принципов. Я бы предпочел с председателем воевать, чем с этим.

«Надо же! – искренне удивилась Галина. – А Мишка говорил, что он мажор, прожигатель жизни и нигде толком не работал. Ошибался, получается? Или Аллигатор резко поумнел?»

Директор налил остальным вина и посмотрел на дочь:

- Лера, перед тем как, закажи нам с тобой на завтра билеты в Испанию.

- Мы летим в Испанию?! – широко раскрыла она глаза. – Завтра?

- Да. Попробую убедить тетушек выдать мне доверенность на их доли в компании. Маловероятно, что они на это пойдут – слишком давно враждуем. Но попробовать стоит.

- Конечно, стоит! – обрадовалась Лера. – Заодно попрактикуюсь в испанском.

- Ты знаешь испанский язык?! – изумился Палыч.

- Разговорной практики мало. Но я дома занималась с соседкой – тетей Машей. Она до пенсии преподавала испанский язык в университете. А тебя удивляет, что я говорю по-испански?

- Нет, - в глазах шефа светилась нежность и искренняя гордость за дочь: – После того, как ты из пистолета в одиночку положила штурмовую группу, меня уже ничего не удивляет.

- Пап… А можно Боря полетит с нами?

- Боря? – задумался Палыч. – А что – идея! Юная влюбленная пара решила заключить помолвку под солнечным небом Испании. Что может лучше растопить сердца одиноких дам постбальзаковского возраста, чем романтическая история?

- Допрыгалась, Лерка… - загадочно усмехнулся Борис. - Будешь официально моей невестой!

- И ничего не допрыгалась! – Лера показала ему язык и оглянулась на отца.

- Пап, нам рано помолвку! Мы с Борей еще мало друг друга знаем!

- Угу, рано, - обиделся тот. – А когда я тебя в кишке прикрыл? Ценой собственной жизни, между прочим! Это не рано было? Молчу, что кое-кто у меня снайперку отжал, даже не за спасибо. А я на нее полгода копил, вообще-то.

* Кишка — в игре узкий длинный проход, коллектор*

- Ладно, Боря, - Лера примирительно погладила его по руке. – Дашь поиграть с твоего аккаунта – соглашусь на помолвку.

- С моего аккаунта… Зачем?!

- Как зачем… - мечтательно улыбнулась Лера. – Хочу твой броник артовый поюзать. И фишечки крутые. Менюху только под себя немного перестрою. Говори пароль!

- Э-эээ, Лер, ты че? – растерялся Боря. – Мой аккаунт – это же мое все, под меня. Слишком личное.

- И вправду, Лера, прекрати! – вмешался шеф. – Зайти в чужой аккаунт – все равно, что в душу влезть! С ногами, и не снимая грязных сапог.

- Нет, так нет! - надулась Лера. – Тогда и я – нет!

- Эх, Лерка… - вздохнул Боря. – Люблю я тебя.

- Это я сто раз слышала! Пароль от аккаунта скажи!

- Так я его и сказал.

- В смысле, - воодушевилась Лера. – Пароль – «Лера, я тебя…»?

- Да, - вздохнул Боря. – Только на инглише.

- Ну-ка подвинься! – Лера подъехала ближе к компьютеру и быстро защелкала клавишами: - Надо же, и впрямь подходит!

- Тебя это удивляет?

- Нет, то есть да… - Лера покраснела и уткнулась в Борино плечо. – Просто у меня пароль почти такой же, первое слово другое.

- А ну-ка, подвинься!!!

Боря ловко сыграл на клавиатуре несколько аккордов:

- Подходит! Точно подходит!!

Он заложил руки за голову и сладко потянулся в кресле:

- Вот это – другое дело! А то – «Боря туда, Боря сюда, Боря, не тупи, Боря, я сто раз это слышала». А так – нормально, продолжай. Мне нравится.

- Будешь наглеть - пароль поменяю! – фыркнула Лера.

- Ничего ты тут уже не поменяешь! - довольно рассмеялся Боря и обнял ее.

Шеф с улыбкой поднял бокал:

- Предлагаю выпить за любовь! За это волшебное чувство, без которого жизнь была бы невероятно скучной и бессмысленной. И пусть всем присутствующим везет в любви. Прямо с сегодняшнего дня!

- Замечательный тост! – согласилась Анька. Пиджака на ней так и не было.

Но не успела Галина сделать и двух глотков вина, как пришел вызов по корпоративной связи.

- Бухгалтерия! – командирским голосом рыкнул Вовчик. – Ну-ка живо ко мне, новый трудовой распорядок подписывать! И кадры прихватите.

- Девочки! – с улыбкой обернулась Галина к Соне и Женьке. – Вовчик срочно вызывает для подписания важных документов.

Соня недовольно поставила недопитый бокал на стол и ухватила кусок пиццы – «Маргариты»:

– Не вовремя как. Но да ладно – раньше сядешь, раньше выйдешь.

Буквально через пять минут три подруги уже стояли возле поста охраны.

- В будку ко мне заходите, - важно заявил Вовчик. – А то в холле темновато. И ручку, попрошу, не тырить – эта последняя! И так отдел продаж две штуки увел.

Девушки со смехом ворвались в обитель Вовчика. На столе, рядом со стопкой документов, стояла кружка с дымящимся кофе и лежал солидный кусок пиццы на пластиковой тарелке. В самом углу стола ютился маленький дорожный телевизор. Он был включен и как раз показывал новости.

- … является одним из лидеров мировой атомной промышленности. - Бодро вещал голос диктора. - Контролирует сорок процентов мирового рынка услуг по обогащению урана.

На экране мелькали картинки, но никто не обращал на них внимания.

Галина взяла ручку и уже собиралась поставить размашистую подпись напротив своей фамилии, как Вовчик вдруг резко толкнул в бок.

- Вот он! - испуганно прошептал он. – Бесовский символ! Как у того индуса – сектанта.

- Где?! – разом выдохнули девушки.

И охранник дрожащей рукой указал на экран телевизора.

Там горела надпись «Государственная корпорация по атомной энергии «Росатом», а рядом был логотип – синий круг, в нем треугольник, а в треугольнике - точка, похожая на зрачок человеческого глаза.

- Ты… ты хочешь сказать… это значит… - вразнобой затараторили подруги.

- На визитке индуса был нарисован этот символ? – первой смогла сформулировать Галина.

- Да, он самый. Не волнуйтесь, я ее выбросил, руки помыл, молитву…

- Где визитка?! – взвизгнула Соня и схватила Вовчика за грудки. – Отвечай! Быстро!

- В мусорном ведре, - растерялся Вовчик. – Я его еще не выносил сегодня.

И указал глазами на стоящее в углу пластиковое мусорное ведро, застеленное плотным черным пакетом.

Соня в два прыжка оказалась рядом с ведром, присела на корточки и начала увлеченно копаться в мусоре.

- Сонь, - смущенно бормотал Вовчик. – Я там это… макароны выбросил… в стаканчике которые… заплесневели…

Та, не обращая на него внимания, продолжала свое дело.

- И таракана убил. Огромного такого, черного. Он тоже там. Соня, ты же их боишься до смерти…

- Вот она!!! – победный вопль Сони прервал его откровения.

Она вытащила с самого дна ведра сомнительного вида визитку, прочитала то, что на ней написано и со счастливой улыбкой приложила к губам.

Вовчик встретился с ней взглядом, печально вздохнул и отвернулся.

- Соня, покажи! – потребовали подруги.

И Соня с гордым видом выложила на стол трофей. Галина взяла визитку в руки и посмотрела на свет. Она была на двух языках: с одной стороны на английском, а с другой – на французском. В углу примостился тот самый оккультный символ.

- Егоров Вячеслав Валерьевич, - прочитала Галина. – Консультант по…

- Он самый, - внезапно произнес совсем рядом приятный мужской голос.

Подруги резко обернулись.

Возле поста охраны стоял Слава собственной персоной. У него был приятный ровный загар почти шоколадного цвета, а темно-русые волосы слегка выгорели на концах, что делало Славу еще более похожим на актера из молодежного сериала. Одет гость был в дорогой костюм.

- Добрый вечер! – вежливо поздоровался он со всеми и посмотрел на Соню: - Здравствуй, Сонечка! Так и думал, что ты на работе. И знаешь ли, мы взрослые люди – если не хочешь меня видеть, можно было сказать это в открытую. А не устраивать глупые прятки, как в детском саду.

Соня открыла рот, потом закрыла и густо покраснела.

Глава 38. Везение в любви. И невезение тоже

Соня продолжала стоять, зачарованно глядя на Славу. Тот тоже молчал, и в его глазах медленно проступал холод.

Женька посмотрела на Соньку, потом на Славу и постаралась спасти ситуацию:

- Соня не пряталась! Просто мы подумали, что ты великий маг и заклинатель змей!

- Я… - растерялся Слава. – Маг? Заклинатель?!

- Пойдем к нам в кабинет, поговорим, - вздохнула Галина. – В двух словах не объяснить.

- А Соня хочет разговаривать? – посмотрел на нее Слава.

- Хочет-хочет! - плотоядно усмехнулась Женька и ткнула подругу в бок: – Давай, Сонька, скажи правду!

Сонька опять открыла рот, но слова у нее куда-то пропали, поэтому она только махнула головой, причем как-то странно: и ни да, и ни нет, и вообще ни пойми что.

- Видишь, хочет! – радостно перевела Женька. – Идем!

- Хорошо, - неуверенно согласился Слава и оглянулся вокруг: - А чего у вас всюду коробки? Переезжаете?

- Нет, это мы оборонялись от рейдерского захвата! – гордо сообщила Женька.

И по пути в родную бухгалтерию они с Галиной кратко ввели Славу в курс дела. Соня только молчала и бросала на него загадочные взгляды.

Слава два раза поскользнулся на лестнице, наступил на двусторонний скотч и с налету вляпался в висящие липкие ленты.

Наконец, они попали в родной кабинет.

- Соня, это и есть твое рабочее место? – Слава с улыбкой разглядывал ее стол, полку с документами, экран монитора, на котором крутилась яркая заставка – процесс ядерного распада в атоме: – Уютно, функционально, современно. Мне нравится!

И захотел присесть в офисное кресло.

- Слава, стой!! – заорала Сонька внезапно прорезавшимся голосом. – Замри!!!

И он и впрямь замер.

Сонька подскочила к креслу, вытащила из обивки булавку и показала ему:

- Теперь садись! Хочешь выпить за встречу?

Слава осторожно опустился в кресло и только молча кивнул.

И Сонька с гордым видом выставила на стол бутылку. Слава машинально взял ее в руки и прочитал этикетку:

- Ацетон. Высший сорт. ГОСТ 2768-84. Расфасовано в городе Казань. Ну, знаете ли, ацетон я еще не пил!

- Это не ацетон! – рассмеялась Женька. – Это – коньяк, и даже французский. Просто мы его от захватчиков замаскировали.

Слава закрыл лицо руками и минуты две хохотал в голос.

- Хорошо, девушки, - наконец произнес он. – Я готов слушать про магов и заклинателей. То есть морально готов ко всему.

Галина невзначай пододвинула свое офисное кресло к столу и усадила в него Соню, как раз рядом со Славой. Подруга опять засмущалась и отвернулась в другую сторону.

Галина и Женька сели за стол напротив нерешительной парочки.

- Дело в том, что к Соне на остановке привязался сумасшедший иностранец, то ли араб, то ли индус, - осторожно начала Галина. – Нес чушь, что он маг и заклинатель змей, и грозился, что будет Соню преследовать.

- Неприятная история, - Слава сочувственно посмотрел на Соньку. – Может, стоит в полицию обратиться? Только не пойму, при чем тут я?

- А тот псих был смуглым! – радостно пояснила Женька. – И ты тоже загорелый! И костюм у него был приличным, прямо, как у тебя.

- Никогда не думал, что загар и деловой стиль – признаки сумасшествия, - хмыкнул Слава. – Но я же визитку оставлял – там черным по белому все написано.

- А это самая непонятная часть истории! - вздохнула Женька. - Вовчик – охранник наш – позвонил и сказал, что Соню ищет загорелый чебурек из Индии, еще и связанный со змеями. Конечно, мы испугались.

- Чебурек из Индии, связанный со змеями…- растерянно повторил Слава, потом вдруг хлопнул себя по лбу и рассмеялся. – Мой косяк, признаю! Этот ваш охранник минут пять мою визитку изучал – читал-читал, с двух сторон, только что на зуб не пробовал. А потом посмотрел в глаза и говорит: «Кто такой и откуда?» Тот случай, когда не знаешь, что и отвечать. Я и прикололся: индеец, говорю, Чингачгук или, по-вашему - Большой Змей. Думал, если он даже так передаст, все сразу вспомнят наш веселый вечер.

И положил руку на подлокотник кресла, где сидела Сонька, касаясь локтем ее локтя. Соня вспыхнула, но отодвигаться не стала.

- Ну, Вовчик! – мстительно протянула Женька. – Ну, гаденыш! Это ж надо было так переврать!

- А почему просто не прочитать визитку?

- Мы просили. Но Вовчик не смог, сказал, что она не на русском.

- Да, - согласился Слава, - это командировочная визитка для Африки – на двух наиболее распространенных там языках: английском и французском. На русском тоже где-то были, сходу не нашел. Но что там читать-то? Имя, фамилия, должность – слова те же, только латиницей.

- Вовчик не знает латинских букв, - вздохнула Женька.

- А что, такие бывают? – изумился Слава. – В наше время?!

- Бывают, - грустно признала Галина. – Вовчик – неплохой парень, но… Жертва ЕГЭ.

- Надо же, - задумался Слава. – Знаю, что радиация катастрофически влияет на человеческий организм. Но ЕГЭ, пожалуй, опаснее.

Все дружно рассмеялись. Даже молчавшая почти весь разговор Сонька.

Рассказ о древнем оккультном символе по совместительству оказавшемся логотипом «Росатома» вначале ввел Славу в ступор. Но потом, когда набравшаяся смелости Сонька продемонстрировала ему на телефоне оба этих знака, Слава опять хохотал во весь голос.

- Признаю, похоже! – он взял Сонину руку с телефоном в свою. Якобы, чтобы лучше рассмотреть символы на экране: – О чем, интересно, думали наши, когда такой логотип утверждали?! А впрочем, наверное, об этом самом и думали! Наука глубоко проникла в тайны вселенной и демонстрирует чудеса, которые магам и не снились! Хотя, если честно, на досуге люблю почитать фэнтези, что-нибудь про мир меча и магии.

- Ух, ты! Свой человек! – обрадовалась Женька. – Мы тоже любим фэнтези.

- И Сонечка? – обернулся к ней Слава.

- Да. Особенно про драконов.

- Значит, говорите, маг? – Слава вновь взял в руки бутылку с отпугивающей этикеткой. – За это стоит выпить! Этого волшебного эликсира для восстановления манны. Куда наливать есть?

- Только кружки, из которых чай пьем, - улыбнулась Галина и поставила их на стол.

- Ацетон кружками – самое то! - в тон ей ответил Слава и плеснул всем коньяка на дно посуды. – Только надо ж разобраться, какой я именно маг. Боевой – однозначно. А стихия? Наверное, огонь – что еще ближе к ядерной реакции?

- В ядре Земли идут реакции ядерного синтеза и ядерного распада! - вмешалась Женька. – Маг Земли – тоже подходит.

- Значит, мульти-класс! – обрадовался Слава, обвел девушек глазами и произнес торжественно: - Итак, разрешите представиться – Великий магистр тайного ордена «Росатом», повелитель стихий огня и земли, заклинатель…

- Цепной реакции! – наконец-то открыто посмотрев на Славу, подсказала Сонька.

- Точно! – согласился он и поднял кружку с коньяком. – За это и выпьем!

- А что, звучит! – рассмеялись подруги. – Тебе пора заказывать новые визитки.

Галина попробовала коньяк чисто символически - намочила губы. Он был неплохим – ароматным и даже с ноткой изысканности, но она не любила крепкие напитки. Кроме того, в конференц-зале пили шампанское, в приемной у шефа – вино. Коньяк явно был излишним.

Сонька вообще пить не стала, только сделала вид.

«И правильно! – одобрительно подумала Галина. – Не стоит повторять глупых ошибок».

Она смотрела на веселого Славу и цветущую Соню и улыбалась:

«Интуиция не обманула! Все было при чем – и «Росатом», и индейский воин, и чебуреки, и змеи. Будь время сесть и подумать обстоятельно, кусочки пазла сложились бы воедино гораздо раньше. Но и так хорошо. Слава и Соня встретились – и это главное. Пожелание шефа насчет везения в любви стало исполняться. Причем точь-в-точь – прямо с сегодняшнего дня!»

- А как ты меня нашел? – восторженно заглянула Славе в глаза Соня.

- Проще простого! Командировка оказалась значительно короче, чем предполагалось ранее. Прилетел в Москву и наведался в заведение, где мы познакомились. И Женин поклонник благосклонно сообщил координаты вашего офиса.

- Бывший поклонник! - буркнула Женька и отвернулась.

«Пожелание шефа исполняется, но не для всех, - пришла в голову грустная мысль. – Нам с Женькой в любви сегодня не везет. Но будем верить, что обязательно повезет в будущем! Иначе жизнь и впрямь – скучна и лишена смысла».

И Галина все-таки сделала глоток коньяка из кружки.

- Кстати, Соня… - загадочно произнес Слава. – Я выполнил домашнее задание.

- Какое еще домашнее задание? – удивилась она.

- Сделал авансовые отчеты по командировочным за два года и сдал в бухгалтерию. А еще знаю, что такое дебет, кредит и принцип двойной записи. И что расчеты с подотчетными лицами ведутся на счете «семьдесят один». Правильно?

- Слава, круто! – восхитилась Галина. – Зачет!

- А что скажет Сонечка, я сдал зачет или еще подучить?

- Сдал… - выдохнула Сонька и со счастливым видом уткнулась носом в его плечо.

«Первый курс какой-то! - умилилась Галина и вдруг вспомнила: - А Вася тоже… хи-хи… конспект учит! Каких мы мужчин любим – умных, целеустремленных, открытых к новым знаниям. Жаль, что у нас с Васей все так… как попало».

Откуда ни возьмись, вылезла довольная собой интуиция и попыталась подсказать, что… Но Галина мощным волевым усилием вытолкала ее взашей:

«Это со стороны можно рассуждать объективно, строить версии, проверять догадки. А когда сама любишь - готова придумать что угодно, лишь бы было по сердцу».

- Ой, девочки, что-то мы засиделись! – спохватилась Женька, посмотрев на часы. – У меня дома коты голодные! И отцу пора уколы делать.

- Мне тоже пора! - Сонька бросила на Славу застенчивый взгляд. – Хоть и живу одна, а из питомцев только цветы и золотые рыбки, но после случая с ненормальным индусом боюсь по темноте ходить.

- Не волнуйся, Сонечка, я провожу! - улыбнулся Слава. – Обсудим любимые книги из жанра фэнтези.

Радостная парочка под руку вышла из бухгалтерии. Сонька, словно опытный проводник, вела Славу через полосу препятствий.

Галина закрыла дверь на ключ и обернулась к стоящей рядом Женьке.

- Значит, Диме все-таки отказала? Не мое дело, конечно, но я бы дала парню шанс. Видно было, что ты ему сильно нравишься!

- У нас было свидание! – фыркнула та и сердито засопела.

- Что-то пошло не так?

- Ой, Лина, это такой трэш!! – вполголоса призналась Женька, сделав большие глаза. – Не представляешь! Прихожу я – все, как положено: платье брендовое в классическом стиле, туфли, прическа, профессиональный макияж. И тут выползает чудо-юдо: в мятых шортах а ля семейные трусы, футболке с непонятной надписью, на голове - взрыв на макаронной фабрике. Меня заметил и давай: с другой стороны улицы орет, руками машет, на месте прыгает. Как бабуин какой-то!

Галина в красках вообразила эту картину и с трудом сдержала смех.

- Человек просто был очень рад тебя видеть! – решила она заступиться за Диму. - Мальчик молодой, эмоциональный, конкретно на тебя запал. Может, стоит взяться за воспитание?

- Пусть его другой кто-нибудь воспитывает! - поморщилась Женька. – На мою больную голову только чокнутых малолеток не хватало. Я человек взрослый, предпочитаю спокойные, размеренные отношения. А это… Просто столько не выпью. Однозначно.

Галина сочувственно погладила Женьку по руке, и они пошли догонять Славу и Соню.

В холле подруги столкнулись с компанией, заседавшей в приемной у шефа.

Палыч шел под руку с Лерой и разговаривал по телефону.

- Да, Танечка! Как самочувствие? – ласково произнес он. Затем вдруг закашлялся и переспросил удивленно: – Проктология?! Кто тебе сказал, что я перевелся в отделение проктологии? Лечащий?

Шеф оглянулся на дочь и рассмеялся:

- Доктор меня неправильно понял! Это не у меня, это на работе был геморрой. Не волнуйся, небольшой, уже все хорошо, разобрались. А завтра мы с Лерой и Борей летим в Испанию. Да, я тоже подумал, что девочке нужно отдохнуть перед учебой. И я тебя целую!

Галина переглянулась с Женькой, и обе тихонько прыснули.

Их догнали Анька и Ксения.

- А куда вы пропали? – обиженно спросила Аня. – Уже хотела звонить, а потом как-то забыла.

Галина легонько толкнула ее в бок и показала глазами на великого мага рядом с трепетной принцессой Софи.

- Ого! – изумилась Анька. – Слава?!! Вот это сюрприз!

В такси Галина села с Аней и Ксюшей, им было примерно в одну сторону.

Анька устроилась на переднем сидении, бросила завистливый взгляд на обнимающихся Славу и Соню и вздохнула:

- Везет же некоторым! Проведет вечер в объятьях любимого мужчины. А меня ждут лишь занудные нравоучения и семейный скандал без огонька.

- А чего без огонька-то? – удивленно повернулся к ней таксист.

Водителю на вид можно было дать около тридцати пяти лет, у него было длинное скуластое лицо и небольшие хитрые глаза.

- Потому что у нас свекровь в гостях, - сквозь зубы процедила Анька. – Второй месяц уже. И квартира однокомнатная.

- Это не семейная жизнь, это каторга какая-то! - сочувственно вздохнул таксист. – Может, стоит завести любовника?

При этих словах он расправил плечи и невзначай коснулся рукой Аниного колена.

- Любовника? – сердито фыркнула та, отодвигаясь. – Еще чего!

Но вдруг что-то увидела за окном и эмоционально воскликнула:

- А вообще это мысль! Ну-ка, притормози у остановки!

Таксист удивленно хмыкнул, но действительно остановил машину в требуемом месте.

- Глядите, девочки, какой красавчик! – с придыханием произнесла Анька и указала на одиноко стоящего парня лет двадцати шести - двадцати восьми: – И лицо, и фигура! От одного взгляда на него в животе тараканы скачут. Такого бы в любовники! И чтобы сразу и по-взрослому.

Галина проследила за ее взглядом и улыбнулась. Парень и впрямь был симпатичным: высоким, стройным, с кучерявым светло-русым чубом и мягкими чертами лица. Единственное, что его портило – выражение этого самого лица, оно было на редкость угрюмым.

- Отличный экземпляр! – сладко причмокнула Галина. – У твоих тараканов всегда был хороший вкус.

- Эй, девушки! – отмер таксист. – Тараканы в голове, в животе – бабочки!

- Мои тараканы ни с кем не уживаются! Если те бабочки и были, тараканы их давно сожрали! – отрезала Анька и обернулась к Галине. – Как думаешь, склеить красавчика?

- Отчего нет? – подмигнула Галина. – Один раз живем.

- Ань, ты шутишь?! – испугалась Ксюша. – А как же муж?!

- Муж – объелся груш! – отмахнулась Анька и выскочила из машины.

Она выставила грудь вперед, задрала подбородок и, призывно виляя бедрами, направилась к тому самому парню.

Он заметил Аньку, демонстративно оглядел ее с головы до ног и ухмыльнулся.

- Привет, красавчик! – улыбнулась Анька во все тридцать два и облизала верхнюю губу. – Хочешь большой и чистой любви?

Тот на миг оторопел, но потом рассмеялся:

- Знаю я этот прикол! Сначала вроде и впрямь про любовь, а потом давай женись, еще и ипотеку возьми. Нет уж, лучше я тут пешком постою.

- Не хочешь – как хочешь, - совершенно не обиделась Анька. – А как насчет жаркого секса на одну ночь?

- Это с тобой что ли? – скептически изогнул бровь парень и еще раз внимательно оглядел Аньку.

- Угадал, со мной! - сладким голосом подтвердила она. – Или не нравлюсь?

- Фактура неплохая. Но ты же пьяная!

- Я не пьяная! – гордо прищурилась Анька. - Просто без комплексов.

- Насколько без комплексов? – тихо поинтересовался он и сглотнул слюну.

- Тебе понравится! Давай, красавчик, не мнись! Поехали в гостиницу, покувыркаемся. Или ты в сексе тоже – только пешком постоять и можешь?

- Ох, кому-то я сейчас покажу пешком! – рассмеялся парень и сгреб Аньку в объятья. - Ну и оторвища! Ладно, поехали! Один раз живем.

- Склеила! – обрадовалась Галина и показала Аньке поднятый вверх большой палец. – Красотка!

- Эх, какая женщина! - вздохнул таксист. – Огонь! Жаль, что не меня выбрала.

- Дура… - удрученно пробормотала Ксения. – И вроде не пила в приемной совсем, говорила, что хватит. И вела себя вполне адекватно. И надо же, так развезло!

Она обернулась к Галине и укоризненно покачала головой:

- А от тебя, Лина, такого не ожидала! Неужели не понимаешь - утром Аня пожалеет? А если еще и муж узнает…

- Это все, Ксюша, оттого, что ты не ходишь на корпоративы! – Галина со смехом обняла ее за плечи. – Этот парень и есть Анькин муж.

Ксения на миг замерла в недоумении, но потом тоже прыснула:

- Правда, что ли?! Ну, Анька, ну звездища! А я, наивная, на самом деле поверила!

Таксист только вздохнул и угрюмо уставился на дорогу.

Глава 39. Невинные игры влюбленных подростков

Галине было ехать дальше всех.

Пока завозили Ксюшу, пока стояли в традиционной вечерней пробке, она старательно пыталась поспать. Но не выходило. Перед глазами мелькали события прошедшего дня, сердце колотилось быстрее обычного.

Галина невольно взглянула на свои руки: пальцы были скрючены, будто она собиралась вцепиться кому-то в лицо ногтями.

«Адреналин! - сразу пришло объяснение. – Сумасшедшее перепроизводство адреналина. После всего, что было – неудивительно! Оттого и девчонок заносит, и я заснуть не могу, не смотря на прошлую бессонную ночь. Надо как-то расслабиться, отключится от бесконечного калейдоскопа в голове: председатель, ЧОПовцы, Аллигатор. Но как?»

В такси тихонько играло радио. Быстрая зажигательная композиция сменилась лирической мелодией. И Галина вспомнила Васю. Хотя почему – вспомнила?

«Я о нем постоянно думала! – вдруг поняла она. – Просто не всегда акцентировала на это сознательное внимание. Как в компьютере: бывает программа, запущенная на экране, а бывает фоновое задание. Ты его не видишь, но чувствуешь, что выполняется. И Вася в мыслях все время был рядом. Со мной».

На этом моменте Галина все-таки задремала. Снился шумный летний ливень, раскрытое окно и… понятно кто.

- Девушка, подъем, приехали! – резкий окрик таксиста вырвал из сладких видений.

Галина с трудом разлепила глаза и уставилась за окно: автомобиль стоял в темном проулке, почти упираясь в площадку, занятую целой армией мусорных контейнеров.

- Что это?! – недоуменно пробормотала она. – Куда я попала?

- А куда ты хотела попасть? – раздраженно буркнул таксист. То ли он был до сих пор обижен на Аньку, то ли просто устал к концу рабочего дня: - В Америку что ли?

- В Америку?! – спросонья еще больше растерялась Галина. – В детстве хотела. В Диснейленд.

- Если хотела попасть в Америку, нужно было поступать в ракетные войска! – ехидно выдал таксист бородатую шутку.

- Какие еще ракетные войска?!

- Праздник сегодня, просто, - наконец-то смягчился водила, видя ее растрепанное состояние. – День зенитно-ракетных войск, по радио только что передавали. А привез я тебя по адресу.

- С праздником! – виновато улыбнулась Галина и полезла в сумку за кошельком. Она наконец-то узнала место, где они оказались.

Очевидно, въезд во двор был перегорожен уже не вмещающимися в него машинами жильцов, и таксист заехал с обратной стороны дома.

- Только про Америку – это другие ракетчики, - зачем-то уточнила она, протягивая деньги. - Стратегического назначения.

- А мне один хрен, - отмахнулся таксист, пересчитывая купюры. – Я в армии не служил.

Галина подошла к подъезду и машинально посмотрела на часы. Было почти восемь.

«Толиману еще два с половиной часа загула! - высчитала она. – Но следует набрать оболтуса малолетнего, проконтролировать».

Но Толя неожиданно оказался дома. Он сидел за компьютером и остервенело стучал по клавиатуре.

- А как же встреча клана в реале? – Галина сняла босоножки и с наслаждением ступила на пол босыми ногами. – Отменилась что ли?

- Не до сходок! – убитым голосом отозвался брат. – Когда тут сдохнуть охота.

- Что-то случилось? – Галина в мгновение ока очутилась рядом, обняла его за плечи, развернула, заглянула в глаза. – Серьезное?!

- Серьезнее некуда, - тяжело вздохнул Толя и опустил голову. – Меня Юлька бросила.

- Как бросила? Вы поссорились?!

- Если бы… Тогда хоть понятно было бы почему. Просто так, на ровном месте сказала, что видеть меня больше не хочет! Галактика, признайся, у вас - девчонок часто такие заскоки бывают? И что с этим делать?

- На ровном месте заскоков не бывает! – скептически усмехнулась Галина. – Мы – девчонки – народ разумный. Ты ее чем-то обидел, однозначно! Сказал или сделал что-то неправильное.

- Ничего я такого не делал! – взвился Толя. – И не говорил! Нормально общались, как обычно! И тут раз и все. Я даже попросил: «Юль, скажи по-человечески, что не так?»

- А она?

- А она, прикинь: «А ты не знаешь?» Я, само собой, сказал, что нет. А Юлька: «Мне тогда не о чем с тобой разговаривать!» И в реале теперь ни на звонки не отвечает, ни на смс-ки.

Галина смотрела на Толю – потухший взгляд, угрюмо поджатые губы, и ей было не по себе. Младший брат, двенадцать лет разницы! Щекастый малыш, которого она кормила с ложечки, водила за ручку, читала на ночь сказки. И какая-то тупоголовая девица позволяет себе…

- Что реально - совсем без объяснений?! – вырвалось у нее рассерженное. – Я, конечно, понимаю, подростковый возраст и все такое, но какая-то она у тебя…

С языка чуть не слетело слово «дура», но Галина посмотрела в разнесчастные глаза младшенького и смягчила:

- … странная девушка!

- Да сам в ах… в шоке то есть, - вздохнул брат. – Сижу уже два часа, пытаюсь рассуждать логически. Но пока никаких разумных объяснений не нахожу.

В голове внезапно мелькнула подсказка. Даже не подсказка – ассоциация: вроде совсем недавно была похожая ситуация?

Но Галина отмахнулась. Не до логических игр, когда ребенку плохо!

«Собственноручно бы Юльке патлы повыдергивала! – со злостью подумала она. - Разве можно так издеваться над людьми?!»

- И ничем не вывести твою Юльку на разговор? – вслух произнесла она.

- Можно попробовать челлендж. Мы так раньше мирились.

- Челлендж? Это, если по-народному, на слабо?

- Да, - брат взял телефон и быстро что-то набрал.

Буквально через минуту труба пискнула, сообщая о пришедшем сообщении.

– Согласна Юляха! – уже более веселым голосом признался Толя и хитро взглянул на комп. – Кто у нас сегодня пойдет к доске?

Он поймал недоуменный взгляд сестры и снисходительно пояснил:

– Нужно хакнуть сайт из топа, и на главной странице оставить пасхалку для Юльки.

- Ты действительно можешь ломать известные сайты?!

- Само собой, - хмыкнул Толя. – Прошлый раз, когда мы поссорились, «Амазон» грохнул, а позапрошлый – «Твиттер».

- А если администрация сайта тебя вычислит? – испугалась Галина. – Там же миллионные штрафы! Причем даже не рублей!

- Я - гений, забыла? Никто меня не найдет. Кстати, торт купила?

- Не успела… - виновато призналась Галина. – Завтра точно будет, обещаю!

- Ладно… Бутерброды с колбасой тоже пойдут, сделай парочку, пожалуйста, от переживаний жрать захотелось.

Движимая инстинктом старшей сестры, Галина отправилась на кухню готовить бутерброды. Заодно заварила младшенькому чай. Но не успела положить в него три ложки сахара – по его вкусу, как раздался довольный возглас брата:

- Иди, Галактика, зацени, как я нереально крут!

Галина, держа в руках кружку чая и тарелку с бутербродами, зашла в комнату. Глянула на компьютер и обомлела: на экране был открыт сайт Белого дома, на цветущую лужайку перед резиденцией американского президента медленно опускалась летающая тарелка.

- Т-толя! – дрожащим голосом произнесла она. – Ты что, взломал сайт Белого дома?!

- Угу, - сладко потянулся брат. – Пусть Юляха офигеет! А то совсем обнаглела - за просто так меня бросать!

Галина в политике не разбиралась. Если честно – терпеть ее не могла: не смотрела новости, не вступала в дискуссии. По принципу, если в чем-то не соображаешь - стой в сторонке и молчи, за умную сойдешь. Но то, что натворил Толя, было запредельным! В любом случае.

Слегка притихший после короткого сна адреналин закипел вновь. Белым ключом.

Галина поставила, чуть ли не швырнула, чай и бутерброды на стол и схватила брата за шкирку:

- Совсем сдурел, идиот малолетний?! Это не просто штрафы, за тобой все спецслужбы охотиться будут!! И американские, и наши.

- Плевать! Главное, чтобы Юлька вернулась.

- Ты…ты… - От страха в голове все перепуталось. – А что значит летающая тарелка? – Зацепился мозг за яркую деталь.

- Юлька фанатка вселенной Марвел.

- А из какого это фильма – летающая тарелка перед Белым домом?!

- Это не из фильма, это еще из комиксов первых, - снисходительно пояснил Толя. - Лидер Тайной империи под кодовым именем «Номер один» приземлился на летающей тарелке перед Белым домом и дрался там с капитаном Америкой.

- Не знаю этой истории, - призналась Галина.

- Зато Юлька знает, - хмыкнул Толя и, услышав звук входящего сообщения, заглянул в телефон: - Что и требовалось доказать!

Галина взглянула на экран. В сообщении от абонента «Юлька» значилось: «№1. Лови ответку».

Толя уткнулся в компьютер, открывая и закрывая популярные сайты.

Галина вновь отправилась на кухню.

«Бутерброды – это, конечно, хорошо, - подумала она. – Но на одних бутербродах и желудок испортить можно. Тем более, подростку».

Достала из холодильника суп, налила в тарелку и отправила разогреваться в микроволновку.

- На, Толя, поешь горяченького! – поставила Галина тарелку перед братом. – Нашел Юлькин ответ?

- Нет, - обиженно пробормотал он. – Уже Топ-50 сайтов перебрал, нигде ни намека. Может, она вообще ничего не ломала? Просто издевается надо мной?

- Знаешь, - Галина задумчиво почесала лоб. – Что-то вертится в голове, какая-то мысль про твою Юльку. Или даже несколько мыслей, но ухватить не могу.

- Как это не можешь ухватить мысль? – изумился брат.

Он посмотрел на суп, неуверенно зачерпнул первую ложку, но потом распробовал и стал есть.

- Просто мыслей очень много сразу, они друг за друга прячутся.

- Нам препод с кружка информатики говорил, что человек одновременно не может держать в голове более пяти-семи задач, - хмыкнул Толя. - Исключение – одаренные люди, у них получается помнить сразу о девяти вещах. Но чтобы мыслей было так много, что аж запутаться в них можно…

- О девяти? – улыбнулась Галина. – А о двадцати девяти не хочешь? Одновременно?

- Так не бывает! И препод говорил…

- Препод имел в виду мужской мозг! – рассмеялась Галина. – А женский от природы мульти-задачный. Я читала, что это выработалось путем долгой эволюции, чтобы одновременно можно было смотреть за несколькими детьми, готовить обед, разговаривать с подругой, планировать меню на завтра, при этом размышлять о серьезных вещах и еще…

- Погоди, - заинтересовался Толя. – Это как в компьютере, когда одновременно открыто много приложений, оперативки не хватает, и все зависает? А если закрыть твои лишние программы, сможешь найти ответ?

- Наверное, смогла бы. Только как их закрыть? Я не могу не думать о том, о чем думается. А думается обо всем. Сразу.

Толя фыркнул и бросил, уже было поднесенную ко рту ложку супа, в тарелку. Посуда жалобно зазвенела, брызги супа разлетелись по столу.

«Надо сходить за тряпкой», - устало подумала Галина.

Но осталась стоять на месте. Она смотрела в глаза младшенького – в них было так много всего одновременно: гнев, обида, отчаянье и немного – надежда. На старшую сестру, которая всегда выручит. Обязательно.

- Что, даже ради меня не можешь?! Тебе тоже на меня наплевать, как и Юльке?! Тогда знай, если с Юлькой не помирюсь – завтра на конкурс не пойду! И вообще школу брошу! И поступать никуда не буду! И все из-за тебя, поняла?!

- Замолчи, Толиман! – простонала Галина и сжала виски ладонями. – Не дави на мозг, он и так перегрелся! Но, так и быть, попробую…

Она закрыла глаза и обхватила голову руками. Сердце колотилось с бешенной скоростью, гоня в мозг поток свежей крови. Со свежим адреналином.

«Не думать. О том, что Палыч завтра летит в Испанию, а у него больничный не закрыт. Надо позвонить в больницу и попросить, чтобы выписали нормально, а не за нарушение режима… А на Испанию отпуск оформить? Отпускные за три дня надо было… Ладно, отгулы сделаем или… Смотря еще какой датой больничный…Не думать! О том, что утром нужно вызвать клининговую компанию и убрать следы героической обороны… Не думать! Почему Аллигатор так хотел отправить председателя в Индию, что даже не пожалел машины? Не думать! Про инопланетянку, что-то не так с ней… Не думать! Что Аллигатор, похоже, не смирился с отказом и может предпринять новую попытку… И что он делал в Питере шесть лет? И откуда знает блатной жаргон? И что на самом деле происходит в Питерском филиале? Не думать!! Про то, что Женька рассталась с Игнатом, и с Димой у нее не получилось, нужно с ней поговорить по душам, поддержать. И у отца ее серьезные проблемы со здоровьем – деньги на лекарства нужны, премию ей выбить у Палыча что ли… Не думать! И еще… И еще… И об этом… И…Не думать!!!»

- Как, получается? – Толя сочувственно погладил по плечу.

- Кажется, да. Но это сложно. Очень.

«А теперь самое трудное, - мысленно признала она. – Вася! Фоновое приложение, скрытое, но энергоемкое. Не думать! О его глазах, губах, и… И о том, что это неправильно. И о том, что… Магазин, Виталий с Аделиной, ночной офис – это как-то связано… Не думать! Кстати, говорят, что когда человек влюбляется, он глупеет. А, получается, что нет! У него просто кеш-память забита до предела размышлениями о предмете любви. Об этом тоже не думать!!»

Внезапно Галина ощутила пустоту в голове – странно и непривычно. Ничто не крутится, не мельтешит, не подсказывает, не… И мысль летит, словно световой луч через вселенную, нигде не встречая преграды.

- Все, - вымучено произнесла она и открыла глаза.

- Ты знаешь, какой сайт ломанула Юлька?!

- Да. Но для страховки два контрольных вопроса. Первый – Юлька была очень злая на тебя?

- Как пиранья! Думал, мне через телефон голову прогрызет.

- Подходит. Вопрос номер два – Юлька слушает радио?

- Еще бы, - хмыкнул Толя. – Юляха без музыки никуда. Ей родители крутые уши подарили, беспроводные. Она теперь даже на уроках в них сидит, и радио у нее все время в телефоне включено.

- Пентагон, - устало произнесла Галина. – Это ответ.

- Чего?! – расхохотался брат. – Пентагон даже я не решаюсь трогать! Там, знаешь, какая защита? А Юлька в прошлый раз еле-еле майл.ру ломанула. И то пыхтела часа два! И откуда ты вообще взяла про Пентагон?

- Интуиция.

- Опять ваши девчоночьи сказки, - снисходительно протянул Толя. – Я чистокровный технарь и в интуиции не верю. Нелогично это. Сайт Пентагона даже открывать не буду,

- А с чего ты взял, что интуиция – нелогично? Как вычисления в компьютере – сам процесс не виден, а мы сразу получаем на экране ответ. Интуиция – просто очень быстрая логика, когда логическая цепочка выстраивается за доли секунды, и мозг не успевает отследить все звенья. Но если попробовать замедлить процесс…

- Попробуй, - заинтересовался Толя.

- Если Юлька была очень злой, значит, тоже смогла отключить мульти-задачность. И направить все ресурсы мозга на одну цель. Тем более, ей хотелось тебя уделать.

- Логично.

- Сегодня праздник, День зенитно-ракетных войск. По радио об этом говорили много раз. Если она его слушает… Могла сработать ассоциация.

- В принципе, логично. Но про Пентагон – это другие ракетные войска, стратегического назначения.

- А это мы с тобой разбираемся, - улыбнулась Галина. – Потому что наш папа в молодости был ракетчиком. А Юлька вряд ли знает детали.

- Логично, - вздохнул Толя и набрал на клавиатуре несколько символов.

На экране возник сайт Пентагона. На главной странице светилось изображение теннисной ракетки.

- Хренасе… - растерянно прошептал брат. – Галактика – ты гений логики! А Юлька… Юлька гений мировой цифровизации. Слушай, а вы что, девушки, реально такие умные?!

- Конечно! – рассмеялась Галина. – Просто вечно думаем, о чем попало. Или о ком…

Краем глаза она заметила, как Толя набрал в телефоне: «С днем зенитно-ракетных войск!»

И следом:

«Поговорим?»

«Да», - прилетел ему ответ от контакта «Юлька».

Толя просительно посмотрел на Галину, и она рассмеялась:

- Ладно, я давно собираюсь в душ.

Ласковые прохладные струйки хлынули на лицо, шею, плечи, возвращая в привычную реальность. Все выброшенные из памяти мысли радостно заняли свои места.

Первой, естественно, была ассоциация… мокрое тело, шум льющейся воды и... Куда ж ты от него денешься?

«А еще отчет завтра сдать нужно, - вспомнила Галина. – И на новом бланке. Не забыть проверить, программисты установили последнее обновление или нет? А что, где двадцать девять задач, там и тридцать. Или тридцать три. Не привыкать».

Из душа она вышла в коротком махровом халатике и с тюрбаном-полотенцем на голове.

Осторожно заглянула в комнату: Толя лежал на диване, заложив руки за голову, и вид у него был рассеянно-счастливый.

- Поговорили? – понимающе улыбнулась Галина.

- Да! Там такая засада – не поверишь! Прикинь, Юлька услышала, как Маринка рассказывает Камилке, что она с Толей целовалась!

- В смысле, Маринка наврала?

- Нет! Просто к бабе Зине, что на первом этаже живет, помнишь? К ней приехал внук из Питера, тоже Толя. И они с Маринкой…

- А Юлька подумала, что это ты? – догадалась Галина. – И разозлилась.

- Точно! Имя Толя – редкое, особенно среди моего возраста, вот Юляха и тупанула. И хоть бы спросила, так нет же – сразу меня в бан кинула. А нас хоть и мало, но я не единственный Толя на свете.

- Слушай, - загадочно улыбнулась Галина. – Если она тебя так ревнует, значит - любит?

- А то! – довольно признался он. – И она меня, и я ее. Все зе бест.

- То есть, до выпускного вы с объяснениями не дотерпели. И правильно, лучше уж целуйтесь со своей Юлькой, чем ломать правительственные и военные сайты ядерной державы. И, знаешь ли, меня совсем не улыбает, чтобы сюда приходили крепкие парни спортивной внешности и задавали неудобные вопросы.

- Да никто к тебе не придет, - зевнул Толя. – Мы с Юлькой так шифруемся, что ни один…

Его тираду прервал резкий звонок. Причем, звонили не в домофон, а именно в дверь.

- Галактика, ты кого-то ждешь? – напрягся брат.

Затем глянул на часы и побледнел:

- В десять часов вечера?

- Что, шифровальшик, страшно? – Галина сделала большие глаза. – Лезь под кровать, я тебя не выдам!

И, насладившись Толиным испугом, добавила весело:

- Это, наверное, соседки. Они брали миски для холодца, обещали вечером занести. Толь, выйди забери у них посуду, а то у меня голова мокрая.

Она сняла с головы полотенце и достала из шкафа фен.

Толя кивнул и направился к входной двери. Однако буквально через минуту пулей влетел обратно в комнату:

- Галактика… это не соседки… это на самом деле он! Здоровенный такой лось!!

- Чего? – не расслышала Галина из-за гудения фена. – Кто пришел?

- Спецслужбист! Огромный, как шкаф.

Толя бросил взгляд на балконную дверь:

- Может, я туда? Слезу потихоньку?

- Совсем сдурел?! – Галина рассерженно выключила фен. – Четвертый этаж! Что за день сегодня: войны, осады, двойные агенты. Действительно, только спецслужб не хватало! Просто вишенка на тортик!!

Она решительно поднялась, посмотрела на дрожащего от страха брата…

Руки сами собой сжались в кулаки. Адреналин взорвался в мозгу белой вспышкой. Но вопрос «драться или убегать» уже не стоял. Когда женщина защищает ребенка, она способна на все. И даже немного больше.

- Успокойся, Толиман! – коротко бросила Галина. – Сейчас этот спецслужбист пожалеет, что на свет родился! Сегодня явно не его день.

Она схватила со стула домашние шорты и футболку, не глядя переоделась в коридоре и распахнула дверь.

Ни лосем, ни шкафом поздний гость не был – погрешность оптики дверного глазка, помноженная на взгляд перепуганного подростка. Но про крепкого парня спортивной внешности было правдой.

За дверью стоял Василий собственной персоной. На нем были легкие джинсы и вновь – белая футболка. Не та, что прошлой ночью, на сегодняшней была небольшая нашивка на рукаве: двуглавый орел и надпись «Россия».

Но эта футболка шла ему еще больше, еще четче обрисовывала великолепную спортивную фигуру. Ночной гость опять был без очков.

- Привет! - застенчиво улыбнулся он. – Я понял, что было не так. Поговорим?

Глава 40. (Не) розовые сопли

Галина прикрыла за собой дверь, прислонилась к стене и во все глаза уставилась на Васю.

Перегоревший адреналин осыпался крупными хлопьями пепла, оставляя за собой лишь дикую, нечеловеческую усталость. Мозг перегрелся и желал одного - спать. Долго и без сновидений.

Галина поняла, что слишком долго и откровенно рассматривает Васину футболку, и отвела взгляд.

«Он что - прикалывается? – недовольно подумала она. – «Понял, что было не так!» Целый день размышлял, чтобы понять очевидное? И, главное, зачем с этим открытием ко мне приходить? Еще и на ночь глядя? Я и так знаю».

Вслух же сказала первое, что пришло в голову, исключительно, чтобы занять неловкую паузу:

- А как ты попал в подъезд?

- Дядя Коля выводил Кортеса. И меня впустил.

Вася бросил загадочный взгляд на дверь квартиры:

- Может, пригласишь к себе? Здесь нам будет неудобно.

- Что неудобно?

- Разговаривать! – рассмеялся он. – Хотя все остальное – тем более.

- Что остальное?!

- А это уже сама решишь, - неожиданно серьезно продолжил Вася. – После разговора. Пока не поговорим, обещаю не приставать. Идем?

И положил руку на дверную ручку.

- Ко мне нельзя! - вспомнила Галина спасительную причину. – У меня брат дома!

Она приоткрыла дверь и произнесла громко:

-Толя, не волнуйся, это ко мне! По работе.

- Брат? – усмехнулся Вася, и во взгляде его мелькнуло что-то острое и колючее: – И сколько брату лет?

- Шестнадцать.

Напряжение в его глазах исчезло, зато появился веселый блеск, и даже нотка сочувствия:

- Младший брат? Намного младше тебя? Надо же, у нас с тобой и в этом все совпадает. Понял, вопросов нет. Пойдем в подъезде посидим.

Вася взял ее за руку и уверенно повел к любимой дяди Колиной курилке на площадке между третьим и четвертым этажом.

«Значит, у Васи есть младший брат, - машинально отметила Галина. – Есть и есть, неважно. Вопрос в другом – о чем это он со мной разговаривать собрался?»

Подъезд многоэтажки хоть и был косметически отремонтирован, но ни консьержки, ни зеркал, ни, тем более, оранжерей на лестничных площадках в нем не наблюдалось.

Вася скептическим взглядом окинул низкий бетонный подоконник с лежащим на нем куском фанеры и пепельницей – банкой из-под оливок, и обернулся к Галине:

- Прикольно. Лет десять по подъездам не обнимался, если не больше. Но делать нечего – придется изображать малолеток.

Он наконец-то обнял ее и притянул к себе, обжигая шею горячим дыханием:

- Сядешь ко мне на колени? Тут просто места для двоих мало… Не бойся, исключительно по-дружески.

Галина в красках вообразила эти «дружеские» посиделки, тело словно окатило горячей волной, во рту пересохло.

- По-дружески? – она резко выпуталась из объятий и посмотрела в глаза: - Ты уверен?!

Он не выдержал взгляда и опустил голову:

- Кого я обманываю - тебя или себя? Конечно, по-дружески у нас не будет. И разговора так, скорее всего, не получится. Соскучился просто, думал о тебе весь день... ладно, давай по-другому.

Вася усадил ее на окно, а сам присел напротив на корточки.

Галина, не удержавшись, провела ладонью по его волосам, закопалась в них пальцами и на миг прикрыла глаза, искренне наслаждаясь этим прикосновением. Волосы были мягкими, шелковистыми и удивительно приятными на ощупь.

«Словно игрушка – анти-стресс! - Всплыла сама собой в голове ассоциация. – Перебираешь эти короткие прядки, и напряжение уходит. А вместо этого приятная легкость, сладкая истома, и хочется погружаться в нее дальше и дальше…»

Но сразу же рассердилась на собственные мысли:

«И ничего не игрушка! Человек. Любимый. А каким должно быть прикосновение к любимому человеку? Именно таким – и трепетным, и исцеляющим, и дарующим предвкушение чего-то более яркого и волшебного».

Ее ладони бессовестно сползли ниже, на Васины плечи. Трепетно-пьянящее чувство усилилось, от пальцев по руке побежала сладкая волна. Даже страшно представить, что будет, если…

- У тебя опять белая футболка… - зачем-то произнесла она.

— Это… - неожиданно смутился Вася. – Это - для тебя.

- Для меня?

- Просто показалось вчера… или еще сегодня? Показалось, что тебе… - он поймал губам ее ладонь. – Спортивный стиль нравится больше, чем офисный.

- Тебе очень идет. Ты сейчас такой… такой красивый!

- Красивый? Я? – удивился Вася. – Как скажешь. Мне оно без разницы, никогда особо не задумывался. Но если тебе приятно, мне не трудно, даже в радость… и не только это…

Его руки легли на ее колени. Ладони были горячими-горячими и слегка дрожали. И ее тело тут же подхватило этот безумный приступ лихорадки, настраиваясь на одну волну.

- Так, Вася! – Галина волевым усилием взяла себя в руки, убрала его ладони с колен и отодвинулась дальше к окну: – Ты вроде пришел поговорить? Давай уже свой разговор!

- Точно! – рассмеялся Вася. – Чуть не забыл!

Но потом встретился с ней взглядом и осторожно улыбнулся:

- На самом деле помню, конечно. Просто не знаю, как говорить о том, что и так очевидно. Мы - взрослые люди и прекрасно понимаем, что между нами происходит, и к чему все идет.

Он взял ее ладони в свои, опять возвращая взаимное лихорадочное безумие:

- Но ты права, конечно. С моей стороны было нечестно приставать к тебе без объяснений. Ты – серьезная девушка и требуешь уважения к себе. Хоть все ясно и так, но ритуал должен быть соблюден, верно?

Галина ничего не ответила. У нее болела голова, и просто не было слов – никаких.

- Тогда слушай, - видимо он посчитал ее молчание за знак согласия: - Ты мне нравишься. Давно, еще с самой первой встречи. А, наверное, даже с первого разговора по телефону – тогда еще восхитился твоим умением переводить с русского на русский. Предлагаю отношения – длительные и, возможно, с перспективой. Согласна?

«Прелестно! – разочарованно подумала Галина. – Открытым текстом зовет на роль любовницы. Хотя чему удивляться – все к этому и шло. И виноват тут, будем честными, совсем не Вася. Точнее, не только он. Я его поощряла и даже хуже – открыто проявляла инициативу. Но раз сама начала это что попало, самой и заканчивать».

- Нравишься – не нравишься, - устало выговорила она, освобождая из плена ладони. – Иди домой, Вася, со своими ритуалами. Мне таких объяснений и даром не надо. Знай, что ты про это, и слушать бы не стала.

Но он почему-то не обиделся. И даже воспринял ее слова как нечто само собой разумеющееся:

- Понял. Тебе нужно другое слово? Я не против. Просто мы еще так недолго знакомы. Не хочу, чтобы решила, будто я разбрасываюсь такими словами. Что для меня это слишком легко.

Вася смотрел в глаза, и в его взгляде было столько разных эмоций одновременно…

«Мамочки… - вдруг поняла Галина. - А ведь он об этом. И не о том этом, которое то самое. А о том, что вообще. Совсем».

- Я, конечно, говорил это и раньше, - продолжал он. - И не раз. Но давно – в юности.

«В юности – это в смысле на втором курсе? – Галина попробовала вызвать отрезвляющую мысль. - Когда проиграл будущей жене в карты?»

Но эта спасительная мысль почему-то не подействовала. Мозг откинул ее как несоответствующую логически-интуитивной цепочке. Хотя что с того бедного мозга взять? При такой-то DoS-атаке?

*DoS (аббр. англ. Denial of Service «отказ в обслуживании») — хакерская атака на вычислительную систему с целью довести её до отказа*

- Знаю, - вслух согласилась Галина. – У меня тоже было.

— Вот видишь! И тут ты меня понимаешь. Сейчас, конечно, я взрослый человек – нет того щенячьего восторга, зато есть осознание ответственности за слова. И, полагаю, это даже ценнее.

«Мне очень хочется услышать это! – честно признала она. – И одновременно страшно. Страшно, потому что мир непременно изменится. Радикально, как после глобальной катастрофы. И хватит ли у меня сил выстоять, пойти против того, что сметает все на своем пути?»

- Вась, так, может и не надо? – Галина осторожно погладила его по руке, из последних сил пытаясь остановить надвигающийся апокалипсис: – И правда, мы друг друга почти не знаем, последствия всякие - разные, да ты и сам этого не хочешь.

- Кто сказал, что не хочу? Опасаюсь немного, это да. И дух захватывает, словно перед… потом расскажу. Думаю, еще много чем тебя удивить! – Вася рассмеялся и вскочил на ноги. – Все, надоели эти стариковские посиделки на завалинке, иди ко мне!

Он поставил ее перед собой - выше на пару ступенек, чтобы сравнять рост, и посмотрел в глаза. В его взгляде была решимость, уверенность в себе, немного азарта… и нежность:

- Я люблю тебя, Лина! Хватит на меня смотреть, как прокурор на матерого уголовника! Все серьезно. У меня нет ни времени, ни настроения на одноразовые приключения.

Галина не ответила, просто зарылась лицом в его плечо. Голова была тяжелая – тяжелая, чугунная просто.

«Тот случай, когда отдала бы за эти слова, что угодно, - с горечью подумала она. – Но не так, как сейчас. Он не врет про чувства, но это ничего не меняет. Вряд ли «серьезная» роль постоянной любовницы лучше мимолетной интрижки. Точнее, определенно не лучше. Совсем».

- Теперь вроде бы все так! – Вася с тихим смехом погладил ее по голове. Его прикосновение было приятным – приятным и таким… необходимым? – По крайней мере, я старался. Понравилось?

Галина кивнула, еще сильнее прижимаясь к нему:

«Конечно, понравилось! Как может не понравиться признание в любви от самого дорогого человека?»

Взгляд скользил вокруг, запоминая, запечатляя, высекая в камне на века: тусклый свет подъездной лампочки, ровный слой свежей штукатурки на стене – слегка поцарапанный внизу, приоткрытое на проветривание окно, Васина натянутая на плечах белая футболка, его горячее дыхание – момент, когда Он сказал «люблю». То, что будет мысленно воспроизведено много раз – с жаром, грустью, упоением. Да, давно не пятнадцать, но девочки всегда такие девочки…

- И раз формальности соблюдены, - Вася слегка отстранился и посмотрел на ее губы: - Проверяй, как я усвоил материал предыдущего урока!

Галина хотела что-то сказать – возразить, предостеречь, отказаться… Но вместо этого просто закрыла глаза.

Его губы были теплые, сладкие и желанные до боли. Хотелось продлить этот поцелуй еще и еще, а потом идти дальше – уверенно и до конца.

- И где похвала прилежному ученику? – весело прошептал Вася минуту спустя. - Я тебя поцеловал, и не только конец света не наступил, но даже нигде ничего не взорвалось!

Вокруг действительно было на редкость тихо: не гудел лифт, не хлопала подъездная дверь, из соседних квартир не доносились привычные бытовые звуки.

«Поздно уже, - поняла Галина. – Все спят. Пора заканчивать это безумие. Но как?»

- Молодец! Эту тему ты усвоил на отлично! – улыбнулась она в ответ.

Вася прижал ее к себе, часто дыша и путаясь губами в волосах:

- У тебя губы будто приворотным зельем намазаны… Сейчас еще сильнее, чем прошлой ночью! Голова кругом. Предлагаю перейти к освоению нового материала! Или даже к экспресс-изучению полного курса за одну ночь.

Галина внутренне сжалась:

«Опять поощряю и даю повод. Хуже – откровенно хочу чужого мужа. И как это называется? Впрочем, известно как – коротко и нецензурно».

Вася почувствовал ее напряжение, отстранился и серьезно посмотрел в глаза:

- Не подумай, я не про это! То есть, конечно, про это, но исключительно как продолжение того, что только что сказал. Чувства сложно передать одними словами - нет таких слов, не придумали еще. Но если считаешь, что рано – настаивать не буду. Можем попить кофе, посмотреть в обнимку какой-нибудь фильм, поболтать. Я на машине. Поехали ко мне?

Галина молчала и интенсивно думала. Точнее, пыталась – мозговой процессор тупил, вис и просил перезагрузку:

«Мне не надо объяснять, как маленькой! Я взрослый человек. И будь все по-другому, сама бы тебя никуда не отпустила! К чему притворяться? Существуют, конечно, истинные «тургеневские барышни» - как Женька, например. Той, чтобы понять да или нет, надо долго за ручки гулять - строй психики такой. Но я не Женька! И если бы не твоя...»

Внезапно до нее дошел смысл последней фразы:

- К тебе? А как твоя же…

Слово «жена» опять не выговорилось, лишь обожгло губы каленым железом:

- … как же твоя Катя, возражать не будет?

При упоминании Кати Вася поморщился и отвел взгляд.

- Ее там нет.

- И где она?

- Зачем тебе проблемы моей семьи? – усмехнулся он. – Сам разберусь.

«Действительно – куда лезешь, дура?! – пробилась сквозь туман разумная мысль. – Заканчивай этот беспредел и иди спать!»

Но вместо этого Галина положила руки на Васины плечи, не удержавшись, с наслаждением пробежалась пальцами вниз:

- Значит, твои слова о любви – неправда? Ты мне не доверяешь и не считаешь нужным делиться проблемами?

- Доверяю, - он прижался щекой к ее руке. – Считаю нужным. Но если с подробностями рассказать, получится, что на Катюху жалуюсь. Как-то не по-мужски оно. Тем более, сам виноват, что до такого дошло, раньше надо было думать.

- До чего такого?

- Поссорились мы. Сегодня утром. Сильно поссорились, можно сказать в хлам. Закинул ее с вещами в машину и отвез к родителям. Пусть там посидит, подумает над своим поведением. Избалованная Катька очень, просто дальше некуда. Это еще мама с папой постарались, она у них поздний ребенок. Ну и я добавил по глупости и мягкости характера. И рад бы теперь от нее отделаться, но не могу. Чувствую ответственность.

«Классический сценарий, - вздохнула про себя Галина. – Поругался с женой и ищет утешения на стороне. А дети где? С мамой, наверное. Не оставил же он их дома одних».

- Ждешь, чтобы я тебя пожалела? – вырвалось у нее вслух.

- Нет, - удивился он. - Сказал вроде – сам виноват, сам и разберусь. Но ты же хотела знать про Катьку? Я согласен – твое право. Еще вопросы есть?

«Есть, - честно признала Галина, глядя себе под ноги. – Один единственный вопрос, но глобальный – что я тут делаю?»

- Вопросов нет! – она резко выпуталась из объятий и помчалась вверх по лестнице к двери своей квартиры.

- Быстрая какая! - Вася догнал и со смехом обнял за плечи. Его дыхание теплым облачком коснулось шеи: – Но от меня не сбежишь. Не могу отпустить, это выше моих сил! Тебе нужно переодеться? Я подожду в машине.

- Зачем?

- Как зачем? – весело прошептал он. - Поедем продолжать знакомство! У тебя нельзя, а я нынче одинокий и со свободной жилплощадью.

Галина вздрогнула, развернулась и посмотрела ему в глаза. На улице внезапно заорал кот – хрипло, протяжно, на одной высокой ноте. Ему ответил второй – также заунывно и однотонно.

«Кошачья свадьба! – поняла она. – И у нас тоже! Но винить в этом следует исключительно себя. И где были мои мозги последние три дня? Никогда в жизни с чужими мужьями не связывалась, считала это отвратительным. И сейчас считаю!»

- У тебя прямо, как на сайтах знакомств пишут! – ехидно выдала вслух. -Место для встреч есть.

- Ты смотришь сайты знакомств? – улыбнулся Вася. – Ладно-ладно, не отвечай. А так грубовато, конечно, но, по сути, верно. Нам же давно не по пятнадцать. Но торопить не буду, как и обещал.

Галина стояла и смотрела на него. Откровенно любовалась, что уж там!

«Все в тебе по мне! – пришло на ум грустное. – Но все не для меня».

Пауза затянулась, но была такой короткой, как последний глоток воздуха перед…

Где-то… этажом выше? скрипнула дверь, послышались шаги. Или показалось? Ой, какая разница! Галина собрала все оставшиеся силы, как в сказке - поскребла по сусекам и амбарам.

- Извини меня, пожалуйста! - выговорилось наконец отрывистое. – Я, конечно, сама давала повод и все такое. Но мне такие отношения не подходят. Совсем.

- Как не подходят? – не понял он. - Почему?

– Потому что это – пошло, грязно и аморально! – сквозь зубы выплюнула Галина. – Неужели непонятно?

- Ты... ты настолько правильная?! – в Васиных глазах стояло искреннее изумление. – Ты что…

- Нет! – рассмеялась она, прочитав в его взгляде невысказанный вопрос. – Я не святая, мужчины у меня были. Но так – не хочу! С тобой – точно нет. Особенно с тобой.

Вася с минуту просто смотрел на нее и молчал, очевидно, переваривая информацию. А потом вдруг улыбнулся, притянул к себе, хулигански растрепал ей челку:

- Понял! Ключевое слово – со мной! Дождался, наконец-то.

- Чего дождался? – в свою очередь не поняла Галина.

- Ответного признания, конечно! Я не маленький, и так догадываюсь. Но открытое проявление чувств, несомненно, приятнее.

Он опять завладел ее губами, целовал долго, горячо и со вкусом. Галина таяла, как воск под пламенем свечи, не только позволяя все это, но и откровенно наслаждаясь каждым мигом, каждым нескромным прикосновением, каждым…

Рядом, в соседней квартире распахнулось окно.

- Забодали эти коты, одна бессонница от них! – послышалось старушечье ворчание.

Следом раздался шум льющейся воды:

- Охолоньте немного!

Кошачье пенье прервалось обиженным мявом и топотом несущихся галопом лап.

Галина под шумок рванулась из Васиных рук, но он не отпустил:

- Тише, тише, я понял. Ты хочешь, чтобы со мной все было по-другому.

- В смысле? – прошептала она.

- В смысле, - Вася поцеловал ее куда-то над ухом: - Если бы со мной было, как ты считаешь правильным, согласилась бы?

- Да.

Он рассмеялся – звонко, даже по-мальчишески:

- Ну, у тебя, Линка - малинка, и заявочки! И это в наши-то годы и в наше-то время! Кому рассказать – не поверят. Сам в шоке, если честно. Нет, я не то, чтобы кардинально против. Понимаю, что если сказал «А», то придется когда-то сказать и «Б». Но чтобы прямо сразу…

Галина отодвинулась и растерянно посмотрела в глаза. Смысл сказанного ускользал от нее, как подхваченный ветром воздушный шарик:

- Ты вообще, о чем?

- Да о том, о том, не дурак, тридцать лет как-никак! - опять со смехом продолжил он. – Все прекрасно понимаю. Просто думал, что будет, как в школьной задачке - из пункта «А» в пункт «Б» вышел пешеход со скоростью пять километров в час. И шел себе, шел, пока когда-нибудь не дошел. А ты заставляешь бежать стометровку, еще и выкладываясь по полной, будто от результата зависит моя судьба. Хотя, она, конечно, и на самом деле зависит…

У Галины опять безбожно разболелась голова. Она уже не понимала не только общего смысла сказанного, но и хоть какой-то логической цепочки проследить не могла.

«Кто-то из нас не в себе, - обреченно думала она. – И, скорее всего, я. Конечно, столько навалилось за последние дни: председатель, рейдерский захват, Аллигатор с приставаниями, Вася с любовью, Толя с Юлей и Пентагоном. Никакая психика не выдержит».

- Кстати, я когда-то неплохо бегал стометровку, - Вася убрал с ее лица выбившиеся из прически прядки. – В восемнадцать лет пробежал за одиннадцать секунд.

- Ничего себе!! – восхитилась Галина, наконец-то выхватив из сказанного логически связанный кусочек. – Это же почти мировой рекорд!

- И близко нет! - опять рассмеялся он, но карие глаза заблестели. – Мировой рекорд - девять секунд с чем-то, мне до него далеко. Но одиннадцать - тоже неплохо. На золотой значок ГТО – норматив тринадцать секунд. Чтобы попасть в элитное подразделение на службе – четырнадцать.

- Супер! – улыбнулась она. - Мне всегда нравились спортивные парни!

Вася поймал ее взгляд, тряхнул головой, его глаза засветились азартом – живым, ярким, неукротимым:

- Значит, Линка – малинка, хочешь, чтобы я пробежал эту стометровку для тебя? За одиннадцать секунд? Ужасная авантюра, признаю! Но я попробую.

Вася снял с руки часы-смартфон, выставил таймер на одиннадцать секунд и со смехом вручил растерянной Галине:

- Все в твоих руках! Только молчи, пожалуйста, и ничего не делай!

Он запустил обратный отсчет и прижал ее к себе. Так крепко и откровенно, как никогда до этого. Васины губы скользнули вниз по шее и остановились где-то в районе выреза футболки. Его дыхание было резким и прерывистым, будто он и вправду бежал – быстро, изо всех сил, на пределе возможностей.

Галина, повинуясь его просьбе, стояла беззвучно и завороженно смотрела на убегающие секунды. Восемь, семь…четыре, три… одна.

Раздалось пищание таймера.

- Получилось, - прошептал он. – Я добежал. Довольна?

Галина уже не пыталась что-либо понять и просто молча погладила его по волосам.

Вася постоял так еще с минуту, словно действительно пытался отдышаться после быстрого бега, и наконец, отодвинулся и посмотрел ей в глаза:

- Я готов к серьезным переменам в жизни. Даже, я бы сказал, – к радикальным.

«Мамочки!! – наконец-то догадалась Галина. – Он что – решил развестись?!»

- Только это будет не завтра, - улыбнулся Вася. – Придется подождать.

Галина никогда не интересовалась отношениями с женатыми мужчинами, но какая-то информация все равно доходила: из пересказа чужих историй, фильмов, книг.

«Точно, они так и говорят! – вспомнила она. - Нужно подождать, пока дети вырастут. И еще досмотреть с десяток престарелых родственников».

- И сколько ты предлагаешь ждать? – устало выговорилось вслух. – Десять лет? Или пятнадцать?

- В смысле – десять лет?! – поперхнулся Вася. – Линка - малинка, ты сегодня решила меня добить? За десять лет я десять раз сдохну!

Он посмотрел в ее растерянные глаза и продолжил со смехом:

- Просто есть дела, которые нужно закончить! Например, завтра уезжаю решать один вопрос, потом расскажу. Дней десять меня не будет. Еще ипотеку погасить, немного совсем осталось. И согласовать все. В два месяца, думаю, уложусь.

Он легонько отодвинул Галину от двери квартиры и взялся за ручку:

- Пойдем, с братом твоим познакомлюсь. Начнем, так сказать, с самого сложного!

- Вась, ты чего?! – Галина с испугом схватила его за руку. – Полпервого уже! Толя давно спит.

«Не хватало еще, чтобы брат узнал, что я встречаюсь с женатым мужчиной! – вихрем пронеслось в голове. – Старшая сестра должна быть примером для подражания, а не позором семьи!»

- Ничего он не спит! Поверь мне. Сидит, ждет тебя, может, даже под дверью подслушивает. Что я - малолеток не знаю? Но он все-таки парень, а не взбалмошная девица, попробую поговорить с ним по-мужски.

«Взбалмошная девица – это… про меня? – догадалась Галина. – А что – он прав! Говорю одно, а делаю прямо противоположное. То есть откровенно морочу человеку голову. И довела до того, что он семью с маленькими детьми готов бросить».

Она посмотрела в Васины глаза, но не нашла там ни сомнения, ни мук совести. В них читалось веселье и еще – безмятежность.

«Все-таки это он не в себе! – поняла она. – Доигралась, дура набитая? Напридумывала великих любовей, и этими любовями все оправдываю. А это лишь распущенность и не более. Из двоих хотя бы один должен сохранять разум и честно оценивать последствия. Если Вася не может… придется мне».

Глаза сами собой уткнулись в резиновый коврик у двери, скользнули выше:

«Половик постирать надо. Толиман – поросенок нанес грязи. И дверь давным-давно пора помыть, и под потолком паутина».

Сил не было. Совсем и давно. И что с того? Если очень нужно, силы можно найти: выжать из крови, выдрать из костей, от души пнуть намеренно отвлекающийся на посторонние детали мозг, заставляя принять правильное решение.

Галина заступила дорогу и с силой сжала кулаки, позволяя ногтям до крови впиться в ладони. Больно. Еще больнее. И еще. Это же и есть – взять себя в руки, разве нет?

Сердце в ответ на болевой раздражитель застучало быстрее, разгоняя по сосудам свежую порцию адреналина:

«Мне его скоро экспортировать можно будет! В промышленных масштабах».

Плечи распрямились, мышцы налились силой, даже головная боль… нет, не прошла окончательно, но слегка поутихла.

«Если болит голова – сунь пальцы в дверь! - пришло на ум ехидно-бестолковое. – Детский прикол, но работает же!»

Всегда смешно слушать про «ах, я не смогла ничего с собой сделать!», «ах, потеряла голову!» Потеряла голову – про гильотину. В остальных случаях ты сама принимаешь решение – да или нет. И отказ принимать решение – тоже решение.

- Я не разрешаю… тебе… переступать… этот порог! – слова прорывались с трудом, царапая рот и оставляя после себя прикус запекшейся крови: - И давай на этом закончим.

- Да, вижу, ты уставшая совсем, - сочувственно улыбнулся Вася и коснулся кончиками пальцев ее щеки. – Вторую ночь тебе спать не даю, при этом загружаю глобальными вещами: и то, и это, и все сразу. Уезжаю завтра, тороплюсь все успеть. И нет, чтобы подумать, что тебе многовато событий для одного дня… Прости.

Его прикосновение было и нежным, и сладким и таким… драгоценным?

«Многовато не то слово! – вздохнула про себя Галина. – И ты тут ни при чем. Но забивать тебе голову моими производственными и семейными проблемами не буду. Во-первых, у тебя своих хватает, а во вторых…»

- Согласен, давай на этом остановимся, - Вася посмотрел на часы. – На сегодня.

Галина, инстинктивно ища опору, прислонилась к дверному косяку, глотнула подъездного воздуха – он был пыльный, застоявшийся и совсем невкусный:

- Навсегда. Нам не стоит больше встречаться.

Глава 41. Наплевать

Откуда-то вдруг потянуло сквозняком: он принес запах кофе с легкими «горелыми» нотками и сигарет.

- Как дома… - улыбнулся Вася, оглядываясь на лестницу. – Лин, я не особо понимаю юмор такого плана. Давай не…

Он встретился с ней глазами и замер.

Можно ли убить взглядом? Ох, как можно!

Галина смотрела, как меняется выражение лучистых, бесконечно любимых глаз и молчала.

«Никогда себе этого не прощу, - стучало в висках. – Всю жизнь помнить буду. В наказание. Да, сволочь я последняя, что дотянула до такого. Нужно было рвать с корнем, еще там, на балконе. Но взгляд не отведу. Проживу это дважды – и за себя, и за него. Пусть будет в два раза больнее. Заслужила».

- Ты что - всерьез? – наконец-то получились у него слова.

- Да.

- То есть, - Вася схватил ее за плечи. – Я тебе не нужен? Несмотря на… все - не нужен?!

Галина продолжала стоять, как каменный истукан, не разрывая контакта глаз:

«Неправильный вопрос. Нужен. Так нужен, что дышать без тебя невыносимо. Спроси по-другому».

- Лина, почему ты молчишь? Ответь – ты хочешь быть со мной?

«Опять неправильно. Хочу. Так хочу, что все, что угодно отдала бы за это. Спроси, как нужно».

- Да, блин, что с тобой творится?! – Он оторвал ее от пола, хорошенько тряхнул и поставил на место: - Нормально сказать можешь? Ты будешь моей?

«Вот теперь правильно. Прости!!»

- Нет.

- Шикарно…

На улице внезапно взвыла машина.

Вася и Галина одновременно обернулись к окну.

Кто-то безуспешно пытался выехать со двора, но его путь преграждал автомобиль, припаркованный, как попало. Водитель посигналил, помигал фарами, наконец, высунулся из окна и заорал во всю глотку:

- Чей «опель», мать твою?! Из-за тебя, сука, на смену опаздываю! А потом сами ноете, что на вызов долго едем!! Быстро убрал, а то протараню!

«Витька из второго подъезда, - автоматом отметила Галина. – Который на «скорой» работает».

- Нет, не по мою душу, - задумчиво прокомментировал Вася. – Я удачно возле арки вписался.

Затем повернул голову и встретился взглядом с Галиной. В его глазах царило удивительное, просто непробиваемое спокойствие:

- Признаю, это было красиво! Самый фееричный облом, который я когда-либо видел. А скажи кто, что такое возможно со мной – ржал бы в голос.

Галина была готова к чему угодно – обидам, злости, обвинениям. Видала от мужчин всякое, чего уж там. И в данной ситуации даже признавала за Васей право на все это. Но стальной невозмутимости… Нет, точно не ожидала!

От изумления у нее прошла головная боль. Как рукой сняло. Или прилетела новая порция адреналина? Яркая, кипящая, с примесью искреннего восторга:

«Интересный ты программист! Похоже, я не просто так влюбилась».

- У тебя никогда не было обломов? – вырвалось само собой вместо привычных извинений и утешений.

- Были! – ничуть не обиделся Вася. – По малолетству много раз. Но после двадцати – не поверишь, ни разу. И, самое смешное, тот случай, когда старался, чтобы все было по-хорошему.

- А обычно у тебя по-плохому?

«Я его намеренно задираю! – вдруг поняла Галина. – Испытываю на прочность. Мне за это будет стыдно. Очень сильно, но потом».

- Обычно у меня как обычно! – рассмеялся он. - Но как сегодня, еще не подставлялся. Слушай, Линка, что ты делаешь в бухгалтерии? Тебе же прямой путь в пранкеры! Знаешь, которые звонят разным политикам и разводят на что попало? Топ, хайп, миллионы подписчиков – все у тебя будет, гарантирую.

Галина, не выдержав, улыбнулась:

«Красавчик! Ни психов, ни соплей. Все перевел в шутку. И я так умею, поэтому знаю цену. Уважаю».

- Очень рада, что ты не обиделся! – вслух произнесла она. – Я честно не со зла. И если бы ты не был…

- Хватит слов! – Он не дал договорить. Просто сгреб ее в охапку, бесстыдно прошелся руками сверху вниз: - От слов никакого толка. Поехали ко мне – спустим пар! А поутру решим, как жить дальше. На трезвую голову.

Машина на улице опять засигналила, в ответ ей хлопнула дверь. Галина невольно повернулась к окну.

Из соседнего подъезда выбежал взлохмаченный мужик в мятых шортах и безразмерной майке с растянутыми бретелями. Он прыгнул за руль злополучного «опеля» и загнал его прямиком на тротуар, давая проехать Витькиной машине.

«Если с самого утра не уберет, еще от Ольги Михайловны получит!» - пришло в голову нечто совсем не в тему.

- Я никуда не поеду! – Галина безуспешно попыталась вырваться. - Говорила уже.

- Плевать, что ты говорила! – В Васиных глазах полыхал огонь. Его губы опять прижались к ее губам: настойчиво, дерзко, властно: - Мне давно не пятнадцать – прекрасно вижу, что мы хотим одного и того же. Еще и как. И я тебе нравлюсь. Сильно. Мы взрослые люди, давай быть честными друг с другом!

Но Галина лишь улыбнулась в ответ:

«Хочешь? Не вопрос. Лови!»

- Не просто нравишься. Я тебя люблю. Но это ничего не меняет – мы должны расстаться.

Он замер, вгляделся в ее глаза, на какое-то время перестав дышать:

- Любишь? Любишь, и при этом пошел вон?!

- Не так грубо, но да.

Вася выпустил ее из объятий и прижался лбом к стене, пачкаясь в свежую побелку:

- Подумал, ты играешь. Со мной тупые игры не прокатывают просто. А ты реально?! Жесть!! На такой сложности эту миссию еще не проходил .

- Да, я жуткая зануда! – сочувственно вздохнула Галина. – Зря ты со мной связался, только время потерял.

- А это уже мне решать – зря или не зря! – он улыбнулся, растрепал «поседевший» чуб, стряхивая известку. - Понял, отчего меня так несет! Ты – удивительно вкусный, сладкий, адски крепкий адреналин. Ветер, высота, юность, жизнь на полную… и ты. Общий круг ассоциаций.

Опять потянуло сквозняком, где-то наверху тихонько хлопнула дверь. Или показалось? Ой, какая разница!

Вася взял Галину за руку и потащил в сторону «курилки».

- Вась… - начала было она, но он лишь рассмеялся – озорно, заливисто, от души:

- Да, помню я, помню! Про нет, и про пошел вон. Уйду, обещаю! И не приду больше, не позвоню и… Я смогу, не сомневайся! И наплевать, чего мне это будет стоить! Дай немного постоять на краю. Совсем недолго. Один миг.

Фанера на подоконнике жалобно скрипнула, принимая двоих – Вася подхватил Галину и устроил у себя на коленях. И она не решилась возражать – прощаться так прощаться! Просто с упоением запуталась пальцами в его волосы. Он прижал ее к себе, делясь бешеным шквалом эмоций и ощущений.

А потом поцеловал - жарко, отчаянно, неистово. Словно перед прыжком в пропасть, шагом в неизвестность. Как перед смертью.

И это было невыносимо сладко и пьяняще больно. Ни больше – ни меньше, ни вперед – ни обратно, ни да – ни нет. Будто реально стоишь на краю, на обрыве, и почва под ногами качается, крошится, осыпаясь вниз колючими осколками. Глупо, опасно, бессмысленно. Но и притягательно тоже – тот самый «вкусный» адреналин, Вася не соврал.

Галина, не удержавшись, запустила ладонь под белую футболку. Вроде ничего запредельного: погладила плечи, прошлась по спине, но Васино тело отозвалось такой яркой, огненной волной, что у нее начали гореть подушечки пальцев.

«Чувственный какой! – мелькнуло в голове удивленно-восторженное. – Даже я не настолько. А уж для мужчины…»

Ее пальцы опять побежали вверх, оставляя за собой кипящую, раскаленную дорожку, затем спустились на живот, с наслаждением касаясь того самого вожделенного пресса. Во всех смыслах вожделенного – и себе бы такой, и…

Вася закрыл глаза и с тихим смехом уткнулся в плечо:

- Линка – малинка, ты что творишь? Я же серьезный человек… был. Никогда не думал, что от детских игр может так трясти. А ведь реально трясет - то жар, то холод, то электрический разряд. Понял, ты просто не любишь взрослых мужчин! Хочешь пубертатного подростка без мозгов? Поздравляю, ты близка к цели!

Галина улыбнулась в ответ и сильнее прильнула к нему:

- Да ну их, те мозги. Только голова от них болит.

Вася опять рассмеялся, поймал ее руку, вытащил из-под футболки и прижался губами к ладони:

- Тогда на правах тупого подростка все-таки спрошу. Идиотский вопрос, который давно зарекся задавать, потому что нормального ответа не дождешься. Но верю, что ты - именно ты! - сможешь ответить. Скажи, почему нет? Только, пожалуйста, без банальщины и общих фраз. Строго по сути.

Галина слегка отстранилась и посмотрела в его глаза – карие, лучистые, любимые до невозможности.

«По сути? Хочешь? Да пожалуйста!»

- Потому что ты бегаешь от проблем, вместо того, чтобы разобраться в ситуации. И если вел себя так с другим человеком, то рано или поздно это же повторится со мной.

Рама подъездного окна тихонько всхлипнула, открываясь шире. Ночной ветерок скользнул по разгоряченным лицам, оставляя за собой тонкий аромат розы, приправленный запахами бензина и кошачьей шерсти.

Вася одернул футболку. Его губы были еще влажными и смешно припухшими от страстных поцелуев, но теперь они сложились в язвительную усмешку:

- Когда это я бегал, напомни? Может, сейчас? Далеко убежал, отсюда не видать. Или думаешь, что у меня нет ни принципов, ни характера? Да навалом такого, поделиться могу. И при всем при том я еще здесь. Наверное, это что-то значит?

Галине стало стыдно. Горько, тошно, не по себе. Но она все так же смотрела в Васины глаза, не отрываясь:

- Я не про сейчас. Я про…

Слово «жена» опять не получилось. И даже не потому, что было тяжелым и вызывало чувство вины – лишним оно казалось, неправильным. А вот слово «Катя» было верным, но неприятным. И Галина не стала произносить и его.

… - про человека, которому ты клялся в любви и верности! – выкрутилась она. - Кому обещал быть рядом, пока смерть не разлучит. Или этого не было?

Створка окна опять взвизгнула, поползла дальше, но Вася поймал ее и прикрыл, поворачивая ручку на режим «проветривание». И снова встретился взглядом с Галиной:

- Было. И что с того?

«А все с того! – мелькнуло в голове. – Все оттуда и потому!»

- Отпусти, ноги затекли! – рванулась она из его объятий.

Вася осторожно поставил Галину на пол, но руку из своей не выпустил.

- А то удерешь еще! – улыбнулся он.

Потом поднялся сам, притянул ее к себе, долго гладил по голове, плечам, спине, потерся щекой о щеку. В этих прикосновениях не было огня – только нежность: легкая, чистая, воздушная. Как лепесток полевой ромашки, как пушистое облачко, отдыхающее на горной вершине, как…

- Это было давно… - его губы скользнули по щеке, мягко коснулись уха. – Я был молод, глуп и совершенно не разбирался в людях. Строил воздушные замки, видел мир в розовом цвете. А потом просто устал – от бесконечных капризов, истерик, неадекватного поведения.

Галине было удивительно хорошо в Васиных объятиях: его нежность покоряла, впитывалась в кожу, проникала в кровь целебным снадобьем. Нежность сильнее огня. В тысячу крат сильнее. Несоизмеримо.

Но последние слова почему-то царапнули, вызывая… обиду?.. разочарование?.. раздражение? Странный клубок эмоций, абсолютно необоснованных.

- А разобраться не пытался в чем причина … ее поведения? – вырвалось у Галины само собой.

«Я настолько жалею его… ее?! – растерянно подумала она. - Конечно, встать на сторону женщины – логично и справедливо, но чтобы до такой степени…?»

- Что разбираться – там характер такой! Любительница просто так нервы помотать. Лин, может, хватит…

- Просто так ничего не бывает! – с необъяснимым жаром перебила Галина. – Если кто-то неадекватно себя ведет, значит, на то есть причины! Может, она устала! Что-то не так поняла! Или боится! Или… Скажи, человек имеет право на ошибку?!

- Имеет, - Вася легонько отстранился и встретился взглядом. В его глазах была та самая нежность – мягкая, сладкая, как подтаявшее сливочное мороженое: – Хорошо, допускаю, что тоже был неправ. Но причем тут мы с тобой? Ты – совершенно другой человек. И я уже другой. Давно.

- Я тоже далеко не подарок! – слова рвались изнутри колючие и неудержимые. – Ты меня просто не знаешь! Первое впечатление обманчиво, а на самом деле у меня тяжелый характер.

- Неправда! – он улыбнулся – ласково и по-детски открыто: - Ты добрая, милая, внимательная, заботливая. И окружающие тебя за это любят и ценят. Я из-за шкафа все видел, так и знай! Не могла же ты настолько притворяться?

- Нет, я не притворяюсь, - Галина опустила голову, утыкаясь взглядом в пол: - Действительно бережно отношусь к людям, с теплом и уважением к каждому, за очень редким исключением. Но иногда, если меня сильно достанут…

- Берешь в руки АКМ и в одиночку идешь восстанавливать в мире справедливость? – Вася со смехом поцеловал ее в макушку: - Как в крутом блокбастере?

- Просто поступаю так, как считаю правильным, - не поддержала Галина его веселья. - Но при этом никому не делаю скидок и не вхожу в положение.

- Всего-то?

- Обычно и этого бывает много. Очень много. Поверь.

Вася задумался. На минуту или чуть меньше.

- Хорошо, Линка – малинка, договорились! – его губы на миг прижались к ее губам. – Все, кроме измены.

- В смысле?!

- Обещаю не бегать от проблем! Согласен тщательно разбираться в каждой ситуации, учитывать альтернативное мнение, уступать, искать компромиссы. Во всем, кроме измены – этого простить не смогу. Зато в остальном готов к конструктивному диалогу. Довольна?

Галина вздохнула и посмотрела через Васино плечо в окно. В небе над «уплотнительной» многоэтажкой медленно загоралась полоска утренней зари:

«Правильно. Пусть, наконец, нормально поговорит со своей… с ней. Разберутся, поймут друг друга, помирятся. Может… когда-нибудь… там… мне зачтется за спасение чужой семьи?»

- Да. Я довольна, - вырвалось у нее усталое. – Надеюсь, она не будет тебе изменять.

- Она? – Вася со смехом чмокнул Галину в нос. – Ты говоришь о себе в третьем лице? И что, блин, значит «надеюсь»?! Понял! Линка, марш в кровать! Живо, хоть часик поспишь. Жаль, что пока без меня, но что тех десять дней? Пролетят, и не заметим. Зато сможешь спокойно подумать обо всем.

- Вась… - растерянно посмотрела на него Галина. - Ты же обещал, что уйдешь и не вернешься?

- Наплевать, чего я обещал! – карие глаза светились весельем и еще кипучим, непобедимым азартом: – Наврал, значит. Что с влюбленного подростка взять? Логики ноль, последовательности ноль, сплошные гормоны и эмоции. Кстати…

Вася, не переставая смеяться, подхватил Галину на руки и поставил на лестницу на несколько ступенек выше себя, чтобы сравнять рост:

- Кажется, именно здесь я в чем-то признавался? Произносил высокопарные фразы? Короче, про любовь тоже наврал! Все совсем не так. Хуже! Гораздо хуже! Но мне на это наплевать!

Горячие ладони вновь легли на плечи, жадные губы припали к губам. Огонь был! Много огня. Яркое, неукротимое пламя, фейерверк, раскаленная сталь. Но и нежность никуда не исчезла – слилась с пламенем, превращаясь… В ласковый пожар? Кипящее умиление?

Галина запуталась в определениях, мыслях, выводах. Просто обвила руками Васину шею и с упоением отдалась во власть стихии.

Ее ладони бессовестно забрались под белую футболку и бродили там, как хотели, наслаждаясь откровенным, умопомрачительно-чувственным ответом.

- Ладно, и впрямь хватит на сегодня! – прошептал Вася несколько минут спустя. - Иди, тебе еще с братом разбираться. У него, наверное, уши опухли, под дверью слушать.

- Ничего он не подслушивает, - отмахнулась Галина, утыкаясь в Васину шею. – Некогда ему, они с подругой Пентагон с днем ракетных войск поздравляют.

- «Пентагон»? – не понял Вася. – Компьютерная игра новая?

- Нет, - со зловещим придыханием сообщила Галина и, не удержавшись, прошлась по Васиной шее губами: – Настоящий Пентагон, штаб-квартира Министерства обороны Америки. Эти придурки его сайт ломанули и на главной странице всякую дрянь вешают.

- Ой, мама… Правда, что ли?!

- Правда. Подростковая любовь – страшная штука.

- Это точно! – рассмеялся Вася, с явной неохотой выпуская Галину. – По себе знаю. Зато теперь, кажется, понял, что значит «тяжелый характер». Вы с братом похожи?

- Очень! – улыбнулась она в ответ. – Страшно?

- Наплевать!! – бесшабашно выдал Вася. И прыгая через ступеньки, помчался по лестнице вниз.

Галина без сил прислонилась к дверному косяку.

Неожиданно, совершенно не к месту, вспомнились слова любимого преподавателя из универа после проверки ее работы:

«Ход рассуждений – семь верст по болотам, через тот свет наизнанку. Но решение верное! Еще и красивое до гениальности. Силы небесные, даже если упьюсь до положения риз, так не сумею!»

Взгляд скользнул за окно, вверх, на рождающийся в небесах новый день.

«Похоже, мне там ничего не зачтется», - поняла Галина.

Глава 42. Третья ступенька и грандиозный провал агента «XM1014»

Утром Галина сделала то, что не делала никогда в жизни - бессовестно проспала на работу.

Причем настолько бессовестно, что, увидев на часах катастрофическую половину восьмого, лишь сладко зевнула и лениво повернулась на другой бок.

Сквознячок с балкона умиротворяюще покачивал плотно задернутые шторы, Толя совершенно по-детски сопел на гостевом диванчике, пуская на подушку слюнки. Ой, ну какая тут мотивация, личная эффективность и производительность труда?

«Буду нужна – сами позвонят! – пришла в голову непривычно-нахальная мысль. – И зачем им главбух с полным отсутствием мозга? А чего нет, того нет - кое-кто вчера вынес подчистую. Нет, не Вася. Сама себе, естественно».

В жизни, как в русском языке, существует два вида залога – действительный и страдательный. И в любой ситуации человек сам решает, какой выбрать: я сделала или меня заставили, я ошиблась или меня обманули, я влюбилась по уши и натворила глупостей или все мужики – козлы.

Всегда или действуешь, или страдаешь. И хотя действовать тоже подчас несладко, страдать – всяко хуже. И что сама наделала, то сама и исправить можешь. А ждать, пока кто-то, который, от которого, из-за которого… Можно ведь и не дождаться! От слова «никогда».

Галина осторожно открыла один глаз: стрелка на часах уверенно заползла за восемь и, не задумываясь, двинулась дальше.

«Нет, нагло дрыхнуть – вещь, как оказалось, на редкость замечательная! – по-кошачьи потянулась она. – Но надо брату завтрак приготовить. Хорошо, у него конкурс в час дня начинается».

Конечно, Вася ошибся насчет Толи: тот действительно не подслушивал. Он даже внимания не обратил, что сестра отсутствовала так долго. Когда Галина вернулась, брат увлеченно играл с Юлькой в онлайн РПГ-ку с рыцарями и магами. Причем оба без конца флудили в личку смайликами с сердечками.

«Милота какая! - восхитилась Галина и беспощадно загнала брата спать: - Да, из зависти! Да, стыдно».

На самом деле зависти, конечно, не было – сама вчера словно вернулась в звонкую, бесшабашно-пьянящую юность: говорила глупости, слушала глупости, делала сама и подталкивала Васю делать самые разнообразные глупости.

И, что удивительно… или как раз неудивительно?.. стыда за вчерашнее поведение Галина не испытывала.

«Нет, не потому, что настолько беспринципная, - честно признала она. – Что-то в истории с Васей не так. Причем настолько не так, что даже закрыв глаза, заткнув уши и наступив самой себе на ногу, я больше не могу от этого отмахиваться».

Галина наконец-то сползла с дивана, набросила халат и грациозным дефиле осенней мухи отправилась на кухню.

Толя на завтрак любил гречневую кашу с молоком, сахаром и колбасой.

Нет, не все вместе! Наоборот, гречку полагалось сварить отдельно, также отдельно вскипятить молоко, и им залить кашу непосредственно в тарелке. Затем половиной чайной ложки сахара притрусить уже готовое блюдо.

Колбаса же… колбаса должна стоять нарезкой в блюдце, ее Толя употреблял вприкуску с кашей.

Галина за столько лет так и не смогла оценить симфонии сладкой каши и колбасы, но на вкус и цвет… Да, все варианты продолжения этой пословицы правильные.

Она поставила на плиту гречку и молоко, включила чайник и пошла в ванную – умываться. Зеркало отразило на редкость загадочную барышню с «силиконовыми» губами и рассеянным взглядом.

«Доцеловалась! – подмигнула себе Галина, выдавливая на щетку пасту из тюбика. – Васька, конечно, мечта – горячий, нежный, чувственный. А я уже и забыла, что можно сходить с ума просто от поцелуев и самых обычных прикосновений. Надо же – взрослые люди и почти до утра бескультурно зажимались в подъезде! Как натуральные малолетки! Хорошо хоть соседи не видели – они люди серьезные, такого бы точно не поняли. Эх, что же с Васей не так все-таки?»

Это «не так» Галину тревожило. Очень хотелось во всем разобраться… и не хотелось одновременно!

Словно проверяешь контрольные соотношения в отчетности: строка «икс» плюс строка «игрек» из одной формы должно равняться строке «зет» другого отчета. А оно вдруг не равно – значит, где-то допущена ошибка. Она может быть совершенно ерундовой: что-то пропустила, перепутала, нечаянно поменяла местами. А иногда приходится пересматривать всю историю операций: признавать убытки, лезть в закрытые периоды и сдавать уточненные декларации.

Галина, как любой нормальный бухгалтер, страшно не любила копаться в закрытых периодах: опасное это дело – тронешь какую-то мелочь, а оно как посыплется…

Но, когда приходилось, не отлынивала – стиснув зубы, доводила неприятную работу до конца.

«И про Васю все выясню! – решила Галина. – Начну с соцсетей, у меня давно его заявка в друзья висит. Пора принять и наконец-то заглянуть на его страницу».

Внезапно с кухни послышалось предательское шипение. Галина швырнула щетку в стаканчик и со всех ног помчалась к плите.

«Успела! – радостно выдохнула она, держа в руках кастрюльку с едва-едва не сбежавшим молоком. – Поймать утром молоко – все равно, что схватить удачу за хвост!»

Следом пришла и другая мысль, робко подкралась к уху и прошептала тихо-тихо:

«Не стоит портить такой чудесный день – тем более после такой фантастической ночи! - копанием в чужом грязном белье. Разберусь обязательно, но завтра. Куда спешить – десять дней впереди. Сегодня буду просто отдыхать и наслаждаться жизнью!»

Галина поставила изловленную добычу остывать на подставку, привернула гречку, оставляя ее томиться на маленьком огне еще несколько минут, и отправилась будить Толю.

Правда, от взгляда на часы первой пробудилась совесть. Галина ухватила телефон и набрала смс Соне: «Буду к обеду, собираю брата на конкурс».

И уже нажав «отправить», заметила несколько непрочитанных входящих сообщений. Все они были от Васи.

«Доброе утро! – писал он в первом, снабдив приветствие зевающим смайликом. – Этот номер корпоративный, с уже бывшей работы, сегодня возвращаю обратно в контору. Звони и пиши на личный».

«Не уверена, что стоит тебе звонить и писать! По крайней мере, пока в голове не будет ясной картины происходящего, – вздохнула про себя Галина и вдруг улыбнулась: – Но тут, как говорится, при всем желании – ты мне личный номер не давал! Похоже, не только у меня вчера крышу снесло».

Она открыла следующее Васино сообщение:

«Пентагоны в одиночку не штурмуй, дождись меня. Прикрою».

Послание завершал смайлик с бравым парнем в камуфляже и автоматом в руках.

Галина перечитала это несколько раз и тихонько прыснула:

«Я хоть и не совсем в себе, но все-таки взрослый человек. По-глупому нарываться, как Толя и Юля, не буду».

«Спишь еще? – писал Вася в последнем смс. - Все, отдаю телефон. Если сразу не отвечу, значит, в самолете. Третья ступенька».

И застенчивый смайлик в конце.

«Какая еще ступенька? – не поняла Галина. – В самолете? На трапе? Или что?»

Но щеки почему-то запылали. Сами собой. По телу побежала огненная волна, губы приоткрылись, словно для поцелуя.

«Это… про вчерашнее?! – мелькнула в голове восторженная догадка. – Решено - пойду по лестнице пешком: и для здоровья полезно, и ступеньки посчитаю. Но, кажется, она действительно была третья…»

Галина, наконец, растолкала брата и накрыла стол к завтраку. Себе тоже положила гречки с молоком, но без сахара. К кофе были бутерброды с сыром.

Толя окинул сервировку недовольным взглядом и просительно посмотрел на сестру.

- Сладкое есть? - он постучал себя пальцем по лбу. - Мне сегодня этот девайс нужно юзануть по полной, без подзарядки может отрубиться раньше времени.

Галина знала, что глюкоза и в самом деле – основной источник энергии для мозга, поэтому вздохнула и достала из шкафа припрятанную на особый случай шоколадку.

- Нормуль, - обрадовался брат, шурша фольгой. Он разломал плитку, отправил в рот сразу несколько шоколадных «квадратиков», и спокойно заел это дело гречкой: – Но про торт не забудь!

- Точно! – Галина вспомнила Толины намеки про Аллигаторово геймерство и улыбнулась: – Ты же должен поразить меня дедукцией! Поскольку на работу уже не тороплюсь, готова послушать, чего ты накопал про Олега Светлова: класс перса, уровень прокачки, а главное, во что он гамает!

Толя ухватил с тарелки несколько кусочков любимого сервелата, прожевал и задумчиво посмотрел на сестру.

- В жизу он гамает, - неожиданно серьезно выговорил он. – Но так трайхардово, что даже я в полном ахе.

*Жиза – жизнь

Гамать - играть

Трайхардово – на пределе возможностей*

Толя вытащил из кармана телефон, прошелся пальцами по экрану и продемонстрировал на экране уже знакомое Галине фото со странички Головина. На нем совсем юный Юрка стоял возле деревенской избы в обнимку с худеньким прыщавым парнишкой.

— Вот так выглядел твой Олег Светлов пятнадцать лет назад, - брат ткнул пальцем в паренька. – Здесь ему семнадцать. Правда, это он еще не Светлов, а Поползов.

- Толя, ты перепутал! – скользнув взглядом по фотографии, звонко рассмеялась Галина. – Видела этот снимок, даже увеличивала и рассматривала внимательно. Это точно не Олег! То есть, возможно, этот паренек тоже Олег, как там ты сказал – Поползов? Но это не наш замдиректора! У Олега Светлова и фигура другая, и лицо. Ладно, могу допустить, что мышцы он накачал, но длинный нос куда девался? Отпилили? Помню, папа Карло пытался укоротить нос Буратино, но и у того не вышло!

- Галактика, ты словно из каменного века, - снисходительно хмыкнул брат и опять потянулся за колбасой. – Про пластические операции слышала?

- Слышала, - скептически улыбнулась Галина, отхлебывая кофе. – Но это не про Олега, точно! Да, он неравнодушен к собственной внешности, но характер у него мужской. Олег экстремал, понимаешь? И ложиться под нож хирурга исключительно, чтобы навести на лице неземную красоту, а потом с этой красотой нырять с акулами и охотиться на крокодилов… Нелогично!

- Да, так нелогично, - спокойно признал Толя, отламывая новую полоску от шоколада.

После колбасы… брррр! Галина невольно поморщилась.

– А что, если не ради красоты? – невозмутимо продолжил брат. - Если там пришлось все собирать по кусочку? И красивая внешность – всего лишь утешительное дополнение?

Галина поставила чашку с недопитым кофе на стол и выхватила у Толи телефон:

- Ну-ка, дай еще раз гляну!

Она увеличила лицо паренька на весь экран, покрутила так и эдак, вгляделась в глаза.

- Если так – возможно! – растерянно признала Галина. – Действительно похож! Как ты говоришь, Поползов?

- Да. В Светлова он перекинулся совсем недавно. Сменил, так сказать, игровой ник на более благозвучный. А вообще хистори у него зашибись: родился в натуральной заднице мира, мать - доярка, батя – тракторист, к сорока годам сгорел от водки. А ваш Олег в семнадцать ломанулся в Питер. Угадай, чем там занимался?

- Гоп-стопом?! – вырвалось у Галины само собой. И тут же стало неодолимо стыдно. Это же Аллигатор – без пяти минут совладелец компании…

- Точно! – хмыкнул брат. – Гляжу, ты в курсе?

- Не-а, - растерянно мотнула головой она. – Мы просто как-то шутили на эту тему, к слову пришлось.

- Не к слову. В реале беспредельничал. От ходки на малолетку его спасло только чудо. Точнее, - ехидно улыбнулся Толя. – Добрая фея. Вообще с феями и колдунами у него – полный порядок, втираться в доверие умеет. Я бы сказал навык «эмпатия» прокачан до предела.

- Погоди… Но как мог внук основателя компании докатиться до такого?

- А с чего ты взяла, что он его внук?

- А кто?!

- Всего лишь официальный бойфренд внучки, - снисходительно сообщил Толя, незаметно доедая шоколад. – Вот этой… - И продемонстрировал на экране фотографию инопланетянки. – Хотя, уже не просто бойфренд. У них свадьба должна была быть в прошлом месяце, из-за смерти деда отложили.

- Вот это да… - только и сумела произнести Галина.

Но почему-то резкого шока от полученного известия не было. Будто всегда в глубине души предполагала нечто подобное, нет - не знала наверняка, но не исключала.

- Но откуда ты взял все это? Особенно такие подробности?

- Эх… - Толя сгреб с блюдца остатки колбасы и запил уже остывшим кофе. – Мог бы хайпануть, что ломанул базы МВД, ФСБ и записи со всех камер страны. Но, ладно, буду честным – просто нашел в сети его ЛД-ник.

- ЛД-ник? В смысле – личный дневник Олега? Блог? Ты его взломал?

- Зачем? Он в открытом доступе. Этот твой Олег пишет под ником и имен никаких не называет, но я его вычислил.

- Как?

- По фотке. У него в блоге фото того самого деревенского дома. Да, без людей и с другого ракурса, но когда с сетью на «ты», это не проблема. Инет помнит все. И то, что в него попало, уже не отпустит.

Галина машинально собрала со стола грязную посуду, отнесла в раковину и включила горячую воду.

Капнула на губку моющего средства и уже собиралась намылить тарелку, но вдруг замерла, заворожено наблюдая, как брызги воды поднимают в раковине белоснежную шапку пены, от которой отделяются и взлетают в воздух крошечные разноцветные пузырьки.

«Мое настроение сегодня! – поняла она. – Летящее, воздушное, искрящееся. Да, из-за Васи. Но дело даже не в поцелуях и признаниях. Что-то было еще – то, от чего мне вдруг стало легко дышать. Как в игре – волшебный эликсир неуязвимости, с которым хоть в бассейн с крокодилами, хоть в склеп с мертвецами. Не страшно! И я полезу, и все выясню: вначале накопаю максимум информации, а потом открыто поговорю с Васей, не боясь никаких слов. Но начну завтра! Даже на войне бывают передышки – перемирие?.. режим прекращения огня? Мне до смерти необходимо что-то подобное. Хотя бы один день».

- Хочешь, я тебе скину ссылку на дневник? – вывел из оцепенения голос Толи. – Там про тебя тоже есть.

- Про меня? – Галина почувствовала, как щеки начали гореть. Не хватало еще Толе узнать про Аллигаторовы приставания! – И что… что там?

- Сама почитаешь! – как-то совсем по-взрослому усмехнулся брат. – Ты же его послала, верно? Олег сегодня новый пост добавил, много о чем.

- Не так грубо, но, по сути, верно, - машинально согласилась Галина, расставляя помытую посуду на сушке, а вилки и ложки раскладывая на кухонное полотенце.

- Сложно сказать – верно или неверно, - Толя было направился к дверям, но перехватив красноречивый взгляд сестры, вернулся и начал старательно елозить тряпкой по столу: – Хотя, если любишь другого, – да, правильно. Когда нас познакомишь уже?

- С кем?!

- С тем, с кем вчера на подоконнике сосалась, – задумчиво сообщил Толя, стряхивая тряпку в раковину. – Интересно, если я к Юляхе так… обрадуется или по морде отхвачу?

- Толиман, ты что подглядывал?! – возмутилась Галина.

- Оно мне надо? – фыркнул брат, споласкивая руки. – Тебя долго не было, выглянул – мало ли, вдруг помощь нужна. Понял – нормально, сами справляетесь, и отвалил. Еще взгляд твой видел – на него. Так ты смотришь только на школьные фото. Хотя нет, так еще ни на кого не смотрела.

- Толя, не лезь в это, прошу! – Галина вытерла столовые приборы и сложила их в ящик. - Там все… все сложно.

- Знаю я ваше сложно! – скептически усмехнулся брат. – Вчера у Юляхи насмотрелся. Напридумаете себе разной фигни, лишь бы над нами поиздеваться.

- Толиман, а ты часом не обнаглел? Это что сейчас было?!

- Мужская солидарность, - невозмутимо ответил Толя и вдруг резко присел, уходя от удара кухонным полотенцем.

- Поросенок! – рассмеялась Галина, все-таки успев небольно шлепнуть его по руке. – Иди одевайся, на конкурс опоздаешь.

Примерно через минуту пискнул телефон, сообщая о приходе нового сообщения. Оно было от Толи и содержало ссылку на один из ресурсов, позволяющих вести личные дневники.

Глава 43. Перемирие с миром

Галина выпроводила брата и начала собираться на работу.

Денек был хороший-хороший: теплый, солнечный, но без изнуряющей жары, и по-настоящему летний – с шелестом густой июльской листвы, неугомонным птичьим щебетом и восторженным визгом гоняющей на самокатах детворы.

Галина, не удержавшись, надела летний сарафан: легкий, струящийся, длиной чуть ниже колен, с разбросанными по светло-зеленому фону огромными цветами ромашек. Конечно, не по дресс-коду! Но, во-первых, и так опоздала, во-вторых, Палыч с утра должен был укатить в Испанию, а в-третьих… гулять так гулять!

Мозг устал, переел адреналина и просил чего-то нежного, сладкого, восторженного – каких-то других гормонов.

Галина посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась:

«Васе бы понравилось!»

Правда, сразу попыталась влезть мысль про Васькину…ее. А за ней другая, что дело-то и не в ней, а в чем-то другом, и это другое посерьезнее будет. Но Галина бесцеремонно вытолкала их всех взашей:

«Завтра! А сегодня – полная свобода мечтам! Любым, всяким… самым-самым».

Потом еще раз окинула себя взглядом и все-таки дополнила наряд зеленым пиджачком. Вышло ни вашим, ни нашим – летне-деловой стиль? Или курортно – офисный? Ох, да какая разница! Главное, что к лицу, и глаза блестят, и…

Вниз спускалась пешком. На лестнице у курилки остановилась, мысленно прикинула Васин рост и встала на ступеньку, позволяющую быть с ним вровень. Та действительно оказалась третьей. Снизу.

«Здесь он мне признавался в любви! – нежно подумала Галина. – Причем, два раза! Первый – протокольно – правильно, будто действительно исполнял ритуал. А второй… ой, по-дурацки так! Но этот дурацкий вариант дороже. И ради него я готова… завтра, все завтра!»

Возле подъезда детский визг неожиданно дополнился совсем не детским: Ольга Михайловна в хвост и гриву чихвостила несчастного владельца «опеля»:

- Почто на тротуар влез, охламон? Мамочкам с колясками не проехать! Еще раз увижу – Коле скажу. Он тебе живо покажет, где раки зимуют!

Галина поздоровалась с соседкой и тихонько улыбнулась. Имя «Коля» было произнесено с гордостью и теплотой – так говорят о близком и дорогом человеке. Любимом сыне, например.

«А, может, и впрямь породнятся! – пришло на ум веселое. – У Саньки с Аделиной явная взаимная симпатия».

В маршрутке Галина вспомнила про Аллигаторский дневник и специально залезла на заднее сидение, чтобы спокойно углубиться в чтение.

Свое отношение к Олегу она не могла сформулировать четко: с одной стороны, никакой разницы, кто будет управлять компанией: внук учредителя или муж внучки. А с другой… Получалось, Аллигатор приставал в машине уже будучи без пяти минут женатым на инопланетянке. И такая откровенная безнравственность коробила, что уж там.

А еще глубоко в душе осталось воспоминание о временах, когда они легко и непринужденно общались, смеялись, делились историями о путешествиях. И даже мелькала мысль: «вдруг это Он, тот самый?»

Галина вздохнула и нажала на пересланную Толей ссылку.

Аллигатор-блогер идеальной грамотностью не обладал: Галину, как дочь филолога, напрягали некоторые обороты, неправильные «ться» и «тся» в глаголах и кое-что еще.

Но если быть объективной, уровень оказался не хуже, чем у современных выпускников элитных спецшкол. Имея же в уме парня из глухой деревни, можно было сказать, что тот достиг невиданных высот.

Стиль изложения Галине понравился – посты были меткими, красочными, приправленные изрядной долей цинизма и великолепного сарказма.

Жизненный путь из «нубов» в «хаи» прослеживался великолепно: банда малолеток, столкновение с конкурирующей организацией, больница, где он несколько недель провалялся на волосок от смерти.

В больнице же познакомился с бабулей, оказавшейся вдовой известного политика. Именно она, искренне проникшись судьбой трудного подростка, спасла Олега Поползова от колонии и оплатила дорогостоящее лечение, включая пластические операции у известного хирурга.

Старушка была чуть ли не единственной женщиной, о которой Аллигатор писал с теплотой и нежностью. Он называл ее «крестной бабушкой» или «феей крестной» и искренне горевал, когда она умерла.

Хотя про женщин в блоге было много – Аллигатор целенаправленно выбирал нестарых, но богатых вдовушек и предлагал им выгодное управление капиталом. Причем, не врал – активы действительно увеличивались. Не забывал он и о себе любимом.

Читая описание «дружески-партнерских отношений», Галина несколько раз язвительно усмехалась. Аллигатор на самом деле хорошо относился к своим женщинам: не подставлял, не обманывал, не обворовывал, не хамил и не унижал. Но это было отношение собственника к активу, дающему стабильный доход. Никакими сантиментами там и не пахло.

Очевидно, влюбленности, о которых он рассказывал в машине, были еще до начала ведения личного дневника – где-то совсем по малолетству. Если они вообще были.

Дойдя до описания себя самой, Галина не выдержала и рассмеялась в голос. Смех был не то, чтобы не веселый, скорее, такой же циничный, как и прочитанное.

Если отбросить и так знакомые подробности, отношение Аллигатора после их очного знакомства развивалось по следующей цепочке: «может быть полезна» - «вызывает интерес» - «стоит заняться».

Внезапно Галина заметила, что маршрутка подъезжает к нужной остановке и хотела уже завершить чтение дневника - что тут еще ловить?

Но почему-то вместо этого пролистала записи в самый конец и уткнулась в последний пост. Да, он тоже был про нее.

«Тот случай, - писал Аллигатор, - когда вдруг хочется вложить в отношения чуть больше, чем обычно. Или даже не чуть? Питая надежду взамен получить нечто эфемерное. Но стоит закурить, и после третьей затяжки желание притупляется. Потому что не знаешь, что хуже: рискнуть и не получить то, что хочешь, или получить и потом не знать, что с этим делать».

Галина прыснула, затолкала телефон в сумку и со всех ног бросилась к выходу, успев выскочить в последней момент, когда водитель уже намеревался закрыть двери.

«Думал, нашел дурочку, которая для тебя шпионить будет? За постельные удовольствия? - ехидно думала она. – А-ха-ха! Я оказываю дурное влияние – еще ничего не было, а уже на курево подсадила. Двадцать лет завязки – коту под хвост от одного разговора со мной! Радоваться должен, что я на большее не согласилась. Страшно представить, что с тобой было бы!»

Настроения работать так и не появилось. Хотелось все того же – сладкой лени и мечтательного созерцания. Но Галина никогда не позволяла себе стопроцентного безделья. Если устала, сильно расстроена, плохо себя чувствуешь – значит, нужно установить программу минимум. Это может быть нечто абсолютно условное и необременительное: провести пять документов, разобрать входящие счета и письма, просмотреть новости законодательства и отметить те, которые в дальнейшем следует изучить досконально.

Но программа минимум должна быть исполнена при любых обстоятельствах. Иногда при этом незаметно втягиваешься в работу и в итоге делаешь намного больше. Если же действительно нет сил – краткий список завершенных дел избавляет от чувства вины и ощущения, что день прожит зря.

«Итак, что у нас? – весело думала Галина, стуча каблучками на подходе к родному офису: - Отчет по уму надо бы сегодня, но можно и в понедельник – откладываем. А обновления желательно проверить. Больничный Палыча – обязательно! Прямо сразу. Клининговая компания тоже. И еще поговорить с Женькой про личную жизнь, а главное – про состояние здоровья папы. А дальше будет видно. Итого план: больничный, заказ уборки офиса, обновления и Женька. Поехали!»

Однако уже перед входом Галина ощутила резкий запах моющего средства. А скользнув взглядом по окнам холла, увидела совсем молоденьких парнишку и девчонку в ярко-синей униформе, азартно орудующих щетками.

«Пункт два можно вычеркивать!» – расслабленно улыбнулась она.

- Шеф вчера еще этих помойщиков заказал! – деловито подтвердил Вовчик, высовываясь из будки. – Сумку открывай, у нас теперь строгая противобезопасность!

- А чего «помойщики» - то? – рассмеялась Галина, щелкая замочком стильного клатча. – Вроде вполне приличные молодые люди.

Вопреки ходящим в мужской среде страшилкам, что в женской сумочке можно отыскать все, что угодно - от клыка динозавра до сверхсекретных чертежей новейшего межгалактического оружия, Галина любила в вещах порядок. В сумке у нее лежали только кошелек, небольшая косметичка и расческа. Еще имелись ключи, но они были спрятаны во внутреннем кармашке на молнии.

- Помойщики – потому что все тут помоют! – буркнул Вовчик, явно разочарованный скудностью содержимого клатча.

Галина опять по-доброму рассмеялась, и даже не стала уточнять, что такое «строгая противобезопасность».

Лифт и коридор четвертого этажа сияли кристальной чистотой – «помойщики» здесь успели потрудиться на славу. В родной бухгалтерии никого не было.

Но бросив взгляд на запароленный экран Сонькиного компьютера, ее пиджак на спинке кресла и стоящую на столе чашку со свежим чайным пакетиком, Галина мигом разгадала диспозицию:

«Сонька тут. За водой пошла».

Догадку подтверждало и отсутствие чайника.

Галина запустила компьютер, нашла телефон лечащего врача Палыча и набрала номер.

«Я отлично умею договариваться! – нескромно подумала она несколько минут спустя, заложив за голову руки и с наслаждением откидываясь в кресле: - Выпишут вчерашним днем и без всяких нарушений режима. В понедельник можно будет сделать начисления, как раз больничный в личный кабинет подтянется. Сейчас по-быстрому гляну, что с обновлениями и приглашу Женьку в кафешку. С этими войнами и любовями совсем распустилась, а вдруг человеку помощь нужна?»

В этот момент открылась дверь и на пороге возникла Сонька с чайником в одной руке и телефоном в другой. Взгляд подруги был прикован к экрану, где она что-то читала и перечитывала, блаженно улыбаясь и смешно шевеля губами.

«У кого-то вчерашний вечер удался! – весело отметила про себя Галина. – По полной программе. А у меня хоть и не по полной, но жаловаться не буду. Потому что… удивительное дело! Вася нес абсолютную чушь – вроде рекордов в беге на стометровку, я бесцеремонно лезла в его семейные дела… Но откуда-то стойкое ощущение, что мы друг друга поняли… Потом, все это потом!»

С усилием оторвав взгляд от экрана, Сонька поставила чайник на подставку и вдруг заметила Галину.

- О!! Наконец-то ты пришла – народ страстно жаждет зарплату!

- Какую зарплату? – изумилась Галина, невольно бросая взгляд на бухгалтерский календарь. Нет, все верно – цифра пятнадцать обведена красным кружком: – Сегодня десятое число, а зарплата пятнадцатого!

- Ты что забыла?! – чуть не подскочила на месте Соня. – У нас новый приказ с изменением дат аванса и зарплаты! Потому что трудовой коллектив уже все мозги проел, что пятнадцатого слишком поздно. Приказ сегодня вступил в силу. Женька должна была напоминания разослать заблаговременно, но ей сейчас, видать, не до…

- Ой, мама! – с ужасом перебила Галина. Томная нега слетела вмиг, будто ее и не было: – Точно! Но десятого же погашение кредита! Палыч собирался переподписать с банком договор, перенести дату ежемесячного платежа на другой день. И, конечно же, из-за болезни ничего не сделал! Так, что у нас по банку?

Рука, дрожа, не сразу попала по нужной иконке. Галина нажала на выписку и глянула остаток на счете. Он неудержимо стремился к нулю.

- Меня с утра ходоки замучили! – Сонька нервно ухватила булькающий чайник, не дав тому отключиться. Плеснула воду в кружку, параллельно разливая на стол, фыркнула и начала вымакивать бумажными салфетками: – Всем деньги позарез нужны! У Вадика свадьба, у Ксюши Алинка вот-вот родит. Мне, кстати, тоже масло на машине менять пора, но я потерплю, а вот Женька…

Галина развернула выписку – все верно, с утра прошло погашение кредита: банк списал и очередной транш, и проценты, и платеж по страхованию.

- У Женьки ужасная ситуация! – Сонька швырнула в мусорное ведро комок мокрой салфетки – тот перелетел, ударился о стену и бессовестно сполз под шкаф: - С отцом совсем плохо – нужна срочная операция. По ОМС не берутся делать, а в частной клинике очередь. На днях оттуда позвонили, что освободилось место, нужно срочно положить отца на обследование. И заплатить за это, само собой. А если нет, то только через полгода. А он столько может и не протянуть.

Галина почувствовала, что дрожь в руках усилилась. Она вывела на экран поступления за неделю – перечисления прошли от всех ОПов, кроме Питерского:

- Санкт-Петербург еще не отправил выручку! Сейчас позвоню, потороплю. Их денег хватит на зарплату и НДФЛ. Впритык, но должны влезть. А фонды перечислим пятнадцатого, закон позволяет.

- Бесполезно, - тяжело вздохнула Соня. Затем все-таки подошла к шкафу, вытащила из-под него скомканную салфетку и отправила в мусор: – Вадик с утра заходил, жаловался на Питерское подразделение, якобы у них вообще в этом месяце выручки нет. Продажи на нуле.

Галина промолчала в ответ. Просто сидела и смотрела на зелененькую Питерскую папочку – как раз поверх стопки других документов лежит родимая! И на практически нулевой остаток на банковском счете.

В голове сразу всплыла непонятная динамика товарооборота в Санкт-Петербургском подразделении, странные действия с накладными, отловленные на презентации, милейшая оператор Алиса, дочь питерских знакомых Аллигатора, его намеки про неучтенный поток наличности и еще… и к тому же…

«Один бессовестно ворует деньги и делится со вторым, а третий знает и покрывает! – рассерженно подумала Галина. – А потом нечем платить зарплату. А для кого-то она – вопрос жизни и смерти, в прямом смысле. Нельзя же человеческую жизнь вот так – смять, словно использованную салфетку, и выбросить в мусор!»

Взгляд скользнул по экрану вниз и уперся в лежащие на столе руки, наблюдая, как ладони медленно сжимаются в кулаки. По сосудам побежал знакомый поток… его самого:

«Как-то недолго длилось мое перемирие с миром!»

Тихонько скрипнула дверь и в бухгалтерию проскользнула Женька. У нее были страшные, пустые глаза и мертвенно бледное лицо.

- Лин! – с порога начала она. – Я знаю, что сама виновата, не напомнила тебе об изменении графика. Но мне очень нужна зарплата! Сегодня до шести я должна оплатить счет за обследование. Оббегала всех – как назло, занять никто не может. Палыч улетел, Чингисхан трубку не берет… Ты же умная, Линочка! Придумай что-нибудь!! Пожалуйста!

- Я не меньше тебя виновата, Жень, - Галина встала, подошла к подруге - обняла за плечи, погладила растрепанные золотистые прядки: – Обязана помнить такие вещи сама. Не волнуйся, будут тебе деньги сегодня. Сделаю для этого все возможное! И невозможное тоже.

Она развернулась и ткнула кнопку корпоративной связи, но вместо Леры, с утра убывшей в Испанию, отозвалась Ира из отдела продаж. Очевидно, именно она заменяла секретаря.

- Привет, Ир! – бодро произнесла Галина. – Скажи, Олег Александрович у себя?

И, выслушав утвердительный ответ, добавила:

- Спроси, он сможет меня принять? Прямо сейчас?

Дождалась заветного «да» и широко улыбнулась:

- Отлично! Сейчас буду!

Она вытащила из сумочки косметичку, тщательно поправила макияж и, задумавшись на миг, достала пузырек любимых духов и мазнула ими по шее вниз – в область декольте.

- Иду добывать зарплату! – весело пояснила Галина растерянным подругам.

И продолжила мысленно:

«Любой ценой».

Глава 44. Цена зарплаты и другие расценки

Кабинет Аллигатора встретил «воздушностью», минимализмом и холодом. Галина невольно бросила взгляд на стену – кондиционер жарил, точнее, морозил на полной мощности.

Хозяин кабинета выглядел, как всегда, идеально: свежий, бодрый, элегантный. Он встал из-за стола навстречу и подошел совсем близко, так что было слышно дыхание - оно пахло мятной конфетой.

“Перебивает запах курева”, - поняла Галина.

Они встретились взглядом, и на миг показалось, что Аллигатор сейчас самым бессовестным образом сгребет ее в охапку и полезет с поцелуями... Но тот всего лишь наклонил голову в знак приветствия.

- Польщен! – продемонстрировал он коронную крокодилью улыбку во все тридцать два великолепных зуба. - Принцесса Элина сама искала встречи со мной. Шикарно выглядишь! Ромашки действительно твое – гармонично вписываются в образ.

- Я по делу... - призналась Галина, незаметно разглядывая его лицо.

“А, может, и впрямь дело в пластических операциях? - пришла непрошеная мысль. - Поэтому Олег выглядит таким холодным и отстраненным: нарушены мышечные волокна, мимика стала менее выразительной... Или все-таки характер?”

- Не сомневался, - весело согласился он. - Я не настолько глуп, чтобы воображать всякое разное. Хотя иногда хочется... этого самого.

- Чего этого самого? - машинально переспросила она.

- Повоображать, конечно! - мягко коснувшись плеча Галины, он подвел к креслу: - Присаживайся. Какой кофе будешь - эспрессо, латте, американо?

Галина устроилась на краешке и положила ладони на стол, будто стремилась уцепиться за него покрепче.

- Я не... - начала было она.

Но поймала взгляд Аллигатора и вдруг согласилась:

- Обычный кофе. Со сливками, но без сахара.

Тот кивнул, нажал кнопку корпоративной связи и выдал Ире заказ. Потом обошел Галину и сел напротив. Руки Аллигатора тоже легли на стол и неожиданно оказались так близко, что оставалось всего пара ничтожных сантиметров до касания ладоней Галины.

И она сидела, уставившись на его руки, не в силах отвести взгляд.

«Ну и ручищи! – пронеслось в голове изумленно-опасливое. – Ухоженные, но здоровенные и по-мужски крепкие. С Васькиными «аристократическими» не сравнить. Этот если всерьез ухватит, вырываться трудно будет!»

И Галина вдруг почувствовала нечто совершенно иррациональное: будто от пальцев Аллигатора исходит электрический ток и бежит по столу прямо...

Она вздрогнула и убрала руки на колени.

Олег многозначительно усмехнулся, но промолчал.

“Я ему нравлюсь! - чуть ли не со страхом поняла Галина. – Конкретно нравлюсь, в блоге Аллигатор не соврал. Конечно, никакими любовями и морковями тут и не пахнет, но это уже не просто желание использовать меня в своих целях. Все сложнее. И он понимает это”.

Неловкость ситуации слегка сгладила Ира, принесшая кофе.

Галина вылила в чашку сливки, от волнения сделала слишком большой глоток и быстро-быстро задышала, обжегшись.

Олег усмехнулся еще шире, лениво высыпал в кофе сахар и размешал.

“Что за идиотизм со мной творится? - растерянно прислушалась к себе Галина. – Ладно, с Васей тупила и дрожала - там чувства, понятно. А тут-то что?”

- И о чем ты хотела поговорить? - наконец-то спросил Аллигатор, отставляя чашку.

- Мне нужны деньги, - не стала она ходить вокруг да около.

- Тебе? - в холодно-голубых глазах на миг мелькнуло нечто искреннее. - Что-то случилось? О какой сумме речь?

- Миллионов десять-двенадцать. Не мне лично, сегодня на фирме зарплата, а ее нечем платить.

- А... в этом смысле, - с видимым облегчением рассмеялся Олег. - А куда девались вчерашние сорок лямов?

- Банк списал на погашение кредита, - Галина осторожно отпила кофе. В этот раз вышло удачно, и даже получилось оценить вкус – он был неплох: - Палыч должен был переподписать график, но не успел. Зарплата была пятнадцатого, а теперь, по новому приказу, десятого. Получается, в один день с погашением кредита.

- А овердрафт? Не продлили?

- Нет. Нужно заново перезаключать договор с предоставлением банку полного пакета документов. Вчера, сам понимаешь, было не до того. Вот и выходит, что куда ни кинь - везде клин. Хочется, как тому волку из мультика, - сесть и завыть на луну.

- Ты-то тут причем? - в глазах Аллигатора стояло неподдельное изумление. — Это проблемы директора - вернется, разрулит. Приказ задним числом переделает или еще чего. Если сильно волнуешься, можешь опять написать докладную, что хотела выплатить, но денег на счете не было. Твоя профессиональная репутация не пострадает.

- Какая репутация! – Галина нервно крутила в пальцах пустую коробочку из-под сливок, ища глазами, куда выбросить: - Людям деньги нужны, понимаешь? Они настроились на сегодня - планы, ожидания... Не могу же я бросить всех на произвол судьбы? Нечестно это.

- Нет, не принцесса! – Аллигатор с полуулыбкой ухватил ее за запястье и встряхнул, заставляя коробочку выпасть на стол. Та перевернулась, остатки сливок потекли по дорогой столешнице: - Королева. Чувствуешь себя в ответе за чужие судьбы?

Галина не ответила. Руке было неуютно в цепких пальцах Аллигатора, а тот, вместо того, чтобы отпустить, наоборот, перехватил удобнее, как бы невзначай погладил ладонь. Затем проследил за взглядом Галины, замершим на расплывающейся по столу жирно-белой лужице:

- Забей. Ирка подотрет. Извини, десяти лямов у меня нет. Даже машины уже нет, что взять с бедного безлошадного крестьянина?

- Питерский филиал не перечислил выручку. А ее бы как раз хватило на зарплату.

- Скажи Ирке, чтобы позвонила и поторопила, - не понял он.

- У них нет выручки в этом месяце, - Галина освободила руку из захвата и посмотрела Аллигатору в глаза. - Точнее, нет официально. Но я думаю, что она есть. И даже больше, чем они раньше показывали в отчетах. Просто директор филиала совсем потерял берега и работает себе в карман.

- Ну, скажем, не только себе, - ничуть не смутился он. – Говорил уже, что питерский директор - человек председателя.

- Олег, помоги, пожалуйста! – Голос Галины дрогнул. – Женьке… рыженькой из отдела кадров срочно нужна зарплата. Именно сегодня! Ее отец в тяжелом состоянии, счет идет буквально на дни. Если она до шести вечера не оплатит счет в частной клинике… Надо как-то повлиять на питерского директора!

- И чем я могу помочь? – Аллигатор невозмутимо взял со стола чашку кофе и поднес ко рту: - Кадровые вопросы не в моей компетенции - ни уволить его не смогу, ни объявить дисциплинарное взыскание. И, если откровенно, выражение «счет идет на дни» обычно означает, что время уже упущено. Твоей Жене лучше сразу смириться с неизбежным, и не кормить деньгами частные клиники. Это нерациональное использование ресурсов! Получит зарплату пятнадцатого – пригодится на похороны и поминки.

Галина замерла. Сердце пропустило несколько ударов, а потом как понеслось… будто из пулемета. В кабинете неожиданно отчетливо запахло жженой пылью.

Аллигатор вытащил из ящика пульт и выключил кондиционер:

- Сильно раскочегарился. Пусть отдохнет, а то предохранители перегорят.

«Они уже перегорели! – язвительно отметила про себя Галина: - Но не у кондиционера, а у меня. Хорошие такие предохранители – нравственность, гуманность, культура. Но после такого адского цинизма…»

- Ты можешь помочь! Еще и как можешь! Потому что ты… - начала она решительно, но вдруг умолкла, пытаясь четче сформулировать мысль.

Аллигатор усмехнулся, подчеркнуто пристально оглядел ее сверху вниз и встретился взглядом. Они смотрели в глаза друг другу… долго, откровенно, не отрываясь.

“А ведь я именно за этим сюда и пришла! – вдруг поняла Галина. - Изначально. И трясет меня не от его близости. А от осознания собственной... Да, я ничуть не лучше! Цели у меня, конечно, благородные. А вот методы… Олег хотел беспринципно воспользоваться моим душевным расположением, симпатией, ожиданием развития отношений? А теперь я собираюсь так же безжалостно проехаться… по тому, что он написал в последнем посте!»

- Что я? - с нежность хищника-убийцы улыбнулся Олег. - Договаривай, раз начала.

- Я читала твой блог! – медленно, тщательно выговаривая слова, произнесла Галина. - В интернете. Знаю, как ты начинал и через что прошел. Ты жил в Питере, и у тебя наверняка остались связи. Подходящие, чтобы найти убедительные аргументы для питерского директора.

- Читала мой личный дневник?! - искренне растерялся Аллигатор. - Но как ты нашла... кто... ой, елки...

Но уже через считанные мгновения пришел в себя и небрежно откинулся в кресле:

- А, впрочем, так даже лучше! Уже не нужно ничего объяснять и бояться, что ты испугаешься, почувствуешь отвращение. Раз пришла сегодня ко мне, значит, приняла таким, какой я есть. И это... вдохновляет.

Он положил ногу на ногу, провел зубами по нижней губе и усмехнулся:

- То есть, ты предлагаешь мне - взрослому успешному мужчине, добившемуся всего в жизни собственным умом... Предлагаешь пойти на откровенный криминал? Шикарная заявка, просто отпад!

- Я не... – попыталась поправить Галина, но Аллигатор весело отмахнулся:

- Не стесняйся. Ты - да! Еще и как - да! Чувствуешь, что можешь требовать от меня такого? Хорошо, допустим. Тогда что я получу, если соглашусь?

Галина тряхнула волосами и бесстрашно посмотрела в глаза:

- А что ты хочешь?

- Если читала мой дневник, то знаешь, - его глаза еще оставались холодными, но что-то проявлялось в них, зрело... что-то...

- Знаю. Что ты сам этого не знаешь.

- Верно... - хмыкнул Аллигатор, барабаня пальцами по столу. - Чего хочу - не знаю, чего знаю - не хочу.

Он резко встал, подошел к ней и ухватил за руку:

- Пойдем, посидишь со мной. На диване.

И, поймав взгляд, жестко рассмеялся:

- Не бойся! Правда, просто посидим. Мне нужно подумать.

Галина поднялась и оказалась совсем близко, так близко, что почти касалась его плеча, почти...

От Аллигатора веяло силой - ледяной, но обжигающей.

“Он мне нравится! - откровенно признала она. - Нет смысла этого отрицать. Конечно, совсем не так, как Вася. Там любовь, нежность, восхищение, трепетный восторг от каждого прикосновения. А здесь… интерес? притяжение неординарной личности? ожидание достойного противника?»

- Хорошо! - вслух произнесла Галина. - Я посижу с тобой. Но ты меня неправильно понял.

- И кто после такого идет на попятную? - В голосе Аллигатора слышались и насмешка, и подначка: - Неспортивно! Не разочаровывай, дожимай до конца. Лично я, если чувствую, что партнер «поплыл», беру от него по максимуму. И в бизнесе, и в сексе.

Галина уловила в его глазах знакомый блеск:

“Еще один адреналинщик! Хотя чего ждать от поклонника сафари на крокодилов? Везет на этих в последнее время. Или у меня на лбу написано: “Тренажер для любителей острых ощущений?”

- Постараюсь не разочаровать! Не на попятную - направление мысли правильное. Выводы немного другие.

Аллигатор рассмеялся и взял под локоть.

Они подошли к диванчику, обитому светлой кожей, и Олег плюхнулся на него посередине:

- Сядешь ко мне на колени?

Где-то в глубине души слегка царапнуло:

«Десять лет ни к кому на колени не садилась! Считала, что давно переросла подростковые забавы. Да и не предлагали как-то. И надо же: вчера Вася, сегодня… этот. Неправильно себя веду?»

Но внешне Галина лишь снисходительно улыбнулась:

- Хочешь этого?

- Конечно, хочу, раз спрашиваю! – беспечно согласился Олег. – Обуяла ностальгия по родной деревне! Чтобы, как в сказке – поваляться-покататься по ромашковому полю, помять цветки-лепестки. А ты разве не хочешь?

- Подумай.

- Семьдесят на тридцать?

- Девяносто пять на пять.

- Но пять процентов, что да, все-таки есть... - сладко вздохнул он.

- Не вижу смысла врать, - улыбнулась Галина. - Ты мне всегда нравился. Но девяносто пять процентов “нет” размажут пять процентов “да” на автомате. Мне даже не придется участвовать в этом разумом.

- Но ведь можно попробовать придержать эти злые девяносто пять, - глаза Аллигатора уже не были холодными. Они горели искренним, веселым азартом: - И дать шанс...

- Может, и можно, - в тон ему ответила Галина. – Но... неспортивно.

Аллигатор подавился смехом и подвинулся к краю диванчика, уступая ей место рядом с собой. Галина села на диван и даже позволила Аллигатору обнять себя:

- Мне показалось, что мы с тобой хотим одного и того же.

- Звучит заманчиво, - прошептал он на ухо. - Хоть и понимаю, что ты о другом. О чем-то скучном и безынтересном.

- Не скажи... Тебе, как будущему совладельцу компании, скучно и безынтересно, что питерский директор ворует деньги? Твои деньги? Тебе на это наплевать?! Олег, не разочаровывай меня!

Аллигатор довольно хмыкнул и задумался.

- Конечно, не наплевать! Наоборот, питерские делишки бесят до дрожи. Я даже своего человечка туда пристроил. Алису, если помнишь. Специально, чтобы держать руку на пульсе. Но по уму стоит подождать.

- Полгода? - язвительно усмехнулась Галина. - Пока завещание официально вступит в силу? Так можно и вообще ничего не дождаться. Получить на выходе пустоту.

- Я это понимаю, - Аллигатор осторожно притянул ее к себе. - Нет, не полгода. Всего три дня. Через три дня запланировано некое мероприятие... именно, что скучное и безынтересное. Но после него я получу официальное право ворошить этот гадюшник.

“У него свадьба через три дня! - поняла Галина. - И он об этом говорит, откровенно приставая ко мне? Впрочем, чему удивляться после слов о Женьке? Здесь цинизм возведен в абсолют”.

- Ты ради этого и продал машину? – вслух догадалась она. - Чтобы получить согласие председателя?

- Верно, - ничуть не смутился Аллигатор. - Он вроде и не против брака, но заладил, как попугай: “Нужно отложить, у нас траур, люди не поймут”. Пятнадцать лямов нехилая цена для родительского благословения, но куда деваться? А кроме этого, есть еще один момент...

- И какой же?

- Третий наследник. Племянник председателя и его крестник. Знаешь, как бывает - крестников балуют больше, чем собственных детей?

“Крестники... которых балуют...” - опять щелкнуло в голове, даже не догадка, подтверждение чего-то давно известного. Но до того ли сейчас?

- Парень - совершенный мажор, жизни не знает, больше месяца нигде не работал, - с легким презрением продолжил Аллигатор. - И председателю верит безоговорочно. Но теперь я легко получу доверенность на его долю.

- Вижу, у тебя все распланировано до мелочей!

- Не сомневайся. Я еще в юности поставил цель и иду к ней четко и уверенно. Через три дня займусь питерским филиалом, обещаю.

- Нужно сегодня, - мягко произнесла Галина. - Зарплату люди ждут сегодня. А тебе ведь непринципиально - сегодня или через три дня? Если уже все решено?

- По большому счету - да! – беззаботно рассмеялся Аллигатор и скользнул ладонью вниз по ее пиджаку. – Меня уже везде воспринимают, как хозяина. Если очень хорошо попросишь – жарко, старательно и с фантазией, можно и сегодня. Ты как – прямо здесь готова или поедем в гостиницу?

Галина повернула голову и встретилась с ним взглядом. В глазах Аллигатора было небо – нежно-голубое, доверчивое, предвкушающее что-то яркое и неукротимое. Летнюю грозу?

- Я не буду тебя ни о чем просить! – широко улыбнулась она. - Ни хорошо, ни плохо. Никак. Ты все сделаешь сам, по собственной воле. Или не сделаешь. Но это будет твое решение - только твое. И твоя ответственность. Тоже – исключительно твоя.

Это было … захватывающе?.. притягательно?.. вкусно? - наблюдать, как меняется выражение его глаз, отражая целую гамму эмоций: недоумение, переходящее в осторожное понимание и, затем, сменяющееся откровенным весельем.

- Я могу лишь искренне верить, что не ошиблась в тебе! - Галина ласково погладила по плечу. - И ты не разочаруешь.

Олег откинулся на спину диванчика и несколько минут откровенно хохотал в голос.

- Это было спортивно! - отсмеявшись, признал он. Вид у Аллигатора был удивленный, но довольный: - Я, конечно, взрослый дядя и запросто говорю «нет» в любых ситуациях. Но мне действительно не хочется тебя разочаровывать! Тонко играешь на струнах души – еще тогда, в машине понял. Хорошо. Получишь деньги сегодня. Даю слово. Считай это уважением старого переговорщика к талантливой дебютантке.

Он снова прижал Галину к себе – по-другому, более бережно, что ли?

- Но мне же за это что-то будет, правда? – коснулся уха горячий шепот. – Понял - идеалистка до мозга костей, презренный торг ниже твоего достоинства. Но как насчет благодарности? Я ведь буду рисковать – репутацией, а, может, и свободой. Благодарность – высокое, светлое чувство! Вознаградишь за старания – от чистого сердца? Естественно, после того, как, по честному.

Аллигатор сейчас был настолько мил и трогателен, что в душе даже что-то шевельнулось в ответ. Хорошее. Конечно, никто не собирался уступать, но вдруг захотелось ответить по-человечески. По-доброму. Наверное, предохранители не сгорели полностью, а лишь на время отключились, перегревшись. Но Галина опять вспомнила про Женьку и лишь недоуменно пожала плечами:

- Ты слово дал, значит, сделка состоялась. Смысл платить за то, что уже получено даром? Это нерациональное использование ресурсов.

Аллигатор даже не рассмеялся. Он замер на несколько секунд, а потом дико заржал, уткнувшись в спинку диванчика. В кармане у него запиликал телефон. Олег, не переставая хохотать, достал его, отклонил вызов, набрал короткое смс, а потом и вовсе отключил:

- Даром за амбаром, блин!! Мне, между прочим, серьезные ребята звонят. По важному делу. Пришлось написать, что на сложных переговорах. Хотя так оно и есть. Ну, ты и стервоза, а с виду девочка – ромашечка! Где набралась этого только?!

- У тебя! – невинно улыбнулась Галина. – Про ресурсы – твоя фраза. И сам советовал дожимать «поплывшего» партнера по максимуму.

- «Дожимать» - чтоб ты знала – еще не значит жестко отодрать на сухую!! – зашелся он в новом приступе смеха. - И я, кстати, давно предпочитаю общение по взаимной выгоде, а не по беспределу. Партнеру тоже должно быть хорошо – и в бизнесе, и в сексе.

- А тебе разве не понравилось?

- Иииии… - беззвучно трясся он, вытирая с глаз непрошеные слезы. - Иди ты с глаз моих, чудовище!! Нет, БДСМ – не мое. Пробовал, не впечатлило!

Галина осторожно встала с дивана и посмотрела на фитнес-браслет:

- У тебя есть три часа.

- Мне хватит тридцати минут, - вдруг совершенно спокойно произнес Аллигатор и тоже поднялся. – Увлекаешься восточной философией?

- Проходила в универе… - слегка удивилась Галина резкой смене тональности. – Несколько лекций было. А с чего ты взял?

- «Используй энергию противника» - это оттуда… - он провел зубами по нижней губе и опять вцепился взглядом в глаза – острым, беспардонным, изучающим. – Значит, проходила… мимо.

“Да что за наказание! - не отводя глаз, простонала про себя Галина. - Третий день подряд сражаюсь не на жизнь, а насмерть. И на рабочем фронте, и на личном. Адреналин? Я на нем уже сижу, как на тяжелых наркотиках! Приду домой - напьюсь! Если выживу. И не любительница алкоголя, но по-другому только в дурку”.

- Соревнование дворовых команд объявляю закрытым, - наконец произнес Аллигатор. - Предлагаю перейти к профессиональному спорту. Хотя, что уж там - сразу к спорту высоких достижений.

- Это ты о чем?

- О моих желаниях, - он взял руку Галины и церемонно поднес к губам. – Что, если я готов заплатить твою настоящую цену? Сразу и не торгуясь?

Глава 45. Реал ПВП

В кабинете внезапно стало душно. Или это бросило в жар от кипящего в крови адреналина?

Галина забрала у Аллигатора свою руку и вытерла тыльной стороной пот со лба:

- Я не продаюсь.

- Не все продается, - легко согласился Аллигатор. Он подошел к столу, взял пульт и включил кондиционер – на режиме «минимум»: - Но все имеет цену. Не волнуйся, тебя покупать не собираюсь. Человека нельзя приобрести полностью, как вещь - ни деньгами, ни силой, ни страхом. По себе знаю. Даже при рабовладении нельзя было, теперь и подавно. Все что можно - получить те или иные права.

- И какие права тебя интересуют? - обалдела она от погружения в глубокие философские категории.

- Право быть с тобой.

- Со мной? В каком смысле?!

- Ты имеешь в виду - в каком статусе? - небрежно уточнил Аллигатор, занимая свое место. - Да в любом. Без разницы. Выбирай сама, какой тебе больше нравится.

Галина, широко раскрыв глаза, смотрела на Олега.

“Издевается?! У него же свадьба через три дня! Сам сказал, вот только что”.

- Кофе будешь? – улыбнулся он в ответ на ее замешательство. – Или коктейльчик?

- Минералки со льдом… - растерянно пробормотала Галина, опять усаживаясь в кресло у стола.

Аллигатор кивнул, вызвал Иру. Та принесла высокие стаканы, бутылку с водой, емкость со льдом. Суетилась, убирая со стола, долго елозила тряпкой, оттирая уже присохшие сливки.

- Так уж и в любом? - ехидно улыбнулась Галина после того, как за секретарем закрылась дверь.

- Да, - деланно-покорно вздохнул Аллигатор, принимая подачу. - Искренне верю, что ничего противоестественного ты от меня не потребуешь.

И, подождав, пока она отсмеется, продолжил спокойно:

- А если ты про официальный штамп - да. Без проблем. Я не в том возрасте, когда бегают от ответственности и жрут паспорта перед ЗАГСом. Впрочем, с тобой бы я и в двадцать этим не занимался.

Галина хлебнула минералки и незаметно оглянулась на дверь:

«Цель достигнута, пора уносить отсюда ноги! Этот явно не в себе. И Вася тоже вчера чудил… Что-то странное с мужиками творится. Магнитные бури?»

- Олег, а ты гражданин России? – вслух произнесла она. - Или у тебя еще какие-то паспорта имеются?

- Нет. Один, - осторожно ответил Аллигатор, бросая в свой стакан лед. - С двуглавым орлом.

- Тогда должен понимать, что в России многоженство запрещено! – искренне обрадовалась Галина. - А ты, если забыл, на днях женишься на дочке председателя!

Он улыбнулся одной верхней губой и добавил мощности на кондиционере.

- Есть такой план, - его голос звучал спокойно и как-то… буднично? – Но я могу отказаться от него, чтобы быть с тобой.

«Точно не в себе! – поняла Галина. От растерянности она залпом выпила воду, чувствуя на зубах хруст льдинки. Вспомнилось, как в детстве на спор грызла сосульки… - Нет, магнитные бури вряд ли. Вспышка на солнце?»

- И нафига оно тебе надо?! - вырвалось у нее само собой. - Какой смысл? Столько времени идти к цели, чтобы на самом финише махнуть на все рукой? Честно, хоть убей - но логики в этом не вижу!

- Тебе непременно нужно логическое объяснение моих поступков? - по голосу Аллигатора было понятно, что он улыбается, хотя внешне это было незаметно: - Варианты про потерянную голову и внезапно нахлынувшее безумие не устроят?

- Нет! – улыбнулась она в ответ, показывая зубки. – Утверждал, что в поступках приветствуешь исключительно логику и рационализм? Тогда, в машине, помнишь? Изволь отвечать за базар!

- Шикарная заявочка, просто полный отпад! – хмыкнул Аллигатор и не спеша отпил воды из стакана. - ОК. Хочешь рационализм и трезвый расчет? Их есть у меня.

Он повертел в руках пульт, положил ногу на ногу:

- Да, моя цель – собственный бизнес. Серьезный бизнес в полном владении или, как минимум, доля, позволяющая продавливать любые решения. И я действительно в шаге от желаемого. Но неужели ты думаешь, что для меня это единственный вариант?

Олег поймал ее растерянный взгляд и усмехнулся:

- Я рационалист и не ищу специально трудных путей, когда есть более легкие. Но это не значит, что трудные мне не под силу. На роль младшего партнера меня минимум в трех местах возьмут хоть завтра. Да, это не так престижно, да, придется пахать, как рабу на плантациях... Но кто сказал, что я не умею? Или боюсь этого?

- Олег! – вдруг вспомнила Галина. - Скажи, твой диплом с отличием, он...

- Честно заработанный! Неужели сомневалась?

Он встал, обошел кресло Галины и, остановившись сзади, положил ладони на спинку, почти касаясь ее плеч.

- У меня все, что после больницы, честное, - щекотало ухо мятное дыхание: - Каждый рубль. Нет, возможно, у налоговых инспекторов и нашлись бы вопросы - кое-что мутил с оптимизацией денежных потоков, но не наглел. А перед партнерами чист абсолютно! И давно не беспределю в отличие от некоторых!

Близость Аллигатора смущала, поэтому Галина осторожно отъехала на кресле в сторону и развернулась к нему вполоборота:

- Я тоже за цивилизованные методы! Это и имела в виду, когда говорила, что ты меня неправильно понял! С Питерским директором можно побеседовать, намекнуть, что мы в курсе его делишек, пообещать жесткий аудит…

- Не учи ученого! – звонко рассмеялся Олег, подошел к столу и вдруг запрыгнул на него - устроился на краю и смешно качал ногой, точь-в-точь хулиган-старшеклассник на парте. Пульт все еще был у него в руках: - Я его уже почти перевербовал. Алиса помогла. Питер спецом выручку в этом месяце не светил, чтобы председатель не выгреб. Сейчас позвоню, попрошу провести все сегодняшним днем и бросить на банк.

Галина машинально уставилась на Аллигаторские ноги – благо такое сидение на столе позволяло их рассмотреть досконально. Ноги были длинные, ровные и красивой формы, что угадывалось даже в свободных офисных брюках по дресс-коду.

«Ему джинсы пошли бы! – мелькнуло в голове нечто из области эстетики. - Наверное, и носит, но не на работу».

Духота в кабинете внезапно усилилась. Кровь прилила к щекам, дыхание участилось. Нет, Аллигатор был ни при чем! Точнее, причем, но не…

- То есть, тебе это ничего не стоит? – дошло до Галины – Один звонок – и вопрос решен?!

«У Жени отец умирает! – закипело в груди искреннее, яркое, обжигающее: - А этот в игры играет!! Точно аллигатор – примитивная, бесчувственная рептилия!»

- Олег, что ты за человек?! – гневно выдохнула она. - Я ведь вначале по-хорошему попросила! Неужели нельзя было просто помочь? Репутацией рискуешь… да-да! И свободой – а-ха-ха! Обязательно час выносить мозг и выламываться, как средневековая девственница?!!

Аллигатор уставился на нее во все глаза, потом медленно сполз со стола и присел на корточки рядом. Его ладони легли к ней на колени, сминая ромашковое поле:

- Хочешь, не буду выламываться? Сразу дам.

- Что дашь?! – не поняла Галина и сбросила его руки. Гнев мешал думать.

- Дуба дам, блин!! – простонал он, утыкаясь лбом в ручку кресла. – Со смеху!! Всяко меня убогого материли, но чтобы средневековой девственницей обозвать… У-у-у-у!! У тебя совесть есть?! Уже пресс болит, словно после тренажерки!

И, не переставая смеяться, ткнул в пульт, добавляя мощности:

- Ну и жарища! Галимый кондей подсунули, не справляется. Воды?

- Да, и льда побольше! – согласилась Галина. – Действительно жарко у тебя.

Аллигатор встал, налил ее стакан до половины, щедро бросил в него горсть льдинок и протянул Галине:

- Я не врал про риски. Одно дело нагибать питерского директора, когда официально входишь в семью учредителей. И другое – так. В первом случае я бы просто отдавал распоряжение, а сейчас придется просить об услуге и что-то обещать взамен. А с учетом, что я могу передумать входить в эту семью…

Галина отпила воды, поставила стакан на стол и усмехнулась:

- Извини, еще больше не вижу в этом логики!

- Потому что рассуждаешь с позиции сиюминутной выгоды! – Аллигатор стоял рядом, прислонившись к столу, и смотрел на нее сверху вниз: – А я мыслю стратегически. У меня талант предпринимателя, не хвастаюсь – просто факт, гены так выстроились. Подумаешь, потеряю три - четыре года, все рано добьюсь цели. Зато сейчас получу нечто более важное.

- Что более важное?

- Душевное равновесие, например! Просто почувствовал, что с тобой могу быть собой, тем, кем являюсь на самом деле. Знаешь, как приятно - выпрямиться во весь рост, не сдерживаясь, не обдумывая каждое слово, каждый поступок? Потому что другой человек способен принять тебя настоящего?

Галина вздрогнула, вцепившись в кресло:

- Да… это здорово… наверное… я думаю.

- И даже если меня занесет на поворотах, – спокойно продолжил он. – Про тебя уверен, что не будешь обижаться, ныть, устраивать истерики. Просто объяснишь, что я был не прав. У тебя это получается весело и доходчиво.

Он поймал ее обалдевший взгляд и улыбнулся:

- А, может, и не потеряю ничего! Хорошая мотивация способна творить чудеса. Когда рядом правильный человек, чувствую, что буду способен на большее. Теперь видишь логику в моих поступках? И какой будет ответ?

Галина отвела взгляд и посмотрела за окно – там беззаботно шелестела липа, гладя подоконник нежными пальцами – молодыми веточками. Удивительное ощущение, что летом, в самый разгар июльского дня, на улице прохладнее, чем в кондиционируемом помещении.

«Адреналинщик! – поняла она. – Восьмидесятого левела. Нашел, как он думает, достойного спарринг – партнера и мотиватора в одном лице. И ошибся!»

- Логику вижу! - тихо согласилась Галина вслух.

На душе было паршиво до невозможности. Отказывать кому-то - неприятное занятие само по себе. Но тут было что-то еще! И даже не в Аллигаторе, в его словах: зацепили ненароком душевную струнку – тонкую, ноющую, как больной зуб.

- Мне очень приятно твое предложение, твое доверие, твоя искренность... – тщательно подбирала она слова. - Сам знаешь - ты мне нравишься, и всегда нравился. Но то, что тебе легкая игра, для меня жесткая драка на пределе возможностей. Да, могу, изредка, когда нет выбора. Но жить так каждый день… Нет, не мое! Прости, слабохарактерную, пожалуйста, - к походу с тобой в ЗАГС не готова. И вряд ли буду готова когда-нибудь.

Аллигатор вздохнул и утопил палец в пульт, доводя мощность кондиционера до максимума:

- Думаешь, ждал других слов? Но ты меня неправильно поняла. Говоря о цене, я не имел в виду путешествие на четыре буквы. ЗАГС - не твоя цена, это было бы слишком просто. Я готов заплатить настоящую цену, как и обещал сразу. Ту самую.

- Ты... - Галина смотрела в его глаза, не решаясь поверить. - Ты...?

- Да, - легко согласился Аллигатор. - Я о ней.

- Но ты же сам говорил... тогда, в машине, что для этого слишком рационален?! - она лихорадочно искала в его взгляде подвоха, но почему-то не находила.

- Да, ни разу не романтик, - губы Олега тронула легкая полуулыбка. - Наоборот - чистый прагматик. Знаешь, из-за чего я оказался в Питере?

- Нет. В твоем блоге об этом не сказано.

- Батя допился до инсульта. Мать пыталась его спасти, продала все, что можно, заложила дом, моталась с ним по больницам и дорогим частным клиникам. Но он все равно умер. В итоге мы остались вдвоем: я - школьник, она без работы, жрать нечего, куча долгов. Еще и доставать начали эти...

- Коллекторы?

- Они самые. Хорошего человека синонимом городской канализации не назовут. Говоря, что твоей Жене лучше сразу смириться, я не издевался. Просто имел в виду собственный печальный опыт.

Кондиционер тихонько чихнул, но на него никто не обратил внимания.

- Жуть... – Галина зажала виски ладонями - шквал самых различных эмоций накрыл с головой: – И помочь некому было? У тебя родни нет?

- Родня есть. Но, знаешь, как оно - “от осинки не родятся апельсинки”? – Аллигатор опять опустился на корточки рядом, взял за руку: - Все такие же голодранцы. Дядька с теткой на пенсии, копейки считают. Брат двоюродный учился еще. Сестра дочку родила, ребенку поставили диагноз “церебральный паралич”. Муж ее, естественно, сразу куда-то испарился. И кто из них поможет?

- Извини, не знала... - искренне пробормотала Галина и погладила его по руке.

- Не парься! – широко улыбнулся Аллигатор. - Уже хорошо все. У всех. Долги раздали, дом новый построили. Аришка - племяшка - и танцует, и поет, и в школе отличница. Только профессиональный врач-реабилитолог сможет увидеть, что у нее когда-то были серьезные проблемы. Сейчас хватает методик, препаратов, хороших специалистов. Если вовремя спохватиться, можно многого достичь. Только дорого это. За те деньги, что за эти годы потрачены, можно было наше предприятие выкупить раза три. По самой высокой оценке активов.

- Ты...?!

- Да. Я тоже чувствую ответственность за других. Только ты романтично намерена спасать мир, а я четко знаю, что мир не потяну. Но для семьи готов на все. И это, по-твоему, не любовь? Тогда что ты вообще знаешь о любви?

- Да, это она... - Галина вдруг почувствовала, что у нее зачесались глаза.

Странное, давно забытое ощущение! Миф, что женщины легко плачут по любому поводу, мифом и является. По крайней мере, так могут не все. У некоторых и при самых тяжелых событиях не получается.

Кондиционер, словно живое существо, эмоционально всхлипнул и закашлялся. Но всем точно было не до него!

- Да, это она, - повторила Галина, глядя в глаза Олега – голубые, глубокие и совсем не холодные: - Именно это. Остальное - розовые сопли. И я... я восхищаюсь тобой!

Аллигатор придвинулся ближе и посмотрел на ее губы.

- Не надо, пожалуйста... я...

- Любишь другого? Слышал. Только ерунда это! - Его ладони отправились в бесстыдное путешествие по ромашковому полю: и вверх, и вниз, и…- Он ведь женат, верно? И при этом морочит тебе голову? Значит, чмошник и слабак, не может определиться или - или. Тебе такой не нужен. Не можешь послать его сама? Не волнуйся, с радостью сделаю это за тебя.

- Нет, он не такой! - выдохнула Галина, уворачиваясь от поцелуя. – И он не…

Но додумать уже готовую вырваться наружу мысль, не получилось. От стены раздался легкий хлопок, переходящий в рассерженное шипение, и повалил дым: густой, едкий, серо-голубой.

- Олег, что это было?! – испугалась Галина, вскакивая с кресла и вырываясь из его рук.

- Ничего особенного, - не поворачивая головы, устало отозвался Аллигатор и тоже поднялся на ноги. – Самый обыкновенный п**дец.

- Кондиционеру?!

- И ему тоже, - он подошел к стене и спокойно выдернул дымящий прибор из розетки. А потом распахнул створку окна: – Но с кондеем проще, он на гарантии. Тебе нужно время, чтобы подумать?

Галина уже открыла рот, чтобы сказать правду, но дым как раз добрался до нее – вцепился в глаза, залез в горло, проникая дальше – в легкие. Из груди вырвался дерущий гланды кашель, вызывая острую, режущую боль в боку.

Слова не получились, она просто тряхнула головой и направилась к выходу.

- Думай, - по-своему понял Аллигатор. - Но времени могу дать всего два дня. Не больше.

Он подошел к столу, выдвинул верхний ящик и достал пачку сигарет. Из-под двери тянуло сквозняком, и часть дыма уже ушла через окно, оттого здесь было легче дышать.

- Может, три затяжки и все пройдет? – произнесла она хриплым голосом, держась ладонью за еще ноющий бок.

- Нет, - хмыкнул он. - Тремя затяжками тут не обойдешься. Но полпачки должно хватить, надеюсь. Подожди...

Аллигатор догнал Галину, аккуратно пригладил ей волосы, одернул юбку сарафана и расправил воротничок на пиджаке.

- Иди делай платежки на зарплату, - прошептал он, касаясь губами щеки. - А то не успеешь. И куда старому цинику такую идеалистку? Я ведь не идиот, понял, что ты за подругу сражаешься. Может, тоже хотел бы так… но уже поздно, блин.

Галина вышла от Аллигатора, но вместо того, чтобы направится к лифту, свернула на лестницу. Здесь никого не было. Зато все сияло чистотой – «помойщики» справились на «отлично».

Галина плюхнулась на холодную, еще влажную ступеньку, не заботясь, что изомнет или намочит сарафан, горячим лбом прислонилась к приятному холоду железных перил. Глаза были сухими, но чесались еще отчаяннее, чем в кабинете Олега. И нестерпимо болел бок. Галина поморщилась и опять положила на него руку.

«Будто вышла из настоящего боя! - пришла непрошеная ассоциация. – Вырвалась из окружения, выползла из-под огня, зажимая ладонью пульсирующую горячей кровью рану. Вот это реал РПГ! Как есть, с полным погружением. А не те слюни, что обычно пишут в книжках этого жанра. Стойкое ощущение, что за час наколотила годовую норму ПВП».

Глаза сами собой поднялись вверх, утыкаясь в… лестничный пролет? или марш?

«Женькин отец выздоровеет! – поняла Галина. – Где-то… там? должны оценить, чем за это заплачено. И не только мной».

Она посидела еще некоторое время – отдышалась и дождалась, когда уймется боль в боку. Бросила взгляд на часы - было без пяти три:

“Толиман еще на конкурсе. Но скоро должен освободиться”.

Родная бухгалтерия встретила привычными посиделками – за столом гоняли чаи Соня, Женька и Вадик. Правда, обычной беззаботно-расслабленной атмосферы не наблюдалось, наоборот, лица у всех выглядели напряженными.

- Наконец-то! – выдохнула Женька и, подскочив с места, бросилась к Галине, обняла ее: - Мы так переживали!

А потом, отступив на шаг, внимательно оглядела ее с головы до ног:

- Не получилось, да? Не волнуйся, машину продам! Уже нашла в интернете контору – забирают и деньги дают сразу. Конечно, намного меньше реальной стоимости, но мне хватит!

Галина вымученно улыбнулась в ответ и села за компьютер:

- Пока деньги на счете не увижу, утверждать ничего не буду! Но велено делать платежки на зарплату. Сегодняшним числом.

Она запустила бухгалтерскую программу и углубилась в составление платежной ведомости.

Но Женька никак не отреагировала на ее слова. Просто продолжала стоять рядом и виновато сопеть.

- Лин, прости дуру! – наконец, произнесла она. – Что отправила тебя на съедение этому чудовищу. Он с утра не в духе, Вадик страшилок понарассказывал, что Аллигатор в отделе продаж устроил!

- Орал что ли? – сочувственно протянула Галина, проверяя в платежке сумму НДФЛ.

- Лучше бы орал, - печально отозвался Вадик из-за стола. – Спокойный был, как удав. Но психологически давил асфальтовым катком. И, главное, все наши косяки и слабые места, будто нюхом чует – не спрячешься!

- Да, это он умеет, - машинально согласилась Галина и выгрузила зарплатные документы в банк.

- Лин, он приставал к тебе?! – всполошилась Женька и, ухватив за руку, требовательно заглянула в глаза: - Шкуру с него спущу, если да! Поймаю вечерком в темном коридорчике и… будет у тебя сумочка из крокодиловой кожи! Не шучу. Прабабушка моя немецкого солдата кухонным ножом зарезала, а я…

- Жень, остынь, все нормально! – Галина встретилась взглядом с воинственной подругой и тихонько рассмеялась: - Радикалистка какая: чуть что - сразу резать! Это не мой метод – предпочитаю спокойную беседу по душам. Олег – хороший человек, достойный. Да, жестковат, но он бизнесмен, а не Мэри Поппинс. К тому же на каждого хитрого «крокодила XM1014» найдется «Галя». Штурмовая и автоматическая.

- Это которая «Галиль»? – мечтательно подхватил Вадик. – Да, хороша винтовочка, просто няшечка!

- Тоже в шутаки гамаешь? – с понимающим видом обернулась к нему Галина.

- Пробовал, конечно… – застенчиво улыбнулся Вадим, доливая в чашку кипятка. – Но особо времени нет. Оружием интересуюсь просто – сравнительные характеристики, история создания, занимательные факты. Кстати, знаешь, почему «Галиль» такая классная?

Галина мотнула головой.

- Потому что в ее основе - автомат Калашникова! - весело пояснил Вадик. – Она хоть и израильская, но сделана по нашей лицензии и является вариантом конструкции автоматов семейства АК.

*Galil Галиль (на геймерском сленге – «Галя») - модель израильской штурмовой винтовки. Была разработана конструктором Исраэлем Галили (Балашниковым) и названа в его честь. Кострукция «Galil» является вариантом конструкции автоматов семейства АК*

Внезапно у Галины запищал телефон, уведомляя о пришедшем смс.

“Толя!” - вздрогнула она.

Но сообщение было от Аллигатора:

“Проверь банк”.

Галина запросила выписку и удовлетворенно улыбнулась – на экране зеленым цветом горело текущее поступление: двадцать миллионов от питерского ОП.

“Двадцать лямов пришли, - отписала она Аллигатору. - Спасибо!!!”

“НЗЧ, - ответил он. - Выполняю обещание. Второе тоже - думай спокойно, два дня доставать не буду”.

Рука сама собой пролистала список сообщений, но больше входящих не было. С незнакомых номеров тоже.

«Как перед выборами в Госдуму, - вздохнула про себя Галина. - Режим тишины: оба кандидата прекратили агитацию. Но Вася мог хотя бы написать, что долетел! Знать бы еще куда. Ничего, разберусь со всеми – спокойно и обстоятельно. Главное, слезть с адреналиновой иглы”.

- Да, всегда важно, что у тебя в основе! – задумчиво проговорила она вслух. - Основное. Самое главное. Этим и побеждаешь. Впрочем, сегодня по-честному: боевая ничья. Вадик, подпиши платежки на зарплату, пожалуйста! Деньги из Питера пришли.

Глава 46. Сколь веревочке не виться…

- Мальчик, а как тебя зовут? - Как папу. - А папу как зовут? - Как и меня. - Ну а обоих вас как зовут? - Одинаково.

(Анекдот)

Не успели утихнуть народные восторги по поводу упавшей на карты зарплаты, как у Галины вновь запищал телефон. Сообщение наконец-то было от брата:

“Третье место. Еду домой. Торт купила?”

“Красавчик!!! Бегу в кондитерскую!” - отписала она.

- Толя призер всероссийского конкурса по программированию! Третье место! - восхищенно сообщила Галина вслух. - Надо бежать за подарками вундеркинду!

- А отчего не первое? - возмутилась Сонька, отрываясь от изучения цен на замену масла в автомобиле. - Он достоин первого!

- Наоборот, третье в самый раз! И диплом получит, и дополнительные баллы при поступлении, но при этом нос до потолка задирать не будет, а нормально подготовится и к ЕГЭ, и к университету.

- Умно! – улыбнулась Женька, пряча телефон в карман: - Все, клинику оплатила, подтверждение получила, завтра к восьми утра папу ждут. Давай, беги, мы сами справимся! Толе наши поздравления!

- Непременно передам! - Галина быстро прибрала на столе, выключила компьютер и, подхватив сумочку, помчалась к выходу.

Любимая кондитерская Толимана располагалась на первом этаже торгового центра. Посередине был огромный холл с уютной зоной отдыха: детской игровой площадкой, зимним садом и великолепным фонтаном, бьющим причудливо перекрещивающимися струями, время от времени меняющими траекторию и высоту.

С двух сторон холла находились ряды небольших кафешек и магазинчиков, торгующих специями, сладостями и орехами. Рядом был павильон, где продавали всевозможные гаджеты и запчасти к компьютерам.

Вокруг фонтана бегала хохочущая детвора, гуляли мамы с колясками и влюбленные парочки.

Галина влетела в этот райский уголок после потной толкучки в метро – вроде и не час пик, а как селедки в бочке – и остановилась. Вода шумела нежно и умиротворяюще, детские голоса звенели, словно серебристые колокольчики, вокруг царила приятная прохлада. Пахло кофе, свежей выпечкой, шоколадом и корицей.

«Хорошо-то как! – улыбнулась она. – Перемирие с миром восстановлено! Может, ванну себе устроить? Соль, пенка, ароматические свечи? Потом посмотреть романтическую комедию и спать».

Галина купила заказанный братом торт с шоколадом и орехами и, плюнув на все диеты, взяла себе любимой коробку миндальных безе. Вышла обратно в холл с большущим пакетом, украшенным логотипом кондитерской, и начала оглядываться по сторонам, читая вывески магазинов:

«Чая надо бы взять, заканчивается уже. И сливок к кофе».

Внезапно прямо перед собой она увидела Виталия. Он стоял рядом с лестницей, ведущей на второй этаж – к магазинам обуви и одежды. Васин друг держал в правой руке телефон, и что-то сосредоточенно в нем разглядывал.

Галина машинально скользнула по Виталию взглядом и замерла - на его безымянном пальце сверкнуло обручальное кольцо. И она смотрела на неяркий блеск золотой полоски…смотрела…смотрела…

Догадок, предположений, разумных мыслей не было – будто часть мозга, отвечающая за логику и рационализм, отключилась, как системная плата, у которой отгорел контакт.

Зато вспомнилась университетская подруга Людка. У Людки на втором курсе случилась задержка в две недели, плюс по утрам начались приступы тошноты, но идти в аптеку за тестом на беременность она отказывалась:

- Ой, Лина, я сама чувствую, что оно что-то…да! И, наверное, даже хочу этого. Но если буду точно знать, что да, то придется чего-нибудь делать, отчего жизнь изменится до неузнаваемости. А мне страшно, понимаешь?

Галина тогда не поняла. Парень у Людки был хороший, серьезный и периодически заводил разговор о перспективах отношений. Родители тоже были не против. Она сама купила Людке тест, заставила сделать и за ручку отвела сообщать радостную весть будущему папочке. Через месяц общага гуляла на веселой студенческой свадьбе, молодожены светились от счастья. И чего было выделываться?

Но сейчас Галина смотрела на Виталькин безымянный палец с кольцом и… Безмятежно шелестел фонтан, распространяя холодок и свежесть, но отчего-то на лбу выступил пот. Вроде бы широкие ручки пакета неприятно врезались в ладонь.

«Это мой тест! – поняла она. - Но не на беременность, а… на что-то другое. Его даже сделали за меня, нужно лишь посмотреть результат. Хотя и так чувствую, какой он будет, но отчего-то страшно узнать точно. Очень страшно. До жути».

Виталий продолжал копаться в телефоне, бормоча себе под нос:

- Шорты - майки - есть, пляжная обувь - купили, нарукавники для плавания - ОК. Осталось: полотенца, очки, детский солнцезащитный крем, аптечка...

И, почувствовав на себе взгляд и, поднял голову и посмотрел на Галину.

- Привет! - широко улыбнулся Виталий, узнавая. - Любишь сладкое?

Он указал глазами на внушительного размера пакет с логотипом кондитерской у нее в руках:

- А по тебе и не скажешь!

- Это... брату, - пробормотала она и почему-то покраснела. - Он... выиграл конкурс... всероссийский, по программированию. То есть не совсем выиграл, но призер, третье место. Ой, да, привет!

- Поздравляю! Васька говорил, что твой младшенький компьютерный гений, чудит всякое-разное. А он, видишь, не только баловство, серьезные дела тоже может. Молоток, парень!

- Спасибо... – Галина опять посмотрела его правую руку.

Нужно было спросить прямо и откровенно, куда уже тянуть-то? Но все варианты вопроса звучали настолько глупо, что язык не поворачивался их озвучить.

- А ты... у тебя... ты с кольцом? – вырвалось у нее, наконец, нечто совсем идиотское.

Виталий проследил за взглядом и рассмеялся:

- Да, забрал у ювелира. За столько лет маловато стало, отдавал растянуть немного. А то Катюха уже плешь на голове проела, что я без знаков различия гуляю.

- Катюха?!

- Катюха, жена моя... - с легким недоумением подтвердил Виталий. - Рассказывал тебе, помнишь? Ночью в офисе, когда ты благородно примчалась спасать нас с Васькой от мордоворотов в масках?

- Так я тогда с тобой разговаривала?! Не с Васей?

- Со мной, конечно. Васька выходил. А, или ты про телефон? Да, по телефону - с Васькой. Точнее, с нами обоими: он тебе звонил со своего номера, а я на громкой связи был. Рядом.

“Точно! - вспомнила Галина. - Я спросила: “Это вы мне звонили?” И он ответил: “Да, мы”. Поэтому подумала, что он - Василий, я же с Васей по телефону разговаривала! А, оказывается, они вдвоем звонили. Оба! Именно тогда я их и перепутала! Эх, но если бы дело было только в этом…”

Внезапно со стороны детской площадки выскочили двое абсолютно одинаковых мальчишек лет пяти-шести - кареглазых, темноволосых, одетых в яркие футболки с персонажами мультфильма “Фиксики”, и с разбега повисли на Виталии.

- Папа! - наперебой затараторили они. - Там катер на радиоуправлении продается! Мы хотим! Очень-очень! Купи!

- Обойдетесь, - отмахнулся Виталий. - Вам что не купи - через полчаса оно в мусорном ведре. И вообще, видел я этот катер, он здоровенный, нас с ним в самолет не пустят.

- Пустят, не обманывай, - деловито произнес один из мальчишек. - Или можно сдать в багаж.

- Я сказал нет, значит - нет.

- Жадный ты, папа, - обиженно вздохнул второй. - Жаль, что крестный уехал, он бы купил.

- Я тому крестному покажу! - фыркнул Виталий. - Разбаловал вас дальше некуда! Каждый день подарки.

- Дети, крестный... – Галина разглядывала живописную троицу, физически ощущая, как в голове давно известные факты выстраиваются в четкую логическую цепочку. Или просто принудительно выбрасываются из режима невидимости? - Крестный – это Вася что ли?

- Да! – рассмеялся отец семейства. – Мы с Васькой с первого курса универа дружим, хоть и на разных факультетах учились.

- А Катя - твоя супруга, на которой ты женился на втором курсе? Специально проиграв ей в карты?!

- Да, - весело подтвердил Виталий.

- И кому это ты рассказываешь нашу семейную историю? - рядом с ним возникла миловидная шатенка с аккуратной стрижкой-каре и, демонстративно окинув Галину взглядом с головы до ног, недобро усмехнулась.

- Это... по работе... - растерялся ее муж от неожиданности. - Галина, мы у них настраивали онлайн продажи.

- Онлайн, значит, продажи... - многозначительно протянула брюнетка, беря его под руку. - Настраивали? Сейчас я ей сама настрою... устрою...

“Тигрица! – со странной смесью страха и восторга подумала Галина. - Эта круче Аллигатора будет! С ней точно воевать не полезла бы”.

- Катька, да ты не поняла! - прыснул Виталий, придя в себя. - Галина... Лина...

Он наклонился к жене и что-то прошептал на ухо.

- Тьфу ты! - рассмеялась она в ответ. И Галина с изумлением увидела, как в один миг грозная тигрица превратилась в пушистую домашнюю кошечку: - Так бы и сказал сразу!

Жена Виталия с беспечной улыбкой повернулась к Галине и протянула руку:

- Катя. Можно Катька или Катюха. И давай сразу на ты, не люблю церемониться со своими.

- Галина. Можно Лина. Или... - она замялась на миг, но все-таки продолжила. - Или Галя.

И пожала протянутую руку.

“Пора заканчивать с провинциальными комплексами, - твердо додумала про себя. - Отличное у меня имя. Хорошую винтовку как попало не назовут”.

Про провинциальные комплексы было что-то еще… или не про комплексы? Но мысль ускользнула, привычно спрятавшись куда-то в подполье.

- Приятно наконец-то познакомится вживую! Наслышана о тебе! - задорно призналась Катька и начала самозабвенно болтать, будто встретила лучшую подругу: - А мы завтра летим в Геленджик, в отпуск! Только что себе шикарный купальник нахватила, просто блеск! Точнее, два - один бикини, для моря, а второй закрытый - вдруг на пляжную вечеринку пригласят? А еще парео со звездами, в темноте светится. Прикинь, какая круть?

Виталий только молчал и загадочно усмехался.

- В Геленджик... - грустно протянула Галина, на автомате поддерживая беседу. - Поздравляю! Я тоже весь год мечтала поехать в отпуск, как раз именно туда, но по деньгам не срослось.

Если честно, нестерпимо хотелось сбежать – сказать, что торопится, что у брата нет ключей – что… И даже не соврать – Толя действительно забыл гостевую связку на тумбочке в прихожей. Но Галина стояла, будто силой прибив себя к полу. Тест нужно было пройти до конца.

- Знаю! - беззастенчиво призналась Катя. - Вася говорил. Он даже путевки на сайте смотрел, хотел тебе сюрприз сделать. Но в последний момент передумал, побоялся, что ты неправильно поймешь. Мужики - они такие мнительные, правда?

- Катька, остынь! – Виталий предостерегающе ухватил жену за локоть. - Тебе Васька ничего про Геленджик не говорил!

- Ой, какая разница! – ничуть не смутилась та. - Мне не говорил, зато тебе - говорил. А ты мне.

Виталий демонстративно вздохнул и протянул телефон изнывающим от безделья сыновьям. Они схватили его и с радостным визгом понеслись на ближайшую скамейку смотреть мультики.

Галина смотрела на эту семейку и испытывала целый ворох эмоций одновременно: и умиление, и растерянность, и смущение:

«Будто попала в параллельную реальность, где все друг про друга все знают! И обо мне тоже. И ладно про Толю, но про Геленджик-то откуда? А хотя... оттуда же, откуда и про ромашки. На моей странице в соцсети перепощены фото с Геленджика с подписью «мечта».

- А может и не потому, что мнительный, - продолжала самозабвенно тараторить Катька. — Это же завтра уже лететь нужно, а Васе как раз приглашение из клиники пришло.

- Какой еще клиники? - осторожно уточнила Галина.

- А он что - тебе ничего не сказал?! – Катя быстро переглянулась с Виталием и картинно всплеснула руками: - Дементьев в своем репертуаре! Тогда понятно, я бы тоже обиделась.

- Нет, сказал! - заступилась за Васю Галина. - Что уезжает по делу на десять дней. А у него - со здоровьем что-то? Серьезное?

Катя перехватила ее испуганный взгляд и с улыбкой коснулась плеча:

- Не волнуйся, ничего страшного! Вася поехал в Германию операцию на глаза делать. Обещали, что зрение полностью восстановится.

- А почему именно заграницу? – не поняла Галина. - У нас же свои специалисты есть и очень даже неплохие. Соседке в прошлом году сделали успешную операцию на сетчатке, причем, абсолютно бесплатно, по полису ОМС. Или у Васи какой-то особый случай?

Катя пожала плечами и умолкла, задумавшись, но тут в разговор вмешался ее муж:

- По ОМС нужно очередь ждать, год почти. А Ваське очки мешают, никак к ним не привыкнет. Плюс есть кое-кто, кому, как Васька думает, без очков он нравиться гораздо больше.

Галина почувствовала на щеках предательский румянец.

- Ах, вот оно что! - расцвела Катя и толкнула Виталия в бок. - А ты мне не сказал!

- А я, если что, вообще никому ничего не говорил! На том и стоять буду.

- Вали все на меня! - беспечно махнула рукой его жена. - Как всегда, подслушала и разболтала. Не привыкать!

Они опять переглянулись и оба рассмеялись. Галина тоже не сдержала улыбки. Парочка была забавной и такой легкой в общении, что она решилась поставить последние точки над «ё»:

- А Васина... Катя? Она сейчас где?

Слово «Катя» произнеслось, но все-таки с некоторым трудом.

- У родителей, - буркнул Виталий и задумчиво посмотрел на Галину. – Гляжу, ты в курсе веселухи! Ваську, кстати, сразу отговаривал, чтобы Катька к нему переезжала. Нет же – уперся: с математикой ей помогу, и до института от его квартиры добираться близко, не то, что из Подмосковья от мамы с папой.

- А барышня там с конкретной придурью! – горячо поддержала мужа Катя. – Ленивая, избалованная, еще и манипуляторша, каких свет не видывал. И, главное, Ваську то ли ревнует, то ли боится, что он деньги будет тратить не на нее, а на кого-то другого… В последнее время совсем крезанулась: подслушивает, в телефоне переписку читает, а потом истерит или вытворяет, что попало. Раз чуть квартиру не спалила! И в соцсети такой трешак устроила, что Васе пришлось свою страницу временно заблокировать.

- Васька же со своим характером, - вздохнул Виталий. – Молчит-молчит, а потом за шкирку, в машину и до свидания. Короче, если ту гадость в соцсети видела - это не Васька, это тупоголовая сеструха влезла под его учеткой и запостила.

- Нет, Васину страничку не смотрела, – Галина, слегка ошеломленная таким потоком сведений, выловила рациональное зерно. - Катя – его сестра?

- Да, сестра, младшая, - подтвердил Виталий. - Двенадцать лет разницы.

Удивительно… или как раз неудивительно?.. но данная информация не удивила.

«Но мне все равно имя «Катя» не нравится! – мелькнуло в голове. – Нет, против Виталькиной Катюхи ничего не имею, наоборот, с радостью готова подружиться. Раздражает именно сочетание «Васина Катя»! Наверное, подсознательно чувствовала, что у Васьки из-за нее проблемы».

- А брат? – Галина лихорадочно вспоминала разговор на лестнице. - У Васи же есть младший брат... Он мне про него говорил!

- Федька что ли? - догадалась Катюха. - Так он двоюродный! Из родных у него только Катя.

Примчались Васькины крестники и начали дергать родителей за руки:

- Папа-мама, мы кушать хотим! Вы обещали пиццерию!

- Лина, может, давай с нами? - предложил Виталий.

- Спасибо, но я тороплюсь! - Галина в качестве аргумента выставила вперед пакет из кондитерской. Ладонь, с отчетливо выдавленной полоской от неудобных ручек, слегка подрагивала: - Брат ждет!

- Хорошо, чествуй своего победителя! - улыбнулся Васин друг. - Увидимся.

- Да, да, обязательно увидимся! - весело согласилась Катюха.

И, взяв за руки детей, парочка скрылась в коридорчике, ведущим к кафе быстрого питания. Галина осталась стоять в холле.

Опять навалилась духота – точь-в-точь, как в кабинете у Аллигатора: липкий пот неприятно щекотал лоб, пропитывал виски. Галина невольно скользнула взглядом по стенам, ища «опасные» кондиционеры, но ничего подобного не увидела: очевидно, в торговом центре функционировала единая, встроенная сплит-система.

Мыслей не было. Точнее, не было внятных размышлений, но в голове лихорадочно происходили скрытые действия, заставляя ее греться, как перегруженный процессор.

Внезапно вернулась… Катя. И теперь она не была похожа на ту милую болтушку, которой казалась только что.

- Извини! – отрывисто проговорила жена Виталия, глядя Галине в глаза. – Это не наше дело, но решили, что лучше сказать. Васька скрытный очень, все в себе, иногда кажется, что у него вообще эмоций нет. Но это не так. Мы давно дружим, он нам уже, считай, родственник, поэтому мы с Виталькой понимаем, когда… Не знаю, что у вас вчера произошло. И, уверена, что Васька получил за дело. Сама такая, что спуску не даю: накосячил - лови ответку.

Она на миг замялась, но потом все же договорила:

- Переживает он. Очень. Таких глаз, как сегодня утром, я у него еще никогда не видела. Но вы, конечно, сами разбирайтесь.

Катя широко улыбнулась, возвращая свой легкий и беззаботный образ, и помахала рукой:

- Рада знакомству! Надеюсь, еще наговоримся!

И побежала догонять семейство.

Галина смотрела ей вслед и физически ощущала, как течет пот: сползает по щекам, шее, волосам, впитывается в ткань сарафана. Или это слезала кожа? Верхняя, приятная окружающим и себе самой, личина, открывая нечто…

«Это и есть результат моего теста! – Поняла она. – И трясет меня не от жары и не от полученной информации, а от осознания собственной… Словно в игре - открыла информацию о себе, а там прокачка во всей красе: и статы, и скилы, а, главное, репутация… Аллигатор по сравнению со мной – ангелочек с крылышками!»

Галина на автомате добрела до скамейки - той самой, где недавно сидели Виталькины сыновья, швырнула на нее пакет со сладостями и плюхнулась сама, совершенно не заботясь, как это выглядит со стороны.

На душе было… никак. Словно провалилась в унылый мир вечных сумерек и болот, где никогда не бывает солнечного света. И даже шум фонтана казался сейчас отвратительным хлюпаньем зловонной жижи.

«Как в анекдоте: две новости! – угрюмо думала она. - Первая – плохая: я – дура! Можно, конечно, добавить еще много эпитетов, ярких и красочных, но суть их все равно сведется к этому самому слову. Смысл засорять мозговой эфир? Ругание себя на все лады ничего не изменит».

Взгляд рассеянно скользил по резвящейся и брызгающейся у фонтана детворе, по гуляющим за ручки парочкам.

В одной из них Галина внезапно опознала соседа дядю Колю и его бывшую жену Татьяну. Та казалась почти такой же, как на фотографии из молодости: тоненькой, белокожей, с собранными в высокий хвост светло-русыми волосами.

Парочка что-то увлеченно обсуждала друг с другом и смеялась. В руках сосед держал эскимо, а его спутница - вафельный рожок. При этом каждый норовил незаметно откусить мороженое у другого. И это выглядело так озорно, по-студенчески прямо, что Галина слегка оттаяла:

«Хоть за кого-то порадоваться можно!»

Рука сама собой полезла в сумку, вытаскивая телефон:

«Позвонить или написать? Нет, звонить неудобно, вдруг занят. А написать - что? Эти же два слова? Точнее, три – «прости, я - дура»? Но Вася же, как нормальный человек, задаст нормальный вопрос: «почему?» Ладно, перепутала. Но почему не спросила прямо? Почему тогда обнималась и все остальное? Почему… много «почему»!

Пальцы нырнули в список контактов. Но на аватарке контакта «Василий Дементьев» вместо его привычной фотографии обнаружился логотип фирмы по настройке бухгалтерских программ.

«Ой, у Васи же теперь другой номер!! - вспомнила Галина. – И я его не знаю!»

Возник порыв побежать за Виталием и его Катюхой в пиццерию и спросить, но она волевым усилием осталась сидеть на месте:

«Так даже лучше! Да, больно, горько, стыдно и хочется скорее все исправить. Но не наломаю ли я сгоряча новых дров, еще более кривых и колючих? Вася сам отзовется – писал ведь утром, нормально. Наверное, еще не долетел просто. Или занят оформлением в клинику».

Она машинально проверила коробку с тортом - тот был уже мягким, готовым вот-вот поплыть:

«А вторая новость не то, чтобы хорошая, но дающая надежду. И звучит она так же: я – дура! Но с ударением на первое слово! Не Вася чудит, и не Аллигатор не в себе, а я – именно я! - вошла в жесткий неадеват и вынесла людям мозг. Обоим. Безумие, оказывается, заразительно! Но раз сама вошла, то сама и выйду. Привет действительному залогу, не зря он утром вспоминался!»

Галина плотнее закрыла коробку и заново перевязала торт ленточкой:

“Для начала сделаю то, что меня просили. Причем, оба. Подумаю! Нужно понять, что со мной не так. И пока я это не найду и не разберусь - к живым людям меня подпускать нельзя. Как обезьяну с гранатой”.

Поймав внезапно пришедшую в голову ассоциацию, Галина вдруг улыбнулась и поднялась со скамейки:

“Не просто размышление! И даже не сеанс психоанализа. Любимый преподаватель из универа часто говорил, что у меня аналитический склад ума. Значит, пора устроить на этом складе ревизию! А заодно и генеральную уборку: проветрить помещение, выкинуть хлам, поснимать с потолка паутину, а главное - разогнать тараканов!”

К алкоголю Галина относилась прохладно. Но для предстоящей процедуры, а заодно снятия нечеловеческого напряжения последних дней, идеально подходило сухое вино.

“Для протирки извилин!” - весело подумала она.

Глава 47. Старые знакомые и уроки китайского

Винная лавка располагался на втором этаже. На него вела довольно широкая лестница, отделанная плитами под мрамор. Рядом с лавкой был бар: не совсем низкосортный, но и не элитный. Из-за неплотно закрытых дверей доносились надрывные стоны шансона.

“Как в маршрутке в час пик!” - поморщилась Галина и пробежала мимо.

Вина она хотела купить бутылку, но потом с застенчивой мыслью - “А вдруг кто в гости зайдет!” - взяла две. Там же приобрела минералки без газа: ей нравилось сухое вино, наполовину разбавленное минеральной водой. И еще с кубиком льда!

На кассе приятный молодой парень в униформе и кепке с логотипом известного винного бренда упаковал покупки в абсолютно белый пакет.

На лестницу Галина выбралась отоваренная под завязку: в одной руке огромный пакет с тортом и пирожными, в другой - покупки из винного магазина.

“Тяжеловато, - признала она. - И Васи, который бы на машине отвез и помог дотащить сумки до квартиры, рядом нет. С Васькой во всем хорошо: начиная от бытовых мелочей и заканчивая...”

Но додумать эту невероятно приятную мысль она не успела. Дверь бара отворилась и Галина лицом к лицу столкнулась с изрядно подпитым мужчиной лет тридцати пяти-сорока.

На нем была мятая рубашка, из нагрудного кармана которой выглядывал уголок сторублевой купюры. Лоб клиента питейного заведения украшал лейкопластырь, который, однако, не закрывал огромного темно-лилового синяка.

- Ли... Лена?! - обрадовался мужчина, узнавая.

Галина посмотрела в его пьянющие глаза и тоже вспомнила: перед ней был Вал, милостью Божьей известный кинокритик. Тот самый, с которым она познакомилась на кинофестивале, куда ездила с Аллигатором. От знатока кинопродукции за версту несло перегаром, его рот был перепачкан соусом, с подбородка свисали хлебные крошки.

- Какая встреча! Наконец-то я нашел тебя, малышка! - Расцвел Вал и совершенно бесцеремонно полез обниматься.

“Угу, искал по всем наливайкам!” - брезгливо подумала Галина и попыталась увернуться, или даже оттолкнуть от себя не в меру навязчивого кавалера.

Но отбиваться с двумя большими пакетами в руках - тот еще квест. Конечно, она громко возмущалась, толкалась, пиналась, но получалось не очень. Вал держал за плечи и тянул куда-то в угол.

Мимо проходили люди, много людей: мужчины и женщины, молодые и в почтенном возрасте, даже проскочил паренек в форме полицейского, но никто не обращал на происходящее никакого внимания. Как будто все так и должно было быть.

Единственный раз рядом остановилась старушка – божий одуванчик, оглядела Галину с Валом, поджав губы, фыркнула что-то про падение нравов… И ушла.

Наконец, пьяница-кинокритик прижал Галину к стене и попытался поцеловать.

“Все, край! - решила она. - Сейчас швырну пакеты на пол! Плевать, что разобьются бутылки, пофиг, что сладости превратятся в квашню. Но этот получит по морде!”

- Никак наших бьют... – донесся снизу лестницы знакомый голос.

С трудом увернувшись от мерзкого рта Вала, Галина выглянула из-за его плеча и увидела дядю Колю со спутницей.

В руках у соседа тоже было два больших пакета - с логотипами магазина, торгующего комплектующими для компьютеров.

- Кто кого бьет? - деловито уточнила его бывшая жена. - Мне сослепу не видно.

- Очки надо носить, Танюха! - беззлобно поддел дядя Коля. - Мне ты и в них нравишься. А там соседка моя - приличная девушка, серьезная. А к ней пьяное быдло пристает.

- Ох, Коля – Коля! - вздохнула Татьяна. – Не лезь в это дело. Быдло может запросто оказаться бойфрендом. Знаешь, сколько таких дур в травму привозят? Видно же, что побои, еще и сломано что-нибудь, а эта ненормальная верещит: “В полицию не сообщайте, я сама упала!”

- Не, - деловито мотнул головой сосед. - У нее другой парень. Хороший, чем-то на Ваську Дементьева похож. Помнишь его?

Галина опять пнула Вала ногой и удивленно раскрыла глаза:

“Васька Дементьев это и есть мой Васька! Как он может быть похож сам на себя?”

- Помню! - улыбнулась Татьяна. - Тогда чего стоишь?

- Пакеты подержи!

Дядя Коля поднялся по лестнице. Нет, не взлетел на легких крыльях, но двигался четко и неотвратимо, как топор правосудия в руках палача. Оценив предполагаемого противника со спины, он лишь презрительно усмехнулся и схватил его за шкирку, как нагадившего котенка:

- Слышь, горемычный, отвали, тебе тут не рады!

И, словно мешок с картошкой, переставил Вала от стены на край лестницы.

Дядя Коля его даже не толкал, все получилось само собой - известный кинокритик не удержал равновесия и стремглав полетел вниз по ступенькам.

Прокатился кубарем, несколько раз хорошенько приложившись головой, и, наконец, на брюхе подъехал прямо к ногам стоявшей у подножия лестницы Татьяны. Чуть-чуть не уткнувшись носом в ее ажурные летние туфельки.

- Валера, ты что ли?! - изумленно произнесла она.

- Сучка! - Вал встал на четвереньки и сплюнул кровь из разбитой губы. - Сто раз проклял тот день, когда на тебе женился! Ненормальная! Врач должен лечить людей, а не разбивать им головы!

Он с трудом поднялся на ноги и обернулся. И Галина заметила на лбу Вала новый здоровенный кровоподтек.

Дядя Коля ошарашено смотрел на поверженного противника, узнавая в нем...

- Танька, это что твой...

- Нет, - невозмутимо мотнула головой Татьяна. — Это ты - мой. А это что-то непонятное, под лестницей валялось, наверное, выбросил кто-то.

- Оба уроды! - желчно прохрипел Вал. - Вы мне ответите! Слышь, дура, твой мордоворот мне голову разбил!

- Ничего страшного! - Татьяна окинула лоб бывшего профессиональным взглядом. - Но, если волнуешься - приходи завтра на работу... Ой, я же в отгулах три дня! Ничего, скажешь Рустаму, что я тебе, как постоянному клиенту травмпункта, выписала абонемент. Он тебя по абонементу вне очереди обслужит.

Вал в ответ что-то прошипел, а Галина переглянулась с дядей Колей и оба рассмеялись.

Настроение улучшилось.

«Вася сам говорил – все, кроме измены! - пришло на ум радостно-успокоительное. – Поехавшая крыша – конечно, не ерунда на постном масле, но формально под его условие попадает. Все будет хорошо – еще вместе посмеемся над этим! Олег – достойный человек, объясню ему все нормально. Может, даже получится дружить, как раньше – легко и непринужденно».

Дядя Коля вызвал для Галины такси, помог донести до него покупки.

- И сам бы отвез, - виновато пробормотал он, поглядывая на Татьяну. - Но нам нужно в пару мест заскочить, потом Саньке подарки закинуть.

“Не нагулялись еще”, - весело догадалась Галина, искренне поблагодарила соседей и помчалась домой.

Она как раз расплачивалась с таксистом, когда увидела подходящего к подъезду Толю.

“А издалека даже ничего смотрится, - окинула она младшенького оценивающим взглядом. - Темно-синие строгие брюки, почти чисто-белая футболка, несколько китайских иероглифов в углу не в счет. Воспитанный мальчик из приличной семьи”.

Брат заметил ее, забрал пакеты.

- Поздравляю! - Галина взъерошила Толе разноцветную челку и от души чмокнула в щеку: - Как оно?

- Ниу пи! - выдал он с каким-то странным акцентом и хитро улыбнулся.

- Чего?!

- Вот это, - брат показал глазами на символы в углу футболки. - По-китайски означает: “Очень круто!”

- Правильная футболка! - согласилась Галина, нажимая кнопку лифта. - Позитивный настрой - половина успеха.

- Даже не представляешь, насколько правильная, - взгляд у Толимана был кристально чист, как у младенца: - Правда, дословный перевод с китайского звучит немного по-другому...

- И как? - Галина достала из сумочки ключи и отперла дверь.

- Прямо не скажу… - младшенький застенчиво взмахнул ресницами и потащил пакеты на кухню. - А то побьешь за маты. Но первая бука “п”.

Галина лишь красноречиво подняла глаза к потолку. Наверное, услышь она такое пару дней назад, – сейчас бы пребывала в полном шоке. Но по сравнению со всем остальным…

- Толя, с ума сбрендил? – она поставила торт в холодильник, достала жареную курицу, налила в кастрюлю воду для варки макарон: - Это же надо додуматься в таком виде идти на всероссийский конкурс! Слава Богу, у нас по-китайски никто особо не читает. И если уж вдаваться в языковую семантику - слово на “п” означает что-то плохое, а вовсе не “очень круто”.

- Это когда в конце “ц”, тогда плохо, - невинным голосом парировал брат. - А когда “о”, то очень даже хорошо. А насчет не читает, ты ошибаешься. Очень даже прочитали.

И, заглянув в обалдевшие глаза сестры, весело пояснил:

- На конкурсе был гость - профессор из китайского университета. Они сейчас вместе с нашими набирают группу для совместного российского-китайского проекта, ПО для спутников разрабатывать. Зарплата достойная, по-взрослому. Парни, у кого первое-второе место, думали - их возьмут. А китаец посмотрел на мою футболку, улыбнулся и выбрал меня. Так что расслабься, Галактика, скоро заживем!

- Поздравляю, конечно, - вздохнула Галина, чувствуя себя старой занудой. - Но все-таки считаю, что материться некрасиво. Ни по-русски, ни по-китайски.

- У меня не прямо мат нарисован! Эвфемизм скорее, одна черточка другая. Но всем все понятно. У китайцев сложно: чуть-чуть по-другому напишешь или произнесешь - смысл меняется кардинально.

Галина помешала макароны и набрала на телефоне в поисковике: “Ниу пи Китай”.

Интернет выдал кучу ссылок, начиная со словаря китайского матерного сленга и заканчивая интернет-аптекой. Она с изумлением ткнула на аптеку. Открылась товарная позиция - мазь от псориаза “Ниу пи сюань”.

“Если так официально лекарство называется, то может и впрямь не совсем мат, - подумала она. - И что это означает, интересно - “очень хорошая мазь, помогает?” Нужно будет уборщице бабе Тамаре посоветовать, та на днях на псориаз жаловалась”.

- Толиман, а откуда у тебя такие познания в китайском? - Галина отбросила макароны на дуршлаг и засунула курицу разогреваться в микроволновку.

- В нашем клане полно китайцев, - Толя взялся нарезать хлеб. - Вполне нормальные ребята.

- И как вы общаетесь? На английском?

- В основном - да, на инглише, - брат вытащил из ящика столовые приборы. - А некоторые и по-русски понимают. Друг мой, например, - казначей наш клановый. Он мне, кстати, футболку и прислал.

- Понятно.

“ Китай становится ближе, - пришло в голову нечто глобальное. - Все больше входит в нашу жизнь. У Толи и друзья там есть, и работать он будет с китайцами”.

- Поем и погоню на клановый сходняк, - прервал ее размышления брат.

- Он же вчера был? - Галина рассыпала макароны по тарелкам. - Или у вас праздник каждый день?

- Вчера отменили. Какой сходняк без замглавы клана?

- Это ты что ли? - даже не удивилась Галина. - А главный у вас кто - из Москвы, наверное?

- А рулит у нас Юляха, - с гордостью сообщил Толя, садясь за стол. - Раньше я пытался, но у меня как-то не особо выходило, вечно мы в отстающих были. А Юлька пришла - сразу нормы по ПВП подняла, всех на клан квесты гоняет, еще и систему балловую разработала.

- Юлька - молодец! Явный талант руководителя. А что за балловая система - накопительная или прогрессивная?

- Агрессивная, - загадочно усмехнулся Толя, накладывая на хлеб колбасу. - Кто нормы ПВП за неделю выполнил - тому по баллу, то есть по дополнительному очку параметров. А кто не сделал, тому по хлебалу - сразу на выход. Кстати, не хочешь с нами погамать?

- Нет уж, спасибо, - устало пробормотала Галина. - У меня и так в жизе сплошная хлебаловая система. Наверное, в неправильный клан сдуру вступила.

Они поужинали. Толя с радости заточил почти треть торта. Галина попробовала кусочек - действительно вкусно.

- Буду поздно! - деловито заявил младшенький, помогая убирать со стола. - Часов в одиннадцать-двенадцать.

Галина попыталась было возразить, но он упрямо мотнул головой:

- Я теперь реально взрослый. Скоро буду зарабатывать не меньше тебя. А через год все равно поступать, жить в общаге. Ты ведь тоже в семнадцать лет уехала покорять столицу. Никто тебя не контролировал, но справилась же?

Галина только вздохнула:

“Да, было. Одна в огромном, абсолютно чужом городе. Но я была серьезной, а Толя еще тот раздолбай. Хотя... себя со стороны не видно”.

- Будь на связи, пожалуйста, - тихо попросила она.

- Обещаю! - улыбнулся брат и бережно чмокнул в щеку.

Глава 48. Сплошные малолетки и лопух

Галина вытерла стол, хлебные крошки сгребла в ладонь и выскочила на балкон, чтобы высыпать воробьям.

На землю опускался ласковый летний вечер: не слишком жаркий, безветренный, наполненный нежным цветочным ароматом.

“Плетущаяся роза распустилась! - внезапно поняла Галина, глядя вниз. - И видно, что не первый день цветет. Как я раньше не замечала? Постоянно куда-то бежишь, о чем-то думаешь, прокручиваешь в голове проблемы мирового масштаба. И нет, чтобы остановиться на миг, помолчать. Просто помолчать, без мыслей, наслаждаясь созерцанием истинной красоты”.

Вьющаяся роза действительно была настоящим украшением дома: она поднималась из земли, будто виноградная лоза, скользила по крыше подъезда, оплетала угол балкона второго этажа и устилала карниз третьего великолепной россыпью крупных ярко-красных цветов.

“Замечательный букет бы вышел! - вздохнула Галина. - Но никак не достать. И ладно, все равно больше люблю ромашки!”

Она еще немного полюбовалась розой с высоты и вернулась к бытовым обязанностям. Вскоре посуда была вымыта и вытерта, продукты убраны в холодильник, пол подметен.

Глаз зацепился за стоящий на тумбочке пакет с бутылками вина, но Галина решительно мотнула головой и убрала алкоголь в шкаф.

“При брате пьянствовать некрасиво. Даже если это всего лишь сухое вино пополам с минералкой. Завтра уедет, тогда... - взгляд скользнул по настенному календарю с видами Геленджика: - Тем более, завтра суббота! Утром выпровожу Толю, и можно открывать сезон охоты на усатых”.

Галина взяла с полки банное полотенце и направилась в ванную:

“Сегодня проведу подготовительные процедуры: пена с запахом ромашки, розовая соль, ароматические свечи. А потом романтическая комедия и сон”.

Водный релакс удался на славу! Из ванны она не вышла - выплыла походкой богини, только что рожденной из пены.

“Ромашковая Афродита, - улыбнулась собственному отражению и одернула коротенький махровый халатик. - Осталось волосы красиво уложить”.

Она достала из тумбочки фен и потянулась рукой к розетке.

Розетка возле трюмо давно вызывала нарекания: время от времени в ней что-то щелкало и шипело. Галина несколько раз пыталась дозвониться в управляющую компанию, чтобы вызвать электрика, но так и не удалось.

“Проще установить контакт с инопланетным разумом, чем с домоуправлением! - раздраженно решила она и прекратила попытки. - Платного электрика найду, сама”.

Но в вихре событий последних дней об электрике благополучно забылось. И сегодня ждал давно предполагаемый итог - не успела Галина засунуть вилку фена в розетку, как оттуда раздалось возмущенное фырканье, вылетел целый вихрь искр и в комнате ощутимо запахло гарью.

Свет мигнул и погас.

“Сгорела все-таки, зараза! - обиженно поняла Галина, выдергивая фен. - Еще и автомат вырубило. Теперь нужно идти на пятый этаж к щитку”.

Она наощупь сунула ноги в мягкие домашние тапочки с розовыми помпонами и, убрав на замке защелку, - чтоб ненароком не захлопнулся - отправилась на этаж выше.

“Хоть бы щиток не на замке был! - волновалось она, взлетая по ступенькам. - А то ни насчет ключа вечером не дозвонишься, ни сломать силы не хватит”.

Но ее опасения оказались напрасными - щиток был открыт, зато петля, за которую раньше цеплялся замок, выглядела погнутой и изрядно поцарапанной.

“У кого-то силы, видать, хватило!” - ехидно отметила про себя Галина, открыла дверцу и от души несколько раз щелкнула рычажками автоматов вверх-вниз.

Она захлопнула щиток и уже начала спускаться по лестнице вниз, как вдруг услышала в подъезде шаги и знакомые голоса.

- Надеюсь, Санька доволен будет! - весело басил голос дяди Коли.

- Еще бы не был! - фыркнул голос Татьяны. - Ты за эту видеокарту сумасшедшие деньги отдал! Сто тысяч даже для Москвы очень неплохая зарплата, я столько, например, не зарабатываю. Особенно, когда всякие мерзкие личности строчат жалобы в департамент, а потом нас премии лишают.

- Этот что ли? - презрительно отозвался сосед. - Скатившийся по карьерной лестнице? Не волнуйся, Танюха, я зарабатываю. Еще и поболее.

- А ты, Коленька, сейчас где и кем?

- Начальник службы безопасности в одной серьезной конторе, - невозмутимо признался сосед. - Плюс по вечерам учу мажоров рукопашному бою, так что деньги есть: и на текучку, и два депозита в банке лежат. Санька говорил, ты дачу хотела? Можем на выходных проехаться, глянуть варианты.

Галина уже спустилась на пролет между пятым и четвертым этажом и была готова пожелать соседям доброго вечера и юркнуть в квартиру, как шаги снизу неожиданно затихли.

- Ого! У вас тут и место отдыха оборудовано! - загадочно произнес голос Татьяны ориентировочно между третьим и четвертым этажом.

- Моя курилка, - весело сообщил сосед. - И молодежь еще использует - посидеть поговорить.

“Неужели на нас с Васькой намекает?! - Галина замерла, вцепившись в перила. Щеки моментально начали пылать, будто в лицо дохнуло жаром из печки: - Дядя Коля в курсе, чем мы тут занимались?! Мамочки, как стыдно-то! Взрослые люди, а вели себя словно малолетки!”

Но следом в голову пришла спасительная мысль:

“Нет, это не про нас, это про Аделину, наверное. К ней вечно кавалеры толпами ходят”.

Галина сделала еще несколько шагов вниз.

- И какие-такие темы обсуждает здесь ваша молодежь? - голос Татьяны был еще более загадочным.

- Исключительно серьезные! - серьезно ответил сосед. - Спорт, например. Мировые достижения в легкой атлетике. Если конкретно – рекорды в беге на стометровку.

“Точно про нас! - удрученно признала Галина и медленно начала пятиться назад в сторону пятого этажа. Благо, мягкие тапочки помогали это делать бесшумно: - Вот позорище, так позорище! И как теперь в глаза соседям смотреть?!”

- А ты в курсе новостей спорта? - заинтересовалась вдруг Татьяна.

- Про легкую атлетику нет. Про биатлон знаю, вчера смотрел. И турнир по боксу.

- Расскажешь?

- Если поцелуешь, расскажу.

- Как тогда что ли? - рассмеялась Татьяна. - Когда ты меня первый раз провожал, и мы до утра сидели на окне в моем подъезде?

- И доцеловались до синих губ, - смущенно подтвердил дядя Коля. - У обоих. Надо мной наутро весь класс ржал - где ж это я такой типа крутой парень, спортсмен, и так знатно отхватил по морде.

- А я утром достала из кладовки черничное варенье, - с ноткой грусти проговорила Татьяна. - И перемазалась вся - руки, рот, щеки. Вот мама на меня ругалась - взрослая барышня, почти выпускница, и такая неряха!

- Посидим? – негромко предложил сосед. - Только окно открою, душновато в подъезде.

Послышалось лязганье защелки и знакомый скрип подъездной рамы. Вечерний ветерок забросил с улицы нежный цветочный аромат.

«Как вчера с Васей!» - вздохнула Галина, осторожно, на цыпочках, вернулась на пятый этаж и села на корточки, прислонясь к стене. На душе было многозначно: и неловко, и грустно, и тепло. А еще нестерпимо хотелось к Ваське.

- Ух, ты! - раздался восторженный голос Татьяны. - Вьющаяся роза цветет! Красивая какая - обожаю алые розы!

- Помню! - виновато отозвался сосед. - Хотел купить тебе сегодня. Но потом подумал... вдруг ты со мной исключительно по делу встречаешься, про сына поговорить, еще чего... А я, как дурак, с букетом. Постеснялся, в общем. Лопух.

- Ерунда! - беспечно отмахнулась Татьяна. - Не в букетах счастье.

- Это-то да. Но ты отойди-ка, Танюха...

- Коля, совсем сдурел?! – звенел ее голос. – Забыл, сколько тебе лет?! Тут высоко, опасно!

- Ничего страшного, - смеялся сосед. - Даже с подоконника достать можно. Но я у тебя не рухлядь - пять дней в неделю в спортзале. С карниза нарву, там самые красивые!

Снизу раздалась возня, шум, скрип подоконника.

- Ой, мама! - испуганно пискнула Татьяна.

“Мамочки!” - мысленно согласилась с ней Галина и сцепила пальцы в детском жесте-обереге.

- Держи! - послышался минуту спустя довольный голос соседа. - Говорил же, ничего сложного. Теперь поцелуешь?

“Фух, - выдохнула Галина. - Слава Богу!”

Снизу донесся шорох, хрипло простонал подоконник, принимая вес двоих. Но все заглушили звуки поцелуев.

- Танюха, ты что творишь? - раздался смущённый голос соседа несколько минут спустя.

- Ничего такого, - почти искренне удивилась Татьяна. - Мы же с тобой малолетки? Все строго пятнадцать плюс, без излишеств.

“Еще одни малолетки! - понимающе улыбнулась Галина. - Не только мы такие”.

- Уже и забыл, что оно так бывает, - горячо бормотал дядя Коля. - Чтобы башню начисто сносило. Так - только с тобой. Знаешь... то, наше, оно же никуда не делось. Я все тот же, что и в пятнадцать. И все так же от тебя... Танюха, а восемнадцать плюс сегодня будет? Или я совсем обнаглел?

- Я тоже тебя люблю, - тихо призналась Татьяна. И потом добавила таинственным голосом: - А насчет всего остального - ты меня зачем на кофе пригласил?

- Так кофе попить, - совершенно искренне удивился сосед. - Купил твой любимый, со вкусом горелых зерен. Думал, посидим, поговорим, повспоминаем.

- Не горелых, а слегка пережаренных, - весело поправила Татьяна. - Сам же меня на такой подсадил, после Ливии. Конечно, и поговорим, и кофе попьем. Потом. Сначала - повспоминаем!

Из курилки опять донеслись звуки горячих поцелуев, но внизу вдруг хлопнула подъездная дверь.

- Сань, скажи, про что хоть фильм был, на который мы ходили? - послышался снизу голос Аделины. - А то вдруг бабушка спросит, а я ничего не помню!

- Зомби вроде какие-то бегали, - неуверенно отозвался голос Саньки. - С автоматами что ли? Ой, я не смотрел особо, не до того было.

- Ладно, - рассмеялась Аделина. - Скажу, что про любовь!

- Конечно, про любовь! - твердо согласился Санька. - И не сомневайся. Пойдем пешком? В лифте вечно накурено.

Снизу донеслись неторопливые шаги по лестнице и звонкие молодые голоса, что-то увлеченно обсуждающие.

- Ой, мама! - расслышала Галина испуганный шепот Татьяны. - Коля, смываемся отсюда, дети идут! А мы... как малолетки какие-то... стыдно же!

- Может, сделаем вид, что вышли покурить? - растерянно предложил голос соседа. - Блин, сигареты забыл! У тебя нет?

- Бросила, лет пять уже как. У меня только помада есть.

- Не, - тяжело вздохнул дядя Коля. - Вариант, что мы вышли накрасить губы....оба... не проканает. Так, по моей команде дуем на пятый этаж! Короткими перебежками.

- Дай тебе хоть рубашку застегну! Ой, елки... пуговица отвалилась... и вторая тоже...

- Пришивать не умею... - смущенным шепотом признался сосед.

- Я пришью! Зараза... на юбке молния разошлась.

- Дай гляну! А, ерунда, плоскогубцами поджать. Дома сделаю.

- До дома еще добежать надо, а у меня юбка спадает! Ой, и туфли на каблуках, цокать будут на весь подъезд.

- На руках донесу. Юбку, главное, держи!

Послышался приближающийся звук осторожных, почти бесшумных шагов.

Галина чуть ли не ползком убралась от стены возле входа в квартиру дяди Коли и забилась в узкий тупик между лифтом и электрощитом.

“Долбанная розетка! – стучало в голове. - Во всем электрики виноваты! Все беды от них!”

Дядя Коля с Татьяной осторожно плюхнулись на коврик перед входом. Они были очень близко от Галины, почти на расстоянии вытянутой руки, так, что было слышно их частое, взволнованное дыхание.

- Дверь пока не будем открывать, спалимся, - решительно прошептал сосед. – Подождем, пока Санька Аду проводит.

Шаги снизу приближались, перебиваемые время от времени задорным смехом. Затем остановились где-то в районе курилки.

- Адель, давай посидим немного... - негромко проговорил голос Саньки. - Расставаться не хочется!

- Мне тоже.

- Иди ко мне на коленки.

- Сань, ты чего?! – натурально испугалась Аделина. – Нам не по пятнадцать, чтобы по подъездам зажиматься! А если соседи узнают? У нас здесь все серьезные: Лина, а тем более - папа твой. Не поймут просто.

- Никто не узнает! – горячо возразил Санька. – Камер нет, а мы никому не расскажем! Давай, иди…

Подъездный подоконник вновь скрипнул.

“Только бы не до утра! - просительно подумала Галина, удрученно слушая все более откровенные звуки поцелуев. - Все понятно, сама такая. Но уже ноги затекли! И от шахты лифта такой холод, до печенок пробирает”.

- Сань, я кушать хочу, - словно услышав ее мольбы, вдруг призналась Аделина. - Не успела пообедать, а мы с тобой только мороженое ели.

- И молчишь! - возмутился Санька. - Пойдем к бате, у него целый холодильник хавчика! Поедим, кофе попьем. А потом тебя опять провожу.

- Твою дивизию... - еле слышно прошептал дядя Коля на ухо Татьяне. Но Галина сидела слишком близко, поэтому услышала. - Танюха, готовься, сейчас будем передислоцироваться на шестой этаж. Или... за лифтом есть помещение, наверное, по проекту подсобка планировалась. Может, туда спрячемся?

Галина почувствовала, как зубы начали выбивать барабанную дробь. Частично от холода, а частично...

“Мамочки! Это же они сейчас... Сюда... Со стыда умру!”

- Сань, ты же говорил, что твои родители помирились? - задумчиво произнес голос Аделины. - Наверное, нехорошо будет лезть, мешать им? Вдруг они...

На этом месте Аделина смущенно умолкла.

- Адель, не говори глупостей! - искренне рассмеялся Санька. - Моим предкам уже хорошо за соракет, старые они для этих дел. Сядут, фотки старые посмотрят, повздыхают, и вся их стариковская радость. Пойдем, не бойся!

Ответом было возмущенное фырканье Татьяны и искренний смех дяди Коли. Все произошло очень тихо, но местоположение Галины позволяло слышать.

- Нет, Сань, мне все-таки неудобно. Лучше еще посидим, - решительно отказалась Аделина.

И Галина услышала практически в унисон два облегченных вздоха. И с трудом сдержала третий - свой собственный.

- Или... - вдруг каким-то странным голосом продолжила Аделина. - Можем пойти ко мне. Вчера голубцы делала - вкусные.

- А бабушка ругаться не будет? - неуверенно уточнил Санька. - Поздновато для гостей.

- Бабуля давно дрыхнет! Говорят, у стариков сон чуткий, но к ней это совершенно не относится. Главное, чтобы коты под окнами не орали – на котов у нее пунктик. А так спит всю ночь, как пожарный, ничего не слышит. Можем боевики до утра смотреть на полной громкости - не проснется!

- В принципе, не против нормальный фильмос глянуть, - задумчиво начал Санька. - Но завтра контрольная по электросетям, а я еще конспект не открывал...

Он вдруг запнулся, умолк на минуту и затем продолжил горячим шепотом:

- Адель... или ты что... в этом смысле, да? Правда?!

- Пойдем. Со смыслами разберемся по ходу дела.

- Адель, милая... - голос Саньки дрожал. - Я же тебя... для тебя... да все, что угодно! И контрольную завтра прогуляю нафиг!

- Тише, тише… Смотри, какой вечер красивый. И роза цветет, почти возле подоконника. С детства люблю красные розы.

- Понял! Завтра у метро куплю тебе красные розы. Самый здоровый букет выберу! Идем?

- Ой! - вдруг быстро произнесла Аделина каким-то совершенно другим, будничным тоном. - Совсем забыла! Завтра нужно лабу по термодинамике сдать, а графики не начерчены. Меня препод заживо сожрет! И у тебя контрольная... Извини, Сань, сегодня не получится. Давай в другой раз.

- Адель... ты что... как... - голос Саньки был обиженно-растерянным. - Скажи, что-то не так, да?!

- Нет, все хорошо! Завтра увидимся.

- Ладно... как скажешь.

На лестнице вновь послышались шаги, затем щелчок отпираемого замка, звук быстрого поцелуя.

- Адель, и все-таки... - начал было Санька, но Аделина перебила:

- Потом, все потом, а сейчас иди учи электросети!

Раздался хлопок закрываемой двери и быстрые удаляющиеся шаги Саньки.

- Лопух! - убитым голосом выдохнул дядя Коля. - Что значит отсутствие нормального мужского воспитания!

- Да ладно тебе! - заступилась за сына Татьяна. - Маленький он еще, не соображает. И вообще, правильно! Если к контрольной не подготовится - получит пару. А так и до отчисления доиграться можно.

- Ничего себе маленький, - фыркнул сосед. - Двадцать один год малышу! Мне меньше было, когда я на тебе женился. Но раз маленький, так и быть - пусть учит уроки.

“Именно! - ехидно согласилась про себя Галина. - Электросети нужно изучать. И не прогуливать. А то потом розетки горят и починить некому. Все зло от этого”.

- А мы пойдем заниматься стариковскими делами... - загадочно произнесла Татьяна.

- Точно! Только, Тань, ты это... не кусайся сильно, а то у меня завтра плановый медосмотр.

- Постараюсь. Но ты же знаешь, я с тобой себя не контролирую.

- Тогда пофиг! - нежно прошептал он. - Забудь про все, будь собой... и со мной. Пусть завидуют, блин.

Опять послышались звуки жарких поцелуев, дверь открылась и захлопнулась.

Галина подождала минуту и с трудом, на негнущихся ногах, выбралась из своего убежища.

“Ну и вечерок! – растерянно думала она, сползая вниз к своей квартире. - Нет, больше на лестнице зажиматься не буду. И дело даже не в том, что неприлично. Очередь с утра занимать нужно! Что поделать, когда полный подъезд малолеток? Осталось Михайловне малолетнего дедка отыскать, годков так семидесяти”.

Родной дом встретил горящим светом.

Галина машинально посмотрела на себя в зеркало и удивилась: волосы высохли и без всякого фена, и теперь лежали красивой естественной волной.

«Все по программе! – весело решила она. – Ванну приняла, романтическую комедию посмотрела, осталось дождаться Толю и спать».

Но вдруг прилетела другая мысль-догадка: резкая, словно удар током:

«Вася, когда про стометровку, это он что – предлагал..?!»

Галина схватила со стола телефон и просмотрела входящие сообщения. С незнакомых номеров ничего не было.

«Не хочет мешать мне разбираться в себе, - поняла она. – И правильно! Разборки будут жесткие. Хана тараканам – кто не спрятался, я не виновата. А в понедельник выйду на работу, узнаю Васин телефон и сама ему позвоню. С ответами на все «почему».

Глава 49. Прогулки по складу и лучший подруг

Рано утром Галина выпроводила брата на самолет, растерянно наблюдая, как он, уже стоя одетый с вещами в коридоре, запихивает в себя последний кусок торта.

Потом позвонила Женька, голос у нее был веселый:

- Были с папой на консультации у профессора! Тот подтвердил, что нужно срочно оперироваться, но сказал, что шансы на полное выздоровление высокие! Осталось найти три миллиона на операцию. Ничего, мы с мамой уже решили – квартиру заложим.

Галина вспомнила историю Олега, и ей стало не по себе. С одной стороны, поддержка близких и искренняя вера в положительный результат – половина успеха. А с другой…

- Жень, может, стоит еще где-нибудь проконсультироваться? – осторожно произнесла она вслух. – На всякий случай? Все-таки частная клиника…

- Это не просто клиника! – восторженно перебила Женька. – Это целый научно-исследовательский институт! Единственный в мире. Сюда из разных стран оперироваться приезжают, весь интернет хвалебными отзывами забит! И по ОМС у них тоже будет, со следующего года, когда бумажки дооформят. Но нам год ждать нельзя.

- Если так, все правильно! - согласилась Галина. – Но с квартирой не торопись – попробую вначале с Палычем поговорить. Вдруг беспроцентную ссуду даст?

Они поболтали с Женькой еще несколько минут и разъединились.

Галина оглядела квартиру и решила сделать небольшую уборку: когда вокруг порядок - проще настроиться на упорядочивание в себе. Она пропылесосила, вытерла пыль, поменяла постель.

В окно заглянуло беззаботное июльское солнышко, сквозь неприкрытую балконную дверь игривый ветерок принес все тот же аромат розы, детский смех, обрывки разговоров. Субботнее летнее утро во всей красе!

Галина улыбнулась солнышку в ответ, но подошла к окну и плотно задернула шторы, создавая в комнате легкий полумрак. Затем достала из шкафа бутылку вина, принесла из холодильника минералку и лед, протерла полотенцем высокий бокал на тонкой ножке:

“Пора и на складе прибраться!”

Неожиданно в голову пришли строчки из детского стишка про Муху-Цокотуху, Толя любил его, когда был маленьким.

- Пошла Муха на базар и купила самовар: «Приходите, тараканы, я вас чаем угощу!» - продекламировала Галина и откупорила бутылку. - Правда, не чаем, а сухим вином, но выползайте усатые - поговорим по душам!

Красное вино заполнило бокал до половины, непокоренный лучик проскользнул в щель между шторами и превратил напиток в искрящееся рубиновое зелье.

Происходящее действо напоминало подготовку к некому магическому ритуалу. Галина в магию, конечно, не верила, но фэнтези любила.

“Сыворотка правды? – пришло на ум бесшабашно-ассоциативное. – Или портал связи с внутренним «я»? Люди часто опасаются встретиться с собой настоящим. Но глупо это – всю жизнь прожить вместе и так и не познакомиться. Я не боюсь”.

Галина долила в вино минеральную воду, осторожно опустила кубик льда и пригубила напиток. Вкус был именно таким, как ей нравился - не приторным, но и не кислым: легким, воздушным, с пряной ноткой виноградной косточки.

- Привет, подруга! - доверительно прошептала Галина, разглядывая тающую льдинку. - Колись, как давно знала, что Васька неженатый?

- “Практически сразу, - пришел из глубины спокойный ответ. - Уже на следующий день после миссии освобождения заложников подозревала. После разговора Васи с Катей по телефону - почти не сомневалась. В супермаркете, когда Виталий купил гору продуктов по списку, а Васька всего пачку пельменей - была уверена почти на сто процентов. А услышав беседу Виталия с Аделиной про аллергию, уверенность стала абсолютной”.

- Звездища! - вымучено усмехнулась Галина и сделала еще глоток вина. - Теперь понятно, почему я бесстыдно обнималась с Васькой, еще и сама к нему приставала! Совесть вроде и возмущалась, но слишком поверхностно, не по-настоящему. ЗНАЛА, что можно.

Когда делаешь то, что противоречит внутренней сущности, ответка прилетает сразу и по полной. Даже подумать не успеваешь — это приходит из самой глубины: из подсознания, из генетической памяти, из... Человеку трудно воевать с собой истинным, практически невозможно. Вопрос один - кто ты есть на самом деле?

- Ладно, это понятно, - вздохнула Галина и откусила миндальное безе. Вкусно! - Теперь нужно разобраться, почему я специально убеждала себя, что нам с Васькой нельзя быть вместе. Почему...

Вопрос улетел ввысь воздушным шариком, зазвенел камешком на дно глубокого колодца. Человеческий разум - интересная штука. Чем-то похож на небоскреб, рвущийся в облака, сияя в вышине хрустальным, драгоценным куполом.

Но у этого небоскреба есть и глубокие подвалы, засекреченные этажи, мимо которых лифт сознания проскакивает без остановки, темные туннели, тайники... Чего только нет в нашей несчастной голове!

- Почему же, почему?! - повторила вопрос Галина.

И в ответ отозвалось - одновременно и сверху, и снизу, что-то...

Громкая мелодия телефонного звонка грубо прервала размышления.

Галина вздрогнула:

«Дура! Забыла телефон отключить!!»

И машинально уставилась на экран. Звонил Аллигатор.

Телефон пиликал и пиликал, проигрывая установленную на звонок популярную, но уже порядком поднадоевшую мелодию. И так не хотелось отвечать!

“Суббота!! – стучало в голове обиженно-рассерженное. – Выходной! И Олег что – забыл, что два дня обещал не доставать, не мешать размышлениям? Хотя тот случай, когда думать особо и не о чем, все и так понятно”.

Галина уже хотела сбросить звонок, но палец сам собой проехался по экрану и нажал значок зеленой трубки.

- Да, Олег! – сдержанно отозвалась она. - Привет!

- Извини, - голос Аллигатора звучал серьезно и немного устало, - что бессовестно отвлекаю тебя в законный выходной. Но дело не терпит отлагательств.

- Что-то опять случилось?! – испугалась она. - Плохое?

- Нет, - рассмеялся он. - Наоборот, информация позитивная. Договорился с знакомыми ребятами из Ярославля, они заберут все, что мы закупили по договору с ООО “Перспектива”. Вернем деньги и даже получим пару процентов прибыли.

Галине резко стало стыдно:

«Я виновата в покупке абсолютно ненужного товара у ООО «Перспектива»! Надо было сразу докладную писать и звонить шефу. А кое-кто тормозил и разбрасывался корпоративными деньгами. И сейчас сижу балдею, разговариваю с тараканами, а человек работает. В выходной день. Чтобы исправить мои ошибки».

А следом прилетела и другая мысль, от которой щеки запылали огнем:

«Еще и вообразила, что он звонит потому, что жить без меня распрекраснейшей не может! Словно герой-любовник из женского романа, у которого на уме исключительно романтические бредни или безудержный секс – в зависимости от возрастного ценза книги. А Олег – бизнесмен. Он в первую очередь о деле думает».

В довершении к этому вспомнилась любимое выражение бабушки – царствие ей небесное – «кое-кто всерьез подружился с Марией Величко». Той, которая по-народному Манька Величка, она же мания величия, если использовать научное определение.

- Олег, ты просто герой! – преувеличенно восторженно произнесла Галина в трубку, чтобы сгладить затянувшуюся некрасивую паузу. - Я уже голову сломала, где мы все это хранить будем! А ты… Восхищаюсь тобой!

- Пустяки, - голос Аллигатора остался невозмутимым, но что-то в нем дрогнуло – слегка, еле заметно: - Работаю просто. Но тут такое дело... Ребята проездом в Москве, вечером уезжают, поэтому договор нужно подписать сегодня. Я-то без проблем, у меня доверенность на подобные сделки. Но их юрист уперся и просит на договорах еще и подпись главбуха. Понимаешь, о чем я?

- Да, - быстро отозвалась Галина деловым тоном: - Куда подъехать и во сколько?

- Подписание через два часа, у них в офисе. Привязку к карте мне скинули, - по голосу Аллигатора было понятно, что он доволен ее оперативностью: - Предлагаю отправиться туда вместе, чтобы не заблудиться и не искать друг друга.

- Ты за мной заедешь?

- Скорее зайду, - весело поправил он. - Точнее, уже: стою у твоего подъезда. Скажешь номер квартиры или на лавочке подождать?

- Сорок вторая! - выпалила Галина на автомате и, вздрогнув, прикрыла ладошкой рот.

«Только Аллигатора мне тут не хватало!» – мелькнуло в голове растерянное.

Но Галина тут же напустилась на себя:

«Опять Манька Величка! Что, человек должен сидеть под подъездом и ждать, пока я соберусь? Это просто верх наглости и бескультурья! Надо ему хоть кофе предложить, что ли!»

И, услышав звонок домофона, уже без колебаний нажала на кнопку, открывая дверь подъезда.

Невольно скользнула взглядом по своим голым коленкам и всполошилась:

«Халат слишком короткий! Олег – достойный человек, но зачем провоцировать? Еще и сумерки эти!»

Галина бегом помчалась к шкафу, выдернула из него домашние брюки-капри и первую попавшуюся футболку. Потом распахнула шторы и, отзываясь на звонок уже в квартиру: «да-да, иду!», быстро переоделась в коридоре и щелкнула замком.

Вид стоящего у порога Аллигатора непроизвольно вогнал в ступор. Нет, естественно, гость был одет прилично. Но непривычно.

На нем были светло-синие джинсы. Не в обтяжку, но выгодно подчеркивающие длиннющие, идеально ровные ноги.

“Вот это точно - от ушей! – восхитилась эстетическая часть сознания. - И не такие тощие, как у мужчин-моделей, рекламирующих джинсовую одежду, а… нормальные!”

Сообразив, что слишком зависла на созерцании Аллигаторских джинсов, Галина смутилась и быстро подняла взгляд вверх. Под стать штанам была и джинсовая рубашка, чуть ли не рвущаяся на широких плечах.

Галина мотнула головой и посмотрела еще выше, встречаясь взглядом с насмешливыми голубыми глазами. Голову гостя украшала темно-синяя бандана с якорями.

То ли моряк, только что сошедший на берег после полугодовой автономки, то ли суровый байкер, то ли...

- Давненько меня так не рассматривали... - хмыкнул Аллигатор. - Нравлюсь?

- Да, - на автомате ляпнула Галина. - То есть, нет! - Быстро поправилась она.

Но сообразив, что это звучит невежливо и - что скрывать - нечестно, опять поправилась:

- То есть да! Ты какой-то совсем на себя не похожий. Я аж растерялась с непривычки.

“И Васька в белой футболке все равно красивее! - додумала про себя. – И роднее».

- А ты знаешь, какой я на самом деле? - усмехнулся гость.

Галина не ответила, просто сделала шаг в сторону, пропуская его в квартиру.

Аллигатор быстро осмотрелся по сторонам, не разуваясь, прошел в комнату и уселся на диван, закидывая ногу на ногу.

- Отдыхаешь? - загадочно улыбнулся он, указывая глазами на недопитый бокал. - А почему одна? Неужели не с кем выпить?

- Это не про то... - смутилась Галина, устраиваясь на краешке стула. - У меня сеанс само психоанализа. Кофе будешь?

- На кофии нет времени! – мотнул он головой: - Размышляешь, значит? Надеюсь, обо мне?

Галина опустила голову. Отказывать человеку, к которому чувствуешь искреннее уважение и симпатию – то еще удовольствие! Но тянуть тоже смысла не было:

- Олег, я помню, что ты давал мне два дня. Но готова ответить уже сейчас.

- И, судя по твоему страдальческому виду, ответ ...?

Галина отчего-то не смогла произнести это слово вслух и лишь кивнула.

- На нет и суда нет! - беззаботно прокомментировал Аллигатор. - Собирайся, опаздывать нежелательно, у парней самолет.

Она вздрогнула и посмотрела на него во все глаза. Во взгляде Аллигатора читались лишь беспечность и откровенное веселье.

- Олег, ты...? - вырвалось само собой.

- Что - я? Договаривай.

Галина залилась краской до самых ушей, но все-таки произнесла:

- Ты... тебе все равно?

- А я должен валяться по полу и биться в истерике? - улыбнулся он. - Извини, не умею.

- Нет, но... Мне непонятно.

- Ах, да! Забыл! – Аллигатор со смехом хлопнул себя по лбу. - Тебе нужно логическое объяснение моего поведения?

- Да.

- Хочешь рационализм и трезвый расчет? Их есть у меня. Навалом.

Он бесцеремонно взял из коробки безешку и закинул в рот:

- Неплохо! Но сырные десерты люблю больше. Я, конечно, тот еще альфа-самец с острым чувством собственной невъ*бен...

Галина на этом слове поморщилась, словно у нее заболели зубы. Аллигатор окинул ее довольным взглядом, но все же поправился:

- Исключительности. Поэтому, где-то отказ мне неприятен. Но положительных эмоций больше.

- В смысле положительных?!

- Ты же читала мой блог? - он бросил красноречивый взгляд на бутылку, но Галина сделала вид, что не поняла намека: - Я эксперт в области венчурных инвестиций, на них, считай, и поднялся. Но тридцать два – это когда уже все чаще выбираешь стабильность. Вчера долго размышлял: по справедливой стоимости оба проекта фактически равноценны – в каждом есть свои плюсы и минусы. Понимаешь, о чем я? Или тебе красный диплом за красивые глаза вручили?

*Венчурные инвестиции – вид вложений, при котором игроки получают либо все, либо ничего. “Venture” (англ.) «рискованное начинание»

Справедливая стоимость — цена, отражающая весь будущий доход или всю будущую полезность, которую может принести некоторый актив*

- Да, - пробормотала Галина, обалдев от глубокого погружения в экономическую теорию: - В смысле, понимаю.

- Скажи ты «да» - я бы, конечно, обрадовался, - невинно продолжил Аллигатор. – А на «нет» - вздохнул с облегчением.

- Действительно логично! – с улыбкой признала Галина. - Но разве можно рационально управлять чувствами? У меня, например, не получается.

- А кто сказал про чувства? Говоря, что готов заплатить твою цену, я лишь обсуждал условия предполагаемого контракта. Но предприятие “Олег и Ко” или как вы меня называете - Аллигатор? “Аллигатор и Ко” - контора солидная, по предоплате не работает. Осуществляем расчет исключительно по факту поставки.

- То есть ты меня не любишь?! - радостно воскликнула Галина и, не сдержав порыва эмоций, вскочила со стула и звонко поцеловала гостя в щеку: - Олежка, ты супер, обожаю!

На душе было легко-легко, будто оттуда только что свалилась огромная гора. Эверест, не меньше. Делать больно хорошему человеку – отвратительное занятие. Вроде ни в чем не виновата, а паршиво так, что выть охота. А тут такой подарок!

- Хм... - Аллигатор с искренней растерянностью потер поцелованную щеку. - Чем меньше женщину мы любим, тем больше... Блин! Пушкин был прав.

- Друзья? - ласково улыбнулась Галина.

- Согласен! - в тон ответил он.

Радость переполняла, кружила голову, вызывая целый ворох светлых чувств:

“Как замечательно все разрешилось! С Васей - любовь, а с Олегом будем общаться иногда, обсуждать разные темы - он достойный, умный, с юмором. О таком друге только мечтать!”

- Только скажи - секс сколько раз в неделю? - абсолютно будничным голосом уточнил Аллигатор. - И по каким дням? Чтобы я сразу в график внес, люблю во всем порядок.

- В смысле?!

- В прямом. Речь о дружбе, разве нет? Я сам ее тебе предлагал, в машине, помнишь?

- Олег, не говори глупостей! - возмутилась Галина. - Я про нормальную дружбу, обычную, без излишеств.

- Без излишеств — это раз в месяц? Или...

Он сделал испуганные глаза:

- Ты имеешь в виду - совсем на сухую? Ну, знаешь ли... Я в сексе, если еще не поняла, без комплексов - все могу, все умею. В рамках традиционной ориентации, естественно. Но такое извращение, как дружба с женщиной без секса, еще не практиковал.

Галина, не выдержав, рассмеялась:

- Олег! Не издевайся! Чуть безешкой не подавилась! Ты же понял, о чем я. У тебя есть друзья - мужчины? И со мной так можно дружить. Если захочешь, конечно.

- С тобой? Как с мужиком? - Аллигатор окинул ее оценивающим взглядом. - Ладно, как хочешь. Но потом не жалуйся.

Он бросил взгляд на часы и добавил быстро:

- Давай собирайся! Живо! Развели лясем-трясем, опаздываем. А я пока такси закажу.

И, вытащив из кармана телефон, ткнул пальцем в соответствующее приложение.

- Олег! - осторожно выговорила Галина. - Выйди на кухню, пожалуйста, мне нужно переодеться.

- Зачем? Мы же друзья? Я друзей не стесняюсь.

- Я стесняюсь... - Галина опустила глаза, чувствуя, как щеки снова начинают пылать.

- Стесняешься - закрой глаза! – довольным голосом сообщил Аллигатор, удобнее устраиваясь на диване.

Галина поймала в его глазах знакомый блеск:

«Врубил боевой режим, адреналинщик! Теперь пока максимальные баллы ПВП не выбьет – не успокоится. А у меня ни сил, ни желания воевать. И, главное, нет великой цели - во имя чего! Без цели сложно».

- Олег! Выйди, пожалуйста, – повторила она дружелюбным тоном. – Я же по-человечески прошу. По-хорошему.

- Нет, по-хорошему слишком скучно! – Аллигатор усмехнулся и провел зубами по нижней губе: - Хочу по-плохому! Грязно и развязно! Сумеешь?

Галина встретилась с Олегом глазами. Где-то кольнуло, будто в вену впилась игла невидимой капельницы и теперь вливала в кровь… Да, его. Но сегодня адреналин был не тот: или слишком разбавился сладкими мечтами о Ваське, или организм привык.

«Суметь-то сумею… - обреченно подумала она, сжимая кулаки. – Но как же я этого не хочу!»

- Знаешь, Олег, - вслух произнесла Галина. – Твое поведение действительно вызывает желание закрыть глаза. Тебе. И так, чтобы они больше никогда не открывались.

- Кровожадная какая! – воодушевился Аллигатор и скользнул нескромным взглядом где-то в районе ее груди: - Так и думал, это ж все неспроста!

Галина удивилась и посмотрела туда же, куда и он – на свою футболку. Там на черном фоне жуткие челюсти скалили огромные клыки.

- Это не мое! – вырвалось у нее растерянное. – Футболку брата нечаянно надела. Я не…

- Ты – да! – расплылся в улыбке Аллигатор и, придвинувшись ближе, прижался под столом ногой к ее ноге: – Еще и как – да! Лина… Хотя какая нахрен Лина! Мы оба провинциалы! Галя ты, Галчонок... Галка, скажи правду, ты маньячка, да?

Галина спрятала ноги под стул и глотнула вина из бокала:

- А если и так?

- От елки! – его глаза сияли искренним, непобедимым азартом. - И ты сейчас надо мной жестоко надругаешься и убьешь? Слушай...

Аллигатор потянулся за бутылкой с вином, но Галина ловко ухватила ее перед самым его носом и передвинула на край стола.

Он довольно хмыкнул:

- Слушай, Галка! А что, если я согласен? Готов заплатить твою цену?

- Какую?

- Ту самую... – его голос звучал почти серьезно. - Можешь меня убить. Но перед этим надругайся, как следует, по полной, без остатка, именно - как в последний раз. Хрен с тем договором, покажи, на что способна!

Рука Аллигатора легла ей на колено и поползла выше.

Галина поморщилась, незаметно посмотрела на часы и сбросила его ладонь:

- Олег, хватит, ты меня неправильно понял!

- Блиинннн... Галка! Кто ж после такого идет на попятную? Не разочаровывай! Скажи, что я угадал твои милые привычки! Давай, скажи!

«Дура я, как есть дура! – поймав горящий взгляд Олега, угрюмо признала она. – Сама ж первая задираться полезла, в кабинете. А был ли выбор? Может, и был, но меня он не устроил. В результате вынесла мозг нормальному мужику, как теперь ему этот мозг обратно вставить? Когда он искренне этого не желает? Придется идти до конца».

- Какая еще попятная! – вслух возмутилась Галина, допивая вино. - Не в том смысле неправильно. Привычки - да, те. Порядок обратный.

Она смотрела в его глаза, наблюдая, как меняется их выражение. От искреннего непонимания, к осторожной догадке и, наконец, к безудержному веселью.

- То есть, ты меня сначала убьешь, а потом надругаешься?! - давясь смехом, уточнил Аллигатор.

- Да, - спокойно согласилась Галина. - Что поделаешь, привычки.

Он откинулся на спинку дивана и несколько минут заливисто хохотал в голос:

- Нет, я, правда, в этом деле без комплексов! И без тормозов. Но некрофилия даже для меня - перебор! Особенно пассивная...

Галина изобразила тяжелый вздох:

- Скучный ты в этом деле, Олежка! Что не предложи: то не пробовал, этого боишься. Не умеешь по-взрослому - пойди на кухне посиди что ли.

Аллигатор опять заржал и встал с дивана:

- И даже нечего ответить, блин! Точно, как с мужиками, - у нас жесткий стеб за правило! Познакомить вас что ли? Чтобы ты и им по полной панамке насовала? А то ребята и впрямь какие-то скучные в последнее время...

Он подошел к двери и улыбнулся – вроде и задорно, но как-то натянуто:

- Я посижу на кухне, только поторопись, пожалуйста. Такси будет через десять минут. И выбирай что-нибудь с рукавом - на улице ветер, и, похоже, дождь собирается.

Галина невольно взглянула за окно. Погода действительно испортилась: вместо утреннего беспечного солнышка набежали хмурые тучки.

Рука сама собой стащила с вешалки джинсовый сарафанчик. Нет, не хотелось специально одеться в одном стиле с Аллигатором, просто для прохладной погоды это был оптимальный наряд. В дополнение к сарафану пошел короткий джинсовый пиджачок.

Волосы Галина заплела в косу, закрепив на конце широким кожаным зажимом с длинными плетеными висюльками. В тон была такая же хенд-мейдовская сумочка из кожи.

На душе было противно. Адреналин от победы в словесном поединке с Аллигатором развеялся и осталось...

“Да, уделала наглеца! - грустно признала она. - Но для этого пришлось опуститься до его уровня и болтать откровенные глупости и пошлости. Ему-то хоть бы хны, как с гуся вода. Похоже, Аллигатор и впрямь без комплексов. А мне теперь нестерпимо хочется помыться, словно ляпнулась в вонючую жижу болота”.

Галина подошла к зеркалу, оглядела себя с ног до головы придирчивым взглядом и невесело усмехнулась - какая-то студентка-неформалка получилась.

Вспомнив про подписание договора, она вытащила из шкафа обязательный для таких дел паспорт и спрятала в сумочку.

- Я готова! - громко произнесла Галина вслух.

- Стильно! - оценил ее наряд Аллигатор, потом встретился взглядом и... неожиданно смутился и опустил голову.

“Вот и пойми его после этого! - искренне удивилась Галина. - То прет напролом, то стесняется, как школьница. Душа Аллигатора - потемки. Съезжу с ним на подписание договора и буду обходить десятой дорогой”.

Они вышли из подъезда на улицу.

Действительно, было прохладно, порывистый ветер безобразничал в кронах деревьев, бросая на землю рваные листья и даже небольшие обломанные ветки. Небо затянуло тучами, будто серым войлоком. Такси еще не приехало.

- Значит, остаешься со своим женатиком? - негромко проговорил Аллигатор, нарушая молчание.

- Он не женатик, - машинально поправила Галина.

- Развелся?

- Нет, - нехотя пояснила она. - Он и не был. Это я неправильно поняла, точнее, перепутала с другим, а, еще точнее, сама придумала, что он женатый.

- Зачем?! - в голосе Аллигатора было такое искреннее непонимание, что Галина почувствовала себя совершенной дурой. Впрочем, так оно и было, чего уж там.

«Если уж беспредельщик и адреналинщик Олег в шоке, - пришло в голову угрюмое. – То как Вася на эту историю отреагирует? И представить страшно».

- Не знаю, - вслух проговорила она. - Сегодня как раз пыталась с этим разобраться, но ты пришел.

- Ну и бардак у тебя в башке, просто беспредел какой-то! - то ли растерянно, то ли осуждающе протянул он. - Посоветовал бы обратиться к психоаналитику... Но я с ними наобщался, когда Юрку пытался в чувство привести. Бесполезное занятие.

Свежий порыв ветра от души прогулялся по вьющейся у дома розе: прочесал листья против шерсти, сбросил ветви с карниза на крышу подъезда и, безжалостно оторвав один молодой побег с ярко-красным бутоном, швырнул его на асфальт.

- Юрка? Головин? - Галина вспомнила малоприятного родственника Аллигатора и непроизвольно скривилась. Но постаралась быть вежливой: - И как он? Адвокат отсудил квартиру?

- Как-как... - фыркнул Аллигатор. - Читала книгу: “Кто такие дураки, и откуда они берутся?”

- Нет. Интересная? По психологии, наверное? А автор кто?

- Интересная, и по психологии. Но автора у нее нет, потому что никто ее еще не написал. А я бы почитал, надо.

- Ты про Юрку?

Галина смотрела на лежащий на дороге бутон:

«Жаль, красивый, а сейчас колеса машин раздавят его, превратив в ничто. Но что поделать?»

- Да, - согласился Аллигатор, проследив за ее взглядом. - Представляешь, он вернулся к своей подруге.

- Той, которая отняла у него квартиру?! Так она же замужем, нет?

- Замужем.

Он сделал несколько шагов вперед и присел на корточки, поднимая с земли цветок:

- Была. Двое детей. Теперь Юрка их воспитывает, усыновил официально. А ее бывшему мужу выплатил половину стоимости квартиры, чтобы тот от детей отказался.

- Ой, мама... – вырвалось у Галины. — Вот это дурак!

- Угу. И, похоже, не он один, - согласился Аллигатор, возвращаясь на тротуар.

- Ты про мой мозговой бардак?

- Нет. Хотя это еще один разумный аргумент, чтобы с тобой не связываться. От такого последняя извилина распрямится. Но…

Аллигатор запнулся и вложил розу ей в ладонь.

Галина вздрогнула от неожиданности, сжала руку, чувствуя несильные уколы молодых колючек. И встретилась взглядом...

Что-то было в его глазах - настолько глубокое, что она не выдержала и отвернулась.

- Олег, ты чего?

- Ничего, - небрежно отозвался он. - Пойдем, такси приехало.

Галина вдохнула аромат розы и спрятала цветок в сумку.

Глава 50. Подписание договора, фамильный особняк, ретро-трамвай и не только

Таксист остановил рядом с уютным четырехэтажным зданием старинной постройки.

“Бывший купеческий особняк” - догадалась Галина.

- Да, нам сюда, - согласился Аллигатор, заглянув в телефон.

Он расплатился, и они вышли на улицу. В цоколе дома располагался модный паб, остальные этажи занимали офисы различных фирм.

- А номера помещения не сказали, - задумался Аллигатор, изучая указатель со списком предприятий. - Не в своем, явно. Парни проездом в Москве. Сейчас буду звонить.

Он уже вытащил из кармана телефон, но тут из паба выскочил невероятно колоритный персонаж и заорал на всю улицу:

- Олежа! Греби сюда! Мы с Димоном по пивасику ударяем!

- Пашка, ты что ли? - рассмеялся Аллигатор. - А я было подумал, что Кинг Конг жив!

- Вшив! - радостно отозвался Пашка.

Аллигатор взял Галину за руку и повел к пабу. И она даже не сделала попытки вырваться, потому что вид Пашка и впрямь имел пугающий, а под защитой Олега было как-то надежнее.

Знакомый Аллигатора был огромным, под два метра ростом, детиной, с всклокоченными, давно нестриженными темно-русыми волосами. Его лицо по самые глаза покрывала мохнатая щетина. На Пашке были спортивные брюки и темно-синяя футболка с нашивкой “Федерация спортивного туризма”. Лет ему на вид можно было дать как двадцать пять, так и все сорок.

- Павел, - улыбнулся он Галине.

Галина на миг растерялась, но потом встретилась взглядом с Пашкой и... Вот глаза у него были совсем нестрашные - наоборот, необычайно добрые, веселые и даже слегка наивные.

- Галина, - улыбнулась она в ответ.

Но Пашка по-своему истолковал ее секундную заминку.

- Не бойтесь, милая Галочка! - он галантно взял ее свободную руку и поднес к губам, щекоча щетиной. - Насчет “вшив” - исключительно фигура речи! Мы вполне приличные парни и даже топ-менеджеры. Просто два часа, как с Алтая прилетели, еще не успели цивилизи... цивилизо... оцивили... Принять на себя бремя цивилизации!

Галина, не выдержав, рассмеялась.

- Не парься, Пашка, она своя, - гордо заявил Аллигатор, но руки не выпустил, наоборот обхватил крепче.

Они вошли в паб, и Галина познакомилась и со вторым парнем из Ярославля - Димой. Он был точь-в-точь, как и Пашка, темноволосым, заросшим и небритым, только чуть ниже ростом и более смуглым.

В пабе было довольно уютно и немноголюдно, очевидно основной наплыв посетителей здесь приходился на вечер.

Галина уселась на высокий витой стульчик, расправила сарафан, прикрывая колени.

- Пиво пьешь? - уточнил у нее Аллигатор.

- Вообще, да. Темное. Но сегодня не буду - с утра уже пила вино.

- Водка на пиво - это диво! - радостно согласился Пашка. - А вот пиво на вино - ...

Он не договорил, но все поняли рифму и заулыбались.

- А вина тут, наверное, и нет... - озаботился Дима, осторожно рассматривая Галину. - Может, и впрямь, водочки?

- Сок, если можно, - улыбнулась она. - Грейпфрут. Лучше фреш, но можно и из пакета.

- Грейпфрут? - скривился Пашка. - Он же кислющий, что улыбка моей тещи! Раз пробовал фреш этот, чуть зенки не полопались!

- Ты себя-то с Галкой не равняй, - снисходительно усмехнулся Аллигатор.

- Экстремалка? - догадался Дима.

- Еще и какая! - подтвердил Олег и положил руку на спинку ее стула.

Галина смутилась и не нашла, что ответить.

- А вы где нынче беспределили, мужики? - обернулся он к ярославским знакомым.

- По Катуни сплавлялись, - небрежно сообщил Пашка. - Я так, для души, а Димон разряд взял.

- По Катуни? – вырвалось у Галины само собой восторженное. - На байдарках?!

- На катах. Катамаранах, в смысле. Четыре порога, пятая категория. Еще соревнования зацепили - международные ралли, - деловито прокомментировал Пашка, разглядывая Галину. - Бывала там, да? По глазам вижу!

Как раз принесли всем пиво, а ей стакан грейпфрутового фреша.

- Куда мне, - вздохнула Галина, делая глоток сока. - Это даже не мечта... И мечтать о таком не смею - у меня ни денег, ни опыта, ни снаряжения. Просто смотрю иногда чужие видеоотчеты в интернете и радуюсь за людей.

- Сейчас все адаптировано под любые вкусы и возможности, - удивленно посмотрел на нее Дима. - На месте можно взять и снарягу, и инструктора. Хотя у тебя ж свой есть.

- Вот-вот! - Пашка глотнул пива и с ехидным выражением лица обернулся к Аллигатору: - Олежа, ты че - ваще олень?! Не умеешь сделать девушке приятное?

- Я бы с радостью! - голосом пай-мальчика выдал тот. - Но она не хочет!

И вдруг наклонился к Галине и прошептал громко, горячо, отрывисто:

- Галка... А, может, и впрямь махнем на Катунь, а? Прямо завтра! Вдвоем - ты и я. А после... а хоть трава не расти!

Галина вздрогнула и инстинктивно отодвинулась на краешек стула. Она осторожно заглянула в его глаза... там было что-то дерзкое, яркое, неистовое - горная река, клокочущая вокруг порогов. Адреналин - чистый, без примесей и добавок.

“Получает удовольствие, доставая меня! - поняла она. - А сейчас еще и играет на публику”.

- Олег, ты же знаешь... – начала Галина вслух.

“Что я люблю другого, у тебя через два дня свадьба, у нас нет ничего общего и где этот долбанный договор, который нужно подписать?!” - вихрем пронеслось у нее в голове.

Но не говорить же это открытым текстом при чужих людях? Им оно точно не нужно.

- У меня куча работы, нет денег, в отпуск сейчас пойти не могу и вообще... – пробормотала она нечто обтекаемое.

- Что я говорил! - язвительно усмехнулся Аллигатор, и сделал театральный жест рукой, якобы призывая остальных в свидетели: - И так во всем!

- Воинствующая феминистка что ли? - удивился Пашка.

- Вроде и не феминистка. Но что воинствующая - истинная правда. Как откопала топор войны, так и машет им налево-направо. Реки крови, горы трупов, а Галке хоть бы хны. И никак ты ее не одолеешь.

- Дык если не можешь победить, сдавайся в плен! - хохотнул Димон.

- Я согласен, - невинно улыбнулся Аллигатор. - Но Галке цивилизованные методы ведения войны незнакомы.

Галина во все глаза смотрела на Олега. Понятно, что прикалывается, сам же говорил, что с друзьями у него жесткий стеб за правило. Но слова цепляли, заставляя отзываться что-то в душе. Как острые когти царапали, делая больно. И эта обстановка, разговоры, взгляды – все напоминало паутину, в которой, чем дальше, тем больше запутываешься.

«Они все думают, что мы с Олегом – пара! – пронеслось в голове. - И он себя ведет соответственно. Хотя знает, что это не так. Но происходящее давит на психику, непроизвольно заставляя и меня участвовать в этом спектакле. Нужно скорее заканчивать с делами и уносить отсюда ноги».

- Что тут сказать, - философски изрек Пашка, допивая пиво. - Все, как ты любишь - трэш и жесткач.

- Да, - согласился Аллигатор и встретился взглядом с Галиной. - Да, люблю, - повторил он, глядя ей в глаза.

И, выдержав паузу несколько секунд, закончил:

- Треш и жесткач.

- Давайте уже договор подписывать, а? - отвернувшись от Аллигатора, жалобно попросила Галина.

Договор действительно нашелся. Правда, выглядел каким-то помятым, в нем отсутствовала половина реквизитов, но он был. И даже вроде по теме.

Галина внимательно прочитала текст - и не нашла к чему придраться, поэтому взяла ручку и поставила внизу свою подпись. Пашка не глядя, царапнул за директора покупателя, а Аллигатор и вовсе подписывать не стал, сгреб бумаги в файл и убрал его в сумку.

- Олег, а подписать? - растерялась Галина и обвела глазами всех присутствующих. - А печати? А Павлу его экземпляр отдать?

- Галочка, - широко улыбнулся Пашка. - Ты что думаешь, я на Катунь с собой печати фирмы таскаю? Вечером прилетим в Ярославль, подпишем электронной подписью и по ЭДО отошлем.

*ЭДО - электронный документооборот*

- Тогда и сразу можно было по ЭДО электронным ключом подписать, - непонимающе посмотрела на него Галина. - Получается, мы сегодня зря сюда приехали!

- Почему зря - не зря! - рассмеялся Пашка и незаметно подмигнул Аллигатору.

Галине окончательно стало не по себе. Взгляд, словно ища поддержки, уткнулся в экран телефона. Новых входящих сообщений так и не было. Не говоря уже про звонки.

«Мог бы и написать! – обиженно подумала Галина. – Два слова: «долетел нормально» хотя бы! И мне сразу стало бы легче. Но нет же – принципиальный».

Аллигатор проследил за ее взглядом и довольно улыбнулся. Будто мысли читать умеет! Но Галина приняла невозмутимый вид и отвернулась.

Пашка с Димоном уговаривали посидеть еще, но Галина сослалась на важные дела. И хоть была на кое-кого зла до чертиков, ребята-экстремалы ей понравились, поэтому прощание получилось по-дружески теплым. Аллигатор, естественно, изобразил из себя джентльмена и отправился ее провожать.

- Олег, ты не хочешь мне ничего объяснить? - прошипела Галина, едва они оказались на улице.

- Логично и рационально? - усмехнулся он, поддерживая ее за локоть. – Объясню, не вопрос. Но чуть позже. Я отбросил в расчетах некие критерии, сочтя их несущественными. А оказалось… Короче, нужно перестроить матрицу заново.

Погода была странной: ветер то налетал колючим шквалом, то нежно гладил по волосам. С неба упало несколько крупных капель, потом вдруг выглянуло яркое солнышко. Но прошло буквально несколько минут, и вновь набежали тучи.

- Издеваешься?! - фыркнула Галина. – Будто ты не знал, что у Павла подключено ЭДО, а печати на Катунь он не берет?

- А, ты про это... - улыбнулся Аллигатор. - Конечно, знал.

- И зачем было нужно это липовое подписание?!

Они неспешно брели по тротуару мимо оригинальной клумбы с подсветкой в форме часов, мимо кованного заборчика под старину, мимо...

- Не понимаешь, что ли? – вполне натурально удивился он. И, поймав ее взгляд, пояснил:

- Договора, печати, подписи - десятое дело. Раньше купцы давали слово, и этого было достаточно. Личный контакт важен, общение, доверие. Ребята через Москву летели... Разве неправильно проявить уважение, встретиться, поговорить вживую?

- Наверное, правильно... - осторожно согласилась Галина. - А я тебе зачем понадобилась?

- Познакомить вас хотел.

- Для чего?

- Для того! - рассмеялся он. - Галка, да что с тобой такое? Серьезные парни, на госконтрактах сидят, связи в Москве солидные. И просто - отличные ребята! Вдруг ты завтра захочешь свое дело открыть? Для главбуха такое знакомство тоже не помешает.

- И в качестве кого ты меня им представил?

- В качестве человека, которому доверяю. Остальное просто дружеский треп.

Они обошли здание с другой стороны и остановились возле трамвайной остановки. Галина невольно уткнулась взглядом в бывший купеческий особняк.

Отсюда дом выглядел еще привлекательнее. Хоть и видно было, что он не раз перестраивался и реставрировался, сохранились некоторые элементы первоначального облика: колонны, украшенные лепными виноградными листьями, изящные балкончики.

- Спасибо, Олег! - задумчиво проговорила Галина, разглядывая мраморных ангелочков под самой крышей. - Если это правда, конечно.

- Правда. Я прямо никогда не вру, рассказывал уже вроде. Не всю правду говорю — это да. Но кто ее знает, всю правду? Разве что там...

Он указал глазами на затянутое тучами небо, затем проследил за ее взглядом и улыбнулся:

- Нравится особнячок?

- Да.

- Мое родовое гнездо, можно сказать. Правда, я здесь сам сегодня впервые. Забавно совпало, скажи?

- Твое...? Ты...? - Галина развернулась и изумленно посмотрела на Аллигатора. - Прикалываешься?!

- Нет. Действительно, это дом моего прапрадеда, известного купца Игнатия Светлова. А я на сегодня его единственный наследник. По женской линии, правда, моя прабабушка - его дочь. Но по прямой мужской линии вообще никого не осталось.

Аллигатор взял Галину за руку и провел еще немного вперед, ближе к забору:

- Отсюда взгляни. Интересный проект – из-за пристроенного флигеля кажется, что у здания пять углов.

«Пять углов!! – автоматом активировался скилл «дочь филолога»: - Прости, Вася, я все-таки полезла на штурм Пентагона! У каждого он свой. Хотя нет, сегодня я не нападаю, а обороняюсь. И никто меня не прикрывает».

*Пентагон – пятиугольник*

- Значит, ты из купеческого сословия? – вслух произнесла она.

- В некотором роде, - улыбнулся Аллигатор. - По крайней мере, слово держать умею.

“А Олег неспроста взял фамилию Светлов! - вдруг поняла Галина, осторожно разглядывая его из-под ресниц. — Не для благозвучности «никнейма», как Толя предположил. Это имя предка, рода с которым он себя ассоциирует”.

- Олег, а ты не жалеешь, - неожиданно вырвалось у нее. - Что в России нет законов, как в Латвии, например? Когда старинное имущество возвращают законным наследникам? Представляешь, сейчас этот дом был бы твоим...

- Реституция? Нет, не жалею. Жалеть о чем-либо – нерационально, та вода уже утекла. Но признавать ошибки и просить прощения - да, могу. Хоть иногда это бывает слишком поздно.

- Уж не хочешь ли ты... - язвительно начала Галина, но он понял и сам подхватил ее фразу:

- Извиниться за утреннее поведение? Да, хочу. Но пока не буду.

- Это еще почему?!

- Потому что чувствую, что еще рано. Я уже потом, сразу за все, одним махом.

Олег поймал ее совершенно обалдевший взгляд и пояснил весело:

- Как истинный коммерсант - оптом дешевле!

К остановке, звеня и сверкая огнями, подкатил новенький трамвай - хайтековый и прозрачный.

- Галка, гляди, какой звездолет! – с поистине детским азартом воскликнул Аллигатор и ухватил Галину за рукав пиджака. – Сто лет на трамвае не катался!

- Я тоже, - согласилась она. И это прозвучало неожиданно грустно.

- Поехали! – обрадовался он и потянул ее в сторону остановки.

- Никуда я с тобой не поеду! – твердо произнесла Галина и осторожно высвободила рукав. – Спасибо за экскурсию и приятное общение, но сейчас вызову такси и домой.

- А я никуда и не приглашаю. Где взял, туда и верну. Пока товар не доставлен до склада – риски транспортировки на мне.

- DDP? – рассмеялась Галина.

Аллигатор с довольным видом кивнул.

*DDP (англ. delivered duty paid) – условия поставки из Инкотермс. Товар доставляется заказчику в место назначения, указанное в договоре, очищенный от всех таможенных пошлин и рисков*

- Но не хочу тебя напрягать, - продолжила она уже серьезным тоном. – Прекрасно доберусь сама.

- Ты не напрягаешь! На сегодня я совершенно свободен, – наградил он фирменной крокодильей улыбкой. – Желаю прокатиться на трамвае, как и ты. Неужели боишься побыть рядом со мной даже в общественном транспорте? Настолько не уверена в себе? Точнее, в чувствах к своему лже-женатику?

Хайтековый трамвай открыл двери, высаживая пассажиров. С неба брызнуло несколько редких капель, оставляя на стеклах блестящие, бегущие вниз дорожки.

- Не боюсь и уверена! – фыркнула Галина и гордо задрала подбородок. - Но это не мой номер.

- Не вопрос, подождем другой!

- Я не такая, я жду трамвая! - само собой пришло ей на язык.

- Знаю. А если я не такой, то...

Аллигатор задумался на миг, стряхнул упавшую на нос дождинку и выдал со смехом:

- Ждет меня запой? Как-то не очень оптимистично!

- Не такой быть проще, чем не таким? – в тон переспросила Галина.

- Истинная правда, - неожиданно серьезно согласился он. - Нам нетаковость дороже обходится.

“Не тот” трамвай сорвался с места и, набирая вторую космическую, помчался куда-то в далекую даль. Но следом за ним к остановке подкатил следующий. Этот, на удивление, был полной противоположностью предыдущему: желто-красный, пузатенький, он будил воспоминания о первом курсе, или даже о далеком детстве.

- Ого! Ретро-экземпляр! - изумился Аллигатор. - Думал, такие уже на линию и не выпускают!

Галина посмотрела на трамвай и опять почувствовала укол грусти. Воспоминания налетели легким ветерком, треплющим на столбе обрывки уже неактуальных объявлений и рекламных постеров.

- Сколько же мне было тогда? – вырвалось у нее вслух. - Пять или четыре? Когда с папой первый раз приехала в Москву и каталась на настоящем трамвае? Как раз таких пузатеньких и любила - у них глаза добрые! У каждой машины, автобуса, трамвая есть свое выражение “лица” - иногда свирепое, чаще безразличное, а у этого красно-желтенького трамвайчика оно милое, простодушное и ласковое.

Галина вдруг осознала, что именно несет, и застенчиво умолкла. Но Аллигатор не стал ни подкалывать, ни смеяться. Просто встретился взглядом. И в его голубых глазах снова было это… то, что невозможно вынести.

- Поехали, поностальгируем! – решительно заявил он и взял за руку.

- Но это опять не мой номер! Не подходит.

- Наоборот, именно этот и подходит! - Олег уверенно повел ее к трамваю. - Проедем несколько остановок, потом перейдем через парк на другую линию. Так даже быстрее выйдет.

И Галина почему-то подчинилась.

Они запрыгнули на подножку и встали сзади у окна. Салон был полупустым, на задней же площадке кроме них вообще никого не было.

- Галка, а ты когда-нибудь каталась на колбасе? На сцепке трамвая в смысле? - неожиданно спросил Аллигатор.

- Нет, конечно! - рассмеялась Галина. - Я не беспредельщица. И у нас в городе нет трамваев. А ты катался?

- Само собой! - беззаботно признался он. - В Питере. Много раз. А ты совсем-совсем пай-девочкой была?

- Не совсем. У нас недалеко от дома железная дорога, мы с мальчишками клали на рельсы монетку - расплющивало на раз. Еще лазили ночью через забор на старое кладбище — это было посвящение в охотники на вампиров. И из шприца с балкона брызгались.

- Красотка! - со смехом оценил Аллигатор. - Про кладбище особенно доставило! И не боялась?

- Вампиров? Нет, я в них не верю. А вот местных алкашей - да! Мы им нечаянно в кустах бутыль самогона разбили... Реально жуть была, еле ноги унесли!

Аллигатор опять рассмеялся. Он стоял совсем близко, но не прижимался и не лез с объятьями, и с ним таким было удивительно легко и хорошо. Не так, как с Васькой – без бешеного стука сердец, без горячих волн по телу. Но тоже – хорошо. По-другому.

“С Олегом интересно! - пришел из глубины души ответ. - В нем столько всего намешано: бывший малолетний бандит, экстремал, бизнесмен, юморист, философ... теперь еще и наследник известного купеческого рода. Это как ребус или задачка со звездочкой - так и тянет докопаться до самой сути. И все-таки жаль, что он не хочет дружить”.

- Олег, а где ты настоящий? - неожиданно вырвалось у Галины. - Я за сегодня столько твоих личин увидела, что уже в них запуталась.

- Я везде настоящий! - гордо заявил он, пряча в глубине глаз смешинку. - Можешь потрогать!

Но потом поймал ее взгляд и продолжил уже серьезным тоном:

- Личина - это маска, верно? Нет, я не притворяюсь. Тут больше подходит слово проекция. То, что ты видела - проекции моего внутреннего я. На разные плоскости и в разных системах координат.

Тем временем трамвай остановился где-то посреди зеленого массива: с левой и с правой стороны простирался старый, но ухоженный парк.

- Выходим! - спохватился Аллигатор, и они побежали к выходу.

В парке было хорошо. Капризная погода сделала очередной финт ушами и теперь дарила миру мягкое, по-летнему теплое предвечерье.

Народу, несмотря на выходной день, было немного. По аллейке шкандыбал отряд бабуль с палками, похожими на лыжные, - поклонниц скандинавской ходьбы. Пара малолеток с визгом заворачивала виражи на гиро-скутерах. Задумчивый дядька в пестрой рубашке с таким же задумчивого вида пятнистым бульдогом неторопливо и скрупулезно обходили близлежащие кусты.

“Наверное, людей отпугнули пасмурность и ветер! - подумала Галина, шагая рядом с Олегом по аккуратной дорожке. - А сам парк просто чудо: идеально ровная плитка, на каждом шагу удобные скамейки и обязательные урны, многоярусные дизайнерские клумбы, под навесом - качели и гамаки, рядом площадка с тренажерами. И фонари уже включили. А на столбе табличка со значком бесплатного вай-фая. Цивилизация в лучшем смысле этого слова!”

Но Аллигатор, мягко поддерживая под локоть, увлекал все дальше и дальше, вглубь, где шелестели старые деревья, давно не видевшие обрезки, где не горели фонари, где...

Неожиданно дорожку перегородила бело-красная лента. Но Олег, не смущаясь ни секунды, нырнул под нее и протянул Галине руку.

- Олег, ты что? - растерялась она. - Туда нельзя, не видишь разве - опасная зона, ведутся ремонтные работы!

И указала глазам на вкопанную в углу заросшего газона табличку с соответствующей информацией.

- Не опаснее, чем насморк! - усмехнулся Аллигатор. - Тот тоже может сам пройти за три дня, а может перерасти в тяжелый хронический гайморит. Пойдем, покажу кое-что.

И Галина опять почему-то подчинилась.

Эта часть парка была полной противоположностью предыдущей. Старая, местами битая плитка была содрана и лежала неровными кучками вдоль дороги. Сама дорожка с многочисленными рельефными отпечатками гусениц невольно вызывала в голове словосочетание «Курская дуга». Крупные комья земли засохли, превратившись в камень, отчего идти было чрезвычайно трудно - будто прыгать по кочкам через болото.

“Хорошо хоть туфли на низком ходу надела”, - похвалила себя Галина.

Аллигатор посмотрел на нее и крепко взял под руку, поддерживая и, словно, поводырь, выводя на самые удобные участки. Нестриженые кусты бессовестно выпирались острыми ветками на тропинку, намереваясь хлестнуть по ногам.

Олег ловко отпинывал их ботинком и загадочно улыбался. На заброшенной клумбе, заросшей устюками и репейником, цвела чайная роза. Правда, цветы были выродившимися и оттого мелкими, но все равно распространяли в воздухе тот самый, неповторимый аромат.

- Далеко еще? - жалобно уточнила Галина, крепко цепляясь за его руку.

- Нет. Пришли.

Они как-раз вывернули из-за поворота дорожки и остановились у небольшого пруда с перекинутым через него изящным деревянным мостиком, вызывающим ассоциации то ли с Венецией, то ли с Японией.

Правда, пруд был обмелевшим и заросшим зеленой тиной. Из воды торчали упавшие с дерева ветки и кривые прутья арматуры. На мосту же не хватало несколько досок, перила были погнуты и увешены какими-то ржавыми замками и грязными тряпками. Под ними грелись в лучах клонившегося к закату солнышка две жирные жабы. Завидев Галину с Аллигатором, они лениво соскользнули в воду.

Прямо перед прудом гордо высился указатель, сообщающий, что реконструкцию парка ведет ООО “Строй****”, а дата окончания работ - первое июня две тысячи такого-то года. Причем эта дата наступила уже три года назад.

- Что это? - Галина растерянно посмотрела на Аллигатора. - Куда ты меня привел?!

- Это место, где я принимаю решения, - невозмутимо сообщил он и сам отпустил ее руку. И даже отошел на шаг в сторону: - И по бизнесу и … вообще.

- Олег, ты псих?!

- Конечно, псих! – он осмотрел себя со всех сторон и ловко отцепил с джинсов налипший репей. - Еще и какой. Но можешь не бояться - я социально неопасный псих. А для тебя и вовсе - безобидный. Просто чувствую вину, что утром прервал твои размышления. И решил помочь.

- В чем?!

- В погружении на дно тонких материй и раскопках глубинных смыслов. Здесь идеальное место, чтобы подумать обо всем, о чем ты хотела. Честно и без розовых очков.

- Может, я лучше это… традиционным путем? – просяще заглянула Галина в голубые насмешливые глаза. - Запишусь на прием к психоаналитику?

- Пустая трата времени и денег! – краешками губ улыбнулся Аллигатор. – Я пробовал, говорил уже вроде. Один «доктор» через три минуты признался, что у него диплом купленный, второй рыдал у меня на плече и жаловался на просроченные кредиты и жену-стерву, третий… Бррр!

- Думаю, дело не во врачах! – наградила его Галина понимающим взглядом. – А в тебе. Доктору нужно доверять, признавать авторитет, слушаться, а ты давишь, как танк!

- Кто бы говорил. Мне до тебя далеко. И именно поэтому никакие психоаналитики в твоем случае не помогут. Хотя…

Аллигатор вдруг рассмеялся – задорно, совсем по-мальчишески:

- Галка, напомни, ты в универе на каком факультете училась?

- Учета и аудита, - изумленно призналась она. - А причем тут...

- А я на факультете экономического анализа! - воодушевленно перебил он. - Так что перед тобой дипломированный аналитик. И при этом псих. Добро пожаловать! Кабинет психа-аналитика к твоим услугам!

Глава 51. В голове моей…

Если я чешу в затылке - не беда! В голове моей опилки - да, да, да!

(Борис Заходер, из м/ф «Винни Пух»)

Галина осторожно оглянулась вокруг. Солнце уже наполовину спряталось за деревьями. Со дна пруда поднимались и лопались крупные зеленовато-белые пузыри. Неподалеку в ветвях дерева отчаянно разорялась сорока.

На душе было непонятно.

Конечно, нет ничего предосудительного в прогулках по парку. Тем более с приятным, интересным тебе человеком. Олегу Галина доверяла и интуитивно понимала, что до грубого беспредела он не опустится. Просто не по тем делам – слишком сноб, эстет и самовлюбленный лентяй.

«То, что с Аллигатором не будет “плохого” – понятно, - вздохнула про себя она. - А вот до “ничего хорошего” можно и догуляться».

- Олег, а почему именно это место? – вслух поинтересовалась Галина. - У тебя с ним что-то связано?

- Я жил неподалеку отсюда. Десять лет назад, когда только перебрался в Москву. И каждое утро ходил через этот парк на трамвайную остановку, чтобы ехать на работу. Здесь все было совсем не так, как сейчас, наоборот.

Аллигатор подошел к столбу с безбожно врущей табличкой и пнул его ногой. Оттуда посыпалась пыль, и свалилось несколько желто-коричневых улиток:

- Дорожки были аккуратными. Да, плитка кое-где потрескалась и сквозь нее пробивалась трава, но это совершенно не мешало. По старым деревьям бегали ручные белки, на клумбах цвели розы. Пруд был шире, в нем жили лебеди. И мостик этот...

Аллигатор скользнул взглядом по грязным перилам и улыбнулся:

- Сюда постоянно приезжали свадьбы. Фотки получались просто отпадные - то ли кантри пейзаж, то ли старая Европа. Знаешь традицию вешать на мост замок, а ключ выбрасывать в воду?

- Нет... – Галина пыталась мысленно воссоздать прежний вид этого места. Действительно, получалось красиво и романтично.

- Символ нерушимости клятв и вечной верности! - хохотнул он, оторвал со столба еще одну улитку и забросил в кусты: - И это при том, что у нас по статистике восемьдесят процентов разводов! А вон те безобразные тряпки — это свадебные ленты. Эпично?

- Достойная иллюстрация, - осторожно согласилась Галина. - К выражению “ничто не вечно под луной”.

- Угу. Потом нечаянно попал сюда несколько лет назад - загнал тачилу на сервис и решил прогуляться по “местам боевой славы”. И созерцание этого пруда удержало от влезания в одну невероятно рискованную финансовую авантюру. Для таких, как я, которым все по уху, и кто привык ломать мир через колено, нужно...

Аллигатор запнулся и посмотрел Галине в глаза:

- Когда собираешься вложиться во что-то, неважно чем - деньгами, личным временем, душевной энергией, обычно предполагаешь, что все будет просто зашибись. Разбогатеешь, достигнешь немыслимых карьерных высот, будешь счастлив... И ничего для этого не жалко, само собой.

Он присел на корточки, поднял с земли плоский камень и ловким движением запустил его вскользь по поверхности пруда.

Шлеп-шлеп-шлеп! Распугав жаб, попрыгал камешек.

“Печь блинчики” - любимая игра детства.

Галина посмотрела под ноги, но подходящего для этой забавы камня не увидела.

- А нужно не так, - продолжил Аллигатор, поднимаясь. - Когда принимаешь решение, следует представлять наихудший вариант: что партнеры подведут, клятвы заржавеют, прекрасные материи станут рваным тряпьем, а лебеди превратятся в жаб. Если при этом понимаешь, что оно того стоит, то да. А иначе нехрен парить мозги. И себе и людям.

Галина стояла молча и растерянно смотрела на него. Конечно, Аллигатор был прав. Но для нее такой метод выглядел уж слишком циничным.

“Я привыкла во всем видеть лучшее, - признала она. - И доверять людям, пока они явно не подставят и не предадут. Проще потом разочароваться, чем изначально предполагать в ком-то или в чем-то откровенные гадости”,

- И часто ты бываешь здесь?

- Частенько. Русский бизнес - как русская рулетка. Не знаешь, когда и откуда прилетит. И... - Аллигатор сделал паузу. - Вчера тоже заезжал.

- И как, принял решение?

- Да, - загадочно улыбнулся он. - И, вроде вполне логическое и рациональное. Но, знаешь, это как регрессионный анализ - когда по отдельным точкам пытаешься вычислить формулу зависимости.

*В регрессионном анализе рассматривается односторонняя зависимость зависимой переменной Y от независимой переменной X*

Он опять посмотрел ей в глаза - долго, не отрываясь:

- Что зависимость есть, я понимал. Но полагал - она линейная. А внезапно все поперло по экспоненте... Короче, мне тоже нужно подумать.

Галина скользнула взглядом по развесистым кленам, сквозь ветви которых просвечивала солнечная верхушка, будто деревья надели красно-оранжевую корону, по зеленой глади пруда, по…

«А впрочем, отчего и не воспользоваться советом? – пришло в голову спокойно-практичное. – Я тоже выбираю для размышлений уединенные места. Не такие экстравагантные, конечно. Но и этот пейзаж прекрасно подходит для погружения в себя».

- Прогуляюсь по кольцевой тропинке, - понял ее Аллигатор, указывая глазами туда, за царственные деревья. – Это близко, но пруд с дорожки не видно.

И усмехнулся:

- Подсматривать не стану, думай спокойно о своем лже-женатике. Если он, конечно, существует. В чем я, если честно, сильно сомневаюсь.

- Конечно, существует! – обиделась Галина. – С чего ты взял?

- С того. Ты со мной… - Аллигатор бросил взгляд на смарт-браслет. – Уже почти шесть часов. Телефон твой у меня все время на глазах. И за это время он тебе ни разу не позвонил и не написал. А это значит, что либо ты его придумала, либо ему на тебя…

Он изобразил пошлый, но весьма красноречивый жест.

- Олег, ты что себе позволяешь! – возмутилась Галина. - Просто он вчера улетел за границу! В Германию!

- Вчера? – хмыкнул Аллигатор. – Да хоть на Альфу Центавру! Он ведь уже не в самолете? И молчит. Была бы ты ему нужна… Дурочка ты, Галка, и совсем не знаешь мужчин.

- Он дал мне время! – грудью встала Галина на защиту Васьки. – На подумать! Так же, как и ты! Только не два дня, а десять!

- Стой! - изумленно выдохнул Аллигатор и схватил ее за рукав. – То есть, ты хочешь сказать… У вас еще ничего не было?!

- Было. Поцелуи.

- Тьфу ты… - он заложил руки за голову и сладко потянулся. – А я, наивный, забиваю себе мозги. Поцелуи в нашем возрасте – ни о чем. У нас с тобой, кстати, они тоже были. В машине, если вдруг запамятовала.

«Точно! - покраснев, вспомнила Галина. – Было. Правда, не поцелуи, а поцелуй. Один. Хотя какая, в общем, разница!»

- Но ты думай, думай, - с рептилоидной нежностью проговорил Аллигатор. – Мешать не буду, раз обещал.

Он развернулся и, ловко прыгая по кочкам, скрылся в глубине парка.

Неподалеку от кустов лежал ствол поваленного дерева – сухой, с обломанными ветками, и уже изрядно почерневший от времени.

Галина провела по нему ладонью – вроде не мажется – и уселась, обхватив голову руками.

Было тихо. Сплетница-сорока убралась восвояси, ветер почти улегся, лишь время от времени нежно ерошил листву. Аромат чайной розы мешался с запахом болотной затхлости.

«Кажется, доигралась! - удрученно признала Галина, наблюдая, как мимо ее туфли мчится отчаянный муравьишка. Солнышко скроется, муравейник закроется… – Аллигатор намерен воевать всерьез. А у меня, как в РПГ-шке – «вашего ХП недостаточно для активации боевого режима!» Придется как-то по-тихому линять в тень».

Тут она вспомнила, что думать собиралась вовсе не про Аллигатора, а про Ваську. Но почему-то не получалось. Каким-то далеким он был. И непонятным. Чувства никуда не делись, но казались сейчас наивной влюбленностью школьницы в популярного артиста: сама придумала, сама поверила.

«И вправду, второй день молчит! - всплыло в голове предательское. – Характер показывает? Или поостыл и при здравом рассуждении решил, что я ему такая и даром не нужна? И даже не могу предсказать логику Васькиных поступков, потому что толком ничего про него не знаю! Вася – хороший парень, и меня к нему дико влечет. Все».

Взгляд сам собой уткнулся в тропинку, где за зарослями лохматых кустарников несколько минут назад скрылся Аллигатор:

«Зато про Олега узнаю все больше и больше! И все это удивительно приходится в тему, отзывается в душе близкими и понятными образами: детские проказы, экстремальные увлечения, профессиональные термины и приколы, любовь к аналитике и самокопанию и даже «трамвайная» ностальгия…Только холодный он – точно что аллигатор. И циник. Невозможный».

Галина вдруг почувствовала, что сидеть некомфортно. Навалившийся ворох мыслей требовал деятельной нагрузки. Она встала и быстрым шагом отправилась обходить пруд: продралась сквозь заросли осоки, наступила на брошенный кем-то пластиковый стаканчик и поднялась на мост.

Доски под ногами скрипнули и зашатались, заставляя двумя руками ухватиться за перила.

- Как же достал весь этот бардак! – прошипела Галина.

В груди кипела злость – на Олега, Ваську, ситуацию в целом… Хотя нет – на себя. Исключительно и безапелляционно.

– Реально достал! – сквозь зубы повторила она. - И внешний, и внутренний! Но внешний, он как раз и есть отражение внутреннего! Проекция, ешкин кот, Олег прав. Но хватит. Пора с этим заканчивать.

- Кхе-кхе… - отозвалась жаба из-под моста.

Но Галина не обратила на это никакого внимания. Вглядываясь в зеленую жижу пруда, словно в глубины собственного я, она задала вопрос:

«Быстро отвечай, дурища, зачем придумала, что у Васьки жена и двое детей?!»

«Потому что у Дениса все именно так! - ехидно ответил внутренний голос. – А ты боишься повторения той истории. Она тебе слишком дорого обошлась».

«В смысле?! – Галина переступила с ноги на ногу и поправила съезжающую с плеча сумочку. – Что я между Денисом и универом выбрала универ? А сейчас между чем выбор – между семьей и карьерой что ли? И мне, получается, дороже карьера? Я – долбанная эгоистка и карьеристка, которой вообще никто не нужен? Так, да?!»

Но внутреннее «я» ответить не успело. Потому что во внешнем мире внезапно что-то плюхнулось на ногу – липкое, холодное, мерзкое. На туфлю уселась огромная пучеглазая жаба и изумленно вытаращилась на Галину.

Галина жаб и лягушек не боялась, и в детстве ловила с мальчишками головастиков, но сейчас…

- А-а-а! – вырвался у нее то ли испуг, то ли возмущение грубым и неожиданным вторжением реальности в виртуальные умопостроения.

Галина дернулась, взмахнув руками, и сбросила с туфли непрошенную гостью обратно в воду. Хендмейдовская сумочка из светло-коричневой кожи слетела с плеча и плюхнулась вслед за земноводной – аккуратно в центр пруда, между торчащей над поверхностью железякой и заиленной веткой дерева.

«Мамочки! – похолодело все внутри. – Там же паспорт!!»

Галина перегнулась через перила и посмотрела вниз:

«Нет, отсюда не достать – высоко!»

Она сбежала с мостика и подошла к краю воды. Сумочка безмятежно качалась на зеленой глади, как суровый фрегат на просторах океана. Галина оглянулась в поисках длинной палки-шеста, но ничего подходящего рядом не наблюдалось.

«Придется лезть в воду, - поняла она. – Пруд обмелевший, заиленный, скорее всего, его можно пройти вброд».

Галина задрала сарафанчик как можно выше, так, что его нижний край еле-еле прикрывал трусики, и осторожно попробовала воду ногой. Та оказалась теплой, почти горячей и какой-то липкой.

- Купаться надумала что ли? – раздался прямо за спиной задумчивый голос. – Не советую. Здесь глубина в мой рост, если не больше, на дне острые железки и битое стекло.

Галина резко обернулась. Аллигатор стоял совсем близко и бесцеремонно разглядывал ее ноги.

«А у меня они белые, словно у утопленницы, - с ужасом подумала она. – Разгар лета, а я еще ни разу не загорала! И на бедрах целлюлит. Жуткий!»

И, покраснев, немного опустила подол сарафана.

- У меня сумка в пруд упала, - не решаясь со стыда встретиться взглядом с Аллигатором, жалобным голосом призналась она. – С паспортом.

- Оригинальничаешь? – хмыкнул он, еще на миг задерживая взгляд на ее коленях. – По традиции его перед ЗАГСом жевать нужно, а ты утопить решила.

- Олег, не смешно!! Сейчас сумка намокнет, и документ вместе с ней. Пока еще восстановишь! А мне он по работе каждый день нужен.

Галина наконец-то посмотрела ему в глаза и пробормотала:

- Отвернись, пожалуйста, я сплаваю.

- Сама? – Аллигатор наклонил голову, оценивающе окидывая ее взглядом с головы до ног. – Неужели и впрямь – феминистка? А меня попросить – не?

- А оно тебе надо?! – натурально удивилась Галина. – Сама протупила, самой и разгребать. К тому же, ты коммерсант, везде выгоду ищешь. Сразу начнешь свое: «А что мне за это будет?» Нет уж, самой оно проще.

- Вот блин… - пробормотал Аллигатор и шагнул навстречу. Его ладони коснулись ее плечей, но он тут же отдернул их, словно от горячей сковородки. – Ничего мне от тебя не надо. Совсем. Понятно?

- Правда?

- Да, - уверенно согласился он. Потом вдруг мотнул головой и отступил назад: - Нет. Галка, не доставай, а? Просто отвернись и помолчи пять минут.

Галина почувствовала к нему искреннюю благодарность и действительно хотела послушаться, но вдруг утро вспомнилось во всей красе.

- Олег! Ты же у нас без комплексов! - само собой вырвалось у нее, да еще таким ехидным тоном, будто кто-то намазал губы змеиным ядом: - И без тормозов. Неужели стесняешься?

И осознав, что именно она ляпнула, кому, и в какой обстановке, испуганно захлопнула рот.

Но Аллигатор почему-то не подхватил подачу, не съязвил, не…

- Да, - спокойно согласился он. – Стесняюсь. С тобой особенно. И больше слушай меня на такие-всякие темы, я тебе еще и не то расскажу.

Галина смотрела на него во все глаза. Эта проекция была непохожей ни на что:

- Ты же вроде не врешь?

- Не вру. Но иногда можно так сказать правду, что соврать было бы в сто раз честнее.

Аллигатор повернул голову и встретился взглядом с Галиной. И что-то было в его глазах, что пробрало до самой глубины.

- Обычный я, - осторожно улыбнулся он. – Скучный, как ты сказала. И такого дурацкого дня у меня еще не было. Галка, будь человеком! Дай спокойно достать твою долбанную сумку.

Галина, не говоря больше ни слова, повернулась к Аллигатору спиной.

Солнце уже село, и последние лучи царапали опять набежавшие неведомо откуда светло-серые облака. Немедленно проснувшийся ветер пробрал холодом босые ноги и принес от пруда запах промозглой сырости.

«Ну и денек сегодня! – растерянно думала Галина, наблюдая, как на парк ложатся первые сумерки. – То тишь, то дует, словно в аэродинамической трубе, то солнышко, то пасмурно и дождь накрапывает. Швыряет бедную погоду из стороны в сторону, никак не определится, какая она на самом деле. Точь-в-точь, как Олег. У этого тоже семь пятниц… проекций, и не на неделе, а в день. А последняя и вовсе выбила из колеи напрочь».

За спиной слышался шорох снимаемой одежды, потом осторожный плеск воды. Вдруг раздался металлический лязг, и Аллигатор негромко выругался.

- Олег, что там? – взволнованно спросила Галина, честно стоя на месте. – Не достал?

- Достал, - каким-то странным голосом отозвался он. – Жди, сейчас отдам.

Опять донеслось хлюпанье, потом странная возня на берегу.

- Проверяй, - наконец произнес голос совсем рядом. – Надеюсь, не намок.

Галина развернулась. Аллигатор протягивал ей сумку, держа ее в правой руке. На нем были джинсы и даже застегнутые, правда, сидели они как-то криво, и левая штанина выглядела изрядно перемазанной в тине.

Рубашку он не надел, что давало возможность от души полюбоваться великолепными рельефами мускулатуры. Но было не до того. Левой рукой Аллигатор зажимал на правом плече длинную рваную царапину. Из-под ладони медленно сочилась кровь.

- Олег! – испугалась Галина. – Что с тобой?!

- Ерунда, - отмахнулся он. – Об железку слегка ободрался. Паспорт смотри скорее.

Галина послушно открыла сумочку.

- Все в порядке, - минуту спустя отозвалась она. – Вода не успела до него добраться.

- Отлично! – краешками губ улыбнулся он и указал глазами на правое плечо. – Поможешь перевязать? А то самому неудобно.

- Да, конечно! – засуетилась Галина, подскакивая к нему. – Ой, прости… забыла спасибо сказать! И… мне так стыдно, что из-за меня… Тебе очень больно, да? Мамочки, столько крови… А чем перевязывать?!

- Галка, не смотри на меня так! – подавился смехом Аллигатор. – Помирать у меня сегодня в графике не запланировано. Ничего страшного в царапине нет, но где-то сосуд зацепил, надо замотать, чтоб не кровило. А то из транспорта выгонят. Бандану бери, должна подойти вместо бинта.

Он нагнулся, и Галина осторожно провела ладонями по его голове, ища завязку головного убора.

Аллигатор вздохнул и закрыл глаза.

Бережно скользя пальцами, она развязала узелки и сняла бандану.

- Хорошие у тебя руки, - почти нежно признался он. – Теплые, и напряжение с головы снимают. Может, пойдешь на курсы массажа? Вдруг талант?

«Угу, - язвительно подумала Галина. – И еще пранкера. И переговорщика. Куча талантов, только сама при этом дура дурой!»

- Покажи рану, - вслух произнесла она.

Аллигатор медленно убрал левую руку от плеча. Царапина выглядела неглубокой, но в сумерках рассмотреть хорошо не представлялось возможным. И кровь останавливаться никак не желала.

- Продезинфицировать нужно! - поняла Галина. – Прутья ржавые, не хватало еще, чтобы какая-нибудь зараза попала! Мне папа в детстве разбитые коленки сразу спиртом заливал. Говорил, что это даже лучше, чем перекись. Хотя щиплет ужас как!

- Спирт с собой не ношу, - загадочно усмехнулся Аллигатор. – Но не помешал бы – мозги продезинфицировать. Изнутри. Похоже, в них тоже… что-то попало. И даже уже не щиплет – дерет по-взрослому.

Галина отмахнулась от его намеков и достала из сумки косметичку:

- У меня духи есть, немного осталось, правда, но хоть так…

Она вытащила заветный пузырек и раскрутила пробку. Духи были любимыми и жутко дорогими, но рука не дрогнула.

- Брррр! – поморщился Аллигатор.

- Больно?

- Не, но воняет – жуть! А мне ведь нравился запах твоих духов – нежный аромат весеннего луга. Но когда их много - просто трэш.

Галина понимающе улыбнулась.

Наконец, повязка была наложена, рубашка надета, и Галина с Аллигатором осторожно побрели по тропинке к выходу из заброшенной части парка. Возвращение в лоно цивилизации показалось невероятно приятным и долгожданным:

«Нет, у пруда тоже по-своему красиво и даже экстремально! Но когда дорога ровная, фонари горят и даже вай фай… Во всем есть свои позитивные моменты!»

Аллигатор продолжал пребывать в своей последней проекции – тихой задумчивости и даже отрешенности, и это было настолько необычно, что Галине казалось, что рядом с ней и не он вовсе, а какой-то другой человек, просто очень похожий внешне.

Но когда в цивилизованной части парка она попробовала осторожно выпустить его руку, Аллигатор лишь мотнул головой и наоборот – переплел пальцы.

Галине было стыдно за сумочку, точнее за его рану, и она, стиснув зубы, позволила это.

- Олег, ты такси вызовешь? Или давай я.

- Нет, - мотнул он головой. - Мы же с тобой сегодня по трамваям, забыла? Тем более, уже пришли.

Они действительно вышли к трамвайной остановке, но на другой стороне парка. Галина бросила на Аллигатора незаметный взгляд:

«Он ведет себя на редкость странно, и этим заражает меня. Ментальный вирус какой-то! И, что самое дикое, - в происходящем чувствуется логика. Четкая логическая цепочка, или даже две – несущиеся навстречу друг другу. Но я пока не могу их отследить».

- Хорошо, - не стала спорить Галина. – Но давай, правда, – по домам. Ты в свою сторону, я в свою.

- Самый разумный вариант, - помолчав минуту, согласился он. – Но сегодня до жути странный день. Трансцендентный просто. Мне будет спокойнее, если увижу, как ты входишь в свой подъезд.

* Трансценде́нтный — принципиально недоступный опытному познанию, выходящий за пределы чувственного опыта. В широком смысле трансцендентное понимается как «потустороннее» — то, что находится «по ту сторону» человеческого бытия*

И Галина, уже в который раз за сегодня, подчинилась. Сама не понимая почему. Да и думать об этом не хотелось.

Небо опять прохудилось, но нужный трамвай подкатил практически сразу. Он не был ни космолетом из будущего, ни ретро-экспонатом из прошлого - самый обычный, ничем не примечательный городской транспорт.

Они вновь встали у окна на задней площадке и несколько минут молча наблюдали, как убегают вдаль мокрые от дождя рельсы.

- Хоть не зря все? – не поворачивая головы, осторожно спросил Аллигатор. – Удалось отыскать ключик к собственному «я»?

- Удалось, - фыркнула Галина. – А ларчик просто открывался! Я обычная карьеристка, эгоистка, пофигистка… И плевать мне на всех, кроме себя непревзойденной. Мария Величко – мое второе имя!

- Украинка? – еле заметно улыбнулся он. – У меня тоже бабушка родом из Чернигова. Но я знаю этот прикол. Мания величия?

- Да.

Он опять помолчал, глядя на стекающие по стеклу капли дождя:

- Нет. Не похоже. Может, где-то слегка… но нет. Видал я многих и карьеристок, и эгоисток. Не то. В тебе, Галя, в твоей внутренней основе, есть нечто, выбивающее мозги на асфальт.

«Автомат Калашникова!» – язвительно подумала Галина.

Но вслух это произносить не стала. Олег явно не разбирался в компьютерных стрелялках. А долгих объяснений не хотелось.

- Значит, не докопалась, - резюмировал он. – Жаль.

- А ты докопался? – вдруг вспомнила Галина. – Говорил, тебе тоже нужно подумать?

- Нет, - устало признался он. – Кроме откровенного бреда ничего в голову не лезет. Похоже, моя задача вообще не имеет решения. По крайней мере, в этой системе координат. Или день сегодня такой.

И они опять оба замолчали.

И также в молчании вышли на нужной остановке. Дождь в очередной раз перестал, но погодным качелям уже никто не удивлялся.

Аллигатор подал Галине руку, помогая сойти с трамвайной подножки, и она с ужасом заметила, что весь правый рукав у него красный от крови.

- Олег! – испуганно произнесла она. – У тебя кровь! Не останавливается! Поехали в травмпункт?!

«Серьезный сосуд перебит, или свертываемость плохая, еще и продезинфицировали, как попало, и завязали, чем придется!» - вихрем пронеслось в голове.

Он лениво скосил взгляд на правое плечо и небрежно усмехнулся:

- Пустяки. Забей.

- Олег, пожалуйста! – Галина просительно заглянула ему в глаза. – Не хочешь со мной, езжай сам! Прямо сейчас…в больницу… Дай слово!

Аллигатор снова взял ее за руку и не спеша повел по тротуару под арку, в сторону дома:

- Даю слово, что ничего с этим делать не буду. Само пройдет.

- Заражение крови захотел?! – Галина возмущенно дернула его за локоть. - Ты хоть понимаешь, чем это может закончиться?

- Понимаю. Человеческая жизнь в принципе конечна. Раньше или позже – в масштабах вечности ничего не значит.

Он вдруг нагнулся к ее уху и прошептал весело и отрывисто:

- Или ищешь повод пригласить меня на кофе? Если так – этот подойдет. В твоем стиле: красиво и благородно. Исцеляла она смертельные раны героя – возлагала на голову руки и невидимым помазывала маслом. И по вере ее да воздастся ей!

- Олег!! Прекрати паясничать!! – окончательно разъярилась Галина и двинула его кулаком в здоровое плечо.

Как раз проходили мимо аптеки. Под зеленой неоновой надписью бегущая строка сообщала о текущих акциях.

«Высокоэффективный крем от целлюлита! – зазывали красные, плывущие влево буковки. – Всего за девятьсот девяносто девять рублей! Сохраните вашу красоту и молодость!»

«Надо купить, - печально согласилась Галина. – А то даже в заброшенный пруд с тиной лезть стыдно, не говоря уже про пляж. Но не сейчас же! А для перевязки у меня все есть».

– Хорошо, я приглашаю тебя на кофе! – твердо произнесла она вслух.

- Галка!! – чуть ли не простонал он куда-то ей в макушку, придвигаясь еще ближе: – Что ж ты дурочка-то такая! Ведешься на тупые разводки. От твоей глупости и я себя идиотом чувствую!

- Не волнуйся, Олежка! Все будет хорошо!

- Еще лучше! – откровенно заржал он. – По сценарию это я должен говорить! Или… Галка! «Хорошо» по-твоему – это хорошо-приятно, или хорошо-правильно?

- Не знаю, - не вдумываясь, отмахнулась Галина, стараясь вспомнить, чем лучше останавливать кровь. – Там разберемся.

Аллигатор вдруг шагнул вперед, схватил ее за плечи и развернул к себе.

- Ты что творишь, Галка? – его взгляд больше не был рассеянным, в глубине голубых глаз медленно разгоралось пламя. – Ты ведь поняла о чем я.

«Вулкан… на дне моря...» - возникла в голове ассоциация.

- Допустим, поняла. И что?

- Опять нарываешься?

- Нет, - тихо призналась Галина. - Чувствую ответственность за все, что происходит с тобой. И хочу поступить, как надо.

- Поступишь, - вздохнул Аллигатор и прижал ее к себе. – Только кто его знает, как оно надо на самом деле? Разве что там…

Он поднял глаза к уже совсем темному небу, где сквозь плотные тучи не было видно ни одной звезды.

Они стояли посредине тротуара, вызывая тихое возмущение редких прохожих, которым, чтобы миновать задумчивую парочку, требовалось выйти на проезжую часть.

Зеленые отблески неоновой вывески скользили по светлым волосам Аллигатора, делая его похожим на персонажа из онлайн-игры: то ли жреца Великого дерева, то ли эльфа, то ли мага природы.

- Прости меня, Галчонок, пожалуйста! – шептал Аллигатор, обжигая шею прерывистым дыханием. Нет, холодным он больше не был. Совсем-совсем: - Прости за сегодняшний день! За то, что было и за то, что будет. Я не со зла, просто…

- Знаю, - тихо соглашалась она, уткнувшись в его плечо: - Мне не за что тебя прощать. Я прочитала твои проекции.

- А я твои. Но ведь главного мы еще не видели?

Тут он бросил взгляд на аптеку и загадочно улыбнулся:

- Подожди минутку, возьму чего-нибудь к кофе. На всякий случай, кто ж знает, как оно пойдет?

- С чабрецом не бери, - в тон ему ответила Галина. – У меня на него аллергия.

- Знаю, что ты, как всегда, о другом, - осторожно рассмеялся Аллигатор. – Но мозги болят, нет сил решать ребусы. Скажи прямо, что должно быть без чабреца?

- Бальзам. Что-то я замерзла. А кофе с бальзамом помогает согреться.

- Хорошо, - спокойно согласился он. – Согреемся. Или бальзамом в кофе, или бальзамом на душу. Там разберемся.

Глава 52. Что такое хорошо и что такое плохо

Дождик босиком по земле прошёл, Клёны по плечам хлопал, Если ясный день - это хорошо, А когда наоборот - плохо.

(из м/ф «Кот Леопольд»)

Галина с Аллигатором вошли в подъезд. На душе было спокойно.

«Меня действительно волнует его рука, - подумала Галина. – Именно такие пофигисты и получают потом серьезные проблемы. Не первый год хожу в походы, насмотрелась всякого. И… День сегодня, правда, на редкость странный. Нужно оставить все странное и непонятное в этом дне. В завтра не тащить».

Аллигатор поймал ее взгляд и усмехнулся. Вроде бы и по-доброму, но снисходительно-снисходительно.

«У него на этот счет другое мнение, - признала Галина очевидное. – Но он хороший, Олег. А с хорошим человеком все должно выйти хорошо».

В квартире он покрутил замок, попробовал пальцем защелку и закрыл его на два оборота. Потом разулся и аккуратно поставил туфли на полку для обуви.

- Садись на диван, - улыбнулась Галина. – Будем тебя лечить.

Аллигатор послушно прошел в комнату.

Галина помыла руки и полезла в кухонный шкафчик, где хранился ее нехитрый набор лекарств. Но для перевязки действительно было все необходимое.

Когда она пришла с подносом, где ровными рядами возвышались упаковки бинтов и стерильной ваты, стояли бутылки с перекисью и зеленкой и лежали коробочки с лейкопластырем, Аллигатор сидел, лениво развалившись на диване, и клацал пультом телевизора, выискивая спортивные каналы.

- Олег, сними рубашку, пожалуйста! – попросила Галина, ставя поднос на стол.

- Я бы запросто, Галка, - совершенно невинно отозвался он, делая звук на телевизоре тише. – Но у меня правая почти не гнется.

Он демонстративно покрутил рукой из стороны в сторону. Действительно, перетянутая банданой, она практически не сгибалась:

- А одной левой неудобно. Поможешь?

- Да, конечно! – Галина села рядом на диване и начала осторожно расстегивать пуговицы на рубашке.

Но пальцы отчего-то слушались плохо. Пуговицы выскальзывали из них, застревая в петлях намертво.

«Что за ерунда со мной творится! – возмутилась про себя Галина. – Да, слегка замерзла. Но вроде руки не настолько задеревенели…»

Она подняла голову и встретилась взглядом с Аллигатором. В его глазах читалась легкая ирония, а еще он откровенно наслаждался процессом.

«Я его раздеваю! – вдруг дошло до Галины, заставляя отчаянно покраснеть. – Сама. А с Васькой еще этого не было! Пару раз скользнула ладонями под футболку… Оно как-то и не считается».

Аллигатор прочитал ее состояние, довольно улыбнулся и демонстративно прикрыл глаза.

«Издевается, гаденыш! – разозлилась Галина. – Но перевязать рану нужно. Ничего, как там Сонька говорила – я не женщина, а бухгалтер? И я здесь не женщина, а врач! Разберусь на три счета: раздену, обработаю и выставлю! Хотя нет, на четыре – еще и одеть нужно будет. А пофиг – сам оденется!»

Под злость дело пошло быстрее, пуговицы сдались, и рубашка сползла с плеч. Аллигатор продолжал сидеть с блаженным видом, не открывая глаз.

«Красивый он! – признала Галина, незаметно разглядывая Олега. – Спортивный, загорелый. А я все равно Ваську люблю! Но как тяжело, когда он не пишет и не звонит».

Она начала осторожно стаскивать рукав рубашки с больной руки Аллигатора, коснулась ладонью кожи… и вздрогнула от неожиданности. Словно огненной волной окатило! Даже не волной - на нее внезапно обрушился огромный кипящий шквал, снося все на своем пути, заливая с головой…

Галина с перепугу отдернула руку.

«Цунами, вызванное подводным вулканом! - промелькнула в голове ассоциация. И тут же мысли полились бурным потоком, перебивая друг друга: - Олег что – тоже может быть таким?! Чувственным, ярко отзывающимся на каждое прикосновение? Но раньше у него этого не наблюдалось! Сколько раз и обнимались, и перевязывала его сегодня у пруда».

Аллигатор открыл глаза и улыбнулся – загадочно-многозначительно.

«Он что – сам решает, когда показывать это, а когда нет? – вдруг с ужасом поняла она. – Настолько контролирует себя?! Или… Мамочки, да что за человек – загадка на загадке!»

Сцепив зубы, Галина вновь потянулась к его руке и начала осторожно разматывать пропитанную кровью бандану. Огненного шторма больше не было, и на том, как говорится, спасибо.

На удивление, рана выглядела вполне безобидно. Кровотечение прекратилось, края царапины стянулись друг к другу, сверху их покрывала аккуратная бордово-коричневая корочка.

- Я же сказал – ерунда! На мне, как на собаке, заживает, - лениво глянул на плечо Аллигатор и зевнул: – Никогда не гниет, не нарывает, само собой проходит. Бабушка говорила - у нашего рода кровь сильная. А в больнице объясняли все хорошим иммунитетом. Если бы не он – гарантированно б в ящик сыграл. Тогда, в семнадцать.

Галина изумленно покачала головой, но все-таки произвела необходимые манипуляции: облила перекисью, намазала края раны зеленкой, приложила пропитанный антисептиком бинт и аккуратно закрепила пластырем.

- Спасибо, Галчонок, - по крокодильи нежно улыбнулся Аллигатор. – Ты настоящая сестра милосердия! Надеюсь, твое милосердие на этом не оканчивается.

- Я… я кровь с рукава застираю! – смутилась Галина и, подхватив грязную рубашку, помчалась в ванную.

- Да-да, постирай, пожалуйста, - голосом законного супруга, прожившего в браке как минимум десять лет, отозвался Аллигатор. – А пожрать сегодня дадут или как?

- Брат утром уехал, - виновато призналась Галина из ванной. – Думала недельку на йогуртах посидеть…. Но что-нибудь обязательно придумаю!

«Реально, как перед мужем оправдываюсь! – с раздражением подумала она. – Умеет же кое-кто навязать свои правила игры!»

Галина вернулась в комнату, держа в руках отстиранную рубашку, и замерла у порога, невольно любуясь Аллигатором. Тот сидел, закинув ногу на ногу, и увлеченно смотрел по телевизору автогонки.

«Шикарный мужчина! – честно признала она. – Умный, неординарный, еще и чувственный, как оказалось. Надо выпроваживать скорее - от греха подальше. Бывает любовь, а бывает… а кто его знает, что оно? Но оставить гостя голодным – не в русском культурном коде. Олег у меня с утра на глазах, а чтобы ел что-нибудь… Пиво в пабе не в счет!»

- Спасибо за рубашку, Галочка! – ласково прокомментировал Аллигатор, не отрывая взгляд от экрана. – Брось на стул, до утра высохнет.

- Феном посушу! – фыркнула она, еще больше злясь от такой неприкрытой наглости.

Действительно вытащила из тумбочки фен и уже хотела воткнуть вилку в розетку, как вдруг вспомнила…

- Розетка вчера сгорела! – обиженно призналась Галина, машинально крутя в пальцах провод. - А у фена хитрый штекер, к другим не подходит.

- Это судьба, Галка, - широко улыбнулся Аллигатор, все еще пялясь в экран. – Одно к одному. Новая розетка есть?

- Есть! Купила давным-давно, но…

- А отвертка?

- Отвертки нет, - вздохнула она и во все глаза посмотрела на Аллигатора. – Олег, а ты что, умеешь…

- Я из деревни, забыла? – он наконец-то выключил телевизор и повернулся к ней. – Все понемногу умею, там по-другому не выжить. Но не признаюсь. Знаешь, как из деревенщины превратиться в топ-менеджера?

- Как?

- Перестать все делать самому.

«Понятно, - язвительно подумала Галина. – Когда в офисе чашка разбилась, мы с Васькой собирали осколки, а этот лишь свысока советовал позвать уборщицу».

Но Аллигатор уже подошел к ней и присел на корточки, разглядывая горелую розетку:

- Надеюсь, не проводка. Тащи новый экземпляр, пилочку для ногтей и пакет.

- А пакет-то зачем?!

- На руку надену вместо перчатки! - весело пояснил он. – Чтобы автомат не выключать.

Галина молча принесла все по списку и ушла на кухню готовить ужин.

«Дурацкий день логично перетек в сумасшедший вечер! - сердито думала она, вытаскивая из холодильника продукты. – Главное, чтобы до безумной ночи не дошло! Ничего, сейчас покормлю, честно объясню, что к чему, и отправлю домой».

Из готовых блюд нашлось немного жареной курицы и остатки гречневой каши. Из огурцов и помидоров Галина сделала салат. Через несколько минут из комнаты донеслось гудение фена, и Аллигатор явился на кухню уже в высушенной рубашке.

- Эй, хозяйка! – довольно улыбнулся он. – Принимай работу. Расплачиваться-то чем будешь?

- Э-э-э… - растерялась Галина.

- Натурой, так натурой, - небрежно согласился Аллигатор и уселся за стол. – Я согласен.

Галина поставила перед ним гречку с курицей и салатом, пододвинула тарелочки с нарезанной колбасой и двумя видами сыра. В плетеной корзинке, привезенной как сувенир из очередного отпуска, лежали нарезанные полбатона и четверть «Бородинского» – на любой вкус. Себе она взяла только пару долек помидора и небольшой огурец.

Аллигатор выбрал ломтик «Бородинского» и уже взял в руки вилку, но тут его взгляд скользнул по тарелке Галины.

- И что за хрень? – саркастически усмехнулся он. – Галка, положи себе нормальной еды, ты тоже целый день голодная!

- Я это… - замялась она.

Не признаваться же, что в доме больше ничего нет!

– Я не ем после шести! – нашлась Галина и, изобразив самый честный вид, затараторила: – Диета специальная! Очень эффективная, все хвалят. А мне пару килограммов сбросить нужно – просто кровь из носу! А то на бедрах целлюлит и вообще…

- Целлюлит? - задумался Аллигатор. – Нет, не разглядел. Все, что видел, меня устраивает. Более чем.

Он встал и с улыбкой пересыпал ей на тарелку половину своей порции:

- Кушай. Последнее даже менты не забирают, слышала такое?

Галина опять покраснела и, смущенно опустив голову, начала ковырять гречку.

- А от целлюлита диета не поможет! – тоном профессионального консультанта по ЗОЖ продолжил Аллигатор, сгребая себе на тарелку почти весь сыр: - Рекомендую интенсивные физические нагрузки. Прямо сегодня – нельзя запускать болезнь. Целлюлит – не какая-нибудь царапина, сам не пройдет. Согласна?

Галина не ответила. Она доела все на своей тарелке и окинула взглядом стол.

Аллигатор тоже закончил с ужином. Более того, со стола исчезли сыр с колбасой, и даже хлебная корзинка была пустой.

- Олег, мне нужно с тобой серьезно поговорить! – наконец-то решилась она.

- О чем? Твои аргументы я слышал и принял к сведению. Или хочешь удивить чем-то новым?

- Нет, - вздохнула она.

- Но можно и поговорить, в принципе, - он послал ей загадочный взгляд и встал из-за стола. – Логично и рационально, как ты любишь. Хочешь?

- Да! - обрадовалась Галина.

Аллигатор собрал со стола пустые тарелки и отнес в раковину:

- Спасибо, Галчонок! Все было вкусно. Вари кофе и приходи в комнату, поговорим.

И у дверей обернулся с улыбкой:

- Бальзам, который для кофе, в пакете в коридоре. Один бальзам другому не мешает.

Кофе-машины у Галины не было. Впрочем, как истинная кофеманка, она предпочитала кофе, сваренный в турке.

Она зажгла газ, сняла с сушилки турку и поставила на огонь, чтобы слегка прогреть дно. Рука привычно вытащила из шкафа баночку с намолотым загодя кофе – по утрам некогда разводить церемонии, но Галина мотнула головой и достала из ящика стола бумажный пакет с цельными зернами.

«Сделаю все по науке!» - решила она.

Тихонько взвизгнула кофемолка, превращая зерна в пыль. Кухня наполнилась горько-пряным запахом свежесмолотого кофе. Галина попробовала пыль на палец и слегка увеличила размер помола. Потом аккуратно насыпала несколько ложек в турку, добавила тростниковый сахар и налила воды до самого узкого места. Воду для кофе она покупала специальную – со вкусом талого снега. На натуральной родниковой воде еще вкуснее, но за неимением гербовой…

Галина сама до конца не понимала, отчего ее на ночь глядя потянуло кудесничать. Конечно, настоящий кофе хорош сам по себе, и уже одного этого достаточно, чтобы потратить время и усилия. А еще хотелось удивить эстета и гурмана Аллигатора. И…

По квартире поплыл тот самый – чарующий, карамельно-шоколадный аромат. Галина вдохнула его и на миг прикрыла глаза, наслаждаясь.

«Я боюсь разговора с Олегом! – призналась она себе. – И подсознательно пытаюсь его отсрочить».

Галина разлила кофе по чашкам, открыла бутылочку с бальзамом:

«Понятно же, что он скажет после сегодняшнего иррационального дня: этих взглядов, намеков, прикосновений и откровенно геройских поступков! Признается в любви и опять позовет замуж. А мне придется снова отказать. И это будет… неприятно?.. тяжело душевно?.. или просто тяжело – ответить «нет» такому человеку, как Олег?»

Когда Галина внесла поднос с дымящимся кофе в комнату, свет там не горел.

Возникло инстинктивное желание клацнуть выключателем, но руки были заняты, а сверхспособностью Толи, таскающего чай с бутербродами к компьютеру и поэтому научившегося включать свет носом, она не обладала.

Впрочем, освещения, чтобы не споткнуться и не набить шишку о мебель, в комнате было достаточно – телевизор работал. На нем был включен музыкальный канал, причем с минимальной громкостью, отчего музыка не то чтобы слышалась, а скорее угадывалась подсознательно.

Аллигатор привычно сидел, развалившись на диване. Но когда Галина подошла ближе, он подскочил, забрал у нее поднос с кофе и поставил на стол:

- Пусть остынет. Слишком горячий пить вредно.

Потом взял Галину за руку и притянул к себе, усаживая рядом:

- Иди ко мне, Галчонок. Будем вести беседы. Умные и не очень.

Он был так близко, что почти прижимался к ней. Так, что она четко слышала его дыхание и даже стук сердца. Так, что… Но обнимать не стал. Пока не стал?

- Предлагаю закончить этот беспредел и разбежаться! - спокойно произнес Аллигатор, глядя прямо перед собой. – Навсегда и без рецидивов. Я тебе не нужен, ты мне не подходишь, смысла нет и так далее. Что скажешь?

Галина вздрогнула от неожиданности и посмотрела на него во все глаза. Она настроилась совсем на другой разговор! Сказанное Аллигатором было похожим на внезапный холодный душ. И вызвало в душе… да, обиду. Но только на миг.

«Заткнись, Манька! – выдала Галина мысленную оплеуху своему второму «я». – Совсем распустилась! Утром я радовалась, что Олегу не нужна. И поди ж ты, захотелось посамоутверждаться! Еще и за чужой счет! Брысь, Маруся, обратно в тину, тебе тут не рады».

- Скажу, что это действительно правильно и разумно, - вслух произнесла Галина. – И я полностью поддерживаю твое решение.

- Отлично. Но предлагаю расстаться красиво! Без жевания соплей, унылых вздохов и нудных разговоров о морали.

Глаза уже привыкли к полумраку, что позволяло различать не только контуры предметов, но и мелкие детали. И даже выражение глаз… Но это ничуть не помогало. Взгляд Аллигатора был чужим и непонятным.

- Что ты имеешь в виду? – осторожно уточнила Галина.

- Что-что… - его губы растянулись, открывая ровные белые зубы: – То самое. Эту ночь мы проведем вместе. А утром разойдемся, как в море корабли.

Олег резко притянул ее к себе и горячо прошептал на ухо:

- Галка, только не строй из себя Мэри Поппинс! Ты хочешь этого не меньше, чем я. Точнее, именно тебе оно и нужно – ты добивалась этого долго и целенаправленно. Хочешь, докажу логически?

Галина изумленно раскрыла рот, волевым усилием захлопнула его и кивнула.

- Я всегда привлекал тебя, как мужчина, - голос Аллигатора был спокойным и даже слегка насмешливым. Но объятий он не разжал, продолжая держать Галину крепко и уверенно: - Да что там - ты мне это, не стесняясь, говорила открытым текстом. И не раз.

- И что с того? – изумилась она. – Мне много, кто нравится: Крис Хемсворт, Райан Гослинг, Максим Аверин, Александр Кержаков. Еще три хоккеиста, два выживальщика, один дзюдоист – не помню, как их там всех зовут! И мальчик из бургерной, симпатичный такой с длинной челкой. Подумаешь – полюбовалась, развернулась и пошла себе дальше.

- Неплохой список! – с легким смешком оценил Аллигатор. – Но это не про меня. Скажи, Галчонок, если бы я в самом начале знакомства предложил быть вместе – ты бы согласилась?

- Да! - вырвалось у нее само собой.

- Вот видишь! – он с довольным видом погладил ее по голове. Почти потрепал – как хозяин ласкает щенка или котенка: - Психологией интересуешься?

- Чтобы специально – нет, - честно ответила Галина. – В универе проходили. Три семестра. Иногда статьи в интернете читаю, когда время есть.

- Понятно, - он, наконец, выпустил ее и взял с подноса чашку: - Опять проходила. Мимо.

Аллигатор сделал маленький глоточек кофе, покатал во рту и блаженно вздохнул:

- А кофе варишь божественный! Про незакрытый гештальт слышала? Я для тебя он самый и есть. Ты изначально была настроена на отношения со мной, хотела их. Но не получилось. И поэтому нашла себе…

Аллигатор отпил еще кофе и наградил Галину снисходительным взглядом:

- Хочешь, угадаю? Твой лже-женатик – моя полная противоположность: тихий сутулый очкарик. Еще и брюнет, наверное?

Галина замерла и во все глаза уставилась на Олега. Тот довольно улыбнулся, взял с подноса вторую чашку и осторожно подал ей:

- Угадал?

- У него действительно каштановые волосы! - растерянно выпалила Галина. – Карие глаза. Он спокойный, даже немного застенчивый… и носит очки. Но про сутулость неправда! У него отличная спортивная фигура!

- Круто! – рассмеялся Аллигатор и, взяв с подноса бутылочку с бальзамом, добавил в кофе себе и Галине. Потом отхлебнул: - Неплохой бальзам, в тему. Точно без чабреца – три раза этикетку читал. Не, стопроцентное совпадение прогнозных величин и реальности – это уже из области фантастики. Но предсказал почти в точности, скажи?

Галина просто молча отпила кофе из чашки. С бальзамом действительно получилось душевно.

- Я не совсем дурак, все понимаю, - так же снисходительно продолжил Аллигатор. - В мужья лучше выбирать подкаблучника – тихого, послушного, предсказуемого.

- Он не такой! – искренне возмутилась Галина.

- Ладно-ладно. Верю, что он тебе действительно нравится. Или ты хочешь так думать. Но тянет тебя все равно ко мне.

- С чего ты… - начала было Галина, но Олег забрал у нее чашку с недопитым кофе и вместе со своей вернул на поднос:

- Посмотри правде в глаза! Ты меня второй день цепляешь. Жестко, по беспределу. И если я тебе не нужен, почему ты сейчас со мной?

Галина опять вздрогнула и отодвинулась дальше от Аллигатора:

- Не знаю. Это не то, что ты думаешь. Другое совсем. Но согласна, со стороны оно выглядит глупо. Извини.

- Расслабься, Галка! – усмехнулся он и собственнически сгреб ее в объятия: – Мы не в детском саду. Просто доведи ситуацию до логического конца. Закрой гештальт. Хочешь меня? Возьми.

- Олежка, ты что творишь?! – вырвалось у нее растерянное.

- Что-что! – передразнил он, обжигая шею горячим дыханием. – Собираюсь переспать с тобой. И как никогда близок к цели. А до тебя только дошло? Дурочка ты, Галка, и совсем не понимаешь мужчин. Но мне надоели эти игры. Теперь все будет по-взрослому.

Глава 53. Будем знакомы или бальзам на душу

И как только, только, только, И как только на тропинке, И как только на дорожке Встречу я кого-нибудь, То тому, кого я встречу,- Даже зверю,- верю, верю,- Не забуду,- буду, буду, Буду "здрасьте" говорить!

(из м/ф «Красная шапочка»)

Внезапно балконная дверь распахнулась настежь, отбрасывая в сторону надувшуюся пузырем штору. В комнату со свистом и завыванием ворвался совсем не летний ветер, принеся частички пыли, оборванные лепестки розы, клочки бумаги и прочий мусор.

«Подарки» ветра закружись в неярком свете экрана телевизора и разом осели на пол, складываясь в аккуратную кучку. Балконная дверь с грохотом захлопнулась.

Но Галина даже не повернула голову. Она смотрела в глаза Аллигатора – смотрела, смотрела… Там был много чего - кипящего, яркого, неукротимого! Даже пугающего – внутренней силой и отчаянной решимостью. Но это было уже неважно. Проекции выстроились в ряд, преобразовались, слились, превращаясь в цельную объемную картину.

- Да, прикинь, только дошло! – вздохнула она. – Потому и спрашиваю. Про секс понятно – у каждого свой гештальт и свой способ снятия напряжения. Олежка, ты что творишь на самом деле?

Пальцы сами собой потянулись к его волосам, мягко коснулись кожи головы. Это было не то, что с Васькой. Другое, но… правильное?

Аллигатор замер, затем закрыл глаза, откровенно наслаждаясь ее прикосновениями:

- С чего ты…

- С того! – мягко перебила Галина. – Хотел по-взрослому? Изволь.

Ее пальцы медленно брели по голове, находя особые участки. Они слегка отличались… может даже не наощупь. На внутренний отклик? Сложно объяснить. На этих участках она останавливалась и осторожно их массировала.

- Галка, как ты понимаешь, где болит? – шумно выдохнул Аллигатор.

- Не знаю. Первый опыт. Сказал, что у меня руки хорошие, – решила попробовать. Не съезжай с темы – мне тоже надоели эти игры. А кое-кто весь день выпрашивает, чтобы его взяли за шкирку и допросили!

Ее рука спустилась ниже, разминая шею.

- Ой, да, шкирка тоже болит! – простонал Аллигатор и открыл глаза. Взгляд у него был удивленный, но веселый: - А у тебя большой опыт проведения допросов?

- Еще бы! – Галина изобразила зловещий вид. Пальцы нашли у основания черепа странный участок – вязкий, скрипучий, словно с крупинками засахарившегося меда, и принялись его тихонько разминать: - Когда младший брат – эпический раздолбай, волей-неволей научишься. Но я наивно полагала, что между шестнадцатью и тридцатью двумя существует разница, а по факту…

Аллигатор беззвучно рассмеялся, перехватил ее руку и на миг коснулся губами:

- Спасибо! Реально мозги отпустило. У тебя не просто талант – дар целителя. Догадалась, значит? Умная ты девочка, Галчонок! Хоть и дурочка.

Он взял с подноса чашку с кофе и вложил ей в руки:

- Допивай! А то совсем остынет. И что скажешь? По поводу того, о чем догадалась?

Галина сделала глоток и улыбнулась:

- Я поняла лишь, что ты паясничаешь. Действительно, ни в философии, ни в психологии особо не разбираюсь, но на пространственное мышление не жалуюсь. Оно собрало все твои проекции воедино.

- Вот как? – Аллигатор изящным жестом пригубил кофе. – И как тебе я - настоящий? Нормальный парень или ни то ни се?

- Весьма достойная личность.

- Познакомишь? – он послал ей хитрый взгляд.

- А вы незнакомы?

- Официально нет. Так, пару раз мельком виделись. Пойми, Галчонок, дело не в сексе, как таковом…

- Знаю.

- Знаю, что знаешь. У меня его хватает. Всякого разного.

Аллигатор опять поднес кофе ко рту и картинно опустил ресницы:

- Если строго между нами… Третьего дня как раз размышлял, что надо бы уже и поменьше.

- Сверхнормативный износ оборудования? – тоном эксперта-аудитора уточнила Галина.

- Блин! – поперхнулся Аллигатор. – Все-таки стервоза, ты, Галка! Про переход количества в качество слышала? Но, пожалуй, над этим тоже пора задуматься. Чай не двадцать лет. И в амортизационный фонд мне никто отчислений не делает.

Галина улыбнулась. И несколько минут они молча пили кофе.

Наконец, Олег собрал пустую посуду и даже отнес на кухню.

- Галка, курить где можно? – спросил он от дверей. – Я вообще-то бросаю, целый день в завязке, если обратила внимание. Но…

- Кури тут, - вздохнула она и, подойдя к шкафу, достала жестяную коробочку из-под дорогого шоколада. На работе дарили на один из праздников: - Только балконную дверь открой.

Галина бросила машинальный взгляд на часы – было начало десятого.

«Опасения про безумную ночь начинают сбываться! – отозвалось в голове усталое. – Но придется идти до конца. Нам обоим нужно завершение этой ситуации. И когда я успела так плотно в нее въехать? Вроде все время говорила «нет».

От балкона потянуло холодом и сыростью. Но ветра уже не было. Кажется. Дождь на улице то ли шел, то ли нет, какая уже разница?

Галина забралась с ногами на диван и укрылась пледом.

Аллигатор сел рядом и, достав из кармана сигареты, закурил.

- Хочешь знать, что со мной? – наконец проговорил он, стряхивая пепел в коробку. - Ладно, сама захотела. Я не навязывался.

Его взгляд был направлен на работающий в углу телевизор – на экране танцевали девушки в откровенных нарядах, но он смотрел как будто сквозь них:

- Страдаю я, Галка. Но не ерундой и даже не этой, что на букву «х». Просто страдаю, жестко.

- Зачем? – вырвалось само у Галины.

- Блин, обожаю твои вопросы! – пробормотал он, не отводя взгляд от телевизора. – Зачем люди страдают? Нравится, наверное! Захотелось, знаешь, сурового БДСМ-чика на старости лет! Душевного. А то и впрямь какой-то я скучный.

Галина вздрогнула и осторожно попыталась отодвинуться подальше от Аллигатора. Он угадал ее движение и усмехнулся:

- Да не бойся ты! Говорил уже – я не опасный псих. В критических ситуациях сохраняю голову холодной. Иначе меня бы минимум четыре раза на свете не было.

Аллигатор затушил наполовину скуренную сигарету и бросил ее в коробку. Но тут же вытащил из пачки новую:

- А так да – клинический идиот во всей красе! Несу бред, занимаюсь хрен знает чем, и что с этим делать – понятия не имею. Нравлюсь?

Галина почувствовала резкую дрожь во всем теле. Руки и ноги тряслись, как у лихорадочной. Зуб на зуб не попадал. Она завернулась в плед с головой, но это не помогло.

- Побудь сегодня со мной, Галка, - задумчиво попросил Аллигатор, так же не поворачивая головы. – Сама понимаешь, о чем я. Завтра честно уйду и никогда тебе об этом не напомню - ни словом, ни взглядом. Я умею. Вообще до хрена всего умею бесполезного, блин.

- Олег, но… - дрожащим голосом начала Галина, но он перебил:

- Не хочешь изменять своему лже-женатику? Уважаю твои моральные принципы, хоть и не поддерживаю. Но в данной ситуации ты слишком строга к себе. Это не будет считаться изменой.

- Как не будет?!

- Так. Вы с ним не в отношениях. Имели место предварительные переговоры, но официальное заключение сделки еще не состоялось. То бишь, стороны свободны от всяческих обязательств по отношению друг к другу.

- В смысле?!

Аллигатор опять подкурил, откинулся на спинку дивана и с упоением затянулся:

- Насколько я понял, он предложил официально встречаться, а ты не согласилась сходу, но обещала подумать?

- Нет! - вдруг вырвалось у Галины само собой. – Я отказалась. Сказала, что нам не стоит больше видеться. А он ответил, чтобы я думала… спокойно.

Рука Аллигатора, держащая сигарету, дрогнула. Он забросил ее, еще тлеющую, в коробку, закрыл лицо руками и несколько минут трясся от смеха:

- Шикарно! То есть ты ему - «Пшел нах»! А он тебе - «Да пох! Я и сам столько не выпью!» Блин, теперь понимаю, почему он не пишет и не звонит!

Он сгреб ее в охапку и прижал к себе крепко-крепко, с какой-то грубой нежностью. От Олега одуряюще несло куревом. Галина обычно терпеть не могла запах табака, но почему-то сейчас даже не поморщилась. Ему было можно. Почему-то.

- Галка, ты права, я действительно паясничаю! – со смехом шептал Аллигатор на ухо. – Но и прямо не вру все-таки. Про твоего лже-женатика в том числе. Пойми, он счастлив, что сбежал! Среднестатистический лохушник, да-да, именно такой тихий очкарик, посмотрев на твои боевые умения, бодро сделает в штаны и будет драпать, как черт от ладана! Поверь мне!

Он уверенно потянулся к ее губам, но почему-то в последний миг передумал и поцеловал в щеку:

- А со мной можешь расслабиться, мне все только в кайф! Я как тот вождь племени людоедов, что тихо млеет, наблюдая, как крошечная дочурка дожевывает остатки благородного рыцаря. Главное, чтобы зубки о доспехи не испортила!

Галина невольно вообразила в красках эту картину и, не сдержавшись, улыбнулась. Но решительно выпуталась из объятий Аллигатора:

- Олег, прекрати! Ты ничего не понимаешь! Он меня любит!

- Не факт, - скептически хмыкнул тот. – Прямо очень не факт. Но если даже и так – ты его послала, значит, он чувствует себя свободным. И сейчас спокойно утешается в объятьях какой-нибудь красотки. А ты забиваешь себе голову неизвестно чем.

- Предлагаешь утешаться в твоих объятиях? – язвительно фыркнула Галина.

- Да. Тем более, ты будешь делать именно то, что хотел твой лже-женатик: думать и разбираться в себе. Вернется он – во что я не верю – пойдешь к нему. Если тебе после меня еще нужен будет кто-то другой. Но это не факт. Прямо очень не факт.

Галина встретилась с ним взглядом. В глазах Олега читалась полная уверенность в собственных словах. И действиях.

- Гляжу, с Марией Величко не одна я дружу! – не сдержала она ехидства. – Кое-кто с ней вообще целуется взасос! Надо же, какой непревзойденный… Секс-гигант!

- Не в этом дело, - абсолютно спокойно заявил Аллигатор. – Просто ты нужна мне, Галка. Так нужна, что…

Его ладонь скользнула по ее волосам вниз и добралась до кожаного зажима, скрепляющего кончик косы. Аллигатор покрутил его несколько секунд и осторожно снял. Его пальцы нежно распустили косу, он с наслаждением вдохнул запах волос и закопался в них губами:

- Хочешь красивых слов? Поверь, мне не жалко. Никаких, самых ванильно-сахарных. Просто не знаю, как перевести на язык розовых соплей слово «п**дец». А со мной именно он. Полный.

И, почувствовав ее напряжение, осторожно рассмеялся:

- Не бойся, для тебя это в хорошем смысле! Отдавать себя хочу. Всего, без остатка. Со мной такого никогда не было. И не будет. Если переживать этот опыт, то только с тобой. Думаешь, тебе много кто предложит подобное?

Это было сильно! Галина сжалась в комок, чувствуя, как все внутри завязывается узлом. Во рту пересохло, на губах чувствовался острый привкус железа. Будто запекшейся крови.

Балконная дверь опять закрылась – тихо-тихо так, незаметно. Словно внешний мир зажмурил глаза и заткнул уши: ничего не знаю, разбирайтесь сами.

«Кто бы меня прибил, дуру ненормальную! – стучало в висках отбойным молотком. – И так плохо и эдак тоже! Либо сволочь без совести, либо стерва без сердца! Хотя почему или?! И! Причем, хоть в том, хоть в другом случае!!»

- Олег, ты меня совсем запутал! – вслух простонала Галина. – Как можно настолько запросто доказывать, что черное не просто белое! А еще красное! Синие! И вообще серо-буро-малиновое с тысячами оттенков! Все, у меня мозги отказали окончательно! Ничего не соображаю…

От незатушенной сигареты шел дым: стелился по столу грязно-серой ватой, ел глаза, полупрозрачными щупальцами спрута душил за горло – обволакивая, починяя своей воле. Точь-в-точь, как Олег!

Аллигатор опять прижимался – еще осторожно, но уже уверенно. Его ладони бережно гладили по плечам, спине, даря откровенную чувственную волну. Ласково-теплую. Пока что.

«Я не смогу от него вырваться! – честно признала Галина. – Это на словах все легко, а на деле… Словно в игре: ХП почти на нуле, жизненная энергия отсутствует и даже ментальные навыки подавлены мощнейшей аурой противника».

- Галчонок! – шептал Аллигатор на ухо, его дыхание отгоняло беспардонно лезущий в лицо сигаретный дым: – Я не хочу для тебя ничего плохого. Только хорошее. Самое хорошее, что только может быть! Просто доверься мне…

И эти слова вдруг нашли отклик в душе, формируясь в осознанное, единственно верное решение:

- Хорошо, Олег! Я доверяюсь тебе. Сделай выбор за меня.

- Не-не… - хохотнул он куда-то в плечо: - Маньячка у нас ты – забыла что ли? Я не претендую.

Но прикосновения стали настойчивее, его ладони забрались под плед, и теперь между ними и телом Галины оставалась лишь неплотная ткань джинсового сарафанчика. Волнующее тепло разливалось равномерно и неукротимо, окончательно блокируя остатки воли.

- Ты не понял! – слова прорывались с трудом, колючие и горьковатые на вкус: - Я соглашусь с любым твоим решением. Приму его достойно и с благодарностью. Каким бы оно ни было! И жаловаться потом не буду. Пусть сегодняшний вечер закончится, как ты считаешь правильным.

- Ого… - Аллигатор на миг замер от неожиданности, и его пальцы слегка задрожали. Но потом он с довольным видом улегся на диван и притянул Галину к себе.

- Значит, даешь мне полный карт-бланш? – взволнованно бормотал он, прижимаясь уже без стеснения. Тепло превратилось в жар, стало жидким огнем, бушующим океаном раскаленной лавы: - Выписываешь индульгенцию? На все? Смелая ты девочка, Галчонок! Ведь даже не представляешь, как сильно мне тебя надо…

Ладони бессовестно спустились вниз и теперь гладили ее колени, намереваясь нырнуть дальше, под бахрому, украшающую низ сарафана:

- Ты же поняла, что я считаю правильным. Весь вечер объяснял! Столько доводов привел – и разумных, и неразумных и… Знаешь, что сейчас будет, да?

- Да, - Галина повернула голову и встретилась с ним взглядом. – Знаю. Принимай решение, Олежка. Только честно. По-настоящему честно. Ты умеешь.

Она смотрела, как меняется выражение его глаз… Там летали смерчи, и наступали ледники, вспыхивали и гасли звезды, рождались и гибли цивилизации.

Балконная дверь еле заметно скрипнула, будто внешний мир, сгорая от любопытства, тихонько подглянул в щелочку. Аллигатор повернул голову на звук, и дверь сразу захлопнулась – любопытствующих невидимок снесло взглядом, как взрывной волной. Зато сквозняком вытянуло табачный дым, и в комнате стало легче дышать. Тлеющая сигарета погасла.

И отчего-то руки, уже готовые забраться под подол сарафана, замерли на месте. А потом и вовсе стыдливо одернули юбку, натягивая Галине на колени.

Аллигатор осторожно отодвинулся и лежал минуту молча, уставившись взглядом в потолок. На его губах играла загадочная усмешка:

- Ты и впрямь маньячка, Галка! Садистка. Нежная такая садисточка! Эстетка, блин. К чему марать руки, убивая жертву? Пусть убьется сама. С разбега о стену.

- Олег, прости, пожалуйста! - покаянно шептала Галина, снова натягивая на плечи плед. В носу предательски щипало, но глаза оставались сухими: – Прости. Знал бы, как мне сейчас плохо!

- За что прощать? – Аллигатор улыбнулся еще шире, достал из кармана клетчатый носовой платок, промокнул ей несуществующие слезы, затем поднес к носу: - Давай сюда соплюшки, соплюшка моя! Племяшке так говорю. Выходит, сам считаю собственное поведение неправильным? И ты это поняла раньше меня? Хотя логично: оттого весь день и мнусь, как школьник.

«Ничего себе мнущийся школьник!» - всплыло в голове обалдевшее. Но вслух Галина не произнесла ни слова.

Аллигатор спрятал платок, взял ее руку и прижался губами к ладошке:

- Но засранец еще тот, конечно. Я - мужчина, старше, опытнее, разбираюсь в психологии. И бессовестно давил тебе на мозги, используя самые грязные приемы. Естественно, оправдываясь благими намерениями. Но куда ведут благие намерения? Классика! По-прежнему думаю, что твой лже-женатик – дрыщ и вафля. Но ты идеалистка, Галка! Как бы тебе ни было хорошо со мной сегодня – завтра начнешь жрать себя заживо. А я эту цену заплатить не готов. Никакие мои мозгострадания того не стоят. Да что там! Ни моя жизнь, ни смерть не стоят…

Он внезапно умолк на полуслове и, давясь смехом, резко сел на диване:

- Жесть, я так и по пьяни еще не загонял! Галка, маньячелла ты стервозная! Это что сейчас было, а?!

- Ты – настоящий, - Галина с улыбкой погладила его по руке. – Просил вас познакомить? Прошу любить и жаловать.

- Да ну нафиг! - Аллигатор сделал большие глаза, потянулся к лежащей на столе полупустой пачке сигарет и вытащил одну. - Какой-то ваще суровый чувак. Я его боюсь.

Он подкурил, положил ногу на ногу и несколько минут просто молча пускал дым:

- Но ты рисковая, Галка! Так ходить… даже не по краю, по тонкому волоску, натянутому над пропастью. Истинная экстремалка, я отдыхаю.

- Вовсе нет, - устало отмахнулась Галина, садясь на диване. – По железобетонному мосту со сплошными каменными ограждениями выше человеческого роста.

- Настолько веришь в меня? – Аллигатор повернул голову, встречаясь взглядом. – Дай угадаю – семьдесят на тридцать?

И что-то прочитав в ее глазах, уточнил с легким удивлением:

- Неужели девяносто пять на пять?

- Даже при шансе девяносто девять к одному я бы не рисковала! – Галина ловко заплела косу и закрепила поднятым с пола кожаным зажимчиком: – Сто на ноль. Даже сто один. Кофе будешь?

Аллигатор промолчал.

Галина поднялась и подошла к балконной двери, желая закрыть на защелку, но вместо этого вышла на балкон. Дождя не было, небольшой ветерок приятно обдувал разгоряченное лицо. Она перегнулась через перила и сняла с бельевой веревки бессовестно намоченное дождем полотенце:

«Хорошо хоть не улетело! Погодка сегодня – жуть. Да и весь денек…»

Она невольно взглянула на затянутое тучами ночное небо:

«Интересно, какой прогноз на завтра? Хорошо бы солнышко! А то грязного белья просто вагон. С этим непрекращающимся жизненным экстримом некогда стиркой заняться. Стыдно сказать, скоро чистые трусы закончатся. Плюс после Толи надо постельное постирать. И скатерть на кухне он заляпал, поросенок».

Галина вернулась с мокрым полотенцем в комнату и развесила его досушиваться на спинке стула.

Аллигатор продолжал самозабвенно курить.

- Кофе? – повторила она вопрос. – Могу сварить свежий.

- Какой уже кофе, Галка… - грустно отозвался он. – Когда время идти нахрен? Прекрасно понимаю, что меня там не просто ждут, а уже обыскались с собаками. Но еще чуть-чуть посижу, можно? Окончательно приду в себя и свалю. Хотя…

На его губах вдруг проступила загадочная улыбка:

- От чего-нибудь покрепче на дорожку не отказался бы. А, то сама видишь, что бывает, если вовремя не продезинфицировать мозги.

- Сухое вино есть… - неуверенно предложила Галина. – Или бальзама еще полбутылочки осталось.

Аллигатор решительно мотнул головой:

– Компот – ни о чем, а бальзам - что твои духи: как добавка неплох, а чтобы стаканами хлебать, не годится. Мне бы чего-нибудь сурового, под настроение.

Он мечтательно прикрыл глаза:

- Если понты колотить, то абсента. А если по-простому, то и горькая настойка какая-нибудь сгодилась бы. Перцовка, например.

- Есть настойка коры дуба, - вдруг вспомнила Галина. – Папа сам для меня делал, на домашнем самогоне. И самогон тоже.

Она перехватила многозначительный взгляд Олега и покраснела:

- Не в том смысле! Зимой болела ангиной, сильной. Мама передала для полоскания горла. Очень хорошее лекарство, кстати! Все аптечные средства не справились, а это за два дня помогло. Но не будешь же ты пить…

- Нет, конечно, - сделал он честные глаза. – Просто горло прополощу. Сама говоришь, хорошее лекарство. Тащи свою кору дуба. Не бойся, от дуба дуба не врежу - по малолетству еще и не то пробовал. Сегодня просто день воспоминаний, блин.

Галина посмотрела ему в глаза и вдруг… Все события дня пролетели, словно видео в ускоренном режиме.

- Хорошо, Олежка! – тихо произнесла она. - Будет тебе настойка. И расскажешь, что ты творишь на самом деле. Ты ведь именно этого хочешь, да?

Аллигатор промолчал, но взгляд отвел.

Галина пошла на кухню, вытащила из шкафа пол-литровую бутылку с настойкой – та была заполнена примерно на половину – и взболтнула ее.

Затем залезла в холодильник и удрученно вздохнула. Там не то, чтобы повесилась мышь, – даже этого несчастного зверька с суицидными наклонностями давным-давно съели. Не было и яиц, чтобы пожарить глазунью.

«Вот это хозяюшка! - презрительно подумала Галина. – Хотя, что взять с карьеристки и эгоистки?»

Впрочем, кое-что все-таки обнаружила – банку бычков в томате. На прошлой неделе всунули по акции в супермаркете. Бесплатно. Брать это не хотелось и даром, но решительного вида тетка-кассир сама положила бычки в пакет.

«Не иначе как с истекающим сроком годности! – догадалась Галина и покрутила консерву в руках, находя нужное место на этикетке. – Все верно! Употребить не позднее… Сегодняшнего дня! А от сегодня у нас осталось…»

Она бросила взгляд на фитнес-браслет на руке:

«Два часа».

Рука сама потянулась, чтобы отправить бычки в мусорное ведро.

- Дай сюда, - произнес задумчивый голос совсем близко. – Это именно то, что нужно.

Галина вздрогнула и обернулась. Аллигатор стоял рядом и смотрел на нее:

- Думаешь, я не мог бы смотаться в круглосуточный магазин? Или заказать доставку? Хоть пиццу, хоть суши, хоть полноценный ужин из ресторана? Но, чувствую, что все должно быть именно так. Так – правильно. Консервный нож есть? Хотя я и обычным могу.

Аллигатор молча открыл банку с бычками. Галина достала с сушки тарелку, чтобы пересыпать рыбу в нее, но он мотнул головой.

Галина порезала последнюю четвертушку «Бородинского» и, как находку, вытащила из тумбочки банку маринованных зеленых помидор. Тоже мама передала, гордясь своим «особым» рецептом. Но Галина их не любила – слишком противно хрустели на зубах, как сырая картошка.

Аллигатор посмотрел на банку и одобрительно хмыкнул. Он сам отнес все в комнату и поставил на стол.

Клацнул светом в коридоре и с минуту рылся в брошенной у зеркала кипе бумаг – неразобранном содержимом почтового ящика: счета за коммуналку, рекламные флаеры магазинов, политические листовки с раскормленными мордами кандидатов в народные избранники. Наконец, вытащил сложенную вчетверо бесплатную газетенку: объявления о купле-продаже, хвалебные отзывы про целебную мазь от всех болезней, приглашение на прием к потомственной ведунье, обязательный гороскоп на последней странице. Сейчас таких изданий становится все меньше – все благополучно перетекает в интернет, но еще иногда попадаются. Раритеты.

Олег принес газету в комнату, расправил и застелил на стол, поверх нежно любимой Галиной льняной скатерти. На газету выставил принесенные из кухни продукты. Вытащил из серванта начатую утром бутылку вина – заметил же, куда убирала – и сходил на кухню за вилками. Потом задумался и пошел еще раз. Было слышно, как он хлопал дверцами шкафов, очевидно, что-то разыскивая.

Галина молча плыла по течению ситуации. Уже не сосчитать который раз за сегодня. Почему-то признавая за Аллигатором право так себя вести. Почему-то…

Наконец, он вернулся с кухни и с победным видом дополнил композицию двумя гранеными стаканами.

- Надо же! - изумилась Галина. – И не знала, что у меня они есть. Наверное, это хозяев квартиры имущество. Или от прошлых жильцов остались.

Свет в комнате зажигать так и не стали – единодушно-интуитивно. Зато в коридоре оставили включенным. Оттого стол получился более-менее освещенным, а вокруг царил полумрак. Соседство света и тьмы? Полутон? Переход?

Аллигатор сел рядом – близко, но на сохраняющей приличия дистанции - налил себе настойки, Галине вина.

- Значит, хочешь знать, что со мной? – отрывисто произнес он. - Вроде говорил уже. Откровеннее некуда.

- Говорил. Но причину не назвал. Это ведь не я, верно? Не мог такой, как ты, настолько загоняться из-за меня. Ты взрослый, сильный, эмоционально сдержанный, с четкими жизненными целями и приоритетами. А я тебе особо никогда и не нравилась.

- Неправда, - осторожно улыбнулся Аллигатор. – Нравилась. Ты - живая. Классная девчонка, такая – своя в доску, красивая. И с перчинкой! Думаешь, мало, чтобы один великовозрастный идиот окончательно и бесповоротно слетел с катушек?

- Мало! - твердо сказала Галина. – Для тебя – мало.

- Эх, Галка! И чего ж ты такая умная? Причина в тебе – не сомневайся. Но да, не только в тебе…

Он взял со стола стакан с настойкой:

- Выпьем, не чокаясь.

- За что? – испугалась Галина.

- За помин души. Хорошего парня Евгения, друга моего питерского. Лучшего. Девять дней сегодня.

Глава 54. Психи, придурки и прочая нечисть

Полюби меня, полюби плохим -

Ведь хорошим меня любят и так.

Полюби меня грустным и чужим.

Полюби меня, когда все не так.

(В. Кузьмин)

Галина взяла стакан с вином – в неярком свете из коридора были заметны разводы на стенках. Но какая разница?

- А что… что с ним случилось? – осторожно спросила она, не решаясь встретится взглядом с Олегом. – С твоим другом?

- На байке разбился. А я даже на похоронах не был. Все, блин, деньги на уме! Гребаная доля в сраной компании. Чувствую себя последним дерьмищем.

- Не смог поехать?

- Поздно узнал.

- Перестань, Олег! Ты ни в чем не виноват, - Галина выпила вино залпом и поставила пустой стакан на стол. – Царство небесное твоему другу, как говорится. Пусть ему там будет хорошо.

Аллигатор, не морщась, заглотил настойку и полез вилкой в банку с бычками.

«В странных поступках Олега действительно есть логика! - окончательно сложилась в голове картинка: – Поездки на трамвае, прогулки по парку, граненые стаканы, рыбная консерва, газета – он воссоздает кусочки прошлого. И этим прощается с другом».

- Хотел в церковь зайти свечку поставить, - пробормотал Аллигатор, вылавливая из банки соленый помидор. – Возле парка как раз новую построили. Но даже не знаю, был ли Женька крещен. Он звонил мне - месяц назад примерно. Поговорить о чем-то хотел, важном для него. А я… Думал, успеется, блин.

- Он тоже из... – начала было Галина, но произнести слово «банда» не вышло.

- Гопник? – улыбнулся Аллигатор одними уголками губ. – Нет. Мы на байк-шоу познакомились. Жека серьезно увлекался, а я так – за любой кипеш, кроме голодовки. Он по жизни серьезный… был. Меня сразу долбал, что учиться надо, нормальными делами заниматься. Но я ж пока не огребу по полной – не доходит.

Олег налил себе настойки, выпил залпом и, отломив кусочек «Бородинского» отправил в рот:

- Думал семье его помочь. От машины небольшая сумма осталось, завтра должны отдать как раз. Так некому: родители Жеки умерли, братьев-сестер не случилось, детей тоже. Правда, Ольга – жена его, приезжала ко мне. Вчера. Строила из себя безутешную вдову, изображала мировую скорбь, денег просила.

- С чего ты взял, что изображала?

- Справки навел! – хмыкнул Аллигатор и плеснул Галине вина. Разноцветные блики от работающего телевизора скользили по стакану, сверкали на гранях, делая его похожим на сосуд с магическим эликсиром: – Да и сама дамочка призналась, что они уже с полгода как разбежались. Она от Жеки к какому-то пузатому дипломату ушла.

- Умеешь вызывать людей на откровенность?

- Кто бы говорил! – Олег окинул взглядом стол, поднялся и вытащил из шкафа коробку с недоеденными безешками. Открыл и поставил перед Галиной: - Закусывай. Бычки не советую, а помидоры, как вижу, ты не любишь. Отвез Ольгу в «кабинет» у пруда, побеседовали по душам.

- Бил что ли? – испугалась Галина.

- Зачем бить? Есть и другие действенные методы. – Аллигатор опять нырнул вилкой в банку за помидором: - А мне нравится твое соление! Душевное. Хотя руки чесались, признаю. Вмазать, чтобы силикон из губ вытек. Сиди и думай: с Жекой реально несчастный случай, или из-за этой лярвы не в себе был – оттого в поворот не вписался? Никто теперь не ответит. Разве что там…

Он посмотрел за окно, где из прохудившегося неба сыпалась, шелестя по стеклу, мелкая изморось.

- Мама говорит, что если… нужно разговаривать о человеке! - осторожно произнесла Галина. – Вспоминать разные истории, забавные случаи. Чтобы люди поняли каким он был, увидели живым.

- Не могу. Пока не могу. Ничего не могу, - пробормотал Аллигатор, опустив голову. - Даже плакать. Урод как он есть – бесчувственный и бесполезный.

Галина пристально смотрела на него. За окном ветер трепал верхушки деревьев, и по лицу Олега бежали тени: мелкие, рябые, смазанные. Он почувствовал взгляд и нерешительно встретился с ней глазами. В них было столько всего… невыносимого, неумолимого, беспощадного в своей правде, что у Галины вдруг потекли слезы: крупные, горячие, соленые – непрерывным яростным потоком. Давно забытое и от того дико яркое ощущение.

- Я пореву за тебя, Олежка! – всхлипнула она, размазывая слезы по щекам.

В голубых глазах Аллигатора мелькнул искренний испуг. Он пододвинулся к Галине, ухватил ее за плечи и начал трясти так, будто желал вытрясти из нее душу:

- Галка! Галчонок! Не надо! Ты что творишь?! Успокойся, пожалуйста!

- Н-не обращай внимания! Я тоже очень редко плачу по-настоящему. Уже не помню, когда было. Даже на похоронах у бабушки не смогла. Я, как ты – просто заменяю одну боль другой. Но рядом с тобой – могу! Ты – сильный!

- Не льсти мне, Галка! – Аллигатор невесело усмехнулся и погладил ее по голове: - С Манькой Величкой мы и впрямь в близких отношениях, но оценить собственное поведение со стороны еще способен. Сегодня весь день вел себя, как лохушник. Не спорь.

- Считаю, что сильная личность может позволить себе минуты слабости! – Галина слизнула языком со щеки соленую каплю. - И не стыдиться этого. Это как перезарядка оружия, как обратная сторона медали, как плюс и минус! У слабаков и чмошников такого никогда не бывает. Они всегда в одном состоянии - индифферентного слизняка.

- Хорошо, уговорила слабохарактерного! - вздохнул Аллигатор и уткнулся ей в плечо: – Побудь со мной, Галка! Поплачь за меня. Мне нужно это. Очень нужно.

Галина обняла его за шею и закрыла глаза. Но слезы все равно текли – легкие, невесомые, целебные. Да, это было совсем-совсем не то, что с Васькой. Но чувство близости возникло. Другой близости. У чувств вообще много разных форм и оттенков.

Дождь за окном усилился. Он был совсем не летний, а на редкость грустный и заунывный.

Двое сидели, молча прижавшись друг к другу в полутемной комнате, и слушали шум льющейся с небес воды. Это было на редкость глупо. Даже по-идиотски! Но при этом почему-то казалось правильным.

- Спасибо, Галка! – произнес Олег несколько минут спустя и отстранился. -Реально отпустило. Сделал выводы и принял ситуацию. Будем жить дальше. Скажи правду – ты меня за этим затащила к себе домой?

Галина вытерла уже ставшие ненужными слезы, подошла к дрожащей под сквозняком балконной двери и наконец-то закрыла ее на защелку:

- Не на сознательном уроне. Понимала, что с тобой что-то не так. Плюс чувствовала ответственность, что вынесла нормальному человеку мозг и хотела вернуть его на место.

- Ох, и дурочка же ты, Галка! - Аллигатор откинулся на спинку дивана: - Невозможная, невыносимая, непревзойденная дурочка! Правда, я тоже хорош. Помочь хотел.

- Как помочь? – удивилась Галина.

- Переспать с тобой! – весело признался он. – Думал, хочешь, но прямо согласиться тараканы в голове не позволяют. Потому пригласила домой раненого героя, исключительно в благородных целях! А он оказался подлецом, негодяем и членистоногим животным и вместо благодарности… или в порядке благодарности?.. взял и изнасиловал! Ах-ах, все довольны!

Галина рассмеялась и вытащила из коробки безешку:

- А ты не такой?

- Нет. – Неожиданно серьезно отозвался Аллигатор. – Никогда никого не насиловал. Деньги – да, отбирал. Было. И то стариков, женщин и детей не тро…

Внезапно он поймал ее взгляд и умолк на полуслове. Затем демонстративно зевнул:

- В смысле, старый я уже. Ленивый. Привык, что девки меня сами ублажают. Один раз решил напрячься, и то не оценили.

- Олег, это правда?!

- Правда-правда, - его губы растянулись в фирменную крокодилью улыбку. – У правды тоже много проекций. Короче, давай на посошок и разбегаемся! Доставать больше не буду – это тоже отпустило. Угадала – чтобы не думать о Жеке, стал загоняться насчет тебя. Ты ж еще и в тему попадала каждый раз – то разговоры по понятиям, то высшие смыслы. Виртуозно играешь на тонких струнах души, самых тонких. Счет за услуги психоаналитика пришлешь на е-мейл. У тебя явный талант.

Галина опять рассмеялась и села на диван. Аллигатор плеснул себе настойки, ей вина и подал стакан.

- Давай за свободу от тараканов! – весело предложила Галина.

На душе было легко-легко, словно в квартире после генеральной уборки: чисто, просторно, воздушно. Они соединили стаканы и выпили.

– Сразу сказала, что ты заменяешь одну боль другой! – продолжила она. - Мы с тобой во многом похожи, я тоже так делаю.

Олег вдруг замер со стаканом в руках.

- Что так делаешь, Галчонок? – его голос был мягким-мягким, предельно доброжелательным, почти нежным: - Объясни на примере, я тугодоходящий, сразу не понял.

- На примере? – Галина доверчиво посмотрела в голубые, сейчас удивительно теплые глаза: - Когда бабушка умерла, мне было очень плохо. Как тебе сегодня. Тоже чувствовала вину, что не поехала к ней проститься перед смертью – школу оканчивала как раз, нельзя было пропускать. С парнем моим – Денисом до этого договаривались, что будем вместе к выпускным экзаменам готовиться. И что я ему помогу – мы в один универ собирались. Но я от горя впала в неадекват – бродила по городу, круги наматывала, несла бред, приревновала Дениса к девчонке из параллельного класса.

- Не подготовились?

- Нет. Вообще. Но я все равно хорошо сдала – выехала за счет того, что раньше много чем интересовалась, изучала дополнительно. Плюс добавились баллы за олимпиады: у меня они были в отличие от Дениса.

- Ты поступила, а он нет?

- Да. Расстроился он, естественно, очень. Обозвал меня предательницей. Сказал, что если мы вместе – должна бросить универ. Но я была не в адеквате! Вместо того, чтобы посочувствовать, заявила, что надо было самому десять лет учиться, а не у меня списывать.

- Красотка! – Аллигатор беззвучно рассмеялся, вернул стакан на стол: – Разбежались?

- Угу. Между Денисом и универом я выбрала универ. Что с карьеристки и эгоистки взять? Мария Величко - мое второе имя.

- С Манькой вы явно родня! – весело согласился он. – Но дальняя – седьмая вода на киселе. Что на что заменяешь, извини, не догнал. Зато понял, почему ты со своим лже-женатиком так.

- Почему?!

Аллигатор опять открутил пробку бутылки с настойкой и плеснул себе в стакан. Потом налил вина Галине:

- Ты в принципе никого не хочешь в душу впускать. Как и я. Но если у меня это сознательный выбор, то ты просто боишься, что в трудную минуту опять подставят. И потенциальным кандидатам в мужья устраиваешь лютый квест: якобы «впадаешь в неадекват» и ждешь реакции. «Полюби меня, полюби плохим, ведь хорошим меня любят и так!» - батя мой когда-то слушал. Блин, Галка, ты реально моя сестра по разуму! Или по безумию.

Галина машинально поднесла стакан к губам и глотнула. Вино казалось безвкусным и тягучим, словно резина. В голове трещало: это рушились привычные построения, сложенные пазлы рассыпались на элементы, из хрустального купола разума летели острые осколки, из темных глубин медленно поднималась грязная муть.

- Олег, ты прав! – только и смогла произнести она. – Но я никогда в таком направлении не думала! И не рассказывала эту историю никому.

Аллигатор с довольным видом допил настойку:

- Счет за услуги психоаналитика можешь не высылать. Я его закрыл встречной поставкой. Бартер.

Галина рассмеялась, встала из-за стола и начала собирать посуду. Олег вынес в мусор пустые бутылки и красивым жестом отправил туда же банку с недоеденными бычками.

Двое стояли на кухне, смотрели друг на друга и хохотали в голос. Безумное напряжение сверх-пара-ненормального дня наконец-то отпустило обоих.

- И все-таки моя задачка потруднее твоей была!– гордо заявил Аллигатор, вытирая помытые стаканы. – Но дипломированный псих-аналитик справился. Целый день копал, копал, и докопался до сути проблемы!

- Ну, у вас, батенька, и методы! – сделала испуганные глаза Галина, убирая вытертые вилки в стол. – Я чуть не поседела!

- Кто бы говорил, коллега! Я от вашей шоковой терапии тоже едва не окочурился! Но цель достигнута. Цель оправдывает средства.

- Нам обоим был нужен этот день, - отсмеявшись, тихо произнесла Галина. - Я смогла и поплакать, и отпустить старые проблемы, и наконец-то понять себя.

Она бросила взгляд на стоящую на столе початую банку соленых помидоров:

- Олежка, я тебе должна за розетку? Готова расплатиться натурой, как и договаривались. То есть, продуктами. Вижу, тебе помидоры понравились, а я их не ем.

- Мы негордые, берем все!

Галина вытащила из ящика пластиковую крышку, закрыла банку и положила в пакет.

Аллигатор достал с полки свои туфли и обулся. Потом остановился у двери и широко улыбнулся:

- Галка, пообещай мне на прощание одну вещь!

- Какую?

- Что впредь всех мозгострадальных ухажеров будешь сразу посылать нахрен! Если не желаешь горячего секаса, конечно. Меня – первым. Нечего нас жалеть, не для того мы созданы.

- Олег, так нельзя с людьми! А если…

- А если кто-то при этом случайно сдохнет, - ехидно подхватил он. – То это его личные половые проблемы. Естественный отбор.

Галина осторожно улыбнулась и вручила ему пакет с помидорами:

- Такси вызовешь?

- Позже. Заскочу все-таки в бар, возьму абсента. Посижу, повспоминаю.

Аллигатор поднял было руку, намереваясь обнять ее, но не стал:

- Теперь позвонишь своему лже-женатику? Ты его задание выполнила: подумала и во всем разобралась. Правда, после полученной инфы он сбежит уже гарантированно – и сразу на Альфу Центавру. Но, ты не волнуйся - другого найдем: нормального парня, а не соплежуя очкастого. Себя не предлагаю, заметь. Наваждение прошло.

- Рада за тебя! Но позвонить ему пока не могу. У меня нет его номера телефона.

- Как нет?! - в глазах Аллигатора стояло такое искреннее, ненаигранное непонимание, что Галина опять почувствовала себя полной дурой. Впрочем, так оно и было.

- У него был другой телефон… корпоративный, - покраснев, начала объяснять она. - Но он уволился с работы. А личный номер, кажется, давал, но я не помню, куда его дела.

- Блин, Галка! – Аллигатор картинно схватился рукой за голову. – Это надо уметь! Но, в принципе, номер телефона добыть не проблема. Спроси у общих знакомых. Надеюсь, кто-то из твоего круга общения с ним знаком?

- Конечно, знаком. Много кто. Ты, например.

- Я? Знаком?! Кто он?!!

- Василий Дементьев, - запнувшись, все-таки произнесла Галина. Отмалчиваться не было смысла – все равно это рано или поздно дошло бы и до Олега: - Один из программистов, что у нас онлайн-продажи настраивали. Знаешь его?

Аллигатор вздрогнул и с обалдевшим видом уставился на нее. Кажется, даже на некоторое время перестал дышать.

- Ваську? Демона?! – наконец вырвалось у него изумленно-растерянное. – Знаю, конечно. Кто этого придурка отмороженного не знает?

Олег уткнулся лбом в дверной косяк и несколько минут откровенно хохотал. Точнее, ржал! Дико, безумно, бесстыдно брызжа слюной:

- Ох, Галка, ну ты даешь! Знай, что тебе принципиален цвет волос – перекрасился бы! И очки у меня тоже есть – от солнца! А в остальном… хрен редьки не слаще, блин!

- Олег, ты о чем?!

- Да все о нем, о нем! Тихий очкарик, говоришь? Застенчивый! Демон?! А-ха-ха! В каких застенках ты его пытала, что он у тебя застенчивым стал?! А впрочем, так ему и надо – довыпендривался!

Галина стояла молча и во все глаза смотрела на Олега. И ничего не понимала. От слова совсем.

- Не, насчет спокойный ты права! – продолжал веселиться Аллигатор. – Нас когда на Кавказе в пещере засыпало, все вокруг в сопли, инструктор кирпичами, а Демону норм. Мы вдвоем группу держали, чтоб без паники – я на стебе, он на отморозе. Но это у него после службы, наверное. Насмотрелся всякого.

- Олег!! – наконец-то отмерла Галина, подскочила к нему и начала трясти за плечи: – Какие пещеры, какая служба?! Мы вообще об одном человеке говорим?!!

Аллигатор резко прекратил смеяться, достал из кармана телефон, не спеша пролистал список абонентов.

- Этот? – ткнул он ей под нос аватарку контакта «Васька Демон».

На фото действительно был Вася, с его невероятно притягательной улыбкой и лучистыми карими глазами. Правда, здесь Васька выглядел моложе, чем сейчас. Лет на пять. Голову его украшала красно-оранжевая каска. Кажется, такие входят в снаряжение альпинистов? Или спелеологов?

- Да… - потерянным голосом признала Галина. – Он.

- Во, лось фанерный! - многозначительно усмехнулся Аллигатор. – Он что - вообще ничего о себе не рассказывал?

- Про службу говорил! - вспомнила Галина. – Что служил где-то. И что отец у него военный.

И поймав насмешливый взгляд голубых глаз быстро-быстро затараторила:

- Вася сказал, что ему есть чем меня удивить! И он будет! Но позже!

- Еще один псих, елки. Галка, тебя можно как наживку использовать – всех ненормальных в радиусе десяти километров пособираешь. Любишь нас таких, да?

Галина смутилась и отвела взгляд:

«А ведь была мысль, что они знакомы! И не просто по работе. Тогда, на презентации онлайн-продаж».

- Вы друзья? – вслух произнесла она.

- Не то, чтобы близкие. Но видали друг друга в разных ракурсах. Удивлять он будет, чертяка… Сча мы сами его удивим! – заговорщицки подмигнул Аллигатор и нажал вызов.

- Олег, с ума сошел?! – испугалась Галина. – Час ночи! Он спит, наверное!

- Угу. И почти проспал.

- Абонент временно недоступен! – отозвался приятный женский голос.

- Хм… - Аллигатор задумчиво пожевал губу. – Странно. Где он, ты говорила?

- У него операция. В Германии.

- Мы опять берем Берлин? Правильно, давно пора.

Олег поймал ошеломленный взгляд Галины и опять заржал в голос:

- Шучу! У меня от политики изжога и психосоматический дерматит. Икаю и чешусь, если конкретно. С Демоном нормально давно не общались просто. В конторе столкнулись, привет-привет, договорились посидеть где-то. Но потом как пошла жара… Сама знаешь. Наверное, у него другой номер уже. Но не волнуйся, я знаю, где добыть правильный. Утром будет тебе Демон на блюдечке.

- Спасибо, Олег! – искренне произнесла Галина. – Даже не знаю, как тебя благодарить.

- Пустяки!

Аллигатор вдруг шагнул к ней, сгреб в охапку и крепко прижал к себе.

- Классная ты все-таки девчонка, Галка! - прошептал он где-то над ухом. – Говорил уже. Но дружить с тобой не буду, и не проси.

- Почему? – в голосе Галины послышалось разочарование.

- Почему-почему… - загадочно фыркнул он. – В плане мордобоя я хоть и продвинутый, но любитель. А Демон – КМС. Нет, будь за что – я без вопросов, но насухую люлей получать – дураков нет.

«Неисправим!» - поняла Галина и рассмеялась.

Аллигатор отодвинул ее от себя и неожиданно поцеловал в губы. Это было легкое прикосновение, со стороны почти невинное, но при этом настолько откровенно чувственное, что Галину бросило в жар.

- Закрываешь гештальт, Олежка?

- Да, - тихо согласился он, проведя ладонью по ее волосам. – Сейчас закрою. С той стороны. И даже захлопну замок. Не трудись, все сделаю сам. Я умею по-взрослому, Галка.

Галина молча стояла, прислонившись к закрытой двери, и слушала, как затихает звук шагов. Затем хлопнула подъездная дверь.

«Вот и все», - пронеслось в голове.

И отчего-то эти слова отозвались в душе уколом грусти. Коса расплелась, и непослушные пряди лезли в глаза, заставляя их чесаться. Но слез не было. Не все умеют плакать просто так, некоторым нужны особые условия. Кто-то, рядом с кем можно.

Галина машинально провела рукой по волосам – плетеного зажимчика не было.

«Слетел где-то, - отмахнулась она. – Найдется».

Прошла в полутемную комнату, щелкнула пультом, выключая телевизор. Но спать не хотелось, и Галина побрела на кухню. Но свет почему-то зажигать не стала.

На улице все еще моросило. Рука сама потянулась вверх, щелкнула замком, распахивая окно настежь. Галина высунула ладонь на улицу, ощущая прикосновение мелких и каких-то шершавых капель.

Внезапно в голову пришла безумная идея. Такого еще никогда в жизни не делала! Но как завершить дурацкий день? Только откровенно идиотским поступком. По-другому не отпустит.

Галина вернулась в комнату, достала из шкафа новую бутылку сухого – это было белое, открыла… Потом забралась с ногами на кухонный подоконник и, прислонившись к раме, смотрела на дождь. И пила вино. Из горла. В раскрытом окне.

Вино неожиданно оказалось сущей кислятиной, но Галина даже не поморщилась: до грейпфрутового фреша далеко. И под настроение подходило идеально.

Лежащий совсем близко, на кухонном столе, телефон пискнул, сообщая о пришедшем смс. Но Галина даже не повернула головы:

«Наверное, предупреждают, что пора пополнить счет. Утром закину денег, сейчас не до того».

Дождь она любила, под него легко думалось, мечталось о чем-то светлом и далеком. А для того, чтобы грустить, лучше дождя, наверное, ничего и нет.

«Интересно, - пришло вдруг на ум. – Смогла бы я докопаться до истинных причин собственного поведения утром, с бокалом вина в мягком кресле?»

И Галина сразу уверенно мотнула головой:

«Сама – возможно. Но не так просто и приятно. А с Васей? Этого вообще никто не знает».

Известие, что Васька – экстремал не хуже Аллигатора, конечно удивило. И даже сильно. Но в глубине души опять было то самое ощущение – что давным-давно…

Телефон сообщил о пришедшем новом сообщении, но Галина опять его проигнорировала. Потом, все потом.

«И все равно неясно, как Васька отреагирует на моих мозговых тараканов, - со вздохом признала она. – Понятно, что не испугается. Но оно ему надо? А про сегодняшний расчудесный день с Аллигатором что скажет? Коротко и грубо?»

Дождь шел мелкий, скорее походящий на досадную осеннюю изморось, и до подоконника со стороны квартиры не долетал. Но легкий ветерок время от времени выхватывал кусочек дождевого полотна и бросал в лицо. Это напоминало брызги разбивающейся о камни морской волны.

«Ваське все расскажу, - твердо решила Галина. – И про Дениса, и про Олега. Пусть знает, кто я на самом деле – и мысли, и поступки. И на основании этого принимает решение. Так будет честно. Но поскольку он вторые сутки молчит, ответ напрашивается сам собой».

Телефон уже пищал, не стесняясь, новые сообщения сыпались одно за другим.

«Не могу! - Галина сгребла назад растрепанные ветром волосы. - Хоть потоп, хоть пожар, хоть ядерная катастрофа. Я не здесь».

Перед глазами плыли и плыли события прошедшего дня.

«А Олег видел все мои проекции! – всплыло в голове предательское. – Прущей напролом ПВП-ницы, эгоистки и родственницы Маньки Велички, хамки и пошлячки, набитой дуры с горой подростковых комплексов, зареванной размазни… и еще, еще, еще. И принял меня такой. Полностью. Первый мужчина, кто выдержал меня настоящую. Папа и Толя не в счет».

Нет, сожаления не было. Как и сомнений в правильности именно такого завершения ситуации. И чувства к Ваське были на месте. Но грусть наползала, окутывала мягкой серой дымкой, подчиняла себе полностью.

Так грустишь, когда заканчивается отпуск. Когда видишь, как на месте любимого пустыря, где играла в прятки и догонялки, вырастают новенькие многоэтажки. Когда понимаешь, что уже слишком взрослая, чтобы сидеть с подружками на скамейке, беззаботно смеясь и строя глазки всем проходящим мимо симпатичным парням. Когда…

Аллигатора рядом не хватало. За прошедший день он стал удивительно близким. Сильные личности всегда притягивают, заставляя себя уважать и принимать всерьез. А с Олегом было чуть больше. Совсем чуть-чуть. Но было.

Телефон зазвонил.

Галина отмерла, и схватила его. В голове пронеслись все самые страшные предположения: что-то случилось дома… с родителями… Толей…

Но звонок был от Аллигатора.

«Забыл что-то? – выдохнула она. – Сумку, может?»

И нажала прием вызова.

- Галка! – его голос был полон возмущения. – Слезь с окна, блин! Воспаление легких хочешь?

- Олег! – растерялась Галина. – А ты откуда…

- Отсюда! – в трубке послышался смех. – Полчаса за тобой наблюдаю уже. Смс-сок прислал вагон, а тебе все по барабану!

Галина вздрогнула и посмотрела вниз.

Аллигатор стоял под ее окном с телефоном в руках. Дождь поливал его, не стесняясь, уже промочив до нитки. Влажные волосы торчали смешным ежиком, намокшая джинсовая рубашка облепляла тело второй кожей.

Заметив, или скорее угадав взгляд, Олег помахал рукой.

- С ума сошел? – напустилась на него Галина. – Простынешь! Заболеешь!

- У меня зверский иммунитет! - гордо признался Аллигатор. – Забыла? Простудами и гриппами не болею. Зато…

Он запнулся, а потом продолжил так горячо, что Галина отшатнулась, будто в ухо дохнули огнем:

- Галка, садисточка моя ненаглядная! Немедленно перестань так откровенно по мне страдать! Я живой человек все-таки. И ни хрена не благородный, слышишь?

- С чего ты взял? – покраснела она, будто начинающий воришка, застуканный с поличным. – Я не… И не по тебе…

- Не ври! Чувствую я тебя, понимаешь?

Его слова обжигали, кружили голову. Вроде все закончилось? Или нет?!

- Слезь с окна немедленно! Или я вернусь. Хочешь?!

- Дверь закрыта на замок, - пробормотала Галина первое пришедшее в голову.

- Выбью! – бесшабашно смеялся Аллигатор. – Разнесу дом по кирпичикам, убью всех, кто попытается мне помешать! Но буду с тобой. Навсегда. И ни Демон, ни все черти из преисподней меня не остановят! Еще минута, и поверю, что у меня есть на это право! Пятьдесят секунд… Сорок пять…

Галина резво спрыгнула с подоконника и захлопнула окно.

- Гляди-ка, - абсолютно невозмутимо прокомментировала трубка. – Методы шоковой терапии и впрямь на редкость эффективны. Научно доказанный факт. Извини, Галчонок, но по-другому ты не понимаешь.

- Олег!!! – натурально взвыла Галина. – Ты это специально, да?!

- Да. Тебе нельзя на сквозняке сидеть, горлышко слабое, ангинами болеешь. А мне нужен главбух здоровый - впереди много работы. После свадьбы планирую всерьез заняться делами компании.

- Олег… это правда?!

- Правда-правда, - весело отозвался его голос. – Я же никогда не вру! Может, не вся правда. Но кто тебе ее скажет, всю правду? Разве что там… когда-нибудь…

Галина сквозь оконное стекло видела, как он поднял глаза к затянутому тучами небу.

Вдруг в трубке раздался писк смс.

- Галка, у тебя сообщение?

- Нет, - она отняла телефон от уха и бросила взгляд на экран. – У тебя.

Аллигатор за окном тоже закопался в свой айфон.

- Появился в сети… - донесся немного издалека его задумчивый голос. И продолжил уже отчетливо: - Ложись спать, Галчонок – утро вечера мудренее. Не волнуйся, я ушел. Честно. Срочное дело образовалось.

Галина послушалась совета, переоделась в ночную рубашку и хотела уже завалиться в постель, но вспомнила про паспорт:

«Сумка хоть насквозь и не промокла, но все равно влажная! Оставишь документ в ней до утра – отсыреет».

Она полезла за паспортом, но рука наткнулась на что-то удивительно нежное, и при этом колючее.

«Бутон розы! – вспомнила Галина, вытряхивая содержимое сумки на кровать. – Который утром подарил Олег. Точнее, не подарил, а… Не важно!»

Цветок, на удивление, не завял, а наоборот, распустился, превратившись в великолепную ярко-красную розу. Галина вытащила из шкафа самую толстую на вид книгу и засунула розу в нее – засушить на память. Зачем-то.

Взгляд рассеянно скользнул по названию «Экономический анализ. Учебное пособие».

«У нас действительно сложная формула зависимости, - вдруг пришло на ум. – И не линейная, и не экспонента. Такая, что математически рассчитать невозможно. Логика не работает и регрессионный анализ бессилен».

А плетеный зажим для волос почему-то так и не нашелся.

Глава 55. С добрым утром!

Ночь пройдет, настанет утро ясное,

Верю, счастье нас с тобой ждет.

Ночь пройдет, пройдет пора ненастная,

Солнце взойдет...

Солнце взойдет.

(из м/ф «Бременские музыканты»)

Проснулась Галина, не смотря на воскресный день, рано. Погода, словно вняв ее мольбам, радовала ярким, по-настоящему летним солнышком.

«Стирка! – пришла ей на ум первая мысль после пробуждения. – Генеральная, всеобъемлющая и немедленно!»

Больше думать ни о чем не хотелось. Все странное, иррациональное и безумное действительно осталось во вчерашнем дне.

Она легко поднялась с кровати и отправилась в душ. Правда, махровый банный халатик показался грязным и был нещадно отправлен в бельевую корзину. Туда же попали домашние шорты с футболкой.

Выйдя из ванной, обмотанная полотенцем, Галина несколько минут стояла перед шкафом, размышляя, что надеть.

«Конечно, дома меня никто не видит! - весело думала она. – Можно хоть в одних трусах ходить. Но как-то оно неэстетично».

С чистым нижним бельем действительно была напряженка, пришлось натянуть узенькие кружевные трусики. Галина их не любила и носила только под длинное стрейч-платье. Платье было закрытым и даже слегка чопорным, подходило для деловых переговоров и нудных совещаний. Но из-за покроя в обтяжку, любое другое белье создавало чуть ниже спины некрасивые складки.

Наверх Галина хотела было надеть футболку, но рука сама стянула с вешалки шелковый полупрозрачный халатик, длиною чуть выше колен.

«Сонька подарила на Новый год, - вспомнила она. – А я как-то и не ношу совсем. Неудобно перед подругой».

Подойдя к зеркалу, Галина оглядела себя и невольно рассмеялась:

«Будто для интимного свидания вырядилась! Смотрится ничего так – не пошло, но достаточно откровенно. Сама на себя полюбуюсь, тоже надо – для поднятия самооценки!»

Пальцы подобрали полы халата вверх, открывая ноги:

«Действительно, целлюлита не наблюдается! – весело признала она. – Но загореть слегка не помешает. Главное, если соседи за солью придут, в таком виде на лестницу не выскочить!»

Настроение вдруг стало легким-легким и даже немного игривым.

Галина загрузила в машинку постельное и скатерть, нижнее белье постирала вручную. Хоть среди режимов присутствовала «деликатная стирка», она ей особо не доверяла.

На балконе было еще свежо, деревянные перила пропитались влагой. А на бельевых веревках-проволочках висели, переливаясь в утренних лучах, крупные капли росы. Словно слезы: чистые, прозрачные - о чем-то добром и светлом, утраченном безвозвратно. Но солнце неумолимо вступало в свои права, обещая летний день – настоящий, жаркий, долгожданный.

Галина улыбнулась и легко смахнула росу рукой:

«Слезы тоже остались во вчерашнем дне. Прошлое прошло – и далекое, и недавнее. Будем жить дальше!»

Вывесив первую партию постиранного за балкон: простыни подальше, трусики стыдливо с краю возле перил - чтобы с улицы не было видно, она решила выпить кофе.

В этот раз заморачиваться не хотелось, в дело пошел намолотый заранее из баночки. Но аромат все равно поплыл горячими волнами – яркий, пряный, жизнеутверждающий.

Галина сварила полную турку, налила горячий напиток в чашку и даже капнула бальзама из вчерашней бутылочки:

«И подумаешь, что с утра! Сегодня можно. Моя жизнь – мои правила!»

Уютно устроившись на диване, она взяла в руки телефон – прогноз погоды посмотреть для начала! Но сотовый внезапно пискнул, сообщая о пришедшем смс.

Оно было от Аллигатора и содержало минимум информации: вложенный контакт «Васька Демон» с фото в той самой красно-оранжевой каске и озорно подмигивающий смайлик.

«Позвонить или написать?» – задумалась Галина.

Рука сама взяла бутылочку с бальзамом и вылила в чашку все, что в ней оставалось:

«Позвоню! Оно вернее. Сегодня воскресенье, вряд ли он на операции. Конечно, по телефону все вываливать не буду, но извинюсь за прошлый раз и скажу, что надо серьезно поговорить – по приезду. И это будет правильно! Только кофе допью… для храбрости».

Внезапно Васькин желанный образ встал перед глазами, словно в реале: лучистые карие глаза, чувственные губы, сильные плечи, руки…

«Как же я невыносимо соскучилась! – вдруг поняла Галина. – Что угодно отдала бы, чтобы увидеть его вживую! Прямо сейчас!»

Словно отзываясь на ее мысли, на балконе раздался непонятный шорох, за шелковой занавеской мелькнула большая тень. Неплотно закрытая балконная дверь распахнулась настежь, являя Васю собственной персоной.

Галина замерла с чашкой в руках. И смотрела-смотрела-смотрела, чувствуя, как на лбу выступает пот. Не смотря на жару – холодный. Недопитый кофе дрожал, словно в едущем поезде, оставляя на стенках чашки живописные разводы – хоть гадай по ним!

«Похоже, я реально сошла с ума! – испуганно подумала она. – После вчерашнего дня – неудивительно. Васька наяву мерещиться начал! Или все дело в бальзаме? Чабреца в нем нет. Но вдруг присутствуют травы, вызывающие галлюцинации?»

Галина с трудом поставила трясущуюся чашку на стол, потерла глаза, намереваясь отогнать наваждение, но Вася никуда не исчез.

Он стоял молча, беззвучно шевеля губами и уставившись на ее халатик где-то в районе груди. И – что удивительно! - был совершенно не похож на Ваську из сладких грез.

Нет, милые сердцу глаза, губы, плечи и все прочее вроде бы присутствовало! Но лицо выглядело уставшим и небритым, под глазами залегли темные круги. Волосы казались слипшимися и неровно зачесанными на одну сторону, будто их небрежно загребали пятерней. И еще почему-то отливали зеленым.

Одет Васька-фантом был в черные джинсы и изрядно помятую серую футболку с щедро разбросанными по ней абстрактными зелеными полосами. Авангардное дизайнерское решение? Руки он почему-то держал за спиной.

Галина невольно принюхиваясь. К зрительной галлюцинации добавилась обонятельная - резкий, зубодробильный запах ментола. Немного это напоминало Аллигатора с его мятными конфетами, перебивающими запах курева, но было во много раз сильнее. Будто в комнате перевернулся полный чан ментола.

- П-привет… - застенчиво пробормотал воображаемый Васька – или не воображаемый?! - с явным трудом поднял взгляд выше и встретился глазами с Галиной.

- Вася… ты?! – изумленно выдохнула она.

- Я. Ждала кого-то другого?

- Никого я не ждала! Сегодня! Вообще! – отрывисто выдала она и еще раз окинула его растерянным взглядом. – Точнее, тебя ждала. Всегда. А ты как… почему… откуда ты взялся на балконе?!

- Как-как. Залез. Ты же запретила мне переступать порог этой квартиры? Помнишь? А про балкон речи не было.

И поймав ее перепуганный взгляд, добавил быстро-быстро:

- Не бойся, у меня разряд в альпинизме… и в парашютном спорте… и… Доберусь домой, вытащу из личного дела автобиографию и перешлю тебе, ладно? А то оно некрасиво, будто хвастаюсь. Не мое это - понты колотить. И, надеюсь, я нужен тебе не из-за этого? Если вообще нужен, конечно…

«Это что, действительно Васька?! – Внезапно пришло пьянящее осознание. Яркое, искрящееся, словно волшебные пузырьки в онлайн игре, полные магической энергии: – Мой Васька здесь? Правда?!»

Но его глаза ждали ответа, и Галина собрала волю в кулак.

- Нужен! – не отводя взгляда, твердо ответила она. – Так нужен, как никто еще никогда не был нужен. И не будет.

- Я рад, - улыбнулся он и еле заметно скользнул глазами ниже.

- Вась, а что у тебя в руках? – выдала Галина первое пришедшее в голову.

- Сюрприз, - Васька опустил взгляд еще ниже, утыкаясь им в пол: – Точнее, два. Один хороший, а за второй… за второй ты меня убьешь.

Он подошел совсем близко и вытащил из-за спины правую руку – в ней был огромный, великолепный букет крупных садовых ромашек:

- Твои любимые…

- Мамочки, какая красота! – восторженно воскликнула Галина, принимая букет, зарываясь в него губами, вдыхая аромат любимых цветов. Который, правда, был изрядно дополнен тем самым запахом ментола: - Васенька, спасибо! Мне так приятно! Ты… ты самый лучший в мире!

- Как сказать, - вздохнул Васька. – Это был первый сюрприз. А вот второй…

В его левой руке была… бельевая веревка с трусиками. Теми самыми, которые Галина совсем недавно вывесила за балкон.

- Нечаянно оторвал, когда залазил, - убитым голосом признался он. – Но ничего не уронил, все на месте. Семь тру… семь бельев. Лина, прости меня, идиота, пожалуйста!

Глядя на связку своих трусов в руках Васьки, Галину не то, чтобы бросило в краску, она стала ярко-пунцовой, даже кисти рук покраснели.

«Но ему еще труднее! – мелькнуло в голове сочувственное. - И так волнуется, еще и досадное недоразумение».

- Ерунда! – как можно беспечнее произнесла она. – Я тебя всякого люблю! И с трусами и без…

До Галины дошел смысл сказанной фразы, и она испуганно прикрыла ладошкой рот. Но Васька не рассмеялся, не сострил, не…

- Я тоже тебя люблю, Лина, - серьезно произнес он. - Очень люблю.

Он вдруг опустился на пол, сел рядом с диваном и положил голову ей на колени.

- Как же мне хорошо сейчас… - прошептал, закрывая глаза. – Как в самом сладком сне. И так паршиво, что охота сдохнуть.

«Это из-за нашей прошлой встречи! – с ужасом поняла Галина. – Виталькина Катя тоже говорила, что Васька сильно переживает. Ничего, сейчас объясню, какая я дура!»

- Васенька, родной… - пальцы долгожданно закопались в его волосы.

Правда, волосы были странно-липкие на ощупь, и прикосновения к ним оставляли на руках светло-зеленые следы, пахнущие затхлым болотом:

«Но это ведь любимый человек! Потом разберемся, почему у него зеленые волосы, сейчас главное…»

- Васенька, родной! – повторила Галина. – Прости меня, пожалуйста, за прошлый раз! Я не…

- Знаю, - осторожно перебил он. – Все знаю. Светлый рассказал – и про давно, и про вчера.

- Светлый? Это кто?!

- Олежка Светлов.

- Алли… - пальцы Галины задрожали в Васькиных волосах. - Олег? Ты разговаривал с Олегом?!

- Если бы только разговаривал… Я был у него на мальчишнике. Только оттуда. Лина, давай помолчим немного? Голова раскалывается, просто жуть.

Галина действительно несколько минут послушно молчала, осторожно исследуя его голову. Пальцы сами находили особые участки и легонько их массировали. Но у Васьки этих мест на голове было больше, чем у Аллигатора. Намного больше.

«Действительно сильно болит! - поняла Галина. – Чем они там занимались, что такие последствия?! Упились вдрызг? Или…»

Внезапно рука наткнулась…

- У тебя голова разбита?!

- Пустяки… - не открывая глаз, пробормотал Васька. – Старею. Не волнуйся, сразу обработал, семьдесят градусов, норм.

Галина внимательно рассмотрела ссадину – та была действительно неопасной, с запекшейся красной корочкой. Но сам факт!!

- Вася, ты дрался с Олегом?!! – вырвалось у нее виновато-испуганное. – Скажи правду! Пожалуйста!

- Было дело, - так же с закрытыми глазами признался он. – Меня вообще-то трудно из себя вывести. Но у Светлого талант. Непревзойденный.

И, почувствовав ее напряжение, легонько улыбнулся:

- Лин, успокойся! Это давно было. Лет пять назад… или шесть? На Кавказе. Мы со Светлым там познакомились, в одной тургруппе были.

- Это когда вас в пещере засыпало? – незаметно выдохнув, вспомнила Галина.

- Гляжу, ты в курсе? Да. Точнее, подрались еще до пещеры. Потом даже подружились. Светлый – нормальный мужик, достойный. Загоны у него идиотские, это есть. Не сразу поймешь, что он такое на самом деле. Плюс молодые были… Дураки.

- Может, тебе таблетку? Анальгин?

Васька не ответил. Он обхватил руками ее колени, потерся небритой щекой и опять замер.

Она пыталась его тормошить, задавала наводящие вопросы, опять предлагала лекарства, но Васька или мотал головой или молчал.

Галине было не по себе: от долгого сидения в одной позе затекли ноги, а в ситуации с Васькой белых пятен не только не уменьшилось, а даже добавилось – начиная с того, откуда он взялся в Москве, когда должен быть на операции, и почему не звонил, и заканчивая внезапным мальчишником Аллигатора и разбитой головой.

А еще было жалко цветы – несчастные ромашки лежали рядом на диване и грустно вяли, опустив лепестки.

- Вась, мы так и будем сидеть?! – вырвалось у нее, наконец.

- А есть пожелания? – все также с закрытыми глазами отозвался он.

Галина окинула Ваську взглядом и еле заметно улыбнулась. В голову пришла хулиганская и абсолютно дурацкая идея, но почему-то показалось, что это сработает:

- Вообще-то есть. И даже два. Первое – отпусти меня, пожалуйста, нужно цветы в воду поставить, чтобы не завяли. А второе… даже не знаю, как и сказать.

- Что-то личное? – Васька открыл глаза и поднял голову, встречаясь с ней взглядом.

- Да. Можно даже сказать откровенное.

- Откровенное желание?! Ого. – На его лице мелькнуло любопытство. – Говори, не бойся, я взрослый человек, вряд ли меня чем-то удивишь.

- Думаю, что удивлю.

- Хм… - Васька слегка отодвинулся и почесал в затылке. – У меня что, еще не все новости на сегодня? Ладно, говори прямо. Не волнуйся, не сбегу.

Галина изобразила самый серьезный вид, но все-таки слегка покраснела:

- Ты веревку с моими… вещами положи уже куда-нибудь! А то мне неудобно, если честно.

Васька вздрогнул и перевел взгляд на свою левую руку, действительно все еще сжимавшую добытый на балконе трофей.

- Ты в этом смысле?!

- Да. А ты что подумал?

- Блинна! – Васька бросил бельевую веревку на диван и, закрыв лицо руками, затрясся от смеха: – Что я подумал… Проще сказать, чего я не подумал! Гадости всякой точно нет. Иди ты… ставь свои цветы, пранкерша! Ох, и покажу кому-то откровенные желания! Допросишься. А голову отпустило. Чудеса.

- Терапевтическая цель достигнута! – улыбнулась Галина и, подхватив букет, отправилась на кухню.

- Линка-малинка, ты часом не родственница Светлого? – со смехом выдал ей Васька вдогонку. – У вас методы одинаковые.

- Разве что дальняя! – весело отозвалась Галина с кухни. Она наполнила вазу, потом набрала немного воды в рот и опрыскала ромашки. Те сразу повеселели: подняли головы, расправили лепестки и запахли нежно и романтично – цветущим лугом. Как любимые духи: – Через Маньку Величку.

- Да-да, что-то он загонял на эту тему вчера… или сегодня?.. - мания величия?

- Она самая.

Когда Галина вернулась в комнату с ромашками в вазе, ее встретил привычный и родной Васька. Он подождал, пока она поставит цветы на стол, и подхватил на руки, крепко прижимая к себе:

- Соскучился! Дико!

- Аналогично! – Галина обняла его за шею. Сладкая тягучая волна поплыла по телу, вызывая острое желание «допроситься».

Но белые пятна в истории с ним напрягали. Как и зеленые - на Васькиной голове.

«Затащить его в душ что ли? – подумалось восторженно-бесстыдное. – Заодно и расспросить, что к чему».

Подлое воображение сразу нарисовало бесшабашно-теплые струйки воды, бегущие по сильным плечам, плоскому животу и… безо всяких футболок! Но стоило потянуться к желанным губам, как Васька осторожно отвернул голову:

- Прости… не сегодня. Боюсь, тебе не понравится. И в аэропорту скоро быть нужно – такси под подъездом ждет.

Тело окатило новой волной – досадного разочарования. Словно в детстве, когда узнала, что деда Мороза не существует.

Галина принюхалась. Сквозь убойный аромат ментола пробивался не менее ядреный запах перегара, дополненный пикантными нотками затхлой тины.

- Все-таки упились! – тяжело вздохнула она. – И болотом от тебя несет почему-то.

- Мог поехать домой помыться… - виновато признался Васька на ухо. – Но захотелось увидеть тебя… невыносимо захотелось. Надеялся, что поймешь.

– Пойму! – Галина, не выдержав, провела пальцем по его губам – хоть так. Губы оказались сухими и шершавыми, но прикасаться к ним было удивительно приятно: как предвкушение поцелуев – долгих и безумных: - Не сомневайся. Но тогда быстро рассказывай: где был сегодня ночью, какой аэропорт, что с операцией, причем тут Олег и… все остальное!

- Это допрос? – мягко улыбнулся Васька и поставил ее на пол. – С пристрастием?

- Да! Но пока без пристрастия.

- Хорошо. Расскажу. Не знаю, правда, как ты к этому отнесешься, но будь, что будет.

Галина широко раскрыла глаза, немного испугавшись такого предисловия, но произнесла твердо:

- Формула та же. Все, кроме измены.

- Принято!

Васька сел на диван и притянул ее, устраивая у себя на коленях. Это было так откровенно… сладко… и долгожданно, что у нее закружилась голова. А, может, это было пьянящее чувство свободы: от тараканов, подростковых комплексов, глупых недоразумений? Любимый человек рядом, и нет никаких препятствий, чтобы быть вместе.

По комнате бродили солнечные зайчики – легкие и игривые, на льняной скатерти улыбались желто-белые наивные ромашки. Во дворе скрипели качели, и заливалась смехом бесшабашная детвора. Васькино тело было так близко, и так недвусмысленно просило того же, что и… Кто придумал эти проклятые самолеты?!

- Ты такая красивая! - горячо шептал Васька, касаясь губами ее шеи. – Жаль что я сегодня… красивее некуда.

Галина осторожно улыбнулась.

- И да, я помню, - серьезно добавил он. - Со мной все должно быть по-другому.

- С тобой и так все по-другому, Вась! - нежно призналась она, успевая на миг коснуться губ, прежде, чем он отвернется. Коктейль действительно был убойный, но это ведь любимый человек, правда? – Я просто хочу быть с тобой. Во всех смыслах.

- Хорошо, родная. Будешь, - он стыдливо закопался губами в ее волосы. – Дождись меня, пожалуйста. Операция завтра. Сегодня вечером нужно быть в клинике. Вчера отпросился на сутки.

- Почему?

- А тебя не удивляло, что я не звоню и не пишу?

- Удивляло, - согласилась Галина, крепче прижимаясь к нему, с упоением ловя ответную горячую волну. - Но подумала, что ты показываешь принципиальность.

– Нет, - осторожно улыбнулся Васька. – Сказал же – «наплевать», помнишь? Все хорошо в меру и к месту. Принципы в том числе. Просто я разбил телефон. В Германии уже, по прилету. В аэропорту уронил под колеса автобуса. Нечаянно.

- Руки дрожали? – вырвалось само собой у Галины.

- Точно, как Светлый! – рассмеялся Васька и чмокнул ее в нос, награждая взрывной ментоло-перегарной волной. Галина невольно поморщилась, и Васька застенчиво уткнулся ей в плечо: – Светлый тоже по поводу трясущихся рук обстебал. Пошляк.

- Я не в этом смысле! Хотела сказать - расстроился. Из рук все валилось. Чувствую себя виноватой.

- Ты ни при чем. Получилось так просто. Не важно. Точнее, потом расскажу. Но расстроился – это да. Сильно.

Васькино дыхание проникало через полупрозрачную ткань халатика, мягкой дымкой укутывало плечи, спускалось ниже – к груди, вызывая вполне определенные мысли и фантазии.

- До меня только утром дошло, что говоря «человек имеет право на ошибку», ты помощи просила, - отрывисто признался он. - Не мои «дела давно минувших дней» имела в виду, а себя. Человек, всегда говорит о себе, о чем бы не рассказывал. А я вроде взрослый дядя, спецкурс по коммуникации прослушал, и вместо того, чтобы разобраться в ситуации, впал в пубертат пополам с розовыми соплями. Стыдно!

- Вась… - растерянно начала Галина, но он перебил:

- Короче, симка тоже пропала. Сутки просидел без связи и рванул в Москву. Ночью сегодня прилетел, погнал в круглосуточный офис, по паспорту восстановил сим-карту. И сразу Светлый нарисовался. В два часа ночи, представляешь?

«Точно! – вспомнила Галина. – Так вот от кого Аллигатору пришла смс «Абонент появился в сети»!

- Узнал, что я в Москве. Говорит: «Дуй ко мне, мальчишник устроим». У него же свадьба послезавтра. Я, понятное дело, хотел отморозиться. Но Светлый сказал, что есть серьезный разговор. О тебе.

- И ты поехал? К нему домой?

- Нет, - вздохнул Васька. Его ладонь несмело легла на ее колено: – Встретились в баре. Но там совсем недолго сидели. Светлый брякнул, что мы с ним скучные, а надо по-взрослому. И поехали в одно место…

Галина замерла и еще раз провела ладонью по Васькиным волосам, уже догадавшись, что на них за зеленая субстанция:

- Вы были в заброшенном парке?!

- Да. Пили абсент – зеленый такой, знаешь?

- С горла? – испугалась Галина. – Совсем сдурели, он же крепкий! Еще скажи, что без закуски!

Васька виновато отвел взгляд:

- Нет, закусывали. Помидорами. Тоже зелеными.

- И купались в зеленом пруду? – поддела его Галина.

- Да. Пришлось. Светлый айфон утопил.

- Олег? С чего бы это?!

- Руки, наверное, тряслись, - невозмутимо прокомментировал Васька. Но Галина успела поймать в глубине лучистых глаз хитринку: – Ничего, он водонепроницаемый. Выловили, работает. Понырять, правда, пришлось.

Галина вообразила картину в красках и, не выдержав, рассмеялась:

- А зеленых жаб не целовали?

- Нет, - улыбнулся Васька.

- Жаль! А то вдруг они превратились бы в прекрасных девушек?

- Но жаба была. И девушка тоже была…

- Вот как? – Галина внезапно почувствовала укол ревности, но постаралась не выдать себя. С Аллигатора станется заказать определенного вида барышень – как раз для мальчишника: – А с головой что – в пруду об железяку ударился?

- Нет. Подрались со Светлым просто.

Галина замерла, вцепившись в Васькины плечи:

- Ты же говорил, вы не…

- Лин, успокойся! – примирительно улыбнулся он. - Не друг с другом. Мы были по одну сторону. Но отожгли знатно. Можно сказать – финальная битва титанов.

- А почему… почему финальная?! – только и смогла выговорить Галина.

- Потому как старые мы уже… дураки. Здоровья нет, чтобы так фестивалить: и в плане пьянки, и… Больше не буду, обещаю. А после еще в церковь зашли – возле парка как раз новую построили. Вот и вся история.

Галина сидела тихо-тихо и смотрела за окно в абсолютно безоблачное июльское небо. События прошедших дней неслись перед глазами сплошным потоком, выстраиваясь в четкую, логичную картину.

«Словно я попала в онлайн-игру! – всплыла в голове ассоциация. – Только не компьютерную, а реальную, с полным погружением. Реал РПГ? Или реал шутер? Скорее, мульти жанр. Здесь в углу нет игрового меню, и никто не пищит на ухо противным голосом, озвучивая текущие события, задания и подсказки. Но по факту все было именно так: квесты и миссии, скиллы и параметры, новые уровни и очки ПВП, бонусы за риск и штрафы за неверную прокачку. Даже успешное снятие древнего проклятия! И эпическая битва титанов – как без нее! Двое – ярких и сильных, разных по игровому классу и прокачке: светлый и темный, демон и рептилоид. По всем законам игры, они должны были в финале сойтись ни на жизнь, а насмерть. Но истинным титанам плевать на чужие правила. Они их устанавливают сами».

Галина перевела взгляд на Васькины зеленые волосы и загадочно улыбнулась:

- Вась, может в душ? У меня есть новая зубная щетка. Покупала две – нам с братом – третья по акции досталась.

Но Васька мотнул головой, сделав вид, что не понял намека. Или действительно не понял? Титан и есть титан – по лицу ничего не прочитаешь. Только если сам захочет показать.

- В клинике уже помоюсь, - он бросил взгляд на смарт-браслет. – Через полчаса выходить. Лучше еще с тобой посижу.

И опять уткнулся ей в плечо.

Галина погладила Ваську по голове:

«А летсплея финальной битвы я еще не видела! Непорядок».

*Летсплей (Let's Play с англ. — «давай поиграем») — видеоролик, реже набор скриншотов, сопровождаемый текстом, в котором игрок комментирует прохождение компьютерной игры*

- Что-то я поняла, - многозначительно произнесла она вслух. – Что ничего не поняла. Не хочешь купаться - рассказывай все еще раз! Со всеми подробностями!

- Лин… - застенчиво отозвался Васька. – Да там ничего интересного. Пьяные были, оба. Мужские приколы… тупые. И как-то я морально не готов, если честно.

- А придется, - участливо вздохнула Галина и скользнула ладонями к нему под футболку. – С пристрастием, так с пристрастием.

Глава 56. Протокол допроса или финальная битва титанов

Засупонилось красное солнышко,

Замолчали в лесу глухари.

Это вышли развлечься по полюшкам

Наши русские богатыри

(из м/ф «Три богатыря и Шамаханская царица»)

Может, оно было и не совсем так.

Васька большим счетом рассказывал откровенно – «пристрастные» методы оказались действенными, но кое-где отвечал уклончиво. Иногда только намекал или нечаянно оговаривался. А то и молчал. Красноречиво.

Но из всех этих разрозненных кусочков у Галины сложилась цельная картина – яркая, красочная, динамичная, наполненная запахами и звуками. Хорошее пространственное мышление – вещь полезная.

Аллигатор, зайдя за угол ее дома, решительно нажал вызов:

- Здоров, Демон! Ты где?

- В Москве. Прилетел только. Случилось что?

- На мальчишник хочу пригласить, - загадочно протянул Аллигатор. – Женюсь послезавтра, блин.

- Поздравляю, конечно! - язвительно отозвался Васька. - Готовый что ли, чертяка? Два часа ночи!

- Это ты у нас готовый! – фыркнул Аллигатор. – К труду и обороне, елки. А я не чертяка, а, считай, твой ангел-хранитель – с нимбом, крыльями и прочими причиндалами. Разговор есть. Про Галину Горячеву, знаешь такую?

- Лину? Что с ней? Ты ее видел?!

- Жива-здорова, - вкрадчиво проговорил Аллигатор в трубку. – И да, я ее видел. У нее дома. Наедине. Полчаса назад. Интересно?

- Говори адрес, сейчас буду.

- Хм… - задумчиво пробормотал Аллигатор. – Действительно интересно.

И отправил Ваське локацию бара недалеко от дома Галины.

Когда тот прибыл на место, Аллигатор сидел за дальним столиком и вдохновенно курил, пуская эффектные колечки дыма. Перед ним стоял пустой высокий бокал и тарелка с сыром.

Увидев Демона, он куснул губу и пристально посмотрел ему в глаза:

- Быстро прилетел.

- Поздно, трасса полупустая, - нейтрально пояснил Васька и протянул руку для рукопожатия. – Ночи доброй, Светлый. Как сам?

- Да как… обычно, - хмыкнул тот и пожал протянутую руку. – Женюсь, машину продал, бабки на ветер выкинул. Одним словом - рутина.

- «Бентли» свой продал что ли? – удивился Васька, усаживаясь напротив за его стол. – Не жалко?

- «Не жалею, не зову, не плачу, все пройдет, как с белых яблонь дым», - Аллигатор щелчком стряхнул пепел в фирменную пепельницу с логотипом бара: - Мне он, считай, даром достался – премия за риск в одной многоходовой авантюре. Бог дал, Бог взял… Абсент будешь?

Васька окинул Аллигатора быстрым взглядом и еле заметно пожал плечами:

- С поджиганием?

- Не, просто с сиропом, по-народному.

Васька кивнул, и Аллигатор сделал заказ.

Несколько минут они молчали. Официант принес два бокала.

- Думал, ты мне прямо с порога в морду дашь… - улыбнулся Аллигатор своей крокодильей улыбкой. – Я бы так и сделал. Но Демон как был отмороженным, так и остался.

- В морду оно никогда не поздно, - философски заметил Васька, пригубив из бокала. – А есть за что?

- А если и есть? – хмыкнул Аллигатор. – У тебя права-то на это имеются?

– Гляжу, кое-кто уже накидался по полной, - устало отозвался Васька. - Есть, что сказать – говори. Или я пошел.

- Есть-то оно есть, - вздохнул Аллигатор и залпом выпил коктейль. – А кто ж ему дасть… Думаю. Что у тебя с Галкой?

- Не твое дело.

- Не мое, так не мое. Ступай себе с Богом, блаженный отрок Василий.

- Блин, Светлый, не загоняй! – Васька скривился и тоже допил абсент. - Что ты от меня хочешь?

- Скучные мы, Демон, с тобой какие-то… - Аллигатор картинно затушил сигарету в пепельнице. – Может, поехали в одно место – поговорим по-взрослому?

- И о чем? – Васька взял с тарелки кусочек сыра.

- Например, о том, какие сладкие губки у нашей Галки! – небрежно выдал Аллигатор, глядя ему в глаза.

Васька сжал руку, превращая кусок сыра в комок:

- Что ты делал у нее дома ночью?

- А ты как думаешь?

- Хорошо я о тебе думаю, Светлый, сам знаешь… - вздохнул Васька, бросая комок сыра в пустой бокал: - Что ты не суицидник. И даже не мазохист.

- Как сказать… Блажен, кто верует, тепло ему на свете. Едем?

- Поехали.

На этом месте Галина испуганно раскрыла глаза и прижалась к Ваське:

- У нас с ним ничего не было!

- Знаю-знаю, - нежно согласился он, целуя куда-то за ухо. – Все знаю.

- И что дальше?

- Что-что… Взяли две бутылки абсента и поехали.

- Там же темно, в той части парка! Фонари не горят! И дождь шел.

- Про дождь не помню, - осторожно улыбнулся Васька. – Вроде не было. Или не обратил внимания. А темень – да, реально, хоть глаз выколи. Но Светлый же, как всегда…

- Светлый, ты совсем долбанулся? – бормотал Васька, спотыкаясь о крупные комья земли, которые даже дождь за весь день не сумел размочить: - У меня, знаешь ли, прибор ночного видения в черепушку не встроен!

- Тихо, Демон! - загадочно огрызнулся Аллигатор. – Стонать в другом месте будешь. Позже. А пока терпи, тебе полезно.

Васька фыркнул и отодвинул в сторону цепляющийся за джинсы розовый куст. После дождя он источал особый аромат – тонкий и нежный:

- Дай хоть абсента хлебнуть! Чтобы с тобой на одной волне быть. А то никак не въеду.

Аллигатор вытащил из пакета початую бутылку, открыл и демонстративно присосался, делая глоток прямо из горла. Потом протянул Ваське.

- Оставь себе уже эту тогда! – поморщился тот. – Мы же две брали.

- А нам, Демон, не привыкать, одну по очереди облизывать! – ехидно прокомментировал Аллигатор, выловил из банки самую красивую помидорку и вложил Ваське в руку.

Васька замер, потом глотнул абсента и забросил помидор в рот:

- Да, ты прав. В пещере из одной фляги пили, последний глоток воды поровну делили.

- Эх, Демон! – Аллигатор точным движением отбросил в сторону перегородившую тропинку сломанную ветку. – Никак не разберусь: аль ты тупой, аль тебе пофиг?

- Зато ты у нас острый, - хмыкнул Васька, закручивая бутылку. – На язык. А мне на твои загоны и впрямь… индифферентно. Экзальтированным дамочкам будешь по ушам ездить. На ком женишься, кстати?

- На одной из наследниц компании! Семнадцать процентов сразу мои, еще тридцать четыре практически в кармане. Итого контрольный пакет.

- Да, умеешь! – согласился Васька. – Что-то есть в тебе. Однозначно.

- Сие, Демон, именуется мудреным словом «харизма»!

- Угу. Гляжу, давненько по твоей харизме не стучали-то.

Аллигатор задумался, а потом вдруг рассмеялся – звонко, по-мальчишески:

- И впрямь давно! Намеревались и даже пытались - много кто. А чтобы прямо настучать – ты последний.

- На Кавказе? – улыбнулся Васька, сворачивая вслед за Олегом на узкую тропинку. – Помню. Ох, и выбесил ты меня, чертяка! Как никто еще до тебя. И после тоже. Во, думал, гопота мразотная…

- Я такой, я могу! – самовлюбленно заявил Аллигатор, потянулся за бутылкой, но Васька сделал вид, что не понял его движения:

- Боялся, что после того ночью придушишь и в овраг скинешь. Ты ж без тормозов. Вообще. А когда с местными зацепились, ты один за меня встал. Остальные отморозились, даже те, с кем нормально общался в группе. И в пещере потом… Я помню, Светлый. Все помню.

- Ты, Демон, на меня свои высокоморальные фантики не клей! – огрызнулся Аллигатор. – Эпическому раздолбаю пофиг, где нарываться. За любой кипеш, кроме голодовки!

И резко присел, выхватывая чуть ли не из-под ног Васьки кривой кусок арматуры:

- Стой! А то еще убьешься, слепошарый!

Васька послушно остановился:

- Далеко еще?

- Пришли.

За последним поворотом тропинки действительно открылась та самая картина: заросший пруд, покореженный мостик, поваленное дерево, врущая табличка на столбе.

Здесь было светлее, чем в зарослях, но ненамного. Темные тучи укрывали небо плотным слоем, не оставляя шанса ни луне, ни звездам.

- Твоя берлога? – усмехнулся Васька, разглядывая пейзаж.

- Берлога у медведей! – Олег пнул столб, сбивая целую гроздь наползших на него после дождя улиток. – Знаешь, как меня девчонки из бухгалтерии называют? Аллигатор! Перед тобой мрачное логово аллигатора – заросли, болото, тина. Классика!

- И аромат чайной розы, - задумчиво согласился Васька. – Темный властелин с ранимой душой – то, что богатым дурам надо. Но для серьезного разговора света мало. Мне глаза твои бесстыжие видеть надо.

- Думаешь, разглядишь там что-то новое? Но так и быть, сделаем тебе светло - как на деревенской дискотеке. Сегодня тут неподалеку экскаватор видел.

- Ой, мамочки… - испугалась Галина. – Вы что, угнали экскаватор?!

- Зачем… - обиделся Васька. – Чуть-чуть подогнали поближе просто. Даже из кустов не выезжали. Фары включили, чтобы полянку осветить. Светлый – деревенский, умеет заводить технику как-то. Он рулил, я толкал.

- А чего толкал? Не ехала что ли?

- Ехала, - вздохнул Васька. – Только что-то совсем не туда.

- Вы что, совсем пьяные были?!

- Тогда еще не совсем.

- А телефон Олег как уронил?

- С моста.

- А что вы на мосту делали-то?!

- Разговаривали… - отвел глаза Васька. – По душам.

- Ты же сказал, вы не…?!!

- Конечно, не! – горячо уверил он. – Обнимались по-дружески просто.

- Писец…- хриплым голосом прокомментировал Аллигатор, глядя, как айфон неспешно идет на дно пруда, разгоняя по липкой поверхности мелкую рябь. И закашлялся.

Возможно, он сказал здесь что-то другое. И не только здесь. Кто знает? Со слов Васьки записано верно.

- Опять в долбанный пруд лезть! – сплюнул Аллигатор сквозь зубы и начал расстегивать рубашку. – Заколдованный он что ли? Второй день подряд купаюсь!

Васька молча стоял рядом и безэмоционально смотрел вниз. От пруда поднимались тяжелые испарения, в перебаламученной падением телефоном воде всплывали обрывки бумаги и рваные полиэтиленовые пакеты:

- А вчера-то чего?

- Галка сумочку уронила. С паспортом.

- Ты был с ней вчера весь день? И вечером тоже. Понятно. – Васька тоже сплюнул вниз и отвернулся.

- Ничего тебе не понятно! – фыркнул Аллигатор, бросая рубашку на доски моста. – Мы на подписание договора ездили. А потом… Ей подумать нужно было, в себе разобраться. Она сама тут стояла, я гулял. Экскаватор вон нашел. А домой к себе затащила плечо обработать – разодрал, когда за сумкой лазил. И кровь с рукава застирать, а то пришлось бы домой пешком топать, в такси с такой красотой не пускают.

- Так ты с ней не..? – осторожно посмотрел в глаза Васька.

- Не! – усмехнулся Аллигатор, расстегивая ремень. – Не мой типаж – заморачиваться долго надо. С богатыми дурами и проще, и выгоднее.

- А..?

- Поцелуй? – Аллигатор стянул джинсы и бросил поверх рубашки. – То давно было и неправда. До тебя еще походу. Приставал от нефиг делать, она послала. Развела на разговор по понятиям.

- Блин, Светлый… - выдохнул Васька. – А сразу так сказать не? Я ж тебя чуть не придушил!

- Не. Мне нужно было знать: оно тебе реально надо или из любопытства интересуешься. Сам виноват – вместо того, чтобы прямо сказать, выламывался два часа, как средневековая девственница.

- Э-кхе-кхе! – хихикнула жаба из-под моста.

- Кто? Я?! – подавился смехом Васька и, перегнувшись через перила, окинул пруд оценивающим взглядом: – Так меня еще точно не обзывали! Светлый, елки! Где эти свои словечки берешь?

- Ни за что не угадаешь. Сейчас телефон выловлю, поговорим серьезно.

- Вроде уже поговорили? Или ты неправду сказал?

- Правду, - Аллигатор растянул рот в фирменной рептилоидной улыбке. - Я никогда не вру, забыл? Но тут, как в пошлом анекдоте - есть нюансы.

- Хм… - Васька почесал в затылке, вытянул из пакета недопитую бутылку и глотнул из нее. – Зная тебя, это может означать все, что угодно.

- Расслабься! – Аллигатор отнял у него абсент и допил до дна. - Галка – дурочка… в хорошем смысле. Ставлю сто к одному, что возьмется тебе рассказывать все и с подробностями. Любую хрень раздует до масштаба межгалактической катастрофы. А ты ж идиот принципиальный...

Он поставил пустую бутылку в уголочек, снял туфли и попробовал босой ногой полугнилую доску моста:

- Лучше от меня узнаешь. Спокойно, объективно, и по сути. Плюс, если в морду, – и никогда не поздно, и далеко ходить не надо. Экономия времени и ресурсов.

Васька вздохнул, стянул через голову футболку и бросил рядом с его одеждой. Потом щелкнул застежкой ремня на брюках.

- Э-э-э, Демон… - Аллигатор сделал испуганные глаза. – Я, конечно, человек современный, но не настолько! И ты вообще не в моем вкусе.

- Не загоняй, Светлый. Отвык я от твоих приколов, гляди, еще вмажу с непривычки. Вдвоем быстрее твой айфон выловим.

- Ну, вы даете! – облегченно выдохнула Галина, гладя Ваську по волосам. – Хорошо хоть не подрались.

- Взрослые люди, - улыбнулся он. – Поговорили по-взрослому: вдумчиво и обстоятельно. Я, конечно, принципиальный, но не совсем идиот – все понял.

Васька взял ее руку и чмокнул в ладошку:

- Линка-малинка, но больше так не делай, ладно? Уважаю твои душевные порывы, сам такой – не могу мимо пройти, если кому-то нужна помощь. Но давай в плане оказания психологической поддержки ограничишься девушками? А мужиков будешь посылать… к психологам, или к попам в церковь. А то нехорошо – столько спецов, а ты их без работы оставляешь.

- Хорошо! – рассмеялась Галина. – Обещаю больше не отнимать чужой хлеб.

- А насчет подрались, - слегка смущенно продолжил он. – Какой мальчишник без мордобоя? Признавался уже вроде.

- Точно! – вспомнила Галина. – Девушка… жаба…драка. Быстро рассказывай все! Только честно!

- Может, все-таки не надо?

- Надо-надо.

Галина потянула вверх его футболку:

- Что я хуже Алли… Олега Светлова? Ты в моем вкусе.

- Блинна… - взвыл Васька. – Пятнадцать минут до выхода!

Но послушно помог стащить футболку и бросил ее на диван.

- Как раз успеешь рассказать, - восторженно пробормотала Галина, проводя ладонями по его плечам. – Красивый ты…

- Это ты меня еще прошлой ночью не видела! – виновато улыбнулся он. – Ладно, слушай.

- С той стороны пруд обойдем! – деловито заметил Аллигатор. – Тут арматура.

Ветер окончательно стих. Мир замер в сонном, предрассветном безмолвии – густом, темном, плотном.

Они вышли из-под моста, прошлепали босыми ногами по бережку, время от времени с отвращением наступая на пластиковые стаканчики и рваные полиэтиленовые пакеты и старательно обходя битые бутылки, ощерившиеся острыми краями и зловеще поблескивающие в тускнеющем свете фар экскаватора.

С этой стороны берег укрывали заросли кустарника: то ли ивняка, то ли орешника – в темноте не разберешь, оставляя лишь узкую песчаную полоску у воды.

Зашли в пруд, доплыли до середины. Вода была стоячей, липко-тягучей, пахла плесенью и почему-то прогоркшим растительным маслом. У берега она показалась теплой, но на глубине неожиданно обожгла холодом.

- Сейчас на смарт-часах подсветку включу, - буркнул Аллигатор, клацая браслет.

- Мысль! – согласился Васька. – Аналогично.

Они несколько раз нырнули, брезгливо отплевывая болотную жижу и старательно подсвечивая друг другу заваленные мусором глубины пруда. Наконец, Аллигатор вытащил из-под коряги айфон.

- Работает? – поинтересовался Васька.

- Что ему будет! – отмахнулся Олег и провел пальцем по экрану – тот засветился: – Водонепроницаемый. За те деньги, что за него отдал, он еще удовлетворять должен. Сексуально.

Васька невольно поморщился:

- Ок, гребем к берегу.

Уверенные взмахи рук ворвались в липкую тину.

Внезапно раздался странный звук – то ли тяжелый вздох, то ли всхлип – и свет погас. Но небо над вековыми деревьями уже начало светлеть. Следом опять что-то пискнуло – пронзительно, на высокой ноте.

- Светлый, это что? – пробормотал Васька, прислушиваясь.

- Что-что… - ехидно хмыкнул Аллигатор. – Аккумулятор у экскаватора сдох.

- Я не про то. Кричал вроде кто-то. Голос женский. У тебя зрение хорошее? Глянь что оно там?

Аллигатор подплыл ближе к берегу.

- Кажись, молодежь развлекается, - загадочно сообщил он, вглядываясь в предрассветную тьму. – Три парня и телыча. Эх… групповушка на свежем воздухе. Что может быть романтичнее?

- Судя по воплям, барышня против, - задумался Васька.

- Да… - с философской грустью согласился Аллигатор. – Где нынче отыщешь истинную романтику? И мужики вялые какие-то: больше трендят, чем действуют. Аж смотреть стыдно, прямо как на наш футбол.

- Светлый – опять загоняешь?! Скажи просто – да или нет.

- Демон – ты дурак?! – снисходительно усмехнулся Аллигатор. – Расклад: их трое, молодые, стриженые – вояки походу. Нас двое, мы старые и пьяные.

- Я почти трезвый, - удивленно сообщил Васька. Девушка на берегу опять закричала, заставляя его вздрогнуть: – Волшебный пруд, точно. То есть, ты - нет?

- А смысл? Может, у них там по любви – вишь, как долго уговариваются. А если и нет… Объясни, на кой фиг мне чужие проблемы?

Они как раз выплыли на мелководье и коснулись ногами скользкой подушки дна.

- Это с тремя сразу по любви? - буркнул Васька, выпрыгивая на берег в тени кустов. – И, думаешь, мне прямо охота в это лезть? Тоже тихо надеюсь, что оно само собой разрулится - в положительном ключе. Но жизненный опыт утверждает обратное. Затем, Светлый, что Земля имеет форму чемодана – что положишь, то и возьмешь. Сколько раз уже убеждался.

- Может, у тебя и так, - лениво согласился Аллигатор, ступая на песок. И тряхнул головой, разбрасывая сонм мелких брызг. – А в мой, что не пихай, он все равно без ручки.

- Значит, ты не со мной? Твое право.

- Все-таки дурак ты, Демон! – усмехнулся Олег, и в первых лучах зари блеснули его ровные, идеально белые зубы. – Весь вечер задаешь тупые вопросы. Точь-в-точь, как девка первый раз на сеновале: любишь – не любишь. А что я, по-твоему, делаю, блин?

- Прости, Светлый… - проговорил Васька, глядя ему в глаза. - Больше не буду, честно. Старый стал, мусора в башке, что на дне этого пруда. Прости, брат.

Аллигатор дернулся и резко закусил нижнюю губу:

- С-с-собака! Ты реально демон! Так меня только один человек называл. И… его уже нет.

- Для реального демона харизмой не вышел. – Васька пригнулся и бесшумно нырнул в кусты, пытаясь разглядеть происходящее на другой стороне полянки. – Но ад повидал.

- И че оно? – Аллигатор, осторожно раздвигая ветки, прокрался к нему.

- Дерьмище, - сплюнул Васька себе под ноги. – Ничего красивого и притягательного там нет.

- Верно! – улыбнулся Аллигатор.

- Но иногда окольной тропинки, чтобы обойти его, не заляпавшись, не существует.

- И это верно! – его улыбка стала еще шире.

На полянке еще больше рассвело. И даже Васькиного неидеального зрения хватало, чтобы оценить обстановку. Двое парней ухватили девушку за руки, а третий начал расстегивать на ней одежду: узкие брючки-стрейч и трикотажную кофту на пуговицах.

- Наконец-то! – ехидно прокомментировал Аллигатор себе под нос. – А то прямо не насильники, а умирающие лебеди какие-то.

И обернулся к Ваське:

- Оки, Демон, погнали кошмарить молодежь! Какой мальчишник без мордобоя?

Девушка опять заорала – теперь по-настоящему: громко, протяжно, отчаянно.

- Можем к первому акту балета и не успеть! – пробормотал Васька, невольно скользнув взглядом на мост. Одежда обоих осталась там. Вся: – Пока добежим, пока оденемся. Потом обратно…

- А зачем? – невинно отозвался Аллигатор. – Давай так. Так – успеем.

- Блин, Светлый… - натурально растерялся Васька. – Голыми что ли?! Ты точно извращенец!

- Ох, Демон! – картинно вздохнул Аллигатор. – Прямо, как маленький. Да, мазохист. А ты нет?

- Иди ты… в смысле, есть немного. На старости лет нарываться. Надеюсь, хоть не суицидник.

- Мы, как древние воины - берсерки! – воодушевленно начал Аллигатор. - Без страха и комплексов, открытые всем ветрам и неукротимые в праведном гневе!

Но потом поймал Васькин красноречивый взгляд и вытащил из-под куста длинный кусок плотного черного полиэтилена, очевидно, бывший ранее мешком для строительного мусора.

- Ладно, я тоже стесняюсь, - и рванул пакет, раздирая вдоль на две длинные, но не особо широкие полосы. – Не берсерки! Легендарные богатыри-титаны – минимум одежды, максимум мускулов и брутальности. Сойдемся с врагом в эпической битве времен и покроем себя неувядаемой славой на века!

Васька взял из его рук полиэтиленовую полоску и обвязал себе вокруг бедер:

- Знаешь, Светлый, я пока такси на остановке ждал, объявление видел: «Принимаем лом титана. Дорого».

- Или так, - невозмутимо согласился Аллигатор, сооружая себе набедренную повязку. – В масштабах вечности большой разницы нет.

- Ой, мамочки… - выдохнула Галина и прижалась губами к сильному Васькиному плечу, с наслаждением ловя яркий, чувственный ответ.

Васька под болотным соусом все равно оставался Васькой: родным, любимым и желанным до дрожи в коленях.

Перед глазами возникла красочная картина, четкая, будто наяву.

Двое. Светлый и темный, с удивительно красивыми тренированными телами, в мягкой рассветной дымке … сильные, смелые, неудержимые.

Крики, нецензурная брань, звуки ударов. Стук сердца - горячий, бешенный, отчего-то прямо в горле. Соленый пот, застилающий глаза. Боль. Привкус крови на губах.

И над всем – аромат чайной розы. Нежный такой. Тонкий.

Галина вдруг почувствовала, как ладони сжались в кулаки, и дыхание стало частым-частым. Конечно, причина была в Ваське. В том, что он рядом. Но не только.

Пространственное мышление – вещь коварная. Или просто за любимого человека всегда волнуешься, словно за себя? А, может, и сильнее?

- Вы победили, да? – больше утверждая, чем спрашивая, уточнила Галина.

- Да, - осторожно согласился Васька. – Сомневалась?

- В тебе? Ни секунды!

- Мне бы так… Я сомневался, я реалист. Но знаешь как – глаза боятся, руки делают. Один, правда, удрал, отхватив волшебной пиндюлины. Мировой рекорд по бегу установил, наверное. А двоих мы укатали.

- А голова?

- Ерунда… - Васька застенчиво отвел взгляд. – Дубиной прилетело, по касательной. Старею, эх… Но сразу обработал абсентом. Семьдесят градусов спирта, этикетку читал.

- И куда их теперь? – Васька устало разглядывал стонущих на земле неудачливых искателей радостей плоти.

- Сча! – Аллигатор воодушевленно сплюнул через разбитую губу. – В экскаваторе видел моток веревки, погоди, принесу!

И действительно сбегал за веревкой.

- Я не о том, - вздохнул Васька, наблюдая как боевой товарищ вяжет руки побежденным морскими узлами. – В ментовку их сдать что ли?

- Демон, ты себя в зеркале видел? – хмыкнул Аллигатор. – Нас с тобой в ментовке первых и поберут!

- Точно.

Аллигатор, ни мало не стесняясь, обшманал карманы поверженных врагов.

- Курсанты, епты… - презрительно констатировал он, разглядывая документы. – Второй курс. Демон, прикинь, эти нас с тобой - старых и больных - защищать будут. Чем так жить – лучше разрешите эвтаназию!

- Ого! – испугалась Галина. – В военные училища сейчас очень жесткий отбор, особенно в столичные. Толя смотрел вступительные испытания на сайте, требования к физподготовке запредельные! Значки ГТО и спортивные разряды официально приветствуются, а реально – требуются.

- Серьезные ребята, - невозмутимо согласился Васька. – Но мы вроде тоже не пальцем… В смысле, не совсем пропащие? А, может, они нашего внешнего вида испугались. Тоже вариант.

Галина воочию представила двух перемазанных тиной героев в набедренных повязках из мешка для мусора и, не удержавшись, улыбнулась.

- Дебилы, блин, - убитым голосом произнес Васька, смотря подсунутые Аллигатором документы на свет. – Собственными руками себе биографию испоганить… Просто нет слов!

Олег тем временем смотался и в другую сторону: подобрал оставленный на берегу айфон, оделся сам, принес с моста Васькину одежду и сумки.

И даже пакет с пустой банкой из-под зеленых помидоров притащил. Вид у Аллигатора при этом почему-то был загадочный-презагадочный.

- Какие проблемы, - подмигнул он Ваське, бросая тому джинсы с футболкой. – Что есть биография? Суть – литературное произведение. Сейчас отредактируем.

- Редколлегия, елки, - фыркнул Васька, одеваясь. – Впрочем, фотографии мы им уже отфотошопили, отчего бы и биографии не поправить? Хочешь сказать – да?

- А куда их? Пресанем по жесткому, чтобы полные рейтузы, и отправим стираться.

- Да, - задумчиво согласился Васька. – Молодые – дурные, подпили, башню снесло. Сам на казарме сидел, знаю, что оно такое. Только, слышь, Светлый, я прессовать не умею. Рожу набить – оно да, а чтобы…

- Не боись, я умею, - Аллигатор закинул руки за голову и сладко потянулся. - Гляди, сейчас будет мастер-класс – учись, пока я жив.

- Он их бил, да? - Галина осторожно заглянула в глаза Ваське. – Сильно?

- Вообще не бил. Но Светлый так умеет на мозги давить, что люди ломаются. Ему в другом ведомстве работать надо, честное слово.

«Да, умеет, - про себя признала Галина. – Еще и как. Но не все ломаются, не все».

Не прошло и десяти минут беседы Аллигатора с незадачливыми искателями приключений, как те поплыли, а потом и окончательно расклеились. Впрочем, наверное, и протрезвели заодно и сами стали осознавать, чего чуть не натворили, и какие могли быть последствия.

Васька изумленно наблюдал, как парни рыдали в три ручья, размазывая сопли рукавами, на коленях просили прощения, и, перебивая друг друга, подробно рассказывали, как докатились до такой жизни.

Аллигатор с невозмутимым видом снимал все это на свой айфон.

История оказалась стара, как мир. С девушкой они были знакомы, и перед тем как, веселились и выпивали в одной компании. И даже якобы она им что-то обещала. Или намекала. Или…

- Она сама виновата! – наконец, всхлипывая, выдал один из парней. – Она нас спровоцировала!

- Тьфу ты… - фыркнул Аллигатор, останавливая съемку. – Дети, не разочаровывайте дядю! Дядя думал, вы честные беспредельщики, а вы че – терпилы, да? Бе-е-е, гадость-то какая.

Он зевнул и спрятал телефон в карман:

- Послушайте сами, как оно звучит: нас спровоцировали, нас побили, нас заставили. Сча блевану, честно. То ли дело: мы протупили, мы огребли, мы осознали и раскаялись – это по-мужски. Школу какую заканчивали?

- Московскую частную гимназию.

- Фигово нынче в частных гимназиях русский язык преподают. Приходится переучивать.

«Действительный и страдательный залоги, - удовлетворенно отметила про себя Галина. – И с Аллигатором у нас и впрямь много похожего – одна порода мозговых тараканов. А с Васькой – душевная близость, когда не надо долго объяснять, почему так, а не наоборот. И не только душевная, конечно. Жаль, что…»

Взгляд опять обиженно уткнулся в ярко-синее, без единого намека на тучи, небо: надеяться, что внезапно объявят нелетную погоду, было слишком глупо.

- А в конце представляешь, что им сказал? – голос Васьки вывел ее из задумчивости. – Мол, в следующий раз церемониться не буду - сначала убью, а потом жестоко надругаюсь. У мужиков аж зубы от страха застучали! Я сам прифигел немного. Знаю, что Светлый трендит, как дышит, но это уже края! Где он такого понабрался только?

Галина отвела взгляд и крепче прижалась к Ваське.

- Стой, а девушка? – вспомнилось вдруг. – Совсем про нее забыла! Вы же в ее глазах настоящие герои, благородные рыцари – спасли от насильников! Даже представить не могу, насколько она была вам благодарна. Наверное, бросилась на шею и…

Воображение тут же дорисовало картину.

- Вась, ты с ней целовался, да? – вылетело откуда ни возьмись само собой.

Васька прочитал что-то в ее глазах и довольно улыбнулся. Но тут же прошептал на ухо:

- Ни с кем я не целовался. Дубина не в счет. И вообще, как с тобой познакомился, ничего у меня ни с кем не было. Кроме тебя. Так что можешь представить, как оно мне сейчас…

Галина сладко вздохнула, чувствуя на щеках предательский румянец.

- А барышня… - задумчиво продолжил Васька. – Да, отблагодарила. По полной.

Спасенная девушка сидела на поваленном дереве, сжавшись в комочек и обхватив руками колени, и была похожа то ли на нахохлившегося воробья, то ли на брошенную на скамейке сломанную игрушку.

Она беззвучно наблюдала за дракой, молчала, когда Аллигатор проводил душеспасительную беседу с неудавшимися насильниками.

Когда Васька подошел, она тоже не проронила ни слова.

- Привет, - по-доброму улыбнулся он. – Как ты? Все хорошо?

Девчонка подняла на него взгляд, и Васька замер от неожиданности. В ее глазах было столько…

- Не подходи! – злобно фыркнула она. – Я вас боюсь!

- Почему? - натурально растерялся он. – Мы нормальные мужики, спокойные. Я программистом работаю, Олежка и вовсе – замдиректора. Он женится послезавтра, мы тут его мальчишник отмечали. Выпили слегка, немного почудили… Раз в жизни можно, а?

- Не ври! Я все видела! – презрительно усмехнулась она. – Вы хуже, чем те, первые. Те обычные насильники, а вы – маньяки, убийцы и конченые извращенцы! Все мужики такие, без исключения!

- Тупая овца… - вырвалось у Галины.

- И я так сказал, - тяжело вздохнул Васька. – Только нецензурно. И еще послал ее… тоже матом. Знаю, что нельзя так с женщинами, стыдно не передать как. А Светлый ей вообще жабу за шиворот закинул.

- Жабу? Откуда он ее взял?!

- В пакет забралась, - опустив голову, признался Васька. – Хотел надо мной приколоться, а тут… В общем, эпическая битва титанов закончилась пшиком: легендарных героев из нас не вышло. Разочаруешься во мне теперь?

Галина обняла его за шею и уверенно поцеловала в губы. И Васька от неожиданности даже не успел увернуться.

- Вы – герои! – твердо сказала она. – Настоящие. Самые геройские из всех героев на свете! И я вами восхищаюсь. Обоими. Но тобой, конечно, больше.

- Почему? – удивился Васька.

- Потому, что ты мой, - улыбнулась Галина. – И я так решила. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит!

Васька смущенно улыбнулся и поцеловал ее за ухом.

- А дальше что?

- Вызвали такси – две машины. В одну балбесов запихали, Светлый им телефоны и документы вернул, а деньги нет. Сказал, в церковь отдаст, чтобы там помолились об их вразумлении. Но за такси оплатил. В другую машину девчонку посадили…

- Вместе с жабой? – не удержавшись, съязвила Галина.

- Нет, жаба ускакала.

- Понятно. Одна жаба ускакала, другая уехала.

Васька осторожно рассмеялся.

- А мы со Светлым побрели пешком, - отсмеявшись, продолжил он. - Так и поговорили. И действительно, завернули в церковь, она уже открыта была. Светлый курсантские копейки в ящик для пожертвований кинул. У бабульки, что свечками при входе торгует, спросил, как молиться за умершего, если не знаешь, был он крещен или нет. Та сказала, что дома молиться можно, а в Храме – ставить свечи. Еще узнавал, куда лучше деньги перевести – на богоугодные дела. Она посоветовала помочь кому-то, кто рядом, кого он знает лично. Мы поблагодарили, купили свечей и поставили – за здравие, и за упокой. Постояли немного и пошли. Вот и вся история.

- Да уж… - задумчиво протянула Галина, гладя его по плечу. – Ну и ночка у вас была, богатая на события.

- Так и я о том же, - вздохнул Васька и осторожно заглянул в глаза: - Лина, давай по-тихому распишемся, а? Без всяких мальчишников и иже с ними? Чувствую, стар я уже для досконального следования традициям.

- Это предложение? – улыбнулась она.

- Повторное. Только, пожалуйста, не говори, что тебе нужно подумать. Я за эти два дня, что ты разбиралась в себе, чуть мозгами не поехал. Просто скажи да.

- Да! - быстро произнесла Галина, чтобы успеть коснуться его губ.

И тут у Васьки на смарт-часах запищал будильник.

- Блин… - удрученно выдохнул он. – Долбанный самолет.

Но практически одновременно с мелодией будильника раздался звонок по домофону.

- Кого это принесло? – недоуменно фыркнула Галина.

Она еще раз крепко-крепко прижалась к Ваське, вдыхая, запоминая его запах, и спрыгнула с колен.

Васька с недовольным видом натянул футболку.

- Доставка продуктов из супермаркета! – дежурным голосом отозвались в домофоне.

- Я ничего не… - начала было Галина.

Но неожиданно оказавшийся рядом Васька, обнял ее за плечи и прошептал на ухо:

- Это мы со Светлым заказали. Он сказал, у тебя дома есть нечего.

И произнес громко в домофон:

- Да-да, открываю.

- Вась, зачем? - смутилась Галина. И, вспомнив про свой легкомысленный вид, спряталась за него. – Я сама…

- Сама - то сама. А это от нас. Хотел обычное заказать – колбасу там, пельмени. Но Светлый вспомнил, что ты на диете, планируешь на йогуртах посидеть. Катюха, например, когда худеет, жутко злится, если я запрещенные продукты покупаю. Так что все по твоему желанию – йогурты всякие-разные и упаковка ромашкового чая. Это от души, не отказывайся.

- Хорошо. Спасибо.

Но вошедшие в квартиру двое бравых молодцев в зеленой униформе бодро поставили на пол что-то большое, звенящее, плотно укутанное стрейч-пленкой.

- Ваш заказ, - деловито произнес один из них, суя Ваське под нос накладную и ручку. – Ящик водки и два ящика пива. Распишитесь.

- Во, Светлый, лось с электроприводом! – хохотал Васька, ставя в накладной закорючку. – Адреса перепутал! Это он себе заказал. Сказал, что будет весь день продолжать, ибо трамваи только для девушек. Не знаю, что это значит, но придется ему обойтись йогуртами с ромашковым чаем!

Галина тоже рассмеялась, но потом испуганно посмотрела на Ваську:

- А что мне с этим счастьем делать-то?!

- Похоже, совсем без традиций не получится, - мужественно признал он. – Но Светлого приглашать не буду.

- Почему? Ты же сказал, что он хороший мужик, достойный?

- Потому, что он не придет, - пояснил Васька, глядя куда-то в сторону. – И потому, что я его понял. Да, достойный. Еще и сильный, чертяка. Но не мазохист. Ни разу.

- Вась, ты о чем? – непонимающе заглянула она в глаза.

- Да так… ни о чем, - отмахнулся он и вдруг посмотрел на ее халатик: - А вот я, похоже, мазохист. Махровый.

Васькины пальцы легли на верхнюю пуговицу откровенного одеяния.

- Ответная любезность будет? – горячо прошептал он.

- Да… - густо покраснев, согласилась Галина.

Васька поймал ее взгляд и так смутился, что закрыл глаза. Наощупь расстегнул две верхние пуговицы и, не открывая глаз, потянулся губами.

Его губы были мягкие-мягкие. Но они не стеснялись. Ни капли.

- Я угадал твое откровенное желание? – тяжело дыша, проговорил он.

- Угадал, - тихо согласилась Галина, гладя его по волосам.

Внезапно у Васьки опять запищал будильник.

- Это уже контрольный, - обиженно признался он, дрожащими руками застегивая халатик. – В голову.

Затем открыл глаза и улыбнулся:

- Постараюсь вернуться быстрее. Я тебя… третья ступенька!

- Я тебя тоже! Самая третья и самая ступенчатая ступенька в мире!

Она закрыла за Васькой дверь, потом выбежала на балкон, чтобы помахать ему рукой.

Стояла несколько минут, безвольно глядя вслед скрывшейся за поворотом машины. И, наконец, вернулась в комнату - взяла со стола оборванную Васькой бельевую веревку, отцепила от нее «семь бельев» и, не сомневаясь ни секунды, отправила в стиральную машину.

«Порвутся, так порвутся, - небрежно подумала Галина, включая режим деликатной стирки. – Новые куплю. Все равно все эти Васька уже видел».

На душе было грустно-грустно. Но одновременно так хорошо, что хотелось летать.

Эпилог первый. Производственно-подружеский. С любовью, бухгалтерия!

Не успел Васька уехать, как Галину начали преследовать его визитки.

Две из них она нашла в тот же день, разбирая очередную партию белья для стирки. Первая обнаружилась в кармане джинсов.

«Точно! – вспомнила Галина. – Он давал ее в машине, когда отвозил домой после «вечерней шоу-программы». Я тогда их с Виталием от охранников в масках вызволяла. Надо же – совсем из головы вылетело!»

Вторая, сложенная вчетверо, вытряхнулась из летнего пиджака, красиво спланировав под ноги, как бумажный самолетик.

«Васька ей дверь на балкон у дядя Коли закрывал, - вздохнула Галина. – Мы тогда чуть первый раз не поцеловались…»

Третья визитка ждала в понедельник на работе, засунутая в стаканчик с карандашами.

«А ведь она там уже не первый день торчит», - возник перед глазами мысленный скриншот рабочего стола. Настоящего стола - деревянного. Или из чего там делают нынче офисную мебель?

Четвертую принесла вернувшаяся из Испании Лера.

Она влетела в кабинет вся такая светлая, воздушно-невесомая, с ажурным золотым колечком на пальце:

- Лина, я у тебя со стола визитку программистов утащила! Позвонить нужно было срочно, а я свою куда-то засунула. Хотела сразу вернуть, но забегалась – то, се. Вот, притащила, прости.

И положила перед Галиной заветный бело-зеленый прямоугольник: «Дементьев Василий, разработчик ПО, электронная почта, телефоны…»

Да-да, личный телефон Васьки на визитках присутствовал. Более того, на той, что нашлась в джинсах, и на принесенной Лерой, он еще был аккуратно подчеркнут ручкой, с явным намеком…

«Надо же было так не видеть очевидного! - в очередной раз вздохнула про себя Галина. – И это не только визиток касается. Наверное, мы смотрим все-таки не глазами. Точнее, не только ими. Глаза подчиняются внутреннему «я», и видят лишь то, что им приказано. Не больше и не меньше. Но, слава Богу, уже все хорошо!»

С Васькой действительно все было, словно в сказке. Он теперь и звонил, и писал, отчитывался обо всем, что с ним происходит, снимал интерьер палаты, виды из окна, делился мыслями и наблюдениями.

В клинике посмотрели на него распрекрасного: с разбитой головой и остаточным запахом перегара и хотели было перенести операцию. Но потом провели дополнительные исследования и не стали. Разве что формулу наркоза пересчитали – то ли в большую сторону, то ли в меньшую, Галина так и не поняла.

Прислал Васька и себя после операции: в смешном чепчике и темных очках, сопроводив все это застенчивым смайликом.

А еще… Столько сердечек, цветочков, поцелуйчиков, осторожных намеков и открытых признаний Галина еще никогда ни от кого не получала! Даже в пору первой влюбленности. Словно Васька Демон окончательно впал в детство и вел себя словно влюбленный подросток.

«Скучно ему там, делать особо нечего, вот и развлекается, - думала Галина, раскрасневшаяся от чтения очередного Васькиного послания. – Но если уж по-честному… Взрослый мужчина, если у него это всерьез, и нежнее, и романтичнее, и деликатнее. Но в то же время чувственнее и откровеннее. Малолеткам такого и не снилось! И все это настолько красиво, и так кружит голову, что нет уже никаких сил дожидаться, когда это чудо расчудесное приедет!».

- Спасибо, Лера! – очнувшись, пробормотала Галина, засовывая очередную Васькину визитку в ящик стола. – Но Василий в этой фирме уже не работает, уволился. А вы как в Испанию съездили-то? Результат есть?

- Восхитительно… Результат такой… что лучше не бывает!

- Поздравляю! Но я сейчас не о том. Доверенность на доли в компании удалось получить?

- Ах, это… Не просто доверенности, мне сделали подарок к свадьбе – я теперь владею тридцати двумя процентами компании. Но главное…

Лера тряхнула волосами и наградила Галину сияющим взглядом:

- У меня снова есть бабушки, представляешь? Умные, добрые, заботливые, самые лучшие в мире! И я их очень-очень люблю!

Галина осторожно отвела глаза. Ей тоже до боли не хватало ее бабушки. Да, именно такой, как описала Лера. А какие они еще бывают?

- Это что, Василий уже не будет нам настраивать программу? – внезапно проснулась Соня, до этого сидевшая, с головой закопавшись в накладные, и в разговоре не участвующая. – Жаль, хороший парень. Но раз так…

Она посмотрела на Галину и загадочно улыбнулась:

- Не хотела тебе раньше говорить, все-таки женатый человек и все такое, но этот Василий на тебя западал просто конкретно! Знала бы, как он смотрел, когда думал, что ты не видишь. И каждый раз с утра: «А где Лина, а когда она будет?» А раз захожу – он за твоим столом сидит, и вид у него такой – мечтательный-мечтательный.

- Да-да, я тоже замечала! – весело согласилась Лера. – На презентации. И еще несколько раз. Даже немного обидно, что не судьба…

Галина бросила взгляд на пришедшую от Васьки гифку с целующейся парочкой и решила признаться.

- Судьба-судьба! – весело рассмеялась она. – На самом деле я все перепутала – это Виталий женатый, а Василий нет. Но уже почти тоже да – я за него замуж выхожу!

В кабинете на минуту повисло ошеломленное молчание.

- И как так… - наконец-то нарушило тишину Сонино растерянное бормотание. – В пятницу вечером еще ничего не было, а понедельник утром… Как гром среди ясного неба!

Галине сразу вспомнилось ночное рандеву в офисе: дождь, ослепительная вспышка молнии, раскаты грома, все неимоверные совпадения…

Васькины до боли желанные губы, мокрая футболка, жар от тела…

Она провела ладонью по волосам, якобы поправляя прическу, а на самом деле отгоняя не в меру разгулявшееся воображение:

«Нужно срочно чем-нибудь отвлечься! А то, пока Васька приедет, точно можно мозгами двинуться! А он, паршивец этакий, еще и пишет целый день всякое разное. Как будто мало ему моей любви, хочет, чтобы вообще без памяти».

- Приглашаю всех вечером на экстренное заседание военного женсовета! – весело произнесла Галина. – Куда-нибудь, где можно отдохнуть и потанцевать. Тебя, Лера, тоже, само собой. Сонька, собери остальных девчонок.

- Я бы с радостью, - неожиданно вздохнула Соня. – Но давай не сегодня. Работы куча, еще и настроения нет.

- Неужели со Славой поругалась? – угадала Галина.

Сонька удрученно опустила взгляд:

- Вчера пригласила его к себе. Стол накрыла, свечи… белье красивое надела. А Слава принес бутылку вина. Знаешь же, как на меня вино действует?

- Что, опять разошлись во мнениях по поводу бухгалтерских проводок?

- Хуже. По поводу внешней политики России.

- Ой, мама! – всплеснула руками Лера. – Как можно пригласить в гости любимого мужчину, еще и на романтическое свидание, и разговаривать с ним о внешней политике?

- Соня может, - многозначительно усмехнулась Галина. – Хорошо, что еще не про жизнь на Марсе.

- Насчет жизни на Марсе у нас разногласий нет. Но не в том дело, о чем именно мы разговаривали. Я опять перегнула палку – даже слушать Славу не стала.

- Сонь, так какие проблемы? – Галина встала с кресла, подошла к подруге и погладила ее по плечу. – Занесло, с кем не бывает. Позвони Славе, извинись, объясни, что к чему.

- Не могу. Он на секретном объекте, и еще три дня там будет торчать. Связи нет.

Телефон Галины опять пискнул, сообщая об очередном Васькином сообщении. Естественно, ванильно-сахарном. Следом он прислал себя, развалившегося на кровати, с чашкой в руках.

«Сейчас займем аналитический мужской ум, - весело подумала она. – А то совсем от безделья измаялся».

И, вкратце описав Сонину ситуацию, попросила совета.

«Пусть на электронку ему напишет, - прилетел буквально через минуту ответ. – В таких учреждениях она работает, просто мощная защита стоит».

- Хорошо, сейчас сочиню послание! – обрадовалась Сонька, выслушав Васькины рекомендации.

Но через несколько секунд Васька снова написал:

«Лина, а что ты думаешь по поводу внешней политики России?»

«По-разному, - осторожно ответила Галина, держа в уме Сонькин горький опыт. – Если честно, вообще не интересуюсь. А ты?»

«Действительно хочешь знать?»

«Конечно! Мне во всем важно твое мнение!» - искренне ответила Галина, но не без гордости собой за ловкое съезжание со скользкой темы.

«Ок. Сейчас».

Следующие несколько минут сообщения от Васьки сыпались, как горох из дырявого мешка. Но ни цветочков, ни поцелуйчиков, ни сладких признаний в них не было.

Галина с ужасом смотрела на ссылки минимум часовых роликов интервью с политологами, видеозаписи круглых столов, пресс-релизы российского МИДа и какие-то жутко длинные аналитические статьи в интернет изданиях.

«Если кратко, то примерно так, - резюмировал Васька, поставив застенчивый смайлик. – Но есть нюансы. Что скажешь?»

«Вась, извини, у меня сейчас много работы!» – быстро ответила Галина. Пальцы, набирая смс, почему-то слегка дрожали.

«Но я дома все это посмотрю и почитаю, - мужественно добавила она. – И тогда поговорим».

«Хорошо, - согласился Васька. – Вечером наберемся, обсудим».

«Да уж… - вздохнула Галина, откладывая телефон. – Вечер обещает быть занятным».

Соня, тем временем, высунув кончик языка от усердия, ваяла послание Славе.

Лера, поглядев на сие действо, покачала головой и убежала по своим делам.

Но не успела за ней закрыться дверь, как в кабинет просунулась всклокоченная голова Вадима. Вид у начальника отдела продаж был на редкость убитым.

- Вадик, что случилось? – испугалась Галина. – Теща опять чудит?

- Мадам убыли по месту прописки, - язвительно отозвался он и вздохнул: – Хуже. К нам на склад пожарный надзор явился. Жутко противный мужик, злющий, что сто чертей.

- И что с того? – с недовольным видом скосила взгляд Соня. – У нас огнетушители по норме, сколько положено, поверены, перезаряжены. Документы в порядке.

- Да он на те огнетушители и не смотрел! – фыркнул Вадим. – С порога начал, что между стеллажами расстояние маленькое, потолок низкий, а увидел запасной выход – разорался, как баба базарная. Мол, он нам запрещает эксплуатацию склада, пока выход не перестроим. А там работ на месяц, не меньше!

- Как мы без склада теперь? – испугалась Галина.

«Олег, кстати, собирался склад расширять и что-то в нем переделывать, - само собой пришло на ум. – Но не успел смету с Палычем согласовать, того скорая в больницу увезла. А, получается, был прав».

- Вадик, а Палыч в курсе? – пришла ей следующая, уже более спокойная мысль. – А Олег Александрович?

- Палыч в самолете, связи нет, - обиженно признался Вадим. – Он молодежь вчера отправил, а сам задержался по делам. А замдиректора отпуск взял на три дня, трубку не берет.

«Точно, у Олега же завтра свадьба!» - вспомнила Галина.

При воспоминании об Аллигаторе что-то коснулось души - легкое, неуловимое, но удивительно теплое:

«Хороший он человек! Желаю, чтобы все у него было хорошо. Пусть будет успешен, счастлив, богат… или что там ему еще нужно?»

- Понятно, опять на фирме безвластие… – произнесла она вслух, сочувственно улыбнувшись Вадиму. – Кофе будешь?

- Какой кофе! Меня этот… ментальный брат-близнец тещи ждет! Чего пришел-то – пожарному план склада нужен, а доступ к электронной документации отрубился. Надо идти к Боре на поклон, а некогда. Девочки, можете упырю план переслать?

- Хорошо, сейчас сделаем, - покладисто согласилась Сонька.

Вадик благодарно улыбнулся, положил перед ней визитку злого мужика из пожарного надзора и убежал на линию складского фронта.

- И как, отослала? – спустя несколько минут уточнила Галина.

Васька пока больше не писал, и ей удалось наконец-то заняться работой без отвлечения на сладкие мечты.

- Да… - блаженно произнесла Соня, разводя руки в стороны и откидываясь на спинку стула. – Такое написала, что ух! Всю правду, без стеснения. И прощения попросила, само собой.

- Молодец! – с улыбкой одобрила Галина. – Но я вообще-то про пожарного упыря. План склада отправила ему?

- Ах, это… - Сонька небрежно махнула рукой. – Само собой.

Внезапно пришел вызов по корпоративной связи. Звонил Вадим.

- Что там, Вадик? – взволнованно произнесла Галина, включая на громкую. – Пора просматривать объявления о сдающихся в аренду складских помещениях?

- Ой, Лина, вообще не знаю, что думать! – виноватым голосом отозвался начальник отдела продаж. – Реально странный мужик, с головой явно не в порядке. Представляешь, орал-орал, ногами топал, вдруг у него в телефоне пискнуло. Он туда… и заткнулся. Минут пять стоял, вытаращив глаза и губами шлепал, точно рыба на берег выброшенная. А потом спросил: «Где у вас бухгалтерия?» и побежал куда-то. Короче, держитесь, девчонки! Я на всякий случай Вовчику-охраннику позвонил, чтоб подошел к вам. Пожарный явно не в адеквате.

- Нам тут только криков и разборок не хватало… - вздохнула Галина, нажимая отбой. – Но ничего, выстоим, не впервой.

- Подумаешь, - невозмутимо согласилась Соня. – Пусть приходит. Что мы пожарных не видели? Один уже приходил такой, тоже жутко нервный дядька. Полгода назад, еще Генка продажами заведовал.

- Да? – удивилась Галина. – Не помню. И что?

- А ты болела. Ангиной, кажись. Ничего, предписания по складу оставил и ушел. Посмотрел еще на меня так… загадочно. А бумаги я Лере отдала.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошел мужчина в форме инспектора пожарного надзора. На вид ему можно было дать лет пятьдесят-пятьдесят пять, он был длинный и худой, как жердь. В руках посетитель держал огромный букет роз и здоровенную коробку шоколадных конфет.

Заметив Соню, он на миг замер, но потом решительным шагом направился к ее столу.

- Ты мне тоже нравишься, - вздохнул он, пристраивая цветы и конфеты между стопками бумаг на столе. – Прошлый раз еще внимание обратил. Но извини, не могу. Жена, трое детей, пятеро внуков, зарплата маленькая…Да и возраст уже берет свое, елки-моталки.

Он постоял еще с минуту, глядя на совершенно обалдевшую Соню, и добавил:

- Акт будет чистый, не волнуйся. Но очень прошу все мои предписания выполнить. А то вдруг следующий раз на проверку кто-нибудь другой придет…

Он нервно махнул рукой и удалился.

- Сонька, это что сейчас было?! – с трудом захлопнув раскрытый рот, произнесла Галина.

- Понятия не имею… - потерянным голосом призналась Соня, читая надпись на коробке с конфетами. – Надо же, угадал. С детства люблю «Прометей».

- Слушай… - вдруг скользнула в уме Галины догадка. – А что ты Славе написала-то?

- Лин, ты из детского сада? – фыркнула Соня. – Не знаешь, что пишут мужчинам, когда хотят помириться? Что влюбилась в него с первого взгляда, что он невероятно привлекательный, сексуальный, мужественный. Что у него шикарное тело… а дальше про свои откровенные желания. Подробно. И прощения попросила: что сама виновата в ситуации, все из-за моей бестолковости, осознавала последствия, но пустила на самотек. А еще исправила корпоративный шаблон письма: вместо «С уважением, бухгалтерия ООО «****», написала «С любовью».

- С любовью, бухгалтерия, значит? – рассмеялась Галина, уже понявшая, в чем дело. – А что – правильно! Мы к людям с любовью, и они к нам с душой!

- Ой, Слава ответил! – обрадованно пискнула Соня и быстро заклацала мышкой.

Но прочитав его послание, подняла на Галину удивленные глаза:

- Сегодня какая-нибудь вспышка на солнце что ли? Все мужики вокруг странные до ужаса. Представляешь, Слава написал, что понял мой намек и тоже хочет помириться. Но ему еще нужны слова… И это после того, как я подробно описала, чего с ним хочу и как! Нет, все-таки мужская душа – потемки.

В этот момент на пороге возник Вовчик-охранник:

- Что тут у вас? Где неадекваты?

- Разбежались! – весело отозвалась Галина. – Точнее, кто-то сбежал, кто-то остался. Садись, будем кофе с конфетами пить!

И подмигнула багрово-красной Соне. До той, кажется, дошло.

Словно нюхом учуяв сладости, на пороге кабинета возникли Женька и Аня.

Против кофе обе ничего не имели, а вечеринку пришлось перенести.

- Ксюха-то наша сегодня бабкой стала! – радостно сообщила Анюта. – Внук Матвей, богатырь, четыре сто!

- Да, сегодня ей явно не до того! – улыбнулась Галина и потянулась за телефоном – написать поздравление.

- И не только ей, - грустно согласилась Женька. – Мне тоже, кроме как спать, ничего больше не надо. Вчера весь день работала, да что там день – до трех ночи сидела.

- Злобный работун напал? – Сонька разорвала целлофановую пленку на коробке и открыла крышку. – Угощайтесь!

- Напал, - вздохнула Женька, отпивая кофе. – И точно, что злобный. Но не работун, а крокодил. Вернее, Аллигатор.

- Олег?! – удивилась Галина. – Когда?

- Вчера позвонил утром, еще девяти не было. В воскресенье, представляешь? И давай возбухать, что в электронных личных делах сотрудников полный бардак – платежные реквизиты неактуальны, каталоги не синхронизированы, скрины документов названы, как попало.

Женька посмотрела на конфеты и осторожно вытащила одну – из уголочка:

- Девчонки мои – практикантки накосячили. Сама виновата, конечно, видела это дело, надо было барышень построить, чтобы порядок навели. Но они ж молоденькие совсем, а тут лето, пляж, парни загорелые по улицам гуляют… Не стала изображать из себя начальницу-мымру, думала – успеется. В итоге пришлось самой.

- Орал сильно? – сочувственно вздохнул Вовчик.

- Нет, - желчно усмехнулась Женька. – Был спокоен и предельно вежлив. Но так, что у меня коленки от страха затряслись. Я ему: «Поняла, Олег Александрович, завтра все исправлю!» А он: «Нет, не поняли. Если до утра не будет, как положено, придется искать работу». Эх, а у меня такие планы на вчерашний день были! Хорошо, удаленка подключена. А то пришлось бы в выходной в офис тащиться. Аллигатор и есть аллигатор – бесчувственная рептилия! Бр-р-р! Терпеть его не могу!

Галина молча погладила подругу по руке.

«И в этом весь Олег! – пришло в голову философски-задумчивое. – Всю ночь отжигал с Васькой: выпивал, нырял в заброшенный пруд, дрался, забрасывал девушкам жаб за пазуху. Чтобы с самого утра воскресного дня с головой влезть в рабочие вопросы! Говорил, что после свадьбы планирует всерьез заняться делами фирмы, но, выходит, даже раньше начал. Или это ему ромашковый чай настолько не понравился?

- И ладно бы только это! – продолжала жаловаться Женька. – Мама вчера на моей стене в соцсетях разместила пост, что папе нужны деньги на операцию – три миллиона. Попросила всех неравнодушных помочь, хотя бы по сто рублей. И что вы думаете? Никто ни копейки не перевел, зато второй день достают мошенники. То якобы представители благотворительного фонда: просят копию паспорта с пропиской, СНИЛС и CVV-код карты. То типа посредники для получения финансирования из городского бюджета: дайте нам пятьдесят тысяч на расходы, а мы вам три миллиона выбьем.

- Совсем совесть потеряли, сволочи! – злобно фыркнула Соня, незаметно вытаскивая из коробки центральную конфету в золотой обертке: – На чужом горе наживаются! Жень, не думай, мы все поможем. Я, например, не видела еще просто – второй день в соцсети не захожу.

- Аналогично! – горячо поддержала ее Галина, лихорадочно вспоминая, сколько денег собралось на накопительном счете – на компьютер для Толи: – Не до соцсетей было. Сейчас исправлюсь.

- Девочки, спасибо большущее! – засмущалась Женька. – Я не то, чтобы прямо выпрашиваю… Хотя выпрашиваю, конечно! Нагло и бессовестно, но у меня выхода нет. Вчера с мамой на сайте банка предварительный расчет кредита сделали – под залог квартиры три миллиона не дадут.

- А я твой пост видел, - Вовчик отправил в рот сразу две конфеты. – Но ничего не выслал – там не написано куда. Или я не понял.

- Да-да, - поддержала Анька. – Мы тоже с мужем пытались по номеру телефона с его карты перевести: «клиент не зарегистрирован в системе».

- Ой, мама… - Женька ухватила телефон, ткнула на иконку соцсети: - Ну, мама! Действительно, никаких реквизитов не указала. А у меня карты к другому номеру привязаны, я с него никому не звоню и нигде не свечу. Для безопасности.

Ее мобильный вдруг пискнул, уведомляя о приходе сообщения на электронную почту.

- О, очередные мошенники! – язвительно прокомментировала она минуту спустя. – Пришло письмо с незнакомого адреса, что благотворительный фонд «Трамвай ретро» одобрил мою заявку на три миллиона рублей, деньги будут перечислены в течение дня.

- Опять паспорт просят? – в тон ей отозвалась Сонька, допивая кофе. – Или предоплату на организационные расходы?

- Нет. Вообще ничего. Странные мошенники какие-то. Начинающие, наверное.

Галина с задумчивым видом отравила в рот конфету. «Прометей» был настоящий, с фундуком, а не арахисовая подделка. Что-то вертелось в голове, близко-близко, руки протяни и…

- Жень, письма с незнакомых адресов открывать опасно! – взволнованно вмешалась Анька. – Они могут содержать опасные вирусы. Или вредоносные программы, ворующие деньги с карт. У свекрови так было – открыла послание с котиками, всю пенсия пропала!

Словно в подтверждении ее слов, Женькин телефон снова затрещал.

- Сообщение из банка! – испугалась она. – Движение по карте!

Ткнула в экран и… замерла, побледнев, как полотно.

- Жень!! Что там? Украли?! Денег много на карте было?! Да не молчи ты!!! – набросились на нее со всех сторон.

Все, кроме Галины. Она почему-то спокойно продолжала пить кофе. Нет, не потому, что ей было наплевать на подругу. Просто…

- Нет… - наконец отмерла Женька и обвела всех растерянными глазами. – Не украли. Наоборот, деньги на электронный кошелек пришли. Три миллиона, представляете?

Все опять всполошились, начали наперебой заглядывать в ее телефон, охать-ахать.

- А отправитель кто? – осторожно поинтересовалась Галина. – Юридическое лицо – благотворительный фонд?

Женька отобрала телефон у любопытствующих и открыла детализацию платежа.

- Непонятно! – выдала она через минуту. – Наличными оплачено. Через терминал.

- И откуда фонд твои реквизиты узнал – тоже непонятно, - согласилась Соня.

- Это как раз понятно! – отмахнулась Женька. – Мама вчера во все фонды, которые нашла по поисковику, заявления отправила. В форме заявки платежные данные есть, не пропустишь.

- Жень, а ты гуглила конкретно этот фонд? – наморщила лоб Анька. - Что о нем в интернете пишут?

Женька послушно прошлась пальцами по экрану:

- Странно. На первый взгляд ничего подходящего не выпало. Может, по фамилии директора попробовать?

- А директор у них… - догадка прилетела каплями дождя, стекающими по трамвайному стеклу.

- Евгений Питерский какой-то, - подтвердила Женька то, что было понятно и так.

И вдруг всхлипнула, некрасиво скривилась, вытирая пальцами глаза:

- Бывают же люди, как этот Евгений! Мне его сам Бог послал, не иначе!

- Ты верующая? – удивилась Анька.

- Скорее, сочувствующая. Бабушка была очень религиозной, родители, наоборот, – атеисты. Но я теперь за этого Евгения молиться буду! Всю жизнь.

- А вдруг он некрещеный? – задумалась Сонька, доедая последнюю конфету. – Протестант? Иудей? Или старенький, помрет не сегодня-завтра? А ты и не узнаешь, когда от «за здравие» пора «за упокой» переходить!

- Все равно! – сквозь слезы улыбнулась Женька. - Я буду дома молиться, своими словами. Благодарить, всего хорошего ему просить. А если и умрет – ничего страшного! Бабушка говорила, что когда не знаешь, жив человек или нет, нужно молиться, как за живого. У Бога все живы.

Галина сделала глоток кофе и посмотрела за окно, вдаль, поверх серых крыш. Она была крещеной, но в церковных делах совсем неискушенной. И то, что происходило сейчас, казалось дико странным, откровенно глупым, но при этом… правильным?

Пальцы сами легли на телефон, желая набрать смс с благодарностью за Женьку, но она почему-то не стала:

«Во-первых, он не на связи – Вадик с утра говорил. Во-вторых, у него завтра свадьба. А в-третьих… видно же, что кое-кто хочет остаться в тени».

Следом прилетела и другая мысль:

«Но он должен был допускать, что я могу догадаться! Более того, что догадаюсь непременно – слишком явные подсказки и намеки. Или так и хотел – чтобы знала только я? И зачем? Просто уверен, что не выдам? Или… Что за человек – чем больше о нем узнаешь, тем труднее понять!»

Васька пока не звонил и не писал.

«Процедуры у него, наверное, - подумала Галина. – В клинике человек все-таки, а не на курорте. Не буду отвлекать».

Она поздравила новоиспеченную бабушку Ксюшу и с головой погрузилась в работу. По дороге домой честно прочитала в маршрутке две политологические статьи и, пока готовила ужин, посмотрела половину одного из присланных Васькой роликов.

«Пожалуй, можно поговорить о внешней политике, - отчего-то недовольно подумала Галина. – Если ему так хочется».

И набрала Ваське смс:

«К политологическому диспуту готова».

Васька позвонил по видеосвязи, и они полчаса действительно обсуждали международные отношения и роль в них России. Не то, чтобы их взгляды радикально различались, но разговор чем дальше, тем больше, вызывал у Галины откровенное раздражение.

В конце концов, политика достала настолько, что она не выдержала:

- Вась, а что ты думаешь об учетной ставке Центробанка? Не кажется ли тебе, что Росстат искусственно занижает индексы инфляции?

Васька на этом задумчиво почесал в затылке и сообщил, что как потребитель чувствует, что с ценами что-то не то, но для полноценного анализа у него недостаточно информации.

- Сейчас помогу! – невинно улыбнулась Галина и отправила ссылку на сайт с обзорами макроэкономических показателей.

Почему-то рука сама выбрала самый длинный и занудный из них, изобилующий сложными расчетами и редко употребляемыми терминами.

«Но он же и самый подробный! - честно подумала она. – Анализировать, так анализировать».

На этом они с Васькой попрощались. Он пообещал все изучить, чтобы завтра обсудить макроэкономику. На душе было как-то не так. Вроде и не поругались, а…

Галина приняла душ, почистила зубы и, надев кружевную ночную сорочку на тоненьких бретельках, завалилась в постель.

Но сон не шел. Повинуясь интуитивному порыву, она взяла телефон и написала Ваське признание в любви. Конечно, не настолько откровенное, как Соня инспектору пожарного надзора, но очень нежное и чувственное.

Буквально через минуту пришел вызов по видеосвязи.

Васька сидел на ночном балконе в окружении множества огней: огни бежали разноцветными дорожками, подсвечивая высотные здания, вспыхивали желтыми прямоугольниками окон квартир, мешались со светом фар и неоновых вывесок. Он был уже без темных очков.

- Смотрю на окна, - провел телефоном, показывая панораму светящихся зданий. – Как мы тогда, помнишь? И думаю.

- Вась, а что это было-то? – вдруг вырвалось у нее. – У нас сегодня?

- И об этом тоже думаю, - осторожно улыбнулся он. - Притирка, наверное. А еще я наконец-то получил то, что хотел. И теперь все в порядке. А днем было не очень.

- Что получил? – не поняла Галина.

- Ответное признание.

- Вась, я тебя люблю! Но ты же это и так знаешь…

- Знаю, - разноцветные огни касались его лица, мягко скользили по скулам: – И не сомневаюсь. Но мне нужно… не подтверждение, просто выражение чувств. Каждый день. Нет, могу обойтись, конечно. И не настаиваю. Но хочется. Это как еда, понимаешь?

- Хорошо! – улыбнулась Галина. – Буду признаваться тебе в любви ежедневно - утром и вечером! Днем постараюсь, но не обещаю – на работе мозги выносят в ноль.

- Двухразовое питание, значит? – Васька изобразил задумчивый вид. – Ладно, сойдет. Но тогда вечером…

Он перевел взгляд ниже, и Галина поняла, что он смотрит на ее кружевное одеяние.

… не только еда, но еще и десерт, - горячим шепотом продолжил он. - Сладкий.

- Сладкоежка?

Галина опустила ресницы, и села выше на постели, позволив одной бретельке сползти с плеча:

– Приезжай скорее, ладно? Будут тебе вкусняшки, обещаю!

- Тебе тоже. Помню про откровенные желания. Думаю, чем удивить.

«Похоже, зря с ним задиралась на эту тему! – Галина почувствовала, как краска заливает лицо. – Это чего он там за неделю нафантазирует…»

- Ты обзор читал, что я скинула? – вспомнилось спасительное.

- Читал. Завтра обсудим макроэкономику, как договаривались. А внешней политикой действительно интересуюсь, она мне по новой работе нужна.

- Ты же айтишник? – удивилась Галина.

- Да. Направление другое просто. И ведомство. Дома расскажу. Спокойной ночи, родная! Сладких снов!

«Это он мне просто так пожелал или с намеком?» – подумала Галина, засовывая телефон под подушку.

Но ничего этакого ей не приснилось.

Утром она отправила Ваське смс-завтрак и помчалась на работу. От него пришел ответ – нежный, в меру сладкий, но не приторный.

«Как раз к утреннему кофе вместо сахара!» - весело подумала Галина.

Днем Васька не писал - то ли не хотел отвлекать, то ли у него действительно были процедуры.

А вечером произошло долгожданное заседание женсовета.

Было выпито много шампанского. Что поделать – тостов накопилось немеряно, и все такие, что грех пропускать!

За Ксюшиного внука, за Лерину помолвку, за Сонино примирение со Славой, за Галину с Васькой, за чудесно возникшие прямо из воздуха деньги на операцию Женькиному отцу, за…

- А у меня свекровь уехала! – загадочно сообщила Анька, вновь поднимая бокал. – Кому как, а мне праздник! Выпиваем за мой второй медовый месяц, не отлыниваем!

Одна Соня весь вечер пила сок. Виноградный.

- По сути то же самое, - виновато улыбалась она. – Только без градусов. Простите, но рисковать нельзя – за мной Слава должен заехать.

Юная баба Ксюша, тридцати семи лет отроду, в короткой юбке и собранными в озорной хвост волосами казалась чуть ли не самой молодой в их компании. За исключением Леры, конечно.

И отплясывала так, что мужики вокруг на нее заглядывались. Но она ни на кого не обращала внимания. Только улыбалась, а глаза ее сияли.

- Еще за мое увольнение не пили! – вспомнила Лера и опять заказала шампанское и виноградный сок. – Последнюю неделю отрабатываю, и буду всерьез готовиться к учебе. На режиссерском столько детей знаменитостей учится, не хочу выглядеть рядом с ними тупой деревенщиной.

- Лера… - вдруг всплыло в голове у Галины. – Не помнишь, случайно, тебе Соня давала предписание пожарного надзора, давненько, правда?

- Помню, - Лера опустила глаза. – Точнее, вчера вспомнила, когда нашла его в коробке с картриджами для ксерокса. Прости, совсем голова дырявая…

«Жаль, конечно, что Лера увольняется, - подумала Галина. – Будет не хватать этой ставшей почти родной девчонки, а после сопротивления рейдерскому захвату – настоящей боевой подруги. Но секретарство – не ее. Ничего не попишешь. Каждый должен заниматься тем, к чему лежит душа».

Подруги еще натанцевались, нахохотались до слез, напились шампанского и начали собираться домой.

- Счет мне несите! – подняла руку Ксения. – Бабка банкует!

- Ксюш, может, давай все скинемся? – осторожно посмотрела на нее Галина. – Ты еще от свадьбы Алининой не отошла. А впереди родины, крестины, памперсы.

- Ладно! – рассмеялась она и подозвала официанта. – У меня есть еще один тост. За тех, кто умеет ждать.

И, обведя глазами растерянных подруг, пояснила:

- Вы же про мою семейную жизнь в курсе: ребенка я тянула, квартира, машина – все за мой счет. А Ленька сначала на гитаре бренчал, потом полный гараж аппаратуры накупил. Это когда мы с дочкой голодные сидели! Ссорились с ним много раз, даже расходились на время. Родня все уши прожужжала – брось его, найди нормального. А я так и не смогла: сама выбирала, жаловаться не на кого. А вчера, представляете, пришел домой странный-престранный, в одной руке сверток, в другой конверт. «Принимай, - говорит, – Ксюха, подарки»,

- Ух, ты! – выдохнули все. – И что там?

- В свертке шуба, эксклюзивная, - гордо призналась Ксения. – А в конверте – две путевки на дорогой курорт. Не знаю, правда, зачем мне на пляже шуба.

Она залпом выпила бокал шампанского и бесшабашно улыбнулась:

- На работу он устроился. В компанию, которая онлайн игры создает, музыку для них сочиняет. И зарплата там очень неплохая, я вам скажу. А еще продал авторские права на свои старые композиции и теперь мы, наверное, дачу купим. Или сразу дом? Ой, в общем, заживем девчонки!

Галина пила шампанское и улыбалась. Хотелось верить, что да, именно так – заживем! Все и сразу! И все будет хорошо. Ведь рано или поздно у всех хороших людей все обязательно должно быть просто замечательно!

Иначе… без иначе.

А вечерняя макроэкономическая беседа с Васькой тоже удалась.

Эпилог второй. Личный. С кем поведешься

Про Аллигатора Галина в следующие несколько дней как-то не вспоминала.

Было о ком и думать, и мечтать, и…

- Уже целая минута обеденного перерыва прошла! – весело толкнула она застрявшую в документах Соню. – Помчались скорее, а то в буфете все столики займут!

И они, словно школьницы, подхватили сумочки и, звонко смеясь, чуть ли не вприпрыжку понеслись по коридору к лифту.

Конечно, не забыв выйти из программы и перевести технику в ждущий режим.

Когда раскрасневшаяся Галина запрыгнула в лифт, Аллигатор уже был там. Он ехал с пятого этажа и стоял рядом с финдиром, вполголоса обсуждая с ним окупаемость инвестиций.

Галина встретилась с Олегом взглядом и замерла – словно вечной мерзлотой повеяло. В ярко-голубых глазах стояли арктические льды.

На безымянном пальце замдиректора сверкало новенькое золотое кольцо.

- Прив… - начала было она, но наткнулась на высокомерное недовольство и исправилась: - Добрый день, Олег Александрович! Поздравляю с…

- Спасибо, - небрежно ответил тот, не дав договорить до конца и, повернувшись к финдиру, невозмутимо продолжил разговор о рентабельности.

«Нет, все правильно, - думала Галина, выходя на первом этаже. Аллигатор с коллегой поехали ниже, на цокольный этаж, где располагались складские помещения: - Все разумно, логично, рационально. Наваждение действительно прошло. А, может, того всего и не было? Приснилось. Очень яркий сон, цветной, чувственный. Да ладно, с кем не бывает?»

Но почему-то, пока не закрылись двери лифта, ей казалось, что он смотрит вслед. И взгляд не был холодным. Ни капли.

«Размечталась! – отмахнулась Галина и побежала скорее занимать столик у окна. – Манька проснулась, хочет посамоутверждаться – ах-ах, какие мы непревзойденные! Не нужна я ему от слова совсем. И теперь понятно, что имел в виду Васька, говоря, что он не придет. Мы ему неровня: у Олега теперь другой уровень и круг общения. А у меня Васька! Самый лучший на свете».

С Васькой у них сложился устойчивый рацион: утром обмен нежными сообщениями в качестве завтрака, вечером видео ужин с разговорами на серьезные темы. Отчего бы и не порассуждать за едой? Главное, чтобы питание было полноценным.

А перед сном обязательно полагался десерт. Кто сказал, что сладкое на ночь вредно? Это заменители вредно, которые на основе сахара и патоки. А в последнее время и вовсе сплошь напичканные загустителями, ароматизаторами, модифицированными крахмалами. Нет, всю эту дрянь с настоящими сладостями не сравнить!

Правда, десерты у них с Васькой пока были низкокалорийные.

«Никогда не понимала странных людей, - язвительно думала Галина. - Которые занимаются, чем ни попадя, по видео связи. А потом все это появляется в сети. Ведь все сообщения и звонки автоматом пишутся на сервера. Причем иностранные. И от взлома никто не застрахован».

С Васькой все было на полунамеках, горящих взглядах, фразах с двойным смыслом. Но, что удивительно, это кружило голову больше, чем порой откровенные действия. Или это потому, что с ним? Хотя, какое там или! Конечно, потому.

Но, само собой, оба с нетерпением ждали встречи в реале. Как же иногда невыносимо тянется время! Известие о том, что Ваське придется задержаться еще на несколько дней, вообще выбило Галину из колеи.

Натурально захотелось сесть на балконе и завыть на луну! Но привычка всегда держать ситуацию под контролем победила.

«Ждала и еще подожду, - решила она. - Пусть спокойно решает вопросы со здоровьем, это важно».

Правда, во время последнего видеозвонка Васька вел себя странно. Во-первых, он гулял на улице, и за спиной шелестели какие-то до боли родные клены. Но дело было не в них, кленов и в Германии хватает.

Во-вторых, и в главном, все было именно в его поведении – Васька уж слишком загадочно улыбался, отводил взгляд и, как говорят следователи, – путался в показаниях.

«Устал человек», - искренне посочувствовала Галина.

- Меня послезавтра выписывают, - таинственно сообщил он.

- Отлично! – обрадовалась Галина. – Завтра же возьму неделю отгулов. В квартире давно пора генеральную уборку устроить! С утречка и займусь.

И, встретившись взглядом с Васькой, добавила взволнованно:

- И тебя буду ждать. Очень-очень!

- Я приду. Говорил же, что не отстану. Тогда еще на лестнице, помнишь?

Они нежно попрощались, на этот раз даже без десертов. Затем Галина набрала Палыча и согласовала с ним неделю отдыха.

На душе было словно в детстве перед днем рождения или Новым годом - волнующее предчувствие праздника, ожидание волшебных сюрпризов и подарков.

«Сегодняшний день осталось пережить, - машинально считала она про себя. – Потом завтрашний. И послезавтрашний до вечера. Всего ничего, но отчего-то эти последние дни кажутся самыми длинными, бесконечными просто!»

Вечером, вынося мусор, она столкнулась в подъезде с дядей Колей.

- На ловца и зверь бежит! – обрадовался он. – Мы с Татьяной приглашаем тебя завтра в гости. Посидим, пообщаемся по-соседски. Михайловну с Адкой тоже позову.

- А повод какой? – осторожно уточнила Галина, исключительно, чтобы понимать, нужно ли покупать подарки и если да, то кому именно.

- Так день ВДВ же завтра! – удивленно посмотрел на нее сосед. – Не скажу, что профессиональный, скорее ностальгический праздник. Но для меня - самый важный.

«Пожалуй, нужно выказать уважение, - пронеслось в голове. – А заодно отвлекусь от мозговыносительного ожидания Васьки».

- И еще… - по-свойски подмигнул ей сосед. – Адку с Санькой помирить хочу.

- Поссорились?

- Не то чтобы прямо да, но кошка между ними пробежала. А теперь еще каникулы, на учебе не видятся. Эх… чувствую себя старым сводником. Галочка, ты молодая, подойди, поддержи разговор на эти ваши темы… туда-сюда…

- Хорошо, буду! - согласилась она, немного смущенная, что ее по возрасту приравняли со студенткой Аделиной. И вдруг вспомнила мучавший давно вопрос: - Дядь Коля, а чего они летом учились-то?

- Потому что зимой два месяца гуляли! – отмахнулся он. – Три ВУЗА в один объединяли, учебный план меняли, документы переделывали. Часиков в шесть будем тебя ждать. С утра с Танюхой на официальное мероприятие сходим. Я их терпеть ненавижу, но она раздолбала, что сижу дома, как сыч. А еще концерт обещают, какой-то бард будет… нравятся ей песни… Но к шести точно будем дома!

Галина еще раз пообещала прийти и помчалась во двор к мусорным контейнерам.

Утром она проснулась поздно.

И позволила себе то, что не позволяла никогда раньше – заварила кофе с молоком и притащила на подносе в постель.

«А в этом что-то есть, - безмятежно думала она, прихлебывая из чашки. – Утром кофе в постели. Даже если сделала его сама».

Но оглядевшись вокруг, вздохнула. Совесть требовала генеральной уборки. Немедленно:

«Тем более, завтра Васька должен приехать! Эх, дожить бы еще до этого вечера следующего дня…»

Она решительно поднялась с кровати и обошла квартиру с видом эксперта по клинингу:

«Пыль везде вытереть, шкафы перебрать, пол подмести и помыть. А на балконе… на балконе вообще жуть. Паутина под потолком, грязь, штукатурка сыплется».

Галина подошла к бельевому шкафу и выбрала одежду, которую не жалко. Футболка была грязновато-белой, растянутой после неудачной стирки и с дыркой в подмышке. Шорты тоже видали виды – на них красовались фруктовые пятна, следы от утюга и обтрепанная бахрома по краям.

«После уборки выброшу! – решила Галина, глядя на себя в зеркало. – В таком виде только милостыню просить. На паперти».

Она вытащила с полок бельевого шкафа одежду и разложила стопками на кровати. В ведро с водой капнула немного моющего средства и этим раствором протерла полки. А чтобы вытереть пыль наверху шкафа, пришлось использовать швабру.

Галина оставила помытый шкаф открытым – проветриваться – и отправилась убирать на балконе.

Денек был – на загляденье! Теплый, тихий, солнечный. Хотя каким ему еще быть, когда в воздухе разлито ожидание счастья?

Намотав на веник тряпку и встав на стул, она сняла под потолком гроздья паутины. Правда, при этом случилось изрядно перемазаться в известке, но что поделать? Красота требует жертв. Даже если это красота балкона.

Подметая ссыпавшуюся с потолка грязь, заметила в полу странное отверстие.

«Муравейник что ли? – Галина присела на корточки и палочкой от веника поковыряла в дырке. – Только бытовых муравьев не хватало! Их потом попробуй вывести!»

- Слышь, Васька, давай тут покурим… - внезапно донесся снизу бас дяди Коли.

Хоть у Галины был четвертый этаж, но слышимость казалась просто великолепной. То ли ветер, то ли восходящие потоки, то ли еще чего.

Спустя минуту сосед добавил то ли с восторгом, то ли с изумлением:

- Никак не поверю, что в натуре Ваську Демона встретил! Живого.

При этих словах Галина вздрогнула, ее бросило в жар, сердце застучало, как угорелое:

«Мой Васька здесь?!»

Но почему-то вместо того, чтобы выпрямиться и нормально посмотреть вниз с балкона, она на четвереньках подползла к краю и выглянула в щель между бетонными плитами.

«Нет, не Васька! – выдохнула то ли с облегчением, то ли с разочарованием. – По крайней мере, не мой».

Внизу, рядом с дядей Колей стоял мужчина примерно одного с ним возраста – около пятидесяти лет. Насколько можно было судить сверху, незнакомец был статным и широкоплечим, с тем, что называют военной выправкой.

Голову его, как, впрочем, и голову соседа, украшал голубой берет.

- И не говори, Колян… - произнес незнакомец, стряхивая пепел. – Я тебя искал, кстати, когда в Москву перебрался. Но по старому адресу ответили, что ты там больше не живешь.

- Да, мы давно родительскую квартиру продали. Никого уже из них нет… А ты сколько здесь?

- Лет пятнадцать считай. Я ж потом командное училище закончил. Вот… командую понемногу.

«Армейские друзья встретились, - поняла Галина. – И надо же, какое удивительное совпадение – и имя, и прозвище! Чего только на свете не бывает».

Она уже хотела покинуть наблюдательный пост, подняться и поздороваться с соседом, но следующая реплика ее остановила.

- А я ж на малого твоего сразу внимание обратил, - улыбнулся дядя Коля. – Он не то, чтобы вылитый ты, но есть что-то: глаза, повадка. Подумал, из-за имени – тоже Васька, вот ты мне на ум и пришел.

- А у нас в семье традиция! Первенцев Василиями называть. Я Василий Васильевич, отец тоже, и дед был полным тезкой. Ну и Васька-то само собой.

- Слышь, Демон! – с ехидцей толкнул его в бок дядя Коля. – А коли девка первой случается, тогда как?

- Какие девки! – фыркнул тот. – У нас уже в пятом поколении первыми мужики рождаются. И все по военному поприщу идут. А мне Васька про тебя только вчера сказал. Что на фотографиях твоих нас вместе видел. Ты с ним как пересекся-то – по работе?

«Ой, мама! – вдруг дошло до Галины. – Это что – Васькин отец?! Тогда понятно, почему мой Васька весь вечер стоял возле армейских фотографий дяди Коли. Как все-таки тесен мир!»

- Нет, по другому поводу, - задумчиво отозвался сосед. – Малой у тебя красавчик, конечно. Но хлебнул по полной. Помотало парня, что мама не горюй. Я вот не знаю даже - своего, наверное, отговаривал бы. Когда сам через это прошел…

- Думаешь, меня кто-то спрашивал? Он же после школы чин по чину - в универ поступал.

- Не поступил?

- Русский завалил. Васька технарь до мозга костей – математику и физику на отлично сдал, а с языком… С языком у него никогда особо не получалось. А он же спортсмен еще – то соревнования, то показательные выступления. Я тоже виноват, нужно было репетитора взять сразу.

От последней фразы Галину бросило в краску. Сразу вспомнилась безумная ночь в офисе, Васькины шутки про поцелуйное репетиторство.

«Но я бы не сказала, что у него с языком не получалось, - весело подумала она. – Еще и как получалось!».

- Отслужил срочную, потом три года по контракту, - продолжал Васькин отец. – И по квоте для участников боевых действий в универ уже попал. Но русский сам подтянул, по книжкам. Сейчас без ошибок пишет.

- А чего не по военке пошел?

- Почему не по военке? Он на закрытом факультете учился. Сразу просто не удалось по прямой специальности работу найти – друг с универа затащил для бухгалтерии программы настраивать. Но сейчас, наконец-то по профилю пойдет. Но там хитро как-то: новая структура, должность пока гражданская, но обещают…

- Понятно, - дядя Коля погасил сигарету и аккуратно бросил бычок в урну. – А куда он делся кстати? Собирался же вроде с нами идти.

- Да странный он какой-то в последнее время, - задумчиво произнес Васькин отец, затягиваясь. – Вообще не знаю, что думать. Захожу к нему вчера в комнату – сидит, натурально в стену смотрит и улыбается. Потом телефон схватил и на улицу побежал. Может, это у него от общего наркоза последствия? Вчера только с Германии прилетел, операцию на глаза делал.

«Васька вчера уже был в Москве? – вдруг дошло до Галины. – И не пришел? И даже не сказал?! Сегодня тоже, получается, с утра был с мужиками, а потом куда-то сбежал? Он что, не хочет меня видеть?!»

- Не, - мотнул головой дядя Коля. – Танюхе тоже надо окуляры починить. Мы смотрели – на глаза операции под местным делают.

- А сегодня, представляешь, - доверительно продолжил Васькин отец. – Катюху, младшенькую нашу, отчехвостил по полной. Она манипуляторша еще та – мы с ней стараемся по-хорошему все решать, дипломатично. Васька тоже вроде всегда добряком был. А тут…

- Орал на сестру что ли?

- В том-то и дело, что нет. Спокойно разговаривал. Но не поверишь, от его беседы даже у меня, старика, на лбу испарина выступила. Все ей четко разложил, как сам знаешь где. А под конец говорит: «В твоем возрасте девушки уже с Пентагоном на ты, а у тебя одни глупости на уме». Слышь, Колян, не в курсе, что у молодежи нынче Пентагоном называется?

- Не в курсе, - вздохнул дядя Коля. – Наверное, гаджет какой-то. Или этот как их… видеоблогер, вот!

Галина прижалась к балконной стене, давясь приступами беззвучного смеха:

«Аллигатор все-таки научил Ваську плохому! И я руку приложила, не без этого. Испортили правильного парня! Бессовестно и беспощадно!»

- О, так вон Васька, из арки вышел! – внезапно сообщил его отец, вглядываясь куда-то за угол дома. Галине с балкона этот ракурс обзора был недоступен: – Веник какой-то тащит… Колян, это то, что я думаю, да?

- Угу, - загадочно хмыкнул дядя Коля. – Соседка моя, этажом ниже. Твой с ней у меня на днюхе был.

- И что оно – так или…

- Похоже, что или, - хлопнул его по плечу сосед. – Конкретно или.

- Вот блин… - растерялся Демон-старший. – И что мне теперь – радоваться или напрягаться?

- Думаю, радоваться, - рассмеялся дядя Коля. – Барышня толковая, серьезная. Но сам понимаешь, гарантии тебе никто не даст.

Они говорили что-то еще, но Галина уже не слушала. Она ползком выбралась с балкона.

«Васька идет с цветами, явно ко мне! – Стучало в висках. – Что да почему – потом разберусь. От арки до дома минут пять. Ему так и вообще три. Еще три минуты обойти дом до подъезда. Минута на подъем в лифте. Итого семь минут на все про все».

Галина подскочила к зеркалу. Кроме бомжатского вида одеяния добавилась паутина в волосах и испачканный в известке левый бок.

Оглянулась вокруг: вываленная на диван одежда, открытый шкаф, ведро с тряпкой посередине комнаты, прислоненная к стене швабра, на полу – серые комья сгребенной со шкафа пыли.

«Обалдеть! – язвительно усмехнулась Галина. – Что сама страшилище, что в квартире раскардак! Дилемма: что приводить в порядок – себя или квартиру? На то и другое времени точно не хватит».

Тряхнула волосами, закусила губу:

«Конечно, себя! Плевать на ту квартиру. Леший подери мужиков с их дурацкими сюрпризами! Секундомер на фитнес-браслете и…побежали!»

Стаскивая с себя по пути одежду, Галина запрыгнула в душ. Шампунь на волосы, почистить зубы, ромашковый гель на мочалку… Локация «душ» пройдена! Рекордное время – полторы минуты!

Наспех вытираясь, Галина выскочила в коридор. Одной рукой втирая в волосы гель – посушить феном точно не успеть, значит прическа – «эффект мокрых волос», второй вытаскивая из ящика недавно купленный комплект белья. Зубами отгрызть этикетку, натянуть трусики. Еще две минуты!

Минуту сожрал бюстгальтер с какой-то слишком хитрой застежкой. Тем временем глаза выбирали из горы одежды что-то…

«Нет, полупрозрачный халатик не пойдет, - язвительно усмехнулась Галина. – Обойдется! Душа жаждет вначале разборок! Где Васька был вчера вечером, и как это все понимать».

Взгляд сам собой остановился на джинсовом сарафанчике, в котором она гуляла с Аллигатором, но Галина тут же решительно мотнула головой:

«Нельзя смешивать мужчин. Даже так – ассоциативно. Пусть и ничего не было».

Она выбрала цветастое летнее платье – легкое, с летящей юбкой – клеш. Хорошо хоть поглажено! Еще минута на одевание. Итого – пять с половиной.

Еще минута потребовалась, чтобы слегка подвести глаза и освежить губы блеском, а также капнуть на запястье немного духов. Опять же – не тех, которыми она заливала рану Аллигатору. Специально купила другие, хоть и с похожим ароматом.

Через шесть с половиной минут Галина стояла в коридоре в полной боевой готовности. И довольно оглядев себя в зеркале, остановила таймер.

Говорят, что солдат одевается за сорок пять секунд.

Но! Солдат не моется, не укладывает волосы, не сражается с бюстгальтером, не красится, не… В общем, куда тому солдату! Пусть нервно курит в сторонке и завидует, завидует, завидует…

Буквально через несколько секунд за дверью послышалось гудение лифта.

«Надо же, как рассчитала, - беззастенчиво похвалила себя Галина. – Миллиметровщица просто!»

Но лифт почему-то проехал мимо ее этажа и остановился выше.

Она приложила ухо к двери: на лестничной площадке сверху слышались мужские голоса, в том числе и Васькин, потом хлопок закрываемой двери и, наконец, все стихло.

«Еще лучше! – усмехнулась про себя Галина. – Это что – цветы вообще не мне? И Васька даже не зайдет?!»

Но тут же отогнала непрошеные мысли:

«Вот когда совсем не придет, тогда и отрефлексирую по полной! И кое-кому тоже рефлексы подправлю – и условные, и безусловные. А пока… появился шанс оперативно зачистить территорию!»

Она бросилась в комнату, быстро затолкала одежду в шкаф, конечно, особо не раскладывая, как получилось. Сгребла на совок мусор с пола, поправила покрывало на кровати.

Звонок в дверь раздался через пять минут после начала уборки. Галина машинально отметила на браслете время.

В этот момент она высыпала мусор из совка в помойное ведро.

«Швабра и ведро с тряпкой!» – вспомнила она.

И бегом проскочив в комнату, спрятала их за дверью. Затем огляделась вокруг и довольно улыбнулась – не идеальная чистота, конечно, но вполне прилично.

Спокойным шагом прошла в коридор и заглянула в дверной глазок.

На лестнице стоял Васька с огромным букетом ромашек.

Галина мысленно перекрестилась и открыла дверь.

- Привет, - улыбнулся он. – Можно войти?

И сунул ей в руки букет:

- Все оббегал, но настоящих ромашек не нашел. Говорят, уже отцвели. Эти как-то по-хитрому называются, не запомнил. Но на вид – ромашки ромашками.

- Какая прелесть! – Галина сделала шаг в сторону, пропуская Ваську в квартиру, и закопалась губами в цветы.

Они действительно внешне были точь-в-точь ромашки: желтая серединка, белоснежные лепестки. Но не пахли. Хотя, какая разница? Не в цветах дело. Совсем-совсем не в них.

Галина бросила букет на тумбочку в прихожей, и, повинуясь душевному порыву, обвила руками Васькину шею, прижалась к нему всем телом, коснулась губами губ. Сладких, долгожданных, единственных на свете.

Пальцы сами собой потянулись к его волосам, чтобы закопаться, прочувствовать, насладиться их невероятной мягкостью…

Его волосы были влажные и пахли шампунем.

- Вась, ты из душа? – прервав поцелуй, растерянно пробормотала она.

Не то, чтобы это было плохо. Но как-то совсем неожиданно! И слишком предусмотрительно, что ли. И…

Инстинктивно сделав шаг назад, она внимательно осмотрела Ваську с головы до ног.

Тот был одет в темно-серые, слегка линялые шорты и синюю футболку, тоже немного выцветшую. Нет, вид у него был не затрапезный – в магазин за хлебом сходить самое то, но он вроде шел на романтическое свидание? Или нет?

- Да, - смутился Васька под ее пристальным взглядом. – Только ты не подумай, я не в том смысле! Честно-честно. Я кетчуп на рубашку вылил. Пришлось к дяде Коле заскочить – отмыться и переодеться.

- Какой кетчуп?!

- От хотдога, - не поднимая головы, признался он. - Меня в цветочном магазине спросили – букет оформлять или не надо? Если оформлять, то ждать пятнадцать минут. А там фастфуд напротив. Я и решил… Только не надо, пожалуйста, про трясущиеся руки! Я уже сам про себя все это подумал. Во всех вариантах, включая совсем пошлый.

- Я и не собиралась… - Галина еще раз взглянула на букет, уже более внимательно.

Действительно, он был в яркой обертке в форме розочки, украшен разноцветными ленточками и блестящими сердечками. Если бы Васька не сказал, и внимания бы не обратила!

- Ты такая красивая… - осторожно улыбнулся он, ловя ее взгляд.

- Спасибо, конечно! – с легкой ехидцей в голосе отозвалась Галина. – Но вообще-то нормальные люди предупреждают о своем приходе! А то мог бы застать меня в дырявой футболке, облезлых шортах и с паутиной на голове!

- Ну и что? Ты же вчера сказала, что будешь генералить. Я переодевашку специально с собой взял. Дома матери всегда с уборкой помогаю – мебель отодвинуть, чтобы под ней протереть, половики вытряхнуть, окна хорошо мою – у меня размах позволяет. Пол тоже нормально могу, чисто.

Он прошел в комнату и оглядел ее внимательным взглядом:

- Вижу, еще не начинала. Говори, что делать. Не стесняйся, я все умею.

Галина с раскрытым от изумления ртом попятилась к дивану и плюхнулась на него, во все глаза разглядывая Ваську, словно какого-то инопланетянина:

- Ты что – на самом деле собирался заниматься со мной уборкой?!

- Да. По крайней мере, вначале – точно уборкой, - невозмутимо признался он. – А тебя это удивляет? Или считаешь, что я для тебя… этот…хрен знает кто, в общем?

Это был, что называется, контрольный в голову.

«Именно сейчас бы я в него влюбилась, - обреченно подумала Галина. – Окончательно и без памяти. Если бы это уже не произошло раньше».

Дело было не в уборке, как таковой. У них в семье отец с братом тоже много чего делали по дому. Это не удивляло.

«Но одно дело, когда это в совместном быту, - растерянно признала она. – Или если бы я попросила. А чтобы так… заранее предусмотреть, взять сменную одежду».

Здесь чувствовалась такая искренняя, неприкрытая забота, что это трогало до глубины души, заставляя отзываться целым ворохом чувств. Самых разных, но, в общем-то, объединяемых одним словом. Да, тем самым.

- Ты угадал мое откровенное желание, - тихо проговорила Галина, глядя ему в глаза. – Самое-самое, заветное, истинное.

- Да ладно, ерунда, - улыбнулся Васька. – То все еще впереди, надеюсь.

- Иди ко мне, а? Уборка подождет.

- В хорошем смысле? Или опять допрос с пристрастием?

- Конечно, в хорошем! – горячо призналась Галина. – В самом хорошем, какой только может быть! Но… через допрос.

- Как-то я и не удивлен! – рассмеялся Васька, сел рядом с ней, обнимая: - Это особая фишка наших отношений – ты меня каждый раз допрашиваешь!

Галина улыбнулась в ответ, скользнула руками по его плечам:

- Здесь неудобно, пойдем лучше на кровати поваляемся.

- Ого! Сразу в пыточную?! Может, не надо, я и так все расскажу?

- Надо! – Галина изобразила зловещую усмешку, схватила Ваську за руку и потащила к кровати.

Хохоча в один голос, они рухнули на постель и несколько минут самозабвенно целовались, перехватывая друг у друга инициативу.

«Невозможно им надышаться! - стучало в висках. – Не остановиться, не передумать, не вернуться обратно! Не разлюбить. Это уже навсегда».

Ее ладони гуляли под Васькиной футболкой, запоминая места с самым ярким откликом, чтобы потом повторить этот путь губами.

- Так, экзекуторша! – многозначительно улыбнулся Васька, немного отодвигаясь. – Если тебе нужны реальные сведения, а не бессмысленное бормотание, спрашивай сейчас. Потом будет поздно.

- Никогда не поздно! – бесшабашно отозвалась Галина. – Ежели умеючи.

- Фигасе… - рассмеялся он. – Куда я попал, и где мои вещи?

- Это твой последний шанс сбежать! – прошептала она ему на ухо, мягко касаясь краешком губ. – Воспользуешься? Я отпущу, честно.

- Смысл? На лестнице не сбежал, когда мы на краю пропасти стояли. После того уже ничего не страшно.

Долгий взгляд в глаза…

- Люблю! – выдохнула Галина. – Невозможно люблю. Но действительно, где твои вещи?

- Грязная рубашка и джинсы? – Васька скользнул ладонью по ее спине. – В пакете, в квартире дяди Коли. Неужели не веришь? Вот не поленюсь – сбегаю, принесу!

- Берет где? Голубого цвета?

Васька отвел взгляд и закопался губами в ее волосы:

- Там же. Догадалась, да? Или Светлый сказал?

- Догадалась… - Галина осторожно провела пальцами по его руке снизу вверх. – Подсознательно давно уже знала. Хотя Олег намекал. И ты тоже. А сегодня и вовсе случайно услышала разговор твоего отца с дядей Колей. Так что теперь знаю точно. Чего сразу не сказал, а?

- Чего-чего. Не люблю хвастаться. А таким и вовсе не принято хвалиться. Потом покажу фотки и все такое. Значит, про батю тоже в курсе…

- И не только! – ехидно фыркнула Галина, поднимаясь на локте, чтобы видеть его глаза: – Еще знаю, что ты вчера уже в Москве был. Быстро отвечай, почему сразу не пришел! Честно!

- Устал от перелета… - осторожно начал Васька, пряча взгляд под пушистыми ресницами. – Хотел выспаться, то се.

- Ответ неправильный! – со странной радостью прокомментировала Галина и легонько прикусила зубами мочку его уха. – Правду говори!

- Ой, мама! – взвыл он, впечатывая ладони в ее сарафан, так, что ткань затрещала. Чувственный отклик был, словно выброс огня из жерла пробудившегося вулкана: – Это запрещенные приемы! Я буду жаловаться в ЕСПЧ! И откуда ты знаешь – встроенный детектор лжи?!

- На нас юрисдикция ЕСПЧ теперь не распространяется, – с нежностью дикой кошки улыбнулась Галина и скользнула губами от уха вниз. Опять вулкан… раскаленные потоки лавы.

- Голосовала за поправки в Конституцию? – воодушевился Васька.

- Нет. Я по выборам и подобным мероприятиям не хожу. Ничего в этом не смыслю, а просто ради галочки – не хочу. И да – на тебя встроенный. Страшно?

- Да нет же! – беззаботно рассмеялся Васька, поворачивая голову, чтобы ей было удобнее исследовать его шею: – Говорил уже! Ладно, хочешь правду – пожалуйста!

Он резко сел на кровати и посмотрел в глаза:

- Постеснялся вечером приходить. Получилось бы, словно специально напрашиваюсь на ночь остаться. А я не…

- Вась, ты чего… - Галина тоже поднялась и растерянно поглядела на него. – Тебе пятнадцать лет?!

- Два раза по пятнадцать, - в его глазах было что-то такое… невозможное, непостижимое, но нужное, как воздух: – Значит, вдвое хуже. Скажешь, в моем возрасте уже стыдно настолько втюхиваться? Ну, извини. Сама предложила пройти эту миссию на повышенной сложности.

- Ты… ты… - Галина смотрела на него и смотрела, запоминая каждую деталь, каждую самую мельчайшую мелочь.

Лучистые глаза, а в левом на один лучик больше… только начавшая проступать морщина на лбу, неровная с разными краями… торчащая ресница - вот-вот упадет, и можно по-детски загадывать желание… небольшая царапина на щеке – неудачно побрился?

Его образ впитывался, проникал в душу, замещая, затирая собой даже не тех, кто был до него, это все и так, само собой выветрилось. Больше. Намного больше. Становясь самым важным, самым главным, самым:

- Васенька, родной…Как же ты нужен мне! Дай попробовать все это по настоящему! Испытать. Прочувствовать. Понять. Тебя всего.

- Хорошо, - Васькины глаза отозвались ярким пламенем. Ладони снова легли на ее плечи: - Но у нас это будет иначе. Совсем.

- В смысле?

- Сейчас узнаешь, - его дыхание было частым и горячим, как жар от натопленной печки: - Но вначале нужно, чтобы ты ответила на один вопрос.

- Личный?

- Очень личный. – Васька отвел взгляд. – Я бы даже сказал, что порядочные люди о таком не спрашивают. Но я спрошу, можно?

- Спрашивай! - вырвалось у нее отчаянное.

- Скажи номер своего паспорта!

- Ты в этом смысле?!

- Да, - застенчивый взмах ресниц. - А ты что подумала?

Хрясь! Подушка прилетела точно в цель.

- Ничего не подумала! Вообще! Честно! – хохотала Галина, пытаясь еще раз зарядить Ваське подушкой.

Он увернулся, перехватил ее руку, поцеловал в губы. Нежно-нежно, чувственно, долго…

Галина наконец-то поймала Васькин взгляд – он был хитрый-прехитрый.

«Поэтому и глаза отводил!»

- Но интуиция сработала! – ответив на поцелуй, со смехом призналась она. – Это же надо, какой гаденыш! Я ему такие слова… всерьез. А он… Пранкер!

- С кем поведешься, - невинно заявил Васька. Но в его глазах читалось неприкрытое торжество.

«Испортила хорошего, серьезного парня! – обреченно признала Галина. – Именно я, Аллигатор ни при чем. Придется любить испорченного Ваську. Куда деваться-то».

– Но я тоже всерьез, - продолжил он, доставая из кармана телефон. - Серьезнее некуда.

- Знаю я этот прикол! – со смехом заглянула она через Васькино плечо. – Кредит на меня хочешь взять?

- Нет, - улыбнулся он, что-то листая в телефоне. – Не в кредит. Сразу в полную собственность.

И, вызвав на экран какой-то почти полностью заполненный бланк, протянул телефон Галине:

- Вот в это окошко впиши ответ на мой неприличный вопрос.

- Да что это хоть такое-то?!

- Заявление в ЗАГС на «Госуслугах». Скажи, удобно? И идти никуда не нужно. Но ты пиши, пиши, не стесняйся.

Галина, слегка покраснев, быстро набрала в нужной ячейке номер своего паспорта. Как бухгалтер, она помнила его наизусть.

И нажала «Сохранить черновик».

Васька проследил за ее действиями и одобрительно улыбнулся:

- Там ниже зеленая кнопочка «Отправить».

- Действительно, удобно, - с легким смущением согласилась Галина, откладывая телефон. – Ты мне заявление перешли потом, я посмотрю, проверю, подумаю.

- Какое потом? Ты уже думала. Опять что ли?

- Э-э-э… - Галину бросило в жар. - Я же не то, чтобы совсем не. В принципе – да. Но нельзя же так в лоб? Мне нужно время осознать, принять, прочувствовать. Капельку времени можно? Совсем чуть-чуть?

- Хорошо, - Васька поднял левую руку и провел пальцем по смарт-часам: - За сколько ты бегаешь стометровку?

- Ой, не знаю… - окончательно растерялась Галина. – Последний раз в школе дело было. Но, если честно, не очень. Хуже всех в классе.

- Настолько неспортивная? Значит, будем тренироваться.

- Спортивная! – обиделась Галина и затараторила, оправдываясь: – Просто я не спринтер, а стайер! У меня дыхалка по-другому устроена. Когда в школе училась, всегда за наш район пять километров бегала. И первые места занимала! А стометровка… я на ней разогнаться не успеваю.

Она на миг умолкла и доверительно посмотрела Ваське в глаза:

- Понимаешь, я только-только… а оно раз! И уже все закончилось.

Он обнял ее, притянул к себе и застенчиво прошептал на ухо:

- Не, ну прямо так не будет, не волнуйся. Кросс на длинные дистанции я тоже неплохо бегаю. И даже по пересеченной местности.

И опять полез в свои часы:

- Понял, ставим не таймер, а секундомер. Норматив не на скорость, а на прохождение. Старт на счет «три».

И действительно, досчитав до трех, нажал начало отсчета.

- Вась, ну не издевайся, а? - в голове стучало, словно при резком старте.

- Три секунды.

- Я завтра честно, обещаю! – во рту пересохло.

- Шесть.

- Зараза ты, Васька! - дыхание сбилось, отчего-то начало колоть в боку.

- Восемь.

- Как же ты меня достал! – взвыла она, задыхаясь, словно от быстрого бега. - Ладно! Люблю тебя, паршивца!!!

И нажала заветную зеленую кнопочку.

- Десять целых, пять десятых долей секунды, - невозмутимо прокомментировал Васька, останавливая отсчет. – Отличный результат, лучше, чем у меня. Не знаю женскую таблицу достижений, сейчас глянем.

Он отнял у тяжело дышавшей Галины телефон и что-то набрал в поисковике.

- Лина! – восхищенно произнес он минуту спустя. – Это же новый мировой рекорд! И кто-то еще говорил, что плохо бегает стометровку. Хотя от тренера тоже многое зависит, факт.

Его телефон тем временем пискнул, уведомляя о новом сообщении.

- Заявление принято ведомством, - прочитав смс, довольно признался Васька. – А вот теперь иди ко мне.

- И что будет? – осторожно улыбнулась Галина, пододвигаясь ближе.

- Признание в любви, - он прижал ее к себе. – Честное, откровенное, все, как есть, без утайки. Только не словами.

Они минуту сидели, обнявшись, словно действительно перед прыжком. Удивительно сладкий миг – на краю. На самом – самом. На такой высоте, что дух захватывает.

А потом вдруг все полетело с места в карьер, сразу так горячо и неистово, что Галина в первый миг оторопела и даже попыталась отодвинуться от Васьки, но он не разрешил:

- Выслушай меня, пожалуйста. Так об этом еще никогда не говорил. И даже и не собирался, наверное.

И она позволила – все и сразу. И впрямь, некрасиво перебивать человека. Особенно, когда он признается в любви.

И буквально через несколько мгновений, отчаянно вцепившись в Васькины плечи, поняла, что он не ошибся. Потому что мысль в голове была одна-единственная: «Наконец-то!» И она ощущалась так ярко, что даже вырвалась вслух.

- Еще бы… - сбивчево отозвался он. – Искатели высших смыслов! Все окрестные извращенцы, глядя на нас, в ужасе разбежались.

- Туда им и дорога! – горячо согласилась Галина, пальцами рисуя на Васькиной спине таинственные символы. - Не люблю извращенцев без высших смыслов. Скучные они какие-то.

Васька беззвучно рассмеялся, но потом снова требовательно потянулся к губам:

- Просил же… не перебивай, волнуюсь.

И она больше не стала. Просто наслаждалась происходящим. А точнее – Васькой. Им одним.

Он был удивительно красивый с растрепанными волосами и капельками пота на лбу. Во всем красивый, как сбывшаяся мечта. И Галина в первый раз в жизни не стала закрывать глаза. Ни на секунду.

А еще Васька был убедительным. Да кого ж не убедит такое искренне и горячее признание?

- Знаю-знаю, - восторженно шептал он на ухо. – Опять. Уже сбился со счета, который раз. Но представляешь, действительно знаю! На сто процентов. У тебя меняется вкус губ и запах кожи. Это, оказывается, вообще нельзя подделать!

Она с блаженной улыбкой гладила его по волосам. И даже не хотелось думать, отчего он так удивляется. Ведь у них все действительно по-другому. И впервые.

Потом просто поймала губами мочку его уха, провела по ней языком, с наслаждением ловя тот самый огненно-вулканический ответ.

- Опять запрещенные методы… - простонал Васька.

- Да, Васенька, - Галина прижалась крепче, готовясь поймать этот момент, позволить ему пережить его как можно ярче: - И никто тебя не спасет. Даже ЕСПЧ.

А после они долго валялись в обнимку и молчали. А о чем говорить? Иногда без слов можно сказать гораздо больше.

- Знаешь, я понял одну важную вещь, - наконец-то проговорил Васька, разглядывая на свет ее пальчики.

- И какую?

- Я был прав, проголосовав за поправки в Конституцию. Зачем нам тот ЕСПЧ? Без него совсем неплохо. И даже замечательно.

- Кто о чем, а Васька о политике! – рассмеялась Галина и поцеловала его плечо. – И это в такой момент.

- Могу и о любви, - ничуть не смутился он. – Представляешь, я в тебя реально втюхался. Потому что, по-другому оно бы уже попустило. А нефига - только хуже стало. Сейчас вообще в хлам. В дрова.

Галина повернула голову, встретилась с ним взглядом и задохнулась…

Вот оно – наивысшее наслаждение и самая желанная награда! Счастье в глазах любимого человека. Именно такое – глупое-преглупое и даже по-детски беззащитное:

«Не бойся. Не предам. Ни за что».

А на соседскую вечеринку они все-таки попали. Хоть и под самый конец. Куда же без ответного признания? Нечестно как-то.

И с генеральной уборкой тоже получилось. Помыли окна, протерли под шкафами, а Васька сбегал в строительный магазин и заделал муравьиный ход на балконе.

Правда, все это вышло только на следующий день и с перерывами. Но какая разница?

Главное, что чисто, светло и легко дышится.

Эпилог третий. Рептилоидный. За что боролись

Следующие три недели пролетели, как во сне.

В Васькиной квартире вовсю шел ремонт, и он официально жил у родителей в Подмосковье.

На самом деле, конечно, каждую ночь оставался у Галины. Но вещи не перевозил – стеснялся. Да, бывает и такое. И даже во взрослом возрасте. И незадолго до свадьбы.

Чего только в жизни не бывает!

При этом Васька окончательно испортился. Шуточки и подначки сыпались из него без перерыва, за что был неоднократно бит подушкой и подвергнут жестокому наказанию. Да-да, тому самому.

Он, конечно же, возмущался. И опять грозился пожаловаться. Но уже не в ЕСПЧ, а в общественную палату экзекуторов. Якобы пытают его редко, бессовестно мало и вообще - без огонька.

Галина смотрела на это и тихо обалдевала. Хотя дурачиться с Васькой было весело. С Васькой все было хорошо: и вместе готовить ужин, и смотреть в обнимку какой-нибудь фильм, и откровенно разговаривать на любые темы, и… Вообще все.

- Знаешь, Вась… - со смехом говорила она, гладя его по волосам. После того, как Васька очередной раз вывел ее из себя и заставил пойти на «крайние меры»: - Никогда не соглашалась с утверждением, что жертва сама провоцирует преступника, и в случившемся есть доля ее вины. Но глядя на тебя, начинаю думать, что что-то в этом есть.

Васька в ответ только застенчиво опускал ресницы и невинно улыбался. Этакий зайчик – белый и пушистый.

Но, естественно, «вытворял» Васька только дома и наедине. На людях он был прежним – предельно спокойным, вежливым и корректным.

Исключение из этого правила было всего один раз. Да и то: не так, чтобы исключение – мелочь. Васька заехал за Галиной на работу, немного подождал в кабинете, пока она закончит с документами, и они вместе пошли к выходу.

Лифт приехал абсолютно пустой и со звоном распахнул стальные двери. Парочка ехала молча, стоя друг от друга на предписываемом условностями расстоянии. А как еще? Взрослые люди, на работе, и вообще – для «глупостей» есть целая квартира.

Внезапно раздался щелчок, лифт остановился на третьем этаже, и Галина чуть ли нос к носу столкнулась с Аллигатором.

Тот был в белоснежной рубашке, выгодно подчеркивающей его загар, и с новой прической. Слегка отросшая светло-русая челка лежала косой волной, делая его похожим на одного из популярных блогеров – кумира малолеток. На рубашке было расстегнуто на одну пуговицу больше, чем полагается по офисному дресскоду. В руках у Аллигатор держал пластиковый портфель с документами.

Он небрежно кивнул обоим и нажал кнопку «ход».

И тут произошло странное. Васька резко шагнул к Галине, сгреб в охапку и даже слегка запустил ладонь под ее пиджак.

- Дорогая, что у нас сегодня на ужин? – громко спросил он, наклоняясь к самому уху.

«Дорогой» он ее никогда не называл. А на ужин они буквально десятью минутами раньше решили жарить отбивные и резать летний салат из свежих овощей.

Галина настолько оторопела, что даже не нашла, что ответить. Она почувствовала на себе пристальный взгляд и повернула голову, встречаясь глазами с Аллигатором. Его взгляд был обычным – холодным и слегка насмешливым, но что-то мелькнуло в нем – резкое и удивительно глубокое. И исчезло – будто и не было.

«Показалось! – решила Галина, вдыхая родной запах стоящего так близко Васьки. – Насчет сочинять на ровном месте – мне равных нет. Ваське жену Катю и двоих детей придумала же. Опять же Маньке неймется – подавай плюшки на прокорм чувства собственной исключительности».

Аллигатор небрежно усмехнулся и вышел на втором этаже. Парочка поехала дальше. Васька невозмутимо вытащил ладонь из-под пиджака Галины и шагнул в сторону.

- Вась, это что было-то? – удивленно пробормотала она.

- Сам не знаю, - пожал плечами тот.

- Ревнуешь?

- Вообще нет, правда. Это другое что-то, на уровне инстинктов. Но больше не повторится, обещаю. Да уже и не надо.

Через несколько дней из Индии вернулся председатель.

Как легко было предположить, никаких змей в храмах он не заклинал. У него просто отняли все деньги и документы и вышвырнули на улицу в каком-то Богом забытом захолустье. Где никогда не бывает туристов, и никто не понимает по-английски. Повезло, что вообще остался жив.

Почти месяц сноб и сибарит Валентин Игоревич спал на грубых досках под открытым небом, питался в лучшем случае объедками, а бывало – и на помойке порыться приходилось, и шел пешком к цивилизации.

Слава Богу, нашлись люди, которые помогли вернуться на родину.

Увидев председателя на совещании, Галина изумилась, растерялась и несколько минут осторожно разглядывала его из-под ресниц.

Не похож был Валентин Игоревич на себя прежнего! Кардинально не похож, совершенно. Заезженный сюжетный ход детективных романов о подмене людей двойниками так и просился на ум, но председатель приложил палец к сканеру замка на сейфе и тот послушался.

Тесть Аллигатора заметно постройнел, загорел и даже казался выше ростом. Проблемы со спиной ушли, очевидно, сон на твердой поверхности и пешие нагрузки оказались отличным лекарством. Лицо тоже посвежело, прошла землистость и вечная испарина, и вообще выглядел председатель лет на пятнадцать моложе, чем до поездки в Индию. Лечебное голодание, не иначе.

«То есть, по большому счету, он получил, что хотел, - весело подумала Галина. – Возвращение молодости и здоровья. И безо всяких ритуалов. А, может, это и был тот самый ритуал?»

После обеда в бухгалтерию заглянула Чингисхан. Она была в коротком – до колен – платье для беременных, мягко подчеркивающем округлившийся животик. Весь вид ее излучал истинное, неприкрытое счастье.

- Галочка, можно попросить тебя об одолжении? – нежно проворковала она.

И это было так непохоже на нее прежнюю – требовательную и даже жесткую начальницу, что Галина снова растерялась.

«Сегодня прямо день сюрпризов! – пронеслось у нее в голове. – Все не так, и все не такие».

- Конечно, Татьяна Тамерлановна! – вслух ответила она. – Я бы вам и раньше не отказала, а теперь-то… Мышей мне в квартире точно не нужно! Еле-еле от муравьев избавилась. Говорите, что нужно сделать?

- Веришь в приметы? – звонко рассмеялась Чингисхан. – Не стоит, это всего лишь народный фольклор. А моя просьба тебя не затруднит. Съезди со мной, пожалуйста, на оглашение завещания Игоря Федоровича.

- Вы наследница основателя компании? – само собой вырвалось у Галины.

Следом она подумала, что спрашивать о таком неэтично и смутилась.

Но Чингисхан восприняла ее вопрос естественно и с улыбкой:

- Мне полагаются несметные богатства! С десяток книг. Издания редкие, но не настолько, чтобы заинтересовать коллекционеров. Эти книги я читала ему вслух - просто память о дорогом человеке.

- Я не против, – осторожно ответила Галина, встала, принесла бывшей начальнице стул и уговорила сесть: - Но никогда с подобным не сталкивалась. От меня что-то будет нужно?

- Ой, Галочка, это чистая формальность! Копии завещания у всех заинтересованных лиц на руках. Но закон есть закон. Полчаса посидеть в конторе, послушать, как нотариус прочитает завещание и по домам. Я бы и сама съездила, но с утра голова кружится, а Леша, как назло, на переговорах.

- Если так, я с радостью. Во сколько нужно быть там? Такси заказать?

- Да, закажи. Через полчаса подъедем, в самый раз будет.

День был, несмотря на конец августа, жарким и каким-то тяжелым. Повышенное атмосферное давление? Магнитные бури?

Галина отметила бледность Чингисхана и слегка влажные волосы на висках и мысленно похвалила ее за осторожность:

«Все правильно! Слабость и головокружения у беременных – распространенное явление. Плюс оглашение завещания трудно назвать приятной процедурой – лишнее напоминание о смерти того, кто был дорог. Позитивных эмоций это точно не вызовет. Да и люди, что там соберутся, особой любви к Татьяне Тамерлановне не испытывают. Председатель и вовсе тихо ее ненавидит. Хорошо, что я буду рядом».

В нотариальную контору они прибыли не первые.

Председатель уже сидел в приемной, развалившись на диванчике из белой кожи, и вполголоса беседовал со светловолосым парнем лет двадцати пяти.

Галина с Чингисханом сели в кресла напротив.

Парень выглядел, как типичный представитель золотой молодежи: в брендовых шмотках, с небрежно растрепанными волосами - настолько небрежно, что чувствовалась рука дорого стилиста, и с тем самым удивительным выражением лица, которое ничего не выражало.

- Значит, Олежка и тебя уломал по поводу доверенности на долю? – многозначительно хмыкнул председатель. – Ушлый, прощелыга, везде без мыла влезет.

- А что не надо было? – коровьими глазами посмотрел паренек на председателя. – Так он же теперь этот… Виткин муж. Твой зять. Наврал что ли?

- Не наврал, - вздохнул Валентин Игоревич. – Это я так, риторически.

- Рито… Это как?!

- Это - расслабься Илюха! - почти нежно хлопнул его по плечу председатель. - Думать - не твое. Правильно сделал, чего уж там. Но мог бы и крестного дождаться.

- Я ждал. А ты не ехал, - обиделся парень. – А он мне кольцо под нос.

«Это – Мажор! - поняла Галина. - Тот самый, последний из троих внуков, чьей доли еще не было в управлении Аллигатора. Теперь есть все три, у Олега контрольный пятьдесят один процент. Да уж, в ушлости кое-кому действительно не откажешь!»

Через несколько минут прикатила полная дамочка. Галина узнала в ней собеседницу Аллигатора на кинофестивале.

«Мать малолетнего наследника», - машинально отметила она.

Последними в приемную вошли Аллигатор с Инопланетянкой. Новоиспеченный зять председателя был верен себе – свеж, элегантен и лениво холоден.

Его жена выглядела не то, чтобы испуганной, но явно не в своей тарелке. Она хлопала по-детски наивными голубыми глазами и мертвой хваткой держалась за локоть Аллигатора.

Тот пробормотал подобающие слова приветствия, небрежно скользнул взглядом по собравшимся, и вдруг заметил Галину.

В глазах Аллигатора мелькнуло искреннее удивление и даже растерянность. А еще… что-то дерзкое и необъяснимое, отчего ее бросило в жар.

Галина смутилась и отвела взгляд. И сразу подумала, что глупо краснеть, как школьница, и надо общаться с людьми спокойно и адекватно, и нечего придумывать, то, чего нет, и…

Но когда она набралась смелости вновь посмотреть ему в глаза, Аллигатор уже отвернулся и был целиком занят своей супругой.

Галина никогда не видела их вместе, исключая день неудавшегося рейдерского захвата, и ей было интересно наблюдать.

Свободных мест, где можно было присесть, в приемной не осталось. Но Аллигатор сходил куда-то и принес Инопланетянке стул. Вначале поставил его в угол, затем оглянулся на работающий кондиционер, поморщился и отодвинул дальше. Усадил ее, успокаивающе погладил по плечу и даже что-то прошептал на ухо. Потом опять куда-то исчез на пару минут и вернулся со стаканом воды для нее.

Со стороны это выглядело достойно и даже мило, но…

«Он относится к ней, как к ребенку… - пронеслось в голове у Галины. – Но не как к своему ребенку – любимому и долгожданному, а как… к соседскому, например, за которым попросили присмотреть. Внимание есть, забота есть, ответственность взрослого человека за малолетнего тоже присутствует. А нежности нет. Она сразу читается, не спрячешь».

Наконец, всех пригласили в кабинет. Нотариус, приятная полноватая блондинка в очках, жестом попросила присесть.

Галина с Чингисханом и матерью малолетнего наследника заняли один диван, Мажор, Инопланетянка и Аллигатор – второй.

Председатель сел в кресло у стола нотариуса и положил перед ней оригинал свидетельства о смерти отца.

- Затянули вы с оглашением, - пробормотала нотариус, читая дату на документе. – Более двух месяцев прошло.

- Я был в отъезде, - фыркнул тесть Аллигатора. – Да и смысл торопиться, копии завещания всем раздали, каждый в курсе, что его ждет.

Нотариус неопределенно улыбнулась и быстро защелкала мышкой, вызывая на экран данные.

- О каком именно завещании вы говорите? – бесстрастно уточнила она. – Их было несколько.

И, нажав кнопку аппарата на столе, скомандовала:

- Юленька, подайте мне дело, пожалуйста!

Сексапильная длинноногая брюнетка в юбке чуть выше колен, буквально через минуту положила на стол папку с документами.

Мажор скользнул взглядом по ее ногам и одобрительно причмокнул. Председатель бесцеремонно заглянул в вырез платья и выпятил нижнюю губу. Аллигатор единственный из присутствующих мужчин не обратил на девушку никакого внимания. Он смотрел на стол, где лежали документы.

- Знаю… - согласился председатель, и в его голосе внезапно почувствовалась обида. – Я говорю о последнем, от первого декабря две тысячи….

Он назвал год.

- Так это не последнее, - так же невозмутимо поправила его нотариус. – Последнее, а значит, действительное, от пятого июня этого года.

Она бросила взгляд на лежащее перед ней свидетельство:

- Получается, за два дня до смерти завещателя. Вам что-то известно об этом?

- Нет… и мне нет… первый раз слышу… - послышались растерянные голоса со всех сторон.

Нотариус открыла папку, внимательно изучила содержимое:

- Да, все верно. Завещание от пятого июня. Оглашаем.

Затем произвела необходимые по закону действия и начала читать текст завещания.

- «Я, Кузнецов Игорь Федорович… года рождения… паспорт… зарегистрирован по адресу… находясь в здравом уме, твёрдой памяти и ясном сознании, действуя добровольно, понимая значение своих действий и не заблуждаясь, настоящим завещанием на случай моей смерти делаю следующее распоряжение…»

Далее следовало перечисление собственности, которой владел дед Инопланетянки: начиная от пресловутых пятидесяти одного процента в уставном капитале компании и далее, далее, далее. Квартиры, дома, иностранная недвижимость, нежилые помещения, машины, банковские счета, депозиты, металлическое золото в банковской ячейке.

- «Завещаю… - нотариус сделала паузу. – Сулимовой Татьяне Тамерлановне».

В кабинете на несколько мгновений воцарилась гробовая тишина. Не слышалось даже дыхания, будто все разом забыли, что нужно дышать.

- Мне?! – наконец-то каким-то совсем детским голосом пискнула Чингисхан.

- Сулимова Татьяна Тамерлановна? – посмотрела на нее нотариус.

- Михайлова… - машинально поправила та. – Я замуж вышла.

И покраснела, словно сказала нечто совершенно неприличное.

- Свидетельство о браке с собой?

- Да… - Чингисхан полезла в сумочку, копалась несколько минут и выложила на стол заветное свидетельство.

- Юленька, снимите копию! – бросила нотариус секретарю и посмотрела в завещание. – Извините, тут еще есть наследники.

Все продолжали потеряно молчать.

Нотариус возобновила чтение. Каждому из семьи досталось по квартире. Внукам также по разовой денежной сумме, не такой и большой, но Галина подумала, что ей на полгода самой вольготной жизни хватило бы без проблем.

Отдельно для Инопланетянки создавался специальный фонд, из которого она должна будет получать ежемесячное скромное довольствие.

«Дед пожалел внучку не от мира сего, - поняла Галина. – Эта себе сама точно не заработает».

- В завещании упомянуто еще одно лицо, - задумчиво проговорила нотариус. – В деле нет его копии паспорта. Некий Светлов Олег Александрович, есть здесь такой?

- Это я, - коротко бросил Аллигатор.

- Паспорт секретарю дайте, пожалуйста, - кивнула она ему и продолжила: - Светлову Олегу Александровичу, … года рождения, проживающему по адресу… завещаю библию одна тысяча семьсот шестьдесят четвертого года издания, с надписью на обороте, что книга принадлежит московскому купцу Игнатию Светлову.

Аллигатор на этих словах слегка побледнел.

- Татьяна Тамерлановна! - закончив чтение завещания, нотариус вытащила из папки запечатанный конверт. – Это тоже вам. Насколько я понимаю, здесь личное письмо завещателя. Будете вскрывать сейчас?

- Нет… - пробормотала та, сгребая конверт со стола себе в сумочку. – Дома почитаю.

Руки у нее дрожали.

Председатель внезапно проснулся и, откинувшись на спинку кресла, хрипло рассмеялся:

- Так не доставайся же ты никому! Козлина старый, и с того света умудрился нагадить.

Он обернулся и со снисходительной усмешкой посмотрел на Аллигатора:

- Что, Олежка, сел в калошу? А надо было по-людски, траур соблюсти полгода, а не бежать в ЗАГС, теряя штаны. Теперь что – свидетельство о разводе почтой пришлешь?

Аллигатор молчал, глядя куда-то в стену.

- Могу подсказать новый объект для охоты, - продолжал язвить председатель. – Ленка Кириллова на днях овдовела наконец-то. У нее без всяких завещаний – по закону единственная наследница.

- Это что, дедушка нам ничего не оставил? – широко раскрыла глаза Инопланетянка и повернулась к отцу: - Правда?

- Почему ничего, - хмыкнул тот. – Квартиры, в которых вы живете. И денег немножко, подъемные, так сказать. Тебе, как социально незащищенной категории, еще и пособие пожизненное – на хлеб-молоко хватит. А колбасу и так вредно есть.

- А холсты, краски? – испугалась Инопланетянка. – Они же дорогие!

- Мелом на асфальте рисуй! – небрежно бросил ее отец. – Результат тот же, зато дешево и на свежем воздухе. Заодно, глядишь, мужика себе нового найдешь. Ты ж у нас, считай, теперь барышня свободная.

Инопланетянка вздрогнула и обернулась к мужу:

- Олег, это правда?

Аллигатор усмехнулся одними уголками рта и посмотрел на Галину. Его глаза не были холодными. Ох, не были! В них читалась глубина – отчаянная и бездонная. И сила – нечеловеческая. И еще что-то – непостижимое, яркое и откровенное. То, что невозможно вынести! И взгляд отвести тоже нереально. Никак.

Галина смотрела ему в глаза и молчала. Несмотря на работающий кондиционер, на лбу проступал липкий пот. Пальцы вцепились в ручку сумочки и слегка подрагивали.

- Олег!! – Инопланетянка потормошила его за плечо: - Почему ты молчишь? Ты меня теперь бросишь?!

Тот обнажил крупные белые зубы и безжалостно закусил губу, оставляя на ней пунктирную темно-красную дорожку. Затем отвернулся от Галины, обнял жену и притянул к себе:

- Не брошу. Деду твоему перед смертью обещал, что если на тебе женюсь, буду всю жизнь заботиться. А наше светловское слово твердое. Не волнуйся, уж на холсты и краски точно заработаю.

На Галину Аллигатор больше не взглянул ни разу. И это было как-то… правильно?

Вскоре все формальности были закончены.

Галина с Чингисханом вышли из нотариальной конторы, но такси вызывать не стали. Жара еще усилилась. Хотелось пить. И есть. Причем чувство голода было настолько сильным, что Галина удивилась сама себе.

- Давай в кафе зайдем, - словно прочитав ее мысли, Чингисхан погладила себя по животику: - Кое-кто кушать хочет, из меня последнее высасывает.

- Да-да, конечно! – согласилась Галина, читая окрестные вывески: - Белорусская кухня подойдет?

Чингисхан на миг прислушалась к себе и рассмеялась:

- Ответ – да! На зразы и драники мы согласны! И даже бегом.

Они сели за столик, застеленный вышитой скатертью. Интерьер вокруг был стилизован под внутреннее убранство белорусской избы. Или хаты? Хотя вроде хата – это украинское что-то? Ой, какая разница, все свое. Предки были отовсюду.

Галина заказала порцию драников и клюквенный кисель. И с неприкрытым изумлением наблюдала, как официант выставляет перед Чингисханом все новые и новые блюда.

- Смотришь, куда все это складывать буду? – со смехом перехватила ее взгляд новоиспеченная богатая наследница. – Не волнуйся, поместится. Ем, как ни в себя, а за беременность еще ни килограмма не набрала. Получается, фактически похудела – малыш-то растет. Крупненький он у нас, по УЗИ на две недели показатели развития опережает. И активный – просто егоза. Говорят, на таком маленьком сроке еще шевелюшки не чувствуются -неправда, я все прекрасно…

Внезапно она смутилась и оборвала рассказ:

- Извини, Галочка! Загрузила совсем. Что поделать, когда все мысли только об одном.

- Все хорошо! – улыбнулась Галина. – Мне интересно. С беременными общаться – одно удовольствие, они как солнышки!

Чингисхан благодарно взмахнула ресницами и подтянула к себе тарелку с драниками. И старательно пожевав несколько минут, внимательно посмотрела на Галину:

- А ты сама не...? Слышала, замуж выходишь? Прости, хуже беременного голода только беременное любопытство.

- Не, - рассмеялась Галина. – Точно нет. Мы предохраняемся. Я замуж просто так выхожу, по любви.

И сразу поняла, что сказала глупость и бестактность, и хотела было исправиться, но Чингисхан ни капли не обиделась:

- Ой, по любви оно как раз и получается! Мне тоже беременность свадебным подарком оказалась – на следующее утро наконец-то додумалась тест купить. Все грешила на ранний климакс. Но вы с Соней смотрите, одновременно в декрет не уйдите, а то работать некому будет!

- Хорошо, - по-деловому ответила Галина. – Составим график и пришлем на подпись.

Они еще болтали и смеялись за обедом. Галина закончила с драниками, Чингисхан тоже не обманула – съела все заказанное до крошки.

Наконец им принесли чай на травах, и бывшая начальница полезла в сумочку:

- Все-таки прочитаю письмо Игоря Федоровича сейчас. До дома не утерплю. Странно на душе как-то: по логике радоваться нужно, а мне не по себе…

И ловко вскрыв наманикюренным ногтем конверт, углубилась в чтение. Письмо было написано от руки, довольно ровным, хотя местами и небрежным почерком.

Галина молча пила чай и с подчеркнутым вниманием разглядывала на стенах вышитые полотенца. Как-то они называются по-белорусски? Но краем глаза все равно посматривала на Чингисхана.

Та прочитала сначала быстро, буквально за несколько секунд хватая каждую страницу целиком. Второй раз прошлась медленно, вдумчиво, невольно шевеля губами, словно проговаривая текст про себя, ловя его ритм и интонации.

В третий раз выхватила взглядом несколько особо важных мест, положила письмо на стол, но обратно в конверт засовывать не стала.

- Хочешь прочесть? – голос Чингисхана звучал непривычно глухо, она кашлянула и полезла в сумочку за носовым платком.

- Нет, - растерялась Галина. – Это же личное - вам. Я… не страдаю излишним любопытством.

- И все-таки прочти, - Чингисхан осторожно промокнула накрашенные глаза. – Не хочу, чтобы в компании меня считали аферисткой, которая втерлась в доверие к пожилому больному человеку и обманом заставила переписать завещание на себя.

- Никогда бы так не подумала! – искренне возразила Галина. – И это не мое дело! И…

Но Чингисхан не дала договорить. Просто взяла со стола письмо и вложила ей в руки:

- Мне всегда казалось, Галочка, что мы во многом похожи. Хочу, чтобы ты была в курсе всего.

Галина смутилась, погладила пальцем исписанный лист, распрямляя на сгибах, и начала читать.

«Здравствуй, Танечка! – обращался автор письма к Чингисхану. – Коль ты читаешь это, значит так мне и надо. Полагаю, не удивлена моим решением и считаешь его абсолютно разумным. Но на всякий случай напомню. Твой отец в далеком детстве вытащил меня из ледяной полыньи, подарив жизнь второй раз. А ты вытащила на себе ту страшную налоговую проверку, когда я уже морально был готов к разорению и даже к тюремному сроку. Без Тамерлана не было бы меня, а без тебя не было бы моего бизнеса. Пришла пора платить по счетам, и я делаю это с радостью. За мою семью не волнуйся – нищими и на улице их не оставил. Признаю, что мало уделял времени детям и внукам, оттого они стали тем, кем стали. Приходится исправлять ошибки воспитания, не мешай этому, пожалуйста. Виталина – исключение. Единственная из них, кто не забыл обо мне. Насчет ее жениха иллюзий нет, но предприниматель он от Бога. Скажи, круто я его уделал, а? Жаль, не увижу насколько понравился хлыщу мой скромный подарочек! Но ты оценишь, знаю. Если же вдруг у меня не вышло, позаботься о Витке, пожалуйста. Просто следи, чтобы у нее была еда и все, что нужно для рисования. Обо мне не плачь: я добился в жизни всего, что хотел, и получил то, что заслужил. К создателю претензий нет – все по справедливости. Увижу Тамерлана – передам привет. С любовью, твой И.Ф.»

Галина отложила письмо, и встретилась взглядом с совладелицей компании:

- Татья…

- Хватит официоза! – поморщилась Чингисхан. – Давай на ты. Для тебя я – Таня.

- Таня, - осторожно повторила Галина. – Я никогда и не сомневалась, что вы… ты достойна самого лучшего! Вижу твою работу, стараюсь держать планку, но не всегда получается.

- Может, все-таки вернуть долю кровным родственникам? – неуверенно проговорила Чингисхан, делая глоток уже остывшего чая. – Семья есть семья.

- Игорь Федорович просил не мешать воспитанию! – хитро улыбнулась Галина. – Он, как отец и дед, лучше знал, что нужно семье.

- Тоже верно… Нам, с Лешей, конечно, о таком и не мечталось – вся компания теперь в наших руках: у меня пятьдесят один процент, у Леши семнадцать, у Леры тридцать два. Наконец-то можно будет забыть о склоках между учредителями. Но вдруг обиженные наследники судиться будут?

- Думаю, не будут, - убежденно заявила Галина. – Там кроме председателя одни амебы. Да и тот присмирел после Индии. А если и решится – за вас сам Игорь Пересветов – звезда московской юриспруденции!

- Точно! – обрадовалась Татьяна. – Игорек еще ни одного дела не проигрывал! Как приятно с тобой поговорить, Галочка! Сразу на душе легко становится.

Она допила чай и поставила на блюдце пустую чашку:

- Еще Олег может оспорить завещание от имени своей жены. Этот сильный противник – прирожденный стратег: циничный, расчетливый, способный на все ради достижения цели.

- Он не такой! – вырвалось у Галины само собой.

И настолько искренне и даже с воодушевлением, что Чингисхан слегка оторопела. Но Галина на этом не остановилась. Слова вдруг посыпались из нее, словно разноцветные конфетти из новогодней хлопушки:

– Во всем поддерживаю Игоря Федоровича, но с Олегом он поступил неправильно! Конечно, тот сам виноват, но все-таки… Понимаю, что иноп… Виталина влюблена в Олега, к нему просто невозможно остаться равнодушной! Но принуждать человека жить с нелюбимой… Это нечестно!

Чингисхан смотрела на Галину во все глаза.

- Ого… - наконец-то выдохнула она. – Нельзя остаться равнодушной? К Олегу?! Ты же вроде замуж выходишь? И даже по любви…

- Я не в этом смысле! – небрежно отмахнулась Галина. И продолжила так же эмоционально: - Я про то, что Олег удивительный человек – умный, добрый, заботливый! Он заслуживает настоящего счастья, понимаешь?

- Ты настолько близко его знаешь?

- Я… он… - поймав растерянный взгляд Чингисхана, она умолкла на полуслове.

До Галины вдруг дошло, как ее речь может выглядеть со стороны, и щеки запылали.

- Мой жених давно знаком с Олегом! – всплыла в голове спасительная мысль. – И рассказывал о нем много хорошего: Олег занимается благотворительностью, а однажды они вдвоем спасли девушку от насильников! Хотя пришлось драться с тремя молодыми парнями.

О том, что спасатели послали девушку по известному в народе адресу, да еще закинули ей за шиворот жабу, Галина, конечно же, распространяться не стала.

- А-а-а… - поняла Чингисхан и одобрительно кивнула. – Волнуешься за друга жениха. Тогда все ясно. Ну и ну! Ты меня даже не удивила, я в полном шоке! Про Олега бы я такого точно не подумала.

- Только это между нами… - быстро произнесла Галина. – Мне самой рассказали под пы… под страшным секретом!

- Конечно-конечно! Но, думаю, особо за него переживать не стоит. Ты не ходишь на светские тусовки, а я хожу. И много раз видела Олега с Виталиной вместе. Знаешь, они во многом похожи: каждый живет в своем мире – она в творчестве, он в бизнесе, друг к другу оба относятся одинаково спокойно. Уже почти год официальная пара, но вместе не живут – встречаются два раза в неделю. И после свадьбы ничего не изменилось. Но при этом им легко вдвоем. На одной волне они, понимаешь?

- Если так, то может быть… - неуверенно проговорила Галина.

- Ты судишь других по себе, Галочка! - Чингисхан помахала официанту, прося счет. – По своему представлению о жизни и темпераменту. Для тебя любовь – обязательно что-то яркое, кипящее, сметающее все на своем пути. А эмоционально холодным людям этого не нужно. Они ищут предсказуемость, тишину и душевный покой. Им хорошо, когда не достают лишний раз и не мешают заниматься своими делами.

«Но Олег не такой! – мысленно возразила Галина. – Он как раз горячий! Чувственный до умопомрачения! Нежный до дрожи в коленях! Настоящий он! То, что с ним произошло, – справедливо, не спорю. Но все равно обидно за него прямо до слез!»

Но вслух промолчала. Она достала из сумочки деньги, чтобы оплатить свою часть счета, но Чингисхан не позволила:

- Я же нынче богатая наследница!

И, заглянув в глаза Галине, добавила, понижая голос:

- И все-таки, Галочка, купи тест. Излишняя эмоциональность и сентиментальность – первые признаки беременности. Я, например, мелодрамы на дух не переносила, а теперь смотрю. Причем выбираю самые глупые и наивные, где сплошной картон и сопли с сахаром, и рыдаю над ними в три ручья. Гормоны, ничего не попишешь.

- Да я точно не… - уверенно начала Галина.

Но вдруг, вспомнив некоторые моменты Васькиных откровенных «признаний», застенчиво опустила голову:

- Хорошо, куплю…

После кафе Чингисхан вызвала такси и отправилась домой – ей срочно нужно было полежать. А Галина поехала на работу.

- Ой. Лина, наконец-то! – с порога ее встретила Соня. – Так закопалась в счетах-фактурах, что даже на обед не пошла. Попей со мной кофе, пожалуйста.

Галина хотела было признаться, что только-только из кафе, но посмотрела в Сонькины усталые и голодные глаза и не стала.

- Сейчас воды из кулера принесу! – потрусив пустым чайником, согласилась она. – Попьем. У меня в столе пачка вафель шоколадных есть.

- Живем! – обрадовалась подруга.

Отсутствовала Галина минут десять. По дороге встретила Вадима, обсудили продажи за последнюю неделю. Потом Анюта мимо пробегала – перебросились парой фраз о том, о сем.

Когда она вернулась в кабинет, Соня сидела за столом и сердито раздувала ноздри.

- Извини, - смутилась Галина, включая чайник. – С Вадимом надо было…

Но Сонька ее перебила.

- Урод этот приходил! – злобно фыркнула она. – Игроман конченный. Просил тысчонку занять, детям есть нечего!

- Гена был здесь? – удивилась Галина, раскладывая вафли на тарелку. – Палыч вроде запретил охране его пускать. И как – дала денег?

- Он через склад заходит! Там кореша у него остались. Ничего не дала – облезет, скотина! После того, как он у нас деньги по сумкам тырил и председателю все разговоры пересказывал, я его на дух не выношу. Сказала, чтоб выкатывался отсюда к едрени фени, а то Вовчику позвоню!

- Жестоко ты с ним, Сонька, - вздохнула Галина и зачем-то полезла в сумочку.

- Ничего не жестоко! – не дождавшись, пока чайник закипит, Сонька ухватила с тарелки вафлю. - Все по справедливости. Справедливость – высшая ценность для русского человека. Наша сила – в правде, слыхала?

- И слыхала, и даже согласна… - Галина машинально открыла кошелек и вытянула из него пятитысячную купюру. – Залей кофе, я сейчас…

Она бежала по коридору, затем по лестнице, мчалась со всех ног, чуть не сбив уборщицу бабу Тамару с квадратным пластиковым ведром, в которое вставляется щетка для уборки.

Генку она догнала уже на цокольном этаже у дверей склада.

- Привет! – задыхаясь от быстрого бега, произнесла Галина и вложила ему в руки деньги. – Это тебе, отдашь, когда сможешь. Прости Соньку, она бывает излишне принципиальной.

Генка язвительно усмехнулся. Но купюру взял:

- Пожалела, значит? Добренькая типа? Не стоит. Сонька права.

- Нет, не пожалела, - на миг задумалась она и мотнула головой. – Жалость – когда чувствуешь себя выше того, кого жалеешь. А я… я просто не могу забыть тебя того – с которым мне было легко и весело. С кем можно было поговорить откровенно обо всем, пошутить и посмеяться. И знаешь, я уже раз поступала так, как считала правильным по уму. А оказалось, что…

Галина не договорила и махнула рукой:

- Купи детям что-нибудь! И… можешь не возвращать.

Генка молча оглядел ее с головы до ног:

- Чудная ты, Лина, сегодня. Хотя всегда была немного с приветом…

Он встретился с ней в взглядом и быстро-быстро поправился:

- В хорошем смысле, в высоком.

Галина попыталась представить, как можно быть «с приветом» в высоком смысле и невольно улыбнулась.

Внезапно захотелось пригласить Генку поговорить по душам – доверительно и откровенно, выяснить причину игровой зависимости и… Но Галина вспомнила данное Ваське обещание и не стала.

- Я понимаю, что скажу сейчас глупость! – вырвалось у нее все-таки. - Что тебя и так все достали, но хотелось бы верить, что ты можешь… все можешь, в общем.

- Думаешь, не пытался бросить? – он вздохнул и отвел взгляд. – Трудно это, наверное, уже и невозможно. Но на твои деньги честно куплю детям еды. А на то… обручалку в ломбард сдам. Но попробую еще раз, обещаю.

- Спасибо!

- Глаза у тебя блестят необычно! – присмотрелся к ней Генка - Случилось что-то?

- Нет, все хорошо! – горячо уверила Галина. – Правда!

Но тест по дороге домой все-таки купила. И даже несколько штук, разных.

Васька в этот день за ней не заехал, сославшись на дела. Но когда Галина пришла в квартиру, он был уже там и даже приготовил ужин: сварил молодой картошки с укропом и запек в духовке куриные бедрышки под майонезом.

- Ух, ты, еда! – потянув носом доносящиеся с кухни восхитительные ароматы, обрадовалась Галина. – А я как раз голодная, словно волчица!

- Удивительное дело! - довольно улыбнулся Васька. – В тебя ж обычно вечером ничего не запихнешь.

Галина быстро переоделась, приняла душ и хотела накрывать на стол, но там уже все было готово. В довершении сервировки Васька выставил бутылку красного десертного вина.

- По какому поводу праздник? – Галина принесла из серванта высокие бокалы.

- Повода нет, но сейчас придумаем!

- Только мне чуть-чуть! – вспомнила она подозрения Чингисхана и решила перестраховаться. – А то… голова болит!

- Вот как? – Васька изобразил тяжелый вздох. – Еще и свадьбы не было, а у нее уже голова болит. Чего дальше-то ждать?

- Не, у меня только от вина болит, - Галина показала ему язык. – Так - нет.

- Умная голова! – оценил он, разливая вино. – А вот у меня, похоже, болит. И так – тоже.

Галина внимательно оглядела Ваську:

- А и вправду – бледный ты какой-то. И под глазами синяки. Может, к врачу?

- Только от них, - отмахнулся он. – Медкомиссию на работу проходил. Диагноз - здоров, как конь. Лучше расскажи, как твой день прошел, что нового?

- Новостей куча! – Галина нагребла себе на тарелку двойную порцию бедрышек. – Про Аллиг… Олега Светлова! Сейчас вообще обалдеешь!

И, не забывая в перерывах жевать, красочно поведала про оглашение наследства, фамильную библию и разговор с Чингисханом.

- Попал Светлый… - сочувственно вздохнул Васька, наливая себе еще вина. – Так мы, дураки, и ловимся.

И что-то было в его голосе, что Галине не понравилось.

- Так… - она отложила вилку и требовательно посмотрела в глаза: - Ну-ка быстро рассказывай, как твой день прошел! Со всеми подробностями!

- Медкомиссию проходил, - как-то слишком быстро ответил он и отвел глаза. – В медицинском центре. Анализы сдавал.

- С анализами что-то не то?

- Все то. Сказал же – абсолютно здоров. Даже зрение полностью восстановилось.

- А с чем не то? – Галина подвинулась ближе и провела ладонью по плечу. – Говори сразу, все равно ж разболтаешь. Так или иначе.

- От вас, господин дознаватель, не скроешься! – грустно улыбнулся Васька и притянул ее к себе. – Катю я встретил. В медцентре.

- Катюху? Сестру? Заболела что ли? Или… беременная, да?!

- Нет! – чуть ли не испугался Васька. – Только беременной Катюхи мне не хватало! Наоборот, присмирела, за учебу взялась, маме по хозяйству помогает. Думаю, на этой неделе вас познакомить.

Он положил ей голову на плечо и произнес осторожно:

- Катю, бывшую мою. Ту, из юности. Помнишь, рассказывал тебе? Десять лет не виделись. Двое сыновей у нее. Старшего Васькой назвала. Василий Васильевич, как я… представляешь?

Галина вздрогнула. Словно история описала круг почета и прилетела обратно. Бумерангом. Прямо в лоб.

«Опять Катя! – пронеслось в голове. – Только избавилась от этого морока, а он тут как тут! Причем, точь-в-точь, как в моем кошмаре – Катя и двое детей».

- Что-то у тебя одни Кати кругом, - фыркнула она вслух. – И сестра, и… Везет тебе на них.

- Почему? – не согласился Васька. – Ты – Лина. А то… Неудивительно, я сестру в честь той Кати и назвал. Она мне с третьего класса нравилась.

«Ого! – язвительно прокомментировал внутренний голос. – Все еще круче, чем я думала. Вообще полный отпад!»

Галина резко отодвинулась от Васьки и заглянула ему в глаза:

- У вас что-то было? С ней? Сегодня?! Давай, говори правду!! Я морально готова.

- Лин, ты чего? – он даже не возмутился – в глазах стояло истинное, не наигранное недоумение: – Ты действительно обо мне так плохо думаешь?

- Извини, - покаянно произнесла она и полезла к нему «под крылышко». – День такой просто – всенаоборотный.

Васька обнял ее и коснулся щеки губами:

- Хотя она намекала. И даже предлагала открытым текстом. Говорила, что до сих пор любит. Сына в честь меня назвала.

- Твой?!

- Она замужем! – Васька поймал что-то в глазах Галины и еле заметно улыбнулся: - Двое парней: шесть лет и пять. Но старший сын не от мужа, хотя и я там ни при чем. Точно нет, говорил же – десять лет не виделись. А с мужем плохо живут – ругаются постоянно, он и руку на нее поднимал пару раз.

- Поговорили по душам, значит? – вырвалось у Галины обиженно-ехидное. – Время нашли?

- Само получилось. Она со мной сидела, пока я на кушетке отходняк ловил.

- Что - упал в обморок, увидев первую любовь?

- Не упал, но был близок, - рассмеялся Васька и погладил ее по голове. – Только не из-за Кати. Просто мои походы в лаборатории и больницы обычно заканчиваются одинаково. Кровь у меня редкой группы, еще и резус-фактор отрицательный. И при том хорошее здоровье. Дальше пояснять?

- Ты сдавал кровь? – поняла Галина. – Как донор?

- Пристали, как всегда, - смутился он. – Сказали дефицит, а как раз срочно нужно - в стационаре. Деньги предлагали, но я, естественно, не взял. И как дорвались: можно побольше возьмем? Ты молодой, здоровый. Блин, чуть не отрубился, как кисейная барышня при виде крысенка.

Все разом стало на свои места – и красное вино, и бледность, и…

- Васька… ты… - Галина смотрела на него во все глаза. – Я тебя настоящего получается, и не знаю.

- Настоящий я тебе признавался в любви, - он закопался губами в ее волосы. - А это… есть вещи, которые просто нужно делать. И все. Но забегали они, конечно. Чай сладкий сразу принесли. Катя как раз – она в медцентре работает. Вот и поговорили.

Он налил себе еще вина и сделал глоток:

- Мы с ней плохо расстались тогда. Думал про нее… разное. А, оказалось, просто неправильно друг друга поняли. Как и с тобой, представляешь? По другому поводу, конечно. Но тебе я дал возможность подумать и разобраться в себе, а ей нет. Хотя она много раз передавала через общих знакомых, что хочет поговорить. Принципиальный, елки. Идиот.

- Жалеешь?

- Нет. Я тебя люблю, - Васька посмотрел на свет электрической лампы десертное вино в бокале. Оно выглядело темно-красным, вязким, словно донорская кровь в пробирке: - Надеюсь, это не вызывает сомнений, таким, как с тобой, я еще никогда не был - даже в юности. И, говорят, первая любовь не ржавеет, на всю жизнь с тобой. А у меня вообще ничего не осталось, даже ностальгии. Наоборот гаденькое чувство: мол, и хорошо, что так вышло.

Он залпом выпил вино и поставил пустой бокал на стол:

- Но напомнила Катя: я ей тоже слова разные говорил, и обещал всякое. Много обещал, бессовестно много.

- Сколько тебе тогда было? – улыбнулась Галина. – Восемнадцать? В этом возрасте…

- Автомат в этом возрасте дают! - резко перебил Васька. – Скажешь, убивать можно, а за слова отвечать – рано? Балаболом себя чувствую. И частично виноватым в том, что у нее не сложилось. Как говорится, не хрен было трендеть… Но люблю тебя. Сильно люблю.

- Я тебя тоже очень люблю, - согласилась Галина, крепче прижимаясь к Ваське. – Мы с тобой одинаково глупые – чувствуем за всех ответственность.

Васька вместо ответа просто поцеловал ее – долго и со вкусом.

- Но привет мне прилетел красивый! – задумчиво проговорил он после. – Не знаю, почему у Кати старший Васильевич – она его не в браке родила, как мать-одиночка. Может, его отец действительно мой тезка, а может – сама так записала. Но мне теперь на всю жизнь напоминание. Мой мальчишка должен был быть, как раз все по нашей семейной традиции – умей кое-кто отвечать за базар. А так… у админов всегда было хорошее чувство юмора.

- У админов? – рассмеялась Галина и еще глотнула из бокала. – Как в онлайн-игре?

Васька не ответил. Просто налил еще вина. Обоим.

«А не зря мне имя Катя не нравилось! – пришло вдруг осознание. – Не само по себе, а именно в сочетании с Васькой. Может, произносил по-особенному или еще что? Но интуиция опять оказалась права. Хорошо, что дети не его. Остальное – действительно, дела давно минувших дней».

- Мне тоже иногда кажется, будто перенеслась в виртуальную реальность! – весело продолжила она. Напряжение от безумного, с-ног-на-голову-переворотного дня отпустило окончательно: - Где все подчинено строгим законам, существует конкретный сценарий «прохождения» и каждый твой поступок или даже мысль имеет смысл и вес: за что-то начисляют баллы и очки параметров, за что-то наоборот – беспощадно штрафуют. Натурально – игра пришла в мир!

Галина посмотрела на невозмутимого Ваську, слегка покраснела, но все-таки призналась:

- Не поверишь, я и в реале ищу везде подсказки, как и в игрушке – в самых неожиданных местах: обрывки чужих разговоров, ассоциации, попадающиеся на глаза тексты. А иногда и вовсе – задаю вопросы в пустоту и жду ответ. Дура, скажи? Геймерское сознание – это диагноз.

Васька откинулся на спинку дивана и по-доброму улыбнулся:

- Правильно делаешь. Система всегда отвечает, нужно лишь грамотно использовать язык запросов. А что игра пришла в мир – тоже верно, но с точностью до наоборот: система намеренно упростилась, примитизировалась, обросла ненужными терминами и атрибутами, чтобы стать компьютерной игрой. В разных вариантах.

- Система?!

Он положил ей руку на коленку, погладил и слегка скользнул вверх:

- Матрица, глобальная программа, высший разум, мироздание – у нее много имен. Или просто мир, в котором мы живем. Раньше думал, что кто-то ушлый слизал основные моменты и воплотил в виртуале, как копировали всегда: принцип работы буровой машины – у дождевого червя, светодиод – у светлячка. А сейчас понимаю, что компьютерные игры плюс книги и фильмы игрового жанра – специальный заказ системы. Нечто вроде школы для детей с неторопливым развитием. Учат современных обнаглевших и расслабленных людей уму-разуму. Или готовят… что за все придется платить. Только народ утонул в деталях – виртуальные пузыри, капсулы, тени, грани. Сути не видят.

Галина отметила полупустую бутылку, из которой она выпила разве что пару глотков, поймала Васькин слегка рассеянный взгляд и понимающе вздохнула:

- Вась, тебе уже хватит! После большой потери крови оно особенно…

- Сценарий тоже существует, - Васькина рука поползла еще выше, вызывая знакомую горячую волну: - Но не жесткий: есть события, которые произойдут в любом случае, но как именно произойдут – зависит от тебя. На примере крови это и понял. Мы были в… одном месте. Дикая страна – кровь никто не сдает, даже если своему ребенку нужно. А как раз моей группы понадобилась.

Его пальцы добрались до застежки на юбке, начали осторожно расстегивать крючки:

- Потом по-всякому было, не всем повезло. А я – словно заговоренный. Прозвище «Демон» тогда окончательно прилипло. Кровь по сценарию должна была остаться там. Вопрос лишь – просто в землю или кому-то для спасения жизни. Выбор предлагается всегда – нужно лишь его увидеть.

- Ой, мамочки! – Галина широко раскрыла глаза и обняла Ваську за шею. – Хорошо, что то все закончилось! У тебя теперь спокойная работа, в офисе.

Он загадочно улыбнулся и чмокнул ее в нос:

- С телефоном разбитым тоже. Он у меня еще в Москве пытался падать. Один раз – случайность, два – закономерность. Начал вокруг поглядывать. Этот персонаж еще в самолете не понравился. А в аэропорту по прилету его полиция ждала. Только в Германии нынче такие полицейские – им бы в стрипбаре танцевать, а не рецидивистов ловить. Или эти неудачливые попались. Телефон жалко, конечно, под колеса автобуса улетел. Зато в благодарность перелет в Москву и обратно оплатили.

Галина невольно нахмурилась - голова заболела на самом деле. В ней рушились мосты и замки, вековые башни оседали в пропасть, но на песке вырастали новые города – крепкие, прочные, архитектурно выверенные, подчиненные жесткой логике и системе. Да, Васька был прав. Во всем происходящем в жизни присутствовала система: слова, поступки и даже мысли взвешивались и оценивались по специальным алгоритмам и имели конкретные последствия. Был сценарий – то, что должно было произойти в любом случае: и с Денисом, и с Чингисханом, и с председателем, и с Васькой, и с Олегом. Но и выбор давался – как именно это произойдет. Всегда ли этот выбор был правильным? Сложно сказать.

Приходили подсказки – когда намеками и ассоциациями, а иногда и открытым текстом. Все не просто так. Все. От слова совсем. И даже не важно, как именно это называется – в разные времена и у разных народов по-своему.

- Ох, Васька – Васька… - обреченно вздохнула Галина, гладя его по волосам. – Какой ты у меня, оказывается… системный администратор. А кетчуп на рубашку тоже в благих целях вылил?

- Не сисадмин, а разработчик! – рассмеялся Васька, подбираясь к пуговицам на блузке. – Нет! Волновался перед встречей с тобой, как малолетка. Реально руки дрожали. Или по носу щелкнули, чтобы не зазнавался. Как Светлого – мы вроде абсолютно разные, но стойкое ощущение, что идем по одному маршруту, влетая в одни и те же ямы, и набивая одинаковые шишки. Я сейчас не про тебя, если что.

- А я-то тут причем?

- Ты? – в лучистых глазах мелькнула хитринка. – Ни при чем. Конечно же. И вообще, партизаны чужих тайн не выдают! Даже под пытками. Тем более, мне прямо никто ничего не говорил.

- А это ты сейчас про что? – еще больше изумилась Галина.

Васька замер и внимательно посмотрел ей в глаза:

- То есть, ты не знаешь? Или в своей манере - намеренно не хочешь знать? Что ж, так, пожалуй, даже лучше. Для всех.

И, не дав ей подумать, полез с поцелуями – горячими-горячими, откровенными-откровенными, после которых, само собой, все мысли были только…

- Васька, у тебя ж голова болит! – виновато шептала Галина, расстегивая его рубашку.

- Наплевать! – отмахивался он, стаскивая с нее юбку. – Таракан, например, без головы может жить! Несколько недель. А медуза вообще без мозгов миллион лет существует и не жалуется.

Они со смехом повалились на кровать, и вечер закончился, как обычно.

А потом Васька принес вина прямо в постель – Галине совсем чуть-чуть, как и раньше. Они пили молча и смотрели сквозь не задернутые шторы на светящиеся окна домов.

- Знаешь, Лина, - наконец проговорил он. – Честно не специально, но если вдруг перестарался – детей я люблю. И буду рад, если что.

- Кого хочешь больше – мальчика или девочку? – улыбнулась она.

- Без разницы. Лишь бы все хорошо было.

- А я дочку хочу, - мечтательно призналась Галина. – С лучистыми карими глазами. Когда мы только познакомились, решила, что девочка, похожая на тебя, будет сказочной принцессой.

- Без проблем! - рассмеялся Васька. - Но первый, конечно, парень получится. У нас же в семье уже пять поколений…

- Посмотрим, - весело перебила она. – Из всех правил бывают исключения. Системных тоже.

А утром все купленные тесты показали одинаковый результат – две полоски. И это было так радостно и невероятно, что Галина вдруг почувствовала себя особенной. Она нанесла на зубную щетку пасту, подмигнула себе в зеркале и посмотрела на потолок в ванной.

- Эй, вы там, высшие силы! – бесшабашно произнесла она. – Или как Васька сказал – админы? Только хорошие админы – добрые и правильные, а то поразвелось вас всяких. Я хочу….

В голове пронесся целый ворох желаний: начиная от новой квартиры, компьютера для Толи и радикального улучшения фигуры.

Но Галина мотнула головой – квартиры пока Васькиной хватит, Толя сам заработает на все, что ему надо, а про фигуру в ближайшие девять месяцев можно забыть.

- Хочу, чтобы Генка избавился от игровой зависимости! – вырвалось у нее само собой. – Обещала больше в такие дела не лезть, но помочь-то надо! Админчики, миленькие, не откажите, пожалуйста! Беременным нельзя отказывать, а то мыши прогрызут ваши глобально-системные кабеля! Или шнурочки, на которых подвешены звездочки-диодики, пооткусывают! А еще пусть у Олега сложится семейная жизнь, и…

Внезапно на нос упала капля воды – крупная, холодная и почему-то с рыжеватым отливом.

«Дядя Коля!!! – с ужасом поняла она. – Опять кран не закрыл!! А Татьяна его вчера укатила с ночевкой на недавно приобретенную дачу».

Галина набросила халатик и помчалась этажом выше. Подняла с постели виноватого соседа в семейных трусах в желто-белую ромашку, и почти час собирала с ним разбегающуюся по всей квартире воду.

«Как говорится – заодно и пол помыли!» – улыбнулась она, когда все было закончено.

Задорный солнечный лучик скользнул по блестящему кафелю в коридоре соседа, рассыпаясь по нему золотистым бисером.

«Админы ответили – «да»! – догадалась Галина. – Просто по носу щелкнули, чтобы не зазнавалась».

Эпилог четвертый. Настоящий. Пять лет спустя

- Васька, подъем! – Галина помешала на плите молоко и выглянула в коридор. Из-за неплотно закрытой двери доносилось ровное сопение.

Она бросила в кастрюлю половину чайной ложки соли и посмотрела на часы – было уже начало восьмого.

- Васька, будь человеком! – громко повторила она, тонкой струйкой высыпая в молоко манку. – Вставай на горшок. А то опять уписяешься! Смотри, сейчас проверю, если трусы мокрые…

- Лина, не волнуйся, я уже сходил, - со смехом прошептали ей на ухо. – Трусы сухие, можешь убедиться. Но лучше поверь на слово, а то на работу опоздаю.

Галина рассмеялась и, быстро обернувшись, поцеловала мужа в губы.

Да, они по традиции пяти поколений семьи Дементьевых тоже назвали первенца Васькой.

- Иди свою копию поднимай! – фыркнула она, бросая в кашу кусочек сливочного масла. - Мы сегодня едем в крутой садик записываться. Чингисхан посоветовала – сыновей туда водит, в полном восторге.

- Садик – это хорошо, - согласился Васька-старший, осторожно заглядывая в кастрюлю. – Наконец-то сможешь из дома полноценно вырваться. А что это ты готовишь?

- Манную кашу с малиновым вареньем, - весело призналась Галина. – Какао с молоком и ореховое печенье.

- Брутальный мужской завтрак, называется! - фыркнул Васька, усаживаясь за стол. – Ладно, насыпай свою манку. Спасибо, хоть детский прикорм уже доедать не нужно. Как вспомню эту брокколи переблендеренную, да еще без соли… Бр-р-р!

- Для тебя вообще-то в микроволновке горячие бутерброды с ветчиной и сыром, - невинно улыбнулась она. – Но манку, так манку, как пожелаешь.

- Одно другому не помешает! – невозмутимо отозвался Васька-муж. – Бутерброды с какао пойдут. Вместе с печеньем.

- Папа, я тебе тоже завтрак приготовила! – на пороге кухни стояла заспанная девчушка четырех лет отроду с торчащими в разные стороны темно-русыми косичками и лучистыми карими глазами. – Будешь кушать?

На малышке была розовая пижамка с короткими пышными штанишками и мягкие тапочки с глазами и ушками, имитирующие пушистых котят.

- Везет мне! – нежно улыбнулся Васька-старший. – И завтрак, и второй завтрак – прямо как в пятизвездочном отеле. Тащи, Василек, свою стряпню, папа оценит.

Васька-младшая стремглав убежала в свою комнату и вскоре вернулась с набором детской посудки.

- Суп, каша, котлеты, компот, - гордо перечисляла она, выставляя на стол крошечные кастрюльки.

Затем открыла крышку одной из них и замерла. В кастрюльке лежал маленький мертвый жучок – очевидно, залетел через окно.

- Папа, - Васька с обиженным видом вытащила жучка игрушечной ложечкой: - Почему он съел то, что я приготовила, и сдох?

- Не знаю, - серьезно отозвался отец. – Наверное, было слишком вкусно. Не выдержал.

Затем подмигнул Галине и добавил со смехом:

- Ты, главное, дочь, у меня лет через двадцать так про мужа не спроси! Хотя, если что, то туда ему и дорога. Нам слабаки не нужны!

Конечно, в два года Ваську взяли в обычный государственный садик, но та оказалась совершенно «несадиковским» ребенком: три дня ходила, потом две недели болела.

Галина замучалась с больничными и волевым решением забрала дочь из сада.

Конечно, работать было неудобно, даже по удаленке – когда тебе над ухом пищат, визжат и постоянно требуют внимания, сосредоточиться сложно. Особенно на цифрах.

Но родня помогала. За Васькой присматривали обе бабушки по очереди: Галина мама наезжала вахтовым методом, свекрови было проще – она просто время от времени забирала внучку к себе.

Но больше всего мелкую обожал дед Василий. Он души в ней не чаял и всем рассказывал, что Васька – настоящий боец, а вокруг одни слюнтяи.

Васька действительно росла бойкой девочкой – не боялась ни темноты, ни «бабаек», вообще ничего. В детском парке бесстрашно каталась с самой высокой горки, крутила на качелях «солнышко», стреляла из рогатки и была заводилой во дворе.

- Надеюсь, Ваське понравится садик, - проговорила Галина, наливая мужу какао. От кофе тот отказался из-за солидарности с дочерью: – Чингисхан очень хвалила: группы просторные, детей немного, новые методики.

- Главное, чтобы не болела! – согласился Васька-старший. – Но, думаю, она уже это переросла.

- Еще в кондитерскую заскочить нужно, тортик купить, - вспомнила Галина, ставя перед дочерью розовую тарелочку с единорогами: - Вечером Толя с Юлькой обещали в гости зайти.

- А, эти, молодожоры… - ехидно прокомментировала Васька, размазывая кашу по тарелке.

- Молодожены, - машинально поправила Галина.

Юлька с Толей действительно месяц назад расписались, хотя собирались после диплома. Но Толе предложили перспективную работу в российском филиале на ближнем востоке, а по-другому у Юльки не получилось бы поехать с ним.

- Нет, молодожоры! – не согласилась дочь. – Пока вы с папой по кинам ходили, они в холодильнике всю колбасу сожрали!

- Васька, - постарался быть серьезным ее отец. – Партизаны чужих секретов не выдают!

- Они нам не чужие! - искренне возмутилась дочь. – А партизаны заводятся, когда руки не моешь.

Галина с Васькой-старшим, не выдержав, рассмеялись.

Вскоре отец семейства поцеловал своих девчонок и умчался навстречу трудовым будням. Работа у Васьки-старшего была серьезной и даже немного секретной, связанной с кибербезопасностью страны. Толя, прячась от «качка-спецслужбиста», был не так уж и неправ. Хотя Васька ловлей малолетних хакеров не занимался.

Галина с Васькой-младшей собирались медленно и со вкусом. Это когда очень надо, можно и за шесть с половиной минут успеть. А если время терпит… то и пусть себе терпит, доля его такая!

Спустя примерно час они вышли из дома в похожих ярких сарафанах с открытыми плечами и пышными юбками чуть ниже колен. На головах у них красовались соломенные шляпки. Ребенку нельзя без головного убора – июль на дворе как-никак. А маме… куда деваться, приходится соответствовать.

Модниц украшали плетеные из бисера хенд-мейдовские сережки: только у Галины были настоящие серьги, а у Васьки – клипсы. Уши дочке они пока не прокалывали: подрастет, сама захочет, тогда и…

Волосы у обеих были заплетены в косы и скреплены одинаковыми зажимчиками. Тоже из бисера.

В машине Васька привычно забралась в детское кресло и надела наушники – в дороге она всегда слушала аудиосказки. И познавательно, и маме не мешает за дорогой следить, все-таки опыта вождения у Галины было еще не так и много.

Перед тем, как включить зажигание, Галина набрала Соню.

- Привет, Сонюшка! – ласково проговорила она в трубку. – Как ты? Спина не болит? Если сильно тяжело, я могу после обеда закинуть Ваську бабушке и выйти.

Сонька была на седьмом месяце беременности и готовилась уходить в декрет. Это была еще одна причина отдать дочь в садик – на время Сонькиного отсутствия удаленкой не спасешься, нужно или брать нового человека или выходить в офис на полный день.

- Нормально все! – бодро отозвалась Соня. – Ты сегодня в отгуле, так и отгуливай спокойно. Скоро насидишься в кабинете. Кстати, прикинь, Ксюха-то наша тоже в положении! Я ее сегодня вычислила по бутылке «Ессентуков». Сама только ими от токсикоза спасалась.

- Ксюша? – искренне изумилась Галина. – Беременна? В сорок два года? Во где истинный экстрим! У нее же внуку пять лет! Матвей будет воспитывать дядю или тетю? Чего только на свете не бывает!

Они еще пару минут поболтали, и Галина установила телефон в специальный держатель.

К садику доехали довольно быстро. Впрочем, основной утренний поток уже прошел, и пробок не было.

Заведующим в детском саду неожиданно оказался мужчина – еще и высокий, широкий в плечах, этакий «шкаф». Галина в первую минуту даже растерялась, подумав, что перепутала кабинеты и это какой-нибудь завхоз.

Но потом посмотрела ему в лицо и… узнала. Это был один из ЧОПовцев, от которых она когда-то спасала в офисе Ваську с Виталием. А еще он руководил отрядом, примчавшимся оборонять их от рейдерского захвата.

«Племянник друга Алексея Павловича, - вспомнила она. – Теперь понятно, откуда Чингисхан взяла этот сад».

- Доброе утро! – поздоровался заведующий. – Располагайтесь! Я вас тоже вспомнил. Татьяна Тамерлановна говорила, но по имени-фамилии никак не мог определиться. А зрительная память у меня стопроцентная.

- Решили кардинально сменить сферу деятельности? – улыбнулась Галина, помогая Василисе сесть на стул и присаживаясь сама. – Попробовать себя на новом поприще?

- Почему на новом? – в тон ей ответил бывший ЧОПовец. - Я по диплому как раз педагог дошкольного образования. В охрану пришлось пойти, потому что на воспитании чужих детей своих не прокормить. А у меня их четверо, если что. Но вот немного подзаработал, еще грант президентский выиграл, так что – прошу, как говорится, к нашему шалашу.

- Татьяна Тамерлановна говорила у вас новые методики? – Галина вытащила из сумочки папку с Васькиными документами. – Надеюсь, не казарменное воспитание?

- Нет! – искренне рассмеялся заведующий. – Мы много читаем, разговариваем с детьми, девочек обучаем рукоделию, мальчиков – мастеровому делу. Но в принципе, подумываю открыть дополнительно кружок боевых искусств. Хотя вам это неинтересно, у вас барышня.

- Барышни бывают разные, - осторожно заметила Галина.

- Даже так? – он взял папку с документами, быстро просмотрел и улыбнулся Ваське. – Василиса, значит? Очень приятно познакомиться. Скажи, Василиса, хотела бы научиться драться?

- А чего там уметь-то, - небрежно отозвалась Васька. – Трах-бах и готово.

- Ого! – в глазах бывшего ЧОПовца появился искренний интерес. – Хулиганка?

- Нет, - философски вздохнула Васька. – Принцесса! Люблю цветочки, блестящие сердечки, платья, чтобы кружились-кружились. Но мальчики глупые и ничего в этом не понимают.

- Прямо все и глупые? – улыбнулся он.

- Не все, - честными глазами посмотрела на него Васька. – Папа, дедушки и дядя Толя – нормальные, они меня сразу любят, сами по себе. А остальных вначале бить приходится.

Заведующий рассмеялся в голос, Галина лишь неопределенно пожала плечами – к перлам Васьки она была привычной.

Им показали группу, детскую площадку, спортзал – ее все устроило.

Васька успела зацепиться с какими-то мальчишками, возящими по полу пластиковый танк. Презрительно отодвинув технику ногой, она поведала, что с дядей Толей играла на компьютере в настоящие танки. Минуты две небрежно сыпала про жесткие батлы, легендарную броню и крутые пушки.

А потом похвасталась, что этот самый дядя пообещал задонатить на «Армату», если она честно не будет заходить в комнату к ним с тетей Юлей, пока стрелка не сделает на часах оборот.

Парни слушали Ваську, раскрыв рты, и даже подарили переводилку на руку – «человека-паука». Дочь кивнула и спрятала подарок в карман. Мол, завтра с шортами налепит, а то с сарафаном некрасиво.

Галина же мысленно схватилась за голову и злобно пообещала организовать дяде Толе «Курскую дугу».

С заведующим они мило попрощались и договорились, что завтра Васька выйдет на прогулку и на одно занятие. А со следующего дня ее уже ждали на завтрак.

После сада Васька ожидаемо захотела кушать.

Как раз напротив парковки находился дорогой ресторан. Галина взглянула на вычурную вывеску и, поморщившись, хотела пройти мимо. Нет, Васька-старший зарабатывал неплохо, да и у нее, как главбуха, была довольно приличная зарплата, но «колотить понты» она не любила, предпочитая заведения среднего класса.

Однако дочь разглядела через заборчик многоуровневую горку и бассейн с шариками на летней площадке, поэтому, скрепя сердце, пришлось зайти.

Галина заказала себе фруктовый салат и грейпфрутовый фреш, Васька быстро пролистала детское меню и выбрала куриные котлеты и картошку-фри. А еще ей прямо у входа выдали подарок – мыльные пузыри в длинном флакончике в форме принцессы. Эти пузыри не нужно было выдувать – они вылетали сами, достаточно было потрусить в воздухе фигурной формочкой-соломинкой.

Дочь тут же ухватила новую забаву и помчалась с ней на горку. Детей было немного, что давало ей полный простор для шалостей и экспериментов. Галина присела за столик на летней площадке и стала ждать заказ.

Встреча с бывшим ЧОПовцем не удивила: то, что все имеет смысл, и каждый человек в жизни неслучаен было давно доказанным фактом. Как и то, что мир тесен до предела.

«Просто схожие люди зависают на одном серваке! - пришло в голову ассоциативно-веселое. – У нас свои админы, свои правила и квесты. А шагни в сторону – там абсолютно другой мир и другая жизнь, на нашу совсем не похожая».

Васькину «системную» теорию мироустройства Галина в целом разделяла, но относилась спокойно. По большому счету ничего нового в ней не было – все то же, чему в детстве учили папа с мамой, и о чем говорилось в старых добрых сказках. Термины другие, а суть-то…

Внезапно она почувствовала на себе чей-то взгляд. Даже не так – что-то легкое и теплое коснулось души. Почти забытое ощущение, так было только с одним человеком.

Оборачиваясь, Галина уже знала, кого сейчас увидит. И не ошиблась.

Аллигатор сидел за столиком в углу под аркой из плетущегося дикого винограда. Перед ним стоял высокий стакан со льдом, листьями мяты и дольками лайма.

«Безалкогольный мохито», - поняла Галина и встретилась взглядом с Олегом.

«Он изменился», - невольно отметила она.

Тот приветливо улыбнулся и указал глазами на место за столиком возле нее, словно спрашивая разрешения. Галина кивнула. Слишком поспешно, как ей показалось. И от этого слегка покраснела.

Аллигатор не торопясь встал из-за стола и, захватив стакан с напитком, подошел к ней. Галина осторожно разглядывала старого знакомого из-под ресниц.

Олег выглядел все таким же стройным и подтянутым. Немного в плечах раздался разве что. Постригся коротко, оставив только небольшую челку чуть выше бровей. А вот взгляд точно стал другим. Более взрослым что ли?

Они не виделись с того самого дня оглашения завещания у нотариуса. На следующее утро Аллигатор переговорил с Палычем и уволился по соглашению сторон, без отработки пресловутых двух недель.

И даже не зашел попрощаться. Не позвонил и не написал.

Галине, конечно, было немного обидно. Но ощущение того, что так – правильно, перевешивало. Она произвела полный расчет выходного пособия, отправила остаток денег на карту и в программе перенесла личную карточку Олега в архив.

Удивительно, но и в душевном плане произошло нечто подобное. Аллигатора она не забыла и продолжала относиться к нему с теплом, но практически никогда о нем не думала.

Оно и понятно – события понеслись сплошным потоком: беременность, свадьба, рождение дочери, Толино с Юлькой поступление, переезд на новую квартиру – мужу дали служебную трешку в хорошем районе, ремонт, памперсы-зубы-сопли. Работа, на которую Галина вышла, когда Ваське было полгода. И еще, и снова, и так далее.

Был, правда, случай около двух лет назад, когда Аллигатор навязчиво снился ей целую неделю. Нет, ничего предосудительного в этих видениях не было – он просто стоял и смотрел в глаза. Молча.

Галина даже порывалась позвонить ему и спросить, как дела, но потом передумала:

«Столько лет не общались – и на тебе здрасьте! И что говорить, почему набрала – приснился ты мне? Пожалуй, большего идиотизма вообразить трудно».

А потом, в очередном сне, она подошла к Аллигатору, обняла его и поцеловала в губы. Утром проснулась с острым чувством вины – хотя поцелуй во сне был вполне невинный. А еще с ощущением полной разбитости, будто всю ночь бегала по лестнице вверх-вниз с тяжелыми сумками в руках.

Конечно, возникло желание объяснить произошедшее вмешательством админов, но Галина отмахнулась:

«До абсурда-то доводить не нужно! Как в анекдоте про Фрейда – «бывают, внученька, и просто сны». А по сути, гормоны шалят – только-только грудное вскармливание прекратила. Опять же мистического фэнтези начиталась. И по мужу соскучилась – Васька как раз в командировке был».

Тем более после этого сны прекратились, и она выбросила всю эту историю из головы.

- Привет, - дружеским тоном произнес Аллигатор, присаживаясь за ее столик. – Сколько зим, сколько лет.

- Да, - согласилась Галина, поправляя на коленях юбку сарафана. – Считай, пять лет не виделись. Как сам?

Специально про Олега она справок не наводила, но время от времени Чингисхан рассказывала кое-что, в рамках обсуждения светских сплетен.

Галина знала, что тот помыкался какое-то время младшим партнером в нескольких фирмах, а потом плюнул на все и открыл свое дело. И вроде бы у него завертелось и пошло на лад, а когда на госконтракты подсел – и вовсе хорошо стало.

Еще слышала, что у них с Инопланетянкой сын, примерно Васькиного возраста, и шикарный дом в Подмосковье, и…

- Лучше всех! – рассмеялся в ответ Аллигатор, показывая ровные белые зубы. – Неужели сомневалась?

- В тебе? – в тон ему ответила Галина. – Да ни секунды, сам знаешь!

В это время официант принес ее заказ.

- Бизнес-ланч? – оценил Аллигатор тарелку с картошкой-фри и котлетами. – Неужели начала есть по-человечески? Молодец, одобряю.

- Нет, - смутилась Галина, пододвигая к себе фруктовый салат и грейпфрутовый фреш. – Это я малой взяла. Василисе.

- Да, в курсе, что у вас девочка, - согласился он и посмотрел на детскую площадку. Затем хмыкнул, и послал Галине хитрый взгляд: - Понял, какая из них твоя. Вся в маму, кто бы сомневался.

Аллигатор сидел так, что своей широкой спиной загораживал обзор, Галина попыталась выглянуть из-за его плеча, но Ваську не увидела.

- Васька копия деда, - осторожно улыбнулась она, но встать не решилась. – А глаза папины. Меня только там нет ни на грамм. Но догадаться нетрудно - мы с ней сегодня одеты в одном стиле.

- Стиль мне трудно оценить, - улыбка Аллигатора стала еще загадочнее. Он со своего места явно видел что-то, закрытое для глаз Галины: – Если ты, конечно, не имеешь в виду…

Он на миг замялся, но все-таки закончил со смехом:

- Стиль нижнего белья.

Галина подскочила со стула, как ужаленная, и поверх головы Аллигатора посмотрела на детскую площадку.

Васька болталась на веревочной лестнице, ведущей на самый верхний этаж горки. Причем дочь висела на трапе вниз головой, держась только согнутыми в коленях ногами. Подол сарафана задрался и лежал у нее на груди, вывернутый наизнанку, отчего был виден только марлевый подъюбник. И трусы. Салатовые трусишки с любимыми ей единорогами, которыми Васька беззастенчиво сверкала на весь белый свет.

И в этом положении дочь пускала мыльные пузыри! Осторожно встряхивая венчик – соломинку и задумчиво наблюдая, как они поднимаются вверх.

- Васька!!! – истошно взвыла Галина. – Немедленно слезай, зараза ты этакая! Ох, я кому-то сейчас по попе дам!

Дочь не спеша закрыла флакон с пузырями и, подтянувшись на одной руке, вернулась в нормальное положение.

- Кушать иди, - уже более спокойным голосом добавила Галина. – А то остынет.

- Хорошо, мамочка! – невинно отозвалась Васька. – Сейчас, только с горки последний раз скачусь!

Она быстро забралась на самый верх, положила куда-то пузыри и, уцепившись за перекладину перед спуском, хорошенько раскачалась. А потом с восторженным визгом стремглав полетела вниз.

- Вот это экстремалка… - задумчиво проговорил Аллигатор, наблюдая за Васькиными проделками. – Моему до нее далеко.

Как раз принесли заказ и ему: стейки, блюдо с овощами, салат с зелеными оливками, несколько видов соусов. Отдельно официант поставил тарелку с картофельным пюре и паровыми биточками.

- Кир, вылезай… - негромко позвал Аллигатор. – Еду принесли.

Из песочницы показалась белобрысая мальчишеская голова. А вскоре и сам Кир выбрался на покрытие площадки и вальяжно прошествовал к столу.

- Какой красавчик! – умилилась Галина, разглядывая Светлова-младшего. – И точно, твоя копия!

Мальчик действительно был прехорошенький: с льняными волосами, огромными голубыми глазищами и губками бантиком. За такой типаж все рекламные агентства стопроцентно передрались бы насмерть. Но вряд ли Аллигатор стал бы снимать сына в рекламе.

- Характер только не мой, - вздохнул он, помогая Киру забраться на стул. - Кирюха – парень умный: уже вовсю читает - сам научился, мы не напрягали, рисует, сочиняет сказки, строит сложные башни из конструктора. Но при этом боягуз страшный: один в комнате не остается, спит до сих пор с мамой или нянькой, эскалатора боится, от лифтов шарахается, если фильм со стрельбой включить – плачет сразу. К горкам даже не подходит, пытался как-то его с нижнего этажа скатить, где совсем карапузы ездят – ни в какую! Разревелся и все тут.

- Маленький он еще! – нежно улыбнулась мальчику Галина. И посмотрела на его отца: - Олег, Киру ручки помыть нужно! Или хочешь, влажные салфетки дам?

Расстегнула сумочку и вытащила здоровую упаковку салфеток: они лежали там постоянно.

- Да, точно… - согласился Аллигатор и, взяв салфетку, начал вытирать сыну руки: – Я как-то не подумал. И не такой он и маленький – четыре года. Твоей егозе сколько?

- Тоже четыре, - машинально ответила Галина, высматривая барахтающуюся в бассейне с шариками дочь: - Васька, поросюшка, смотри, сейчас твою картошку дядя съест!

- Ой, не надо! – натурально испугалась Васька и со всех ног понеслась к столу.

- Здравствуй, Василиса! – ласково поздоровался Аллигатор, пока Галина с усердием оттирала грязнющие лапы дочери: - Я тебя именно такой себе и представлял. Скажи, а ты у нас Василиса Прекрасная или Василиса Премудрая?

- Превосходная! – небрежно пояснила Васька, усаживаясь за стол. – Что значит и та, и другая!

Аллигатор рассмеялся и познакомил ее с Киром.

- Теперь могу оценить ваши наряды, - по-доброму улыбнулся он Галине. – Действительно, очень стильно и по-летнему. Ты по-прежнему любишь забавные штучки ручной работы…

- Ты, гляжу, тоже! - рассмеялась она, указывая глазами на кожаный браслет на его руке с интересными металлическими висюльками.

На миг даже показалось, что когда-то видела нечто похожее. У него? Или нет?

- Мой талисман! - с гордостью произнес Олег и заглянул в ее глаза, будто ища там что-то: - Когда он со мной – все хорошо. А стоило раз не надеть – сразу вляпался в неприятности. Жаль, поистрепался уже…

- Значит, пришло время нового талисмана! – улыбнулась Галина.

- Я подумаю над этим, – в тон ответил он.

Васька сразу же запихала в рот первую котлету целиком и начала руками есть картошку. Кир с недовольным видом ковырял картофельное пюре.

- А ты что, картошку фри не любишь? – удивилась Васька, заглядывая ему в тарелку.

- Мы с его мамой считаем, что детям жареное вредно! – назидательно ответил вместо Кира его отец.

- Жить вообще вредно… - философски вздохнула Васька. – От этого умирают.

И, поймав мамин красноречивый взгляд, пояснила быстро-быстро:

- Так дедушка Вася говорит!

Аллигатор опять заржал в голос. Васька же взяла со своей тарелки один картофельный ломтик и запихала Киру прямо в рот:

- Нравится?

- Ого! – прожевав, оценил тот. – Очень!

Васька поднялась и пересыпала в его тарелку половину своей порции:

- Кушай! Кто ж тебя еще покормит по-человечески?

Аллигатор задумчиво взглянул на Галину.

- Ты каких блогеров любишь? – продолжала Васька светскую беседу с Киром, не забывая поглощать еду. – Я – Фиксая и Нубаса. Папа говорит, что они дебилы одноразовые, но я ж по два раза и не смотрю. Что вообще не смотришь?! А в Майнкрафт играешь? Гонки? Танчики?

Кир только растерянно хлопал глазами.

- Мы с его мамой полагаем, что гаджеты в вашем возрасте рано, - опять ответил за сына Аллигатор. – Лучше больше гулять на свежем воздухе.

- Надо же, какое у вас с супругой единодушие в воспитании ребенка! – весело прокомментировала Галина.

- Да, у нас с Виталиной во всем согласие, - подтвердил тот.

И она прочитала в его глазах и нежность, и гордость за жену, и…

«У него все хорошо!» – радостно поняла Галина, чувствуя на душе небывалую легкость и безмятежность. Как пушинка одуванчика, подхваченная ветром – летит, летит…

- Гулять я тоже люблю! – деловито согласилась Васька, доедая вторую котлету. – Мы с папой недавно в парк ездили. Пока он на телефоне своих политических дебилов смотрел – одноразовых, я ему в сумку улиток насобирала. А он не и заметил. Прикиньте, эпик фейл: заходит дядя Петя – папин начальник, а у папы по всему кабинету улитки ползают! И на стене, и на столе, и на мониторе. Папа потом сказал, что если ему кварталку не дадут, то мы одних улиток кушать и будем. Но дядя Толя успокоил, что китайцы их нормально едят…

- Я тоже пробовал, - давясь смехом, признался Аллигатор. – Не знаю насчет китайцев, но я не понял. Гадость редкостная!

- Мама, я больше не буду! – испуганно посмотрела на нее Васька.

Галина тоже рассмеялась.

- Кстати, тебе привет от Генки! – вдруг произнес Аллигатор серьезным тоном. – Недавно вспоминали тебя, да и вообще всех. Он у меня замом работает.

- Генка? – растерялась Галина. – Так он же…

- Он давно в завязке. Говорит, как отрезало. И, что интересно, за день до того с тобой разговаривал.

- Просто совпадение, - демонстративно отмахнулась Галина. – Но я так рада за Генку – не пересказать! Передавай ему тоже от меня привет!

«Мамочки, как же все здорово! – на душе расцветали незабудки и зажигались волшебные фейерверки. – Генка избавился от игровой зависимости! У Олега прекрасная семья! А у нас с Васьками новая квартира! Все желания сбылись! Админчики, спасибо!!!»

- Скучный ты, Кир, какой-то, - вздохнула Васька, отставляя пустую тарелку. – С тобой по-взрослому и поговорить нельзя.

На этих словах Аллигатор почему-то замер и внимательно посмотрел на Галину. Но та продолжала витать в облаках.

- А пузыри хотя бы пускать любишь? – не унималась Васька.

- Люблю. Но пузыри только девочкам дарят, мальчикам – машинки.

- Ничего, я с тобой поделюсь! – покровительственно заявила Васька и посмотрела в его тарелку. – Принеси мои, я на горке забыла. Вместе повыдуваем.

- На горке? – тихо произнес Светлов-младший. Его глаза были наполнены страхом.

- Да, - небрежно согласилась Васька, поддевая на вилку нетронутый им биточек. – На самом верху. Сгоняй, а я пока твою котлету доем, все равно ж не хочешь.

Аллигатор откинулся на спинку стула и растерянно наблюдал, как Кир лезет на горку. Тот поднимался осторожно, останавливаясь на каждой ступеньке, но все-таки добрался до самого верха. Забрал оставленный Васькой флакончик и съехал вниз.

- Спасибо! – расцвела Васька и чмокнула Кира в щеку. – Ты – классный!

И они со смехом побежали на площадку.

- Васька очень похожа на тебя, - наконец-то проговорил Аллигатор, допивая мохито.

- Мне, конечно, приятно это слышать, - с улыбкой начала Галина. – Но глаза-то у меня есть. Нет там маминого ниче…

- Она была бы похожа на тебя, даже если бы была блондинкой! - перебил он.

И это вдруг прозвучало так… неожиданно?.. непривычно-эмоционально?

- У нас нет блондинов в роду, - машинально пробормотала Галина. – И у мужа тоже.

Аллигатор в ответ лишь усмехнулся, и в глубине его глазах мелькнуло это… почти как когда-то давно… то, что невозможно вынести.

Галина смутилась и опустила глаза. Но лучше от этого не стало. Взгляд уперся в браслет на руке Аллигатора, и она вдруг поняла, где видела его раньше. Точнее, чем он был когда-то.

Эпилог пятый. Последний. Все точки над «ё»

Домой Галина добралась на полном автомате.

Это касалось и коробки передач в машине, и другой коробки тоже. Черепной.

Хорошо, «молодожёры» позвонили и перенесли семейные посиделки на другой день. Сегодня явно было не до того.

Васька, как назло, не пожелала в этот раз слушать сказки и всю дорогу отвлекала, крутя что-то в руках: то ли камешек, то ли пуговицу – извечные детские фишки. Разговоры были исключительно про Кира: как он строит в песочнице настоящие замки, и придумал, что «трясучие» пузыри можно тоже выдувать губами, отчего те выходят огромные-преогромные, и вообще – «он такой умный, что даже бить не нужно».

Галина слушала в пол уха и время от времени поддакивала, стараясь попадать в тему. Друзей у Васьки было немеряно, причем, действительно, в основном мальчишки, так что неудивительно…

Дома обе переоделись: мама натянула привычные шорты и майку, дочь влезла в ситцевый халатик-разлетайку.

Галина достала из холодильника мясо на фарш. И, бросив взгляд на часы, засунула его в микроволновку, включив режим «размораживание». Было уже поздновато, чтобы растаивать на воздухе, а вечером придет голодный муж.

Васька продолжала крутиться под ногами и донимать разговорами, но у Галины настроения на них не было. Хотелось плюнуть на все и включить дочери «танчики», но чувство ответственности победило.

«Действительно, многовато гаджетов для четырех лет», - признала она и достала из шкафа новую коробку фломастеров и альбом.

- Ух, ты! – обрадовалась дочь. – Зомбаков нарисую! И двух сталкеров, что их разносят в мясо! А вокруг красивые-прекрасивые цветочки!

Галина осторожно улыбнулась и начала чистить овощи на суп.

Позвонила Васькина сестра Катюха. Она недавно родила, поэтому задавала много вопросов. А у матери спрашивать – «там же каменный век, допамперсная эпоха, откуда той знать-то?»

Галина включила телефон на громкую связь и подробно объясняла про колики, срыгивания, крем под подгузник и все остальное, что очень нужно знать новоиспеченной мамочке. В конце даже выслушала жалобы на Катюхиного мужа, который сыном заниматься не хочет!

- Погоди, - дипломатично проговорила она. – Не все сразу. Гоша просто боится, что сделает что-нибудь не так. Ребенок совсем маленький еще. Вот подрастет, появятся общие интересы…

- Это что, мне ждать пока они вместе будут пиво пить и футбол смотреть? – обиделась Катюха.

- Думаю, раньше! – рассмеялась Галина.

«А с Васькой дочь можно было оставлять с самого рождения, - подумала она про себя. – Тот умел все: и переодеть, и помыть, и обработать пупок, и перевернуть на животик. Хотя, что уж там, если мы вместе ее рожали – шесть часов в родзале вдвоем были. Васька – это Васька. С ним все можно, и все хорошо. Вообще все, без исключений».

Но мысли вдруг перескочили на другого человека.

Галина вновь и вновь прокручивала в голове сегодняшние слова Аллигатора, его взгляд… и браслет этот. Порезала лук и решительно тряхнула головой, отгоняя непрошеные видения:

«Никак Манька вылезла! Соскучилась по плюшкам. А, может, тест на беременность купить? Опять несет в дебри, снова вижу то, чего нет. А Олег любит жену, у них прекрасный сын, и… Когда тот пропавший зажим для волос покупала, он там не единственный был. Целая палатка похожих вещичек! И пояса, и серьги, и кулоны. Браслеты тоже продавались – точно! Олег любит стильные штучки, вот и прикупил».

Галина быстро смолола разморозившееся мясо на фарш – с электромясорубкой дело пяти минут.

- Котлетки будут? – обрадованно прокомментировала Васька, заглянувшая на кухню попить воды.

- Нет! Мясные рулеты, внутри с сыром, зеленью и грибами. Помнишь, у дяди Коли с тетей Таней ели такие?

«Точнее, в основном Васька-старший! - с нежностью подумала Галина. - На крестинах у Санькиной с Адкой дочки он почти все и умял. А нахваливал-то как!»

- Это где собачка живет? - Васька утянула со стола дольку помидора и отправила в рот. – Большая-пребольшая с огромными зубами?

- Да. Нравится?

- Очень!

- Тогда открою один секрет… - Галина заговорщицки понизила голос и вытащила из холодильника шампиньоны. – Скоро у нас будет такая же! Пока что маленькая – мы возьмем щеночка у дяди Коли. Папе не говори – это ему подарок на день рождения!

Собака породы московская сторожевая была у Васьки-старшего в юности. И он собирался взять алиментного щенка у бывшего соседа еще тогда, пять лет назад. Но закрутилось все: свадьба, переезд, беременность Галины – от собаки пришлось отказаться. Теперь же, поймав грусть в глазах мужа при взгляде на дяди Колиного Кортеса, захотелось сделать сюрприз.

- Но жить собачка будет у бабушки с дедушкой в Подмосковье, - пояснила Галина, высыпая грибы на сковородку. – Я ними договорилась. Там просторно, двор большой. А мы будем приезжать каждые выходные.

- Урааа!! – запрыгала Васька. Но потом вдруг остановилась, вытащила из кармана халатика что-то, зажатое в кулачке и виновато посмотрела на Галину: - Мама, не будешь сильно плакать, если я пойду жить в другой дом?

- Ого! – та со смехом помешала грибы, добавила соль и специи и, привернув огонь, накрыла сковородку крышкой. В памяти всплыли любимые дочерью мультфильмы, книжки и компьютерные игры: - Куда это ты собралась – в школу магии? Волшебный лес с единорогами? Или сразу на танковый полигон?

- Ничего ты, мама не понимаешь! – вздохнула Васька и разжала руку. На ладони лежал блестящий камушек-страз. – Замуж выхожу! За Кира. Видишь – волшебный кристалл?

Галина, стараясь сохранять серьезный вид, внимательно рассмотрела артефакт. Камешек был довольно крупный, но с уже изрядно поцарапанными гранями, на одной из которых четко виднелись следы клея:

«Здесь он крепился к туфле. Или сумочке. А, может, пояску? Сейчас детские вещи сплошь и рядом украшают стразами. И не только детские».

- И где ты взяла этот кристалл? – вслух произнесла она. – И почему решила, что он волшебный?

- Кир подарил! Он его в песочнице откопал – это такой клад, понимаешь? Как в мультике. Конечно, волшебный – желания исполняет! Я загадала, чтобы у нас завелась собачка, а Кир, чтобы мы женились.

На этом Васька опять вздохнула, забрала страз и старательно спрятала обратно в кармашек.

- А ты не хочешь с ним жениться? – Галина достала из пленки сыр. Тот был слегка заветренный по краям – на бутерброды уже не пойдет, а в рулет – самый раз. И начала натирать его на терке.

- Хочу! – насупилась дочь. – Вы с тетей Юлей и бабушками остальных умных разобрали! А когда женятся, надевают красивое платье. Но сегодня не могу: я еще с тобой и папой не нажилась. И розовый танчик не дорисовала. И…

Галина улыбнулась, сполоснула руки, обняла ее и поцеловала в макушку:

- Не волнуйся, доченька! Если Кир и вправду умный, он подождет, пока ты вырастешь. А если нет… Как папа сказал - нам слабаки не нужны!

Васька обрадованно закивала, незаметно стянула кусочек недотертого сыра и убежала обратно в детскую.

Галина доварила суп, сформировала рулеты и задумалась. У «фирменных», которые так понравились Ваське-старшему, была особая корочка: тонкая, хрустящая, с нежным сливочным вкусом.

Она прошла в комнату и включила ноутбук. Смотреть кулинарные блоги на телефоне не нравилось – вроде и зрение хорошее, но ни процесс приготовления нормально не увидеть, ни размер ингредиентов, ни прочие тонкости.

Галина открыла браузер и щелкнула по панели инструментов. Дяди Колина Татьяна, заметив Васькин интерес к рулетам, сразу скинула на почту ссылку на видеорецепт, а Галина добавила ее в закладки.

«Очень удобно, - думала она, листая длинный список ссылок. – Входишь в браузер под своим аккаунтом, и на любом устройстве доступно все и сразу: любимые сайты, пароли, отмеченные странички. И ничего никуда не пропадает, за все года тут».

Внезапно взгляд зацепился за одну ссылку, добавленную в меню давным-давно. Это был электронный блог Аллигатора, который Толя вычислил в интернете по фотографии деревенского дома. Галина читала его один единственный раз – тогда, пять лет назад, в маршрутке. И надо же – машинально сохранила в закладки!

Раньше, чем голова успела что-либо подумать, рука сама щелкнула мышкой, открывая страницу. Умный браузер помнил все – перед глазами возник именно тот пост, который Галина просматривала последним.

«Тот случай, - писал Аллигатор пять лет назад, еще до всех историй с прудами и ночными посиделками: - Когда вдруг хочется вложить в отношения чуть больше, чем обычно. Или даже не чуть? Питая надежду взамен получить нечто эфемерное. Но стоит закурить, и после третьей затяжки желание притупляется. Потому что неизвестно, что хуже: рискнуть и не получить то, что хочешь, или получить и потом не знать, что с этим делать».

Галина перечитала запись несколько раз и улыбнулась.

«Все верно, - удовлетворенно подумала она. – Олег изначально не хотел со мной связываться. А то все… Просто был не в себе после смерти друга. Брысь, Манька, обратно под корягу, сюда нас с тобой никто не звал. Это же надо на ровном месте насочинять такого, что на голову не налазит!»

Галина сладко потянулась на стуле, чувствуя, как отпускает напряжение, и уже хотела закрыть дневник, но вдруг увидела вверху указатель страниц. Она находилась на семнадцатой, а счетчик сообщал, что есть еще и восемнадцатая страница – последняя.

И Галина зачем-то нажала на нее…

Пост был один – от сегодняшнего числа. И короткий до невозможности, без любимых Олегом обычно пространных рассуждений:

«Да, это была твоя резинка для волос. Да, любил. И люблю. Если ты пришла сюда, значит, хотела это знать».

Галина сидела, невидящим взглядом уставившись в монитор. Это было сильно! Такие слова всегда бьют наотмашь, даже если сам человек не вызывает никаких эмоций.

Олег ей безразличен не был. Никогда.

Да, без сладких мечтаний и дрожи в коленях. Но яркие личности притягательны сами по себе, а уж после такого… Что-то острое и безжалостное царапало, словно железными когтями. Кто разберет эти чувства? И кто вообще их придумал - вот такие? Непонятные и необъяснимые?

- Мама! – донесся из детской задумчивый голос Васьки. – У тебя когда-нибудь было, что голова попу не понимает?

- Чего? – Галина захлопала глазами, пытаясь вернуться в мир бытовых вещей. – Какая голова? При чем тут попа? Как это не понимает?!

- Очень просто… - вздохнула Васька. – Голова хочет рисовать боевых поняшек и солнышко в облаках, а попа хочет какать.

- Ох, елки! – резко пришла в себя Галина и, подскочив со стула, бросилась в детскую: - Васька! На горшок! Живо!!

Она схватила дочь за руку и потащила в туалет, по пути стаскивая с нее трусишки.

«Успели!» - выдохнула, усадив Ваську.

- Бывает, доченька… - со вздохом признала вслух. – Еще и как бывает.

«Например, сегодня, - язвительно продолжила про себя. – Кто заставлял дуру набитую лезть, куда не просят, и искать на одно место приключений? Ведь так хорошо все было! И надо же было ткнуться в этот блог!»

Но следом пришла и другая мысль еще более жесткая:

«А потому, что я это заслужила! Знала ведь на самом деле, давно знала. Но проще жить, закрыв глаза и отключив мозг. И не чувствовать ответственности за собственные поступки. Хотя именно я довела ситуацию до такого! Еще тогда, пять лет назад. Сначала, когда намеренно задиралась с Олегом – прекрасно ведь понимала, что его это цепляет! А потом и вовсе в душу лезла, не помыв грязных рук. Да, благие намерения были – и в первый раз, и во второй. Но не только они, ох, не только! Манька свои печеньки тоже получила, целую коробку. А теперь лови привет от админов! Ткнули носом, как котенка. Известно, куда».

- Но думать нужно головой! – сквозь зубы процедила Галина. - В том числе и про попу. И желательно – заранее, чтобы потом не ходить с полными штанами. Поняла?

- Да, - согласилась Васька с горшка. – Голова выше попы, значит, она главнее.

- Умница! – Галина вытерла дочери попу и помыла горшок.

Потом решительным шагом направилась к ноутбуку и удалила ссылку на интернет-дневник Аллигатора. И почистила хистори.

«Теперь даже если сама захочу - не найду, - удовлетворенно отметила она. – Разве что Толю просить, а этого делать не буду!»

Внезапно зазвонил телефон. Галина глянула на высветившуюся аватарку и вздрогнула. Это был Аллигатор.

«Мысли читает что ли?! – всполошилась она и нажала «отклонить вызов»: - Или совпало? Да наплевать! Даже если он по самому хорошему поводу, например, про Кира что-то… Я с ним разговаривать не буду! После этого его поста – ни за что!»

И без колебаний отправила номер в черный список и удалила историю звонков.

Последним штрихом было… Галина залезла в шкаф и вытащила книгу - «Экономический анализ. Учебное пособие», раскрыла ее посередине, доставая засушенный бутон розы.

«В мусорное ведро!» - твердо решила она.

Но почему-то не смогла выбросить. Рука в последний момент дрогнула.

«Ладно, цветок ни в чем не виноват, - вздохнула Галина, убирая его обратно в книгу. – Или все-таки я слабохарактерная. Тоже вариант».

Нет, ни сомнений, ни сожалений не наблюдалось. Уверенность в себе и своем выборе была железобетонной. Чувство вины присутствовало – цепкое и колючее, словно чертополох. И сочувствие к Олегу тоже имелось. Но думалось в первую очередь про Ваську:

«Он этого беспредела точно не заслужил! И обещала, что с посторонними мужиками у меня близкого общения не будет. А это даже не разговоры по душам! Правильным женам чужие мужья признаний в любви не пишут».

Еще вспомнилось, что примерно месяц назад случайно речь зашла про Аллигатора, и муж отреагировал странно – отвел взгляд и быстро перескочил на другую тему.

«Я тогда решила, что он обижается на Олега, что тот зазнался, - удрученно подумала Галина. – А, получается, Васька догадывался?»

Про «говорить или не говорить мужу» вопрос не стоял – они были близки настолько, что улавливали малейшие оттенки настроения друг друга. А задавать правильные вопросы Дементьев тоже умел. Еще и как. Но до чего идиотская история!

Внезапно телефон зазвонил снова – это был любимый муж, легок на помине.

- Задержусь сегодня после работы, - как-то слишком торопливо произнес он. – Ненадолго, нужно одному человеку помочь. Я тебя… третья ступенька!

Галина улыбнулась, услышав семейную кодовую фразу, и напряжение немного отпустило:

«Нас ждет неприятный разговор. Но мы умеем спокойно обсуждать и неприятные вещи тоже. По старой формуле – «все, кроме измены».

На миг что-то мелькнуло в голове… предчувствие опасности? И исчезло, будто и не было.

Галина сделала мясные рулеты, на гарнир потушила рис с овощами. Один рулет они с дочерью попробовали – действительно получилось вкусно. Готовить она любила. Но в этот раз все происходило машинально, без привычного удовольствия от процесса.

Дочь наотрез отказалась укладываться на дневной сон, и пришлось все-таки включить ей танчики.

- Моя «Арматочка»! – взвыла от восторга Васька, заходя в игру. – Какая же ты красивенькая! Миленькая! Сладенькая! Ой, сейчас как разнесем тут всех!

«Дядя Толя сдержал обещание, - язвительно подумала Галина. – Что ж, я тоже не отступлюсь – танковый биатлон ему гарантирован! Вечно эти мужики создают проблемы на ровном месте! Васька-старший – исключение. Зато у него жена-дура! Как все-таки несправедливо устроен мир».

Пока дочь увлеченно рубилась в танки, ее мама разложила постиранное белье, погладила на утро Ваське в садик шорты с футболкой – как раз такие, чтобы человека-паука на руку налепить было в тему, набрала в ведро воды и начала протирать полы в квартире.

Галина переделала еще целый ворох домашних дел и даже отправила по удаленке два срочных платежа по работе.

«Через полчаса надо танкистку спать укладывать, - вздохнула она, взглянув на часы. – И где это наш папа? Творит добрые дела для кого-то, а мы с Васькой без него скучаем!»

В голове почему-то возникла песенка Шапокляк из любимого в детстве мультика про крокодила Гену: «Кто людям помогает, тот тратит время зря! Хорошими делами прославиться нельзя!»

Галина улыбнулась и потянулась за телефоном – набрать мужа, но вдруг услышала скрип поворачиваемого в замке ключа.

«Наконец-то!» - она радостно подскочила и бросилась в коридор.

Это был, конечно же, Васька-старший. Галина привычно обвила его шею руками и прижалась губами к губам. От мужа ощутимо пахло спиртным.

«Не знаю, кому он там помог и насколько, - вспыхнуло в голове язвительное. – Но помощь явно оценили – отблагодарили традиционно. По-нашему. По-русски».

Вслух, однако, с порога возмущаться не стала.

- Привет! – улыбнулся муж и оглядел Галину с головы до ног: - Вижу, одета вполне прилично. Как у нас обстановка? Ведро со шваброй посереди комнаты не стоит? Трусы на диване не валяются?

- Нет… - натурально растерялась Галина. – Я только закончила с уборкой. А что ты…

- Тогда принимай гостей! – хитро заявил он и распахнул дверь.

На лестничной площадке стоял… Аллигатор.

- Здравствуй еще раз, - невозмутимо произнес он. – Виделись уже сегодня. Войти можно?

Галина машинально посторонилась.

Она смотрела на них обоих в своей прихожей и растерянно хлопала глазами. Спроси кто раньше: «Что такое идиотизм?» - явно затруднилась бы с ответом. Но то, что происходило сейчас – был именно он. В чистом виде. Прямо таки эталонный, достойный Палаты мер и весов.

- Вась… - вдруг отмерла она. – Ты, конечно, вправе приглашать кого угодно и когда угодно, но мне вначале нужно тебе что-то сказать…

- И чем ты меня собираешься удивить? – усмехнулся Васька и послал Аллигатору загадочный взгляд. – Что Светлый загоняет, когда вмажет абсента? Так он всегда после этого загоняет, не первый год знакомы.

Аллигатор застенчиво потупил взгляд.

- Но дело не в том, - продолжил Васька, переобуваясь в домашние тапочки. – Этот чертяка мне два часа по ушам ездил. Такого наплел, что шарики за ролики завернулись. И еще хотел, чтобы я тебе все это пересказал. Нет уж, ты и так над моими теориями по-тихому прикалываешься, думаешь, не вижу?

Он полез в обувной шкаф, вытащил свои пляжные сланцы и бросил их перед Аллигатором:

- Переобувайся, Лина полы помыла.

Идиотизм рос, ширился, рвался в высоту, приобретая поистине планетарные масштабы.

- Похоже, вы оба конкретно вмазанные! – вырвалось у Галины само собой.

- Не, - рассмеялся Васька. – Нам сегодня еще никто не вмазал. Взрослые, серьезные люди, чего уж там.

- Хуже! – в тон ему ответил Аллигатор, влезая в сланцы. – Даже мы никому не вмазали, хотя я порывался.

И Васька почему-то на этих словах смутился.

В прихожую наконец-то выбежала Васька-младшая, закончившая очередной раунд тяжелых и кровопролитных боев, и повисла у отца на шее. Галина машинально окинула дочь взглядом: что-то было не так. Точнее, чего-то не хватало. Она перевела взгляд на Васькины ноги и поняла:

«Опять босиком! А в коридоре пол кафельный, холодный. Обидно будет в первый же день садика заболеть».

- О! Папа Кира! – радостно узнала дочь Аллигатора. – А где Кир?

- Дома, - ласково улыбнулся его отец. – Но всю дорогу только о тебе и говорил. Кир у нас немного дикарь, ни с кем не дружит, но ты ему понравилась.

- Само собой, - невозмутимо согласилась Васька. - Я и умная, и красивая.

- Стопудово! – расхохотался Аллигатор и достал из сумки изящно упакованный набор сладостей – фрукты и орехи в белом шоколаде: - Это тебе от него.

- Ужинать будете? – включила Галина гостеприимную хозяйку. А что еще делать в такой ситуации?

- Нет, спасибо! – вежливо отказался Аллигатор. – Мы поели в ресторане. Представляешь, к пиву предложили виноградных улиток по-французски! Сразу Васька ваша на ум пришла с ее охотничьими трофеями.

- Да, это было эпично! – улыбнулся ее отец и посмотрел на Галину: - В общем, ты поговори со своим… этим. А я пока мелкую спать уложу.

Галина с трудом захлопнула раскрывшийся рот и без сил прислонилась к стене. Идиотизм взял полную власть над миром, погребя под своей пятой остатки здравого смысла.

«Поговори со своим… кем?!!» - пробилась откуда-то испуганная мысль.

- Ладно, пойдем на кухню, - вслух проговорила она Аллигатору.

Тот невозмутимо прошествовал вслед за ней, уселся на край мягкого уголка и закинул ногу на ногу.

- Уютно у вас, - оценил он кухонный интерьер. – Галка, курить можно?

- Можно, - вздохнула она. – Гляжу, ты все еще во власти вредных привычек?

- Не поверишь! – загадочно улыбнулся Аллигатор. – Пять лет в завязке был. А сегодня вот…

Он махнул рукой и вытащил из кармана початую пачку.

Галина поставила перед ним фигурную пепельницу – дед Василий был тот еще курильщик, поэтому соответствующий инвентарь в доме имелся – и открыла окно.

Аллигатор достал зажигалку, не спеша подкурил.

- Я чего пришел-то, - задумчиво произнес он, стряхивая пепел. – Лирика и мистика – вещи, конечно, занятные, но не первостепенной важности. А вот…

Он сделал паузу и посмотрел Галине прямо в глаза:

- У Демона с этой козой драной ничего не было. Чтобы не рассказывали тебе разные «доброжелатели», а они будут рассказывать, на то весь и расчет, помни об этом. Да, он был у нее сегодня дома, но… Мы вместе там были, если что. Ты же знаешь, я никогда не вру.

Галина осторожно присела на первый попавшийся стул – дочкин высокий стульчик, и тот жалобно заскрипел, не будучи рассчитан на вес взрослого человека:

- Это ты о чем? Точнее, о ком?!

- А это пусть твой муж сам объясняет, - усмехнулся Аллигатор и бросил в пепельницу наполовину недокуренную сигарету. Его давняя, до боли знакомая привычка: - Но ты ему поверь.

- Я и так верю, - вырвалось у нее. – Точнее, знаю. Я обнимала Ваську в прихожей – он пахнет по-прежнему: мной и Васькой-мелкой. Будь что чужое, поняла бы сразу. Это сложно объяснить, но у нас так.

- Да, - задумчиво кивнул Аллигатор, вытаскивая новую сигарету. – Демон сказал нечто подобное. Надо же, какое глубокое погружение… я так не умею. Но если кратко – он эту жабу послал на… нецензурно. А я чуть по роже не съездил, жаль твой не дал. У меня с шалавами разговор короткий.

- А с кем длинный? – неожиданно съязвила Галина.

Последние слова Аллигатора задели за живое. Кем бы ни была та, о которой он говорит, но бить женщин – недопустимо!

- Длинный разговор? – он посмотрел ей в глаза и осторожно улыбнулся. – С тобой, конечно. И тот, прежний, никак не закончу, и новый не знаю, как начать. Но… Галка, прости за сегодняшний пост – Демон прав: хлебнул абсента, занесло. Я не в том смысле, что… Точнее, не только в том. Просто нужно было знать – ты действительно да, или это все так.

- Это ты сейчас о чем? – непонимающе посмотрела на него Галина. Смысл последней фразы ускользал от нее, как полуденная тень: – И как понял, что я прочитала?!

- Последнее как раз просто, - улыбнулся он, клацая зажигалкой. – В блоге статистика с привязкой к географии по ай пи. А я знаю, где ты живешь, давно знаю. А вот первое… Об этом я, таком всяком. Блин, не знаю, как сказать…

- Прямо говори! – фыркнула Галина. – Достало все это, честно. Не день, а взрыв мозга! Ничего не понимаю, не знаю, как себя вести, и вообще – хочу спать. Мне завтра с утра на работу, если что.

- Хорошо, - согласился Аллигатор, затягиваясь. – Прямо так прямо. Но предупреждаю: я психически здоров, в адеквате и даже почти не пьян. Ты была со мной тогда? На Катуни?

- Ну, знаешь… - в сердцах выдохнула Галина. – Это уже перебор! На Катуни я не была. Никогда. Если упился в хлам и не помнишь, с кем валялся в постели, то это твои проблемы!

- В постели валялся, - он послал ей застенчивый взгляд из-под ресниц. – И не помню почти ничего, верно. Но не потому, что упился, нет. Просто немножко собирался сдохнуть. Точнее, конкретно собирался. И даже почти смог.

- Стой! - вдруг вырвалось у нее. Галина вцепилась в край стола, так, что побелели костяшки пальцев: – Этого не может быть, но… Два года назад? В конце лета?! Погоди, сейчас скажу число…

Галина начала лихорадочно вспоминать, когда именно ей снился Аллигатор.

- Двадцать девятое, - усмехнулся он, выпуская облачко дыма. – Значит, все-таки да. У меня не паранойя.

Галина сидела тихо и смотрела на Олега. Он тоже молчал и загадочно улыбался. Это был уже даже не идиотизм… Что-то странное, иррациональное, неподвластное разумным объяснениям. Или наоборот – рациональное и логичное до предела? До высшей степени порядка? Прямое вмешательство системы?!

- Я звал тебя, и ты пришла. В тебе что-то есть, Галка, - наконец проговорил он, щелчком отправляя бычок в пепельницу. – Давно это замечаю. Откуда ты взяла разговор по понятиям? Ведь не знала обо мне ничего – и такое точное попадание. В офисе тогда… Безошибочно определила, как добиться от меня того, что тебе нужно. Про тот наш общий день вообще молчу. И в блог полезла именно сегодня… пять лет до того не заходила, я проверял! А теперь еще и это… Особенная, да?

«При чем тут я, - вздохнула про себя Галина. – Админы стараются: подсказывают, толкают, направляют, иногда бьют по рукам и отвешивают конкретные подзатыльники. У всех так – просто люди намеренно закрывают на это глаза. Или так явно - не у всех? И я зачем-то нужна системе? Эх, знать бы еще кто он - твой админ, и чего добивается. Но на такой запрос система вряд ли ответит».

- Нет, - быстро произнесла она вслух. – Самая обычная. А тут просто череда невероятных совпадений. Но в жизни еще и не то бывает. И не корми Маньку! А то совсем распоясается.

- Ах, да! – вдруг хитро улыбнулся Аллигатор. – Насчет Маньки. Это же ваша семейная шутка про Марию Величко в смысле мании величия, правильно?

- Да. Моя бабушка так говорила.

- Не поверишь – моя тоже! - рассмеялся он, погасил сигарету и спрятал почти пустую пачку в карман. – Мне показалось это занятным, и около года назад дернуло покопаться в архивах. Представляешь, Мария Величко – реально существовавший человек! Уроженка Черниговской губернии, дочь разорившегося мелкопоместного дворянина. Роковая дамочка была - мужиками вертела, как хотела: три раза побывала замужем, любовникам и воздыхателям и вовсе числа не знала. Из-за нее и разорялись, и стрелялись на дуэлях, и чего только не творили! Жила Манька, как говорится, на полную катушку, ломая мир через колено. И мнение о себе, естественно, имела. Неслабое. Оттого и шутка появилась.

- Интересно, - улыбнулась Галина и деликатно прикрыла ладошкой зевающий рот. – Буду знать. Но, как правило, все шутки и устойчивые выражения имеют под собой реальную основу. Так что – неудивительно.

- Да, но это еще не все, - загадочно сообщил Аллигатор. – У Марии Величко было две дочери. Старшая вышла замуж за московского купца Игнатия Светлова. А младшую сосватали за унтер-офицера егерского полка Николая Горячева. Понимаешь, о чем я?

- Хочешь сказать - мы родственники?!

- Да, - весело признал он. – Хотя и очень дальние. В пятом колене. Но, наверное, это частично объясняет череду невероятных совпадений, как ты их назвала. Наследственная рулетка выбросила нам с тобой похожий набор генов. Мы оба похожи на нашу пра-пра.

- Про тебя соглашусь! – рассмеялась Галина и наконец-то встала с несчастного детского стульчика. – Крушить все вокруг и пользоваться успехом у противоположного пола – это о тебе, не спорю! Но я здесь каким боком?

- Ох, кто бы говорил! Но ты дослушай историю, - хмыкнул Аллигатор и подвинулся дальше. – Садись рядом, пятиюродная сестра, не ломай мебель. Наша знаменитая прапрабабушка Мария по молодости отжигала знатно. А, состарившись, ушла в монастырь. И так преуспела в посте и благочестии, что достигла… нет, к лику святых ее никто не причислял. Но по молитвам матушки люди получали исцеление от головной боли. А еще у них проходили разного рода зависимости. Теперь понимаешь?

«Так вот кто помог Генке! И Олегу, когда у него болела голова. И Ваське, и… – замелькал в голове фейерверк мыслей и догадок. Точно в игре – включила в меню отображение подсказок, а они как посыплются: – Я ни при чем! Или все-таки причем? Зачем-то нужна системе? Или это каждый человек – так? Нужен, важен, ценен? Одно не вызывает сомнений – система действительно отвечает. И быстро. Надо лишь правильно формулировать запрос. Желала знать своего админа? Получи. Хотя оно на самом деле всегда на поверхности лежало, с самого детства: админ, выдающийся предок, небесный покровитель – в разные времена это называлось по-разному. У нас с Олегом админ один и тот же. Точнее, одна».

- Ого! – вслух протянула Галина, присаживаясь рядом с Аллигатором. – Мы с тобой действительно похожи: обоих швыряет то вверх, то вниз. То в грязь, то в облака – третьего не дано.

Она повернулась и с надеждой заглянула ему в глаза:

- Ты это имел в виду, да? Когда написал сегодня тот пост? Родственные чувства? Только скажи правду, пожалуйста!

- Правду? – вздохнул Аллигатор и опять полез в карман за сигаретами. – Да, и это тоже. Но не только. Я стратег, игрок, многоходовщик – забыла?

Снова щелкнула зажигалка, и сизый дымок неспешно поплыл за окно – в уже совсем темный двор.

- Хотел проверить твою легендарную интуицию, - неспешно проговорил он, смотря в заоконную тьму. Частичка пепла сорвалась с конца сигареты и полетела вниз, кружась серым мотыльком: - Захочешь ли искать ответ, догадаешься, где или нет. По теории вероятности шансы были бесконечно малы. Но ты, похоже, живешь под знаком других теорий. И до зубовного скрежета достала эта идиотская ситуация. Полгода вытерпели, но стареем же, терпелка уже не та. Плюс теперь еще и дети.

- Какая терпелка? – Галина широко раскрыла глаза. – Что полгода? Чьи дети?!

- Наши с Демоном, - невозмутимо пояснил Аллигатор, а потом вдруг заржал в голос: - Ыыыыы! Только дошло, как оно звучит со стороны! Но вторая новость под стать первой: твой муж уже полгода втайне от тебя встречается со мной. Если помнишь, я не особо обременен моралью, могу понять, когда мужчина втихую от семьи навещает любовницу. Но чтобы другого мужика… Блин, чувствую себя не пойми кем. Странно лишь, что ты за столько времени не догадалась. Неужели ничего не замечала?

- Замечала… - Галина взяла из стаканчика салфетку – вроде бумажную, но тянущуюся, словно резина, с ажурными позолоченными краями, и нервно завертела в пальцах, сворачивая в узкий конус. – Васька при словах о тебе сразу съезжал с темы. Но думала, переживает, что ты не хочешь с ним общаться…

- Хочу, - Аллигатор бросил в пепельницу недокуренную сигарету. – И он хочет. С возрастом наши представления о жизни сблизились. Да, есть моменты, где мы расходимся радикально, но тем интереснее. Если что, о тебе до сегодняшнего дня даже не упоминали. По обоюдному молчаливому согласию.

- Олег, но почему втайне?! – Галина развернула конус из салфетки и начала складывать ее гармошкой. – Неужели думали, что я буду против? Теперь еще и дети познакомились, у них явный интерес к взаимному общению. Давайте дружить семьями! Тем более, родственники, как оказалось!

Аллигатор улыбнулся одними уголками губ и опять полез в пачку:

- Все-таки дурочка ты, Галка! Хорошая, светлая, нежная… и этим невыносимо жестокая. У нас с тобой не настолько близкое родство, чтобы удерживало от… Ты мне нравишься.

Он красивым движением выбил из пачки сигарету и встретился взглядом с Галиной:

- Ладно, другое слово. То самое. Хочешь, чтобы я сказал тебе это, глядя в глаза?

- Поступай, как считаешь нужным! – ее пальцы дрогнули, салфетка выскочила из них и упала в пепельницу поверх окурков. – Заслужила. Я полностью виновата в сложившейся ситуации и …

- И тут не изменилась, - по-доброму улыбнулся он, подкуривая. – По-прежнему самоедствуешь и тянешь все на себя. Да-да, динозавры тоже из-за тебя вымерли. И Атлантида утонула. Раз так – не скажу, конечно. Но оно ж и будет означать, что да, понимаешь? Еще более прямо. Странно все-таки устроен мир.

Потом стряхнул пепел, стараясь не попадать на салфетку, и положил ногу на ногу:

- Короче, довольно философий и семейных летописей! С Демоном будем общаться. Теперь, так сказать, официально. И дети тоже. Но без тебя - мы так решили. Понимаю, что ты в себе уверена. И Демон в тебе уверен, и я уверен в вас обоих. Но жизнь штука сложная: у сильной личности бывают минуты слабости – твои слова, помнишь? А я ни хрена не благородный, тоже говорил уже.

Из пепельницы пошел легкий дымок, но оба не обратили на это никакого внимания. Галина смотрела в голубые, удивительно теплые глаза и не могла объяснить нахлынувших на нее чувств. Не то, что с Васькой – однозначно. Другое совсем. Но хорошее.

- Неправда! – вырвалось у нее вслух. – Ты – удивительный! Добрый, щедрый, великодушный. Настоящий ты! Я знаю про Женьку, понимаешь?

- Знаю, что знаешь, - вздохнул Аллигатор и, не глядя, потушил сигарету в пепельнице. – Специально сделал, чтобы знала только ты. А по правильному надо было, чтобы никто не догадался. Не удержался – показушник, блин. Но ты насчет меня не загоняйся: с тобой оно это… как бы объяснить?

Он слегка наклонил голову к ней, вдохнул запах волос и блаженно прикрыл глаза:

- Ты для меня, что твои духи – чуть-чуть и издалека в кайф, а когда много – голова болит. Моя норма тебя - раз в полгода посидеть у камина с бутылочкой абсента и помечтать о том о сем. А чтобы каждый день так штырило - да ну нафиг, давно бы скурился и сбухался. Плюс тебе надо это – полная близость, когда чуть ли не мысли друг друга читают. Демону оно норм, а мне в напряг. Я ж Аллигатор - люблю жить в болоте: тихом, темном, уединенном, когда на поверхности изрядный слой тины. А с Виталиной у нас гармония: она вся в творчестве и меня не трогает. Словно легкое облачко – не достает, не лезет в душу, не обижается. Понимаешь?

- Кажется, да, - кивнула Галина, вспоминая давний разговор с Чингисханом.

«Похоже, та была права насчет Олега! – честно признала она. - Он действительно не любит ярких эмоций. А я заставляю его их испытывать. Без меня ему лучше».

- Олег, только скажи, что это правда! – с надеждой посмотрела Галина в глаза. - Скажи, пожалуйста!

Аллигатор улыбнулся коронной крокодильей улыбкой и… промолчал.

Лежащая в пепельнице салфетка начала тихонько тлеть, а потом вдруг вспыхнула ярким пламенем. К потолку понесся столб дыма: желтого, плотного, ядовито-химического.

Галина невольно закашлялась. Аллигатор оглянулся вокруг, схватил было плетеную хлебницу, но поймав взгляд Галины, вернул ее на стол:

- Ладно-ладно, не трогаю. Вижу, твоя любимая вещичка. Но надо бы чем-то это накрыть…

Дверь на кухню отворилась, являя хозяина дома собственной персоной.

- Наговорились, родственнички? – Васька с невозмутимым видом снял с сушилки металлическую крышку от кастрюли и положил сверху на пепельницу, плотно прижимая. Буквально через минуту дым прекратился: – Я ж про тебя, Лина, сразу сказал, что ты сестра Светлого! У вас загоны одинаковые. И что это вы тут устроили – духа предка вызывали? Скучно, ребята – прямо детский сад какой-то! Хотите спиритический сеанс по-взрослому – могу спиртяги налить. Зимой брал, чтобы Лине настойку для полоскания сделать, еще полбутылки осталось.

Галина улыбнулась филологическому казусу.

* Спирт - от латин. spiritus — дух*

- Все также мучаешься с ангинами? – сочувственно посмотрел на нее Аллигатор.

Галина смутилась и обернулась к мужу:

- Васька спит?

- Дрыхнет, - зевнул тот.

- Можете не намекать! – рассмеялся Аллигатор. – Мне тоже пора.

И бросил красноречивый взгляд на плетеный из бисера зажимчик в волосах. Галина улыбнулась, стащила украшение с косы и отдала Олегу.

Тот взял его, повертел в руках:

- Отличный талисман, спасибо! Но, если быть честным, трофей в нашей семье сегодня не первый. Кир у Василисы аналогичный утащил.

- Папин сын! – рассмеялась Галина. До нее, наконец, дошло, чего не хватало в облике дочери. И это были вовсе не тапки.

- Завтра наберемся, Светлый! – потянувшись, проговорил Васька-старший. – Мелкая хотела на лодках покататься. Твой как?

- Организуем! – Аллигатор встал, попытался выйти из-за стола, но наткнулся на детский стульчик: - Замуровали, Демоны!

Все дружно рассмеялись. А потом мило попрощались в прихожей. Галина закрыла за гостем дверь и повернулась к мужу:

- А теперь рассказывай, у какой жабы вы сегодня были?!

- Зачем так про женщину… - Васька обнял жену и притянул к себе. – Светлый на тебя плохо влияет, однозначно. Хоть я и сам хорош – опустился до нецензурной брани. У Кати, бывшей моей, из юности. Она ушла от мужа, попросила помочь с переездом.

- А кроме тебя никого нет? – язвительно фыркнула Галина. – Ни родни, ни друзей? И вокруг не мегаполис, а выжженная пустыня?

- Она пришла ко мне на работу, - он нежно закопался губами в ее волосы. – Плакала. Сказала муж пьяный, избил ее. Если срочно не забрать вещи и документы – они с детьми останутся ни с чем. А никто прямо сейчас не может, все заняты.

- И ты повелся? – вздохнула Галина.

- И да, и нет, - усмехнулся он. – Дилемма, понимаешь. Бывает такое – вопрос жизни и смерти, да и близких друзей у Кати особо нет. Пройдешь мимо, а вдруг реально ситуация форс-мажор? Потом всю жизнь себе не простишь. А согласишься… Хотел было Витальку набрать, чтобы с ним поехать, но тут Светлый нарисовался. Срочный разговор у него, видите ли.

- И как – перевезли вещи?

- Нет. Она встретила в нижнем белье. Стол был накрыт на двоих, со свечами. И камера все записывала. Как Катя потом сказала, если бы даже конкретного ничего не вышло, фоток провокационных можно было нащелкать.

- Зачем?!

- Чтобы ты разозлилась на меня. А лучше – сразу выгнала, - Васькины губы скользнули по шее: - Идиот – ведусь на тупые разводки. Прости.

- И она открыто призналась тебе в своих планах? – недоверчиво уточнила Галина, но голову Ваське на плечо положила.

- Не мне. Светлому. Знаешь же, он умеет спрашивать. Правда, в этот раз разошелся не на шутку: за шкирку схватил и сказал, что… лицо разобьет. Еле оттащил его. И сам психанул, Катю матом послал. Старею – выдержка уже не та.

- Дамочка не теряется! – устало констатировала Галина, гладя мужа по плечам. – Действует по правилу «в любви и на войне все средства хороши»!

Васька крепче прижал ее к себе и провел рукой по растрепавшимся без зажима волосам:

- Видал я тех, у кого на войне все средства хороши. Среди наших они тоже встречаются, но среди ненаших их больше. Можешь не верить, но десять лет прошло, и никого из них уже на свете нет. Свой ответ от системы насчет «всех средств» я получил. Возможно, у кого-то он другой, но переспрашивать не буду. Думаю, для любви это тоже справедливо.

- Люблю я тебя, Васька… - нежно прошептала Галина и поцеловала мужа в губы. – Ты – самый лучший на свете. И никакие «все средства» не нужны.

- Это ты так считаешь. А Катя, например, сказала, что я обманщик и предатель. И не выполнил обещаний. И, что интересно – тебе ничего не обещал: ни жениться, ни машину купить, ни домом заниматься. И почему-то все сделал и делаю. Сам. И мне это нравится. Странно устроен мир, правда?

- А, может, ты меня просто любишь?

- Не всегда просто! – улыбнулся муж. – Иногда очень даже сложно. Мозг ты выносишь знатно, со вкусом.

- Олег тоже говорит, что я в больших дозах вредна для здоровья! – рассмеялась Галина и показала Ваське язык. – И как ты со мной пять лет живешь? И не сбежал?

- Просто он предприниматель, а я военнослужащий в пятом поколении. И отлично умею обращаться с тем, что выносит мозг. С оружием. Когда тебя в первый раз обнял, сразу почувствовал что-то такое… свое… родное. Пригляделся – автомат Калашникова! У тебя же он в основе, верно? Хотя «Галиль» тоже в руках держал. Ты по мне и для меня – во всех смыслах. У админов всегда было хорошее чувство юмора.

- Покажи-покажи, как умеешь обращаться с оружием! – Галина скользнула ладонями ему под рубашку.

Васька в ответ подхватил жену на руки и... Вечер закончился традиционно. А потом они, как обычно, валялись в обнимку и смотрели, как за незакрытым окном ветер шелестит листьями клена.

- Теперь же ты знаешь про Светлого, - наконец проговорил Васька, перебирая ее пальчики. – Скажи, не жалеешь, что…

Он не договорил, но Галина поняла и погладила его по волосам:

- Нет, конечно. Я тебя люблю, и никогда в этом не сомневалась.

Она приподнялась на локте и с улыбкой заглянула в глаза:

- Или хочешь логическое и рациональное объяснение? Пожалуйста! Во-первых, мы с Олегом слишком похожи, а оно, как в физике – одноименные заряды отталкиваются. А во-вторых… у нас с Васькой-мелкой одинаковый вкус в плане мужчин: я тоже предпочитаю, чтобы меня сразу любили. А не когда вначале бить приходится!

Васька довольно рассмеялся и чмокнул ее в нос. Но потом задумался:

- А, может, у Светлого оно специально так, во всем? Просто система готовит его в админы. Таких ведь туда и берут – кто прошел самые сложные испытания и не сломался.

Галина про себя скептически усмехнулась – все-таки у Васьки слегка перебор с «системной» теорией - но виду не подала.

- В твоей жизни тоже испытаний хватало, - весело произнесла она вслух. – Может, и ты будущий админчик?

Но Васька с самым серьезным видом мотнул головой:

- Не. В нашем системном ведомстве другое начальство и другие порядки. Я в админы попаду, разве если серьезная войнушка начнется. Каким способом – думаю, объяснять не стоит.

- Ой, вот этого нам точно не надо! – испугалась Галина и крепко прижалась к мужу. – Действительно, какой из тебя админ? Ты человек тихий, мирный, семейный.

- Верно! Но система, если что, спрашивать не будет. Тебя, кстати, тоже.

- А я-то тут причем? – искренне удивилась Галина. – Вот уж точно никаким боком…

- Никаким так никаким, - торопливо перебил Васька и натянул ей летнее одеяло на плечи: - Давай и вправду на бочок и баиньки! Завтра обоим на работу.

- Слушай, Вась, - вдруг пришло на ум нечто совершенно неожиданное. – Может, мне сменить профессию? Вокруг все талдычат, что бухгалтера скоро станут не нужны, современные учетные программы якобы все могут сами.

- Да-да, - усмехнулся он. – Могут. Особенно финансовую отчетность, как тебе Палыч на прошлой неделе заказал.

- Чтобы налоговая увидела в ней, что у фирмы финансовые трудности и дала отсрочку по платежам? – рассмеялась Галина. – А банк понял, что мы на редкость платежеспособны, и увеличил размер кредита? Но при этом, чтобы все цифры были честные, потому что учредителям нужны реальные данные для принятия решений?

- Вот-вот. Я хоть и разработчик, но объяснить это компьютеру неспособен. Чтобы сотворить такое, нужен талант. Талант бухгалтера, как у тебя.

- Просто я люблю свою профессию. Когда любишь – все получается правильно. И в семье, и на работе, и в жизни.

С любовью все хорошо.

2019 - 2021

Спасибо всем, кто дочитал! За лайки и комменты отдельная благодарность, очень приятно.

Книга начата в 2019, закончена в 2021.

Сейчас некоторые вещи читаются по-другому, чем это виделось тогда, но выбрасывать не буду. Пусть останется, как есть.

Кто хочет отдохнуть от мозговыноса - приглашаю в "Курортный роман", это история Женьки. Там я сама отдыхала от этих монстров, поэтому все легкое: герои с детством в одном месте, романтика, море, ржач и курортные приключения. Никаких глубоких смыслов - правда-правда, автор никогда прямо не врет:)))

Желаю всем мира, добра и любви!

Content

С любовью, бухгалтерия

Глава 1. День бухгалтера

Глава 2. Бухгалтерская программа или мир тесен

Глава 3. Трудности перевода и планы на вечер

Глава 4. Бухгалтерская вечеринка

Глава 5. Гвозди в кузне, тигр и лужа

Глава 6. Утро

Глава 7. Новости

Глава 8. Встреча

Глава 9. Вечерняя миссия

Глава 10. Все не так, как кажется

Глава 11. Рассказ Леры

Глава 12. Интриги и разоблачения

Глава 13. Сырные переговоры

Глава 14. Новый уровень

Глава 15. Информация к размышлению

Глава 16. Новые загадки

Глава 17. Слитый квест и другие неприятности

Глава 18. Понеслось!

Глава 19. Вопросы производственные и не очень

Глава 20. Вечерние сюрпризы

Глава 21. День рождения – грустный праздник

Глава 22. Балкон и другие происшествия

Глава 23. Один почти хэппи-энд и один открытый финал

Глава 24. Утро начинается, начинается…

Глава 25. Рабочие моменты и дружеский совет

Глава 26. Цветы и юридические тонкости

Глава 27. Сборы

Глава 28. Кино, вино и…

Глава 29. По понятиям

Глава 30. Ночное рандеву

Глава 31. Спасение мира

Глава 32. Рассвет не избежать мне

Глава 33. Предчувствие войны

Глава 34. Откопанный топор

Глава 35. Крепость в осаде

Глава 36. Стояние на Угре, Куликовская битва и другие параллели

Глава 37. Снятие осады

Глава 38. Везение в любви. И невезение тоже

Глава 39. Невинные игры влюбленных подростков

Глава 40. (Не) розовые сопли

Глава 41. Наплевать

Глава 42. Третья ступенька и грандиозный провал агента «XM1014»

Глава 43. Перемирие с миром

Глава 44. Цена зарплаты и другие расценки

Глава 45. Реал ПВП

Глава 46. Сколь веревочке не виться…

Глава 47. Старые знакомые и уроки китайского

Глава 48. Сплошные малолетки и лопух

Глава 49. Прогулки по складу и лучший подруг

Глава 50. Подписание договора, фамильный особняк, ретро-трамвай и не только

Глава 51. В голове моей…

Глава 52. Что такое хорошо и что такое плохо

Глава 53. Будем знакомы или бальзам на душу

Глава 54. Психи, придурки и прочая нечисть

Глава 55. С добрым утром!

Глава 56. Протокол допроса или финальная битва титанов

Эпилог первый. Производственно-подружеский. С любовью, бухгалтерия!

Эпилог второй. Личный. С кем поведешься

Эпилог третий. Рептилоидный. За что боролись

Эпилог четвертый. Настоящий. Пять лет спустя

Эпилог пятый. Последний. Все точки над «ё»