Огородник Олег Ярославович

Хроники будущего. Поздравляю, у вас будет мальчик

1.

– Поздравляю, у вас будет мальчик…

Следом за волной радости, которая окатила Олега после слов доктора, накатила вторая. Уже не такая радостная. Лариса Строкина, доктор, женщина лет сорока с небольшим хвостиком, хоть в нынешние времена, когда возможности пластической хирургии шагнули далеко за пределы банальных уколов ботокса, длину этого хвостика определить было практически невозможно, улыбнулась стандартным набором зубов, явно ни её собственных, и добавила:

– Ждем вас через три месяца на процедуре очистки. Еще раз примите мои поздравления, мальчики нам очень нужны.

Очень позитивный врач. Очень. У Олега зачесались костяшки на правой руке. К чему бы? Он почесал ногтем по огрубевшей коже, уняв невольный зуд, вызванный словесной патокой врача-гинеколога, которая осматривала Арину. Доктор Строкина кликнула маленьким пультом, и черно-белое изображение очень нужного в будущем мальчика, который сейчас являл собой скрюченный эмбрион, исчезло с экрана монитора, уступив место отражению стерильной комнаты, служившей кабинетом для осмотра пациентов. В отражении монитора Олег смог увидеть и свое лицо. Щетина, пара серо-зеленых глаз с характерной черной подводкой от въевшейся угольной пыли, очерченные скулы.

– … очень нужны, – эхом отозвалось у него в голове.

Мальчики нужны. Еще бы. Тоже новость… И ясное дело для чего. Вперед, в шахты, махать киркой, прорубывать угольные пласты, которые укрылись от человечества на километровых глубинах. А еще на заводы, комбинаты, фабрики, гореть у печей, да гнуть спины у станков, – да, мальчики, очень нужны. Светлое, высокотехнологичное будущее, где роботы выполняют за человека всю грязную работу. Как же! Чушь. И дерьмо собачье! Ах, да, как раз дерьмо собачье. Это да. У каждого толстосума в современном мире теперь был дерьмобот, маленький робот, который катился за собачкой своего богатого хозяина и убирал экскременты его четвероногого друга. Вот так изысканно! А спускаться в клетке на глубину пять километров, и там откалывать куски угля, безжалостно отнимая его у природы, нет, найдется кто попроще. Для этого есть бедные людишки, рабочая раса, человеческая биомасса, которой не посчастливилось родиться в семье какого-нибудь денежного мешка, или влиятельного политика, и которым закрыт путь к вершинам: к просторным кабинетам, дорогим костюмам, кофебрейкам, и прочим атрибутам успешного человека. Умирать под очередным завалом, или сгорать заживо во время взрыва метана и угольной пыли, вот они, простые работяги и их дети, для этой работы подходили как никто лучше.

Нет, мир был очень современным и продвинутым: навороченные гаджеты, умопомрачительные девайсы с миллионом функций на борту, передовые технологии, все это было. Увы, это было не всегда и ни во всем. Не сказать, что добыча угля, например, велась уж совсем варварскими методами. Нет. Лопатами ямы не рыли, и угольные лазы бревнами не подпирали, были и современные технологии: дистанционные угольные комбайны, дроны, которые исследовали разработанные подземные участки, чтобы максимально снизить риски обрушения, были и авторизированные горные бригады, которыми управляли люди, в это самое время находящиеся на поверхности земли и сидящие перед экранами огромных мониторов. С помощью трехмерной графики создавались 3D-модели месторождений, подсчитывались запасы руды и строились разрезы земли в любом направлении. Это помогало специалистам с большой долей вероятности узнавать, где под землей самые богатые залежи и куда направлять машины. Активно использовались беспилотные машины для горной промышленности. Они были оснащены GPS-оборудованием и лазерными радарами. Они могли объезжать препятствия и самостоятельно производить разгрузку. Повсюду, в местах обнаружения полезных ископаемых, устанавливались высокотехнологичные буровые установки: человек закладывал в нее программу, со всем остальным машина справляется самостоятельно. Все это было, но… Глубина шахт с каждым годом опускалась все ниже и ниже, давно пройдя отметку некогда самой глубокой шахты в ЮАР[1], и современная техника на этих глубинах начала давать сбой, какие-то сраные магнитные поля, влияние ядра земли, и прочая чушь (как считал лично Олег, все дело было в том, что человеческий труд оказался намного дешевле, вот и все, – магнитные поля и ядра Земли, как же). Именно эти факторы, по заявлению ученых и инженеров, сделали использование высоких технологий практически невозможным, поэтому опять пришлось заполнять клети людишками в касках и коногонах, и спускать их вниз с отбойными молотками наперевес.

Туда, в самые глубины, и никак не наверх, там уже все было занято.

Именно осознание этого утопического положения и привело к тому, что недовольное племя подростков, взращенных в рабочих семьях, в возрасте от 15 до 20 лет, стали выходить на протестные митинги, требуя для себя таких же равных прав, такого же шанса достичь в этой жизни большего, чем кайло в руки и засаленную робу с каской на голове, что и для детей тех, кто оказался на социальной лестнице на десяток ступеней выше, как только был извлечен из материнской утробы.

Если ты сын шахтера, или сталевара, будь уверен, путь в высшие учебные заведения тебе завален огромным камнем, и вряд ли найдутся силы, способные его отвалить. Так же не мечтай и о хорошей работе на 125 этаже бизнес – квартала в сраном open space в окружении милых коллег, всегда готовых тебе мило улыбнуться…

Все это недовольство стало выплескиваться на улицы, зародившись в умах и сердцах молодежи, и конечно же в бетонных гаражах, где они собирались вначале, чтобы обсудить свой следующий шаг и место очередного митинга. Подростки просто хотели, чтобы им дали надежду, пусть маленькую, но все же. И что правительство? Ха! Неужели можно было надеяться, что все эти люди, которые запретили кучей всяких мерзких поправок к талмуду с надписью «Закон» на корешке, допускать детей рабочих и бедняков на учебу в высшие учебные заведения, занимать высокие посты и прочее, могут озаботиться этими протестными акциями и сказать, что-то типа: «Ах, как же мы плохо поступали все это время, давайте же все исправим, пусть эти бедные детки идут куда хотят, учатся где им вздумается, занимают самые высокие посты, вплоть до президента и благополучно управляют страной»? Да, все верно, конечно же нет! Кто же тогда будет отнимать у Земли остатки ее драгоценных ресурсов? Дорогостоящие машины, роботы? Вот еще, а кто будет убирать дерьмо за тощим йоркширским терьером, нагадившим на идеально постриженный газон в одном из закрытых зеленых кварталов? Вот и выходит, что для работы на шахтах и заводах есть мальчики и девочки из рабочих семей, которые очень нужны…

– Еще раз примите мои поздравления, мальчики нам очень нужны. – Слова доктора вновь вихрем пронеслись в голове Олега, подняв из глубин прошлого события двадцатилетней давности.

Протестные демонстрации вскоре, как это часто и бывает, переросли в вооруженные сопротивления, ну как вооруженные, палки, цепи, монтировки подростков, против репульсорных винтовок и электрошоковых ловушек бойцов спецназа, да нервнопаралитических периметров, которые сбрасывали прямо на головы демонстрантов летающие в небе тактические дроны. Это еще больше озлобило протестующих, и в ход пошли самодельные гранаты, бутылки с зажигательными смесями, вспыхнула революция, захлестнувшая весь мир!

«Подростковая революция», так ее окрестили средства массовой информации. Она продолжалась почти девять месяцев.

Олегу было на тот момент двенадцать, и он хорошо помнил те ужасающие события, которые развернулись перед его мальчишеским взором. Отряды МСБ, Мировой Службы Безопасности, жестоко расправлялись с повстанцами во всех уголках земли, своей решимостью давая понять, что никакого компромисса с обезумевшими, как заявило правительство, подростками не будет. Спустя полгода после того, как война была окончена, правительство в спешном режиме приняло «Закон об очистке». Они мигом состряпали заявление Всемирной Ассоциации Ученых о каком-то вирусе («ВАУ! Поразительно!»), который поразил умы бедных детей, в строго ограниченном возрасте от 15 до 20 лет. Этот самый вирус свел подростков с ума и бросил в это кровожадное горнило революции.

Закон об очистке, как твердили неустанно лабораторные крысы в белых халатах, был введен, чтобы в дальнейшем спасти детей от воздействий этого вируса, который носил название ПВ, если расшифровать, получалось Подростковый Вирус, просто и понятно.

Чтобы спасти подростков от ПВ, в человеческий плод, который еще находился в утробе матери, вводилось противоядие, специальная вакцина. Лекарство было любезно предоставлено всем детям. Бесплатно. В обязательном порядке. Какое избавление для всего человечества.

– Закон об очистке – наше спасение, – вещали с телеэкранов. – Он очистит всю нашу подрастающую поросль от этой жуткой болезни 22 века!..

И все вынуждены были это принять. Весь этот, как оказалось позже, бред.

Спустя десять лет, один из ученых, которые, якобы разрабатывали ту самую вакцину, вообразил себя блондинчиком Ассанжем[2] и слил в сеть информацию о том, что вся эта история с вирусом ПВ яйца выеденного не стоит, и на самом деле это был правительственный заказ. («ВАУ! Поразительно!»)

Речь шла о программировании людей. Профессор Филатов, так звали этого гения, который решил вывалить всю правду, бешено таращил глаза в своих стриминговых видео и постоянно оглядывался, как загнанный зверек. Из его уст звучали такие слова, как нейробиология, влияние на подсознание, внедрение специального гена, опыт на людях, эмбрион, плод…

Смысл его обращения сводился к тому, что, правительство, вскоре после начала подростковой революции, решило разработать ген внушения и подавления, и внедрить его в мозг детей. Этот ген должен был воздействовать на подсознание человека и программировать на определенные действия, в данном случае, скорее на бездействие. Человеку, в теле которого был внедрен это ген, внушалось несколько непреклонных истин:

(из видеообращения доктора Филатова)

– Правительство всегда право!

– Никаких возмущений против правительства, ведь все, что оно делает – только во благо!

– Довольствуйся тем, что имеешь, никаких протестов и демонстраций против правительства!..

Вот, что теперь сидит глубоко в подсознании каждого ребенка, подвергнувшегося воздействию Закона об очистке, – вздыхал Филатов, покусывая истрескавшиеся губы. – И я тоже в этом виноват, я это сделал своими руками.

Именно эта информация содержалась внутри этого гена, и именно эти неоспоримые истины селились в голове человека, против которых он даже и не думал ничего делать. Вот такая вот свобода воли. Вот такой вот человек появлялся на свет. По образу и подобию? Как же, наука, генная инженерия и правительство надругались над этим понятием в самом извращенном смысле.

Ген внушения помещался в плод ребенка.

Почему именно в плод? Это профессор Филатов тоже пояснил. Все очень просто, в любом другом возрасте ген не приживался. Он попросту не принимался организмом, происходило отторжение, которое приводило к воспалению головного мозга, кровоизлиянию, отеку, отмиранию клеток и летальному исходу испытуемого. О том, какое количество таких вот испытуемых погибло он не говорил, но учитывая, что они проводили испытания на людях самого разного возраста, видимо не мало.

Опытным путем был установлен самый оптимальный возраст для внедрения гена в тело человека, и не просто человека, а именно плода. Начало третьего триместра: в период с 31 по 33 неделю (более точное время устанавливал личный врач пациента). Профессор пояснял, что формирование органов на этом сроке уже полностью завершается, но еще и не отторгает новый ген (внедрение в более ранние, или более поздние сроки тоже приводили к неудаче). С помощью современного высокоточного оборудования, через живот матери, ген доставлялся прямиком в плод ребенка.

– Заходите, чувствуйте себя, как дома!

И он себя так и чувствовал, становясь неотъемлемой частью ребенка, взрастая вместе с ним, и действуя своими установками на его подсознание.

Браво, доктор Филатов, вы на многое открыли нам глаза!

Очень скоро тело доктора было найдено, на помойке в одной из наркотрущоб. Сообщили, что Филатов давно страдал нервным расстройством, что привело к тому, что он подсел на наркотики, и вполне логично к передозировке и его смерти. Но он был гениальным ученым, правда спятившим, печалились его собраться из научного сообщества.

Прощайте, доктор Филатов, вы пытались открыть нам глаза!

Правительство отрицало слова профессора, да вскоре махнуло рукой, и заявило, что Закон об очистке никто отменять не будет, он принят только во благо всех жителей земли, и не позволяет ввергнуть ее в пучину хаоса и бесконечных войн. Вот так правительство в очередной раз поимело свое население, и даже не поморщилось. А что, идеальное общество, которое ничему не возмущается, довольствуется тем, что имеет, и никогда ни в чем не обвиняет правительство.

Демонстрации, революция, война, вирус, закон об очистке, – все это пронеслось в голове Олега за считанные секунды.

– … дорогой, что с тобой? – Словно голос из другой жизни. Но очень знакомый.

Олег вновь вернулся в стерильный кабинет, где он в упор смотрел на свое отражение в мониторе. Он заметил, как его лицо превратилось в оскал, подобие человека, и невольно мотнул головой, чтобы сбросить эту гримасу. Он спешно перевел свой взгляд с отражения в мониторе и посмотрел на Арину, которая лежала на кушетке. Длинные темные волосы, непослушными кудряшками разметались по подушке, большие карие глаза распахнулись еще больше, и взирали на Олега.

– Дорогой, ты где-то далеко, – улыбнулась Арина. – Доктор спрашивает, на какое число нас записать?

– Число? – переспросил Олег.

– Да. Наш срок с 23 по 27 октября.

– Не торопитесь, подумайте, все-таки это важное событие, – любезно вмешалась доктор.

У Олега возникло желание ее ударить.

– Я думаю 25, – немного подумав, ответил Олег. – Дорогая, что скажешь, 25 тебе как?

– Хорошо. – Арина кивнула.

Олег протянул руку и помог жене встать с кровати.

– Вот и отлично, значит я вас жду двадцать пятого, в половине двенадцатого. Напоминание вам будет приходить каждый вечер, начиная с пятого октября, чтобы вы не забыли.

– Мы не забудем, – и Олег растянулся в улыбке.

Он не забыл. Олег думал об этом каждый день…

2.

Прошел месяц. Была поздняя ночь и дождь крупными каплями стучал в окно.

Олег вскочил с кровати. Ему казалось, что он кричал. И довольно громко. Он повернул голову и посмотрел на Арину. Она все еще спала, а не смотрела на него испуганными глазами. Значит кричал он только в своем кошмарном сне. И кричал громко. Олег осторожно выбрался из-под одеяла и пробрался в ванную комнату, там он включил свет и подошел к зеркалу. Оно служило и информационным и демонстрационным монитором не только внешнего облика (как это было в прошлые века), но и частично внутреннего содержания того, кто к нему подходил.

Олег провел тыльной стороной ладони по тускло мигающему датчику, который был установлен у него в районе солнечного сплетения. Крошечная точка, слабо пульсировала, подсвеченная синим неоном.

– Активировать СМ 02-39, – тихо сказала Олег.

СМ – система мониторинга. Всем рабочим на шахте были установлены такие СМ, пожалуй, то немногое, что государство даровало населению бесплатно. Цифры, следующие после аббревиатуры, служили номерным кодом человека, в организм которого она была установлена.

02-39 – таким был код Олега Савельева, присвоенный им организацией «Шахтная Угольная Развивающая Федерация», сокращенно ШУРФ. Эти цифры, равно, как и микрочип в груди, он получил восемь лет назад, когда его приняли на работу в качестве горнорабочего очистного забоя на одну из шахт федерации. «Восток Пласт – 12 бис», такое название носила шахта, где последние годы Олег почти каждый день спускался в железной клетке с другими рабочими по забетонированному стволу вниз, чтобы загрузить ненасытные вагонетки кусками черного золота. За эти годы он поднялся, если так было уместно сказать о том, кто всегда опускался, от простого шахтера до бригадира, собственно вершина карьеры.

Так вот, подобные системы устанавливались компанией, чтобы отслеживать показатели организма человека, мониторить состояние его здоровья. Переживали? Это вряд ли. Они следили, чтобы никто не брал «левые» больничные, а еще, уж Олег это знал точно, чтобы вовремя вышвырнуть с работы того, чье здоровье уже начинало подводить, конкретно так подводить. Никто не хотел выплачивать больничные по страховке, поэтому придумывали повод, увольняли человека, и предоставляли ему возможность самостоятельно сражаться за свое здоровье и бороться с нажитыми болезнями.

Было у системы мониторинга еще несколько маленьких приятных бонусов, так сказать, плюшек для пользователя. Кроме вышеупомянутой возможности отслеживать показатели жизнеобеспечения, можно было, например, просмотреть в режиме записи сон, увиденный ночью. Вкусная плюшка, не правда ли?

Олег как раз собирался ей и воспользоваться.

На зеркальной глади, в левом верхнем углу появился аватар Олега, две скрещенные кирки, а по центру надпись: «Олег, приветствую!»

– Привет, – угрюмо кивнул Олег.

Он прижал большой палец к мерцающей точке на груди, и надпись на зеркале сменило всплывшее меню. Олег пролистал его, и остановился на пункте СОН, после чего выбрал дату: 23. 08. 2219.

Олег не помнил свой ночной кошмар в деталях, но твердо знал одно, это точно был кошмар, и ему нужно его увидеть. Он обернулся, чтобы убедиться, что дверь в ванную комнату закрыта. Закрыта.

– Ладно, я хочу увидеть это.

Он коснулся указательным пальцем застывший треугольник на зеркале, и запустил видеозапись своего ночного сна.

Всё пространство зеркала, которое превратилось в данный момент в плазменную панель, занял снимок эмбриона. Выпученные глаза человеческого зародыша пристально смотрели на Олега, затем один из них подмигнул, а потом в кадре появилась доктор Строкина, и улыбнувшись, на этот раз гнилыми зубами, весело сообщила:

– Поздравляю, у вас будет очередной болванчик!

Рядом появилась Арина, она развела руками:

– Ну что, закон есть закон, зато он здоровый, врач сказала, что никаких патологий не выявлено.

– Никаких патологий, папаша, – подтвердила врач. – Хоть завтра можно в забой, ха-ха-ха!

Она запрокинула голову и принялась громко хохотать, к ней присоединилась Арина. Его жена тоже смеялась, вот только с глаз ее капали слезы.

На мгновение экран потемнел, после чего вновь его заняло изображение плода. Он плавал в жидкости, а от его тельца тянулась пуповина, исчезая за кадром. Ребенок выглядел очень умиротворенным, он чувствовал себя в безопасности. В этот момент, откуда-то сверху, гелеобразную жидкость прорезал тонкий красный луч. Ребенок стал нервно подрагивать ножками. Луч блуждал в поисках, пока наконец не остановился на плоде. Он скользнул по еще не сформированному полностью телу, и замер на верхушке головы, прямо на темечке. Ребенок замер, растопырив неуклюже руки и ноги. Луч немного расширился в диаметре, и Олег увидел, как по нему медленно спускается черная точка. Малыш сдал дергать руками, сжимая в конвульсиях пальцы. Точка медленно приближалась к голове. Еще мгновение и черная точка исчезла в голове ребенка, тот изогнулся всем своим тельцем и замер. Прошло несколько секунд… Безумно долгих секунд… Наконец ребенок зашевелился. Он протянул руки к пуповине, крепко сжал ее, и с силой потянул в разные стороны. Раздался хлопок, и она разорвалась. Олег сдавил руками рот, чтобы подавить рвущийся крик. Он продолжал смотреть на экран зеркала. Край пуповины, тянущийся от эмбриона безвольно повис, оборванные края безжизненно колыхались в потоках околоплодных вод.

Экран вновь погас. Но вновь ожил. На этот раз это была демонстрация, которая надвигалась издалека. Только то была не толпа возмущенных людей, то была толпа человеческих эмбрионов с выкатившимися стеклянными глазами, которая вышагивала по дороге с транспарантами в маленьких ручонках, и первым в этой зародышевой массе вышагивал его будущий сын. Олег его сразу узнал, хоть он и не сильно отличался от остальных. Они монотонно выкрикивали одну и тут же фразу, которая была аналогична надписям на плакатах:

– Правительство всегда право!!! Правительство всегда право!!!

Демонстрация приближалась все ближе и ближе, еще шаг, и они затопчут Олега. Он зажмурил глаза…

И на этом сон оборвался. Видеозапись закончилась, и ее место заняла надпись:

ПОВТОРИТЬ ВИДЕО?

ДА и НЕТ

Олег тупо смотрел в зеркало, но казалось, что смотрит сквозь него. Не удивительно, что ему показалось, что он вопил на всю квартиру. Олег нажал на мерцающий круг в центре груди, и панель меню исчезла с зеркала. До рассвета оставалось несколько часов, нужно было попытаться еще поспать. Впереди был тяжелый рабочий день.

Олег выключил в ванной комнате свет, вернулся в комнату, осторожно нырнул под одеяло и прижался к жене. До утра он так больше и не заснул.

3.

08. 37 (Утро: шахта «Восток Пласт 12 – бис»)

Олег вместе со своей бригадой продвигались вдоль забоя. Свет их неоновых фонарей, установленных на касках, освещал им путь, разгоняя полумрак угольной пещеры. Здесь еще не успели установить стационарное освещение, таковое закончилось метров двадцать назад. Бригаде Олега нужно было сделать несколько сколов, затем подогнать сюда управляемую вагонетку, погрузить уголь и затем отправить ее на анализ в передвижную лабораторию, которая располагалась на этом горизонте, чтобы убедиться в качестве разрабатываемой в этой части тоннеля горной руды. После этого сюда проложат светодиодные ленты и железнодорожные рельсы, укрепят стены и потолки, и начнется полномасштабная добыча угля. Но Олега заверили, что временное укрепление в этой части горной разработки хоть и временное, но вполне надежное.

– Твою ж мать, 22 век на дворе, а мы все еще шорхаемся в потемках с этими примитивными молоточками в руках, – подал голос Николай, бородатый мужлан со свернутым набок носом.

– Если бы не эти потемки, каким бы ты хреном себе на кусок хлеба зарабатывал? – пробурчал в ответ Денис. Он был самым опытным шахтером во всей бригаде Олега.

Тридцать лет под землей, пережил четыре взрыва и два обрушения. Он был невысокого роста, но его огромные ручищи с лихвой это компенсировали. Желающих встать у него на пути находилось не так много, а те, кто имел такую неосторожность, как правило, запоминали эту встречу надолго.

– Вот-вот, и жена твоя у меня часто спрашивает, почему у тебя такой примитивный молоточек в руках? – гоготнул Антон, вечный остряк и шутник в бригаде Олега.

– Твоя жена не жаловалась, – отшутился Николай.

– Парни, парни, кончайте треп. – Олег похлопал Николая по плечу, хоть и сам едва сдерживал смех.

Чуть поодаль держался «молодняк». Они были в бригаде чуть больше месяца. Сергей, Давид и Роман. Все трое были из семей шахтеров, что собственно было и не удивительно. Самому старшему из них, Сергею, едва исполнилось двадцать. Давиду и Роману было по восемнадцать. Все трое подверглись действию Закона об очистке. Все трое были носителями гена внушения.

* * *

Тех, кто подвергся «очистке» называли «болванчиками». Нет, они были вполне себе приличными парнями, шутили, выпивали, заводили семьи, женились – разводились, вроде бы все как у всех… по большей части… Был один у них маленький червячок, который изгрызал это спелое яблоко изнутри. Червячок по имени «полное отсутствие воли по отношению правительства»! Да, вот такое длинное имя у червячка, ха-ха. Они поддерживали власть абсолютно во всем. Все решения правительства: плохие, хорошие, ужасные, кошмарные… ВСЕ решения они принимали спокойно. Не говорили на кухне о том, какие же продажные ублюдки сидят в правительстве, не трепали о том, что власть только и думает о том, как набить себе брюхо и карманы, не возмущались тем, что этим зажравшимся народным избранникам плевать на народ. И уж тем более речь не шла о том, чтобы они настолько возмутились очередным законом, или очередной пенсионной реформой, чтобы выйти на митинг, или устраивать протестные демонстрации. НЕТ, об этом не могло быть и речи. Ген внушения делал свое подленькое дельце.

Богатые ублюдки и власть имущие могли спать спокойно!

* * *

08. 49

В забое раздался свист.

– Какого хрена, придурок? – Отозвался Николай и развернулся к Сергею, который почему-то решил поупражняться в художественном свисте. – Ты не нашел себе другого места, чтобы свистеть?

Денис только покачал головой. Свистеть в шахте считалось плохой приметой. Сергей ничего не ответил. Эти трое вообще мало говорили.

09. 11

Денис подошел к Олегу, и сообщил, что у него плохое предчувствие.

– Что-то здесь не так, – сказал он.

– Что? – спросил Олег.

– Нутром чую, что-то не так.

А через пять минут они увидели, как в глубине тупикового забоя, по которому они двигались, обвалился огромный кусок породы.

– Бежим!!! – Заорал Олег.

09. 13

В забое произошел обвал. Ничего сверхъестественного (не смотря на свист Сергея, конечно же). Случилось вот что: обрушение пород кровли. Согласно статистике, более 50 процентов трагедий на шахтах случались именно вследствие обрушений. Сложнее всего было то, что таковые обрушение были по большей части непрогнозируемыми. Даже при наличии новых технологий, которые позволяли избегать взрывов метана, предсказать и избежать обрушений было практически невозможно. Это происходило при резких выбросах угля, или при увеличении горного давления, но иногда, виной всему были нарушения условий крепления выработок, который не соответствовали горно-геологическим условиям. Причиной, конечно же, в таких условиях было желание сэкономить и заработать больше денег.

В последние годы все шахты приобрели государственный статус, и за безопасность шахт отвечало именно государство и управление Шахтного Контроля.

В девять часов и тринадцать минут утра, авария, которая произошли на шахте «Восток Пласт 12 – бис», случилось из-за того, что этот самый шахтный контроль не учел особенности горно-геологических условий разрабатываемого горизонта, где оказалась бригада Олега. Когда они отправились на добычу угольной пробы, перекрытия, установленные в выработке, не выдержали угольного давления, и рухнули. Олег и его бригада чудом успели выскочить из тоннеля, оставшись в живых.

– Твари, сволочи, лишь бы нажиться, сраное государство, на всех им плевать!!!

Олег, Антон, Денис и больше всех Николай не стеснялись в выражениях в адрес правительства, которое должно было следить за безопасностью в шахтах. Сергей, Давид и Артем, напротив, утверждали, что правительство здесь ни при чем. И не просто утверждали, но и доложили о возмущении коллег начальству шахты. Последствия не заставили себя долго ждать.

10. 21

Бригада Олег вышла на поверхность. Все были живы и невредимы.

11. 56

Олега и его бригаду, за исключением «болванчиков», лишили премии с занесением выговора в личное дело с пометкой: «высказывали недовольство в адрес правительства».

4.

Олег наполнил стакан очередной порцией дешевого пойла, которое они заказали с парнями из его бригады. Не со всеми парнями из его бригады. Они сидели в небольшом шахтерском пабе под названием «Крепкий обушок[3]».

– Сраные уроды, – возмущался Николай. – Отбойник им в зад, нет, и что теперь прикажешь делать? У меня эта премия была расписана до гребаной копейки.

– Просто выпей, и порадуйся, что остался жив, – спокойно произнес Денис.

– Я рад, что по мне не видно? – огрызнулся Николай, демонстративно оскалив зубы.

Антон поднял стакан, но он так и замер в его руке.

– Вот же ж… – только и сказал он, глядя на дверь в бар.

Николай проследил за взглядом Антона.

– Ну надо же! – оскалился он, залпом опрокинул стакан и громко ударил им по столу.

Олег тоже обернулся. Только этого сейчас не хватало. В бар вошли Сергей, Давид и Роман.

– Парни, парни, вас угостить? – Спросил Николай. Особой любезности в его голосе не было.

– Коля, – попытался остановить его Олег.

– Я спокоен, начальник, – отрапортовал Николай и вышел из-за стола.

– Ох, – вздохнул Денис и положил на стол два своих огромных кулака. – Зря они пришли.

– Ну что, довольны? Выслужились? Прогнулись, подставили зад? – Николай сдвинул брови и сверлил глазами «болванчиков». – А может вам выписать премию? А, что скажите, нашу, сука, премию, которую мы уже не получим, что скажите?

– Давайте просто посидим, – предложил Антон.

Его слова не были услышаны. Николай направился прямиком к Сергею и его друзьям. Олег посмотрел на Дениса, тот опять вздохнул и покачал головой.

– Что, язык не держался, обязательно было им размахивать во все стороны? Да? Ну что пялитесь, ублюдки, вам поди насрать на то, чем кормить семью, чем платить за их страховку, да? – Николай надвигался, как туча, готовая разразиться не только громом и молнией.

Из-за соседнего столика поднялся высокий парень в черной толстовке.

– Эй, мужик, оставь их в покое, мы все здесь, чтобы пропустить по стаканчику, не больше. Работа, есть работа, ты так думаешь, а мы так.

Олег узнал парня, это был Андрей, тоже из шахтерской семьи, работал газоспасателем, да, и тоже из тех, кто подвергся очистке.

– А, так ты один из этих, да? Сядь, недоносок! – огрызнулся Николай. – И заткнись.

– Если вам что-то не нравится, это не значит, что все вокруг виноваты, тем более правительство, оно и так делает для нас все, что может, – включился в развитие сюжета Сергей, который уже подошел вместе с Давидом и Романом к столику, где сидел Олег.

– Все для нас, значит, ублюдок?

– Да, – ответил спокойно Сергей.

Не стоило. Возможно Николай этого и ждал.

– Завали хлебало, ссыкло!

Он рванул вперед, чтобы сцепиться с Сергеем, но Андрей, который вмешался в спор, оказался быстрее. Он присел, согнул руку, и ударил набегающего Николая локтем в подбородок.

БАХ!

Удар вышел сильным и резким. Николя отбросило в сторону.

– Твою ж мать! – Рявкнул Денис.

Он в один миг превратился в настоящего бойца, а не шахтера, который тридцать лет провел в забое. Денис подбежал к Андрею, нырнул ему под руку, обхватил его, сжал, и швырнул через себя, громыхнув им об пол. Сергей рванул вперед и в это время у него на пути вырос Олег. Он перехватил его руку, заломил, схватил Сергея за вырез футболки, и притянул его к себе.

– Слушай ты, кусок говна, я сейчас допью то, что осталось в моем стакане, попрощаюсь с парнями, выйду из-за стола, и пойду домой, но, если, я все еще буду лицезреть здесь тебя, и твоих дружков дебилов, я внесу изменения в свой план, и тебе эти изменения очень не понравятся. Ты меня понял?

Андрей в это время поднялся с пола, ощупывая рукой разбитую губу. За спиной Сергея стояли Давид и Роман. Со стороны Олега выросла маленькая дивизия в лице Дениса, Антона и Николая, который уже отошел от полученного удара. Они стояли со стиснутыми кулаками и готовы были броситься в кулачную рубку, стоило Олегу повести бровью. Сергей трусливо выглянул из-за широких плеч Олега. Ситуация была явно не в пользу молодых болванчиков. Поддатое мужичье, закаленное десятилетними вибрациями отбойников, которые приходилось удерживать в руках, с легкостью могло разорвать их на части. Сдерживал их только Олег, все еще крепко удерживающий края его футболки. Выбор был очевиден. Сергей вскинул руки.

– Все, все… Я понял, отпусти.

Олег ослабил хватку, разжал пальцы и разгладил края его футболки.

– Я думаю, вам надо сегодня поискать другой бар, согласен?

– Да.

– Хорошего вам вечера, – сказал Олег.

– И вам. – Сергей кивнул своим парням, и они покинули бар.

– Да, валите на хрен отсюда, чмошники! – Поторопил их Николай.

Как только Сергей с парнями покинул бар, еще пару минут шахтеры косились на дверь, а потом вновь уселись за свой столик. Бармен сделал звук телевизора громче, кто-то продолжил пить, кто-то обсуждал поведение молодых парней, кто-то перемывал кости продажным ублюдкам, сидящих у власти, почти обычный день в шахтерском пабе.

– Нет, ну какого хера?! – разразился Николай.

Олег жестом остановил поток ругательств.

– А ведь по сути они не виноваты, – пространно заметил Олег.

– Чего?! – Не понял Николай.

– Все это, не их вина.

– А чья? Моя, что ли? – Гоготнул Николай.

ПИКДЗИНЬ!

На телефон Олега пришло звуковое сообщение. Он посмотрел на экран.

Уважаемая семья Савельевых, напоминаем, что 25 октября, ровно в 11. 30 Вас ожидают на процедуре очистки по адресу: Стрельнический переулок, 49.

Всего хорошего Вам, и Вашей семье!

Администрация родильного отделения больницы № 23.

Олег несколько раз пробежал глазами сообщение. Николай и Антон о чем-то спорили, и только Денис заметил, как изменилось лицо его начальника.

– Забей, – предложил он.

– Даже не знаю, Денис, радость это, или уже нет?

– Когда?

– Через десять дней. Через десять дней мой будущий сын станет таким, как эти дебилы. Понимаешь, он станет таким, как Сергей и все остальные «болванчики» вокруг.

Олег обхватил голову руками.

– Послушай… – начал Денис.

– Не начинай, я все понимаю. Я хочу этого ребенка, я понимаю, что все дети такие, что уже ничего изменить нельзя…

– Ну… – сказал Денис.

В этом «ну» было многое, и Олег это уловил.

– Выпьем! – предложил Николай.

Они разлили, выпили, и Олег вернулся к Денису.

– Что значит твое «ну»?

– А то и значит… Ничего не обещаю, но, возможно, есть люди, которые могут помочь.

– Помочь?

– Да, хочешь, чтобы твой сын думал своей башкой?

– Больше всего на свете.

– Тогда слушай.

5.

Спустя три дня, и ровно столько же напоминаний о предстоящей процедуре «очистки», Олег понял, что уже давно все решил, еще в тот самый день, когда врач поздравила его с тем, что у них с Ариной будет сын. Только тогда он еще не знал, что будет делать, а сейчас у него забрезжила, хоть и крохотная, но надежда.

Денис рассказал ему в тот день, в баре, когда они сцепились с Сергеем и «болванчиками», о том, что он однажды обратился за помощью к девушке по имени Лана, которая обитала в пиратском квартале. Она помогла Денису, установила ворованный киберпротез на ногу его сыну. Он потерял ногу во время теракта в центре города. Со слов Дениса она могла все, и он слышал, что Лана когда-то занималась «переформатированием» детского эмбриона.

– Чего? – Спросил тогда в баре Олег.

– Точно не знаю, но она та, кто может помочь спасти твоего сына. Ты хочешь, чтобы он был твоим сыном?

– Больше всего на свете.

– Тогда иди к ней. Я слышал, что ей удалось забить на закон об очистке.

– Но как?

– Не знаю, но ты можешь узнать. Возможно, это твой единственный шанс.

И Олег считал этот шанс более, чем достаточным. Первое, что он должен был сделать, это отправиться в пиратские кварталы, и встретиться с Ланой…

* * *

Пиратские кварталы являли собой не особо приветливое зрелище. Они разительно отличались от зеленых кварталов, вход в которые был доступен только по спецпропускам. Сюда же мог попасть любой желающий, и они были: кто-то хотел коды к кабельному телевидению, кто-то хотел переписать свою кредитную историю, кто-то хотел установить ворованный киберпротез, или приобрести какой-то новомодный гаджет по приемлемым ценам.

Олег стоял у полуразваленной парадной, где на ступеньках стояли несколько парней со старомодными помповыми ружьями наперевес. Здесь время вообще казалось остановилось еще пару столетий назад и будущим и не пахло. Это только на первый взгляд. Олег прекрасно знал, что там, в недрах этого приземистого двухэтажного здания, как и в недрах земли, скрывалось очень полезное ископаемое. Как надеялся Олег, полезное для него.

– Ё, чел, ты поглазеть, или по делу? – Один из громил, с бритой головой, подался вперед и вскинул ружье.

Олег поднял руки.

– Мне нужна Лана.

– Всем нужна, придурок, слинял бы ты отсюда.

– Я хочу заказать услугу.

Бритый кивнул парню в серой толстовке и черной бейсболке, тот забросил ружье на плечо и спустился со ступенек к Олегу.

– Если ты сраный федерал, то можешь рассчитывать только на одну услугу, ритуальную, – продолжил лысый громила. Остальные с радостью заржали, подхватив шуточку.

Парень в толстовке ткнул дулом ружья в живот Олега и приподнял край его зеленого свитера.

– Без резких движений, если не хочешь пару новых дыр в своей тупой башке, – прокомментировал лысый, и двое других парней, которые оставались стоять рядом с ним, прижали щеки к прикладам своих винтовок.

Олег задрал свитер и медленно обернулся вокруг своей оси.

– Это что? – его досмотрщик ткнул дулом в мигающую точку на груди.

– Система мониторинга.

– Чья?

– Установили на шахте, стандартная комплектация.

– Сейчас проверим.

Парень в бейсболке опустил ружье и достал из кармана небольшое устройство с маленьким экраном. Сперва он направил экран на грудь Олега, подержал несколько секунд, а затем развернул к себе.

– И? – поинтересовался бритый бугай.

– Олег Савельев, СМ 02 – 39. Шахта «Восток Пласт – 12 бис». – После этого он внимательно посмотрел на Олега, затем развернулся и кивнул.

– Хорошо, 12 бис, давай сюда, – махнул с крыльца бритый бугай.

Через несколько минут и полсотни ступенек, Олег в компании парня в бейсболки и лысого охранника оказались перед огромной хромированной дверью внутри мрачного и неприветливого здания. Парень в бейсболки ткнул большим пальцем в маленькую панельку справа от двери, после чего оскалился в улыбке:

– Пришли заказать услугу.

– Все чисто, – добавил лысый громила.

Дверь подалась вперед и бесшумного отъехала в сторону. Трио в полном составе зашло внутрь, и дверь так же тихо за ними закрылась. Олегу предстало довольно яркое зрелище, которое никак не вязалось с тем, что он видел снаружи. Огромное помещение светилось десятками мониторов и неоновой подсветкой, которая протянулась вдоль всех стен, с потолка свисали раритетные лампы накаливания. Несколько потрепанных кожаных диванов, пара глубоких кресел, в углу возвышался большой автомат с едой и напитками, в центре комнаты стояла барная стойка, за которой упражнялась девушка лет двадцати пяти, с длинными темными волосами, забранными в пучок. На ней была темно-синяя футболка с длинными рукавами. Она ловко орудовала шейкером, очевидно взбивая какой-то коктейль. Она кивком пригласил Олега подойти к ней. Бритый громила похлопал его по плечу, очевидно давая свое отеческое благословение на этот шаг. Олег подошел к бару. Девушка открыла шейкер и перелила содержимое в высокий стакан, затем швырнула туда длинную трубочку, раскрыла коктейльный зонтик и отправила туда же, и закончила украшение несколькими ягодами ежевики.

– Пей, – улыбнулась девушка.

– Что это? – спросил Олег.

– Фруктово-овощной смузи, полный набор витаминов и минералов, все натуральное, – подмигнула она.

Олег пожал плечами, взял стакан, достал оттуда трубочку и зонтик, положил на стойку, подцепил пальцами ежевику, закинул в рот, и запил все это одним большим глотком, осушив все содержание стакана.

– Ну как? – Поинтересовалась девушка.

– Вкусно.

– Лана. – Девушка протянула руку.

– Олег.

Они обменялись рукопожатием. Не смотря на свои скромные параметры, рука у нее оказалась на удивление довольно цепкой и сильной.

– Ну, рассказывай, о какой услуге речь?

Они отошли от стойки. Лана плюхнулась на диван, Олег сел напротив, в одно из кресел.

– Мне нужна помощь, – начал Олег. – Я хочу спасти своего сына, 25 октября у него назначен процесс «очистки».

Глаза Ланы немного округлились, и она даже привстала. Олег понял, что с такой просьбой к ней еще никто не приходил, не смотря на слухи, с которыми поделился Денис.

* * *

Лана закусила губу, запрокинула голову и несколько секунд тупо смотрела в потолок, затем ее глаза сощурились, она вскочила с дивана, и щелкнула пальцами.

– Ты псих, но кое-что можно попробовать. – С этими словами она направилась к одному из мониторов.

Олег молча следил за манипуляциями девушки.

– Сраный закон об очистке, очередная хрень о том, чтобы сделать нашу жизни лучше. Полная чушь. – Подала она голос через пять минут. – Мир послушных овец и баранов, которых можно лишить всего, даже желания лучшей жизни, вот чего они хотят. Если бы они придумали, как внедрить в наши мозги это дерьмо, то уже бы все давно ходили со стеклянными глазами и дружно чеканили шаг.

Олег не мог не согласиться, но предпочел по-прежнему молчать.

– Вот!

Лана так неожиданно выкрикнула, что двое телохранителей, которые зашли вместе с Олегом в комнату, тут же вскинули свои ружья и нацелились на него.

– Мальчики, мальчики, все в порядке, – улыбнулась Лана. – Простые человеческие эмоции. Олег, тащи сюда свою задницу.

Манерами она не отличалась. Олегу это нравилось. Он встал с кресла и подошел к девушке.

– Вот, – повторила она, но на этот раз не так громко. – Это твой единственный шанс.

Лана ткнула пальцем в монитор. Весь экран занимало изображение какой-то полупрозрачной капсулы ярко-оранжевого цвета.

– И что это? Аспирин?

Лана оценила шутку и хохотнула.

– Да, сильная вещь, и от головы, и от задницы, и от гена внушения тоже подойдет, я уверена.

– А можно с этого места поподробнее?

Лана крутанулась на вращающемся стуле и оказалась напротив Олега.

– Это штука посильнее аспирина будет. Слышал что-нибудь о биологических наноботах?

– Да, каждое утро начинаю с этой хрени.

– Я так и знала, и мало кто знает. Секретная военная разработка.

– Старая добрая военная разработка, – закатил глаза Олег, словно сталкивался с подобным каждый день.

– Все очень просто, если не вдаваться в подробности.

– Да, давай подробности опустим.

– Эту малышку разработали для бойцов спецназа и ударных отрядов МСБ. Перед началом боевых активных действий, солдату в организм внедряется такой биобот. Он перемещается по организму человека, защищая его то внешних, так сказать раздражителей. Неважно, это может быть банальная простуда, вирус, воздействие химического оружия, ожег, даже пуля, если это не смертельное ранение. Биобот способен защитить организм практически от любого поражения. Раны заживляет – микробы изгоняет, а-ха, поэзия, однако! – Лана вновь хохотнула, очевидно, довольная своим маленьким двустишием. – Спустя сутки он самоуничтожается и разлагается в теле человека, чтобы не вызвать нежелательных реакций организма. Вот так, словно его и не было. – Она вновь крутнулась и клацнула по экрану, вместо капсулы на экране появилась надпись и изображение солдата с плазменным ружьем в руках.

Они защищают нас, а кто защитит их?

Она клацнула еще раз, и на экране рядом с солдатом появилось изображение крошечной капсулы, и новая надпись.

Биоботы. Солдаты защищают нас, биоботы защищают их!

– Вот так, – подвела итог Лана. – Предлагаю выпить еще по коктейлю.

Она встала и направилась к барной стойке. Олег, медленными шагами пошел следом.

– Если я правильно понимаю, если внедрить этого жука в тело моей жены в тот самый момент, когда ей введут ген внушения, он сможет его уничтожить, и никто ничего не узнает, а через сутки и сам растворится.

– Бинго, чувачок! – Присвистнула Лана и принялась колдовать над очередным коктейлем. – Добавить пару капель текилы?

– Пожалуй, – кивнул Олег.

Он уселся за высокий барный стул и принялся терпеливо ждать очередного коктейля. Лана быстро смешала напитки, бросила сверху кусочек лайма и выдавила пару капель какой-то мутно красной жидкости из высокой бутылки с колпачком-дозатором. В этот раз стаканов с коктейлем было два. Один она взяла себе, второй протянула Олегу.

– Будем, – отсалютовала она и они звонко стукнулись стеклянными бочками.

Они сделали по глотку.

– Как?

– Этот лучше.

– Текила творит чудеса, – сказала Лана. – А теперь, тебе пора задать главный вопрос, вижу ты уже для него созрел.

Она была права.

– Где достать эту сраную капсулу? – Олег пристально всматривалась в карие глаза девушки, которая ловко смешивала коктейли, и так же ловко управлялась со всей этой современной хренью.

– Скажу сразу, у меня ее нет.

– Вот же хрень, – выругался Олег, потом добавил. – Прости.

– Я тебя понимаю.

– Но… достать ее можно?

– Хм-м…

– Я готов на все, – поспешил заверить Олег. – Только скажи, денег у меня нет много, но, если надо, я достану.

– Да, деньги – это хорошо, вот только за бабки это вряд ли купишь. Но, если ты действительно готов на все, ради своего пацана…

– Готов, не сомневайся.

Лана сделал еще один небольшой глоток, поставила стакан на стойку и внимательно посмотрела на Олега.

– Есть только один шанс, тебе надо ограбить военную лабу.

Олег на мгновение завис, потом тоже отхлебнул из своего стакана.

– Допустим, а теперь поподробнее, дамочка.

Лана улыбнулась.

6.

– Ты рехнулся?! Тебя что, позавчера в забое по башке долбануло?

Денис, кряхтя и тяжело дыша, выполз из-под заднего колеса своего старенького мотоцикла и ткнул в сторону Олега промасленным ключом, которым он еще минуту назад затягивал гайки на своем байке.

Разговор Олега и Дениса Немова происходил в гараже последнего. Олег заявился к нему на следующий день, после того, как он встретился с Ланой в пиратском квартале.

– Ты мне сам посоветовал пойти именно к ней, – напомнил Олег.

– Да, твою мать, но я никак не думал, что она тебя надоумит на это безумие. Ладно, она баба, но у тебя ведь есть башка на плечах, есть? – И он вновь ткнул в своего бригадира ключом.

– Есть, поэтому и пришел к тебе, поэтому и решился на все это! – с нажимом сказал Олег.

– Видно точно долбануло.

– Так поможешь, или нет?

– Дай мне минуту.

Денис швырнул ключ в металлический ящик с инструментами, взял кусок тряпки, который свисал с мотоциклетного руля и вытер руки.

– Могу я еще раз все уточнить? Может ты послушаешь, так сказать со стороны, и сам от всего откажешься.

– Валяй, – махнул Олег. – Ну у тебя тут и бардак.

– Старался, – Денис достал из кармана мятую пачку сигарет, достал одну и закурил. – Итак, ты хочешь проникнуть в военную лабораторию и украсть оттуда, какую-то капсулу, которую протолкнут в твою жену, чтобы она попала в тело твоего ребенка, чтобы эта штука ликвидировала то дерьмо, которое в него захотят запихнуть вовремя процедуры очистки? – Денис на секунду остановился и посмотрел на Олега.

– Пока все верно, – кивнул тот.

– Ладно, тогда продолжим. Для этого, ты хочешь пробраться по канализационному пути к зданию лаборатории, заложить заряды под хранилище и взорвать его к чертям собачьим.

– Я не планирую взрыв такой силы. Мне нужно только, чтобы обвалился пол хранилища, – уточнил Олег.

– Не суть, – отмахнулся Денис. – При всем этом ты не планируешь остаться под этим завалом с дырками в животе и голове, а намерен преспокойно оттуда свалить.

– Насколько это будет возможно.

– Сука, это полное безумие.

– Спасибо, очень подбадривающие слова.

Денис принялся вышагивать по гаражу, лавируя между завалами из старого хлама, стеллажей и мебели, в виде пары стульев, прожженного дивана и большого деревянного стола. Наконец он немного успокоился и привалился на сиденье своего мотоцикла.

– Сколько ты уже с ним ковыряешься? – спросил Олег.

– Ооо, больше, чем я рассчитывал, – ответил Денис, хлопнув по бензобаку железного коня. – Вернемся к тебе, начальник. Ты хочешь, чтобы я дал тебе взрывчатку, и кое-что из шахтного оборудования? И почему ты решил…

– Я просто знаю, что у такого человека, как ты, просто обязана быть вся эта хрень. Ты тридцать лет впахиваешь на шахтах, да я руку отдам за то, что все это у тебя есть.

Олег подошел к Денису и сжал его плечо.

– Мне это надо, по-другому никак. Я не хочу, чтобы мой сын пополнил ряд этих зомби «болванчиков», слышишь, не хочу. Я хочу, чтобы он сам решал, что ему надо в этой жизни, с чем соглашаться, а с чем нет? Слышишь, сам, твою мать, сам!

– Верю, – ответил Денис.

В гараже повисла пауза, очевидно Денис раздумывал над своими дальнейшими действиями, наконец он опустил голову, посмотрел на пол гаража, сделал еще одну затяжку, бросил сигарету под ноги и затушил ее носком своего изодранного ботинка.

– Ладно, но если тебя с этим поймают…

– Не волнуйся, я тебя не выдам.

– Ну да, мне сразу стало легче, парень. Просто гора, мать твою, с плеч.

* * *

Через час Олег вышел из гаража Дениса с большой черно-красной сумкой на плече, она заметно оттягивала его плечо.

– Удачи, – сказал ему Денис, когда закрывал дверь гаража. – Береги себя, и пусть одним нормальным пацаном в нашем говёном мире станет больше.

– Спасибо, – ответил Олег.

В сумке лежало несколько шашек взрывчатки, той самой, которой они иногда делали подрывы горной породы в лавах, или на поверхности земли, когда формировали вертикальный ствол, который должен был вести вниз, к разным горизонтам будущей шахты. Так же был старый рабочий комбинезон, каска с фонарем, бурильный и отбойный молотки, электролебедка, пара обушков, монтировка, маленький лом, рукавицы и кислородный намордник, как называли шахтеры специальный респиратор.

Через час он был дома. Сумку Олег спрятал в кладовке.

7.

На телефон пришло очередное напоминание от администрации родильного отделения больницы № 23. Арина посмотрела на мужа, и вяло улыбнулась. От этого у Олега скрутило желудок, и совершенно пропал аппетит.

– Почему не ешь? – Спросила Арина.

– Да я уже наелся, – как можно непринуждённее ответил Олег. – Спасибо, было вкусно.

И в подтверждение, он улыбнулся, встал из-за стола и поцеловал жену в плечо. Она запрокинула голову, и он поцеловал ее в губы.

– Вот, теперь верю. – Арина тоже встала из-за стола, поправила халатик на своем животе, который уже был довольно большим, и принялась убирать со стола.

Олег помог.

– Может посмотрим фильм? – спросила Арина, когда покончила с мойкой посуды.

– Э, ты знаешь, совсем забыл тебе сказать, Коля предложил небольшую подработку…

– Сегодня? Вечером?

– Да, в порт прибывает корабль, нужно помочь с разгрузкой, у него там знакомый бригадир. Подкидывает периодически работенку. А что, деньги лишние нам теперь точно не помешают, – подмигнул Олег и положил руку на живот жены.

– Ну, это да… Просто ты же помнишь, завтра…

– Не волнуйся.

Олег наклонился, приложил ухо к животу.

– Эй, парень, это я, твой папаша. Слышишь меня?

– Ну, конечно же слышит.

– Все у тебя будет хорошо, я тебе обещаю.

– Тебя ждать, ты поздно будешь?

– Думаю да, так что ложись спать.

– Если засну.

В коридоре Арина поцеловала Олега, пожелала ему удачи. Он перекинул сумку через плечо, стараясь как мог не показывать того, насколько она тяжелая.

– До встречи, люблю вас.

Он наклонился, поцеловал животик жены, а потом и ее саму. Еще раз.

– Береги себя, и поосторожней там, знаю я твоего Колю, – скорее в шутку пригрозила Арина.

Дверь закрылась. Олегу предстояло сделать самый безумный, и самый опасный поступок в своей жизни. Но ведь он уже пообещал своему сыну.

Олег вышел из подъезда, оглянулся. Опять накрапывал дождь. Может и хорошо.

* * *

На пересечении Пиксельной аллеи и 34-й улицы Олег остановился, огляделся по сторонам и нырнул в темный проулок. Прошел вглубь, и укрылся за огромным мусорным прессовочным станком, который представлял собой огромный металлический куб с разинутой зубастой пастью из металлических клыков. Пресс-станок принимал в свое ненасытное жерло выброшенные отходы и тут же их перемалывал, стоило ему заглотить очередную порцию мусора. Именно здесь находился канализационный люк, через который Олег собирался спуститься вниз.

Олег раскрыл сумку и достал маленький ломик. Поддел край люка и надавил, тот со скрипом поддался. Привычный запах канализации, который, казалось, был неизменным, какой бы век не стоял на дворе, ударил в нос. Олег ухватил люк и отодвинул в сторону. Достал фонарь, включил и посветил вниз. Было не очень глубоко, метра три, но бросать сумку он не рискнул. Привязал к веревке и аккуратно спустил вниз, затем протиснулся в дыру, ухватился за край отверстия, свесился вниз и осторожно спрыгнул.

ХЛЮП!

Ноги по щиколотку нырнули в воду. Олег посмотрел вверх. Там высоко, черное небо расчертил зигзаг молнии, затем громыхнуло и дождь припустил с новой силой. Может и не очень хорошо, что люк оставался открытым, но с другой стороны, такой дождь, вряд ли кто-то будет шататься по темным углам рабочих кварталов и заглядывать в открытые люки. Олег подхватил сумку и прошел немного вперед, чтобы не мокнуть под каплями дождя. Ему необходимо было переодеться.

Олег натянул рабочий комбинезон, надел рукавицы и каску, потом кислородный респиратор, который был заряжен свежей капсулой, которой хватало на восемь часов. Дышать внутри этой зловонной канализации стало намного приятнее, да и узнать его теперь вряд ли бы кто-то смог. Он поднял руку, оттянул край рукавицы. На запястье был прибор, который ему вручила Лана. У него было настроено три функции: показать место расположения лаборатории и помещение хранилища, отыскать нужные капсулы, дать сигнал о своем местоположении, когда он будет с этими сраными капсулами дома. Всё. Большего и не требовалось.

Олег нажал на прибор, оттуда вырвалась красная точка, а перед ней длинная зеленая нитка, которая повисла в воздухе.

– Пора, – сам себе сказал Олег, перебросил сумку через плечо и зашагал по темному коридору канализационного тоннеля, освещая себе путь лучом фонаря, вмонтированного в каску.

ХЛЮП! ХЛЮП! ХЛЮП!

Олег следовал за зеленой ниткой, которую проецировал прибор Ланы прямо перед ним. Шел по дороге из мутной и вонючей жижи.

«Совсем не Элли[4], и далеко не желтые кирпичи», – подумал Олег.

Ему на мгновение представилось, что он идет к Гудвину, чтобы попросить у него помощи. Эту сказку ему в детстве читала бабушка, и именно сейчас почему-то она ему вспомнилась. Да уж. Олег меньше всего напоминал сейчас девочку Элли, скорее Страшилу. Да и не в Изумрудный город он направлялся, хотя чудо ему бы точно не помешало.

Он протопал минут сорок, и наконец в воздухе перед красной точкой выплыл финишный флажок. Олег остановился. Если верить навигатору, то он пришел. Олег провел рукой над изображением в воздухе, и проекция исчезла внутри маленького плоского прямоугольника, который располагался на запястье. Олег поднял голову. Грязь, ржавчина, трубы, бетон. Фундамент лаборатории. Ему предстояло пробурить несколько шпуров[5], чтобы заложить в них шашки динамита, которые он раздобыл у Дениса, а затем подорвать, чтобы обвалить пол хранилища. Потом, с помощью прибора на руке, он планировал отыскать заветные капсулы, взять их и свалить отсюда как можно дальше. Именно капсулЫ. Они договорились с Ланой, что его платой за услуги будут именно найденные капсул с биоботами, все, что ему удастся найти и забрать из лаборатории. После этого, он должен был как можно скорее вернуться домой, с помощью снотворного усыпить Арину и с помощью все того же прибора отправить сигнал, отследив который к нему приедет Лана со своими мордоворотами. Дальше она введет с помощью своих нано-срано штучек этот биобот в тело его будущего ребенка и дело будет сделано. На следующее утро они отправятся в отделение гинекологии, где милая женщина врач Лариса Строкина проведет процедуру «очистки», подсадит в плод ген внушения, который в свою очередь должен будет нейтрализован секретной разработкой военных ученых. Вот так. Звучит просто. Как будет на деле Олег не знал.

– Шаг за шагом, шаг за шагом, вот как все будет, – и он расстегнул замок спортивной сумки.

* * *

Миниатюрная электролебедка подняла на своей платформе Олега практически к потолку канализационного тоннеля. Встроенный в платформу датчик сработал и остановил свой подъем в нескольких сантиметрах от системы труб, змеившихся под потолком. Олег держал в руке бурильный молоток, в ногах стояла сумка. Чтобы избежать лишнего шума и вибрации он вставил в перфоратор специальный глушитель и пружинную виброзащиту на рукоятки. Для бурения все было готово. Олег смахнул с потолка паутину и слой грязи, опустил защитные очки, и пристроил к поверхности бетона кромку зубила из сверхпрочного композитного материала, после чего нажал на гашетку. Практически бесшумно отбойники принялся вдалбливаться в твердую поверхность. Подобную операцию Олег совершал последние годы довольно часто, когда оказывался на пятикилометровой глубине, только вместо тоннелей канализации были очистные забои шахты 12 – бис.

Россыпь бетонных крошек забарабанила по каске, очкам и промасленному комбинезону. Уже через час в потолке зияло шесть дыр, которые Олег симметрично пробил по периметру хранилища: четыре по углам и два по центру. Периодически он сверялся с показателями навигатора на своей руке. Главное, чтобы они был точными, иначе к нему в тоннель свалится какое-нибудь подсобное помещение с роботами уборщиками, пылесосами, швабрами и тряпками, а второго шанса для подрыва, ему вряд ли представится.

Олег положил в сумку перфоратор и достал оттуда шесть шашек динамита, которыми они довольно часто в шахтах подрывали пласты горной породы. По очереди он с маниакальной осторожностью, будто не делал этого никогда в жизни (но ведь сейчас и на кону стояло намного больше), заложил в каждое из отверстий по шашке динамита с минимальным количеством заряда, он не собирался взрывать все здание. После этого Олег соединил все шашки единым управляемым взрывателем, клацнул тумблером, и он ответил ярким зеленым свечением.

– Есть, – довольно прокомментировал Олег.

Теперь осталось заложить несколько зарядов в самом тоннеле. Электролебедка опустилась вниз. На стенах Олег пробурил еще несколько отверстий, куда также заложил динамит и присоединил их ко второму взрывателю. Эти шашки он планировал подорвать после того, как найдет нужные ему капсулы, чтобы отрезать путь его возможным преследователям. Небольшой завал должен был их задержать, а Олегу дать фору, чтобы он успел вернуться к люку возле мусорного пресса, и выскочить на поверхность.

Все было готово.

Олег взял сумку и отошел на несколько шагов в глубину тоннеля, подальше от места обрушения. Пора было начинать. В руке он сжимал взрыватель с двумя мигающими красными кнопками. За поясом у него были воткнуты два обушка, на всякий случай. Он не знал, что его будет ждать через минуту, но они могли понадобиться, как для того, чтобы что-то вскрыть, так и для схватки. Он щелкнул переключателем и кнопки на пульте сменили красный свет на зеленый. Верхняя кнопка активировала взрывчатки, заложенные под полом хранилища, нижняя – динамиты в стенах тоннеля.

Олег присел, и вжался в стену. Мгновение он сидел с закрытыми глазами, а потом его палец вдавил верхнюю кнопку на взрывателе.

БАХХАБАУНГ!!!!!

Звуковая волна прокатилась по тоннелю, обдав жаром инициатора взрыва. Огромные куски бетона с грохотом обвалились на пол, вместе с ними в тоннель посыпались ящики, стеллажи, металлические ячейки, столы и стулья. Все заволокло белым дымом. Со стороны все выглядело так, словно в большом картонном ящике с игрушками вывалилось дно, и они с шумом высыпались на пол. Огромная свалка из бетона и все того, что находилось в хранилище военной лаборатории. Благо у Олега был поисковый прибор, иначе он бы вряд ли отыскал биоботов в этом хаосе. Он поднялся и направился к последствиям своего подрыва. В это же мгновение заорала тревожная сирена. Не просто заорала, завопила. Олег включил прибор на руке и направил вырвавшийся из него луч в эту мешанину на дне тоннеля. Первые секунды ничего не происходило, и Олег занервничал, но уже в следующее мгновение прибор запищал, а луч опять превратился в зеленую змейку, которая указывала на металлический кейс, метрах в пяти от него, под сплющенным столом, который был придавлен искореженным стеллажом.

Вместе с этим Олег услышал голоса. Глупо было думать, что взрыв в хранилище ни привлечет никакого внимания. В зияющем проломе показалось несколько солдат. Олег рванул к чемодану.

– Что здесь произошло?

– Какого тут происходит?!

– Смотри, смотри!!! Вот он!

Солдаты в военном камуфляже орали сверху. Они толпились в дверном проеме, который, судя по всему вел в хранилище. Один из них, заметив в огромной дыре в полу фигуру в грязном комбинезоне, каске и респираторе, присел на колено и прижал к щеке приклад автомата.

– Не двигайся, ублюдок, буду стрелять!

Олег на ходу выхватил из-за пояса обушок, размахнулся и швырнул в солдата. Описав в воздухе широкую дугу кайло полосонуло плечо военного, и исчезло в проеме двери. Солдата завопил и рухнул на пол, успев несколько раз нажать курок, выпустив очередь.

БАНГГГГГБАНГБАНГГГГ!!!

Очередь ударила в нескольких сантиметрах от Олега, взрыв бетонные осколки, скользнула по металлическому столу, и ушла вверх.

– Валите его, парни! – закричал раненный.

Второй солдат, который стоял рядом с ним, шагнул чуть вперед, а третий наклонился к раненому, чтобы проверить его состояние. Олег был в шаге от заветного кейса. Он поднял голову и увидел лицо второго солдата. На вид тому было не больше двадцати. Красное лицо было усыпано веснушками. Он целился точно в Олега, врага, который проник на охраняемый объект. Военный объект. Сейчас прогремит выстрел, и Олег упадет с пробитой головой прямехонько на кейс с биоботами внутри.

Но, вместо выстрела, под ногами молодого солдата рухнул пол, увлекая его вниз, под обломки. Это был шанс. Олег метнулся в сторону, схватил кейс и бросился бежать. Не успел он сделать и пяти шагов, как что-то сшибло его с ног и придавило сверху. Это третий солдат, недолго думая, сиганул из разлома в полу хранилища вниз на убегающего террориста. Олег ударился лицом о бетонную глыбу. Защитные очки подломились и треснули, фонарь лопнул, нос хрустнул, а правую щеку обожгла острая боль. Зазубренный кусок металла распорол ему кожу на лице. От падения Олег раскинул руки и разжал пальцы, которые сжимали кейс. Тот отскочил в глубину тоннеля. Но сейчас было не до чемодана. Солдат мертвой хваткой вцепился в противника и вжимал его в обрушенные остатки бетонного пола.

– Тебе конец, придурок! – орал военный.

Олег напрягся, немного приподнялся, извернулся и ударил наотмашь. Очевидно попал, так как хватка ослабла. Олег рванул вперед, сбросив с себя своего противника.

– Стой!!!

Олег застыл и обернулся. Он ожидал увидеть в руках солдата оружие, но оно, очевидно, отлетело в сторону, когда тот сиганул вниз. Но в каком-то смысле военный был вооружен. Он держал в руках обломок металлического стула и медленно наступал.

– Срочно штурмовую бригаду в хранилище! У нас проникновение, да, мать вашу, проникновение! Срочно сюда, есть раненые! – заорал сверху первый солдат.

– Все, дебил, приехали, – процедил боец со стулом.

Олег попятился назад и достал из-за пояса второй обушок.

– Ты какого хрена сюда сунулся? – надвигался солдат.

– Просто дай мне уйти, я кое-что возьму и все, тут же исчезну. Никто не должен пострадать.

Попытка может и была хорошая, но безрезультатная: конечно же, его никто не собирался отпускать просто так.

– Сука, ты покойник!

Солдат сделал еще шаг, размахнулся и ударил. Олег успел уклониться от стула, замахнулся обушком, но нога поехала на рыхлом куске бетона, и она едва не упал. Солдат воспользовался моментом и ударил ногой в грудь своего врага. Олег упал на спину и тут же в него полетел обломок стула. Олег успел прижать голову к груди, и основной удар пришелся на каску. Благо она была крепкой и выдержала удар, хоть на мгновение в глазах Олега и потемнело. Солдат схватил кусок трубы, торчащей из кучи ящиков, замахнулся, и в этот момент Олег швырнул обушок. Его шахтерское оружие и в этот раз достигло цели. Кайло вошло чуть выше левого колена солдата. Тот взревел, схватился за рану и рухнул на землю. Олег вскочил на ноги, и краем глаза уловил у себя над головой движение. В дверях показались новые бойцы, судя по всему штурмовой отряд. Они были уже в касках и бронежилетах. Олег бросился изо всех сил в глубину тоннеля. Следом посыпались прожигающие лучи лазерных ружей.

Олег на ходу подхватил кейс и побежал к сумке, где лежал взрыватель. Вскоре в тоннеле показались его преследователи. Нужно было от них избавиться, иначе у него не было шансов от них уйти. Олег схватил взрыватель и нажал нижнюю кнопку.

БАБАХБАНГКРАХБАНКХ!!!!!!!!!!!!

Новый взрыв оглушил пространство тоннеля, и все заволокло стеной пыли, грязи и едкого дыма. План Олега сработал. Взрыв динамита спровоцировал обвал, и теперь его отделяла от бойцов спецназа месиво из бетона и камней.

– Вот так, мать вашу, выкусите! – заорал в возбуждении Олег.

Они не скоро смогут очистить себе путь, в этом он был уверен. Но медлить было все равно нельзя. Он открыл сумку, положил в нее кейс, закрыл, взвалил на плечо и под гулкие звуки сирены побежал по длинному коридору тоннеля.

* * *

Электролебедка подняла Олега прямо в отверстие оставленного им открытого люка. Там внизу, прежде, чем подняться на поверхность, он переоделся и бегло ощупал себя. Кровь из пореза в щеке не текла, уже хорошо, а вот нос скорее всего был сломан, и все, что прилегало к нему опухло и ужасно болело.

На улице было темно. Дождь по-прежнему шел, не так сильно, но заканчиваться явно не собирался. Олег огляделся, быстро собрал лебедку, спрятал в сумку, задвинул люк и вышел из-за мусорного пресса. Нужно было как можно скорее возвращаться домой. В эту ночь, это было еще далеко не все.

* * *

Олег аккуратно, стараясь не издавать лишнего шума, открыл дверь и вошел в квартиру.

– Дорогой, ты уже пришел? – Услышал он голос жены.

– Черт, – выругался тихо Олег.

Он надеялся, что Арина уже спала, и он смог бы спокойно принять душ и привести себя в порядок, воспользовавшись многофункциональной аптечкой, прежде, чем собирался вызвать к ним домой команду Ланы. Как оказалось, многое пошло не совсем так, как он планировал. Неважно. Кейс с биоботами был у него в руках.

– Да, милая, – отозвался Олег. – Только ты не нервничай, со мной все в порядке. – Предупредил он.

Вскоре в коридоре появилась Арина.

– Твою ж мать… – только и смогла выдавить она, когда увидела мужа.

Да, зрелище было далеко не из приятных. Глубокий порез на щеке с запекшейся полоской крови, сплюснутый нос, огромная лиловая гематома, которая расползалась по всему лицу, и с десяток мелких посечений.

– Ты что, в боях без правил участвовал? – охнула Арина.

– Почти, – отшутился Олег. – Видела бы ты моего противника, от него мокрого места не осталось.

– Что случилось?

– Треснул трос на погрузочном кране, и на нас свалилась огромная куча… эээ, одним словом нас немного придавило, – выдумал на ходу Олег.

– Немного? Все живы то?

– Да, слава Богу, все обошлось.

– Передай своему Коле, что я ему в следующий раз голову откручу.

– Не сомневаюсь. – Улыбнулся Олег, хоть и боль стреляла по всем направлениям, и очень точно. – Ты главное не переживай, дай мне десять минут, я в ванную, приведу себя в порядок.

Олег вместе с сумкой зашел в ванную комнату и включил воду.

– Тебе помощь не нужна?

– Нет, любимая, спасибо, я сам. – Ответил Олег, и открыл многофункциональную аптечку.

Он быстро привел себя в порядок, насколько это было возможно и вышел из ванной.

– Ну, теперь намного получше, – оценивающе сказала Арина.

– Пить хочу, – скривил кислую мину Олег. – Будешь со мной, обмоем мое чудесное спасение.

– Ладно, – согласилась Арина. – Никакого спиртного, – предостерегла она.

– Милая, только сок, только сок.

Олег пошел на кухню. В правой ладони он зажимал пилюлю с сильнодействующим снотворным. Он открыл холодильник, достал пакет с яблочным соком и налил его в два стакана, в один он предварительно бросил снотворное. Через пять минут он осторожно отнес спящую Арину на кровать, после чего отправил сигнал Лане. Еще через час она вместе с еще одной девицей и двумя увальнями, одним из них был бритый охранник, который его допрашивал в пиратском квартале, были у Олега дома.

– Я знала, что у тебя получится, – усмехнулась Лана, когда Олег протянул ей изрядно помятый кейс.

– Проще простого, – озарил он её синевой своей гематомы. – Теперь твой ход.

– Будь спок, – сказал Лана. – Не дадим твоему будущему пацану стать очередным «болванчиком».

Когда Арина проснулась утром, она все пыталась вспомнить, как она уснула, и как оказалась на кровати. Олег только пожимал плечами и поторапливал. Он ведь не хотел опоздать на процедуру «очистки».

8.

– Рада вас видеть. – Доктор Лариса Строкина одарила фальшивой улыбкой Арину и Олега.

Олег ответил тем же, хоть и хотел ударить кулаком по её фальшивым зубам.

– Это наш долг, – браво отрапортовал Олег.

– Что это с вами, может вам тоже следует показаться врачу? – Заботливо проворковала доктор Строкина.

– Производственная травма, небольшое происшествие в забое, – заготовленной фразой так же любезно ответил Олег.

– Что же, тогда приступим?

– Приступим, – кивнул Олег.

Он поцеловал Арину и остался ждать в коридоре. Процедура «очистки» заняла чуть больше двадцати минут.

– Вот и все, поздравляю еще раз. Всего хорошего вам и вашему будущему малышу. – Сказала доктор Строкина, провожая Олега и Арину.

– Большое спасибо, – просиял Олег.

– До свидания, доктор, – отчеканила Арина, без особого энтузиазма.

Чета Савельевых, которая должна была вскоре пополниться еще одним представителем их семейства, направилась к выходу из родильного отделения.

* * *

– Какого черта ты там лыбился этой докторше? – спросила Арина, когда они поднимались на лифте в свою квартиру на 36 этаже. – Она что, переписала на нас свой дом в одном из зеленых кварталов?

– Намного лучше, любимая, – и Олег подмигнул ей заплывшим правым глазом.

– Не вижу ничего смешного.

– Напротив, когда узнаешь, твое настроение резко изменится.

– И что же такое я должна узнать?

– Минутку терпения, – и он опять ей подмигнул.

Они вошли в квартиру, Олег пошел на кухню, а Арина отправилась в спальню, чтобы переодеться. Настроение у нее было паршивое.

– Арина! – позвал Олег.

– Ну, чего?

– Дорогая, можно тебя? Иди ко мне, я готов тебе кое-что рассказать. И, как я тебе и говорил, сейчас твое настроение заметно улучшится.

Он ей все рассказал. И ее настроение действительно улучшилось. Заметно улучшилось.

А ночью Олегу приснился сон. Прекрасный сон. Утром он его пересмотрел еще раз на экране зеркала в ванной комнате с помощью встроенной системы мониторинга. В этом сне они были на пикнике. Всей семьей. Олег, Арина и их сын. Они валялись на большом клетчатом пледе, ели яблоки, порезанные на ломтики, шутили и громко смеялись…

Конец.

– В оформлении обложки использована фотография автора Nathan Dumlao@nate_dumlao с https://unsplash.com/photos/EytWx3BOrwI

Примечания

1

Шахта в ЮАР – шахта в ЮАР, «Тау – Тона» («Золотой лев») более 4, 5 км (в этой шахте добывают золото).

2

Ассанжем – имеется в виду Джулиан Ассанж, австралийский интернет-журналист, который обнародовал в большом объеме материалы о коррупции в высших эшелонах власти.

3

Обушок – инструмент для добычи горных пород, представляет собой кайло, половина которого имеет форму молотка.

4

Элли – героиня сказочной повести А. М. Волкова «Волшебник Изумрудного города».

5

Шпур – искусственное углубление в твердой среде (горной породе, бетоне) диаметром до 75 мм и глубиной до 5 м. Применяются для размещения зарядов при взрывных работах.

Content

Огородник Олег Ярославович Хроники будущего. Поздравляю, у вас будет мальчик

Примечания