Ермек Әбілдахан

Реальность. Рассказ

Главное правило реальности – не запутаться в своих иллюзиях.

Доминик Кобб из фильма Кристофера Нолана «Начало».

12 июня 2021 года.

Рассвет над Алматы был ослепительной желтизны. Солнце медленно и верно поднималось над горизонтом, прогоняя темноту окутывающей прежде ночи и освещая все большие территории замечательного города. Была середина лета, и солнце еще успеет во всех красках напомнить о себе жителям южной столицы. Малому числу бедолаг, в частности, из-за необходимости идти на работу, удается увидеть первые лучи солнца, разгоняющие мрак ночи. Но не Мухиту, который ,сидя перед окном, созерцал красоту предрассветных часов. Его часто мучила бессонница, которая сопровождала его с рокового дня, наполненного грезами и печалью. 26 апреля 2020 года умер его 10-летний братишка – Абылай. В тот день они разругались с Абылаем:

– Иди домой сам , наконец! Не буду же я всю жизнь возиться с тобой! Давай топай отсюда – сказал я в компании окружавших меня школьных друзей, когда Абылай сказал, что нам пора домой.

– Мухит, пожалуйста, пойдем. Папа с мамой ведь предупреждали сразу идти домой – с мольбой в голосе сказал Абылай

– Что хочу, то и делаю, иди и поплачься ещё маме на плечо! Ябеда!

Он ушел, но , переходя дорогу, посмотрел только налево. Справа от него ехала фура, которая , не сумев вовремя остановиться, переехала Абылая.

Все эти ужасные события произошли совсем недавно, но груз вины и ответственности не отпускало его душу. Он корил и ругал себя за то, что не пошел в тот день с братом, полагая, что он сумеет дойти домой сам. «Если бы я пошел тогда с ним, ничего бы этого не случилось» – повторял он себе многократно за день. С того рокового дня прошел год.

Окончив 5 класс, Мухит пребывал на летних каникулах. Именно пребывал, потому что толком никакого наслаждения от него не получал. В семье их было 5. Он, мама-домохозяйка Акторе, папа – пластический хирург Алмас, сестренка Назым и … Абылай.

Мухиту по душе теплая погода, чувства, когда лучи восходящего солнца прогревали охладившуюся за ночь кожу, а его тени постепенно прорисовывались на потолке и в коридоре. В любом случае, он не может подолгу засыпать. Во снах к нему является Абылай в самых причудливых формах, но всегда разозлённый и осуждающе пронизывающий своим взглядом. И на то, понимал Мухит, были основания.

Порой ему удавалось сомкнуть глаза, но он боялся это сделать. Боялся вновь увидеть лицо брата.

За год бессонницы Мухит, включая по ночам ночник и читая художественные произведения, успел заработать себе миопию, вследствие чего был вынужден носить очки, корригировавшие его зрение.

Мухит поглядел вниз и увидел, что даже в субботний день с раннего утра, не перестают гудеть и выбрасывать свои выхлопные газы, многочисленные автомобили. Для Мухита, проживавшего на 3 этаже 5-этажного здания, столпотворение автомобилей было логичным и постоянным зрительным фоном.

Было 10 часов утра, когда дверь его комнаты отварилась и в неё вошла Назым и , не успев перешагнуть порога, заявила:

– Ты не устаешь читать? Тебе же врач сказала, чтобы берег глаза.

– Ага. Чего надо? – не подняв головы, спросил Мухит.

– Собирай вещи. Не забыл? Сегодня ведь едем на дачу. Папа вышел на отпуск.

– Уже сегодня? – спросил он, хмурясь.

– Представляешь? Хоть бы иногда прислушивался к тому, что говорят папа с мамой – с укором провозгласила она.

Мухит отложил в сторону учебник, в то время как Назым вошла в комнату и присела рядом. Следом зашла мама, сказав, чтобы я взял в путь самое необходимое – летние шорты, несколько футболок, пару пар носков, зубную щетку.

– Ну, мам, обязательно каждый год ехать ехать на эту дачу. Там ведь ничего интересного. Сеть с перебоями ловит, не поиграешь толком ни с кем. Мам, уговори ,ну пожалуйста, папу остаться дома.

– Не капризничай, сынок. Делай что говорят.

– Увидишь, будет весело – сказала Назым, усаживаясь на кожаное кресло рядом со столом.

– И чего же веселого в том, чтобы торчать на даче за пределами города? – спросил Мухит.

– У меня предчувствие – сказала она, улыбнувшись. – Пойдем, пора.

Мухит взял все необходимое из списка, которая перечислила мать. Всей семье они отправились в сторону стоянки, где стояла их BMW x5, сели в машину и выехали в сторону дачи.

– Отдохнем от городской суеты – с улыбкой сказал отец. – От однообразных дней, запаха бензина, звуков постоянного гудения, городской духоты. Пора проветриваться.

– И сколько на этот раз? – спросил с надеждой Мухит.

– Как всегда, сынок.

Как всегда означал примерно месяц. Месяц, в течение которого мы будем вынуждены обходиться без прогрессов технологического производства: без сотовых телефонов, ноутбуков, Playstation. Благо хотя бы можно книги почитать. За время бессонницы Мухиту удалось осознать их ценность. Трепетное ощущение окунания в другой мир… Мир, в котором проблемы имеются не у тебя, а у главного героя. Мира, в котором нету его брата …

– Долго еще ехать? – спросил Мухит.

– Примерно час, можешь поспать, если хочешь – сказал отец.

– Ага – сказал я и прикрыл глаза, но сон не шел.

Мухит не говорил о проблемах со сном с родителями. Слыша их постукивающие по кафельному полу шаги ранним утром, он быстро выключал ночник вместе с настольной лампой на прикроватной тумбочке и прикидывался, что спит. Мухиту казалось и хотелось, чтобы родители ни о чем не догадывались. Они и сами сильно горевали и Мухиту не хотелось еще более отягощать состояние их душевного здоровья.

После часы езды по трескучей и неровной дороге, на некоторых участках даже слегка подбрасывавших машину, семье удалось добраться до их 2-этажного дома, стоявшего единственным на улице. Соседние с нашим домом строения строились, и еще не успели обжиться хозяевами. Выйдя из машины, Мухит вдохнул аромат освежающего воздуха. Что же с наличием разницы между воздухами трудно было спорить. Аромат городского воздуха был пропитан отходами деятельности транспортных средств, фабрик и заводов; казалось будто вдыхаешь не смесь газов, а еще вдобавок и жидкое составляющее, затруднявшего процесс дыхания.

Забрав наш багаж из чемодана, мы вышли из машины и направились в дом. На крыльце папа достал из кармана большую связку ключей и, выбрав необходимую, пропустил нас в дом. Обстановка дома была хоть и приветливой, но устарелой и требовался небольшой ремонт: фасад дома нуждался в покраске, а комнаты в небольшой перестановке.

– Дом большой, так что убираемся все вместе – сказала мама.

– Ненавижу 1 день – заявил со стонанием Мухит.

Им вместе с Назымом было доверено мытье полов, мама вытирала подоконники, предметы мебели, многолетний не включавшийся телевизор, холодильник, окна и шкафы, папе же пылесосил ковры. После 2-часовой упорной работы, нам удалось превратить его в казавшийся обжитом людьми домом.

– Молодцы, с каждым годом все быстрее – с улыбкой воскликнула мама.

– Есть чем гордиться – с ехидством в голосе заявил Мухит.

– Зануда – воскликнула Назым.

После уборки мы обжили свои спальни, обе были на верхнем этаже, только моя находилась справа от лестничного пролета, комнаты сестры напротив, а родителей на 1 этаже. Пока я разбирал свои вещи, сзади подкралась Назым и испугала меня так, что я вздрогнул всем телом:

– Буу – сказала она, смеясь. – Трусишка – воскликнула она, посмеиваясь.

– Черт, не смешно – сказал со вздохом Мухит. – Хватит меня пугать, ты уже все разложила что ли?

– Ага, я же не тормоз – воскликнула она, на что Мухит показал ей средний палец.

– Мухит, спускайся пора обедать – заявила доносившимся из первого этажа приглушенным голосом мама.

– Иду – ответил Мухит.

– Я пошла – сказала Назым.

– Лучше бы помогла маме накрыть на стол, чем ходить и пугать всех – сказал Мухит саркастически.

– Она меня никогда не зовет на помощь.

На обед мама приготовила борщ и пюре с котлетой, которое мы запили зеленым чаем. Обед выдался изумительным, но Мухит все равно чувствовал как у него сосет под ложечкой даже после 2 порции. «Странно, я ведь никогда особо много не ел, но всегда наедался» – отметил в уме Мухит.

– Сейчас немного отдохнем, переварим, потом Мухит поможешь мне с посадкой цветов на заднем участке дома. Посадим красные розы, это украсит задний фасад дома. Завтра надо будет перекрасить дом. На сегодня, думаю, хватит, будем делать не торопясь – с улыбкой сказал отец.

– Хорошо – ответил я.

– Что читаещь, Мухит? – спросил с любопытством отец.

– «Игра Эндера», «Голодные игры», «Я – легенда».

– Ого, какие названия – воскликнул отец.

– Да, фантастика мой любимый жанр – сказал Мухит, проталкивая в глотку очереной кусок котлеты.

– Это вам на лето задали? – поинтересовался отец.

– Нет, друзья посоветовали, пару книг я сам нашел и купил в Марвине.

– В наше время не было сотовых телефонов и всяких там компьютерных игр. Для развлечений нам не требовалось особо ломать голову, выходили и играли в активные виды спорта, футбол во дворе, прятки, книги друг другу читали.

– Скучные были времена – со вздохом сказал Мухит.

Отец улыбнулся и продолжил:

– Тем то, мне и нравится это дача, сынок. Будучи здесь, возвращаешься в мой прежний мир, где у каждого все было по мере достатка, у каждого была работа. Скорее всего город разрастется и достигнет и этих пределов, но пока будем созерцать красоту пока не тронутого участка природы. Конечно, мы могли отправиться отдыхать в Турцию или Египет, благо моя работа это позволяет, но эти страны не позволят улучшить состояние моего душевного покоя. Как и твоего … – сказал он с улыбкой.

– Мухит, хоть и с нами нет Абылая, но мы должны жить ради него дальше – сказала мама с наворачивающимися на глаза слезами.

Все мы обняли её, и папа сказал, что все будет хорошо.

После полудня мы вышли во двор, где сначала вырвали траву, затем , как и планировали, посадили семена розы, которые слегка полили водой:

– Да, молодец, вот так – подбадривал Мухита отец. – Его надо поливать 4 раза в день малыми порциями воды и подобный бережный уход заставить его вырасти красивым и радующим глаз растением.

– И через сколько он вырастет? – поинтересовался Мухит.

– Обычным розам понадобилось бы месяца 3 как минимум, но наш генно-модифицированный продукт созреет дней через 10 – сказал отец, затем добавил. – Не чудо ли подобные открытия биогенететиков.

– Это бы решило проблему нехватки лесов, если бы эти семена были производными хвойных растений. Можно было бы вырубать их сколько душа пожелает, затем на том же месте садить новые – сказал Мухит. – Правда, было бы круто, пап?

– Полностью солидарен с тобой, Мухит – сказал он, улыбнувшись.

Солнце над нами нещадно пекло, я ужасно вспотел и с меня струями капал пот, вследствие чего моя футболка сзади, как будто побывала под дождем или создавалось впечатление, будто бы я упал на какую- то лужу спиной, чего не скажешь об отце, который, как показалось Мухиту, вовсе не имел свойства потеть. Хоть и к этому у него имелось предрасположенность, ввиду нескольких лишних килограммов.

– Ну что же, наконец, закончили! Спасибо, Мухит за помощь – сказал отец, вытерев со лба пару капель выступившего пота и пожав мне холодную руку.

– Что с твоими руками, пап? Они не согрелись даже.

– У меня всегда холодные руки – сказал он, улыбнувшись.

После того как я зашел в дом, поднялся в свою комнату услышал голос Назым:

– Хей, хорош дома киснуть, пойдем прогуляемся чутка – окликнула она меня, стоя на середине улицы.

– Эх … уже иду – ответил Мухит.

Он спустился к ней и спросил:

– Тебе чего дома не сидится?

– Ну, не весь же день книги сидеть читать, а сотовой связи, чтобы пообщаться с подругами, нету, так что решила прогуляться, но одной скучно.

– Понятно. Ну что пойдем – сказал Мухит, но, не успев отойти, их окликнули рядом идущие 2 парней примерно одного возраста с нашим главным героем, шедшие позади.

– Хей, привет. Не хотите поиграть? – сказал идущий чуть впереди, ростом под 170 сантиметров в рваных шортах, футболке и потрепанных кроссовках. Он улыбался во весь рот, демонстрируя чуть пожелтевшие зубы.

– Амиго, как некультурно, для начала неплохо было бы представиться. Извините моего друга – сказал, поклонившись, его друг, который был одет во все белоснежное и чисто выглаженное белье: футболка с надписью: «Ghost», спортивные шорты и кроссовки, которые, несмотря на наличие пыли, у него не загрязнились. Что же, видимо, он тщательно за ними ухаживает и каждый день начищает до блеска. – Я – Азамат, а это мой амиго – Бексултан.

– Привет. Меня зовут Мухит, а это моя сестренка Назым – сказал Мухит, явно скрывая радость и пытаясь сохранить солидное выражение лица. Он и не подозревал, что в округе, помимо них, обитают ещё дети. – А вы откуда? – поинтересовался он.

– Видишь тот перекресток, сворачиваешь направо, там стоит дом, похожий на этот. Там то, мы и живем вместе с братом. Мы каждый день прогуливаемся по этому участку пути. Приехали сюда неделю назад, скучно знаешь зависать дома, с кем-то хотели поиграть в футбол и наконец-то натолкнулись на кого-то.

– Хорош болтать – перебил его Бексултан. Играть будете или как?

– Конечно! – воскликнула Назым.

И так они играли полчаса, пасуясь, ударяя по воротам, штангами которого служили обыкновенные камни, споря друг с другом по поводу того, был или не было гола, когда мяч слишком близко подходил к обозначенной границе ворот, пока Мухита не окликнула мама.

– Сынок, ты с кем играешь? – прокричала она.

Мухит обернулся к ней и сказал:

– С друзьями. Их зовут Бексултан и Азамат – прокричал в ответ, кое-как отдышавшись после некоторой паузы Мухит. Но , когда он вновь обернулся, они будто испарились.

– Где же они? – с удивлением и одышкой в голосе спросила Назым. Они же не могли просто исчезнуть.

– Азамат… Бексултан … Выходите! Это не смешно! – прокричал он.

Мухит обыскивал каждый куст и дерево, стоявшее вблизи, но так и не смог их нигде найти.

Чуть поодаль от нас шли строительные работы, и Мухит увидел, как пару рабочих смеются и тычут в нашу сторону пальцами.

– Сынок, заходи домой! Нам надо поговорить – прокричала мама.

Мы сидели по одной стороне стола от мамы, которая заговорила первой:

– Итак, с кем ты играл?

– С ребятами, мы играли в футбол. Я не знаю, куда они подевались, но я видел их собственными глазами, мам. Я не вру – сказал Мухит.

– И куда они по-твоему подевались? – спросила она с загадочным тоном в голосе.

– Я не знаю, может, убежали.

После долгого затишья мама , наконец, заговорила:

– Сынок, все это время за которое ты играл, я видела: там никого не было – сказала она, кое-как выдавливая из себя слова.

Ту же историю он проговорил отцу, который выслушал это с каменным выражением лица, ничего не сказав.

К 8 часам вечера Мухит и Назым сидели в его кабинете:

– Ты не сумасшедший, Мухит – проговорила Назым. – Они куда- то сбежали, я тоже их видела. Давай завтра сходим и проверим в том доме, о котором они говорили.

– Давай. Потом докажем папе с мамой. Приведем их, пусть увидят.

Снизу из столовой доносились приглушенные крики отца и матери. Мухит вместе с Назымом осторожно спустились по деревянной лестнице и прижались к стене на расстояний, где могли услышать голоса родителей:

– Акторе, дорогая успокойся. Он может услышать – с нажимом в голосе произнес папа.

– Алмас, я не шучу, я своими глазами видела, что там никого не было, он игрался и болтал сам с собой.

– Это просто разыгравшееся детское воображение. Перестань и ты все выдумывать, прошу тебя.

– Разыгравшееся? – спросила мама, сжав кулаки. – Будь оно разыгравшимся, он бы сказал нам про вымышленных друзей. Но Алмас послушай, там никого не было. Я думаю, у него проблемы.

– Акторе, нету у нашего сына никаких проблем, успокойся. Дети ведь играются с куклами, что-то им рассказывают. Ему стало скучно, вот он и решил тоже поиграться. Детей ведь нет в округе.

– Говорю тебе это другое. Почему меня не слушаешь? Слушай Алмас, мы должны показать его психиатру, пока не поздно.

– Ни к какому мозгоправу мы показывать его не будем – повысив тон, сказал отец, затем успокоившись, продолжил. – Подумай, что скажут обо мне на работе, как на него будут смотреть в школе.

– Тебе волнует судьба сына или мнение окружающих людей?

Отец, вздыхая, проговорил:

– Хорошо, да ты права, но уже после возвращения в город. Природа может на него благоприятно повлиять.

Назым схватила меня за руку и, прикладывая палец к губам, мотнула головой в сторону, приказывая, что им пора уходить.

– Не переживай, все сложится – проговорила она, обняв Мухита, и мы поплелись в свои комнаты.

«Неужели он сходит с ума?» – думал Мухит, не переставая. Нет, этого не может быть. Завтра я докопаюсь до правды. Я не схожу с ума.

Он выглянул в окно и увидел силуэт, стоявший позади дерева и что-то державшее в руках. «Действительно ли он существует? Или же это игра воображения?» – подумал Мухит. Тень стремительным, с гепардной скоростью метнулась в сторону двери и тут раздался стук в дверь. Мухит выбежал из комнаты, чтобы предупредить родителей не открывать незваному гостю, но он опоздал, как только заскрипела створка двери и она с треском открылась, в живот его отца убийца вонзил острый нож и плотно на него наложился сверху, вонзая лезвие еще и еще. Папа издал крики и оставшимися в легких воздухе сказал маме «Беги» и издал последний вздох. Мухит увидел, стоя на лестнице, как голова отца откинулась и увидел теперь уже ничего не выражавшие глаза отца. Мама с плачем поднималась по лестничному проходу и , схватив меня, вбежала ко мне в комнату, закрыв его и придвинув стоявшую рядом прикроватную тумбочку. Она плакала, её плач был громким, полным воплями отчаяния. Он схватила меня за руку и дрожащим голосом сказала:

– Надо выбираться. Лезем в окно.

– Как же Назым? – проговорил Мухит, тоже рыдая.

– Кто это? – спросила мама.

– Сестренка – проговорил я.

Мама опустила голову, схватилась рукой за лоб и проговорила:

– Сынок, у тебя нет сестренки.

Слова эхом отдавались в моей голове.

Тем временем дверь с грохотом открывалась, пропуская внутрь окровавленное лезвие. Мама притянула меня к себе, помогла мне подтянуться, дернула фурнитуру в сторону, открывая окно, и пихнула меня. Я приземлился на грунт и обнаружил, что ничего себе не сломал. Следом я увидел голову матери, высовывающуюся в окно. В тот момент, когда она собиралась прыгнуть, её голова резко откинулась назад и Мухит закричал:

– Мама! Нет, прошу, нет… – умолял и плакал он.

В шоковом состоянии он откинулся назад и побежал прочь в сторону, которую ранее ему рассказал Бексултан. Когда он поворачивал голову назад, чтобы оглянуться, он не видел никого, кто бы его преследовал. Он видел на что был способен убийца, какая у него была скорость, поэтому бежал, не переставая, толком ничего не видя вокруг из-за застилавших глаза слезами, которые он непрерывно тёр.

Он достиг поворота, свернул направо и увидел то самое строение.

С силой он постучал в дверь и ему открыл пухлый мужчина лет 60-65, с очками на глазах, лицом, на скуле которого вырисовывалась маленькая бородавка.

– Прошу, помогите мне – умолял он. – На нас напал какой-то псих.

– Ах, Мухит это снова ты – проговорил спокойно без тени беспокойства старик.

– Но, откуда вы знаете мое имя? – спросил он, недоумевая.

– Я многое о тебе знаю. Каждый год ты приходишь ко мне летом и просишь помочь. Тебе уже 42 года. Сегодня ты пришел ко мне в 30 раз- сказал он, вздыхая, затем продолжил – Тебе пора принять гибель своих родителей, которые погибли 30 лет назад. Из года в год я тебе объясняю, что в ту злосчастную ночь, мы с тобой пошли в дом, но живыми твоих родителей не обнаружили. В ту ночь, я застрелил убийцу твоих родителей, его больше нет. Сынок, ты должен принять реальность, ты уже не можешь спасти своих родителей и этот диалог у нас далеко не первый …

У Мухита сильно разболелась голова, за спиной старика он увидел улыбающуюся во весь рот Назым с торчавшей из её живота ножом, с посиневшими губами и бледным лицом. Она подмигнула ему.

И ему вспомнились холодные руки и не потеющую футболку отца, никогда не просившую помощи у Назым мать. Неутоленное чувство голода после сытного обеда, потому что ничего он и не ел на самом деле. Вспомнил манеру общения братьев, которые имели сходство общения, которое раньше было у них с Абылаем. Смеющиеся взгляды строителей чуть поодаль от их дома: им показалось смешным, что 40-летний мужчина играет сам с собой, попутно выкрикивая какие-то фразы. Гепардная скорость убийцы … Была ли она реальной или он это тоже себе напридумывал?

Все это время, он был один…

От осознания этого факта у него закружилась голова, мир постепенно таял и суживался в маленькую темную точку, и все вокруг стало темным: он упал. Его разум засасывало в Черную дыру, в которую он провалился и больше не выберется.

Что такое реальность? Что такое воображение? И где проходит эта граница?

***

Год спустя …

–Ты не устаешь читать? Тебе же врач сказала, чтобы берег глаза – заходя в комнату, проворчала Назым.

–Ага. Чего надо? – не подняв головы, спросил Мухит.

–Собирай вещи. Не забыл? Сегодня ведь едем на дачу. Папа вышел на отпуск.

–Уже сегодня? – спросил он, хмурясь.

–Представляешь? Хоть бы иногда прислушивался к тому, что говорят папа с мамой – с укором провозгласила она.

Мухит отложил в сторону учебник.

Учебник «Макроэкономики»…

Content

Ермек Әбілдахан
Реальность. Рассказ